Девяносто девятый этаж. Лу Яо навалилась на ограждение; в ушах завывал ветер, безумно трепля волосы.

Внизу клубился густой туман, скрывая дно пропасти. Бетонный парапет под руками казался шершавым и ледяным. Стоило ей перешагнуть порог собственной лавки, как она очутилась здесь.

Система сообщила: это Иной мир — истинное местоположение её первого заведения.

Незадолго до выпуска из университета Лу Яо отправилась с друзьями в поездку, но в пути произошел несчастный случай.

Очнувшись в больнице, девушка обнаружила, что к ней привязана «Система управления в Ином мире и исполнения желаний».

В инструкции к Системе значилось: непрерывно открывая заведения в Ином мире, носитель в конечном итоге сможет исполнить свое заветное желание.

Более того, интерфейс гласил, что Лу Яо загадала его в тот самый момент, когда согласилась на привязку.

Вот только из-за аварии девушка, похоже, лишилась части воспоминаний. Она не помнила ни процесса привязки, ни самого желания.

Систему это мало волновало: зафиксировав, что сознание носителя прояснилось, она принялась без умолку торопить Лу Яо с открытием бизнеса.

В день, когда Лу Яо дала согласие отправиться в Иной мир, ей позвонил адвокат. Какой-то безымянный дальний родственник скончался, оставив после себя заброшенную торговую улицу, и в завещании значилось её имя.

Улица находилась в городе Яогуан. Осмотрев владения вместе с юристом и убедившись, что всё в порядке, Лу Яо подписала бумаги.

Вступив в наследство, новоиспеченная владелица выбрала небольшое помещение и принялась за уборку.

Спустя неделю подготовки лавка преобразилась.

А в день открытия, стоило ей распахнуть входную дверь, как пейзаж снаружи изменился — она шагнула прямиком в Иной мир.

Небо заволокло серой пеленой, а солнце, висевшее прямо над головой, напоминало мохнатый шарик из рисового теста и совершенно не грело.

Вдалеке виднелись смутные силуэты небоскребов, утопающих в белесой дымке.

На первый взгляд это место походило на родной мир Лу Яо, вот только вокруг стояла мертвая тишина, и не было ни души.

Да и расположение лавки оставляло желать лучшего: разве на такую высоту заглянут клиенты?

Подавив легкое беспокойство, девушка вернулась внутрь за вещами.

Она выкатила гриль с уже раскалившимися докрасна углями. Рядом расположился кухонный стол со специями, утварью и баночками с соусами.

Её первым заведением стала закусочная, где пока что подавали только жареные куриные крылышки.

Подготовив гриль, Лу Яо достала крупные крылышки, мариновавшиеся целые сутки. Смазав их маслом, она выложила мясо на решетку. Прозрачные капли жира упали на пылающие угли, издав аппетитное шипение.

Затем девушка вынесла складной стол, установила его на свободной площадке перед входом, придвинула четыре табурета и разложила салфетки со столовыми приборами.

На этом приготовления к открытию завершились.

Она оказалась здесь совсем одна. Ни связей, ни рекламы, да еще и в такой глуши — вряд ли в первый день отбоя не будет от клиентов.

Не успела Лу Яо об этом подумать, как за спиной раздался тонкий, пронзительный голос:

— Почем крылышки?

Обернувшись, девушка увидела перед своим только что открывшимся лотком первого посетителя.

Это был высокий и очень худой юноша в длинном одеянии цвета индиго. Слегка отросшие черные волосы падали на лоб. На его изможденном, женственном лице выделялись глубокие темные круги вокруг глаз, а огромные черные зрачки почти не оставляли места для белков.

Сердце Лу Яо екнуло. «Откуда он взялся? Подошел совершенно бесшумно…»

Юноша слегка нахмурился, скользнув взглядом по меню. Там значилась всего одна позиция: «Острые крылышки на гриле», но в четырех вариациях — слабоострые, среднеострые, суперострые и «адское пламя».

Гость быстро принял решение, изящно постучав длинным пальцем по табличке:

— Дайте пару «адского пламени».

Лу Яо очнулась от оцепенения:

— Сделаем!

Выбрав на решетке пару шкворчащих крылышек с золотистой корочкой, она густо смазала их ярко-красным острым маслом и продолжила обжаривать, попутно посыпая зирой, порошком сычуаньского перца и фирменной жгучей смесью.

Трижды повторив ритуал с маслом и специями, хозяйка сняла мясо с огня, выложила на тарелку, сделала финальный мазок острым соусом, посыпала белым кунжутом и свежей зеленью лука.

— Здесь будете есть или с собой? — поинтересовалась она.

Юноша взглянул на стоящий рядом столик и чуть помедлил:

— Здесь.

— Отлично, — Лу Яо протянула гостю заказ и налила стакан ледяной воды.

[Успешно продана одна порция крылышек! Начальное задание выполнено! Очки популярности +1. Доступно новых блюд: 1.]

Перед глазами девушки возник полупрозрачный экран с пустоватым меню, где под жареными крылышками появилась пустая строка.

Немного поразмыслив, Лу Яо решила: раз уж ей пришлось угостить посетителя простой водой из-за отсутствия напитков в ассортименте, стоит добавить именно их.

Холодное молоко отлично смягчает жжение и смывает жир — идеальная пара к суперострой еде.

Лу Яо вписала в меню: «Холодное молоко».

После подтверждения Система сама обновила вывеску перед лотком и меню внутри лавки — там автоматически появилась новая позиция.

[У вас новое задание! Продать десять порций крылышек и десять упаковок холодного молока. Награда: очки популярности +10, новое блюдо x1.]

Молоко у неё было закуплено заранее, но пока товар отсутствовал в системном меню, продавать его в Ином мире запрещалось, так что пакеты дожидались своего часа в холодильнике.

Девушка развернулась и пошла за ними.

Тем временем Цин — так звали юношу — с недоумением разглядывал поданную еду своими огромными черными глазами.

От крылышек исходил жар, россыпь белого кунжута и ярко-зеленого лука так и приковывала взгляд, а аромат стоял сногсшибательный. Всё выглядело пугающе натурально.

Цин знал, что Парк на девяносто девятом этаже Сектора А имеет высокий рейтинг, и сегодня специально прибыл сюда для ознакомления. Но он никак не ожидал, что даже уличная забегаловка за его пределами окажется настолько проработанной. Имитация запахов была просто на высоте!

«Жаль, что вся эта реалистичность — лишь иллюзия, — подумал он. — Стоит положить кусок в рот, как поймешь, что жуешь пустоту, лишенную вкуса и формы».

С этой мыслью Цин решил не портить впечатление и просто наслаждаться аппетитным зрелищем.

Выйдя с упаковками молока, Лу Яо увидела, что клиент застыл над тарелкой. Решив, что он боится обжечься специями, она подбодрила его:

— Ешьте, пока горячее! А если боитесь остроты, у нас как раз появилось холодное молоко.

«Какая профессиональная отыгровка роли, — усмехнулся про себя Цин. — Знает же, что еда ненастоящая, а всё равно предупреждает».

Он опустил голову, пряча улыбку, взял крылышко и, открыв рот с двумя рядами острых пилообразных зубов, слегка надкусил мясо.

Юноша ожидал привычно клацнуть зубами впустую, но те легко прорвали нежную, маслянистую кожицу. Брызнул насыщенный сок, а жгучий вкус, словно россыпь мелких лезвий, принялся колоть язык.

Это было остро, дерзко и невероятно свежо!

Цин округлил глаза, наконец обнажив полоски белков. В его безжизненных черных зрачках мгновенно вспыхнул искристый огонек восторга.

В два укуса прикончив порцию, он проглотил всё — вместе с бамбуковым шампуром и костями. А затем, не обращая внимания на ручьи слез и соплей, лихорадочно схватил второе крылышко.

У Лу Яо от этого зрелища волосы встали дыбом. Особенно жутко выглядела акулья пасть парня — перед ней явно сидел не человек.

«Да что это за мир такой? Неужели здесь обитают монстры в человеческом обличье?»

Расправившись с заказом, Цин уставился на владелицу и выпалил:

— Еще две пары! Нет, несите пять порций «адского пламени»!

Справившись с мимолетным испугом, Лу Яо взяла себя в руки, отставила молоко и принялась выкладывать на решетку новую партию.

— Сделаем!

Плевать, что это за мир. Сейчас она просто продавщица закусок.

Познав истинный вкус, гость изнывал от нетерпения — ожидание казалось пыткой.

Цин взял со стола стакан. Сама по себе вода была безвкусной, но благодаря льду приятно освежала.

Осушив его залпом, юноша закинул в рот кубики льда, с хрустом разгрыз их и проглотил.

Пока готовилась еда, он принялся рассматривать заведение.

Лавка была небольшой и располагалась прямо напротив лифтов девяносто девятого этажа — любой прибывший замечал её в первую очередь.

Именно так он сам на нее наткнулся. Поначалу Цин лишь подивился поразительной реалистичности фасада, мысленно похвалив Парк Сектора А за высочайший уровень погружения.

А приблизившись, юноша оказался пленен ароматом жареного мяса и больше не обращал внимания ни на что вокруг.

Переведя взгляд, Цин наконец заметил крупную вывеску над дверью: «Закусочная Лу Яо».

— Тебя зовут Лу Яо? — не удержался он от вопроса.

Хозяйка обернулась и с улыбкой кивнула:

— Ага.

Цин внимательно к ней присмотрелся: черные волосы, белоснежная кожа, мягкие черты лица и алые губы. От девушки веяло бьющей через край жизненной энергией, из-за чего она сильно напоминала Испытателей, приходящих в Парк.

Вот только ни один Испытатель еще не добирался сюда из Парка живым.

В голове юноши роились вопросы, но тут Лу Яо принесла две пары готовых крылышек. Позабыв обо всем на свете, Цин схватил мясо и впился в него зубами.

Сочная, нежная мякоть и та самая обожаемая обжигающая острота, режущая язык словно клинок… Это было божественно!

Вскоре подоспели и остальные три порции. Цин выдернул салфетку, утер слезы с соплями и, радостно оскалившись, гаркнул:

— И пять упаковок холодного молока!

Напиток оказался шелковистым, с насыщенным сливочным вкусом и легким сладковатым послевкусием — куда приятнее простой воды со льдом.

Глоток молока, пара укусов жгучего мяса, и когда терпеть жар становилось невозможно — снова глоток молока. Идеальный замкнутый круг.

Десять крупных крылышек исчезли в мгновение ока.

Тщательно облизав пальцы, измазанные в остром масле и специях, гость удовлетворенно вздохнул:

— Хозяйка, заверните с собой еще десять пар крылышек и десять упаковок молока.

Лу Яо виновато подняла взгляд:

— Осталось всего пять порций мяса.

В первый день работы она заготовила не так много продуктов.

— Беру всё.

— Сделаем!

Принимая увесистые пакеты, посетитель торжественно произнес:

— Меня зовут Цин. Я еще вернусь.

После его ухода белый туман, окутывавший девяносто девятый этаж, начал медленно рассеиваться.

Лу Яо обнаружила, что по левую руку от её лавки находится роскошно оформленный кинотеатр, а по правую — странное заведение под названием «Парк». Было совершенно непонятно, чем там занимаются.

При виде кинотеатра девушка с облегчением выдохнула.

Раз в Ином мире есть кино, значит, уровень его развития примерно сопоставим с её родной реальностью.

Закусочная удачно расположилась прямо на выходе с сеансов, а конкурентов поблизости не наблюдалось. С таким козырным местоположением о потоке клиентов можно было не беспокоиться.

[Успешно продано десять порций крылышек и десять упаковок холодного молока! Задание выполнено! Очки популярности +10. Доступно новых блюд: 1.]

[Затратив 10 очков популярности, вы можете превратить лавку в Пространственный карман. Желаете улучшить заведение?]

Чтобы открыть бизнес в Ином мире, нужна Дверь.

Она служила проходом, связывающим владельца с назначенной реальностью. При этом изначальное помещение лавки не пересекалось с Иным миром и годилось лишь на роль склада.

После улучшения всё здание превращалось в Пространственный карман — зону наложения двух миров. И тогда местные жители смогли бы ужинать прямо внутри.

Лу Яо согласилась без малейших колебаний.

Во время апгрейда Система ушла в режим технического обслуживания. Внутри нельзя было ничего передвигать — время словно замерло.

Процесс занимал два часа. Как раз кстати: крылышки закончились, нужно было вводить новую позицию меню, так что поход в супермаркет за продуктами напрашивался сам собой.

Сняв фартук и перчатки, девушка взяла телефон и толкнула входную дверь.

Снаружи раскинулась широкая автотрасса, палило жаркое солнце, а ветер нес свежий аромат листвы. Она вернулась в родной мир.

Спустя два часа Лу Яо, тяжело дыша, ввалилась в лавку с огромным рюкзаком ингредиентов на спине и двумя коробками молока в руках.

[Заведение успешно улучшено! Текущий статус: однозвездочная лавка. Пожалуйста, продолжайте в том же духе!]

[У вас новое задание! Обслужить сто посетителей. Награда: очки популярности +100!]

Снаружи здание ничуть не изменилось.

Но стоило девушке шагнуть в Ином мир, как она заметила разницу: на фоне соседних построек её закусочная выделялась яркими красками и выглядела так, будто только что отстроена.

Очки популярности были потрачены не зря. Теперь её лоток бросался в глаза даже сильнее, чем роскошный кинотеатр по соседству.

Окинув фасад довольным взглядом, Лу Яо вернулась внутрь готовить ингредиенты на завтра, а молоко убрала в холодильник.

Промыв крылышки, она сделала на них надрезы и щедро залила секретным маринадом. Мясо должно было пропитываться минимум двенадцать часов, поэтому в этот раз хозяйка заготовила порций с запасом.

С новым блюдом она тоже определилась.

Поскольку она работала одна, следовало выбрать нечто такое, что можно приготовить заранее, чтобы разнообразить меню без ущерба для скорости обслуживания.

Крылышки относились к острой и соленой пище. Будучи ценительницей контрастов, Лу Яо решила разбавить ассортимент десертом.

К тому же, в этом мире было зябко, так что горячая еда наверняка будет пользоваться спросом. Открыв системное окно, девушка вписала между жареным мясом и холодным молоком новую строчку.

На следующее утро она распахнула двери, выкатила гриль и начала рабочий день.

За первые полчаса — ни одной живой души.

Лу Яо сходила в кладовую за продуктами, водрузила на решетку гриля небольшой сотейник, поджарила пару тостов с яйцом, а затем зачерпнула из стоявшей рядом большой кастрюли пиалу сладкого супа. Усевшись за столик, она собралась позавтракать.

Внезапно раздался мелодичный женский голос:

— Твой завтрак выглядит весьма аппетитно.

Девушка вздрогнула. И снова это внезапное, абсолютно бесшумное появление!

Обернувшись, она увидела коротко стриженную незнакомку в розовом сарафане. Та не отрывала взгляда от яичницы с тостами и супа.

Лу Яо сделала глоток сладкого бульона и с улыбкой ответила:

— Он не только выглядит, но и на вкус хорош.

Завороженная тем, с каким аппетитом ела хозяйка, девушка выудила из-за спины ведерко попкорна:

— Давай меняться? Я тебе попкорн, а ты мне — суп.

Поразмыслив секунду, Лу Яо согласилась.

Она встала налить еще одну пиалу, а когда вернулась, гостья уже заняла место за столом.

Синцзы опустила взгляд. От молочно-белого бульона поднимался пар, в жидкости плавали пухлые рисовые шарики, кусочки ферментированного риса и алые ягоды годжи. Воздух наполнился легким ароматом рисового вина.

Хоть Синцзы и понимала, что еда ненастоящая, она невольно сглотнула слюну.

Взяв ложку, она зачерпнула шарик. Обжигающе-сладкий бульон с пьянящим ароматом разлился во рту, а рисовое тесто оказалось невероятно нежным, тягучим и сладким.

Синцзы выронила ложку и в шоке уставилась на Лу Яо.

Та как раз закинула в рот пару зерен попкорна и теперь сидела с абсолютно озадаченным видом.

Воздушная кукуруза не имела ни вкуса, ни текстуры. Челюсти просто клацнули впустую — будто она жевала воздух.

Закинув еще горстку, девушка не почувствовала ровным счетом ничего.

— Почему твой попкорн на вкус как пустота? — нахмурилась Лу Яо.

Синцзы растерянно хлопнула ресницами:

— А почему твой суп такой сладкий?

Цин отказался от идеи заглянуть в Парк на девяносто девятом этаже, хотя тот располагался по соседству с закусочной Лу Яо. Прихватив еду навынос, юноша спустился на лифте и сел в метро, чтобы вернуться в Сектор С.

Секторы А и С разделяли почти тридцать станций — обратный путь занимал целый час.

Изначально такие точные маршруты и расчет времени ввели для максимального правдоподобия, чтобы сымитировать жизнь современного человечества. Раньше Цину даже нравилась эта неспешная реалистичность, однако сейчас дорога казалась невыносимо долгой. Ему не терпелось поскорее оказаться в Парке.

Большинство пассажиров в вагоне выглядели безучастными, а их взгляды казались совершенно пустыми.

Лишь сосед Цина то и дело беспокойно стрелял глазами по сторонам. Он косился на контейнер в руках юноши и принюхивался — ему не давал покоя исходящий оттуда дивный аромат.

Но разве такое возможно?

Владелец заветной коробочки выглядел весьма устрашающе. Скорее всего, он служил Стражем в одном из Парков, поэтому пассажир не решался заговорить первым.

Поезд прибыл на станцию. Цин поднялся с места.

Сосед, терзавшийся сомнениями всю дорогу, наконец набрался смелости:

— Прошу прощения, господин, а где вы купили эту еду? Звучит, конечно, абсурдно, но мне кажется, я чувствую ее запах.

Остальные пассажиры вагона тут же обернулись. По правде говоря, все они уловили этот едва заметный аромат, но сочли его игрой воображения.

— Сектор А, Парк на девяносто девятом этаже, — холодно отозвался Цин. — И если пойдете туда, ведите себя прилично. Не пугайте владелицу.

Услышав про Парк на девяносто девятом этаже Сектора А, люди понимающе закивали.

Это место славилось высочайшим рейтингом по всей стране, а также входило в тройку уникальных Парков, где допускалось проведение игр с возрастным ограничением.

Благодаря невероятной реалистичности окружения, как сами Испытатели, так и зрители получали ни с чем не сравнимые впечатления.

А теперь там, похоже, научились имитировать даже аромат продающихся закусок — неслыханное дело!

Несколько пассажиров тут же вышли из вагона, чтобы пересесть на встречный поезд и отправиться прямиком в тот самый Парк.

Цин вернулся в Парк-кондитерскую в Секторе С. Коллега, увидев его, удивленно вскинул брови:

— Так быстро?

— Угу.

Цин спрятал контейнеры в самую глубину своего шкафчика для личных вещей, установил поверх несколько защитных барьеров, переоделся и вышел.

Коллега, державший в руках пустую кружку — отсутствие чая ничуть не мешало ему поддерживать образ адепта здорового образа жизни, — поинтересовался:

— Ты куда собрался?

— Размяться, — бросил Цин.

С этими словами он толкнул тяжелые двери Парка и вошел в комнату с самым маленьким номером.

Коллега лишь беспомощно пожал плечами. Видимо, Цин так впечатлился обучением на девяносто девятом этаже, что решил лично вступить в игру.

Похоже, сегодняшней партии Испытателей придется несладко.

Впрочем, участие Стража не только повышало сложность, но и делало сам процесс куда более захватывающим, что привлекало зрителей.

«Сегодня выручка взлетит до небес», — радостно предвкушал коллега.

Спустя шесть часов Цин вышел из Парка. Он принял душ, переоделся, достал из шкафчика заветные куриные крылышки и молоко, а затем направился в кабинет, чтобы насладиться трапезой.

Коллега снова изумился:

— Уже закончил?

Цин откусил кусочек мяса и блаженно прикрыл глаза. Как он и ожидал, вкусная еда после усердной работы приносила двойное удовольствие.

Сохранить температуру не составило для него никакого труда: даже спустя семь-восемь часов крылышки оставались горячими, сберегая идеальный вкус. А коробка молока покрылась каплями конденсата, словно ее только что достали из холодильника.

Коллега во все глаза уставился на еду.

— Что это у тебя?

Цин открыл глаза. Смерив взглядом оставшиеся крылышки, он хмурился несколько минут, мучительно взвешивая все за и против. Наконец, приняв тяжелое решение, он вытащил одно острое крылышко и, скрепя сердце, пожертвовал упаковкой молока. Пододвинув угощение к напарнику, он процедил сквозь зубы:

— Ешь.

Обладателя яркой рыжей шевелюры звали Чи. Однако жест доброй воли он не оценил:

— Это то, что ты притащил из Сектора А? Выглядит натурально, но на вкус-то наверняка такая же пустышка, как и всё остальное. Я пас, ешь сам.

Цин глубоко вздохнул и упрямо пододвинул крылышко ближе к другу:

— Ешь. Оно другое.

«Какое еще "другое"? Сплошная иллюзия», — подумал Чи.

Не понимая причин такой настойчивости, он всё же откусил кусочек. Его глаза мгновенно округлились:

— М-м!!!

Нежное, сочное мясо, идеальная прожарка и баланс специй... Чи даже не успел осмыслить происходящее, как в следующее мгновение рот обожгло мощной волной острой пряности. Ощущение было настолько ярким и правдоподобным, будто в язык вонзились тысячи крошечных игл.

Эта еда не имела ничего общего с безвкусными иллюзиями, которые продавались на каждом углу.

Обглодав косточку, Чи машинально схватил молоко и осушил коробку залпом.

— Фу-ух... — Он сыто выдохнул. — Где ты это раздобыл?

С этими словами его рука сама собой потянулась за добавкой, но Цин безжалостно отбил чужую ладонь.

Собственнически обхватив контейнер обеими руками, юноша с ледяным видом отрезал:

— Девяносто девятый этаж. Иди и покупай сам.

— Жмот, — недовольно буркнул Чи.

— Завтра сходишь, — с легким самодовольством добавил Цин. — На сегодня всё закончилось. Последнее — у меня.

Направившийся к выходу рыжеволосый замер и в отчаянии обернулся. Немного помявшись, он подошел вплотную к Цину и умильно заглянул ему в глаза:

— Брат, ну дай еще кусочек, а?

—

Сектор А, девяносто девятый этаж. Вход в закусочную Лу Яо.

Лу Яо и Синцзы недоуменно смотрели друг на друга.

— В суп добавлен сахар, разумеется, он сладкий, — произнесла Лу Яо. — А что не так с попкорном?

Синцзы погладила горячие края пиалы и, не удержавшись, отхлебнула еще немного. Напиток и правда оказался восхитительно сладким.

И дело было не только в сахаре. Мягкие, тающие во рту рисовые шарики, насыщенный аромат забродившего риса, впитавшего кипящий сироп... Всё это великолепие, щедро приправленное благоуханием красных фиников и ягод годжи, на вкус казалось… настоящим сладким супом.

Сама того не заметив, Синцзы опустошила всю порцию. Встретившись взглядом с Лу Яо, девушка смущенно вытерла губы.

Затем она взяла крупинку попкорна и легонько сжала ее кончиками пальцев. Воздушная кукуруза лопнула и бесследно растворилась, точно мыльный пузырь.

— Это ведь обыкновенная иллюзия. У нее нет ни вкуса, ни запаха.

Лу Яо удивленно моргнула. Вспомнив странную реакцию своего первого вчерашнего посетителя и то, с каким упоением Синцзы уплетала угощение, она пришла к поразительной догадке: неужели вся еда в этом месте создавалась при помощи магии?

«Да что же это за мир такой?»

«Разве местным жителям не нужно питаться?»

Но ведь они явно могли есть по-настоящему, да и стряпня из ее закусочной пришлась им по вкусу.

Синцзы, казалось, ничуть не тяготилась подобными размышлениями. Она поднялась и махнула рукой в сторону видневшегося неподалеку здания:

— Меня зовут Синцзы, я работаю вон в том кинотеатре. Твой суп просто чудо. Заверни мне еще две порции навынос, я заплачу сразу за всё.

Лу Яо поднялась, чтобы наполнить контейнеры, и улыбнулась в ответ:

— А я Лу Яо. Заплатишь только за две порции. Первую мы обменяли на попкорн, и уговор в силе.

Ведерко фальшивой кукурузы раскрыло ей важную тайну: пища в этом мире иллюзорна и совершенно непригодна для еды.

Эта информация стоила куда дороже тарелки сладкого супа.

Синцзы не стала спорить. Кивнув в знак согласия, она расплатилась и удалилась со своими покупками.

Только теперь Лу Яо вспомнила о финансах. Вчера она так закрутилась, что даже не проверила выручку.

На прилавке и столах красовались QR-коды для оплаты. Местные клиенты, очевидно, прекрасно знали, как ими пользоваться: никто не спрашивал о способах расчета, все исправно переводили средства сами.

Встроенная в Систему защита от мошенников работала безотказно — сбежать, не заплатив за обед, было попросту невозможно.

Это здорово облегчало Лу Яо жизнь и позволяло ей в одиночку справляться с целым заведением: Система временно выполняла роль кассира.

Девушка сверила вчерашние доходы с прибылью от двух сегодняшних порций супа и впала в ступор:

«Какого черта?»

Где ее деньги? Если не юани, то хотя бы какая-то местная валюта!

Что еще за строчка на балансе: «Прибыль — сто семьдесят часов, что равняется примерно семи дням»?!

— Докладываю, владелица, — безжизненным тоном отозвалась Система. — Время — единственная общепринятая валюта в этом мире. Здесь нет ничего, кроме вечного течения часов и минут. Местные жители могут обменивать на еду только свое время.

— Ты об этом ни словом не обмолвилась... — процедила Лу Яо. — А нельзя конвертировать эти твои "часы" в нормальные деньги?

— Приношу извинения, но данная Система создана исключительно для исполнения мечты владелицы. Банковские функции не предусмотрены.

— То есть... все расходы на содержание закусочной лежат на мне, а реальных денег я не получу?!

— Исполнение мечты всегда требует жертв.

Лу Яо лишилась дара речи.

Она даже не помнила, что именно загадала, а теперь вынуждена расплачиваться по столь грабительским тарифам!

«Проклятая Система!»

Почувствовав гнев хозяйки, Система поспешила сгладить углы:

— Заработанное время хранится на складе. Если вы пожелаете продлить себе жизнь, можете в любой момент приплюсовать этот доход к отведенному вам сроку. Подумайте о плюсах: пока ваша лавка работает в Ином мире, вы фактически бессмертны! Многие пошли бы на всё ради такой привилегии.

Лу Яо тяжело вздохнула.

Как можно постоянно вести бизнес, не имея на руках ни гроша?

— Желаете продлить жизнь прямо сейчас?

— Пока обойдусь, — мрачно бросила она. — Пусть лежат на складе.

Закончив препираться с Системой, девушка решила взглянуть на меню.

Бумажный листок, лежавший на прилавке, отличался от того, что отображался в виртуальном интерфейсе. Системное меню было написано на привычном китайском, но в нем отсутствовали цены.

На физическом же прайс-листе значились совершенно незнакомые символы, которые Лу Яо каким-то чудом без труда читала.

Экстремально острые крылышки: шесть часов за штуку, двенадцать часов за пару.

Суп с рисовыми шариками: четыре часа за порцию.

Ледяное молоко: три часа за упаковку.

«Ну, ладно».

Только увидев, как время измеряется и продается, Лу Яо окончательно осознала, что и правда очутилась в Ином мире.

Честно говоря, она считала себя натурой приземленной: эфемерному времени девушка предпочитала простые радости вроде пересчета шуршащих купюр.

В унынии она уселась за стол, доела свой завтрак и убрала посуду.

Вскоре двери лифта на девяносто девятом этаже разъехались, и в коридор вышли трое или четверо прохожих. Издалека заметив открытую закусочную, один из них восторженно закричал:

— Открыто! Это та самая лавка!

Лу Яо поспешила к прилавку, но гости уже стояли на месте и вовсю изучали меню.

— Хозяйка! Мне пару адски острых крылышек, сладкий суп и ледяное молоко! — выпалил самый нетерпеливый из компании.

Остальные трое заказали то же самое.

Вмиг позабыв о недавнем расстройстве, Лу Яо просияла.

Она разложила мясо на решетке и потянулась за черпаком.

— Будете есть здесь или собрать навынос?

Посетители быстро посовещались. Раз уж они тащились из Сектора С в Сектор А, почему бы не устроить себе шикарный отдых и не сходить в кинотеатр для взрослых? Решено: всё навынос.

Тот самый нетерпеливый клиент прилип к витрине, жадно вдыхая густой мясной аромат, поднимавшийся над тлеющими углями. Убедившись, что это именно тот запах, который вчера витал в вагоне метро, он спросил:

— Хозяйка, а почему вы не работали после обеда?

— Как это не работала? Работала, — удивилась Лу Яо.

— Но мы приходили вчера во второй половине дня, и было закрыто.

— Ах, это... Просто утренние запасы ингредиентов закончились, вот и пришлось прикрыть лавочку.

— Вот оно что...

«Но ведь всё это создается иллюзиями. Закончилось — сделай еще. Зачем было закрываться?» — пронеслось в голове клиента.

«Наверное, создавать еду с запахом намного сложнее, поэтому ей приходится закрывать заведение, чтобы сосредоточиться на магии».

И чем больше он об этом думал, тем логичнее казалось объяснение. В конце концов, на весь сектор это была единственная лавка, способная продавать «ароматную» еду.

Да и цены у нее смешные, совсем не вяжутся с заведением по соседству с элитным Парком.

Лу Яо аккуратно расфасовала четыре порции, вручила пакеты гостям и принялась исподтишка наблюдать за тем, как они будут расплачиваться.

Вопреки ее ожиданиям, клиенты не стали сканировать коды или доставать телефоны.

Они просто коснулись таблички с QR-кодом подушечкой пальца, забрали заказ и ушли.

Лу Яо немедленно проверила баланс. Выручка за проданную еду уже зачислилась на счет, минута в минуту.

«Вот бы всё это было настоящими деньгами...»

Она снова горестно вздохнула.

Проводив взглядом четверку, скрывшуюся в дверях кинотеатра, владелица закусочной ощутила укол любопытства.

Какие вообще фильмы показывают в Ином мире?

При случае нужно будет обязательно сходить и посмотреть.

После ухода этой компании наступило затишье.

Запасы крылышек убавились, так что Лу Яо сходила в кладовку за добавкой.

Спустя примерно полчаса из кинотеатра начали выходить зрители, и все как один направлялись прямиком к ее лавке.

— Две порции адских крылышек, сладкий суп и два ледяных молока!

— Мне пару острых крылышек и упаковку молока!

— Две пары крылышек и суп. И побыстрее, пожалуйста!

Вскоре перед прилавком выстроилась длинная очередь. Поток людей из кинотеатра не иссякал.

Стоило одной группе получить свои заказы и отойти, как через несколько минут их сменяла новая волна изголодавшихся клиентов.

Лу Яо носилась как заведенная: жарила мясо, разливала горячий суп... Волосы на лбу взмокли от пота, но очередь, казалось, лишь росла.

Когда Чи и Цин поднялись на девяносто девятый этаж, вереница людей растянулась до самых дверей лифта.

— Только не говорите мне, что все они стоят за острыми крылышками... — убитым голосом пробормотал рыжеволосый.

Отведав вчера это божественное блюдо, он не мог думать ни о чем другом и так и не сомкнул глаз за всю ночь.

Поднявшись ни свет ни заря и специально взяв отгул, Чи примчался из Сектора С в надежде с ходу насладиться вкусом, ставшим наваждением. Но людей оказалось слишком много.

Цин ничего не ответил. Он молча подошел и встал в самый конец очереди.

Страж был готов к подобному повороту событий.

Ближе к полудню запасы продуктов иссякли полностью, хотя у прилавка всё еще толпилось с десяток посетителей.

Смахнув пот со лба, Лу Яо громко объявила:

— Прошу прощения, но еда закончилась! Мы закрыты, приходите завтра!

Опоздавшие клиенты еще немного помялись у витрины, но, окончательно убедившись, что ловить нечего, разочарованно побрели прочь.

Убирая рабочее место, Лу Яо мысленно прикидывала, что на следующий день придется заготовить еще больше ингредиентов.

Как только она закончит уборку, нужно будет снова бежать в супермаркет.

Было бы неплохо связаться с поставщиками и договориться о доставке прямо до дверей — это куда удобнее, чем мотаться по магазинам каждый день.

Чи остался стоять перед опустевшим прилавком с перекошенным от досады лицом. Перед ним был всего один человек! Какая-то жалкая пара минут!

Собрав решетки для гриля и задвинув табуретки, Лу Яо уже собралась опустить рольставни, как вдруг заметила рыжеволосого парня.

Его шевелюра смотрелась чересчур броско, напоминая прически аниме-персонажей, но на удивление гармонично вписывалась в облик юноши.

Поймав взгляд владелицы, Чи словно увидел спасательный круг. Он шагнул вперед и жалобно заныл:

— Хозяйка... Я приехал издалека. Ваши острые крылышки просто божественны...

Лу Яо опешила.

«Но у меня правда не осталось ни кусочка».

Развернувшись, она скрылась в глубине лавки и через пару мгновений вернулась с двумя леденцами на палочке. Протянув конфеты Чи и стоявшему рядом с ним Цину, девушка сказала:

— Крылышек действительно нет. Мне пора бежать за новыми продуктов, так что приходите завтра пораньше.

Передавая леденец Чи, Лу Яо случайно задела его руку своими пальцами. Не придав этому значения, она вручила угощение и окончательно закрыла заведение.

Чи застыл на месте. Спустя мгновение он медленно повернул голову к Цину:

— Я коснулся ее руки.

Цин промолчал.

— Лишь на долю секунды... Но она теплая.

В то время как все они были холодными.

—

Лу Яо приняла душ, сняла пропотевшую одежду и отправилась за покупками.

На этот раз она решила заглянуть на фермерский рынок, который находился чуть дальше супермаркета. Обойдя несколько рядов и закупив необходимые ингредиенты со специями, девушка с радостью выяснила: цены здесь оказались значительно ниже, да и услуга доставки тоже имелась.

Пообщавшись с продавцами, Лу Яо договорилась о поставках напитков с одним из них. Что касается остальных продуктов, она решила пока повременить и осмотреться.

Вернувшись в лавку, девушка немедленно принялась за обработку свежих ингредиентов для завтрашнего дня.

Она еще не знала, что слава о закусочной Лу Яо уже начала разноситься по Иному миру.

— Ты правду говоришь? — Ли Шаша, наносившая макияж, замерла, услышав слова подруги, и в её глазах мелькнуло удивление.

В этом мире не существовало косметики, да и сам процесс не имел никакого смысла.

Будь ты писаной красавицей или сущей дурнушкой — здесь на это вряд ли кто-то обратит внимание.

Ли Шаша просто умирала от скуки, а ходить в Парк ей не нравилось. Вот она и создавала иллюзию косметики, чтобы хоть как-то убить время за имитацией макияжа.

Сидевшая напротив Чэнь Мэйюэ закивала:

— Чистая правда! Прямо у Парка на девяносто девятом этаже. Уж не знаю, кто там хозяин, но сотворенная им еда не только пахнет, но и на вкус абсолютно как настоящая! Я как вспомню эти острые крылышки — слюнки текут.

Девушки легко находили общий язык и частенько собирались вместе, чтобы поиграться с иллюзорной косметикой.

Однако заниматься одним и тем же десятки лет тоже надоедает. Чэнь Мэйюэ, по правде говоря, Парк тоже недолюбливала, но в тот день скука одолела её настолько, что она поддалась на уговоры знакомых и отправилась в кинотеатр на девяносто девятом этаже.

Фильм не вызвал у неё особых эмоций, а где-то на середине сеанса в зал ввалилась четверка с контейнерами навынос в руках.

Стоило им появиться, как увлеченные сюжетом зрители мгновенно отвлеклись.

А уж когда один из вошедших открыл свой контейнер, в зале словно взорвалась бомба из специй. До всех донесся одуряющий пряный аромат, от которого во рту моментально скопилась слюна.

На огромном экране как раз разворачивалась самая напряженная сцена — в любой другой день публика сходила бы с ума от восторга.

Но сейчас всё внимание было приковано к дымящейся еде в руках четвёрки на заднем ряду. До фильма никому не было дела.

Кто-то поинтересовался, где они это купили. Один из жующих бросил, что прямо у входа в кинотеатр, и вскоре несколько человек сорвались с мест и вышли.

Изначально Чэнь Мэйюэ не собиралась поддаваться всеобщему ажиотажу. Иллюзорная еда — фальшивка чистой воды, и чем реалистичнее она выглядит, тем острее чувство пустоты: ведь на неё можно только смотреть, а насытиться нельзя.

Но эта четверка невыносимо раздражала! Они жевали иллюзию, при этом уплетая её со слезами на глазах, будто это и впрямь было пищей богов.

Спустя некоторое время зрители, покинувшие зал, вернулись с такими же коробочками. Угнездившись в креслах, они вгрызались в острые крылышки, тяжело дышали от жгучих специй, утирая слезы и сопли, а расправившись с порцией — тут же вскакивали и снова неслись к выходу.

Постепенно ряды пустели — всё больше людей выходило наружу и возвращалось с едой.

Спутник Чэнь Мэйюэ тоже не удержался: сходив на разведку, он купил себе две пары крылышек и сладкий суп, а заодно прихватил порцию крылышек для подруги.

Откусив кусочек, девушка обомлела.

Она уже и не помнила, сколько лет во рту маковой росинки не было, но текстура этого мяса в точности повторяла забытые ощущения из прошлого.

Нежная, чуть подгоревшая кожица, сочное тающее мясо… Перец, который раньше казался несъедобным, превратился в самую изысканную приправу, обжигающую рецепторы и заставляющую вгрызаться в крылышко всё с большей жадностью. Остановиться было невозможно.

Расправившись с порцией, она тут же вскочила и выбежала из зала.

Увы, опоздала — заведение уже закрылось, а у входа топталось несколько таких же разочарованных бедолаг, которым ничего не досталось.

Чэнь Мэйюэ в красках расписала Ли Шаше испытанный ею спектр вкусов и предложила:

— Давай завтра сходим туда вместе?

Ли Шаша нахмурилась. Верилось с трудом:

— В голове не укладывается, что у иллюзии может быть вкус. Может, это очередной трюк? Вдруг в кинотеатре перед тобой просто разыграли спектакль?

Далеко не все горели желанием горбатиться в Парке. Находились и те, кто искал иные способы заработать «время» — например, лепили иллюзии вещей из своих воспоминаний и продавали их. Интересные безделушки расходились быстро, а вот прочие особым спросом не пользовались.

Вот тогда-то торговцы и нанимали подставных лиц, чтобы те устраивали представления и завлекали прохожих.

Даже в другом мире подобные мошеннические схемы процветали буйным цветом.

Ли Шаша и сама однажды попалась на эту удочку.

Какой-то пройдоха уверял, что его иллюзорная косметика обладает реальным эффектом и преображает лицо. Так он выманил у неё целую сотню лет.

Чэнь Мэйюэ покачала головой:

— Я точно чувствовала вкус, это не обман. К тому же там безумно дешево: одно крылышко стоит всего шесть часов. Мы ничего не потеряем, если просто попробуем.

После этих слов сомнения Ли Шаши только усилились.

Если бы еда и впрямь имела вкус, разве продавали бы её за бесценок?

Наверняка это приманка для жирных овец, которых потом обдерут как липку.

Девушке совершенно не хотелось добровольно лезть в ловушку, но подруга была столь настойчива, что в конце концов она нехотя согласилась сходить на разведку, взяв слово, что они сбегут при малейшем подозрении.

В то же самое время по всему Сектору А разворачивались похожие беседы: счастливчики, отведавшие стряпню из новой закусочной, рьяно расхваливали её знакомым, а те, в свою очередь, слушали их с изрядной долей скепсиса.

За многие годы развития этого мира местным жителям удалось запустить иллюзорное метро, которое исправно функционировало, и даже иллюзорные самолеты, успешно поднимавшие пассажиров в небеса.

Но создать иллюзию еды со вкусом и запахом?

Такое просто немыслимо!

Тем временем Лу Яо замариновала два огромных таза куриных крылышек, прикупила новый вместительный котел, собираясь сварить двойную порцию сладкого супа, и загрузила в морозилку четыре ящика молока.

Такого количества продуктов должно было с лихвой хватить на целый день торговли.

Однако, толкнув дверь заведения, она остолбенела.

Снаружи уже выстроилась длинная очередь. Первым переминался с ноги на ногу Чи — тот самый парень, которому вчера не досталось крылышек. Сразу за ним стоял Цин.

Увидев Лу Яо, Чи радостно захлопал ресницами. Угощение, которое вчера дала ему хозяйка, оказалось сладким, и парень мгновенно проникся к ней симпатией. С порога он выдал грандиозный заказ:

— Хозяйка, мне десять пар адски острых крылышек и миску сладкого супа!

Из-за его спины тут же высунулся Цин:

— Мне тоже десять пар адски острых крылышек, миску супа и пять коробок ледяного молока.

По толпе пронесся ропот, особенно возмущались те, кто стоял в самом конце:

— Эй, вы чего так лютуете? А нам что-нибудь останется?

— Имейте совесть! Мы с самого утра тут торчим. Если каждый будет брать по десять порций, у хозяйки вообще запасов хватит?

— Хозяйка, я смертельно болен: если не съем острых крылышек — помру на месте! Умоляю, дай хотя бы одну... нет, две порции!

У Лу Яо имелось незаконченное задание «Обслужить сотню посетителей», а выполнено оно было лишь наполовину. Куда разумнее было растянуть торговлю и обслужить больше людей.

Немного поразмыслив, девушка выставила перед прилавком табличку: «В одни руки — максимум две пары острых крылышек, одна порция супа и одна коробка ледяного молока».

Чи сдулся, как проколотый мяч. Две пары? Да этим даже на зуб не положишь!

Но поделать было нечего: товар в этой закусочной разлетался как горячие пирожки.

А то, что выдают строго по лимиту, всегда кажется вкуснее. Поначалу Чи не собирался брать молоко, но теперь тоже приплюсовал его к заказу.

Стоявшие за ним покупатели почти все как один брали максимальный набор: две пары крылышек, суп и коробку ледяного молока.

Чэнь Мэйюэ с Ли Шашей тоже отстояли очередь. Когда подошел их черед, Чэнь Мэйюэ, не отставая от остальных, заказала полный комплект.

А вот Ли Шаша всё ещё сомневалась в подлинности закусочной, поэтому ограничилась одной парой крылышек и порцией сладкого супа.

Чэнь Мэйюэ тут же окликнула Лу Яо, сверкая умоляющими глазами-звездочками:

— Хозяйка, а можно мне забрать ту порцию крылышек, от которой она отказалась?

Лу Яо категорично покачала головой:

— Нельзя.

Разочарованная покупательница поникла:

— Ну ладно.

Затем она принялась горячо уговаривать подругу докупить ещё пару, чтобы полностью выбрать свой лимит.

Но Ли Шаше казалось, что всё это — коварные происки владелицы. Установить искусственные ограничения, разжечь ажиотаж и через «голодный маркетинг» всучить клиентам свои острые крылышки, незаметно сбывая огромные объемы. А на деле-то продаётся сплошной воздух! Хозяйка в любом случае остаётся в колоссальном плюсе.

Подруга уже угодила в ловушку, но ей самой следовало сохранять ясность рассудка.

К тому же, даже если крылышки окажутся такими же бесподобными, как ей расписывали, всегда можно будет купить ещё. Незачем набирать впрок.

Чэнь Мэйюэ едва не расплакалась от обиды.

Типичный синдром: «обжегшись на молоке, дует на воду». Вот попробует Ли Шаша, и точно пожалеет о своём упрямстве!

Девушки решили перекусить на месте. Четыре-пять складных столиков у входа были битком набиты. Свободные места оставались лишь за одним — там, где сидели Цин и Чи.

От этой парочки исходила столь подавляющая аура, что любой мало-мальски проницательный человек сразу признал бы в них Стражей Парка.

Завсегдатаи кинотеатра и Парка испытывали перед Стражами инстинктивный трепет, поэтому подсаживаться к ним никто не горел желанием.

Однако Чэнь Мэйюэ и Ли Шаша бывали здесь нечасто и не осознавали всей серьезности ситуации. Заметив свободные места, они, ничтоже сумняшеся, плюхнулись за стол.

Чэнь Мэйюэ не терпелось приступить к трапезе. Вцепившись зубами в острое крылышко, она от удовольствия зажмурилась: всё тот же обжигающе-пряный, божественный вкус!

Наблюдая за её неподдельным блаженством, Ли Шаша недоумевала: «Неужели и впрямь так вкусно?»

До её носа действительно доносился аппетитный аромат, но разум по-прежнему отказывался верить, что сотворенная из ничего иллюзия может быть горячей и сытной, как настоящая еда.

Девушка не стала сразу браться за мясо, а перевела взгляд на дымящуюся миску со сладким супом.

Рисовые шарики в ферментированном сладком вине были приготовлены мастерски: пухлые, белоснежные клецки размером с большой палец покоились на дне вместе с кусочками рисовой закваски, яркими ягодами годжи и красными финиками. Одно лишь созерцание этого блюда приносило умиротворение, а в сладком аромате отчетливо улавливались пьянящие нотки ферментации. Ли Шаше очень нравился этот запах.

Зачерпнув пару клецок вместе с бульоном, она отправила их в рот. Нежный, согревающий вкус скользнул по языку и приятным теплом разлился в животе.

На мгновение оторопев, Ли Шаша низко склонилась над миской и принялась жадно хлебать суп ложку за ложкой.

Не прошло и двух минут, как посудина опустела, оставив на дне лишь жалкие капли.

Девушка приподняла миску и выскребла всё дочиста, съев даже осевшие крошки измельченного имбиря.

Опустив посуду, она поймала на себе пристальный взгляд Чэнь Мэйюэ. Смущенно потупившись, Ли Шаша выдернула салфетку и промокнула губы, пытаясь скрыть неловкость:

— Чего уставилась?

Та лишь рассмеялась:

— Говорила же, я тебя не обманываю!

Красная как рак Ли Шаша кивнула. В глубине души она уже рвала на себе волосы: раз суп оказался настолько изумительным, то и крылышки наверняка выше всяких похвал.

Отведав кусочек мяса, она подняла голову. Очередь к прилавку уже растянулась до самых лифтов и завернула налево, в сторону Парка. Как же ей хотелось повернуть время вспять минут на десять назад! Уж тогда бы она непременно послушала подругу и хозяйку, и без лишних споров взяла свои законные две порции!

Когда первый таз замаринованных крылышек опустел, Лу Яо пришлось вернуться на кухню за вторым.

Выйдя наружу, она обнаружила, что и котел с супом вычерпан досуха. Разложив мясо на решетке гриля, девушка снова метнулась вглубь лавки за добавкой.

[Успешно обслужено сто посетителей. Задание выполнено. Награда: сто очков популярности.]

[Популярность «Закусочной Лу Яо» стремительно растет! Заведение повышено до двух звезд, доступно новых блюд: 3.]

[У вас новое задание! Обслужите тысячу посетителей. Награда: тысяча очков популярности.]

[За пятьдесят очков популярности можно нанять одного сотрудника. Открыть вакансию?]

Стоило Лу Яо войти внутрь, как в голове один за другим зазвенели оповещения Системы.

Едва держась на ногах от усталости, девушка налила себе стакан воды и тяжело опустилась на стул, чтобы просмотреть сообщения.

Задание выполнено — этого следовало ожидать.

Новые блюда — об этом она подумает вечером.

Новое задание — приступит к нему немедленно.

Лишь последний пункт заставил её задуматься. Рабочие руки в закусочной сейчас и впрямь не помешали бы.

Вот только с наймом могли возникнуть трудности: вся здешняя еда создавалась из иллюзий, так что отыскать подходящего кандидата будет ох как непросто.

Однако в одиночку она уже не справлялась. Последние несколько дней Лу Яо толком не спала.

Нагрузка росла, поток посетителей увеличивался, да еще и меню требовалось обновлять.

Гул недовольных голосов за дверью подстегивал к действиям. Допив воду, девушка поднялась и мысленно подтвердила наём сотрудника.

[Списано пятьдесят очков популярности. В закусочной открыта одна вакансия. Объявление о найме опубликовано.]

Когда Лу Яо выкатила тележку с супом, толпа снаружи уже изнывала от нетерпения.

Утерев испарину со лба, хозяйка вновь принялась переворачивать шкворчащие на гриле крылышки и паковать заказы.

Спустя два часа дно показалось и во втором тазу, а от супа остались лишь жалкие капли. Лу Яо протяжно выдохнула:

— Всё распродано! Лавка закрывается. Приходите завтра.

До этого момента она была так поглощена работой, что не замечала ничего вокруг. И лишь подняв голову, обнаружила, что очередь рассеялась. У прилавка застыл только один человек.

Это был юноша с дерзкой копной серебристых волос, словно сошедший со страниц комикса — неописуемо красивый главный герой. В его багровых глазах мерцали озорные искорки. Широко улыбаясь, он посмотрел на Лу Яо:

— Мне миску сладкого супа.

Девушка поскребла половником по дну котла, нацедив чуть больше половины порции, и смущенно произнесла:

— Остались только остатки, к тому же совсем остывшие.

— Ничего страшного, — отозвался незнакомец.

«Ну, как знаешь», — подумала Лу Яо.

Она уже было протянула ему посуду, но внезапно осеклась:

— Присядь-ка на минутку. Я сейчас подогрею.

Кормить клиента остывшей едой ей не позволяла совесть.

Вернувшись на кухню, она прихватила крошечный ковшик и пару яиц.

Перелив остатки супа в ковшик, Лу Яо водрузила его на всё ещё раскаленную решетку гриля, разбила туда яйца и добавила щепотку сахара.

Через пару минут горячий суп с рисовыми шариками, винной закваской и яйцом был готов.

В лавке уже никого не осталось, так что юноша вольготно расположился за первым попавшимся столиком.

Лу Яо подала ему обновленное блюдо:

— Я добавила сюда яйцо, так что рецепт немного отличается от стандартного. Это за счёт заведения.

Сереброволосый гость снял пробу, и его глаза превратились в довольные щелочки:

— Очень сладко.

Девушка кивнула и, потеряв к нему интерес, вернулась к уборке.

Бай Мин неспешно хлебал суп, не отрывая от хозяйки пристального взгляда.

Как раз к тому моменту, когда она закончила наводить порядок, его миска опустела.

Отодвинув посуду в сторону, юноша окликнул Лу Яо:

— Хозяйка, я пришел на собеседование.

«Ничего себе эффективность у этих объявлений! И пяти минут не прошло, а кандидат уже тут как тут».

Присев напротив него, девушка поинтересовалась:

— И где же ты наткнулся на нашу вакансию?

Бай Мин неопределенно махнул рукой куда-то влево:

— Висела на входе в Парк. Увидел и сразу пришел.

Разумеется, он скромно умолчал, что сорвал листок, так что объявление больше никто не увидит.

«Как-то всё подозрительно гладко», — пронеслось в голове у Лу Яо. Впрочем, помощник ей требовался позарез, поэтому она решила не придираться к мелочам и перешла к стандартным вопросам:

— Как тебя зовут? Сколько лет? Опыт работы имеется? Труд здесь нехитрый, но пахать придется от рассвета до заката.

Она ещё понятия не имела, как в этом мире выплачивают жалованье. Наверное, тоже расплачиваются «временем»?

Надо будет потом расспросить Синцзы.

У Бай Мина, похоже, ответы были заготовлены заранее:

— Меня зовут Бай Мин. Возраст... двадцать два года. До этого трудился в Парке, но недавно уволился.

— А кем ты там работал? — полюбопытствовала Лу Яо.

— Стражем, — небрежно бросил юноша.

Девушка нахмурилась. «Страж» — это вроде охранника? Или швейцара на входе?

— Бай Мин, твою ж мать! Какого хрена ты прохлаждаешься здесь, вместо того чтобы охранять Парк?! — Громоподобный рык стремительно приближался. Ещё секунду назад незнакомец находился в десятках метров от лавки, а в следующее мгновение уже материализовался прямо перед ними.

Перекошенный от ярости Бай Цзянь скользнул взглядом по Лу Яо, а затем впился испепеляющим взором в сереброволосого парня.

Цин и Чи только что вышли из Парка вместе с ним.

Окинув Бай Мина оценивающим взглядом, Чи спросил:

— Так это и есть наш новенький?

«Уж больно зелёный для Стража», — подумал он. Впрочем, раз этот юнец умудрился занять пост на девяносто девятом этаже, сила в нём крылась немалая.

Бай Цзянь кивнул:

— Ага. Только-только заступил на должность, ещё ветер в голове гуляет. Но ничего, в ближайшее время я выбью из него эту дурь!

Слегка опешившая Лу Яо вопросительно уставилась на кандидата, всем своим видом говоря: «Это что ещё за цирк? Ты же сказал, что уволился!»

Бай Мин невозмутимо поднялся и шагнул к разгневанному командиру:

— Капитан Стражи, я принял решение покинуть пост. Заявление об уходе уже лежит у вас на столе.

Лицо Бай Цзяня вытянулось. На нём ясно читалось: «Ты, блядь, издеваешься?».

— Повтори-ка... я, кажется, ослышался?

Бай Мин, казалось, совершенно не замечал гнетущей ауры своего начальника — кхм, уже бывшего начальника — и с невозмутимым видом повторил только что сказанное:

— Я решил уйти. Заявление об увольнении уже лежит в вашем кабинете.

Отбор в Стражи Парка был строже, чем выбор наложниц для древних императоров. Сказать, что брали одного из десятков тысяч, не было бы преувеличением.

А поскольку в высокоуровневых зонах Парка частенько проводились игры с возрастными ограничениями, требования к Стражам возрастали многократно: от них требовались невероятная сила, стойкость и умение железной рукой контролировать ситуацию.

Бай Цзянь выбрал Бай Мина из миллионов кандидатов. Целый месяц он кропотливо обучал новичка, проведя его через тридцать непрерывных игровых испытаний, и остался им более чем доволен.

Всего полчаса назад Капитан Стражи с нескрываемой гордостью хвастался перед своими коллегами, Цином и Чи, что новенький обладает выдающимися талантами — такой самородок встречается раз в сто лет.

И вот, не прошло и полдня, как этот паршивец заявляет об уходе!

Не в силах смириться с подобным ударом, Бай Цзянь помрачнел:

— Назови мне вескую причину.

Бай Мин указал на Лу Яо:

— Я хочу работать в её лавке.

Бай Цзянь смерил девушку взглядом, затем равнодушно огляделся по сторонам, про себя удивившись, когда это за пределами Парка успело открыться подобное заведение. Впрочем, его это не волновало. Оттащив Бай Мина в сторону, он принялся вполголоса его увещевать:

— Да что хорошего в этой дыре? Пойми же, ты рожден быть Стражем Парка! Только здесь твоя истинная природа и способности смогут раскрыться в полной мере.

Но юноша остался непреклонен и спокойно бросил:

— У неё в заведении можно поесть.

— …Поесть?!

Бай Цзянь счел это полным абсурдом. Весь последний месяц он таскал подчиненного по играм и понятия не имел об уникальности закусочной Лу Яо. Капитану казалось, что Бай Мин просто выдумал нелепую отговорку, лишь бы отвязаться от него.

Ему совершенно не хотелось отпускать такого ценного кадра, но, как назло, за ними наблюдали Цин и Чи. Капитан Стражи не мог ударить в грязь лицом перед подчиненными, поэтому, напряженно сжав челюсти, холодно процедил:

— Хорошо. Я одобряю твое увольнение.

Бай Мин тут же повернулся к Лу Яо:

— Хозяйка, когда мне приступать к работе?

— … — Лу Яо потеряла дар речи.

«И как я вообще могу принять к себе такую горячую картофелину? — пронеслось у неё в голове. — Тот грозный мужчина рядом с ним сверлит меня взглядом, острым как нож!»

Судя по всему, должность Стража сулила отличные перспективы и высокую зарплату. Бай Мина там явно ценили, а стать простым официантом в её крошечной закусочной — значит зарыть талант в землю.

Заметив колебания хозяйки, юноша понял, что дело дрянь. Ради того, чтобы каждый день наслаждаться сладким супом, он готов был вцепиться в это место мертвой хваткой.

Собравшись с мыслями, он отбросил свою пугающую резкость, взъерошил волосы рукой, чтобы казаться более безобидным, и произнес:

— Хозяйка, я не боюсь тяжелой работы, быстро учусь и мне плевать на зарплату. Если мне разрешат здесь питаться, я готов на всё.

Да уж… От такого предложения и впрямь сложно отказаться.

Сложность заданий росла, в меню постоянно требовалось добавлять новые блюда, а в будущем планировалось расширение заведения. Лу Яо уже не справлялась в одиночку, и нехватка рабочих рук стояла очень остро.

У неё было и еще одно опасение: она плохо знала этот мир и боялась нанять неподходящего человека.

Но этот парень был Стражем Парка. При увольнении начальник пытался его удержать, причем совершенно искренне. Значит, на него можно положиться.

Да и мотив у него предельно ясен — он просто очарован здешней едой.

— Испытательный срок — одна неделя. Если справишься с работой, то будешь принят, — вынесла вердикт Лу Яо, стоически выдерживая убийственный взгляд Бай Цзяня.

— Спасибо, хозяйка! Я буду очень стараться.

Бай Мин только сегодня вышел из игры вместе с капитаном и даже не успел официально оформиться в Парке, так что вещей у него там не осталось.

Как только Лу Яо дала согласие, новоиспеченный сотрудник тут же принялся помогать ей закрывать лавку.

Поняв, что ничего уже не изменить, Бай Цзянь с почерневшим от гнева лицом вернулся в Парк.

Цин и Чи, неожиданно для себя ставшие свидетелями столь захватывающего зрелища, поспешили вслед за начальником.

Простодушный Чи, заметив дурное настроение командира, попытался его утешить:

— Бай Мин новенький, да и молод совсем, потому и ветер в голове. В следующий раз выберем кого-нибудь посерьезнее. Не принимайте это так близко к сердцу, Капитан.

Но Бай Цзянь и слушать ничего не желал. Не желая оставаться объектом насмешек, он холодно отрезал:

— Если дел больше нет, можете идти. Я целый месяц пробыл в игре, чертовски устал и хочу отдохнуть.

Получив столь откровенный отпор, Цин и Чи в растерянности покинули девяносто девятый этаж.

Оставшись один в кабинете, Бай Цзянь сидел неподвижно, закипая от ярости. Он вложил столько сил и времени в воспитание этого Стража! Он даже прочил его себе в преемники! И надо же — какая-то девчонка так легко увела его прямо из-под носа.

Это было невыносимо обидно.

В этот момент двери в Парке начали поочередно открываться. Сотрудники, отыгрывавшие роли НИПов в играх, один за другим возвращались со смены. Некоторые все еще пребывали в облике монстров, другие были с ног до головы перемазаны кровью.

В глазах только что вышедших из симуляций НИПов горел азарт. Находя знакомых, они тут же принимались обсуждать забавные случаи из игр, кривляясь и изображая до смерти перепуганных Испытателей. Лица у них при этом были на редкость зловещими.

Шум отвлек Бай Цзяня от мрачных мыслей. Распахнув дверь кабинета, он окликнул проходившего мимо НИПа.

Увидев Капитана Стражи, тот инстинктивно вжал голову в плечи и неохотно подошел:

— Слушаю, Капитан.

— У меня для тебя задание, — с каменным лицом произнес Бай Цзянь.

Ни один НИП в Парке не осмелился бы ослушаться Капитана. К тому же поручение оказалось пустяковым, так что сотрудник без колебаний согласился.

Вернувшись в кабинет, Бай Цзянь небрежным пассом руки сотворил из иллюзии крошечную копию Бай Мина.

Усадив фигурку на стол, мужчина писклявым голосом проговорил:

— Простите меня, господин Капитан, я был неправ! Работа в закусочной такая скука, умоляю, позвольте мне вернуться в Парк и снова стать Стражем!

В следующую секунду он ответил уже своим обычным голосом:

— Что ж, я подумаю над этим.

На душе немного полегчало, но этого показалось мало. Легким движением он создал такую же миниатюрную иллюзию Лу Яо.

Поставив фигурку девушки рядом с маленьким Бай Мином, он спародировал её голос:

— Господин Капитан, этот Бай Мин такой неуклюжий! Стряпня у него выходит отвратительная, никто это не покупает. Он совершенно не справляется с работой, умоляю, заберите его обратно!

Бай Цзянь презрительно фыркнул:

— Мелковата речушка для такого большого корабля.

…

Тем временем в закусочной Лу Яо вздохнула с невероятным облегчением: с появлением помощника всё изменилось.

Бай Мин оказался сильным и аккуратным. Он помог закрыть лавку, идеально ровно расставил столы и стулья, а под чутким руководством хозяйки даже заменил перегоревшую лампочку.

Закончив с делами, он замер у окна, задумчиво глядя на улицу:

— Хозяйка, всё, что снаружи — это созданная тобой иллюзия?

«Ой, не к добру это», — екнуло сердце у Лу Яо.

Последние несколько дней она держала двери закрытыми и пока не пускала посетителей внутрь, обслуживая всех навынос.

Её лавка служила порталом в Иной мир, но само здание физически находилось на торговой улице в её родной реальности, поэтому и пейзаж за окном открывался вполне земной.

Эта торговая улица располагалась на набережной. Говорили, что изначально её строили как часть огромного парка аттракционов, но проект провалился, и вскоре закрылся сам развлекательный комплекс.

Новые инвесторы возвели современный парк развлечений на противоположном берегу реки, а это место окончательно пришло в запустение.

Закусочная занимала одно из небольших помещений в ряду у реки, и, несмотря на скромные размеры, расположение у неё было отличным.

Стоило распахнуть окно, как взору открывалась безмятежная гладь реки, по которой изредка проплывали лодки. А на противоположном берегу, словно на ладони, раскинулась большая часть нового парка аттракционов. Отсюда было прекрасно видно даже огромное красное колесо обозрения, неторопливо совершающее свой круг.

Когда клиентов прибавится, она не сможет вечно держать зал закрытым. Да и сотрудники теперь будут постоянно маячить перед глазами. Этому феномену нужно было срочно придумать правдоподобное объяснение.

Девушка подумывала заколотить окна, но отмела эту идею из соображений безопасности — на кухне всё-таки использовался открытый огонь.

К тому же, прятать такой роскошный вид на реку было бы настоящим преступлением. Вдоль набережной росло множество цветущих деревьев, и по весне, когда они распускались, берег утопал в бесконечном, ослепительно-прекрасном море цветов.

Раз уж Бай Мин всё так удачно неправильно понял, Лу Яо решила подыграть:

— Ага, иллюзия. Ну как, неплохо вышло?

Юноша кивнул, слегка постукивая пальцами по подоконнику:

— Очень даже. Выглядит точь-в-точь как… пейзаж из другого мира.

Спина Лу Яо напряглась, а сердце забилось чуть быстрее, но она выдавила непринужденную улыбку:

— Выходит, я достигла неплохих высот в мастерстве иллюзий, раз они кажутся такими настоящими.

Бай Мин оглянулся на неё и согласно кивнул:

— Твое искусство и правда впечатляет, хозяйка. Есть еще какие-нибудь поручения?

— М-м, я планирую добавить в меню пару новинок. Сейчас мне нужно съездить на зак… кхм, подготовить ингредиенты. Можешь пока пойти домой и отдохнуть. А вечером возвращайся — будешь дегустатором. Заодно научу тебя жарить куриные крылышки. Как тебе такой план? — мягко предложила Лу Яо.

Бай Мин, разумеется, возражать не стал.

Закрыв лавку, девушка отправилась на местный фермерский рынок.

Когда юноша вернулся вечером, Лу Яо уже колдовала над новыми блюдами. Помещение наполнилось умопомрачительными ароматами.

Бай Мин прямиком направился к плите. В его алых глазах плясали восторженные искорки:

— Что ты готовишь?

— Вкуснятину! Но пока забудь об этом. Иди сюда, буду учить тебя обращаться с грилем.

Вскоре Лу Яо поняла, что сорвала джекпот. Бай Мин не зря считался выдающимся талантом, которого так отчаянно пыталось удержать руководство Парка.

Впервые встав за гриль, он моментально схватил суть процесса. Приготовленные им куриные крылышки покрылись идеальной золотистой корочкой, оставшись внутри нежными и сочными. Уровень прожарки и количество специй были выверены с безупречной точностью.

Не удержавшись, Лу Яо хлопнула его по плечу:

— Потрясающе! С завтрашнего дня гриль полностью в твоем распоряжении.

Завершив обучение стажера, она вернулась к проработке новинок.

Бай Мин, выступая в роли главного дегустатора, уплетал всё за обе щеки и, казалось, был готов проглотить собственный язык от удовольствия.

На следующий день, когда Закусочная Лу Яо открылась, посетители тут же заметили нового работника с весьма устрашающей внешностью.

Если бы хозяйка не представила его как своего помощника, многие бы решили, что к ним на огонек заглянул Страж из какого-нибудь Парка.

С появлением Бай Мина Лу Яо больше не приходилось таскать тяжести — гриль, печь и огромные кастрюли со сладким супом теперь были заботой юноши.

Девушка выставила наружу написанную накануне табличку. Увидев, что в меню появились сразу три новые позиции, посетители, несмотря на ограничение по количеству порций, не утратили энтузиазма и наперебой принялись делать заказы:

— Хозяйка, мне все три новинки!

— И мне! Мне тоже!

Лу Яо повернулась к Бай Мину:

— Сяо Бай, гриль на тебе, а я займусь лепешками.

Среди толпы ожидающих вновь оказались Чэнь Мэйюэ и Ли Шаша. Заметив обновленное меню, подруги не раздумывая заказали по полному набору.

Яркая шевелюра Чи выделялась в толпе, поэтому Лу Яо сразу же его приметила. Поймав её взгляд, рыжеволосый парень подмигнул.

Правда, того юноши в зеленой рубашке с акульими зубами рядом с ним не оказалось.

Бай Цзянь стоял у окна своего кабинета, хмуро взирая на гигантскую очередь у дверей закусочной.

И что за неведомая магия притягивает туда такие толпы?

Заметив в гуще людей три знакомые фигуры, Капитан удовлетворенно кивнул: тот самый НИП в точности выполнил его приказ и привел своих дружков на дело.

Внизу, шаркая ногами в хвосте очереди, топтался один из НИПов Парка по имени Дуду. Он беспрестанно дергал носом и пускал слюни от предвкушения, жалобно скуля:

— Ну почему так медленно? Когда уже наша очередь?

Его напарник, Паопао, судорожно сглотнул и попытался успокоить друга:

— Не кипятись, скоро уже.

Самый рассудительный из троицы, Дундун, видя, как его приятели поддались дурманящим чарам хозяйки закусочной, не выдержал:

— Подберите слюни. Мы на задании, хватит позориться!

Вчера Капитан Стражи лично поручил Паопао одно дельце, а тот позвал на подмогу Дуду и Дундуна.

Хоть они и были самыми низкоуровневыми НИПами во всем Парке, на сей раз им доверили миссию исключительной важности.

Троица вознамерилась пустить в ход весь свой актерский талант мелких монстров, чтобы в пух и прах разнести эту паршивую лавчонку, впечатлить начальство и проложить себе прямую дорогу к повышению по службе.

— Да я бы и рад! — обиженно протянул Дуду. — Но эта девчонка просто монстр. Почему её стряпня так умопомрачительно пахнет? Я сейчас с ума сойду от голода… шмыг.

Паопао погладил живот и закивал в знак солидарности:

— Ага, запах отпад. Я бы тоже перекусил.

Дундун мысленно поставил на друзьях крест. Шмыгнув носом, он попытался нацепить маску презрения:

— Это просто ароматы, их же не съешь. Скукотища. Соберитесь, идиоты, мы здесь ради миссии!

Очередь постепенно продвигалась, и наконец настал черед троицы заговорщиков.

Никто из них раньше здесь не бывал. Меню оказалось крошечным, а цены — просто смешными.

Глотая слюнки, Паопао и Дуду заказали по порции каждого блюда, тогда как Дундун ограничился лишь тремя новинками.

В этот день наплыв желающих оказался столь велик, что столиков на улице не хватало, поэтому Лу Яо пришлось пустить часть людей внутрь зала, чтобы хоть немного разгрузить очередь.

Она наспех задернула занавески, скрыв от чужих глаз пейзаж за окном.

Троица собиралась усесться в помещении, но как раз в этот момент освободился один из столиков на улице, и они тут же его оккупировали.

Дундун уселся поудобнее, намереваясь еще раз проговорить с обоими недотепами план диверсии.

С пищей, сотворенной иллюзией, не бывало проблем ни с гигиеной, ни с вредом для здоровья, однако она несла в себе иную угрозу.

В этом мире, за исключением Парка, практически не существовало мест для развлечений.

Находились те, кто избегал испытаний, но жаждал острых ощущений, поэтому они создавали вещи на продажу.

При помощи магии они вплетали в свои иллюзорные поделки Скверну, доводя покупателей до безумия просто забавы ради.

Люди со слабой волей, подвергшись заражению Скверной, теряли рассудок и превращались в крушащих всё на своем пути монстров.

План состоял в следующем: купить еду, сымитировать приступ бешенства, разнести закусочную в щепки, а затем обвинить хозяйку в подмешивании Скверны в блюда.

Репутация заведения будет уничтожена, посетители исчезнут, и цель Капитана Стражи будет достигнута.

Но реальность внесла свои коррективы. Едва опустившись на стул, Паопао нетерпеливо схватил с тарелки пирожок с яйцом и диким луком — одну из сегодняшних новинок.

Лепешка размером с ладонь, обжаренная в тонком слое масла, покрылась идеальной румяной корочкой. Тесто было настолько тонким, что сквозь него просвечивала изумрудная зелень лука вперемешку с крошкой вареного яйца, источая сногсшибательный аромат.

Паопао откусил огромный кусок. Тесто оказалось мягким и пропитанным соками. В начинке, помимо лука и нежного яйца, обнаружилась еще и рубленая стеклянная лапша с обжаренным мясным фаршем. Свежесть зелени, упругость лапши и насыщенный мясной аромат слились в такой божественный вкусовой аккорд, что у НИПа едва душа не покинула тело от блаженства.

Дундун заметил, что с другом творится что-то неладное: Паопао закатил глаза и задрожал всем телом, словно вот-вот впадет в неистовство.

У главаря даже мелькнула мысль: а не подмешала ли эта девчонка настоящую Скверну им в тарелки?

Тем временем не выдержал и Дуду. Его взгляд был прикован к жареным свиным ножкам — еще одной новинке из меню. Ножки, каждая из которых была длиннее его ладони, приобрели аппетитный карамельный оттенок. Щедро усыпанные специями, они благоухали так пряно и остро, что слюни полились у НИПа рекой.

Вцепившись в массивную свиную ножку, Дуду с урчанием впился в неё зубами.

Свинина, которую сперва отварили в специях, а затем продержали в бульоне целую ночь, не только пропиталась вкусом до самых костей, но и стала невероятно мягкой.

С утра ножки извлекли из котла и подкоптили на углях, вытапливая лишний жир. Затем их щедро смазали острым маслом, посыпали приправами и кунжутом. Благодаря этому шкурка слегка похрустывала, скрывая под собой тающий во рту, упругий желатиновый слой, в котором не чувствовалось ни капли приторной жирности.

Весь перемазанный жиром Дуду качал головой в экстазе. Заметив, что Дундун так и не притронулся к еде, он промычал с набитым ртом:

— Дундун, ешь давай! Это просто отвал башки!

Сидящий напротив Паопао не проронил ни слова. Расправившись с пирожком и свиной ножкой, он принялся за сладкий суп. Залпом осушив миску, он раскраснелся, словно после бани.

Почувствовав жар, он схватил стакан с клубничной газировкой, прижался к нему раскрасневшейся щекой и блаженно простонал:

— А-ах… Я в раю.

Бай Цзянь, всё это время наблюдавший за троицей мелких НИПов из своего окна, предвкушающе сверкнул глазами.

Представление начинается!

Увидев, как первый монстрик откусил кусок и замер с глуповатым выражением лица, Капитан подумал: «Ну же, давай!»

Прошло несколько минут. Ничего не произошло.

«Наверное, этот болван оказался слишком туп, чтобы отыграть роль. Не беда, есть еще двое», — успокоил себя мужчина.

Но затем за еду принялся второй НИП. Он начал раскачиваться из стороны в сторону, явно кайфуя от процесса.

Теперь вся надежда оставалась только на последнего.

Дундуну казалось, что после еды его друзья стали вести себя крайне странно. Насторожившись, он отодвинул от себя подальше пирожок с луком и свиную ножку. И всё же устоять перед очарованием клубничной содовой он не смог.

В прозрачном стеклянном стакане плескалась кристально чистая вода. Мелкие пузырьки облепили стенки, а на дне покоился слой густого темно-красного сиропа. В напитке плавали кубики льда и кусочки свежей клубники, увенчанные миниатюрным зеленым листочком мяты. Содовая источала освежающий и манящий фруктовый аромат.

Не сдержавшись, Дундун осторожно лизнул жидкость. Его глаза тут же вспыхнули, и, схватив стакан, он сделал огромный глоток.

Он пил так жадно, что не обращал внимания на сладкие струйки, стекающие по подбородку.

Содовая была кисло-сладкой, ледяной и приятно пощипывала язык. Это был вкус самого лета.

Паопао, которому показалось мало, потянулся за порцией командира.

Дундун резко перехватил его руку:

— Эй, ты чего?!

— Раз тебе не нравится, я помогу доесть, — с самым невинным видом отозвался приятель.

— А ну брысь! Кто сказал, что мне не нравится?! — Дундун оттолкнул наглую руку.

Вскоре Дундун, сжимая в левой руке пирожок, а в правой — свиную ножку, уплетал их с такой же скоростью, перемазавшись жиром с ног до головы.

Когда троица мелких НИПов разделалась с обедом, они еще долго и тщательно облизывали пальцы. Лишь убедившись, что на них не осталось ни капли вкуса, монстрики с большой неохотой поднялись из-за стола.

Уже вернувшись в свое общежитие, они вдруг почувствовали, что забыли о чем-то важном. Поразмыслив пару минут, никто так и не смог вспомнить, о чем именно.

А, ладно, значит ничего серьезного!

— … — Бай Цзянь просто лишился дара речи.

Что касается нового меню, изначально у Лу Яо было несколько запасных вариантов.

Вчера вечером, перепробовав их все, Бай Мин авторитетно заявил, что острые свиные ножки и пирожки с яйцом и диким луком — вне конкуренции.

Девушка решила довериться вкусовым рецепторам обитателя Иного мира и остановила свой выбор именно на этих двух блюдах.

А клубничная содовая стала абсолютным фаворитом юноши после того, как он продегустировал больше дюжины различных коктейлей.

Судя по сегодняшней реакции посетителей, его советы оказались битьем точно в яблочко.

Когда час пик миновал, поток клиентов постепенно начал спадать.

Только Лу Яо подумала, что можно немного передохнуть, как из зала в панике выбежал один из посетителей с криком:

— Хозяйка! Там внутри драка!

Сердце девушки тревожно екнуло:

— Что стряслось?!

— Они не поделили место у окна! Слово за слово, и в ход пошли кулаки! — выпалил мужчина.

По правде говоря, он и сам был не прочь занять тот столик.

Иллюзия за окном выглядела поразительно реалистично: вдали медленно вращалось колесо обозрения, крошечные фигурки людей куда-то спешили, а если прислушаться, можно было даже разобрать отголоски уличного шума.

К сожалению, тягаться с местными здоровяками ему было не по силам, поэтому оставалось лишь скромно стоять в сторонке, пожевывая еду и наслаждаясь зрелищем.

Дерутся за место у окна? Видимо, кто-то отдернул шторы.

Лу Яо вполне могла их понять. Она и сама обожала сидеть у окна в транспорте: созерцание проносящихся мимо пейзажей всегда поднимало ей настроение.

В ее родном мире многие рестораны при выборе помещения учитывали вид из окна. Ночные огни над рекой, соседство с зеленым парком или панорама города — всё это служило отличной приманкой для посетителей и повышало статус заведения.

В этом мире, если не брать в расчет отсутствие еды, образ жизни и архитектура мало чем отличались от привычных ей. Поэтому девушка немного расслабилась, решив, что даже если вид из окна откроется, местные не найдут в этом ничего сверхъестественного.

В крайнем случае, решат, как Бай Мин, что это просто мастерски созданная иллюзия.

Она специально уточняла у Системы: свободно перемещаться между двумя реальностями может только она, благодаря их привязке. Остальные, даже если и увидят пейзажи Иного мира, попасть туда не смогут.

Это была одна из причин, почему она без опаски впускала посетителей внутрь.

Споры из-за столика — дело житейское, но устраивать побоище — это уже перебор.

Лу Яо отложила работу, взяла с кухонного стола влажное полотенце и, на ходу вытирая руки, направилась в зал.

— Пойду посмотрю.

У гриля стояла еще одна посетительница — та самая Синцзы, работавшая в кинотеатре.

Она заказала острые куриные крылышки, жареные свиные ножки, лепешки с луком-джусаем и яйцом, а также клубничную газировку.

Бай Мин, переворачивавший на решетке мясо, бросил на нее короткий взгляд и невозмутимо произнес:

— Подожди, я сам гляну.

Синцзы с улыбкой кивнула, обогнула стойку и увязалась за ним:

— Я, пожалуй, тоже взгляну.

Войдя в зал, Лу Яо поняла, что масштаб бедствия превзошел все ее ожидания. Она-то думала, там сцепились двое, а оказалось — настоящая куча-мала. В дальнем углу люди валялись на полу, навалившись друг на друга, словно в регби, а у самого окна еще трое или четверо ожесточенно мутузили друг друга.

Девушка попыталась их утихомирить, но драчуны лишь мельком глянули на нее и продолжили потасовку.

— Я первый занял!

— Чушь собачья, это мое место!

— Проваливай, мусор! Я тут свое имя нацарапал, теперь это мой личный стол!

Лу Яо: «…»

Ну чисто петушиные бои, еще и оскорблениями сыплют.

Вошедший в зал Бай Мин заслонил управляющую собой. Его голос прозвучал холодно и властно:

— Вы напугали хозяйку. Тех, кто продолжит драку, отправлю в Темную комнату.

В лавке повисла тишина. Сцепившиеся у окна молча расцепили хватки, а барахтавшаяся в углу куча мала начала расползаться. Поднявшись на ноги, все заискивающе уставились на Бай Мина.

— Мы больше не деремся, только не в Темную комнату!

— Всё-всё, закончили. Хозяйка, простите, бес попутал.

— Управляющая, извините, я уже наелся. Ухожу, завтра приду.

Лу Яо про себя отметила, что «Темная комната» здесь, видимо, заменяет полицейский участок, причем работает куда эффективнее.

Зачинщики быстро рассосались, остался лишь один мужчина средних лет — из тех, что дрались у самого окна.

Одетый в горчичную футболку, он поднялся с пола и уже было побрел к выходу вслед за остальными, но, бросив взгляд на окно, не выдержал. Он вернулся к Лу Яо, и в его лихорадочно блестящих глазах читалось сильное волнение:

— Хозяйка, там за окном ведь другой мир, да? Я своими глазами видел… М-м-м!

Договорить он не успел: Бай Мин под дых прописал ему кулаком, а затем, схватив за шкирку, как нашкодившего котенка, потащил к выходу. На ходу он бросил Лу Яо:

— Управляющая, этот клиент психически нестабилен. Я сдам его в Темную комнату и сразу вернусь.

— …А, э-э, хорошо, — только и выдавила Лу Яо.

«Значит, Темная комната — это психбольница?»

Впрочем, сейчас это было неважно.

Синцзы незаметно подошла к окну и теперь завороженно смотрела на улицу.

Лу Яо стало не по себе. Она всерьез задумалась, не заколотить ли это окно от греха подальше.

Заметив приближение хозяйки, Синцзы оторвала взгляд от пейзажа. В ее глазах мелькнул странный огонек:

— Твое мастерство иллюзий просто невероятно. Создать настолько реалистичный мираж…

Сердце Лу Яо екнуло, она неуверенно помялась:

— Думаешь, выглядит натурально? А я вот как раз размышляла, не закрыть ли окно, чтобы гости больше не дрались.

Синцзы чуть заметно напряглась. Сделав глубокий вдох, чтобы скрыть волнение, она небрежно бросила:

— Эти люди слишком слабы, они не способны отличить правду от вымысла. Нет нужды лишать заведение такого чудесного вида из-за кучки глупцов. Иллюзия есть иллюзия. Со временем они привыкнут и перестанут устраивать потасовки.

— Хм, я еще подумаю.

В словах Синцзы было здравое зерно. Да и самой Лу Яо нравился вид на реку. Вот бы замаскировать его так, чтобы никто ни о чем не догадался…

Система: «Потратив двести очков популярности, вы можете улучшить заведение и расширить Пространственный карман внутри лавки. За дополнительные пятьдесят очков Система изменит планировку зала по вашему желанию. Желаете провести улучшение?»

Задание «Обслужить тысячу клиентов» было выполнено лишь на треть, требовалось еще два-три дня упорной работы.

У Лу Яо не было столько очков даже на базовое расширение, не говоря уже о перепланировке, поэтому она отклонила предложение Системы.

Синцзы лукаво блеснула глазами и внезапно предложила:

— Хозяйка, бизнес у тебя идет в гору, людей будет всё больше. Вы с новым пареньком едва справляетесь с выдачей заказов. Тебе бы не помешал официант в зал — приглядывать за гостями и вовремя принимать заказы.

А заодно отгонять любителей подраться за место у окна — эту мысль Синцзы озвучивать не стала, но была уверена, что Лу Яо ее поймет.

И девушка действительно поняла. Добавление одного сотрудника стоило всего пятьдесят очков популярности. Он мог бы не только помогать в зале, но и присматривать за посетителями, а заодно охранять «иллюзию».

— Пожалуй, ты права, — кивнула Лу Яо.

Синцзы захлопала ресницами, выпрямилась и на полном серьезе спросила:

— Раз уж ты ищешь человека, как насчет меня?

— Ого, хочешь сменить работу? — удивилась Лу Яо.

Она еще не успела побывать в соседнем кинотеатре, но по роскошному фасаду было ясно, что заведение серьезное.

Даже если речь идет о сфере обслуживания, перспективы там явно лучше, чем в ее крошечной закусочной.

— Да, хочу устроиться к тебе официанткой, — подтвердила Синцзы. — В кинотеатре я продавала билеты и попкорн, так что опыт общения с клиентами у меня богатый. Что касается оплаты — мне достаточно того же, что и этому парню. Можешь платить по минимуму, главное, чтобы кормила. По рукам?

Ну точно. Еще одна жительница Иного мира, готовая работать за еду.

Сперва Лу Яо сомневалась, но последняя фраза Синцзы ее успокоила.

Вчера вечером, во время дегустации новых блюд, Бай Мин изрядно ее напугал. Он смел всё: разнообразные закуски, напитки — в общей сложности килограммов десять еды, и даже покушался на заготовки для продажи.

Теперь Лу Яо прекрасно понимала, насколько притягательна нормальная пища для местных обитателей.

Опыт работы Синцзы тоже пришелся весьма кстати, она идеально подходила на эту роль.

Но сразу соглашаться Лу Яо не стала:

— Давай поступим так же, как с Бай Мином: неделя испытательного срока. Если справишься — возьму в штат.

Синцзы радостно закивала:

— Отлично! Пойду уволюсь.

— Договорились. На сегодня мы закрываемся, так что приходи завтра утром, — Лу Яо попрощалась с новой сотрудницей и принялась собирать вещи.

Проводив последнего клиента, Бай Мин тут же вернулся, чтобы помочь с уборкой.

Выбрав момент, Лу Яо сообщила ему о появлении новой официантки. Тот молча кивнул, принимая информацию к сведению.

В первый же рабочий день Синцзы преподала начальнице хороший урок.

Дело было после обеда. Закусочная закрылась, и Лу Яо обзванивала поставщиков с фермерского рынка, заказывая продукты на завтра. У нее уже были налажены связи: овощи, свежее мясо, приправы и напитки — всё доставляли прямо к дверям.

В ожидании курьеров Синцзы подошла к Лу Яо с меню в руках. Лицо ее было предельно серьезным:

— Управляющая, нам нужно поговорить.

Лу Яо напряглась, решив, что случилось какое-то ЧП или возникли проблемы в зале.

Весь день она наблюдала за новой сотрудницей: Синцзы оказалась настоящим профи. Драк за столик больше не возникало, и Лу Яо могла спокойно заниматься готовкой, что сильно облегчило ей жизнь.

Довольная помощницей, она выпрямилась:

— Да, слушаю.

Синцзы положила меню на стол:

— Тебе не кажется, что с нашими ценами что-то не так?

— А что с ними не так?

Неужели слишком дорого?

Лу Яо еще в самом начале вывела для себя формулу пересчета, переводя местное время в почасовую оплату.

Если взять скромную ставку в восемь юаней за час, то одно крылышко стоимостью в шесть часов обойдется в сорок восемь юаней. Весьма прилично!

Когда она перевела таким образом свою выручку за последние дни, получилась астрономическая сумма. Оставалось лишь в очередной раз горестно вздохнуть: «Эх, вот бы это были настоящие деньги!!!»

Синцзы покачала головой:

— Слишком дешево! Тот попкорн, которым я тебя угощала, в кинотеатре стоит двадцать четыре часа за порцию. А наши острые крылышки — такие вкусные, и готовить их так сложно — всего шесть часов! Жареные свиные ножки, с которыми возни еще больше, уходят за десять часов. Но самое возмутительное — лепешки с луком по три часа за штуку! У тебя сердце кровью не обливается?

— …А? Ну, э-э… — Лу Яо смущенно опустила глаза, лихорадочно прикидывая в уме, сколько же тогда стоит порция попкорна в юанях.

Синцзы хлопнула ладонью по столу:

— Поднимаем цены, управляющая! Для начала — в десять раз на каждую позицию. А дальше посмотрим по ситуации.

В десять раз…

Если крылышко стоило сорок восемь юаней, умножить на десять… четыреста восемьдесят… Лу Яо стало дурно.

Синцзы, полная энтузиазма, нависла над ней, требуя немедленно исправить прайс.

Лу Яо пришлось взять ручку и набросать новые расценки прямо поверх старых, пообещав завтра вывесить чистовик.

Острые куриные крылышки: 60 часов за штуку, 120 часов за пару

Жареные свиные ножки: 100 часов за порцию

Лепешка с луком-джусаем и яйцом: 30 часов за штуку

Рисовые шарики в сладком вине: 40 часов за порцию

Клубничная газировка: 80 часов за стакан

Ледяное молоко: 30 часов за упаковку

…

Вечером, когда Синцзы ушла, Лу Яо с тяжелым вздохом переписывала меню. Ей казалось, что она стала владелицей мошеннической конторы.

Она боялась, что такое резкое повышение цен отпугнет клиентов, но Синцзы профессионально выкрутилась, выставив у входа табличку: «Период рекламных акций завершен. С сегодняшнего дня заведение переходит на стандартные цены».

На удивление, посетителей это ничуть не смутило. Очередь не только не поредела, но и продолжала расти с каждым днем.

Лу Яо мысленно поаплодировала хватке своей сотрудницы.

Понаблюдав еще несколько дней, она убедилась, что столик у окна по-прежнему пользуется бешеной популярностью.

Впрочем, Синцзы оказалась права: со временем все успокоились и привыкли. Больше никто не допытывался, что за пейзаж виднеется снаружи, все смирились с мыслью, что это «искусная иллюзия Лу Яо».

Но энтузиазма у гостей не убавилось — они даже начали занимать отдельную очередь, чтобы посидеть именно там.

«Успешно обслужено 1000 клиентов. Задание выполнено. Награда: 1000 очков популярности».

«Закусочная Лу Яо пользуется небывалым спросом. Заведение повышено до трех звезд. Открыто новое блюдо (+1). Разблокирована функция прямых трансляций. Желаете запустить стрим в текущем мире?»

Лу Яо поразмыслила над функцией «трансляций» и решила пока ее не трогать.

Сейчас ее куда больше интересовало улучшение лавки: она хотела расширить помещение и заодно изменить планировку.

После закрытия она потратила несколько часов на чертеж нового зала, а затем списала двести пятьдесят очков популярности на обновление.

Улучшений требовалось много, поэтому Система запросила двенадцать часов на технические работы.

Чтобы не срывать дневную торговлю, Лу Яо решила запустить процесс завтра вечером, закрывшись пораньше.

Утром закусочная открылась по расписанию. Чэнь Мэйюэ и Ли Шаша уже стали постоянными гостьями, живущий далеко юноша Чи заглядывал раз в пару дней. В последнее время подтянулись и работники соседнего Парка, плюс каждый день появлялись новые лица.

Позади толпы Бай Лу вытянула шею, пытаясь разглядеть фасад, и ее глаза расширились от изумления:

— И это просто закусочная? Народу-то сколько! Когда же до нас дойдет очередь?

Стоявший за ней юноша по имени Бай Хэ шикнул на напарницу:

— Веди себя тише, не привлекай внимания.

Эта парочка принадлежала к числу элитных НИП Парка. Их уровень значительно превышал ранг того же Паопао сотоварищи — им даже доверяли роли Боссов.

После недавнего провала Бай Цзянь несколько дней занимался самокопанием и пришел к выводу, что совершил стратегическую ошибку: не стоило отправлять на дело тех троих оболтусов.

Мало того, что они провалили задание, так еще и переметнулись на сторону врага!

В последнее время Бай Цзянь частенько замечал, как эта троица мелких НИП после смены тайком бегает в закусочную, и это приводило его в бешенство.

Поразмыслив, он вызвал двух самых толковых сотрудников Парка — Бай Лу и Бай Хэ.

Задача стояла простая: разваливать бизнес не требовалось, нужно было лишь заставить Лу Яо отказаться от Бай Мина.

Бай Цзянь слышал, как она упомянула семидневный испытательный срок. Сегодня был как раз последний день. Если она не примет его на работу, Бай Мину придется вернуться на пост Стража.

Отстояв длиннющую очередь, Бай Лу и Бай Хэ наконец оказались у кассы.

Им повезло: как только они собрались делать заказ, хозяйка объявила, что сегодня заведение закрывается пораньше, и они — последние клиенты.

Парочка не забыла о своей миссии и заказала исключительно то, что готовил Бай Мин: острые крылышки и свиные ножки.

План был надежен как швейцарские часы: докопаться до качества еды Бай Мина — сначала придраться к внешнему виду и вкусу, а если Лу Яо не отреагирует, обвинить парня в том, что он умышленно подмешивает в пищу Скверну.

Чтобы не привлекать внимания Бай Мина, они забрали подносы и сели в зале.

Услышав о раннем закрытии, остальные посетители быстро доели и разошлись.

В лавке осталась только официантка — тоже старая знакомая. Бай Хэ и Бай Лу переглянулись: лучшего момента для скандала и не придумаешь.

Они вальяжно отодвинули стулья и уже собирались устроить сцену, потребовав позвать управляющую, как вдруг подняли глаза и поняли, что их столик — не совсем обычный.

Прямо у них под боком было распахнуто окно. Снаружи неспешно несла свои воды река, вдали пролетали птицы. А если приглядеться, то можно было рассмотреть гигантское красное колесо обозрения, медленно ползущее вверх, и другие аттракционы. Оттуда даже доносились восторженные крики.

Бай Хэ растерянно посмотрел на Синцзы:

— Это что такое…

— Это наша управляющая сама создала, — приветливо пояснила подошедшая Синцзы. — Иллюзия, неотличимая от реальности. Гостям очень нравится.

Бай Хэ закатил глаза и проворчал:

— Синцзы, хорош заливать. Простаков можешь дурить, но мы-то видим. Это же чистой воды…

Договорить он не успел. Синцзы с силой надавила ему на затылок, впечатав лицом прямо в тарелку.

Раздался глухой хруст бьющейся посуды. Синцзы, не переставая лучезарно улыбаться, закончила за него:

— Чистой воды мастерская иллюзия. Как настоящая, не правда ли?

Бай Хэ жалобно дернул головой, признавая поражение, и Синцзы его отпустила.

Сидевшая напротив Бай Лу тем временем ухватила крылышко, откусила кусок, и ее глаза зажглись восторгом:

— Бай Хэ, какая вкуснотища! Попробуй скорее!

Лицо Бай Хэ, только что побывавшее в тарелке, было перемазано жиром, так что вкус острых крылышек он уже оценил сполна.

Ничуть не смутившись своего непрезентабельного вида, он тоже взялся за крылышко и, жуя, покосился на напарницу:

— А ты я смотрю вообще не паришься.

— Теперь я понимаю, почему вы с Бай Мином так вцепились в это место, — болтая ножками, с блеском в глазах произнесла Бай Лу. — Но вы двое уверены, что сможете ее защитить?

Испытатель, случайно забредший в Иной мир. Узнай кто об этом, хрупкую хозяйку разорвут на куски в мгновение ока.

— Не твоя забота, — с улыбкой парировала Синцзы. — Умрет она — исчезнут и острые крылышки, и лепешки, и клубничная газировка. Выбирай, что тебе дороже.

К тому же, кто в здравом уме откажется от такого вида за окном?

Покончив с едой, Бай Лу и Бай Хэ удалились.

Вернувшись в Парк, они ни словом не обмолвились Бай Цзяню об истинной природе закусочной. Сказали лишь, что как они ни старались, упрямая хозяйка в восторге от навыков Бай Мина и увольнять его не собирается.

Заметив, как потемнело лицо босса, Бай Лу еще и ехидно добавила, что у Бай Цзяня настоящий талант находить кадры — такие самородки везде блистают.

Бай Цзянь: «…»

Его чуть не вывернуло от злости. Теперь он ненавидел Лу Яо и ее лавку еще сильнее.

Закрыв заведение, Лу Яо запустила процесс технического обслуживания.

На следующий день закусочная преобразилась до неузнаваемости.

«У вас новое задание! Проведите трансляцию и заработайте достижение «Широкая известность», чтобы разблокировать финальную миссию в этом мире! Желаете запустить стрим?»

!!!

Завершение финальной миссии означало переход в следующий мир. А в следующем мире, возможно, получится заработать настоящих денег!

Порядочно исхудавший кошелек придал Лу Яо решимости, и она, потирая руки, ответила:

— Да!

[Списано сто очков популярности. Доступен запуск трансляции во всех тринадцати секторах страны. В настоящее время сигнал способен охватить лишь три из них. Пожалуйста, выберите зоны вещания.]

Перед Лу Яо возникла серая карта, на которой латинскими буквами были отмечены тринадцать секторов — от Сектора А до Сектора М. Сама закусочная располагалась в Секторе А.

Сектор А находился в самом центре, а вокруг него раскинулись секторы B, D, H и M. Остальные зоны отделяли от центра один-два других сектора. Например, между Сектором А и Сектором С пролегал Сектор B.

«А я-то думала, всё будет проще, — пронеслось в голове Лу Яо. — Чтобы получить достижение „Широкая известность“, придётся разблокировать все тринадцать секторов один за другим».

Значит, нужно действовать по принципу близости и расширяться постепенно. Девушка выбрала для трансляции три ближайших к заведению зоны: Секторы А, В и D.

Перед ней всплыла панель инвентаря. В небольшом хранилище пока было лишь тридцать шесть ячеек. В первой находилось время, а вот во второй неожиданно появились три бабочки с чёрными крыльями, испещрёнными красным узором.

«Вчера же их не было. И когда только успели появиться?»

[Летающие дроны для трансляций — бонусное оборудование, прилагающееся к соответствующей функции. Во время эфира они автоматически ведут съемку, записывают звук и накладывают «умную» цензуру, а по завершении самостоятельно возвращаются в инвентарь.]

Невероятно удобная вещь! Больше не нужно самой держать телефон или камеру. К тому же закусочная как раз обновилась — отличный повод показать зрителям свежий ремонт.

Перед самым запуском эфира Лу Яо кое о чём вспомнила:

— А здесь вообще есть интернет? И где местные жители будут это смотреть?

[Подключение к сети не требуется, — отозвалась Система. — Жители смогут посмотреть трансляцию в кинотеатрах.]

«В кинотеатрах?»

Лицо девушки вытянулось от недоумения, но Система не стала ничего объяснять — подошло назначенное время начала эфира.

Раздался тихий писк, и три бабочки выпорхнули из инвентаря, закружив вокруг Лу Яо.

В этот же момент во всех кинозалах секторов А, В и С, где шли трансляции игр, внизу экранов появилась бегущая строка с рекламой. Поначалу на неё никто не обратил внимания, и лишь спустя пять минут непрерывного показа зрители наконец её заметили.

Перед Лу Яо развернулся прозрачный прямоугольный экран, похожий на дисплей смартфона. На нём отображалось количество зрителей и очки популярности, а рядом находилась кнопка для отправки подарков.

Первые две минуты в комнате трансляции не было ни души.

Спустя почти пять минут стали понемногу подтягиваться люди, и Лу Яо начала свой эфир.

К её удивлению, в верхней части экрана побежали комментарии.

— Что за правила у этой игры? Почему не видно Испытателей?

— Слишком светло, вообще не цепляет.

— А где НИП? Где Испытатели? Почему нет звука?

Это была её первая трансляция, и Лу Яо совершенно не представляла, что говорить.

Девушка вышла на улицу и снова толкнула входную дверь, чтобы во всей красе продемонстрировать обновленный интерьер.

Если бы сейчас среди зрителей оказался кто-то из посетителей Закусочной Лу Яо, он бы с изумлением обнаружил, что за одну ночь заведение преобразилось до неузнаваемости.

Потратив очки популярности, хозяйка вдвое увеличила площадь помещения и полностью изменила планировку, заново зонировав обеденный зал и кухню.

Прямо у входа, примыкая к стене, теперь располагалась стойка заказов, на которой лежали меню, визитки закусочной и QR-код для оплаты.

Рядом с ней установили прозрачную стеклянную витрину с рабочей поверхностью внизу, где можно было расставить посуду и готовить напитки.

Витрина обладала функцией поддержания свежести и предназначалась для хранения фруктов, йогуртов и прочих скоропортящихся продуктов. В данный момент там стояла лишь тарелка с вымытой отборной клубникой.

Стену за витриной переоборудовали под стеллаж. На его полках красовалась всевозможная стеклянная утварь и ингредиенты для коктейлей: ром, сиропы, джемы и тому подобное.

Эта зона стала рабочим местом Синцзы. Лу Яо планировала нанять ещё одного официанта, чтобы избавить помощницу от необходимости обслуживать столики.

Аудитория трансляции медленно росла: с начальных девяти человек количество зрителей увеличилось до тридцати одного. На экране то и дело всплывали новые комментарии.

— Никогда не видел таких ярких локаций, даже как-то необычно.

— Странно... Вроде бы никакого экшена, а я почему-то в восторге.

— Впервые смотрю стрим без самого игрового процесса, и от одного только вида окружения на душе становится так спокойно. Именно спокойно, а не скучно.

Лу Яо изредка поглядывала на чат. Похоже, эти люди ошибочно приняли её эфир за трансляцию игры.

Так и не придумав подходящих слов, она решила промолчать и продолжила молчаливую экскурсию по заведению.

Миновав барную стойку, зрители могли увидеть кухонную зону — просторную, открытую, отделённую от зала лишь перегородкой из жаропрочного стекла.

Сверху крепились рулонные бамбуковые шторы: если повару не хотелось бы работать на публике, их можно было легко опустить, скрывшись от любопытных глаз.

Кухня пока не отличалась огромными размерами, но каждый её сантиметр использовался с максимальной эффективностью.

Два морозильных ларя глубокой заморозки, шкаф для посуды на полстены, стеллажи для свежих продуктов и специй, а затем — три просторных рабочих стола с окном выдачи заказов. Плиты, кухонная утварь — здесь было абсолютно всё необходимое.

Пока что здесь трудились только она и Бай Мин. В будущем девушка рассчитывала найти ещё пару поваров, чтобы самой отойти от готовки.

Правда, в этом мире изначально не существовало нормальной еды, так что на профессионалов надеяться не приходилось. Оставалось лишь искать способных новичков и обучать их с нуля.

Прошло несколько минут, и число зрителей достигло шестидесяти одного.

— А какой номер у этой игры? Хочу сам попробовать.

— Это же кухня, да? Локация проработана до мельчайших деталей. Вот бы там ещё и готовить можно было.

Заметив последнее сообщение, Лу Яо не удержалась и заговорила:

— Конечно, здесь можно готовить. Вот покажу вам обеденный зал и как раз займусь завтраком.

— !!! НИП заговорила?

— Что это вообще за игра? Такая свежая и естественная.

— Согласен. Игры в Парке становятся всё более жестокими и кровавыми, я уже перестал на это реагировать. А тут прям душа отдыхает!

— ...Я так боюсь, что Испытатели сейчас внезапно убьют этого НИПа. Как же достали эти штампы.

Глядя на плывущие по экрану комментарии, Лу Яо лишь развернулась к камере. Не став ничего объяснять, она продолжила экскурсию:

— А это наш обеденный зал. Поскольку посетителям очень полюбились созданные мной иллюзии, я внесла некоторые изменения.

На экране было видно, что зал, в котором раньше имелось всего одно окно, увеличился в несколько раз, а окон стало заметно больше.

Девушка потратила дополнительные двести очков популярности на расширение пространственного кармана внутри заведения, добавив ещё четыре окна. Теперь у них было целых пять столиков с панорамным видом.

Пространственный карман и реальный мир представляли собой два слоя — внутренний и внешний. Снаружи здание ничуть не изменилось, зато изнутри его можно было расширять до бесконечности. Но так как внешняя оболочка реального пространства имела фиксированный размер и координаты заведения не менялись, из всех пяти окон открывался абсолютно одинаковый пейзаж.

Чтобы хоть как-то их разнообразить, вчера днём Лу Яо прогулялась до птичьего рынка, что находился рядом с фермерским, и купила двадцать горшков с суккулентами. Она расставила их на пяти подоконниках внутри пространственного кармана, придав каждому окну уникальный вид.

Во время обновления хозяйка даже специально попросила Систему наложить лёгкую маскировку: теперь пейзаж за стеклом казался слегка тусклым, отчего ещё больше походил на искусственно созданную иллюзию.

Как только объектив последовал за её взглядом и продемонстрировал дизайн подоконников, количество зрителей резко подскочило — с шестидесяти с лишним оно стремительно перевалило за сто тридцать. Чат взорвался сообщениями, и кое-кто даже узнал это место.

[Количество зрителей трансляции достигло радостной отметки в 100 человек! Очки популярности: +10]

— Обалдеть! Это же та самая закусочная? Так вы — владелица!

[Получен подарок от пользователя «Красавчик»: Ожерелье из черепов (1 шт.)!]

[Получен подарок! Очки популярности: +20]

Лу Яо удивлённо моргнула. Оказывается, и рост аудитории, и подарки приносили ей очки популярности. А это становилось интересным!

— И правда! Вау, окон стало больше. Может, теперь и у меня появится шанс там пообедать?

— Целых пять штук. Значит, это всё-таки иллюзия. А я-то думал...

— О чём вы вообще говорите? Какая ещё закусочная, это же всё в игре происходит!

— ...

В чате царила полная неразбериха. Лу Яо бросила взгляд на время в правом верхнем углу экрана — скоро должны были подойти Синцзы и Бай Мин.

Ей не терпелось увидеть результаты обновления, поэтому сегодня она пришла пораньше.

Её помощники обычно приходили минута в минуту, а затем, перед самым открытием, наспех перекусывали остатками ингредиентов.

Но сегодня девушка вознамерилась приготовить полноценный завтрак. Главной причиной было то, что привычное меню закусочной ей уже порядком приелось.

Зрители всё чаще спрашивали в комментариях о «Закусочной Лу Яо». Но если жители Сектора А были в курсе дела, то обитатели секторов В и D слыхом не слыхивали о подобном заведении, из-за чего в чате поползли сомнения.

— Не верю. Разве может существовать такая лавка? Уж лучше поверю, что это игра.

— Как игровое видео — очень даже занятно. А вот в настоящую закусочную верится с трудом, все же знают, что это фейк.

— Не верьте, если не хотите. Скоро открытие, я знаю, что мне пора бежать занимать очередь, но так не хочется выходить из дома... Трансляция хозяйки слишком успокаивает.

Тем временем Лу Яо зашла на кухню и достала приготовленный с вечера мясной фарш. Взглянув на порхающую перед ней бабочку-дрона, она тихо произнесла:

— Особых талантов у меня нет, так что просто приготовлю завтрак.

Поначалу зрители не придали её словам значения, полагая, что девушка воспользуется их традиционным искусством — создаст еду с помощью иллюзий.

Но когда она взяла пучок сочного зелёного лука, тщательно его промыла, нашинковала и добавила в фарш, до аудитории начало доходить, что происходит нечто из ряда вон выходящее.

Хозяйка достала чистую тарелку, вытащила из холодильника заранее купленное тесто для вонтонов, налила в пиалу чистой воды и принялась лепить пельмени.

Её движения были плавными и уверенными, а лепка шла быстро и безупречно.

Поскольку готовила она для себя, то не жалела начинки — Лу Яо любила крупные вонтоны с большим количеством мяса. Готовые пельмешки, похожие на пузатые золотые слитки, аккуратными рядами ложились на тарелку.

— Обалдеть, да она настоящий мастер!

— Никогда бы не подумал, что можно так залипнуть на лепку вонтонов. Это просто терапия какая-то!

— Официально заявляю: это лучший игровой контент, что я видел в этом году! А-а-а-а-а, как же хочется попробовать!

Девушка работала проворно, и порции на троих были готовы меньше чем за десять минут.

Она поставила на огонь кастрюлю с водой, помыла большую охапку листовой зелени и как раз начала смешивать приправы, когда в дверях показались Бай Мин и Синцзы.

Встретившись на пороге, они коротко кивнули друг другу в знак приветствия.

Юноша первым толкнул дверь и вошёл внутрь, но вдруг замер как вкопанный. Синцзы легонько подтолкнула его в спину:

— Ты чего?

Тот молча отошёл в сторону, и девушка наконец увидела, как преобразилось помещение.

— Боже мой!

И как только заведение могло так измениться всего за одну ночь?!

Услышав голоса, Лу Яо подняла голову и радостно поприветствовала сотрудников:

— А вот и вы! Я тут как раз готовлю завтрак, скоро всё будет.

Те подошли ближе, с нескрываемым любопытством оглядываясь по сторонам.

— Управляющая, что вы сделали?

Тут Лу Яо осенило, и она вполголоса спросила:

— Кстати, я сейчас веду трансляцию. Вы не против попасть в кадр? Могу сделать так, чтобы лиц не было видно.

«Трансляцию?»

Синцзы и Бай Мин удивились ещё сильнее. Их начальница стала стримером?!

Вода закипела. Лу Яо бросила в кастрюлю листья салата, слегка бланшировала их, затем выловила, разложила по пиалам и закинула в кипяток вонтоны.

Оказавшись в бурлящей воде, пельмешки быстро всплыли на поверхность. С тонким тестом и щедрой начинкой, круглые и пухленькие, они выглядели невероятно аппетитно.

Выловив их шумовкой, хозяйка разложила вонтоны по пиалам со светлым бульоном, посыпала белым перцем и зелёным луком, а рядом поставила небольшие блюдца с острым соусом для макания. Аромат стоял просто сногсшибательный!

— Чего застыли? Садитесь завтракать, — поторопила она Бай Мина и Синцзы, положив на края пиал палочки и суповые ложки.

Те словно очнулись ото сна. Взяв свои порции, они последовали за Лу Яо и устроились за столиком у окна.

За стеклом царил прохладный пейзаж ранней весны, а перед ними дымились пиалы с горячими вонтонами в бульоне, источающими божественный аромат.

К этому моменту число зрителей перевалило за пять сотен, и в чате начался настоящий дождь из подарков.

[Получен подарок от пользователя «Красавчик»: Ожерелье из черепов (1 шт.).]

[Получен подарок от пользователя «Цветочек»: Цветок ликориса (1 шт.).]

[Получен подарок от пользователя «Мяу-тян любит рыбку»: Цветок ликориса (99 шт.).]

...

— Жесть, от этих вонтонов даже пар идёт! Выглядит безумно вкусно.

— Владелица, я уже лечу к вам в закусочную, тоже хочу вонтоны с бульоном!

— Да ешьте вы уже! Я только ради этого момента и смотрю. Ешьте, ну же!

Лу Яо подцепила ложкой вонтон, подула на него и отправила в рот, решив первый съесть просто так, не обмакивая в острое масло, чтобы насладиться чистым вкусом.

[Время трансляции подходит к концу. Вы можете продлить эфир за 100 очков популярности. Продлить?]

Девушка подумала, что скоро открытие, и за обслуживанием гостей ей будет уже не до стрима.

— Нет, в следующий раз, — тихо ответила она.

В небольших залах кинотеатров сотни зрителей таращили глаза, с замиранием сердца ожидая, когда же Лу Яо прожуёт этот вонтон — словно глядя на неё, они и сами могли ощутить его вкус.

Вжух — и экраны погасли.

Аудиторию охватила паника.

— Эй, админы, скорее сюда! Со стримом беда!

— Умоляю, почините! Я же почти почувствовал вкус этих горячих вонтонов!

— А-а-а-а! Да что происходит?! Где администраторы Парка? Живо чините, я хочу вонтоны!

— ...

Пока зрители, всё ещё свято верившие, что смотрят трансляцию игры, горько стенали, бывалые обитатели Сектора А, уже успевшие стать завсегдатаями заведения, по-тихому улизнули из кинотеатров и со всех ног помчались на девяносто девятый этаж, прямиком в закусочную.

Эта пиала вонтонов в бульоне была просто смертельным искушением!

-

А тем временем в закусочной Лу Яо неспешно раскусила пельмень. При приготовлении фарша она добавила в него колотый лёд, сушёные креветки, мелко нарубленный имбирь и зелёный лук. Благодаря этому начинка получилась сочной, упругой и оставляла во рту потрясающее послевкусие. Запив это великолепие щедро приправленным перцем бульоном, девушка почувствовала, как тепло разливается по всему телу.

Съев подряд три вонтона в чистом бульоне, она отложила ложку. Взяв палочками следующий, Лу Яо густо обмакнула его в фирменное острое масло. На этот раз рецепторы в первую очередь уловили пикантный аромат соуса — обжигающе острый, согревающий, дарящий совершенно иную палитру вкусов.

Бай Мин и Синцзы, сидевшие по обе стороны от начальницы, неуверенно переглянулись и принялись есть, во всём копируя её действия.

Вкус этого блюда был лёгким и деликатным. В нём не было той агрессивной яркости, как в огненно-острых куриных крылышках или жареных свиных ножках, но долгое приятное послевкусие заставляло отправлять в рот один пельмень за другим, не в силах остановиться.

На середине трапезы Синцзы наконец вспомнила свой вопрос:

— Управляющая, так почему здесь всё так изменилось?

— Посетителям ведь так нравилось сидеть у окна, вот я и решила устроить небольшое расширение, — ответила Лу Яо. — Провозилась всю ночь, и вот результат. Ну как вам мои иллюзии? Теперь гостям не придётся ругаться из-за мест с видом.

Девушка изо всех сил старалась поддерживать образ «мастера иллюзий». Бай Мин и Синцзы обменялись многозначительными взглядами у неё за спиной: «Начальница так старается... Наверное, не стоит её разоблачать».

Не сговариваясь, они молчаливо согласились с её версией, решив отвечать гостям точно так же.

Тем временем внезапно оборвавшаяся на самом интересном месте трансляция довела зрителей из секторов В и D до исступления.

Их мысли были полностью поглощены пиалой дымящихся вонтонов, присыпанных белым перцем и изумрудным луком. Стоило закрыть глаза, как им казалось, что они чувствуют этот божественный аромат, но попробовать блюдо не было никакой возможности.

Точно!

Девяносто девятый этаж в Секторе А! Кто-то в комментариях писал, что заведение находится именно там!

Парк Циншань в Секторе D. Ду Ань и Чэнь Цзян вышли из зрительного зала и шли, опустив головы, не проронив ни слова.

Лишь у самых дверей кинотеатра Чэнь Цзян наконец нарушил тишину:

— Я хочу наведаться в Сектор А. Пойдешь со мной?

Ду Ань всё ещё прокручивал в голове увиденную трансляцию. Изначально они с Чэнь Цзяном купили билеты на стрим с возрастным ограничением, но перепутали залы и случайно попали на эфир Лу Яо.

В отличие от популярных нынче игр, этот НИП, как ни странно, вела кулинарный стрим. На протяжении всего эфира в кадре не появилось ни единого Испытателя, не было никаких будоражащих кровь экшен-сцен. Девушка просто показывала зрителям свою закусочную и процесс готовки, а потом вместе с другом сидела у окна и наслаждалась едой.

Казалось бы, самая что ни на есть заурядная, повседневная суета, однако Ду Ань не мог оторвать от экрана глаз, то и дело сглатывая слюну.

Жаль только, что на середине эфира возникли какие-то неполадки. Они так и не увидели, как хозяйка съест ту порцию супа с вонтонами, и это было поистине обидно.

Глаза Чэнь Цзяна азартно блестели.

— Ты же видел комментарии в чате? — с жаром произнёс он. — Кто-то написал, что эта закусочная существует на самом деле, прямо в Парке на девяносто девятом этаже в Секторе А.

Ду Ань видел. А ещё он видел, как зрители в красках расписывали меню этого заведения: дьявольски острые крылышки, рисовые шарики в сладком вине, пирожки с джусаем и яйцом. И солёное, и сладкое — вкусно до одури.

Насмешников, конечно, тоже хватало, но всё же не один и не два человека утверждали, что тамошнюю еду действительно можно есть. Ду Ань заметил в чате сразу несколько подобных сообщений.

— Хочу спросить брата, не пойдёт ли он с нами. Подожди минутку, — попросил Ду Ань.

Полчаса спустя Ду Ань подошёл к станции метро в полном одиночестве.

— Брат не захотел выходить, — понуро сообщил он другу.

Чэнь Цзян с пониманием кивнул и попытался его утешить:

— Ничего страшного. Ещё даже неизвестно, существует ли эта закусочная на самом деле. Сначала сами всё проверим, а если место стоящее, в следующий раз вытащим твоего брата.

Юноша энергично закивал:

— Да, ты прав. Об этом я как-то не подумал. Надо сперва осмотреться. Если окажется, что в Секторе А вообще нет никакой закусочной, будет только хуже, если я потащу брата с собой.

Парни сели в поезд до Сектора А. В их вагоне сразу несколько компаний бурно обсуждали одну и ту же тему.

— Так хочется порцию того супа с вонтонами! Надеюсь, хозяйка нас не надула.

— Иллюзия за окном создана просто потрясающе, там даже колесо обозрения крутилось!

— Я уже всё спланировал. Как приду — сразу закажу суп с вонтонами и сяду на то самое утреннее место хозяйки. Одно только предвкушение чего стоит!

— А если это обман? Об этом же только ребята из Сектора А болтают.

— …Ну, обман так обман, вернёмся обратно. Но если не проверю лично, спать спокойно не смогу.

…

В тот день поезда метро, идущие из секторов А, В и D к станции «Девяносто девятый этаж», были забиты до отказа.

Жители других секторов, несомненно, шли на огромный риск. Здравый смысл подсказывал: даже если на девяносто девятом этаже действительно существует некая закусочная, еда там наверняка окажется совершенно безвкусной.

Просто хозяйка заведения мастерски владела иллюзиями, а может, и вовсе применила какую-то тайную технику, отчего её стряпня казалась куда аппетитнее и реалистичнее, чем в других местах.

И всё же где-то на задворках сознания билась предательская мысль: «А вдруг это правда?»

Час спустя пассажиры, первыми выехавшие из других секторов, начали выходить на станции «Девяносто девятый этаж». Возле лифтов внизу уже выстроилась внушительная очередь.

Ду Аню и Чэнь Цзяну с трудом удалось втиснуться в кабину, чтобы подняться наверх.

Выйдя из лифта, они обнаружили перед собой ещё две удручающе длинные вереницы людей. Но была и хорошая новость: трансляция не врала. Рядом с Парком на девяносто девятом этаже действительно работала закусочная.

Весь этаж окутал потрясающий аромат. Чэнь Цзян дёрнул друга за рукав, его глаза лихорадочно блестели:

— Чувствуешь? Как пахнет! Неужели это действительно можно есть? Запах просто охренеть какой соблазнительный.

Во взгляде Ду Аня тоже читалось предвкушение:

— Не знаю, но раз тут выстроилась такая толпа, в этом месте точно есть что-то особенное.

Когда-то заведения общепита пользовались в этом мире огромной популярностью. Полноценное трёхразовое питание придавало жизни ощущение реальности. Люди, не находившие себе места в этом суровом мире, таким образом пытались обрести хоть какое-то утешение.

К сожалению, со временем еда, на которую можно было лишь смотреть, не имея возможности вкусить, стала лишь ещё больше напоминать о пугающей пустоте их существования.

Вскоре появились Парки, которые вытеснили подобные лавочки и стали самым востребованным развлечением здешних мест.

С тех пор редко какому заведению, помимо Парков, удавалось снискать такую славу.

Ду Ань и Чэнь Цзян ещё даже ничего не купили, но уже чувствовали, что приехали сюда не зря.

Прямо перед ними в очереди стоял мужчина, который частенько зависал в Парке и одним из первых узнал о существовании Закусочной Лу Яо. Обернувшись, он смерил парней взглядом и с лёгким превосходством завсегдатая поинтересовался:

— Вы из какого сектора будете?

— Из Сектора D, — охотно ответил Чэнь Цзян.

— А я местный, из Сектора А. Приходил сюда, когда закусочная только-только открылась. Поскольку желающих тьма, порции тут выдают лимитированно. Раз уж вы впервые, советую брать сразу всё. Благо, цены не кусаются.

Ду Ань моментально уловил в его словах самую суть:

— Дядь, вы хотите сказать, что местная еда и правда съедобна?

Мужчина многозначительно усмехнулся:

— Попробуете и сами всё узнаете.

Очередь медленно продвигалась вперёд. Когда парни оказались почти у самой кассы, они услышали, как их новый знакомый со знанием дела заказал всё меню целиком.

Выяснив, что входит в «полный набор», Ду Ань и Чэнь Цзян последовали совету завсегдатая и взяли то же самое.

Им невероятно повезло: стоило им зайти внутрь, как одни из посетителей как раз расплатились по счету, освободив столик у окна. Юноши тут же заняли места.

Чэнь Цзян заозирался по сторонам, его глаза округлились от изумления:

— Да тут всё точь-в-точь как на стриме! Ни единого отличия.

Планировка помещения, интерьер и цветовая гамма — всё в точности повторяло картинку, которую они видели этим утром. А главное, через окно открывался великолепный вид на окрестности.

И пусть парни прекрасно понимали, что всё это лишь иллюзия, зрелище всё равно завораживало.

Ду Ань заворожённо наблюдал за проплывающими по реке лодками и тихо пробормотал:

— Если бы брат увидел это, он бы точно обрадовался.

Вскоре им принесли заказ. Окинув взглядом блюда, Чэнь Цзян не обнаружил вонтонов и немедленно подозвал официантку:

— А где вонтоны? Вы случайно не забыли их принести? Я смотрел стрим и пришёл сюда специально ради них!

Лу Яо уже вывесила объявление о найме сотрудников, но на собеседование пока никто не пришёл, поэтому роль официантки по-прежнему исполняла Синцзы.

Девушка вежливо улыбнулась:

— Приношу свои извинения, но суп с вонтонами — это завтрак, который хозяйка приготовила для персонала. В основном меню этого блюда пока нет.

Лицо Чэнь Цзяна вытянулось от разочарования. Он тащился сюда только ради вонтонов! Разве то, что их здесь нет, не считается самым настоящим мошенничеством?

Синцзы словно прочитала его мысли:

— Вы уже шестьдесят третий гость за сегодня, кто спрашивает про это блюдо. Хозяйка подумывает добавить его в ассортимент, так что, возможно, в следующий раз вы сможете его заказать. А пока настоятельно рекомендую попробовать другие позиции из нашего меню. Поверьте, они вас не разочаруют.

Но Чэнь Цзян уже окончательно пал духом.

Он прокрутил в голове все события этого сумасшедшего дня. Сначала его до глубины души поразила та трансляция, и он, воодушевлённый, потащил друга через весь город, из Сектора D в Сектор А.

Затем у самого входа какой-то странный мужик навешал им лапши на уши, и они вслепую заказали всё меню. В итоге в этом пресловутом «полном наборе» так и не оказалось утреннего супа!

А официантка преспокойно заявляет, что вонтоны будут лишь в следующий раз, а сегодня им придётся давиться тем, что им совершенно неинтересно.

Какая наглая замануха!

Глядя на уставленный дымящимися тарелками стол, от которого исходил умопомрачительный аромат, Чэнь Цзян вдруг начисто лишился аппетита.

Тем временем Ду Ань уплетал за обе щёки дьявольски острые крылышки. У него уже слёзы из глаз текли от перца, но юноша и не думал останавливаться. Заметив, что друг так ни к чему и не притронулся, он подбодрил его:

— Ты чего не ешь? Эти крылышки просто отвал башки! А пирожки с джусаем… М-м-м, запах просто обалденный!

С этими словами Ду Ань надкусил пирожок. Скрытый под слоем нежного теста аромат вырвался наружу, словно микробомба, с оглушительным взрывом ударив по обонянию обоих парней.

В левой руке — острейшее крылышко, в правой — румяный пирожок с джусаем, а в перерывах юноша умудрялся склоняться над миской и с шумом втягивать в себя сладкий сироп от рисовых шариков. Острое, солёное, сладкое — Ду Аню казалось, что он готов продолжать этот гастрономический цикл целую вечность.

Потрясённый столь первобытным аппетитом товарища, Чэнь Цзян ошарашенно моргнул:

— Неужели… и правда так вкусно?

Ду Ань отчаянно закивал:

— Безумно вкусно! Я словно заново на свет народился.

Поколебавшись, Чэнь Цзян всё же взял пирожок с джусаем и яйцом и осторожно откусил. В ту же секунду он застыл, словно громом поражённый.

Ду Ань легонько толкнул его в плечо:

— Эй, ты в порядке?

Чэнь Цзян отмер и поспешно опустил голову, пряча навернувшиеся слезы.

— Этот пирожок… он на вкус прямо как те, что делала мама, — сдавленно прошептал он. — Сразу вспомнилось, как она пекла для меня в детстве.

Когда-то он жил с матерью, но потом она заболела Синдромом потери души и так и не смогла оправиться.

Время в этих краях тянулось мучительно долго. Чэнь Цзян с ужасом осознал, что уже целую вечность не вспоминал о матери, и от этого ему стало ещё тоскливее.

Ду Аню передалась грусть друга. Вспомнив об оставшемся дома брате, он разом растерял весь энтузиазм от сытной трапезы:

— Если бы мой брат отведал всё это, интересно, ему бы стало лучше?

— Стоит хотя бы попробовать, — тихо отозвался Чэнь Цзян.

Состояние брата Ду Аня ухудшалось с каждым днём, и любая попытка была лучше бездействия.

Закончив с едой, Ду Ань позвал Синцзы, чтобы попросить завернуть одну порцию с собой.

Один из сидевших по соседству посетителей, который как раз собирался уходить, случайно услышал их разговор и недовольно процедил:

— Парень, так дела не делаются. Все прекрасно знают, что здешняя еда лимитирована — строго по одной порции в руки. Ты просишь еду навынос, но кто докажет, что у тебя и впрямь есть брат, а не ты сам решил набить живот дома втихаря?

Его тут же поддержал другой гость:

— И то верно! Если брат реально существует, пусть тащится сюда сам. А то взял моду просить навынос — поди проверь, кому достанется лишняя порция.

Чэнь Цзян как раз пошёл расплачиваться по счёту. Толпа выходящих клиентов оттеснила его на улицу и заблокировала проход, так что он не мог вернуться обратно.

Посетители наперебой поучали Ду Аня. Юноша пытался хоть что-то объяснить, но его никто не желал слушать. Он стоял на месте, растерянный и чуть ли не плачущий от бессилия.

Лу Яо, простоявшая у плиты полдня, вышла из кухни подышать воздухом. Заметив суматоху в зале, она протиснулась сквозь толпу. Клиенты всё никак не унимались, продолжая отчитывать Ду Аня, и девушка не выдержала:

— А ну тихо! Кто продолжит шуметь, отправится прямиком в Темную комнату.

Но скандал разгорался всё сильнее, а кто-то и вовсе подошёл и грубо толкнул Ду Аня в грудь.

Лу Яо нахмурилась:

«…»

«Странно. В тот день у Бай Мина эта фраза сработала на ура».

Раздался глухой стук. Люди разом замерли, словно кто-то нажал кнопку паузы, и перепалка мгновенно утихла.

Дверь на кухню продолжала вибрировать, издавая жуткий, леденящий душу скрип. Бай Мин опустил длинную ногу и шагнул в зал. Его голос, холодный и пробирающий до самых костей, разрезал тишину:

— Хозяйка, в чём дело?

Толпа невольно расступилась, образуя коридор. Все, за исключением Лу Яо, притихли, как мыши, явно испытывая животный страх.

Лу Яо спокойно наблюдала за его приближением. Ничуть не смутившись, она указала на Ду Аня:

— Я как раз собиралась это выяснить.

Вперёд выступила Синцзы и вкратце обрисовала ситуацию.

Выслушав официантку, Лу Яо мысленно вздохнула: из-за какой-то ерунды раздули целый скандал. Она перевела взгляд на едва сдерживающего слёзы Ду Аня и мягко произнесла:

— Не переживай, сейчас всё упакуем. Твой брат не смог прийти из-за большой загруженности на работе?

Сама она ни на секунду не сомневалась в существовании брата, а вопрос задала исключительно для того, чтобы успокоить бдительность остальных клиентов.

И если дело не в работе, тому должна быть веская причина.

Ду Ань отрицательно покачал головой:

— Спасибо вам, хозяйка. Мой брат заболел Синдромом потери души и совсем перестал выходить из дома. Я просто хотел принести ему здешней еды… Вдруг ему хоть немного полегчает?

При упоминании Синдрома потери души лица присутствующих вытянулись, а их враждебный настрой испарился без следа.

— Так вот в чём дело! Парень, что ж ты сразу не сказал? Извини нас, — повинился кто-то.

Остальные тоже принялись наперебой извиняться. Даже Синцзы шепнула Лу Яо на ухо:

— Хозяйка, а может, сварим для него ещё и порцию вонтонов? Он говорил, что приехал издалека из-за утреннего стрима. Вдруг это поможет его брату?

Судя по реакции толпы, Синдром потери души был поистине страшным недугом. Стоило парню упомянуть о болезни брата, как все эти скандалисты мигом сменили гнев на милость.

Лу Яо согласно кивнула:

— Хорошо, я приготовлю порцию.

Ду Ань рассыпался в благодарностях.

А двадцать минут спустя он, абсолютно счастливый, покинул заведение с двумя объёмными пакетами горячей еды.

Дождавшись, когда разойдутся последние клиенты, Лу Яо тихонько поинтересовалась у Бай Мина:

— А что это за болезнь такая — Синдром потери души?

Синцзы казалась ей слишком проницательной, и Лу Яо опасалась задавать девушке лишние вопросы, чтобы не вызывать подозрений.

Бай Мин же на её фоне выглядел куда более бесхитростным… хотя дураком его тоже назвать язык не поворачивался.

Лу Яо давно подметила, что он был отчуждённым, холодным и абсолютно не интересовался вещами, не касающимися его лично. Поэтому девушка осмеливалась задавать ему вопросы о местных реалиях, которые любой житель должен был знать с пелёнок.

Бай Мин скользнул по ней равнодушным взглядом:

— Синдром потери души — единственная хворь, способная нас убить. За прошедшие девятьсот лет от неё так и не нашли лекарства.

Лу Яо хотела расспросить его подробнее, но в этот момент в помещение вошла Синцзы, прервав её размышления.

— Хозяйка, клиенты разошлись, — доложила она.

— К тому же, у нас закончились все ингредиенты, — сухо добавил Бай Мин.

Лу Яо согласно кивнула и, прищурившись, спросила:

— Вечером я собираюсь закатить грандиозный пир. Останетесь поужинать?

В багровых глазах Бай Мина мелькнул живой огонёк:

— Ещё бы. Но что конкретно вы собираетесь приготовить, хозяйка?

Синцзы тоже сгорала от любопытства и даже осмелилась озвучить робкую просьбу:

— А что будет на ужин? И… можно ли будет открыть то вино из шкафа?

Лу Яо решила сохранить интригу:

— Это будет самый настоящий шедевр кулинарного искусства. Сейчас пойду закупать ингредиенты, а вы пока ступайте домой, отдохните. Жду вас… скажем, к половине шестого.

Проводив помощников, Лу Яо выкатила на улицу небольшую тележку. Поиск подходящих продуктов занял немало времени, но, к счастью, она возвращалась с богатым уловом.

На обратном пути ей повстречался незнакомец. Мужчина, одетый в дорогой костюм, сшитый на заказ, выглядел слегка напуганным. Он перегородил Лу Яо дорогу, вытащил из кармана увесистую пачку купюр и попросил проводить его до ближайшей автобусной остановки.

Сочтя его поведение весьма подозрительным, Лу Яо просто объяснила, как туда дойти. Денег она не взяла и, подхватив тележку, поспешила обратно в закусочную, где на кухне её уже дожидался Бай Мин.

Вернувшись в закусочную, Лу Яо всё ещё чувствовала, как учащенно бьётся сердце. Мужчина, которого она только что встретила, показался ей каким-то странным. Подняв взгляд, она увидела Бай Мина. Юноша сидел у окна и, судя по всему, услышав стук открывающейся двери, как раз повернул голову в её сторону.

Лу Яо немного успокоилась.

— Почему ты пришёл так рано?

Под рукой у Бай Мина стоял стакан клубничной содовой. На дне густым слоем лежал джем, а сверху плавало множество свежих ягод — остатки ингредиентов с дневной смены.

Юноша незаметно отодвинул стакан в сторону и слегка заслонил его собой.

— Дома было скучно, вот я и пришёл пораньше.

Здесь ему всегда было легко и спокойно.

Девушка покатила тележку прямо на кухню. Бай Мин последовал за ней, и в его глазах читалось жгучее любопытство:

— Что ты купила?

Лу Яо, не придав значения его словам, принялась разгружать тележку.

— Немного морепродуктов и овощей на гарнир, плюс докупила приправы для вечерней готовки. Я собираюсь провести трансляцию, пока буду готовить ужин. Не возражаешь, если попадёшь в кадр? Лицо можно не показывать.

Утренняя трансляция принесла немало подарков, и накопленных очков популярности как раз хватало на запуск ещё одного вечернего эфира.

Девушка надеялась как можно скорее разблокировать тринадцать секторов и получить достижение «Широкая известность».

В последнее время дела шли в гору, но и ежедневные расходы пугали своими масштабами. К тому же местную прибыль никак не удавалось обналичить, поэтому оставалось лишь надеяться, что в следующем мире получится заработать реальные деньги.

Бай Мин ответил, что не против, и тогда Лу Яо согласовала с Системой точное время начала эфира — ровно в полшестого.

На часах было шесть минут шестого. До старта оставалось ещё немного времени, поэтому хозяйка достала набор посуды с розовым узором из цветков персика и принялась мыть его в раковине, готовя к ужину.

Тем временем Система запустила анонс предстоящей трансляции в кинотеатрах Секторов А, В и D.

Покинув закусочную, Ду Ань и Чэнь Цзян спустились в метро и отправились обратно в Сектор D, к Парку Циншань.

Всю дорогу из контейнеров доносился упоительный аромат еды. Многие пассажиры с любопытством интересовались, что же там внутри, и Ду Ань с готовностью рекомендовал им Закусочную Лу Яо.

Чэнь Цзян стоял рядом и добавлял, что иногда хозяйка заведения проводит прямые эфиры, так что стоит поглядывать на афиши местных кинотеатров — посмотрев трансляцию, можно самому решить, стоит ли верить их похвалам.

Распрощавшись с другом на станции, Ду Ань осторожно понёс два контейнера с едой домой.

Переступив порог, юноша постучал в комнату старшего брата. Спустя пару минут из-за двери раздался сонный голос:

— В чём дело?

— Брат, мы с Чэнь Цзяном сходили в ту закусочную! — взволнованно произнёс Ду Ань. — Еда там просто восхитительная. Я принёс тебе кое-что. Хозяйка даже специально приготовила порцию вонтонов в бульоне, которых ещё нет в меню. Вставай, поешь немного, а?

Ду Чэнь перевернулся на кровати и вяло ответил:

— Оставь там. Я не хочу.

— Ну открой же дверь, просто взгляни! — занервничал младший брат. — Это не та еда, которую лепят с помощью иллюзий. Она тёплая, пахнет по-настоящему, да и на вкус как настоящая. Тебе точно понравится!

Люди, поражённые Синдромом потери души, становились неразговорчивыми, избегали выходить на улицу и постепенно утрачивали интерес ко всему окружающему. А затем в один далеко не прекрасный день они просто исчезали без следа, и найти их было уже невозможно.

Состояние Ду Чэня внушало серьёзные опасения. Раньше, будучи Стражем Парка Циншань, он отличался весёлым нравом, проявлял активность на работе и часто брался за игры повышенной сложности.

Ду Ань помнил тот период: около полугода брат словно обезумел, раз за разом участвуя в играх с возрастным ограничением. А затем внезапно уволился со своей должности, заперся в комнате и наотрез отказался выходить или с кем-либо общаться.

Поняв, что это очень похоже на ранние симптомы Синдрома потери души, Ду Ань расспрашивал знакомых и перепробовал множество способов помочь, но состояние больного ухудшалось с каждым днём.

В этом мире подобный диагноз приравнивался к смертельному приговору.

Предшественники уже сотни раз опробовали все мыслимые методы лечения, но до сих пор так и не нашли эффективного лекарства.

Младший брат изводил себя тревогой. Его друг, Чэнь Цзян, испугавшись, что тот и сам заработает Синдром, вытащил его в кинотеатр, чтобы хоть как-то развеяться. Там-то они по воле случая и наткнулись на трансляцию из закусочной.

Дверь оставалась плотно закрытой. Ду Ань простоял на пороге больше десяти минут, периодически постукивая, но в ответ не раздалось ни звука — брат явно не желал продолжать разговор.

Повесив голову, юноша вернулся в гостиную и поставил на стол два больших контейнера, принесённых из Сектора А.

Он открыл крышки со сладкого супа и невероятно острых жареных крылышек. Сдерживаясь изо всех сил, Ду Ань вдохнул манящий аромат, почувствовав, как тяжесть на сердце немного отступила. Затем он отправился к себе, раздумывая над тем, как же заставить брата отведать эти блюда.

А в гостиной тем временем над открытыми контейнерами поднимался парок, и неповторимый запах свежеприготовленной еды начал медленно расползаться по квартире.

Ду Чэнь бессильно лежал на кровати. На душе скребли кошки, и шевелиться совершенно не хотелось.

Он хмурился, дышал едва слышно, как вдруг его ноздрей коснулся странный, но очень приятный аромат, тонкий и едва уловимый.

Страж решил, что у него начались галлюцинации — как иначе объяснить этот внезапный запах еды?

Однако аромат становился всё насыщеннее. Казалось, источник находился прямо за дверью спальни.

Обоняние у местных жителей и так было отменным, а уж пять чувств Стражей превосходили человеческие многократно.

Ду Чэнь окончательно убедился, что пахнет именно пищей. Разум прояснился: кажется, недавно вернулся Ду Ань и стучал к нему в комнату.

«Что он там говорил?»

Вспомнить не удавалось. Аромат из-за двери продолжал манить и дразнить, но вставать по-прежнему не было ни малейшего желания.

Он провалялся в нерешительности минут пять, пока запах не начал слабеть. Тут уж Ду Чэнь не выдержал и с трудом заставил себя подняться с кровати.

Впервые за два месяца он покинул свою комнату.

В гостиной никого не оказалось. Лишь на столе стояли те самые контейнеры, источающие дивный аромат.

В голове всплыли обрывки фраз: Ду Ань упоминал какую-то закусочную в Секторе А и говорил, что принёс порцию для него.

Над открытыми блюдами уже не вился пар. Ду Чэнь взял одно острое крылышко и без особого энтузиазма откусил кусочек. В ту же секунду его затуманенный взгляд прояснился. Он плюхнулся на стул и принялся жадно поглощать еду.

Пары крылышек не хватило даже на один укус — он уничтожил их в два счёта, после чего придвинул к себе рисовые шарики в сладком вине.

Наклонившись, Страж принюхался, и его глаза сами собой довольно сощурились.

«Сладкое!»

Ду Чэнь обожал сладости. От одного лишь ностальгического запаха сладкого рисового вина у него потекли слюнки.

Пусть блюдо и остыло, его это ничуть не смутило. Он смаковал каждую ложечку, наслаждаясь десертом с поразительной бережностью.

Покончив с шариками, мужчина обнаружил, что закрытый контейнер всё ещё тёплый на ощупь, и резонно предположил, что внутри скрывается нечто потрясающее.

Выбрав самую большую коробку, он в предвкушении снял крышку. В нос тут же ударил специфический пряный аромат белого перца, смешанный со свежестью зелёного лука. Запах дурманил разум. Внутри оказались вонтоны!

К ним прилагался соус из острого масла. Судя по всему, перец сначала обжарили в небольшом количестве масла, а затем измельчили — пахло просто ошеломительно.

«Если съесть эту горячую порцию целиком, можно и на небеса вознестись от удовольствия, верно?»

Ду Чэнь взял миску и сперва отхлебнул горячего бульона. Белый перец и соль придавали ему насыщенность — вкус был не пресным, а идеально сбалансированным: в меру солёным, с лёгкой остринкой. Он физически ощутил, как обжигающая жидкость прокатилась по горлу, согревая нутро и опускаясь в желудок, отчего по всему телу разлилось приятное, почти невесомое тепло.

Внезапно в дверь квартиры громко и нетерпеливо постучали. Страж на мгновение замер, но, даже не подумав встать, вооружился палочками и подцепил вонтон.

Тесто ничуть не размякло в бульоне, сохранив ту же упругость, что и сразу после варки. Каждый пельмешек выглядел пухлым и гладким, а сквозь тонкую полупрозрачную оболочку просвечивала нежно-розовая мясная начинка.

Белое тесто, окунутое в ярко-красное масло, пробуждало зверский аппетит.

Ду Чэнь открыл рот и проглотил угощение целиком. Толщина теста оказалась идеальной — оно не растворялось во рту бесследно, но и не было слишком жёстким, а мясная начинка радовала сочностью и приятной упругостью. Вкусно так, что хотелось затопать ногами от восторга!

Стук не утихал. Вскоре раздался голос Чэнь Цзяна:

— Ду Ань! Ду Ань, ты дома?

Заснувший у себя в комнате Ду Ань вскочил, заслышав шум. Выбежав в гостиную, он первым делом заметил сидящего за столом брата и просиял:

— Брат, ты встал!

— Угу.

Ду Чэнь с громким хлюпаньем уплетал вонтоны, уделив младшему брату лишь секунду внимания. Попутно он сорвал крышки с контейнеров, где лежали пирожки с яйцом и черемшой, а также запечённые свиные ножки. Как только дразнящие запахи ударили в нос, Страж окончательно впал в пищевое неистовство.

Ду Ань ничуть не обиделся. Радостно бросившись открывать дверь, он с порога огорошил друга новостью:

— Чэнь Цзян, посмотри! Мой брат встал!

Оказавшись в квартире, гость с изумлением уставился на жующего Ду Чэня. «А эта закусочная и впрямь невероятна, — подумал он. — Даже больной Синдромом потери души не смог устоять перед её чарами».

Еды казалось много, но для их аппетитов этого было явно недостаточно.

Ду Чэнь глазом моргнуть не успел, как всё закончилось. Разочарованно погладив живот, он поднял взгляд на сидящего напротив брата:

— Где ты это купил?

— В закусочной рядом с Парком на девяносто девятом этаже, в Секторе А. — Сердце Ду Аня ликовало: глаза старшего брата снова светились жизнью.

Ду Чэнь поднялся, собираясь уходить:

— Я не наелся. Хочу сходить туда. Ты со мной?

Он совершенно не наелся. Чтобы по-настоящему насытиться, ему пришлось бы есть дня три без перерыва.

— Она уже закрылась, — вмешался Чэнь Цзян. — Сегодня вы там ничего не купите.

— Так рано? — не понял Страж.

— Там такой ажиотаж, — пояснил Ду Ань. — Порции ограничены, так что всё раскупают мгновенно.

Тут Чэнь Цзян вспомнил, зачем вообще пришёл, и поспешно добавил:

— Но я только что снова видел эту рекламу в кинотеатре! Ну, бегущую строку внизу экрана. В полшестого хозяйка снова запустит трансляцию. Кажется, на этот раз будет готовить ужин.

Ду Ань рассказал брату об эфирах из закусочной, признавшись, что именно они заставили его отправиться в Сектор А. Затем с надеждой спросил:

— Брат, может, пойдём посмотрим вместе?

Даже если поесть не удастся, наблюдать за тем, как хозяйка готовит, — само по себе удовольствие.

Все мысли Ду Чэня, только-только отведавшего местной стряпни, были заняты едой. Раз уж перекусить прямо сейчас не выйдет, почему бы не выяснить, что это за трансляции такие?

Насколько он знал, за каждым кинотеатром был закреплён конкретный Парк, и на экранах показывали лишь игры, проходящие на его территории.

Он впервые слышал, чтобы трансляцию из Сектора А крутили в кинотеатре Сектора D. Да и сама закусочная явно не имела никакого отношения к Паркам.

Похоже, в их мире начинало происходить нечто весьма занятное.

Ду Чэнь чувствовал, как жизненная энергия, покинувшая его несколько месяцев назад, возвращается в тело. Душа и разум, изъеденные пустотой, обрели новую цель.

— Что ж, пошли посмотрим, — кивнул он.

Ду Ань переглянулся с Чэнь Цзяном. В глазах обоих читалось абсолютное неверие.

Они ведь хотели просто попытаться, а состояние Ду Чэня действительно улучшилось! Он даже согласился выйти из дома!

Это походило на дар небес. Ду Ань мысленно осыпал благодарностями Лу Яо и её закусочную. Он мигом засобирался, боясь, что в следующую секунду брат может передумать.

В половине шестого вечера Лу Яо, как и планировала, запустила трансляцию, заодно переименовав канал в «Полуночную трапезную».

Едва эфир начался, как к нему подключилось свыше трёхсот зрителей.

По меркам именитых блогеров из её родного мира цифра была смехотворной, но по сравнению с утренними показателями это был огромный шаг вперёд.

Имея за плечами опыт одного эфира, Лу Яо держалась куда раскованнее и сразу же поприветствовала аудиторию:

— Всем привет! Вы на канале «Полуночная трапезная» от Закусочной Лу Яо. Сегодня у нашего братика Бай Мина первый рабочий день! В честь этого события я, Бай Мин и сестрица Синцзы приготовим роскошный ужин.

Потрошивший рыбу у раковины Бай Мин поднял голову. В его рубиново-красных глазах вспыхнул огонёк.

— В мою честь?

Мывшая зелень по соседству Лу Яо мягко кивнула:

— Ага. Разве я забыла упомянуть об этом?

Бай Мин ловко разрезал рыбье брюшко и удалил внутренности. Его и без того хорошее настроение взлетело до небес от новости, что ужин затевался специально ради него.

— Хозяйка, только скажи, что ещё нужно сделать. Можешь всецело на меня рассчитывать.

Очищавшая креветки Синцзы с нескрываемой завистью прислушивалась к их разговору. Она повернулась к Лу Яо:

— Хозяйка, а когда я официально устроюсь, для меня тоже будет праздник?

— Конечно, — подтвердила девушка. — В твой первый официальный рабочий день мы закатим ещё один пир!

Синцзы просияла и в мгновение ока разделалась с целой тарелкой креветок.

Лу Яо поручила помощникам подготовку остальных продуктов, а сама взяла выпотрошенную рыбу и подошла к грилю.

— Сначала займусь запечённой рыбой.

Количество зрителей перевалило за полтысячи, и экран буквально запестрел шквалом комментариев.

«Ничего себе, праздничный ужин в честь трудоустройства! Скажите, а вы ещё набираете сотрудников?»

«Какая добрая хозяйка! Жутко завидую этому новенькому».

«А с каким вкусом будет рыба?»

Лу Яо зажала тушку в специальную металлическую решётку и положила на угли. Регулярно переворачивая её, она улучила минутку, чтобы пробежаться глазами по комментариям, и ответила:

— Сейчас мы как раз ищем поваров и официантов, так что все желающие могут приходить на собеседование. А рыба будет с маринованным перцем. Позже мы ещё пожарим картошку и рисовые клёцки.

«!!! Картошечка и клёцки? А-а-а-а-а, как же хочется попробовать!»

«Обожаю рыбу с маринованным перцем! А жареная картошка — вообще пища богов. У меня уже слюнки текут!»

«Мои слюни уже до пола достают!»

Руки Лу Яо порхали над грилем. Когда корочка на рыбе слегка поджарилась, она сдвинула её с сильного огня, чтобы та просто томилась, и разогрела сковороду для овощного гарнира.

Остальные продукты уже были вымыты, и всё, что требовалось запечь, отправилось на угли.

Минут через двадцать ужин был готов.

Девушка выставила на стол две небольшие жаровни. Одна предназначалась для подогрева рыбы, а на вторую водрузили подносы с устрицами, шашлычками из креветок и мяса, а также запечёнными овощами — чтобы не остывали.

Синцзы принесла две бутылки алкоголя, а Лу Яо добавила к ним газировку.

За окном висела яркая луна, а небосклон усыпали драгоценные россыпи звёзд. Троица устроилась за столиком, наслаждаясь трапезой и непринуждённой беседой.

Едва рыбу подали к столу, как она тут же приковала к себе все взгляды.

У Бай Мина и Синцзы загорелись глаза, но они, сдерживая порывы, выжидающе посмотрели на хозяйку.

Лу Яо подняла палочки:

— Приятного аппетита!

И тогда их палочки молниеносно устремились к благоухающему блюду.

Саму Лу Яо больше привлекали устрицы. Она взяла крупного, приготовленного на пару моллюска, извлекла нежное мясо и слегка обмакнула его в соевый соус с васаби.

Устрица оказалась мясистой и тающей во рту. В сочетании с обжигающим васаби она выбивала слёзы, но оторваться было решительно невозможно.

Бай Мин, откусив кусочек рыбы, заметил действия девушки и решил последовать её примеру. Он щедро смазал устрицу васаби, да так, что от остроты часто-часто заморгал, а выступившие на красных глазах слёзы заблестели, словно звёздочки.

Тряхнув головой, он пришёл к выводу, что это было потрясающе вкусно.

Синцзы потягивала вино, закусывая рыбой, запечёнными в чесночном соусе устрицами, морскими гребешками и говядиной. Вскоре её личико довольно раскраснелось.

Зрители по ту сторону экранов сходили с ума от вожделения.

«А-а-а-а-а, как же я хочу эти устрицы! Она их в васаби макает, да? Жутко скучаю по этому вкусу!»

«Хозяйка — настоящий демон! И дёрнул же меня чёрт смотреть это на ночь глядя!!!»

«Рыбка выглядит просто отпадно... Дайте же ребёночку кусочек, ну хотя бы один!»

Тем временем в кинотеатре Парка Циншань.

Ду Ань и Чэнь Цзян, не отрываясь, таращились на экран. Они даже не замечали, как слюни капают на одежду — настолько аппетитно выглядели запечённая рыба, устрицы, креветки, гребешки с чесночной лапшой и тофу с грибами эноки.

Рядом с ними сидел Ду Чэнь. Его взгляд был намертво прикован к Лу Яо и удивительно реалистичному ночному пейзажу за её окном.

Случайно забредшая сюда Испытательница... К тому же совершенно не похожая ни на кого из тех, кого он встречал раньше. Весьма занятно.

В ту ночь «Полуночная трапезная» произвела фурор в Секторах А, В и D. Сама же Лу Яо слегка перебрала, вдоволь наелась и так расслабилась, что уснула прямо за столом, не успев даже убрать посуду.

Посреди ночи сквозь сон ей послышался настойчивый стук в дверь. Только девушка начала раздражаться, как звук исчез.

Наутро Лу Яо проснулась в зале, укрытая тёплым пледом. Вокруг царила идеальная чистота — видимо, перед уходом Бай Мин и Синцзы всё прибрали.

Сотрудники ей и впрямь достались золотые.

Умывшись и проверив, готовы ли вчерашние заготовки, хозяйка распахнула входную дверь, но тут же испуганно отшатнулась: проход был чем-то перегорожен.

Спустя мгновение дверь толкнули снаружи, и на пороге возник мужчина в дорогом костюме, сшитом на заказ.

Лу Яо выглянула наружу: закусочная определённо всё ещё находилась в Ином мире. Незнакомец показался ей подозрительно знакомым. Потерев лоб, она вдруг вспомнила: это же тот самый пижон в костюме, который вчера днём останавливал её, чтобы спросить дорогу!

Вот только встретились они тогда совершенно в другом мире.

Мужчина, похоже, тоже только что проснулся и решительно не понимал, что происходит:

— Как я здесь очутился?

Лу Яо и сама хотела бы знать, как он здесь очутился. Система, эта мелкая обманщица, уверяла, что лишь ей одной под силу перемещаться между двумя мирами. Так откуда же взялся этот мужчина?

Незнакомец тоже смерил Лу Яо взглядом, хмуря брови. Лишь спустя какое-то время он неуверенно, с запинками произнес:

— Мы… случайно… нигде раньше… не встречались?

— Вы не помните? — Лу Яо же, напротив, отлично его запомнила. Накануне вечером, когда она возвращалась с рынка, этот человек перехватил её на обочине. Вытащив из кармана толстую пачку купюр, он с паническим видом умолял проводить его до ближайшей автобусной остановки.

Признаться честно, соблазн был велик. Особенно сейчас, когда деньги утекали сквозь пальцы, словно вода, и её скромные сбережения отчаянно нуждались в пополнении. Заработать несколько десятков тысяч просто за то, чтобы показать дорогу — всё равно что найти их на улице.

Но затем, заметив, что мужчина ведет себя крайне неадекватно, она подавила в себе тягу к лёгкой наживе: просто указала направление и не взяла ни копейки.

Незнакомец немного помолчал, затем покачал головой:

— В голове всё путается. Никак не могу вспомнить. Можно мне войти и присесть?

Лу Яо заметила за его спиной знакомую фигуру и, мгновенно обретя уверенность, отступила в сторону. Мужчина прошел внутрь и прямиком направился к столику у окна.

В закусочную вошел Бай Мин. Он смерил незнакомца хмурым взглядом, а затем посмотрел на Лу Яо:

— Это кто?

— Без понятия, — покачала она головой. — Когда я проснулась, он уже торчал у дверей. Кажется, он не в себе.

Бай Мин еще раз окинул мужчину взглядом, развернулся и вышел.

Через пару минут он вернулся. Следом за ним из Парка вышли Бай Хэ и Бай Лу.

Переступив порог, Бай Мин указал на сидящего у окна:

— Вот этот. Выясните всё и побыстрее уведите его, нам скоро открываться.

Лу Яо налила гостю стакан воды и вернулась на кухню. Но увидев, что Бай Мин привел людей из соседнего Парка, она со жгучим любопытством высунулась обратно и прошептала ему:

— А что с ним не так?

— Скорее всего, новичок, — мотнул головой Бай Мин. — Сейчас его зарегистрируют, и можно будет отпускать.

«Новичок? Какая еще регистрация?»

Сбитая с толку, Лу Яо молча пристроилась за спинами Бай Лу и Бай Хэ.

Перед Бай Хэ лежал блокнот в черной обложке. Пока Бай Лу допрашивала мужчину, он открыл его на чистой странице.

— Помните, как вас зовут? — спросила Бай Лу.

Мужчина нахмурился, обдумывая ответ:

— Ци Чэнь.

Лу Яо заметила, как сразу после его ответа имя само собой проступило в заголовке блокнота.

Писать не требовалось. Символы не походили на китайские иероглифы — это был тот же язык, что и в лежащем на столе меню, но, как ни странно, Лу Яо всё прекрасно понимала.

— Возраст.

— Двадцать восемь лет.

— Помните свое предыдущее место работы?

Ци Чэнь ткнул пальцем в сторону видневшегося за окном гигантского колеса обозрения:

— Помню, я там работаю. Я владелец того парка аттракционов. Вот только я никак не могу найти дорогу обратно. Вы не могли бы меня туда отвезти?

Лу Яо вздрогнула. Ситуация принимала скверный оборот.

«Неужели меня сейчас разоблачат?»

Бай Лу и Бай Хэ оглянулись на окно, но их лица оставались абсолютно бесстрастными, словно в словах собеседника не было ничего странного.

Тон Бай Лу можно было назвать откровенно холодным:

— Вы туда не вернетесь. Помните, как здесь оказались?

— Нет, — покачал головой Ци Чэнь. — Очнулся утром, уже сидя у ваших дверей.

— Ясно. В общих чертах ситуация понятна, — подытожила Бай Лу. — Вы уже зарегистрированы как житель Сектора А. Отныне будете жить здесь, привыкайте.

Бай Хэ вытащил из-под блокнота брошюру и протянул её Ци Чэню:

— Это «Справочник по выживанию». Прочтите его внимательно. Если возникнут вопросы, обращайтесь к работникам закусочной или идите за помощью в Парк по соседству. Если больше ничего нет, мы, пожалуй, пойдем.

Ци Чэнь вскочил на ноги, его лицо исказила тревога:

— Да что со мной стряслось?! Вы что, хотите держать меня здесь взаперти? Я же сказал, мне нужно обратно! Это прямо за рекой. Просто вызовите машину, я заплачу! Сколько вам нужно?

Бай Лу и Бай Хэ, уже подошедшие к двери, обернулись. Девушка нахмурилась и ледяным тоном оборвала его:

— Прекратите кричать. Господин Ци Чэнь, вы официально зарегистрированы как местный житель. Пути назад нет.

Ци Чэнь был вне себя от ярости. Проснуться в какой-то глуши, нарваться на компанию ненормальных... Его работа находилась буквально на другом берегу! Если не хотят подвезти, пусть хотя бы покажут дорогу — он и сам доберется.

Но парочка из Парка проигнорировала его возмущения и удалилась.

В этот момент появилась Синцзы. Заметив Ци Чэня, она со знанием дела спросила:

— Новенький?

Бай Мин бросил взгляд на Лу Яо и молча кивнул.

Лу Яо обошла столик и уселась напротив Ци Чэня. Справочник перед ним вызывал у неё жгучее любопытство. Оказывается, здесь выдают такие штуки!

— Можно взглянуть на ваш «Справочник по выживанию»? — поинтересовалась она.

Тот лишь сильнее нахмурился и накрыл черную брошюру ладонью.

— Принеси мне айс-американо, — процедил он с крайним раздражением.

Тут подошел Бай Мин и бесцеремонно вздернул Лу Яо на ноги. В его голосе раздражения было куда больше:

— Нет у нас никакого айс-американо. Мы открываемся. Если больше ничего не нужно, можете идти на выход.

Ци Чэнь несколько мгновений буравил взглядом лицо девушки, затем обратил внимание на цвет её одежды, и хаотичные обрывки воспоминаний в его голове наконец сложились в единую картину.

Его глаза медленно расширились. Сделав в уме какие-то свои выводы, он вдруг процедил сквозь зубы:

— Это ты! Я вспомнил, мы виделись вчера!

Лу Яо высвободила руку из хватки Бай Мина, жестом показав им с Синцзы продолжать подготовку к открытию.

Опустившись обратно на стул, она сохранила мягкость в голосе:

— Да, виделись. Что с вами произошло потом? Как вы здесь очутились?

— А разве не ты меня сюда притащила? — холодно усмехнулся Ци Чэнь. — Говори, кто тебя послал? Что вам нужно?

Лу Яо поморщилась. Разговор зашел в тупик.

Бросив жадный взгляд на зажатый его рукой справочник, она поднялась со стула:

— Это не моих рук дело, вы сами сюда пришли. Мне пора открывать закусочную, а вам лучше немного остыть.

Как только Лу Яо скрылась на кухне, мужчина вскочил и попытался выпрыгнуть в окно.

Рамы были распахнуты настежь, но вдоль подоконника словно пролегала невидимая твердая преграда. Как бы он ни толкал и ни бился в неё, выбраться наружу было невозможно.

Разъяренный Ци Чэнь вылетел через парадную дверь, но тут же опешил: пейзаж снаружи был абсолютно чужим, каждая деталь дышала странностью. От привычного ему мира не осталось и следа.

Он спустился на лифте на первый этаж — и там его встретила такая же незнакомая картина.

Спустя два часа подавленный Ци Чэнь вернулся в закусочную.

Как раз в разгар наплыва посетителей. Трое работников носились как заведенные, и до него никому не было дела.

Прислонившись к дверному косяку, Ци Чэнь сгорал от нетерпения: у него накопилась уйма вопросов к Лу Яо.

Тем временем очередь снаружи растянулась до самых лифтов. И откуда у них такой бешеный ажиотаж?

Им что, больше поесть негде? Зачем всем толпиться именно здесь?

В очереди неподалеку возбужденно щебетал юноша:

— Брат, скоро наша очередь! После вчерашнего стрима сюда стало приходить еще больше народу.

— М-гм, — коротко отозвался Ду Чэнь. Ожидание отнимало много времени, но он не стоял в очередях уже тысячелетия, так что в этом даже находилась некая новизна.

К тому же он точно знал: в конце этого долгого ожидания его ждет настоящая еда, а не какая-то безвкусная иллюзия.

Такая награда наделяла его ангельским терпением.

Ци Чэнь чутко уловил нечто странное и поднял взгляд на стоявшую впереди пару. Когда его глаза остановились на Ду Чэне, зрачки в ужасе сузились, а голос задрожал:

— Ты… как ты… здесь оказался?

Ду Чэнь поднял голову, взглянул на него, и в его глазах промелькнуло понимание:

— Новенький?

Ду Чэнь не узнал этого человека в лицо, но легко прочитал всё по его глазам.

Такое случалось: потерпевшие крах Испытатели, попав в этот мир, по чистой случайности натыкались на НИП, которые когда-то их жестоко растоптали.

Большинство НИП, заходя в игру, использовали мимикрию — как правило, принимая жуткие, сводящие с ума формы.

Когда у Ду Чэня появились первые симптомы Синдрома потери души, он стал крайне раздражительным. Одно время он специально заходил в игру без всякой маскировки, в своем истинном облике.

Видимо, этот парень запомнил его лицо. И, судя по реакции, впечатления остались незабываемыми.

Ци Чэнь попятился на три шага назад, его лицо исказил неописуемый ужас, а ноги стали ватными.

Ду Чэнь протянул руку и поддержал его:

— Не бойся. Теперь ты такой же, как мы.

«Такой же? Что это значит?»

Эти слова прозвучали как смертный приговор. До Ци Чэня доходил их смысл несколько секунд, после чего его лицо приобрело пепельный оттенок. Он наконец понял, почему здесь оказался.

Тем временем Ду Ань уже вошел в закусочную и обернулся, подгоняя:

— Брат, пора заказывать!

Ду Чэнь разжал руку и проследовал внутрь. На дне его глаз плескался легкий азарт.

Хозяйка этой забегаловки интересовала его куда больше, чем какой-то проигравший Испытатель.

Лу Яо суетилась на кухне. Возможно, у нее просто разыгрались нервы, но она вдруг почувствовала на себе чей-то пристальный взгляд. Подняв голову, она обвела зал глазами: все посетители увлеченно ели, и никто вроде бы на нее не смотрел.

Спустя примерно два часа суматохи все запасы продуктов иссякли, и заведение вновь пришлось закрыть раньше времени.

Те, кто простоял в длинной очереди, но так и ушел ни с чем, начали возмущаться:

— Хозяйка, вы не могли бы готовить побольше порций? Наймите еще пару помощников! Я же с ума сойду, если так и не смогу отведать вашей стряпни!

Лу Яо добродушно кивнула:

— Мы как раз ищем сотрудников. Как только найдем подходящих людей, я подумаю над расширением меню. А за сегодня мне правда очень жаль! Я приготовила немного фруктов, так что все, кому не досталось еды, могут подойти к сестрице Синцзы и взять по одному совершенно бесплатно.

Гости ворчали больше для проформы и никак не ожидали, что владелица не только всерьез воспримет их жалобы, но еще и предложит угощение. Многим даже стало неловко.

Тем не менее, фрукты в этой закусочной были невероятно сладкими, совсем не чета их собственным подделкам. Поэтому никто отказываться не стал — гости послушно выстроились к Синцзы за утешительными призами и расходились вполне довольными.

Ду Чэнь, сидя в самом дальнем углу у окна, безотрывно наблюдал за Лу Яо.

«Забавная девчонка. А пугать ее будет, наверное, еще забавнее».

В следующую секунду обзор ему заслонил Бай Мин и бросил в сторону Ду Чэня выразительный предупреждающий взгляд.

Уголки губ Ду Чэня изогнулись в усмешке. Он картинно пожал плечами: похоже, за ним уже приглядывают.

Когда зал опустел, Ци Чэнь наконец решился зайти внутрь. Заметив сидящего в углу Ду Чэня, он почувствовал, как волосы на затылке встают дыбом, и тут же отвернулся, сделав вид, что ничего не видел.

Найдя Лу Яо на кухне, он подошел к ней со сложным выражением лица:

— Подойди-ка на секунду.

Девушка ткнула в себя пальцем:

— Я?

— Да.

Стоило Лу Яо выйти, как Ци Чэнь резко схватил ее за руку, а через мгновение отпустил. В его глазах читалось крайнее изумление и растерянность:

— Горячая… Но как такое возможно? Ты же… Ай!

Он схватился за затылок и медленно осел на пол.

Должно быть, удар был не из легких.

Никто не заметил, как подошел Ду Чэнь. Отвесив Ци Чэню звонкий подзатыльник, он одной рукой непринужденно вздернул скулящего мужчину на ноги и с улыбкой обратился к Лу Яо:

— Новенький совсем не умеет себя вести. Я отведу его в Парк, преподам пару уроков манер.

Слово «Парк» сработало как спусковой крючок. Ци Чэнь на секунду замер, а затем начал отчаянно вырываться:

— Я не пойду в Парк! Не хочу в Парк! Отпустите меня! Я сам прочитаю Справочник, не надо в Парк!

Ду Чэнь разжал пальцы и разочарованно цыкнул.

Тук-тук-тук!

Внезапно раздался стук. Входная дверь была распахнута, и никто из присутствующих никак не отреагировал на звук.

До Лу Яо дошло: должно быть, это стучат в дверь в её родном мире.

Снаружи действительно стояли двое мужчин, один из которых был одет в униформу.

Не дождавшись ответа на стук, они простояли перед закрытой закусочной еще минут двадцать и лишь затем ни с чем ушли.

Через полчаса заведение покинули последние посетители, да и Синцзы, закончив смену, ушла домой.

Ци Чэнь продолжал сидеть в зале, наотрез отказываясь уходить, поэтому Бай Мин вызвался остаться.

Лу Яо не ночевала дома с прошлого вечера и тоже мечтала уйти, но оставлять этих двоих наедине было боязно.

Видя, что Бай Мин не собирается сдавать позиции, Ци Чэнь с мольбой посмотрел на девушку:

— Я очень хочу кофе. Ты не могла бы что-нибудь придумать?

Видимо, пережив за сегодня столько потрясений, он изрядно присмирел и научился вежливости.

Лу Яо уже открыла было рот, чтобы ответить «нет», но её взгляд зацепился за Справочник в его руках, и в голове созрел план:

— Могу. Но в обмен на Справочник.

Ци Чэнь кивнул:

— По рукам.

Лу Яо вышла наружу и сбегала в супермаркет за маркой кофе, которую он просил.

Когда она вернулась, у дверей её ждали двое незнакомцев.

Девушка замерла на месте, настороженно сощурившись.

Тот, что был покрасивее, скользнул взглядом по стакану с кофе в её руке и первым шагнул навстречу:

— Здравствуйте. Вы ведь госпожа Лу Яо?

— А вы кто? — насторожилась она.

Мужчина достал визитку и протянул ей:

— Меня зовут Чжуан Лян. Я владею музеем здесь, в городе. Прошу прощения за внезапный визит, но мне нужно обсудить с вами кое-какие вопросы.

— Какие еще вопросы?

— Прежде чем мы перейдем к делу, позвольте поинтересоваться: вам что-нибудь известно об игре «Парк»?

Лу Яо отступила на шаг, с сомнением в глазах:

— Мобильная игра или на ПК? Извините, я не особо увлекаюсь видеоиграми.

Чжуан Лян пристально посмотрел на неё, словно изучая.

Из-за его спины шагнул мужчина в полицейской форме. Плотно сдвинутые брови, во взгляде — усталость пополам с раздражением. Дежурным жестом он сверкнул удостоверением, а затем достал фотографию:

— Я спецназовец Ци Цзюэ из Третьего городского управления. Вам знаком этот человек на фото?

Лу Яо взяла снимок, немного поразглядывала его и подняла голову:

— Вчера встретила его на улице. А что с ним?

— Вы уверены? — нетерпеливо переспросил Ци Цзюэ.

Девушка снова взглянула на фотографию. Запечатленный на ней мужчина в строгом костюме и впрямь был Ци Чэнем.

— Да, — кивнула она. — Пересеклись на улице. Он попросил проводить его до ближайшей автобусной остановки, но мне показалось, что он выглядит как-то странно, поэтому я отказалась.

Её слова не расходились с тем, что полицейский видел на записях с камер наблюдения. Сама Лу Яо не вызывала особых подозрений — просто зацепок в деле было до обидного мало, вот Ци Цзюэ и решил попытать счастья.

Выслушав девушку, он окончательно отбросил версию о том, что между ней и пропавшим есть какая-то связь, и разочарованно забрал снимок.

Лу Яо перехватила поудобнее стаканчик с кофе и как бы невзначай поинтересовалась снова:

— Так что с ним случилось?

— Пропал без вести, — бросил Ци Цзюэ.

Получив ответ, он потерял к ней всякий интерес и развернулся, чтобы уйти.

Чжуан Лян же всё это время не сводил с Лу Яо узких, изучающих глаз.

— Закусочная на соседней улице принадлежит вам, госпожа Лу?

Девушке не слишком понравился его взгляд. Слегка нахмурившись, она коротко угукнула в знак подтверждения.

Чжуан Лян на мгновение задумался, снова скользнул взглядом по стаканчику в её руках и уже открыл было рот, чтобы что-то добавить, как вдруг у Ци Цзюэ зазвонил телефон.

— Нашли? Где? Мы сейчас будем.

Сбросив вызов, спецназовец окликнул товарища, и оба спешно удалились.

Проводив их взглядом, Лу Яо мысленно обратилась к Системе:

«Что сказали по телефону?»

[Нашли труп Ци Чэня.]

Лу Яо замерла на месте, по спине пробежал холодок.

Она простояла у дверей своей закусочной с полчаса, прежде чем наконец решилась войти.

Бай Мина нигде не было видно, в зале оставался лишь сам Ци Чэнь.

Он сидел у окна, повернув голову, и заворожённо наблюдал за улицей. Услышав звук открывающейся двери, мужчина обернулся, тут же поднялся и шагнул ей навстречу:

— Почему так долго?

Заранее подготовившись морально, Лу Яо с невозмутимым видом протянула ему кофе и выставила вторую руку:

— «Справочник по выживанию».

Ци Чэнь извлёк из кармана чёрную брошюрку, вложил ей в ладонь, а сам с напитком вернулся к окну. Сделав глоток, он слегка поморщился:

— Лёд растаял.

— Под барной стойкой есть лёд, добавь сам, — Лу Яо небрежно пододвинула стул и села.

«Справочник по выживанию» оказался размером с ладонь, его чёрная обложка холодила пальцы и была удивительно гладкой на ощупь. Девушка открыла первую страницу, и её зрачки сузились.

«Добро пожаловать в царство мёртвых — Страну Снов.

Лишь усопшие могут ступить в эти земли».

Сердце Лу Яо тревожно дрогнуло, хотя она уже смутно догадывалась о чём-то подобном.

Если раньше это были лишь робкие подозрения, то новость о смерти Ци Чэня расставила всё по своим местам.

Это был мир, где обитали призраки. Здесь не было ничего, кроме бесконечно тянущегося времени, и всё держалось исключительно на иллюзиях.

Но стоило лишь осознать это, как страх отступил.

Лу Яо приняла правду куда спокойнее, чем могла бы от себя ожидать.

Сам справочник оказался весьма толковым: тут была карта всех тринадцати районов, схема метро, советы по быстрому поиску жилья и даже руководство по овладению иллюзорной магией…

«О, а вот это уже интересно».

Лу Яо давно любопытствовала насчёт иллюзий — в основном потому, что боялась однажды проколоться, а расспрашивать Синцзы или Бай Мина было неудобно. И теперь у неё появился шанс втихую обучиться этому искусству.

Ци Чэнь, подперев подбородок рукой, долго и незаметно за ней наблюдал, пока наконец не выдержал:

— Ты понимаешь, что там написано?

Она кивнула. В зале они были одни, так что момент для откровенного разговора выдался удачный.

В конце концов, этот мужчина видел её в мире живых, и с этим недоразумением нужно было как-то разобраться.

Лу Яо уже собиралась заговорить, как вдруг Ци Чэнь скрестил руки на груди и с отвращением на лице спросил:

— Кто ты вообще такая? Монстр, мстительный дух, ведьма, инопланетянка?

Девушка лишилась дара речи. Всякое желание общаться мигом улетучилось. Она, живой человек, не чуралась этого свежеиспечённого призрака, а он ещё смеет воротить от неё нос!

За окном уже темнело, и Лу Яо совсем не хотелось снова ночевать в закусочной. Вернув книжицу владельцу, она выпроводила его за дверь:

— Вынуждена тебя разочаровать, но я самый обыкновенный человек. А теперь на выход, я закрываюсь.

Вернувшись в свою съёмную квартирку, Лу Яо приняла душ, легла в постель и вбила в поисковик слово «Парк». Вылезла куча ссылок, но всё это было совсем не то. Никакого упоминания об игре, о которой говорил Чжуан Лян, найти не удалось.

Она пока не понимала, что это за игра, но интуиция подсказывала: в интернете ответа нет.

Девушка села на кровати, покрутила в руках визитку, оставленную следователем, немного поколебалась — и отправила её в мусорное ведро.

Во всём нужно знать меру, в том числе и в любопытстве. На её шее и так висит Система, проблем хватает с головой — незачем наживать новые.

На следующий день Лу Яо пришла пораньше, чтобы подготовить мясную начинку: сегодня в меню появлялись маленькие вонтоны.

Подняв жалюзи, она с удивлением обнаружила на пороге Ци Чэня.

— Ты почему всё ещё здесь?

— Я хочу работать в твоей закусочной, — невозмутимо ответил он.

— Ась? — опешила Лу Яо.

— В обмен на это я сохраню твой секрет, — заявил Ци Чэнь.

Лу Яо промолчала.

Утром, по дороге на работу, она листала ленту новостей.

Там писали, что расчленённое тело Ци Чэня обнаружили на заброшенной стройке за городом — фрагменты были разбросаны по разным участкам. Убийцу пока не нашли.

Нахмурившись, она спросила:

— И что же ты умеешь?

— При жизни я управлял парком развлечений, — начал перечислять мужчина. — Я отлично разбираюсь в психологии клиентов, умею руководить персоналом и планировать новые проекты. Если хочешь научиться основам бизнеса и управления — я могу передать тебе весь свой опыт без утайки.

— Ладно, испытательный срок — семь дней, — согласилась Лу Яо. — А теперь марш замешивать начинку для вонтонов, мы скоро открываемся.

Ци Чэнь потерял дар речи.

Всё пошло совершенно не по его плану.

На кухне бывший босс снял пиджак, засучил рукава и принялся с усердием отбивать мясной фарш со льдом.

В начале девятого пришли Бай Мин и Синцзы.

Вместе с девушкой пришёл какой-то паренёк лет пятнадцати-шестнадцати с фиолетовыми волосами.

Синцзы подтолкнула его к Лу Яо:

— Управляющая, знакомьтесь, это Сяо Це.

Оказалось, он работал билетёром в кинотеатре и был её бывшим коллегой.

Услышав, что в закусочную требуются люди, он тут же примчался наниматься.

Успокоив совесть, Лу Яо приняла паренька на работу. В душе она даже порадовалась, что утром наняла Ци Чэня — иначе бы вышло так, что весь её штат переманен из соседнего заведения, а это как-то неловко.

Тем временем Капитан Стражи Бай Цзянь, едва переступив порог кабинета, обнаружил на своём столе до боли знакомое заявление об увольнении — уже третье за этот месяц.

С мрачным видом дочитав бумагу, он подошёл к окну: бывший билетёр со своей кричащей фиолетовой шевелюрой вовсю сновал туда-сюда по закусочной, приветливо зазывая посетителей.

Бай Цзянь стиснул зубы.

Взбешённый до предела, он смял заявление в комок.

Да чтоб её, эту закусочную!!!

С появлением двух новых помощников дела пошли куда веселее.

Лу Яо ожидала, что Сяо Це будет работать на совесть, но, к её удивлению, Ци Чэнь тоже не ударил в грязь лицом.

Этот с виду изнеженный богатенький сноб вполне сносно справлялся и с приёмом заказов, и с грязной работой на кухне.

Новинка меню — крошечные вонтоны — пользовалась бешеным успехом. Поток клиентов побил все рекорды, и порции разлетелись ещё до наступления полудня.

На обед для персонала Лу Яо приготовила целую жаровню курицы: нежные, в меру жирные кусочки мяса она сначала замариновала со специями, затем обжарила во фритюре и потушила с брусочками картофеля, ломтиками лотоса и сладким перцем. Блюдо вышло пряным, в меру острым и солоноватым — идеальное дополнение к рису.

Вдобавок к этому подали глубокую миску отварной свинины. На подушку из соевых ростков, зелёной спаржи и крошечных грибочков легли тающие во рту ломтики мяса, щедро присыпанные подсушенным в масле рубленым чили, двумя видами сычуаньского перца и чесночной пастой. Завершающий штрих — ложка кипящего масла поверх специй. Раскалённый жир мгновенно раскрыл жгучий аромат перцев и чеснока, сливая их в единый, сводящий с ума запах.

Кроме того, на столе красовались мапо тофу, «столетние яйца» с печёным перцем и бланшированная капуста чой-сум.

Это был первый рабочий день Сяо Це, и парень, ещё не прошедший стажировку, изо всех сил старался произвести на хозяйку хорошее впечатление.

Скромно подцепив палочками кусочек курицы, он отправил его в рот… и тут же утратил контроль над собой: наружу разом вылезли все спрятанные до этого острые зубы.

Мясо было таким мягким, что само отходило от костей. Густой соус обволакивал каждый кусочек, вкус был не таким обжигающим, как у невероятно острых жареных крылышек, а благодаря тушению с овощами насыщенный мясной дух идеально гармонировал с их свежестью. Вкус получился настолько глубоким и многогранным, что с одним таким кусочком можно было умять полпиалы риса.

Отварная свинина таяла на языке, обжигая пряной остротой. А хрустящие овощи на дне миски, пропитанные острым маслом, казались чуть ли не вкуснее самого мяса!

Мапо тофу и «столетние яйца» тоже оказались выше всяких похвал. Все пять блюд поражали не только изумительным вкусом, но и щедрыми порциями.

Сдержанности новичка хватило ровно на секунду, после чего он показал своё истинное лицо и бросился в бой за еду.

Сидящие рядом Синцзы и Бай Мин расплылись в счастливых улыбках чуть ли не до ушей, поглощая еду с ещё большим энтузиазмом.

Менее чем через двадцать минут тарелки сверкали чистотой.

Сяо Це, откинувшись на спинку стула и поглаживая раздувшийся живот, сыто вздохнул:

— Я захотел устроиться сюда ещё в тот вечер, когда управляющая готовила в прямом эфире приветственный ужин для брата Бай Мина. Еда для персонала и правда просто объедение!

При этом он широко улыбнулся, сверкнув ровными рядами акульих зубов. Ци Чэнь отреагировал на это зрелище даже острее, чем сама Лу Яо: он едва не выронил свою пиалу из рук.

А уж когда Бай Мин и Синцзы тоже отбросили всякую маскировку, бывший босс лишь покорно опустил голову и молча клевал стоящую прямо перед ним бланшированную капусту, даже не рискуя тянуться палочками к другим блюдам.

«Часто я чувствую себя чужим среди коллег из-за того, что недостаточно монструозен — в прямом смысле этого слова», — мрачно размышлял Ци Чэнь.

После обеда пришло время закрываться. Синцзы, Бай Мин и Сяо Це принялись убирать со стола.

Ци Чэнь окликнул начальницу:

— Во второй половине дня мы не работаем?

Лу Яо кивнула:

— Все продукты закончились.

Мужчина нахмурился, глядя на неё со жгучим разочарованием человека, видящего впустую растраченный потенциал:

— Закрываться на весь вечер и полдня? Тебе не кажется, что это чудовищное расточительство?

— Я и так выложилась на полную, — с видом абсолютной покорности судьбе отозвалась девушка.

— Нет, этого мало, — не унимался Ци Чэнь. — Мы могли бы подавать завтраки по утрам, полноценные обеды днём, а вечером устроить смену для тех, кто любит перекусить перед сном. В обеденный перерыв можно предлагать послеобеденный чай по предварительной записи.

Похоже, у бывшего владельца парка развлечений случился приступ профессиональной деформации. Лу Яо оттащила его в угол и усадила на стул:

— Слушай, приятель… А ты в курсе, чем в этом мире расплачиваются за еду?

— Временем? — предположил он.

— Так ты знаешь! А знаешь ли ты, в какую сумму мне ежедневно обходится закупка ингредиентов? Я только-только выпустилась из университета, у меня и в мире-то живых денег почти не было, а здесь единственная валюта — это время. Если я буду продолжать в том же духе, из меня скоро все соки выжмут!

Ци Чэнь задумался на мгновение, а затем предложил:

— …Тогда, может, возьмёшь мои деньги? При жизни я был весьма обеспеченным человеком. Все сбережения передать не смогу, но миллионов пять вполне.

Лу Яо безмолвствовала.

«Дядя, тебя там на куски порубили! Как, по-твоему, я, простая смертная, должна легально получить твои пять миллионов?!»

Похоже, Ци Чэнь чего-то в корне не понимал.

Случай Ци Чэня был поистине уникальным. Не повстречай он Лу Яо, очень скоро слился бы с местным окружением и стал таким же, как все — коротал бы вечность с помощью иллюзий. А если бы стало совсем уж невыносимо, всегда можно было заглянуть в Парк или кинотеатр.

Благодаря присутствию Лу Яо он не слишком остро ощущал собственную смерть: мыслил и вел себя почти так же, как при жизни.

Помнил ли он своего убийцу? Лу Яо весь день размышляла, стоит ли поднимать эту тему, но быстро поняла, что задать подобный вопрос язык не поворачивается.

Ци Чэнь, так и не дождавшись ответа на свою реплику, поднял на нее взгляд.

— Что это у тебя за выражение лица?

Лу Яо невинно похлопала ресницами:

— А?

— Что ты хотела сказать?

— М-м?

Ци Чэнь пригладил волосы и по привычке потянулся поправить очки, но, коснувшись переносицы, вспомнил, что их больше нет.

— Что ты хочешь узнать?

Лу Яо сглотнула и на пару секунд нахмурилась в нерешительности. Под этим чересчур спокойным взглядом она вдруг почувствовала себя неловко из-за собственных колебаний.

Не в силах больше терпеть это чувство, девушка отбросила сомнения и спросила в лоб:

— Ты помнишь, что случилось перед твоей смертью?

Лицо Ци Чэня ничуть не изменилось, он лишь слегка задумался.

— Помню, как сел в автобус. А очнулся уже здесь.

У него не осталось никаких воспоминаний о самом моменте гибели, поэтому назвать имя убийцы он не мог.

Лу Яо нахмурилась. «Почему стерся именно этот фрагмент памяти?»

Зато Ци Чэня, казалось, было уже не остановить:

— Вообще-то я был в ужасе, до дрожи боялся того дня, когда это произойдет. Знай я, что после смерти всё будет именно так, относился бы к жизни проще. Жил бы в свое удовольствие, а не изводил себя изо дня в день, существуя хуже дворовой собаки.

Лу Яо:

— …

«Это всё потому, что ты забыл самое главное».

Излив душу, Ци Чэнь заметил, что собеседница не горит желанием развивать тему, и резко сменил курс:

— Точно не возьмешь мои деньги?

Лу Яо:

— …Братец, я бы с радостью, но нельзя.

Юноша на мгновение опешил, а затем смерил её взглядом, в котором ясно читалось «так вот ты какая на самом деле».

— Я снова хочу кофе.

Лу Яо:

— …

«Какой беспринципный взрослый!»

Закончив убирать со столов, из зала вышел Сяо Це. Услышав последнюю фразу, он с любопытством подошел ближе:

— Какой кофе? Директор готовит новинки?

Синцзы тоже навострила уши. В её глазах мелькнула ностальгия:

— Как же давно я его не пила… Я тоже хочу!

Сяо Це и Синцзы выжидательно уставились на Лу Яо. Ци Чэнь тоже покосился на нее с легким самодовольством.

Лу Яо:

— …

Сунув телефон в карман, она вышла на улицу и направилась в ближайший торговый центр за кофе. Заметив на витрине пирожные «Монблан», Лу Яо решила, что они отлично подойдут к напитку, и не удержалась — купила несколько штук.

Вся четверка сотрудников так никуда и не разошлась: они сидели у окна, болтали и ждали, когда директор вернется и покормит их.

Ци Чэнь вертел что-то в руках с едва скрываемым раздражением на лице, пока Сяо Це и Синцзы наперебой давали ему указания.

Лу Яо толкнула дверь:

— Чем занимаетесь?

Сяо Це тут же вскочил и подбежал к ней:

— Директор! Мы учим малыша Ци пользоваться иллюзиями.

Взгляд парня прикипел к пакетам в её руках, а изо рта вновь непроизвольно высунулись клыки, которые он до этого старательно прятал.

Лу Яо просто молча протянула ему покупки. Сяо Це бережно принял их и поставил на стол.

Увидев коробку с пирожными, Синцзы пришла в полный восторг:

— Обожаю нашего директора!

Девушка достала кофе с «Монбланами», раздала каждому по порции, придвинула стул и втиснулась в их тесную компанию.

При виде кондитерской коробки брови Ци Чэня слегка дрогнули. Он было открыл рот, но тут же поджал губы и промолчал.

Пирожные оказались крохотными — Бай Мину и остальным на один зуб, — поэтому троица отщипывала от них по малюсенькому кусочку, растягивая удовольствие с невероятным трепетом.

Лу Яо сделала глоток ледяного, горького кофе и поспешила перевести тему:

— Так чему вы там пытались научить Ци Чэня?

— Самой простенькой иллюзии, — отозвалась Синцзы.

— Он тугодум, — отрезал Бай Мин.

— Малыш Ци и правда немного не в себе, — подхватил Сяо Це. — Даже крошечную маньтоу слепить не может.

Ци Чэнь:

— …Мне просто не хватает практики.

Вспомнив инструкции по созданию иллюзий из «Справочника по выживанию», Лу Яо вообразила себе маньтоу, махнула рукой, словно хватая что-то в воздухе, и слегка потерла ладони.

Заметив её манипуляции, Ци Чэнь тихо хмыкнул:

— Да как ты вообще можешь что-то создать?

Бай Мин, Синцзы и Сяо Це с головой ушли в дегустацию послеобеденного десерта и не обращали на нее никакого внимания.

Пальцы Лу Яо дрогнули, а девушка слегка изменилась в лице.

У Ци Чэня появилось дурное предчувствие:

— Что случилось?

Лу Яо разжала кулак. На её ладони лежали три крошечные, размером с фалангу большого пальца, маньтоу.

— Вот.

Ци Чэнь:

— !

Бай Мин, Синцзы и Сяо Це:

— !!!!!!!!!

Все четверо уставились сначала на булочки, потом на Лу Яо, и их лица заметно побледнели.

Бай Мин резко схватил её за руку, подержал пару секунд, затем отпустил и, повернувшись к Синцзы, едва заметно покачал головой.

Синцзы сделала вид, что хочет взять угощение, и легонько мазнула пальцами по коже директора. Сяо Це последовал её примеру, цапнув одну маньтоу. Лишь убедившись, что рука Лу Яо была теплой, они дружно выдохнули.

У них прямо камень с души свалился: а то ведь подумали, что директор вышла за порог и тут же отдала концы.

Почувствовав странное напряжение в воздухе, Лу Яо спросила:

— В чем дело? Я что-то не так сделала?

Бай Мин:

— …Да нет, всё отлично. Уж получше некоторых великовозрастных новичков!

— Наш директор просто потрясающая! — поддакнула Синцзы.

— Директор, научите скорее малыша Ци, а то до него никак не доходит! — взмолился Сяо Це.

Ци Чэнь:

— …

«Почему у нее-то всё получилось?»

Лу Яо:

— Ой, ну я же как-никак мастер иллюзий. Подумаешь, какие-то маньтоу — раз плюнуть!

С этими словами она сфокусировала взгляд на стоявшем на столе «Монблане» и тут же создала его копию. За исключением чуть менее насыщенного цвета, иллюзия была точь-в-точь как оригинал по форме и размеру.

Работники лишились дара речи от изумления. Особенно тяжело этот факт давался Ци Чэню.

Лу Яо театрально вздохнула:

— Наверное, всё дело в том, что в детстве я обожала лепить куличики из грязи. Талант, знаете ли.

Бай Мин, Синцзы, Сяо Це и Ци Чэнь:

— …

-

Из-за провала с иллюзиями Ци Чэнь пребывал в скверном расположении духа.

Последние несколько дней, после того как в обед Закусочная Лу Яо закрывалась, Синцзы и остальные по очереди пытались его обучать.

Лу Яо снова приходилось бегать за полдником. Три дня подряд она покупала кофе и сладости, что нанесло сокрушительный удар по её и без того тощему кошельку.

Тогда девушка договорилась с Ци Чэнем: она купит зерна, а он будет сам заваривать кофе в пуровере.

Чайники с тонким носиком, гейзерные кофеварки, капучинаторы, воронки, бумажные фильтры — вчера Лу Яо отыскала всё это за копейки на местном рынке. В крупном супермаркете возле торгового центра она нашла именно те кофейные зерна, которые заказал Ци Чэнь, а заодно прихватила сливки, какао-порошок, матчу, карамельный сироп и прочие добавки.

Позже Ци Чэнь по секрету шепнул ей, что выпечка из кофейни никуда не годится, и посоветовал другую кондитерскую.

Заглянув туда, Лу Яо ахнула: ценники оказались более чем в два раза выше, чем в предыдущем месте.

Сердце кровью обливалось от таких трат, но, вспомнив полные надежды глаза своих подопечных, она стиснула зубы и купила пять порций.

В кондитерской было не протолкнуться. Перед ней в очереди за упаковкой стояли человека три-четыре, поэтому Лу Яо с подносом в руках терпеливо ждала и даже не заметила, как со второго этажа за ней пристально наблюдают.

Прошло три дня. Полиция уже нашла убийцу Ци Чэня: им оказался его однокурсник, который по совместительству занимал должность топ-менеджера в его же компании.

В новостях писали, что из-за длительных разногласий на работе и накопившегося стресса подозреваемый в порыве эмоций лишил жертву жизни.

Учитывая крайнюю жестокость преступления и его финал, правоохранительные органы не стали раскрывать публике леденящие душу подробности, ограничившись скупым пресс-релизом.

Чжуан Лян пил чай на втором этаже, обсуждая дела с партнером, когда его взгляд случайно упал на стоявшую внизу Лу Яо.

Он долго смотрел на нее, пока девушка не расплатилась и не вышла за дверь.

Завершив встречу, Чжуан Лян сел в свою машину, всё еще прокручивая в голове эту сцену. Та девушка купила до боли знакомый ему сорт кофейных зерен… и те самые пирожные.

-

Вернувшись в лавку, директор вручила покупки Ци Чэню и заодно запустила трансляцию.

Видимо, от жуткой скуки обитатели Страны Снов обожали наблюдать за готовкой: в последнее время онлайн стабильно держался на отметке в пять тысяч зрителей.

Коротко поздоровавшись с аудиторией, Лу Яо направила парящую камеру на своего нового сотрудника.

— Добро пожаловать на послеобеденный эфир Закусочной Лу Яо. Сегодня мастер Ци будет заваривать для нас спешелти-кофе.

«Кофе появится в меню?»

«Требую добавить его в меню, тысячу лет его не пил!!!»

«Хозяйка, немедленно вводи новинку, не заставляй меня падать на колени!»

[Получен цветок ликориса от госпожи Шаша!]

[Получено 99 цветков ликориса от господина Мяу-тян любит рыбку!]

[Получено ожерелье из черно-золотых черепов от господина Рыцарь Святого Меча!]

…

[Получен подарок, популярность +20]

[Получен подарок, популярность +100]

[Получен подарок, популярность +100]

…

В чате кипела жизнь. Правда, эти бегущие строки на полупрозрачном экране могла видеть только Лу Яо. Перебросившись с комментаторами парой фраз, она велела механическим бабочкам-камерам снимать исключительно Ци Чэня.

Юноша снял пиджак, неторопливо закатал рукава рубашки, повязал темно-коричневый клетчатый фартук и встал за барную стойку, готовясь приступить к работе.

«Этот паренек новенький, да?»

«Сразу видно — еще совсем зеленый!»

«Ха-ха-ха, попадись он нам пару сотен лет назад, уже давно бы рыдал от побоев~»

Лу Яо, озадаченная обилием насмешек, не выдержала:

— А как вы поняли, что он новичок?

«! Хозяйка ответила мне!»

«А-а-а-а, хочу обнимашек с красоткой-хозяйкой~»

На экране пронеслось бесчисленное множество признаний в любви, и лишь спустя долгое время кто-то дал адекватный ответ:

«Потому что только зеленые новички так выпендриваются».

Лу Яо:

— Пфф.

Ци Чэнь понятия не имел, что её так рассмешило, как и не подозревал о летящих в его адрес колкостях от зрителей.

Он разорвал упаковку и засыпал зерна в кофемолку. Одно лишь жужжание механизма, перемалывающего кофе, уже вызывало чувство умиротворения.

Зерна были свежеобжаренными, поэтому их оставалось только смолоть и заварить.

Бай Мин, Синцзы и Сяо Це навалились на барную стойку, с горящими глазами наблюдая за процессом.

Пока мололся кофе, Ци Чэнь успел вскипятить воду и взбить сливки.

Двигался он ловко и методично — было видно, что это занятие доставляет ему истинное удовольствие.

— Изначально я планировал, что как только Парк начнет приносить стабильный доход, я передам управление другу, — заговорил Ци Чэнь. — А сам открою где-нибудь уютную кофейню. Варил бы кофе по утрам, читал книги, болтал с посетителями. Жизнь текла бы размеренно, но без скуки. Жаль, что…

Лу Яо подперла щеку рукой и философски заметила:

— Когда первый парк встанет на рельсы, обязательно появится второй проект, а за ним и третий. Идеальная жизнь — это всегда мираж на горизонте. По мне так закончить тяжелый рабочий день, выпить чашку кофе, сваренного другом, и просто немного передохнуть — это уже высшее благо.

Кофемолка остановилась. Едва он снял крышку, как по залу разнесся густой, насыщенный аромат с легкой горчинкой.

Ци Чэнь достал из заднего шкафчика пять изящных стеклянных бокалов, залил молотый кофе горячей водой, убрал фильтры, а затем украсил каждую порцию толстым слоем взбитых сливок, карамельным сиропом и щепоткой какао.

Лу Яо отыскала упаковку классического «Орео» и аккуратно воткнула по две печеньки прямо в пышную пену.

Бай Мин и остальные, привыкшие во всем подражать директору, с радостью последовали её примеру, украсив свои напитки печеньем. Один лишь Ци Чэнь счел это ребячеством.

Вся пятерка уселась у окна, а в центре стола красовались пять изысканных пирожных.

Зрители в чате буквально сходили с ума от вожделения.

«Как вы смеете есть такую вкуснотищу без нас?!»

«Мне уже не до смеха wwwwww Мой любимый кофе с шапкой из сливок и клубничный мусс!!!»

«Вы же не запираетесь каждый день после работы в лавке, чтобы втихаря лопать всё это? Скажите, что нет!»

Вместе с потоком зрительской Скверны рос и онлайн: со стабильных пяти тысяч цифра подскочила до семи, затем до восьми, а потом и вовсе перевалила за десять тысяч.

[Количество зрителей на одной трансляции достигло внушительных 10 000! Популярность +1000. Открыт доступ к вещанию в трех новых регионах. Пожалуйста, сделайте выбор, Хозяйка!]

Лу Яо открыла карту и выбрала Сектор С, прилегающий к Сектору B, Сектор M, который изначально соседствовал с Сектором A, а также Сектор E, граничащий с Сектором D. Таким образом, она разблокировала шесть секторов: A, B, C, D, E и M.

Бай Мин, Синцзы, Сяо Це и Ци Чэнь уже сидели у окна, дожидаясь Лу Яо.

Убедившись, что сигнал трансляции охватывает новые территории, девушка тоже присела.

— Не ждите меня, ешьте, — произнесла она.

В то же время во всех кинотеатрах секторов C, E и M, где шли игровые трансляции, появилась бегущая строка с рекламой, приглашающая зрителей в зал, где транслировалась Закусочная Лу Яо.

Сектор C. Парк-кондитерская.

Страж Цин только что покинул игру, и от него всё ещё разило кровью.

Снаружи вбежал Чи, сжимая в руках стакан с водой. В его глазах сиял восторг.

— Цин, у нас в Секторе C тоже появилась трансляция закусочной! Кассир только что сказал, что в кинотеатре внезапно открылся еще один зал. Показывают послеобеденный чай. Я как раз собирался туда, пойдёшь со мной?

Чи частенько прогуливал работу, чтобы заглянуть в закусочную, и от других посетителей узнал, что иногда там проводят трансляции. Еда на экранах отличалась от того, что продавалось в реальности: она выглядела куда изысканнее и аппетитнее. Юноша давно облизывался, глядя на это великолепие.

Изначально Цин собирался в душ, но, услышав новость, лишь наскоро стер с себя кровь, переоделся и отправился в кинотеатр вместе с товарищем.

В последнее время он слишком часто участвовал в играх и уже давненько не заглядывал в закусочную. По словам Чи, время от времени в меню появлялась пара новых блюд. Раз уж пока нет возможности их попробовать, можно хотя бы посмотреть — просто чтобы расслабиться.

Наблюдая за молчаливым Цином, Чи втайне тревожился.

Тот заходил в игры слишком часто, причём всегда выбирал самые сложные, с жестокими правилами. И каждый раз возвращался весь в крови и почти не разговаривал.

До Чи доходили слухи об одном Страже из Сектора D. Когда у того появились первые признаки Синдрома потери души, он вел себя в точности как Цин сейчас. Спустя полгода этот Страж больше не мог работать, ушел в отставку и вернулся домой отдыхать.

Но все прекрасно понимали: этот «отдых» станет для него вечным.

Далеко не каждый после смерти попадал в Страну Снов, однако и те, кому это удавалось, вовсе не обретали бессмертие.

Освободившись от оков времени и мирских правил, они всё равно были обречены однажды встретить свою окончательную гибель.

Жители Страны Снов, пораженные Синдромом потери души, умирали навсегда. Их души рассеивались без следа.

Цин остановился и слегка нахмурился:

— В чем дело?

— А? — не понял Чи.

— У тебя такой взгляд... — протянул Цин. — Аж тошно.

— …Да нет, ничего, — отмахнулся юноша.

Толкнув дверь, они вошли в зал. Помещение было забито битком. Даже кассир и билетер оказались здесь, не отрывая завороженных взглядов от экрана.

За окном виднелось светло-голубое небо, по которому изредка пролетали птицы.

На изящном длинном деревянном столе стояло несколько чашек кофе и яркие, невероятно аппетитные на вид десерты.

Фиолетововолосый паренек осторожно зачерпнул маленькой ложечкой кусочек мусса, обнажил в улыбке ровный ряд акульих зубов и аккуратно сжал губы. Подперев щеку рукой и прищурившись, он воскликнул:

— Тает во рту! Так сладко и вкусно! Хозяйка, а завтра можно будет еще такое поесть?

Учитывая силу челюстей этих созданий, они могли бы с легкостью разгрызть не только крошечное пирожное, но и саму металлическую ложечку.

Сдержанность, с которой юноша наслаждался десертом, лишь убеждала зрителей: лакомство должно быть поистине божественным, раз к нему относятся с таким трепетом.

Услышав это, Лу Яо скривилась, словно у нее заболел зуб:

— …Ну, я подумаю.

Стоило Бай Мину распробовать угощение, как он тут же понял: это еще вкуснее, чем вчера. Его алые глаза увлажнились от восторга. Не рассчитав силу, он с хрустом перекусил ложку пополам.

Лу Яо:

— …

«Спокойнее надо быть».

Синцзы тем временем обхватила чашку обеими руками и пила мелкими глотками. Напиток был невероятно горьким, но девушка, казалось, пристрастилась к нему. Над ее верхней губой осталась полоска белых сливок.

Сидящий рядом Ци Чэнь вел себя куда элегантнее. Еще при жизни он обожал выпечку из этого заведения, а теперь, отведав ее вновь, поразился: вкус стал даже лучше, чем раньше.

В зрительном зале то и дело раздавались сглатывания. Кто-то спросил:

— В комментариях пишут, что эта закусочная находится в Секторе A. Это правда?

— Понятия не имею, никогда о ней не слышал. Разве все эти закусочные — не сплошное надувательство?

— Надо пойти проверить! Выглядит слишком аппетитно!

— Пойдем?

— Идем!

Глаза Чи покраснели от зависти.

В основном меню таких блюд еще не было. И судя по словам того фиолетововолосого паренька, они могли лакомиться этой вкуснотищей каждый день. Как же ему было завидно!

Цин постоял немного, а затем развернулся и направился к выходу.

— Ты больше не будешь смотреть? — окликнул его товарищ.

— Угу. Я хочу зайти в игру еще раз, — ответил Цин.

Поняв, что дело дрянь, Чи забыл о трансляции и бросился вдогонку.

— Ты в последнее время слишком надрываешься! Может, возьмешь завтра выходной, и сходим вместе в закусочную?

Цин покачал головой:

— В ближайшие дни не выйдет. Сходи один.

Стоя у дверей кинотеатра, Чи смотрел, как его друг скрывается на территории Парка, и на душе у него скребли кошки.

-

В Секторе E рядом с первоклассным Парком располагался санаторий, специализирующийся на лечении пациентов с Синдромом потери души.

С момента основания это учреждение приняло около тысячи больных со всех тринадцати секторов Страны Снов. Здесь не только ухаживали за зараженными, но и активно искали способы исцеления.

Из палаты вышел санитар. С мертвым, безучастным выражением лица он доложил директору, заполнявшему отчет:

— Подтверждена гибель душ у пациентов одиннадцатой и тринадцатой коек в седьмой палате на третьем этаже, а также шестой, седьмой и девятой коек в двенадцатой палате на четвертом этаже.

Директор санатория Шуй Нинхуа подняла голову:

— Умерли пятеро? Вы разве не водили их недавно в Парк?

— Пациенты одиннадцатой, тринадцатой и шестой коек наотрез отказались идти, — ответил санитар. — А седьмой и девятый исправно посещали Парк, но без видимых улучшений. Все пятеро потеряли души сегодня в полдень, во время тихого часа. Когда мы делали дневной обход, их кровати уже пустовали.

Когда жители Страны Снов умирали, их души рассеивались, не оставляя после себя ничего.

Шуй Нинхуа опустила взгляд.

— Понятно. Насколько я помню, в Секторе D был Страж с Синдромом потери души. Раз уж появились свободные места, можем забрать его к нам.

— Мы связывались с ним несколько раз, — отозвался санитар. — Этот Страж по фамилии Ду уволился из Парка и категорически не желает переезжать в санаторий.

Закрыв папку с документами, женщина поднялась:

— Я навещу его лично.

Взяв с собой двоих подчиненных, Шуй Нинхуа направилась в Сектор D. У главных ворот они столкнулись с другой группой санитаров, сопровождавших пятерых пациентов. Эта пятерка явно чем-то отличалась от остальных.

Директор на мгновение замерла, присматриваясь. Дело было во взгляде.

Обычно страдающие Синдромом потери души выглядели вялыми и безразличными ко всему. Но в глазах этих людей, по сравнению с другими обитателями санатория, теплилась искра жизни — они казались чуть более осмысленными.

Заметив начальницу, старший санитар группы подбежал поздороваться:

— Директор, куда-то собираетесь?

— Да, нужно забрать одного больного, — Шуй Нинхуа не сводила глаз с группы. — Им стало лучше?

Санитар как раз собирался об этом доложить:

— Именно! Сегодня мы смотрели весьма необычную трансляцию — что-то вроде кулинарной передачи. Похоже, им очень понравилось. Трансляция уже закончилась, а они всё никак не хотели уходить.

«Как я и думала, им просто нужен стимул», — решила про себя Шуй Нинхуа. Уверенная, что это плоды разработанного ею плана лечения, она пропустила мимо ушей упоминание о кулинарном шоу и жестом прервала санитара:

— Мне пора идти. Вернусь — почитаю твой отчет. А пока уведи их обратно.

Сектор D. Парк Циншань.

Чэнь Цзян, Ду Ань и Ду Чэнь вышли из кинотеатра. Чэнь Цзян всё ещё грезил о сладостях из закусочной, и его лицо светилось предвкушением:

— Хозяйка обещала добавить в меню кофе и десерты на ограниченное время! Я точно пойду. А вы?

Ду Аню тоже не терпелось попробовать, но сперва он взглянул на Ду Чэня:

— Брат, хочешь пойти?

Тот кивнул:

— Конечно. Я тоже не прочь выпить кофе.

Мальчик радостно закивал:

— Тогда завтра пойдем вместе!

Казалось, с тех самых пор, как Ду Чэнь отведал еды из Закусочной Лу Яо, его Синдром потери души сошел на нет.

Но Ду Ань осмеливался лишь тайком наблюдать за состоянием брата, ни о чем не расспрашивая.

Синдром потери души считался неизлечимым недугом, и мальчик до жути боялся: вдруг его вопросы лишь напомнят Ду Чэню о болезни?

Главное, что сейчас брат был счастлив, а остальное — неважно.

На полпути Ду Чэнь внезапно проронил:

— Мне нужно кое-что уладить в Парке.

— Я с тобой! — тут же отозвался Ду Ань.

Когда Ду Ань очнулся в этом мире, Ду Чэнь уже был рядом. Он назвался старшим братом, и мальчик послушно стал его так называть.

Они жили здесь, во всем полагаясь друг на друга, с тех самых пор, когда Страна Снов еще представляла собой сплошную пустоту.

Лишь в последние несколько столетий в этом мире появились метро и самолеты, а еще позже — Парки.

Став Стражем Парка, Ду Чэнь изменился. Да и Синдром потери души он подхватил именно там. Поэтому Ду Ань очень боялся, что брат вновь решит вернуться на службу.

Старший брат похлопал его по плечу. Его взгляд был абсолютно спокоен.

— Не волнуйся. Со мной всё в порядке.

— Тогда зачем тебе в Парке? — не сдавался Ду Ань.

— В тот день, когда мы были в закусочной, я заметил одного невероятно сильного сотрудника. Раньше он работал Стражем в соседнем Парке.

Ду Ань непонимающе заморгал, не улавливая сути.

Ду Чэнь решил объяснить прямо:

— Раз теперь он работает в закусочной, значит, в том Парке не хватает одного Стража.

— Брат... ты хочешь стать Стражем в Парке на девяносто девятом этаже?

— Это один из Парков с самыми жесткими испытаниями во всей стране. Я хочу попробовать, хотя не факт, что получится перевестись, — произнес Ду Чэнь, но в его глазах блеснула абсолютная уверенность. — Хочу узнать, когда у них следующий экзамен.

Ду Ань знал, что отговаривать брата бесполезно. Но то, что этот Парк находился прямо по соседству с закусочной, успокаивало его куда больше, чем любое другое место.

— Я иду с тобой, — твердо сказал он.

Попрощавшись с Чэнь Цзяном, братья развернулись и зашагали к Парку.

У самого входа стояла Шуй Нинхуа, расспрашивая Стража о том, где живет Ду Чэнь.

Страж поднял взгляд, заметил приближающихся братьев и протер глаза, решив, что ему показалось.

— Ду Чэнь, ты вернулся? — неуверенно спросил он.

Шуй Нинхуа обернулась и с сомнением посмотрела на Ду Чэня: взгляд у него был ясным, да и в целом он выглядел прекрасно.

— Ду Чэнь? Это вы тот самый Страж с Синдромом потери души?

Страж у ворот приосанился:

— Да, это именно тот, кого вы ищете. Ду Чэнь, познакомься, это директор санатория из Сектора E.

Ду Чэнь слегка приподнял брови:

— Вам что-то от меня нужно? — ровным тоном поинтересовался он.

Женщина тут же начала объяснять причину своего визита, но на полуслове Ду Чэнь ее прервал:

— В этом нет нужды. Я уже здоров.

— Что? — опешила директор. Двое санитаров за ее спиной также обменялись потрясенными взглядами.

За долгие годы работы через их руки прошли сотни и тысячи больных, но до сих пор не было ни единого случая исцеления!

Впрочем, Ду Чэнь и впрямь не походил на пораженного Синдромом: взгляд его был живым, а сила души ощущалась как никогда мощной.

Шуй Нинхуа снова повернулась к Стражу у ворот:

— Это точно он?

Тот уверенно закивал:

— Точно вам говорю. Это Ду Чэнь.

Ду Ань выглянул из-за спины брата и с надеждой уставился на женщину:

— Вы ведь директор санатория? Вы умеете определять, стало ли пациенту лучше? Мой брат ведь и правда выздоровел?

Тщательно оглядев Ду Чэня, Шуй Нинхуа спросила:

— Откуда вы сейчас идете?

— Из кинотеатра, — ответил мальчик. — Мы только что досмотрели трансляцию.

Задав Ду Аню еще пару вопросов о недавнем самочувствии брата, директору ничего не оставалось, кроме как признать невероятный факт: Страж действительно излечился.

— Господин Ду, — не выдержала она, — не могли бы вы рассказать, как вам удалось исцелиться?

Ду Чэнь на секунду задумался.

— Прошу прощения, сегодня я немного занят. Но секрет моего выздоровления предельно прост. Как раз завтра мы собираемся в то место, так что если у вас есть время, можете присоединиться.

— Куда? — не поняла Шуй Нинхуа.

— В одну закусочную, которая и излечила мой Синдром потери души.

В душе женщины закрались сомнения: будь на свете подобное место, она бы уже давно о нем прознала.

Но за неимением других зацепок ей оставалось лишь согласиться на эту авантюру:

— Хорошо. Во сколько завтра?

Договорившись о времени и месте встречи, Ду Чэнь забрал брата и ушел.

Ду Ань светился от счастья: болезнь брата действительно отступила.

Один из санитаров, стоявших рядом с Шуй Нинхуа, проворчал:

— А у этого Стража скверный характер. Совсем не похож на того, кто страдал от Синдрома потери души. Уж не пытается ли он нас одурачить?

— Если он действительно болел, то его нынешнее состояние — лучшее тому доказательство, — возразил другой санитар, высокий и тощий. — Думаю, директор правильно сделала, что согласилась пойти и всё проверить.

Шуй Нинхуа была с ним согласна. Правда это или ложь — станет ясно на месте. Вот только особых иллюзий она не питала.

Сектор А, девяносто девятый этаж.

Шуй Нинхуа стояла посреди бесконечной очереди, хмуря брови.

— Синдром потери души Стража Ду вылечили именно здесь?

Стоявший впереди Ду Чэнь обернулся на ее голос и едва заметно кивнул:

— Да.

На лице Шуй Нинхуа читалось явное недоверие:

— Если глаза меня не обманывают, то это обычная закусочная.

— Угу, обычная закусочная, — подтвердил Ду Чэнь.

Подобный диалог повторялся уже не в первый раз. На каждый вопрос Шуй Нинхуа мужчина отвечал всё так же невозмутимо и лаконично, отбивая всякую охоту спорить.

Она уже успела пожалеть, что отложила свои исследования в Санатории и увязалась за Ду Чэнем. Шуй Нинхуа искренне верила, что сегодня они найдут ключ к лечению Синдрома потери души. Она даже специально взяла с собой двух ведущих специалистов, но кто бы мог подумать, что Ду Чэнь притащит их к какой-то забегаловке!

Обернувшись к Лю Мэй и Хун Чунь, она с ноткой досады произнесла:

— Знай я, что мы идём в закусочную, ни за что бы вас не позвала. Только время зря теряем.

Некогда в Стране Снов вошли в моду иллюзорные кафе. Когда открылись первые подобные заведения, они пользовались колоссальным успехом.

И хотя местные жители прекрасно понимали, что эту еду нельзя съесть по-настоящему, при виде искусно созданных блюд или лакомств из прошлых воспоминаний они всё равно не могли удержаться от покупки.

Еда неразрывно связана с жизнью. Порой одного взгляда на знакомое блюдо достаточно, чтобы пробудить в душе дорогие воспоминания, заново пережить былые эмоции и погрузиться в светлую ностальгию.

Для обитателей Страны Снов эти переживания служили этакой эмоциональной встряской, дарящей ощущение новизны.

Желая продлить это чувство, они раз за разом покупали одни и те же угощения.

Однако созданная иллюзиями еда была лишь пустышкой: без запаха, без вкуса, с одинаковой ватной текстурой. Вскоре людям это приедалось, и на смену мимолетной радости приходили еще бо́льшая душевная пустота и апатия.

По мнению Шуй Нинхуа, подобные забегаловки не только не лечили Синдром потери души, но и могли усугубить состояние больных.

Лю Мэй — та самая медсестра, что вчера отчитывалась перед Шуй Нинхуа о количестве развеявшихся душ во время дневного отдыха. Взгляд её тёмных, словно глубокий колодец, глаз оставался абсолютно невозмутимым, а в ровном голосе не дрогнула ни единая нотка:

— Тогда возвращаемся.

При жизни Лю Мэй тоже работала медсестрой, поэтому забота о пациентах была для неё естественным призванием. В Санатории она трудилась уже долгие годы.

Но шли годы. На её глазах растворилось бесчисленное множество душ, и, честно говоря, сердце женщины давно очерствело.

Но самое страшное скрывалось в другом: за годы исследований она осознала пугающую истину — Синдром потери души неизлечим.

Местные обитатели по своей природе были эфемерны: лишь осколки душ, сотканные из предсмертных сожалений и невыполненных желаний, неведомым образом попавшие в этот мир.

Это место не было ни пристанищем для перерождения, ни Парком. Оно служило лишь тюрьмой, где безжалостное время стирало остатки их былых привязанностей.

А стоило исчезнуть этим привязанностям — исчезал и сам человек.

В глубине души Лю Мэй понимала, что панацеи от этого недуга не существует. Но, прекрати она свои поиски, чем тогда заполнить пустоту? Вот почему она продолжала работать в Санатории.

Вчера глава вернулась в полнейшем восторге и заявила, что встретила в Секторе D полностью исцелившегося пациента, с которым планировала сегодня обстоятельно побеседовать. Сама Лю Мэй ни на грош этому не верила. Сегодняшний день лишь в очередной раз подтвердил её правоту, так что и расстраиваться было не из-за чего.

Шуй Нинхуа отлично знала характер Лю Мэй. В своё время она пригласила её вместе открыть Санаторий именно из-за этой прагматичности, ответственности и привычки говорить исключительно по делу.

Вот и сейчас медсестра просто предложила самый логичный и эффективный выход.

Но, как ни странно, Шуй Нинхуа заколебалась.

Из-за плеча Лю Мэй тут же высунулась Хун Чунь. На её круглом лице сияло неподдельное предвкушение:

— Директор, а мы правда зайдём туда перекусить?

— Хочешь зайти? — тут же ухватилась за её слова Шуй Нинхуа.

— Ага! Столько людей в очереди, жутко любопытно же! — Хун Чунь на секунду замялась, но всё же продолжила: — К тому же, господин Ду выглядит просто отлично. Раз он уверен, что исцелился именно здесь, значит, в этом заведении и впрямь кроется что-то особенное. Раз уж мы отстояли такую очередь, то и возвращаться до обеда нет смысла. Давайте зайдём!

Говоря это, медсестра вспоминала вчерашний день. Во время плановой реабилитации в кинотеатре она случайно наткнулась на кулинарную трансляцию.

Еда на экране выглядела поразительно реалистично. У стримеров были такие живые лица, словно кофе и правда горчил, а пирожные таяли во рту сладким кремом.

Что уж говорить о пациентах — даже она, глядя на экран, чувствовала необъяснимую лёгкость и трепет.

В чате трансляции кто-то написал, что эта лавка существует на самом деле и находится как раз в Секторе А.

«Неужто это она и есть? — мелькнуло в голове Хун Чунь. — Наверное, вся эта толпа сбежалась сюда после того стрима».

Впрочем, иллюзорные закусочные всегда были лишь красивой обманкой. Хун Чунь была готова признать: стрим её зацепил, и теперь она не прочь пожертвовать временем, чтобы на собственном опыте убедиться в подвохе.

Всё равно в Санатории они лишь убивали время. Постоять в очереди в закусочную — просто другой способ убить это самое время. Какая разница?

Заодно и любопытство утолить можно, чтобы потом не мучиться догадками.

Когда подошла очередь группы Шуй Нинхуа, перевалило за полдень. И тут их ошарашили новостью: продукты закончились, заведение закрывается на обеденный перерыв.

Услышав это, Шуй Нинхуа, сдерживавшая раздражение последние несколько часов, вспыхнула:

— Закончились?! Мы отстояли в очереди три часа! Как они могли закончиться?! Неужели нельзя было заготовить побольше?!

— Приносим искренние извинения, — произнесла Синцзы. — Сегодня мы подготовили вдвое больше продуктов, чем обычно, но всё равно распродали их раньше времени.

На самом деле, человек двадцать-тридцать перед ними тоже ушли ни с чем. Вчерашнюю трансляцию показали ещё в трёх секторах, так что желающих попробовать местные блюда оказалось в разы больше.

Шуй Нинхуа категорически отказывалась это понимать. Бросить важную работу и притащиться сюда — пожалуй, это было самое нелепое решение за последние сто лет!

И ведь она ещё вчера с таким энтузиазмом уверяла Лю Мэй и Хун Чунь, что нашла ключ к излечению Синдрома потери души! Как же глупо она попалась на удочку!

Шуй Нинхуа бросила на Ду Чэня полный негодования взгляд, а затем вновь повернулась к Синцзы:

— Сколько времени вам понадобится, чтобы слепить ещё? Мы можем подождать. Получаса хватит?

Синцзы уже открыла рот, чтобы всё объяснить, но тут к ним подошла Лу Яо. На ходу перебирая листочки свежей зелени, она спросила:

— Что случилось?

Поняв, что перед ней владелица заведения, Шуй Нинхуа была готова взорваться — её терпение лопнуло.

Но тут Ду Чэнь шагнул вперёд, перехватывая инициативу. С лучезарной улыбкой он обратился к Лу Яо:

— Здравствуйте, хозяйка. Меня зовут Ду Чэнь, помните меня?

Лу Яо каждый день обслуживала сотни гостей, поэтому, по правде говоря, не особо запомнила его лицо. Однако, заметив стоявшего позади Ду Аня, она тут же всё поняла:

— А, это ты.

Ду Ань шагнул к ней, польщённый таким вниманием:

— Сестрица, ты правда меня помнишь?

— Ага. Как твой брат, ему лучше? — Лу Яо хорошо запомнила этого паренька, который едва не расплакался, пытаясь купить брату еду.

Ду Ань указал на Ду Чэня:

— Это и есть мой старший брат. Он полностью поправился! Я так хотел сказать тебе спасибо.

Настал черёд Лу Яо удивляться:

— Просто поел — и выздоровел?

Юноша энергично закивал:

— Да!

Лу Яо с улыбкой кивнула:

— Раз выздоровел — прекрасно. Поздравляю.

Прислушиваясь к их разговору, Шуй Нинхуа постепенно остыла. Взяв себя в руки, она выступила вперёд и обратилась к девушке:

— Здравствуйте. Меня зовут Шуй Нинхуа, я глава Санатория в Секторе Е. Мы пришли сегодня, чтобы…

Шуй Нинхуа с непроницаемым лицом и ледяным тоном начала было представляться, как вдруг сбоку высунулся кухонный черпак. Бай Мин всучил его прямо в руки Лу Яо и стал подгонять:

— Хозяйка, овощи уже помыты, вся надежда на вас. А с этими я сам разберусь.

С этими словами он бесцеремонно подтолкнул её в сторону кухни.

— Подожди-ка, мы ещё не… — попыталась возразить Лу Яо.

Но тут из кухни выскочил Сяо Це. Со слезами на глазах он потащил Лу Яо за собой:

— Хозяйка, кушать… Я такой голодный!

«…» Лу Яо пришлось безропотно последовать за пареньком. Она пару раз оглянулась, но Сяо Це тут же переключал её внимание на себя.

Как только Лу Яо скрылась из виду, лица Синцзы и Бай Мина вмиг похолодели. Их ледяные взгляды вонзились в Шуй Нинхуа, а затем медленно скользнули к Ду Чэню.

— Что вам нужно? — сухо бросил Бай Мин.

Шуй Нинхуа едва не скрипнула зубами. Лицо её потемнело от гнева.

Ду Чэнь, напротив, сохранял полнейшую невозмутимость. Он вкратце обрисовал ситуацию, сделав акцент на Санатории и пациентах с Синдромом потери души.

Выслушав его, Бай Мин отрезал:

— Вы опоздали. Еда закончилась. Приходите завтра пораньше.

Синцзы оказалась более осмотрительной:

— Нужно всё же доложить хозяйке.

Она метнулась на кухню и пересказала Лу Яо суть дела. Не отрываясь от готовки, та выслушала помощницу и просто кивнула:

— Ну так пусть остаются на обед.

Синцзы предполагала подобный исход, но всё же надеялась, что хозяйка хоть немного посомневается. Никто не ожидал такого быстрого согласия.

Вернувшись в зал, девушка передала слова Лу Яо, провела гостей за столик и даже налила им воды.

Тем не менее, лица трёх дам из Санатория оставались мрачнее тучи. В отличие от них, братья Ду сидели в сторонке расслабленно и непринуждённо.

Заметив, что Шуй Нинхуа со своими коллегами кипят от возмущения, но уходить явно не собираются, Ду Чэнь небрежно бросил:

— Она особенная. Скоро вы сами поймёте, почему её сотрудники так насторожены.

Лу Яо ещё утром составила меню для персонала, но из-за внезапных гостей решила приготовить несколько дополнительных блюд.

К счастью, благодаря помощи Ци Чэня, уже через сорок минут стол ломился от угощений.

Маленьких столиков на всех не хватало, так что пришлось сдвинуть два вместе — вдесятером они еле-еле уместились.

Из кухни блюда выносили одно за другим: нежная говядина в кислом бульоне, острая отварная свинина, кисло-сладкая «рыба-белка», пикантное обжаренное мясо, баклажаны в чесночном соусе, обжаренная зелень, и, под конец, огромная супница с прозрачной лапшой и морепродуктами.

Боясь, что этого окажется мало, Лу Яо достала из морозилки упаковку слоёных лепёшек, начинила их оставшейся с утра смесью из черемши и яиц, и обжарила до золотистой корочки.

Когда еду поставили на стол, в воздухе смешались кислые, острые, сладкие и пряные ароматы… От этого запаха изменилась в лице не только Шуй Нинхуа, но и всегда непроницаемая Лю Мэй.

Выглядели блюда совершенно иначе: яркие цвета, сногсшибательные ароматы. Это ни капли не походило на ассортимент иллюзорных закусочных, скорее… на самую настоящую еду.

Глядя на ломящийся от яств стол, Ду Чэнь довольно прищурился. Неужели ему довелось отведать блюда из секретного меню?

Теперь он окончательно утвердился в своём решении устроиться на работу на девяносто девятом этаже.

Сидевший рядом Ду Ань не знал, куда девать руки. Рот бесконтрольно наполнялся слюной, заставляя его постоянно сглатывать — юноша выглядел взволнованным и слегка смущённым.

Бай Мин, Синцзы и Сяо Це тоже никогда прежде не видели в заведении столь роскошного пиршества. Особенно притягивала взгляд стоящая в центре потрясающе красивая «рыба-белка», чей кисло-сладкий аромат моментально пробуждал зверский аппетит.

Взгляды всех присутствующих буквально прикипели к тарелкам, пальцы, сжимающие палочки для еды, мелко дрожали, но никто не решался начать первым.

Сняв фартук и вымыв руки, Лу Яо тоже села за стол. Взяв палочки, она с улыбкой произнесла:

— Не стесняйтесь, угощайтесь!

Тут уж всем стало не до церемоний. Для жителей Страны Снов такое роскошное застолье было просто непреодолимым искушением, глотком свежей воды посреди иссушенной пустыни.

Если до начала обеда Шуй Нинхуа пылала гневом, то теперь её переполняло изумление.

Местные блюда оказались совершенно не похожи на те иллюзорные подделки, которые она себе представляла. На столе стояла настоящая еда, приготовленная из реальных продуктов!

Она подцепила палочками кусочек ближайших к ней баклажанов в чесночном соусе. Нарезанные в форме рыбьей чешуи кусочки оказались невероятно мягкими и пропитанными соусом. Идеальный баланс кислоты и соли растворился на языке. Вместе с рисом это было так вкусно, что хотелось проглотить язык!

А помимо баклажанов, рядом стояла тарелка с солено-острой жареной свининой, идеально дополняющей рис. Тонкие ломтики грудинки были обжарены до хруста, а затем смешаны с перцем чили и специями. Подрумянившиеся кусочки мяса слегка свернулись, источая невероятный маслянистый аромат. Пара кусочков перца — и на языке вспыхивали обжигающие искры, лишь сильнее разжигая аппетит.

Шуй Нинхуа наконец осознала истинную ценность этого заведения. Она тайком принялась разглядывать Лу Яо. Из всех присутствующих за столом лишь от этой девушки исходило едва уловимое, мягкое белоснежное сияние, а лицо дышало жизнью: яркие губы, белоснежные зубы.

Она была живым человеком.

Не такой, как они.

Неудивительно, что все эти чудовища из Парка так отчаянно её защищают.

Но самое главное — она способна создавать нечто уникальное для этого мира. Настоящую еду! Вот почему Ду Чэнь исцелился, стоило ему лишь пообедать здесь.

Съев всего пару ложек риса, Шуй Нинхуа почувствовала себя так, словно родилась заново. Усталость как рукой сняло, и она с головой погрузилась в это простое мирское удовольствие.

В миске Лю Мэй уже высилась целая гора еды: на подушке из риса покоились обжаренная свинина и баклажаны, а сверху возвышались кусочки острой отварной свинины, сладковатая рыба, ломтики говядины, грибы эноки и лапша.

Медсестра ела медленно и явно не поспевала за этими прожорливыми чудовищами, поэтому решила сразу запастись всем впрок. А вот сидевшей рядом Хун Чунь не хватило расторопности, и ей оставалось довольствоваться лишь остатками чесночного соуса от баклажанов, чтобы хоть как-то сдобрить свой рис.

Бай Мин, Синцзы, Сяо Це и братья Ду вконец отбросили все приличия, постепенно принимая свои истинные чудовищные формы. Ци Чэнь же забился в угол рядом с Лу Яо и, низко опустив голову, молча уплетал еду.

Лу Яо словно и не замечала творящегося вокруг безумия, продолжая спокойно обедать.

От полного стола еды в итоге не осталось и следа. Сяо Це и Ду Ань так увлеклись вылизыванием тарелок, что едва не сгрызли посуду.

—

Лу Яо и Ци Чэнь договорились: с трёх часов дня они начнут продавать кофе и десерты, а в пять заведение закроется.

По поводу ассортимента из кондитерской Лу Яо пока не давала громких обещаний. Минувшей ночью она в спешном порядке модернизировала кухню: докупила духовку, необходимую утварь и кое-какие ингредиенты.

Если Ци Чэнь хочет продавать выпечку, пусть печёт её сам — кошелёк хозяйки таких трат уже не потянет.

До послеобеденного открытия оставалось ещё немного времени, и Шуй Нинхуа воспользовалась моментом, чтобы поговорить с Лу Яо о Санатории.

Ци Чэнь сварил кофе и выставил на стол домашнее печенье собственного приготовления.

Лу Яо и трое гостей из Санатория расположились у окна.

Утреннее раздражение Шуй Нинхуа уже давно улетучилось, сменившись неловкостью.

— Госпожа Лу, прошу простить нас за нашу резкость, — с виноватым видом произнесла она.

Лу Яо лишь отмахнулась, показывая, что не держит зла, и сразу перешла к делу.

Шуй Нинхуа хотела привести завтра на пробный обед небольшую группу пациентов, чтобы проверить, сможет ли здешняя еда улучшить их состояние.

Группа состояла из пяти человек.

Лу Яо немного поразмыслила и дала своё согласие.

На обратном пути Шуй Нинхуа с лёгким сожалением вспоминала восхитительный обед. Оказалось, что они попали на обед для персонала, так что вряд ли им удастся отведать подобное снова.

Суровое лицо Лю Мэй слегка смягчилось, и она на полном серьёзе предложила:

— Вернёмся — нужно будет пересмотреть график дежурств. Постараемся сделать так, чтобы все наши медсёстры могли приходить сюда по очереди.

Глаза Шуй Нинхуа радостно вспыхнули. А ведь и правда, они могут приходить сюда на обед! Ду Чэнь как раз нахваливал местные вонтоны и рисовые шарики в сладком вине. Надо будет обязательно попробовать.

Хун Чунь радостно вскинула руки:

— Идеально! Раньше терпеть не могла кофе, а оказалось, что горький ледяной кофе с масляным печеньем — это божественно вкусно! Как жаль, что я не пробовала такого при жизни.

Изысканная еда в этом мире была поистине самым безотказным оружием. И даже самый могущественный человек не мог устоять перед её искушением.

И лишь Лу Яо в этот момент оплакивала свой стремительно пустеющий кошелёк.

В три часа пополудни закусочная возобновила работу.

Правда, теперь здесь подавали лишь напитки и легкие закуски. Из напитков в меню пока значились только кофе, клубничная содовая и ледяное молоко, а из сладостей — сливочное печенье.

Вопреки ожиданиям Лу Яо, посетителей оказалось немало.

Ду Чэнь и Ду Ань после обеда уходить не стали. Как только начались часы работы «кофейни», братья тут же заказали по кофе со взбитыми сливками и порции сливочного печенья, устроившись в углу у окна, чтобы любоваться пейзажем.

Чэнь Цзян примчался чуть позже и подсел за их столик.

Утром братья Ду приезжали вместе с сотрудниками Санатория по делам, касающимся Синдрома потери души, поэтому Чэнь Цзян не стал их сопровождать.

К моменту его появления Ду Чэнь и Ду Ань уже допили свой кофе и как раз просили повторить.

Едва опустившись на стул, новоприбывший тоже заказал себе чашечку и с нетерпением спросил:

— Ну как вам кофе?

Ду Ань слегка нахмурился:

— Очень горький.

Помолчав немного, он указал на наполовину съеденное печенье:

— Но с этим десертом сочетается отлично. Затягивает.

Глаза Чэнь Цзяна предвкушающе блеснули:

— Раз горький — значит, то что надо!

Через несколько минут принесли три чашки. Чэнь Цзян выбрал айс-американо.

В светло-коричневом напитке плавали полупрозрачные кубики льда, а в воздухе витал легкий терпкий аромат — в точности такой же, как он помнил.

Мужчина немедленно сделал глоток. Из-за льда кофе сначала не показался ему горьким, но стоило проглотить жидкость, как от самого основания языка начала расползаться та самая терпкость.

Контрастируя с густым, насыщенным ароматом, эта всепроникающая горечь словно пропитывала тело насквозь. Ощущение было невероятно приятным.

Чэнь Цзян закрыл глаза и мотнул головой. Распахнув веки, он сделал еще один глоток, затем еще один — и уже не мог остановиться.

В последнее время Ли Шаша и Чэнь Мэйюэ изредка захаживали в кинотеатр, но не ради игровых трансляций, а чтобы целенаправленно ловить стримы из закусочной.

Накануне, узнав из эфира о новинке в меню, они не стали приходить с утра, зато после обеда явились заранее и караулили у дверей.

Едва лавка открылась, девушки вошли внутрь и заняли столик у окна. Ли Шаша заказала айс-американо, а Чэнь Мэйюэ — латте на кокосовом молоке.

В меню значилось лишь слово «кофе», но если посетитель спрашивал, ему могли приготовить любой напиток на его основе.

За окном стояла ясная погода. Сидеть в уютном заведении, попивать кофе и болтать с лучшей подругой — именно о такой безмятежной жизни они всегда и мечтали.

Девушки наслаждались этим спокойным моментом, чувствуя, как десятилетия пустоты и скуки тают, компенсированные сполна.

Трое маленьких НИП — Паопао, Дуду и Дундун — проходили мимо закусочной, направляясь на работу в Парк.

Заметив, что двери открыты, Паопао замер как вкопанный и тут же начал подговаривать товарищей:

— Там еду дают. Заглянем?

Дуду и Дундун, давно уже покоренные местной кулинарией, без лишних слов свернули к заведению.

Внутрь они вошли с пустыми руками, а вышли каждый с пакетом навынос, в котором лежали ледяной кофе и порция сливочного печенья.

Крадучись, троица добралась до входа в Парк, прикрывая друг друга, чтобы не попасться на глаза Капитану Стражи Бай Цзяню.

По какой-то непонятной причине Капитан Стражи на дух не переносил закусочную, которую так любили все остальные.

Добравшись до кабинета, они с нетерпением распаковали еду. Паопао первым отпил из стаканчика, его лицо тут же сморщилось, и он обиженно протянул:

— Какая горечь!

Стоявшие рядом коллеги, глядя на его реакцию, мгновенно заинтересовались:

— Правда горько?

Паопао выждал пару секунд, снова приник к соломинке и, сморщившись, как маленький старичок, закивал:

— Очень горько.

Остальные работники, сгорая от любопытства, уже начали шептаться, как бы незаметно улизнуть из-под носа начальства и сбегать за заказом.

Обычно никто не любит горечь.

Но для жителей Страны Снов она оказалась в диковинку — новым ощущением, вызывающим привыкание.

Ци Чэнь стоял за барной стойкой: варил кофе, раскладывал сливочное печенье по пакетам и радовался обилию работы. При жизни он мечтал именно о таком существовании.

Когда все места в зале оказались заняты, многие начали брать заказы навынос. За одну лишь вторую половину дня выручка от напитков и десертов набралась весьма внушительная.

Жаль только, что платили не деньгами.

Лу Яо и Бай Мин сидели на кухне и «лепили» контейнеры для еды.

С тех пор как у девушки открылся навык иллюзий, она всё думала, как применить его с пользой, чтобы хоть немного сократить расходы.

Ходили слухи, что метро и самолеты в этом мире тоже сотканы из иллюзий, однако функционируют исправно. Этот навык оказался куда могущественнее, чем она могла вообразить.

Правда, пока Лу Яо нашла ему лишь одно применение: создавать удобные миски, заменяя ими привычные пластиковые контейнеры и посуду, тем самым немного экономя.

Иллюзорной таре можно было придать любые форму и размер, она получалась довольно прочной и отлично сохраняла тепло.

Девушка уже проверила: ни горячая, ни холодная еда не протекала. А спустя два дня после использования такая посуда просто растворялась в воздухе.

Удобно, экологично, да еще и бесплатно — просто идеально.

Заведение хоть и небольшое, но тары ежедневно уходило прилично, так что со временем набегала изрядная сумма.

Подумав об этом, Лу Яо невольно вздохнула.

Бай Мин поднял голову и, заметив ее печальное лицо, спросил:

— Хозяйку что-то тревожит?

Она взглянула на него и покачала головой. «Какой смысл рассказывать? Всё равно ничем не поможешь».

Юноша небрежно отставил в сторону готовую иллюзорную миску и мягко произнес:

— Хозяйка, не стесняйтесь. Если что-то случилось, расскажите, и мы вместе найдем решение.

Лу Яо про себя усмехнулась: уж в этом деле вы точно не помощники. Однако у нее давно назревал один вопрос, и она решила воспользоваться случаем:

— Касательно здешней валюты… М-м-м, что будет, если у вас закончится время?

Ей и раньше было любопытно. Раз уж время здесь служило средством расчета, то оно должно быть ограничено.

Что произойдет, когда оно иссякнет? Смерть?

Будь перед ней Синцзы или Сяо Це, Лу Яо не решилась бы спрашивать так прямо. Но Бай Мин отличался ленивым нравом, любил поесть, не болтал попусту и лишнего не надумывал, так что девушка позволила себе эту вольность.

Юноша ничуть не удивился и спокойно ответил:

— Если закончится — нужно пойти в Парк, принять участие в игре и забрать время у других.

Глаза Лу Яо слегка округлились. Парк, игры… в ее голове словно мелькнула какая-то догадка.

Бай Мин бросил на нее мимолетный взгляд и вдруг добавил:

— Но ты запомни: ни в коем случае не приближайся к Парку.

«После таких слов мне только интереснее стало!»

Лу Яо опустила голову и послушно отозвалась:

— Поняла.

В этот момент телефон издал короткий звон — пришло уведомление.

Ее смартфон принимал сообщения и в этом мире, но только внутри закусочной. Стоило выйти за дверь, как связь пропадала.

Девушка посмотрела на экран и отложила наполовину «слепленный» контейнер.

«Яо-Яо, ты еще принимаешь заказы? У меня вечером важное свидание, хочу обновить маникюр».

В последнее время она так замоталась с делами заведения, что почти забыла о своей подработке.

Лу Яо тут же набрала ответ: «Конечно. Я скоро буду дома, приходи».

Дав указания сотрудникам, она собрала вещи и засобиралась домой.

Лу Яо с юных лет любила зарабатывать. Во время учебы она никогда не упускала возможности потрудиться на зимних и летних каникулах.

Позже, когда в университете появилось больше свободного времени, девушка освоила множество интересных и прибыльных навыков.

Одним из таких занятий стал маникюр. У нее был отличный вкус и твердая рука, поэтому со временем она даже прославилась в узких кругах.

Многие состоятельные дамы из Яогуана предпочитали обращаться именно к ней.

Девушку, приславшую сообщение, звали Шэнь Сысы — одна из ее старых клиенток.

Перед своей выпускной поездкой Лу Яо вывесила объявление о том, что временно прекращает работу.

А потом в путешествии произошел тот несчастный случай, она связалась с Системой, которая подгоняла ее с открытием лавки… В общем, из головы всё совершенно вылетело.

Честно говоря, если бы не привычка копить деньги с самого детства и наличие скромного капитала, заведение пустило бы ее по миру всего за полмесяца.

Но даже так стремительно тающие сбережения вызывали у нее сильную тревогу.

Теперь, когда закусочная начала понемногу вставать на рельсы, Лу Яо могла выделить немного времени на подработку. Это не отнимет много сил, зато позволит хоть как-то пополнить худеющий кошелек.

Девушка вернулась домой и успела лишь слегка прибраться, когда на пороге возникла Шэнь Сысы. Едва войдя, гостья крепко сжала ее в объятиях:

— Яо-Яо, я так по тебе скучала!

В Яогуане хватало маникюрных салонов, и Шэнь Сысы успела обойти все сколько-нибудь известные места, но в итоге поняла, что стиль Лу Яо ей нравится больше всего.

Хозяйка дома уже вытащила ящичек с инструментами и материалами. Выслушав пожелания клиентки, она принялась за дело.

—

Тем временем в закусочной Бай Мин, дождавшись ухода Лу Яо, позвал остальных троих сотрудников на кухню и с небывало серьезным видом произнес:

— Похоже, у нашей начальницы проблемы.

Синцзы кивнула:

— Я тоже заметила. Последние пару дней она то и дело вздыхает.

Сяо Це захлопал глазами:

— Что случилось?

Бай Мин нахмурился:

— Я попытался расспросить, но она отмахнулась. Упомянула что-то о доходах, а в конце лишь спросила, что будет, если закончится время.

Мальчик недоуменно наклонил голову:

— Как это время может закончиться? В закусочной каждый день такая огромная выручка.

Синцзы мыслила более масштабно:

— Может, она больна?

Сяо Це внезапно испугался:

— Я не хочу, чтобы начальница умирала!

В отсутствие Лу Яо Ци Чэнь чувствовал себя неуютно. Особенно когда эта троица собиралась вместе — он изо всех сил старался стать невидимым, хотя, казалось бы, принадлежал к тому же виду, что и они.

Видимо, они были мертвы так долго, что даже мыслить начали как монстры — их рассуждения заходили в какие-то совершенно абсурдные дебри.

Не выдержав, Ци Чэнь подсказал:

— У нее просто кончились деньги.

Троица уставилась на него пустыми взглядами. Бармену пришлось терпеливо объяснять, почему Лу Яо оказалась на мели.

При таком потоке посетителей расходы на содержание лавки были отнюдь не маленькими, а вот перевести местную выручку в настоящие деньги она не могла.

Ци Чэнь вообще считал чудом, что девушка продержалась так долго.

После его слов на кухне повисла недолгая тишина.

Бай Мин потер подбородок в задумчивости:

— Деньги из ее мира… Кажется, я видел их. В играх.

Иногда попадались наивные Испытатели, которые брали с собой наличность. Для НИП эти бумажки были совершенно бесполезны, поэтому на них обычно никто не обращал внимания.

Так вот, значит, что нужно их хозяйке.

Юноша хрустнул костяшками пальцев:

— Схожу-ка я в Парк.

Синцзы шагнула следом:

— Я с тобой.

Сяо Це потянул ее за рукав:

— Сестрица Синцзы, лучше пойду я. В играх я сильнее тебя.

Девушка усмехнулась:

— Это мы еще посмотрим.

На самом деле она просто не любила пачкать одежду.

Капитан Стражи Бай Цзянь стоял у окна. Увидев, как эта троица выходит из закусочной и направляется к Парку, он испытал волнение и смутное чувство самодовольства.

Неужто заскучали в лавке и решили вернуться?

Дождавшись, пока они скроются в здании, мужчина вернулся к столу и сел, делая вид, что поглощен работой, в ожидании их визита.

Прождав добрую половину дня, он так и не услышал стука в дверь. Пришлось снова притвориться — на этот раз спуститься вниз под предлогом инспекции. Там-то, задав пару вопросов, он и выяснил, что вся троица ушла в игры.

Бай Цзянь потерял дар речи.

Для жителей Страны Снов Парк был чем-то вроде интернет-кафе из реального мира. Сюда пускали не только нанятых НИП, но и всех желающих.

Вот только в самой игре все без исключения обязаны были подчиняться правилам.

Неужели эти трое заявились на его территорию просто чтобы расслабиться после работы?!

В небольшой квартирке Лу Яо бережно придерживала пальцы Шэнь Сысы, мягкой кисточкой кропотливо выводя узор на ногтях и слой за слоем нанося лак.

Шэнь Сысы обмолвилась, что вечернее свидание для нее крайне важно, а потому попросила сделать какой-нибудь милый и необычный дизайн.

Лу Яо, прекрасно зная вкусы подруги, тут же придумала оригинальный рисунок: от самого основания ногтевой пластины тянулась нежная, ярко-розовая ветвь цветущего персика, а под ней сидела пухлая трехцветная кошка. Она обвила себя хвостом и тянула лапку, пытаясь дотянуться до лепестков.

Едва услышав задумку, Шэнь Сысы пришла в полный восторг и велела немедленно приступать к работе.

У Лу Яо была твердая рука. Рисунок изобиловал мельчайшими деталями: крохотные бутоны на ногтях она прорисовывала тонкой иглой, аккуратно намечая сердцевины цветов. Кошка же была изображена со спины — эдакий круглый комочек с толстым хвостом и пухлыми лапками, выглядевший невероятно очаровательно.

Чувство цвета ее тоже не подводило: оттенки идеально гармонировали, а плавные естественные переходы начисто лишали дизайн дешевой вульгарности или топорности.

Когда все было готово, Шэнь Сысы согнула пальцы, долго разглядывая результат, и удовлетворенно кивнула:

— Твое мастерство все так же на высоте. Я просто влюблена в этот маникюр!

Лу Яо, убирая инструменты, отозвалась:

— У тебя и сами руки очень красивые: изящные, с длинными тонкими пальцами и светлой кожей.

Сама мастерица тоже осталась довольна сегодняшней работой. Во время создания эскиза она вспомнила вид из окна своей закусочной: деревья вдоль дороги у реки уже покрылись россыпью нежно-розовых бутонов, и вдохновение хлынуло нескончаемым потоком.

Шэнь Сысы никак не могла налюбоваться своими ногтями. Она схватила телефон и сделала с десяток фотографий, успокоившись лишь тогда, когда результат ее полностью устроил.

— Чем ты вообще была занята в последнее время? Теперь планируешь снова брать заказы на постоянной основе?

Этот вопрос пришелся как нельзя кстати. Лу Яо боялась показаться слишком отчаявшейся, поэтому лишь сдержанно кивнула:

— Угу, после возвращения из поездки навалилось много дел по работе. Только-только все утряслось, так что да, теперь смогу принимать клиенток.

Подруга придвинулась поближе и подняла смартфон:

— Давай сделаем селфи! Выложу в ленту, и как только девчонки узнают, что ты вернулась, тут же выстроятся к тебе в очередь.

В окружении Шэнь Сысы сплошь состояли обеспеченные барышни, и раньше многие из них приходили к Лу Яо именно по ее рекомендации.

Вот только после своей поездки в честь окончания учебы она пропала так надолго, что и сама почти забыла об этой подработке.

Опубликовав пост, Шэнь Сысы перевела ей деньги, подхватила сумочку и поднялась с места:

— Время как раз подошло. Эта старшая сестрица отправляется навстречу романтике! Яояо, я побежала.

Глядя на уведомление о поступлении тысячи пятисот юаней на счет, Лу Яо испытала легкий трепет.

В последнее время она только и делала, что вкладывала собственные сбережения в развитие магазина, успев позабыть эту простую радость от принципа «как поработал, так и заработал».

Реклама от Шэнь Сысы сработала безотказно: не прошло и получаса, как с ней связались две девушки, чтобы записаться на маникюр. Одна из них была прежней клиенткой, а другая — новенькой.

Поскольку первую половину дня Лу Яо должна была провести в магазине, новую клиентку она записала на четыре часа дня, а постоянную — на семь вечера.

Давно забытое чувство финансовой отдачи заметно подняло ей настроение. Заметив, что времени еще предостаточно, девушка решила снова наведаться в свою закусочную.

Неся в руках пакет с двумя очищенными ананасами, Лу Яо неспешно свернула с главной дороги на торговую улицу и толкнула дверь заведения. Посетителей уже не было, как и остального персонала. Лишь Ци Чэнь спал, положив голову на стол у окна.

Девушка убрала фрукты в холодильную витрину, налила себе стакан воды и присела напротив парня.

Прошло немного времени, но тот и не думал просыпаться, поэтому Лу Яо не выдержала и легонько потрясла его за плечо.

Местные обитатели были совершенно лишены тепла: их тела всегда оставались ледяными, словно снег.

Ци Чэнь распахнул глаза, в которых все еще плескался неприкрытый ужас. И лишь когда он сфокусировал взгляд на Лу Яо, его напряженные плечи расслабленно опустились.

— Ты вернулась.

— Приснился кошмар? — участливо спросила хозяйка.

Парень сел ровно и помассировал переносицу:

— Вообще-то, я собирался явиться во сне своим родителям и попросить их немного проспонсировать твой бизнес.

«Явиться во сне… Разве так можно?»

Лу Яо замерла от удивления:

— И каков результат?

Лицо Ци Чэня исказилось от страданий:

— Я провалился в кошмар.

— …

— Слава богу, ты меня разбудила, я чуть до смерти не перепугался.

Фраза «ты ведь и так уже мертв» вертелась на языке, но Лу Яо тактично промолчала, переведя взгляд в сторону.

— А где остальные? Почему ты здесь один?

Ци Чэнь был уверен, что кошмары настигли его именно потому, что те трое собрались наведаться в Парк.

Уходя, они состроили настолько зловещие физиономии, что в его памяти тут же всплыли былые воспоминания о жестоких издевательствах со стороны НИПов в этом проклятом месте. Во сне он раз за разом переживал этот адский цикл. Просто жуть!

Немного успокоившись, он ответил:

— Смена закончилась, вот они и разошлись.

Лу Яо понимающе кивнула:

— Мне нужно подготовить ингредиенты на завтра, так что поможешь.

Раньше этим занимались Бай Мин и Синцзы. Они были на редкость проворными, поэтому всегда управлялись с делами в два счета.

Ци Чэнь некоторое время сверлил девушку долгим взглядом, после чего медленно и неохотно поднялся.

Как только с заготовками было покончено, Лу Яо отпустила помощника домой. Она тщательно проверила заведение внутри и снаружи и, убедившись, что все в порядке, закрыла дверь на ключ и ушла.

В половине четвертого утра на одном таинственном игровом форуме появилась новая тема: «ТВОЮ МАТЬ! Кажется, меня только что гопнул НИП!!!»

Тон автора поста был крайне эмоциональным: «Я с таким трудом, через десятые руки, достал себе Кольцо Иллюзий! Впервые зашел в Парк, нервишки шалили так, что словами не передать. Собирался взять с собой один мелкий артефакт, но по ошибке сунул в инвентарь пачку наличных. Как только зашел в игру и открыл сумку с предметами, то увидел эту стопку красных купюр и чуть не взвыл от отчаяния».

«Бывалые игроки предупреждали, что этот инстанс просто зубодробительный: пока почти все не откинут коньки, он не закончится. И точно — не прошло и получаса, как почти вся наша группа полегла. В живых остались только я и какая-то девчонка. У нее в инвентаре, судя по всему, лежал какой-то защитный талисман, потому что НИП, едва коснувшись ее, тут же одернул руку».

«Тогда я понял: мне крышка. Уже в следующую секунду этот НИП рванул ко мне. Тварь выглядела как сгусток черной, шевелящейся слизи. Хоть и казалось, что она передвигается медленно, не успел я и глазом моргнуть, как она выросла прямо передо мной, разинув пасть, усеянную двумя рядами мелких и острых, как иглы, зубов».

«У меня моментально подкосились ноги, я шлепнулся на задницу и не мог даже пошевелиться от страха. Из этой слякоти высунулась тонкая длинная рука, железной хваткой вцепилась мне в лодыжку и вздернула в воздух».

«Рука у монстра была ледяной, словно кусок замерзшего железа. У меня волосы на затылке дыбом встали, а тело покрылось такой густой гусиной кожей, что, казалось, она сейчас начнет осыпаться кусками. И тут тварь начала меня трясти. Трясла, трясла… пока из моего инвентаря с шелестом не вывалились те самые деньги!»

«НИП внезапно замер. Он подобрал купюры с земли и, склонив голову набок, долго их разглядывал. Понятия не имею, что он там пытался высмотреть».

«В конце концов, монстр швырнул меня на землю, сгреб наличку и уполз. Правда, перед уходом он все-таки прикончил ту девчонку с талисманом…»

«Меня до сих пор бросает в дрожь от одной мысли: неужели местные НИПы падкие на бабки?»

В комментариях под постом тут же посыпались ответы:

— «Когда я в последний раз читал эту байку, то еще пешком под стол ходил, а теперь у меня уже двое детей».

— «С какой стати НИПам интересоваться деньгами? Это безмозглые чудовища, которые убивают и жрут людей на голых инстинктах».

— «Распускать такие нелепые слухи — это либо беспросветная тупость, либо откровенное вредительство!»

Автор поста на эмоциях расписал свой первый и невероятно успешный опыт выживания в игре, искренне рассчитывая на восторженные вздохи и поздравления. В реальности же он получил лишь ушат помоев да обвинения в пустословии.

Парень никак не мог с этим смириться и еще долго пытался доказать свою правоту в комментариях, но ему так никто и не поверил.

На дворе стояла глубокая ночь, так что активных пользователей на форуме было немного, и тема очень быстро утонула под новыми публикациями.

Ближе к пяти утра в ветке появился еще один комментарий: «Чувак, ты словно мой брат-близнец! Я тоже впервые зашел в игру и случайно рассовал наличку по карманам инвентаря. Вот только за мной гнался огромный баклажан! Реально, здоровенный глянцево-фиолетовый баклажан на четырех ногах-палочках, размером с небольшого пони! И у него была пасть! Эта тварь носилась как угорелая, настигла меня, вцепилась зубами, вытрясла все деньги из инвентаря, схватила добычу и дала деру. Сдается мне, в правилах Парка произошли кое-какие изменения…»

…

На следующее утро Лу Яо, по своему обыкновению, прибыла в закусочную на полчаса раньше остального персонала.

Однако, распахнув дверь, она обнаружила, что Бай Мин, Синцзы и Сяо Це уже дожидаются ее на улице, по стойке смирно заложив руки за спину.

— Откуда вы сегодня в такую рань? — искренне поразилась Лу Яо. — Еще и выстроились так ровненько.

В Парке по обе стороны длинного мрачного коридора тянулись плотно закрытые двери. Номера на них шли по убыванию, а под каждой черной прямоугольной табличкой висело красное табло со счетчиком.

Цифры на них светились разные: где-то трехзначные, где-то однозначные, но на большинстве табло горели двузначные числа.

Перед одной из дверей с трехзначным номером обратный отсчет дошел до нуля. Створки распахнулись, и оттуда гурьбой повалили монстры, еще не успевшие снять мимикрию.

— Фух, наконец-то смена закончилась.

— Скорее, скорее! Сегодня мы вышли пораньше, успеем в закусочную на завтрак! Я уже давно мечтаю о тех маленьких вонтонах.

— Идем, идем! Пока Капитан Стражи не явился, наедимся от пуза!

Бай Мин вышел последним. Когда в коридоре никого не осталось, он опустил голову и выудил из-за пазухи целую пригоршню всякой мелочи: бумажные банкноты, монеты, какие-то странные бумажки, среди которых затесались даже купюры, похожие на доллары и иены.

Попав в этот мир, большинство предметов начало тускнеть, сереть, а затем лопаться и исчезать, словно мыльные пузыри.

Бай Мин мысленно вздохнул с разочарованием. Пусть они и могли контактировать с живыми через особое пространство, но принести вещи из того мира в Страну Снов было невозможно.

Когда всё в его руках лопнуло, словно пена, юноша почувствовал легкую тяжесть за пазухой. Сунув туда руку, он вытащил аккуратно перевязанную пачку красных купюр. Кажется, он отобрал их у одного Испытателя, и надо же — они не исчезли!

В этот момент обнулились счетчики на двух соседних дверях. Створки открылись, и когда все дежурные НИПы разошлись, из комнат поочередно вышли Синцзы и Сяо Це.

Оба одновременно достали из-за пазухи целые охапки бумажек. Результат оказался тем же, что и у Бай Мина: большая часть превратилась в лопающиеся пузыри, оставив лишь небольшую стопку красных банкнот с портретами.

Плоды тяжелого ночного труда мастера Це мгновенно усохли на девяносто пять процентов. Упав на колени, совершенно убитый горем Сяо Це завопил:

— А-а-а-а-а! Мои денежки!!!

У Синцзы дела обстояли не лучше. Выудив из кучи мыльных пузырей несколько красных купюр, она задумчиво произнесла:

— Надо спросить у Ци Чэня, это ли искала хозяйка.

Они находились здесь так давно, что уже потеряли представление о деньгах. В последние годы они узнавали об изменениях в современном обществе в основном от Испытателей, стараясь во время игр собирать любые бумажки и предметы, похожие на валюту.

— Можешь не спрашивать, — уверенно заявил Бай Мин. — Сто процентов они.

После того как пузыри полопались, уцелело совсем немного, и троица осталась недовольна таким уловом.

Однако уже совсем рассвело, близилось время открытия, и им пора было возвращаться на работу.

Когда Лу Яо открыла дверь, все трое сотрудников уже ровной шеренгой стояли на пороге, а позади них выстроилась очередь из НИПов Парка, ожидающих завтрака.

Паопао стоял первым. Увидев девушку, он радостно замахал рукой:

— Хозяйка, мне маленькие вонтоны и лепешку с луком-джуцаем и яйцом!

Лу Яо отошла в сторону, пропуская внутрь сотрудников и посетителей, и с подозрением спросила:

— Чего это вы сегодня так рано?

Бай Мин и остальные еще не придумали, как бы естественно передать добытое Лу Яо, чтобы не вызвать у нее тревогу. В конце концов, она так старательно отыгрывала роль «местной», что даже освоила иллюзии.

Синцзы всё еще хотела получить подтверждение от Ци Чэня, поэтому они не стали доставать то, что добыли вчерашним ограблением... кхм, усердным трудом, а принялись обслуживать клиентов как ни в чем не бывало.

Чуть позже заглянул Ци Чэнь.

Синцзы оттащила его в угол и, вытащив красную банкноту, спросила:

— Это то, что нужно хозяйке?

Ци Чэнь взял купюру, пощупал ее и с неподдельным изумлением произнес:

— Вы и впрямь умудрились вытащить это из Парка?

По одному его тону Синцзы поняла, что они не ошиблись, и наконец-то радостно выдохнула.

Теперь оставалось лишь скопить побольше и найти подходящий момент, чтобы передать деньги Лу Яо.

Утро было самым загруженным временем в Закусочной Лу Яо — от посетителей просто не было отбоя.

Однако девушка больше не собиралась бездумно увеличивать объемы закупаемых продуктов. Это отнимало слишком много сил и нервов, ей нужно было сбавить темп.

Теперь она решила: как только заготовленные на день ингредиенты закончатся, кухня закрывается. После обеда будут подаваться только чай и легкие десерты.

С самого утра Цин примчался из Сектора С в Сектор А и на лифте поднялся на девяносто девятый этаж.

Возможно, из-за раннего часа очередь у закусочной оказалась не такой уж длинной по сравнению с привычным столпотворением.

Цин стоял поодаль, не отрывая взгляда от вывески. Подавив жгучее желание подойти ближе, он с суровым лицом развернулся и зашагал в сторону Парка.

«Надо еще немного потерпеть. Сдам экзамен, а потом приду и перепробую все новинки в меню».

Капитан Стражи Бай Цзянь стоял у окна. Наблюдая, как Цин после подъема прямиком направился к Парку, он удовлетворенно кивнул своим мыслям.

Через несколько минут кто-то вышел из закусочной с несколькими большими пакетами еды и, свернув за угол, тоже направился к соседнему Парку.

Бай Цзянь узнал в этом человеке Ду Чэня, бывшего Стража Парка Циншань из Сектора D. Когда-то тот был весьма силен, но затем подхватил Синдром потери души и покинул службу.

«Неужели он тоже пришел на экзамен для Стражей? Вылечился от Синдрома?»

Взгляд Бай Цзяня упал на контейнеры с едой в руках Ду Чэня, и Капитан Стражи слегка нахмурился.

В дверь постучали. Бай Цзянь вернулся к своему столу и сел.

— Войдите.

Дверь толкнул один из НИПов и доложил:

— Капитан Стражи, все кандидаты на прохождение экзамена собрались. Всего двадцать девять человек. Можно начинать.

— Понял, — коротко отозвался Бай Цзянь.

Этажом ниже Ду Чэнь, едва войдя, сразу приметил Цина среди шеренги Стражей с мощной духовной силой. Медленно приблизившись к нему, он спросил:

— И ты здесь?

Они оба были кандидатами одного набора на отборе Стражей в Парк Циншань — один из трех Парков во всех секторах, где проводились игры с ограничением по уровню.

В то время и Цин, и Ду Чэнь жаждали пройти отбор, рубившись друг с другом в игре три дня и три ночи напролет.

В итоге Ду Чэнь вырвал победу с минимальным перевесом и был зачислен.

В Парке на девяносто девятом этаже также могли проводиться уровневые игры, однако Цин тогда отправился в Сектор С.

Тогда он заявил Ду Чэню, что превратит Парк-кондитерскую Сектора С в крупный Парк, пригодный для игр с ограничением по уровню.

Ду Чэнь никак не ожидал, что Цин отбросит свои прежние амбиции и прибежит сдавать экзамен на Стража в Парк на девяносто девятом этаже.

Цин опустил взгляд, мельком глянув на контейнеры с едой в руках собеседника, но тут же отвернулся, всем своим видом показывая абсолютное равнодушие, и ровным голосом ответил:

— Хочу проверить, на что я сейчас способен.

Большая часть внимания Ду Чэня была поглощена едой, которую он держал. Услышав ответ, он лишь кивнул:

— Ты всё такой же боевой. Но на этот раз и у меня есть причина, по которой я не могу проиграть. Увидимся в игре.

Цин молча кивнул, не став продолжать разговор.

Ду Чэнь не обиделся. Прихватив свои пакеты, он нашел укромный уголок и уже собрался было перекусить.

В этот момент сверху спустился Бай Цзянь. Одарив Ду Чэня глубоким взглядом, он повернулся и холодно объявил:

— Всем кандидатам в Стражи приготовиться. После жеребьевки вы войдете в игру. Правила предельно просты: тот, кто продержится дольше всех и докажет свою силу, станет новым Стражем нашего Парка.

Санаторий Сектора E.

Санитары вовсю уговаривали пациентов с Синдромом потери души. Директор заявила, что найден способ излечения от их недуга, и уже даже есть случаи полного выздоровления.

С Лу Яо всё было договорено. Шуй Нинхуа и сиделки думали, что им останется лишь доставить больных на место, но столкнулись с непредвиденными трудностями.

Пациенты наотрез отказывались выходить на улицу и совершенно не верили, что лекарство действительно найдено.

Сейчас в Санатории проживало около тысячи пациентов с Синдромом потери души, но среди них не нашлось и пятерых, кто добровольно согласился бы поехать в Сектор А на лечение.

Шуй Нинхуа потратила всю ночь на уговоры, но больные оставались абсолютно безучастны.

Устав от ее причитаний, один из пациентов просто отвернулся к стене и замер, словно вот-вот собирался испустить дух.

Шуй Нинхуа злилась, но ничего не могла поделать.

Дело близилось к полудню, а они так и не сдвинулись с места.

Хун Чунь поспешно взбежала по лестнице и распахнула дверь кабинета директора:

— Директор, пятеро согласились!

Шуй Нинхуа тут же вскочила:

— Как тебе удалось их уговорить?

Она перепробовала все методы, обошла пациентов с первого по пятый этаж, но никто даже не удостоил ее ответом.

Хун Чунь почесала затылок и ответила:

— Эти пятеро вчера видели трансляцию из закусочной. Я сказала, что мы поведем их поесть именно туда.

Оказалось, сработал соблазн отведать местной еды. Шуй Нинхуа не стала тратить время на раздумья — сейчас уговорить больных пойти уже было половиной успеха. Она скомандовала:

— Мы с тобой и Лили берем пациентов и немедленно выдвигаемся.

Через пять минут Шуй Нинхуа и две сиделки в сопровождении пяти пациентов с Синдромом потери души отправились в Закусочную Лу Яо.

По пути прохожие, завидев их процессию, инстинктивно расступались. Больные же с деревянными лицами никак на это не реагировали. Словно марионетки, они подгонялись сиделками: покупали билеты, садились в транспорт.

По прибытии на станцию «Парк на девяносто девятом этаже» Сектора А, пациенты гуськом вышли вслед за персоналом.

Чэнь Ли шла впереди. Сектор А казался немного оживленнее Сектора Е: на станции метро было многолюдно и шумно.

Сюй Цинхэ плелся позади нее. Каждый шаг давался ему с огромным трудом. Он чувствовал невероятную усталость и совершенно не хотел двигаться.

Вокруг было слишком много звуков. Этот гвалт раздражал, вызывая в душе глухую тоску. Ему хотелось вернуться в Санаторий, но при мысли о том, что придется снова так долго трястись в транспорте, становилось тошно.

Его одолевали смятение и сожаление — не стоило давать слабину и идти на поводу у этих сиделок.

Этот мир — лишь пустота, и закусочная из трансляции не может существовать в реальности.

«Не хочу больше идти. Не хочу двигаться. И думать тоже ни о чем не хочу. Может, просто закончить всё прямо здесь?»

Сюй Цинхэ и его товарищи по несчастью словно покрылись слоем пепла. От них веяло такой мертвечиной, будто они могли испустить дух в любую секунду.

— Пришли! — Звонкий голос Хун Чунь вырвал пациентов из пучины мрачных мыслей. Пять пар глаз, пустых, как пересохшие колодцы, уставились на видневшуюся неподалеку вывеску закусочной. На их лицах не дрогнул ни один мускул, в голове билась лишь одна мысль: наконец-то можно отдохнуть.

Утренняя смена закончилась, и в закусочной больше не было посетителей. Лу Яо возилась на кухне, а Синцзы и Ци Чэнь отвечали за встречу гостей.

Пятерых пациентов рассадили за пустующие столики у окна — по одному за каждый.

Чэнь Ли, оказавшись здесь впервые, бросила взгляд на открывавшийся из окна вид, и в ее глазах мелькнуло удивление.

На кухне Шуй Нинхуа подошла к Лу Яо:

— Хозяйка.

Девушка как раз заканчивала готовить последнее блюдо. Подняв глаза, она улыбнулась:

— А я так и знала, что вы уже на подходе.

Шуй Нинхуа нервно сцепила руки в замок и смущенно произнесла:

— Простите, что доставляем столько хлопот.

Над сковородой поднимался пар, источая умопомрачительный аромат. Лу Яо пару раз встряхнула содержимое, зачерпнула маленькой ложкой немного соуса на пробу и, убедившись, что вкус идеален, сняла блюдо с огня, раскладывая его по тарелкам.

Поскольку всё было подготовлено заранее, пациентам пришлось прождать менее десяти минут, прежде чем пять специальных комплексных обедов от Синдрома потери души были готовы.

Сяо Це прилип к стеклу, жадным взглядом пожирая только что приготовленную еду. Хозяйка снова сотворила что-то новенькое! Пахнет чем-то кисло-сладким, наверняка это безумно вкусно.

Сюй Цинхэ безучастно сидел за столом. Разочарование и досада полностью завладели его разумом, не оставив ни малейшего желания осматриваться по сторонам.

В сердцах он подумал: «Даже если стряпню в этой забегаловке и можно есть, это всё равно не лекарство. Болезнь ей не вылечить».

— Ваш заказ. Приятного аппетита.

Рядом раздался чистый, мягкий девичий голос. Сюй Цинхэ хотел было повернуть голову, но внезапно уловил дивный аромат. Опустив взгляд на исходящую паром еду, он растерянно моргнул потухшими глазами:

— Что это?

— Специальный обед от нашего заведения, — просто пояснила Лу Яо.

Сюй Цинхэ сглотнул слюну. Пахло невероятно аппетитно... Неужели это действительно можно есть?

Сюй Цинхэ не успел додумать свою мысль, как товарищ по несчастью за соседним столиком уже взял пиалу. Осторожно подцепив палочками кусочек мяса в густом оранжевом соусе, он отправил его в рот, пару раз жевнул... и вдруг замер, широко распахнув глаза.

Спустя пару секунд этот пациент начал яростно закидывать в себя рис из пиалы, чередуя его с мясом, а затем прихлебывая суп. Он ел, а по его щекам текли слезы вперемешку с соплями.

В конце концов, он громко всхлипывал, делал паузу и снова запихивал в рот рис.

Сюй Цинхэ потерял дар речи.

Кто-то позади протянул пиалу и робко спросил:

— Хозяйка, а можно еще риса?

Тут же подхватил другой голос:

— И мне!

Это был тот самый пациент, сидевший перед Сюй Цинхэ. Не прошло и минуты, как порция оказалась на столе, а он уже смел ее подчистую.

Сюй Цинхэ осторожно взял палочки и опустил взгляд на свою порцию. Еда и впрямь выглядела невероятно аппетитно.

Для начала он попробовал немного закуски с края маленького фарфорового блюдца. Белоснежная соломка вперемешку с крошкой из красного и зеленого перца и луковыми листьями источала легкий аромат кунжутного масла. На вкус это оказалась хрустящая, пряно-острая соломка из редьки с едва уловимой сладковатой ноткой.

Сюй Цинхэ зацепил немного риса, добавил к нему редьку, и в его глазах, прежде затянутых пеленой равнодушия, вспыхнул огонек.

Самая простая закуска, в меру соленая и острая, идеально дополняла пресный рис и невероятно разжигала аппетит.

Взгляд юноши переместился на обжаренный салат-латук. Сами по себе листья были хрустящими, и повар явно не стал злоупотреблять приправами, сохранив естественный вкус овоща. Сочные, по-домашнему простые, они заставляли тянуться за ними снова и снова.

Сюй Цинхэ трижды брал латук, прежде чем остановиться и посмотреть на следующее блюдо.

Оно привлекло его внимание с самого начала, но он заставил себя начать с закусок. И вот, наконец, настал его черед.

В небольшой квадратной пиале из белого фарфора лежало мясо невероятно аппетитного цвета. Обжаренные кусочки соседствовали с ромбиками моркови и красного перца, а пара ломтиков зеленого перца добавляла цветовой акцент. Все это великолепие покрывал густой оранжевый соус, источавший кисло-сладкий аромат, от которого моментально начиналось слюноотделение.

Сюй Цинхэ слегка порылся палочками в пиале, выудил кусочек, похожий на имбирь, откусил, и его глаза засияли. Ананас!

Мякоть была слегка кисловатой, но идеальный слой соуса на поверхности сглаживал эту кислинку. Слегка размягченный снаружи после обжарки, внутри фрукт оставался чуть твердым, сохраняя свой неповторимый аромат, и при раскусывании брызгал соком.

Сюй Цинхэ обожал этот кисло-сладкий вкус — свежий и возбуждающий аппетит.

Съев два кусочка ананаса, он наконец подцепил обжаренный во фритюре кусочек мяса в кисло-сладком соусе. Текстура разительно отличалась от гарнира, но боже, как же это было вкусно!

Он обмакнул мясо в густой соус на дне пиалы, смешал с рисом и принялся уплетать большими порциями, прямо как тот пациент. Мрак, таившийся в глубине его глаз, окончательно рассеялся. Какая же вкусная еда!

Мясо с ананасами полностью пробудило желудок Сюй Цинхэ. Тяжесть, давившая на плечи, постепенно уходила, а раздражение и нетерпение, с которыми он сюда пришел, испарились без следа.

Не успел он оглянуться, как пиала с рисом опустела. Сюй Цинхэ уже хотел было поднять руку и попросить добавки, но тут заметил рядом с мясом порцию супа.

В прозрачном бульоне плавали нежно-желтые ломтики бамбука, тончайшие слайсы грибов и кусочки мяса. Приправленный белым перцем и посыпанный свежим зеленым луком, суп источал легкий, но насыщенный аромат.

Опустив руку, юноша зачерпнул немного бульона и сделал глоток. Рот наполнился невероятно свежим вкусом, который капля за каплей растекался по телу, исцеляя иссохшую душу.

Он открыл глаза и вдруг обратил внимание на пейзаж за окном.

Лазурное небо, легкие облака, спокойная гладь реки.

Цветущие деревья на берегу были усыпаны нежно-розовыми бутонами. Дыхание весны неслось с берега прямо к нему, отражаясь в этой самой пиале: хрустящие весенние побеги бамбука, нежные грибы, гладкие ломтики мяса. Один глоток горячего бульона — и казалось, будто он впитал в себя всю весну целиком.

Как же хорошо жить! Как прекрасно снова что-то чувствовать!

Допив суп, Сюй Цинхэ почувствовал, как мрак в его душе окончательно рассеялся. К нему вернулись жизненные силы.

И не только к нему. В глазах всех четверых пациентов, пришедших с ним, появился блеск. Разительный контраст с той мертвенной апатией, с которой они переступили порог лавки.

— Хозяйка, еще чашку риса!

— Хозяйка, а можно добавки? Мясо с ананасами просто объедение!

— Хозяйка, хозяйка, дайте еще тарелочку редьки!

— А суп с бамбуком еще остался? Такой свежий, я не наелся!

Шуй Нинхуа и Хун Чунь переглянулись и наконец с облегчением выдохнули.

Тем временем на кухне Лу Яо, запустив прямую трансляцию, готовила у плиты.

Ингредиенты для комплексных обедов еще оставались, поэтому она сделала для пациентов дополнительные порции.

Бай Мин и Сяо Це не сводили глаз с плиты, то и дело сглатывая слюну. Желание в их глазах было настолько сильным, что, казалось, его можно было потрогать.

Лу Яо с улыбкой наблюдала за ними. Раскладывая готовую еду по тарелкам, она тихо произнесла:

— Я отложила продукты. Сегодня на обед для персонала будем есть то же самое!

В ту же секунду Сяо Це превратился из несчастного котенка в полного энергии юношу:

— Обожаю нашу хозяйку!

Бай Мин тоже с облегчением выдохнул и бросился к холодильнику. Как и ожидалось, там лежал заранее отложенный набор ингредиентов.

Ему до безумия хотелось попробовать это блюдо, где фрукты, овощи и мясо жарились вместе.

Когда Лу Яо перекладывала порции, он незаметно мазнул пальцем по краю сковороды и попробовал соус. Кисло-сладкий — именно такой, как он любит.

Видя, как они извелись, Лу Яо, закончив с добавками для пациентов, принялась за обед для персонала.

Ци Чэнь и Синцзы, обслуживавшие посетителей в зале, заметив, что на кухне снова закипела работа, невольно сглотнули. Сегодняшняя еда пахла просто одуряюще.

Шуй Нинхуа и две сиделки устроились за столиком с кофе и печеньем.

Чэнь Ли впервые оказалась в Закусочной Лу Яо. С первого взгляда на пейзаж за окном она поняла, что это место необычное, а сделав глоток кофе, и вовсе потеряла дар речи.

Неудивительно, что директор говорила об исцелении Синдрома потери души. Она лишь выпила чашку кофе и съела кусочек сливочного печенья, а уже чувствовала себя невероятно счастливой. Что же творится с теми пациентами, которым достался фирменный обед от хозяйки? Да они, наверное, с ума сходят от восторга!

На мгновение она даже позавидовала им.

Шуй Нинхуа и Хун Чунь неспешно попивали кофе, но их взгляды то и дело скользили в сторону кухни. Хозяйка всё ещё готовила — неужели это обед для сотрудников?

«Интересно, удастся ли нам выпросить порцию?» — думали они. Хотя женщины еще не пробовали блюд из меню, обед персонала явно был выше всяких похвал.

Сяо Це, остро почувствовав направленные издалека взгляды, дернул Бай Мина за рукав: эти снова хотят покуситься на их еду.

Бай Мин едва заметно кивнул, вышел в зал, перекинулся парой слов с Синцзы и неспешно вернулся.

Как только пациенты закончили трапезу, Сяо Це и Бай Мин проворно убрали со столов.

Синцзы подошла к Шуй Нинхуа и деликатно напомнила, что во второй половине дня им предстоит снова открыть двери для посетителей, а значит, нужно успеть немного отдохнуть.

Обычно перерыв в закусочной длился с двенадцати до трех часов дня.

Из-за наплыва пациентов с Синдромом потери души Лу Яо крутилась как белка в колесе, а на часах уже близилось к двум.

Слегка смутившись, Шуй Нинхуа поспешно поднялась, оплатила счет и стала собирать подопечных.

В этот момент из кухни вышла Лу Яо. Протянув небольшую коробочку, она с улыбкой произнесла:

— Сяо Хун упомянула, что пациенты тяжело переносят выход на улицу. Я приготовила немного конфет. Здесь их немного, но хватит, чтобы угостить всех.

Внутри лежали самые обычные фруктовые леденцы, но их было столько, что каждому обитателю Санатория досталось бы минимум по паре штук.

От Хун Чунь Лу Яо узнала, сколько душевных сил требует организация таких выездов. Болезнь лишала пациентов контроля над эмоциями, они замыкались в себе, отказывались выходить из комнат и ни с кем не желали разговаривать. Выдав первую партию заказов, Лу Яо специально сбегала в ближайший супермаркет за сладостями.

Шуй Нинхуа приняла коробочку, слегка покраснев:

— Спасибо, хозяйка.

Когда пятеро пациентов переступили порог лавки, они напоминали ходячих мертвецов. Теперь же в их глазах горел свет, а на лицах играли живые эмоции. Казалось, их можно выписывать прямо сейчас.

Выстроившись в ряд у дверей, они громко поблагодарили Лу Яо. Затем повернулись к Шуй Нинхуа и сиделкам, чтобы сказать спасибо и им.

Когда посетители из Санатория покинули лавку, Лу Яо проверила баланс и в изумлении распахнула глаза. Подозвав Синцзы, она спросила:

— Почему Санаторий оплатил этот обед продолжительностью жизни в двадцать лет? Директор ошиблась?

Синцзы покачала головой:

— Нет. Она сказала, что безмерно вам благодарна, а еще это извинение за вчерашнюю дерзость.

Бай Мин добавил:

— Двадцать лет — это сущие пустяки. Не берите в голову, хозяйка, просто примите их.

«Правда пустяки?» — мысленно усомнилась Лу Яо.

Сяо Це, топтавшийся рядом, жалобно затянул:

— Хозяйка, кушать хочется. Еды-ы-ы.

Обед для персонала уже давно был готов и томился в специальных коробках, созданных с помощью иллюзий для сохранения тепла. Доставай да ешь.

Прямая трансляция всё это время не прерывалась. За те несколько минут, что Лу Яо не обращала на неё внимания, количество зрителей перевалило за двадцать тысяч, и Система щедро отсыпала очков популярности.

Стоило сотрудникам наконец-то сесть за стол, как чат буквально взорвался.

«И снова эта невыносимая пытка — смотреть и не иметь возможности съесть!»

«Мясо с ананасами! Моё любимое блюдо!»

«Суп с побегами бамбука выглядит таким наваристым, вот бы глоточек!»

«Да почему всё это только для сотрудников?! Хозяйка, немедленно добавляй в меню, я тебя умоляю!!!»

«Это же целый комплексный обед! Я тоже хочу! Подписываю петицию кровью — требуем новинки в меню!!!»

…

Следом посыпались донаты и виртуальные подарки, а счетчик зрителей продолжал стремительно расти.

«Популярность Закусочной Лу Яо превысила сто тысяч. Заведение получает статус четырехзвездочного. Доступно новых блюд: +2. Очки популярности: +1000. Покрытие сигнала трансляции: +3 зоны. Хозяйка, продолжайте в том же духе!»

Получив уведомление от Системы, Лу Яо тут же открыла карту и не раздумывая расширила сигнал на секторы F, G и H. Осталось разблокировать всего четыре зоны, чтобы получить финальное задание.

Поедая свой обед, Лу Яо немного пообщалась со зрителями. Заметив, что время близится к вечеру, она завершила трансляцию и обратилась к подчиненным:

— После обеда мне нужно отлучиться по делам. Присмотрите за лавкой.

Четверо сотрудников, не отрываясь от еды, дружно закивали. Мясо оказалось просто восхитительным.

Немного подумав, Лу Яо добавила:

— Через пару дней я добавлю в меню два новых блюда. Одно из них точно будет мясо с ананасами. Насчет второго еще поразмыслю.

Мясо в кисло-сладком соусе — блюдо быстрого приготовления, в остывшем виде оно теряет вкус. Однако в этом мире существовали уникальные технологии сохранения тепла: еда в специальных коробках даже спустя долгое время оставалась такой, словно её только что сняли с огня.

Лу Яо прикинула, что сможет готовить порции заранее, а не стоять у плиты ради каждого заказа.

Сотрудники, с набитыми щеками, закивали еще яростнее. Это блюдо точно станет хитом продаж!

—

В десять минут четвертого Лу Яо покинула закусочную. Вскоре после того, как она вернулась домой, на пороге появилась клиентка, записанная на маникюр.

Девушка по имени Чжао Юйцин пришла к четырем часам. На вид ей было немногим больше двадцати — совсем юная.

У неё были слегка вьющиеся длинные волосы и миловидные, приятные черты лица.

Однако выглядела она неважно: даже плотный слой макияжа не мог скрыть темные круги под глазами, лицо казалось утомленным, а во взгляде читался затаенный страх.

Лу Яо предложила ей посмотреть образцы своих прошлых работ и поинтересовалась, какой стиль ей по душе.

Чжао Юйцин лишь мельком взглянула на палитру, отложила её в сторону и протянула руки:

— Не нужно выбирать. Сделайте самый дорогой.

На редкость лаконичное и понятное требование. Лу Яо такое нравилось.

Достав инструменты, она принялась обрабатывать ногти клиентки, пока в голове уже рождался эскиз новой работы.

Из разговора Лу Яо узнала, что Чжао Юйцин учится на третьем курсе Университета А — там же, где училась сама Лу Яо.

Новость о том, что они из одного вуза, слегка удивила клиентку.

— Так вы, старшая сестра, все эти месяцы не искали работу, а только делали маникюр? — с любопытством спросила она.

Немного подумав и решив умолчать о закусочной, Лу Яо кивнула:

— Вроде того.

Чжао Юйцин отвела взгляд, опустила ресницы и больше не пыталась завязать беседу.

Спустя два часа маникюр был готов.

Девушка подняла руки, внимательно разглядывая результат. Дизайн на каждом пальце был уникальным — Лу Яо расписывала их вручную. Сочетание золота и пурпура выглядело по-королевски роскошно, а россыпь изящных мелких страз добавляла утонченности. Работа смотрелась дорого и безупречно.

Чжао Юйцин осталась очень довольна.

— Сколько я вам должна? — спросила она.

Сделав в уме небольшую скидку, Лу Яо озвучила сумму:

— Две тысячи.

Лицо клиентки вытянулось.

— Разве обычно это не стоит пару сотен?

Лу Яо потеряла дар речи.

У нее появилось нехорошее предчувствие.

И точно, в следующую секунду Чжао Юйцин побледнела и выдавила:

— У меня с собой только пятьсот юаней.

Сделав глубокий вдох, Лу Яо постаралась сохранить спокойствие:

— Да, у меня есть услуги за пару сотен, но это совершенно другой уровень работы.

— Я впервые делаю маникюр и понятия не имела, что это так дорого, — жалобно протянула Чжао Юйцин. — Старшая сестра, может, сделаете скидку?

Лу Яо мысленно ругнула себя за беспечность. Она ведь собиралась назвать цену заранее, но клиентка безапелляционно заявила, что ей нужен самый дорогой вариант.

Она рассудила, что раз девушку порекомендовала Шэнь Сысы, проблем возникнуть не должно.

Узнав, что Чжао Юйцин студентка её родного университета, она и так назвала цену со скидкой.

Немного поразмыслив, Лу Яо уступила:

— Одна тысяча восемьсот. Переводом или наличными?

Лицо Чжао Юйцин по-прежнему выражало недовольство, но спорить она не стала. Раздраженно схватив сумку, она принялась рыться в кошельке в поисках денег.

В этот момент из сумки выскользнул небольшой предмет и покатился по полу.

Лу Яо наклонилась и подняла его. Это было черное кольцо.

Вещица упала совершенно бесшумно. Не заметь Лу Яо этого краем глаза, кольцо так бы и осталось лежать под столом.

Кольцо показалось ей странным на ощупь, и она стала внимательно его рассматривать.

Подняв голову и заметив это, Чжао Юйцин изменилась в лице. Она выхватила кольцо, крепко сжала в кулаке, но затем, словно о чем-то вспомнив, разжала ладонь и спросила:

— Ты… ты видишь это кольцо?

Лу Яо кивнула:

— Да. Забавная штука, падает вообще без звука.

— Я могу продать его тебе. Хочешь? Совсем недорого, как раз за тысячу восемьсот, — неожиданно предложила Чжао Юйцин.

Взгляд Лу Яо выражал недоумение.

— Видимо, ты совсем ничего не знаешь, — вздохнула девушка. — Это Кольцо Иллюзий. Говорят, его могут видеть только те, кто стоит на пороге смерти.

— ...Так ты скоро умрешь? — спросила Лу Яо.

— Да, — кивнула Чжао Юйцин. — Я умираю. Поэтому перед смертью решила сделать всё то, в чем раньше себе отказывала. Вчера увидела в ленте у Шэнь Сысы фото маникюра, загорелась идеей и пришла к тебе.

Лу Яо опустила взгляд на Кольцо Иллюзий в её руке.

— И что дает это кольцо? Почему ты хочешь мне его продать?

— Я слышала, что обладатель такого кольца может попасть в некую игру. Если выжить в ней и выбраться, твоя жизнь продлится, а смерть отступит. Раз ты его видишь, значит, тоже скоро умрешь. Можешь использовать его, чтобы спастись.

«…» Чем дольше Лу Яо смотрела на предмет, тем более знакомым он ей казался. Она ломала голову, но никак не могла вспомнить, где его видела.

— А почему ты не хочешь использовать его сама?

Чжао Юйцин замялась, но всё же ответила:

— Меня не интересуют игры. И цепляться за жизнь я больше не хочу. Ну так что, берешь за тысячу восемьсот?

Лу Яо покачала головой:

— Мне оно не нужно. Так как будем расплачиваться: наличными или переводом?

Чжао Юйцин потеряла дар речи.

Отдав последние деньги за маникюр, она выскочила на улицу с твердым намерением больше никогда сюда не возвращаться.

Игра вымотала из неё всю душу, лишив желания жить, а после этого похода на маникюр она так разозлилась, что, казалось, у неё открылось второе дыхание.

Вдруг телефон пиликнул: пришел запрос на добавление в друзья.

Чжао Юйцин приняла его.

«Здравствуйте! Вы продаете Кольцо Иллюзий?»

Чжао Юйцин моргнула. Она только что выложила в ленту фото свежего маникюра.

Деньги уплочены, и как бы она ни злилась, похвастаться было святым делом.

На фото, сделанном у Лу Яо, кольцо лежало рядом и, судя по всему, попало в кадр.

Обычные люди не смогли бы разглядеть Кольцо Иллюзий на снимке. Тот, кто его увидел, должно быть, тоже бывал в игре.

Чжао Юйцин набрала сообщение:

«Сколько готовы предложить?»

«50 тыс.»

Пятьдесят тысяч?!

Чжао Юйцин тут же ответила:

«По рукам. Где встретимся?»

Покупатель тоже находился в Яогуане и настаивал на личной встрече. Поскольку денег у Чжао Юйцин совсем не осталось, она назначила место неподалеку и велела покупателю подъехать туда.

Оставшаяся в неведении Лу Яо вечером приняла еще одну клиентку и получила две новые брони.

Ежедневная прибыль потихоньку росла, едва покрывая расходы закусочной, но это всё же немного уняло её тревогу.

Ложась спать, Лу Яо вдруг осенило, почему то кольцо показалось ей странным.

Оно выглядело так, будто было создано с помощью иллюзии, да и называлось соответственно. Неужели оно появилось из Страны Снов?

Она резко села в постели и попыталась воссоздать то самое кольцо.

Промучившись довольно долго, она так ничего и не добилась — магия иллюзий, похоже, работала только в том мире.

Так в чем же секрет этого Кольца Иллюзий?

Лу Яо решила завтра в лавке попробовать создать его снова.

—

Глубокая ночь. Музей «Золотая роза».

Чжуан Лян едва успел выйти из игры, как зазвонил телефон. Посмотрев несколько секунд на экран, он поднял трубку:

— Да.

Голос на том конце провода дрожал от волнения:

— Господин Чжуан, мы только что приобрели Кольцо Иллюзий и хотели бы, чтобы вы на него взглянули.

— Какого качества?

— Черное.

Зрачки Чжуан Ляна слегка сузились:

— Хорошо, везите сюда.

Бросив трубку, Чжуан Лян первым делом пошел в душ переодеться — игры неизменно оставляли после себя ощущение грязи и потрепанности.

Когда он спустился со второго этажа, курьер уже ждал его в гостиной.

Увидев Чжуан Ляна, мужчина почтительно подскочил:

— Господин Чжуан.

Не проронив ни слова, хозяин дома сел и перевел взгляд на черную коробочку на столе. Внутри лежало абсолютно черное кольцо, украшенное древними узорами.

Он повертел его в руках:

— За сколько взяли?

— За пятьдесят тысяч.

— У кого?

— У одной студентки.

Чжуан Лян положил кольцо обратно в коробку и отодвинул от себя.

— Кольцо использовано. Остался всего один заряд.

Мужчина забрал кольцо и поднялся:

— Благодарю вас, господин Чжуан.

Кольца Иллюзий делились на три ранга. Черные обладали высшим качеством — их можно было использовать трижды, и каждое прохождение игры дарило десять лет жизни.

Серые Кольца Иллюзий считались средним классом — пять попыток, успешный выход из игры продлевал жизнь на один месяц.

Белые Кольца Иллюзий, низшего качества, давали семь попыток, а выживание в игре приносило лишь один дополнительный день жизни.

Эти правила были известны всем игрокам Парка, однако существовало множество скрытых нюансов, понятных лишь ветеранам — например, как определить количество оставшихся зарядов по внешнему виду кольца.

Продавшая кольцо девчонка, вероятно, решила, что на пустом месте разбогатела на кругленькую сумму, получив вдобавок двадцать лет жизни.

Продай она неиспользованное кольцо, последствий бы не было.

Но с того момента, как она продала использованный артефакт, у неё начались серьезные проблемы.

Этой студентке, скорее всего, осталось недолго.

Чжуан Лян налил себе бокал вина и, плавно покачивая его в руке, поднялся на второй этаж.

Перед сном он по привычке зашел на закрытый форум Парка, доступный только игрокам. В топе висело несколько свежих тем, и Чжуан Лян кликнул на них.

Все наперебой жаловались на ограбления со стороны НИП. Большинство пострадавших были новичками — Чжуан Лян решительно не понимал, какому идиоту придет в голову брать с собой в инвентарь настоящие деньги при первом входе в игру.

Но когда счет жалобам пошел на десятки, он слегка нахмурился. Неужели правила Парка действительно изменились?

Той же ночью на форуме стали появляться всё новые и новые темы об ограблениях НИП.

«Вы все чертовы лжецы!!! Я повелся на вашу чушь, положил в инвентарь деньги, и меня убили прямо на старте...»

«Та же фигня! Реву не могу! Хорошо хоть это была зона белого кольца — смерть мгновенная, без мучений».

«А я вот пронес деньги, выжил, да еще и получил особый бонус — продление жизни на целых полгода!»

«!!! Чел выше, что за деньги ты брал? Какой номинал?»

«Обычную сотню юаней».

«Я тоже брал купюру в сто юаней, меня не убили, а на выходе дали лишние полдня жизни... А вот мой друг сунулся с полтинником — его сразу в расход пустили».

В пять утра мастера Бай, Синцзы и Це, уставшие после бессонной ночи, вышли из игры. В руках у каждого была небольшая пачка красных купюр.

На этот раз они не тратили время зря и действовали строго по наводке.

Проблема заключалась лишь в том, что деньги с собой брали в основном новички, которых закидывало в самые простые уровни.

В последние годы таких наивных простаков становилось всё меньше. Троица без устали прыгала по инстансам, но за всю ночь наскребла лишь жалкие крохи, чуть больше, чем вчера.

Сяо Це сел на корточки с горестным вздохом:

— Как же сложно зарабатывать! Наша хозяйка просто святая.

Добывать деньги такой ценой, а хозяйка ещё и тратится на них каждый день, готовя всякую вкуснятину.

Сяо Це проникся к Лу Яо еще большей любовью.

Синцзы покачала головой:

— Так дело не пойдет. Слишком низкая эффективность, нужно придумать другой способ.

Бай Мин кивнул:

— Сначала отдадим ей это, а потом будем думать.

Синцзы засомневалась:

— Не испугаем её?

Бай Мин:

— Пусть отдаст Ци Чэнь.

—

Лу Яо с утра пораньше захотелось лапши. Забежав на рынок, она купила два с половиной килограмма свежей лапши и килограмм свинины с прожилками сала, после чего направилась в закусочную.

Едва она переступила порог, как следом прибыл курьер с рынка.

Обычно доставщик приезжал раз в два дня, привозя разом мясо, овощи и специи от разных торговцев, у которых Лу Яо делала заказы.

Оставив коробки у входа, парень развернулся, а Лу Яо выкатила тележку, чтобы понемногу перевезти продукты внутрь.

Курьер, как всегда, работал молча, но, отойдя на приличное расстояние, не удержался и обернулся, чтобы бросить взгляд на лавку.

Неужели в эту дыру реально кто-то ходит есть?

Он столько раз привозил сюда продукты, но ни разу не заглядывал внутрь и не видел ни одного клиента. Всё это казалось ему очень странным.

Перетащив припасы на кухню, Лу Яо принялась за свежее мясо и заодно запустила стрим.

Несмотря на ранний час, счетчик зрителей быстро перевалил за десять тысяч.

«Ого, как рано! Что сегодня в меню?»

Тщательно промыв мясо, Лу Яо нарезала его толстыми ломтиками, затем соломкой и начала аккуратно рубить в фарш. Заметив вопрос в чате, она неторопливо ответила:

— Лапша с мясным соусом.

«Как же хочется лапши! Это будет новинка или обед для персонала?»

Лу Яо:

— Как раз думаю, не добавить ли в меню.

«! Хозяйка, заметь меня! Я хочу лапшу со свининой и маринованной капустой!»

«А я за лапшу с зеленым перцем и картофелем!»

«Мой голос за лапшу с тушеной говядиной!»

«Да хоть обычную пустую лапшу с яйцом!»

…

Закончив с фаршем, Лу Яо как бы невзначай обронила:

— Завтра в меню появится мясо с ананасами. Приглашаю всех желающих попробовать.

«!!! Мясо с ананасами! Моё любимое!»

«А-а-а-а-а! Я прямо ночью пойду очередь занимать!»

«А я приду уже после обеда!»

«Хозяйка, может, откроете филиал в Секторе F? Сил нет терпеть, но ехать слишком далеко».

«Великий Сектор H тоже с радостью примет ваш филиал!»

Замешав начинку, Лу Яо разогрела масло в сковороде и принялась обжаривать мясной соус, продолжая общаться с чатом:

— Заведение только одно. Никаких филиалов и переездов не предвидится.

«Очередной день зависти жителям Сектора А».

«Я уже сам подумываю перебраться в Сектор А».

«Житель Сектора А на связи: я тоже часто не могу ничего купить! Уже три дня без любимых вонтонов сижу».

Лу Яо воспользовалась моментом:

— Если среди вас есть кулинары — добро пожаловать на собеседование. Лавке очень нужен шеф-повар.

К моменту, когда подтянулись сотрудники, Лу Яо уже дотушила мясной соус, пожарила глазунью и довела воду до кипения, ожидая, пока сварится лапша.

Едва переступив порог, Сяо Це уловил незнакомый, манящий аромат и ураганом ворвался на кухню:

— Хозяйка, а что у нас на завтрак?

Лу Яо закинула лапшу в кастрюлю:

— Лапша с мясным соусом.

— Ура!

Из двух с половиной килограммов лапши Лу Яо осилила одну порцию, Ци Чэнь умял полторы, а остальное подчистую смели Бай Мин, Синцзы и Сяо Це.

После завтрака Лу Яо убрала летающую камеру, готовясь к открытию.

Бай Мин и Сяо Це хлопотали на кухне, а Синцзы отправилась приводить в порядок витрины.

Ци Чэнь оттеснил Лу Яо в угол за барной стойкой и с каменным лицом извлек из кармана пачку красных купюр:

— Держи.

Лу Яо широко распахнула глаза, но брать деньги не спешила, с подозрением спросив:

— Они настоящие?

Ци Чэнь мрачно кивнул.

Лу Яо:

— …Откуда они?

Ци Чэнь зажмурился и выпалил с отчаянием обреченного:

— Утром проснулся, а они лежат на подушке. Наверное, родители с того света переслали?

Лу Яо:

— …Звучит логично, но почему в юанях?

Ци Чэнь и сам понимал, что несет лютую дичь. И с чего эти трое взяли, что Лу Яо поверит в эти бредни?

Коллеги пригрозили: если он не всучит эти деньги хозяйке, они бросят его в Парк.

А вот возвращаться в Парк Ци Чэню хотелось меньше всего на свете.

Сквозь стеклянную перегородку кухни за ним холодно наблюдали Бай Мин, Синцзы и Сяо Це.

Почувствовав, как волосы на затылке встают дыбом, Ци Чэнь сунул деньги в руки Лу Яо:

— Просто не задавай вопросов и бери.

Лу Яо отпихнула его руку:

— Пока не объяснишь, не возьму.

Сяо Це и Синцзы приоткрыли рты, обнажив ряды мелких, острых зубов в немой угрозе.

Ци Чэнь: !

Он наклонился к Лу Яо и прошептал:

— Деньги чистые, честное слово. Бери! Умоляю тебя, госпожа!

На лбу Ци Чэня выступила испарина. Он кожей чувствовал: если Лу Яо откажется, ему сегодня конец.

Выдержав паузу, Лу Яо склонилась к нему и тихо произнесла:

— Ответишь на один вопрос — и я их заберу.

— Спрашивай, — с облегчением выдохнул Ци Чэнь, увидев луч надежды.

— Что такое Кольцо Иллюзий? — Лу Яо впилась в него немигающим взглядом, стараясь не упустить ни малейшего изменения в его мимике.

Ци Чэнь знал, что Лу Яо никогда не была в игре. Честно говоря, он и сам давно задавался вопросом, как ей удалось открыть такую невероятную лавку в этом безумном мире.

Понизив голос, он рассказал всё, что знал.

Выслушав его, Лу Яо забрала пачку денег и отнесла на кухню, положив в шкафчик с бакалеей.

Встретив три пары непроницаемо черных, вопрошающих глаз, Ци Чэнь, подавляя дрожь, отчитался:

— Взяла.

—

Тем временем в Парке завершился отбор в Стражи.

Двадцать девять молодых и сильных кандидатов сходились в поединках на аренах высочайшего уровня сложности. Победители переходили в следующие инстансы для новой битвы, пока не остались двое сильнейших.

Их бой затянулся надолго. В итоге оба рухнули без сил — запись подтверждала, что они упали одновременно.

В подобных случаях судьбу вакантного места в Парке на девяносто девятом этаже решало голосование двух экзаменаторов и Капитана Стражи Бай Цзяня.

Экзаменаторы разошлись во мнениях, отдав предпочтение разным бойцам. Счет сравнялся, и голос Капитана Стражи стал решающим.

Бай Цзянь в задумчивости стоял перед экраном. В финал вышли Цин и Ду Чэнь.

Он знал обоих. Оба были невероятно сильны и идеально подходили на должность Стража.

К сожалению, выбрать нужно было лишь одного.

Поколебавшись с минуту, Капитан шагнул вперед и отдал свой голос.

Следом экзаменатор огласил вердикт: Страж Цин, ранее прикрепленный к Парку-кондитерской в Секторе С, немедленно переводится в Парк на девяносто девятом этаже в Сектор А.

Выйдя с арены, Цин с легким превосходством взглянул на распростертого на полу Ду Чэня.

В этот раз победа досталась ему.

Бай Цзянь ждал Цина у выхода. Он не ошибся в своем фаворите — парень действительно оказался выдающимся и стойким бойцом.

А главным плюсом было то, что Цин не проявлял никакого интереса к подозрительной закусочной по соседству. Это возвышало его в глазах Капитана.

«Пока ты тоже недолюбливаешь эту лавку, мы с тобой поладим».

Получив новый жетон Стража, Цин принял душ в Парке, переоделся в свежую униформу и решил перед возвращением в Сектор С для передачи дел заглянуть в закусочную, чтобы отпраздновать.

Проигравшие Стражи уже разошлись. Бай Цзянь с удовольствием смотрел на своего нового подчиненного… пока тот не вышел из Парка и не направился прямиком к дверям закусочной.

???

Бай Цзянь не выдержал и окликнул его:

— Цин, ты куда?

Цин обернулся:

— В закусочную, перекусить. Из-за подготовки к отбору я давно там не был, жутко соскучился.

Бай Цзянь:

— ...И почему же ты так стремился попасть в Парк на девяносто девятом этаже?

В этот раз кандидатов набралось в полтора раза больше обычного. Изначально Бай Цзянь с гордостью считал, что всё дело в высоком статусе его Парка, ради которого Стражи готовы перегрызть друг другу глотки.

Но глядя на теплую, полную предвкушения улыбку Цина, он начал в этом сомневаться.

Цин ответил:

— Разумеется, чтобы питаться в закусочной! Сектор С слишком далеко, даже если приезжать рано утром, приходится долго стоять в очереди, а новинки из меню вообще никогда не достаются. Я слышал, обеды для персонала у них просто божественные. Если работать рядом, может, удастся выпросить порцию...

Бай Цзянь, за долгие годы знакомства ни разу не слышавший от Цина такой длинной тирады:

— ...

Санаторий ежедневно отправлял в закусочную десяток пациентов. По словам сиделок, все, кто съедал особый комплексный обед, полностью выздоравливали.

Фруктовые леденцы, которыми Лу Яо угощала больных, давали превосходный эффект. Конфеты приносили облегчение, и теперь пациенты с нетерпением ждали похода в закусочную ради лечения.

В обеденный перерыв, едва проводив очередную группу пациентов с Синдромом потери души, Лу Яо принялась за разработку новых блюд. Кухню тут же наполнили дразнящие ароматы.

Бай Мин, Синцзы и Сяо Це с любопытством наблюдали за ней, втайне надеясь урвать что-нибудь вкусненькое на перекус.

В зал вошел Цин. Проигнорировав Ци Чэня, он направился прямиком к кухне.

— Хозяйка.

Лу Яо подняла голову:

— Цин, давно не виделись!

Первого гостя закусочной Лу Яо запомнила очень хорошо.

Он заглядывал пару раз, а после она видела лишь того рыжеволосого юношу, с которым он приходил изначально.

Цин едва заметно кивнул, его взгляд остановился на сковороде перед девушкой.

— В последнее время был занят, никак не мог зайти. Можно поесть?

Обычно в это время посетителей не обслуживали, но Цин, похоже, пришел сюда целенаправленно ради еды.

Лу Яо помнила, что живет он довольно далеко, и кивнула:

— Чего бы тебе хотелось?

— Чего угодно, — Цин непроизвольно сглотнул. — Я прошел отбор на должность Стража Парка на девяносто девятом этаже. Завтра меня переводят сюда.

Услышав это, Лу Яо рассмеялась:

— Поздравляю! Это нужно отпраздновать. Я как раз работаю над новым комплексным обедом, не хочешь попробовать?

В душе Цин возликовал, но лицо его осталось невозмутимым.

— Благодарю, хозяйка.

Последние пару дней зрители на стримах проявляли огромный интерес к разнообразным комплексным меню и постоянно просили добавить их в ассортимент.

Поэтому Лу Яо оставила идею продавать свинину в кисло-сладком соусе с ананасами как отдельное блюдо и занялась составлением полноценных обедов.

Порция Цина оказалась поистине огромной: внушительная гора свинины в кисло-сладком соусе с ананасами, тушеная грудинка хуншао, обжаренные побеги спаржевого салата, пиала холодного салата из тертой редьки, суп из свиной печени с мясными фрикадельками и, конечно же, большая миска риса.

Цин выбрал место в самом углу, всем своим видом показывая, что не потерпит, если кто-то посмеет прервать его трапезу.

Живописный вид на реку за окном совершенно его не интересовал — все внимание было приковано к подносу с едой.

Тушеная грудинка хуншао пропиталась пряными ароматами соуса и таяла от одного прикосновения палочек, истекая аппетитным соком.

Цин ловко подхватил сразу три куска мяса, отправил их в рот и следом закинул огромную порцию риса, щедро политого соусом. Его щеки раздулись, как у хомяка. Не успев дожевать, он уже плотоядно уставился на кисло-сладкую свинину.

Блюдо источало кисло-сладкий аромат с густыми нотками тропических фруктов, моментально пробуждая зверский аппетит.

Цин просто сгреб половину порции на рис, поднял миску и стал жадно закидывать еду в рот.

Ци Чэня пугали столь грубые манеры гостя. Когда Цин только вошел в заведение, он даже попытался преградить ему путь. А теперь, присмотревшись, обнаружил, что ряд мелких и острых зубов Цина выглядел куда страшнее, чем у Сяо Це.

Лу Яо, напротив, казалось, что Цин ест на удивление аппетитно. Видя, с каким наслаждением посетитель поглощает её стряпню, девушка чувствовала, как на душе становится тепло.

— Хозяйка, еще риса, пожалуйста!

— Сию минуту!

Вдоволь насытившись, Цин покинул заведение, прихватив с собой кофе и сливочное печенье навынос.

Сектор С. Парк-кондитерская.

Чи сидел в кабинете с мрачным лицом. Цин взял отгул на несколько дней и всё никак не возвращался на работу.

На душе скребли кошки. Вчера Чи даже наведался к нему домой, но на стук в дверь никто не ответил.

Чи все больше убеждался в том, что Цин подхватил Синдром потери души, причем болезнь зашла уже довольно далеко.

Сначала отгул, затем увольнение. А потом Цин запрется в четырех стенах, перестанет общаться с людьми, онемеет и в конце концов просто исчезнет.

Обычно Синдром потери души поражал лишь обычных людей. Стражи обладали твердым характером и мощной духовной силой. К тому же они работали в Парках, так что вероятность заражения была крайне мала.

Однако за последние два года болезнь стала всё чаще поражать и их брата.

Помимо того Стража Ду из Парка Циншань, предыдущий Страж Парка на девяносто девятом этаже тоже погиб от этого Синдрома.

Чем больше Чи думал об этом, тем мрачнее становилось у него на душе.

В этот момент дверь кабинета распахнулась, и на пороге возник Цин.

Чи мгновенно вскочил и бросился к нему:

— Цин, с тобой всё в порядке?

Цин покачал головой:

— В полном порядке. Я принес кофе и сливочное печенье. Будешь?

— Еще бы! — Чи выхватил угощение. — Ты ходил в закусочную? И почему не позвал меня с собой?

Цин присел, сделал глоток кофе и поморщился — напиток оказался дьявольски горьким.

— Я ходил на отбор Стражей.

— Отбор Стражей? — Чи начал понимать, что дело нечисто. — Парк на девяносто девятом этаже?

— Ага.

— Хочешь сказать, в последнее время ты как сумасшедший лез в игры только ради подготовки к отбору?

— Ага.

— И у тебя нет Синдрома потери души?

— Нет.

Чи потерял дар речи. Мало того, что коллега оказался здоров как бык, так он еще и карьерой занимался.

На его фоне сам Чи, целыми днями слоняющийся без дела и накручивающий себя глупыми мыслями, выглядел как полный идиот…

В кабинете повисла неловкая тишина.

— Так ты прошел? — наконец выдавил Чи.

Уголки губ Цина дрогнули в легкой полуулыбке.

— Прошел.

Чи потерял дар речи.

Кофе оказался настолько горьким, что лицо Чи скривилось в гримасе. Он совершенно не знал, что еще добавить.

С другой стороны, главное, что Синдром потери души обошел Цина стороной.

Вспомнив свой роскошный обед в Закусочной Лу Яо, Цин не удержался:

— Хозяйка разрабатывает новые комплексные обеды. Я сегодня как раз попробовал один — он просто превзошел все ожидания. Как только они появятся в меню, могу заранее купить тебе порцию.

Чи вдруг осенило.

— Ты пошел на отбор ради закусочной?

— Ага, — невозмутимо ответил Цин. — Когда Бай Мин покинул пост, я сразу понял, что Капитан Стражи начнет искать нового кандидата на девяносто девятый этаж, и начал готовиться.

— Знаешь что… — задохнулся от возмущения Чи. — Между нами всё кончено!

«Ходить в закусочную втихаря, а я тут переживаю! Клоун тут только я!»

Закусочная Лу Яо наконец запустила в продажу новые комплексные обеды, включавшие в себя мясное и овощное блюдо, легкую закуску, суп и порцию риса.

Стоимость одного обеда составляла триста часов, а в день подавали не более пятидесяти порций.

Едва новинка появилась в меню, как жители Страны Снов принялись раскупать её с сумасшедшей скоростью.

Ежедневно посетители, которым не досталось еды, умоляли Лу Яо увеличить количество порций. Но девушка неизменно отказывала — она физически не успевала готовить больше.

Лу Яо как раз трудилась на кухне, подготавливая обеды, когда заглянула Синцзы и сообщила о соискателе.

Объявление о найме висело уже давно, и вот, наконец, кто-то откликнулся. Лу Яо отложила кухонную утварь и вышла в зал.

Кандидата звали Цюань Шэнцзюй. Это был высокий, худощавый мужчина лет тридцати, с непримечательной внешностью. На первый взгляд он казался весьма замкнутым человеком.

Лицо гостя показалось Лу Яо смутно знакомым. В голове промелькнул образ, и она спросила:

— Вы один из пациентов с Синдромом потери души, которые приходили к нам на лечение?

Цюань Шэнцзюй явно не ожидал, что хозяйка его узнает. Удивившись, он немного расслабился.

— Да, я был в самой первой группе пациентов с Синдромом потери души. После обеда в вашем заведении я полностью исцелился. Выписавшись из Санатория, я переехал в Сектор А. Объявление о найме я заметил давно, но никак не мог набраться смелости прийти. А недавно вы ввели в меню новые комплексные обеды… Я караулил целую неделю, но так и не смог купить порцию. До болезни я работал поваром, готовил как в уличных забегаловках, так и в ресторанах с авторской кухней. Вот, пришел устраиваться на должность повара. Что скажете?

«Надо же, не смог купить еду и от отчаяния решился устроиться на работу», — подумала Лу Яо.

Ситуация уже даже не удивляла её. Очередной кандидат, который пришел исключительно ради вкусной еды, но, по крайней мере, он честно в этом признался.

Повара она искала давно и уже отчаялась найти подходящего человека. Кто бы мог подумать, что к ней и впрямь заявится специалист?

Однако Лу Яо не стала брать его на работу с ходу и решила устроить небольшое испытание. Она поручила Цюань Шэнцзюю приготовить обед для сотрудников, разрешив использовать любые продукты на кухне.

Мужчина радостно вошел на кухню. При виде свежих ингредиентов, разложенных на полках, его глаза восторженно заблестели.

Он не стоял у плиты уже очень давно, но, едва переступив порог кухни, твердо решил выложиться на все сто процентов, лишь бы получить это место.

Лу Яо упаковала порции, предназначенные для продажи, и подошла понаблюдать за готовкой Цюань Шэнцзюя.

Мужчина повязал фартук и высоко закатал рукава. Он резал и подготавливал продукты так плавно и естественно, словно это был отточенный танец, а обжаривал блюда на сковороде с мастерством виртуоза.

Как только первое блюдо оказалось на тарелке, Лу Яо сняла пробу, и её глаза довольно блеснули.

Лу Яо всегда была уверена в своих кулинарных навыках: она любила вкусно поесть и обожала экспериментировать с рецептами.

И всё же мастерство Цюань Шэнцзюя приятно удивило её. Безупречная техника владения ножом, идеальный контроль температуры и приправ — блюдо получилось превосходным на вид, запах и вкус.

— Очень вкусно, — прямо сказала Лу Яо.

Заметив проходящего мимо Сяо Це, Лу Яо подозвала его, пододвинула тарелку и предложила оценить творение кандидата.

— Ну, как тебе?

Сяо Це съел пару кусочков, на мгновение задумался, а затем ответил:

— Вкусно-то вкусно, но у хозяйки получается лучше.

Цюань Шэнцзюй заметно занервничал. Он сам взял палочками кусочек, попробовал и обреченно кивнул:

— И правда. Мне далеко до мастерства владелицы.

Лу Яо едва сдержала смех. Ну что за льстецы! Девушка весело отмахнулась:

— Ой, да бросьте. Вы отлично готовите. Считайте, что испытание пройдено.

Стараясь сдержать волнение, Цюань Шэнцзюй робко уточнил:

— Вы хотите сказать, что...

— Вы приняты, — улыбнулась Лу Яо.

【Закусочная Лу Яо успешно наняла пять сотрудников и обрела масштаб. Заведение повышено до пятизвездочного статуса! Хозяйка, продолжайте в том же духе!】

【Вы можете потратить 50 000 очков популярности, чтобы модернизировать Пространственный карман и превратить заведение в двухэтажное здание. Желаете улучшить?】

В последнее время поток посетителей в Закусочной Лу Яо сильно возрос. И хотя совсем недавно она уже расширяла Пространственный карман, в часы пик внутри всё равно становилось не протолкнуться.

К тому же, благодаря щедрым подаркам на недавних трансляциях, у неё скопился излишек очков популярности, так что расширение было как нельзя кстати.

Если модернизировать здание, на втором этаже можно будет открыть кафе с чаем, кофе и десертами, а на первом — оставить закусочную. Так больше не придется разделять рабочие часы на утренние и вечерние смены.

Обдумав всё как следует, Лу Яо мысленно нажала кнопку «Улучшить».

Однако система предупредила, что процесс реконструкции займет целых двенадцать часов, и всё это время заведение будет закрыто.

Это было весьма удачно: через три дня Лу Яо как раз планировала добавить в меню блюда из лапши. Девушка решила приурочить открытие второго этажа к выходу новинок. А чтобы подогреть интерес публики, можно будет запустить трансляцию и еще больше прославить свою закусочную.

Начальник поезда Гао Ян сидел в вагоне состава, созданного его собственными руками, и меланхолично смотрел на проносящийся за окном пейзаж. В его гнетущей скуке явственно сквозили нотки отчаяния.

Он потратил целых пять лет на то, чтобы опутать паутиной метрополитена все тринадцать Секторов.

Пассажиры искренне полюбили его поезда. Им нравилось перемещаться между Секторами, создавая иллюзию той, прежней жизни.

Гао Ян и сам ежедневно катался на своих поездах, выбирая разные маршруты и посещая всё новые Секторы.

Он исколесил все тринадцать зон, но так и не нашел станцию, на которой ему захотелось бы сойти.

Везде было одно и то же.

Население этого мира состояло исключительно из мертвых душ, застрявших здесь из-за своих навязчивых идей. В этом измерении не существовало истинной жизни, а время давно остановило свой бег.

Они были узниками этого безжизненного мира, не способными ни покинуть его, ни даже самостоятельно выбрать станцию, на которой закончится их путь.

Внезапно его внимание привлекла странная группа пассажиров. Сегодня он вновь сел на маршрут, следующий из Сектора E в Сектор А.

Гао Ян припомнил, что каждый день примерно в это же время на данной станции в вагон загружалась толпа людей, чтобы потом выйти на станции «Девяносто девятый этаж» в Секторе А.

Лица этих людей ничего не выражали, а в их потухших глазах не было ни искорки жизни. Все они поголовно страдали Синдромом потери души.

Ситуация казалась весьма любопытной. Путь от Сектора E до Сектора А был неблизким.

Пациенты с Синдромом потери души обычно вообще не любили лишний раз двигаться и контактировать с окружающими. Однако в последнее время они то и дело собирались в группы и зачем-то ездили в Сектор А.

Внезапно Гао Ян почувствовал нестерпимое любопытство и подошел к странной группе, чтобы завязать разговор.

Пациенты, одетые в одинаковую больничную униформу, покорно сидели в ряд под присмотром двух сопровождающих сиделок.

Никто из больных даже не взглянул в сторону подошедшего Гао Яна, но одна из сиделок, услышав его вопрос, приветливо ответила:

— Мы направляемся на процедуры в закусочную, что находится рядом с Парком на девяносто девятом этаже в Секторе А.

Гао Ян удивленно заморгал:

— На какие еще процедуры?

— От Синдрома потери души, разумеется, — пояснила сиделка.

Начальник поезда изумленно вскинул брови:

— Закусочная лечит Синдром потери души?!

— Насчет других не знаю, но эта точно лечит, — уверенно кивнула сиделка. — Мы каждый день возим туда пациентов, и все до единого возвращаются полностью здоровыми.

Гао Ян лишился дара речи. Он совершенно не мог понять, шутит ли с ним эта женщина или говорит на полном серьезе.

Когда поезд прибыл на станцию «Девяносто девятый этаж» в Секторе А, Гао Ян, повинуясь какому-то странному порыву, вышел из вагона вслед за пациентами.

Выйдя из метро, Гао Ян влился в людской поток. На удивление, всем пассажирам вокруг требовалось в одно и то же место — на девяносто девятый этаж.

Самым известным заведением там был Парк. Возможно, толпа направлялась туда ради развлечений или просмотра трансляций.

По крайней мере, так думал Гао Ян. Ему и в голову не приходило, что обычная закусочная способна привлечь столько народу.

Мимо торопливо прошел какой-то человек, подгоняя своего спутника:

— Быстрее! А то набежит толпа, и нам ничего не достанется!

Тот прибавил шагу, не забывая ворчать:

— Хозяйка слишком неожиданно обновила меню. Знал бы заранее — еще со вчерашнего вечера остался бы на девяносто девятом.

— Поздно уже жалеть, шевели ногами! — отозвался первый.

Гао Ян немного отстал. Издалека он заметил, как группа пациентов с Синдромом потери души вошла в кабину лифта, следующего прямиком на девяносто девятый этаж.

Поскольку он оказался в конце очереди, пришлось дожидаться следующего. Те торопливые юноши тоже стояли неподалеку.

— Та лапша с тушеной говядиной просто невероятная! Я только мельком увидел, а слюнки уже потекли!

— Эх, жаль, что мы потащились в другой Парк и пропустили обновление меню в закусочной.

— Лапша с горохом и мясным соусом тоже выглядит отпадно! Такая мягкая и нежная, да еще с ростками фасоли и фаршем… Аж слюнки текут! Вот поднимусь и сразу же закажу себе порцию!

Прошлой ночью Закусочная Лу Яо была закрыта на ремонт и модернизацию. Утром Лу Яо запустила трансляцию, чтобы показать зрителям обновленный интерьер и заодно объявить о появлении в меню блюд из лапши.

Судя по всему, эти парни увидели стрим, находясь в другом Парке, и тотчас же помчались сюда.

До Гао Яна наконец дошло: они так спешили именно в закусочную.

Более того, прислушавшись, он понял, что вся очередь к лифту только и обсуждала это заведение. И все собирались именно туда.

Гао Ян исколесил все тринадцать районов Страны Снов. Его нога ступала в каждом мало-мальски известном месте.

Всякий раз, отправляясь в путь, он был полон надежд, но по прибытии неизменно разочаровывался, понимая, что в новом месте нет ничего особенного.

Внешне эти локации казались разными, но по сути были сделаны словно под копирку. Как бы искусно их ни украшали иллюзиями, за красивой оберткой скрывалась абсолютная пустота.

То же самое касалось и его поезда: каким бы реальным он ни казался, увезти своего создателя в настоящие, неизведанные дали он не мог.

Однако сейчас, видя, как эта шумная воодушевленная толпа рвется в одно-единственное место, Гао Ян и сам невольно заразился их предвкушением.

Эта закусочная казалась весьма занятным местом. Да, скорее всего, его вновь постигнет разочарование, но он уже так давно не испытывал подобного волнения перед прибытием в пункт назначения!

Створки прибывшего лифта распахнулись, и люди словно обезумели, ринувшись внутрь.

Лифты в этом мире не имели ограничений по весу. Двери закрылись лишь тогда, когда в кабине не осталось ни единого свободного сантиметра. Каждому не терпелось поскорее оказаться наверху.

На девяносто девятом этаже створки бесшумно разъехались. Пассажиры, спрессованные, словно шпроты в банке, хлынули наружу, но тут же замерли как вкопанные.

Кто-то изумленно ахнул:

— Закусочная превратилась в двухэтажное здание!

— Какие красивые цвета! Вам не кажется, что она выглядит совершенно новенькой? Так и приковывает взгляд.

— Хватит болтать, бежим занимать очередь!

Гао Ян тоже покинул кабину. Заметив неподалеку двухэтажный домик с огромной вывеской, он удивленно приподнял бровь. «И это та самая закусочная?»

Девяносто девятый этаж не являлся частью обычного здания. По площади он превосходил стандартные постройки в сотни раз, а благодаря иллюзиям его пространство могло расширяться и расти ввысь до бесконечности. По сути, он больше походил на гигантскую гору с плоской вершиной.

Возведенные на этой «горе» Парк и кинотеатр должны были выступать главными доминантами пейзажа, однако сейчас всё внимание перетягивало на себя небольшое здание в самом центре.

Как верно подметили в толпе, домик выглядел так, будто его только что построили. Яркие, сочные краски мгновенно цепляли взгляд.

Основной цвет фасада был кристально белым, а по нижнему краю шла элегантная окантовка, в которой переплетались темно-синие и голубые оттенки, создавая эффект объема. На этом фоне еще ярче выделялась гигантская синяя вывеска: «Закусочная Лу Яо».

Длинная очередь тянулась от самых дверей до середины площади. Гао Ян молча пристроился в конец.

Он обратил внимание на то, как прибывшие чуть раньше пациенты с Синдромом потери души вошли в заведение через боковую дверь. При этом никто в очереди не высказал ни малейшего возмущения.

Ожидание растянулось почти на час, пока, наконец, не подошел черед Гао Яна.

Переступив порог, он даже не успел толком осмотреться — его внимание моментально захватил густой, невероятно аппетитный аромат еды.

Мужчина повернул голову и посмотрел на Синцзы, стоявшую за кассой. Перед ней располагалось меню.

Взгляд сразу выхватил слово, которое он слышал за сегодня чаще всего: «Лапша».

Заметив, что клиент здесь впервые, Синцзы приветливо произнесла:

— Сегодня в нашем меню появились новые блюда из лапши: лапша с тушеной говядиной, лапша с горохом и мясным соусом, лапша со свининой и квашеной капустой, лапша с пряным мясом, а также лапша «Три свежести». А вот здесь указаны наши классические закуски. Что желаете заказать?

В меню значилось лишь лаконичное слово «лапша», но, как оказалось, за ним скрывалось столько разновидностей! Гао Ян был приятно удивлен. Рядом в списке красовалось множество закусок и напитков. Столкнувшись с муками выбора, он просто спросил:

— А можно заказать по одной порции всего, что есть в меню?

Синцзы кивнула:

— Конечно.

Гао Ян на мгновение задумался и все же решил поумерить аппетит:

— Тогда мне одну порцию лапши с тушеной говядиной, одну — с горохом и мясным соусом, а из закусок несите все по одной порции.

Во время реконструкции Лу Яо перенесла барную стойку с первого этажа на второй.

Пространство внизу, где раньше стояла длинная стеклянная витрина-холодильник, теперь полностью переделали под обеденную зону. За счет новых столов и стульев зал мог вместить гораздо больше гостей.

Когда Гао Ян вошел, свободные места еще оставались, но, к его разочарованию, все столики у окна уже были заняты. Пришлось сесть через проход. Мужчина то и дело вытягивал шею, пытаясь насладиться открывающимся видом.

Как сказали официанты, пейзаж за окном был всего лишь иллюзией. Но Гао Ян, побывавший во множестве мест, в жизни не видел столь живой, завораживающей картины.

Подобных видов в этом мире просто не существовало!

Ему хотелось подойти поближе, чтобы получше все рассмотреть. Еще не успев сесть, он краем глаза уловил в окне густые розовые оттенки — казалось, это были цветущие деревья, усыпанные бутонами.

Сидевший у окна посетитель обернулся и бросил на него предупреждающий взгляд, так что Гао Яну пришлось унять свое любопытство.

Как раз в этот момент принесли его заказ.

Жгуче-острые куриные крылышки и запеченные свиные ножки источали густой, дразнящий аромат. От горячих рисовых шариков в сладком вине поднимался пар, полный нежных, сладковатых ноток. Глотая слюнки, Гао Ян оглядел все это великолепие и, наконец, остановил взгляд на двух пиалах с лапшой.

Лапша с говядиной подавалась в бульоне. В белой фарфоровой пиале, сужающейся к низу, покоилась свежая светлая лапша. В центре возвышались увесистые куски нежирного мяса с тонкими прожилками, а на поверхности наваристого супа покачивались колечки жгучего перца, присыпанные зеленым луком и свежей кинзой.

Стоило только подцепить порцию палочками, как блестящее, ароматное красное масло густо обволокло лапшу, а затем начало медленно стекать вниз по ее изгибам. Густой говяжий бульон на косточке, до этого скрытый под масляной пленкой, словно проколотый воздушный шарик, мгновенно выпустил наружу насыщенный, глубокий аромат.

Гао Ян больше не мог сдерживаться. Наклонившись над столом, он с жадностью втянул в себя лапшу. Она оказалась невероятно упругой и гладкой, а бульон — наваристым, но совершенно не тяжелым, с потрясающим балансом специй. Сделав большой глоток лапши, он тут же отправил в рот кусок мяса.

Говядина была потушена до идеальной нежности, не потеряв при этом своей сочности. Участки с прожилками буквально таяли во рту, а если пожевать подольше, раскрывалось едва уловимое молочное послевкусие.

Какое же наслаждение приносила эта порция!

В несколько подходов Гао Ян проглотил всю порцию. Он в буквальном смысле «выпил» её: стоило только распробовать первый кусочек, как на него нахлынул такой зверский голод, что хотелось поглощать еду непрерывно, забыв о том, что ее нужно пережевывать.

К счастью, остальные посетители вели себя точно так же: стоило заветным блюдам оказаться на столе, как весь окружающий мир переставал для них существовать.

Гао Ян поднял пиалу, запрокинул голову и залпом выпил весь бульон до последней капли, попутно выловив и съев осевшие на дно колечки острого перца.

Отставив пустую посуду, он тотчас же переключил внимание на стоящую рядом лапшу с горохом и мясным соусом.

Это блюдо подавалось без бульона. Горка упругой лапши покоилась на дне пиалы, а сверху возвышалась щедрая порция красноватого мясного соуса, нежно-желтый горох и внушительная горсть свежего зеленого лука.

Вообще-то Гао Ян отдавал предпочтение супам с лапшой, а этот вариант заказал исключительно из любопытства, подогретого восторгами того юноши из метро.

Вооружившись палочками, он тщательно перемешал лапшу с соусом и горохом. Горошины были сварены до такой степени, что лишились жесткой оболочки и стали невероятно мягкими. Стоило их перемешать, как они равномерно обволокли лапшу, создавая удивительно нежную текстуру, от которой исходил сногсшибательный аромат.

Как только лапша коснулась языка, Гао Ян замер на долю секунды, а затем торопливо подцепил следующую внушительную порцию и отправил ее в рот.

На первый взгляд блюдо казалось суховатым, но после перемешивания текстура стала сочной, а вкус раскрылся множеством ярких оттенков. Это совершенно не походило на классическую лапшу в бульоне.

На дне пиалы обнаружились ошпаренные кипятком ростки золотистой фасоли. Их нежный хруст приятно разнообразил текстуру блюда и освежал рецепторы, не позволяя вкусу стать приторным.

Дегустируя закуски, Гао Ян чувствовал себя ребенком, открывающим коробки с сюрпризами. Расправившись со всеми блюдами, он откинулся на спинку стула и с блаженной улыбкой погладил живот.

«Так вот, значит, какова эта закусочная. Немудрено, что сюда стягиваются такие толпы».

Внезапно со второго этажа спустилась компания посетителей. В руках они несли диковинные коробки для еды навынос, каких Гао Ян прежде никогда не встречал.

Не став ни у кого ничего расспрашивать, мужчина поднялся из-за стола и прямиком направился наверх.

Как выяснилось, второй этаж тоже был открыт для посетителей, вот только подавали здесь совершенно другие вещи.

Планировка полностью повторяла первый этаж: открытая кухня за прозрачным стеклом и пять столиков у окон, за которыми открывался всё тот же завораживающий пейзаж.

На кухне появились новенькая вместительная духовка, холодильный шкаф и множество красивой, изысканной керамической посуды.

Перенесенные снизу барная стойка и холодильная витрина располагались в привычном порядке, только их площадь слегка увеличили, чтобы уместить больше контейнеров с ингредиентами и кухонной утвари.

Второй этаж полностью переоборудовали под кофейню. Здесь подавали кофе, всевозможные чаи и десерты, а обслуживанием гостей заведовал Ци Чэнь.

Гао Ян заказал себе порцию сливочного печенья с бокалом айс-американо и, разделив столик с одним из пациентов с Синдромом потери души, наконец-то смог занять место у заветного окна.

Как оказалось, прибывшая ранее группа пациентов разместилась именно здесь.

Гао Ян с удивлением отметил, как сильно они изменились по сравнению с их встречей в метро. Лица пациентов ожили, во взглядах появилась осмысленность, а витавшая вокруг них аура смерти и обреченности бесследно рассеялась.

Санитар, с которым он перебросился парой слов ранее, узнал Гао Яна и первым с ним поздоровался:

— Ну как, удалось отведать здешней еды?

Гао Ян удовлетворенно кивнул:

— Да, взял лапшу и пару закусок. Невероятно вкусно. Вы были абсолютно правы, эта закусочная — потрясающее место.

Медленно поглаживая пальцем узор на стеклянном бокале, санитар слегка улыбнулся:

— Какое счастье, что мы нашли эту закусочную! Как сказал наш главврач, пройдет совсем немного времени, и Санаторий полностью опустеет. Мы обрели истинное бессмертие.

Гао Ян выглянул в окно, наконец-то сумев как следует разглядеть открывающийся пейзаж.

Как он и предполагал, на берегу полноводной реки росли цветочные деревья. Судя по всему, совсем скоро они распустятся буйным цветом, и тогда бесчисленные лепестки закружатся по ветру, опадая в воду, чтобы бурное течение унесло их в далекие края.

Мужчина легонько постучал пальцем по ободку бокала. В его голосе зазвучала искренняя радость:

— Только благодаря этому заведению бессмертие вообще обретает какой-то смысл. Это место — лучший в мире пункт назначения.

Тем временем на первом этаже Лу Яо проводила инвентаризацию на кухне. Новый шеф-повар, Цюань Шэнцзюй, оказался не только невероятно талантливым, но и крайне ответственным сотрудником, так что теперь хозяйке больше не приходилось неотлучно стоять у плиты.

Теперь большую часть свободного времени она посвящала разработке новых блюд, учету продуктов и контролю за прогрессом текущих заданий.

В помещение заглянул Сяо Це:

— Хозяйка, тут один посетитель просит о встрече с вами.

Отложив накладные, Лу Яо сняла фартук, тщательно вымыла руки и лишь затем вышла в зал.

Гао Ян обернулся. Перед ним стояла девушка с кожей белой, как снег, и волосами черными, как вороново крыло. У нее была изящная, утонченная внешность, но она казалась слишком юной — совсем не такой, какой он её себе представлял.

Остановившись напротив, Лу Яо подняла на него взгляд:

— Здравствуйте. Вы что-то хотели?

Вырвавшись из своих мыслей, Гао Ян нервно сжал и разжал опущенные вдоль туловища руки:

— Здравствуйте. Меня зовут Гао Ян. Впрочем, можете называть меня просто Начальником поезда.

В глазах Лу Яо мелькнуло неподдельное потрясение, когда она поняла, что перед ней стоит тот самый человек, который с помощью иллюзий создал поезда и проложил в этом мире абсолютно все линии метрополитена.

«Так он в самом деле Начальник поезда!»

Но зачем он пришел к ней? Неужели ему не пришлась по вкусу еда в ее заведении, и он решил лично высказать свои претензии?

Собравшись с мыслями, Гао Ян наконец произнес:

— Дело вот в чем. Я хочу выразить вам огромную благодарность за то, что вы открыли здесь эту закусочную. Еда у вас потрясающе вкусная, а виды из окна просто завораживают. Это именно то место — та конечная остановка, — которую я искал так долго. В знак признательности я хотел бы снять рекламный ролик о вашем заведении и транслировать его на экранах во всех своих поездах.

У Лу Яо чуть глаза на лоб не полезли от удивления.

«Это же та самая видеореклама в метро, за которую в реальном мире пришлось бы отвалить целое состояние?!»

Словно прочитав её мысли, Гао Ян кивнул:

— Да, именно такая реклама. Как только ролик будет готов, я абсолютно бесплатно размещу его на всех линиях метрополитена во всех тринадцати районах Страны Снов. Даже в тех секторах, где еще не запущены Парки и нет доступа к трансляциям, пассажиры в метро всё равно узнают о вашей замечательной закусочной.

Считалось, что за неприметные, на первый взгляд, места для плакатов и рекламных щитов на улицах, в метро и на платформах плату взимают посуточно. Что уж говорить о зацикленных «вирусных» видеороликах в вагонах метро — сколько же это должно стоить?

Лу Яо и в самых смелых мечтах не могла представить, что однажды сможет рекламировать свою закусочную в метро.

От потрясения она, сама того не замечая, озвучила свои мысли вслух.

Гао Ян не стал над ней смеяться, а напротив, терпеливо объяснил весь процесс.

Построить сеть метрополитена, охватывающую все Тринадцать районов, всего за пять лет в одиночку Гао Ян, разумеется, не смог бы.

У него была невероятно профессиональная команда. Все они — товарищи, с которыми он познакомился в этом мире, при жизни обладавшие необходимыми техническими знаниями. Среди них были и те, кто разбирался в принципах работы прямых трансляций в Парках и кинотеатрах.

Снять рекламный ролик для закусочной, а затем запустить его на всех линиях метро — проект масштабный, но вместе с тем безумно увлекательный.

В те годы, когда прокладывались пути, каждый день приходилось сталкиваться с новыми трудностями и решать их, но Гао Ян был счастлив.

Ему нравилось это пьянящее чувство напряжения и постоянная готовность к вызовам.

Когда же строительство завершилось, а поезда начали курсировать в штатном режиме, его жизнь стала невыносимо пресной.

Теперь его будни сводились к техническому обслуживанию да ежедневным поездкам на собственных составах туда-сюда. И вскоре он осознал: этот мир до тоски однообразен.

Но вот, спустя два года, он обнаружил самое интересное место во всем мире — Закусочную Лу Яо. Пожалуй, это было единственное заведение, обладающее настоящим физическим воплощением.

Гао Ян загорелся идеей собственноручно превратить её в закусочную номер один в мире. Эта мысль будоражила его так же сильно, как и давнее решение пустить здесь поезда.

Выслушав этот безупречный, детально проработанный план, Лу Яо оставалось лишь поаплодировать.

Однако она уловила одну важную деталь.

— Среди всех Тринадцати районов остались те, где не открыты Парки и нет прямых трансляций?

Гао Ян кивнул:

— Да, таких районов два: Район J и Район K. В Районе J работает всего один Парк, а в Районе K их вообще не открывали.

— Почему же в этих двух районах их не открывают? — с любопытством спросила Лу Яо.

Мужчина посмотрел на собеседницу и осторожно поинтересовался:

— Ты когда-нибудь бывала в Парке?

Девушка покачала головой.

— Приведу пример. Смотреть фильмы — это отдых, играть в игры — тоже. То же самое касается и Парков. Но у каждого свои предпочтения, и далеко не всем нравится подобный формат развлечений. Одно время казалось, будто весь мир сошел с ума, превознося Парки, и тем, кто их не любил, попросту не осталось места. В итоге эти люди объединились, выделили себе два района и ограничили там их открытие.

Единственный Парк в Районе J служит исключительно для облегчения симптомов Синдрома потери души и закрыт для обычных посетителей.

В каком-то смысле, уровень свободы в этом мире был поразительным.

Не нравится что-то — катись из моего мира.

Здесь можно было запросто отгородить себе запретную зону и развлекаться по-своему. Истинное воплощение принципа «живи и давай жить другим».

Однако это также означало, что путь, по которому Лу Яо надеялась через трансляции достичь Широкой известности и получить финальное задание, оказался перекрыт.

Согласно правилам Системы Исполнения Желаний, врата в следующий мир откроются лишь после завершения финального задания.

К счастью, прямо сейчас перед ней открывалась новая дорога.

Если задумка Гао Яна увенчается успехом, это колоссально продвинет прогресс задания.

Лу Яо решила принять предложение:

— Идея с рекламой просто потрясающая. Какова будет плата за работу?

Мужчина прямо заявил, что готов продвигать закусочную бесплатно. Но хозяйка не любила наживаться на других или оставаться в долгу.

Валютой в этом мире служило время, и ей это было по карману.

Гао Ян слегка вскинул бровь. Какое-то время он молча смотрел на Лу Яо, словно что-то обдумывая, а затем произнес:

— Я уже сказал: плата не нужна. Но если вам от этого некомфортно, может, согласитесь выполнить одну мою просьбу? Не волнуйтесь, ничего невыполнимого.

Значит, время ему действительно не требовалось.

Лу Яо кивнула:

— Слушаю вас.

— Я хочу, чтобы в Закусочной Лу Яо для меня всегда был зарезервирован столик, — ответил он. — Чтобы я мог поесть здесь в любое время.

Проницательный начальник поезда был настолько вежлив, что у девушки язык не повернулся ему отказать.

Она согласилась, установив лишь одно условие для этого договора:

— До тех пор, пока эта закусочная существует, один столик всегда будет ждать начальника поезда.

Гао Яна такие сроки вполне устроили, хотя про себя он уже решил, что сделает всё возможное, чтобы Лу Яо прожила как можно дольше.

Ударив по рукам с Лу Яо, мужчина немедленно отправился за людьми. План был таков: сначала снять материал, затем смонтировать ролик и, наконец, распределить его трансляцию по поездам разных районов.

В этом мире не существовало мобильных телефонов или иных средств связи.

Однако начальник поезда сработал с поразительной оперативностью. Не прошло и двух часов, как он вернулся в закусочную в компании двоих молодых людей — парня и девушки. В руках они несли огромные черные чемоданы, очевидно, с важным оборудованием.

Гао Ян представил их хозяйке.

Парня, высокого, худощавого и с холодным взглядом, звали Сяо Ци. Девушку с круглым лицом и в очках звали Жэнь Минь, и она была под стать своему спутнику — такая же хмурая и неулыбчивая.

Гао Ян, как никто другой, знал характеры «детишек» из своей команды. Слегка похлопав парня по спине, он обратился к Лу Яо:

— Хозяйка, для начала мы снимем их в первой сцене. Уверен, получится великолепно.

Услышав это, Сяо Ци покосился на начальника и молча отодвинулся в сторону.

Жэнь Минь поправила очки, присела на корточки и, открыв чемодан, принялась доставать аппаратуру.

За исключением дежурных приветствий с порога, эта парочка не проронила ни единого лишнего слова.

В полдень начальник поезда с горящими глазами ввалился в офис и заявил, что собирается снимать рекламу для какой-то закусочной и транслировать её во всех вагонах.

Коллектив воспринял эту новость равнодушно — ни у кого не возникло даже малейшего любопытства расспросить о подробностях.

Но если уж Гао Ян что-то вбил себе в голову, остановить его было невозможно. Поскольку остальные участвовать не захотели, выбор пал на самых молодых — Сяо Ци и Жэнь Минь.

Не вникая в суть дела, они просто взяли оборудование и последовали за боссом. Они пришли с типичным настроем наемных работяг: отснять материал и поскорее уйти, избегая любых лишних знакомств.

План начальника поезда предполагал съёмку как минимум трёх сцен. Сценарий он заранее обсудил с Лу Яо.

Первая должна была показать работу на первом этаже, вторая — атмосферу в кафе на втором, а третья — чудесное воздействие местной еды на пациентов с Синдромом потери души.

Насчёт последнего пункта Гао Ян долго беседовал с поваром заведения, Цюань Шэнцзюем.

Будучи одним из пациентов, исцелившихся от Синдрома потери души, Цюань Шэнцзюй горячо поддержал идею осветить положительное влияние местной еды на больных.

В последние годы число заболевших стремительно росло. Многие из тех, чьи симптомы усугубились, отказывались ложиться в Санаторий. Большинство в итоге просто запирались дома и бесследно исчезали.

Если бы больные за пределами Санатория или их друзья узнали о существовании Закусочной Лу Яо, шансы этих людей на выживание значительно возросли бы.

Утвердив черновой сценарий, начальник поезда усадил Сяо Ци и Жэнь Минь за столик у окна, а сам встал за камеру, готовясь к съёмке.

Он с самого начала решил не устраивать кастингов.

Любой посетитель этого заведения мог выдать лучшую реакцию на здешнюю еду. Главным было запечатлеть искренние эмоции — момент, когда человек незаметно для себя подпадает под очарование вкуса.

Во время перерыва клиентов обслуживали только на втором этаже, так что нижний зал пустовал, предоставляя съемочной группе полную свободу действий.

Гао Ян обернулся к Лу Яо:

— Хозяйка, можете нести лапшу и закуски.

Сяо Ци и Жэнь Минь не были против съёмок, они просто не понимали, что от них требуется.

«Неужели начальник хочет запечатлеть нас, заставив притворяться, что мы едим, ради рекламы выдающихся иллюзий этой забегаловки?»

На лице Сяо Ци не дрогнул ни один мускул, но внутри он твердо решил: лгать он не станет.

Он не собирался устраивать спектакль и расхваливать пустышку. Даже начальнику поезда не под силу заставить его поступиться принципами.

Жэнь Минь же просто хотела поскорее со всем разделаться — вечером её ждала трансляция любимой игры.

Лу Яо всё ещё находилась на кухне. Гао Ян настоял на том, чтобы еду для кадра приготовила именно она.

Кулинарные навыки Цюань Шэнцзюя были безупречны, но его блюда всё же чуточку уступали творениям хозяйки, да и цвета их казались слегка более тусклыми.

Сама Лу Яо этой крошечной разницы не замечала, однако все вокруг, включая самого повара, утверждали, что приготовленная ею пища вкуснее.

Девушка лишь отмахивалась, считая это обыкновенной лестью в адрес начальницы.

Тем не менее, она уступила просьбе Гао Яна, самостоятельно отварив лапшу и приготовив закуски.

Вскоре стол был заставлен тарелками: тут были и недавно появившиеся в меню виды лапши, и неизменные хиты заведения.

Съёмка уже началась. Гао Ян установил три камеры, а четвертую держал в руках, стремясь запечатлеть каждую деталь со всех возможных ракурсов.

Сяо Ци и Жэнь Минь сидели друг напротив друга. Как только еду подали, они тотчас же почуяли неладное.

От блюд исходил обжигающий пар, но, что куда важнее, они источали невероятно притягательный аромат.

Сяо Ци дотронулся до края белой фарфоровой пиалы с лапшой, затем потянулся к лежащему на тарелочке пирожку с зеленым луком и яйцом. Обжегшись, он отдернул пальцы, но тут же не удержался и коснулся его снова.

— Почему оно всё горячее? Неужели это действительно можно есть?

Жэнь Минь повела себя точно так же. Девушка взяла одно из Невероятно острых жареных крылышек и осторожно принюхалась.

Куриная кожица, запеченная до легкой золотистой корочки и густо усыпанная специями, выглядела сущим испытанием для рецепторов. Однако аромат был настолько дразнящим, что девушка, то и дело сглатывая слюну, не выдержала и откусила кусочек. Зубы с легкостью прокусили нежную корочку, и во рту взорвался фейерверк из насыщенного мясного сока и пряного жира. Мягкая кожица, тающее мясо и глубокий, пропитывающий всё вкус.

— Ух...

«Ну и острота!»

Жэнь Минь утерла лицо тыльной стороной ладони и продолжила жадно вгрызаться в мясо. Было невыносимо остро, но оторваться она уже не могла.

Сидящий напротив Сяо Ци схватил пирожок с зеленым луком и яйцом и отхватил здоровенный кусок. Не обращая внимания на жар, он проглотил выпечку в два укуса и тут же потянулся за следующей.

Молниеносно прикончив три штуки, парень хотел было взять еще, но Жэнь Минь шлепнула его по руке и отодвинула тарелку к себе.

— Я еще не пробовала. Это моё!

Сяо Ци не наелся, но отбирать еду у коллеги было как-то неудобно. Его взгляд упал на Запеченные свиные ножки, лежащие в самом центре стола.

Сначала их хорошенько протушили в маринаде, а затем обжарили на огне. Глянцевая корочка приобрела красивый темно-карамельный оттенок, куда более насыщенный, чем у куриных крылышек.

Парень только потянулся к блюду, как Жэнь Минь бросила на него строгий взгляд.

— Половина моя!

Ради эстетичной подачи пирожки принесли по четыре штуки на тарелке, но всё остальное было строго рассчитано на одну порцию.

Такова была задумка Гао Яна.

Сяо Ци скривил губы и легким движением рук разломил массивную ножку ровно пополам. На глаз доли были абсолютно равными — ни миллиметра преимущества.

На разломе мясо отливало красивым розовым цветом и глянцевым блеском растопленного жирка. Разорванная кожица оказалась невероятно нежной, а стоило чуть потянуть зубами, как мякоть сама отходила от кости.

Операторы смели со стола все закуски, пока не остались лишь две порции лапши: одна — с говядиной, другая — Лапша с горохом и мясным соусом.

Взгляд Сяо Ци метался между двумя пиалами, пытаясь определить, где порция побольше. Его рука медленно потянулась к говяжьему супу-лапше.

Но Жэнь Минь решительно перехватила его запястье.

— Каждому по половине! — серьезно заявила она.

Ей хотелось попробовать оба вкуса.

Сяо Ци кивнул в знак согласия. Оценить оба блюда — не самая плохая идея.

Выудив из горы грязной посуды пару чистых пиал, они принялись с ювелирной точностью делить еду, до дрожи боясь, что напарнику достанется хоть на грамм больше.

Лапша без бульона и суп с говядиной обладали своими уникальными вкусами, и вскоре обе тарелки были вылизаны дочиста.

Если бы не работающая камера, Сяо Ци непременно облизал бы остатки горохового пюре со стенок пиалы.

Такого скромного количества еды двоим было явно недостаточно.

С чувством легкого разочарования Жэнь Минь опустила пустую посуду и случайно бросила взгляд за окно. Её зрачки сузились, и она резко прильнула к стеклу.

— Что с этим окном? — изумленно воскликнула девушка. — Эти цветы… они настоящие? Похоже, они вот-вот распустятся!

Испугавшись её вскрика, Сяо Ци тоже повернул голову. Сначала он посмотрел вдаль, а затем его взгляд медленно опустился и зацепился за ряд суккулентов на подоконнике.

Эти крошечные растения, заботливо высаженные Лу Яо в миниатюрные горшочки, были такими пухлыми и округлыми, что в лучах солнца переливались яркой зеленью, словно драгоценные камни.

Сяо Ци не удержался и коснулся одного из них. В его глазах вспыхнул восторг:

— Какая прелесть...

Реакция обоих оказалась настолько искренней и забавной, а контраст с их первоначальной хмуростью — столь разительным, что Гао Ян удовлетворенно выключил камеру и громко объявил:

— Отлично, снято. Сцена удалась.

Сяо Ци и Жэнь Минь встрепенулись. Бросив взгляд на начальника поезда, они синхронно повернулись к стоящей неподалеку Лу Яо.

— Хозяйка, мы тут как-то не очень хорошо отыграли. Может, принесете еще еды и мы переснимем?

Гао Ян подошел собрать аппаратуру, безжалостно руша их коварные планы:

— Вы отыграли превосходно. И я, и хозяйка заведения более чем довольны. Сейчас поднимемся наверх снимать вторую сцену. Вы же так торопились закончить и уйти, не смею больше задерживать.

Сяо Ци и Жэнь Минь многозначительно промолчали.

«Какой же этот язвительный начальник поезда невыносимый!»

Вспомнив о своем изначальном высокомерии, ребята постеснялись и дальше клянчить еду у Лу Яо. Подхватив оборудование, съёмочная группа переместилась на второй этаж.

Там уже сидели две компании посетителей. За одним столиком расположились Ли Шаша и Чэнь Мэйюэ, а за другим — братья Ду Чэнь и Ду Ань.

Гао Ян заявил, что прогонять гостей не нужно — достаточно занять место по центру зала.

Лу Яо достала из холодильной витрины красивую коробочку со сладостями и, распаковывая её, произнесла:

— Я специально приготовила эти десерты для съемок рекламы. Все наши сотрудники рвались сняться в этой сцене.

Как только крышка откинулась, не только Гао Ян со своими операторами, но и гости за соседними столиками не смогли оторвать глаз от содержимого.

Внутри ровными рядами лежали четыре пирожных: светло-желтый монблан, изумрудно-зеленый блинный торт с матчей, нежно-розовый клубничный мусс и тирамису.

Каждое лакомство было крошечным и невероятно изысканным — совершенно иной уровень по сравнению с привычным сливочным печеньем из меню. Один только вид этих десертов поднимал настроение.

Сяо Ци и Жэнь Минь переглянулись и тут же рьяно вскинули руки:

— Хозяйка, позвольте нам сняться и в этой сцене!

Однако стоящие поблизости Бай Мин и Сяо Це разрушили их надежды:

— Послеобеденный чай всегда был привилегией сотрудников. Мы даже вели трансляции на эту тему, так что снимать надо нас.

Сидевший за соседним столиком Ду Чэнь пребывал в унынии с тех самых пор, как провалил отбор в Стражи, но сейчас он не мог отвести взгляда от коробочки в руках девушки.

Заметив расставленные вокруг камеры, бывший Страж Парка быстро сообразил, что к чему. Немного поразмыслив, он тоже решил вмешаться:

— Вы же хотите заснять реакцию посетителей? Думаю, мы отлично подойдем на эту роль.

Хоть он и не до конца понимал замысел хозяйки, одно было ясно наверняка: тот, кто попадет в кадр, получит шанс отведать эту потрясающую красоту.

Ли Шаша и Чэнь Мэйюэ тоже не растерялись и, вскинув руки, затараторили:

— Да-да-да! Мы самые настоящие клиенты, а значит, выдадим самую искреннюю реакцию. Снимайте нас!

Гао Ян погладил подбородок, выдержал задумчивую паузу, а затем повернулся к своим операторам и с нарочитым благородством изрёк:

— Такую тяжелую работу я возьму на себя. А вы двое — марш за камеры.

Сяо Ци и Жэнь Минь вновь промолчали.

«Начальник просто хочет съесть всё в одиночку.»

Лу Яо также потеряла дар речи.

«Разве у меня в руках не обычные пирожные?»

Видя, что из-за нескольких пирожных вот-вот вспыхнет ссора, Лу Яо поспешно вмешалась:

— Вообще-то я купи... то есть приготовила еще несколько коробочек. Хватит на всех.

В обед она специально отлучилась за десертами в ту самую кондитерскую, которую ей посоветовал Ци Чэнь.

Опасаясь испорченных дублей во время съемок, девушка рассудила, что одной порции не хватит. К тому же, вспомнив тоскливый взгляд Сяо Це, она решила взять десерт с запасом.

В последнее время маникюр приносил неплохой доход: почти через день к ней заглядывали по две-три клиентки.

С тех пор как Лу Яо начала подрабатывать мастером, ей частенько приходилось уходить домой пораньше, и сотрудники лавки остались без традиционного послеобеденного чаепития.

Хоть пирожные и стоили недешево, изредка побаловать ими команду было вовсе не в тягость.

Бай Мин и Сяо Це молча отступили с «поля боя», хотя еще секунду назад были готовы вцепиться друг в друга зубами и когтями.

Гао Ян тоже осознал, что потерял лицо. Опустив голову, чтобы собраться с мыслями, он предложил:

— Пусть в кадре будут эти четверо гостей.

Он повернулся к Ли Шаша и остальным, чтобы объяснить задумку. Услышав, что снимается рекламный ролик для закусочной, где нужно будет показать лица, и что крутить его будут в поездах метро по всем районам, Ду Чэнь и Ду Ань согласились без малейших колебаний.

В бытность Стражем Парка Ду Чэнь часто участвовал в играх и уже давно засветился в прямых трансляциях.

В игре раскрывалась истинная суть человека — словно с него срывали все маски.

Позже, в поисках острых ощущений, Ду Чэнь даже заходил в игру без маскировки, так что светиться на камеру он совершенно не боялся.

А Ду Ань просто не смог отказаться, едва завидев в руках Лу Яо коробочки с десертами.

Ли Шаша и Чэнь Мэйюэ немного поколебались, но тоже не устояли перед сладким искушением и дали свое согласие.

Сцена чаепития должна была передать атмосферу неспешного наслаждения. Четверо гостей по-прежнему сидели друг напротив друга, держа под рукой чашечки кофе и предвкушая поданные пирожные.

Ду Ань не сводил глаз с лежащего на столе Монблана.

Светло-желтый десерт, напоминающий клубок ниток, был щедро присыпан нежной сахарной пудрой и увенчан цельным вареным каштаном. Выглядело это так очаровательно, что у юноши аж сердце екнуло.

Он уже видел на трансляции, как сотрудники лавки лакомились им на полдник, и тогда чуть не подавился слюной от зависти, даже не мечтая, что когда-нибудь сам попробует это чудо.

Решение составить компанию брату и развеяться в закусочной оказалось настоящим джекпотом.

Сдерживая нетерпение, Ду Ань взял маленькую серебряную ложечку и отделил кусочек каштанового пюре, обнажив скрытую внутри кремовую начинку.

На мгновение замерев, он аккуратно зачерпнул чуть глубже и отправил в рот каштановую массу вместе со сливками. Плотная текстура и сладкий аромат почти мгновенно растаяли на языке.

Насыщенный, чуть землистый вкус каштана в сочетании с воздушной нежностью сливок создавали поистине божественный ансамбль. Ду Аню показалось, будто его тело потеряло вес. Он прикрыл глаза и слегка запрокинул голову; на душе стало легко и безмятежно, словно он плыл по пушистым облакам.

Ли Шаша еле сдержала улыбку, глядя на столь опьяненного вкусом соседа.

«Подумаешь, десерты, — пронеслось у нее в голове. — Можно подумать, при жизни мы их не ели».

Она понимала, что пирожное наверняка вкусное, но перед камерой следовало держать марку. Как-никак, ролик покажут во всех районах, и ей совсем не хотелось становиться героиней вирусного видео в высоком разрешении, сгорая потом со стыда.

С этими мыслями Ли Шаша зачерпнула немного тирамису. Но не успела она поднести ложку ко рту, как густой аромат кофейного ликера и какао буквально ударил в голову.

Девушка не удержалась — подалась вперед и сделала глубокий вдох.

Горчинка кофе и какао сплелась в невероятно манящий, будоражащий воображение запах.

Сначала на языке растаял верхний слой какао. Едва горечь начала отступать, как в дело вступил бархатистый сырный крем и пропитанное кофейным ликером бисквитное печенье савоярди. Нежная сладость сменялась тающей текстурой, даря неописуемое блаженство.

Глаза Ли Шаша восторженно блеснули. Ноги под стулом сами собой вытянулись, плечи напряглись, а затем медленно расслабились. Слишком вкусно!

Чэнь Мэйюэ достался блинный торт с матчей. Мягкие, тончайшие блинчики были промазаны невесомым кремом и уложены стопкой, скрывая в себе сладкую красную фасоль, а сверху десерт щедро припорошили ярко-зеленой чайной пудрой.

Глубокий, насыщенный вкус чая оказался терпким, но без неприятной горечи. Он идеально сбалансировал сладость крема и фасоли. В паре с кофе этот торт стал бы венцом любого чаепития.

Ду Чэнь лакомился клубничным муссом. На розовом воздушном десерте красовалась шапочка из взбитых сливок, увенчанная крупной алой ягодой.

Клубника брызнула свежим соком, а сам мусс по текстуре напоминал не то желе, не то подтаявшее мороженое. Стоило лишь слегка прижать его языком к небу, как рот наполнился ярким ягодным вкусом. Мужчина медленно откинулся на спинку стула и издал сытый, довольный вздох.

Какое счастье!

Вся четверка настолько погрузилась в гастрономическую эйфорию, что совершенно не замечала повисшей вокруг тишины.

За исключением невозмутимой Лу Яо, остальные присутствующие то и дело рефлекторно сглатывали слюну, а в их глазах читалось почти осязаемое вожделение.

К счастью, съемки этой сцены подошли к концу.

После Лу Яо отвела Ду Чэня с товарищами в сторонку и предложила заплатить им за участие в рекламе.

Но те наотрез отказались и даже, наоборот, поблагодарили хозяйку за поистине идеальный полдник.

Покинув закусочную, на обратном пути Ду Чэнь вдруг обронил:

— Давай переедем в Сектор А.

Ду Ань кивнул, не раздумывая ни секунды.

Ли Шаша и Чэнь Мэйюэ тоже обсуждали переезд.

Они и так жили в Секторе А, но довольно далеко от Девяносто девятого этажа, поэтому теперь девушки решили подыскать жилье поближе.

Проводив гостей, Лу Яо достала свежие пирожные и угостила своих сотрудников, а также Гао Яна с его помощниками.

Чтобы превратить высокомерие и холодность Сяо Ци и Жэнь Минь в искреннее радушие, потребовался ровно один Монблан.

Вспоминая свое поведение по прибытии, оба сгорали от стыда и неловкости.

Могли бы и сами догадаться: заведение, которое произвело столь сильное впечатление на начальника поезда, просто по определению не могло быть заурядной забегаловкой.

Извинившись перед Лу Яо, они наконец смогли со спокойной душой насладиться десертом и кофе. В глубине души они ликовали, мысленно благодаря старших коллег, которые уступили им эту командировку.

Цюань Шэнцзюй, которому достался кусок тирамису, в одиночестве сидел у окна на втором этаже и подолгу смаковал каждый крошечный кусочек.

При жизни он трудился не покладая рук. Жалование было неплохим, но и семья большая.

Нетрудоспособные родители, младшие братья и сестры — все держались лишь на его зарплате. Тратить деньги на подобные деликатесы он просто не мог себе позволить.

Кто бы мог подумать, что он попробует нечто подобное лишь после смерти, оказавшись в этом странном мире.

Сладость с легкой горчинкой — совсем как его былая жизнь.

Вот только в жизни горечи было куда больше. Мужчина надеялся, что теперь всё изменится, и его будущее станет похожим на этот десерт — сладким, лишь с легким оттенком горького кофе.

По окончании чаепития Гао Ян, прихватив с собой несколько порций особого меню от шеф-повара Лу Яо, собрался в Санаторий Сектора Е.

Начальник поезда задумал снять реакцию пациентов: их состояние до и после еды из лавки. Это сработало бы куда убедительнее любой сухой рекламы.

Лу Яо вышла проводить его до дверей и невзначай обронила:

— Вечером мы устраиваем банкет в честь официального вступления в должность нашего шеф-повара. Если хотите, приходите поужинать.

Гао Ян слегка приподнял бровь и без промедления отозвался:

— С удовольствием. А что будет на ужин?

Тон его прозвучал так, будто они были старыми приятелями.

— Острая рыба в масле, — ответила девушка, — ну и немного шашлычков.

Из-за спины Гао Яна тут же вынырнули Сяо Ци и Жэнь Минь. Преданно хлопая глазами, они посмотрели на Лу Яо:

— Хозяйка, мы тоже хотим.

Лу Яо притворно нахмурилась, изображая сомнение:

— Одно дело накормить еще одного гостя, и совсем другое — троих.

— Мы едим совсем мало, честное слово! — жалобно взмолились помощники.

Рассмеявшись, Лу Яо махнула рукой:

— Ладно уж. Начнем примерно в половине седьмого.

Сяо Ци и Жэнь Минь, подхватив начальника поезда под руки с обеих сторон, пулей умчались вниз по лестнице.

Нужно было торопиться, чтобы не опоздать на ужин.

Когда гости разошлись, со второго этажа спустился Ци Чэнь. Он протянул Лу Яо сотканную из иллюзии записку с перечнем каких-то ингредиентов.

— Я бы хотел воспользоваться шумихой вокруг рекламы и запустить в меню несколько новых десертов, — с легким трепетом произнес Ци Чэнь. — Ингредиенты здесь недорогие. Сможешь их достать?

Он знал, что с деньгами у Лу Яо туго. Монеты, добытые Бай Мином и остальными в Парке, до сих пор нетронутыми лежали на кухонной полке.

Но возможность прорекламировать заведение была слишком хороша. Пусть население этого мира и не составляло даже десятой доли от их родного, масштабы всё равно впечатляли.

Выпади такой шанс его парку аттракционов при жизни, он бы от счастья просыпался по ночам со смехом.

Лу Яо, возможно, еще не осознавала, какой потенциал кроется в подобной рекламе, зато он прекрасно всё понимал.

Запуск новинок в период рекламной кампании — это классика маркетинга. Ци Чэнь не желал упускать столь идеальный момент.

К тому же, счастливые лица гостей на втором этаже, вкушавших изысканные десерты, пробудили в нем профессиональную зависть.

Ему тоже хотелось творить кулинарные шедевры, а не ограничиваться простеньким сливочным печеньем.

Лу Яо сама немного увлекалась выпечкой, поэтому, пробежавшись глазами по списку, быстро прикинула расходы.

— Купить можно, — кивнула она, — но готовить придется в ограниченных количествах.

Словно первоклашка, которому родители разрешили купить желанную игрушку, Ци Чэнь на секунду замер, не веря своим ушам, а затем радостно воскликнул:

— Отлично!

Съемки в Санатории прошли как по маслу. Выслушав идею начальника поезда, Шуй Нинхуа с готовностью пошла ему навстречу.

Как только они получили согласие пациентов на съемку, весь процесс пошел на удивление гладко — словно шелк.

Завершив работу, Гао Ян с помощниками вернулись в лавку на праздничный ужин.

Глубокой ночью, держась за набитые животы, они спустились на первый этаж и сразу же отправились в офис, чтобы приступить к ночному монтажу.

Отведав вечером персональной стряпни Лу Яо, Сяо Ци и Жэнь Минь преисполнились к ней глубочайшим почтением. Отныне эта девушка стала для них чуть ли не божеством-кормильцем.

Искренне желая поскорее выпустить ролик в свет, троица провела в офисе трое суток без сна и отдыха, пока финальная версия не была готова.

Сяо Ци отнес один экземпляр в закусочную, а остальные копии разослали по всем поездам во всех районах.

Спустя три дня первая в истории Страны Снов видеореклама с помпой стартовала на всех маршрутах метро Тринадцати районов.

Мо Чэн и Юй Цай руководили крошечной компанией под названием «Агентство прокрастинации».

Их основная деятельность заключалась в том, чтобы каждый день собираться в одно и то же время, бить баклуши и витать в облаках. Периодически они приглашали клиентов с ранней стадией Синдрома потери души присоединиться к их праздному времяпрепровождению, чтобы снять стресс и облегчить симптомы болезни.

Для имитации полноценной рабочей рутины они специально арендовали офис в самом центре Сектора D. Каждое утро в половине девятого партнеры ехали на метро «на работу», убивали в офисе время, а в пять часов вечера ровно по звонку собирались домой.

Поначалу у них и впрямь возникало ощущение, будто они ходят на службу: ранние подъемы, поздние возвращения, усталость, но и чувство выполненного долга.

Но спустя несколько месяцев сотрудники начали увольняться.

От былых масштабов, когда в штате числилось почти сто человек, теперь не осталось и двадцати.

И что самое страшное — Мо Чэну и Юй Цай тоже стало смертельно скучно.

Темы для бесед в коллективе повторялись по кругу бессчетное количество раз, а все доступные игры давно приелись.

Даже ежедневные поездки в метро из-за однообразных видов за окном слились в сплошной серый поток.

Когда-то запуск поездов произвел фурор. Толпы людей сутками стояли в очередях, чтобы хоть разок прокатиться, готовые сплющиться в лепешку в переполненных вагонах.

Счастливчики, пробившиеся внутрь, светились от радости. Съездить в другой район казалось диковинным и увлекательным приключением, о котором потом можно было часами хвастаться друзьям.

Теперь же большинство пассажиров угрюмо молчали, изнывая от тоски.

В бесконечном потоке времени всё слишком быстро теряет свои краски.

Двери вагона открылись. Юй Цай и Мо Чэн вошли внутрь и, как обычно, заняли свободные места.

Поскольку это была конечная станция, вагон оказался совершенно пустым.

Едва сев, Юй Цай привычно приготовилась уйти в свои мысли. Вдруг её взгляд зацепился за яркое пятно на стене. Девушка подняла глаза и удивленно замерла.

Стены вагона оклеили новыми обоями: на берегу тихой лазурной реки раскинули ветви деревья, усыпанные розовыми цветами. От пейзажа веяло настоящим весенним теплом.

Настроение Юй Цай немного улучшилось.

В этом мире не существовало смены времен года — ни весны, ни осени, одна сплошная монотонность.

Поезд тронулся. Многие пассажиры тут же скрестили руки на груди, готовясь вздремнуть.

Внезапно небольшие экраны по обеим сторонам вагона вспыхнули.

«Что это еще такое?»

«Какая-то трансляция?»

В глазах пассажиров читалось недоумение.

Мониторы в поездах ни разу не подавали признаков жизни, так что все давно считали их просто элементом декора.

После короткого синего свечения на экранах появилось изображение.

Юй Цай просто из любопытства уставилась на монитор, гадая про себя: неужели Парк заключил контракт с начальником поезда и теперь крутит свои стримы прямо в вагонах?

Если так, то, пожалуй, она откажется от поездок в метро.

Юй Цай претили слишком жестокие забавы Парка.

Прошла минута настороженного наблюдения. Юй Цай невольно выпрямила спину. Она не могла оторвать взгляд от крохотного экрана. Это оказалось... кулинарное шоу!

Окружающие реагировали примерно так же. Некоторые возбудились куда сильнее девушки: шумно сглатывали слюну, нетерпеливо притопывали ногами и засыпали своих спутников вопросами:

— Они что, едят?! Где это?! В игре или по-настоящему?! Нам туда можно?!

— Откуда мне знать?! Уйди, не загораживай экран! — отмахивались те.

Тем временем на экране двое молодых людей расправились с едой на столе. Девушка в очках вдруг прильнула к окну и восторженно воскликнула:

— Что с этим окном? Эти цветы... они настоящие? Кажется, они вот-вот распустятся!

В следующую секунду пассажиры увидели то же, что и героиня ролика.

Безмятежные воды спокойной реки. Берега, утопающие в цветущих деревьях, от обилия которых всё вокруг казалось розовым.

Камера плавно отъехала, переместив фокус на подоконник, где выстроилась вереница пухлых крошечных суккулентов.

— Какая прелесть! — восхищенно выдохнул парень на видео.

Сердце Юй Цай екнуло. В вагоне тоже поднялся гомон. Пейзаж за окном в видеоролике один в один совпадал с новыми обоями в метро! Вот только на экране он выглядел в сотни раз прекраснее.

Десятки людей мучились вопросом: что это за место? Игра? Или оно существует на самом деле?

В этот момент кадр сменился.

Снова знакомое окно. Двое парней и две девушки сидели за одним столом. Судя по выражениям лиц, они были едва знакомы — словно случайные попутчики.

Подошел официант и поставил перед ними четыре чашки с напитком, подозрительно напоминающим кофе, и четыре невообразимо изысканных десерта.

...

— Твою ж мать! Что это за место?! Это игра? Какой Парк?! Я прямо сейчас туда рвану!

— Черт возьми, как же хочется попробовать! Этот тирамису просто с ума сводит!

— А как там клубника лопается на зубах... Всё, я больше не могу!!!

Поезд остановился на станции. В вагон хлынула толпа новых пассажиров, и все они как по команде прилипли к светящимся мониторам.

Тем временем четверка в рекламе доела сладости, и кадр снова сменился.

Теперь какой-то человек, взяв еду навынос в этой загадочной лавке, отправился в Санаторий навестить друга, страдающего Синдромом потери души.

Глаза больного были абсолютно пусты. Даже через экран ощущалась его мертвенная апатия — казалось, бедняга вот-вот испустит дух.

Сиделка передала ему контейнер с едой. Взгляд пациента едва заметно дрогнул. Он взял порцию, съел кусочек, и в его глазах мгновенно вспыхнула искра жизни. А потом он начал жадно поглощать еду — кусок за куском.

Еда стремительно исчезала, а вместе с ней таяла и тень смерти на лице больного.

В самом конце ролика он, сжимая в руках пустой контейнер, без конца повторял:

— Есть еще? Больше не осталось? Правда?

Вдруг кто-то в вагоне выкрикнул:

— Кажется, я понял, где это!

Но на него никто не обратил внимания. Десятки глаз были намертво прикованы к экрану.

В последней сцене показали лавку издалека, а в правом верхнем углу плавно всплыли золотые буквы: «Поздравляем! Вы нашли Маленькую столовую на краю света».

«Маленькая столовая на краю света?»

«Где же это находится? Хоть бы адрес оставили!»

Пассажиры поезда чувствовали себя так, словно посмотрели три серии детектива подряд и теперь, на самом пике напряжения, затаив дыхание ждали развязки.

Щёлк — началась реклама.

Кто-то повернулся к парню, который недавно подавал голос:

— Ты говорил, что знаешь это заведение. Где оно?

Многие не отрывали взглядов от экранов, но всё же прислушались к ответу.

— Скорее всего, это та самая закусочная в Секторе А, рядом с Парком на девяносто девятом этаже, — отозвался юноша.

— Закусочная?

— И там правда можно есть? Прямо как те люди на видео?

Юноша почесал затылок и нахмурился.

— Понятия не имею. Это место безумно популярно. Мы с друзьями ходили туда уже несколько раз, но всё всегда было распродано, и заведение закрывалось. Сегодня как раз собирались попытаться снова. Кто же знал, что в поезде запустят их рекламу?

«Надо же, они договорились о сотрудничестве с самим Начальником поезда! — пронеслось в голове юноши. — Туда и так было не пробиться, а теперь, наверное, вообще без шансов».

Чем больше он об этом думал, тем сильнее расстраивался.

По толпе пассажиров прокатилась волна волнения.

— Девяносто девятый этаж, говорите? Может, съездим, посмотрим?

— А вдруг это обманка?

— Я точно поеду! Я хочу нормальной еды!

— Тот последний фрагмент… это правда? Еда из этой лавки может исцелить Синдром потери души?

— Разве это не неизлечимая болезнь? Даже Парк бессилен.

— Тогда как объяснить реакцию того больного на видео?

Никто даже не заикался о том, что это могли быть нанятые актёры. Сыграть истощение Духовной силы и состояние на грани гибели души было попросту невозможно.

Юй Цай и Мо Чэн переглянулись. Обоих увиденное задело за живое.

«Какая интересная закусочная. Нужно обязательно туда наведаться!»

Пока обсуждения в вагоне становились всё жарче, на небольших экранах внезапно сменилась картинка. На самом верху загорелись два крупных красных слова: «Сцена после титров».

А чуть ниже виднелась приписка мелким шрифтом: «Мы напросились на обед для персонала. Видео вышло длинным, но если вам не понравится — можете кинуть в меня камнем~».

Самодовольство автора так и сочилось сквозь экран.

В следующую секунду в кадре появилось утончённое и красивое лицо Гао Яна.

— Начальник поезда?! Он тоже собрался туда поесть?

— Сам Начальник поезда снялся в рекламе… Какой размах!

В своё время появление этих поездов вызвало в мире колоссальный резонанс, ничуть не уступающий нынешней шумихе вокруг закусочной.

Гао Ян был невероятно известен в Стране Снов, где его прозвали «Отцом поездов».

Двери лифта разъехались в стороны. Гао Ян вышел первым, а камера вновь запечатлела стоящее впереди заведение.

Объектив медленно приблизился, и зрители наконец смогли рассмотреть его во всей красе — это было светлое двухэтажное здание, выкрашенное в свежие, приятные глазу тона.

Оно выделялось на фоне окружающего пейзажа, словно яркая лодочка, покачивающаяся на волнах серого океана.

Над дверью висела огромная синяя вывеска, на которой белели слова: «Закусочная Лу Яо».

Дело близилось к вечеру, и двери лавки были плотно закрыты.

Гао Ян подошёл и постучал. Створка приоткрылась, и на пороге показался юноша с фиолетовыми волосами.

— А вы рано, — заметил он.

Заметив позади гостя съёмочное оборудование, парень слегка нахмурился:

— Зачем вам камеры? Будете снимать, как мы едим?

— Хочу запечатлеть нашу с хозяйкой дружбу, — ответил Гао Ян. — Нельзя?

— Погодите. Я спрошу.

Пассажирам показалось это забавным — великий Начальник поезда и впрямь послушно остался ждать на пороге.

Спустя мгновение Сяо Це появился снова и распахнул дверь настежь.

— Хозяйка ещё занята. Присаживайтесь, где удобно.

Гао Ян вошёл внутрь и прямиком направился к кухне. Камера, следуя за его взглядом, показала всё внутреннее убранство закусочной.

На кухне Лу Яо нарезала рыбу, а Цюань Шэнцзюй помогал ей рядом.

Поскольку людей собралось много, девушка купила трёх крупных белых амуров.

Ещё на рынке радушный торговец помог выпотрошить их и удалить кости, поэтому по возвращении оставалось лишь нарезать филе.

Бай Мин, Синцзы, Ци Чэнь и закрывший за гостями дверь Сяо Це выстроились в ряд и с любопытством заглядывали в раздаточное окно.

Гао Ян подошёл к ним, молча пополнив ряды зрителей, и устремил взгляд на движения хозяйки.

Камера плавно повернулась, сфокусировавшись на руках Лу Яо.

Её кожа была белой, словно нефрит — через объектив можно было даже разглядеть бледно-голубые венки. Несмотря на тонкие и изящные пальцы, она орудовала ножом быстро и невероятно точно. Вскоре огромная белая фарфоровая миска доверху наполнилась ровными, одинаковыми по толщине ломтиками рыбы.

Нарезанное филе она промыла в пиве с солью, чтобы убрать рыбный запах и сделать мясо более нежным.

Слив лишнюю жидкость, девушка добавила щепотку соли, немного крахмала и яичный белок, после чего тщательно перемешала всё руками и отставила в сторону.

Лу Яо двигалась быстро и плавно: разогрела в воке масло, обжарила рыбьи кости, сварила бульон, процедила его от осадка, опустила туда кусочки филе и тут же вытащила их обратно — всё на одном дыхании.

На дно глиняного горшка были заранее выложены бланшированные ростки сои и побеги спаржевого салата. Сверху легли кусочки рыбы, а затем — измельчённый чеснок, сушёный перец чили и два вида сычуаньского перца, зелёный и красный.

Кроме того, Лу Яо достала из холодильника вакуумный пакет со свежим зелёным перцем.

Стоило вскрыть упаковку с круглыми зеленоватыми горошинами, как по кухне поплыл свежий, слегка терпкий аромат.

Отсыпав половину, она промыла горошины и тоже высыпала их на рыбу, после чего щедро полила всё раскалённым маслом.

Пш-ш-ш!

Когда белый пар рассеялся, в чёрном глиняном горшке всё ещё клокотало масло. Ярко-красный чили и изумрудные горошины перца выгодно подчеркивали снежную белизну слегка свернувшихся рыбных ломтиков. Свирепый, обжигающий аромат казался почти осязаемым.

Лу Яо небрежно бросила сверху щедрую горсть зелёного лука, кинзы и жареного кунжута, а затем пододвинула горшок к раздаточному окну:

— Кипящая рыба готова. Налетай.

В вагоне то и дело раздавались громкие сглатывания. Эта рыба выглядела до одурения вкусно.

Еда в этом месте явно не была иллюзией. Казалось, всё готовилось из самых настоящих, первосортных ингредиентов.

А насколько ловко управлялась хозяйка! Одно только наблюдение за процессом готовки уже доставляло удовольствие.

Четыре длинных стола сдвинули вместе, чтобы получился один огромный. Внушительный котелок с кипящей рыбой занял лишь скромный угол, тогда как в самом центре красовался электрический гриль. Вокруг него теснились тарелки с вымытыми и подготовленными для жарки продуктами: свежими креветками, говядиной, жирной грудинкой…

Мало им было рыбы, они ещё и барбекю собрались устроить!

Неслыханная роскошь!

За окном мерцали звёзды, а в зале закусочной все дружно расселись вокруг стола.

Гао Ян первым подцепил палочками ломтик рыбы. Мясо оказалось настолько нежным, что таяло, стоило лишь прижать его к нёбу. Яркий вкус мгновенно наполнил рот, переплетаясь с ароматом обжаренного в масле перца. Язык слегка покалывало от остроты — ощущения были потрясающими.

Сяо Ци и Жэнь Минь ели так, словно не могли остановиться, подкладывая в свои пиалы кусок за куском.

Филе вышло просто божественным. Несмотря на обилие специй, щедрую порцию масла и жгучую остроту, они ничуть не перебивали первозданный вкус рыбы. Она оставалась упругой, сочной и невероятно ароматной.

Работники закусочной вели себя чуть сдержаннее троих гостей, но скорость, с которой они сметали еду, нисколько им не уступала.

Если поначалу за столом ещё звучали вежливые фразы, то вскоре их полностью вытеснили звон посуды и довольное чавканье.

Ингредиенты на гриле исчезали партия за партией, да и огромный котелок с рыбой постепенно пустел.

…

Видео после титров и впрямь оказалось длинным — оно длилось около получаса.

В самом конце Начальник поезда и двое его коллег выползли из лавки, держась за стены. Их уши и глаза покраснели.

В разгар пиршества компания настолько вошла во вкус, что даже откупорила бутылку спиртного.

На последнем кадре, наконец, высветились название и адрес закусочной.

Пассажиры: «…»

В вагоне повисла тишина. Казалось, увиденное никого не впечатлило.

Это странное безмолвие продлилось несколько минут, пока поезд внезапно не прибыл на станцию.

Остановка была пересадочной: отсюда отходили две линии. Одна вела в Сектор А, другая — в соседний Сектор С.

Как только двери открылись, пассажиры словно очнулись ото сна и безумной толпой ломанулись к выходу.

— Разойдитесь! Мне нужно выйти!

— Я пересаживаюсь до Сектора А! Мне нужно в закусочную на Девяносто девятом этаже!

— Хватит толкаться! Я тоже выхожу!

Мо Чэну и Юй Цай с трудом удалось протиснуться наружу, но они тут же застряли на выходе с платформы, не в силах сделать и шага.

Обычно в это время суток на станции не бывало таких столпотворений. Но сейчас у всех на уме была одна-единственная цель — Закусочная Лу Яо на Девяносто девятом этаже в Секторе А.

В остальных районах творилось примерно то же самое, что и в Секторе D. Каждый, кто увидел рекламу в поезде, сгорал от любопытства и жаждал немедленно посетить это заведение.

Район K.

Места, где не было открытых Парков, зависели от поездов куда сильнее прочих. Поэтому и людей, катающихся на них ради развлечения, здесь было в разы больше.

Утром, когда на стенах вагонов внезапно загорелись небольшие экраны, они мгновенно привлекли к себе внимание всех присутствующих.

Мэн Цинь сидел на месте у дверей. Опершись локтем о подлокотник и сдвинув брови, он неотрывно смотрел на трансляцию.

Сяо Ци и Жэнь Минь, поедающие вкусности, весенний пейзаж за окном, четвёрка гостей на втором этаже, неспешно наслаждающаяся чаепитием… Эти свежие, яркие кадры вызвали бурную реакцию среди пассажиров, однако Мэн Цинь лишь молча и неподвижно наблюдал.

Только когда дело дошло до сцены, где больной Синдромом потери души пробует стряпню из лавки, вялость в глазах Мэн Циня бесследно испарилась. Он незаметно выпрямился.

«Еда из этого места может исцелить Синдром потери души?»

Сигнал прямых трансляций сюда не доходил. А поскольку в Районе K не было ни Парка, ни кинотеатра, по сравнению с другими зонами он находился практически в полной изоляции, из-за чего новости добирались сюда с огромным трудом.

Большинство пассажиров, досмотрев рекламу, выглядели озадаченными: они так и не поняли, был ли это стрим из какой-то игры, или подобная закусочная существовала на самом деле.

Но когда закончилась сцена после титров, до них внезапно дошло. Почти все разом решили перестроить маршрут и отправиться в Сектор А.

Ещё до того, как станцию метро окончательно парализовало, Мэн Цинь поспешно вышел из вагона и двинулся в противоположном направлении — в Район J.

В Районе J дела обстояли ничуть не лучше, чем в Районе K. Из-за огромного количества желающих сменить ветку все платформы были забиты под завязку.

Благо, нужное ему место находилось неподалёку. Целью Мэн Циня был единственный в Районе J Парк.

Этот Парк был открыт только для пациентов с Синдромом потери души, но допускал посещение родственниками.

Зарегистрировавшись на входе, Мэн Цинь шагнул на территорию Парка.

Сначала он обыскал сам Парк, но, не найдя нужного человека, направился в кинотеатр напротив.

Обойдя оба здания сверху донизу и так никого и не обнаружив, он растерянно замер посреди пустой площади. Лицо его исказилось от боли и отчаяния.

— Мэн Цинь, ты что здесь делаешь?

За спиной раздался мягкий женский голос. Мэн Цинь резко обернулся и, увидев говорившую, с облегчением выдохнул:

— Нин Юнь, ты здесь…

«Я нигде не мог тебя найти. Подумал было, что ты уже…»

Нин Юнь неспешно подошла ближе:

— Я загорала на крыше. Почему ты вдруг приехал?

Мэн Цинь не ответил прямо, а лишь спросил:

— Тебе стало хоть немного лучше?

С лёгкой улыбкой на губах девушка медленно покачала головой.

Она была очень худой, но её улыбка оставалась прекрасной.

Совсем как… как тот ряд маленьких суккулентов, что он только что видел в рекламе поезда — стойкая и очаровательная.

— Игры с низким уровнем сложности не помогают, а высокую сложность я не выдерживаю — как только захожу, начинает тошнить, — призналась Нин Юнь. — Я смотрела много стримов, но всё без толку.

Ей тоже хотелось поправиться, хотелось всегда быть рядом с ним, но эту болезнь вылечить было невозможно.

Пока что у неё проявлялись лишь лёгкие симптомы, но вскоре недуг поглотит её без остатка.

Мэн Цинь шагнул вперёд и сжал её руку:

— Раз не можешь, больше не заставляй себя. Я нашёл место, где тебе помогут поправиться без всяких Парков. Пойдём со мной.

Нин Юнь опешила и удержала его на месте:

— Разве такие места существуют? Это какойто Санаторий?

Мэн Цинь покачал головой, снедаемый желанием поскорее увести её отсюда:

— Приедем — узнаешь. Но нам нужно поторопиться, туда сейчас направляется уйма людей.

Выведя Нин Юнь из Парка, мужчина выгнал из ближайшего склада чёрный седан, усадил девушку внутрь и на всех парах помчался в Сектор А.

Автомобиль Мэн Цинь сотворил сам. В этом мире путешествовать на поездах было куда удобнее, поэтому за руль он садился редко.

Но сегодня был особый случай. Станции метро давно забились до отказа, и, чтобы как можно скорее доставить Нин Юнь в закусочную, он решил поехать на машине.

Сейчас он как никогда радовался тому, что, отправляя Нин Юнь в Парк, заранее приобрёл поблизости новое жильё, да ещё и обзавёлся собственным транспортом.

Посмотрев присланный заранее рекламный ролик, Лу Яо пришла лишь к одному выводу: никакого мастерства, сплошные эмоции.

На всё — от утверждения концепции до съёмок и релиза — ушла ровно неделя. Три дня на монтаж, три на запуск, а сами съёмки заняли от силы полдня.

В её родном мире подобное было бы попросту невозможно.

Видео получилось длинным. При монтаже вырезали лишь самые затянутые и скучные моменты, оставив яркие кадры того, как все с аппетитом уплетают еду.

Строго говоря, это походило не на рекламу, а на видеоблог, в котором друзья делятся моментами своей беззаботной жизни: едят, пьют и веселятся.

Впрочем, Синцзы, Сяо Це и Цюань Шэнцзюю ролик безумно понравился. Во время перерывов эта троица собиралась на кухне и пересматривала его раз за разом.

На следующий день в Закусочную Лу Яо заглянули Ли Шаша и Чэнь Мэйюэ. Лу Яо показала им видео, и девушки пришли в полнейший восторг. Они заказали кофе и, уютно устроившись рядышком, просидели за просмотром целую половину дня, а уходя, даже попросили копию ролика себе.

Изначально Лу Яо немного волновалась, но, увидев их искреннюю реакцию, наконец-то успокоилась.

В день полномасштабного запуска рекламы ингредиентов заготовили в три раза больше обычного, да и сотрудники пришли пораньше.

Лу Яо ожидала наплыва посетителей, но, распахнув двери и увидев темную толпу, заполонившую площадь, всё же вздрогнула и отступила на шаг.

Дежурившие у входа люди тут же повернули головы на звук открывающейся двери.

— Открылось! Хозяйка, я хочу сделать заказ! — тут же во всё горло завопил кто-то из толпы.

Лу Яо привычным движением достала из-за двери огромную вывеску, созданную с помощью иллюзии, и повесила её на входе. На ней были расписаны правила очереди и заказа.

Не лезть без очереди, не больше трёх порций в одни руки, можно поесть внутри или взять навынос.

У дверей стоял невообразимый гвалт.

На улицу вышел Бай Мин. Он велел Лу Яо отправляться на кухню, взяв встречу гостей на себя. При виде него возбужденная толпа мигом притихла и послушно выстроилась в очередь.

Первые вошедшие клиенты, сделав заказ, сразу же занимали места у окон и завороженно смотрели на улицу.

За прошедшую неделю деревья пышно расцвели. Цветочные гроздья тянулись на многие мили, словно розовая звездная река, раскинувшаяся вдоль изумрудного берега.

Сяо Це разносил еду. Один из посетителей, указав на маленький суккулент на подоконнике, с надеждой спросил:

— А можно купить у вас этот горшочек? Он такой пухленький и милый.

— Это маленькое растение создано хозяйкой с помощью иллюзии, оно не продается, — ответил Сяо Це.

Глаза гостя округлились. На его лице ясно читалось: «Ты издеваешься?».

— Да как такое можно сотворить из иллюзии?

Сяо Це опустил поднос на стол, обнажив ряд мелких острых зубов:

— Это действительно создала наша хозяйка. Ваш заказ, приятного аппетита.

Посетитель невольно содрогнулся и не посмел задавать лишних вопросов, хотя в душе у него затаилось легкое возмущение.

Однако, стоило ему отведать шкварчащие, исходящие маслом адские невероятно острые жареные крылышки, маленькие вонтоны с тонким тестом и щедрой начинкой, а также горячие рисовые шарики в сладком вине, как от недовольства не осталось и следа.

Это заведение просто потрясающее, а еда — божественна!

Реклама в поездах произвела эффект разорвавшейся бомбы. Благо, лавка подготовилась основательно, а все работники трудились не покладая рук. К полудню ингредиенты для первого этажа были полностью распроданы, и всё прошло без сучка без задоринки.

Мэн Цинь, крепко сжимая руку Нин Юнь, с тревогой подсчитывал, сколько человек осталось перед ними.

На первом этаже уже висела табличка о закрытии на перерыв. Внутри находилось несколько сотрудников, чья духовная сила не уступала мощи Стражей, так что никто не смел устраивать беспорядки.

Работала лишь кофейня на втором этаже, и Мэн Цинь боялся, что их очередь так и не подойдёт.

Один, два, три... Осталось всего три человека.

Наконец, стоявшие впереди зашли внутрь. Мэн Цинь с облегчением выдохнул — скоро их черед.

Если только удастся поесть в этом заведении, синдром потери души у Нин Юнь пройдет.

Внезапно на лестнице показался Сяо Це:

— Сестрица Синцзы, десерты почти закончились, второму этажу тоже пора закрываться.

Мэн Цинь побледнел и шагнул вперед:

— Мы еще можем войти? Моя девушка больна, она просто хочет немного поесть. Подойдет что угодно!

Синцзы повернулась к Сяо Це, тот в замешательстве замялся.

Заготовленные сладости были распроданы, на кухне оставалось лишь несколько порций новинок, отложенных для персонала.

Ци Чэнь только вчера ночью вывел идеальные пропорции для нового десерта. Пока его пробовала лишь Лу Яо, а остальные работники еще даже не успели оценить.

Лу Яо, составлявшая накладную на кухне первого этажа, услышала голоса, выглянула и громко сказала:

— Впустите их, а после закрываемся.

Мэн Цинь с благодарностью посмотрел на хозяйку и повел Нин Юнь наверх.

Сделав заказ поставщикам по телефону, Лу Яо вышла из кухни:

— Влюбленная пара... Впервые такое здесь вижу.

Синцзы кивнула:

— И правда, большая редкость. Местные в большинстве своем равнодушны, мало кто способен на чувства. Но... мне вот очень нравится наша хозяйка.

Увидев поднимающихся гостей, Ци Чэнь нахмурился и посмотрел на Сяо Це:

— В чем дело?

— Хозяйка разрешила им войти, — невинно отозвался юноша.

— Значит, отдашь им свой десерт.

Сяо Це замер, словно пораженный громом:

— ...За что? Неужели нельзя приготовить еще порцию?

— Ингредиентов нет, — отрезал Ци Чэнь.

Перебросившись парой слов с Синцзы, Лу Яо поднялась на второй этаж как раз в тот момент, когда Ци Чэнь отчитывал Сяо Це. Довольно необычное зрелище.

Оказывается, Ци Чэнь больше не боится этого паренька.

Она похлопала сокрушенно обхватившего голову Сяо Це по плечу и сказала шеф-повару:

— Отдай мою порцию. Я ела вчера вечером, это было очень вкусно.

— Обожаю хозяйку! — Сяо Це бросился обнимать Лу Яо.

Ци Чэнь лишь покачал головой и повернулся к гостям.

На втором этаже оставалось всего несколько занятых столиков. Мэн Цинь и Нин Юнь устроились у окна.

Зная, что заведение вот-вот закроется, они не выбирали по меню, а просто ждали, что им принесут.

Вскоре перед ними поставили порцию сливочных профитролей, сливочно-кофейный пудинг и два латте с кокосовым молоком.

Лицо Нин Юнь озарилось восторгом. Она прикоснулась пальцем к стеклу стакана и почувствовала холод:

— Вау, какой ледяной! Это просто чудесно!

Она-то думала, что им подадут какие-нибудь объедки, но перед ней лежали два пышных профитроля и кофейный пудинг, вздрагивающий от малейшего прикосновения ложечки, украшенный по краям взбитыми сливками. Всё выглядело куда лучше, чем она ожидала.

Мэн Цинь же ощущал легкое беспокойство. Десерты смотрелись аппетитно, но это совсем не походило на ту еду, которую ел больной в рекламе.

Ему хотелось, чтобы Нин Юнь отведала горячей пищи — возможно, исцеляющий эффект был бы сильнее. Оставалось винить лишь себя за опоздание.

Нин Юнь взяла профитроль. Светло-коричневое заварное тесто оказалось таким нежным, что при малейшем нажатии разошлось, выпуская наружу легкий, шелковистый крем. Девушка откусила кусочек и, прищурившись, посмотрела на Мэн Циня:

— Как сладко!

Оболочка профитроля была мягкой и чуть упругой, а воздушная кремовая начинка — не приторной. К её удивлению, внутри скрывались крупные кусочки ананаса, пропитанные сладким сиропом, с плотной мякотью и сочным вкусом. Переход от пресного теста к нежному крему, а затем к взрывающимся сладостью фруктам создавал восхитительную гармонию текстур.

Съев половину, Нин Юнь заметила, что Мэн Цинь даже не притронулся к своей порции. Она придвинула к нему тарелку с оставшимся профитролем и поторопила:

— Попробуй, это безумно вкусно!

— Раз вкусно, ешь сама, — Мэн Цинь отодвинул тарелку обратно.

Нин Юнь в три укуса прикончила пирожное, слизала с пальцев капельки крема и, проигнорировав жест спутника, взяла серебряную ложечку. Она зачерпнула кофейный пудинг — темно-коричневое полупрозрачное желе, укрытое белоснежными, как облако, сливками — и протянула ему:

— А-а...

— ...

Мэн Цинь потерял дар речи. После недолгого молчания он сдался под её упрямым взглядом и послушно открыл рот.

Сначала на языке растаяли сливки, затем раскрылась глубокая кофейная горечь. Невесомая текстура крема и упругое желе неожиданно идеально дополнили друг друга. Слияние горечи и сладости достигло неописуемого баланса. Мэн Цинь удивленно приподнял брови — это и впрямь было восхитительно.

Нин Юнь тут же попробовала сама. Подперев щеку рукой и забавно болтая ножками, она зажмурилась от удовольствия:

— Это тоже очень-очень вкусно!

Хмурое выражение лица Мэн Циня наконец-то смягчилось. Это действительно работало: мрачная аура, окутывавшая Нин Юнь, рассеялась.

Доев пудинг, он взял оставшийся сливочный профитроль, разломил его пополам и протянул девушке половину. В его глазах мелькнул теплый свет:

— Половина тебе, половина мне.

Взяв угощение, Нин Юнь обнаружила внутри кусочки клубники, отчего её радость лишь удвоилась.

Они оказались последними посетителями. Доев десерты, пара еще долго сидела за столиком, потягивая латте.

Когда пришло время расплачиваться, Нин Юнь заметила Лу Яо за барной стойкой:

— Вы хозяйка?

Лу Яо поднялась:

— Да, здравствуйте. Меня зовут Лу Яо.

— Скажите, если я захочу приобрести такие же цветы, как на улице, вы сможете мне помочь? — указав за окно, спросила девушка.

— ...Прошу прощения, но эти цветы — всего лишь мираж, созданный иллюзией.

Нин Юнь улыбнулась:

— Вот оно как. Десерты были восхитительны, и вид из окна прекрасен. Мы обязательно придем еще.

Лу Яо тихонько вздохнула. В последнее время всё больше гостей расспрашивали о цветущих деревьях за окном, и отговорка про «мастера иллюзий» начинала трещать по швам.

Ей казалось, что местные жители уже о чем-то догадываются.

«Слава о Закусочной Лу Яо разнеслась по всем Тринадцати районам Страны Снов. Поздравляем, вы получили достижение «Широкая известность»!»

«Открыто финальное задание! Приглашение для Бога-Демона отправлено в ваш инвентарь. Пожалуйста, завершите задание в течение семи дней!»

«!!!»

Финальное задание получено.

Вот только что за «Приглашение для Бога-Демона»?

Лу Яо немедленно проверила склад. И правда, в одной из ячеек, сразу за летающим дроном для трансляций, лежал новый предмет — черное приглашение с золотыми буквами.

Она извлекла его. На обложке значилось: «Лично в руки Господину Богу-Демону». Открыть конверт и прочитать содержимое было невозможно.

Выходит, первый шаг задания — передать это письмо адресату?

Лу Яо мысленно обратилась к Системе:

— И что будет, если я не уложусь в семь дней?

«Жизнь хозяйки подойдет к концу».

— ...

Снова эти угрозы. Система с самого начала заставляла её открыть заведение подобными методами.

Ежедневные предупреждения о смерти, и это вовсе не шутки.

— Поняла. Есть какие-нибудь подсказки насчет этого Бога-Демона?

«Бог-Демон — первоисточник существования этого мира. Вы должны найти Его, выполнить задание и получить Его признание, чтобы открыть путь в следующий мир».

— ...Ясно.

Найти божество за неделю, да еще и выполнить задание... Времени катастрофически не хватало.

«Хозяйка, возникла проблема».

— ???

Вот это новости. У Системы тоже бывают проблемы?

«Время переполнило хранилище».

Услышав это, Лу Яо заглянула на склад. В первой ячейке хранился доход от лавки в этом мире — время.

По правилам, в каждом слоте помещалось ровно две тысячи одинаковых предметов. Сейчас первая ячейка была заполнена до отказа, а единицей измерения служили «годы».

— ...А нельзя занять вторую ячейку? — поразилась Лу Яо.

Сколько же она продала, раз накопила две тысячи лет?

«Приношу извинения, но «время» — крайне специфическая валюта. Даже Система не может распоряжаться им по своему усмотрению».

— Тогда почему жители Страны Снов могут распоряжаться своей продолжительностью жизни?

«Попав сюда, они получили дар Бога-Демона».

Дар Бога-Демона?

Видимо, речь о способности свободно управлять отпущенными годами.

Оказывается, помимо магии иллюзий здесь существует столь могущественная сила.

Возможно, отыскав божество, она тоже ею овладеет.

— Есть ли другой способ сохранить это время, пока я Его не найду?

«Система может единовременно перевести накопленное на складе время в продолжительность жизни хозяйки. Функция доступна раз в месяц».

— ...

Ну вот, проблема решена.

Правда, мысль о том, что её жизнь внезапно продлится на две тысячи лет, казалась абсурдной.

Время — штука эфемерная, Лу Яо совершенно не ощущала его материальности, зато ей стало искренне жаль свой кошелек.

Две тысячи лет... Неудивительно, что он так похудел.

После того как Система выполнила операцию, ячейка освободилась, и лавка снова могла получать прибыль.

Пока Лу Яо общалась с Системой, работники быстро привели зал в порядок и теперь болтали на кухне.

— Вы сегодня славно потрудились, идите отдыхать, — Лу Яо достала из шкафчика несколько коробок для бенто, созданных с помощью иллюзии. — Я заранее приготовила ужин, возьмите с собой.

— Хозяйка, вы приготовили для нас бенто?! — ахнул Сяо Це.

Остальные выглядели не менее потрясенными. Вчера Лу Яо весь день хлопотала в лавке, вместе с ними подготавливая ингредиенты для сегодняшних продаж. Никто и представить не мог, когда она успела выкроить минутку на готовку.

— Сделала глубокой ночью. Ничего особенного, просто чтобы перекусить, — отмахнулась она.

— Хозяйка-а-а! — Синцзы с разбегу бросилась ей на шею.

Пошутив с ребятами и раздав бенто, Лу Яо отпустила всех домой.

Бай Мин уходил последним, и Лу Яо окликнула его.

— Бай Мин, постой-ка.

Юноша остановился и обернулся:

— М?

— Тебе что-нибудь известно о Боге-Демоне?

Он кивнул:

— Да.

Лу Яо обрадовалась. На Бай Мина всегда можно положиться, он знает абсолютно всё. Она шагнула к нему:

— А где Он находится, знаешь?

Бай Мин покачал головой:

— Мы существуем здесь лишь благодаря Его силе, но никто не ведает, где Он скрывается.

Заметив разочарование на её лице, Бай Мин задумался и добавил:

— Стражи Парка могут знать. Если хочешь, я найду случай расспросить их.

!

Лу Яо мысленно в очередной раз похвалила юношу за надежность и с благодарностью кивнула:

— Было бы здорово. Завтра принесу тебе десерт.

Уголки губ Бай Мина дрогнули в легкой улыбке:

— Договорились.

Вскоре после ухода персонала с рынка доставили продукты.

Лу Яо в одиночку перетащила коробки внутрь и еще два часа провозилась на кухне, подготавливая ингредиенты на завтра.

К началу восьмого всё было готово. Она сняла фартук, вымыла руки и уже собиралась идти домой.

«Хозяйка, снаружи вас кое-кто ждет».

— Кто?

«Чжуан Лян».

Лу Яо потребовалось время, чтобы выудить это имя из глубин памяти:

— И что ему от меня нужно?

«Неизвестно. Но есть один нюанс, на который стоит обратить внимание».

— Какой?

«Эта лавка — особое место. Посторонним сюда входить нельзя».

— Если войдет, то умрет?

«Вы знали?»

Лу Яо покачала головой:

— Догадалась.

Узнав историю Ци Чэня, она поняла, что Страна Снов — это не тот мир, куда легко попасть обычному человеку.

Сейчас её закусочная находилась в пространстве, где пересекались два измерения. Но поскольку эта дверь вела в мир мертвых, любой простой смертный, переступивший порог, шагнул бы в загробный мир. Исход вполне закономерен.

Размышляя об этом, она осознала: если её нет на месте, а кто-то попытается вломиться внутрь, последствия будут катастрофическими.

Как же хорошо, что эта улица заброшена и сюда почти никто не забредает.

«За десять тысяч очков популярности можно накрыть лавку «Вуалью чаровницы». Когда хозяйки нет на месте, она будет автоматически скрывать заведение. Срок действия — один месяц».

«За пять тысяч очков популярности можно укрепить Звездные врата. Никто, кроме хозяйки, не сможет взломать дверь. Срок действия — навсегда».

Магазин, открывший пространственный разлом, превращался в обособленную зону, войти в которую можно было только через дверь. И как бы ни была разрушена окружающая постройка, проникнуть внутрь иными путями не удастся.

Система называла эти пространственные врата «Звездными вратами».

Лу Яо немного подумала и решила:

— Списывай пятнадцать тысяч, беру и то, и другое.

Приняв меры безопасности, она распахнула дверь. Чжуан Лян действительно стоял снаружи.

Услышав скрип, он обернулся и окинул девушку цепким, оценивающим взглядом:

— Снова здравствуйте, госпожа Лу.

Лу Яо застыла на пороге, не спеша выходить:

— Господин Чжуан, у вас какое-то дело?

— Да, есть кое-что. Мы можем зайти внутрь и поговорить?

Чжуан Лян хотел пробраться в лавку и осмотреться. Судя по отчетам, Лу Яо и Ци Чэня ничего не связывало.

Но в поведении девушки было слишком много странностей.

Взять хотя бы то, что накануне выпуска из университета она вдруг унаследовала заброшенную торговую улицу.

Место глухое, клиентов нет и в помине, но она открыла здесь закусочную и регулярно закупала огромные партии продуктов.

Даже курьер с рынка считал это подозрительным: хозяйка никогда не пускала его внутрь, заставляя выгружать товар у двери, а потом сама всё перетаскивала.

Люди Чжуан Ляна наблюдали за этим местом не один день. Лу Яо делала заказы почти через день, но никто ни разу не видел, чтобы в лавку входили посетители. Куда исчезали все эти продукты — загадка.

Лу Яо сохраняла ледяное спокойствие и приоткрыла дверь чуть шире:

— Вы уверены, что хотите войти?

Чжуан Лян заглянул внутрь. Чистое, ничем не примечательное помещение. И всё же по его телу пробежал холодок, инстинкты завопили об опасности.

С этой закусочной явно было что-то не так.

Да и сама девушка вела себя подозрительно спокойно, что лишь усиливало чувство угрозы.

Чжуан Лян сделал шаг назад, и его улыбка слегка поблекла:

— Пожалуй, лучше поговорим на улице.

Лу Яо не стала возражать. Развернувшись, она взяла сумку, заперла дверь и последовала за ним.

Стоило им отойти от лавки, как жуткое, давящее чувство растворилось. Чжуан Лян глубоко выдохнул и после долгого молчания спросил:

— Как идет бизнес, госпожа Лу?

Лу Яо сочла этот вопрос до крайности нелепым:

— Вы приехали только ради того, чтобы спросить об этом? Какое вам дело до моей выручки?

Чжуан Лян лишился дара речи. Он действительно сгорал от любопытства, а расследование зашло в тупик, вот он и решил явиться лично.

Но если вдуматься, её действия казались странными лишь на первый взгляд. Она никому не мешала и не представляла угрозы.

Все товары с рынка были проверены — обычная еда.

То, что она периодически наведывалась в кондитерскую в центре города, объяснялось банальной любовью к сладкому.

Да, она покупала те же кофейные зерна, что любил Ци Чэнь, но этот сорт производился не только для него, у него были и другие покупатели.

За время этой короткой прогулки Чжуан Лян сам себя запутал в собственных размышлениях.

— Прошу прощения, простое любопытство, — выдавил он.

— ...Извините, но вы ведете себя крайне нелепо.

Уши Чжуан Ляна слегка покраснели. Уже много лет никто не смел разговаривать с ним в таком тоне. Особенно после появления Парка, когда к нему то и дело обращались за услугами, почтительно называя «господин Чжуан».

Эта девчонка была так молода, но совершенно его не боялась.

Впервые за долгое время он почувствовал неловкость, граничащую со жгучим стыдом.

— Простите за беспокойство.

Лу Яо было совершенно плевать на истинные мотивы его визита. Она вымоталась до предела. Вернувшись домой, она приняла еще двух клиенток на маникюр, сходила в душ и, едва добравшись до кровати, провалилась в сон.

Посреди ночи Лу Яо вздрогнула и резко открыла глаза, поспешно включив ночник.

Ей приснился кошмар. Во сне к ней приходила Чжао Юйцин, та самая девушка, которой она недавно делала маникюр.

На её лице застыл неподдельный ужас, словно она пряталась от чего-то страшного и без конца молила о помощи.

На часах было всего три ночи. Лу Яо встала, налила стакан воды, выпила его и снова легла.

-

На следующее утро Закусочная Лу Яо открылась вновь. Очередь оказалась в несколько раз больше вчерашней, огромная пустая площадь Девяносто девятого этажа была забита битком.

Капитан Стражи Бай Цзянь стоял у окна своего кабинета, его взгляд был мрачен.

Что за чертовщина творится в этой лавке?

С чего вдруг все так по ней с ума сходят? Неужели там интереснее, чем в Парке?

Это же просто забегаловка!

Внезапно взгляд Бай Цзяня замер. Внизу, в неприметном уголке, Бай Мин передавал пакет Цину.

Цин взял его, несколько секунд разглядывал содержимое, и, судя по всему, остался весьма доволен. Перебросившись с Бай Мином парой слов, он неспешно направился обратно в Парк.

Бай Цзянь от ярости готов был рвать и метать, меряя шагами кабинет.

Спустя пару минут раздался стук в дверь. Капитан Стражи опустился в кресло, изо всех сил пытаясь унять гнев:

— Войдите.

Дверь распахнулась, и на пороге возник Цин с тем самым пакетом в руках.

Бай Цзянь напустил на себя суровый вид, делая вид, что не замечает ношу:

— Что случилось?

Цин подошел к столу, вытащил из пакета контейнер и придвинул его к капитану:

— Капитан Стражи, ешь.

— ...

Да ты просто хочешь свести меня в могилу!

Видя, что начальник не реагирует, Цин подвинул коробку еще ближе:

— Капитан Стражи, это вкусно.

Бай Цзянь отвернулся:

— Не буду. Убери.

Да он, Бай Цзянь, скорее умрет прямо здесь, сбросится с крыши Парка, но в рот не возьмет ни крошки из этой мерзкой забегаловки!

Изящные брови Цина сошлись на переносице. В его глазах читалось непонимание.

Почему капитан отказывается от такой вкуснотищи?

Какой же он странный.

Неудивительно, что остальные сотрудники Парка избегают его и никогда не зовут с собой в закусочную.

Бай Цзянь уже открыл было рот, чтобы произнести какую-нибудь суровую фразу и подчеркнуть свою непреклонность, но тут Цин снял крышку с контейнера.

Насыщенный, сводящий с ума аромат лапши с говядиной ударил в лицо, словно невидимый крючок, цепляясь прямо за обоняние Бай Цзяня.

Его узкие глаза расширились. Он несколько секунд неотрывно пялился на исходящую паром лапшу, прежде чем поднять взгляд на Цина и невнятно пробормотать:

— Я... ты...

Цин едва заметно кивнул:

— Вкусно.

Вручив еду, Цин развернулся и ушел к себе в кабинет наслаждаться десертами, не проронив больше ни слова.

В пакете оставались новинки, которые принес Бай Мин — сливочные профитроли и сливочно-кофейный пудинг. Судя по названиям, это было что-то невероятное, так что Цин пожалел отдавать их капитану.

Бай Цзянь остался один в пустом кабинете. Его спина напряглась, а взгляд, словно примагниченный, прикипел к лапше.

И это еда из той самой закусочной?

Горячая... и такая ароматная.

Совершенно не похоже на пресную иллюзорную стряпню.

И почему никто ему раньше об этом не рассказывал?

Бай Цзянь благополучно забыл о том, что никогда не скрывал своей ненависти к лавке Лу Яо.

В первый раз он послал троицу во главе с Паопао устроить там погром. По возвращении они доложили, что еда там восхитительная, но он пропустил это мимо ушей.

Во второй раз он отправил туда Бай Лу и Бай Хэ. Эти двое были слишком умны и наверняка сразу раскусили истинную природу заведения, вот и умолчали.

А затем несколько сотрудников Парка и вовсе уволились, чтобы устроиться в закусочную, и его обида переросла в настоящую ненависть. После этого никто не осмеливался упоминать при нём эту забегаловку.

До тех пор, пока не появился Цин.

Капитан Стражи боролся с собой добрую половину дня. Когда пар над тарелкой почти рассеялся, он всё-таки протянул руку и взял палочки.

Ладно, он попробует всего один кусочек.

Всего один.

Бай Цзянь съел ту пиалу лапши с говядиной еще утром, но весь день не находил себе места.

Упругая, шелковистая лапша пропиталась наваристым костным бульоном с острым красным маслом — стоило втянуть её в рот, как язык обволакивали пряная жгучесть и невероятный аромат. А говядина! Идеальные пропорции мяса и жира, сварено так мастерски, что мякоть таяла во рту, не будучи сухой. Кусочки с прожилками оказались нежными, но не приторными, упругими при жевании и оставляли после себя роскошное послевкусие.

«Закусочная Лу Яо» открылась у входа в Парк так давно, а он лишь сегодня узнал, насколько потрясающе там готовят.

Как назло, между ними уже пробежала черная кошка (пусть и исключительно по его инициативе). Капитану Стражи до одури хотелось заглянуть в заведение, но гордость не позволяла пойти туда по доброй воле.

Если уж обычная лапша оказалась такой восхитительной, то каково же остальное меню? Он частенько замечал, как Паопао, её дружки и прочие работники Парка тайком бегали туда за едой, возвращаясь с коробочками всех мастей и размеров. Страшно даже представить, какая вкуснотища в них пряталась.

Рабочий стол Бай Цзяня был плотно уставлен иллюзиями лапши с говядиной: плоская, круглая, в огромных чашах и крохотных пиалах, даже сухая лапша с мясом на тарелках... Яркие цвета, поразительная детализация — плоды его трудов за всё утро.

Жаль только, еда эта не грела. Стоило надкусить, как иллюзия рассыпалась искрами: ни вкуса, ни запаха, ни текстуры.

Бай Цзянь расхаживал по кабинету, заложив руки за спину. Ему позарез требовался повод наведаться в закусочную, он уже сходил с ума от гастрономического вожделения.

Внезапно за дверью послышались приглушенные голоса. Духовная сила Капитана Стражи была велика, а его чувства обострены куда сильнее, чем у рядовых подчиненных.

Он подошел к двери, припал к ней ухом и прислушался.

— Сегодня ночная смена. Как закончим, сразу пойдем занимать очередь в закусочную.

— У них новинки появились! И десерты, вау! Как же хочется попробовать.

— Когда успели? Какие еще десерты?

— Сливочные профитроли и кофейный пудинг. Я только что видела, как Страж Цин тайком уплетал их в кабинете. Аромат стоял такой, что даже в коридоре сладко пахло!

«!!!» — мысленно поперхнулся Бай Цзянь.

Сливочные профитроли, кофейный пудинг... Звучит безумно вкусно! А Цин, мерзавец, ест в одиночку!

Терпение Капитана Стражи лопнуло. Повернув ручку, он высунулся из кабинета и молча уставился на троицу в конце коридора.

Паопао, Дуду и Дундун, услышав тихий щелчок, обернулись и тут же почтительно вытянулись:

— Капитан Стражи.

Бай Цзянь вышел в коридор, расправил нахмуренные брови и постарался придать лицу максимально дружелюбное выражение:

— Вы тут обсуждали закусоч...

— Простите, простите, господин Капитан, мы виноваты!

— Мы как раз говорили, что в ночную смену нужно быть бдительнее и задать хорошую трепку этим Испытателям!

— А эта закусочная — такая дрянь, кто вообще в здравом уме станет стоять туда в очереди?!

Троица НИПов, кланяясь на каждом шагу и вжимаясь в стену, обогнула начальство и без оглядки рванула вниз по лестнице.

— Ой, пора на работу! Капитан, мы побежали!

Бай Цзянь потерял дар речи.

А ведь он всего-то хотел поддержать беседу, перекинуться парой слов о еде и увязаться за ними за компанию...

В этот день Капитан Стражи терпел фиаско за фиаско. Стоило ему появиться в дверях любого кабинета, как сотрудники, только что с жаром обсуждавшие лавку, в панике разбегались, не давая ему и рта раскрыть.

Бай Цзянь впал в уныние. Раньше он гордился своим суровым авторитетом, а теперь понял, что сам загнал себя в ловушку.

«Неужели я и правда такой страшный?»

Бесцельно блуждая по коридорам, Бай Цзянь очутился у кабинета Цина. Дверь была приоткрыта, но он всё же постучал.

Цин, даже не подняв головы, отозвался:

— Войдите.

«А этот парень невозмутим, — подумал начальник. — Если закрыть глаза на его маниакальную одержимость закусочной, то это невероятно сильный и ответственный сотрудник. Редкий талант».

Бай Цзянь вошел внутрь. Душа противилась тому, что он собирался сделать, но воспоминания о божественном вкусе говяжьего бульона оказались сильнее. Слегка запинаясь, он выдавил:

— Цин, после работы в закусочную не собираешься?

Капитан устал от намеков. Опасаясь, что и этот подчиненный сбежит, он решил бить прямо в цель.

Цин вскинул голову. В его глазах мелькнуло неприкрытое изумление. Он замер на секунду, словно пытаясь осознать услышанное, а затем ответил:

— Не собираюсь.

Бай Цзянь молча подцепил ногой стул, уселся напротив и спросил:

— Почему?

«Ты же души не чаешь в этом заведении!»

«Разве настоящий фанат не должен просиживать там штаны целыми днями?»

Цин с легкой обреченностью в голосе неспешно пояснил:

— Закусочная обычно закрывается во второй половине дня. По вечерам они не работают.

Бай Цзянь вновь онемел.

«Тогда что имели в виду Паопао со своей компашкой, когда говорили про очередь после ночной смены?»

Снаружи заведения толпа дежурила почти круглые сутки. Он-то думал, лавка работает без перерывов и выходных!

Видимо, стоило лишь раз попробовать их стряпню, и спастись от гастрономического искушения было уже невозможно.

Цин опустил голову, пряча лукавую улыбку, и предельно серьезно произнес:

— Если Капитан Стражи желает посетить закусочную, действительно лучше прийти пораньше. К тому же сегодня Бай Мин по секрету шепнул мне, что хозяйка готовит новые блюда. Я бы тоже хотел попытать удачу. Зайти за вами попозже?

В душе Бай Цзяня заплясали фанфары, но на лицо он нацепил снисходительную маску: мол, раз уж ты так настаиваешь, окажу тебе услугу.

— Ну хорошо.

Глубокой ночью в дверь кабинета Капитана Стражи постучали. Бай Цзянь встрепенулся в кресле:

— Войдите.

Цин не стал заходить. Оставшись на пороге, он тихо произнес:

— Капитан, пора выдвигаться.

Бай Цзянь бросил взгляд на часы. Три часа ночи. Разве заведение не закрыто в такое время?

Когда они покинули Парк и узрели растянувшуюся снаружи длиннющую очередь, Капитан сохранил невозмутимый вид, но про себя судорожно вздохнул. Неужели вся эта толпа ждет открытия?!

Это уже ни в какие ворота! Даже в самые лучшие дни Парк не собирал столько посетителей.

Цин уверенно провел начальство в хвост очереди. Чтобы скрасить томительное ожидание, он принялся читать Капитану лекцию об истории развития «Закусочной Лу Яо».

Являясь её самым первым клиентом, Цин явно гордился своим статусом. Он поведал, как однажды прибыл в Парк на тренировку, вышел из лифта и с первого же взгляда понял: эта лавка — особенная.

Он в красках расписал обжигающую остроту жареных крылышек и запеченных свиных ножек, тягучую сладость рисовых шариков в вине. Упомянул пирожки с зеленым луком и яйцом, кофе, а затем плавно перешел к утренней лапше, сливочным профитролям и кофейному пудингу. В довершение Цин рассказал о том, как начальник поезда Гао Ян лично сделал заведению рекламу.

Бай Цзянь в жизни не слышал от Цина столь длинных речей. Страж рассуждал о еде с видом истинного гурмана, заставляя своего начальника то и дело тайком сглатывать слюну. Благо, под покровом густой ночи этого никто не замечал.

К слову, рассказом Цина увлекся не только Капитан: стоящие впереди и позади люди тоже невольно прислушивались и судорожно глотали слюнки.

Под утро НИПы, работавшие в Парке, наконец-то сдали смену и выбежали наружу, чтобы занять очередь. Заметив в толпе Капитана Стражи, они впали в панику.

«Неужели господин Капитан явился лично разгромить закусочную?!»

В конце концов, раньше у него проскальзывали подобные намерения.

Ожидание растянулось на несколько часов. Утром двери лавки распахнулись, и вереница посетителей медленно поползла вперед. Когда черед дошел до Капитана и Цина, время близилось к одиннадцати.

Синцзы, завидев начальство Парка, изумленно моргнула и лишь спустя мгновение взяла себя в руки.

Бай Цзянь с каменным лицом сделал заказ по всем правилам — ровно три позиции: порцию лапши с говядиной, пару невероятно острых жареных крылышек и пиалу рисовых шариков в сладком вине.

Им повезло: стоило войти, как посетители за крайним левым столиком у окна начали собираться. Цин тут же усадил туда начальника.

Взгляд Бай Цзяня упал на горшочек с суккулентом, стоявший на подоконнике. Глаза мужчины дрогнули, и он, не удержавшись, осторожно коснулся растения кончиком пальца.

Круглый, сочно-зеленый листочек на глазах почернел, съежился и осыпался пеплом прямо в землю.

Глазастый посетитель за соседним столиком тут же вскинул руку и на весь зал возвестил:

— Ух ты! Этот тип затрогал суккулент до смерти!

Все жующие гости обернулись. Сотрудники на первом этаже тоже застыли в немом созерцании. Тонкий слой пепла на подоконнике говорил сам за себя.

Бай Цзянь мысленно застонал.

Он ведь не хотел ничего дурного. Простое любопытство! Кто ж знал, что это крошечное создание окажется таким хрупким.

Синцзы впервые столкнулась с подобным казусом. Будь на его месте обычный клиент, проблему уладили бы в два счета, но Капитан Стражи — гость специфический.

Растение погибло лишь потому, что духовная сила Капитана была подавляюще огромной. Она попросту раздавила жизненную энергию суккулента, поглотив её без остатка.

В лавке повисла зловещая тишина. Многие посетители начали торопливо доедать порции и уходить. Особо пугливые, даже не притронувшись к еде, с помощью иллюзий сотворили контейнеры, сгребли обед и бросились наутек.

«Этот человек слишком опасен!»

Синцзы поспешно отыскала Лу Яо и обрисовала ситуацию.

Хозяйка вышла в зал с подносом, на котором дымились лапша и острые крылышки. Окинув взглядом опустевший горшок на подоконнике, она поставила еду на стол. Легким движением руки девушка создала иллюзию нового пухлого суккулента, поместила его на место прежнего, чуть примяла землю и с неизменной улыбкой обратилась к опешившему Бай Цзяню:

— Приношу свои извинения. Прошлый суккулент я слепила не очень удачно. Надеюсь, вы не сильно испугались.

Вновь прибывшие гости, услышав столь логичное объяснение, перестали пялиться на начальника Стражи и со спокойной душой принялись заказывать еду.

Бай Цзянь не сводил глаз с Лу Яо, пока та не скрылась на кухне. Лишь тогда он опустил взгляд на расставленные перед ним блюда.

Цин, сидевший рядом, тихо заметил:

— Вам невероятно повезло. Эту порцию приготовила сама хозяйка.

Бай Цзянь встрепенулся:

— А в чем разница между её стряпней и тем, что готовят другие?

Цин не стал вдаваться в подробности, ответив коротко:

— Если однажды попробуете блюда из-под ножа других сотрудников, сами всё поймете.

Стоило прийти сюда несколько раз, и контраст между кулинарными навыками Лу Яо и её помощников становился очевиден. Но владелица физически не могла разорваться, чтобы обслуживать всех лично.

Для большинства посетителей главным было одно: чтобы это крохотное заведение продолжало работать.

А на такие мелкие недочеты все с готовностью закрывали глаза.

Прежде чем приступить к трапезе, Бай Цзянь вновь покосился на свежевылепленный суккулент. В его глазах мелькнула тень эмоций, и он едва слышно спросил:

— К чему она это сказала?

До вчерашнего дня он люто ненавидел эту закусочную, а заодно и её владелицу.

Капитан не раз вынашивал планы по уничтожению лавки. И хотя Лу Яо ничего об этом не знала, её благородный поступок потряс его до глубины души.

На этом фоне тот факт, что она владела искусством иллюзий, уже не казался чем-то удивительным.

Цин покачал головой:

— Понятия не имею. Если Капитану так любопытно, отчего бы не спросить её саму?

Бай Цзянь выразительно промолчал.

У него закралось подозрение, что подчиненный над ним откровенно издевается.

Капитан Стражи долго молчал. Лишь когда Цин тактично напомнил, что остывшая лапша потеряет вкус, Бай Цзянь отмер и взялся за палочки.

Сделав первый глоток, он мгновенно осознал смысл недавних слов.

Утреннюю порцию явно стряпала не Лу Яо. Внешне блюда ничем не отличались, но лапша от хозяйки обладала более глубоким ароматом, грела изнутри и словно исцеляла саму душу.

— Ах, если бы Бай Цзюэ тоже мог отведать эту лапшу... — произнес Бай Цзянь, глядя в окно после непривычно молчаливой трапезы.

Пальцы Цина на мгновение замерли, но он тут же вновь склонился над чашей.

Бай Цзюэ — предыдущий Страж Парка на девяносто девятом этаже.

Дойдя до поздней стадии синдрома потери души, он вступил в игру наивысшего уровня. Там он принял решение сдаться, позволил Испытателям изрубить себя в куски и навсегда остался в игровой реальности.

Пространство Парка имело для них особое значение. Здесь Стражи обретали физическую оболочку, отращивали настоящие сердца и получали уязвимости — всё ради того, чтобы познать иллюзию подлинной жизни.

Как правило, Испытателям было не под силу добраться до их слабых мест. Разве что Страж сам открывал свои болевые точки.

Именно так тогда и поступил Бай Цзюэ, выбрав самый жестокий способ покончить со всем.

После его гибели Капитан Стражи надолго впал в депрессию и с тех пор почти не покидал Парк.

Его последний выход в свет, вероятно, был связан с поисками новой замены.

Тот самый молодой Страж, которого он нашел, теперь со спокойной душой трудился официантом в закусочной.

Бай Мин подошел к их столику и поставил перед Бай Цзянем белую фарфоровую тарелочку:

— Хозяйка приготовила новые десерты. Угощайтесь.

В свое время Бай Мин уволился без малейших колебаний, но в глубине души продолжал искренне уважать Капитана. Тот превосходил по силе их всех.

На ослепительно-белом блюдце покоились четыре нанизанных на бамбуковые шпажки пухлых желе. Их округлые очертания подозрительно напоминали суккулент, который Капитан только что замучил.

Цин первым потянулся за угощением. Откусив половину, он с блестящими от восторга глазами спросил:

— Вкуснотища! Как это называется?

— Хозяйка назвала это пудингом в пиале, — ответил Бай Мин.

Бай Цзянь выбрал желе со вкусом красных бобов и надкусил. С виду мягкое, на деле оно оказалось упругим и вязким, с легкой, совершенно не приторной сладостью. Действительно, потрясающе.

В этот момент со второго этажа спустился Гао Ян. Найдя взглядом Лу Яо, он подошел к ней:

— Ты искала меня? Что-то случилось?

Его личный столик находился наверху. Лу Яо даже повесила там специальную табличку, подчеркивающую высокий статус гостя.

Последние несколько дней Гао Ян регулярно выкраивал минутку, чтобы зайти посидеть в заведении.

Раньше никто из его коллег по офису и слышать не хотел о проекте закусочной, а теперь все дрались за право урвать кусочек эксклюзивных привилегий начальника поезда. Но Гао Ян никого с собой не брал, даже Сяо Ци и Жэнь Минь получили от ворот поворот.

Лу Яо пододвинула ему тарелочку с пудингом и усадила за стол:

— Господин начальник, вы человек бывалый. Не подскажете ли, где можно найти Бога-Демона?

— Ты хочешь встретиться с Богом-Демоном? — изумился Гао Ян. Поразительная дерзость!

Лу Яо кивнула:

— Угу.

Обостренные чувства Бай Цзяня и тот факт, что девушка стояла к нему лицом, позволили ему прочитать слова по губам. Она расспрашивает о Боге-Демоне?!

Гао Ян остался невозмутим:

— И зачем же?

Лу Яо не могла выдать правду про системное задание. Вспомнив о приглашении, она на ходу сочинила предлог:

— Хочу пригласить Его Высочество на обед в мое заведение.

— На обед? — Гао Ян никак не ожидал такого ответа и не удержался от смешка. — Уж прости, но мне неведомо его местонахождение. Насколько я знаю, в этих краях Бога-Демона нет.

Он исколесил Страну Снов вдоль и поперек, но ни в одном из её уголков не ощутил присутствия божества.

Девушка опешила:

— Как это нет? Неужели Бог-Демон не является первоисточником этого мира?

— Так и есть, — подтвердил Гао Ян. — И всё же его здесь нет. Если кто и знает, куда он подевался, так это Стражи Парка.

Стражи Парка изначально служили личной охраной Бога-Демона.

Когда же божество скрылось, оставив после себя Парк, стража разбрелась по секторам, превратившись в рядовых охранников игровых зон.

Бай Мин уже пытался прощупать почву: как минимум Цин ничего об этом не ведал.

Утром она столкнулась с Ду Чэнем, и тот тоже заявил, что следы Бога-Демона ему неизвестны.

Лу Яо осознала, что задание оказалось с подвохом. Не найдя божество, она не сможет вручить пригласительный. А без этого не откроется следующий этап квеста. И как назло, время поджимало.

Не добившись от Гао Яна ничего путного, она перекинулась с ним еще парой фраз и вернулась к работе.

Ци Чэнь спустился на первый этаж и отыскал глубоко задумавшуюся Лу Яо на кухне. Заметно нервничая, он произнес:

— Хозяйка, мне нужно попросить тебя об одной услуге.

— О какой?

— В последние дни я пытался подобрать пропорции для блинного торта с матчей, но всё равно получается не то. Не могла бы ты купить образец? Я хочу еще раз распробовать оригинальный вкус.

Мысли Лу Яо совсем спутались. Раз уж быстро отыскать Бога-Демона не выходит, почему бы не развеяться и не сменить обстановку?

Она поднялась, сунула телефон в карман и направилась к выходу:

— Договорились, сейчас куплю.

У самых дверей путь ей преградил Бай Мин и протянул какой-то предмет.

— Откуда это? — Лу Яо с замиранием сердца уставилась на черное-пречерное кольцо на его ладони.

Чжао Юйцин говорила, что подобные артефакты видят лишь те, кто стоит одной ногой в могиле. Почему Бай Мин передает ей это? Намекает на её скорую смерть?

Но она же только что продлила себе жизнь на две тысячи лет! Не может быть, чтобы система оказалась такой фальшивкой.

Бай Мин нахмурился:

— Капитан Стражи велел передать это тебе.

«Капитан Стражи?»

Ситуация стала еще запутаннее. Она с ним даже не знакома, с чего бы ему делать такие подарки?

Лу Яо уже слышала о Кольцах Иллюзий от Ци Чэня.

Черные кольца считались самыми жуткими. Они не только затягивали владельца в игру наивысшего уровня, но и гарантировали: в случае проигрыша смерть будет мучительной.

Ци Чэнь упоминал, что его кольцо тоже было черным. Вспомнив из новостей, чем всё закончилось для парня, Лу Яо почувствовала, как по спине пробежал холодок.

«Неужели мне и вправду конец?»

Бай Мин, похоже, разгадал её страхи и поспешил успокоить:

— Не бойся, с тобой ничего не случится. Если бы кольцо предназначалось тебе, оно бы не передавалось через нас, а само появилось в поле твоего зрения.

Эти слова прозвучали как прямое признание: Стражи обо всем догадывались, просто не подавали виду.

Лу Яо потеряла дар речи.

Чжуан Лян и Ци Цзюэ договорились встретиться в элитной чайной в центре города. Чжуан Лян пришел десять минут назад, но всегда пунктуальный Ци Цзюэ почему-то задерживался.

Он заказал чайник чая и пару тарелок с закусками, попивая чай в ожидании и листая форум Парка.

— В последнее время появилась какая-то сумасшедшая, продавшая кольцо высокого ранга. Она каждый день устраивает истерики на форуме, просто жуть.

— И не только на форуме. Говорят, она и в реальности тронулась умом: разгуливает с оружием и подкарауливает игроков Парка повсюду. Очень страшно.

— Совсем перестала отличать игру от реальности?

— Она дважды побывала в игре, а потом продала кольцо. Нарушила правила. Ходят слухи, что теперь каждую ночь её насильно затягивает в игру. Неизвестно, через что она там проходит, но возвращается совершенно невменяемой.

— Черное кольцо? Она что, правил не знала? Как можно продавать уже использованное кольцо?

— Кто знает, может, деньги позарез нужны были.

«Наверное, речь о той студентке, что недавно продала кольцо высокого класса», — подумал Чжуан Лян, мельком пробежавшись глазами по комментариям, и пролистнул страницу.

Некоторые игроки полагали, что, выбравшись из игры пару раз и продлив себе жизнь, они смогут выйти сухими из воды. По своей глупости они продавали кольца, да еще и кичились этим.

Невдомек им было, что в тот самый миг, когда они надевали артефакт, между ними и Богом-Демоном заключался контракт. Попытка сбежать на полпути, до того как исчерпается лимит использований кольца, расценивалась как нарушение договора, за которое полагалась еще более мучительная смерть.

Спустя еще десять минут в дверь постучали. Чжуан Лян отозвался, и в комнату, толкнув дверь, вошел Ци Цзюэ.

Сегодня он был в повседневной одежде, подчеркивающей его прямую осанку и волевое лицо. Однако пришел он не один: следом за ним вошла девушка.

Рассмотрев вошедшую, Чжуан Лян тут же вскочил:

— Как вы двое оказались вместе?

Ци Цзюэ сел, взял чашку и залпом выпил две порции горячего чая, прежде чем ответить:

— Случайно столкнулись по дороге. Я заметил, что у неё ситуация похожа на мою, вот и привел с собой.

Чжуан Лян окинул Лу Яо оценивающим взглядом. На самом деле, после того дня он не оставлял попыток разгадать ее тайну, но так и не нашел ни одной зацепки. Кто бы мог подумать, что она заявится сюда вместе с Ци Цзюэ!

Лу Яо небрежно придвинула стул и уселась, не намереваясь заговаривать первой.

Ей сегодня тоже не повезло. Выйдя из своей закусочной, она собиралась зайти в кондитерскую, чтобы купить блинный торт с матчей, о котором просил Ци Чэнь.

Выйдя из машины на площади, она наткнулась на Чжао Юйцин.

Чжао Юйцин выглядела еще хуже, чем в тот раз, когда делала маникюр: всклокоченные волосы, неряшливая одежда, темные круги под глазами и изможденное лицо. А выражение глаз казалось абсолютно безумным.

Она выскочила откуда-то сбоку, с силой вцепилась в запястье Лу Яо и, беспорядочно размахивая фруктовым ножом в свободной руке, истерично требовала вернуть ей кольцо.

Лу Яо не на шутку испугалась. Она застыла на месте, боясь пошевелиться или как-то спровоцировать сумасшедшую.

Никто из прохожих не решался прийти на помощь. И когда кто-то уже собирался тайком вызвать полицию, появился Ци Цзюэ.

Он бесшумно подкрался сзади, точным ударом выбил нож из рук Чжао Юйцин и скрутил её.

Отбиваясь, Чжао Юйцин проявила недюжинную силу, из-за чего Лу Яо потеряла равновесие и рухнула на землю, а из её кармана вывалилось кольцо. Увидев его, Чжао Юйцин начала вырываться с маниакальным остервенением, пытаясь сбросить с себя Ци Цзюэ и завладеть артефактом.

Лу Яо поднялась и, нагнувшись, подобрала выпавшую вещь.

Сидя на земле, Чжао Юйцин осыпала Лу Яо проклятиями, обвиняя ту в краже кольца, и продолжала сыпать ругательствами даже тогда, когда её уводили коллеги Ци Цзюэ.

Сам Ци Цзюэ шел на встречу с Чжуан Ляном именно из-за кольца, поэтому, увидев похожий предмет у Лу Яо, настоял на том, чтобы она пошла с ним.

Ци Цзюэ вкратце пересказал обстоятельства их встречи. Не обращая внимания на пытливый взгляд Чжуан Ляна, он выудил из кармана черное Кольцо Иллюзий и пододвинул его собеседнику:

— Взгляни, оно ведь новое?

Кольцо было угольно-черным, с причудливым старинным узором. Чжуан Ляну не нужно было даже присматриваться, чтобы понять: перед ним совершенно новое Кольцо Иллюзий.

— Где ты его нашел?

— В кармане старой одежды. Без понятия, как давно оно там появилось, — ответил Ци Цзюэ.

Вчера у него неожиданно выдалось свободное время, и он решил разобрать старые вещи, которые не носил уже много лет. Там-то, в кармане поношенной куртки, он и обнаружил эту находку.

— Раз уж оно материализовалось у тебя дома, значит, принадлежит тебе, — заключил Чжуан Лян. — И оно точно новое.

Во время разговора взгляд Чжуан Ляна то и дело соскальзывал на сидящую рядом Лу Яо.

Поначалу она вообще не хотела сюда идти, но теперь, слушая их разговор о Кольце Иллюзий, неожиданно заинтересовалась.

«Так вот оно что... Они оба — игроки Парка».

Ци Цзюэ забрал артефакт, и лицо его помрачнело:

— Выходит, я покойник. А что будет, если не входить в игру?

Чжуан Лян, явно больше интересовавшийся Лу Яо, не стал отвечать сразу, а спросил:

— У нее тоже есть кольцо?

Лу Яо промолчала, поэтому ответил Ци Цзюэ:

— Ага. Такое же черное, как у меня.

Чжуан Лян протянул руку к девушке:

— Госпожа Лу, позволите взглянуть?

Лу Яо, желая послушать, что он скажет, достала свое кольцо и передала ему.

Едва коснувшись артефакта, Чжуан Лян ощутил его необычность.

Цвет был слишком глубоким, черным, словно густая запекшаяся кровь. Поверхность покрывали многочисленные витиеватые узоры, в которых мерцал скрытый тусклый свет. К тому же кольцо приятно тяжелило ладонь.

Но самое жуткое — у этого экземпляра, казалось, не было лимита использований. По крайней мере, Чжуан Лян его не видел.

— И где же вы его нашли, госпожа Лу?

Лу Яо решила последовать примеру спутника:

— Дома. Утром проснулась и нащупала под подушкой.

Пальцы Чжуан Ляна поглаживали гладкий металл. Еле сдерживая волнение, он спросил:

— Госпожа Лу, вы не продадите его?

— Разве их можно продавать? — удивилась она.

— Неиспользованные кольца можно продавать без каких-либо последствий, — пояснил он. — Если надумаете, обязательно свяжитесь со мной. О цене договоримся, обещаю, вы останетесь довольны.

— Выходит, с использованными могут возникнуть проблемы? — Лу Яо осталась абсолютно равнодушной к предложению и протянула руку. Чжуан Ляну совсем не хотелось расставаться с сокровищем, и он вернул артефакт лишь после секундного колебания.

Его взгляд был буквально прикован к кольцу. Раз уж все равно нужно было все объяснять Ци Цзюэ, Чжуан Лян решил заодно рассказать им обоим о правилах.

Вкратце, существовало три вида Колец Иллюзий. Владение любым из них позволяло войти в загадочную игру под названием «Парк». Тот, кому удавалось успешно выбраться из игры, продлевал себе жизнь.

Надевая кольцо, игрок автоматически соглашался на условия контракта.

Договор считался выполненным лишь тогда, когда исчерпывался лимит использований. После этого можно было либо взять второе кольцо и продолжить борьбу за выживание, либо навсегда отказаться от участия в играх.

Однако большинство из тех, кто хоть раз побывал в игре, уже не могли остановиться.

Угроза смерти пугала сильнее всего на свете.

А вот продажа использованного кольца приравнивалась к разрыву контракта и каралась божественным возмездием.

Такие игроки, как Чжао Юйцин, появлялись с завидной регулярностью.

Одни продавали артефакты по глупости и недалекости, другие искренне мнили себя особенными, уверенные, что смогут избежать гнева Бога-Демона.

Черное кольцо считалось самым уникальным из трех видов, и встречалось оно реже всего.

Оно позволяло войти в игру лишь трижды. За первые два раза игрок получал по десять лет жизни просто за факт участия, а если умудрялся выжить и в третьем испытании, то в качестве бонуса получал еще тридцать лет сверху.

Парк не торопил игроков с выполнением условий контракта. Владельцу кольца достаточно было войти в игру до того момента, как истечет срок его естественной жизни.

Таким образом, получение черного кольца гарантировало продление жизни как минимум на двадцать лет. Игрок мог дважды посетить Парк, а третье испытание отложить на два десятилетия.

Независимо от исхода последней игры, эти двадцать лет были чистой прибылью.

Поэтому так много людей охотились за черными кольцами.

А в руках Лу Яо находилось черное кольцо без лимита использований. Что это значило?

Владея им, можно было получать по десять лет жизни за каждый вход в Парк, и это никогда не закончится.

Взгляд Чжуан Ляна был слишком алчным, поэтому Лу Яо просто сунула артефакт в карман и задала последний вопрос:

— А использованные кольца вы тоже скупаете?

Чжуан Лян покачал головой:

— В них нет смысла, ведь перезаключить контракт невозможно. Правда, некоторые не умеют отличать новые кольца от старых. От отчаяния они хватаются за любую соломинку и, наткнувшись на черное кольцо, сначала покупают его, а уже потом несут опытным игрокам на оценку.

Лу Яо кивнула, достала кольцо и не задумываясь надела его на указательный палец правой руки. Размер подошел идеально, да и смотрелось оно весьма симпатично.

— …Ты! — вырвалось у Чжуан Ляна.

Он никак не ожидал от нее такой решительности. Все его хитроумные планы рассыпались в прах в одно мгновение.

От удивления он даже потерял самообладание, но, выкрикнув одно слово, резко осекся. Его глаза расширились от смеси недоумения и ужаса.

В момент надевания Кольца Иллюзий над головой игрока появлялся показатель его текущего запаса лет, который висел в воздухе ровно десять секунд, а затем исчезал.

Чжуан Лян увидел, как над головой Лу Яо высветилась цифра «две тысячи», и единицей измерения были «годы».

В следующую секунду стул Лу Яо опустел — она вошла в игру.

Чжуан Лян:

— …

Ци Цзюэ тоже заметил цифры над головой девушки, но не понял их значения.

Взгляд Чжуан Ляна остекленел. Он безостановочно качал головой и бормотал:

— Две тысячи лет… Разве такое вообще возможно? Кто она такая?

-

Лу Яо перенеслась в небольшую комнатку, напоминавшую раздевалку. На двери висела табличка с ее именем, настенные часы мерно тикали, словно ведя обратный отсчет, а в руке материализовалась сумка для инвентаря.

Всё произошло слишком внезапно, и она не успела подготовиться. В карманах лежали лишь несколько купюр мелочью, телефон, ключи да горсть фруктовых леденцов.

После нескольких попыток она выяснила, что в сумке была всего одна ячейка, и туда можно было положить лишь один предмет за раз.

Купюры одного номинала, телефон и ключи сумка приняла, а вот леденцы выплюнула обратно.

Правила были не совсем ясны. Внезапно Лу Яо осенило. Она достала из хранилища пригласительный билет и засунула его в сумку. Предмет не был отвергнут, а значит, его разрешалось проносить в игру.

Эта комната, по всей видимости, служила чем-то вроде зала ожидания перед входом в Парк, где можно было временно оставить неразрешенные предметы.

Лу Яо решила взять с собой пригласительный, оставив телефон, деньги и ключи в комнате.

Ещё когда Капитан Стражи отдал ей кольцо, она заподозрила неладное. Если Бога-Демона нет во внешнем мире, то, скорее всего, он находится в самой игре.

Слова Чжуан Ляна лишь подтвердили ее догадку: и контракты, и божественное возмездие определенно были связаны с Богом-Демоном.

Заметив, какими голодными глазами Чжуан Лян смотрит на её кольцо, она поняла, что нужно действовать быстро, и приняла решение немедленно войти в игру.

Как только обратный отсчет завершился, перед глазами вспыхнул ослепительный белый свет. Лу Яо рефлекторно зажмурилась, а когда снова открыла глаза, то уже находилась в игре.

Под ногами ощущалось что-то липкое и влажное. Опустив взгляд, она почувствовала, как зрачки сузились от ужаса, и в следующую секунду рухнула на корточки, содрогаясь от приступов тошноты.

Так вот что из себя представляет эта игра... Неудивительно, что даже некоторые обитатели Страны Снов не смогли к ней адаптироваться.

-

Страна Снов, Сектор А, Парк на девяносто девятом этаже.

В тот самый миг, когда Лу Яо надела кольцо, Бай Цзянь узнал об этом.

Он поднялся из-за стола, вышел из кабинета и спустился в комнату видеонаблюдения на первом этаже. Распахнув дверь в дальнюю комнатку, он неотрывно уставился в монитор.

-

В элитном VIP-зале кинотеатра транслировались кадры со строгим возрастным ограничением: НИП-монстр жестоко расправлялся с Испытателями. Во все стороны летели оторванные конечности, а кровь лилась рекой.

Кровь и смерть дарили зрителям самый первобытный восторг. В зале царила атмосфера дикого экстаза: кто-то без устали отправлял донаты, кто-то от возбуждения прыгал на креслах и истошно вопил.

Внезапно раздался испуганный вскрик. Кто-то указал на нижний левый угол экрана:

— Это разве не хозяйка закусочной?!

Повисла гробовая тишина, все взгляды устремились в указанном направлении.

В углу экрана медленно, на цыпочках, кралась чья-то фигура. Она даже не подозревала, что шаг за шагом приближается к монстру, но зрители в зале уже безошибочно узнали её лицо.

Белоснежная кожа, черные как смоль волосы, а вокруг нее разливался мягкий, пушистый ореол теплого света. Она кардинально отличалась не только от них самих, но и от всех остальных Испытателей.

Это и вправду была она — владелица закусочной!

В зале начался переполох.

— Как она там оказалась? Мы же пожертвовали ей столько времени, она не должна была умереть!

— Да еще и в игре наивысшего уровня сложности! У нее же будет психологическая травма!

— Скорее, придумайте что-нибудь! Она вот-вот наткнется на Туманного Монстра. Если она умрет, кто будет готовить? Закусочная закроется!

— Я хоть и не успел сегодня купить её новинки, но я не хочу, чтобы она умирала!!! Я только ради ее еды и живу!

Раньше эти зрители ходили в Парк просто от скуки, а теперь большинство из них заглядывали сюда лишь потому, что не смогли попасть в закусочную, и им нужно было чем-то скоротать время.

В итоге, не успев получить свою порцию удовольствия, они внезапно оказались на сеансе настоящего фильма ужасов.

В этот момент они испытали давно забытое чувство — леденящий страх потери чего-то по-настоящему дорогого.

— Что же делать?! Кто сегодня дежурит в Парке? Можно как-то подкрутить сложность?

Тем временем в самом Парке Туманный Монстр, которому вот-вот предстояло столкнуться с Лу Яо, пребывал в не меньшем смятении.

«Как она сюда попала?»

«Что делать-то?! Убивать её?»

«Конечно, смерть в Парке не означает окончательной гибели, но у неё точно останутся ужасные воспоминания!»

«А вдруг она после этого разучится готовить?!»

Туманный Монстр отчаянно ломал голову, но так ничего и не придумал. Видя, что Лу Яо подходит всё ближе, он молча развернулся и растворился в густом тумане, благоразумно решив увеличить дистанцию.

Всех Испытателей в этой зоне он уже перебил, так что никакой опасности для неё здесь не было.

Увидев, что Туманный Монстр сбежал, зрители в зале с облегчением выдохнули.

«Похоже, этот НИП знаком с хозяйкой. Слава богу!»

Но в следующую секунду они увидели, как Лу Яо шагнула прямо на территорию Кровавого Демона.

Этот монстр был запрограммирован как самый свирепый и беспощадный в игре. Он рвал людей на куски без малейших колебаний.

Кто-то из зрителей схватился за сердце, задыхаясь от ужаса:

— А-а-а-а-а! Поверни назад! Иначе тебе всей оставшейся жизни не хватит, чтобы залечить психологическую травму от следующих пары секунд!

— Почему ей так не сидится на месте?! Неужели нельзя просто найти укрытие и переждать игру?

— Нет, я не могу на это смотреть! Я так боюсь, что она расплачется от страха!

…

В игре.

Лу Яо мужественно терпела омерзительное липкое месиво под ногами и отвратительное хлюпанье, сопровождавшее каждый ее шаг по скользкому полу. Она старалась смотреть только вперед и быстро переступала через препятствия, если натыкалась на что-то подозрительное.

Желудок был абсолютно пуст — всё его содержимое давно осталось позади, да и к густому металлическому запаху крови она вроде как начала привыкать.

«Еще немного продержаться. Найти Бога-Демона, вручить приглашение — и можно уходить».

Невдалеке какой-то игрок оказался загнан в угол: гигантская когтистая пятерня Кровавого Демона мертвой хваткой вцепилась ему в голову.

От невыносимого ужаса у парня подкосились ноги. Он чувствовал, как твердые когти монстра пронзают кожу на затылке. Он открыл рот, чтобы закричать, но не смог выдавить ни звука.

«Плюх!»

Внезапно раздался странный шум, а следом послышался девичий голос:

— Твою ж мать! Вся перемазалась в крови, бесит!

Услышав этот голос, Кровавый Демон на мгновение замер. Обернувшись, он увидел Лу Яо, которая распласталась на земле и никак не могла подняться, и заколебался.

Лу Яо барахталась на полу. Слой крови был таким густым и вязким, что, облепив ее с ног до головы, словно клей, не давал встать на ноги.

Она уже готова была сдаться, и даже страх как-то отошел на задний план.

В VIP-зале кинотеатра.

— Эй, это всё из-за Кровавого Демона! Зачем он столько крови налил на пол? Ей же больно! Как там её руки, не повредила?

— Она разозлилась! Чего этот Кровавый Демон застыл? Пусть немедленно приберется на полу!

В игре.

Кровавый Демон отпустил игрока, развернулся и направился к Лу Яо.

Спасшийся от верной смерти парень с трудом приоткрыл глаза.

Монстр по какой-то неведомой причине потерял к нему интерес и пошел к той девушке.

Игрок не мог не порадоваться про себя: по крайней мере, он останется жив.

Он не испытывал ни капли вины. В такой бесконечно жестокой игре инстинкт самосохранения брал верх над всем остальным.

Однако Кровавый Демон не стал разрывать девчонку в клочья, как ожидал игрок. Вместо этого он сделал нечто совершенно невообразимое.

Подойдя к Лу Яо, монстр, казалось, замешкался, а затем медленно протянул ей руку.

Лу Яо, смиренно лежавшая в луже крови:

— …

Повисла неловкая тишина. Рука Кровавого Демона по-прежнему висела в воздухе.

Прождав целую вечность и так и не дождавшись реакции, монстр беспомощно покрутил головой. Наконец, обнажив пасть, усеянную мелкими острыми как бритва зубами, он с трудом выдавил:

— Руку.

В глазах Лу Яо мелькнуло понимание, и она неуверенно позвала:

— Цин?

Кровавый Демон отвернулся и замолчал, но руку не опустил.

Дождавшись, пока Лу Яо вложит свою ладонь в его, он осторожно сжал пальцы — достаточно крепко, чтобы помочь ей подняться, но при этом так, чтобы не причинить боли.

Теперь Лу Яо была абсолютно уверена: этот монстр — Цин.

«Ничего себе! А эти ребята в игре развлекаются по полной».

Когда он только подошел к ней, беспомощно лежащей на полу, она уже мысленно попрощалась с жизнью.

Брошенный на произвол судьбы игрок тупо хлопал глазами: «…Эта девчонка — тоже НИП? Совсем не похожа, скорее на новичка, который только-только попал в игру. Что здесь вообще происходит?!»

Увиденное не укладывалось у него в голове.

Кровавый Демон довел Лу Яо до плотно закрытой двери, развернулся и растаял в воздухе.

Дверь выглядела самой обычной, а на ручке висела табличка с надписью «Выход».

Лу Яо изрядно вымоталась и не хотела больше оставаться в игре. Потянув за ручку, она ожидала вернуться в ту самую комнату-раздевалку, но вместо этого перед ней раскинулось древнее поле брани.

Небо застилала желтая песчаная буря, вдалеке наполовину скрылось за горизонтом заходящее солнце. Повсюду торчали брошенные мечи и сабли, земля была усеяна побелевшими костями, а дверь, через которую она сюда попала, бесследно исчезла.

После всего увиденного в Парке эта картина уже совсем не пугала.

Опустив взгляд, она обнаружила, что ее одежда вновь стала чистой — вся налипшая в игре кровь испарилась.

У Лу Яо зародилась догадка о том, где она находится. Ничуть не паникуя, она огляделась по сторонам и направилась в сторону заката.

Внезапно поднялся сильный ветер, взметая тучи песка. Песчинки безжалостно били в лицо, заставляя Лу Яо щуриться. Она согнулась пополам и, прикрывая локтем лоб, упорно продвигалась вперед сквозь бурю.

В песчаной пелене начали вырисовываться иллюзии.

Она видела молодого Цина, умирающего на поле боя. Видела, как Синцзы попадает в автомобильную аварию. Видела Ли Шаша, угасающую на больничной койке от инфекции...

И множество других знакомых лиц. Она увидела тот самый кусок памяти, который потерял Ци Чэнь, видела, как Гао Ян внезапно умер прямо в поезде, видела... Неужели это Бай Мин?

Лу Яо не была до конца уверена, что этот черноволосый мальчишка с темными глазами и есть Бай Мин — уж слишком разительно он отличался от того седовласого юноши с алыми глазами, что работал у нее в закусочной. Но по характеру в прошлой жизни он удивительно напоминал Бай Мина.

Шестнадцатилетний подросток спас троих тонущих младшеклассников, но, выбившись из сил, пошел ко дну и больше не очнулся.

…

В видениях мелькали только те люди, с которыми Лу Яо была хорошо знакома в этом мире: ее сотрудники и многочисленные посетители закусочной.

Жизнь и смерть порой разделял всего один выбор.

От увиденного у Лу Яо резало глаза, а в груди разливалась тяжелая тоска. Она брела вперед, безостановочно плача.

Ее всхлипы звучали громче завываний ветра.

— Кто там плачет? Кто посмел потревожить мой сон? — внезапно прогремел старческий голос.

Лу Яо рукавом вытерла слезы и крикнула в ответ:

— Меня зовут Лу Яо! Я ищу Бога-Демона!

— Я и есть Бог-Демон, — ответил голос. — О чем же ты хочешь просить?

Лу Яо достала из сумки пригласительный билет и протянула его вперед.

Порыв шквального ветра подхватил картонку и унес её куда-то ввысь.

Спустя мгновение со всех сторон раздался раскатистый старческий хохот:

— Ха-ха-ха-ха-ха! Ты хочешь угостить меня ужином? Любопытно… Очень любопытно. Что ж, я принимаю твое предложение. Жди в гости через три дня!

[Финальное задание: Пир для Бога-Демона началось! Ограничение по времени: 3 дня. Владелица, постарайтесь как следует подготовиться!]

Лу Яо опешила. «В этом приглашении и правда было написано "Приглашаю Бога-Демона на ужин"?!»

Лу Яо снова вернулась к двери с надписью «Выход». Потянув за ручку, она поняла, что так и не попала обратно в ту изначальную маленькую комнатку.

Перед ней предстал тускло освещенный длинный коридор, по обеим сторонам которого тянулись бесконечные ряды дверей.

На створке, из которой она только что вышла, красовалась табличка с номером «Ноль». Чем дальше девушка шла вперед, тем больше становились номера.

Когда Лу Яо добралась до пятидесятой двери, цифры на ней внезапно обнулились. Створка распахнулась, и оттуда хлынула пестрая толпа НИПов в самых разных обличьях.

— Смена окончена, наконец-то! Завтра выходной, пойду занимать очередь в закусочную!

— И я, и я с тобой! Хочу сливочно-кофейный пудинг. Говорят, он одновременно сладкий и горький, просто объедение!

— Лапша с пряным мясом! Я съем целых три порции!

Один из НИПов вдруг удивленно воскликнул:

— Ой! Хозяйка, а вы как здесь очутились?

Остальные монстры, услышав это, тоже заметили Лу Яо. Им стало жутко любопытно: что владелица закусочной забыла в этом месте?

«Должно быть, это где-то на территории Парка?» — мысленно предположила девушка.

«Ничего себе. Выходит, в свободное время они тут просто работают».

Лу Яо усмехнулась и, неопределенно указав себе за спину, ответила:

— Да вот, только что оттуда вышла.

НИПы пришли в неописуемый шок:

— Вы участвовали в игре?! Из какой двери вышли?

Девушка не совсем понимала, к чему такие бурные эмоции, но, припомнив, сказала:

— Из самой дальней. С номером «Ноль».

Услышав это, толпа мигом обступила её. Монстры принялись осторожно ощупывать и осматривать Лу Яо с ног до головы.

— Божечки, как вас туда занесло? Вы не ранены?

— Это же самая жуткая дверь! Сильно испугались?

— Ой-ой, на руке царапина! Чьих это рук дело? Надо проверить камеры и лишить мерзавца премии! Сильно болит?

Лу Яо лишь молча вздохнула. «Кожу на руке я, скорее всего, содрала, когда Чжао Юйцин толкнула меня на площади...»

Эти НИПы даже не подозревали, насколько жутко они сейчас выглядели. У одного глазное яблоко свисало на щеку, болтаясь на розовых прожилках мышц; у другого пасть разрывалась до самых ушей, и при каждом слове внутри трепыхались три языка; а третий и вовсе кудахтал над ней, поворачиваясь то одним, то вторым лицом на затылке.

Не будь Лу Яо девушкой с крепкими нервами, она бы упала в обморок еще в самой игре, а тут и подавно скончалась бы от страха перед этой оравой чудищ.

К тому же... похоже, все эти ребята прекрасно знали, что она — живой человек.

На душе у Лу Яо стало двояко. Если уж посетители в курсе, то сотрудники лавки и подавно все поняли с самого начала. Выходит, они просто подыгрывали, поддерживая её образ «великого мастера иллюзий».

Тут сквозь толпу с трудом протиснулся темно-фиолетовый пони-баклажан. Увидев Лу Яо в окружении НИПов, он крайне удивился:

— Хозяйка? Как вы здесь оказались? А ну, разойдитесь, не смейте её обижать!

Толпа примирительно вскинула руки и расступилась, показывая, что никто и не думал причинять вред девушке.

— Сяо Це? — неуверенно позвала Лу Яо.

Пони-баклажан приблизился и постепенно принял человеческий облик юноши.

Из-за его пазухи посыпались скомканные банкноты, но Сяо Це было не до них. Он присел перед Лу Яо на корточки:

— Вы в порядке?

Девушка подобрала упавшую рядом купюру — обычные юани. Вспомнилась внушительная стопка таких же банкнот, лежащая на полке в лавке.

Она не особо доверяла словам Ци Чэня, поэтому до сих пор не притрагивалась к этим деньгам. Так вот, оказывается, откуда они брались.

Сяо Це, совершенно не обращая внимания на рассыпанные сбережения, помог Лу Яо подняться, собираясь отвести её обратно в закусочную.

Но девушка удержала его за руку и наклонилась, чтобы собрать купюры.

Сяо Це недоуменно нахмурился:

— Бросьте, вы ведь всё равно ими не пользуетесь. Пойдемте скорее назад.

Каждый день после смены работники собирали эти деньги. Исключая некоторые низкоуровневые миры, Испытатели редко приносили с собой наличные.

К тому же вынести из игры можно было только стоюаневые купюры, поэтому ради одной жалкой стопки приходилось мотаться по множеству локаций.

Однако, сколько бы они ни приносили добычу в закусочную, Лу Яо ни разу к ней не притронулась. Деньги так и пылились вместе с ингредиентами.

В глубине души Сяо Це было немного обидно.

Собрав все юани с пола, Лу Яо ласково потрепала паренька по голове:

— Кто сказал, что не пользуюсь? На эти сбережения я буду покупать вам вкусняшки.

Сяо Це вскинул на неё взгляд:

— Честно-честно?

— Ага, — кивнула она. — Скоро лето. Купим мороженое, молочный чай, сладкие арбузы...

У ворот Парка они столкнулись с Капитаном Стражи. Отпустив руку Сяо Це, Лу Яо подошла к Бай Цзяню, сняла с пальца кольцо и протянула ему:

— Я виделась с владыкой Богом-Демоном. Спасибо вам.

Бай Цзянь едва сдерживал волнение. На самом деле он лишь хотел проверить теорию и вовсе не был уверен, что девушке действительно удастся встретиться с божеством.

Их владыка Бог-Демон, некогда опечаленный чем-то неведомым, уже долгие годы пребывал в глубоком сне где-то в недрах Парка. Сам Капитан Стражи не видел его целую вечность.

Протянув Лу Яо её личные вещи, он не стал забирать кольцо и спокойно ответил:

— Контракт подписан, так что этот артефакт теперь принадлежит вам.

«Хотя это кольцо и особенное, в руках Лу Яо оно послужит правильной цели».

Бай Цзянь вернул ей телефон, ключи и мелочь. Раз уж он отказывался брать кольцо обратно, Лу Яо не стала настаивать:

— Если представится случай, я обязательно отблагодарю Капитана Стражи.

Бай Цзянь не придал значения этим вежливостям. Провожая взглядом девушку, выходящую за пределы Парка, он всё же не удержался от вопроса:

— Владыка Бог-Демон... он что-нибудь передавал?

Лу Яо обернулась:

— Сказал, что через три дня заглянет в закусочную пообедать.

Изумился не только Бай Цзянь — даже у Сяо Це отвисла челюсть.

Сам владыка Бог-Демон действительно согласился на приглашение!

Когда Лу Яо и Сяо Це вернулись к закусочной, у входа толпился народ.

— Вышла, вышла! А я говорил, что с ней всё будет в порядке!

— Кровавый Демон оказался с понятием — прямо до самого выхода проводил.

— Но почему так долго? Наверное, сильно переволновалась?

Это были те самые зрители, что совсем недавно смотрели трансляцию в кинотеатре. Увидев, как Кровавый Демон вывел девушку к дверям, они тоже покинули зал и теперь поджидали её здесь.

Убедившись, что с Лу Яо всё хорошо, толпа постепенно начала расходиться.

Внутри заведения находился лишь Ци Чэнь. Ни Бай Мина, ни Синцзы, ни Цюань Шэнцзюя не было.

Как пояснил Сяо Це, все они сейчас находились в игре.

Лу Яо вкратце рассказала Ци Чэню о своих злоключениях, извинившись, что не смогла раздобыть блинный торт с матчей, и пообещала принести его завтра.

Ци Чэнь, сидевший на стуле, помрачнел:

— Вы были в игре? И вошли туда с черным кольцом?

Девушка кивнула.

— Было страшно? — спросил он.

Сидевший поодаль Сяо Це заметно напрягся, словно Лу Яо только что раскрыла его последнюю, самую страшную тайну.

Пространство, в которое она попала, считалось одной из самых жутких и реалистичных игр Парка. Естественно, она должна была испытать страх, отторжение и, возможно, приступ тошноты.

Лу Яо снова кивнула:

— Повсюду кровь и оторванные конечности, внутренности на земле валяются. Пол просто скользкий от кровищи! Поскользнуться проще простого, а падать ох как больно!

— И... это всё? — опешил Ци Чэнь.

«Падать больно в хоррор-игре на выживание? Кому вообще есть дело до таких пустяков?! Неужели больше ничего стоящего не произошло?»

Лу Яо невозмутимо продолжала:

— Пол был настолько скользким, а кровь такой густой, что я упала и никак не могла подняться. Цин, который играл роль НИПа, даже не выдержал — сам подошел и помог мне встать. Хоть он и принял облик жуткого монстра, я-то прекрасно знаю эти частые акульи зубы! Да и голос свой он хоть и попытался сделать хриплым, всё равно легко узнавался.

Ци Чэнь потерял дар речи.

«Мы с ней совершенно разные люди. Абсолютно».

Сяо Це внимательно следил за лицом Лу Яо. Убедившись, что в её словах не скользит ни капли отвращения, а лишь обычное желание поделиться впечатлениями, паренек наконец с облегчением выдохнул.

Поразмыслив секунду, Лу Яо добавила:

— А еще я встретила Ци Цзюэ. Он как раз тебя искал.

До этого она не хотела посвящать Ци Чэня в события реального мира, но после похода в игру её мнение немного изменилось. Если раскрыть парочку деталей, беды не будет.

Во взгляде Ци Чэня мелькнула эмоция.

— Это мой двоюродный брат, — глухо отозвался он.

— У него тоже появилось кольцо. Черное.

Лицо Ци Чэня исказилось болью: оба брата, выходит, оказались обречены на короткую жизнь. Но вскоре он взял себя в руки:

— Порой знать свою судьбу наперед — не такое уж благо. Кольцо лишь дает живому дополнительный выбор: безропотно ждать неизбежного финала или же биться в предсмертной агонии. И тот, и другой путь невыносимо тяжек. Впрочем, мой брат куда умнее и талантливее меня. Его конец точно будет иным.

Центр города. Чайный дом.

Чжуан Лян и Ци Цзюэ всё ещё ждали Лу Яо. С момента её ухода в игру прошло уже почти два часа.

Время там текло иначе, чем в реальности. Если перевести на местные часы, выходило, что она находилась внутри около восьми часов.

По известным правилам, Парк не позволял проносить еду, да и в самом игровом мире пищи не водилось. Восемь часов — предел физических возможностей Испытателя. Ей давно пора было вернуться.

Но прошел еще почти час, а Лу Яо всё не появлялась.

Правила Парка гласили четко: откуда игрок вошел в игру, туда он и вернется.

Опытные участники заранее готовили нужные предметы и начинали сессию дома или в другом безопасном укрытии. Никто не поступал так опрометчиво, как Лу Яо — шагнуть в портал прямо посреди улицы.

Чжуан Лян начал нервничать. Обычно новички погибали в первой же вылазке довольно быстро. Почему же её так долго нет?

«Неужели её перенесло на место смерти?»

«Но ведь это её первый раз!»

Лишь те, кто провалил своё последнее испытание, не возвращались в точку старта. Их тела переносили прямиком к месту гибели.

В свое время с Ци Чэнем случилось именно это: выбыв из игры, он очутился в совершенно незнакомом месте.

Предчувствуя скорый конец, он изо всех сил пытался сбежать, но так и не смог обмануть судьбу.

Чжуан Лян ловил себя на мысли, что Лу Яо окутана слишком густым шлейфом тайн, который он не в силах разгадать.

— Что ты там высматриваешь? — Чжуан Лян пнул сидящего рядом Ци Цзюэ.

Ци Цзюэ, распластавшись на столе и уткнувшись в экран телефона, ответил:

— Скроллю форум. Тут только что появился один вирусный пост.

Изнывая от ожидания, Чжуан Лян тоже достал мобильный и открыл сайт.

Доступ на форум Парка был открыт лишь игрокам: получив кольцо, человек мистическим образом узнавал нужный сетевой адрес.

И правда, в топе главной страницы висела горячая тема, собравшая уже более пятисот комментариев. Заголовок казался типичным кликбейтом: «Как я выжил в мире Черного Кольца благодаря тому, что местный НИП проявил заботу о новичке».

Чжуан Лян лишь скользнул по нему взглядом и тут же мысленно фыркнул. Чушь собачья! Где это видано, чтобы НИПы в Парке заботились о новичках?

Такого не бывает даже в мирах Белого и Серого колец, не говоря уже о самом кошмарном измерении — мире Черного Кольца!

Здешние монстры думают лишь о том, как бы в рамках правил прикончить тебя самым мучительным способом.

Жажда крови и резня — их единственная страсть. Это чудовища, движимые голыми инстинктами.

Тем не менее, популярность ветки росла как на дрожжах. Всего за пару минут прибавилась еще сотня ответов.

Надеясь отыскать логические дыры и разоблачить автора-пустозвона, Чжуан Лян кликнул по ссылке.

«А-А-А-А-А-А!!! Дайте мне сначала проораться! Я выбрался из мира Черного Кольца! В третий раз! Мое кольцо исчерпало лимит!»

«Прежде чем рассказать о сегодняшнем, поясню предысторию».

«У меня Черное Кольцо. Три месяца назад я вернулся из своей второй игры, где меня просто крошили в капусту».

«После возвращения я боялся спать по ночам, нервы были натянуты как струна — каждую секунду ждал, что меня снова утащит в кошмар. Это превратило мою жизнь в ад. Обойдя нескольких мозгоправов, я решил добровольно войти в игру снова, чтобы покончить с этим раз и навсегда».

«Если не вернусь — значит, такова судьба. А если чудом выживу, то подарю себе еще лет тридцать спокойной жизни, оно того стоит».

«Но, увы, с удачей у меня не задалось. Только я появился на локации, как наткнулся на Болотного гиганта. Эта тварь гнала меня как зайца, оторвала руку, но я кое-как смог сбежать».

«Только вот следом меня занесло во владения Кровавого Демона. Все, кто бывал в мире Черного Кольца, знают, насколько отбитые это монстры. А мне попался особенно жуткий экземпляр».

«Он был раза в два крупнее тех, что я встречал раньше. Жуткая тварь: тело сплошь покрыто прочной чешуей, а на пальцах — длинные, как лезвия, толстые когти».

«Монстр заметил меня, но убивать не спешил».

«Он играл со мной: плелся по пятам на одинаковом расстоянии, и лишь когда я вконец выбился из сил, загнал меня в тупик».

«Одной ладонью он мог обхватить всю мою голову. В нос ударила тошнотворная вонь гниющей плоти и ржавчины. Я почувствовал, как когти вонзились мне в кожу. Горячая кровь хлынула наружу, быстро остывая и ледяными струйками стекая по лицу, пропитывая волосы и одежду».

«Руки и ноги отнялись, из горла не вырвалось ни звука. Я понял: это конец. Никакого чуда не произойдет».

«И вот тут начинается самое главное. Настолько дикая хрень, что я до сих пор ломаю голову, как такое возможно. Но клянусь, это произошло прямо на моих глазах!»

«Я бросил попытки сопротивляться, смирившись со смертью».

«Как вдруг раздался глухой стук, будто упало что-то тяжелое. И тут же донесся жутко раздраженный женский голос: "Вся измазалась в крови, как же бесит!" — ну, или что-то в этом духе».

«Кровавый Демон тоже отвлекся. Он на мгновение замер, словно сомневаясь, затем отпустил меня и двинулся на звук».

«Оказалось, там лежала какая-то девчонка. Судя по всему, зеленый новичок. Она банально поскользнулась и никак не могла подняться из-за того, что пол был слишком скользким».

«В тот момент я возликовал — у меня появился шанс выжить!»

«И тут случилось самое интересное...»

На этом месте пост обрывался, а ниже тянулась вереница ответов от других игроков:

«Не томи! Что там случилось?»

«Автор пошел придумывать концовку? Давай, сочиняй дальше, я уже втянулся в сюжет, прям эффект погружения!»

«Блин! Ну почему на самом интересном месте?! Автор, пиши давай, мы ждем проду!!!»

«Вау, вот это редкость. Знатно расписал, с детальками. Прям зацепило, хочу узнать, что дальше...»

Чжуан Лян хмуро листал страницу вниз. Ему и самому не терпелось узнать развязку, но на протяжении нескольких десятков комментариев автор так и не появлялся, намеренно изводя публику.

Не выдержав, Чжуан Лян нажал кнопку «Читать только автора».

Автор: «Я был уверен, что в следующую секунду от девчонки мокрого места не останется. И угадайте, что было дальше? Ни за что не поверите, зрелище было просто сюрреалистичным!»

«Опять вода», — недовольно поморщился Чжуан Лян, прокручивая экран еще ниже.

Автор: «Кровавый Демон подошел к ней, растерянно замотал башкой, а затем... протянул ей руку».

«Игрок, кажется, не врубилась, чего он хочет, и просто проигнорировала его».

«Монстр постоял, подождал, а потом медленно разинул пасть. Ряды мелких острых зубов — зрелище не для слабонервных».

«Я решил, что он взбесился и сейчас откусит ей голову».

«Но в итоге тварь, стиснув зубы, выдавила из себя какой-то странный звук. Она заговорила!»

«Я ни черта не разобрал, но девчонка, видимо, поняла. Она совершенно спокойно вложила свою ладонь в его огромную когтистую лапу, и монстр поднял её с пола».

«Он мало того что не убил её, так еще и заботливо придерживал, уводя куда-то за собой. Словно провожал!»

«Обо мне все благополучно забыли. Я просто зашкерился на территории Кровавого Демона и так просидел до самого финала игры».

«В общем, это был самый безумный день в моей жизни».

«До сих пор в голове не укладывается: кем вообще была та девчонка...»

На этом текст поста обрывался. Чжуан Лян отключил фильтр и перешел к комментариям. Как и следовало ожидать, большинство пользователей сочли историю обычным вбросом.

«Круто! С такой фантазией автору только романы писать, пропадает талант».

«Свежая байка, ничего похожего раньше не читал».

«Ха-ха, может, автора в игре так знатно потрепали, что у него кукуха поехала и галлюцинации начались?»

«Написал бы, что в мире Белого Кольца НИП проявил симпатию — я бы еще сделал вид, что поверил. Но мир Черного Кольца? Ежу понятно, что это бред! Тамошние монстры — поехавшие маньяки. Если они поймают новичка, то считай повезло, если прикончат всего десять раз подряд разными способами».

«Надо отдать должное, история продумана неплохо. В первую половину я реально погрузился».

«Но концовка — дичь полная. Если так пойдет, скоро будем читать фанфики про любовь игрока и монстра?»

Насмешек было хоть отбавляй, но автор темы не сдавался и оставил лишь один финальный ответ: «Верите или нет, ваше дело. Но я видел это своими глазами и вернулся из игры живым. Я свое отыграл, я свободен. А вот вы еще можете с ней столкнуться — так что не удивляйтесь, когда это произойдет».

Ци Цзюэ дочитал пост до конца и поднял глаза на Чжуан Ляна:

— Как думаешь, насколько это правда?

В любое другое время Чжуан Лян без колебаний заявил бы, что это чистейшей воды выдумка, но сейчас в его голове зародилась одна смутная догадка.

Не ответив прямо, он схватил телефон и поднялся с места:

— Идем. Нам нужно её найти.

Чжуан Лян чувствовал: Лу Яо уже вышла из игры.

Если тот пост на форуме не врал, под описание новичка с Черным Кольцом, да к тому же девушки, подходила только она.

Чжуан Лян вместе с Ци Цзюэ мчались на машине к заброшенной торговой улице на окраине города. Он знал адрес съемной квартиры Лу Яо, но интуиция подсказывала, что девушка все еще в закусочной.

Не в силах унять волнение, по дороге он рассказал Ци Цзюэ обо всех странностях, связанных с ней.

Выслушав его, Ци Цзюэ невозмутимо ответил:

— Не знаю, что там у нее за секреты, но за такие выходки тебя точно когда-нибудь загребут.

— И тебе совсем не любопытно? — возмутился Чжуан Лян. — Я навел справки: в среднем ее закусочная ежедневно закупает продукты на пять тысяч, а иногда эта сумма возрастает в два-три раза. Но я ни разу не видел, чтобы туда заходили посетители! Куда девается весь этот товар? Лавка-то крошечная, где она все это хранит? А ее продолжительность жизни? Две тысячи лет для человека, который ни разу не был в игре, — разве это мыслимо?

Ци Цзюэ потер переносицу:

— Раз так интересно, пошел бы и спросил напрямую. На мне-то зачем срываться?

— Думаешь, она бы ответила? — опешил Чжуан Лян.

— А как узнаешь, пока не спросишь?

— Да я уже приходил к ней однажды. Только рот успел открыть, как меня тут же отшили.

Ци Цзюэ промолчал.

— Чего молчишь?

— Ты наверняка ляпнул какую-нибудь грубость, да?

Чжуан Лян осекся.

Сытый по горло этим разговором, он подумал, что Ци Цзюэ совершенно не похож на своего старшего брата Ци Чэня и абсолютно его не понимает.

В это время в закусочной Лу Яо составляла меню. Через три дня предстояло принимать Бога-Демона, и нужно было приготовить нечто достойное.

«Закусочная Лу Яо прославилась в Стране Желтых источников и завоевала безграничную любовь посетителей! Накоплен миллион очков популярности. Заведение повышено до шестизвездочного. Награда: одно бесплатное улучшение лавки, три дополнительных слота для сотрудников, право владельца свободно изменять меню».

Девушка пришла в восторг — наконец-то она вольна сама распоряжаться списком блюд!

Раньше места в меню катастрофически не хватало. Из-за обилия новинок такие категории, как кофе, десерты и лапша, нельзя было разделить на виды, приходилось ограничиваться общими названиями.

Ей это категорически не нравилось, да и у клиентов уходила уйма времени на выбор.

Завтра же она создаст новое меню, рассортирует всю еду и напитки и разложит по экземпляру на каждый стол на обоих этажах.

Да и персонал действительно пора расширять: Ци Чэнь в одиночку не справлялся с потоком посетителей на втором этаже.

— Опубликуй объявление о найме, — обратилась Лу Яо. — Бесплатное улучшение лавки означает, что в этот раз мне не придется тратить очки популярности?

Система ответила утвердительно.

Потирая подбородок, девушка кивнула:

— Отлично. Я попозже нарисую для тебя чертеж. Проведем обновление сегодня ночью.

Сотрудники уже разошлись по домам, все заказанные товары были убраны на склад, а чертежи для расширения переданы Системе.

Разобравшись с делами, Лу Яо засобиралась домой.

Она закинула на плечо сумку, распахнула дверь и, заметив Ци Цзюэ с занесенной для стука рукой, замерла:

— Вы опять здесь?

Ци Цзюэ был намного выше, поэтому без труда оглядел внутреннее убранство лавки.

На первый взгляд — простое, опрятное заведение, даже кухня здесь была открытого типа.

Однако и он ощутил тот самый дискомфорт, о котором твердил Чжуан Лян. От закусочной веяло необъяснимой опасностью, напрочь отбивающей желание переступать порог.

Чжуан Лян выглянул из-за спины друга, изо всех сил стараясь скрыть удивление:

— Ты и впрямь вернулась. Мы все это время ждали тебя в чайной. Почему ты не появилась там?

Казалось, парни действительно прождали ее целую вечность. Лу Яо было неудобно и дальше встречать их холодом, к тому же после разговора с Ци Чэнем она стала гораздо лучше относиться к Ци Цзюэ.

— Я уже давно выбралась, только в другом месте, — ответила она. — Спасибо за беспокойство.

Желая выяснить, была ли она тем самым новичком из форумного поста, Чжуан Лян осторожно поинтересовался:

— И как ощущения от первого входа в игру?

Лу Яо махнула рукой, прося их отойти. Выйдя на улицу, она заперла за собой дверь и слово в слово повторила то, что днем говорила Ци Чэню:

— Повсюду кровь и оторванные конечности, внутренности валяются прямо под ногами. Пол липкий, поскользнуться проще простого, а падать чертовски больно.

Чжуан Лян лишился дара речи.

Сомнений не оставалось: это точно была она — та самая новенькая, которая шлепнулась на пол, и которую потом унес НИП.

«Зеленый пост» оказался правдой! И хотя Чжуан Лян был морально готов к этому, ситуация все равно казалась ему полным абсурдом.

— Если у вас больше ничего нет, я пойду домой, — сказала Лу Яо.

Чжуан Лян так и остался стоять на месте, не в силах набраться смелости пойти за ней.

Убедившись, что девушка перед ним — тот самый новичок, перед которым склонился НИП в мире Черного Кольца, он погрузился в раздумья. Должно быть, это как-то связано с тем безлимитным артефактом.

Неужели она родом из того мира?

Какой бы ни была правда, парень твердо уяснил одно: с Лу Яо им лучше не связываться.

И его уже совершенно не волновало, зачем она открыла заведение на этой старой, обветшалой улице, и куда пропадают все закупленные продукты.

Ци Цзюэ сделал шаг вперед:

— Погоди.

Чжуан Лян вытаращил глаза, не веря своим ушам: «Какого черта ты до нее докопался?! Пусть идет!»

Лу Яо обернулась:

— Что-то еще?

Ци Цзюэ указал на лавку у нее за спиной:

— Хочу понять, почему ты открыла закусочную именно здесь? Это вообще приносит доход? К тебе правда приходят посетители?

— Захотелось. Не приносит. Приходят. Я ответила на твои вопросы? — отрезала Лу Яо.

Ци Цзюэ ошеломленно кивнул.

Девчонка была совсем молодой, но с характером.

Услышав фразу «посетители приходят», Чжуан Лян покрылся мурашками и смог нормально вздохнуть лишь тогда, когда Лу Яо скрылась за поворотом.

Ци Цзюэ оглянулся назад и в недоумении моргнул.

— В чем дело? — не понял друг.

— Закусочная исчезла, — пробормотал тот.

Чжуан Лян обернулся. Позади была лишь пустота. Ноги у него подкосились:

— Твою ж мать! Валим отсюда! Зря я сюда сунулся! Больше ни ногой!

Как только хозяйка отошла от здания, «Вуаль чаровницы» скрыла заведение от посторонних глаз.

Но Чжуан Лян об этом не подозревал. Вернувшись домой, он слег с тяжелой болезнью и надолго пропал из виду, никого к себе не пуская.

На следующий день Лу Яо пришла в лавку с полароидом на шее и банкой маринованных овощей в руках.

Сотрудники и посетители с изумлением обсуждали, как за одну ночь закусочная выросла еще на этаж, превратившись в красивое трехэтажное здание синего цвета. Огромная вывеска над дверью стала еще более приметной.

Девушка отперла дверь, первой впуская внутрь команду, в то время как клиенты послушно выстроились в очередь на улице.

Едва переступив порог, Синцзы спросила:

— Откуда еще один этаж? Что будем продавать на этот раз?

Сяо Це и Ци Чэнь с ожиданием посмотрели на хозяйку. Цюань Шэнцзюй промолчал, но в его глазах тоже читалось любопытство.

Бай Мин прислонился к стене и задумчиво смотрел в окно, погруженный в свои мысли.

Лу Яо покачала головой:

— Подвернулась удачная возможность, вот и расширились. Я пока не решила, что там будет. Подумаю об этом, когда наймем новичков и закончим с приемом Бога-Демона.

Все, кроме заранее проинформированного Сяо Це, мигом забыли предмет разговора и в шоке обступили девушку:

— Бог-Демон придет к нам поужинать?!

Синцзы схватилась за голову, не веря своим ушам:

— Его не видели на публике уже почти сотню лет! Даже Стражи не в курсе, где он находится! И он придет есть в нашу закусочную?! Нет, мы обязаны подготовиться по высшему разряду!

Ци Чэнь в ужасе осел на пол:

— Бог-Демон... Это ведь не тот самый, а? Тот, кто обрушивает божественную кару на игроков, нарушивших правила Парка?

Это имя вызывало у него тяжелые воспоминания. Кажется, он видел Его, когда потерпел поражение в игре, но никак не мог вспомнить подробностей.

Лу Яо скользнула взглядом по Бай Мину. Она все еще не могла связать образ стоящего перед ней неописуемо красивого юноши, словно сошедшего со страниц манги, с тем черноволосым и черноглазым подростком из видения.

Неужели после смерти внешность человека может настолько измениться?

Когда суматоха улеглась, лавка открыла свои двери для посетителей.

Сотрудники разошлись по рабочим местам, а Лу Яо на кухне занялась составлением нового меню.

Она потратила немного времени и собственноручно приготовила все блюда из списка, включая кофе и десерты со второго этажа, а затем сфотографировала каждое из них.

Потом девушка вклеила снимки в предоставленный Системой блокнот, разделив его на категории: закуски, мучное, напитки и десерты. Получилось увесистое, невероятно удобное в использовании меню с картинками и описаниями.

Это был главный экземпляр, а все меню, разложенные на столах для гостей, являлись лишь его копиями.

Стоило Лу Яо добавить в оригинал новую позицию с фотографией, как она тут же появлялась во всех остальных буклетах — без лишних хлопот.

Три дня пролетели незаметно. Чтобы достойно встретить Бога-Демона, закусочная закрылась на полдня раньше обычного.

Хозяйка хлопотала на кухне, а сотрудники напряженно толпились в стороне. От одной мысли о визите столь важной персоны они от волнения не знали, куда девать руки.

С наступлением сумерек температура воздуха резко упала. Персонал этого не заметил, но Лу Яо потерла озябшие плечи.

В этот момент снаружи раздался стук. Синцзы и Сяо Це синхронно дернулись — Лу Яо сразу поняла, что стучат в дверь, ведущую в их мир.

Вытерев руки, она подошла ко входу:

— Кто там?

— Это я, — раздался старческий, до боли знакомый голос.

Лу Яо распахнула дверь. На пороге стоял Бог-Демон.

От него остался лишь скелет: броня нелепо болталась на белых костях, а плечи укрывал изодранный плащ.

При каждом шаге его суставы скрипели, казалось, он вот-вот рассыплется на части.

При виде этого зрелища сердце Лу Яо екнуло, но особого страха она не испытала.

Когда гость вошел, Синцзы, Сяо Це и остальные обитатели Страны Снов низко склонили головы в почтении.

Все, кроме Лу Яо и Бай Мина.

Бог-Демон перевел взгляд на юношу и глухо рассмеялся:

— И какая-то нечисть еще смеет вселяться в моего подданного?

Лу Яо обернулась и увидела, как от тела Бай Мина начало что-то отслаиваться.

Полупрозрачный фантом сереброволосого юноши с красными глазами отделился от сотрудника, и тот принял свой истинный облик — тот самый, который девушка видела в иллюзии.

Шестнадцатилетний подросток с черными волосами и темными глазами.

Отделившийся дух, сохранивший свои прекрасные черты, бросил на Лу Яо долгий, пронзительный взгляд и медленно растаял в воздухе.

Значит, в Бай Мина кто-то вселился?

Еще долгое время после этого в закусочной ходила уморительная байка.

Сяо Це с упоением рассказывал всем посетителям: «Слушайте прикол! Есть у нас один сотрудник. Сильный до жути, хоть в Стражи отбирай. Так вот, им больше месяца управлял дух, а он даже не почесался! Если бы к нам тогда не зашел сам Бог-Демон... Призрак, в которого вселился призрак! Ха-ха-ха! Я еще лет десять с этого ржать буду!»

Каждый раз, когда эта история всплывала, Бай Мин был готов сквозь землю провалиться со стыда.

По его собственным словам, все это время он находился в ясном уме и не ощущал чужого контроля. Однако он не помнил, как изменилась его внешность, и понятия не имел, зачем та сущность решила в него вселиться.

Если вдуматься, когда Капитан Стражи нашел его, призрак уже находился внутри, но даже столь сильный воин не заметил подвоха.

Случай с Бай Мином, несомненно, потряс всех, но сейчас куда важнее было обслужить Бога-Демона.

Персонал быстро взял себя в руки и вернулся к работе.

Лу Яо проводила гостя к столику у окна.

За стеклом стояла безмолвная ночь. Огни на противоположном берегу реки косо падали на воду, играя бликами и создавая атмосферу умиротворенной красоты.

Старец немного понаблюдал за пейзажем, а затем его взгляд упал на ряд суккулентов на подоконнике. Их пухлые, круглые листочки выглядели необычайно мило.

Стоило ему лишь слегка пошевелить костяными пальцами, даже не прикасаясь к растениям, как все они мгновенно иссохли, почернели и осыпались на плитку жалкой кучкой пепла.

Выйдя из кухни с подносом, Лу Яо как раз застала эту сцену. Сила божества была в разы ужасающей, чем у Капитана Стражи.

Застигнутый врасплох, гость повернул череп к девушке и неловко перебрал костяшками пальцев, словно оправдываясь:

— Мне просто стало любопытно.

Он представлял собой лишь голый остов с двумя черными провалами вместо глаз, и при каждом слове было видно, как клацают его челюсти.

Лу Яо подошла к столику и, расставляя блюда, поинтересовалась:

— Ваши иллюзии, должно быть, невероятно могущественны?

Бог-Демон гордо вздернул подбородок:

— Разумеется.

— Тогда, может, создадите для меня парочку суккулентов? — предложила она. — Посажу их в горшки, и они больше никогда не завянут.

Он долго колебался, глядя на пустые горшки, а затем повернул свои пустые глазницы к девушке:

— Даже самая совершенная иллюзия не сравнится с реальностью. Мне больше по душе те, что вырастила ты.

«Воистину Бог-Демон, никаких околичностей», — подумала Лу Яо.

Она кивнула:

— Ладно, это не проблема. Завтра отщипну листочки от соседних растений и посажу. Они быстро пустят корни. Ваш заказ подан, наслаждайтесь трапезой.

Бог-Демон недовольно заворчал:

— Ты заставишь меня есть в одиночестве?

В его голосе зазвучали капризные нотки одинокого старика.

— Считайте это закуской перед основным блюдом, — с улыбкой ответила Лу Яо. — Приступайте, а позже мы все вместе поужинаем.

Старец опустил взгляд на уставленный едой стол. Немного посидев в молчании, он медленно взял в руки палочки.

Тонкая роспись на белоснежном фарфоре изображала зеленые горы; гармоничная игра оттенков невольно радовала глаз.

Бог-Демон благосклонно склонил голову, разглядывая стоящую перед ним большую миску каши с дикими травами. Рядом примостилось блюдце с закусками.

Закусок было две: нарезанные размером с мизинец чесночные стрелки и нарубленные ломтиками маринованные огурцы. От блюдца исходил свежий аромат с легкой кислинкой.

На соседней тарелке лежали два жареных пирожка с тончайшим тестом и щедрой начинкой. От них поднимался пар, источая густой, дразнящий аромат.

По левую руку стояли два фарфоровых горшочка с крышками — большой и поменьше.

Оставив горшочки без внимания, Бог-Демон подцепил палочками чесночную стрелку и отправил ее в рот.

Ему досталась упругая зеленая часть стебля: у основания изумрудная, а на кончике слегка красноватая, напоминающая клейкие весенние листочки персикового дерева.

Она звонко хрустнула на зубах. Сперва рецепторы обожгла резкая кислинка, но по мере пережевывания вкус становился всё слаще, пока на языке не вспыхнула легкая острота, сопровождаемая едва уловимым, но совершенно особенным ароматом.

Бог-Демон на мгновение задумался. Свежий фенхель!

Этот тонкий нюанс придавал незамысловатой закуске сложное, глубокое послевкусие, моментально пробуждая зверский аппетит.

Затем он взял миску с кашей и сделал глоток. Белоснежные, круглые зерна риса варились вперемешку с мелко нарубленными дикими травами, приправленные одной лишь солью. Сладковатый злаковый дух сплетался с терпкой свежестью зелени. Теплое, густое варево приятно согревало нутро, даря такое блаженство, что хотелось облегченно выдохнуть.

Опустив голову, гость несколько секунд молча смотрел на еду черными провалами глазниц, после чего небрежно подцепил кусочек огурца.

Свежие огурчики, с небольшими надрезами для лучшей пропитки, провели ночь в глиняном чане с рассолом, а утром превратились в идеальное дополнение к каше.

Освежающие и хрустящие, они не могли похвастаться такой же многогранностью вкуса, как маринованные чесночные стрелки, но их сочная, брызжущая сладковатым соком мякоть заставляла тянуться за новым кусочком снова и снова.

Когда закуски на блюдце почти закончились, а каши оставалось еще полмиски, Бог-Демон отложил палочки и взялся за пирожок.

Тесто было настолько тонким, что проминалось под легким нажатием пальцев. Стоило откусить кусочек — и Бог-Демон удивленно замер. Пирожок с начинкой из рубленой свинины и лука-порея сочился горячим соком и источал умопомрачительный аромат. Откусывая сытное мясо и запивая его нежной кашей, он ощущал ни с чем не сравнимое удовольствие.

В два счета расправившись с первым, гость взялся за второй.

Этот оказался иным: плоский, с золотистой, слегка подпеченной корочкой. Внутри же пряталась начинка из свиной грудинки с маринованными листьями горчицы.

Мелко нарубленная сушеная зелень, смешанная с жирным мясом, была закатана в тесто, которое затем тонко раскатали и прилепили прямо к раскаленной стенке печи. Снятый с огня, пирожок хрустел румяной корочкой, тая во рту насыщенным вкусом.

— Пуф! — раздался громкий хлопок, и место, где сидел Бог-Демон, заволокло белым дымом. Лу Яо выглянула из кухни и широко распахнула глаза. Это и есть Бог-Демон?

Сотрудники заведения, потихоньку подглядывавшие за трапезой из угла, тоже застыли в изумлении. Бог-Демон оброс плотью и кровью! А точнее, принял свой прижизненный облик. Теперь на стуле сидел молодой человек лет двадцати пяти с открытым, честным лицом, чьи волосы были перехвачены светлой холщовой лентой. Даже изорванный в клочья доспех не мог скрыть его величественной ауры.

Лу Яо вышла в зал, неся тарелку с только что приготовленным блюдом и пиалу белого риса. В ее глазах читалось жгучее любопытство.

— Ты видела мои воспоминания, — произнес юноша, поднимая взгляд.

— Да, — кивнула девушка.

Там, на древнем поле брани, Лу Яо стала свидетельницей не только прошлого своих сотрудников и гостей, но и всей жизни одного полководца.

В мире, растерзанном войнами и голодом, юноша потерял всех родных. Чтобы не умереть, он подался в армию. В тринадцать лет впервые ступил на поле боя, в двадцать три стал генералом, а в двадцать пять — сложил голову во льдах и крови.

Но пал он не от вражеского клинка. Его погубили шпионы императорского двора, затесавшиеся в ряды его же солдат.

Отправившись в одиночку спасать людей, он угодил в засаду и погиб, пронзенный тысячей стрел.

Как оказалось, новость о захвате женщин и детей была фальшивкой, распущенной лазутчиками лишь для того, чтобы выманить его из лагеря. Смерти генерала желали не завистливые сослуживцы, а сам государь, восседающий на золотом троне.

«Когда дичь перебита, лук прячут в чехол» — эта древняя истина в который раз подтвердила свою жестокость.

Поначалу Лу Яо даже не догадывалась, что это был Бог-Демон. Выйдя из игры с раскалывающейся от потока информации головой, она долго приводила мысли в порядок, прежде чем пришла к такой догадке.

Сегодняшний обед казался незамысловатым, но в каждом блюде таилась отсылка к прошлому великого генерала.

— Ты сварила кашу с травами, которую я часто ел в детстве, но вкус совсем иной, — с улыбкой покачал головой Бог-Демон. — Слишком много риса, слишком густо, да и травы совсем не горчат. Намного вкуснее того, что готовила моя матушка. И эти закуски, и лепешки... Они куда изысканнее походной стряпни. Никакого сходства.

— Раз уж они так не похожи, отчего же вы вспомнили те времена? — Лу Яо убрала со стола пустую посуду, поставив вместо нее рис и свежеприготовленную горькую тыкву, фаршированную мясом.

— Именно. Прошлое, забытое тысячелетия назад, вновь всплыло в памяти. Благодарю тебя, — с суровым лицом отозвался собеседник.

— Угощайтесь дальше, а я пока займусь десертом, — ничуть не смутившись его показной ворчливости, девушка непринужденно сняла крышку с маленького фарфорового горшочка.

Сотрудники, наблюдавшие за сценой издали, мысленно ахнули: «Какая же наша хозяйка смелая! Это ведь сам Бог-Демон!»

Стоило крышке приподняться, как в воздухе разлился дерзкий, пряный аромат сычуаньского перца.

Божество опустило взгляд: в густом багровом соусе утопали нежные кубики тофу, щедро посыпанные изумрудным зеленым луком. И по цвету, и по запаху это блюдо превосходило все предыдущие. От одного только вида мапо тофу во рту моментально собиралась слюна.

Раз уж перед ним стояла пиала сверкающего, как снег, риса, Бог-Демон без колебаний зачерпнул три полные ложки жгучего варева, вывалил их на крупу и, орудуя палочками, начал с жадностью уплетать еду.

Нежнейший тофу оказался мягче самого риса. Мелкие кубики, пропитанные густым соусом, взрывались на языке целой симфонией вкусов: солоноватость, насыщенный мясной умами, покалывающая свежесть перца и обжигающая острота. Словно бойцы на ринге, они сменяли друг друга, создавая невероятно богатую палитру ощущений.

Соус пропитал злаки, а шелковистая текстура соевого сыра придавала блюду особую прелесть. Умяв половину порции, едок наконец обратил внимание на фаршированную горькую тыкву. Очищенные от сердцевины зеленые кольца таили в себе мясную начинку и блестели тонким слоем прозрачной глазури.

Такого ему пробовать еще не доводилось. Он подцепил один кусочек.

Изумрудная кожица под светло-коричневым соусом скрывала сочное мясо. Мягкий вкус с легкой горчинкой оказался на редкость приятным и своеобразным.

Рис с мапо тофу был тяжеловат, но освежающая тыква отлично перебивала жирность, принося приятное чувство легкости.

Покончив с основным блюдом, Бог-Демон медленно перевел взгляд на самый большой горшок.

Что же таится здесь?

Под крышкой, источая клубы пара, оказался суп.

Юноша слегка нахмурился. Знакомый запах. Пахло целебными отварами.

В годы армейской службы на столь высоком посту ранения были обычным делом.

От легких царапин до тяжелых увечий, приковывающих к постели — всякий раз приходилось глотать эту горькую, вонючую бурду.

И даже спустя тысячелетия Бог-Демон по-прежнему ненавидел этот запах.

Впрочем, бульон выглядел на удивление прозрачным, с легкой россыпью золотистых блесток жира на поверхности. На дне виднелись лекарственные коренья, кусочки курицы, грибы и красные финики. Смотрелось весьма аппетитно.

Брезгливость боролась в нем с любопытством.

Зачерпнув немного жидкости, он сделал крошечный глоток. Морщинка между бровей разгладилась.

Несмотря на горьковатый аромат, на вкус бульон оказался мягким и нежным. Насыщенный вкус курицы и грибов быстро заполнил рот, уступая место едва уловимой сладости.

Это странное сочетание горечи и сладости затягивало. Сам того не заметив, Бог-Демон выпил всё до последней капли.

Опустив пустую посуду на стол, он отвел взгляд к окну, почувствовав легкое смущение.

Он смел всё подчистую. Ни крошки не оставил.

Лу Яо словно по часам подгадала момент. Выйдя в зал, она поставила перед ним небольшую пиалу.

— А вот и десерт.

— Раз уж ты так настаиваешь, пожалуй, съем еще немного, — не поворачивая головы, напускно-равнодушным тоном отозвался гость.

Обретя плоть, он и голос вернул себе прежний — голос молодого парня. В нем поубавилось божественной надменности и проскользнула обычная человеческая застенчивость.

— Приятного аппетита.

Когда Лу Яо вернулась на кухню, несколько сотрудников уже чуть слюной не захлебнулись, глядя в котел с маленькими рисовыми шариками.

Пухлые, мягкие комочки, напоминающие жемчужины белого нефрита, нежились в темно-коричневом тягучем сиропе, наполняя помещение густым, сладким ароматом.

Хотя основа была той же, что и у блюда Рисовые шарики в сладком вине, эти шарики в карамельном сиропе пахли невероятно притягательно.

— Угощайтесь пока, а чуть позже устроим барбекю, — с улыбкой предложила девушка.

Работники наложили себе по полпиалы и, выстроившись в ряд со своими ложечками, принялись уплетать лакомство, то и дело дуя на обжигающие кусочки.

Сваренные в сиропе шарики раздулись, словно крошечные воздушные булочки.

На вид мягкие, на зубах они оказались упругими и вязкими. Окутанные густой карамелью, они слегка липли к зубам, приятно поскрипывая при жевании. Обжигающе горячие и невероятно сладкие. От большой порции могло бы стать приторно, но оторваться было решительно невозможно.

Бай Мин, до этого пребывавший в унынии из-за недавней одержимости, съел половину порции, и его настроение словно пропиталось этой сладостью. В темных глазах вновь вспыхнул живой блеск.

В детстве Лу Яо обожала это блюдо. Густая, приторно-сладкая патока из батата, разбавленная каплей воды, служила идеальной средой для варки шариков. Девочка могла в один присест уговорить огромную миску.

Повзрослев, она разлюбила столь явную сладость и стала есть их гораздо реже.

Но ради того, чтобы Бог-Демон смог ощутить этот вкус из прошлого, она обошла несколько рынков и потратила два дня, пока не раздобыла крошечную баночку домашней патоки у одного старика-зеленщика.

Когда хозяйка пришла забирать посуду, гость уже всё доел, выскреб остатки сиропа со дна и теперь с безмятежным видом подпирал щеку рукой, делая вид, что крайне увлечен ночным пейзажем.

Тем временем сотрудники принялись за подготовку к барбекю. Они сдвинули несколько столов, расставили жаровни и разложили ингредиенты.

Поначалу из-за присутствия великой сущности все чувствовали себя скованно, но постепенно расслабились, откупорили алкоголь и разошлись не на шутку. К полуночи вся компания беспробудно дрыхла прямо на столах.

Бог-Демон, отведав угощений в первые несколько заходов, больше к еде не притрагивался. Он лишь молча стоял у окна, любуясь ночным городом, словно никак не мог наглядеться.

Лу Яо заварила чайник горячего чая, прихватила тарелку с пирожными из финиковой пасты и присела напротив.

Юноша обернулся и сам налил себе чашку. Тонкий аромат чая немного приглушил витавший в комнате запах застолья.

— Я знаю, чего ты ищешь. Твоя карма тяжела, а путь тернист и долог. Что ж, да будет по-твоему.

С этими словами он извлек из-под плаща белую кость и протянул ее девушке.

— Что?.. — Лу Яо опешила.

Это что, человеческая кость? Ей вовсе не это было нужно!

Впрочем, она и сама не до конца понимала, какой именно предмет требуется получить от Божества, чтобы отправиться в следующий мир.

Заметив ее заминку, Бог-Демон ничуть не обиделся.

Положив кость на стол перед ней, он вдруг вытащил фалангу из мизинца своей левой руки и, не отрывая прямого взгляда от лица девушки, произнес:

— Это моя кость. Она позволит тебе управлять временем по своему усмотрению. Если хочешь забрать ее, исполни одну мою просьбу.

Просьбу? О чем всемогущее создание может просить простую смертную?

— Слушаю вас, — настороженно кивнула Лу Яо.

— Моя фаланга — это залог. Если однажды ты решишь закрыть эту лавку, принеси кость мне.

Девушка широко распахнула глаза. Неужели он признал ее право торговать в этом мире?

【Получено «Признание Бога-Демона». Закусочная достигла статуса семи звезд. Открыта вакансия заместителя управляющего.】

【Задание «Пир для Бога-Демона» выполнено! Поздравляем владелицу! Вы получили благословение божества Страны Желтых источников и теперь можете отправиться в следующий мир!】

Внезапно кошелек на поясе Лу Яо обдало жаром. Она поспешно вытащила оттуда клочок бумаги.

На белой полоске шириной в два пальца значились четыре иероглифа: «Пять вкусов человеческого мира». Это была подсказка, полученная еще до прибытия в эту реальность.

Именно следуя этой зацепке, она решила открыть гастрономическую лавку. И чутье ее не подвело — выбор оказался верным, пусть и весьма затратным.

Бумага всё еще жгла пальцы. Лу Яо машинально потерла ее, уголок загнулся, и на стол выскользнула совершенно новая записка.

На этот раз вместо текста на ней был рисунок: когтистая, покрытая чешуей лапа, сжимающая горсть сокровищ.

Мельком взглянув на изображение, девушка спрятала подсказку, забрала предложенную кость и спокойно ответила:

— Хорошо. Я согласна.

Юноша вновь пододвинул к ней первую, большую кость, словно боясь, что она забудет:

— И это забери.

— ...Могу я поинтересоваться, зачем мне этот обломок? — вздохнула Лу Яо.

Бог-Демон искренне удивился:

— Разве не ради этого ты сюда явилась? Забирай. Мне этот хлам тоже ни к чему.

Он был непреклонен. Лу Яо ничего не оставалось, кроме как отправить предмет в Хранилище. А когда она подняла глаза, стул напротив уже пустовал.

Бог-Демон исчез.

Все миссии, связанные с заведением, были успешно закрыты, однако Лу Яо не стала спешить с переходом в новый мир. Сначала требовалось уладить накопившиеся здесь дела.

На следующее утро, проснувшись, она обнаружила под вывеской своей лавки ряд звезд. Пересчитав их, она убедилась — ровно семь штук.

Девушка мысленно вызвала Систему:

— Откуда взялись эти звезды? Это как-то связано с рейтингом?

Система: 【Заручившись поддержкой местного божества, вы повысили статус своего заведения до семи звезд. Символы на вывеске — это знак почета для владелицы! К слову, максимальный ранг — десять звезд. За достижение этой планки предусмотрена особая награда!】

— Ясно, — без особого энтузиазма отреагировала Лу Яо.

Семи вполне достаточно. А десять... как карта ляжет.

В обеденный перерыв Лу Яо устроила собеседования на должность сотрудников. Среди кандидатов оказались весьма неожиданные личности: Страж Парка-кондитерской из Сектора С по имени Чи, бывший охранник Парка Циншань Ду Чэнь со своим братом Ду Анем, а также несколько простых смертных.

Короткий разговор показал, что Чи — способный и невероятно невозмутимый малый. К тому же он на удивление легко нашел общий язык с Ци Чэнем и обладал силой Стража. Лу Яо наняла его без раздумий.

Остальные претенденты не внушали доверия, поэтому хозяйка не стала идти на компромисс и попросила Систему вновь разместить объявление о вакансии.

Цин, прознав, что Чи устроился в закусочную, специально заглянул к нему, чтобы перекинуться парой слов по секрету.

На следующий день в обед в заведение нагрянула целая толпа — некая компания решила устроить корпоративный банкет.

Юй Цай и Мо Чэн во главе процессии из двадцати коллег торжественно ввалились внутрь. Они отстояли в очереди сутки напролет, чтобы наконец попасть в эту легендарную Маленькую столовую.

Поскольку гостей было много, Лу Яо распорядилась проводить их на третий этаж.

Он еще не был официально открыт для публики, но планировкой ничем не отличался от первых двух. Просторный зал идеально подходил для шумного застолья — никто никому бы не мешал.

Всего за несколько дней меню обогатилось новыми позициями: лапшой с помидорами и яйцом, блюдом Блинный торт с матчей, сладким супом из ледяного гриба...

Один тучный мужчина средних лет из компании Юй Цай заказал себе порцию лапши с помидорами. Лу Яо лично сварила макароны и обжарила заправку.

Стоило гостю проглотить первую порцию, как он разрыдался. Умываясь слезами, он запричитал:

— Эта лапша точь-в-точь как та, что готовила моя мама! Тем утром я разозлился на нее, назло съел только половину, а остаток выкинул... А на следующий день меня не стало. Оказавшись здесь, я бессчетное количество дней и ночей мечтал вновь ощутить этот вкус. И вот, наконец, нашел его. Мам, прости меня... Я так скучаю!

По мере того как он говорил, его фигуру окутало теплое сияние. Окружающие ахнули.

Услышав шум, примчался Капитан Стражи. Лу Яо, персонал и несколько зевак столпились у лестницы, во все глаза наблюдая за тем, как свет вокруг плачущего мужчины становился всё ярче, пока полностью не поглотил его. А затем силуэт сжался в крошечный золотистый, пушистый шарик и, подобно семени одуванчика, взмыл в небо, растворившись без следа.

Кто-то в толпе ошеломленно пробормотал:

— Неужели... душа обрела покой?

— Боже милостивый! Значит, мы всё еще можем уйти на перерождение?!

— Он освободился из-за того, что съел блюдо в этой лавке?

Сердце Лу Яо екнуло: «Он что, умер?»

Капитан Стражи резко обернулся к ней:

— Эту лапшу приготовила ты?

Девушка ошарашенно кивнула.

Приказав подчиненным увести остальных зевак, Капитан отвел Лу Яо в сторону.

— Душа этого человека только что вернулась в цикл сансары, — негромко пояснил он. — Те, чья жизнь оборвалась трагически — в аварии, по собственной воле или из-за катастрофы, — часто несут в себе сильнейшую одержимость. Такие неприкаянные духи и притягиваются в этот мир. Здесь нет Врат Перерождения, поэтому они не могут отыскать дорогу назад и в итоге просто рассеиваются в небытие. Должно быть, отведав твоего блюда, он отпустил свою скорбь и нашел путь домой.

— ...Не уверена, что понимаю, — призналась девушка.

Капитан не славился красноречием, да и в присутствии Лу Яо всё еще чувствовал себя неловко.

— Там, где покой, там и дом, — сухо изрек он. — Короче говоря, это благое дело. Бог-Демон, вероятно, предвидел такое развитие событий, раз оставил тебе это. Отныне ты будешь получать по три штуки каждый месяц — в качестве субсидии на ингредиенты.

Лу Яо опустила взгляд. В ее ладони лежали три Черных Кольца.

— ...

«Какая еще субсидия на ингредиенты? Это что, прозрачный намек от начальства, чтобы я сбывала эти кольца на черном рынке?»

Система: 【Хозяйка, освобожденный гость передал вам всё свое оставшееся время. В общей сложности — восемьсот пятьдесят девять лет.】

Лу Яо лишилась дара речи. Она уже ничему не удивлялась.

Как только Капитан увел патрульных, Юй Цай и Мо Чэн поймали хозяйку в коридоре.

— Госпожа управляющая, мы там у входа объявление о найме видели, — заговорщицким шепотом начала женщина. — Как считаете, мы бы вам подошли?

Лу Яо всё еще чувствовала себя немного виноватой за произошедший инцидент.

— Насчет того мужчины... Он...

— Госпожа, вы просто невероятны! — с горящими глазами перебила Юй Цай. — Подумать только, помочь душе обрести покой! Буду откровенна: я тоже мечтаю найти дорогу домой. Поэтому и прошу взять меня на работу. Я девушка смышленая, любую задачу выполню!

В ее словах читался совершенно недвусмысленный намек.

Девушка устроила обоим небольшое испытание. И правда, эта парочка оказалась куда расторопнее всех утренних кандидатов.

Молчаливый Мо Чэн управлялся с ножом и сковородкой ничуть не хуже Цюань Шэнцзюя, а Юй Цай превосходно ладила с клиентами и ловко помогала по кухне.

Желая поскорее закрыть все кадровые вопросы, Лу Яо приняла их в штат.

Фирма, в которой трудились новобранцы, тут же объявила о банкротстве, а штат закусочной увеличился до восьми человек.

В тот же день слухи о том, что еда из этой лавки дарует спасение душам, разлетелись по всей округе. Свидетелей чуда оказалось слишком много, так что утаить шило в мешке не вышло.

Очереди выросли до немыслимых размеров. На улице начали вспыхивать драки за место, из-за чего Капитану Стражи пришлось лично явиться в сопровождении НИПов Парка, чтобы восстановить порядок.

На следующий день Лу Яо объявила о предстоящем назначении заместителя. Эта новость вызвала бурю эмоций в коллективе; между сотрудниками моментально разгорелось нешуточное соперничество.

Хозяйка искренне не понимала такого ажиотажа.

Система: 【Заместитель заключает духовный контракт с владельцем и получает право исполнять его обязанности в пределах заведения. Это означает, что он тоже сможет переступать порог Той Самой Двери.】

Лу Яо только вздохнула. «Надо же, как быстро у них котелки варят. Я до такого даже не додумалась».

Видя, что хозяйка не спешит собираться в путь, Система забила тревогу и принялась ее поторапливать:

【Подсказка для следующей точки получена, здесь все дела почти улажены. Когда вы планируете открывать второе заведение? Есть ли уже какие-то идеи?】

— Как только выберу заместителя, так сразу, — отмахнулась девушка. — Желательно что-нибудь не слишком затратное.

Система: 【Рекомендую открыть ювелирный салон. Судя по подсказке, в новом мире драгоценности в страшном дефиците. Вы можете закупить элитные камни здесь и продавать их там с огромной наценкой. Успех гарантирован!】

— ...Кажется мне, что идея твоя — полная ерунда, — скептически протянула Лу Яо.

— Почему? — поинтересовалась Система.

— А ты не допускаешь мысли, что драгоценности для меня — тоже большая редкость? — ответила Лу Яо.

— Обманщица. У владелицы на счету лежат сотни тысяч, а она каждый день прибедняется, — возмутилась Система.

— …Ты проверяешь мои банковские счета?

У неё и впрямь имелись кое-какие сбережения, но достались они ей нелегко.

Родственные связи Лу Яо были слабыми. Родители разошлись, когда она была ещё совсем крохой, и девочка осталась жить с матерью.

В средней школе мать трагически погибла в автокатастрофе, оставив её совершенно одну.

Виновник аварии выплатил компенсацию в шестьсот тысяч. Поскольку Лу Яо тогда была несовершеннолетней, её забрал к себе дядя.

К моменту совершеннолетия от тех шестисот тысяч до неё дошли лишь сто. Чтобы вернуть хотя бы эти деньги, ей пришлось вдрызг рассориться с дядиной роднёй.

Тем не менее, Лу Яо использовала эту сумму как стартовый капитал. В студенческие годы она бралась за любую подработку, обеспечив себе стабильный доход.

Накануне поездки в честь окончания университета её сбережения увеличились в несколько раз.

А затем в путешествии случилась беда: она оказалась привязана к этой чертовой Системе управления в Ином мире и исполнения желаний. Стоило открыть всего одну лавку, как накопленный годами капитал сократился вдвое.

— Когда владелица загадала желание, всё её прошлое и все активы были синхронизированы с Системой, — оправдывалась та.

Она вовсе не шпионила за счетами намеренно.

— Ладно, так и быть, поверю на слово, — Лу Яо откинулась на спину. Отступать было некуда, деньги уже потрачены, и то, что Система знает размер её сбережений, не казалось такой уж большой проблемой.

— Ты правда не думаешь об открытии ювелирного магазина? — не унималась Система. — Ты размышляла над скрытым смыслом подсказки? Эта лапа указывает на некое невероятно могущественное существо. Лапа крепко сжимает золото и драгоценности — наверняка это их любимые сокровища.

Лу Яо не хотелось тратить время на споры, поэтому она спросила напрямик:

— Ты умеешь сама выходить в интернет?

Система, казалось, опешила. Выждав пару секунд, она ответила:

— Разумеется.

— Тогда зайди на пару официальных сайтов люксовых ювелирных брендов и посмотри.

Через пять минут Система вернулась, поджав хвост.

Что уж говорить об элитных украшениях — денег владелицы едва хватило бы на пару самых обычных изделий на заказ.

Когда Лу Яо получила подсказку для первого мира, Система, проанализировав слова «Пять вкусов человеческого мира», посоветовала ей торговать приправами.

Ещё тогда девушка поняла, что эта болтунья куда менее надежна, чем кажется.

Убедившись, что та притихла, Лу Яо решила сперва заглянуть в закусочную, чтобы назначить заместителя управляющего.

Добравшись до места и толкнув дверь, она сразу заметила перемены.

До открытия оставалось ещё полчаса, но Синцзы, Бай Мин, Сяо Це, Ци Чэнь, Цюань Шэнцзюй и Чи уже были на месте. Раньше они всегда приходили минута в минуту, не раньше и не позже, если не было особых распоряжений.

Сегодня они не только явились заранее, но и успели закончить все приготовления к её приходу.

Заметив начальницу, сотрудники тут же бросились помогать: взяли сумку, налили воды, проявляя куда больше усердия и заботы, чем обычно.

Лу Яо открыла лавку совсем недавно. Большую часть времени она проводила в закусочной и лишь однажды побывала в Парке, поэтому пока плохо разбиралась в устройстве этого мира.

Но она часто видела, как посетители приникают к окнам, подолгу любуясь пейзажами и не желая уходить, или собираются в кружок, чтобы благоговейно погладить Суккулент на подоконнике.

Они тосковали по миру живых, но два измерения, разделенные лишь оконным стеклом, имели четкие границы, которые невозможно было пересечь.

По словам Системы, если кто-то из сотрудников станет заместителем, его душа будет связана с душой Лу Яо. Это позволит ему ненадолго задерживаться в реальном мире, при условии, что он не покинет пределы закусочной.

Во время её отсутствия кто-то должен был заносить товары внутрь — именно в этом и заключалась главная причина наделения заместителя особыми полномочиями. Впрочем, работникам было всё равно. Ради возможности хотя бы на пару минут очутиться по ту сторону, перетаскать несколько ящиков казалось сущим пустяком.

Первым вызвался Ци Чэнь:

— Хозяйка, я хорошо знаком с тем миром и знаю, как общаться с курьерами. Я отлично справлюсь с этой должностью.

Реальный мир манил Ци Чэня сильнее, чем остальных. От одной мысли, что он сможет вернуться, его фантомное сердце начинало бешено колотиться от предвкушения.

Сяо Це немедленно возразил:

— Подумаешь, таскать коробки! Кто с этим не справится? Малыш Ци даже в Парк зайти боится, я очень сомневаюсь в его надежности.

Это был удар по больному месту. Воспоминания о посещении Парка в качестве игрока при жизни оказались слишком травмирующими, и даже после смены статуса Ци Чэнь продолжал держаться от него подальше.

— Какое отношение страх перед Парком имеет к должности заместителя? — упрямо огрызнулся юноша.

— Заместитель должен не только заниматься делами лавки, но и в любой момент решать проблемы посетителей, — вмешалась Синцзы. — А среди наших гостей много сотрудников Парка и Стражей. Боюсь, малыш Ци с ними не совладает.

Вперед шагнул Бай Мин. На лице шестнадцатилетнего подростка ещё играла детская наивность, но говорил он весьма рассудительно:

— Позвольте мне. У меня мощная Духовная сила, я знаю, как вести себя с живыми людьми, и не выдам нас. К тому же я работал на кухне и умею обслуживать клиентов.

Сяо Це надул губы и пробормотал себе под нос:

— Бывший Страж, в которого вселялся призрак... На такого точно нельзя положиться.

Обладавший острым слухом Бай Мин поперхнулся словами:

— …

Стоявший в стороне Чи тихонько посмеивался. Он тоже хотел попытать счастья, но не успел даже рта раскрыть, как его осадили суровые взгляды коллег, ясно говорившие: «Новичок на испытательном сроке, не лезь».

Цюань Шэнцзюй тоже подумывал выдвинуть свою кандидатуру, но чувствовал себя слишком заурядным по сравнению с этими опытными выходцами из Парка. Он лишь молча сидел в сторонке с горькой усмешкой.

Синцзы придвинулась к Лу Яо, обняла её за руку и заявила в лоб:

— Хозяйка, я тоже хочу стать заместителем.

Под прицелом нескольких пар сияющих глаз девушка опустила голову, оказавшись в затруднительном положении.

«А у привязки душ есть лимит по количеству людей?»

— Пока вторая сторона добровольно заключает с тобой контракт — ограничений нет. А что ты задумала? — мысленно отозвалась Система.

Лу Яо подняла взгляд на подчиненных и мягко произнесла:

— Сначала я хочу кое-что прояснить. После привязки душ вы потеряете возможность перерождения.

Еда, которую готовила Лу Яо, могла помочь некоторым душам обрести покой и переродиться. И хотя шанс был ничтожно мал, пока чудо не случилось, надежда оставалась у каждого.

Однако связанный с ней работник лишался этого права навсегда, становясь её вечным подчиненным.

— Да мне всё равно! — беспечно отмахнулся Сяо Це. — Я хочу всегда быть рядом с хозяйкой!

Синцзы закивала:

— И я.

Бай Мин опустил голову, обдумывая услышанное пару секунд, затем посмотрел на Лу Яо и торжественно произнес:

— Моё место там, где вы.

Синцзы подскочила и в шутку стукнула подростка:

— Какой хитрец!

Цюань Шэнцзюй молча поднялся и подошел к владелице:

— Я тоже согласен.

И лишь Ци Чэнь, поначалу рвавшийся в бой, вдруг замялся.

Если бы представилась возможность, он бы предпочел уйти.

Его молчание сказало всё за него, и Лу Яо приняла это решение.

Она встала:

— Я тут подумала... Как насчет того, чтобы ввести систему сменных заместителей? Каждый будет дежурить по неделе, по очереди. Что скажете?

Синцзы сгребла её в охапку:

— Здорово! Обожаю нашу хозяйку!

Остальные тоже не возражали. Лу Яо сочла это самым оптимальным выходом.

— Поздравляю. Вы только что получили титул «Знаменитый мастер компромиссов города Яогуан», — съязвила Система.

— …Спасибо.

Чуть позже Чи тайком подошел к Лу Яо и заявил, что как только закончится его испытательный срок, он тоже хочет пройти ритуал привязки.

Бывший Страж с мощной Духовной силой прекрасно понимал ситуацию: некоторым душам легко обрести покой, но чем сильнее дух, тем глубже его навязчивые идеи, а значит, шансы на перерождение ничтожны.

Синцзы, Бай Мин, Сяо Це и он сам осознавали это. Им куда больше хотелось ухватиться за то тепло и приют, что были прямо перед ними.

Девушка согласилась.

Разобравшись с делами закусочной, она сначала связала душу с Бай Мином, договорившись через неделю повторить ритуал с Синцзы.

Во время процесса Лу Яо снова увидела обрывки памяти юноши: при жизни он был отличником, дисциплинированным и весьма милым старшеклассником.

Если бы он не бросился спасать чужую жизнь, через два года сдавал бы вступительные экзамены. К сожалению, его время навсегда остановилось на отметке в шестнадцать лет.

Кидаясь на выручку, он и не думал, что может погибнуть.

После смерти страх за родителей, которые могли не вынести утраты, превратился в одержимость. Блуждая в полубреду, он забрел в Страну Снов и стал тем Бай Мином, которого она знала.

Но Лу Яо разглядела и нечто иное.

Сереброволосый юноша с алыми глазами стоял в разломе между двумя мирами. Дождавшись Бай Мина, он вселился в него, принял его облик и вместе с ним проник в Страну Снов.

Во второй половине дня как раз ожидалась доставка, и Лу Яо вручила подростку бейдж заместителя.

Созданный Системой пропуск обладал особой силой — только с ним можно было открыть Звездные врата.

Когда прибыл курьер, Лу Яо вывела Бай Мина на улицу.

Стоя под козырьком крыши, юноша пораженно разглядывал окрестности. Цвета казались неимоверно яркими, всё вокруг выглядело таким свежим, словно заново рожденным.

В воздухе витал легкий аромат свежей травы, а прохладный ветерок приятно ласкал кожу.

Такую реалистичность не смогла бы воссоздать ни одна игра в Парке, даже самого высокого уровня.

Лу Яо представила его курьеру:

— Это мой сотрудник, господин Бай. Если меня вдруг не окажется на месте, обращайтесь к нему.

Бай Мин очнулся от нахлынувших чувств и кивнул:

— Здравствуйте.

Доставщик вздрогнул от неожиданности и торопливо закивал, хотя про себя подумал: «В эту богом забытую дыру отродясь никто не заходит, а они ещё и персонал нанимают. Чертовщина какая-то!»

Когда товар был принят и Бай Мин вернулся внутрь, Синцзы и Сяо Це тут же облепили его, расспрашивая о том, как там, снаружи.

Уголки губ подростка слегка дрогнули в улыбке, а в глазах заплясали радостные искорки:

— Замечательно. Мне хотелось вечно стоять на ветру.

Синцзы сложила ладони вместе, её глаза сияли:

— Жду не дождусь своей очереди!!!

Поднявшись на второй этаж, Лу Яо отыскала Ци Чэня. Достав три Черных Кольца, которые отдал ей Бай Цзянь, она спросила:

— Не знаешь, какова рыночная цена таких колец?

Стеклянный стакан выскользнул из рук юноши и со звоном разбился вдребезги.

— Откуда у тебя столько Черных Колец? — дрожащим голосом выдавил он.

— Капитан Стражи подарил.

Ци Чэнь потерял дар речи. Помолчав несколько секунд, он ответил:

— Новое Черное Кольцо стоит от двухсот до пятисот тысяч. Но тебе лучше найти посредника для продажи, чтобы не привлечь внимание дурных людей. Можешь обратиться к Чжуан Ляну.

Теперь Лу Яо примерно понимала их ценность. Однако обращаться к Чжуан Ляну она не собиралась — скорее всего, тот и сам не горел желанием её видеть.

Авторизовавшись на форуме Парка, девушка потратила немного времени на изучение обстановки и обнаружила немало объявлений о покупке колец.

Сняв детальное видео одного из Черных Колец, она загрузила его на сайт и создала пост о продаже, установив цену в триста тысяч.

В комментариях тут же появились первые ответы:

«Бред какой-то! Триста тысяч? Оно что, новое?»

«Даже новые столько не стоят. С такой ценой это уже не торговля, а грабеж!»

«Раньше, может, и нашлись бы лопухи, но сейчас кругом одни мошенники. Кто даст гарантию, что оно не б/у? Черных Колец мало, но они не уникальны. Намного дешевле можно найти целую кучу».

«Расходимся, не будем овцами на заклание».

Пользователи на все лады ругали продавца за завышенную цену и сомневались в подлинности товара. Не увидев ни одного реального покупателя, Лу Яо вскоре закрыла форум.

С кольцами можно было не спешить. Прошлым вечером она пересчитала юани, собранные работниками — вышло больше пятидесяти тысяч. Этого с лихвой хватит на закупку продуктов для закусочной дней на десять.

Закинув сумку на плечо, девушка вышла на улицу и прогулялась по торговым рядам. Пришло время подыскать помещение для второго магазина.

Закусочная была связана со слишком специфическим и опасным миром, поэтому новую точку лучше открыть подальше от неё.

Вскоре подходящее место нашлось — через два здания от закусочной. Помещение тоже выходило окнами на реку, но по площади превосходило первое в три раза.

Как и в прошлый раз, прежде чем принимать посетителей, магазин требовалось преобразовать в особое пространство.

Лу Яо уверенно набросала чертеж, потратила сто тысяч очков популярности на модернизацию и на скорую руку занялась обстановкой.

Техническое обслуживание системы должно было продлиться двенадцать часов, поэтому она отправилась домой, чтобы собрать необходимые инструменты и материалы.

Наблюдая, как хозяйка суетливо носится по квартире, перебирая принадлежности для маникюра, Система пришла в недоумение:

— Почему ты не готовишь инвентарь для новой лавки? Зачем тебе весь этот хлам?

Не отрываясь от работы, Лу Яо бросила:

— Это и есть инвентарь для магазина.

У Системы появилось дурное предчувствие:

— Что именно ты собралась открывать?

Девушка извлекла из кармана недавно полученную подсказку и, ткнув пальцем в нарисованную лапу, произнесла:

— Разве эта лапка не очаровательна? Посмотри на эти длинные коготки — они просто созданы для маникюра.

— …Приди в себя! Очевидно же, что это лапа гигантского свирепого хищника. С чего ты взяла, что он даст тебе пилить свои когти? — возмутилась Система.

Но Лу Яо твердо решила открыть маникюрный салон, и отговорить её было невозможно.

На первом курсе она самостоятельно освоила нейл-арт, её мастерство постоянно росло, отбоя от клиенток не было, поэтому и материалов скопилось превеликое множество.

Всевозможные гель-лаки занимали пять органайзеров; клеи для страз, лепки и укрепления краев заполняли отдельную огромную коробку. А ещё горы инструментов, глиттера, блесток, мелкого декора и тонких кисточек. Переезд обещал быть масштабным.

На следующий день Лу Яо вызвала грузовое такси, загрузила в него всё своё оборудование и перевезла в новое помещение — «Маникюрный салон Лу Яо», располагавшийся неподалеку от закусочной.

Грузчик, оглядев обшарпанную улицу, скептически хмыкнул:

— Уверены, что в такой дыре будут клиенты?

Лу Яо с самым серьезным видом ответила:

— Аренда в хороших районах кусается. Я только выпустилась из универа, мне такое не по карману. А здесь дешево, да и вид красивый. У меня обслуживание по предварительной записи: клиентки записываются онлайн и приезжают в назначенное время. Так что проблем не будет.

Грузчик счел её рассуждения вполне здравыми и, больше ни о чем не расспрашивая, помог занести коробки внутрь, после чего уехал.

— Владелица врет всё изощреннее, — заметила Система.

— Ложь во спасение избавляет от множества хлопот.

Первым делом она заглянула в закусочную. Работники отлично справлялись — везде царил идеальный порядок.

Цюань Шэнцзюй и Мо Чэн договорились готовить еду для персонала по очереди, и в первый день дежурил Шэнцзюй.

На завтрак подавали лапшу, и Лу Яо с удовольствием съела порцию вместе со всеми.

Из-за наплыва посетителей пришлось открыть для гостей и третий этаж, хотя местная кухня пока простаивала без дела.

Лу Яо планировала заняться ею после того, как удастся сбыть хотя бы одно Черное Кольцо. А до тех пор этаж использовался исключительно как обеденный зал.

Проверив форум и не обнаружив новых сообщений, она закрыла сайт и вернулась в салон, чтобы продолжить расставлять вещи.

Континент Александрия, Северный регион.

Огромный золотой дракон стремительно пронесся над Изумрудным городком.

Аура драконов была настолько ужасающей, что слабые представители человеческой расы могли умереть от страха, просто почувствовав их присутствие. По этой причине крылатые ящеры редко задерживались в людских поселениях.

Этот дракон тоже не стал бы удостаивать жалкий городишко своим визитом, но сегодня он решил срезать путь, поэтому и пролетал над Изумрудным городком.

На долю секунды ящер замер в воздухе. Только что внизу, словно из ниоткуда, возникла странная лавчонка, от которой исходили эманации магии пространства и времени.

«Да ну её. Я и так проспал и вылетел поздно. Этот Гарольд наверняка воспользуется поводом, чтобы поиздеваться. Сначала набью ему морду, а там видно будет».

Махнув хвостом, золотой гигант умчался вдаль.

Лу Яо потратила полдня на обустройство салона. В обед она сходила в закусочную перекусить, а во второй половине дня уже приготовилась к открытию.

Толкнув дверь, она выглянула наружу. Перед ней пролегала не слишком широкая дорога, мощенная каменными плитами. Над улицей пестрели вывески на языке чуждой расы, который, как ни странно, Лу Яо с легкостью понимала.

Девушка вышла на крыльцо. Мимо спешили прохожие, изредка проезжали конные экипажи — здесь было куда многолюднее, чем в Стране Снов.

Слева от салона располагалась фруктовая лавка, которой заправляла молодая женщина в цветастом платке. Справа торговали мясом, и на прилавке лежала освежеванная туша неведомого зверя, похожего то ли на корову, то ли на свинью.

Лу Яо никогда прежде не видела ничего подобного. Перекинувшись парой слов с мясником, она узнала, что это магический зверь под названием «свинобык».

Она была абсолютно уверена, что торговец говорит отнюдь не на китайском, да и сама она не владела местными наречиями, но общение протекало без малейших заминок.

Помня об аналогичном опыте в Стране Снов, Лу Яо не стала зацикливаться на таких мелочах, решив лучше воспользоваться случаем для рекламы своего бизнеса.

Напротив находились цветочный киоск и пекарня. Оглядевшись по сторонам, девушка составила примерное представление о здешнем мире.

Соседи-торговцы тоже сгорали от любопытства. Услышав, как новенькая первой заводит разговор, они принялись расспрашивать её в ответ. Чаще всего звучал вопрос: «Чем вы торгуете?»

Лу Яо указала на свою вывеску и с улыбкой пояснила:

— Это маникюрный салон. Мы специализируемся на уходе за ногтями. Если вас это заинтересует, заходите, расскажу подробнее.

Не прошло и полдня, как слух о странной лавке разлетелся по всему Изумрудному городку. Поговаривали, что там оказывают некие «маникюрные услуги».

Но если кто-то пытался выяснить, что это такое, никто не мог дать внятного ответа.

Одни шептались, что у хозяйки необычные наряды и весьма специфическая внешность: черные как смоль волосы и глаза в сочетании с белоснежной кожей выдавали в ней чужестранку.

Каждый день у входа собирались зеваки, тайком наблюдавшие за заведением. Однако никто так и не отважился переступить порог, из-за чего салон обрастал всё новыми небылицами, докатившимися даже до соседних поселений.

И вот в один из таких дней золотой дракон снова проспал. Решив сократить путь на очередную драку с Гарольдом, он услышал, как толпы людишек возбужденно обсуждают какую-то лавку.

До его слуха долетели слова об «услугах маникюра», но что именно они означали, никто не объяснял.

«Что ещё за маникюр такой?»

Снедаемый любопытством, гигантский ящер на полпути развернулся и отыскал ту самую вывеску с надписью «Маникюрный салон Лу Яо».

Сделав в воздухе пару кругов, он принял человеческий облик и в предвкушении толкнул дверь.

Маникюрный салон работал уже три дня, но посетителей все не было.

Лу Яо лежала на столе, от скуки разглядывая собственные ногти. Идеальная чистота, рассортированные материалы, образцы дизайна, легкие закуски... Она подготовила абсолютно все, что полагалось иметь профессиональному маникюрному салону, вот только применить это было не на ком.

— Если бы ты послушала меня и открыла ювелирную лавку, отбоя бы от клиентов не было, — заметила Система. — В этом городишке нет ни одного ювелирного.

— Этот городок отнюдь не богат, — возразила Лу Яо. — Здесь попросту нет покупателей, способных позволить себе дорогие украшения. Местные жители просто никогда раньше не видели маникюрных салонов. Стоит хоть одному из них переступить порог, и дело пойдет на лад.

Особой тревоги девушка не испытывала: содержание салона обходилось недорого. На ремонт она потратила очки популярности, а инструменты и материалы накопила еще в прошлом, так что дополнительных расходов не требовалось.

Ожидание лишь отнимало время, не создавая серьезного финансового давления.

— Проблема в том, что никто вообще не желает заходить, — отозвалась Система. — Хотя тайком подглядывающих у дверей каждый день хватает.

— И прекрасно, что любопытствуют. Подождем еще немного, клиенты обязательно появятся.

В первый же день работы, общаясь с соседями, она намеренно не стала вдаваться в подробности о том, что именно представляет собой маникюр, желая подогреть их интерес.

Люди всегда испытывают безграничную тягу к неизведанному. Как только любопытство достигнет критической отметки, обязательно найдется смельчак, готовый рискнуть первым.

Система уже собиралась разбить эти наивные иллюзии, как вдруг осеклась: — Кто-то идет.

Ну вот, а она что говорила.

Лу Яо выпрямилась, открыла стоящий под рукой чемоданчик с инструментами и приготовилась встречать первого посетителя.

Сыцзинь стоял перед входом в салон и, задрав голову, разглядывал вывеску над дверью: «Маникюрный салон Лу Яо». От здания исходила едва уловимая, знакомая аура.

Он вспомнил: это была та самая лавочка, что на днях появилась буквально из ниоткуда.

Неудивительно, что весь городок гудел от слухов — даже он не имел ни малейшего представления о происхождении этого заведения.

Ему стало еще интереснее, чем же здесь промышляют и что это за загадочный «маникюр», о котором все шепчутся. Толкнув дверь, он громко спросил: — Хозяин здесь?

Услышав голос, Лу Яо на мгновение опешила. Неужели мужчина?

Поднявшись из-за стола, она вышла навстречу: — Здравствуйте, я хозяйка салона.

Принявший человеческий облик Сыцзинь обладал золотистыми волосами средней длины, точеными чертами лица и глазами цвета янтарного золота. Одетый в лунно-белую униформу с золотой каймой, он излучал властную и резкую ауру.

Лу Яо мысленно вздохнула: «Похоже, с этим клиентом каши не сваришь».

Дело было вовсе не в том, что мужчинам не делают маникюр — в прошлом у нее бывали такие клиенты. Просто этот посетитель с его подавляющей энергетикой совершенно не походил на того, кто оценит сверкающие безделушки.

Сыцзинь тоже изучал девушку.

«Подумать только, хозяйкой оказалась обычная смертная. Настолько слабая, что я мог бы раздавить ее одним пальцем».

Он обвел взглядом помещение. В небольшой лавке царила чистота, и ничего опасного на первый взгляд не предвиделось. Повсюду лежали лишь крошечные коробочки с непонятным содержимым да невиданные инструменты.

Осмотревшись и не заметив ничего подозрительного, он опустил взгляд на Лу Яо: — Мне нужен маникюр.

Девушка удивленно моргнула, но быстро взяла себя в руки и проводила гостя к креслу.

Раз уж он сам напросился, отпускать его просто так было нельзя.

Усевшись напротив, она включила планшет и открыла галерею своих прошлых работ: — Посмотрите, нет ли здесь дизайна, который придется вам по вкусу, а я пока приведу ваши ногти в порядок.

«Привести в порядок ногти?»

Оказывается, это услуга по уходу за ногтями. Название «маникюр» внезапно показалось Сыцзиню простым и логичным.

Он протянул левую руку, желая посмотреть, как эта смертная будет колдовать над его пальцами.

При виде руки Сыцзиня глаза Лу Яо загорелись.

У нее не было никаких странных фетишей, но за годы работы в индустрии красоты она так и не научилась сохранять равнодушие, встречая столь безупречные руки.

У посетителя были тонкие, изящные пальцы с ровными суставами. Ногти оказались весьма длинными — гораздо длиннее, чем обычно носят мужчины, — но при этом идеально чистыми, что придавало им необъяснимую эстетичность.

Говоря профессиональным языком Лу Яо, эти руки были просто созданы для маникюра.

Учитывая безупречность исходных данных, девушка решила ограничиться легкой шлифовкой.

Достав пилочку, она бережно поддержала левую руку Сыцзиня и принялась подпиливать ноготь.

Но стоило ей сделать первое движение, как раздался сухой треск — инструмент сломался пополам.

— Минуточку, я возьму другую, — смущенно улыбнулась Лу Яо.

Она достала новую пилку, провела пару раз и... хрусть! Снова обломок.

Израсходовав пять пилочек подряд, Лу Яо погрузилась в молчание.

«У него ногти из арматуры, что ли?»

«Надо же, какие прочные».

Она была абсолютно уверена, что не прилагала силы. Казалось, картон ломался от одного лишь легкого соприкосновения с роговой пластиной.

Проблема явно заключалась в самих ногтях. Тяжело выдохнув, Лу Яо отыскала в чемоданчике металлическую пилку из нержавеющей стали.

Использовать ее было несколько грубовато, но запас бумажных подошел к концу, так что придется обойтись тем, что есть.

Металлический инструмент проявил себя немного лучше — сломался лишь на третьем движении.

Лу Яо лишилась дара речи.

Сыцзинь все это время неотрывно наблюдал за девушкой. Забавные метаморфозы происходили с ее лицом; сейчас она, казалось, была в полном отчаянии.

Он приподнял руку и с живым интересом осведомился: — Ну что, будем пилить дальше?

В его тоне послышалась легкая насмешка. Для него это было лишь забавой.

— Потратив сто тысяч очков популярности, вы можете приобрести пилочку из черного золота, специально предназначенную для драконов, — сообщила Система. — Желаете совершить обмен?

Лицо Лу Яо осталось невозмутимым, но внутри все перевернулось: «Ты хочешь сказать, что этот тип — дракон?!»

Система промолчала. Не имея иного выхода, девушка подтвердила покупку.

Сделав вид, что ищет новый инструмент, она извлекла из Хранилища свежекупленную драконью пилку. На этот раз процесс пошел как по маслу.

Сыцзинь наблюдал, как смертная достала новое приспособление и сосредоточенно принялась за работу. Еще ни один человек не осмеливался так обращаться с драконом.

Но, по правде говоря, ощущения были весьма приятными.

Увлекшись созерцанием ее движений, он напрочь забыл о всученной ему вещице.

Лишь после напоминания Лу Яо он опустил взгляд на так называемый «планшет», и тут же оторваться уже не смог.

Девушка объяснила, как листать фотографии. Зная теперь, что перед ней сидит ящер во плоти, она несколько раз настоятельно попросила его нажимать как можно слабее. Ей бы сердце разорвалось, постигни технику участь тех обломков, что покоились в мусорном ведре.

Сыцзинь крайне осторожно провел по экрану.

Дракон оказался догадливым: он использовал не кончики когтей, а мягкие подушечки пальцев. Не отрывая золотистых глаз от мерцающих крупинок на фото, он спросил: — А что это за светящиеся штучки? Ты растолкла драгоценные камни?

Лу Яо с глубокомысленным видом кивнула: — Именно. И не только камни. Я достала с неба звезды, собрала радугу и, измельчив все это, добавила в лак. Вот почему они так прекрасно переливаются. Вы уже присмотрели какой-нибудь дизайн?

Система никак не ожидала, что у хозяйки хватит дерзости вешать лапшу на уши дракону, и поспешно вмешалась: — Не стоит обманывать высших существ. Последствия могут быть катастрофическими.

Сыцзинь закивал, совершенно очарованный роскошным маникюром на снимках.

Испокон веков их род питал слабость ко всему блестящему. Сам Сыцзинь владел целой горой золотых монет и самоцветов, и каждые несколько дней возвращался в свою пещеру, чтобы всласть поваляться и поспать на сокровищах. Но ему и в голову не приходило, что все это богатство можно носить прямо на когтях!

Это же потрясающе красиво!

Точнее сказать, идеально соответствовало вкусам его расы.

Он желал заполучить такую роскошь немедленно, прямо сейчас!

Быстро пролистав изображения, Сыцзинь ткнул в два образца: — Мне нравятся вот эти. Цвета — синий с золотым.

Выбранные им варианты представляли собой серебристо-синий «кошачий глаз» и красно-золотую базу с росписью, усыпанную мелкой бриллиантовой крошкой.

«Как и следовало ожидать, ящеры обожают все броское и блестящее», — подумала Лу Яо. Оценив выбор, она согласилась: — Хорошо, сейчас приступим.

Процесс обещал быть долгим, и, опасаясь, что у дракона кончится терпение, девушка принесла ему закуски и напитки. Попутно она поинтересовалась: — Рисунок можно изменить. В оригинале здесь изображен котенок. Хотите заменить его на что-нибудь другое?

— На дракона, — не раздумывая ответил Сыцзинь.

Лу Яо кивнула, взяла его левую руку и приступила к работе.

Желаемый дизайн должен был сочетать в себе сияние «кошачьего глаза», блеск стразов и изображение дракона.

Нанеся базу и просушив ее в лампе, мастер взялась за дело.

Тонкий слой синего цвета, сушка, затем еще один слой.

Она решила сделать оформление асимметричным: левую руку украсить роскошной россыпью кристаллов поверх «кошачьего глаза», а на правой нарисовать дракончиков, дополнив их тем же эффектом.

Рука у нее не дрогнула. Не нуждаясь в референсах, она взяла мягкую кисть и набросала на указательном пальце контур спящего ящера, свернувшегося клубочком. На среднем пальце появился сидящий дракончик, игриво виляющий хвостом, а на мизинце — гора сверкающих сокровищ, из-за которой виднелся кончик золотого хвоста.

Большой и безымянный пальцы украсил узор «глаз дракона»: сверкающий золотом вертикальный зрачок прорезал спокойный синий фон, а по краям насыщенно-золотой радужки проступала легкая черная кайма. В точности как у самого Сыцзиня.

Пока она выводила узоры, посетитель затаил дыхание, боясь помешать.

Как только контуры фигурок проявились на пластинах, он влюбился в них с первого взгляда.

Миниатюрные ящеры получились невероятно милыми и напоминали тех пухлых, неуклюжих детенышей, что когда-то возились в Долине Драконов.

«Глаз дракона» тоже пришелся ему по душе — в его властном, пугающем величии он узнавал собственное отражение.

Эта смертная оказалась не только умелой, но и весьма сообразительной.

Роспись всегда была самой кропотливой частью работы. Закончив с правой рукой, с левой управиться будет гораздо проще.

Достав стопку органайзеров, Лу Яо отобрала с десяток подходящих видов стразов и блесток, предложив клиенту выбрать то, что ему по вкусу.

Она явно недооценила драконью жадность. Этот парень оказался классическим примером синдрома «хочу все и сразу».

На каждый предложенный вариант он отвечал неистовым киванием. Казалось, дай ему волю — он бы просто окунул руку в коробку с блестками и на этом бы успокоился.

Отложив органайзер, Лу Яо сама выбрала несколько камней разного размера и, наклеивая их, поучительно произнесла: — Это лишь украшения. Здесь важна гармония, а не принцип «чем больше, тем лучше».

Закончив с обеими руками, она осталась весьма довольна результатом.

Руки у него были красивыми, а сам он обладал благородной осанкой, поэтому даже такое тяжелое, массивное сочетание синего и золотого смотрелось на его пальцах поразительно изысканно.

Яркая внешность и мощная энергетика клиента в сочетании с роскошным маникюром ничуть не отдавали женственностью.

Сделав несколько снимков для портфолио, она объявила: — Готово.

Сыцзинь сдержанно поднял руку, некоторое время разглядывал свое приобретение, но так и не высказал ни восторга, ни недовольства: — Сколько с меня?

В этом мире в ходу были золотые, серебряные и медные монеты. Один золотой равнялся десяти серебряным, а один серебряный — сотне медных.

Согласно данным Системы, один медяк примерно соответствовал одному юаню, а серебряник — сотне.

Не беря в расчет разницу в покупательной способности двух миров, Лу Яо смело назвала цену: — Два золотых.

Глаза Сыцзиня слегка округлились от удивления.

На душе у Лу Яо заскребли кошки. Неужели он счел цену завышенной?

Если дракон откажется платить, она же ничего не сможет с ним сделать!

Ящер некоторое время пялился на хозяйку салона, но, поняв, что та его не понимает, был вынужден пояснить: — Разве на мои когти не нанесли лак со звездами и радугой?

Драконы обладали выдающейся способностью к обучению. Выговорив новое словечко «лак», он преисполнился гордости.

Лу Яо мило улыбнулась: — Ну что вы, разве могли бы они так сиять без звезд и радуги?

Сыцзинь еще какое-то время разглядывал свои пальцы, а затем медленно кивнул: — Но почему так дешево? Всего две монеты.

И правда, денег у этой чешуйчатой братии куры не клюют. Из разговоров с соседями Лу Яо знала, что на один золотой семья из трех человек в Изумрудном городке могла безбедно существовать целых два месяца.

— Вы наш первый посетитель, — нашлась девушка. — Для вас действует специальная скидка в пятьдесят процентов.

Дракон понятия не имел, что такое «специальная скидка» и «пятьдесят процентов», поэтому пришлось долго и доходчиво ему все объяснять.

Разобравшись в ситуации, Сыцзинь чрезвычайно обрадовался, расплатился и вышел из салона, гордо растопырив десять сверкающих когтей.

В голове у него билась лишь одна мысль: «Маникюр — это просто потрясающе, нужно срочно рассказать друзьям!»

В этот момент раздался голос Системы: — Успешно обслужен первый клиент. Начальное задание выполнено! Прогресс заполнения бестиария +1. «Основы магической теории» +1.

Перед глазами Лу Яо возник толстый полупрозрачный фолиант. Большая часть страниц была затянута мраком, словно в комнате с выключенным светом, скрывая свое содержимое.

Но ближе к концу одна страница все же светилась. На ней значилось «Золотой дракон», а рядом виднелась мелкая приписка: «Один из древнейших и самых редких видов драконов на Континенте Александрия. Повелители рудников».

Перед уходом Сыцзинь назвал свое имя. Похоже, этот золотой ящер и был его истинным обликом. Повелитель рудников — звучит так, будто он в буквальном смысле живет в шахте с золотом.

Вновь подала голос Система: — Но ты ведь обманула его.

Она все никак не могла забыть байку про звезды и радугу.

— Это называется художественное преувеличение. Никуда наш дракончик теперь не денется, не переживай, — отмахнулась Лу Яо.

Система красноречиво промолчала.

Откуда у нее столько уверенности?

Этот ящер просто проявил любопытство. Никакого интереса к ее услугам у него не было. Он удовлетворил жажду знаний, так с чего бы ему возвращаться?

Поскольку в бестиарии была доступна лишь одна страница, Лу Яо убрала его обратно в Хранилище. Взяв в руки «Основы магической теории», она лениво перелистала пару страниц: «Классическая магия делится на пять стихий: ветер, огонь, молния, земля и дерево. Также существуют магия света и темная магия...»

— Какая странная награда. Неужели мне придется еще и магию изучать?

— Задания и награды генерируются автоматически в зависимости от выбранной вами специализации. Пожалуйста, продолжайте в том же духе! — ответила Система.

Наученная опытом работы в предыдущем магазине, девушка знала: если следовать указаниям Системы, рано или поздно доберешься до цели. Поэтому она никуда не торопилась.

Посетителей не предвиделось, и Лу Яо решила повнимательнее изучить колдовской трактат.

Наверняка в детстве не она одна мечтала стать девочкой-волшебницей?

Кто знает, быть может, в этом мире ее детская мечта наконец-то осуществится.

Как только Сыцзинь покинул салон, тайные соглядатаи быстро разошлись: заведение не представляло собой ничего особенного.

Лавка зельевара Ли Сю находилась наискосок от салона. Она тоже давно наблюдала за внезапно возникшей постройкой.

Она видела, как тот мужчина с пугающей аурой зашел внутрь, а спустя несколько часов выскочил оттуда в приподнятом настроении. Внешне в нем ничего не изменилось, что лишь разжигало ее любопытство.

Ли Сю попыталась отвлечься, занявшись сортировкой трав, но проковырялась до самого вечера с одним-единственным мешком.

Попытка провалилась. Любопытство оказалось сильнее.

Убрав ингредиенты, она закрыла лавку раньше времени, медленно подошла к дверям салона и, глубоко вздохнув, набралась храбрости и вошла внутрь.

Услышав шаги, Лу Яо отложила книгу и подняла голову.

Она была права: стоило появиться первому смельчаку, как тут же нагрянул и второй клиент. К тому же, такая милая девушка.

Поднявшись, хозяйка радушно поприветствовала гостью: — Здравствуйте, присаживайтесь.

Ли Сю немного опешила от столь теплого приема, но ясный взгляд и мягкая аура незнакомки не вызывали отторжения. Успокоившись, она подошла ближе и тихо спросила: — Хозяйка, скажите, что такое «маникюр»?

Лу Яо привычным жестом протянула ей планшет: — Если вкратце, это косметический уход за ногтями. Я использую специальный лак и украшения для создания дизайна. Вот здесь собраны мои работы. Посмотрите, вдруг вам что-нибудь приглянется.

Ли Сю показалось, что инструмент под названием «планшет» таит в себе могущественную магию, но не успела она обдумать эту мысль, как ее внимание полностью поглотило изображение на экране. Неужели это настоящие ногти? Как они могут быть настолько красивыми?

-

Покинув салон, Сыцзинь так боялся повредить маникюр, что не рискнул обратиться в дракона. Всю дорогу он бежал на своих двоих и чудом поспел к Пустоши Черной горы до наступления темноты.

Пустошь славилась бескрайними просторами и невероятно суровыми условиями. По периметру ее окружала гигантская Темная топь, где не могли выжить слабые существа. Люди обходили эти земли десятой дорогой, и лишь могучие драконы разгуливали здесь как у себя дома.

Сыцзинь и Гарольд частенько назначали тут встречи для поединков, чтобы выплеснуть избыток драконьей энергии.

На самом краю Пустоши сидел черный ящер, провожая взглядом последние лучи заходящего солнца, тонущие в горном море.

Сыцзинь остановился позади него и, пытаясь разрядить обстановку, произнес: — Гарольд...

Но не успел он договорить, как мощный хвост черного дракона со свистом рассек воздух, метя прямо ему в лицо.

Как Сыцзинь ни уворачивался, пара ударов разъяренного ящера все же достигла цели.

Отскочив на росшее поодаль дерево, он прижал к груди драгоценные руки, увеличивая дистанцию, и попытался воззвать к голосу разума: — Гарольд, послушай меня!

Если бы он не отпрыгнул так резво, ему бы отдавили пальцы. А ведь он только-только сделал маникюр и даже не успел им налюбоваться!

— Сыцзинь, — черный ящер повернул массивную голову, и в его темно-синих глазах застыло выражение, с которым обычно смотрят на покойников. — Уже стемнело.

— Прости, я опоздал не просто так. Выслушай меня, — примирительным тоном попросил Сыцзинь, чьи золотые глаза ярко светились в сгущающихся сумерках.

Гарольд остановил уже занесенную для удара когтистую лапу и холодно сверкнул глазами: — Говори.

Если причина окажется неубедительной, он сию же секунду прикончит этого позолоченного идиота, заставившего его прождать впустую целую половину дня.

Сыцзинь совершенно не почувствовал исходящей от товарища убийственной ауры. Растопырив десять сияющих пальцев, он сунул их прямо Гарольду под нос: — Смотри! Это называется «маникюр». В Изумрудном городке открылся новый салон, где наводят красоту на когтях. Хозяйка лично разработала для меня этот дизайн. Глянь на этого спящего дракончика — ну вылитый ты в детстве!

На лбу Гарольда вздулись вены.

Сыцзинь всё ещё вовсю демонстрировал свой маникюр:

— Смотри, смотри! Этот сверкающий эффект называется «кошачий глаз», но хозяйка сделала мне «драконий». В центре даже есть чёрный узор, точь-в-точь как мой собственный зрачок! В этот лак добавлена звездная пыль и радужное сияние, поэтому он так переливается. Красивее, чем вся моя сокровищница! А этот маленький дракончик... смотри, он прямо как ты, когда ты только что сидел там на корточках и вилял хвостом...

Вены на лбу Гарольда вздулись от ярости. Он с размаху ударил когтями, и так расхваленный Сыцзинем «драконий глаз» с хрустом треснул, а затем разлетелся в пыль, которую тут же подхватил и унес ветер.

Сыцзинь схватился за руку, едва не умирая от досады:

— Гарольд, это уже слишком!

Гарольд лишь пренебрежительно фыркнул, отвернулся и снова хлестнул хвостом, метя прямо по пальцам приятеля.

*Хрусь!* «Драконий глаз» на большом пальце Сыцзиня тоже превратился в облачко сверкающей пыли и развеялся по ветру.

Но Гарольду этого показалось мало, и он продолжил атаковать хвостом вторую руку противника.

Сверкающие ногти служили отличной мишенью.

Маникюр? Что за чушь!

Этот Сыцзинь и без того постоянно опаздывал, а сегодня из-за какого-то дурацкого маникюра заставил его, благородного дракона, прождать в пустоши целую половину дня. Непростительно!

Какая еще звездная пыль и радужное сияние? Один удар хвостом — и от них осталась лишь жалкая труха.

Раз уж маникюр разрушался от малейшего касания, Сыцзинь тем более не решался принять истинный облик. В форме дракона ему даже не понадобилась бы помощь Гарольда: его собственная мощь мгновенно уничтожила бы лаковое покрытие. Приходилось оставаться в человеческом теле, из последних сил отбиваясь от атак.

Облик гигантского ящера — самая комфортная и смертоносная боевая форма для их рода. Дракон в человеческом теле просто не способен выдержать удар своего сородича в истинном облике.

Впрочем, драконы от природы невероятно сильны. В отличие от хрупких людей, даже если сородичи будут швырять их из стороны в сторону, они вряд ли получат серьезные раны — разве что вид станет немного потрепанным.

Вот только ногти такого обращения не выдерживали. Всего за несколько мгновений Гарольд жестоко уничтожил большую часть маникюра, который Сыцзинь сделал меньше полудня назад. Уцелели лишь три пальца с нарисованными дракончиками.

Глаза Сыцзиня покраснели; он едва не плакал от обиды. Желание связываться с Гарольдом пропало окончательно:

— Всё, я с тобой больше не дерусь! Возвращаюсь к хозяйке салона на коррекцию.

Сыцзинь бросился наутек, но из-за страха обернуться драконом скорость его была невелика.

Гарольд перекинулся в человека, бросился вдогонку и холодно процедил:

— Вот и славно. Заодно разнесу эту лавку в щепки.

—

В маникюрном салоне.

Фармацевт Ли Сю завороженно листала каталог дизайнов. От каждого варианта было невозможно отвести взгляд; она и представить не могла, что ногти могут выглядеть настолько по-разному.

Лу Яо не торопила её. Опустив голову, она продолжала читать книгу по теории магии.

За окном сгущались сумерки. Ли Сю открыла страницу с самыми новыми работами. На фото красовалась пара изящных красивых рук: ногти одной переливались сине-золотым «кошачьим глазом», а другую украшали миниатюрный ящер и грозный драконий зрачок.

Жители континента Александрия испытывали перед драконами первобытный страх. В глазах людей эти создания были могущественными, жестокими и злыми существами, с которыми нельзя враждовать.

Но нарисованный хозяйкой салона дракончик выглядел на редкость забавно и очаровательно. Ли Сю никогда не видела ничего подобного. Она указала на фотографию:

— А когда был сделан этот дизайн?

Лу Яо подняла голову:

— Прямо перед вашим приходом.

Ли Сю вспомнила мужчину, который вошел в салон первым. Сопоставив его непозволительно красивое лицо с этим маникюром, она поняла: он приходил именно за этим.

Отложив планшет, Ли Сю слегка смутилась.

Изначально ею двигало лишь любопытство к загадочной «маникюрной услуге». Но она просидела здесь уже полдня, а хозяйка не только любезно позволила ей всё осмотреть, но и ни разу не поторопила. Уйти просто так, ничего не заказав, было бы совсем неловко.

Вообще, среди ведьм ходили рецепты окрашивания ногтей, но выбор стилей был крайне скуден — в основном однотонное покрытие, да и то лишь красного или черного цвета.

Сырьем для краски служило ядовитое растение под названием Туманное дерево. Работать с ним приходилось крайне осторожно, процесс отнимал много времени и сил, а цвет держался от силы три дня.

Став фармацевтом, Ли Сю больше никогда не красила ногти.

Но сейчас она почувствовала непреодолимое желание попробовать этот необычный маникюр.

И дело было не только в неловкости перед радушной хозяйкой — куда больше её манили эти невероятно красивые дизайны. От одного взгляда на них поднималось настроение.

Она представила, как вернется к исследованиям новых зелий со свежим маникюром, словно в любимом новом платье, и её сердце наполнилось предвкушением.

Ли Сю подняла взгляд на Лу Яо:

— Хозяйка, я бы хотела сделать маникюр.

Лу Яо отложила книгу и мягко улыбнулась:

— Отлично. Вы уже присмотрели какой-нибудь вариант?

Девушка указала на картинку:

— Мне нравится вот этот.

Лу Яо кивнула:

— «Румянец». Вам очень пойдет.

— Румянец? — не поняла Ли Сю.

Лу Яо объяснила:

— В выбранном вами дизайне цвет плавно расходится от центра ногтя к краям, от темного к светлому, напоминая румяна, которые дамы наносят на щеки. Отсюда и название — маникюр «Румянец».

Ли Сю показалось это забавным:

— Вот оно что. Да, я хочу этот «Румянец».

Лу Яо пододвинула ящик с инструментами и для начала принялась приводить в порядок ногти клиентки.

Взгляд Ли Сю упал на отложенную в сторону книгу:

— Вы самостоятельно изучаете магию?

На континенте Александрия существовали специальные школы магии и рыцарские академии, где обучали одаренных людей. Но Изумрудный городок находился в глуши; до ближайшего крупного города, Оунодуна, было день и ночь пути, поэтому студентов таких заведений здесь было не встретить.

Лу Яо выглядела молодо, но точно переросла возраст поступления в магическую школу. А раз она читала учебник для начинающих, Ли Сю и предположила, что это самообучение.

Впрочем, книги на континенте ценились на вес золота, а уж магические гримуары — тем более. Даже самые базовые пособия стоили баснословных денег. Личность владелицы салона вызывала у Ли Сю всё большее любопытство.

Закончив опиливать форму, Лу Яо достала из ящика нужные флаконы с лаком и непринужденно кивнула:

— Читаю на досуге, просто от нечего делать.

Услышав это, Ли Сю вздохнула с облегчением.

На её взгляд, хозяйка салона давно упустила лучшее время для обучения магии. Тем более занимаясь самостоятельно и питая слишком большие надежды, она неминуемо столкнулась бы с разочарованием.

Но раз это просто чтение для расширения кругозора, то и беспокоиться не о чем.

Лу Яо, не ведая о мыслях клиентки, сосредоточенно погрузилась в работу.

По сравнению со сложными дизайнами, «румянец» считался довольно простым, но и у него был свой подвох — если ошибиться с растушевкой, цвет ляжет неестественно, будет выглядеть грубо и безвкусно, полностью потеряв свою нежную, воздушную прелесть.

Но Лу Яо сделала столько маникюров, что рука у неё была набита идеально.

Персиковый оттенок расходился по ногтю так же естественно, как развевающаяся на ветру тонкая кисея. Цвет становился всё прозрачнее, пока у самых краев не оставалась лишь легкая молочно-оранжевая дымка — невероятно нежно и мило.

Полюбовавшись результатом, Лу Яо сочла его немного скучным и решила добавить деталей: по краям ногтей она чередовала белоснежный и серо-голубой френч.

Глаза Ли Сю удивленно расширились.

Сначала ей показалось, что нюдовый градиент и сам по себе достаточно красив, но хозяйка предложила добавить пару штрихов.

Девушке было неудобно отказываться, хотя в глубине души закрались опасения: вдруг с неё просто хотят содрать побольше денег?

В каталоге все цены были указаны четко. Самый дешевый уход за ногтями стоил восемьдесят восемь медных монет, а выбранный ею «румянец» — сто восемьдесят восемь.

Для Изумрудного городка это было очень дорого. Отдать такие деньги просто за покраску ногтей — многие местные жители сочли бы это безумием.

Но когда Лу Яо нанесла белый и серо-голубой лак на крошечный прозрачный штамп и аккуратно отпечатала узор на кончиках ногтей Ли Сю, появилась тонкая кайма. Изысканность работы мгновенно возросла в разы.

Ли Сю вдруг осознала, что хозяйка была права: до этого дизайн и впрямь выглядел простовато.

— Сколько с меня?

Лу Яо:

— Сто восемьдесят восемь медных монет.

Ли Сю удивилась:

— А за дополнительные детали?

Лу Яо покачала головой:

— Это просто небольшие штрихи, за них доплачивать не нужно.

Настроение девушки улучшилось еще больше. Она достала и протянула две серебряные монеты.

Лу Яо виновато улыбнулась:

— А у вас не найдется без сдачи? У меня нет размена.

Она приоткрыла ящик стола — там сиротливо лежали лишь две золотые монеты.

Ли Сю забрала одно серебро обратно и, достав кошелек, принялась отсчитывать медяки по одному.

В этот момент входная дверь с грохотом распахнулась. Внутрь в панике вбежал Сыцзинь. Заметив посетительницу, он резко замер, напустил на себя серьезный вид, а его шаги и осанка мгновенно обрели присущую ему элегантность.

Следом вошел Гарольд. Увидев Лу Яо и Ли Сю, он немного удивился — оказалось, что лавку держал человек.

Расплатившись, Ли Сю украдкой взглянула на вошедших. Аура, исходившая от этих двоих, была просто устрашающей.

Подойдя к выходу, она обернулась. Светловолосый юноша уже уселся напротив Лу Яо, а хозяйка, казалось, совершенно не замечала, насколько пугающими были эти гости. Ли Сю лишь покачала головой и поспешно скрылась за дверью.

Оставшись в салоне единственным человеком, Лу Яо посмотрела на Сыцзиня, который тут же вскинул руки и жалобно протянул:

— Хозяйка, маникюр испорчен! Его можно как-то починить?

Глядя на пальцы, очищенные тщательнее, чем любой жидкостью для снятия лака, Лу Яо помолчала секунд пять:

— Прошло всего полдня. Как вы умудрились довести их до такого состояния?

Сыцзинь покосился на сидевшего рядом Гарольда и раздраженно буркнул:

— В драке испортил.

Юноша с иссиня-черными волосами, собранными в высокий хвост, был одет в строгую черную форму. У него были глубокие темно-синие глаза, а в чертах лица еще сквозила некоторая детскость. И несмотря на длинные волосы, его свирепая аура не оставила бы ни малейшего шанса спутать его с девчонкой.

— Я-то тут при чем? Это твой дурацкий маникюр оказался некачественным! Даже краска из Туманного дерева так легко не слезает, — огрызнулся Гарольд. Он небрежно взял с блюдечка кислую сливовую конфету, намереваясь для начала изрядно потрепать нервы хозяйке своими придирками.

А когда Сыцзинь уйдет, он просто сровняет эту лавку с землей.

Но стоило ему поднести конфету ко рту, как Лу Яо перехватила его руку, забрала леденец и поучительно заметила:

— Она в обертке. Сначала нужно снять фантик.

Уши Гарольда покраснели. Сгорая от стыда, он попытался выхватить сладость обратно, но постарался не терять лица:

— Я и без тебя знаю!

Однако Лу Яо проворно закинула конфету себе в рот и бросила как ни в чем не бывало:

— Хочешь есть — чисти сам.

Гарольд промолчал, но его пальцы медленно сжались в кулаки, громко хрустнув суставами. Эта человечка бесила дракона даже больше, чем Сыцзинь!

Лу Яо перевела взгляд на руки Сыцзиня. За исключением трех пальцев с дракончиками, остальные были вычищены до блеска.

— Можем переделать. Оставим прежний дизайн?

Сыцзинь радостно закивал — он еще не успел вдоволь налюбоваться тем чудом.

За окном окончательно стемнело. К счастью, других записей на сегодня у Лу Яо не было, поэтому она вновь принялась за маникюр для Сыцзиня.

В этот раз дело пошло быстрее, так как не нужно было рисовать эскиз.

Гарольд сидел рядом и с того момента, как Лу Яо достала лаки, не мог отвести взгляд.

Содержимое этих маленьких флакончиков переливалось и мерцало всеми цветами радуги. Так это и есть та самая звездная пыль и радужное сияние, о которых твердил Сыцзинь?

Какое всё блестящее! Какое красивое!

Воссоздав эффект «кошачьего глаза», Лу Яо поднялась за коробочкой со стразами и блестками, а затем с помощью пинцета начала крепить маленькие бриллианты на ногти Сыцзиня.

При виде этих крошечных штучек глаза Гарольда вспыхнули еще ярче. Всё такое сверкающее... Ему это определенно нравится!

Сыцзинь, тайком наблюдавший за реакцией Гарольда, воспользовался моментом: попросил у Лу Яо планшет и всучил его приятелю.

— Здесь все дизайны, которые делала хозяйка. Посмотри, вдруг что-то приглянется. У нее просто золотые руки.

Гарольд вздернул подбородок с максимально пренебрежительным видом:

— Смешно! Кто вообще будет на это смотреть? Мне такие вещи совершенно не интересны!

Всю вторую половину дня Лу Яо провела в маникюрном салоне и даже не подозревала, что в «Закусочной Лу Яо» по соседству назрели проблемы.

Рекламный ролик заведения по-прежнему безостановочно крутился в поездах. Впрочем, даже те, кто не пользовался местным транспортом, узнавали о закусочной от друзей и знакомых. А когда разнесся слух, что недавно чья-то душа обрела там упокоение, в Сектор А хлынули едва ли не все обитатели разом. Метрополитен ежедневно оказывался парализован.

Поняв, что добираться на поездах стало слишком сложно, многие принялись силой мысли создавать для себя автомобили и мотоциклы. Некогда пустынные улицы теперь напоминали бурлящие реки из машин, и жизнь там кипела как никогда прежде.

Толпы стекались в Сектор А, но закусочная была не резиновой, а запасы продуктов — ограниченными. Ежедневно множество жителей томились в долгом ожидании у дверей, так и уходя ни с чем.

И подобное происходило не день и не два — такая картина наблюдалась ежедневно на протяжении уже долгого времени.

Кому-то везло купить еду постоянно, кому-то — лишь изредка. Третьи же вообще не могли достояться, или очередь обрывалась прямо перед их носом: ингредиенты заканчивались, и заведение закрывалось.

Со временем напряжение нарастало. Начались перебранки, постепенно перераставшие в драки.

Поскольку обитатели Страны Снов были нежитью, увечья и смерть в потасовках им не грозили — это был лишь способ выпустить пар.

Однако если позволить недовольству копиться и дальше, рано или поздно грянет настоящий взрыв, который неизбежно заденет и саму закусочную.

Сами они, может, и были лишь неупокоенными душами, но заведение-то существовало в материальном мире.

Капитан Стражи не желал, чтобы с закусочной что-то случилось. Все обдумав, он разослал уведомления, созывая руководителей всех Тринадцати районов.

В каждом секторе имелись свои управляющие, числившиеся среди Стражей Парка.

Изначально они служили стражниками Бога-Демона. Но после того, как их господин погрузился в сон на территории Парка, на их плечи легла двойная обязанность: поддерживать работу развлекательных зон и обеспечивать покой и порядок в Стране Снов.

Если не случалось ничего экстраординарного, управляющие всех районов почти никогда не собирались вместе.

Уведомление было отправлено утром, а уже во второй половине дня двенадцать управленцев — они же Стражи Парка — из всех зон, кроме Сектора А, вовремя прибыли на Девяносто девятый этаж.

Цин проводил их в конференц-зал на третьем этаже. Один из управляющих отдаленного сектора бросил взгляд в сторону заведения Лу Яо:

— Так это и есть та самая закусочная, из-за которой наши жители в последнее время посходили с ума? Она правда так хороша?

«С виду обычное трехэтажное зданьице, ничего особенного», — пронеслось у него в голове.

Капитан Района J, мужчина средних лет с суровым лицом, услышав это, отозвался:

— Воистину хороша. Все пациенты с Синдромом потери души, которых мы перевели сюда из Парка, полностью исцелились.

Первым заговорившим оказался Страж из Района K. Его сектор был единственным, где не открыли Парк, поэтому по сравнению с остальными он жил в информационной изоляции.

До Района K слухи доходили через десятые руки, обрастая небылицами, так что в итоге он уже и не знал, чему верить.

В Районе J функционировал только один Парк, поэтому они с Районом K считались секторами-побратимами. Услышав подтверждение от коллеги, Страж искренне заинтересовался:

— Говорят, еда в этом заведении и правда съедобна. Кто-нибудь из вас пробовал?

Остальные одиннадцать управленцев дружно покачали головами. Они безвылазно сидели в своих районах, отвечая за работу тамошних Парков, и дел у них было по горло.

Даже зная о существовании такой закусочной, они физически не могли выкроить время на поездку сюда ради обеда. А теперь, увидев бесконечную очередь у дверей, и вовсе распрощались с этой мыслью.

Караулить по несколько дней ради одной-единственной порции? В их головах это не укладывалось. Какая бессмысленная трата времени!

Уж лучше потратить эти силы и энергию на то, чтобы зайти в Парк и поиграть с живыми.

Тут вперед выступил Цин, едва заметно лучась гордостью:

— Я пробовал. Невероятно вкусно. Отведав местной стряпни, я даже пожалел, что мертв. О, если бы я был жив, то мог бы наслаждаться этими яствами без всяких ограничений!

Страж из Района K смерил его скептическим взглядом:

— Не поверю, пока сам не попробую. Дай хоть кусочек.

Цин покачал головой, и в его глазах промелькнула слабая усмешка:

— Этот номер не пройдет. В том заведении даже Капитан Стражи обязан стоять в очереди.

Что недвусмысленно намекало: Капитан тоже там бывал.

Остальные Стражи переглянулись. Одни сгорали от любопытства, другие по-прежнему отказывались верить.

Цин не стал ничего доказывать и молча повел их дальше, в конференц-зал.

Бай Цзянь сидел во главе стола для совещаний, дожидаясь, пока все займут свои места.

— Знаю, у вас накопилось много вопросов, — произнес он низким голосом. — Но оставим их на потом. Сперва поедим.

Он хлопнул в ладоши. В дверях тут же выросли Бай Мин и Синцзы, нагруженные высокой стопкой ланч-боксов. Девушка с лучезарной улыбкой выдала:

— Босс Бай, ваш заказ доставлен!

Бай Цзянь лишился дара речи.

«Я, конечно, хотел пустить пыль в глаза, но зачем же так по-дурацки переигрывать?» — обреченно подумал он.

Так и хотелось закрыть лицо руками.

Поставив коробки, Бай Мин и Синцзы спешно ретировались, оставив Капитана наедине с любопытными взглядами подчиненных. Потерев виски, Бай Цзянь скомандовал:

— Цин, раздай всем. По одной порции на брата.

Обычно начальнику стражи приходилось отстаивать общую очередь в самом конце.

Чтобы оформить этот массовый заказ, ему пришлось по секрету шепнуть Бай Мину, что лояльность Стражей — ключ к решению проблемы с переполненностью заведения. Только благодаря этому ему пошли навстречу.

А почему он обращался именно к Бай Мину? Да потому, что тот теперь занимал должность заместителя управляющей.

Раздав еду, Цин взял свою порцию и вернулся на место.

Сектором А руководил сам Капитан Стражи, но из-за чудовищной занятости часть рутины он делегировал Цину. Например, мониторинг информации на форуме Парка.

Присутствовать на совещании было несложно, а вот возможность урвать бесплатную порцию еды стала для Цина настоящим праздником.

Из всех региональных Стражей настоящую стряпню из закусочной пробовали лишь те, кто служил в Секторе А, либо те, кто уже уволился и перешел в штат заведения. Поэтому все присутствующие за столом, за исключением Бай Цзяня и Цина, видели эту еду впервые.

Страж из Района K нетерпеливо сорвал крышку с ланч-бокса. Еще не успев разглядеть содержимое, он вдохнул ударивший в нос аромат, и его глаза восхищенно блеснули:

— Как вкусно пахнет!

Остальные тоже открыли свои наборы. Суп подавался в отдельной круглой пиале, а в основном контейнере лежали порция белого риса, салат из битых огурцов, жареные помидоры с яйцом и пряная курица, обжаренная с двумя видами перца.

По конференц-залу поплыли умопомрачительные запахи. Кто-то, не в силах сдержаться, схватил палочки, отправил в рот первый кусочек и вытаращил глаза в полном неверии:

— Это... Это просто невероятно!

Представитель Района K так набросился на еду, что поперхнулся. Сорвав крышку с пиалы, он сделал огромный глоток.

Сладкий, согревающий вкус заставил его вздрогнуть. Оказалось, это были рисовые шарики в сладком вине. Какая же потрясающая, нежная сладость!

Сидевший рядом Страж глотал слезы, не переставая жевать:

— Боги! Что это за пища небожителей?! Только не говорите, что вы тут, в Секторе А, питаетесь так каждый день!

— Вроде того, — кивнул Цин. — Такова еда в нашей закусочной. Впрочем, сегодня госпожи Лу нет на месте, а ведь она готовит еще божественнее.

«Еще божественнее?! Куда уж лучше?!» — мысленно ахнули присутствующие.

Если поначалу Стражи испытывали лишь любопытство и шок, то теперь в их сердцах пышным цветом расцвела черная зависть.

Когда трапеза завершилась, Бай Цзянь перешел к делу:

— Сегодня я собрал вас здесь из-за этой закусочной. Отведав здешних блюд, вы, полагаю, осознали, какую ценность это место представляет для всех нас.

И если в начале собрания управленцы еще сомневались, то теперь они мечтали лишь об одном: немедленно переехать на Девяносто девятый этаж, чтобы харчеваться здесь ежедневно.

Бай Цзянь продолжил:

— У меня есть предложение. Если вы согласитесь, мы закрепим его как новое правило. Если нет — жду от вас лучшего плана.

На данный момент главная проблема заключалась в том, что дневной лимит порций закусочной был ограничен и не мог покрыть потребности всех Тринадцати районов.

Идея Капитана состояла в организации ротации: жители всех Тринадцати районов должны были поочередно переселяться в Сектор А. Смена места жительства предполагалась раз в месяц.

В течение этого месяца «гости» Сектора А получали право стоять в очереди за едой. Обслужить один район было всяко проще, чем справляться с натиском всех тринадцати одновременно.

В Стране Снов не существовало таких понятий, как цены на жилье или право собственности. Обитатели селились там, где придется, ведь изначально эти земли были просто древним полем брани.

Хотя план казался хлопотным, лучшего варианта не предвиделось, и его единогласно одобрили.

Бай Цзянь был внутренне доволен. На самом деле эта мысль пришла ему в голову, когда он узнал о повышении Бай Мина до заместителя управляющей.

Все сотрудники закусочной рвались на этот пост и одолевали хозяйку просьбами.

Каждый надеялся стать ее любимчиком, но Лу Яо придумала систему дежурств: каждый работник становился заместителем ровно на неделю. Это и вдохновило Капитана Стражи.

Разобравшись с первоочередной задачей, Бай Цзянь кивком передал слово Цину.

Тот открыл служебный ноутбук Парка Страны Снов и продемонстрировал собравшимся свежие обсуждения игроков на форуме. Особое внимание он уделил теме, где на продажу выставлялось Черное Кольцо.

Один из Стражей, бегло просмотрев текст, заметил:

— Кольцо ни разу не использовалось. На нем стоит метка Духовной силы Капитана Стражи.

— Владелец хочет его сбыть, и в комментариях разгорелась нешуточная перепалка, — подхватил второй. — Триста тысяч — это разве так много? Никак не возьму в толк логику этих живых. Похоже, дополнительные двадцать лет жизни для них вообще не имеют ценности.

Лицо Бай Цзяня потемнело:

— Это кольцо — субсидия на покупку ингредиентов, которую повелел выдать хозяйке сам Бог-Демон. Но, похоже, продать его она не может.

Стражи не до конца осознавали масштаб трагедии, кроющейся в словах «не может продать». Цин взял на себя труд пояснить, и тогда в зале началась тихая паника.

— То есть, если у нее кончатся деньги на содержание заведения, мы останемся без еды?!

Самые догадливые тут же перешли к сути:

— Капитан, что вы прикажете делать?

— Всем Паркам прекратить выдачу Черных Колец в мир живых, — отрубил Бай Цзянь. — Количество Серых и Белых Колец урезать до двух третей от прежнего объема. И это решение продиктовано не только заботой о хозяйке закусочной. Я считаю, что помимо возни с Парками, нам есть на что направить свои силы.

Появление закусочной косвенно снизило их зависимость от Парков.

Бай Цзянь внезапно понял: слепое упование на Парк нисколько не сделало Страну Снов лучше.

Им предстояло найти новые ответы на вопрос, как обустроить достойное существование в этом мире иллюзий и пустоты.

В тот же день один из игроков Парка, несколько дней присматривавшийся к лоту, не выдержал и скинул скриншот темы Лу Яо в чат для топ-игроков:

— Отцы, гляньте, пожалуйста! Стоит ли это Черное Кольцо своих трехсот тысяч? Выглядит как новенькое, будто и правда ни разу не надевали.

— Триста тысяч? Да автор мог бы просто ограбить тебя, но из жалости решил подарить эту бесполезную безделушку.

— Значит, не стоит? Я смотрю, аккаунт у продавца всего первого уровня. Наверное, новичок. Вот я и подумал, что кольцо точно нулевое.

— Сейчас красная цена Черному Кольцу — сто тысяч. Просят больше? Даже не ввязывайся.

— Понял, напишу ей в личку, предложу сотню.

Однако его сообщение Лу Яо так и осталось без ответа.

Заглянув в тему пару дней спустя, он обнаружил, что цена кольца не просто не упала, а взлетела с трехсот тысяч до миллиона! Он вновь наделал скриншотов для чата топов, и они с удовольствием настрочили несколько сотен сообщений, в красках обсуждая жадного продавца.

Маникюрный салон.

Сыцзинь поднял руку, со всех сторон любуясь свежей коррекцией ногтей, и удовлетворенно кивнул.

Мастерица была просто невероятна! Поначалу он опасался, что повторить первоначальный эффект не выйдет, но результат превзошел все ожидания — ногти выглядели в точности так же, как и в первый раз, без единого отличия.

Собираясь расплатиться, Сыцзинь заметил лежащую на столе книгу заклинаний и с любопытством спросил:

— Хочешь изучать магию?

Лу Яо кивнула.

Дракон взял фолиант в руки, пролистал и слегка нахмурился:

— Слишком примитивно. Будешь читать это хоть восемьсот лет, так и не выучишь ни одного путного заклинания. В следующий раз я принесу тебе нормальную книгу по магии.

«Бывает же такая удача!» — мысленно обрадовалась Лу Яо.

«Неужели все драконы такие отзывчивые?»

Девушка захлопала ресницами:

— Спасибо.

Сыцзинь бросил ей четыре золотые монеты. Дойдя до двери, он обнаружил, что Гарольд не идет следом, и поторопил:

— Гарольд, мы уходим.

Тот по-прежнему сидел в кресле, уткнувшись в планшет и листая каталог с дизайнами маникюра.

Этот гаджет ему силком всучил Сыцзинь, и Гарольд согласился взглянуть лишь из одолжения. Иначе он бы ни за что не заинтересовался такими крохотными, лишенными всякого величия и требующими столько возни безделушками!

И именно в тот момент, когда его мысли потекли в этом русле, Сыцзинь его окликнул. Гарольд раздраженно поморщился — он ведь еще не досмотрел до конца!

Лу Яо подошла к нему и тактично произнесла:

— Уже слишком поздно, салон закрывается. Если вам приглянулся какой-то дизайн, можете записаться и прийти завтра.

Гарольд промолчал.

Маленький черный дракон разрывался между смущением и гневом. В глубине души он признавал, что эти штучки ему приглянулись, и он жаждал продолжения, но эта дерзкая человечка смела выгонять его!

Воздух в помещении словно сгустился. В конце концов Гарольд, так ничего и не сказав, с явной неохотой отложил планшет и растворился в ночной темноте.

На следующее утро Лу Яо по привычке зашла сначала в закусочную, где столкнулась с Капитаном Стражи.

Они с Цином уплетали лапшу с говядиной. Капитан подошел и перекинулся с ней парой слов.

Выйдя на улицу, девушка зашла на форум Парка, обновила цену на Черное Кольцо и лишь после этого отправилась в маникюрный салон.

Едва она толкнула входную дверь, как в голове раздался голос Системы:

«Тот маленький черный дракон ждет тебя уже целую вечность».

Лу Яо распахнула окно, впуская в помещение свежий воздух.

Сегодня в Яогуане стояла чудесная погода, а на небе не было ни единого облачка.

Немного постояв на ветру, девушка развернулась и аккуратно сложила в ящик стола двадцать обычных пилочек для ногтей, которые вчера вечером в срочном порядке купила в супермаркете. Лишь после этого она приготовилась открывать салон.

Распахнув стеклянные двери, Лу Яо уже собиралась повесить табличку «Открыто», как вдруг спиной почувствовала несколько пристальных, обжигающих взглядов. Подняв голову, она увидела стоящего на пороге юношу с высоким хвостом, который скрестил руки на груди. Опустив глаза, девушка заметила у его ног целую корзину, доверху наполненную сверкающими золотыми монетами и драгоценностями.

«И к чему всё это?»

«Понятно, что ты дракон, но это уже чересчур вызывающе».

«Неужели не слышал, что богатство не выставляют напоказ?»

Лу Яо скользнула взглядом по соседним лавкам: хозяйка фруктового киоска слева не отрывала глаз от россыпи самоцветов на земле, мясник по соседству с огромным трудом отвернулся, но то и дело косился в их сторону, а владельцы и посетители пекарни и цветочного магазина напротив незаметно, но цепко оценивали происходящее.

Услышав звук открывающейся двери, Гарольд обернулся. Его брови сошлись на переносице, образуя суровую складку, и он с нетерпением проворчал:

— Почему так долго открываешь?

С этими словами он одной рукой подхватил корзину с ослепительными сокровищами. Роскошное ожерелье из жемчуга и рубинов соскользнуло с края и уже готово было упасть на землю, но Гарольд ловко подцепил его носком ботинка, слегка подбросил, и украшение точно вернулось на место.

Будто что-то почувствовав, перед тем как войти внутрь, юноша обернулся и окинул улицу холодным взглядом. В воздухе разлилась аура драконьего дыхания. Те, кто тайно наблюдал за ними, ощутили, как волосы на затылке встают дыбом, и больше не смели поднять глаз.

«Жалкие людишки смеют зариться на сокровища дракона? Какая самонадеянность!»

Зайдя в салон, Гарольд уселся на то самое место, где вчера сидел Сыцзинь. Поставив корзину у ног, он задрал подбородок и высокомерно заявил:

— Я хочу сделать маникюр. Самый дорогой!

Вернувшись прошлым вечером в свою пещеру, маленький черный дракон долго катался в куче золота, но так и не смог уснуть: все его мысли занимал маникюр.

Тем более что по дороге домой Сыцзинь не переставал перед ним хвастаться.

«И что в этом такого особенного? Я тоже сделаю, и мои когти будут сверкать ярче и красивее, чем у него!»

До этого дракончик редко пересекался с людьми, но подсознательно понимал: чем дороже вещь, тем сильнее она сияет. Не зная точно, сколько потребуется денег, он просто набрал целую корзину.

У каждого представителя его вида имелась своя пещера или гора для хранения сокровищ. Логово этого юноши находилось в Пустоши Черной горы, где пол был сплошь усеян драгоценностями, в которых он привык валяться.

Собираясь в город на этот раз, он решил, что сундук будет слишком мал, и прихватил вместительную тару.

Лу Яо протянула ему планшет, мысленно вздохнув. «У богатых свои причуды. Драконы и впрямь сказочно богаты, раз приходят на ноготочки с сундуками сокровищ».

— Посмотрите, какой дизайн вам по душе?

Пока клиент изучал каталог, она поспешно вызвала интерфейс Системы и потратила пять тысяч очков популярности на укрепление Звездных врат.

Неизвестно, сколько зевак заметили, как Гарольд занес богатства внутрь. Местные не подозревали, что перед ними могущественный ящер, и, независимо от того, затаил ли кто-то злой умысел, лучше было подстраховаться заранее.

Гарольд стремительно пролистал те варианты, что не успел посмотреть вчера, и ткнул пальцем в несколько картинок:

— Хочу это, это, это и вот это!

Лу Яо еще даже не приступила к работе, а уже поняла, что с этим парнем будет непросто.

Он выбрал больше десятка вариантов, причём в каждом ему нравился лишь дизайн одного конкретного ногтя — самого вычурного и броского, эдакого центрального элемента всей композиции.

И он желал, чтобы на всех десяти пальцах красовались именно такие шедевры.

Этот черный дракон оказался еще жаднее золотого.

Мастер попыталась объяснить ему концепцию акцентов в дизайне: даже в маникюре элементы должны дополнять друг друга, чтобы выглядеть эстетично.

Выслушав её, юноша немного помялся, но всё же пошел на уступку:

— Главное, чтобы блестело ярче, чем у Сыцзиня. И чтобы было много самоцветов.

Это требование звучало куда понятнее. Лу Яо кивнула и принялась подбирать нужные гель-лаки.

Удовлетворенный дракон радостно вытянул свои руки — наконец-то он получит заветный маникюр.

Зельевар Ли Сю проснулась ни свет ни заря: сегодня предстояла поездка в город.

Она жила в небольшом поселении и большинство нужных для работы трав собирала в окрестностях, обрабатывая их самостоятельно. Однако некоторые редкие растения, требующие особых условий произрастания, в Изумрудном городке было не найти, да и поставщики их не завозили, поэтому приходилось ездить за ними в Оунодун.

В конце каждого месяца девушка отправлялась туда, чтобы закупить дефицитные ингредиенты и заодно сбыть партию зелий высокого ранга.

Переодеваясь, Ли Сю просунула руки в рукава. Ткань легла на тыльную сторону ладоней, полуприкрыв нежно-розовые кончики пальцев.

Она не удержалась, подняла руки и некоторое время любовалась ими. За окном ярко светило солнце, и настроение внезапно стало прекрасным.

Обычно алхимик была с головой погружена в создание эликсиров и не предъявляла высоких требований к быту. Для поездок она выбирала самый быстрый маршрут, возвращалась сразу после завершения дел и никогда не тратила время на наряды. Но стоило ей взглянуть на свежий розовый цвет своих ногтей, как в душе проснулось чувство новизны.

Она сняла наполовину надетую горчичную кофту и достала из шкафа вполне приличное длинное платье в мелкий цветочек.

«Раз уж еду в город, можно и нарядиться».

Перед отправлением Ли Сю сверилась со списком покупок, пересчитала зелья, приготовленные на продажу, и, убедившись, что всё в порядке, вышла из дома, прихватив с собой завтрак.

В городке имелась лавка, где сдавали в аренду лошадей и экипажи. Поскольку на обратном пути ей предстояло везти объемный груз трав, она обычно нанимала повозку и оплачивала услуги охранника для безопасности.

Дорога туда и обратно вместе с делами занимала три дня. В Изумрудном городке не было телепортационного массива, а свитки перемещения здесь не работали, поэтому путешествия всегда доставляли хлопоты. Впрочем, Ли Сю нравилась здешняя размеренная жизнь. На окружающих холмах в изобилии росли ходовые травы, и это перевешивало для неё любые транспортные неудобства.

Оплатив аренду и услуги конвоя, она подошла к экипажу. Раньше Ли Сю всегда сидела внутри кареты за чтением книг, пока наёмник правил лошадьми прямиком до Оунодуна. Но сегодня она была в таком приподнятом расположении духа, что не полезла в салон, а устроилась на козлах рядом с девушкой-рыцарем Эльви, коротая путь за непринужденной беседой.

Эльви считалась лучшим воином в Изумрудном городке. Ли Сю каждый раз нанимала именно её, так что девушки были неплохо знакомы.

Как только они выехали, Эльви стала выглядеть какой-то рассеянной и то и дело искоса поглядывала на свою спутницу.

Алхимик почувствовала это, и в её груди зашевелилось легкое беспокойство. Поколебавшись, она дождалась очередного взгляда воительницы и не выдержала:

— Со мной что-то не так?

Эльви запнулась, подбирая слова, но спустя мгновение всё же ответила:

— Люди говорят, что вчера ты ходила в тот маникюрный салон.

Ли Сю с облегчением выдохнула. Она-то уж подумала, что испачкалась или странно выглядит.

— Да, заходила туда, — открыто призналась она.

В глазах рыцаря вспыхнуло любопытство:

— И чем там вообще занимаются? Я слышала, это заведение возникло из ниоткуда, а его хозяйка — могущественная ведьма.

Слухов о загадочном салоне по городу ходило великое множество. Почти каждый слышал пару-тройку разных версий, но ни в одной не было никакой конкретики.

Вчера болтали, будто двое пугающих мужчин странного вида вместе с местным зельеваром Ли Сю переступили порог того заведения, но на этом подробности заканчивались.

Эльви выпивала в таверне и краем уха уловила эти сплетни. А когда утром получила заказ на сопровождение, решила выведать всё из первых уст.

Ли Сю рассмеялась, прекрасно понимая интерес подруги.

До того как самой посетить салон, она тоже сгорала от любопытства пополам со страхом.

Девушка подняла руку, демонстрируя изящные пальчики, и с улыбкой пояснила:

— Там просто украшают ногти. Хозяйка вовсе не ведьма, она очень милая девушка. Я заходила, чтобы сделать себе маникюр.

Эльви остановила повозку, перехватила ладонь Ли Сю и принялась её разглядывать. Никаких следов магии, ногти действительно были просто покрашены.

Однако… цвет был крайне необычным, да и способ нанесения явно отличался от того, к чему они привыкли.

Тонкая, миниатюрная ручка алхимика, её цветастое платье и этот нежный оттенок лака — всё вместе смотрелось до безумия очаровательно.

— А мне такое сделать можно? — выпалила рыцарь, даже не успев подумать.

Осознав, что только что ляпнула, воительница, привыкшая сжимать в руках тяжелый меч, смущенно поправилась:

— Забудь. Просто стало интересно.

«Рыцарь с накрашенными ногтями — это же полная нелепица!»

Но Ли Сю обрадовалась:

— Тебе тоже понравилось? Не сомневайся, у мастера есть целый каталог с рисунками. Наверняка подберёшь стиль по душе!

Эльви всё ещё чувствовала себя неловко, поэтому зельевар рассказала ей о Сыцзине и Гарольде.

Услышав, что к Лу Яо за маникюром выстраиваются в очередь даже мужчины, воительница вновь сгорела от любопытства.

«Как только вернемся из Оунодуна, сразу же пойду в этот салон!»

Тем временем в салоне красоты.

Лу Яо вела неравный бой с Гарольдом. Ногти были подпилены, база и основной цвет нанесены, но процесс застопорился на деталях.

Юноша вывалил на стол целую гору драгоценностей и потребовал, чтобы мастер украсила ими его «когти».

Девушка в молчании смотрела на россыпь рубинов, изумрудов, аметистов и сапфиров. Самый маленький из камней был больше её ладони и оттягивал руку своей тяжестью. Она категорически отказывалась понимать, как устроены драконьи мозги.

Гарольд ткнул её пальцем:

— Ты чего застыла?

В глазах Лу Яо читалась абсолютная безысходность. Она решила сделать последнюю попытку:

— Гарольд, посмотри сам. Эти камни больше твоей руки. Их просто невозможно приклеить на ногти.

Дракон уставился на неё своими сапфирово-синими глазами:

— Я хочу маникюр красивее, чем у Сыцзиня, и для этого мы будем использовать мои сокровища.

«…»

«С виду вроде сообразительный, а на деле упертый как баран».

— Тогда остаётся только один выход, — вздохнула Лу Яо, потянувшись к кроваво-красному рубину. — Расколоть их на мелкие кусочки и приклеить.

Гарольд тут же выхватил камень и прижал его к груди:

— Нельзя.

Драконы — самые жадные существа на свете. Разве позволят они портить свои сокровища?

— …В таком случае, если только ты не умеешь их уменьшать, ничем не смогу помочь, — развела руками мастер.

Юноша моргнул, поднял руку и начертил над кучей самоцветов магический круг. Тот завис в воздухе, начал расширяться, а исходящее из него чёрное сияние окутало сокровища, которые прямо на глазах стали сжиматься в размерах.

— Так пойдёт? — поинтересовался он.

«Так вот она какая, настоящая магия!»

«До чего же здорово!»

Лу Яо осторожно подобрала уменьшенный рубин. Камешек размером с рисовое зернышко сиял завораживающим светом, словно застывшая капля концентрированной крови, но весил всё так же много.

«Размер изменился, а масса осталась прежней. Обычный клей такое вряд ли удержит…»

[За 100 000 очков популярности можно приобрести набор специального магического клея для драгоценных камней гигантских драконов. Желаете совершить обмен?]

— …Желаю, — мысленно отозвалась девушка.

Спустя полчаса запыхавшаяся от усталости Лу Яо наконец удовлетворила все капризы Гарольда.

Камни оказались настолько тяжелыми, что пинцет их не брал и не сдвигал с места. Приходилось брать каждый пальцами, водружать на драконьи ногти и ювелирно выравнивать. Эта работа выжала из неё все соки.

Система сообщила, что Гарольд — черный дракон, и сам юноша явно тяготел к темным оттенкам. В качестве базы он выбрал черно-серебряный градиент и пожелал украсить его разноцветными минералами.

Мастер сделала ему плавный переход от основания ногтя к кончику, слой за слоем нанося черную краску от светлого к более насыщенному. На последней трети ногтевой пластины она добавила серебряный гель-лак с эффектом «Кошачий глаз», создав иллюзию мерцающего звездного неба.

Каждый палец был инкрустирован разноцветными камнями всевозможных размеров. Обе его руки теперь походили на открытые сундуки с сокровищами, ослепляя своим блеском.

И хотя со стороны казалось, что минералы налеплены в случайном порядке, Лу Яо тщательно продумала цветовые сочетания и композицию. Маникюр получился роскошным и сверкающим, но при ближайшем рассмотрении совершенно не выглядел безвкусно — напротив, в нём чувствовался истинный аристократизм.

Вероятно, из-за использования настоящих самоцветов, которые после уменьшения засияли пуще прежнего, девушка и сама не могла оторвать глаз от своего творения. Она долго любовалась руками клиента, а затем схватила телефон и принялась увлеченно фотографировать результат.

Гарольд, разумеется, был на седьмом небе от счастья. Он вертел ладонями, завороженно наблюдая, как грани камней преломляют свет, и его губы сами собой расплывались в довольной улыбке.

«Какой же я всё-таки гений! Додуматься украсить ногти настоящими сокровищами! Они сверкают куда ярче тех дешевых побрякушек, что использует хозяйка».

В этот момент дверь с улицы распахнулась, и на пороге возник Сыцзинь. Увидев Гарольда, он ничуть не удивился:

— А я прождал тебя всё утро в Пустоши Черной горы.

Сыцзинь вошел с мрачным лицом:

— Гарольд, и кто же вчера вечером говорил, что мои ногти уродливые? А кто обещал, что утром мы вместе отправимся в Долину Драконов?

— …

Все его мысли занимал блестящий маникюр, так что об этом уговоре он напрочь забыл.

Взгляд Сыцзиня скользнул по корзине золотых монет на полу и оставшимся на столе драгоценным камням. Надо же, какой щедрый. Однако, вспомнив испорченный вчера маникюр, он вновь закипел от злости:

— А ну, давай сразимся!

Гарольд поначалу чувствовал себя немного неловко, но, услышав вызов на бой, сразу понял: Сыцзинь жаждет мести. Отложив желание похвастаться, он прикрыл руки и отступил назад, с напускной взрослостью произнеся:

— Сыцзинь, тебе самому не надоело целыми днями только и делать, что махать кулаками?

— …

«Да я сейчас лопну от злости! Во всей Долине Драконов именно тебе, Гарольд, меньше всего подобает такое говорить!»

Лу Яо не хотелось, чтобы два дракона разнесли ей салон. Она поднялась и примирительно сказала:

— Маникюр Гарольда уже готов, так что можете идти вместе. Пожалуйста, не ссорьтесь.

Услышав это, Сыцзинь с громким хрустом размял костяшки пальцев:

— Гарольд, пора в Долину Драконов.

Но юноша, напротив, уселся на место и пододвинул Лу Яо корзину с золотом:

— Мне здесь нравится. Я буду тут жить.

Лу Яо посмотрела на ослепительно сияющие монеты и поняла, что у нее просто язык не повернется отказать.

Местное золото нельзя было обналичить в ее родном мире. Там не существовало такой вещи, как Пространственный карман, и спрятанное в Хранилище попросту невозможно было бы достать. Зато на эти деньги можно было делать покупки здесь.

С целой корзиной золотых монет она могла бы тоннами закупать домой мясо, овощи, яйца и молоко.

Девушка подумала, что стоит попробовать купить немного еды для своей закусочной — это здорово сняло бы финансовое напряжение.

Сыцзинь почувствовал, что Лу Яо готова сдаться перед очарованием богатства. Впрочем, он мог ее понять: ну кто в здравом уме откажется от сверкающих сокровищ?

Вот только позволить Гарольду и дальше околачиваться здесь он не мог. Достав из-за пазухи книгу, он протянул ее хозяйке:

— Лу Яо, я хочу подарить тебе эту книгу по магии. В ней описаны все виды магии, существующие на континенте Александрия. Все изложено просто и понятно, идеально для новичков.

Рука Лу Яо, уже потянувшаяся к золоту, замерла. Книга по магии ей тоже была нужна. Особенно после того, как Гарольд с помощью заклинания уменьшил драгоценные камни — ее интерес к волшебству взлетел до небес.

Если это книга драконов, вещь наверняка стоящая.

Лу Яо всегда принимала решения быстро. Отодвинув монеты, она взяла фолиант и как бы невзначай поинтересовалась:

— Гарольд только что использовал магический круг, чтобы изменить размер камней. В этой книге есть что-то подобное?

Сыцзинь кивнул.

Именно по этому пособию учились драконьи детеныши в Долине Драконов с детского сада и до окончания начальной школы. Разнообразные полезные магические круги, рецепты зелий и основы алхимии были собраны здесь в виде простых и забавных иллюстраций с пояснениями.

Вспомнив об этом, Сыцзинь достал белый кристалл:

— Прежде чем начать обучение, не хочешь проверить свою предрасположенность к стихиям?

Этот камень назывался «Радужный кристалл», и при поглощении маны различных элементов он выдавал разные реакции.

Если после вливания маны на поверхности появлялись зазубрины в форме полумесяца — это атрибут Ветра. Если камень раскалялся и краснел — Огонь. Если его окутывали фиолетовые молнии — Молния. Если покрывался коркой земли — Земля. А поскольку атрибут Дерева отвечал за исцеление, внутри кристалла прорастал крошечный росток.

Магические школы в основном использовали именно такие артефакты для проверки способностей и талантов учеников.

Следуя инструкциям Сыцзиня, Лу Яо сжала Радужный кристалл. Едва заметные нити черной маны потекли внутрь камня. Тот мгновенно почернел, покрылся трещинами, а затем и вовсе рассыпался на куски.

Сыцзинь слегка удивился:

— Атрибут Тьмы.

Тьма и Свет являлись особыми элементами, стоящими особняком от пяти природных стихий. Темная магия обладала величайшей разрушительной силой, в то время как магия Света несла в себе силу рассеивания и восстановления, являясь идеальным противовесом Тьме.

Оба эти атрибута встречались гораздо реже остальных пяти и требовали куда более выдающегося таланта.

У хозяйки салона был мягкий характер, а всем своим видом она излучала слабость и безобидность. Сыцзинь был почти уверен, что ей достанется стихия Дерева.

Гарольд, увидев результат проверки, вдруг обрадовался. Заложив руки за спину, он придвинулся к Лу Яо:

— У меня тоже атрибут Тьмы. Мы с тобой похожи.

Сыцзинь проводил взглядом Гарольда, приблизившегося к девушке, и в его золотистых глазах промелькнула тень.

Драконы и без того превосходили по силе всех прочих существ на континенте, поэтому особи со стихией Тьмы среди них рождались крайне редко.

Согласно пророчеству, темный дракон неминуемо должен был принести миру разрушительные бедствия.

Гарольд был единственным детенышем с атрибутом Тьмы, появившимся в их племени за последнюю тысячу лет. Он нес в себе дурное предзнаменование.

Даже собственный народ отвергал его. Что уж говорить об этой человеческой девушке?

Лу Яо же испытала внезапную радость, словно нашла наставника. Она повернулась к Гарольду:

— Я собираюсь изучать магию самостоятельно. Если что-то будет непонятно, научишь меня?

Нечто, именуемое чувством ответственности, тяжелым грузом легло на плечи маленького черного дракона. Он мгновенно раздулся от гордости и, ударив себя в грудь, заявил:

— Без проблем! Обращайся ко мне с чем угодно.

Лу Яо кивнула и присела на корточки, чтобы собрать упавшие на пол осколки кристалла.

Она сгребла крошево в ладони, собираясь выбросить его в мусорное ведро. Внезапно осколки засветились теплым золотистым светом и начали постепенно сливаться воедино.

Мгновение спустя на ладони Лу Яо лежал целый и невредимый белый кристалл.

Глаза Гарольда расширились, а зрачки сузились в вертикальные щелки:

— Сила восстановления… Это атрибут Света!

Сыцзинь потерял дар речи. Обладатели двух стихий встречались не так уж редко. И среди людей, и среди монстров порой рождались уникумы даже с тремя магическими атрибутами.

Но чтобы две абсолютно противоположные, взаимоисключающие стихии уживались в одном человеке — такое было почти неслыханно. Этот талант пугал.

Настолько, что даже драконы могли бы позавидовать.

Лу Яо не понимала причину их изумления. Сама она в душе ликовала: наличие магического атрибута означало, что у нее есть мана, а значит, она может изучать и исследовать волшебство.

Учебник тоже был под рукой. Девушке не терпелось немедленно приступить к делу и опробовать пару идей.

Сыцзинь утащил Гарольда за собой, и в салоне воцарилась тишина. Налив себе стакан горячей воды, Лу Яо села у окна и принялась листать подаренный гримуар.

Уходя, маленький черный дракон не забрал свои сокровища — полная корзина так и осталась стоять под столом.

По пути в Долину Драконов Сыцзинь серьезно сказал Гарольду:

— Больше не ходи в этот маникюрный салон.

У этой хозяйки был выдающийся магический талант и атрибут Света, подавляющий темную магию. Человеческие помыслы сложны и запутанны, и он боялся, как бы с Гарольдом чего не случилось.

В конце концов, Гарольд был еще совсем юным драконом, которому не исполнилось и сотни лет. Многих вещей он просто не понимал.

В его возрасте следовало учиться в Долине Драконов и заводить друзей, чтобы обрести самостоятельность лишь к ста пятидесяти годам.

Лишь из-за атрибута Тьмы и черной чешуи он покинул родные края раньше срока.

Впрочем, этот малец был невероятно силен. В изучении магии и боевых навыках он далеко превосходил сверстников. При этом обладал взрывным характером и то и дело возвращался в Долину Драконов, чтобы найти повод для драки и поиздеваться над бывшими одноклассниками и учителями.

Когда они с Сыцзинем сдружились, старший дракон стал повсюду его сопровождать, опасаясь, что тот зайдет слишком далеко в своих выходках.

Гарольд счел нравоучения Сыцзиня занудством. Внезапно он остановился, растопырил когти, которые до этого прятал, и самодовольно заявил:

— Звездный маникюр, который она мне сделала, сияет и переливается куда ярче твоего!

Сыцзинь опешил. Он в жизни не видел столь прекрасных драконьих когтей: драгоценные камни на роговых пластинах сверкали и слепили глаза, подобно настоящим звездам.

В работе использовались подлинные самоцветы — любимые сокровища Гарольда. После стараний Лу Яо результат со всех сторон идеально отвечал вкусам их драконьего племени.

Сыцзиню было жаль даже думать о том, чтобы стереть этот шедевр с когтей Гарольда. Неожиданно он предложил:

— Может, не пойдем сегодня в Долину Драконов?

— ?

— Я вернусь за своими драгоценными камнями и попрошу хозяйку переделать мне маникюр.

Ему тоже хотелось сверкающий маникюр с настоящими сокровищами.

— Ты же сам только что говорил туда не ходить? — удивился Гарольд.

— …Я тут подумал: мы же драконы. С какой стати нам избегать жалких людишек?

К тому же шкура у Гарольда толстая. Даже если он пару раз получит заклинанием Света, ничего страшного с ним не случится.

Ли Сю и Эльви добрались до города Оунодун лишь на рассвете следующего дня. Проведя в пути сутки напролет, они по привычке остановились в знакомой гостинице.

Проспав до обеда, Ли Сю проснулась первой; Эльви все еще спала.

Не став ее будить, Ли Сю собрала зелья на продажу и спустилась вниз.

Хозяйка гостиницы приготовила обед. Ли Сю погладила живот и решила немного перекусить перед выходом.

Подававшая еду официантка уже собиралась уйти, но краем глаза заметила нежно-розовый оттенок. Она рефлекторно обернулась, и в ее глазах вспыхнуло удивление:

— Здравствуйте. Простите за дерзость, но ваши ногти… вы сами их красили?

Рука Ли Сю, уже потянувшаяся за ложкой, слегка замерла. Девушка с улыбкой покачала головой:

— Нет, это мне сделали в маникюрном салоне в нашем городке. Правда, красиво?

Официантка закивала:

— Никогда не видела, чтобы ногти красили так чудесно. Такой нежный цвет.

В тот же день после смены мысли официантки все еще крутились вокруг маникюра Ли Сю. Этот персиково-розовый оттенок словно приворожил ее, никак не идя из головы.

В соседней ведьминской лавке она купила сок туманного дерева для окраски ногтей и, вернувшись домой, попыталась добиться такого же результата. Но лишь перепачкала все десять пальцев так, что на них стало страшно смотреть, потерпев полное фиаско.

Пообедав, Ли Сю первым делом направилась в аптеку «Шаша». Она всегда сдавала свои зелья высокого ранга на продажу именно сюда.

В послеобеденное время в аптеке почти не было посетителей.

Ли Сю вошла внутрь:

— Фэйша, ты занята?

Владелицей аптеки была эльфийка по имени Фэйша. Ее длинные золотистые волосы были заплетены в косу, заостренные уши слегка подрагивали, а на прекрасном лице не отражалось никаких эмоций. Она довольно холодно покачала головой:

— Нет.

Эльфы жили долго и отличались эгоцентризмом, поэтому большинство из них обладали весьма своеобразным характером.

Ли Сю давно привыкла к равнодушному и спокойному нраву Фэйши, поэтому просто осторожно достала зелья высокого ранга, над которыми трудилась весь последний месяц.

Эльфийка проверила флаконы один за другим. С качеством все было в порядке, и она убрала их под прилавок:

— Десять зелий высокого ранга. Десять золотых монет.

Ли Сю протянула руку, чтобы собрать золото, и взгляд Фэйши упал на ее нежно-розовые кончики пальцев. Голос эльфийки вдруг дрогнул от волнения:

— Как ты покрасила ногти?

Цвет был просто восхитителен. Легкий, словно туман, нежно-розовый — как цветущая дикая вишня в глубине весеннего леса. Естественный и свежий. Это совершенно не походило на окраску туманным деревом, оно бы никогда не дало такого невесомого и мягкого оттенка.

То, что Фэйша вдруг проявила столь открытые эмоции, было так непривычно, что Ли Сю немного растерялась.

Пока она молчала, эльфийка схватила ее за руку и стала пристально разглядывать маникюр, даже потрогав ногтевые пластины.

Гладкие, как фарфор. Совершенно не похоже на ту шероховатость, что оставалась после сока туманного дерева.

— Ты сама это сделала? — поглаживая ногти Ли Сю, снова спросила Фэйша. На этот раз в ее голосе звучало еще больше нетерпения.

Ли Сю покачала головой:

— У нас в городке открылся маникюрный салон. Там и сделали.

Фэйша недоуменно нахмурилась:

— Что еще за маникюрный салон?

Ли Сю слово в слово пересказала Фэйше все, что объясняла ей Лу Яо, а затем поведала о множестве других необычных дизайнов из салона.

Глаза эльфийки разгорались все ярче. А когда Ли Сю собралась уходить, Фэйша вдруг закрыла аптеку и заявила, что хочет отправиться вместе с ней в Изумрудный городок.

Ей тоже до смерти захотелось сделать маникюр.

Ли Сю слегка опешила. Насколько ей было известно, Фэйша жила в городе Оунодун и уже почти десять лет не уезжала далеко от дома.

Впрочем, девушка была только рада. Кто бы мог подумать, что обычный поход на маникюр обернется столькими забавными событиями в пути, да еще и подарит ей такую попутчицу.

Ли Сю отправила Фэйшу вперед, в гостиницу, а сама отсчитала три золотые монеты и пошла в крупнейшую лавку Оунодуна, принадлежавшую мадам Сид, чтобы купить необходимые ингредиенты.

На выходе она столкнулась с самой хозяйкой. Эта надменная дама вышагивала с полуприкрытыми глазами; из-за вздернутых уголков глаз казалось, будто она никого не ставит ни в грош.

Ли Сю, обнимая огромный мешок с травами, рефлекторно отступила в сторону, уступая дорогу.

Мадам Сид, обмахиваясь веером из перьев, лениво проплыла мимо.

Сделав пару шагов, она вдруг замерла. Обернувшись и подозрительно окинув Ли Сю взглядом, хозяйка лавки приподняла подол платья и быстро вернулась. Осмотрев девушку с ног до головы, мадам Сид вперила сияющий взгляд в ее пальцы:

— Какой у вас необычно выкрашенный маникюр.

Магия — это и впрямь невероятно увлекательно.

Когда Сыцзинь и Гарольд ушли, новых посетителей не появилось. Лу Яо открыла первую страницу книги заклинаний и с головой ушла в чтение.

Как и говорил Сыцзинь, этот фолиант содержал огромный объем информации, при этом всё было четко структурировано и понятно с первого взгляда.

В оглавлении девушка нашла магический круг уменьшения, который использовал Гарольд. Рядом располагались пошаговые иллюстрации его начертания и мелкие сноски, объясняющие принципы построения.

Хотя она держала подобную книгу всего второй раз в жизни, материал казался удивительно простым для восприятия.

Рисовать магические круги вслепую было бы тяжело, но теперь, зная принципы построения и базовые структуры, начертить узор не составило бы труда.

Чтобы проверить эффект магии на практике, она специально сходила к фруктовой лавке и купила несколько видов плодов.

В Ином мире росло множество диковинных фруктов: Змеиные плоды, действительно похожие на змей; Плакучие фрукты, начинавшие громко рыдать, если их сжать; Мясистые ягоды, пахнущие тушеной свининой... И хотя Лу Яо сгорала от любопытства, в итоге она ограничилась самыми обычными яблоками, зелеными грушами и виноградом.

Вернувшись в салон, она первым делом испытала заклинание уменьшения на яблоке. Первые три попытки обернулись неудачей.

Путем проб и ошибок, на седьмой раз ей удалось начертить круг, который слегка уменьшил плод. Восьмая же попытка сжала яблоко до размеров виноградины.

Воодушевленная первым успехом, словно ребенок, получивший новую игрушку, Лу Яо принялась раз за разом повторять заклинание.

Целый пакет яблок и груш ушел на эксперименты: некоторые плоды стали размером с виноград, другие — и вовсе не больше косточки.

Вскоре девушка поняла: степень уменьшения предмета напрямую зависит от объема вложенной магической энергии.

Чем больше магии, тем меньше становится объект.

На следующей странице описывался магический круг увеличения. Его структура была прямо противоположна предыдущему заклинанию. Освоив уменьшение, разобраться с увеличением оказалось сущим пустяком.

Лу Яо начертила новый узор над виноградиной, медленно и равномерно вливая энергию. Уже на второй раз крошечная ягода раздулась до размеров яблока.

В самом конце параграфа рассказывалось, как вернуть предмету его изначальные габариты.

Применив эти знания, хозяйка салона благополучно вернула подопытным яблокам, грушам и винограду их первозданный вид.

Этот фолиант был настоящим сокровищем! Гораздо более практичный, чем книга, выданная Системой, и удивительно легкий в освоении. Лу Яо пришла в полный восторг.

Она неспешно перелистывала страницы, пока не добралась до раздела с алхимическими рецептами. Первая глава состояла из десяти параграфов и описывала распространенные ингредиенты Континента Александрия: целебные травы, магические кристаллы и части монстров. Там подробно излагались ареалы их обитания, условия роста, свойства, эффекты от применения в зельях, а также популярные сочетания.

Бегло просмотрев теорию, девушка перешла ко второй главе, где содержались уже конкретные рецепты.

Внезапно Лу Яо нахмурилась. В ее глазах промелькнуло недоумение, и она начала быстро листать книгу, пробегая глазами по строчкам.

Взяв со стола флакон со специальным клеем для драконьего маникюра, она повернула его этикеткой с составом и сверила с названиями некоторых трав в справочнике. Ингредиенты совпадали слово в слово.

«Неужели просто совпадение?»

«Или, если собрать всё по списку, можно самостоятельно сварить такой клей?»

Любопытство жгло изнутри. Кажется, в Изумрудном городке была лавка травника — Ли Сю упоминала о ней на днях.

В наборе было пять флаконов клея, каждый с уникальным способом применения и эффектом. Переписав пять соответствующих рецептов, Лу Яо отправилась за покупками.

Однако лавочка в Изумрудном городке оказалась слишком маленькой. Ей удалось раздобыть лишь половину самых распространенных трав. К тому же она совершенно не представляла, в каких пропорциях и как именно нужно варить эти особые составы.

Как бы ей ни хотелось докопаться до истины, эксперимент пришлось временно отложить.

Стол был завален ингредиентами, подопытные фрукты раскатились по всем углам. Лу Яо потерла глаза. Из-за сильной концентрации она поначалу не замечала напряжения, но стоило расслабиться, как навалилась усталость.

Вдруг телефон несколько раз пискнул. Девушка потянулась за аппаратом.

[Яо-Яо, твое мастерство снова выросло!!! Те два новых дизайна в ленте — это просто космос!]

[Я влюбилась! Мне срочно нужны такие же!]

[У тебя есть сегодня время? Хочу приехать прямо сейчас и сделать тот черный маникюр с драгоценными камнями, он запал мне прямо в сердечко! Сделаю за любые деньги!!!]

Писала Шэнь Сысы.

Маникюр Сыцзиня и Гарольда получился настолько потрясающим, что Лу Яо, не удержавшись от гордости, выложила пару фотографий в соцсеть.

Увидев их, Шэнь Сысы тут же загорелась желанием и с первого взгляда положила глаз на самый дорогой вариант.

Но на этот раз ей придется отказать.

Лу Яо: [Спасибо, дорогая. Но, к сожалению, этот дизайн я пока сделать не смогу.]

Шэнь Сысы: [!!! Почему? Слишком дорого? Деньги не проблема, я согласна даже на пятизначную сумму. Я хочу его прямо сейчас!]

Шэнь Сысы была крайне взбудоражена. Она уже давно не видела ногтей, которые бы так сильно запали ей в душу.

Черно-серебряный градиент ложился естественно и ровно — фирменный почерк Лу Яо. Но настоящей изюминкой была россыпь каменной крошки. Цветовая гамма, композиция и текстура выглядели безупречно, словно это были настоящие драгоценности без малейшего намека на дешевый пластик. Это был маникюр ее мечты.

Лу Яо всегда отлично фотографировала свои работы, да и сами руки модели на снимке были невероятно красивы: длинные, изящные пальцы с четко очерченными суставами.

Глядя на фото, Шэнь Сысы представляла, что с таким дизайном ее собственные руки станут столь же восхитительными, и сгорала от нетерпения.

Лу Яо: [Дело не в цене. Это индивидуальный заказ. Камни, инкрустированные в ногти — это материалы самого клиента, уже заранее ограненные цветные самоцветы.]

После такого объяснения всё встало на свои места.

Сложность заключалась не в самой инкрустации, а в том, чтобы собрать столько камней разных оттенков неизменно высокого качества, а затем придать им нужную форму.

Учитывая разную твердость и плотность минералов, обточить их до крошечных размеров для маникюра, да еще и с такой идеальной огранкой, чтобы они сверкали под любым углом — задача почти невыполнимая.

Не желая сдаваться, Шэнь Сысы сохранила фотографию и увеличила ее. Теперь она четко видела бесчисленные грани на камнях. На одном из мизинцев красовалось несколько аметистов размером чуть ли не с пылинку. При максимальном увеличении на их поверхности тоже проступала микроскопическая огранка. Поразительная детализация!

Стало ясно, что Лу Яо не обманывает. В этой работе использовались не просто настоящие камни, а редчайшие самоцветы высочайшего качества. Заполучить точно такой же дизайн будет невероятно сложно.

Но после увиденного великолепия другие варианты меркли в ее глазах.

В тот момент Шэнь Сысы еще не догадывалась, что вскоре Лу Яо будет каждый день дразнить ее потрясающими новинками, и почти каждый дизайн станет ее несбыточной мечтой.

Успокоив подругу, Лу Яо посмотрела в окно — солнце уже клонилось к закату. Поскольку посетителей больше не предвиделось, она решила закрыть салон и проведать закусочную.

Перед уходом девушка прихватила золотую монету и заглянула в соседнюю мясную лавку, где купила половину туши магического зверя. Затем она приобрела немного картофеля, помидоров, зеленых перцев и прочих овощей Иного мира, а также целую корзину фруктов.

Занеся покупки в салон, она переместила их в Хранилище, чтобы позже достать уже в закусочной.

Лу Яо хотелось опробовать иномирные ингредиенты и узнать мнение своих сотрудников. Если продукты придутся им по вкусу, можно будет наладить регулярные поставки.

Ранее она уже пыталась пронести фрукты и диковинки Континента Александрия в свой мир. Однако стоило ей выйти наружу, как содержимое Хранилища оказывалось заблокированным, словно в игровом инвентаре: можно было лишь просматривать количество и тип предметов, но достать их материально не получалось.

Система объяснила это тем, что в ее родном мире не открыт Пространственный карман, поэтому он не подпадает под защиту системных правил и не способен улавливать энергию других измерений.

Проще говоря, Звездные врата работали только в одну сторону.

Чтобы свободно перемещать предметы между мирами, в ее реальности также должен был существовать Пространственный карман.

Лу Яо пробовала и другой вариант: не убирая продукты в Хранилище, просто вынести их через дверь маникюрного салона прямиком домой. Но всякий раз, открывая дверь с продуктами в руках, она видела перед собой лишь улицы Изумрудного городка.

Таково было непреложное правило Системы: для переноса вещей из других миров требовалось наличие Звездных врат непосредственно в ее собственной реальности.

Вернувшись в закусочную, Лу Яо сразу же привлекла внимание сотрудников на первом этаже. Они поспешили ей навстречу:

— Хозяйка.

Кивнув, она поинтересовалась, как идут дела.

После того как Страна Снов ввела политику раздельного заселения в Сектор А, поток посетителей не иссяк, однако драки на улице прекратились.

Теперь жители Сектора B и Сектора А просто поменялись местами — вместе со своими Парками.

Исключением стал лишь Парк на девяносто девятом этаже. Обитель, охраняемую Капитаном Стражи, было не так-то просто переместить. Сам Капитан, Цин и остальные НИПы остались на прежнем месте и время от времени захаживали перекусить.

Слушая отчет Бай Мина, Лу Яо поднималась по лестнице. На втором этаже оказалось довольно много посетителей, наслаждавшихся кофе и десертами. Ци Чэнь и Сяо Це поздоровались с начальницей и тут же вернулись к работе.

Кухни на первом и втором этажах были заняты, пустовала лишь та, что на третьем. Именно там Лу Яо и решила приготовить привезенные с Континента Александрия мясо и овощи.

Бай Мин с любопытством разглядывал извлеченные продукты:

— Какие... странные на вид штуки.

Вроде бы всё казалось знакомым, но в то же время неуловимо отличалось от привычных аналогов.

— Выглядят непривычно, — согласилась Лу Яо. — Но говорят, на вкус очень даже ничего.

— Вы собираетесь это есть? — удивился юноша.

Девушка кивнула.

Она заранее расспросила торговцев. Местные продукты готовились точно так же, как и у нее на родине: мясо и овощи требовали термической обработки, а фрукты достаточно было просто помыть.

Больше всего ее интересовало мясо магического зверя. Она отрезала солидный кусок с равномерными прослойками жира.

Изначально Лу Яо планировала ошпарить его кипятком с луком и имбирем, чтобы отбить специфический запах, но мясо выглядело таким свежим и источало легкий молочный аромат. Немного поколебавшись, она решила сразу бросить его на сковороду для быстрой обжарки, благо под рукой имелись гигантские зеленые перцы, купленные на Континенте Александрия.

Нарезая вырезку ломтиками толщиной в полсантиметра, девушка любовалась мраморной текстурой: соотношение жира и мякоти было идеальным, почти один к одному.

На срезе молочный аромат стал еще отчетливее.

Мясистые стенки зеленого перца брызнули соком под ножом, и кухню наполнил свежий, сладковатый запах.

Лу Яо откусила кусочек: хрустящий и сладкий, его вполне можно было есть как фрукт.

Бай Мину ингредиенты поначалу показались подозрительными, но, увидев, как хозяйка ест их сырыми, он тоже заинтересовался.

Лу Яо протянула ему ломтик. Юноша осторожно откусил и изумленно протянул:

— Какой сладкий.

Девушка приступила к готовке. Смазав сковороду каплей масла, она высыпала туда нарезанное мясо.

Стоило ломтикам коснуться раскаленного металла, как в воздух взвился густой, аппетитный аромат. А когда в ход пошел зеленый перец, божественные запахи заполонили весь третий этаж.

Поскольку внизу не хватало мест, на третьем этаже тоже сидело несколько посетителей. За одним из столиков расположились Стражи Парка из Сектора B, которые переехали совсем недавно.

Они еще раньше заметили поднимающуюся Лу Яо и задались вопросом: уж не хозяйка ли это?

Лицо было незнакомым, но она уверенно прошла на кухню и принялась за готовку с ловкостью заправского шеф-повара.

А когда упоительный аромат жареного мяса с перцем растекся по этажу и поплыл вниз по лестнице, сомнения отпали — это точно владелица заведения.

Поговаривали, что у нее получаются самые вкусные блюда, и этот запах действительно сводил с ума.

Все гости на этаже невольно уставились на кухню, судорожно сглатывая слюну.

Выключив плиту, Лу Яо не выдержала. Она отложила порцию в небольшую пиалу, подхватила кусочек палочками, подула и отправила в рот.

После обжарки мясо магического зверя неожиданно разбухло, став мягким и упругим, словно желе.

При нажатии из него с шипением сочился жир, но на вкус оно оказалось удивительно нежным и совсем не приторным. Мясо таяло во рту, оставляя после себя насыщенное послевкусие и необычные сливочные нотки. Восхитительное сочетание!

Девушка проглотила три куска подряд, не в силах оторваться.

Бай Мин, тоже снявший пробу, округлил глаза:

— Это мясо... просто объедение!

Разложив угощение по двум тарелкам, Лу Яо велела юноше отнести их на нижние этажи, чтобы остальные сотрудники тоже смогли полакомиться.

От столика со Стражами отделился один человек. Подойдя к раздаточному окну кухни, он робко спросил:

— Хозяйка, можно и мне попробовать немного?

Лу Яо подняла голову и обнаружила, что все посетители третьего этажа не сводят с нее жадных взглядов.

Блюда было немного, но на сковороде еще кое-что оставалось, поэтому она решила устроить дегустацию.

Разложив в небольшие, размером с ладонь, коробочки по кусочку мяса и перца, девушка громко объявила:

— Дегустация нового блюда! Порции крошечные, но если хотите, становитесь в очередь.

Вернувшись, Бай Мин обнаружил у окна выдачи толпу. Он тут же принялся раздавать порции, пока Лу Яо спешно обжаривала еще две партии.

— Совершенно не жирно, да еще и с молочным привкусом... Какая вкуснотища! — взволнованно воскликнул Страж, первым получивший угощение.

Его товарищи закивали:

— Потрясающее мясо! Хозяйка, вы добавите его в меню?

Остальные дегустаторы разделяли их восторг:

— Я даже распробовать не успел, как всё закончилось! А-а-а-а, почему так мало?!

— Какая невероятная вкуснота, с рисом я бы умял целую кастрюлю!

— Меня волнует только один вопрос: когда появится в продаже?

Продукты с Континента Александрия получили единогласное одобрение как персонала, так и клиентов. Лу Яо с облегчением выдохнула: теперь можно составлять список для регулярных закупок.

В последнее время Мо Чэн и Цюань Шэнцзюй трудились на кухне первого этажа. Лу Яо рассудила, что пора вводить в эксплуатацию и третий этаж. Она перевела туда Мо Чэна и Юй Цай: первый должен был готовить, а вторая — обслуживать гостей.

Теперь на первом этаже работали Синцзы, Бай Мин и Цюань Шэнцзюй. На втором — Сяо Це, Ци Чэнь и Чи. На третьем — Мо Чэн и Юй Цай. В будущем, если возникнет нехватка рук, можно будет нанять кого-нибудь еще.

Глядя на выстроившихся у окошка посетителей, девушка смекнула, что на третьем этаже можно организовать продажу порционных обедов на вынос. Часть продуктов привозить с Континента Александрия, заранее утверждать ежедневное меню и продавать через окно в обед и вечером. Быстро и удобно.

Вечером, после закрытия, Лу Яо поделилась своей задумкой с персоналом. Мо Чэн и Юй Цай очень обрадовались — казалось, они наконец-то нашли свое место.

Ночью Лу Яо потратила немного очков популярности на улучшение закусочной.

Набросав новый чертеж, она пристроила сбоку здания дополнительную лестницу и прорубила отдельные двери на втором и третьем этажах.

Теперь гости могли подниматься с улицы, не толпясь на узкой внутренней лестнице первого этажа.

Когда Лу Яо покинула закусочную, на улице уже царила кромешная тьма.

Неспешно добравшись до дома, она перед сном вспомнила, что нужно зайти на форум Парка.

В почтовом ящике обнаружилось личное сообщение от заинтересованного покупателя.

Аккаунт первого уровня, прямо как у нее, спрашивал об условиях сделки: пользователь желал приобрести Черное Кольцо.

Лу Яо ответила, и, к ее удивлению, собеседник оказался онлайн. Сообщение пришло незамедлительно: «Я настаиваю на личной встрече. Где вы живете? Я могу приехать в ваш город и расплатиться наличными из рук в руки».

Девушка задумалась. Один миллион — сумма нешуточная, так что личная встреча была вполне обоснованна. Она назвала город.

На что пришел ответ: «Какое совпадение, я тоже здесь нахожусь».

Поскольку покупатель тоже оказался из Яогуана, Лу Яо договорилась с ним о месте и времени встречи, после чего вышла с форума.

Континент Александрия, Долина Драконов.

Стояла прекрасная погода. Во время полуденного отдыха детеныши драконов лениво развалились на склоне холма, греясь на солнышке.

Учительница Му Синь присела под деревом, собираясь вздремнуть, как вдруг у нее нервно дернулся глаз. Сердце сжалось от дурного предчувствия.

К слову, этот паршивец Гарольд уже давненько не заявлялся.

Судя по его обычным интервалам, он должен был появиться со дня на день. Уж не сегодня ли?

Вдали внезапно раздался плач дракончика.

У Му Синь тут же разболелась голова. К гадалке не ходи — явился Гарольд.

Этот сорванец затаил лютую обиду за то, что его вышвырнули из Долины Драконов. Теперь он то и дело возвращался, чтобы устроить переполох, поиздеваться над ровесниками и попортить кровь своей бывшей наставнице.

Гарольд еще не достиг совершеннолетия. Да, изгнав его до срока, драконий клан поступил несправедливо, но это не давало ему права на постоянные бесчинства.

В прошлый раз Му Синь твердо решила: если Гарольд сунется в Долину снова, она непременно проучит этого непокорного черного дракона.

Тяжело вздохнув, она поднялась, обернулась драконом и полетела к холму.

На вершине, взобравшись на огромный валун, стоял Гарольд. Повернув ладони тыльной стороной к солнцу, он перебирал пальцами, словно играл на невидимом пианино. Драгоценные камни на его ногтях переливались всеми цветами радуги, грозя ослепить присутствующих.

Дракончики жались к земле, жалобно поскуливая, но не могли оторвать завороженных взглядов от рук хулигана.

Гарольд самодовольно хохотал.

Эти малявки точно плакали от жгучей зависти к его великолепному маникюру!

Подлетая, Му Синь с недоумением наблюдала, как Гарольд подобно местному хулигану расхаживает среди малышей.

«Почему он сегодня не в истинном облике?»

Человеческая ипостась была куда менее опасной, но факта издевательств над детенышами это не отменяло. Наказание неизбежно.

Приблизившись, наставница наконец разглядела методы экзекуции: этот негодник размахивал кистями прямо перед мордочками малышей. Его черные ногти, усыпанные самоцветами, напоминали разноцветную реку звезд в ночном небе, ослепительно сверкающую в лучах солнца.

Стоящий поодаль Сыцзинь даже не пытался его урезонить.

Знай он заранее, что Гарольд притащился сюда исключительно ради хвастовства, ни за что бы не пошел с ним. Лучше бы сидел дома и перебирал свою коллекцию.

Честно говоря, Сыцзинь сам сходил с ума от ревности.

Руки Гарольда выглядели на свету просто божественно: ослепительные и сияющие, они отбрасывали разноцветные блики под любым углом, затмевая своим блеском даже свет звезд и радугу.

Вернувшись, он обязательно закажет себе новый дизайн, который будет сверкать еще ярче, чем у этого выскочки!

Учительница Му Синь с тяжелым стуком приземлилась на валун. Ее массивная туша заслонила солнце, отбросив густую тень на склон и детенышей.

— Гарольд, ты снова здесь. Я же предупреждала: еще раз сунешься в Долину, и пощады не жди.

Спрятав руки за спину, юноша отступил на три шага:

— Вы так жестоки ко мне, учитель. Я просто проходил мимо и решил заглянуть. Раз у вас всё в порядке, я, пожалуй, пойду.

Он вдоволь натешил свое эго. Вступать в бой с наставницей он совершенно не собирался — еще маникюр испортит!

Сыцзинь закатил глаза и, смирившись с участью компаньона, поплелся следом за Гарольдом.

Внезапно из стайки малышей поднялся маленький красный дракончик. Сделав пару шагов вперед, он пискнул:

— Гарольд, постой!

Тот обернулся:

— Чего тебе?

Красный малыш смущенно затрепетал крылышками. Опустив мордочку и переминаясь с лапы на лапу, он наконец выдавил:

— Я хотел спросить... почему у тебя такие блестящие когти?

Этот вопрос выражал тайное желание всех присутствующих детенышей. Даже учительница Му Синь незаметно подалась вперед, чтобы не пропустить ни слова.

Ни один истинный дракон не мог устоять перед такими сокровищами — это сияние поразило их в самое сердце!

На следующее утро Лу Яо проспала до восьми часов. Умывшись, она захватила с собой кольцо и отправилась в центр города.

По забавному стечению обстоятельств покупатель назначил встречу в той самой чайной, где Лу Яо недавно встречалась с Чжуан Ляном и Ци Цзюэ.

Прибыв на пять минут раньше условленного времени, она вошла в отдельный кабинет и сразу заметила знакомую фигуру. Девушка подошла ближе:

— Господин Шэнь, господин Чжуан.

Покупатель по фамилии Шэнь, мужчина лет тридцати в строгом сером костюме, выглядел худым, отстраненным и слегка осунувшимся.

Компанию ему составлял Чжуан Лян, которого она давно не видела. Он заметно похудел.

Увидев Лу Яо, Чжуан Лян инстинктивно вскочил, но, поймав на себе холодный взгляд Шэнь Пинцзиня, через силу опустился обратно на стул.

— Госпожа Лу, — дрожащим голосом произнес он.

Шэнь Пинцзинь вскинул брови:

— Знакомы?

— В-вроде того, — промямлил Чжуан Лян.

Ему следовало догадаться с самого начала! Игроком-новичком из Яогуана, осмелившимся нагло заломить цену в миллион, могла быть только эта девица — больше таких бесстрашных безумцев он не знал.

В прошлый раз, вернувшись из закусочной, он надолго слег с болезнью.

Как-то его навестил Ци Цзюэ и сообщил, что то жуткое заведение снова открылось.

Эта новость окончательно подкосила Чжуан Ляна. Он заперся дома и долгое время никого не принимал.

Семья Шэнь обладала огромным влиянием в Яогуане. Если бы не страх навлечь на себя их гнев, он бы ни за что не вышел в люди.

И вот судьба снова столкнула его с этой дьяволицей во плоти. Все мысли разом вылетели из головы.

Лу Яо достала из сумки кольцо и, положив его на середину стола, сразу перешла к делу:

— Осмотрите товар? Если всё в порядке, проведем оплату. Мне еще на работу бежать.

Она вела себя раскованно, ничуть не опасаясь ограбления.

Если во время сделки что-то пойдет не так, Капитан Стражи лично вмешается в ситуацию. И тогда цена вопроса будет измеряться отнюдь не миллионом.

Именно эта уверенность и позволила ей согласиться на личную встречу.

Повинуясь жесту Шэнь Пинцзиня, Чжуан Лян взял артефакт. Ему хватило одного взгляда, чтобы вынести вердикт:

— Да, кольцо абсолютно новое, им не пользовались.

При этом в душе он изнывал от любопытства: «Это не то кольцо, которое она надевала в прошлый раз. Откуда у нее еще одно? Неужели у нее их целая гора?»

Не осмеливаясь развивать эту пугающую мысль, Чжуан Лян замер на стуле, словно на иголках.

Шэнь Пинцзинь оказался человеком дела. Услышав подтверждение, он без лишних слов вытащил из-под стола два черных чемоданчика и открыл их, демонстрируя ровные ряды красных банкнот.

— Один миллион. Можете пересчитать, госпожа Лу.

Когда Лу Яо ушла с деньгами, Шэнь Пинцзинь, крутя кольцо в пальцах, бросил на своего спутника насмешливый взгляд:

— Кажется, вы побаиваетесь эту госпожу Лу, Чжуан Лян.

Чжуан Лян не стал отпираться и лишь молча кивнул. Не желая пускаться в объяснения, он поднялся из-за стола:

— Вам повезло, господин Шэнь. Вы получили, что хотели. Раз сделка завершена, я откланиваюсь.

Лу Яо потратила немного времени на поход в банк, чтобы положить деньги на счета. Двести тысяч она зачислила на карту для повседневных расходов, а оставшиеся восемьсот тысяч распределила по четырем разным картам. Обойдя пять банков, она добралась до лавки лишь к одиннадцати часам.

Сначала она пришла к маникюрному салону, планируя купить продукты, отнести их в закусочную, а уже потом открывать двери для посетителей.

Распахнув дверь, Лу Яо попятилась и рефлекторно прикрыла глаза рукой. Что это так слепит?

— Наконец-то открыто!

— Это она — та хозяйка, о которой говорил Гарольд?

— Черноволосая и черноглазая чужестранка. Должно быть, это она!

Дождавшись, пока глаза привыкнут к яркому свету, Лу Яо опустила руку. Перед входом толпилась стайка подростков примерно того же возраста, что и Гарольд. А слепили её выстроенные в аккуратный ряд сокровища. Навскидку там стояло корзин шесть или семь.

Услышав имя Гарольда и бросив взгляд на груду драгоценностей, Лу Яо сразу догадалась, кто эти юнцы и зачем они пожаловали.

«Вы что, решили устроить тут тимбилдинг?»

Если вчера соседей ещё шокировало появление Гарольда, то сегодня они, казалось, окончательно оцепенели. Люди остекленевшим взглядом пялились на вход в салон, даже не моргая.

Девушка в длинном красном платье, с рыжими волосами, заплетёнными в два хвостика, подошла к Лу Яо. Её огромные глаза сияли предвкушением:

— Хозяйка, я хочу сделать маникюр.

Пятеро или шестеро подростков за её спиной тут же подхватили:

— И я хочу маникюр!

Лу Яо пошире распахнула дверь:

— …Пожалуйста, проходите внутрь и немного подождите.

«Ну и напор… Это же просто маникюр, а выглядят так, словно собрались драться. Чуть до смерти не напугали».

Подростки, в обнимку со своими драгоценностями, гуськом потянулись в салон. Заметив под одним из столов здоровенную корзину с сокровищами, от которой явственно веяло аурой маленького чёрного дракона, они поняли, что не ошиблись адресом.

Лу Яо выставила им закуски и напитки, выдала планшет, а затем достала свой телефон, открыв на нём галерею, чтобы гости пока могли повыбирать дизайны. Самой же ей нужно было сбегать за продуктами.

Девушка ничуть не боялась оставлять стайку юных драконов одних в лавке. Весь её салон стоил меньше, чем притащенные одним таким клиентом сокровища, так чего переживать?

По пути на рынок Лу Яо задумалась о найме персонала. В часы наплыва посетителей ей как минимум требовался помощник, который брал бы на себя встречу гостей. А если повезёт найти толкового человека, она бы с радостью взяла пару-тройку учеников. В одиночку ей эту маникюрную империю точно не потянуть.

В мясной лавке Лу Яо сходу купила две туши магических зверей. Такое мясо стоило значительно дороже обычной свинины или говядины, но девушка уже успела оценить колоссальную разницу во вкусе, поэтому не особо торговалась. Учитывая, что в салоне своей очереди на ноготочки дожидались шесть-семь дракончиков, её бизнес в этом мире обретён на успех. Не переживая о финансах, она прихватила ещё несколько корзин с овощами, потратив в общей сложности пять серебряных монет.

Вернувшись, она застала детвору всё за тем же занятием: они плотным кружком сидели над каталогом и изучали картинки.

Драконам свойственна небывалая жадность — в этом они превосходят любое существо на континенте. Им подавай только самые лучшие сокровища, чтобы безраздельно ими владеть. Поэтому даже ради выбора дизайна маникюра им требовалось просмотреть абсолютно все варианты, и лишь затем определить идеальный.

Лу Яо не стала им мешать. Открыв дверь, она отправилась относить продукты в закусочную.

Маленькая красная драконица Тина вскинула голову, скользнув взглядом по дверному проёму — хозяйка уже исчезла, а в воздухе остался едва уловимый след магии Пространственного кармана.

Но вскоре Лу Яо вернулась.

Тина, прижимая к себе сундучок с сокровищами, подошла к ней:

— Я определилась.

Лу Яо взглянула на картинку. Как и ожидалось, выбор пал на стиль в духе Гарольда.

Девушка ничуть не удивилась: ни один дракон не способен устоять перед блестяшками.

Тина отставила свои богатства в сторону, извлекла небольшой мешочек и высыпала из него горсть рубинов:

— Я хочу, чтобы мои когти украсили вот этими камнями.

Будучи красным драконом огненного атрибута, она от природы тяготела к пламени и больше всего обожала рубины, чей цвет напоминал ревущий огонь Бездны. Ей безумно нравились сверкающие когти Гарольда, но повторять за ним Тина не собиралась.

Драконы невероятно алчны и эгоистичны.

То, что им принадлежит, обязано быть абсолютно уникальным.

Выслушав пожелания клиентки, Лу Яо быстро набросала эскиз. Тине хватило одного взгляда, чтобы влюбиться в этот дизайн.

Её когти были довольно короткими — по всей видимости, специально сточенными.

Лу Яо предложила немного их нарастить, чтобы маникюр смотрелся эффектнее.

Драконица покачала головой. В ту же секунду её когти сами собой отросли на добрый сантиметр.

— Нужно ещё длиннее? — деловито поинтересовалась она.

Лу Яо, уже отучившаяся чему-либо удивляться, лишь кивнула:

— В самый раз.

Тем временем ещё двое ящеров определились с выбором. Хозяйка предупредила, что процедура займет немало времени, так что они могут просто записать желаемые дизайны, пойти погулять и вернуться позже.

Но уходить юные клиенты наотрез отказались. Они обступили мастера, с любопытством наблюдая за её манипуляциями.

Парой легких движений Лу Яо вывела на когте Тины изящный огненный узор, чем вызвала неподдельный восторг у детворы. Они привыкли действовать грубо и напролом, поэтому редко замирали на месте, чтобы понаблюдать за столь тонкой и кропотливой работой.

Лу Яо разработала для Тины «огненный» маникюр. От самых кончиков вверх струился пламенный орнамент с серебристо-красным градиентом. В качестве базы она использовала глубокий тёмно-красный цвет, поверх которого нанесла изящный серебристый лак «Кошачий глаз», а затем с помощью магнита вытянула на кончиках мягкий мерцающий блик.

Она тщательно прорисовала тени язычков пламени, обвела контуры тонкими линиями, нанесла каплю геля и втерла слой пудры-втирки оттенка «розовое золото». От малейшего движения пальцев казалось, что крохотные искорки огня действительно пляшут на когтях.

Тина смотрела на это как заворожённая. Результат превзошёл все её ожидания.

Узор пламени на каждом когте был уникален. Лу Яо решила инкрустировать принесённые клиенткой рубины лишь на указательный, безымянный пальцы и мизинец. Она тщательно отбирала камни подходящей формы, с помощью магии уменьшала их до нужного размера и только потом крепила.

Больше всего Тине понравился дизайн на безымянном пальце.

Магматический красный оттенок занимал лишь две пятых от всей длины когтя. В отличие от агрессивных языков пламени, здесь поверхность покрывал тонкий узор, напоминающий легкую рябь, а мерцающая пудра придавала ему чарующее сияние. Несколько острых рубинов с крошечными сколами, небрежно разбросанных у основания, казались искрами, вырвавшимися из кипящей лавы. Поразительно реалистично.

На двух когтях без инкрустации красовались тонкие серебряные цепочки. Переплетение багрянца и серебра, искрящееся и объемное, создавало непередаваемое ощущение утончённой красоты.

Драконица подняла руки и легонько пошевелила пальцами, любуясь, как с её когтей срываются мириады крошечных бликов.

Впервые в жизни она осознала, насколько грубой была эстетика её сородичей. Оказывается, вовсе не обязательно обвешивать драгоценностями каждый миллиметр свободного пространства, чтобы создать шедевр, от которого невозможно оторвать взгляд.

— Теперь моя очередь, хозяйка! Мне нравится вот этот дизайн, — тут же подскочил к Лу Яо светловолосый юноша.

Воочию понаблюдав за рождением шедевра, подростки сгорали от нетерпения.

Лу Яо бросила взгляд на часы. На маникюр Тины ушло три часа, а в очереди оставалось ещё шесть дракончиков. Даже если работать без перерывов, за сегодня она ни за что не управится.

Она старательно записала выбранные дизайны каждого клиента и назначила всем точное время. Сегодня мастер могла принять максимум троих, так что остальным, записанным на завтра, пришлось бы пойти домой.

Вот только расходиться никто не собирался. Юнцы плотным кольцом обступили Лу Яо, желая и дальше наблюдать за процессом.

Тина, замершая по правую руку от мастера, смотрела с особым вниманием. Плавные и отточенные движения девушки доставляли драконам неописуемое эстетическое удовольствие.

Да и сами дизайнерские решения не переставали удивлять: у каждого из присутствующих были свои вкусы, и созданные хозяйкой шедевры разительно отличались друг от друга, но при этом идеально отвечали строгим запросам драконьей натуры.

Сыцзинь, прихватив тщательно отобранные камни, подошёл к дверям салона и столкнулся там с Гарольдом. Юноша нахмурился:

— А ты чего опять припёрся?

Неужто он решил обновить маникюр?

Проклятье, а он сам взял всего один сундук с самоцветами. Может, стоит сбегать за добавкой?

Гарольд, чьё лицо тоже скривилось от недовольства, буркнул:

— Мне здесь нравится.

Они смерили друг друга мрачными взглядами, но затевать привычную драку не стали — в основном потому, что с новенькими когтями это было крайне неудобно.

Но стоило им переступить порог, как они увидели хозяйку заведения, облепленную шестью или семью драконьими детёнышами.

Сыцзинь первым подал голос:

— Хозяйка, я хочу сменить дизайн.

Лу Яо мельком глянула на него и спокойно ответила:

— На сегодня свободных мест больше нет. Завтра после обеда вас устроит?

Сыцзинь был раздавлен. Всё из-за того, что он полночи копался в своей сокровищнице, подбирая камни и потратив на это слишком много времени!

Теперь придётся ждать до завтра, а ему не терпелось преобразиться прямо сейчас.

Зато Гарольд мигом приободрился. Раз Сыцзинь не обновит маникюр, значит, звание самого роскошного дракона по-прежнему останется за ним.

Гарольд подошёл поближе, понаблюдал за работой мастера, а затем нащупал на столе странную книгу с картинками и текстом, которая показалась ему довольно занятной.

Завалившись на стоявший неподалёку диван, юноша с упоением принялся её разглядывать.

Эту мангу Лу Яо вчера захватила из дома, чтобы посетителям было чем скоротать время. Изначально комикс был напечатан на китайском, но в Пространственном кармане текст автоматически преобразовывался в язык Иного мира, поэтому Гарольд без труда понимал прочитанное.

Сыцзинь тоже не спешил уходить. Он заметил новый маникюр Тины и отчаянно позавидовал.

Да, когти драконицы не сверкали так вызывающе, как у Гарольда, но работа была выполнена безупречно и дополнена настоящими рубинами, которые идеально подчеркивали натуру маленького огненного ящера.

—

В одной из захолустных таверн Изумрудного городка за грубым столом, уставленным пивными кружками и парой тарелок с закусками, собралась компания из шести мужчин.

Щуплый мужичок с бегающими глазками заговорил первым:

— Сегодня к той девке снова завалилась целая толпа детишек с набитыми сундуками. Весь город видел! Если сорвём куш, нам этих денег до конца дней хватит.

— Хозяйка этой лавки — обычная слабачка без капли магии, — пробасил здоровенный бородач. — Раз смеет так в наглую светить богатствами, её пора проучить.

Высокий и тощий парень нерешительно пробормотал:

— Но мы же ходили туда вчера ночью. С дверью там творится какая-то чертовщина, мы так и не смогли её выломать.

Ещё один бандит подал голос:

— А мне всё это не нравится. Что эти сопляки с золотом, что сама лавка… Разве нормальные люди станут так выставлять свои сокровища напоказ? Вдруг это ловушка?

Бородач с силой грохнул кулаком по столешнице, повышая голос:

— Да это просто избалованные щенки из богатеньких семей, которые не знают жизни! Разгуливают по городу с горами золота, да ещё и без охраны. У них же на лбу написано: «жирная овца». Драгоценности-то настоящие. Если их обчистим не мы, это сделает кто-нибудь другой. Не хочешь участвовать — проваливай, и не смей, мать твою, переводить моё пойло!

Испуганный угрозами главаря, долговязый парень так и остался сидеть на месте.

Он прекрасно понимал, что попытка уйти обернётся жестокой расправой, поэтому лишь потупил взор, беззвучно соглашаясь.

Они уже установили слежку и точно знали расписание Лу Яо.

Если клиентов не было, она запирала заведение ближе к вечеру.

А когда внутри никого не оставалось, открыть проклятую дверь снаружи было попросту невозможно.

Грабители решили нанести визит во второй половине дня, прямо перед самым закрытием.

В это время на улицах обычно никого не было. План был прост: ворваться внутрь, взять в заложники девку с выводком малолеток, выгрести сокровища и скрыться.

Предвкушая успешный налёт и безбедную жизнь, полную кутежа, бандиты с громким гоготом сдвинули пивные кружки.

—

В салоне Лу Яо как раз закончила работу над когтями второго дракончика и, сладко потянувшись, разминала затёкшие плечи.

[Вы успешно обслужили пятерых посетителей. Прогресс заполнения Атласа: +4. Маникюрный салон Лу Яо повышает статус до Однозвездочной лавки. Награда: 100 очков популярности, формула Специального драконьего клея для самоцветов (часть 1), одна капля Света Звёзд.]

[У вас новое задание! Обслужите двадцать посетителей. Награда: 500 очков популярности, формула Специального драконьего клея для самоцветов (часть 2), три капли Света Звёзд!]

Лу Яо оторопела. Выходит, у клея действительно существует своя формула? И что ещё за Свет Звёзд?

Всего одна капля — какая феноменальная скупость.

Разбираться с наградами было жутко интересно, но в кресло уже уселся третий клиент, взирая на неё с неприкрытым обожанием и ожиданием.

Ладно, сначала работа. С подарками системы она разберётся вечером, когда запрёт двери.

Третий посетитель тоже оказался красным драконом, но на этот раз — юношей.

У него были огненно-рыжие волосы до ушей, а когда он улыбался, обнажалась пара очаровательных острых клычков.

Высыпав из мешочка горсть угольно-чёрных самоцветов, парень попросил Лу Яо придумать для него самый крутой и брутальный дизайн.

Она набросала эскиз, который клиент одобрил весьма довольным кивком.

Девушка обточила ему когти, нанесла базовое покрытие, вывела узор… До завершения работы оставались считанные штрихи, как вдруг входная дверь с грохотом распахнулась, и внутрь ворвалась ватага вооружённых бугаёв.

Дюжина здоровяков в мгновение ока заполонила небольшое помещение, оттеснив Лу Яо и подростков в угол. Главарь угрожающе взмахнул широким тесаком и рявкнул:

— Всем стоять! Отдайте сокровища, и, так уж и быть, сохраним вам жизнь!

Лу Яо впервые оказалась в подобной ситуации. Кто бы мог подумать, что средь бела дня кто-то осмелится на вооружённое ограбление, потрясая клинками с такой бесстрашной наглостью.

От неожиданности её рука дрогнула. Юный дракончик, чей маникюр едва не пострадал, свирепо обернулся и зарычал:

— Вы её напугали!

Грабители ещё не осознали всей глубины своей ошибки. Приняв парня за изнеженного отпрыска знатного рода, они были свято уверены, что ситуация полностью под их контролем. Главарь запрокинул голову и расхохотался:

— Ха-ха-ха! Вы слышали? Маленький господин изволил разгневаться! Смотрите, не упустите его потом.

Они обожали издеваться над такими вот богатенькими и вспыльчивыми аристократишками.

Посмеиваясь, бандиты начали сжимать кольцо, не в силах оторвать алчных взглядов от груды сокровищ.

Осталось лишь прирезать хозяйку и эту мелюзгу — и золото у них в кармане.

Гарольд, развалившийся на диване, даже не шелохнулся.

Сыцзинь, скрестив ноги, восседал в соседнем кресле и невозмутимо полировал свои драгоценные камни, один за другим.

Тина с сожалением посмотрела на свой безупречный маникюр, тяжело вздохнула и уже приготовилась вступить в бой, но тут четверо ожидавших своей очереди дракончиков синхронно поднялись с мест.

Их зрачки медленно сузились в вертикальные щёлочки, а лица и руки стремительно покрылись плотной чешуёй. Ребята двинулись навстречу налётчикам.

— Что, говорите, вы собрались с нами сделать?

До бандитов наконец дошло, что дело дрянь. Похоже, эти детишки… вовсе не были людьми.

Проявившаяся чешуя и когти недвусмысленно выдавали их истинную природу. Лица грабителей побледнели. Разум кричал, что нужно уносить ноги, но обмякшие от первобытного ужаса конечности отказывались повиноваться.

Детёныши, чьи лица уже полностью скрылись под бронёй, больше не сдерживали свою удушающую драконью ауру.

Сыцзинь, даже не подняв взгляда от самоцветов, бросил:

— Только лавку не разнесите.

…

Ближе к вечеру. Безжизненная гора неподалёку от Пустоши Черной горы.

Десяток мужчин, вжавшись в каменную стену, бились в такой истерике, что даже не могли выдавить из себя ни звука.

Их плотно окружили четыре гигантских ящера размером с небольшие горы. От малейшего взмаха их хвостов сотрясалась земля.

Золотой дракон просверлил взглядом главаря шайки:

— Это он грозился забрать наши сокровища.

Зелёный дракон согласно кивнул:

— А ещё он напугал хозяйку.

Маленький дракон Цин добавил:

— И он смеялся над Цзяцзя.

Цзяцзя был тем самым огненным драконом, которому в тот момент делали маникюр.

Наконец, фиолетовый дракон брезгливо поморщился:

— Человечину я жрать не стану. Давайте просто вышвырнем их в Ядовитую топь.

От таких перспектив бандиты окончательно лишились рассудка.

Эта лавка… это сущее проклятие! Неужели там вообще не было людей, одни драконы?!

—

Маникюрный салон. Лу Яо уже закончила работу над ногтями Цзяцзя. Дракончик, записанный последним, только что уволок незадачливых грабителей на расправу, так что хозяйка наконец-то смогла перевести дух.

Три сложных инкрустации подряд! Не будь у неё за плечами колоссального опыта, она бы уже давно свалилась в обморок от истощения.

Подойдя к дивану, она слегка пнула Гарольда по ноге, вынуждая того принять сидячее положение, чтобы освободить место.

Юноша нехотя подвинулся. Лу Яо рухнула на мягкие подушки, откинула голову и прикрыла глаза, наслаждаясь тишиной.

Внезапно с улицы донёсся какой-то шум. Девушка недовольно нахмурилась.

Гарольд отшвырнул книгу, поднялся и распахнул дверь.

На пороге толпились пятеро или шестеро мужиков, вооружённых короткими клинками. Возглавлял их дородный бородач со следами пьяного румянца на щеках, который как раз занёс руку, чтобы толкнуть створку.

Лицо Гарольда исказилось от раздражения:

— Да вы издеваетесь!

Не говоря ни слова, он одной рукой схватил бугая за грудки, раскрутил в воздухе и, словно тряпичную куклу, швырнул на противоположную сторону улицы.

Бородач мешком рухнул на брусчатку, и под ним тут же начала расползаться лужа крови.

Оставшаяся пятёрка налётчиков оцепенела от ужаса. Хмель мгновенно выветрился, оставив лишь животный страх. Все мысли об ограблении испарились без следа.

Гарольд, чьё лицо потемнело от ярости, высвободил драконью ауру и рявкнул:

— Пошли вон!

С того дня во всём Изумрудном городке больше не нашлось смельчаков, готовых покуситься на маникюрный салон.

По улицам поползли жуткие слухи о том, что хозяйка содержит целый выводок ручных драконов. А некоторые и вовсе божились, что она сама — дракон в человеческом обличье.

Лу Яо оставалось лишь смириться: «Да и плевать».

—

Ли Сю, Эльви и Фэйша спешили сквозь ночь, пока наконец не добрались из Оунодуна обратно в Изумрудный городок.

Стоило им ступить на его улицы, как Ли Сю и Эльви уловили новые сплетни: местные вовсю обсуждали, не является ли владелица маникюрного салона огнедышащим ящером.

Эльфийка Фэйша нахмурилась и покосилась на Ли Сю:

— Эта мастерица — дракон?

И эльфы, и драконы славились невероятным эгоцентризмом. Разница заключалась лишь в том, что Перворожденные стремились к внутренней гармонии и отстранялись от мирской суеты.

Ящеры же, опьянённые собственным могуществом, творили всё, что вздумается, сея вокруг хаос и разрушения.

Многие эльфы презирали грубость и беспардонность крылатого племени. И теперь, услышав о возможной природе Лу Яо, Фэйша всерьёз подумывала отказаться от затеи.

Ли Сю замотала головой:

— Хозяйка — человек. Видимо, пока нас не было, в городе что-то стряслось. Но даю слово, она точно человек!

Фэйша отнеслась к этому с изрядной долей скепсиса.

Тогда Ли Сю решила отвести её прямо к салону.

Лишь увидев мастера своими глазами, можно было понять, насколько абсурдно причислять её к драконам.

Эльви тоже планировала туда заглянуть, поэтому троица отправилась вместе.

Добравшись до нужной улицы, они обнаружили, что перед салоном на удивление пустынно. Да и у соседних лавок тоже никого не наблюдалось.

Торговка фруктами узнала Ли Сю и предостерегающе замахала руками:

— Ой, девчонки, не ходите туда! Хозяйка-то, говорят, самый настоящий дракон! Страсть-то какая!

Эльви молча толкнула тяжёлую дверь.

— Я захожу. Вы идёте?

— Подожди меня! — Ли Сю бросилась следом.

Поколебавшись пару секунд, Фэйша всё же перешагнула порог.

Внутри Лу Яо как раз колдовала над когтями Сыцзиня, окружённая плотным кольцом драконьей детворы.

Этим чешуйчатым будто мёдом было намазано — их маникюр давно был готов, но убираться восвояси они отказывались.

Даже те, кого обслужили ещё вчера, сегодня снова припёрлись в салон.

Здесь же прохлаждался и Гарольд. Он оккупировал диван и без конца требовал, чтобы Лу Яо приносила ему новые книжки с картинками.

Из-за зашкаливающей концентрации драконов на квадратный метр и диких городских слухов ни один нормальный клиент не рисковал приближаться к заведению. Лу Яо уже начала впадать в тихую депрессию.

Увидев хозяйку, Ли Сю радостно помахала ей:

— Лу Яо, я вернулась!

«ЭТО! ЖЕ! ОБЫЧНЫЙ! КЛИЕНТ!»

«ДА ЕЩЁ! И! ПОСТОЯННЫЙ!»

В сердце девушки расцвела неподдельная радость.

— Как прошла поездка? Всё благополучно? — тепло спросила она.

Ли Сю кивнула и, потянув Фэйшу за рукав, прошептала:

— Вот видишь? Хозяйка — совершенно обычный человек. Ну какой из неё дракон?

Фэйша: «…»

Хозяйка-то, может, и человек. Вот только вокруг неё сидели сплошные драконы!

Фэйша нахмурилась, обводя взглядом помещение: один, два, три… девять… Не считая черноволосой, черноглазой и весьма миловидной хозяйки салона, здесь собрались исключительно драконы. И хотя большинство из них были еще совсем детенышами, такое количество поражало воображение.

Драконы славятся своей невероятной территориальностью. За пределами Долины Драконов еще ни разу не удавалось встретить столь внушительное скопление этих созданий в одном месте. Уж лучше бы сама хозяйка оказалась драконицей!

Эльфийка отступила на шаг, втайне сожалея о своей импульсивности. Еще по пути сюда она размышляла о том, что просто смертельно устала от скучной жизни в Оунодуне и лишь искала повод развеяться.

И великолепный маникюр Ли Сю показался ей идеальным, пусть и незначительным, предлогом для поездки. Фэйша убеждала себя, что это будет всего лишь случайная однодневная вылазка в городок, где живет ее знакомая. Даже если путешествие не оправдает ожиданий, расстраиваться не из-за чего.

Увы, несмотря на всю моральную подготовку, финал этой поездки оказался куда хуже ее самых пессимистичных ожиданий.

Маникюр Сыцзиня близился к завершению — оставался последний, но самый ответственный штрих.

— Я уже почти закончила, присаживайтесь пока, — приветливо обратилась Лу Яо к Ли Сю.

Ли Сю кивнула и, потянув Фэйшу за собой, нашла свободное место. А вот Эльви сгорала от любопытства. Она подошла поближе, чтобы понаблюдать за работой Лу Яо, и, стоило ей увидеть переливающиеся всеми цветами радуги когти Сыцзиня, в глазах рыцаря мелькнуло неподдельное восхищение.

Сыцзинь был маленьким золотым драконом, в чьи обязанности входило управление шахтами. Проще говоря, это был дракон с невероятным финансовым чутьем и феноменальной удачей на богатство.

Его любимый драгоценный камень назывался Высшим кристаллом. Золотистый, кристально чистый и ослепительно яркий, на свету он искрился, подобно звездному дождю.

Говорят, за один такой камушек размером с ноготь мизинца можно с легкостью купить десять городов. И дело было не только в редкости: Высший кристалл таил в себе колоссальные объемы чистейшей магической энергии, идеальной для создания могущественных артефактов. А находить эту драгоценность умели исключительно драконы.

Но сегодня Сыцзинь притащил с собой целый сундук Высших кристаллов, причем каждый цельный камень был размером с хороший кулак. Увидев это богатство, остальные драконьи детеныши застыли в шоке, разом осознав всю пропасть социального неравенства.

Особенно расстроился один золотой дракончик, который даже забился в угол и немного поплакал. Будучи с Сыцзинем одного вида, он тоже питал слабость к Высшим кристаллам. Вот только все его сбережения состояли из единственного осколка размером с мизинец, который он бережно прятал в самых глубоких недрах своей пещеры. На фоне Сыцзиня его драконья жизнь казалась беспросветной и жалкой.

Дизайн маникюра Сыцзиня отличался поразительной изящностью. В качестве основы Лу Яо выбрала серебристо-белый цвет. Лаконичный фон служил идеальным холстом, главная цель которого — подчеркнуть великолепие Высших кристаллов, закрепленных на каждом пальце.

Драгоценные камни были инкрустированы в разные части ногтевых пластин таким образом, что, сложив все десять пальцев вместе, можно было увидеть карту звездного неба. Стоило золотому дракону слегка пошевелить рукой, как на кончиках его когтей будто бы вспыхивали настоящие звезды.

Сыцзинь остался в полном восторге. Его когтям не требовался тот замысловатый декор, какой выбрал себе Гарольд; Высшие кристаллы сами по себе приковывали всеобщее внимание, переливаясь и вспыхивая непередаваемо роскошным светом.

При этом самый крошечный кристаллик в его маникюре был не меньше большого пальца, а самые крупные камни действительно достигали размеров кулака.

«Еще бы, — про себя хмыкнула Лу Яо. — Когда у тебя на руках наклеено несколько тысяч городов, слишком сложный дизайн будет явным перебором».

Но в ее рукаве оставался еще один козырь. Девушка достала из ящика стола загадочную маленькую коробочку. Стоило ей лишь слегка приоткрыть крышку, как дракончики хором ахнули, а в глазах Сыцзиня и Эльви отразилось глубочайшее изумление.

Гарольд тут же подскочил с дивана, отбросив в сторону комикс. Бесцеремонно растолкав малышню, он протиснулся вперед и замер рядом с Лу Яо.

Любопытство одолело и Ли Сю. Она наклонилась к эльфийке и прошептала:

— Может, тоже посмотрим?

Фэйша, на чьем лице читалась крайняя усталость, лишь поморщилась:

— Мне неинтересно. Иди сама.

Решив, что подруга просто вымоталась в дороге, Ли Сю не стала настаивать.

Когда она подошла к столу, Лу Яо как раз опустила в коробочку тонкую, словно волос, иглу. Неизвестно, что именно хозяйка ею подцепила, но когда она извлекла инструмент, на его острие затрепетало ослепительное сияние, напоминающее россыпь мерцающих звезд.

Лу Яо аккуратно коснулась иглой безымянного когтя на левой руке Сыцзиня. Искрящаяся капля света мгновенно, словно росинка, соскользнула с острия и плавно растеклась по ногтевой пластине, зафиксировавшись в одной точке.

Теперь от любого, даже самого легкого движения его пальцев исходило сияние, сопоставимое с великолепием летнего звездного неба, озаряющего ночь. Если приглядеться, можно было заметить, как мириады крошечных световых песчинок непрерывно и плавно кружат в своем неспешном танце.

— Что это такое? — не выдержав, спросила Эльви.

Лу Яо перенесла оставшуюся на кончике иглы капельку серебристого сияния на средний палец правой руки Сыцзиня.

— Свет Звёзд.

Это было истинное сияние, собранное с настоящих небесных светил — та самая единственная капля, полученная в награду за выполнение задания Системы.

Не стоило недооценивать столь мизерный объем: стоило лишь открыть шкатулку, как источаемый ею свет можно было заметить в радиусе десяти ли.

Лу Яо сгорала от нетерпения узнать, на что способен Свет Звёзд на практике. А поскольку принесенные Сыцзинем драгоценные камни сами по себе являлись редчайшим сокровищем в этом мире, девушка решила рискнуть и провести столь смелый эксперимент.

«Какое безрассудное расточительство», — прозвучал в голове голос Системы.

«Я всего лишь выполняю свое обещание», — мысленно отозвалась Лу Яо.

В прошлый раз она наплела Сыцзиню, что добавила в лак звездную пыль и частичку радуги. Система тогда отчитала ее за обман доверчивого дракона, но теперь-то она использовала самое настоящее сияние звезд!

Сыцзинь с превеликой осторожностью пошевелил пальцами. Его мордашка так и лучилась от гордости:

— Невероятно, это и впрямь Свет Звёзд! Какая неописуемая красота…

Остальные детеныши не отрывали завистливых взглядов от его сверкающих когтей.

Гарольд еще ближе подобрался к Лу Яо и, вперив в нее пристальный взгляд своих глубоких сапфировых глаз, заявил:

— Я тоже хочу себе Свет Звёзд.

Услышав это, остальные дракончики мгновенно уставились на девушку умоляющими глазами: «И мы! Мы тоже хотим!»

Честно говоря, в присутствии звездного сияния даже великолепие Высших кристаллов меркло. Разве мог кто-то отказаться от такого сокровища?

Лу Яо мягко отодвинула настырного Гарольда и бережно спрятала оставшуюся каплю Света Звёзд.

— Всему свое время. Как только я придумаю дизайн, который будет действительно достоин Света Звёзд, я обязательно вам его сделаю.

Обычный маникюр нес исключительно декоративную функцию. Стоило дракону скинуть человеческое обличье и обратиться в истинную форму, как любые, даже самые прекрасные накладные ногти осыпались прахом. Тратить на это столь ценный материал было бы чудовищным расточительством. Но раз уж она начала всерьез изучать магию, кто сказал, что маникюрное искусство нельзя с ней объединить?

У нее уже зародилась одна грандиозная идея, но для ее воплощения требовалась солидная теоретическая база и череда экспериментов. До тех пор, пока замысел не увенчается успехом, Лу Яо была твердо намерена беречь этот бесценный ингредиент.

Поникший Гарольд и разочарованная малышня поплелись обратно к диванам, в то время как Сыцзинь расхаживал по салону, потрясая руками и нарываясь на комплименты. Фэйша, изначально забившаяся в самый дальний угол, лишь бы держаться от этой своры ящеров подальше, при всем желании не могла игнорировать маленького хвастуна. Когти Сыцзиня, украшенные Высшими кристаллами и Светом Звёзд, сияли ярче, чем солнце и луна вместе взятые. От такого зрелища просто невозможно было отмахнуться.

Раздраженно подняв глаза, эльфийка уже собиралась осадить расшумевшегося дракона, но, как только ее взгляд зацепился за мерцающие когти, слова застряли у нее в горле.

— Откуда на твоих когтях звездный свет? — не веря своим глазам, выдохнула она.

— А ты разве не видела? — самодовольно ухмыльнулся Сыцзинь. — Хозяйка только что нанесла на них истинное сияние небесных светил. Впрочем, ожидаемо от эльфа — у вас глаз наметан.

Его слова относились к тому факту, что Фэйша безошибочно опознала Свет Звёзд, а для самого дракона это стало лишним подтверждением того, что Лу Яо его не обманула.

Фэйша лишилась дара речи.

«Даже если это можно назвать комплиментом со стороны дракона, приятного в этом мало», — мысленно скривилась она.

В этот момент к ней подбежала воодушевленная Ли Сю и потянула за рукав. Глаза девушки возбужденно горели:

— Маникюр этого господина просто невероятен! Хозяйка сейчас как раз собирается делать ногти Эльви, так что ты пока можешь полистать каталог и выбрать себе дизайн.

На этот раз Фэйша не стала отнекиваться. Она подошла к столу, присела на стул и под чутким руководством Ли Сю принялась листать каталог с образцами.

Ли Сю не преувеличивала: работы этой мастерицы отличались уникальным, ни на что не похожим стилем, и каждый дизайн был выполнен с безупречным изяществом.

К тому же, сам инструмент, который здесь называли «планшетом», оказался невероятно занятной вещицей. Как в таком тонком кусочке стекла может помещаться столько изображений? Легкое скольжение пальца по экрану открывало все новые и новые диковинные картинки, которые к тому же можно было увеличивать и уменьшать. Это казалось даже удобнее, чем магия!

Сидевшая неподалеку Эльви заметно нервничала, но в то же время так и лучилась предвкушением. Девушка-рыцарь точно знала, чего хочет, поэтому ей потребовалось не больше пары минут, чтобы определиться с выбором: она остановилась на чрезвычайно лаконичном дизайне «Румянец».

Единственным ее особым пожеланием было нарисовать на среднем пальце герб Королевского рыцарского ордена — вступить в его ряды всегда было ее заветной мечтой. А на безымянном пальце она попросила изобразить едва заметную, но изящную серебряную розу.

Лу Яо в точности исполнила ее просьбу. Поскольку заказчица пришла с четким видением желаемого результата, хозяйке салона не пришлось ломать голову над концепцией. Работа спорилась, и менее чем через час маникюр был готов.

Будучи рыцарем, Эльви регулярно участвовала в опасных миссиях, а потому наотрез отказалась от броских цветов и блесток. Ею двигало лишь какое-то смутное, невыразимое желание просто на один день приобщиться к искусству росписи ногтей.

Для основы Лу Яо использовала очень светлый серебристый лак, создав мягкий градиент. Затем тонкой кистью она нанесла желаемый узор на силиконовый штамп, бережно перенесла его на ногтевую пластину и, наконец, аккуратно прорисовала контуры белым цветом.

Маникюр получился по-спартански скромным, однако герб Королевского рыцарского ордена и серебряная роза поражали невероятной детализацией. Эльви осталась абсолютно счастлива.

Небо за окном окрасилось в багровые тона — неумолимо приближался вечер. Оставалась всего одна клиентка, и после ее обслуживания можно было, наконец, закрываться и отдыхать.

Убирая со стола использованные баночки с лаком, Лу Яо обратилась к Фэйше:

— Вам удалось присмотреть себе какой-нибудь дизайн?

Эльфийка отложила планшет и с деланным равнодушием покачала головой:

— Ваши работы, бесспорно, очень красивы. Однако в этом каталоге не нашлось ничего, что пришлось бы мне по вкусу.

Ли Сю удивленно моргнула. Она ведь отчетливо видела, как подруга несколько раз возвращалась к одним и тем же страницам с явным интересом! Зачем же она сейчас говорит неправду?

Лу Яо нутром чуяла, что эта клиентка из чистого упрямства идет на попятную, вот только не могла взять в толк, чем именно успела ее обидеть. Сохраняя профессиональное терпение, она предложила:

— Вы можете просто назвать элементы, которые вам импонируют, и я разработаю для вас совершенно новый, индивидуальный дизайн.

— Я люблю природу: цветы, травы, величественные деревья, щебет птиц и стрекот насекомых, — в голосе Фэйши проскользнула откровенная насмешка. — Сможешь воплотить всё это в маникюре?

И только в этот момент Лу Яо обратила внимание на заостренные ушки своей собеседницы и вплетенные в длинную толстую косу засушенные цветки дикой маргаритки.

«Ах, так она эльфийка…» — мысленно протянула Лу Яо.

Картинка мгновенно сложилась. Девушка понимающе кивнула:

— Хорошо. Вам нравится зеленый цвет?

Фэйша на мгновение опешила:

— Да.

Она и впрямь обожала зеленый цвет, но в голове крутился другой вопрос: почему эта дерзкая хозяйка салона до сих пор не вышла из себя от ее придирок?

Лу Яо тем временем уже склонилась над ящиком стола, подбирая необходимые оттенки лака и инструменты.

— Вот и отлично. Можете полностью на меня положиться, — успокаивающим тоном произнесла она.

Эльфийка уставилась на нее в полном недоумении. Она что, серьезно собирается за это взяться?

А вот Ли Сю заерзала от нетерпения. В ее понимании Фэйша поставила перед мастером совершенно невыполнимую задачу. Девушка просто не могла вообразить, как может выглядеть маникюр, «наполненный дыханием самой природы».

Эльви, которая до этого момента завороженно разглядывала серебряную розу на своем пальце, тоже подняла голову и устремила заинтересованный взгляд на Лу Яо.

И тут Лу Яо осенило: в каталоге на планшете и правда не хватало одного специфического стиля. В последнее время заказов на подобные работы почти не поступало, поэтому у нее не сохранилось удачных фотографий, которые можно было бы добавить в портфолио.

Пальцы эльфийки оказались тонкими, мягкими и аристократично бледными, а сама форма ногтевой пластины была настолько идеальной от природы, что не требовала длительной обрезки и шлифовки.

Лу Яо лишь слегка прошлась по краям полировочной пилкой и сразу же приступила к главному.

Неизвестно когда, но рядом с Лу Яо материализовалась Тина. Ей до дрожи хотелось увидеть, как мастерица выкрутится из ситуации и удовлетворит запросы этой невероятно придирчивой гостьи.

Первые несколько минут Лу Яо просто хаотично наносила на ногти мазки лака. Фэйша даже начала подозревать, что над ней откровенно издеваются: мол, оскорбленная хозяйка салона не подала виду, но решила вот таким изощренным способом ее унизить.

Как вдруг Ли Сю издала короткий, сдавленный вздох, а ее глаза начали медленно расширяться от изумления.

Наблюдавшие за процессом Тина и Эльви замерли с точно таким же выражением на лицах.

Почувствовав неладное, Фэйша опустила взгляд на свои руки, и ее лицо вытянулось от шока.

Ближе к вечеру. Долина Драконов.

Когда последнего дракончика забрали родители, в шумной Долине Драконов воцарилась тишина. Учительница Му Синь сидела под деревом, погрузившись в чтение.

Огромный фиолетовый дракон неспешно спустился с далеких пустынных гор и, взмахнув крыльями, приземлился на валун у входа в Долину. В его глазах читалось легкое недоумение.

«В Долине не осталось ни одного малыша. Куда же подевался этот сорванец Анок? Почему до сих пор не вернулся домой? Или мы просто разминулись по дороге?»

Позади зашумел ветер. Фиолетовый ящер повернул длинную шею и оглянулся.

Рядом опустился исполинский красный дракон.

— Амос, прилетел за Аноком?

Амос был старшим братом маленького фиолетового дракона Анока.

Тот коротко кивнул и спросил в ответ:

— Цзяцзя тоже еще не вернулся?

Фруд, отец маленького огненного дракона Цзяцзя, покачал головой:

— Этот паршивец обычно мчится домой, едва начинаются каникулы. А сегодня уже вечереет, а его всё нет. Мать переволновалась, вот и отправила меня проверить.

Долина Драконов служила своеобразной школой-интернатом: здесь воспитывались несовершеннолетние ящеры в возрасте от трех до ста пятидесяти лет.

Опытные наставники обучали детенышей магии и боевым искусствам. Каждые шесть месяцев объявлялись каникулы длиною в месяц.

Год на Континенте Александрия состоял из четырнадцати месяцев, при этом лето и зима длились на месяц дольше остальных сезонов.

И именно сегодня в Долине начинался летний отдых.

Обычно в такие дни малыши рвались в родные гнезда со скоростью пущенной стрелы, не желая задерживаться ни на миг.

Но в этот раз сразу несколько юных созданий словно сквозь землю провалились.

Вскоре в Долину пожаловали Филд — мать красной драконочки Тины, Доминик — отец лазурной драконочки Шаши, и Эльга — мать маленького золотого дракона Каки.

Пятеро или шестеро исполинских существ сгрудились вместе. От их смешавшегося дыхания само небо начало менять цвет.

Они спокойно обсуждали задержку отпрысков. В разговоре не чувствовалось паники — лишь естественное желание поскорее отыскать пропажу и вернуть в гнездо.

Учительница Му Синь, давно заметившая суету снаружи, отложила книгу. Обернувшись громадной зеленой драконицей, она взмыла в небо.

Заметив её, родители прервали беседу. Мать Тины, Филд, заговорила первой:

— Учительница Му Синь, Тина так и не вернулась в гнездо. Куда она могла запропаститься?

Эльга волновалась куда сильнее остальных.

Её мальчик рос невероятно нежным. Казалось бы, могучий дракон, а натура такая ранимая, да и поплакать горазд. За тридцать лет учебы он впервые где-то задержался. Эльга поспешно добавила:

— Учительница Му Синь, Кака тоже не прилетел. Неужели стряслась беда?

Му Синь, мерно взмахивая крыльями, зависла в воздухе и покачала головой:

— Эта компания сбежала еще утром. Мой Сэньсэнь тоже с ними. Я как раз собиралась отправиться за беглецами.

Сэньсэнь был маленьким зеленым дракончиком и по совместительству младшим братом Му Синь.

Услышав, что отпрыски сбились в стайку, родители мигом растеряли всю свою невозмутимость. Они тут же сорвались с места, торопливо гудя:

— Летим, летим! Надо срочно тащить их домой!

Му Синь прекрасно понимала их тревогу. У малышей ветер в голове, а уж если они собрались в банду из шести-семи морд — пиши пропало, непременно влипнут в неприятности.

А уж если они свяжутся с людьми… От одних только мыслей об этом у старших начинала болеть голова.

Му Синь поспешила их успокоить:

— Не паникуйте. Я знаю, где их искать, вряд ли случилось что-то непоправимое.

Из-за одного инцидента столетней давности драконы перестали доверять роду людскому, а люди затаили на ящеров глубокую обиду. Обе расы терпеть не могли друг друга.

Поэтому родители отнеслись к словам Му Синь с изрядной долей скепсиса.

В маникюрном салоне перед Лу Яо лежала палитра размером с ладонь. Бережно придерживая пальчик Фэйша, девушка порхала мягкой кисточкой: набирала лак и наносила его на ногтевую пластину.

Поначалу мазки казались хаотичными цветовыми пятнами, но по мере того, как оттенки сливались воедино, на ногте начал вырисовываться очаровательный букетик полевых маргариток.

Ли Сю и Эльви замерли от изумления. Движения Лу Яо были настолько стремительными, что поначалу они решили, будто хозяйка лавки разозлилась на придирки Фэйша и просто малюет что попало. Но мгновение спустя невразумительная мазня обернулась прелестными цветами.

И никакой магии — исключительно художественное мастерство.

Пока ноготь полимеризовался под лампой, Лу Яо, не обращая внимания на окружающих, сохраняла предельную сосредоточенность. Сменив кисть, она смешала темно-зеленый лак с белым гель-пластилином. Получив оттенок чуть темнее фона, девушка ювелирно вывела тонкие стебельки.

Кожа вокруг ногтей Фэйша была предусмотрительно покрыта защитной жидкой лентой, но рука Лу Яо даже не дрогнула: кисть идеально скользила лишь по ногтевой пластине, не заходя за края.

Взяв еще более тонкую кисточку, Лу Яо добавила каплю бледно-желтого лака — нежные сердцевинки маргариток завершили композицию.

Девушка отпустила руку клиентки и подняла на неё взгляд:

— Как вам такой стиль? Если не нравится текстура масляной живописи, то после обычного топа ноготь станет гладким. А если по душе эта легкая небрежность, я могу закрепить рисунок магией. Это сохранит рельеф и надежно защитит поверхность.

Лу Яо совершенно случайно изобрела магический массив для закрепления маникюра. И хотя изначально она добивалась совсем иного эффекта, мастер никак не ожидала, что заклинание пригодится так скоро.

Фэйша подняла руку. Готов был только указательный палец. Обрамленный грубой, некрасивой защитной пленкой, он напоминал забинтованную конечность тяжелораненого, но даже это не могло скрыть невероятной красоты рисунка.

Белоснежные облака сливались с водной гладью, кустик диких маргариток клонился под невидимым ветром, а над цветами в изящном танце кружилась пара белых бабочек. Яркие, естественные цвета дышали первозданным очарованием природы.

Поверхность не была глянцевой или идеально реалистичной. Напротив, она сохранила легкую, чуть шероховатую текстуру масляных красок. Но именно эта непринужденная манера письма создавала ощущение легкости и уюта.

Фэйша при всем желании не смогла бы покривить душой и сказать, что ей не нравится. Владелица лавки не просто выполнила её каприз — она превзошла самые смелые ожидания эльфийки.

Ли Сю подалась вперед, внимательно разглядывая работу, и восхищенно выдохнула:

— Пусть он и не переливается блестками, но стиль просто потрясающий! Обожаю! Как называется этот дизайн?

Лу Яо достала крошечную баночку, чтобы промыть кисть, и мягко ответила:

— Маникюр с эффектом масляной живописи. Идеально подходит для создания атмосферных пейзажей или милых винтажных деталей. В сочетании с нежным платьицем будет смотреться просто очаровательно.

Ли Сю многозначительно закивала, словно усвоила важный урок:

— В следующий раз я тоже попрошу сделать мне масляную живопись!

В свой прошлый визит она и не подозревала о существовании подобной техники. Но теперь, увидев процесс воочию, алхимик влюбилась окончательно и бесповоротно. Кажется, отныне она будет прибегать за новым дизайном едва ли не каждые пару дней.

Фэйша немного смутилась. Вынужденная признать безупречное мастерство Лу Яо, она сохранила невозмутимое выражение лица, но все же коротко кивнула и тихо пробормотала:

— Мне по душе этот стиль.

— Отлично, тогда приступаю к закреплению, — Лу Яо сгорала от нетерпения.

Она бесчисленное множество раз тестировала это заклинание на типсах и даже опробовала на собственных пальцах ног. Результат был превосходным, но на клиенте девушка применяла его впервые.

Заклинание фиксации представляло собой небольшой магический массив, который Лу Яо изобрела сама, опираясь на свойства магии Света. Потратив лишь каплю маны, можно было навечно сохранить первозданный вид предмета.

Начертание массива заняло считанные секунды. Вспыхнул ослепительный золотой свет — и ноготь Фэйша оказался запечатан магией.

Присутствующие в лавке драконы и рыцарь Эльви застыли в изумлении. Фэйша и Ли Сю тоже ошарашенно уставились на мастера.

Эльви, казалось, была потрясена до глубины души. Её серые глаза неотрывно буравили Лу Яо:

— Магия Света… Что ты сейчас сделала?

Повисло напряженное молчание. Не понимая причины такого переполоха, Лу Яо осторожно пояснила:

— Ничего особенного. Просто использовала крохотный массив, чтобы укрепить поверхность ногтя. Так лак не отколется, не сотрется в быту и надолго сохранит свою первозданную красоту.

Пожалуй, единственным крохотным недостатком массива было то, что после такого укрепления покрытие не сходило естественным путем — его приходилось спиливать вручную. Разумеется, это касалось лишь людей. Если бы дракон принял истинный облик, его отросшие когти всё равно разорвали бы магическую пленку.

«А может, стоит разработать заклинание для легкого снятия покрытия?» — внезапно осенило Лу Яо. Закрепляющая магия определенно нуждалась в обновлении до версии 2.0.

Эльви отшатнулась, сочтя происходящее полнейшим абсурдом.

— И всё это… только ради того, чтобы закрепить лак на ногтях?!

Магия Света была способна рассеивать ядовитые миазмы и темное колдовство, а её целительная сила многократно превосходила даже магию Жизни стихии Дерева.

Могущественные светлые маги могли с легкостью вытащить человека с того света, исцеляя смертельные раны так бесследно, что это граничило с истинным воскрешением.

Верховный жрец Империи Карлос был как раз таким Великим магом Света. Ходили слухи, что он способен даже повернуть время вспять, даруя вечную молодость.

Помимо своих фантастических свойств, маги Света считались невероятной редкостью. В мире их насчитывалось на порядки меньше, чем заклинателей других стихий или магических тварей.

Как правило, Империя немедленно брала подобных уникумов под свое крыло, превращая их в королевских чародеев.

Само по себе появление мага Света в этом захолустном городишке было сродни чуду. А эта девчонка мало того что совершенно не ценила свой дар, так еще и пускала бесценную восстанавливающую энергию на… полировку ногтей!

Какое чудовищное расточительство!

Не подозревая о буре эмоций, бушевавшей в душе рыцаря, Лу Яо невозмутимо кивнула:

— Ну да. А что, с этим заклинанием что-то не так? Я его хорошенько протестировала, работает просто отлично.

Сыцзинь, однако, уловил в её словах нечто иное.

— Этот массив… ты изобрела его сама?

«Как такое вообще возможно?»

Девушка ведь лишь недавно пробудила в себе магический дар. Грубо говоря, она была великовозрастной первоклашкой, не смыслящей в колдовстве ровным счетом ничего.

И хотя та книга заклинаний считалась базовым пособием для драконов, для человеческой расы она представляла немалую сложность.

Люди живут прискорбно мало, их таланты и скорость обучения не идут ни в какое сравнение даже с магическими тварями. Что уж говорить о высших созданиях — драконах?

Но она не просто поняла книгу. Спустя жалкие пару дней эта девчонка умудрилась с нуля сконструировать собственный магический массив?!

Сыцзинь отказывался в это верить.

Лу Яо кивнула:

— Ага. Вообще-то я хотела добиться другого эффекта, но в итоге первым делом получился именно этот массив.

Сыцзинь потерял дар речи.

Эльви нахмурилась, совершенно отказываясь понимать логику владелицы лавки.

Маленькие дракончики уже смекнули, что Лу Яо весьма талантлива. Однако драконы от природы горделивы и искренне убеждены в собственном абсолютном превосходстве над родом людским. Поэтому мимолетное удивление не нанесло удара по их самолюбию. Напротив, детеныши прониклись к этой человеческой девушке еще большей симпатией.

Могущественные ящеры всегда питали слабость к чужой силе.

Прислушиваясь к разговору, Фэйша выудила крупицу важной информации: Лу Яо, по всей видимости, является выдающимся магом Света. Но при этом расходует свои силы на маникюр и способна играючи создавать собственные заклинания.

У этого человека определенно был невероятный талант в сочетании с весьма своеобразным мышлением.

Судя по реакции окружающих, гениальность и нестандартность её идей находились за гранью понимания как простых смертных, так и высокомерных драконов.

Впрочем, саму Фэйша это совершенно не волновало.

Она приподняла руку и тихо спросила:

— Мы продолжим делать маникюр?

Лу Яо закивала:

— Конечно-конечно!

Из-за заминки замешанный лак успел слегка загустеть. Девушка стерла испорченную массу, заново набрала гель-пластилин с лаком и принялась колдовать над нужным оттенком.

Тем временем в небе над Изумрудным городком кружили шесть исполинских ящеров.

Филд устремила взгляд в сторону улиц:

— Там только что применили магию Света. Кто-то ранен?

Лицо Му Синь помрачнело:

— Сэньсэнь и остальные как раз в той стороне.

Неужели детеныши разгромили человеческое поселение?

И даже привлекли внимание мага Света… Дело пахло серьезным скандалом.

Охваченные тревогой, родители камнем бросились вниз, к Изумрудному городку. Однако на улицах царило абсолютное спокойствие — ни паники, ни разрушений.

Вскоре они уловили ауры своих отпрысков. Шестеро гигантских ящеров обернулись людьми, опустились на землю и целенаправленно зашагали к маникюрной лавке Лу Яо.

По пути до их чутких ушей доносились шепотки местных жителей, бурно обсуждавших владелицу лавки. Одни шептались, что она содержит целую стаю ручных драконов, другие божились, что хозяйка сама является замаскированным ящером.

Доминик строго взглянул на Му Синь:

— Люди содержат ручных драконов? И как прикажете это понимать?

События столетней давности до сих пор оставались самым позорным пятном в истории их гордой расы.

Дабы впредь ни один ящер не совершил подобной оплошности, в учебную программу Долины было добавлено незыблемое правило: люди — ничтожные создания, и могучие, зрелые драконы никогда не должны иметь с ними ничего общего.

Это наставление успешно воспитало в подрастающем поколении искреннее презрение к человечеству. И что же они слышат сегодня?! Какая-то девчонка смеет держать ручную стаю?!

Му Синь лишь в замешательстве почесала затылок:

— Наверняка это какое-то нелепое недоразумение. Лавка прямо по курсу, давайте сначала осмотримся.

Тем временем в лавке маникюр Фэйша был наконец завершен.

На каждом ноготке расцвела миниатюрная картина: горные хребты и извилистые реки, заснеженные пики, стремительные птицы над водной гладью, покачивающиеся на ветру маргаритки… Цветовая палитра строилась на плавных переходах белого, зеленого и синего, а при ближайшем рассмотрении открывалась невероятная детализация каждого мазка.

Дракончики плотным кольцом обступили стол. Сгорая от любопытства, они завороженно наблюдали, как Лу Яо закрепляет рисунки магией.

«Оказывается, вот как применяют магию Света!» — читалось в их сияющих глазах.

Стоявшая поодаль Эльви прикрыла глаза и сокрушенно отвернулась, не в силах наблюдать за этим кощунством.

Родители остановились перед дверью лавки. Изнутри доносились звонкие голоса — малышня определенно была там.

С ледяным выражением лица Доминик толкнул дверь. Увидев, что его драконочка действительно вьется вокруг жалкой человеческой девчонки, он побагровел от гнева.

— Шаша, чем ты здесь занимаешься?!

Лазурная драконочка обернулась. В её глазах вспыхнул искренний восторг, и она бросилась к порогу:

— Папочка!

Остальные малыши, заметив пришедших за ними родителей, с радостным топотом кинулись к выходу, гордо растопырив свои сверкающие коготки.

В суматохе с маникюром сорванцы совершенно забыли о начале каникул.

Амос краем глаза заметил, что Гарольд и Сыцзинь тоже прохлаждаются в этой странной человеческой лавке. Остальные драконы тоже обратили на это внимание, но обмениваться приветствиями никто не собирался.

Лу Яо подняла взгляд. В дверях, против света, застыли пятеро или шестеро невероятно статных мужчин и женщин. Все они были на голову выше любого жителя Изумрудного городка. Лиц было не разобрать, но от незнакомцев исходила пугающая, подавляющая аура, а их взгляды казались острыми, как клинки.

Девушка лишь приветливо улыбнулась и помахала на прощание детенышам.

Заполучив своих отпрысков, драконы смерили владелицу ледяным молчанием, развернулись и покинули лавку.

Как только незваные гости скрылись из виду, Ли Сю с подругами пулей вылетели на улицу. Давящая аура исполинов едва не свела их с ума.

Попрощавшись с Эльви, алхимик привела эльфийку в свою лавку зелий — купленные в Оунодуне травы до сих пор грудой лежали прямо у порога.

Поражаясь масштабам работы и помогая сортировать растения, Фэйша как бы невзначай поинтересовалась:

— Я так понимаю, в Изумрудном городке нет телепортационного массива?

Ли Сю кивнула:

— Местные почти не покидают городок, а чужаков сюда калачом не заманишь. Так что в телепортации попросту нет нужды.

Разве что таким, как она, вынужденным стабильно раз в месяц мотаться по делам. Но сама Ли Сю строить массивы не умела, а нанимать пространственного мага ради одной персоны было бы безумием.

Фэйша пожала плечами:

— Тогда завтра я установлю здесь телепорт. У меня как раз завалялся лишний свиток привязки — я тебе его подарю. Когда в следующий раз соберешься в Оунодун, сможешь накупить себе таких же.

Для эльфийки вроде Фэйша возведение пространственного узла было плевым делом.

Ли Сю ахнула от восторга, но тут же подозрительно прищурилась:

— С чего такая щедрость? Зачем тебе строить телепорт в нашем захолустье?

Фэйша опустила взгляд, а кончики её длинных ушей очаровательно порозовели:

— Просто… есть вероятность, что я буду часто здесь бывать. Не могу же я каждый раз трястись в экипаже по несколько дней. На это уходит слишком много времени, а у меня все-таки своя лавка. С телепортом будет куда удобнее.

Ли Сю звонко хлопнула в ладоши:

— Как здорово! Фэйша, признайся, ты ведь тоже без ума от маникюрного салона?

Эльфийка окончательно засмущалась:

— Ну, может, я и буду заглядывать, но не так уж часто…

Ли Сю с хитрой улыбкой закивала:

— Ага, конечно.

Она-то всё прекрасно понимала.

Багровое зарево на горизонте постепенно угасало, уступая место глубокой, бархатистой синеве сумерек.

Когда все клиенты разошлись, Лу Яо заварила чашку горячего чая и опустилась в кресло у окна, наслаждаясь заслуженным отдыхом.

Гарольд лениво растекся по дивану, подмяв локтем новый томик манги, всем своим видом напоминая бесполезного подростка-лентяя.

Сыцзинь вальяжно расположился в соседнем кресле. Подняв руки к лицу, он неотрывно любовался своими сверкающими когтями, а в его темно-золотых глазах плескалось неподдельное удовольствие.

«И почему эти двое до сих пор не убрались восвояси?»

Вздохнув, Лу Яо решила набраться терпения и подождать еще немного.

Но когда на улицу опустилась непроглядная тьма, ее терпение лопнуло:

— Вы двое домой-то собираетесь?

Загипнотизированный блеском собственных ногтей, Сыцзинь даже ухом не повел.

«Если подумать, Гарольд выглядит ровесником тех детенышей. Почему за ним никто не пришел?»

Гарольд перекатился на живот, устроившись поудобнее, и безапелляционно заявил:

— Лу Яо, твоей лавке категорически не хватает первоклассного охранника. Можешь отдать мне ту корзину с сокровищами, что пылится под столом, и так и быть, я соглашусь тебя защищать.

Лу Яо: «…»

«Но ведь это те самые побрякушки, которые ты сам же и притащил! Они только место зря занимают».

«Может, драконы на самом деле — существа не слишком большого ума?»

Лу Яо невольно закрыла лицо рукой.

За всех ящеров она ручаться не могла, но конкретно этот парень был непроходимым тупицей.

Покончив с внутренними сетованиями, Лу Яо вновь погрузилась в раздумья. Нищета Изумрудного городка бросалась в глаза. Сильных магов здесь, судя по всему, не водилось, хотя и попадались парочка отрядов авантюристов да рыцари-одиночки, бравшиеся за охранные контракты. Вот только подобные личности в маникюрный салон никогда не заглядывали.

Лу Яо всерьёз намеревалась заняться созданием магического маникюра. Этот процесс, несомненно, потребует многократных проверок и наблюдений, а также постоянной корректировки магических кругов и показателей маны на основе результатов тестов.

Саму себя она с натяжкой могла назвать полумагом, так что в процессе работы вполне могла тестировать всё на себе. Однако ей требовалось куда больше подопытных образцов.

Вместо того чтобы тратить деньги на сомнительных магов третьего сорта из местных, уж лучше нанять тех, кто сам пришёл прямо в руки, да к тому же совершенно не способен устоять перед блестяшками — драконов.

Лу Яо кивнула:

— Хорошо, я согласна тебя нанять. Жалование — три золотые монеты в месяц. Если устраивает, можешь приступать завтра же.

Трёх золотых монет семье из трёх человек в Изумрудном городке хватило бы на полгода безбедной жизни, а бережливые смогли бы растянуть и на весь год. Обычному продавцу Лу Яо ни за что не предложила бы столь щедрую оплату.

Столь высокая ставка объяснялась исключительно тем, что нанимала она дракона. Вот только для самих ящеров этих трёх монет не хватило бы даже на один сеанс маникюра.

Девушка твёрдо решила: если Гарольду покажется мало, она просто откажется от этой затеи. Платить больше ей было не по карману.

Гарольд внезапно отбросил книгу и сел на диване. Его глубокие синие драконьи глаза засияли, сверкая, точно два сапфира:

— Ты серьёзно?

Лу Яо кивнула.

Дракон расплылся в широкой белозубой улыбке, подхватил брошенную книгу и помахал ею в воздухе:

— Сегодня я ночую здесь, а завтра мне понадобится новая книжка. У этой кончились страницы.

Все драконы уже знали, что Лу Яо прибыла из другого мира — пейзаж за окнами её салона разительно отличался от здешних мест. А дверь, казавшаяся совершенно обычной, была окутана плотной, причудливой аурой, поддерживающей работу пространственных врат.

Лу Яо лишилась дара речи.

«Кого я вообще наняла: работника или капризного барина?»

Пришедший в себя Сыцзинь услышал лишь то, как Лу Яо одурачила Гарольда, наняв его за жалкие три монеты как малолетнего батрака. На это было больно смотреть.

Но, поразмыслив, он понял, что его тоже весьма заинтриговал магический талант хозяйки. Почему бы не затесаться в продавцы и не выведать всё изнутри? Подумаешь, жалование крошечное — сокровищ ему и так хватало.

Сыцзинь вскинул руку:

— Хозяйка, одного охранника маловато будет. Гарольду ведь иногда нужно отлучаться домой. Требуются как минимум двое для посменной работы. Что скажешь насчёт меня?

Лу Яо покачала головой:

— Пока в этом нет нужды.

В салоне вообще не требовалась охрана. Она наняла Гарольда исключительно ради экспериментов с новым маникюром. Один дракон — три монеты, два — уже шесть. Слишком накладно.

В последние дни салон приносил неплохой доход: удалось скопить около четырёх или пяти десятков золотых. Вот только, не считая Ли Сю и двух её подруг, девяносто девять процентов выручки обеспечивали крылатые клиенты. В нищем Изумрудном городке потенциальных покупателей практически не было.

Девушка рассудила, что до освоения нового рынка ей придётся затянуть поясок. В конце концов, на её плечах висела ещё и закусочная, требовавшая немалых вложений.

После открытия столовой на третьем этаже ежедневные расходы на закупку продуктов подскочили почти до десяти тысяч. А однажды Хранилище и вовсе переполнилось. Опасаясь, что места не хватит, Лу Яо не стала занимать лишние ячейки, и всё избыточное время было перенесено на неё саму, увеличив её точный срок жизни до четырёх тысяч лет.

Фаланга пальца, подаренная Богом-Демоном, оказалась весьма занятной вещицей: стоило лишь подумать, и от неё можно было отделить нужное количество времени. Однако из-за отсутствия Пространственного кармана в реальном мире Лу Яо всё ещё не могла монетизировать эти временные ресурсы. Пока что закусочная оставалась бездонной бочкой, в которую приходилось вливать всё больше и больше заработанных денег.

Впрочем, миллион, вырученный за кольцо, позволял какое-то время продержаться. Но кто знает, что её ждёт со следующей лавкой? Чем больше сбережений, тем крепче уверенность в завтрашнем дне.

Придя к такому выводу, Лу Яо решила, что пора создать на форуме ещё одну тему о продаже. Она достала телефон, извлекла из Хранилища новое Черное Кольцо, сняла подробное видео и выставила его на форуме Парка. На этот раз цена составила два миллиона.

Опубликовав пост, она не стала спешить с проверкой комментариев. Предыдущее кольцо провисело довольно долго, а теперь, когда цена выросла вдвое, реальный покупатель появится не скоро.

Разобравшись с публикацией, Лу Яо заметила, что уже довольно поздно, и поднялась:

— Мне пора домой.

Оставленный без внимания Сыцзинь:

— ...

Юноша преградил ей путь:

— Так почему я не подхожу?

— Дело не в тебе, — тактично ответила Лу Яо. — Просто в моей лавке пока мало клиентов, я не могу позволить себе большой штат.

Честно говоря, вместо охранника она предпочла бы нанять подмастерье.

Однако за последние два дня все записи драконов были выполнены, а новых посетителей так и не появилось. Девушка хотела немного подождать и понаблюдать за ситуацией, прежде чем брать ученика.

Сыцзинь счёл это жалкой отговоркой. За один сеанс она зарабатывала от трёх до пяти золотых, как тут можно жаловаться на нехватку денег? И тут он внезапно вспомнил, что ещё не заплатил за свой сегодняшний маникюр:

— Сколько с меня за работу?

Лу Яо тоже вспомнила об этом. Тогда толпа драконов окружила Сыцзиня, разглядывая его ногти, потом Эльви отвлекла её разговором — вот всё и вылетело из головы. Видимо, Система не стала поднимать тревогу, потому что клиент ещё не покинул магазин. Дизайн этого маникюра был минималистичным, а вот Высший кристалл и крошечная капля Света Звёзд стоили целое состояние.

Лу Яо потерла пальцы и осторожно назвала цену:

— Сто золотых монет.

И, испугавшись, что дракон сочтёт сумму грабительской, поспешно добавила:

— Свет Звёзд — невероятная редкость. У меня была всего одна капля.

Сыцзинь выудил из-за пазухи золотой мешочек:

— Я дам тебе тысячу золотых.

Лу Яо лишилась слов.

«Так вот они какие, богатые драконы?»

Юноша всучил тяжеленный мешок прямо в руки Лу Яо, да так, что та аж согнулась под его весом. Он придержал её за плечо и самодовольно усмехнулся:

— Теперь-то ты меня наймёшь?

— ...

«Один дракон, два дракона... а ведь и правда, почему бы и нет?»

В голове Лу Яо закрутились шестеренки. Для варки специального драконьего клея и создания магического маникюра требовались местные ингредиенты. Некоторые редкие материалы стоили баснословных денег. Поначалу она колебалась, планируя играть вдолгую и закупаться понемногу, чтобы не разорить салон.

Но с такой горой золота можно было смело приобрести целую партию редкостей! Лу Яо уверенно кивнула:

— По рукам. Условия такие же, как у Гарольда. Завтра приходите вместе.

Тем временем взрослые драконы, забрав своих детёнышей, покинули Изумрудный городок и направились к своим гнездовьям. Территориальный инстинкт у их сородичей был развит необычайно сильно: решив остепениться, они подыскивали укромное, приятное глазу местечко подальше от других ящеров, так что жили они на приличном расстоянии друг от друга.

Время близилось к ночи. Взрослые драконы жаждали поскорее вернуться в родные пещеры, но малыши наотрез отказывались принимать свой истинный облик, доставляя родителям немалую головную боль.

Тот факт, что детёныши умудрились спутаться с людьми, и без того раздражал, а теперь они ещё и упрямились. Вспыльчивый Доминик так сильно хлопнул хвостом, что земля содрогнулась:

— Шаша, твоя мать ждёт нас!

Их род славился красотой и мощью, они были куда привлекательнее этих хрупких и лживых людишек. Доминик искренне не понимал, почему Шаша не хочет становиться драконом.

Филд посмотрела на Тину. В её красивых глазах светилась нежность, а тон был гораздо мягче, чем у Доминика:

— Тина, скажи маме, почему ты не хочешь обращаться?

Остальные родители тоже вели безмолвную борьбу со своими отпрысками. Малыши, с запозданием осознав, что натворили дел, лишь понуро молчали.

Учительница Му Синь догадывалась, в чём дело — она уже заметила блестящие коготки Сэньсэня, усыпанные изумрудами.

Однако даже в статусе преподавателя она не имела права вмешиваться, когда родители отчитывали своих чад.

— Раз уж все детишки нашлись, я заберу Сэньсэня. До встречи.

И Му Синь поспешно ретировалась. Ей не терпелось изучить этот удивительный маникюр: долетев с Сэньсэнем на спине до первой же пустынной горы, она не удержалась, сделала остановку и принялась разглядывать коготки зелёного дракончика.

Стоило учительнице исчезнуть, как детёныши почувствовали себя совсем беззащитными. Родители начали выходить из себя: пять или шесть драконьих хвостов синхронно заметались из стороны в сторону, отчего воздух пошёл рябью.

Остальные малыши, пряча руки за спиной, обиженно жались друг к другу, не смея проронить ни звука. И лишь золотой дракончик Кака, всхлипывая, вышел вперёд и вытянул лапки:

— Если я стану большим, блестяшки на когтях сломаются. Мне их только-только сделали, я не хочу, чтобы они испортились.

Остальные пять-шесть малышей мигом последовали его примеру и продемонстрировали свои сверкающие ноготки.

Взрослые драконы:

— ...

В воздухе повисла неловкая тишина.

Мама Каки, Эльга, осторожно приподняла ручки сына. С какого ракурса ни посмотри, даже во мраке ночи, инкрустированные камнями ногти продолжали ослепительно сиять.

— И это сотворила та девчонка-человек?

Кака, шмыгая носом, кивнул:

— Эта лавка называется маникюрным салоном. Там делают ногти очень красивыми.

Взгляд Эльги словно приклеился к когтям сына. Спустя долгую паузу она наконец произнесла:

— Ладно уж, перестань реветь. Полетели домой.

Остальные драконы со сложными выражениями на мордах молча посадили своих чад на спины и тоже поднялись в небо.

Наступил новый день, залитый ярким солнечным светом.

Фэйша проснулась ни свет ни заря — давненько она так сладко не спала. Эльфийка остановилась в доме Ли Сю. Пробудившись от солнечных лучей, пробивающихся сквозь занавески, она сладко потянулась, взглянула на свои свежие ноготки, и её настроение мгновенно взлетело до небес.

Ли Сю уже хлопотала на кухне, готовя завтрак. Заметив гостью, она тут же поздоровалась:

— Фэйша, как спалось?

Эльфийка кивнула. Её вечно холодное лицо немного расслабилось, а уголки губ приподнялись в улыбке:

— Очень хорошо. Спасибо тебе.

Разделив с хозяйкой вкусный завтрак, Фэйша отправилась на поиски подходящего места для постройки телепортационного круга. В Изумрудном городке имелась площадь с фонтаном. Хоть сам фонтан в центре давным-давно пересох, от него во все четыре стороны лучами расходились улицы.

Маникюрный салон и аптека располагались на восточной улице, метрах в трёхстах от площади. По пути туда можно было встретить фруктовые лавки, пекарню, оружейный магазин и парочку скромных таверн. Ли Сю считала, что телепорт лучше всего разместить на открытом пространстве, чтобы людям было удобнее проходить, хотя и сомневалась, что в Изумрудный городок хлынут толпы туристов.

Фэйша согласилась с её доводами и решила возвести портал прямо в центре площади, на месте старого фонтана.

Прослышав о столь невиданном событии, многие местные жители сбежались поглазеть.

Выйдя поутру за продуктами, Лу Яо услышала горячие обсуждения соседей и незаметно затесалась в толпу зевак.

И хотя большинство горожан её побаивались, владельцы соседних лавок относились к ней весьма радушно. В этом нищем захолустье Лу Яо, ежедневно и в больших объёмах скупавшая припасы, считалась почётным клиентом, так что они были не прочь иногда с ней перекинуться парой слов.

Девушка с чёрными волосами и тёмными глазами, обладательница экзотической восточной внешности, сильно выделялась в толпе, поэтому Ли Сю тотчас её приметила:

— Госпожа Лу Яо, доброе утро!

Лу Яо подошла поближе, не скрывая любопытства:

— Доброе утро. Подскажите, а как пользоваться этим кругом, когда его достроят?

— У каждого портала есть свои координаты, — пояснила Ли Сю. — Как только его активируют, он автоматически отобразится на карте мира. Если захотите отправиться в другое место, достаточно купить свиток перемещения, ввести нужные координаты, ступить в круг — и вы окажетесь точно в заданной точке.

Проблема заключалась лишь в том, что свитки имели ограничения по рангу и дальности. Чем выше ранг и больше дистанция, тем дороже обходился свиток, а высокоуровневые экземпляры и вовсе днём с огнём было не сыскать. Низкоуровневые позволяли перемещаться лишь на короткие расстояния, поэтому путешественникам, направлявшимся в далёкие края, приходилось прыгать от портала к порталу, словно пересаживаясь с одного поезда на другой.

Фэйша же подарила Ли Сю высокоуровневый свиток, позволявший перенестись из Изумрудного городка прямиком к аптеке «Шаша» в Оунодуне.

Лу Яо, поражённая до глубины души, намотала эти слова на ус. Для закупки ингредиентов ей наверняка ещё не раз придётся воспользоваться телепортом.

Правда, как заметила Ли Сю, раньше в Изумрудном городке портала не было, так что и свитков в продаже пока не предвиделось.

Лу Яо вспомнила о магической книге, подаренной Сыцзинем. В ней был целый раздел, посвящённый созданию свитков, который она ещё не успела внимательно изучить. Вполне возможно, там найдутся инструкции и для телепортационных! Надо будет на досуге полистать. Если она научится клепать их сама, то сэкономит целое состояние.

Тем временем по национальному тракту неспешно продвигался конный обоз. Из ведущей красной кареты доносились звуки ожесточённой ссоры, а точнее — односторонних капризных выкриков.

Анни с раздражением стукнула чашкой по столику, на её лице застыло глубокое негодование:

— Матушка, я вообще не хотела никуда ехать! Почему вы хоть раз не можете пойти мне навстречу? Я просто сыта всем этим по горло! Зелан вот-вот женится на Хелене, я стала посмешищем для всей Магической Академии! Я не хочу возвращаться на занятия, не хочу выходить в свет, я просто мечтаю посидеть дома в тишине и покое!

Мадам Сид изящным движением отставила свою чашку. Её лицо оставалось невозмутимым:

— Отдых — это одно, а превращаться в побитую собаку — совсем другое. Мама ведь не заставляет тебя блистать на приёмах. Я лишь хочу отвезти тебя в одно весьма занятное местечко, чтобы ты развеялась. И тебе пора бы уже поработать над своей импульсивностью и несдержанностью.

Осознавая, что перечить матери бесполезно, Анни разозлилась ещё больше.

Мадам Сид опустила взгляд на источающий густой аромат чёрный чай в своей чашке и ласково произнесла:

— Если тебе так тоскливо, поспи немного. Как раз проснёшься к нашему приезду. Это удивительный салон. Я пришла в такой восторг от одних лишь рассказов, что тебе он уж точно придётся по душе.

Анни отвернулась, её лицо было мрачным. Она не верила ни единому слову.

Её сердце было разбито, и больше ничто в этом мире не могло её тронуть.

Понаблюдав за тем, как был завершен магический круг телепортации, и увидев, как Фэйша отбыла с помощью свитка, Лу Яо сходила за продуктами, отнесла их в закусочную, а затем сразу же вернулась в маникюрный салон, чтобы полистать книгу заклинаний.

Гарольд валялся на диване с комиксом в руках, совершенно не походя на телохранителя.

Сыцзинь же сидел в сторонке, завороженно разглядывая свой маникюр, будто никак не мог им налюбоваться — о своей миссии по слежке за Лу Яо он, похоже, напрочь забыл.

Поскольку посетителей в салоне не было, девушка не стала обращать на них внимания. Заварив чашку зеленого чая, она достала блокнот с ручкой и принялась делать выписки из книги.

В фолианте действительно описывались способы создания свитков телепортации — низшего, среднего и высшего порядков. Однако для этого требовались чистые, неиспользованные пергаменты, которых у Лу Яо не водилось.

Она наведалась в лавку всякой всячины, но, не найдя там нужных свитков, решила заодно присмотреть ингредиенты для клея.

В итоге удалось раздобыть два компонента, которых не было в прошлый раз. Не хватало еще трех, среди которых значились глазные яблоки магического зверя двенадцатого уровня — минимум десять пар.

Хозяин лавки сказал, что такую партию можно приобрести только в Аптеке Сидов в Оунодуне. Но без свитка телепортации путь туда на карете займет целые сутки.

Лу Яо вернулась в салон с двумя необязательными ингредиентами. Толкнув дверь, она увидела стоящую посреди помещения даму в длинном зеленом платье в клетку, чья спина выражала крайнюю растерянность.

Гарольд и Сыцзинь, словно дохлые драконы, даже не шелохнулись, не говоря уже о том, чтобы поприветствовать клиентку.

Лу Яо было не до злости. Она тут же поспешила навстречу гостье:

— Здравствуйте! Если вы на маникюр, присаживайтесь сюда.

Му Синь обернулась и, увидев хозяйку, с явным облегчением на лице опустилась на предложенный стул.

Со вчерашнего дня, когда Му Синь увидела когти Сэньсэня, она просто не находила себе места.

Слишком блестящие, слишком красивые!

Драконы от природы питают слабость ко всему сверкающему.

Это непреодолимый расовый инстинкт. Они всегда этим гордились и ради удовлетворения своих желаний повсюду собирали сокровища.

«Но ведь от этого маникюра нет никакой практической пользы. Лишь пустая мишура, да еще и требующая постоянно поддерживать человеческий облик», — раз за разом пыталась убедить себя Му Синь.

Однако начались летние каникулы, и Сэньсэнь, оберегая свой маникюр, наотрез отказывался покидать драконье гнездо. Его усыпанные изумрудами коготки то и дело мелькали перед глазами, и чем больше Му Синь старалась не обращать на них внимания, тем сильнее прикипала взглядом.

Будучи взрослой, солидной драконицей, занимающей должность в Долине Драконов, Му Синь с момента своего совершеннолетия еще ни разу не испытывала такого смятения.

Казалось, будто перед ней высится золотая гора, до которой рукой подать, а она вынуждена притворяться, что ей совершенно всё равно.

Это заставляло ее идти наперекор собственным инстинктам.

Проворочавшись всю ночь без сна, гостья решила сдаться своей природе и прилетела в маникюрный салон.

Переступив порог, она обнаружила внутри лишь Гарольда и Сыцзиня, которые явно приготовились наблюдать за забавным зрелищем. А вот человеческой девушки-управляющей, от которой исходила такая мягкая аура, нигде не было.

К счастью, она вскоре вернулась.

Лу Яо, совершенно не подозревая о внутренних терзаниях Му Синь, протянула ей планшет:

— Посмотрите, нет ли здесь подходящего дизайна. Или, если у вас есть свои задумки, мы можем их обсудить.

Драконица начала листать каталог, и с каждой секундой её восторг только рос: изящные, нежные, элегантные, мрачные… Здесь были представлены любые стили, и каждый вариант поражал своей невиданной доселе красотой.

Ближе к концу обнаружилось множество новых работ, явно ориентированных на вкус драконов: самый первый серебристо-синий маникюр Сыцзиня, ювелирный дизайн Гарольда, разнообразные инкрустированные самоцветами коготки детенышей, а также эльфийские ногти с росписью под масляную живопись…

Наконец, увидев звездный дизайн Сыцзиня, украшенный Высшими кристаллами, Му Синь глубоко вздохнула. В её изумрудных, как глубокие озера, глазах плескалось неприкрытое восхищение.

Это было чересчур прекрасно — просто безупречное попадание в драконьи эстетические предпочтения!

Не удержавшись, гостья отложила планшет, подошла к Сыцзиню и бесцеремонно схватила его за руку, чтобы рассмотреть всё в деталях.

Вживую этот маникюр сиял и привлекал внимание куда сильнее, чем на фотографиях. Особенно выделялись средний палец на одной руке и безымянный — на другой: мерцающие на ногтевых пластинах световые точки напоминали настоящие звезды, которые, если приглядеться, казалось, медленно плыли в пространстве.

Сыцзинь сначала слегка нахмурился, но, заметив выражение лица Му Синь, сменил гнев на милость и самодовольно хмыкнул:

— Ну как? Красота, правда?

Драконица молча вернулась на свое место. Покрутив в руках планшет, она, наконец, указала на один из рисунков:

— Мне нравится этот вариант, но у меня есть условие.

Лу Яо спокойно кивнула:

— Слушаю вас.

Лицо Му Синь стало серьезным. В её изумрудных глазах, мерцающих слабым светом, затаилась надежда:

— Рисунок мне по душе, но он кажется слишком скромным. Вы не могли бы сделать его… более роскошным?

«Всё ясно, вы ведь тоже дракон, не так ли?» — подумала Лу Яо.

Бросив взгляд на выбранный дизайн, она кивнула:

— Можно устроить.

Получив утвердительный ответ, Му Синь немного расслабилась и достала небольшую шкатулку:

— Здесь мои любимые драгоценные камни.

Расспросив Сэньсэня, она заранее ознакомилась с тем, как всё устроено в салоне, и подготовила коробочку с обожаемыми ею самоцветами.

По выбранному узору и принесенным украшениям Лу Яо в общих чертах поняла вкусы клиентки.

Она — дракон и обожает всё блестящее, однако её чувство прекрасного было куда тоньше и изящнее, чем у её сородичей.

Оказалось, что у каждого дракона свои предпочтения, и девушке это показалось весьма занятным.

Полируя гостье ногти, она мысленно прокручивала варианты: как превратить нежную и строгую «шахматную клетку» во что-то роскошное, но при этом сохранить элегантность.

Му Синь выбрала клетчатый узор, подходящий для повседневности, но потребовала, чтобы результат не выглядел слишком буднично.

Когда Лу Яо подбирала лак, драконица невзначай обронила, что ей нравится темно-зеленый цвет.

Хозяйка салона, впрочем, и сама об этом догадалась: клиентка пришла в длинном темно-зеленом клетчатом платье, её волосы были перехвачены светло-аквамариновой лентой, а в ушах поблескивали серьги с зелеными камнями «Кошачий глаз». Вкусы считывались предельно ясно.

Лу Яо выбрала зеленый, белый и серебристый лаки. Перед тем как смешивать цвета, она отобрала горстку принесенных самоцветов и уменьшила их до нужного размера.

Камни, которые принесла Му Синь, тоже оказались весьма любопытными.

Ровные розоватые жемчужины, прозрачные диски из Серебристого кристалла и такого же размера кругляши из черного Сияющего кристалла — всё идеальной формы. Это были драгоценные минералы, таящие в себе магическую энергию. Лу Яо уже встречала упоминания о подобных материалах в книге заклинаний.

Сложив уменьшенные камушки в небольшую коробочку, она вооружилась тонкой кистью, смешала пигменты и принялась за работу.

Му Синь с любопытством следила за движениями девушки. Её пальцы порхали с поразительной ловкостью; казалось, краска в её руках оживала, беспрекословно подчиняясь воле мастера.

Вскоре ногти приобрели желанный вид.

Указательный палец левой руки полностью покрывала бело-зеленая клетка, однако узор вовсе не выглядел строгим и скучным.

После просушки тонкого зеленого контура кисть сдвигалась на пару миллиметров, нанося слой темно-зеленого, а затем — более светлого белого лака. Благодаря многократному наслаиванию клетки приобретали глубину и объем. Завершающим штрихом, после очередной сушки, в уголке крепилась крошечная круглая жемчужина, придавая рисунку очаровательное изящество.

Средний палец покрывал полупрозрачный изумрудный тон: нанесенный в несколько слоев, он создавал мягкий градиент, занимающий три пятых ногтевой пластины, а у основания красовался Серебристый кристалл. Точно так же был оформлен и мизинец, только вместо кристалла его украшала жемчужина размером поменьше.

На безымянном пальце клетчатый узор занимал лишь верхнюю половину. Большой палец был разделен надвое — наполовину белый, наполовину зеленый; на кончике и у лунки по диагонали располагались небольшие участки бело-зеленой клетки, а на центральной линии поблескивал Высший кристалл.

Дизайн на правой руке был выполнен в похожем стиле, различалось лишь расположение градиента и клетки на конкретных пальцах, а Высшие кристаллы уступили место Сияющим.

Видя, что мастерица уже завершает работу, Му Синь испытала легкое разочарование.

Маникюр получился нежным, а мелкие детали — безупречными, но, увы, он не оправдал её ожиданий: ему явно не хватало роскоши.

Лу Яо попросила клиентку положить руки под лампу, а сама принялась раскладывать оставшиеся Высшие и Сияющие кристаллы, чередуя их один за другим, пока они не сложились в причудливую фигуру.

Затем она начертила магический круг. Прозрачные Серебристые кристаллы внутри загадочного узора поднялись в воздух и, синхронно уменьшившись до одинакового размера, опустились на клетки узора на пальцах левой руки Му Синь, тогда как Сияющие кристаллы легли на ногти правой.

Еще секунду назад ничем не примечательный маникюр вдруг заискрился, словно вобрал в себя сияние солнца и луны.

Но самым удивительным было то, что стоило одному из Серебристых кристаллов на левой руке вспыхнуть, как ему эхом отвечал мерцанием соответствующий Сияющий кристалл на правой.

Му Синь нахмурилась. В груди шевельнулось непередаваемое чувство — смесь глубокого изумления и искреннего преклонения.

Однако драконы не склоняются перед людьми. Подавив это странное ощущение, она подняла взгляд на Лу Яо:

— Что именно ты сделала в самом конце?

Закрепляя лак с помощью магии, девушка коротко пояснила:

— Дизайн, который вы выбрали, называется «шахматная клетка». Этот узор из чередующихся двухцветных квадратов берет свое начало из популярной на моей родине настольной игры — го. Суть в том, что двое противников используют камни-фишки, чтобы сражаться на подобной расчерченной доске, захватывая территорию и тем самым определяя победителя.

Му Синь долго разглядывала свои пальцы, а затем вскинула глаза:

— То есть Серебристые и Сияющие кристаллы на моих ногтях — это две сражающиеся стороны? Они принадлежат к разным лагерям, верно?

— В точку! — похвалила ее Лу Яо.

Увидев плоские, идеально ровные кругляши кристаллов, девушка сразу задумала воссоздать на ногтях клиентки настоящую партию. В этом волшебном мире возможно всё.

Последний шаг выглядел настоящей мистикой, но на деле она просто сыграла партию сама с собой, поочередно делая ходы левой и правой рукой, а затем, строго следуя записи ходов, перенесла фишки на клетчатые узоры на ногтях Му Синь.

Драконица долго молчала. Перед самым уходом она вдруг протянула шкатулку с оставшимися самоцветами и проникновенно произнесла:

— Я бы хотела обменять эти камни на набор для игры в го и какие-нибудь книги о ней. Вы не могли бы с этим помочь?

Лу Яо на мгновение опешила — она никак не ожидала, что гостья настолько увлечется этой игрой. Взяв из шкатулки лишь по одному Серебристому и Сияющему кристаллу, она ответила:

— Этого будет вполне достаточно. Приходите через три дня.

С трудом сдерживая волнение, Му Синь кивнула:

— Благодарю.

Тем временем у въезда в Изумрудный городок, возле почтовой станции, остановилась вереница роскошных экипажей. Мадам Сид стояла возле красной кареты, обмахиваясь веером из перьев; на её лице читалось легкое нетерпение:

— Анни, выходи скорее! Этот магазинчик находится прямо здесь, в городке.

Приподняв подол платья, Анни с мрачным видом спустилась по ступеням и неохотно поплелась следом за мадам Сид, всем своим видом выражая уныние.

Роскошно одетые мать с дочерью вышагивали по старой узкой улочке, вымощенной каменными плитами, ловя на себе взгляды всех случайных прохожих.

Анни хмурилась всё сильнее. И ведь она поначалу даже немного воодушевилась! Откуда в такой глуши взяться хоть чему-то стоящему? Мать снова её обманула, лишь бы в очередной раз испортить настроение.

Пересекая голую, ничем не примечательную площадь, девушка презрительно фыркнула:

— В этой дыре даже есть круг телепортации. Спорим, им вообще никто не пользуется?

Мадам Сид пропустила её слова мимо ушей. Расспросив дорогу у проходившей мимо женщины, она обернулась и велела дочери не отставать.

Анни покорно последовала за матерью, продолжая мысленно сыпать жалобами.

Погруженная в свои мысли, она разминулась с дамой в зеленом платье. На секунду оторопев, Анни не удержалась и оглянулась, но незнакомка шагала так быстро, что можно было разглядеть лишь её торопливо удаляющуюся спину.

В глазах девушки мелькнуло недоумение: только что ей почудилось, будто рядом блеснуло что-то невероятно яркое, даже ослепительное.

Похоже на драгоценности, но в то же время что-то иное.

Ей показалось, что на кончиках пальцев той женщины застыла целая россыпь сверкающих галактик.

«Неужели окрашенные ногти? Но Туманное дерево ни за что не даст такого яркого, броского цвета. Что же это было?»

Внезапно Анни одолело жгучее любопытство.

Мадам Сид стояла перед входом в салон и смотрела на вывеску: «Маникюрный салон Лу Яо». И впрямь странное название, но в то же время вполне понятное.

Анни все еще неподвижно стояла посреди дороги. Мадам Сид обернулась и позвала ее:

— Анни, мы пришли.

Анни очнулась. Ее мысли все еще были заняты теми сверкающими кончиками пальцев, поэтому обида на мать за то, что та силой вытащила ее из дома, немного поутихла. Девушка неохотно поплелась следом.

Тем временем в салоне, после ухода Му Синь, Лу Яо решила, что клиентов больше не предвидится. Она прибрала на столе и достала материалы, купленные за последние пару дней. Извлекла из Хранилища рецепт специального драконьего клея, отмерила нужные ингредиенты в соответствии с пропорциями, расфасовала их по бумажным пакетикам и подписала.

Как только она соберет оставшиеся три компонента, можно будет приступать к изготовлению.

Лу Яо выписала на листок недостающие ингредиенты, особо отметив, что десять пар глаз магических зверей двенадцатого уровня нужно будет купить в Аптеке Сидов.

Хозяин бакалейной лавки обмолвился, что две другие травы можно найти на близлежащих горах. Аптекарь Ли Сю наверняка что-нибудь об этом знает, и Лу Яо собиралась расспросить ее попозже.

Дверь салона отворилась. Лу Яо подняла голову и увидела входящую знатную даму с веером из перьев. Девушка тут же отодвинула материалы на край стола и поднялась навстречу:

— Здравствуйте! Если вы на маникюр, присаживайтесь сюда.

Это была небольшая профессиональная хитрость: независимо от того, пришел ли посетитель за маникюром, Лу Яо всегда приветствовала его именно так, задавая нужный тон.

Конечно, если клиент совершенно не был в этом заинтересован, она никого не принуждала.

Мадам Сид обвела помещение взглядом. Лаконичный интерьер, безупречно чистые окна, а на полках деревянного стеллажа расставлено множество диковинных вещиц. На диване сидели двое молодых людей — то ли посетители, то ли работники. Салон оказался совсем не таким, каким она его себе представляла.

Следом вошла Анни. Осмотревшись, она приблизилась к мадам Сид:

— И это то самое место, которое показалось вам интересным?

На первый взгляд, ничего особенного. Разве что те двое мужчин на диване отличались на редкость привлекательной внешностью. Интересно, кто они такие?

Мадам Сид кивнула Анни, а затем перевела взгляд на Лу Яо:

— Вы хозяйка?

Лу Яо с легким кивком пригласила гостий присесть. Она включила планшет, протянула его мадам Сид и показала, как им пользоваться. Понимая, что на двух драконов рассчитывать не приходится, она сама пошла заваривать чай.

Внимание Анни привлекли Сыцзинь и Гарольд. Гарольд выглядел совсем юнцом, примерно ее ровесником, но куда больше ее заинтересовал Сыцзинь. Золотистые волосы, янтарные глаза, аристократичный наряд и осанка — такой типаж легко покорял сердца молодых девушек.

Сыцзинь, почувствовав на себе изучающий взгляд, поднял голову. Лицо его было холодным. Он слегка прищурил глаза, позволив вырваться наружу толике свирепой драконьей ауры.

По спине Анни пробежал холодок, и она тут же отвела взгляд.

«Кто он такой? Какая пугающая аура».

На самом деле она ничего такого не имела в виду, просто Сыцзинь показался ей красивым, вот она и засмотрелась.

Анни больше не осмеливалась смотреть в сторону дивана. Она повернулась к Лу Яо. Внешность хозяйки сильно отличалась от внешности местных жителей: черные волосы, темные глаза. Похоже, она чужестранка.

В данный момент девушка обсуждала с мадам Сид дизайн.

Опустив глаза, Анни наконец заметила в руках матери странную книжицу. Стоило лишь слегка провести пальцем по ее гладкой поверхности, как картинка менялась. От разнообразия вариантов маникюра просто рябило в глазах.

Вспомнив даму в зеленом платье, которую они встретили у входа, Анни выхватила планшет из рук мадам Сид и принялась быстро листать изображения.

Мадам Сид сделала беспомощное лицо, но в глубине ее глаз промелькнуло едва заметное торжество. Она так и знала, что этим все закончится.

Анни долистала до самого конца и нашла дизайн в зелено-белую клетку. На двух ноготках сияло непередаваемо ослепительное великолепие. Картинка, которую она не смогла разглядеть на улице, теперь во всех деталях предстала перед ее мысленным взором. Девушка подняла глаза на Лу Яо:

— Это ваша работа? Та леди в длинном зеленом платье делала такой маникюр?

Лу Яо кивнула, но ответила лишь на первый вопрос:

— Да, это одна из моих работ.

Почувствовав, что хозяйка уходит от ответа, Анни поспешила объясниться:

— Недавно мы столкнулись на улице с леди в зеленом платье. Ее ногти сверкали так ярко, что я просто не успела их рассмотреть. Мне просто любопытно, я не пытаюсь выведывать чужие секреты.

Ее тон был искренним, поэтому Лу Яо успокоилась. Она подтвердила, что одна из посетительниц действительно заказала такой дизайн, но не стала раскрывать никаких подробностей о Му Синь.

Оказывается, это и вправду был маникюр! Анни с облегчением выдохнула. Ее жгучее любопытство было удовлетворено, и на душе сразу стало спокойнее.

Лу Яо научила ее увеличивать изображение, чтобы можно было рассмотреть детали.

И тут Анни поняла, что сверкающие крошки на ногтях — это, похоже, Серебристый кристалл и Сияющий кристалл, а не обычные драгоценные камни, как она подумала сначала.

Оба кристалла были редчайшими магическими минералами, которые невозможно было купить ни за какие деньги.

Приблизив картинку, она разглядела форму и текстуру камней, а также следы магии уменьшения. Крошечного камешка размером с ноготок хватило бы, чтобы купить несколько городов.

Да как вообще можно быть настолько расточительной?!

Носить на собственных ногтях целое состояние... Анни, девушка аристократического происхождения, привыкшая к роскоши, внезапно усомнилась в собственной картине мира.

Сенсорный экран оказался очень чувствительным: пока Анни пребывала в оцепенении, оборка ее рукава скользнула по планшету, перелистнув страницу назад.

Глаза Анни расширились, а сердце едва не остановилось. Она дрожащим пальцем указала на мерцающие золотым светом камни и заикаясь спросила:

— Э-это что... Высший кристалл?

Лу Яо невозмутимо кивнула.

Анни потеряла дар речи.

«Что за важные особы посещают это заведение?»

Мадам Сид, которой надоело смотреть на глупое выражение лица дочери, забрала планшет и открыла приглянувшийся ей дизайн:

— Хозяйка, мне нравится вот этот вариант. Но я не люблю маргаритки. Можно ли заменить их на розы?

Она выбрала маникюр в стиле масляной живописи, который Лу Яо делала для Фэйши. Девушка заверила, что это не проблема.

Пока мастер делала маникюр, Анни стояла рядом и во все глаза наблюдала за процессом.

Руки у хозяйки салона были поразительно твердыми. Тонкой мягкой кистью она выводила сложные и прекрасные переплетения розовых ветвей, а затем еще более тонкой кисточкой обводила лепестки золотым контуром. Ее мазки были точнее, чем у преподавателя основ построения магических формаций в Королевской академии магии.

Уже после первого ноготка мадам Сид осталась довольна. Вкус и мастерство хозяйки превзошли все ее ожидания.

Не зря она проделала такой путь из Оунодуна ради этого маникюра.

Она уже представляла, какой фурор произведет на следующем светском приеме.

На самом деле в салоне имелись силиконовые трафареты с узором из роз. С помощью стемпинга можно было перенести рисунок на ноготь, и это тоже выглядело бы прекрасно.

Но поскольку мадам Сид приглянулась именно текстура масляной живописи, Лу Яо не стала ничего предлагать и предпочла расписать ногти вручную.

Чтобы подчеркнуть страстную и нежную красоту роз, она представила, что пальцы клиентки — это розовый сад.

В этом саду цвели самые разные цветы. От большого пальца до мизинца: нежные, едва начавшие распускаться бутоны; переплетенные колючие стебли; розы, едва виднеющиеся сквозь легкую дымку; утренние цветы, покрытые каплями росы... Все десять пальцев были уникальны.

Мадам Сид опустила глаза на свои ногти, не в силах скрыть радость, и откровенно призналась:

— Больше всего мне нравится вот эта увядающая роза. Очень необычно. Вы вложили в это душу.

Увядающая роза украшала безымянный палец — это был единственный серый акцент во всем дизайне.

Светло-серая база, темно-серый увядающий стебель. От цветка осталось лишь три лепестка, а его сердцевина отливала золотом, словно намекая на то, что эта роза пылко цвела, а затем сгорела дотла.

Лу Яо с улыбкой покачала головой, давая понять, что это пустяки. Затем она взмахом руки начертала магическую формацию, чтобы нанести защитное покрытие.

Анни, которая все это время любовалась руками матери, действительно выглядевшими великолепно, внезапно заметила действия Лу Яо. В ее глазах промелькнуло удивление:

— Вы маг света?

— Можно и так сказать, — кивнула Лу Яо.

Анни снова лишилась дара речи.

«Почему маг света не учится в Королевской академии, а открыл маникюрный салон в таком захолустном городишке?»

Она до того расточительна, что использует магию света для укрепления ногтей!

Подобное поведение было настолько нелепым, что, не будь хозяйка ученицей Академии, сам ректор, увидев это, схватился бы за сердце и отчитал ее за бездумную трату таланта.

— Какой дизайн вам по вкусу? Мы можем начинать, — спросила Лу Яо, прибирая на столе.

Очнувшись, Анни выпалила не раздумывая:

— Я хочу такой же маникюр, как у матушки. Но мне не нравится увядающая роза, поэтому прошу придумать для меня что-нибудь другое ей на замену.

Лу Яо кивнула:

— Без проблем.

Девять пальцев Анни обзавелись точно таким же рисунком, как у мадам Сид. И лишь безымянный палец правой руки пока покрывала только прозрачная база.

Девушка терпеливо ждала.

Наконец Лу Яо сменила кисть, заново смешала краски и принялась за дело.

Поначалу тона снова были серыми, и Анни решила, что хозяйка просто не смогла придумать ничего оригинальнее.

А когда мастер добавила опавшие лепестки и растрепанные листья, разочарование Анни стало еще сильнее.

Спустя мгновение Лу Яо взяла чистую кисть. Намешав темно-красный оттенок — на пару тонов темнее алого, она пририсовала лепестки к голой сердцевине, а затем добавила немного туманно-синего цвета, прорисовывая косые нити дождя и затемняя фон.

Анни замерла. Картина преобразилась.

Это была роза, безжалостно побитая дождем. Но, несмотря на растрепанные листья и поникшие лепестки, она по-прежнему гордо держала бутон, отказываясь ломаться под натиском стихии.

Самым удивительным было то, что силуэт и оттенки этой розы почти в точности повторяли увядший цветок на руке мадам Сид.

Роза Анни выдерживала бурю, не склоняя головы, а роза мадам Сид, отпылав ослепительным цветом, оставляла после себя тлеющие угли.

Сама не зная почему, Анни вдруг почувствовала, как защипало в носу, а на глаза навернулись слезы, но она изо всех сил сдержалась.

Плакать из-за маникюра — это было бы просто смешно.

Взгляд мадам Сид, обращенный на Лу Яо, заметно смягчился, в нем появилась сдержанная теплота.

В свои годы она уже прекрасно знала, чего хочет от жизни, и не боялась ни увядания, ни старения.

Но Анни была другой. Она еще молода, ей нужна храбрость.

Случайно или намеренно, но эта девушка-мастер обладала поразительной проницательностью.

Мадам Сид повернула голову и посмотрела на материалы, беспорядочно сваленные на другом конце стола. Ее взгляд упал на одиноко лежащий листок бумаги. Уголки ее губ едва заметно дрогнули в улыбке, но она промолчала.

Им еще предстоит более тесное знакомство с этой хозяйкой.

Покинув маникюрный салон, мадам Сид и Анни сняли номера в гостинице, чтобы отдохнуть. Они решили задержаться в Изумрудном городке на некоторое время.

Лу Яо сбросила вырученные четыре золотые монеты в ящик стола. Воспользовавшись отсутствием посетителей, она окликнула Гарольда и Сыцзиня. Лицо ее было серьезным.

— Сдается мне, вам двоим пора пройти обучение для персонала.

Гарольд, не выказывая ни малейшего интереса, даже не оторвал взгляд от комикса. Неизвестно, слушал ли он вообще.

Сыцзинь выглядел ничуть не лучше: он с завороженным видом разглядывал свои собственные ногти.

Лу Яо скрестила руки на груди и строгим голосом произнесла:

— Если вы не измените своего отношения, мне придется подумать о вашем увольнении. Мне не нужны работники, которые в рабочее время не обращают внимания на клиентов, а только и делают, что читают комиксы да любуются собой.

Слово «увольнение» прозвучало довольно весомо. Гарольд и Сыцзинь наконец соизволили обратить на Лу Яо внимание, с недоумением воззрившись на нее.

Девушка тяжело вздохнула. Изначально она не рассчитывала, что они будут обслуживать клиентов как обычные сотрудники, но эти двое вели себя в салоне как важные господа, еще более надменно, чем сами посетители. С этим нужно было что-то делать.

— Вы — персонал. Когда заходят люди, вы должны хотя бы поздороваться и пригласить их войти, а не сидеть с безучастным видом, уткнувшись в комиксы или разглядывая ногти, — строго отчитывала их Лу Яо. — Гарольд, нельзя постоянно разваливаться на диване, занимая все место. Хочешь сидеть — сиди нормально!

Гарольд с мрачным видом сел прямо, его нахмуренные брови напоминали изломанные горные хребты.

Сыцзинь, сидящий рядом, злорадно усмехнулся.

Лу Яо повернулась к нему:

— А ты, Сыцзинь, все время возишься со своими ногтями и игнорируешь посетителей. Вы друг друга стоите.

Гарольд и Сыцзинь застыли в обиженном оцепенении.

Хотя оба промолчали, лица у драконов потемнели: они выглядели так, будто готовы были лопнуть от злости, но изо всех сил сдерживали эмоции.

Лу Яо задумалась, не слишком ли она перегнула палку. Драконы привыкли к свободе, и то, что они не могут сразу освоиться в роли работников, было вполне естественно.

С другой стороны, она не требовала от них ничего сверхъестественного. Достаточно было просто не разваливаться на диване и не игнорировать приходящих клиентов.

Поразмыслив, Лу Яо взяла себя в руки и принялась терпеливо объяснять им, как должен вести себя персонал.

Гарольд и Сыцзинь закивали как болванчики, что, впрочем, вызывало еще больше опасений.

Лу Яо говорила до хрипоты, а оба дракона лишь таращили на нее свои круглые, полные невинности глаза.

«...» Распинаясь перед драконами добрый час, Лу Яо окончательно оставила попытки сделать из них толковых работников. Она открыла Систему:

— Опубликуй объявление о найме сотрудника.

Система: [Списано пятьдесят очков популярности. Добавлена одна вакансия в маникюрном салоне. Объявление о найме опубликовано.]

Заодно Лу Яо проверила прогресс заданий. Доходы салона были неплохими, но вот количество посетителей сильно уступало закусочной: их не набралось и двадцати.

Второе задание застопорилось.

Подождав еще немного и не дождавшись новых клиентов, Лу Яо решила сходить к Ли Сю и расспросить про травы.

Аптека находилась прямо через дорогу по диагонали от салона, так что идти было всего пару шагов.

Ли Сю как раз собирала инструменты, собираясь в горы за травами, и Лу Яо тут же вызвалась пойти с ней.

Узнав, что Лу Яо ищет звездчатку и черный земляной лотос, Ли Сю с энтузиазмом согласилась показать, где они растут, и решила в первую очередь отвести девушку именно туда.

Лу Яо вернулась в салон, сообщила, что уходит за травами, и велела Гарольду и Сыцзиню присматривать за заведением. Если придут клиенты, нужно было записывать их на потом. Сама она обещала вернуться к вечеру.

Ли Сю часто ходила в лес за лекарственными растениями, поэтому прекрасно знала местность и места, где растут те или иные травы.

Она предупредила Лу Яо, что и звездчатка, и черный земляной лотос растут около болот, поэтому собирать их нужно крайне осторожно: один неверный шаг — и можно угодить в трясину.

Лу Яо намотала ее слова на ус и неотступно следовала за аптекарем шаг в шаг.

Вскоре после того, как они вошли в лес, Ли Сю наткнулась на целую поляну прекрасно разросшейся травы иллюзий и была вынуждена остановиться.

Это растение имело свойство сбегать: утром оно могло расти у воды, а после полудня перебраться в тень деревьев. Призрачное и неуловимое, оно полностью оправдывало свое название.

Встретив траву иллюзий, нужно было сразу же ее собирать, иначе она могла исчезнуть.

Ли Сю смущенно произнесла:

— Трава иллюзий — редкое растение, которое повышает качество снотворных зелий. Найти ее — большая удача, поэтому мне нужно собрать здесь все до последнего стебелька. Боюсь, к болоту мы доберемся немного позже. Мне очень жаль.

Лу Яо присела на корточки, чтобы помочь.

— Ничего страшного, не переживай. Вдвоем мы справимся быстрее. Я пойду в эту сторону, а ты — в ту. Как закончим, встретимся здесь.

С благодарностью взглянув на нее, Ли Сю присела и принялась усердно срезать траву.

Заросли травы иллюзий покрывали почти половину склона. Вооружившись небольшим серпом, Лу Яо с головой ушла в работу. Собирая пучки, она сразу забрасывала их в Хранилище, и незаметно для себя ушла довольно далеко.

Когда она наконец разогнула спину, чтобы передохнуть, то увидела странное маленькое существо, висящее на дереве неподалеку.

Лу Яо протерла глаза. Ей это не мерещится?

Существо, похоже, тоже ее заметило. Оно отчаянно забарахталось в сетке, издавая жалобный и очень милый писк:

— Пи-пи!

Система: [...Должно быть, оно зовет на помощь.]

Лу Яо уперла руки в бока, слегка запыхавшись:

— Его тело кажется жидким, оно ведь способно менять форму как угодно. Как оно вообще умудрилось застрять в этой сети? Уж не ловушка ли это?

Система провела сканирование и ответила: [Это не человеческая ловушка, а ловчая сеть белого призрачного паука, созданная специально для охоты на монстров. И хотя это существо тоже является монстром, оно настолько слабо, что даже не годится в пищу. Паук, видимо, решил, что тратить время на такую бесполезную добычу не стоит, и оставил его здесь, пожалев испорченную паутину.]

Лу Яо многозначительно промолчала.

Система: [Хозяйка, будете его спасать?]

Малыш в сети, словно понимая, о чем речь, вытаращил на Лу Яо свои влажные глазенки и умоляюще уставился на нее.

— А это не опасно? — спросила Лу Яо.

Система: [Слаймы — слабейшие существа на этом континенте. Спасёте вы его — никакой выгоды не получите, не спасёте — вреда тоже не будет.]

— ...Ладно, спасу. Уж больно он милый, — сказала Лу Яо и подошла ближе. Поддерживая снизу белую паутину одной рукой, она осторожно разрезала ее серпом.

Тельце слайма было мягким, скользким и прохладным, прямо как желе. Лу Яо не удержалась и пару раз помяла его, прежде чем отпустить:

— Будь осторожнее в следующий раз, не попадайся.

Прозрачно-синий слайм растекся по земле, напоминая лужицу чистой родниковой воды, и в ответ пискнул:

— Пи-пи!

Услышав зов Ли Сю, Лу Яо развернулась и зашагала обратно, помахивая серпом. Она даже не заметила, как синяя лужица тихонько поползла следом за ней.

Ли Сю набрала целую корзину травы иллюзий, а та, что осталась несобранной, успела сбежать.

Корзина была полна, поэтому собирать другие травы уже не было возможности. Аптекарь планировала отвести Лу Яо к болоту за звездчаткой и лотосом, а потом отправиться домой.

Добравшись до болота, Ли Сю обошла его край, но нашла лишь полянку звездчатки. Черного земляного лотоса нигде не было.

Собрав немного звездчатки, Лу Яо тоже принялась бродить вокруг топи в поисках лотоса, но так ничего и не обнаружила.

— Черный земляной лотос источает сильный аромат, который привлекает монстров, — пояснила Ли Сю. — Скорее всего, здесь все уже съели.

Небо начало темнеть. Оставаться в лесу становилось небезопасно, и Лу Яо решила отступить.

Внезапно Ли Сю указала в центр болота:

— Лу Яо, смотри! Земляной лотос плывет сюда!

Лу Яо повернула голову. И правда: по поверхности трясины дрейфовал кустик лотоса. Казалось, он обладал собственным сознанием и целенаправленно двигался в их сторону.

Ли Сю крепко вцепилась в руку Лу Яо дрожащими пальцами:

— Это может быть монстр. Что нам делать?

«...»

«Конечно же, бежать!!!»

Лу Яо потащила аптекаря за собой, и они сломя голову бросились вниз по склону.

Глубоко в чаще слайм, балансируя кустиком черного лотоса на голове, выполз из болота. Обнаружив, что человек исчез, он беспомощно пискнул и, ориентируясь на оставшийся в воздухе запах, медленно пополз вниз.

Выбравшись из леса, Лу Яо отдала траву иллюзий Ли Сю и вернулась в салон. Гарольда и Сыцзиня там не оказалось.

«...» После такой изматывающей пробежки у нее даже не осталось сил злиться. Девушка залпом выпила два стакана холодной воды и откинулась на спинку дивана, чтобы перевести дух.

Неизвестно, сколько прошло времени, когда ее разбудил стук в дверь.

Она открыла глаза. За окном уже стояла кромешная тьма.

— В чем дело? — хрипло спросила она спросонья.

Система: [...Тот самый слайм за дверью.]

Лу Яо не нашлась что ответить.

Система: [Он притащил с собой кустик черного земляного лотоса.]

А малыш оказался сообразительным!

Лу Яо встала и открыла дверь. Соседние лавки давно закрылись, на улице было темно хоть глаз выколи, и лишь из приоткрытой двери салона падал луч света.

Грязный, черный как смоль слайм уставился на нее своими большими, влажными глазами, дважды пискнул и качнул лотосом на макушке.

Лу Яо забрала растение и посторонилась, освобождая проход:

— Зайдешь выпить водички?

Днем это был красивый, прозрачный слайм. Если бы не подсказка Системы, она ни за что не связала бы этот измазанный в грязи комок с тем милым существом.

Теперь-то ей стало понятно, что за «плавающий лотос» напугал их на болоте.

Слайм хорошенько встряхнулся. Впитавшаяся в его тело болотная грязь отслоилась, и он вновь превратился в красивый голубой желеобразный комочек.

Из его круглого тела вытянулась пухлая лапка. Слайм указал на висящее у двери объявление о найме и издал вопросительный писк:

— Пи-пи!

На лице Лу Яо застыл немой вопрос.

Система: [Кажется, он хочет устроиться к вам на работу.]

Лу Яо немного помолчала, но все же решила дать ему шанс:

— Испытательный срок — семь дней. Если меня устроит твоя работа, ты останешься.

Наученная горьким опытом найма двух драконов, Лу Яо решила как следует обучить слайма премудростям профессии, поэтому в тот вечер так и не пошла домой.

Анни лежала в своей постели в гостинице и никак не могла уснуть.

Новость о предстоящей свадьбе Зелана и Хелены разлетелась по всей Академии магии. И только тогда Анни поняла, что ее бросили.

Она попыталась выяснить отношения с Зеланом, но ей преградила путь служанка Хелены Кинклай. Девушке ясно дали понять: если она осмелится беспокоить Зелана Руи, семья Кинклай сотрет фамилию Сидливис с лица Империи.

Анни испугалась, но еще больше ее захлестнуло чувство собственного бессилия.

Ну и что с того, что она лучшая ученица по магии? Какая разница, что она считается лучшим магом в сильнейшем авантюристском отряде столичной Гильдии?

Перед лицом абсолютной власти она все равно оставалась ничтожеством.

Фамилия Кинклай олицетворяла собой величайшую славу высшей знати Империи.

Более ста лет назад в мелком дворянском роду Кинклай появился Воин Дракона. Верхом на гигантском ящере он спас на поле боя старшего принца, тем самым возвысив свою семью до статуса самого могущественного аристократического дома в стране.

И хотя легендарный Воин Дракона давно покинул этот мир, власть и влияние рода Кинклай ничуть не ослабли.

Анни вернулась в свой дом в Оунодуне, словно побитая собака. На самом деле она не брала отпуск по собственному желанию: просто Хелена запретила ей появляться в Королевской академии магии. В противном случае весь род Сидливис постигла бы катастрофа.

Поначалу Анни смирилась со своей участью. Она ни за что не могла позволить себе потерять мать, даже если бы ради этого пришлось пожертвовать всей своей жизнью.

Ее взгляд упал на ногти, где красовалась избитая дождем, истерзанная роза. Неужели ей действительно закрыт путь назад?

Пока Лу Яо не было в салоне, Гарольд и Сыцзинь отчаянно заскучали и решили тайком прошвырнуться по своим делам.

Но на обратном пути они ошиблись с координатами свитка телепортации и оказались в Центральной пустыне.

Вспомнив, что Лу Яо искала глаза красных скорпионов двенадцатого уровня, они походя набрали их целый мешок. Дорога пешком до Изумрудного городка заняла у них целые сутки.

Гарольд, таща за собой мешок свежезамороженных скорпионьих глаз, толкнул дверь салона. Внутри были клиенты, а Лу Яо вовсю хлопотала. Подняв голову, она лишь мельком взглянула на вернувшихся драконов и продолжила работу.

Синий слайм бочком-бочком приблизился к ним и милым, мягким голоском произнес:

— Здравствуйте! Если вы на маникюр, присаживайтесь сюда.

Гарольд и Сыцзинь застыли в немом оцепенении.

Мягкий желеобразный комок слайма на полу оказался одет. На нём сидел сшитый по фигуре крошечный черный фрак, а на едва заметной шее красовался изящный галстук-бабочка. Выпучив влажно поблескивающие глазки, монстр вежливо смотрел на Гарольда и Сыцзиня.

Повисла тишина. Драконы пребывали в растерянности.

Гарольд поднял взгляд на Лу Яо, но, не дождавшись ответа, снова уставился на слайма.

Синий комок склонил голову набок, отвечая на его взгляд, и вдруг очаровательно пискнул:

— Пи-и!

Гарольд почему-то почувствовал раздражение. Брезгливо поморщившись, он ткнул слайма ногой.

— Откуда в магазине взялся слайм?

Лу Яо как раз подняла голову и заметила это движение.

— Муму — наш новый сотрудник, не обижай его, — предупредила она.

— Муму? — переспросил Сыцзинь.

Лицо Лу Яо выражало крайнюю невинность.

— Вчера я случайно дала ему имя.

А началось всё прошлым вечером, когда девушка проводила для Муму вступительный инструктаж.

Система утверждала, что слаймы крайне слабы и по большей части лишены разума. Этот же слегка отличался: казалось, он понимает человеческую речь. Впрочем, полезных навыков у него не наблюдалось, так что на роль работника он годился с большой натяжкой.

Поначалу Лу Яо сомневалась, но во время обучения малыш проявил себя на удивление блестяще.

Он понимал слова, умел читать и изо всех сил старался выполнять её поручения.

Девушка учила его профессиональным фразам для встречи гостей и правильному отношению к клиентам. При первой попытке слайм действовал неуклюже, но уже с третьего раза держался как опытный сотрудник.

И пусть весь его словарный запас сводился к писку, зато отношение к делу было на редкость серьёзным — куда лучше, чем у некоторых двух драконов.

Обрадовавшись, Лу Яо потрепала его по макушке:

— Какой же Муму умница!

Она могла бы поклясться, что просто похвалила малыша за успехи в учёбе, не вкладывая в слова никакого тайного смысла.

Но кто же знал, что слайм вдруг озарится ослепительным золотым светом и эволюционирует в высшего монстра по имени Муму.

Система сообщила: раз Лу Яо дала чудовищу имя, теперь оно стало её фамильяром.

Хозяйку магазина это слегка встревожило, однако после эволюции маленький слизень поумнел ещё больше.

Словно почувствовав её сомнения, он подполз поближе, потерся о её руку и, глядя на неё огромными влажными глазами, полными преданности, ласково запищал.

Этот хитрец слишком хорошо умел строить глазки. Он был таким милым и старательным, что сердце Лу Яо окончательно растаяло.

Даже после эволюции Муму не научился говорить, продолжая лишь пищать. Скрепя сердце, девушка потратила сто тысяч очков популярности и купила для него голос у Системы.

Сами по себе слаймы бесполы, но Муму заговорил мягким, очаровательным голоском маленького мальчика.

По словам Системы, таков был его собственный выбор, и при последующих эволюциях голос мог измениться на юношеский.

Гарольд и Сыцзинь с мрачными лицами сидели на разных концах длинного дивана. Брошенный на стол мешок с глазами красных скорпионов развязался, и несколько окровавленных глазных яблок выкатились наружу.

На соседнем кресле сидела длинноволосая ведьма. Её взгляд упал на жуткие трофеи, и в карих глазах мелькнул странный блеск.

Муму торопливо принес тряпку. Своими пухлыми лапками он осторожно собрал со стола глаза, сложил их обратно в мешок, туго затянул горловину и проворно вытер кровь.

Отложив тряпку и вымыв руки, малыш медленно подобрался к Лу Яо и, задрав голову, посмотрел на неё.

Девушка была занята, поэтому не могла его погладить. Глядя прямо в его глаза, она искренне похвалила:

— Какой же Муму молодец!

Круглые глазки слайма радостно засияли. Дважды пискнув, он принялся смущенно крутить друг о друга свои пухлые пальчики.

Человеческой речью он пользовался только при встрече клиентов, а в остальное время предпочитал выражать эмоции привычным писком.

Лица драконов потемнели ещё сильнее. Они пронзили Муму ледяными взглядами.

Столкнувшись с давящей аурой высших существ, слайм состроил предельно невинную мордочку:

— Пи-и.

Гарольд и Сыцзинь лишились дара речи.

«Этот мелкий паршивец точно издевается!»

«Нарочно строит из себя милашку, чтобы довести нас до белого каления!»

Сейчас Лу Яо обслуживала клиентку-эльфийку, а ожидавшая на диване ведьма, как и она, прибыла из Оунодуна.

По словам эльфийки, она покупала зелья у Фэйши, узнала от неё о маникюрном салоне и перенеслась сюда с помощью свитка телепортации.

В последние пару дней то и дело появлялись клиенты, использующие свитки, чтобы прибыть из других мест прямиком в её салон. Порой наплыв был таким, что приходилось записываться в очередь.

Лу Яо втайне ликовала: благодаря сарафанному радио число посетителей будет только расти.

Эту клиентку впечатлил дизайн «масляная живопись» на ногтях Фэйши. До прихода сюда она была уверена, что ничего красивее и быть не может, но, оказавшись в салоне, обомлела от обилия великолепных образцов.

Полдня выбирая дизайн, эльфийка в итоге отказалась от масляной росписи в пользу лаконичного «Румянца» и попросила нарисовать на ногтях траву Бой.

Эта трава была редким лекарственным растением, цветущим лишь раз в десять лет.

Бутоны распускались точно на закате, а как только солнце скрывалось за горизонтом, тут же увядали. Увидеть их было огромной редкостью.

Лу Яо видела описание и иллюстрации этого растения в книге по магии. В период цветения оно покрывалось гроздьями изящных, нежных фиолетовых цветочков, так что нарисовать их не составило труда.

Закончив с росписью, она закрепила работу магическим слоем, защищающим от сколов и царапин.

К этому времени Лу Яо уже изобрела магический узор для автоматического снятия лака. Нарисовав его на кусочке крафтовой бумаги, она подарила его клиентке.

Когда ногти отрастут и станут мешать, достаточно будет потереть их этой бумагой, чтобы легко и бесследно удалить покрытие.

Удобство заключалось в том, что этой печатью могли пользоваться даже обычные люди, лишенные магии, и она совершенно не вредила ногтевой пластине.

«Вот бы в моем мире существовали такие салфетки для снятия лака, — невольно подумала девушка. — Мои постоянные клиентки сошли бы с ума от восторга».

Эльфийка, полюбовавшись реалистичными цветами на своих пальчиках, осталась невероятно довольна. Заплатив одну золотую монету и прихватив волшебную бумагу, она ушла в прекрасном настроении.

Ей не терпелось похвастаться обновкой перед лесными друзьями.

Лу Яо не успела даже перевести дух, как перед ней уже уселась ведьма.

Та определилась с выбором еще во время ожидания: ей приглянулся клетчатый дизайн, который делала Му Синь.

Правда, от драгоценных камней гостья отказалась, попросив лишь повторить узор, но в черно-красных тонах.

Подобрав нужные цвета лака, мастер принялась подпиливать ей ногти.

Цанъюаньская ведьма молча следила за её движениями, а затем понизив голос спросила:

— Те двое на диване — ваши постоянные клиенты?

Гарольд и Сыцзинь, вернувшись в лавку и увидев Муму, тотчас замкнулись в себе. Слайм принимал их за обычных посетителей, а они ничего не объясняли, лишь мрачно сидели на диване и дулись.

Заподозрив, что гостья могла сделать неверные выводы, Лу Яо подняла на неё глаза.

Ведьма поспешно опустила взгляд, пряча эмоции.

Сердце Лу Яо дрогнуло. Уловив в вопросе скрытый подтекст, она не стала выводить собеседницу на чистую воду.

— Да, можно и так сказать.

Цанъюаньская ведьма мысленно выругалась: она проявила слишком явный интерес и, похоже, насторожила хозяйку. Больше она не проронила ни слова.

Лишь когда маникюр был готов и Лу Яо нанесла защитный слой с помощью магии, в глазах клиентки мелькнуло удивление.

— Вы маг света? — недоверчиво спросила она.

Ожидая своей очереди, ведьма была слишком поглощена наблюдением за Гарольдом и Сыцзинем, поэтому пропустила момент, когда владелица салона использовала магическую печать на эльфийке.

Сыграло роль и то, что заклинание требовало ничтожно малого количества энергии, из-за чего магический всплеск был еле заметен.

Драконы способны были почуять магию с огромного расстояния лишь потому, что их восприятие превосходило человеческое в бессчетное число раз.

Лу Яо кивнула:

— Вроде того.

Лицо ведьмы слегка побледнело, и она поспешила расплатиться.

Покинув Изумрудный городок и вернувшись в Оунодун, колдунья выглядела мрачнее тучи.

Будучи низкоранговой ведьмой, она держала в Оунодуне захудалую лавку, едва приносившую доход.

Однажды к ней заглянула молодая покупательница за соком Туманного дерева. Девушка обмолвилась, что видела у одной дамы невиданный доселе, потрясающе красивый дизайн ногтей, и захотела себе такой же.

Тогда колдунья не придала этому значения. Но недавно, пополняя запасы в Аптеке «Шаша», она увидела маникюр Фэйши, вспомнила слова покупательницы и тут же выведала адрес салона.

Фэйша, решив, что собеседница тоже хочет привести руки в порядок, с радостью поделилась информацией.

Цанъюаньская ведьма прибыла в Изумрудный городок еще вчера.

В маникюрном салоне было полно народу, поэтому она записалась на вторую половину следующего дня.

С самого начала злодейка вынашивала план захвата заведения: увидев ногти эльфийки, она поняла, что этот бизнес — курица, несущая золотые яйца.

Оказавшись внутри, она лишь укрепилась в своем желании завладеть салоном.

Хозяйка казалась обычным человеком, державшей при себе жалкого слайма. Ведьме не составило бы труда присвоить лавку, ведь она была магом тьмы.

Пусть её таланты и силы были весьма посредственными, но благодаря колоссальной разрушительной мощи атрибута тьмы ей нередко удавалось убивать противников куда более высокого уровня. Справиться с простой женщиной и слизнем должно было быть проще пареной репы.

Она внимательно изучила технику мастера и быстро пришла к выводу, что в ней нет ничего сложного.

Раздобыв эти красивые материалы и инструменты, она и сама смогла бы создавать такие же потрясающие шедевры.

Ведьма специально записалась на самое позднее время, чтобы убить владелицу и отнять бизнес.

Однако появление двух мужчин спутало карты. Увидев мешок с глазами красных скорпионов, она поддалась жадности и решила сначала завладеть трофеями, а уж потом заняться салоном.

Теперь же становилось ясно, как ей повезло сдержать порыв: хозяйка оказалась магом света!

Поначалу этого не было заметно, видимо, из-за слабого таланта и низкого уровня магической энергии Лу Яо.

Но атрибут света от природы подавлял атрибут тьмы, и ведьма не могла так рисковать.

Тем не менее, отказываться от маникюрного салона колдунья не собиралась. Если всё тщательно спланировать, удобный случай обязательно подвернется.

В это же самое время в маникюрном салоне.

[Обслужено двадцать клиентов, задание выполнено! Награда: пятьсот очков популярности, второй рецепт Специального драконьего клея для самоцветов и три капли Света Звёзд!]

[Прогресс заполнения Энциклопедии +5. Маникюрный салон Лу Яо повышает уровень до двух звезд. Продолжайте в том же духе!]

[Доступно новое задание! Обслужите сто клиентов. Награда: десять тысяч очков популярности, третий рецепт Специального драконьего клея для самоцветов, три капли Сияния Яркого Солнца и двадцать стеблей костегрызки!]

Ого!

Второе задание наконец-то выполнено!

Пропустив уведомление о пятистах очках популярности, Лу Яо первым делом изучила второй рецепт клея для драконов. Он кардинально отличался от первого: ингредиенты придется собирать заново.

К тому же составляющие казались весьма необычными. Знакомые ей компоненты относились к категории крайне редких и труднодоступных.

Внимание девушки привлекла строчка мелкого шрифта в самом конце списка.

«Укрепляет оружие, щиты и броню, позволяя выдержать один удар гигантского костяного дракона».

Разве это не специальный клей для драконьих когтей?

С каких пор он дает прибавку к характеристикам снаряжения?

Лу Яо достала первый рецепт для сравнения: там в конце крупным, ничуть не скрытым шрифтом значилось лишь «Специальный драконий клей для самоцветов».

Похоже, между этими двумя формулами существовала принципиальная разница. Не найдя логического объяснения, она пока отложила этот вопрос.

В Хранилище появились три капли Света Звёзд, но Лу Яо не стала их доставать, переключив внимание на Энциклопедию.

Труднодоступный раздел драконов заполнился наполовину: золотые, черные, зеленые, фиолетовые, огненные, лазурные... Следом загорелись иконки в категориях людей, эльфов, слаймов и ведьм.

Энциклопедия оказалась весьма подробной: для каждого вида драконов отводилась отдельная страница.

Эльфы, рыцари и ведьмы классифицировались не только по расам, но и по магическим атрибутам.

У рыцарей пока светился только атрибут огня — вероятно, благодаря Эльви, а у ведьм активировалась иконка магии тьмы — наверняка из-за недавней посетительницы.

В середине книги засветились некоторые материалы: Высший кристалл, Серебристый кристалл, Сияющий кристалл, трава иллюзий, звездчатка, черный земляной лотос...

У Лу Яо была слабость к коллекционированию, поэтому такие расслабляющие задачи по заполнению каталога приносили ей искреннее удовольствие.

Награда за новое задание — «Сияние Яркого Солнца» — казалась чем-то сродни Свету Звёзд. Наверняка очередной блестящий оттенок лака.

Куда больше её заинтриговала костегрызка: поговаривали, что это растение давно исчезло с континента и перешло в разряд легендарных материалов.

Редкости всегда вызывали жгучий интерес, и Лу Яо не стала исключением.

После ухода ведьмы в салоне воцарилась тишина.

Проверив содержимое Хранилища, девушка подошла к дивану и присела.

— И где вы двое пропадали эти дни?

«Только сейчас решила спросить?»

«И про слайма ничего не объяснила!»

Драконы, пыхтя от обиды, хранили молчание. Воздух в комнате сгустился от необъяснимого напряжения.

Заметив на столе мешок, Лу Яо с любопытством потянулась к нему. Набитый до отказа, он оказался весьма увесистым.

— Что это тут у вас?

Гарольд и Сыцзинь не проронили ни звука. Тогда Лу Яо повернулась к Муму:

— А ты знаешь?

Слайм послушно кивнул, готовый немедленно ответить.

На лбу Гарольда вздулись вены. Вспылив, он выхватил мешок и с шумом высыпал содержимое:

— Пролетали над пустыней, и эти слепые твари сами на нас нарвались. Раз уж глаза им ни к чему, мы решили их вырвать.

По столу раскатились глазные яблоки размером с кулак, окрасив всё в кроваво-красный цвет.

Лу Яо мысленно похвалила себя за закалку, полученную в Парке: при виде подобного зрелища у неё лишь пробежали мурашки по коже, но тошноты не возникло.

Осторожно вытянув палец, она ткнула в оболочку одного из глаз. Та оказалась мягкой, упругой и слегка ледяной.

— Неужели это глаза демонических красных скорпионов двенадцатого уровня? — с улыбкой спросила она.

Уши Гарольда слегка покраснели. Он промолчал.

Сыцзинь отвел взгляд. Тоже ни слова.

Лу Яо довольно рассмеялась:

— Ладно, так и быть, на этот раз я вас прощаю. Отныне Муму будет присматривать за магазином, а вы займетесь охраной и заодно время от времени станете собирать для меня материалы.

...

...

Драконы лишились дара речи. И как у неё только совести хватило выставить виноватыми их?!

Теперь, когда материалы были собраны, а задание выполнено, Лу Яо вознамерилась обновить салон.

Девушка хотела выделить отдельную изолированную комнату для создания магических артефактов и зелий. Да и вопрос с набором учеников пора было сдвинуть с мертвой точки.

Спрятав глаза скорпионов в Хранилище, она обсудила с Системой план модернизации и поручила ей вывесить объявление о поиске стажеров.

Пока велись технические работы, драконы и слайм разошлись по своим углам, а Лу Яо, прихватив ингредиенты, отправилась в закусочную, где её уже ждала Синцзы.

Недельный срок пробного управления для Бай Мина подошел к концу, и с завтрашнего дня должность заместителя управляющего переходила к Синцзы.

Совершив с духом привязку душ, Лу Яо увидела её прошлое.

В ночь перед гибелью Синцзы так и не сомкнула глаз. Парень, в которого она была тайно влюблена, наконец признался ей в чувствах, и она твердо решила наутро поехать в его город.

По пути девушка попала в аварию и погибла на месте. Её предсмертным желанием, превратившимся в вечную одержимость, стала мысль: «Я должна встретиться с ним».

Синцзы находилась в Стране Снов уже много лет, однако её родной мир был пугающе похож на тот, в котором сейчас жила Лу Яо.

По словам девушки-призрака, обитатели этого места прибывали из разных временных линий. Люди из множества миров и эпох, чьи души не обрели покоя после смерти из-за сильной одержимости, притягивались в Страну Снов.

Таково было милосердие Бога-Демона.

И пусть мир Лу Яо отличался от родины Синцзы, та всё равно предвкушала грядущее с замиранием сердца.

Она заявила, что готова шагнуть в новую реальность.

За чертой жизни и смерти что-то исчезает навсегда, но что-то остается незыблемым.

Лу Яо и Синцзы спустились на первый этаж, где их уже поджидали Бай Мин, Сяо Це, Ци Чэнь, Цюань Шэнцзюй, Чи, Юй Цай и Мо Чэн.

— Почему вы все здесь? — удивилась хозяйка.

Вперед шагнул Цюань Шэнцзюй и застенчиво произнес:

— Владелица, я бы хотел заказать партию соевых бобов. Недавно гости просили пудинг из тофу, и я подумал, что мы могли бы ввести его в меню на время. Пока будем продавать пудинг, приостановим подачу рисовых шариков в сладком вине.

Лу Яо согласно кивнула:

— Без проблем.

Однообразие приедается, иногда действительно стоит освежить ассортимент.

Едва повар закончил, слово взял Мо Чэн:

— Владелица, а я хочу попросить ингредиенты для порошка карри. Ужасно соскучился по рису с куриной отбивной под соусом карри. Давайте тоже устроим временную акцию, а порции других блюд на это время урежем наполовину. Что скажете?

Лу Яо была приятно поражена инициативностью своих подопечных и без раздумий дала добро.

В последнее время она дневала и ночевала в салоне, редко заглядывая в закусочную, поэтому сотрудники, истосковавшись по начальнице, не желали её отпускать.

Бай Мин вручил ей коробку с пятьюдесятью тысячами юаней наличными. Эти деньги НИПы Парка по крупицам собрали в игре.

Узнав, что один из видов игровых банкнот обладает ценностью в реальном мире, персонажи бросились на их поиски, а Капитан Стражи собрал всю выручку и принес в закусочную.

Территория Парка значительно сократилась, и его обитатели начали искать новые смыслы существования.

Путь этот мог оказаться долгим, но никого это не пугало.

Проходя мимо, Бай Цзянь услышал шум в закусочной. Заглянув внутрь, он убедился: хозяйка вернулась.

Выудив из кармана три Черных Кольца, он протянул их девушке:

— Субсидия на следующий месяц.

Выставленное в сети кольцо за два миллиона так и не нашло покупателя. Боясь, что у Лу Яо закончатся деньги, Бай Цзянь недавно даже подключил другие сектора, приказав НИПам собирать эти красные бумажки по всей игре.

Тем временем на форуме Парка царила легкая паника.

Многие игроки заметили, что количество Черных Колец, как и общее число Колец Иллюзий, стремительно тает.

В чате для хардкорщиков кто-то снова скинул скриншот объявления Лу Яо с вопросом: «Народ, это Черное Кольцо реально стоит двух миллионов?»

Топы, которые не так давно высмеивали ценник в триста тысяч, на этот раз благоразумно промолчали: они прекрасно знали, что в итоге артефакт ушел за миллион.

А теперь, кроме этого единственного поста, на всём форуме днем с огнем было не сыскать предложений о продаже Черных Колец.

Чжуан Лян, как раз зависавший в чате, по доброте душевной ответил: «Если хочешь брать — бери сейчас. В следующий раз цена может еще раз удвоиться».

Ему хватило одного взгляда на ник, чтобы узнать Лу Яо. Он понятия не имел, к каким махинациям она прибегла, но факт оставался фактом: девушка практически монополизировала рынок Черных Колец.

И он ни капли не сомневался, что у неё хватит наглости удваивать цену после каждой сделки.

Спросивший игрок тут же бросился строчить Лу Яо в личку.

Но та в этот момент гуляла по торговому центру в городе и даже не думала заходить на форум.

Она купила набор для игры в Го: на завтра у неё была назначена встреча с Му Синь.

Рано утром Лу Яо, сжимая в руках новенький набор для игры, толкнула дверь маникюрного салона.

Технические работы Системы как раз завершились. В интерьере не произошло радикальных изменений, вот только рядом с деревянным стеллажом появилась черная дверь.

За ней скрывалось изолированное помещение — новая лаборатория Лу Яо.

Поскольку до открытия оставалось время, хозяйка скользнула внутрь, достала заготовленные материалы и, строго соблюдая пропорции и очередность, принялась закидывать их в подготовленный тигель.

Потребовалось три попытки, прежде чем ей удалось сварить Специальный драконий клей для самоцветов, который по качеству и свойствам ничем не уступал награде от Системы.

Запасов было в обрез, и после нескольких варок ингредиентов на еще одну порцию уже не хватало. Девушка не стала расстраиваться и перешла к следующему эксперименту.

Достав накладные типсы, Лу Яо нанесла на их поверхности магические печати: с одной стороны — света, с другой — тьмы.

Это было плодом её недавних изысканий, направленных на решение проблемы деформации драконьего маникюра.

Едва закончив с пятым ногтем, она услышала голос Гарольда.

Дракон ругался у входа с Муму.

Высшее существо не опускалось до того, чтобы бить столь ничтожное создание, как слайм, но его раздражало, как тот строит глазки хозяйке. Столкнувшись в дверях, дракон не удержался от пары колких фраз.

Муму склонил голову набок и, сверкая огромными влажными глазами, издал кроткое:

— Пи-и.

Гарольд в бешенстве сжал кулаки, лишившись дара речи.

Выйдя в зал, Лу Яо позвала Гарольда, надеясь, что он поможет протестировать типсы и проверит, выдержат ли они скачок магии при его трансформации.

Но тот, заложив когтистые руки за спину и мрачно насупив красивое лицо, наотрез отказался снимать свой нынешний маникюр ради какого-то эксперимента.

Заставить дракона силой она не могла. Вздохнув, Лу Яо подумала: неужели придется проверять на себе?

В этот момент Муму подергал её за штанину и, вытянув пухлую лапку, с отважным видом пропищал:

— Пи-пи!

— Хочешь поучаствовать в эксперименте? — удивилась девушка.

Слайм закивал. Пошевелив пальчиками на лапе, он продемонстрировал проступившие на округлых кончиках очертания ногтевых пластин и издал решительное:

— Пи!

Давай!

— Какой же ты храбрый, Муму! Ты просто чудо! — искренне растрогалась Лу Яо. В этот момент образ крошечного слизня в её глазах возвысился над гигантским драконом в сотню раз.

Гарольд потерял дар речи.

Чуть позже в салоне появился Сыцзинь. Не обнаружив никого в зале, он тут же заметил новую дверь в стене. Из полуоткрытого проема доносились звонкие пощелкивания.

Толкнув створку, он зашел внутрь и увидел поразительную картину: Гарольд с выражением абсолютной безысходности на лице тянул вперед руки, Лу Яо волшебной бумагой снимала ему лак, а Муму стоял внизу с коробочкой, аккуратно ловя отпадающие с когтей самоцветы.

— Это ещё что за представление? — опешил Сыцзинь.

Заметив его, Лу Яо тут же махнула рукой:

— Мы как раз приступаем к тестам! Иди сюда, посмотришь. Вдруг возникнут накладки, мне пригодятся ваши советы.

Гарольду надели магические типсы. На его лице и тыльной стороне ладоней постепенно проступила отливающая черным чешуя. Мана хлынула к пальцам, превращая их в заостренные драконьи когти.

Муму моментально забыл про свое очарование и в страхе спрятался за спину хозяйки.

Сыцзинь бросил быстрый взгляд на Лу Яо. Её лицо оставалось абсолютно спокойным, словно она давным-давно знала об их истинной природе.

А в следующую секунду с когтями Гарольда произошло поразительное изменение.

Позабыв о реакции девушки, Сыцзинь уставился на полностью трансформировавшуюся лапу товарища, и на его лице отразилось крайнее изумление.

На целых накладных типсах был нарисован простейший узор в виде круга, разделенного на четыре равные части, закрашенные разными цветами.

Едва войдя и бросив взгляд на стол, Сыцзинь мысленно возмутился: эстетический вкус хозяйки явно переживал катастрофический упадок. Даже для эксперимента не стоило рисовать такое уродство; уж лучше было вообще обойтись без узоров и взять обычные однотонные типсы.

Руки Гарольда уже полностью превратились в драконьи лапы, покрытые черной чешуей. Однако трансформация была лишь частичной, поэтому вливаемая магическая энергия и близко не сравнилась бы с той пугающей мощью, что бушевала в его истинном облике. Растущие когти растягивали накладные типсы, и под безжалостным натиском магии тонкие кусочки пластика почти рассыпались в пыль.

Но эта мелкая крошка не разлетелась в стороны. Словно скованные неведомой силой, пылинки продолжали парить прямо над кончиками когтей Гарольда.

А затем произошло чудо. Как только трансформация завершилась, парящая над когтями крошка начала стягиваться к центру. Зеленые, желтые, красные и синие фрагменты послушно выстраивались в заданном порядке, сливаясь воедино. Мгновение — и полностью восстановившиеся пластины намертво приклеились к огромным когтям дракона.

Благодаря заранее нарисованным цветным секторам можно было наглядно проследить траекторию распада и последующей сборки материала под воздействием магии.

И теперь, когда они вновь покрывали драконьи когти, Лу Яо могла по изменившейся площади цветных блоков вычислить объем влитой магической энергии, что сильно упрощало дальнейшие корректировки.

Сыцзинь изумленно распахнул глаза, поняв, зачем Лу Яо раскрасила накладки. Однако куда больше его волновало другое: как именно она заставила разорванный в клочья материал собраться воедино и вновь закрепиться на чешуйчатых лапах.

Лу Яо сделала фотографию, фиксируя текущее состояние когтей Гарольда, и, подняв голову, попросила:

— Попробуй разорвать их изо всех сил. Я хочу узнать, какой объем магической энергии уничтожит материал безвозвратно.

Гарольд и сам был поражен результатами исследования. Поначалу он наотрез отказывался снимать свой роскошный маникюр ради сомнительного эксперимента, но теперь его охватил неподдельный азарт.

Если эти накладные типсы способны выдержать разрушительную мощь драконьей формы, а затем восстановиться на когтях, то в будущем им больше не придется переживать, что из-за маникюра нельзя возвращаться в истинный облик.

Энергия Гарольда резко возросла. Он полагал, что пластины лопнут в два счета, но по мере того, как вливалась магия и увеличивались когти, материал растягивался, продолжая послушно расширяться вслед за ними.

Тем временем по скалистым горам за пределами Изумрудного городка стремительно передвигалась Му Синь, заложив руки за спину.

Все эти дни сверкающие на её ногтях шахматные фигуры непрестанно будоражили любопытство драконихи. Ей не терпелось разгадать тайный смысл этой миниатюрной доски.

В назначенный день, едва утренние лучи озарили краешек неба, она покинула драконье гнездо и теперь была почти у цели.

Внезапно Му Синь ощутила мощный всплеск темной магической энергии, исходящий со стороны Изумрудного городка. Аура была настолько пугающей, что вполне могла принадлежать высшему дракону.

Лицо девушки помрачнело. Разогнавшись до предела, доступного в человеческом облике, она молнией устремилась к маникюрному салону.

В это же время в самой роскошной гостинице Изумрудного городка Анни тоже ощутила эту мощную, зловещую ауру. Схватив волшебную палочку, она бросилась вниз по лестнице.

Мадам Сид как раз завтракала на первом этаже. Анни достала кольцо и бросила его матери:

— Матушка, в городе опасно. Оставайтесь здесь и не выходите. Я должна проверить.

Лицо мадам Сид побледнело от тревоги. Она хотела окликнуть дочь, но та уже выбежала за дверь.

Анни всегда была круглой отличницей в Королевской академии магии, поэтому ее восприятие маны было куда острее, чем у обычных людей.

Поскольку Гарольд совершенно не сдерживал свою ауру, волшебница быстро поняла, что эпицентр выброса находится в маникюрном салоне, и пришла в ужас.

«Откуда в этой крошечной лавке взялась такая пугающая аура? Неужели хозяйка перешла дорогу тому, с кем нельзя связываться?»

Не успев как следует обдумать ситуацию, Анни уже бежала по улице. Несмотря на очевидную опасность, в ее груди разгорался азарт — словно она вновь вернулась в те славные деньки учебы в академии.

Му Синь добиралась из-за черты города, и поскольку человеческое тело сильно ограничивало ее скорость, она столкнулась с Анни прямо у входа в салон.

Анни сразу узнала ту самую леди в зеленом платье, но из-за экстренной ситуации времени на светские беседы не было.

Му Синь, не обращая на девушку никакого внимания, толкнула приоткрытую дверь. Главный зал пустовал, однако из-за черной двери в глубине помещения доносились голоса. Дракониха направилась прямо к лаборатории, а Анни тенью последовала за ней.

Едва они подошли к порогу, как накладные типсы на руках Гарольда все же не выдержали. Раздался громкий хлопок, и материал разлетелся в пыль, засыпав всю комнату мелкой белой крошкой.

Лу Яо, поручившая Сыцзиню снимать весь процесс на телефон, сидела рядом с блокнотом на коленях.

— Какую долю магической энергии ты сейчас применил? — между делом поинтересовалась она.

Гарольд выглядел абсолютно расслабленным:

— Около трети. Эти крошечные накладки оказались прочнее, чем я думал. Что ты с ними сделала?

В обычных условиях столь тонкий кусочек пластика ни за что не выдержал бы треть магической мощи гигантского дракона. Секрет явно кроется в тех магических массивах, которые она нарисовала.

Лу Яо не ответила, продолжая увлеченно делать пометки. Она спешно корректировала структуру массива, фиксируя все детали, требующие доработки.

Му Синь и Анни застали как раз финал эксперимента. Дракониха, шагнувшая в дверной проем первой, успела заметить момент, когда пластины еще держались на когтях Гарольда. Оценив обстановку в лаборатории и услышав обрывок разговора, она тут же все поняла, и тревога в ее душе улеглась.

Му Синь постучала по косяку, привлекая к себе внимание, и уверенно шагнула внутрь:

— Госпожа хозяйка, вы разрабатываете маникюр, устойчивый к трансформации монстров?

Изумрудные глаза Му Синь сияли от восторга — сейчас она была заинтригована даже сильнее, чем при их первой встрече.

Взгляд Анни тем временем упал на чудовищные лапы Гарольда. Не в силах скрыть подкативший ком первобытного ужаса, она невольно отшатнулась.

Лу Яо наконец закончила с записями и, подняв голову, удивленно воззрилась на незваных гостей:

— Вы как здесь оказались?

Выражение лица Му Синь вновь стало серьезным:

— Сегодня день нашего уговора. Неужели вы забыли?

Лу Яо кивнула:

— Не забыла. Все лежит в зале, сейчас вынесу.

Но Му Синь не сдвинулась с места:

— Это не к спеху. Ваше исследование увенчалось успехом?

Если решение уже найдено, она хотела немедленно сменить маникюр. Жить, постоянно избегая трансформации ради сохранения красоты ногтей, было откровенно неудобно.

Лу Яо немного поразмыслила и, решив не скрывать правду, сдержанно ответила:

— Почти готово. Осталось внести пару корректировок.

Результаты первоначальных испытаний превзошли все ее ожидания. Как только структура магического массива будет отточена, технологию можно будет применять на настоящих ногтях.

Услышав это, Му Синь загорелась предвкушением:

— Как только закончите, прошу, немедленно сообщите мне!

Лу Яо озадаченно почесала затылок:

— И как мне это сделать?

Му Синь достала из сумочки свиток связи, но, едва собравшись протянуть его Лу Яо, передумала. Вместо этого она извлекла мерцающую изумрудную чешуйку.

— Свиток работает слишком медленно, у меня нет терпения ждать. Просто потрите эту чешуйку три раза, и я все пойму.

Лицо Лу Яо вытянулось. Эта чешуйка вообще... приличная вещь? С чего бы простое поглаживание давало такой эффект?

Однако Му Синь выглядела абсолютно невозмутимой.

— …Хорошо, — вздохнула Лу Яо и забрала чешуйку.

В этот момент Гарольд, словно котенка, подхватил Анни за шкирку и вытолкнул в центр комнаты:

— А с этой человеческой девчонкой что делать будем?

Она ведь видела его когти. Гарольд и раньше-то не особо контактировал с людьми, но прекрасно понимал: далеко не все относятся к ним так же спокойно, как Лу Яо.

Увидев чудовищные лапы, Анни уже начала догадываться, в чем дело. За те несколько дней, что она провела в городке, до нее доходили нелепые слухи о хозяйке маникюрного салона и драконах, но тогда она не придала им значения. Кто же знал, что под крышей этой маленькой лавки действительно прячутся драконы? Да еще и не один! Это был сущий кошмар.

Осознавая, что сбежать от высших существ невозможно, Анни с мольбой посмотрела на Лу Яо. Эта девушка была ее единственным шансом на спасение.

Му Синь, уже собравшаяся уходить, решила проявить любезность, полагая, что Лу Яо не знает, как поступить:

— У меня есть особое зелье. Всего одна капля — и она навсегда забудет события сегодняшнего утра.

Лу Яо перевела взгляд на Анни, секунду поколебалась, но решительно кивнула:

— Так и поступим.

Анни:

— …

Лу Яо ничуть не переживала из-за того, что посторонняя увидела магический маникюр. Как только исследование завершится, она сама начнет активно продвигать новую услугу. Но вот драконы явно видели в девчонке угрозу. Стирание памяти никак не навредит здоровью Анни, зато обезопасит расу драконов от лишних проблем. Причин для отказа просто не было.

Анни категорически не хотела терять память. Собрав волю в кулак, она выпалила:

— Госпожа хозяйка, позвольте мне сказать слово!

Даже находясь в окружении ужасающих существ, Анни благодаря своей феноменальной интуиции быстро поняла: последнее слово здесь остается именно за Лу Яо.

Глядя прямо в глаза владелице салона, она твердо заявила:

— Я могу быть вам полезна.

Лу Яо:

— ?

Сформулировав план действий, Анни слегка поборола страх и искренне взмолилась:

— Я выпускница Королевской академии магии. Из года в год я занимала первые места на экзаменах, а сейчас числюсь лучшим магом в столичном рейтинге отрядов авантюристов Гильдии. Клянусь, я сохраню тайну драконов! Более того, мои знания непременно пригодятся вам в исследованиях. В обмен на это… прошу, не стирайте мне память.

Лу Яо с любопытством склонила голову:

— Потеря воспоминаний всего за одно утро никак на тебе не скажется. Почему ты так этому противишься?

Анни замялась на мгновение, явно смутившись, но все же тихо призналась:

— Лично мне это не навредит, но вот окружающие точно заметят неладное. Моя матушка ничего не скажет вслух, но втайне будет изводить себя переживаниями.

Отец Анни скончался от болезни много лет назад, и теперь весь род Сидливис держался исключительно на хрупких плечах мадам Сид. Желающих прибрать к рукам огромное состояние семьи было хоть отбавляй. Недавний инцидент в Академии и так порядочно растрепал матери нервы; Анни просто не имела права впутываться в новые неприятности и заставлять ее волноваться еще сильнее.

Лу Яо уже была готова согласиться, но Му Синь сделала шаг вперед. Изящно взмахнув рукой, она материализовала из воздуха пергамент с контрактом и хладнокровно отрезала:

— Люди слишком красноречивы, хитры и двуличны. Не стоит верить им на слово, госпожа. Только магический контракт даст надежную гарантию.

Человек по имени Лу Яо:

— …Поняла.

Му Синь продемонстрировала контракт о неразглашении. Подписавший его лишался любой возможности выдать тайны маникюрного салона и драконов. На самом деле девушка искренне считала, что лучше стереть Анни память — так было бы надежнее. Но, заметив колебания Лу Яо, дракониха решила пойти на редкий для себя компромисс.

Сила магического контракта сковывала саму душу, и, единожды поставив подпись, нарушить клятву было невозможно. Му Синь лично проследила за тем, чтобы Анни скрепила договор своим именем, после чего забрала обещанные вещи и покинула салон.

Теперь Анни могла свободно уйти, но вместо этого предпочла остаться и понаблюдать за работой Лу Яо.

Девушка была поистине гениальным магом, с рождения владеющим сразу тремя стихиями: Ветром, Огнем и Землей. Учитывая ее богатый багаж теоретических знаний и внушительный магический резерв, она чувствовала себя как рыба в воде даже в Королевской академии, славящейся своими безумными талантами.

Поначалу волшебница самонадеянно полагала, что исследования хозяйки салона дотягивают максимум до уровня курсовой работы в Академии. С ее выдающимися способностями она наверняка могла бы подкинуть Лу Яо пару свежих идей.

Однако, увидев, как Лу Яо с помощью магических массивов Света и Тьмы на молекулярном уровне перестраивает структуру накладных типсов, Анни впала в глубокий ступор на добрую минуту.

Появись маг со столь редким сочетанием атрибутов в Королевской академии — и грандиозный фурор времен поступления лорда Карлоса неминуемо повторился бы. Почтенные преподаватели снова начали бы таскать друг друга за волосы на глазах у всей школы ради права обучать столь выдающийся талант.

Но самым страшным ударом стало осознание того, что ее хваленые стихии и безупречные теоретические знания оказались абсолютно бесполезны в исследованиях Лу Яо.

Расщеплять любую материю и собирать ее заново могла лишь эта владелица салона, наделенная сродством к Свету и Тьме. Маги других стихий были бессильны перед подобными магическими массивами.

Анни на ватных ногах выбрела из лаборатории, пребывая в глубочайшей прострации. Оказалось, что эта скромная владелица лавочки — самый настоящий, пугающий до дрожи монстр.

Мадам Сид, так и не дождавшись возвращения дочери, места себе не находила от тревоги. Взяв с собой охрану, она отправилась на поиски и обнаружила Анни, с совершенно потерянным видом сидящую в маникюрном салоне.

— Что стряслось?! — ахнула женщина.

Девушка бросилась в объятия матери, уткнувшись носом в ее плечо и впитывая такое знакомое, успокаивающее тепло.

— Матушка… Я просто внезапно осознала, насколько огромен этот мир.

Мадам Сид лишь молча обняла дочь в ответ.

На дверь маникюрного салона легла табличка «Закрыто». Лу Яо с головой погрузилась в изучение магических массивов.

Спустя три дня ей наконец удалось довести массивы Света и Тьмы, необходимые для адаптивного маникюра, до абсолютного идеала.

Она заново сделала Гарольду маникюр.

Теперь, благодаря магическим массивам, в момент превращения человеческих рук в драконьи лапы накладки рассыпались на крошечные фрагменты, а как только трансформация завершалась — материал вновь собирался воедино, идеально покрывая острые когти.

Инкрустированные драгоценными камнями, сияющие когти сейчас удивительным образом напоминали ту самую визуальную подсказку, которую Лу Яо получила в самом начале.

На следующий день маникюрный салон вновь распахнул свои двери. На пороге стояли долгожданные ученики, о которых так мечтала Лу Яо — причем сразу двое.

Пустошь Черной горы.

Два исполинских дракона, золотой и черный, сцепились в яростной схватке. Их хвосты синхронно взмывали и с грохотом опускались, сотрясая землю.

Гарольд взмахнул когтистой лапой, и сверкающие драгоценные камни на его когтях оставили за собой радужный шлейф.

Сыцзинь выставил лапу, блокируя удар. Высший кристалл на его когте поймал лучи утреннего солнца и вспыхнул россыпью золотых искр — ослепительнее, чем его собственная гора сокровищ.

Гарольд повернул голову: солнце уже показалось из-за горных вершин. Он дернул хвостом:

— Рассвело.

Сыцзинь втянул когти и бросил в ответ:

— Пора на работу.

Освободившись от ограничений, которые накладывал свежий маникюр, два дракона еще вчера вечером заявились в пустошь. Они дрались с глубокой ночи до самого рассвета, но все еще чувствовали легкую неудовлетворенность.

Однако если они опоздают на работу, тот коварный слайм в салоне будет без умолку пищать, крутясь вокруг владелицы. От одной мысли об этой картине драконов бросало в дрожь от ярости.

Впрочем, полет в истинном облике сэкономит немало времени. Драконы вильнули хвостами, взмахнули крыльями и неспешно направились в Изумрудный городок.

Когда Сыцзинь и Гарольд вернулись в маникюрный салон, Лу Яо как раз занималась ногтями Му Синь.

Лу Яо даже не успела погладить ее чешую. Утром, стоило ей открыть дверь салона, она увидела гостью, ожидавшую снаружи вместе с Муму.

— Почувствовала, что время пришло, вот и заглянула, — с улыбкой произнесла Му Синь.

Лу Яо пригласила ее внутрь и поинтересовалась, какой дизайн она предпочитает.

Улыбка на лице Му Синь стала шире. Она покачала головой:

— Я прочитала все книги, что ты подарила. Го — и впрямь невероятно увлекательная игра. Дизайн менять не планирую, но хочу попросить тебя найти для меня еще несколько записей партий.

Оставить прежний дизайн означало то же, что сделали Гарольд и Сыцзинь: превратить обычный маникюр в магический.

Лу Яо кивнула:

— Хорошо. Сначала сделаем магический маникюр, а за записями партий приходите через три дня.

В основе магического маникюра лежал магический массив. Количество и порядок массивов различались для каждого дизайна, поэтому требовался индивидуальный подход.

Дизайн Му Синь не отличался особой сложностью. Набросав черновик, Лу Яо споро принялась за работу.

Примерно через три часа магический маникюр Му Синь был готов.

Внешне он ничем не отличался от оригинала. Сплетенный девушкой магический массив оказался настолько искусным, что выглядел абсолютно естественно — все те же прекрасные, кажущиеся хрупкими блестящие украшения.

Правда, цена превосходила стоимость обычного маникюра в сто раз, но для дракона это были сущие пустяки.

Му Синь поспешно покинула Изумрудный городок и, добравшись до пустынных гор, осторожно приняла свой истинный облик.

От резкого всплеска магической энергии маникюр разлетелся на куски, а приклеенные драгоценные камни осыпались один за другим. Сердце драконицы екнуло.

Однако, как только трансформация завершилась, разрозненные цветные фрагменты стянулись обратно, идеально ровно ложась на когти. Опавшие самоцветы увеличились в размерах и вернулись на свои места в первозданном порядке.

Му Синь долго разглядывала свои лапы. Камни держались не на клее, а фиксировались особым магическим массивом. Теперь они не отвалятся ни в полете, ни в бою.

Исполинский дракон со сверкающими когтями, парящий в небесах, притягивал взгляды сильнее чего бы то ни было на свете.

По пути в драконье гнездо Му Синь повстречала Доминика, выгуливающего на спине маленькую лазурную драконицу Шашу, Фруда — отца маленького красного дракона Цзяцзя, Амоса — старшего брата фиолетового дракончика Анока, а также Филд, несущую домой Тину.

При каждой встрече со знакомыми сородичами их взгляды неизменно скользили по когтям Му Синь, а в глазах драконов вспыхивало неподдельное восхищение.

Разминувшись с ней, Тина прильнула к уху Филд и прошептала:

— Мама, учительница Му Синь наверняка ходила в маникюрный салон.

Взмахи крыльев Филд замедлились.

— Разве тот салон не принадлежит человеку? Как человек может красить когти дракону?

Тина и сама этого не понимала, но была уверена: кроме Лу Яо, никто бы не додумался до подобного.

Малышке очень хотелось взглянуть, но из-за опасений за свой маникюр она не решалась принять драконий облик, а путь от драконьего гнезда до Изумрудного городка в человеческом теле занял бы слишком много времени. Поэтому она попыталась уговорить Филд:

— Мама, давай завтра слетаем и проверим? Вдруг это и впрямь работа владелицы салона?

Жители Изумрудного городка в последнее время только и обсуждали, что поиск ученицы в маникюрный салон Лу Яо. График работы с девяти утра до шести вечера, двухразовое питание, жалование младшей подмастерья — четыре серебряные монеты в месяц. Требования: девушка младше восемнадцати лет, грамотная, трудолюбивая и готовая учиться.

Условия, предложенные Лу Яо, были весьма щедрыми. И хотя у салона была дурная слава, многие заинтересовались.

После выходного, как только салон открылся, люди шли весь день, желая наняться в ученицы.

Увы, большинство явно не подходило под критерии. Сорока-пятидесятилетние тетушки с пеной у рта доказывали, что им семнадцать; неграмотные притворялись умеющими читать; какие-то вздорные девицы устраивали истерики у порога, отказываясь уходить; нашелся даже мужчина, попытавшийся проникнуть внутрь в женском платье. Лу Яо не знала, смеяться ей или плакать.

Ее позиция оставалась непреклонной: ученица — это не простой работник, ее нужно растить с нуля, поэтому требовалась старательная, смышленая девушка с покладистым характером.

К вечеру Лу Яо так и не нашла подходящую кандидатуру.

Проводив взглядом очередную ругающуюся тетку, совравшую о своем возрасте, хозяйка салона начала готовиться к закрытию.

Сыцзинь и Гарольд отлучились еще днем — отправились на поиски редких материалов для Лу Яо.

Поначалу оба дракона ни в какую не соглашались оставлять ее в салоне наедине с Муму. Лишь когда Лу Яо пообещала купить каждому по ящику лапши быстрого приготовления с разными вкусами, они нехотя сдались.

О существовании такой лапши Гарольд узнал из комиксов. Однажды Лу Яо принесла ему несколько упаковок, и он мгновенно к ней пристрастился.

Сыцзинь, увидев, как тот уплетает угощение в салоне, тоже потребовал свою долю.

Лу Яо их прекрасно понимала: кто в детстве не любил заварную лапшу?

Это же настоящее райское наслаждение! Главное, чтобы не со вкусом квашеной капусты.

Теперь в помещении остались только хозяйка и Муму. Лу Яо стояла у дверей, погрузившись в задумчивость, на душе было тревожно.

Изумрудный городок слишком мал. Пожалуй, найти здесь хорошую ученицу будет непросто.

Муму дернул ее за штанину:

— Пи.

Лу Яо опустила взгляд:

— В чем дело?

Слайм отполз вглубь помещения, снял свой крошечный костюмчик и аккуратно его сложил.

Лу Яо потеряла дар речи.

Заметив, что Лу Яо отвела взгляд, Муму снова пискнул, привлекая внимание, а затем на ее глазах раздвоился.

В самом прямом смысле этого слова: один Муму превратился в двух.

Лу Яо вновь лишилась дара речи.

Пока девушка стояла в растерянности, не зная, как на это реагировать, на пороге показался посетитель.

У дверей переминалась молодая девушка с двумя косичками и задорными веснушками на лице. Заметно нервничая, она произнесла:

— М-меня зовут Юджиния, мне шестнадцать лет. Я хочу наняться к вам в ученицы.

Лу Яо тут же приветливо отозвалась:

— Заходи, присаживайся.

Юджиния жила в конце длинной улицы на западной стороне городка. Она была дочерью портного, умела читать и знала простую арифметику.

Девушка успела поработать в городе, недавно вернулась в Изумрудный городок и, услышав о поиске ученицы, решила попытать счастья.

Из всех сегодняшних кандидаток Юджиния лучше всего подходила под требования, и Лу Яо захотелось ее принять.

Вот только новенькая казалась робкой. В салоне обитал монстр — вдруг она испугается?

Лу Яо огляделась, нашла за диваном ушедшего в себя Муму и указала на него Юджинии:

— Этого слайма зовут Муму, он один из сотрудников. Ты его не боишься?

Юджиния посмотрела на сжавшегося в комочек Муму. Слухи о том, что в салоне держат монстра, оказались правдой! Впрочем, если это всего лишь слайм, то бояться нечего.

Вспомнив другие сплетни о хозяйке, Юджиния немного помялась, но все же набралась храбрости и спросила:

— Госпожа, говорят, у вас тут есть драконы. Это правда?

Выражение лица Лу Яо оставалось невозмутимым:

— А, нет, что ты. У меня работают только два очень сильных охранника, но сегодня они по делам ушли.

Юджиния с облегчением выдохнула. Как она и думала, горожане просто болтают ерунду.

— Я не боюсь слаймов. Обещаю, что б-буду с ним ладить.

Лу Яо успокоилась:

— Отлично. Приходи завтра к девяти утра. Перед официальным трудоустройством будет семидневный испытательный срок. Через семь дней, если нас обеих все устроит, подпишем договор.

Юджиния с благодарностью посмотрела на Лу Яо:

— Спасибо вам!

Покинув салон, Юджиния со всех ног помчалась домой.

Мать Юджинии с отрешенным лицом сидела на стуле. Услышав шум у двери, она слабо шевельнулась:

— Юджиния, это ты вернулась?

— Мама, меня взяли! — с радостной улыбкой возвестила девушка, входя в комнату.

Миссис Браун, мать Юджинии, услышав это, не только не расслабилась, но еще сильнее нахмурилась:

— Тебе совсем не страшно? Люди поговаривают, будто тамошняя хозяйка — жуткая темная ведьма, разводящая монстров. Она ищет учениц лишь для того, чтобы заманивать к себе юных дев и скармливать их плоть своим тварям.

Юджиния села напротив миссис Браун и покачала головой:

— Монстр там и правда есть, но это всего лишь слайм, он совершенно безобидный. Мама, хозяйка оказалась очень милой — молодая, приветливая, с ней легко общаться. К тому же она дала мне семь дней испытательного срока. Если я пойму, что справляюсь, тогда и решу остаться. А если что-то пойдет не так, смогу уйти в любой момент.

Миссис Браун хотела было возразить, но Юджиния ее опередила:

— Мама, в Изумрудном городке лучшей работы не сыскать.

Женщина замолчала, хотя тревога никуда не делась.

За сегодня она наслушалась немало баек об этом салоне. Хозяйка принимала только девушек младше восемнадцати, и многие подозревали ее в дурных намерениях.

Однако дочь была права: упустив эту возможность, они больше не найдут в городке столь щедро оплачиваемой работы.

С тех пор как отец Юджинии пострадал в шахте и оказался прикован к постели, жизнь семьи становилась все тяжелее.

Во время работы в городе Юджинию постоянно обижали, из-за чего ей пришлось вернуться, став посмешищем для многих соседей.

Пару дней назад миссис Браун потеряла временную подработку в пекарне. У Юджинии было трое младших братьев и сестер. Если никто не будет зарабатывать, все они просто умрут с голоду.

Убедив мать, Юджиния отправилась в свою комнату подбирать наряд.

Ей очень хотелось остаться в салоне, поэтому в эти семь дней нужно было показать себя с лучшей стороны.

Маленькая красная драконица Тина стояла у дверей маникюрного салона. Задрав голову, она изучала висевшее на двери объявление о найме, и в ее глазах блеснул огонек.

Филд, стоявшая позади, чувствовала себя слегка неловко.

После вчерашней встречи с Му Синь она изо всех сил пыталась изобразить равнодушие, но в итоге прилетела с Тиной еще до рассвета. Они прождали два часа, а салон так и не открылся.

Спустя какое-то время с другого конца длинной улицы медленно приполз синий слайм, облаченный во фрак.

Филд нахмурилась:

— Откуда здесь взялся слайм?

Муму почтительно кивнул драконице и писклявым, милым голоском произнес:

— Здравствуйте, я Муму, сотрудник маникюрного салона.

Филд опешила. Подумать только, человек нанял такого низшего монстра, как слайм, в качестве работника!

Да и само по себе то, что представитель человеческой расы нанял монстра, было весьма странно.

К тому же, с каких пор слаймы умеют разговаривать?

Примерно через четверть часа со стороны площади с фонтаном показались Сыцзинь и Гарольд, без умолку препиравшиеся на ходу.

Они вернулись с помощью свитка телепортации, волоча за собой огромные мешки с материалами для Лу Яо.

Филд первой обратила внимание на их сверкающие когти.

В лучах восходящего солнца драгоценные камни на пальцах драконов, мерно покачивающих руками в такт шагам, вспыхивали ослепительными искрами.

Гарольд и Сыцзинь, в свою очередь, заметили Филд с дочерью. Прервав спор, они остановились у входа в салон.

Тина, увидев их и тут же уставившись на ногти, первой нарушила молчание:

— Гарольд, ты переделал маникюр?

Дизайн остался прежним, даже расположение камней в точности повторяло оригинал, но от ногтей исходила невероятно сложная магическая аура.

Гарольд с надменным видом покрутил рукой в воздухе:

— Лу Яо все переделала. Теперь маникюр не разобьется даже при резком всплеске маны.

«Я так и знала», — подумала Тина. Владелица салона уже нашла способ красить когти драконам в истинном облике!

— Вы так рано пришли, чтобы снова сменить дизайн? — поинтересовалась малышка. С тех пор как она ушла отсюда в прошлый раз, у нее не было возможности выбраться, поэтому она еще не знала, что эти два дракона устроились сюда работать.

Гарольд покачал головой:

— Нет, мы пришли на работу.

Тина глубоко задумалась.

Филд, услышав это, перевела взгляд со слайма на земле на двух стоящих поодаль драконов и испытала невыразимое чувство неловкости.

Драконы работают вместе со слаймом — что за трагедия века?!

В этот момент дверь открылась изнутри. Увидев столпившихся на пороге сотрудников, Лу Яо удивленно спросила:

— Почему вы все сегодня так рано?

Тина первой шагнула к девушке:

— Госпожа, я пришла за драконьим маникюром.

Драконий маникюр?

Что за странное название?

Лу Яо отступила в сторону:

— Проходите внутрь.

Заметив у входа даму в красном платье, чьи черты лица неуловимо напоминали Тину, Лу Яо догадалась, что это ее мать. Она вежливо предложила:

— Создание магического маникюра занимает много времени. Если не возражаете, присаживайтесь внутри.

— Угу, — Филд слегка вздернула подбородок и переступила порог.

Накануне вечером Лу Яо немного переделала планировку салона, добавив в лабораторию два новых помещения: комнату отдыха и прозрачный зал специально для клиентов, пришедших за магическим маникюром.

Тину и Филд проводили в этот специализированный зал ожидания при лаборатории.

Тем временем Гарольд и Сыцзинь передали Лу Яо собранные материалы. В их круглых глазах читалось нетерпеливое ожидание.

Сами того не замечая, в этот момент они до смешного походили на Муму.

Забрав мешки, Лу Яо указала на черную дверь:

— Я обустроила там комнату отдыха. Ваша лапша — по ящику на брата — уже внутри. Даю вам полдня выходного.

На лицах драконов отразился неподдельный восторг. Прихватив материалы, они поспешно скрылись за дверью.

Когда пришла Юджиния, Лу Яо как раз собиралась заняться маникюром для новых клиенток.

— Госпожа, простите, я немного опоздала! — смущенно воскликнула девушка, вбегая в салон.

Утром все соседи узнали, куда она направляется, и столпились у ее дома, отговаривая от этой затеи. Юджинии стоило немалых трудов вырваться.

Лу Яо подозвала слайма и сказала новенькой:

— Сейчас я буду занята с клиентами, а ты пока поучись у Муму повседневным обязанностям. Он у нас очень способный, умеет делать абсолютно все. Я подойду к тебе попозже.

Вчера вечером, не дождавшись похвалы за свой трюк с «раздвоением», Муму всю ночь просидел в унынии.

Но теперь, услышав комплимент от хозяйки, он мгновенно воспрял духом:

— Пи-пи!

Уж он-то обязательно обучит эту новенькую как следует!

Оставив растерянную Юджинию на попечение слайма, Лу Яо вернулась в лабораторию.

— Прошу прощения за ожидание.

Филд поспешно отложила планшет и, напустив на себя ледяной вид, произнесла:

— Действительно, долго. Приступайте.

Тина не собиралась менять дизайн, ей тоже нужен был апгрейд до магического маникюра.

Ее «огненный» маникюр оказался не слишком сложным. Потратив сорок минут на расчет схемы массивов, Лу Яо принялась за работу.

Для ученицы магия была пока недосягаема, поэтому Лу Яо не планировала подпускать Юджинию к таким задачам.

Филд неотрывно следила за Лу Яо оценивающим взглядом. Но когда мастерица начала поочередно использовать магию Тьмы и Света для плетения массива, в глазах драконицы мелькнуло изумление.

Неудивительно, что этот человек берется за маникюр для драконов. Ее способы управления маной поразительны!

Через два часа ногти Тины были готовы.

Не в силах дотерпеть до возвращения в пустошь, она тут же направила поток маны в руку, превратив ее в драконью лапу. Кожа покрылась красной чешуей, а когти почернели.

Под давлением магической энергии свежее покрытие пошло трещинами, но затем медленно восстановилось. Красный огненный узор плотно прилегал к когтям, переливаясь слабым светом при каждом движении.

Глаза Тины сияли от восторга:

— Госпожа, вы просто невероятны! При трансформации маникюр действительно не разрушается!

Филд не сводила глаз с лапы дочери. Когти покрывал переплетающийся золотисто-красный огненный узор. Мягкие световые блики, то вспыхивающие, то затухающие на фоне черного кератина, выглядели невероятно красиво и властно.

— Может, и мне попробовать? — рассеянно пробормотала она.

И только заметив, как Тина плотно сжала губы, драконица поняла, что сказала это вслух. Стало немного неловко, но желание было слишком велико.

Лу Яо ничуть не удивилась:

— У вас уже есть на примете какой-то дизайн?

Раз уж решение принято, Филд отбросила стеснение. Достав сундук с сокровищами и пододвинув его к мастеру, она заявила:

— Ювелирный маникюр с огненным узором. Требую использовать все камни из этого сундука.

Посмотрев на ногти Тины, она решила, что в человеческом обличье они смотрятся изящно, а вот на драконьей лапе камней маловато — не хватает роскоши и блеска.

Вкусы Филд были весьма традиционны. Тонким, замысловатым узорам она предпочитала грубое, прямолинейное нагромождение сокровищ. Чем ярче и богаче, тем больше удовольствия!

Лу Яо ухватилась за края сундука, чтобы высыпать камни, но тот оказался до одури тяжелым — не сдвинуть с места.

Она даже встала, но так и не смогла его поднять:

— Эти камни... такие тяжелые.

— Это красный кристалл Боси, который я добыла из самых недр магмы, — пояснила Филд. — В нем заключена мощная магия стихии Огня. В сундуке нет и двухсот пятидесяти килограммов. Разве это тяжело?

Лу Яо в очередной раз потеряла дар речи.

Нет и двухсот пятидесяти килограммов...

И такую тяжесть она собирается повесить на когти?

Насколько же драконы помешаны на всем блестящем?

Мысленно вздохнув, Лу Яо наложила на красные кристаллы Боси заклинание облегчения веса и только после этого смогла приступить к работе.

Спустя четыре часа Филд с Тиной покинули салон.

По пути в драконье гнездо Тина то и дело косилась на лапы матери.

На черных когтях Филд красные кристаллы Боси перемежались с крупным круглым жемчугом. В зазорах между камнями змеились узоры, похожие на золотистые ручейки. При малейшем движении лапы эти линии словно оживали: струились, как настоящая вода, переливаясь светом и тенью, и ослепительно сияли.

Но легкую зависть у маленькой красной драконицы вызывали бледно-серебристые блики на самых кончиках когтей.

Пока Филд оставалась в человеческом облике, это были лишь едва заметные тонкие серебряные полоски на кончиках ногтей. Но стоило ей превратиться в дракона, как серебро вспыхивало на остриях когтей крестообразным свечением, словно застывшие звезды.

В полете Филд то и дело бросала на свои лапы якобы случайные взгляды.

Больше всего ей нравился этот крохотный штрих — Свет Звёзд, капелькой застывший на самых кончиках. Он нисколько не затмевал сияние красного кристалла Боси, но придавал дизайну неповторимую изюминку.

Почувствовав, в каком приподнятом настроении пребывает мать, Тина вспомнила об объявлении на дверях маникюрного салона, и в ее голове начала зарождаться одна мысль.

В небе над Изумрудным городком встретились два исполина: лазурный дракон Доминик и фиолетовый дракон Амос.

— Кажется, мы в последнее время часто пересекаемся, — заметил Амос.

Доминик, сохранявший в драконьем облике подобающую величественность, на полном серьезе ответил:

— На юге вот-вот проснется пара вулканов. Думаю наведаться туда, добыть немного красного кристалла Боси.

Амос слегка удивился тому, что Доминик вообще стал объяснять, куда направляется.

Усмехнувшись, он сказал:

— На озере Цуйи скоро сойдет лед. Я тоже собирался слетать туда, поднять со дна Пятицветный камень.

Обменявшись еще парой лицемерных любезностей, драконы разлетелись в разные стороны.

Полчаса спустя направлявшийся на юг Доминик и летевший к озеру Цуйи Амос нос к носу столкнулись перед дверями маникюрного салона в Изумрудном городке.

Амос красноречиво промолчал.

Доминику тоже было нечего сказать.

Тем временем на площади с фонтаном из телепортационного массива вышли две девушки в форме магической академии.

Светловолосая растерянно огляделась по сторонам:

— Одри, ты уверена, что тот салон находится именно в этом городишке?

Одри кивнула:

— Моя кузина ясно сказала: Изумрудный городок, восточная часть. Восток — это туда! Пойдем, кажется, я уже вижу их вывеску.

Амос и Доминик неловко переглядывались, и ни один не решался первым переступить порог.

Две студентки магической академии подбежали к зданию, протиснулись прямо между остолбеневшими драконами, ввалились в салон и громко заявили:

— Госпожа, мы хотим сделать маникюр!

Амос лишь оторопело хлопал глазами.

Доминик тоже стоял как вкопанный.

Фруд вышел из маникюрного салона, ведя за собой Цзяцзя. Увернувшись от двух вечно спешащих студентов магической академии, он заметил застывших в дверях Доминика и Амоса. На красивом лице красного дракона появилась легкая улыбка:

— Вы тоже пришли.

Доминик и Амос пробрались в салон тайком. Им казалось, что они уже пережили самый неловкий и позорный момент за всю свою драконью жизнь, но кто же знал, что они тут же столкнутся со знакомым. Лица обоих ящеров в этот миг окончательно окаменели.

Хотя Фруд и принадлежал к племени огненных драконов, нрав у него был на редкость миролюбивый — совсем не чета заносчивым Доминику и Амосу, вечно пекущимся о своем статусе.

Заметив побледневшие лица соплеменников, он добродушно пояснил:

— Я привел Цзяцзя на маникюр, решил сменить дизайн на магический. Хозяйка делает только три магических маникюра в день. Я записался на завтра, придем вместе с Сесилом. Если вы тоже хотите, лучше записывайтесь прямо сейчас. На завтра осталось только одно место, иначе придется ждать до послезавтра.

Осталось только одно место?

Как известно, то, что достается с боем, всегда кажется самым желанным.

И пусть запись на послезавтра означала лишь один лишний день ожидания, уступать конкурентам никому не хотелось.

Гордые драконы, вмиг забыв о недавней неловкости, тут же рванули с места.

Одри и Цюнбэй появились как нельзя вовремя. Лу Яо только-только закончила с огненными драконами — отцом и сыном, так что у нее как раз оставалось время сделать два обычных маникюра, а заодно и немного натаскать Юджинию.

Обе девушки учились в Королевской академии магии. Одри, приехав домой на каникулы, встретилась со своей кузиной, которая заглянула к ним в гости.

Она с первого же взгляда заметила, что ногти родственницы выглядят не так, как обычно: нежно-розовые, глянцевые и невероятно милые. На них красовались крохотные белые цветочки, а сам результат в корне отличался от грубого окрашивания соком Туманного дерева.

Расспросив кузину, она узнала о существовании маникюрного салона Лу Яо. Вернувшись в академию, девушка едва дождалась возможности вытащить туда свою лучшую подругу.

Цюнбэй по праву считалась главной отличницей Королевской академии магии. Обычно она сутками пропадала то в библиотеке, то в лаборатории зельеварения, почти не тратя время на пустяки.

И если бы Одри не капала ей на мозги три дня подряд, мешая сосредоточиться на учебе, она бы ни за что не согласилась потащиться в такую глушь ради какого-то там маникюра.

На путь в Изумрудный городок ушел высокоуровневый свиток телепортации, а на дорогу обратно потребуется еще один. У Цюнбэй от одной только мысли об этих тратах сердце кровью обливалось.

Студентка мысленно дала себе зарок: она приехала сюда исключительно за компанию с Одри. В крайнем случае, сделает самую дешевую процедуру просто ради интереса, но ни за что не станет спускать деньги на подобную ерунду.

Все эти дни Одри только и делала, что щебетала о том, до чего же красив этот маникюр, так что у Цюнбэй уже сложилось определенное представление об этой услуге: обычная покраска ногтей.

Муму проводил девушек к дивану и побежал наливать чай.

Цюнбэй тайком ткнула Одри в бок:

— Почему нас встречает слайм? Ты уверена, что с этим местом все в порядке?

Одри об этом тоже не предупреждали, но она отличалась завидной беспечностью и ничуть не смутилась:

— Он еще и в одежде! По-моему, это просто очаровательно.

— …Разве я об этом спрашивала? — вздохнула Цюнбэй.

Тем временем Лу Яо беседовала с Юджинией, объясняя ей обязанности ученицы.

Помимо помощи Муму с уборкой и встречей посетителей, девушке предстояло освоить уход за ногтями, научиться наносить рисунки и уделять немало времени практике.

Чтобы не заставлять клиенток долго ждать, Лу Яо вкратце обрисовала задачи и подошла к ним.

Юджиния оказалась девушкой сообразительной и покорно проследовала за хозяйкой.

Лу Яо протянула им планшет:

— Вот варианты дизайнов, которые мы можем вам предложить. Посмотрите пока, а кто определится первой — с той и начнем.

Одри и Цюнбэй взяли устройство, а Муму принялся объяснять, как им пользоваться. Его милый, по-детски звонкий мальчишеский голосок совершенно не вязался с образом грубого и глупого монстра, пока маленькие полупрозрачные голубые лапки ловко скользили по экрану.

Зачарованы были не только клиентки — даже Юджиния застыла в изумлении.

Весь этот день Лу Яо принимала клиентов из клана драконов, практически не выходя из лаборатории.

Юджиния же всё это время училась у Муму встречать посетителей и поддерживать чистоту в салоне. Слайм не раз упоминал маникюр, но сейчас, впервые увидев картинки, девушка не могла оторвать от них глаз.

Закончив объяснения, Муму смахнул изображение наверх, вернулся к первой картинке, открыл ее и тихонько отошел в сторонку.

Увидев, что обычный уход за ногтями на первой картинке стоит целых восемьдесят восемь медных монет, Цюнбэй ахнула про себя.

«Ногти выглядят так, будто с ними вообще ничего не делали, а просят за это восемьдесят восемь медяков! Уж не к мошенникам ли мы угодили?»

Одри же, успев мельком приметить несколько симпатичных вариантов, на первую картинку даже внимания не обратила и тут же перелистнула дальше.

А вот Цюнбэй пугалась всё сильнее. Оказалось, что уход за ногтями — это самая дешевая услуга в прейскуранте. Любой дизайн с хотя бы крохотным узором обошелся бы уже в сто восемьдесят восемь медных монет, и чем дальше они листали, тем безумнее становились цифры.

В этот момент в салон стремительно вошли Доминик и Амос.

Они почти синхронно подошли к столу и, безошибочно узнав Лу Яо, хором выпалили:

— Хозяйка, я хочу записаться на магический маникюр!

Лу Яо слегка опешила:

— Хорошо.

Доминик и Амос обменялись ледяными взглядами. Взрослые драконы всё-таки умели держать себя в руках, поэтому ограничились лишь безмолвной дуэлью глаз, не устраивая скандала.

Цюнбэй и Одри, подавленные их тяжелой аурой, изумленно переглянулись: надо же, мужчины — и пришли записываться на маникюр!

И потом, что еще за магический маникюр?

Лу Яо достала из ящика блокнот и записала номер:

— На завтра всё занято. В какое время вам будет удобно подойти послезавтра?

Доминик слегка потерял лицо:

— Как это занято? Разве вы не принимаете по три клиента в день?

Амос тоже требовательно уставился на хозяйку.

Лу Яо утвердительно кивнула:

— Именно так. Сегодня в полдень одна леди уже заняла последнее место.

Лишившись предмета спора — ведь оба записывались на один и тот же день, — драконы перестали бороться за первенство.

Доминик записался на утро, а Амос — на вторую половину дня.

Записав данные, Лу Яо будничным тоном добавила:

— Залог за бронирование магического маникюра составляет двести золотых монет.

Оба ящера были уже взрослыми, каждый владел не одной горой сокровищ, так что какие-то двести золотых для них ровным счетом ничего не значили.

А вот Одри и Цюнбэй от удивления аж рты разинули. Они спешно уткнулись в планшет, проверяя прейскурант: цены на большинство дизайнов не превышали пяти серебряных монет, а самая дорогая услуга стоила не больше пяти золотых.

«Так что же это за маникюр такой, за который просят двести золотых?!»

Цюнбэй, еще минуту назад считавшая местные расценки грабительскими и подозревавшая хозяев в мошенничестве, окончательно лишилась дара речи.

Юджиния была потрясена ничуть не меньше.

Раньше, работая в городе самой дешевой прислугой, она вставала ни свет ни заря, трудилась до глубокой ночи, выполняя тяжелую черную работу, и получала за это всего одну серебряную монету в месяц.

А здесь, в маникюрном салоне, от нее требовалось лишь встречать посетителей да поддерживать чистоту, при этом она могла учиться ремеслу у самой хозяйки, получая жалованье в четыре серебряных монеты!

Все это время Юджинию не покидала смутная тревога. Вспоминая предостережения матери и соседей, она то и дело порывалась сбежать куда глаза глядят.

Но теперь на нее снизошло озарение: щедрое жалованье хозяйки не таило в себе никакого подвоха. Лу Яо просто искренне хотела взять хорошую ученицу.

Девушка твердо решила беспрекословно выполнять все указания хозяйки, чтобы во что бы то ни стало закрепиться на этом месте.

Когда клиенты-драконы, внеся залог, покинули заведение, Лу Яо повернулась к девушкам.

— Выбрали что-нибудь подходящее? — мягко поинтересовалась она.

Одри тут же подняла руку и указала на экран:

— Мне нравится вот этот дизайн. А можно заменить котенка на моего фамильяра? Я держу одэйского хомячка.

Внимательно выслушав, как Одри описывает своего любимца, Лу Яо принялась за работу.

Первым делом следовало подпилить ногти. Прежде чем приступить к процедуре, она многозначительно взглянула на Юджинию.

Девушка понятливо кивнула и впилась в нее горящим взглядом, готовясь впитывать новые знания. Муму тоже незаметно протиснулся поближе.

Одри выбрала очаровательный дизайн с нежно-вишневым градиентом и прозрачными стразами в форме сердечек. На двух пальцах красовались соединенные друг с другом рисунки игривых котят — идеальный вариант для ее возраста.

Лу Яо мастерски заменила котят на одэйского хомячка, намеренно сделав его чуть более округлым. Пушистый зверек, похожий на белоснежный комочек шерсти, уютно свернулся на кончике ногтя, а на макушку ему упал нежно-розовый лепесток. Рисунок получился невероятно милым и выразительным.

Поначалу Юджиния искренне пыталась вникать в процесс, намереваясь как можно скорее перенять технику хозяйки, но постепенно совершенно забыла об учебе.

Это было слишком красиво.

Пространство для творчества ограничивалось крохотным ногтем, но под кистью Лу Яо он превращался в безграничный холст, на котором она творила чудеса. Всего пара легких штрихов — и вот уже готов поразительный пейзаж, бьющий в самое сердце любой девушки.

Юджинию захлестнули эмоции. Неужели в будущем она сможет работать так же?

Какое же это счастье!

Лу Яо вытащила стопку коробочек с крошечными стразами, на мгновение ощутив приступ ностальгии по прошлой жизни.

В последнее время она то и дело имела дело с настоящими драгоценными камнями и так давно не использовала обычные стекляшки, что при виде их на нее нахлынуло забытое, но до боли знакомое чувство.

Ослепленная блеском стразов, Одри выбрала больше десятка украшений и потребовала, чтобы Лу Яо наклеила их все.

Вышло явно с перебором, так что мастеру пришлось мягко отговорить клиентку и убрать ровно половину.

Повседневный маникюр не терпел излишней вычурности — иначе он смотрелся бы вульгарно. Во всем нужно знать меру.

Заметив, как Лу Яо осадила вошедшую в раж Одри, Цюнбэй тайком вздохнула с облегчением.

Она, наконец, тоже определилась с дизайном. Им оказался тот самый «Румянец», который в свое время выбрал эльф.

Вот только трава Бой ей не нравилась, поэтому она попросила нарисовать ночной колокольчик — лекарственную траву с белыми цветками-колокольчиками, которая отлично успокаивала нервы и помогала сосредоточиться.

Этот вариант стоил двести восемьдесят восемь медных монет, что значительно превышало скромный бюджет студентки, но устоять было совершенно невозможно.

«В конце концов, раз уж я решилась на это, лучше немного доплатить и сделать то, что действительно по душе, чем брать дешевку, которая мне даже не нравится», — рассудила она.

Цюнбэй пустилась во все тяжкие, чем немало удивила даже саму Одри.

Лу Яо мельком взглянула на картинку, подтвердила, что справится с заказом, и принялась наносить финальное покрытие на ногти Одри.

Из-под кисти мастера умело выскользнул магический массив. В глазах Цюнбэй промелькнуло удивление:

— Вы маг света?

Лу Яо кивнула.

Одри тоже обомлела: в этой захудалой дыре — и вдруг работает маг света!

Анни и мадам Сид прожили в Изумрудном городке некоторое время. Мадам Сид отбыла еще пару дней назад, а сегодня в Оунодун собиралась вернуться и сама Анни.

Перед отъездом она решила еще раз повидаться с Лу Яо.

Едва переступив порог маникюрного салона, Анни резко остановилась — внутри находились две девушки в до боли знакомой академической форме.

Одри, которой как раз закончили делать маникюр, поднялась, чтобы уступить место подруге. Подняв голову, она столкнулась взглядом с новоприбывшей. Не веря своим глазам, студентка потерла веки и изумленно воскликнула:

— Анни Сидливис?! Что ты здесь делаешь?

Услышав знакомое имя, Цюнбэй резко обернулась:

— Анни, это и вправду ты!

— Вы что здесь забыли? — Лицо Анни помрачнело, и она тотчас же развернулась, собираясь уйти.

Одри, Цюнбэй и Анни учились на одном курсе, при этом Цюнбэй и Анни были еще и одногруппницами.

Эту парочку в стенах Королевской академии магии негласно прозвали гениальными близняшками. Вот только одна брала упорным трудом, а другая — выдающимся природным даром.

Одри дружила с Цюнбэй с самого детства и часто слышала от нее об Анни, хотя лично с ней никогда тесно не общалась.

Одри преградила Анни путь:

— Хелена Кинклай с ног сбилась, разыскивая тебя. Почему ты не возвращаешься в академию?

— Разыскивает меня? — Глаза Анни расширились, и она едва не рассмеялась от злости.

Одри закивала:

— Еще как разыскивает! Она во всеуслышание заявила, что разобьет тебя в пух и прах на торжестве в честь столетия академии и заберет себе орден Серебряная роза.

«Она? Меня?»

Анни хотела было презрительно фыркнуть, но в голове внезапно промелькнула странная мысль.

Хелена уже получила Зелана. Сама Анни, как та и хотела, покинула академию. Так к чему теперь эти громкие заявления?

Очередная ловушка?

Цюнбэй, напрочь забыв о маникюре, подошла к бывшей сопернице:

— Ты и правда не собираешься возвращаться?

Анни промолчала.

В глазах отличницы мелькнуло разочарование:

— Все вокруг твердят, что ты — самородок, но я-то знаю, что твое упорство ничуть не уступает твоему дару. Ты талантлива, трудолюбива и сильна. Тебя ждало великое будущее! Да кто такой этот Зелан Руи?! Разве он стоит того, чтобы вот так спускать свою жизнь в сточную канаву?

У Анни на душе скребли кошки, но она не могла вымолвить ни слова. В конце концов, так ничего и не ответив, она оттолкнула Цюнбэй с дороги и выбежала на улицу.

Атмосфера в салоне стала гнетущей. Цюнбэй постояла в оцепенении, а затем повернулась к Лу Яо с виноватым видом:

— Прошу прощения, хозяйка. У меня совершенно пропало настроение. Я сейчас оплачу заказ, а сделаем как-нибудь в другой раз.

Лу Яо хотела было сказать, что раз нет настроения, то процедуру можно отменить, а поскольку они еще даже не начинали, то и платить не за что. Однако Цюнбэй просто бросила на стол кошелек и выскочила за дверь.

Одри торопливо расплатилась и, подхватив брошенный подругой кошелек, бросилась вдогонку.

Шумный салон в одно мгновение погрузился в тишину. Перемена оказалась настолько резкой, что Муму и Юджиния застыли в полной растерянности. Тем временем Гарольд и Сыцзинь распахнули черную дверь и вышли из лаборатории.

— Лу Яо, не пора ли перекусить? — хриплым со сна голосом протянул Гарольд.

Лу Яо поднялась с места:

— Да, подождите немного. Я схожу за едой.

Входная дверь распахнулась и тут же захлопнулась. Зрачки Юджинии сузились от удивления.

«Показалось?»

Ей почудилось, что за порогом была вовсе не улочка Изумрудного городка.

Сыцзинь и Гарольд, которые еще не были знакомы с Юджинией, по-хозяйски развалились на диване. Не удосужившись даже поздороваться с девушкой, они уставились на Муму с немым вопросом: «А это еще кто?»

Слайм хлопнул своими огромными влажными глазами и донельзя вежливо и невинно пискнул:

— Цзи?

— … — только и смог выдавить Гарольд.

Одри и Цюнбэй, воспользовавшись свитком телепортации, перенеслись в столицу Империи, город Брайбис, после чего взяли экипаж на площади и поехали в академию.

Выйдя из экипажа у ворот, они вдруг замерли: от главного входа и вглубь территории тянулась роскошная красная ковровая дорожка. Сам верховный ректор в компании всего преподавательского состава стоял у распахнутых створок, явно поджидая какую-то очень важную персону.

Цюнбэй, чье настроение по-прежнему оставляло желать лучшего, направилась было к боковому входу, но Одри потянула ее за рукав и заговорщицки зашептала:

— У меня такое предчувствие, что ректор и наставники встречают господина Карлоса!

Цюнбэй недоверчиво нахмурилась:

— С чего ты взяла? Господин Карлос так занят! Зачем ему в такое время посещать академию?

Карлос — первый великий маг света в Империи, а по совместительству еще и Верховный жрец — в свое время и сам окончил Королевскую академию магии.

Одри понизила голос до таинственного полушепота:

— На носу столетие академии. Единственный человек, ради которого весь преподавательский состав выстроится по стойке смирно — не считая, конечно, самого императора, — это господин Карлос.

Пока они перешептывались, к воротам академии неспешно подъехала и плавно остановилась невероятно роскошная красная карета.

Студентки поспешно юркнули за каменную статую неподалеку от главного входа и осторожно выглянули из укрытия.

Дверца экипажа отворилась, и слуги с благоговением выстроились по обе стороны от нее.

Молодой человек с копной серебряных волос, опираясь на посох, величественно сошел на землю.

На нем была ослепительно-белая с серебряным отливом мантия, богато расшитая золотом. Роскошные серебристые волосы ниспадали до самой поясницы, перехваченные на затылке простой золотой лентой.

Странным было лишь то, что его глаза оставались плотно закрытыми — даже покинув экипаж, он так их и не открыл.

Впрочем, на его походке это никак не сказывалось — он ступал твердо и уверенно. Когда верховный ректор шагнул вперед, чтобы поприветствовать гостя, тот вовремя остановился, словно обладал каким-то особым чутьем.

Преподаватели с почестями проводили юношу внутрь. Когда даже его силуэт скрылся из виду, Одри все еще продолжала вытягивать шею, не в силах оторвать взгляд от опустевшего двора. В ее глазах и голосе читался дикий восторг:

— Ну что, я же говорила! Это господин Карлос. Воистину Серебряная роза Империи! Он настолько прекрасен, что я даже дышать боюсь!

Цюнбэй тоже застыла в оцепенении. Из-за приличного расстояния они, по правде говоря, так толком и не разглядели лица Верховного жреца.

К тому же его глаза оставались плотно сомкнутыми. И все же аура, исходившая от него, подобно теплому святому свету, была настолько мягкой и умиротворяющей, что вызывала непреодолимое желание довериться ему без остатка.

Лу Яо сказала, что пошла за едой, но на самом деле отправилась за порциями в свою закусочную.

Цюань Шэнцзюй и Мо Чэн по очереди готовили еду для персонала. Когда у Лу Яо выдавалось время, днем и вечером она заходила к ним, чтобы забрать обеды для маникюрного салона. Сначала она брала порцию только на одного, потом — на троих, четверых, а теперь к ним добавилась еще и Юджиния.

Лу Яо несла пять порций еды в контейнерах, а суп поместила в Хранилище, чтобы достать его уже в самом салоне.

Сегодня в обед девушка была слишком занята и никуда не выходила. Еду купила Юджиния в уличной палатке, и вкус оставлял желать лучшего.

Ингредиенты в этом мире, по правде говоря, были весьма неплохи. Особенно это касалось мяса некоторых магических зверей, которое отличалось нежностью и сочностью. Оно не требовало сложной кулинарной обработки и само по себе было невероятно вкусным. В закусочной такие блюда получали множество восторженных отзывов.

Возможно, Изумрудный городок был просто слишком беден, но еда в местных уличных лавках оказалась весьма посредственной, совершенно не раскрывая достоинств продуктов.

Юджиния сидела в углу, обнимая свой ужин. В ее контейнере лежала порция риса, жареное мясо магического зверя с зеленым перцем, мапо тофу и салат из нарезанной соломкой картошки. Отдельно в пиале подавался овощной суп с кусочками нежного мяса.

Основной пищей на Континенте Александрия был хлеб. Юджиния впервые в жизни видела рис. Попробовав немного, она нашла его пресным и непривычным, но промолчала.

В соседнем отсеке лежало жареное мясо с зеленым перцем. И перец, и мясо магического зверя были ей знакомы.

Вот только мясо стоило недешево, и в ее семье его ели редко, обычно обходясь простой свининой или говядиной. А вот зеленый перец они часто покупали для тушения.

Однако такого сочетания продуктов она еще не встречала. Девушка наколола на вилку кусочек мяса и отправила в рот. Оно оказалось упругим, нежным, сочным и невероятно ароматным — совершенно не похожим на то, что она ела раньше.

Юджиния нанизала на вилку перец вместе с мясом и уже собиралась съесть, как вдруг ее осенило: она положила кусочки на рис и отправила в рот все вместе. Пожевав немного, девушка радостно округлила глаза — так-то оно лучше!

Рис, как и их местный хлеб, служил гарниром. Сам по себе пресный, в сочетании с другими блюдами он становился невероятно вкусным.

Покончив с мясом, Юджиния перевела взгляд на блестящий от масла, источающий дивный аромат мапо тофу.

Этого блюда она тоже никогда прежде не видела. Запах казался немного резким и острым, но во рту против воли начала скапливаться слюна.

Отложив вилку, она взяла ложку и зачерпнула немного густого, переливающегося соуса. Несмотря на резкий запах, на вкус он оказался лишь слегка пряным и острым. Соус приятно пощипывал язык, раскрываясь насыщенным и совершенно необычным букетом специй.

Заметив ее осторожность, Лу Яо пояснила:

— Я попросила повара положить поменьше перца и пряностей, боялась, что вам будет непривычно.

Хотя Юджиния не совсем поняла, что значит «поменьше перца и пряностей», она была тронута такой заботой. Смущенно поджав губы, девушка по какому-то наитию зачерпнула ложку мапо тофу, вылила поверх риса, перемешала и отправила в рот щедрую порцию.

Ее глаза слегка расширились. Тофу был мягким и нежным, соус — густым, а его глубокий, сложный аромат пропитал каждое рисовое зернышко. При тщательном пережевывании ощущались вкрапления мясного фарша, а легкая острота так приятно дразнила вкусовые рецепторы, что девушка уплетала ложку за ложкой, не в силах остановиться.

Когда рис с соусом стал казаться слишком сытным, она попробовала салат из картофельной соломки — его кисловатый освежающий вкус тут же снял ощущение тяжести. Юджиния лишилась дара речи: кто бы мог подумать, что картошку можно приготовить так! Хрустящая, с легкой кислинкой и остринкой, оставляющая едва уловимое сладковатое послевкусие... Это было божественно вкусно.

Съев всю порцию без остатка, Юджиния почувствовала, что живот вот-вот лопнет, и тут же осознала, что напрочь забыла про суп.

В нее уже ничего не лезло, но любопытство взяло верх.

Не удержавшись, она взяла пиалу обеими руками и сделала глоток, полуприкрыв глаза. Свежий вкус овощей полностью растворился в бульоне. Легкий, но при этом удивительно сытный, он словно успокоил усталое тело и разум Юджинии. Теплый поток нежно скользнул внутрь, заполняя малейшие пустоты в желудке. Девушка испытала абсолютное блаженство.

Гарольд и Сыцзинь, впервые попробовав еду из закусочной, отреагировали примерно так же, как Юджиния, но теперь уже привыкли.

Впрочем, аппетит у драконов был куда больше человеческого, так что им достались огромные порции.

За едой Лу Яо представила двух драконов и Юджинию друг другу.

Гарольд и Сыцзинь не особо жаловали обычных представителей человеческой расы, но вели себя сдержанно.

Юджиния знала, что эти двое — те самые грозные охранники, о которых упоминала Лу Яо, поэтому была весьма осторожна в словах и поступках.

Муму сидел рядом и преважно кушал.

Лу Яо часто задавалась вопросом: когда слайм ест, пища просто плавает у него внутри? Но так как Муму был одет, разглядеть это не удавалось.

Заметив взгляд хозяйки, Муму задрал голову и послушно пискнул:

— Джи!

Лу Яо не удержалась и спросила:

— Вкусно?

Муму кивнул:

— Джи!

Гарольд, сидевший поблизости, безжалостно разрушил идиллию:

— У слаймов нет вкусовых рецепторов. Откуда ему знать, вкусно это или нет?

Этот мелкий монстр просто дурачит тебя.

Лу Яо перевела взгляд на Муму:

— Это правда?

Быть слаймом — какая-то трагедия! Мало того, что они слабые и не умеют говорить, так еще и вкуса не чувствуют.

Муму склонил голову набок. Его большие глаза наполнились невинностью. Он непонимающе пискнул, глядя на Лу Яо, затем опустил голову, съел еще одну ложку риса и радостно издал очередное:

— Джи!

Сердце Лу Яо тут же растаяло:

— Муму такой милый и такой сильный духом!

Слайм захлопал глазками с самым послушным видом:

— Джи.

— … — Гарольд не нашел слов.

Сыцзинь тихо обронил:

— Идиот.

После ужина маникюрный салон закрылся.

Сотрудники попрощались у дверей и разошлись в разные стороны.

Юджиния, напевая себе под нос, вернулась домой на Западную улицу, где висела вывеска «Ателье миссис Браун». Миссис Браун потеряла временную подработку в кондитерской и теперь перебивалась лишь мелкими заказами на починку одежды.

Однако городок был бедным, большинство женщин и сами умели шить, так что дела в ателье шли неважно.

Услышав, что дочь вернулась, миссис Браун тут же вскочила. Ее глаза были полны тревоги:

— Юджиния, ну как, работа прошла гладко?

Лицо Юджинии озарила улыбка:

— Очень гладко.

Миссис Браун не поверила:

— Правда? Не обманывай меня.

Утром, когда Юджиния ушла, соседи снова обступили миссис Браун и наговорили ей всякого. Особенно старалась хозяйка фруктовой лавки, расположенной по соседству с маникюрным салоном — она рассказала кучу небылиц о странностях этого места.

Миссис Браун весь день просидела как на иголках, до смерти боясь, что с дочерью что-то случится. В обед она несколько раз ходила к салону, но так и не решилась зайти внутрь, поэтому ничего не увидела.

Тон Юджинии был твердым, без тени сомнений:

— Правда. Хозяйка очень добрая, работа не тяжелая, а еда просто восхитительная. Мама, пожалуйста, перестань волноваться. Я буду учиться в этом салоне, чтобы в будущем стать мастером маникюра.

—

Закрыв двери, Лу Яо не ушла домой. В лаборатории она перебирала материалы, которые принесли Гарольд и Сыцзинь.

Похоже, у драконов и впрямь был врожденный талант к поиску сокровищ: они раздобыли множество материалов ранга S, получить которые было невероятно сложно. Кончики крыльев магического зверя двенадцатого уровня, ядовитая кровь магической змеи пятнадцатого уровня, а также несколько видов редких драгоценных камней и целебных трав.

Не хватало только пары невзрачных дешевых трав — видимо, они просто о них забыли.

Лу Яо рассортировала материалы по полкам и наклеила рядом ярлычки, чтобы самой ничего не перепутать.

Завтра она сходит в бакалейную лавку купить эти две последние травы, соберет все компоненты для второго рецепта и сможет приступить к варке клея, повышающего характеристики.

Выйдя из лаборатории, Лу Яо собралась окончательно закрыть салон и вернуться к себе.

Система: [Снаружи находится маленький огненный дракон.]

Открыв дверь, Лу Яо увидела рыжеволосую девушку с двумя хвостиками и удивленно спросила:

— Тина, что-то случилось?

Тина обернулась, и в ее глазах мелькнула радость.

Она-то думала, что салон уже закрыт и придется ждать до утра.

— Хозяйка, я договорилась с мамой! Во время летних каникул я могу подрабатывать в маникюрном салоне. Я хочу стать ученицей.

Лу Яо на мгновение опешила:

— И сколько длятся твои каникулы?

— Еще около двадцати дней, — ответила Тина.

— …Обычно ученикам маникюрного салона требуется от трех месяцев до полугода, чтобы стать самостоятельными мастерами, — произнесла Лу Яо. — Даже если ты дракон, за двадцать дней ты успеешь разве что посмотреть, как тут все устроено. Чему-то серьезному научиться не выйдет, да и для моего маленького заведения это будет не очень удобно.

Тине с таким трудом удалось уговорить Филд, она была уверена, что придет и сразу станет ученицей. Девушка совершенно не ожидала такого ответа от хозяйки и растерялась.

Лу Яо тоже испытывала сожаление. Если она начнет обучать мастера маникюра сейчас, то к тому времени, когда ей придет пора отправляться в следующий мир, сотрудник, возможно, все еще не сможет работать самостоятельно.

На данный момент только Муму останется в салоне навсегда, так как она дала ему имя. Ни Гарольда, ни Сыцзиня она принуждать не собиралась.

По окончании испытательного срока, если Юджиния захочет остаться, Лу Яо заключит с ней контракт: после завершения обучения та должна будет проработать в салоне несколько лет.

Ситуация с Тиной была для Лу Яо далеко не самым удачным вариантом.

У нее пока не было лишних сил и времени, чтобы брать сотрудника, который проработает всего двадцать дней.

Доходчиво объяснив все это Тине, Лу Яо закрыла салон и отправилась домой.

—

Маленькая огненная драконица просидела на вершине пустынной горы всю ночь. Ее хвост раздраженно колотил по земле, распугивая всех монстров, птиц и зверей в округе, заставляя их в панике разбегаться.

Она действительно заинтересовалась маникюром. Ей хотелось, как хозяйка, свободно рисовать пейзажи на ногтях, создавать сложный, многослойный и эстетичный дизайн.

Кроме того, ее очень заинтриговала сама Лу Яо. Магический маникюр, сплетенный из двух атрибутов магии, поразил драконицу. Можно сказать, это полностью перевернуло ее представление о магии.

Ей хотелось узнать гораздо больше.

Жизнь человеческой расы коротка — всего-то около сотни лет.

Век драконов же долгий. Даже если она проведет эту сотню лет рядом с человеком, к моменту смерти Лу Яо она сама лишь едва достигнет совершеннолетия.

Хвост огненной драконицы взмыл вверх и с силой обрушился на землю, издав глухой стук.

Она мягко взмахнула крыльями и полетела в сторону драконьего гнезда.

Маленький огненный дракон Тина решила пойти ва-банк!

—

Утро в Королевской академии магии выдалось необычным. Столовая была до отказа забита любопытствующими студентами, и стоял куда больший шум, чем всегда.

— Вау, это и правда верховный жрец Карлос! Не зря его называют «Серебряной розой» Империи, какая стать!

— Господин Карлос вернулся в академию из-за юбилея? А почему у него все время закрыты глаза?

— Тсс, потише! Разве вы не знаете? Когда господин Карлос варил секретное зелье для Его Величества, котел взорвался и повредил ему зрение.

— …Никогда об этом не слышал. Я здесь учусь уже три года, а истинное лицо господина Карлоса вижу впервые. Так он что, ослеп?

В толпе стояла Хелена. Обмахиваясь веером из перьев, она слегка приподняла уголки губ в презрительной усмешке.

«Эти глупцы ничего не знают, а еще смеют обсуждать господина Карлоса».

Покончив с завтраком, Карлос встал и направился к выходу, казалось, совершенно не замечая ни перешептываний, ни устремленных на него взглядов.

Рядом услужливо семенил ректор академии. Он обвел толпу строгим взглядом, заставив отступить тех студентов, что порывались пойти следом.

Обычные студенты, устрашенные авторитетом ректора, не смели больше следовать за ними, как бы ни восхищались Карлосом.

Но Хелена была не из таких. Урожденная аристократка из благородной семьи Кинклай, обожаемая старшая дочь, она совершенно не обратила внимания на предупреждающий взгляд ректора. Взмахнув веером и элегантно приподняв подол платья, она неспешно последовала за ними.

За поворотом коридора вдруг послышались восхищенные вздохи стайки девушек.

— Какой красивый цвет! Наверняка это не сок Туманного дерева?

Голос Одри звучал звонко и гордо:

— Нет, конечно! Я сделала это в маленьком салоне под названием «Маникюрный салон Лу Яо». У тамошней хозяйки просто золотые руки, она может создать любой дизайн!

— Боже мой, это слишком красиво! Одри, а где находится этот салон?

— Этот пушистый комочек вылитый твой одэйский хомячок!

— Не вылитый, а он и есть. Я сама попросила хозяйку его нарисовать.

— Разве такое можно нарисовать на ногтях? Какая прелесть! Быстрее говори, где этот салон? После обеда вместо самоподготовки позову с собой Райан!

Одри торжествовала. Перед мастерством хозяйки того маникюрного салона не устояла бы ни одна девушка; стоило лишь раз увидеть, и сердце было покорено.

Изначально они с Цюнбэй спешили в столовую в надежде еще разок взглянуть на господина Карлоса, но на полпути их окружили однокурсницы, так что ей волей-неволей пришлось заняться рекламой салона.

На другом конце коридора Карлос остановился и слегка приподнял бровь.

Один из его слуг, поняв намек, подошел к Одри. Перекинувшись с ней парой слов, он тут же вернулся, разузнав точный адрес заведения.

Карлос кивнул и повернул голову в ту сторону, где стоял ректор:

— После обеда я как раз свободен, хочу немного прогуляться. Учитель, вам не о чем беспокоиться.

Ректор хотел было предложить хотя бы отряд стражи для сопровождения, но Карлос уже зашагал прочь.

И хотя он был слеп, это ничуть не мешало ему уверенно передвигаться.

Догнавшая их Хелена увидела лишь одиноко стоящего ректора, и в ее глазах мелькнуло разочарование.

Вдруг кто-то окликнул ее со спины:

— Хелена, так вот ты где! Я везде тебя ищу.

Узнав голос, Хелена слегка нахмурилась, но когда обернулась, ее лицо мгновенно разгладилось, излучая искреннюю девичью радость:

— Зелан, я тоже тебя искала!

Зелан Руи, полностью ослепленный своей сказочной любовью к Хелене, счастливо улыбнулся:

— Как удачно, пойдем вместе в столовую! Я слышал, господин Карлос прибыл в академию. Туда набилась куча зевак, может, и мы его застанем. Насколько я помню, ты им очень восхищаешься?

«…» Хелене было лень даже комментировать такую тугодумность Зелана. Нацепив на лицо маску абсолютного счастья, она развернулась, взяла юношу под руку, и они вместе направились в столовую.

В этот день Одри удалось привлечь еще не одну волну потенциальных клиенток для салона.

Она не навязывалась сама, просто девушки от природы чутко реагируют на красивые детали.

Когда соседка по парте увидела, как Одри достает учебник, она тут же заметила хитроумный дизайн на ее ногтях. Стоило ей восхищенно ахнуть, как все одноклассницы сбежались посмотреть.

Утолив собственное любопытство, студентки побежали рассказывать обо всем своим подругам с других курсов.

В мгновение ока название «Маникюрный салон Лу Яо» стало самым упоминаемым в разговорах учениц Королевской академии магии.

—

Изумрудный городок, Маникюрный салон Лу Яо.

Когда Лу Яо открыла двери салона, Тина уже стояла на пороге. Судя по всему, она ждала довольно долго.

— Что-то случилось? — Лу Яо совершенно не знала, что еще сказать. Она полагала, что вчерашний отказ надолго разобьет сердце маленькой огненной драконицы.

Тина кивнула:

— Хозяйка, я пришла устраиваться на работу.

— Ты все хорошо обдумала?

— Угу. И дело не только в каникулах. Я могу учиться у тебя постоянно, вплоть до самой твоей смерти от старости.

Лу Яо лишилась дара речи.

И почему все драконы такие прямолинейные?

Ей хотелось рассмеяться, но она изо всех сил сдерживалась.

Пару дней назад доходы от закусочной снова пробили потолок. Сейчас, имея в запасе шесть тысяч восемьсот девяносто пять лет жизни, она сокрушалась лишь о том, что жить ей предстоит долго, а вот денег на все эти годы не напасешься.

Чуть позже, когда остальные сотрудники прибыли на работу, Лу Яо торжественно представила Тину в качестве новой ученицы.

Сыцзинь и Гарольд были с ней давно знакомы, а потому восприняли новость совершенно спокойно.

А вот Юджиния, казалось, немного занервничала.

Муму тайком потянул Лу Яо за одежду.

Лу Яо опустила голову:

— Что такое?

В прошлый раз Муму, решив продемонстрировать Лу Яо свое «расщепление», похоже, не на шутку ее напугал, из-за чего потом надолго ушел в себя.

В этот раз он не стал снимать свой крошечный костюмчик, и тот разделился надвое вместе с ним.

Не дожидаясь реакции Лу Яо, один из двух Муму отправился на поиски тряпки, чтобы прибраться в салоне, а второй забрался на рабочий стол и преданно уставился на хозяйку.

Девушка в недоумении поморгала, но затем ее осенило:

— Хочешь сказать, что благодаря своему расщеплению можешь одновременно работать в зале и учиться маникюру?

— Пи! — радостно пискнул слайм.

«Надо же, и правда! Что за чудесный монстр?»

Лу Яо мысленно провозгласила: отныне слаймы — самые очаровательные создания Иного мира!

— Договорились, — улыбнулась она. — Будешь подмастерьем и станешь учиться вместе с Юджинией и Тиной.

Гарольд и Сыцзинь, наблюдавшие за этой сценой, лишь презрительно скривились: этот мелкий комок слизи только и умеет, что строить глазки да выслуживаться!

Когда суматоха улеглась, Лу Яо подошла к рабочему столу. Пользуясь тем, что с утра клиентов не было, она решила провести для своей троицы учеников вводный урок: названия и назначение инструментов, виды лаков, мелкий декор, способы применения различных клеев... Нюансов было так много, что подробный рассказ о каждом грозил затянуться на долгие часы.

Жителям Иного мира усвоить всё это оказалось даже сложнее, чем обычным земным новичкам, ведь у них попросту отсутствовали нужные базовые понятия.

Лу Яо объясняла медленно, попутно демонстрируя все на подставках и накладных ногтях.

Одновременно она раздала ученикам тренировочные наборы. Девушка собрала эти простенькие стартовые комплекты из своих старых запасов инструментов и материалов, оставшихся еще со времен ее собственного обучения, но для практики этой троице их было более чем достаточно.

Слушая теорию, они тут же пробовали применять ее на практике, чтобы лучше закрепить материал.

Тина схватывала на лету. Обладая превосходной памятью, красная драконица с первого раза запоминала, как обращаться с пилками, лаком, украшениями, кистями и клеем.

Юджиния немного нервничала, но тоже делала успехи.

Ее главным козырем оказалась ловкость рук: девушка без труда освоила работу с кистью, и во время тренировок на типсах слой лака у нее получался идеально ровным.

— Отличная работа, — не удержавшись, похвалила Лу Яо.

Подавив восторг, Юджиния застенчиво улыбнулась.

Но больше всех наставницу удивил Муму. Крошечный слайм оказался обладателем невероятно проворных ложноножек.

Понаблюдав за ним, Лу Яо поняла, что малыш сочетает в себе великолепную память Тины и ловкость Юджинии.

Девушка ласково погладила скользкую макушку:

— Муму просто молодец!

Круглые глазки монстрика радостно заблестели:

— Пи!

Посреди урока в салон пожаловали клиенты, записанные на магический маникюр: золотой дракончик Кака со своей матерью Эльгой.

Эльга приходила записываться еще вчера в полдень, опередив даже Фруда и Цзяцзя.

В человеческом облике золотая драконица отличалась мягкой аурой, а ее точеные черты лица обрамляли роскошные вьющиеся светлые волосы.

Ведя сына за руку, она с несколько беспомощным видом обратилась к Лу Яо:

— Госпожа владелица, вы не могли бы сделать маникюр и этому малышу? Как только он узнал, что я иду к вам, тут же увязался следом.

На пухлых щечках Каки еще не высохли следы от слез — очевидно, он закатил истерику.

Лу Яо хорошо запомнила этого невероятно избалованного драконенка.

Она объяснила, что если не менять дизайн, а просто наложить на старый маникюр магический массив, то она сможет сделать это прямо сейчас. Однако если потребуется полностью обновлять стиль, придется записаться заново, и ближайшее свободное окно есть только послезавтра.

Кака тут же согласился на переделку: ему не терпелось стать обладателем волшебных когтей.

Оставив зал на попечение Муму и двух новых учениц, Лу Яо проводила Эльгу с сыном в лабораторию.

С дракончиком работы было меньше, поэтому мастерица начала с него.

Процесс занял около двух часов.

Гордо демонстрируя обновленные сияющие ноготки, Кака выбежал в зал поболтать с Тиной и был крайне удивлен, узнав, что та стала подмастерьем.

Тем временем в лаборатории Лу Яо занялась руками Эльги.

Золотая драконица тоже обожала Высшие кристаллы. Они с мастерицей еще вчера обсудили дизайн, поэтому Эльга принесла с собой внушительную шкатулку с этими драгоценностями, а также несколько чистейших аметистов.

Выбранный узор оказался весьма сложным, и на работу ушло почти четыре часа.

Когда Фруд прибыл со своей женой Сесил, Лу Яо все еще находилась в лаборатории.

Супругам пришлось прождать полчаса, прежде чем сеанс Эльги подошел к концу.

Сесил никогда раньше не бывала в этом салоне, но, увидев когти Цзяцзя, всерьез заинтересовалась маникюром.

Пересекаясь с Эльгой в дверях лаборатории, красная драконица сразу обратила внимание на ее ослепительный маникюр и удивленно воскликнула:

— Это тебе только что сделали?

Ногти Эльги украшала россыпь драгоценных цветов: крошечные осколки золотых Высших кристаллов образовывали сердцевины, а чистейшие аметисты окружали их, словно лепестки, сплетаясь по два-три бутона в изящные цветочные ветви.

Узор на каждом ногте был уникален: где-то виднелись лишь нежные бутоны, а где-то цветы уже распустились во всем своем великолепии. Фиолетовый и золотой неожиданно гармонично сливались воедино, создавая утонченный и элегантный образ, который идеально подходил Эльге.

Золотая драконица в превосходном настроении пошевелила пальчиками и шепнула на ухо Сесил:

— Мастерство и вкус владелицы полностью отвечают предпочтениям нашего племени. Можешь смело озвучивать любые пожелания.

В огненно-красных глазах Сесил вспыхнули искры. Изначально она планировала для первого раза выбрать что-то простое и не слишком броское, но теперь в ней проснулся дух соперничества.

Она тоже захотела роскошный и дерзкий дизайн — как минимум не хуже, чем у Эльги!

Изучив каталог с эскизами, Сесил поинтересовалась, нет ли у Лу Яо каких-нибудь особых идей.

Посмотрев на поразительно гармоничную пару красноволосых и красноглазых огненных драконов, мастерица выпалила:

— А не хотите сделать парный маникюр?

«Что еще за парный маникюр?»

Супруги были заинтригованы.

В тот день Лу Яо просидела в лаборатории до самой темноты, создавая для огненных драконов их парные когти.

Фруд и Сесил покинули салон в полном восторге, любуясь своими сверкающими руками.

Девушка со стоном потянулась и встала. Она не могла не восхититься генетикой драконьего племени: мужчины были невероятно статными, а женщины — ослепительно красивыми, так что даже парный дизайн смотрелся на них абсолютно естественно.

Потерев живот, Лу Яо наконец-то вырвалась из рабочего транса и поняла, что зверски голодна.

Выйдя из лаборатории, она увидела, что Тина и Юджиния всё ещё сидят за рабочим столом и тренируются, а Муму дежурит у дивана.

На самом диване расположился среброволосый юноша в мантии. Лу Яо удивленно замерла:

— А это кто?

Муму подполз к хозяйке и обрисовал ситуацию.

Оказалось, что днем приходило множество студентов из Магической академии, желающих сделать маникюр. Поскольку владелица была занята, всех их записали на другое время.

Но вот этот гость на диване наотрез отказался уходить и настоял на том, чтобы дождаться Лу Яо. Муму не смог его переубедить и был вынужден присматривать за ним.

Среброволосый юноша сидел с прямой спиной. У него были поразительно красивые черты лица, и даже закрытые глаза не скрывали исходившей от него властной, завораживающей ауры.

Лу Яо опустилась в соседнее кресло:

— Вы пришли за маникюром?

Карлос кивнул:

— Верно.

Голос юноши звучал мягко и бархатисто, но интонация оставалась необъяснимо холодной.

Девушка тоже кивнула и сказала прямо:

— Мы уже закрываемся, на сегодня прием окончен. Не хотите ли записаться на другое время?

После создания четырех магических массивов подряд она действительно выбилась из сил.

Карлос задумался на пару секунд, а затем равнодушно произнес:

— Хорошо. Когда вы свободны?

Лу Яо перевела взгляд на Муму, и слайм тут же протянул ей журнал записей.

«Ничего себе!» — мысленно ахнула она. Ближайшие три дня были забиты под завязку.

Завтра ей предстояло сделать еще два магических маникюра, так что придется как-то выкраивать время.

Поразмыслив и поводив кончиком ручки по страницам, она наконец вынесла вердикт:

— Завтра вечером, после половины седьмого.

«Слишком много работы. Придется задержаться допоздна».

Карлос снова кивнул:

— Договорились. Мне нравится черный цвет и лотосы.

«Лотосы?»

Лу Яо почудилось в этом что-то странное, но она не смогла сразу понять, что именно.

От голода у нее просто не осталось сил на размышления.

Бросив эти слова, юноша встал. На улице его уже поджидал отряд стражников, которые плотным кольцом взяли жреца в окружение и сопроводили прочь из Изумрудного городка.

Проводив последнего гостя, Лу Яо набросилась на лежавшие на столе закуски, а заботливый Муму принес ей стакан теплой воды.

Лишь когда в желудок упало хоть немного еды, дрожь в руках и ногах начала отступать.

Обернувшись к Тине и Юджинии, девушка произнесла:

— Мы закрыты, можете идти домой. Муму, будь добр, сходи в комнату отдыха и позови Гарольда с Сыцзинем. Я так устала, хочу немного перевести дух.

Распрощавшись со своими помощниками, Лу Яо еле волоча ноги поплелась запирать двери.

По пути домой ей позвонил Чжуан Лян.

Он был весьма вежлив и попросил ее зайти на форум Парка — кто-то интересовался покупкой кольца.

Купив навынос порцию жареной лапши в первой попавшейся уличной забегаловке, Лу Яо вернулась в свою квартиру. Ужиная, она зашла на форум: в личных сообщениях висело сразу несколько писем от желающих приобрести Черное Кольцо.

Девушка ответила всем. Трое откликнулись моментально, а вот от четвертого пока не было вестей.

Двое из ответивших попытались торговаться, аргументируя это тем, что прошлое кольцо ушло за миллион, и два миллиона — это слишком дорого.

Лу Яо сразу отсеяла этих любителей скидок и переключилась на покупателя, который написал самым первым и деловито поинтересовался местом передачи товара.

Покупателя звали господин Сяо. Лу Яо скинула ему адрес, велев приехать в Яогуан, и назначила встречу в чайной, расположенной подальше от ее дома и торговой улицы. Сделку наметили через три дня.

Раннее утро.

У входа в салон взволнованно переминались с ноги на ногу две студентки в форме Магической академии. Как только Лу Яо распахнула двери, они тут же скользнули внутрь — это были клиентки, записанные еще со вчерашнего дня.

Девушка с длинными черными волосами посмотрела на мастерицу:

— Вы владелица?

Та кивнула и протянула планшет:

— Сначала выберите дизайн. Кто определится первой, с той и начнем.

На утро было запланировано три сеанса: две студентки и Доминик. С драконом они договорились на десять, так что с девушками нужно было закончить как можно скорее.

Когда Муму, Тина и Юджиния пришли на работу, первая клиентка уже определилась с эскизом, ногти были подпилены, и Лу Яо как раз собиралась наносить базовое покрытие.

Муму снова разделился надвое: одна часть отправилась наводить порядок в зале, а вторая устроилась рядом с наставницей, чтобы перенимать опыт.

Тина и Юджиния тоже присоединились к наблюдению.

Черноволосая студентка выбрала вишнево-розовый «Румянец». Этот милый дизайн идеально подходил для текущей погоды.

Ее подруга предпочла туманно-голубой, полупрозрачный «Кошачий глаз» с серебристым отливом и попросила нарисовать на ногтях россыпь крошечных белых цветов.

Этот вариант выглядел слегка холодным и отстраненным, но Лу Яо так виртуозно подобрала оттенки, что маникюр смотрелся невероятно естественно и прекрасно подчеркивал молодость клиентки.

Обе девушки остались в полном восторге. Расплатившись, они прямиком умчались на Площадь Фонтанов.

Поскольку их запись была на столь раннее время, им пришлось переночевать в местной гостинице Изумрудного городка, и теперь студенткам не терпелось поскорее вернуться в академию.

Как только за ними закрылась дверь, трое подмастерьев тут же достали инструменты и лаки, пытаясь воспроизвести работы наставницы.

Начинать обучение с копирования чужих работ — на самом деле весьма здравый подход.

Разумеется, когда базовые навыки будут отточены до автоматизма, мастерам придется сделать упор на развитие чувства вкуса и способности создавать собственные дизайны.

После нескольких неудачных попыток добиться такой же естественности, как у Лу Яо, до учеников начало доходить: со стороны работа владелицы выглядит элементарной, но на практике повторить ее невероятно сложно.

Ровно в десять на пороге появился Доминик. Оставив подмастерьев практиковаться самостоятельно, Лу Яо пригласила дракона в лабораторию.

Мужчина окинул взглядом разложенные на полках магические материалы и лишь затем прошел в смежную прозрачную комнату.

Выудив из-за пазухи целую горсть драгоценных камней, он сверкнул серо-зелеными глазами:

— Используй всё. Хочу, чтобы мои когти сияли ярче всех.

Это были минералы сине-фиолетовых оттенков. Если их как следует отсортировать, можно было даже выложить градиент, напоминающий расцветку гортензии.

Лу Яо бросила взгляд на суровое лицо Доминика и попыталась представить, как он разгуливает с гортензиями на ногтях... Пожалуй, даже драконья стать не спасла бы подобный образ от нелепости.

«Нет уж, тут нужен другой подход!»

Покачав головой, девушка набросала эскиз и, получив одобрение клиента, принялась за смешивание цветов и плетение магического массива.

Как только Лу Яо начала сплетать магию двух разных атрибутов в единый массив для закрепления маникюра, выражение лица Доминика резко изменилось. Он подобрался, выпрямил спину и, не мигая, уставился на чертимые девушкой руны.

— Это ты сама сконструировала этот массив? — с затаенным интересом спросил дракон.

Лу Яо утвердительно кивнула.

Серо-зеленые глаза Доминика округлились, в них вспыхнул фанатичный блеск — так смотрит человек, наткнувшийся на нечто невообразимое.

— Раз уж ты способна на такое, тратить столь новаторскую идею лишь на укрепление маникюра — непростительное расточительство. Не задумывалась ли ты о более... практическом применении этой концепции?

Лу Яо несказанно удивилась. Она считала этого могучего змея замкнутым и неприступным, ведь и его внешность, и исходящая от него аура так и кричали: «Держись подальше!»

Находиться с ним наедине было довольно неуютно, но он вдруг сам разрушил эту давящую атмосферу, заведя разговор о пользе маникюрной магии.

Заинтригованная, девушка не смогла удержаться от вопроса:

— Например, о каком именно практическом применении идет речь?

Драконьи глаза Доминика сверкнули, и он слегка отвел взгляд:

— Это всего лишь боевое чутье. Мне кажется, твой потенциал далек от предела, но ты, похоже, уже довольствуешься малым. Если у тебя есть желание копнуть глубже, я могу одолжить тебе вот этот труд.

Он вытащил из-за пазухи книгу в потертой синей обложке и, прикрыв веки, вдруг запинаясь добавил:

— Е-если не хочешь, то и не...

Не дав ему договорить, Лу Яо с благодарностью приняла невзрачный фолиант:

— Спасибо, обязательно изучу. Может, и впрямь почерпну какое-то вдохновение. Верну через месяц, хорошо?

Огромный дракон с досадой тряхнул головой и вдруг повысил голос:

— Раз уж берешь, так читай внимательно! Думаешь, за месяц во всем разберешься? Вернешь как минимум через три!

— Э-э… Поняла. Спасибо, — опешила Лу Яо.

После этого краткого диалога Доминик вновь погрузился в молчание, а Лу Яо целиком сосредоточилась на работе.

Главной темой для его дизайна был выбран космос. Принесенные им самоцветы по цвету напоминали его собственные глаза, к тому же из них легко складывался многоступенчатый градиент.

Девушка превратила ногтевые пластины в фоновые глубины Вселенной, а разноцветные камни — в планеты, вращающиеся вокруг единого центра. Она создала особый магический массив: стоило инкрустировать самоцвет, как он начинал ритмично мерцать.

Доминик не имел ни малейшего представления о концепции космоса, но это не мешало ему восхищаться полученным результатом. Грубый и одновременно утонченный дизайн, глубокие оттенки которого идеально подчеркивали красоту его камней Алмоса, ударил в самое сердце его эстетических предпочтений!

В этот момент маска ледяного спокойствия дракона дала трещину. Он поднял руки и уставился на них, не переставая шевелить пальцами, словно никак не мог наглядеться.

Внезапно снаружи раздался шум. Черная дверь лаборатории с грохотом распахнулась, и внутрь в панике вполз Муму. От тревоги он даже заговорил вслух:

— Лу Яо, Лу Яо! Там ужасный человек пришел!

— Пойду проверю, — поднимаясь, бросила мастерица.

Здание салона взяли в кольцо около двух десятков рыцарей. Внутри же, надменно обмахиваясь веером из перьев, стояла аристократка с высокой прической.

Юджиния, дрожа, забилась в угол, а Тина сверлила наглую девицу взглядом. К горлу красной драконицы был приставлен серебряный клинок.

Тина наверняка могла бы без труда раскидать этих рыцарей, но, судя по всему, она побоялась разнести салон, поэтому не стала применять силу.

Лу Яо подошла и встала между драконицей и вооруженным мужчиной.

— Что здесь происходит? — обратилась она к аристократке.

Хелена смерила её высокомерным взглядом:

— А ты еще кто такая?

— Я владелица этого места, Лу Яо.

Только теперь Хелена удостоила ее прямого взгляда и небрежно бросила:

— Так это ты. Мне нужен маникюр. Самый дорогой и роскошный из всех возможных.

— Прошу прощения, — холодно отозвалась Лу Яо. — Все места на сегодня заняты. Мы больше не принимаем.

Хелена, носившая гордую фамилию Кинклай, с самого рождения привыкла получать всё по первому требованию. Ее самомнению позавидовала бы любая принцесса, и еще никто и никогда не осмеливался отказывать ей столь прямолинейно.

Внутри у неё всё закипело от ярости, но внешне она сохранила надменную маску избалованной госпожи:

— Какие еще записи? В зале никого нет! Раз уж я пришла, ты бросишь всё и займешься моими руками!

Как раз в этот момент стоявший на улице Амос услышал ее вопли. Бесцеремонно растолкав королевских рыцарей, блокировавших вход, фиолетовый дракон шагнул в салон:

— Кто посмел посягнуть на мое время? Жить надоело?

Хелена обернулась. Лицо ее слегка побледнело: как этот мужчина умудрился пройти сквозь оцепление из двух десятков элитных бойцов?

Тем временем Доминик, наконец обративший внимание на суету, вышел из лаборатории и столкнулся нос к носу с Амосом.

Последний мгновенно уставился на сверкающие когти собрата, а затем перевел горящий нетерпением взгляд на Лу Яо:

— Хозяйка!

«Моя очередь! Моя очередь!» — так и читалось в его глазах.

Лу Яо покачала головой и кивнула в сторону Хелены:

— Подождите минутку.

Амос небрежно взмахнул рукой. Поднялся ураган, пронизанный фиолетовыми разрядами молний, который подхватил Хелену вместе со всеми ее рыцарями и вышвырнул их на улицу, а затем унес высоко в небо, пока они не скрылись из виду.

— Теперь можно, — резюмировал дракон.

— ...Хорошо, — опешила Лу Яо.

Сыцзинь, обнаруживший секретное подземелье с сокровищами, взял отгул на три дня и отправился на поиски добычи, так что сегодня в салоне дежурил Гарольд.

Усадив Амоса подождать, девушка направилась в комнату отдыха, намереваясь выяснить, чем, черт возьми, занимается её горе-телохранитель в критической ситуации.

Внутри царила тишина. Шторы были плотно задернуты, в комнате стоял полумрак.

На полу валялись комиксы и пачки от снеков. Гарольд лежал на диване с крепко зажмуренными глазами, его брови были болезненно сведены к переносице.

Он спал.

И, судя по всему, мучился от кошмаров.

Лу Яо подошла и потрясла его за плечо:

— Гарольд, Гарольд!

Провалившийся в сон черный дракон видел перед собой колоссальный костяк своего сородича.

Внезапно скелет поднял череп и уставился на него зияющими черными провалами глазниц.

— Гарольд... Гарольд... Ты должен... — раздался скорбный, гулкий голос.

В следующее мгновение сквозь пелену сна пробился голос Лу Яо. Гарольд резко распахнул глаза. В его темно-синих зрачках плескалась растерянность:

— Что со мной?

Девушка выпрямилась и распахнула шторы:

— Переел, вот и кошмары снятся.

— ... — промолчал Гарольд.

— Если пришел в себя, иди в зал, посиди с Муму и остальными. А мне пора за работу.

Дракон помотал головой, всё ещё не до конца понимая, что происходит.

Посидев немного в прострации, он наконец поднялся и вышел к остальным. Лишь от Тины он узнал, что недавно в салон ввалились дебоширы, которых благополучно вышвырнул Амос.

При известии об этом черного дракона охватила глубокая досада.

В лаборатории Лу Яо и Амос обсуждали дизайн.

Амос поднял взгляд на лежащую под рукой у девушки синюю магическую книгу. В его фиолетовых глазах промелькнула искра:

— Книга Доминика?

Лу Яо погладила синюю обложку и кивнула:

— Да, он одолжил её мне, но я ещё не успела прочесть.

Амос впервые внимательно оглядел Лу Яо. Обычный человек с черными волосами и белоснежной кожей — с виду ничего особенного. То, что Доминик, который больше всего на свете ненавидел человеческую расу, согласился одолжить ей свои собственные магические записи, было весьма поразительно.

Сам Амос был огромным фиолетовым драконом, повелевающим природной стихией — громом и молнией.

Просмотрев созданные Лу Яо дизайны, он загорелся идеей. Его глаза пылали:

— Я хочу, чтобы на моих когтях искрились настоящие молнии! Чтобы стоило мне лишь пошевелить пальцами, как по ногтям пробегали бы электрические разряды. Это будет сиять ярче любых драгоценных камней!

Лу Яо:

— …

Несмотря на весь свой опыт и множество созданных необычных дизайнов, с подобным, граничащим с откровенной придиркой требованием она столкнулась впервые.

Амос, с виду прямолинейный и суровый парень, оказался неожиданно проницательным. Заметив замешательство на застывшем лице Лу Яо, он указал на планшет с дизайном Доминика:

— Раз уж ты смогла создать подобное звездное небо, неужели молнии для тебя такая уж проблема?

Дело было вовсе не в сложности.

Это было из разряда… как бы сказать…

Взяв себя в руки и отогнав лишние мысли, Лу Яо ненадолго задумалась, опустив голову, а затем посмотрела на Амоса:

— У меня есть одна идея. Если ты не против, давай попробуем?

Драконы, как правило, отличаются невероятным любопытством. Услышав о новой задумке, Амос тут же изъявил желание её выслушать.

Лу Яо достала блокнот с ручкой и принялась быстро набрасывать эскиз, параллельно объясняя:

— Мне потребуется твоя помощь. К тому же придётся с нуля выстроить магический массив. Сделаем вот так, а потом… вот так. Что скажешь?

Амос с благоговением уставился на Лу Яо, всем своим видом выражая немой вопрос: «Ты что, гений?». Его драконьи глаза округлились, и он закивал:

— Как интересно! Сколько времени это займет?

— Подожди немного, — ответила Лу Яо, отрывая лист с наброском и принимаясь чертить заново.

Спустя примерно три часа совершенно новый магический массив был готов.

Еще через полчаса над Изумрудным городком внезапно сгустились черные тучи. Засверкали молнии, загрохотал гром, поднялся шквальный ветер — казалось, вот-вот разразится страшная буря.

В приемной на диване сидели две студентки из Магической академии, записавшиеся на маникюр во второй половине дня. Они пили чай с десертами, но, заслышав за окном завывания ветра и раскаты грома, похолодели от страха.

Буйство стихии звучало настолько устрашающе, будто крышу вот-вот сорвет с петель.

Муму, заметив их испуг, подобрался поближе, чтобы утешить:

— Пи-пи.

Мягкий, милый и совершенно безобидный вид маленького слайма действительно подействовал успокаивающе. Девушки немного расслабились.

Понимая, что скоро хлынет ливень, жители Изумрудного городка поспешно снимали сушившееся на улице белье и наглухо закрывали окна и двери.

Однако спустя еще полчаса тучи рассеялись, небо прояснилось, и вновь выглянуло солнце. От надвигающейся грозы не осталось и следа.

— Тучи ушли. Погода меняется слишком быстро, — произнесла одна из студенток.

Вторая подхватила:

— И хорошо, что ливень не начался. Я уж испугалась, что мы не сможем вернуться в академию. Кстати, когда хозяйка сможет заняться нашими ногтями?

В этот момент черная дверь лаборатории распахнулась изнутри. Оттуда, подняв вверх сверкающие когти, вышел высокий и статный Амос. Восторг на его лице было невозможно скрыть.

Тина и Гарольд тут же заметили, насколько необычно выглядит его маникюр, и подошли поближе, чтобы рассмотреть.

Амос без стеснения продемонстрировал результат, гордо вскинув подбородок:

— Хозяйка и правда способна на такое! Это просто невероятно!

Увидев хозяйку, две студентки Магической академии, сгоравшие от нетерпения обновить маникюр, тут же вскочили. Однако их взгляды невольно зацепились за ногти Амоса, по которым, казалось, мерцали узоры молний. Любопытство взяло верх.

Подойдя ближе, они увидели, что базовый цвет ногтей этого клиента напоминал густую тушь — глубокий, тяжелый черный оттенок, на первый взгляд ничем не примечательный.

Но каждые несколько секунд на поверхности вдруг вспыхивали ветвистые сине-фиолетовые разряды, озаряя ноготь. Словно клубы ваты, вокруг кончиков пальцев вились многослойные серые тучи, тяжелые и гнетущие — казалось, еще мгновение, и раздастся глухой раскат грома.

Гарольд и Тина, вспомнив о недавних грозовых тучах над городком, первыми осознали суть происходящего и вскинули взгляды на Лу Яо.

На лице девушки читалась сильная усталость, но в её темных глазах горел огонек явного воодушевления.

Только что она сумела сжать вызванные Амосом молнии и с помощью магического массива зафиксировать их прямо на его ногтях. Вероятно, именно это Доминик и называл дальнейшим развитием практического применения магического маникюра.

Магия оказалась поистине увлекательным занятием. У неё внезапно появилась масса идей о том, как можно еще теснее переплести нейл-арт и волшебство.

Бросив мешочек с золотыми монетами, Амос в приподнятом настроении покинул салон. Он жаждал найти кого-нибудь для драки, а заодно и похвастаться новым маникюром.

Лу Яо повернулась к девушкам:

— Прошу прощения за ожидание. Присаживайтесь. Вы уже присмотрели дизайн?

Учитывая, что поток клиентов будет только расти, Лу Яо скрепя сердце купила еще два планшета. Теперь посетители в лаборатории и в приемной могли выбирать дизайны раздельно.

Студентки Магической академии очнулись от оцепенения и присели, чтобы обсудить с Лу Яо желаемый маникюр, хотя их мысли всё ещё крутились вокруг ногтей Амоса.

Маникюр того посетителя полностью выходил за рамки их представлений о покраске ногтей. На ногтевой пластине сверкали настоящие молнии! Неужели это магия?

Лу Яо присела в стороне, чтобы немного отдохнуть, пока Юджиния и Муму устроились за рабочим столом, шлифуя ногти клиенткам. Тина наблюдала за процессом неподалеку.

Тина была драконицей и обладала колоссальной силой. Во время тренировок она то и дело ломала накладные ногти, поэтому пока не решалась работать с живыми посетителями.

Для Юджинии и Муму это был первый опыт обслуживания клиентов. Их движения были еще немного неуверенными, но они действовали с огромным терпением, так что студентки не чувствовали дискомфорта.

Окинув взглядом своих подопечных, Лу Яо осталась довольна. Они уже вполне могли брать на себя простейшие процедуры по уходу за ногтями.

После завершения шлифовки, нанесения защитного покрытия и сушки под лампой, Лу Яо приступила к дизайну, а трое учеников продолжили внимательно следить за каждым её движением, перенимая опыт.

Гарольд, опасаясь повторения утреннего инцидента, не пошел в комнату отдыха. Он развалился на диване в приемной, уткнувшись в комиксы.

Обе клиентки выбрали милые дизайны со схожей концепцией, поэтому Лу Яо справилась довольно быстро. Когда они закончили, на улице уже смеркалось.

Проводив посетительниц и поужинав вместе с персоналом, Лу Яо отпустила всех по домам.

Она договорилась о встрече с Карлосом на половину седьмого вечера — это было уже нерабочее время, и подчиненным незачем было оставаться сверхурочно.

Муму, Юджиния и Тина ушли первыми, а Гарольд почему-то остался в магазине.

Подперев подбородок рукой, Лу Яо сидела на диване и спросила:

— А ты почему не идешь домой?

Оставшись без свидетелей-клиентов, юноша снова растекся по дивану, будто в нем не было костей:

— Я твой телохранитель.

Сыцзиня рядом не было, так что и подраться было не с кем.

Возвращаться в пещеру с сокровищами в одиночестве и просто валяться на золоте ему казалось ужасно скучным.

В последнее время Гарольда это раздражало — похоже, его собственное логово перестало ему нравиться.

Если бы магазинчик Лу Яо не был таким тесным, он бы с радостью перетащил сюда все свои богатства и поселился прямо здесь.

С самого момента своего трудоустройства этот маленький черный дракон только и делал, что бездельничал. Лу Яо уж было собиралась отпустить пару шуток на этот счет, как вдруг в салон кто-то вошел.

— Извините, хозяйка здесь? — Внутрь шагнула молодая женщина с распущенными по спине длинными черными волосами. На ней было темное платье, пестрящее заплатами.

Лицо гостьи показалось Лу Яо смутно знакомым, но она никак не могла вспомнить, где видела её раньше. Шагнув навстречу, она ответила:

— Здравствуйте, хозяйка — это я.

Брюнетка изобразила мягкую и безобидную улыбку и застенчиво произнесла:

— Здравствуйте. Я пришла по объявлению о найме учеников.

— Прошу прощения, но штат уже укомплектован. Набор временно закрыт. — Лу Яо сняла объявление с двери еще вчера.

Её силы были небезграничны, и она физически не могла обучать целую толпу одновременно.

Когда Муму и остальные закончат обучение, они сами смогут брать под крыло новеньких, избавив её от лишних хлопот.

Руки женщины в темном, опущенные вдоль тела, сжались в кулаки. Она сделала шаг вперед и жалобно взмолилась:

— Госпожа, я пришла издалека. Шла день и ночь напролет, стерла ноги в кровь. Мне больно, я так устала и проголодалась. Если я не устроюсь к вам ученицей, отец продаст меня местному лорду. Умоляю, не могли бы вы…

С этими словами она подалась вперед, протянув руку, чтобы схватить Лу Яо.

Гарольд мгновенно подскочил с дивана, дернул Лу Яо назад и резким взмахом отбросил руку женщины. В его звонком юношеском голосе прозвучали ледяные нотки:

— Не трогай её.

Отброшенная назад Цанъюаньская ведьма закипела от ярости. Она же своими глазами видела, как весь персонал разошелся! Откуда взялся еще один?!

Этой брюнеткой оказалась та самая Цанъюаньская ведьма. Её прошлый план — убить хозяйку и присвоить магазин — провалился, но она и не думала сдаваться.

Несколько дней назад ей пришлось покинуть Оунодун ради другого заказа, а по возвращении она обнаружила, что дела в маникюрном салоне пошли в гору. Персонала прибавилось, что лишало её возможности нанести быстрый удар.

Два дня она караулила в Изумрудном городке, пыталась пробраться в салон ночью, но обнаружила, что дверь снаружи не поддается ни на какие ухищрения, от чего чуть не лопнула от злости.

Сегодня вечером, когда хозяйка осталась одна, а дверь была распахнута настежь, она сочла это идеальным моментом. И вот, столкнулась с Гарольдом.

Поняв, что её маскировка раскрыта, Цанъюаньская ведьма отбросила образ беззащитной страдалицы. В её ладони вспыхнуло темное пламя, и она бросилась прямо на Гарольда.

В человеческом обличии у парня было весьма юное лицо, на вид ему дашь не больше четырнадцати-пятнадцати лет. К тому же за время работы в салоне он заметно разленился. Ведьма даже не сомневалась, что легко с ним расправится.

Темная магия обладала чудовищной разрушительной силой. Стоило хоть крошечной искре попасть на этого мальчишку, как он мгновенно вспыхнул бы и забился в агонии от невыносимой боли.

Раз уж она сделала свой ход, пути назад не было.

Ведьма решила действовать наверняка: сначала убить мелкого помощника, а затем разобраться с этой надоедливой хозяйкой, магом света.

Гарольд лишь холодно хмыкнул. Он поднял руку, перехватил удар и намертво сжал запястье нападавшей. В его собственной ладони вспыхнуло куда более чистое пламя тьмы.

Ведьма истошно завопила, в её глазах застыл первобытный ужас. Этот юнец… тоже маг тьмы?!

— Хрусь…

Звук дробящихся костей заставил кровь застыть в жилах. Черное пламя пожирало плоть: там, где пальцы Гарольда стиснули руку ведьмы, ткань проминалась вплоть до оголившихся белых костей. От адской боли женщина лишилась дара речи.

С мрачным лицом Гарольд одной рукой выволок её из салона, прямо на улице обратился в огромного дракона и улетел прочь из Изумрудного городка.

Увидев истинный облик чудовища, Цанъюаньская ведьма попросту лишилась чувств от ужаса.

В салоне осталась лишь Лу Яо. Всё произошло настолько стремительно, что она даже не успела ничего осознать.

Система подала голос: «Глупые самоуверенные бандиты, заносчивые надменные аристократы, алчные и коварные ведьмы… Сдается мне, в этом магазине далеко не так спокойно, как в закусочной».

Глядя на опустевший дверной проем, Лу Яо спокойно ответила:

— Страна Снов — это мир мертвых душ. После смерти большая часть желаний рассеивается, оставляя лишь самые чистые помыслы. Но в мире живых — будь то наш или этот, иной мир — желания людей и прочих существ принимают куда более сложные формы. Нет ничего удивительного в том, что ими движут пороки.

Спустя некоторое время Гарольд вернулся. Он старательно избегал взгляда Лу Яо, а на его лице читалась легкая неловкость.

Увидев, как эта ведьма тайком собирала на кончиках пальцев пламя, пытаясь дотронуться до Лу Яо, он пришел в настоящую ярость и ударил без всякой жалости.

Вдруг она испугалась его жестокости?

Не понимая причин внезапного смущения парня, Лу Яо подошла к нему, взяла за руку и принялась внимательно осматривать:

— Ты не ранен?

Она ведь видела, как черное пламя прожгло плоть ведьмы насквозь, и рука Гарольда тогда тоже была полностью объята огнем.

Гарольд украдкой взглянул на девушку. В её ясных темных глазах не было ни капли отвращения или страха — лишь легкая тревога за него.

Маленький черный дракон чуть было радостно не завилял хвостом. Он даже дернулся, прежде чем вспомнил, что в человеческом обличии у него хвоста нет.

Моргнув, он тихо пробормотал:

— Я очень сильный. Меня нельзя так просто ранить.

Погладив его руку и убедившись, что на коже нет ни единой царапины, Лу Яо успокоилась и как бы между делом поинтересовалась:

— И куда ты её дел?

Глубокие синие глаза Гарольда блеснули, и он гордо вздернул подбородок:

— Выбросил в Ядовитую топь.

Лу Яо кивнула:

— Главное, что ты в порядке. Я буду ждать клиента, так что освобожусь очень поздно. Иди домой, сегодня больше ничего не случится.

Но Гарольд покачал головой с самодовольным видом:

— Без такого телохранителя, как я, ты одна с этим магазином не справишься.

Лу Яо:

— …

«А ведь у этого парня и впрямь воображаемый хвост трубой встал!» — мысленно усмехнулась она.

К счастью, Карлос оказался пунктуален и не заставил их долго ждать.

Юноша в серебристом одеянии, опирающийся на посох, дважды тихо стукнул в дверной косяк, привлекая их внимание, и лишь затем неспешно вошел внутрь:

— Госпожа.

Лу Яо поднялась:

— Здравствуйте. Присаживайтесь сюда.

Глаза молодого человека были закрыты, поэтому Лу Яо не стала протягивать ему планшет, а спросила вслух, какой стиль ему по душе.

Карлос с невозмутимым лицом ответил:

— Я уже говорил вам об этом вчера.

Лу Яо:

— ?

«Ой-ой. Вообще не помню», — пронеслось у нее в мыслях.

Карлос, казалось, едва слышно вздохнул и произнес:

— Мне нравится черный цвет. И лотосы.

Вчера Лу Яо слишком сильно вымоталась, поэтому пропустила эти слова мимо ушей и напрочь забыла о случившемся.

Ей уже доводилось делать маникюр с цветами лотоса. Чаще всего в таких работах преобладали бело-голубые или золотисто-зеленые оттенки. Дизайн получался нежным и изящным, а в сочетании с платьем ципао смотрелся особенно элегантно и эффектно.

Однако подобные стили совершенно не подходили сидевшему перед ней клиенту, который до боли напоминал священнослужителя.

Впрочем, сочетать черный цвет и лотосы было не так уж сложно.

Поскольку Карлос был слеп, Лу Яо на словах описала ему свою задумку.

— Как пожелаешь, — равнодушно отозвался гость. Складывалось впечатление, что ему абсолютно все равно, сделают ли ему маникюр вообще и как именно он будет выглядеть.

За окном стремительно темнело. У Лу Яо не было ни сил, ни желания выпытывать у клиента его предпочтения, поэтому она молча отобрала нужные лаки, достала инструменты и принялась за работу.

На этапе подпиливания ногтей возникла небольшая заминка.

Девушка взяла обычную пилочку, которую использовала для большинства посетителей, но стоило ей сделать пару движений, как та сломалась пополам.

…

Это до боли знакомое чувство… Точно так же всё происходило в день её знакомства с Сыцзинем.

Она достала новую пилочку — и та хрустнула после первого же взмаха.

Лу Яо повернула голову к Гарольду в надежде на подсказку.

Тот сидел рядом, подперев щеку рукой, и увлеченно читал мангу. Перед ним стояла тарелка со снеками: перевернув страницу, он брал очередную вкусняшку и запивал напитком из стоявшего под рукой стакана. Дракон выглядел таким расслабленным, словно младшеклассник на весеннем пикнике.

Лу Яо тяжело вздохнула, обреченно встала и достала специальную черно-золотую пилку для драконов. На этот раз инструмент выдержал.

«Неужели этот клиент тоже дракон?»

«Но он ведь не просил добавить блесток».

Страсть ко всему блестящему была заложена у этих ящеров на генетическом уровне, что заставляло девушку усомниться в своей догадке.

Во время продумывания дизайна Лу Яо внезапно пришла в голову идея, которую ей нестерпимо захотелось воплотить в жизнь. Она спросила у Карлоса, не против ли он магического маникюра.

Тот коротко кивнул и ровным тоном ответил:

— Делай так, как сочтешь нужным, хозяйка.

Его невозмутимый вид и равнодушный голос немного расстроили Лу Яо.

Казалось, этот клиент не питал к маникюру ни малейшего интереса. Непонятно, зачем он вообще пришел в салон. Неужели исключительно из любопытства?

Погрузившись в размышления, девушка закончила опил, нанесла защитную базу и, лишь когда приступила к созданию магического массива, наконец-то смогла полностью сосредоточиться.

Вдохновившись работами для Доминика и Амоса, она решила попробовать совместить рисунок с магическим массивом, накладывая их в несколько слоев, чтобы добиться динамического эффекта.

Опираясь на свой опыт создания анимаций в презентациях, Лу Яо использовала магический массив атрибута света для настройки задержки времени, а массив атрибута тьмы — для непрерывного разрушения и воссоздания слоев. Бесчисленное множество крошечных массивов сплетались в единую траекторию движения.

Хотя сама линия движения была не такой уж сложной, процесс требовал наложения огромного количества магических массивов и множества едва различимых вариаций рисунка. На один только первый ноготь ушло целых два часа.

Фоном служил глубокий черный цвет. В уголке ногтевой пластины проступали несколько серебристых листьев и распустившийся серебряный лотос. Стоило подуть иллюзорному ветерку, как стебель и пышный бутон начинали мягко покачиваться, а из-под листьев по темной воде медленно расходились круги.

На ногте было запрограммировано всего два действия: колыхание цветка на ветру и рябь на воде, но даже это вымотало Лу Яо до такой степени, что у нее дрожали руки и ноги.

Ситуацию омрачало и то, что слепой гость не мог оценить результат, и ей оставалось лишь сожалеть об отсутствии обратной связи.

Нанеся магическое топовое покрытие, Лу Яо еще долго держала Карлоса за палец, любуясь своей работой. У нее действительно получилось создать живой маникюр!

Почувствовав, что хозяйка салона замерла, жрец нарушил тишину:

— Хозяйка?

Лу Яо очнулась от своих мыслей:

— А?

— Долго еще? — с легкой досадой спросил он.

— Э-э… ну, один я уже закончила, — виновато пробормотала девушка, понимая, что процесс затянулся. — Дальше дело пойдет быстрее. Вы не проголодались? Может, принести воды?

Карлос покачал головой и, чуть приподняв руку, велел:

— Продолжай.

Время текло капля за каплей. Гарольд, клевавший носом, в конце концов улегся на стол и уснул.

Заметив это посреди работы, Лу Яо встала, укрыла дракона пледом, а затем налила Карлосу воды и предложила немного еды.

Однако жрец так и не притронулся к угощениям.

Девушка вновь склонилась над столом, надеясь как можно скорее завершить начатое.

Густую ночную тьму разорвали лучи утреннего солнца, и на горизонте заклубилась бледно-голубая дымка.

На лбу Лу Яо выступила испарина. Небрежно смахнув ее тыльной стороной ладони, она вытерла руки бумажным полотенцем и продолжила колдовать над ногтями.

«Осталось всего два пальца. Как только закончу, смогу отдохнуть».

Солнце выкатилось из-за горных вершин, и его слепящие лучи хлынули через окно.

Гарольд с трудом поднялся, протирая глаза. Увидев, что Лу Яо по-прежнему сидит за рабочим столом, он изумленно выдавил:

— Ты что, вообще не ложилась?

У нее не было сил даже ответить. В голове билась только одна мысль: остался последний ноготь.

Когда Муму, Тина и Юджиния пришли в салон, девушка как раз наносила последние штрихи на мизинец клиента.

Трое подмастерьев обступили стол. Они увидели, как в ту самую секунду, когда магическое плетение завершилось, от статичного изображения крупной цветочной ветви, очерченной золотом, оторвался лепесток. Он плавно опустился на нарисованную воду, и от него во все стороны побежала легкая рябь.

— О-оно… оно шевелится?

Происходящее казалось настолько немыслимым, что Юджиния покрылась мурашками и невольно обхватила себя руками, потирая плечи.

— Джи-джи! — восторженно запищал Муму, расхваливая хозяйку.

Тина же не отрывала взгляда от рук Карлоса. Ожило не только изображение на последнем ногте — миниатюрные пейзажи на каждом пальце находились в движении, и ни один из них не повторялся.

Дизайн был выдержан в контрастном стиле: обе руки кардинально отличались друг от друга, а общая цветовая гамма состояла лишь из черно-белых и платиново-золотых оттенков.

На правой руке преобладал стиль живописи тушью. Белоснежные лотосы распускались на угольно-черном фоне, а окружающие их пейзажи — горы, воды и силуэты лодок — были написаны черным цветом, отличаясь лишь насыщенностью растушевки.

Серебристо-белые цветы, выделяющиеся на густом, как тушь, фоне, завораживали своей трепещущей красотой.

Левую руку покрывал обильный серебристо-белый цвет. И лотосы, и пейзажи с лодками имели светлую основу, а их тени и глубина прорисовывались золотым и серебряным лаками. Палитра получилась нежной, утонченной и по-настоящему возвышенной.

Гарольд тоже сунул свой нос, чтобы полюбоваться результатом. Вдруг его зрачки слегка сузились, и он ткнул пальцем в безымянный палец левой руки Карлоса:

— Там только что рыбка пускала пузыри!

Оказалось, в дизайне скрывался пятый цвет — оранжевый. Крохотная золотая рыбка мандаринового оттенка вынырнула на поверхность, проворно пустила пузырек и тут же скрылась из виду.

На безымянном пальце правой руки жреца эта деталь была куда заметнее. Благодаря черному фону оранжевая рыбка, торопливо проплывающая под листом лотоса, казалась отблеском заката, стремительно пронзающим ночную мглу и разрезающим небосвод.

Глаза Тины вспыхнули, словно два факела. Красная драконица в жизни не видела подобного маникюра. И хотя здесь не было ни единого драгоценного камня, работа была настолько прекрасна, что от нее невозможно было оторвать взгляд.

«Зря я ушла вчера вечером! Оставшись в салоне, я бы увидела, как госпожа Лу Яо сотворила такое чудо», — с сожалением подумала она.

Пока работники салона с восхищением разглядывали руки Карлоса, сам он хранил невозмутимое спокойствие.

Дождавшись, когда окружающие вдоволь насладятся зрелищем, он убрал руки и бесстрастным тоном произнес:

— Хозяйка, рассчитай меня.

— Пятьсот золотых монет, — слабым голосом назвала цену Лу Яо, которой уже было не до реакции клиента.

Жрец достал мешочек с золотом, опустил его на стол, подобрал свой посох и поднялся.

В этот раз он прибыл без сопровождения. Выйдя из маникюрного салона, он, опираясь на посох, в одиночестве направился к массиву телепортации на Площади Фонтанов.

Рыцарь Эльви только-только завершила миссию по сопровождению. По пути ее отряд наткнулся на крупную стаю магических зверей, из-за чего девушка исчерпала все запасы лечебных зелий и получила ранение. Выйдя из массива телепортации, она прямиком направилась в лавку зелий Ли Сю, как вдруг нос к носу столкнулась с Карлосом, идущим с восточной улицы.

В лице Эльви что-то дрогнуло. Она поспешно отступила в сторону, недоумевая, что забыл Верховный жрец в таком захолустье, как Изумрудный городок.

Карлос, будто что-то почувствовав, замедлил шаг и повернул голову в ее сторону.

Девушка затаила дыхание, боясь издать хотя бы звук.

Даже слепота Верховного жреца не давала ей повода терять бдительность.

Именно из-за утраты зрения остальные его чувства обострились до невероятного предела.

Постояв немного на месте, он вновь зашагал к массиву телепортации.

Лишь когда мужчина скрылся из виду, натянутые нервы Эльви наконец расслабились. Закупившись зельями восстановления в лавке, она проходила мимо маникюрного салона, и тут в ее голове мелькнула неожиданная мысль.

«Единственное место в этом городишке, способное привлечь приезжих — это маникюрный салон. Неужели Верховный жрец приходил сюда на ноготочки?»

Сама эта идея показалась ей настолько абсурдной, что Эльви мысленно рассмеялась. Скажи ей кто-нибудь, что Его Величество Император приехал сделать маникюр, она бы не удивилась.

Но чтобы Карлос…

Представив, как этот суровый, надменный и холодный жрец просит Лу Яо накрасить ему ногти, рыцарь содрогнулась. «Нет, это абсолютно исключено!»

«А значит, остается лишь один вариант: за мной следят».

Лицо Эльви мгновенно побледнело. Развернувшись, она бросилась обратно в лавку Ли Сю, скупила там добрую половину зелий, помчалась в свою комнату за вещами и спешно покинула Изумрудный городок.

Тем временем в салоне Лу Яо, уплетая обед, спросила у Муму:

— Скоро должен прийти клиент по записи?

Вчера она поддалась творческому порыву и потратила на один дизайн всю ночь.

Теперь она чувствовала себя совершенно разбитой. В голове царил туман, но и отменить запись было бы невежливо. Это сочетание усталости и тревоги сводило ее с ума.

В этот момент с улицы вернулась Тина. В руках она держала три склянки:

— Это зелья восстановления среднего ранга. Они снимают усталость и возвращают силы.

— Откуда они? — с любопытством спросила Лу Яо, беря одну из прозрачных ромбовидных бутылочек, на две трети заполненную бледно-розовой жидкостью.

— Купила в лавке напротив, — пояснила красная драконица. — В следующий раз я наварю для салона зелий восстановления высокого ранга. Будете выпивать по одному в самые загруженные дни, чтобы оставаться бодрой.

Лу Яо откупорила пробку, понюхала содержимое — странного запаха не было — и залпом выпила половину.

Вкус оказался очень слабым, ни горьким, ни сладким, чем-то напоминая утреннюю росу с ароматом свежей травы.

Спустя несколько минут усталость отступила, разум прояснился, и даже легкое раздражение растворилось без следа.

Воспрянув духом, девушка в несколько глотков допила остаток зелья.

«Магический мир просто прекрасен!»

-

Покинув Изумрудный городок, Карлос вернулся в Королевскую академию магии.

Ректор, узнав о его прибытии, немедленно явился со своей свитой, чтобы обсудить важные вопросы, касающиеся празднования столетия академии.

Верховный жрец прибыл сюда вовсе не из-за внезапной ностальгии по альма-матер. Грядущий юбилей был событием огромной важности, требовавшим его личного контроля.

Цюнбэй, как представительница лучших учеников третьего курса, присутствовала на этом собрании в качестве секретаря. Ее главной задачей было вести протокол.

Все совещание можно было охарактеризовать как «театр одного актера». Ректор поочередно озвучивал пункты программы праздника, а господин жрец лишь кивком одобрял их или же отрицательно качал головой, накладывая вето.

Благодаря этому вести записи было довольно легко, и в какой-то момент Цюнбэй отвлеклась, обратив внимание на ногти Карлоса.

«!!!»