«Система-вспомогательный механизм оставленный основателем для потомков-сирот попавших в ситуацию, из которой они не могут выбраться сами.»

Сяшу мёртвым взглядом очертила труп. Женщина, бледная и грязная, лежит холодеющая в рваных простынях. Они-последнее, что осталось в обнищавшем доме. Конечно, не считая двух девочек-подростка и пятилетнюю малышку-старшая из которых спросила в пустоту.

—Сяосюэ, ты что-то услышала?

—Нет.

От спокойного ответа Сяшу чуть не вырвало. И бесплотный голос тут совсем не важен. Их мать, последний человек которому они нужны, мертва, а они даже понять не могут, почему? Она… заболела? Но от чего? И что за болезнь поражает всё тело, но не заразна, ведь они с сестрой всё время были рядом!

Как? Как может Цюйсюэ беззаботно пялится на труп родителя!? Почему не плачет? Почему… ни одна из них не плачет?

—Мы монстры.

—Сяцзе?

—…

А может, это даже хорошо. Нужно достать гроб, вырыть яму и, наверно, зашить один из маминых нарядов. Потом… Потом проблем станет больше.

Сяшу вышла из дома, оставив сестру с остывающим трупом. Это не жестоко. Всё равно она не понимает.

На улице темно. Тучи застелили небо, грозя дождём, но не роняя капель. Мерзость. А хуже всего повторяющийся голос.

«Пользователь, прошу, заполните аккаунт.»

—Кто ты?

«Система-вспомогательный механизм оставленный основателем для потомков-сирот попавших в ситуацию, из которой они не могут выбраться сами.»

Казалось, бездушные слова останутся в ушах навечно и даже умирая Сяшу назовёт их без ошибки, но голос не видит её глаз. Он произносит лишь заученные фразы.

«Пользователь, прошу, заполните аккаунт.»

Сяшу остановилась, на миг забыв куда вообще шла. Слова «голоса» ей мало понятны, но, похоже, но хочет что-то ей дать. Голодный живот, как на зло, заурчал. Что ж. Если голос знает где добыть еды-можно и выполнить парочку его капризов. Но сначала осторожность.

—Что мне это даст?

«В основные функции системы входит: оценка состояния и навыков владельца, поиск и прогнозирование «внутренних» проблем, защита от негативного внешнего влияния а так же скрытое пространство с рекой, полем и библиотекой в размере больше ста пятидесяти миллионов книг и свитков, но войти туда вы сможете не раньше внутреннего купола.»

Купола… чего? Не важно.

—Что ты хочешь взамен?

«Я-искусственный интеллект и не имею собственных желаний.»

—То есть, мне не прийдётся за твой «аккаунт» платить?

«Верно.»

Настроение паршивое, говорить нет сил, зато хочется есть, а почти любую помощь можно обменять на хлеб.

—Тогда я не против.

«Назовите своё полное имя, возраст и дату рождения.»

—Му Сяшу, пятнадцать лет. Вдруг захотелось говорить. Слова гнойниками цепляются за сердце и, в раздражении, она оторвала один из них, тут же выплюнув на руку.

—Я родилась на двадцатый день лета. Мама говорила, что в тот год была засуха, но как я появилась-тут же грянул многодневный ливень. По этому я-Сяшу.

«Хозяйка стала разговорчивей.»Система тихо мурлыкнула и, Сяшу клянётся, она видела как огромный кот обошёл её по кругу. «Знаете, мой создатель сказал, что есть пять стадий горя. Отрицание, злость, торг, депрессия и принятие.»

Сяшу очень хочет не слышать клятый голос, но не видя говорящего она не может даже заткнуть его руками, а перебить просто не хватило духу. Настолько точны оказались слова, что выбили из её лёгких воздух.

«Вы не верили в смерть матери настолько, что трижды проткнули её палец иглой, это отрицание. Потом вы злились на свою сестру-леди Цюйсюэ-если я не ошибаюсь. Она не виновата, просто оказалась рядом. Торг проявился в том, что вы сбежали. Достать гроб можно и завтра. Это лишь способ не видеть её тела. Сейчас у вас депрессия.»

Начался дождь.

«Это самый сложный этап. Вы чувствуете грусть, уныние и апатию. Не хотите жить и даже выживать.»

—И что с того?

Наконец, Сяшу прорычала ответ. Она не знает к кому говорит, да и понять уже не пытается. Руки опущены, ноги дрожат. Из васильковых глаз хлынули слёзы, вымывая на щеках чистые полосы.

Чёрт! Как же хочется кричать. Вопить пока горло не сотрётся в мясо. Хочется рыдать и плакать, закатить истерику и захлебнуться в желтки, но ни дождь, ни таки прорвавшийся наружу крик не заглушили металический скрежет, лишь по смешной случайности образовавший голос.

«То, что мне нравится, как быстро ты проходишь стадии. Прошу, не стой на месте. У меня нет тела. Я не могу ударить тебя или облить смолой, но, поверь, слова бьют больнее. Я буду говорить, а ты-слушать. За каждый час бездействий я расскажу тебе правду и ты пожалеешь что вообще родилась.»

Сяшу лишь фыркнула, занятая вытиранием с лица дождя. Он смыл с него всю грязь, оставив мокрые пряди налипать на плечи.

—Можно подумать, ты сможешь сделать мне хуже.

«Смогу. Мой хозяин был жесток, а я училась у него. Разве не заметила? Я спросила у тебя всего три вещи, а ты выдала дорогую сердцу историю. Можно подумать, я могла не знать таоё имя.»

От жутких слов Сяшу вздрогнула, но сильней страха оказалась лишь злость. Ну и что!? Хочет сказать-пусть скажет! Что теперь осталось терять? Пусть и дальше болтает! От этого не будет проку.

Злая на себя, жизнь, тупой голос и злой рок она, наконец, собралась достаточно, что бы шаг стал твёрдым. Из целей на сегодня: гроб, еда и, возможно, пара медяков. Одежду маме сошьёт Цюйсюэ. Было бы лучше отправить её попрошайничать, но девчонка в последнее время совсем от рук отбилась. Посидеть дома будет ей полезно.

———

«Прежде чем перебраться в трущобы ты жила в богатом и красивом доме, вместе с родителями и старшим братом. На вашей кухне работала девочка-сиротка. Ты ненавидела её, ведь твой брат уделял ей столько же времени сколько и тебе. Однажды ночью ты пробралась в её комнату и сожгла кулон, что она всегда носила. Ты не знала, что это вещь её покойной матери. С тех пор ты применилась с ней, но причиной тому-чувство вины.»

«У твоего отца была жена и наложница. Твоей маме повезло стать законной супругой, но муж её почти не посещал. Он всё время гулял с той стервой Го. Однажды мама дала тебе конфет и сказала угостить ими наложницу. От них у неё должны были выпасть все волосы. Но то был яд. В шесть лет ты впервые убила человека. Ты не сказала брату, что убила его мать.»

«Мо Вонг, лишившись возлюбленной, стал пить и играть в карты. Он растратил состояние за каких-то два года, а потом и вовсе покончил с собой.»

«Твой брат ушёл на войну, чтоб заработать денег. Будучи последним мужчиной в семье, он поставил себя на кон, что бы спасти её. В семнадцать он попал на фронт. В двадцать умер. Вам вернули только его меч.»

«Ты обрадовалась его смерти. Он не узнает что его сестра-убийца.»

«Вы почти сразу оказались на улице. Луо Лан, даже оставшись одна с двумя детьми, не теряла духу, работая так, словно завтра не настанет. Она была счастлива, а ты-нет. Ты тоже работала, но не ради семьи, а ради себя. Ты злилась на сестру, потому что её приходится кормить и мечтала, когда же она сможет пойти в попрошайки.»

«Мама запрещала тебе просить милостыню. Говорила-это не достойно человека с четырьмя конечностями. Тогда ты злилась на неё и думала, что лучше бы её вообще не было.»

«Наступила зима. Вы голодали и ты украла у лавочника деньги. Отдавая их маме ты ждала похвалы, но она наругала тебя и сказала вернуть всё владельцу. Ты разозлилась на неё и высказала всё что копилось в голове. Она ничего не ответила и даже разрешила потратить украденные деньги, но ночью ты видела как она рыдает.»

«Ты потратила те деньги.»

«С тех пор ты не крала. Даже тогда, когда ей нужны были лекарства. Разве мастер из города не предлагал тебе таблетку за десять тысяч серебряных? Может, Луо Лан бы выжила, выпив её, но ты испугалась. Испугалась её слёз.»

«Они все умерли из-за тебя.»

«Ты ненавидишь сестру, потому что она бесполезна и даже сейчас хочешь оставить её умирать с голоду.»

«Убьёшь и её?»

—Да хватит!

Сяшу упала на колени, не думая о тем как будет оттирать от грязи платье. Дождь прошёл, но дороги размыло настолько, что даже похороны пришлось отложить.

Ужасный день. Да и еды достать не получилось. А этот голос… Сяшу искренне считала, что терять ей просто нечего, но «система» доказала обратное. Всегда может быть хуже.

—Чего ты хочешь?!

«Результатов. Злись, кричи и плач, если это даст тебе стимул.»

—Какой, блядь, стимул!!?

Что ж. Сяшу не выдержала. Как и утром она сжала зубы, но в этот раз не проронила слёз. Лишь гнев всплыл с глубин кристально-синих глаз.

—Что мне сделать!? Повесится??

«Ну почему? Просто принять реальность. Твои родители и брат мертвы. Но неужели это все кто тебе дорог?»

—Да!

Неужели, даже зная всю ту правду голос верит, что в ней осталось что-то от живого? Что ей не плевать?

«Тогда убей свою сестру.»

—А?

Чёртова система. Когда-то знакомый мамин врач говорил, что даже выдохнув весь воздух, в лёгких остаётся ещё около литра, но Сяшу клянётся, что задохнулась с полной грудью. Сама мысль об этом показалась неправильной, но… почему бы и нет? Почему-то она не нашла чем опровергнуть столь шальную мысль.

До дома оставалась пара жалких метров, когда Сяшу подобрала лежавший у дороги камень. Большой и грязный, но очень-очень острый.

Дверь открылась с мерзким скрипом, а Цюйсюэ этого и не заметила, увлечённая шитьём. Методично она продевает иглу через ткань, даже не думая, что за её спиной родная сестра занесла над вверх камень.

Прошла минута, две. С тихий вздохом, малышка поднесла к губам палец. Укололась. Сяшу не заметила, как в этот момент дрогнула. Едва глуша рвущиеся хрипы она вышла на улицу и упала на колени. Её вырвало.

Тучи, лужи, в лесу каркает ворон, празднуя долгожданный летний дождь.

—Ты хотел что б я её убила?

«Хотел? Я-система. У меня нет ни чувств, ни желаний. Лишь цель, но если речь о ней, то я хочу сделать тебя лучше. Убийство-лишь способ. Хочешь стать тёмным лордом? Прошу. Убийство сестры поможет тебе в культивации, но мой создатель говорил, что любовь делает людей сильнее. Не хочешь стараться ради себя, сделай это ради неё.»

—Я не люблю её.

Чушь. Она бы сама себе не поверила, а потому снова плачет. Беззвучно. Лишь голос системы раздался за спиной.

«Любишь.»

Похороны прошли быстро. Чего и следовало ждать. Это господ хоронят с пятидневным трауром. Бедняков, порой, закапывают без одежды. Большинство покоится в братских могилах.

Луо Лан повезло, но даже людей на её «прощании» собралось лишь пятеро. Сяшу, Цюйсюэ, добрая соседка-мадам Ван, её муж и лесник, позванные только что бы закопать могилу.

—Она была хорошим человеком.

Мадам Ван положила руку на плечо Сяшу и нежно-нежно улыбнулась.

—Да.

Девочка даже взгляда её не удостоила. Всё внимание забрал… процесс. То, как земля падает на деревянный гроб, как лопату царапает каменистая почва, как Сяосюэ доверчиво жмётся к бедру, а карканье ворон-что последний оркестр, оплаченный природой.

Землю примяли лопатами, пустое надгробие поставили сверху. Умей хоть кто-нибудь из них писать, там нацарапали бы имя, но для бедняков и это-роскошь.

Грянула молния и тучи всем скопом грохнулись с неба. Мадам Ван нахмурилась и поспешила перекрыть рукавом голову.

—Пойдёмте в дом.

—…

Цюйсюэ послушно ушла, когда мадам поманила её за собой, но Сяшу не двинулась, всё тем же взглядом буравя надгробие. По сути-булыжник.

—Сяшу?

Мадам Ван вернулась почти сразу. Лишь взяла ткань, чтоб прикрыться от дождя.

—А-Шу.

Она присела, взяла Сяшу за предплечье и попыталась заглянуть в глаза.

—Пойдём. Заночуете сегодня у нас, завтра разберёмся с домом, а потом я отведу вас в одно место. Моя знакомая работает в гостинице. Она устроит вас работать.

Кивок-это всё, что Сяшу смогла дать добродетельнице. Дальше мадам Ван не отважилась рушить чужое молчание. Скрепя сердцем она оставила ткань девочке и ушла в дом.

Гостиница-хороший вариант. Там много еды и воды. Ещё и деньги платят. Сяшу попыталась себе объяснить, что Цюйсюэ нужно питаться и, раз уж она сделала сестру своим стимулом жить, от прежних предпочтений нужно отказаться, но оставить маму здесь просто… низко. Без эпитафии и подношений. Бросить гнить как пережиток времени.

Бедняки не строят кладбищ. Покойники лежат вместе с живыми. Оставшись в деревне Сяшу смогла бы каждый день ходить к маме и даже видеть её из окна, но до ближайшей гостиницы два дня верхом. Это слишком далеко.

Тишина. Мадам Ван ушла, увела мужа, лесника и Сяосюэ, людей здесь днём с огнём не сыщешь и даже птицы затихли позакрывав свои клювы. А может это она, в кое-то веке, оглохла? Не важно. Тишина давит на плечи так, что глаза выдавливает из орбит и даже система, сволочь, замолчала.

Ничего, на сей раз Сяшу потревожит её «сон».

—Ты.

«Предположу что вы обратились ко мне. Чем могу быть полезна?»

—Как пишется «Луо Лан»?

Яма и булыжник-точно не то что Сяшу хотела бы дать матери. Возможно, склеп или памятник, но раз свершится этому не суждено, то разве не стоит увековечить хотя бы её имя?

«Ммм.. А что я получу в замен?»

—Я выполню любую твою просьбу.

«Убей сестру.»

—Кроме этой.

«Убей мадам Ван.»

—…

С некой опаской Сяшу обернулась на виднеющийся в тенях ночи дом, но ничего не ответила. А что, это того стоит.

«Тихо-тихо. Я не хочу тебя доламывать~ Ты вышла из депрессии, это прогресс. Просто будь послушной девочкой.»

—Я буду.

———

На следующий день мадам Ван помогла сёстрам перебрать вещи. Излишки она продали, что-то подарили, но большинство пришлось бросить. К концу дня пожитков набралось лишь на два свёртка, а на следующем рассвете господин Ван запряг лошадь-одну на всю деревню-и отвёз их в город. Не в тот что Сяшу бегает на подработку, а в другой. Больше и богаче.

———

—Писать умеешь?

—Нет.

—А читать?

—Нет.

—Ну и на кой ты мне нужна?

При господине Ване упомянутая «знакомая» вела себя предельно мило, но стоило ему уехать-обернулась мигерой и начала допрос с пристрастием.

—Не вам, а хозяину двора.

—Не перечь мне!

Мигера, похоже, почувствовала власть, ибо совсем растеряла тот приятный тон. Сяшу закатила на это глаза и взяла за руку, сжавшуюся за её спиной, Цюйсюэ.

—Прошу прощения.

—То-то же!

Женщина сложила на груди руки и самодовольно осмотрела новых подопечных.

—Я-Фан Цю. Называйте меня мадам Фан. Ещё раз. Что вы умеете?

—Я…

Цюйсюэ вышла вперёд, не зная что скажет, но искренне желая прекратить допрос, но Сяшу её остановила.

—Шить, подметать, готовить…

—Нет-нет-нет!

Фан Цю схватила Сяшу за подбородок и резко дёрнула вверх.

—Может, пение? Танцы? Лицо у тебя весьма не плохое. Конечно, я видала и лучше, да и кожа желтовата, но этот взгляд...

На миг она замешкалась, немного, даже, растерялась, но быстро вернула нахальную ухмылку.

—Мужчины много за него заплатят!

Она отступила, словно не сказала ничего такого.

—Два, нет, три серебряных в день! Ты сможешь брать по одному с клиента. Ужасно выгодно! И это исключая бесплатные занятия~ Такая как ты могла и не знать, но для нас публичные дома-единственный способ чему-то научится.

Мадам Фан выпрямилась, как будто вещает о собственном дворце, а не чужом борделе.

—Всех куртизанок учат счёту, двом-трём простеньким мелодиям и даже самым частым из иероглифов. Если проявишь достаточно усердия-станет ещё лучше! Тебя научат письму, чтению, танцам, го и сёгэ. Став «цветком» ты сможешь продавать ум вместо тела, а к тридцати станешь наложницей кого-то из господ. Чудесно же, правда?

Ошеломляющую реч Фан Цю закончила всплеснув руками и прижав их к груди. Даже глаза светились как у родниковой феи. Вот только…

—Почему мы вообще заговорили про бордель?

Мадам Фан замерла, смерила Сяшу огромными глазами и… расхохотался.

—Х.. хаха-Ха!

От смеха она согнулась пополам и всё равно успокоилась лишь через три минуты.

—Ой~ Удивила же ты! Какая гостиница без куртизанок? Место для сна это постоялый двор. Гостиница предлагает не только комнаты, но и обслуживание. Песни с танцами в него, конечно, входят.

—Но…

—Мо Сяшу.

Фан Цю сказала так чётко, что обе сестры вздрогнули.

—У тебя нет выбора.

—А?

Впервые Сяшу всмотрелась ей в глаза. Они… холодные.

—Ты молодая девушка без семьи и рода. Пойми, бордель, в первую очередь-защита. Там тебя накормят и согреют. Выйдешь же на улицу-мгновенно окажешься чьей-то подстилкой. А тогда о ярком будущем можно будет навсегда забыть.

—Всё не может быть так плохо.

Сяшу пыталась возразить. Поставить хоть какую-то преграду, но оборона оказалась яичной скорлупой.

—Может.

Фан Цю обвела рукой вокруг.

—Это место-квартал жёлтых птиц. Сюда стекаются наркоторговцы, контрабандисты и прочие любители всевозможных грехов. Высокомерный выродок богатого отца-лучшее что ты можешь ждать.

Удивительно, но Фан Цю, казалось, смеётся над самой собой, вовсе не над другими.

—Да ты даже вернуться не сможешь! Зимы длиннеют, засухи бушуют. Лет шесть-семь и деревни вымрут как вид.

—А?

Сяшу уставилась на неё с вопросами в глазах. Это что, конец света? В панике она припомнила всё что только могла, но разве засухи-не норма? Она родилась когда одна такая бушевала.

Фан Цю лишь одарила её сочувственным вздохом.

—Мой тебе совет, дитя. Хочешь жить-найди господина.

Фан Цю развернулась что бы уйти, но Сяшу схватила её за рукав.

—Прошу, отведите нас в гостиницу!

Мадам Фан хмыкнула с таким видом, словно знает абсолютно всё и, гордая собо, указала дорогу, а Сяшу даже думать о её словах забыла. В голове остался лишь прозвучавшими в прошлые секунды голос. Одно слово: «Иди.»

Восемь девочек собрали в одной комнате. Сяшу среди них. Укрывшись за спиной одной из «соучастниц» она наблюдает за женщиной, назвавшей себя мадам Ду, что, вот уже час, вещает им о верности хозяйке.

—Я надеюсь, основное вы поняли и не подведёте того, кто даровал вам шанс. Теперь по мелочам.

Женщина пересчитала их взглядом и, звонко щёлкнув веером, указала на одну из девочек.

—Ты.

—А?

Несчастная встрепенулась, но не успела что-либо сказать.

—Имя.

—Су Су.

—Что означает красная роза?

—…

Су Су замешкалась, совсем не зная что может ответить, но женщина не захотела ждать. Холодным тоном она перепечатала:

—Живо.

—Не знаю. Её голос прозвучал больше как сип.

—Что это значит?

—Я никчёмна.

Девочка сжалась как перед пыткой, но женщина на неё даже не посмотрела, задав этот же вопрос следующей участнице, уже, правда, не спросив её имени. Они отвечали точно как первая, слишком боясь выбиться из массы. Все, кроме той что Сяшу сначала даже не заметила. Низкая, худая, с неприглядным лицом, веснушками и тонким, серым хвостиком волос.

—Что означает красная роза?

—Страсть.

—А жёлтая?

—Дружбу.

—Имя?

—Ше Инь.

Мадам Ди подошла к названной. Девочки расступились перед ней, как зайцы перед тигром, а она взяла Ше Инь за подбородок. Со смехом Сяшу узнала в этом жесте тот, что исполнила Фан Цю. Так вот под кем она ходит.

Мадам Ду осмотрела её и с сожалением фыркнула.

—Голова есть, но лицо… Ты просто уродина. Дальше.

Мгновенно забыв о отличившейся девочке, мадам Ди обратилась к Сяшу.

—Что значит белый лотос?

—Не знаю.

Сяшу не соврала. Живя в большом, богатом доме она не думала о каких-то там цветах, а оказавшись в трущобах не думала вообще. Откуда ей знать скрытый смысл лотоса?

—Что это значит?

—Мне нужно это выучить.

—Хм.

Мадам Ду снова распустила руки. Только на этот раз схватила Сяшу. Повертев её из стороны в сторону, она задумчиво выдала.

—От стандартов в тебе мало, но в целом очень даже хорошо. Но… нужен стиль. Меньше макияжа, больше небрежности. Платья с западным налётом и… Может, меч? Да. Танец с мечом подойдёт идеально.

Сяшу поморщилась, когда мадам соизволила её отпустить, но та уже смотрела на следующую кандидатку и задавала ей всем знакомый вопрос.

В скоре лекция закончилась. Их отправили по комнатам, а единственное что Сяшу успела заметить-грозный взгляд промелькнувшей в тени.

———

—Зачем мне было соглашаться!?

Это первое что просила Сяшу, оказавшись один на один с «голосом». Конечно, отсылать Цюйсюэ она не решилась, но малышка, как оказалось, очень крепко спит.

«С чем?»

—Ты серьёзно?? Я стала проституткой!

Сяшу схватила себя за волосы, вообще не представляя что теперь делать. Хотелось бегать и кричать, но в крошечной комнате, где их с сестрой заперли, сложно было даже пройтись.

«Что в этом такого? Они продают то, чем владеют от рождения. Это такая же профессия, как большинство других.»

—Всё не так!

Сяшу ощущает себя как в коробке. Почему, ну почему система не может просто понять??

—Девушка должна хранить целомудрие! Иначе…

«Иначе что?»

—…

Может, Сяшу показалось, но на миг она увидела, как женщина закрывает ладонью лицо. Это-«голос», поняла она без заминки. Вот только, от чего такая реакция? Система быстро ответила на немой вопрос.

«Вы-люди, существа странные. Еда, вода и секс-нормальные желания и женщины хотят их на равне с мужчинами. Я понимаю откуда могли взяться подобные запреты, но возводить их в абсолют… это странно. Вот скажи, что изменится если ты переспишь с… да хоть с охранником ворот?»

—Моя репутация будет испорчена.

Сяшу ответила искренне и без заминки. На этот раз вздохнула система. С её создания прошла лишь пара тысяч лет, а эти люди успели сделать себе столько правил, что глядишь-как правильно дышать научат.

И всё же, общество обществом, но не им учить её подопечную.

«А если никто не узнает?»

И здесь Сяшу мгновенно же нашлась с ответом.

—Ещё чего. Любой грех можно спрятать, но он от этого не исчезает.

«Любой грех? Убийство, кража, предательство? Грех это когда ты делаешь плохо. Себе или другому. Кому плохо от секса? Любовникам? Соседям? А может отцу, который не сможет продать дочь дороже?»

—…

Вот тут она и правда лишилась дара речи. Единственное что пришло на ум-тракты. Она их плохо помнит, давно уже читала, но изученные с детства мантры таки остались в юной голове.

—Этим я опозорю отца и будущего мужа.

Люди-идиоты и система это поняла. Она-то надеялась просветить девчонку за два-три предложения, но, похоже, мозгов мелкой природа дала. Скрепя программами она заставила себя выдать вежливый, хоть и пропитанный злостью ответ.

«Ты их рабыня или что? Да и разве твоему мужу не было бы можно завести любовницу?»

—Наложницу!

«Одно и тоже.»

—Ты не понимаешь! Это природа.

Ясно. Это люди. Что ж. В этот момент система окончательно поняла фронт будущих работ. А ещё первое что предстоит исправить.

«Мо Сяшу.»

Девочка сжалась от чужого тона. Холодного и холодеющего.

«В мире есть одна природа-людская. Ты сама выбираешь каким правила следовать, но если говорить о приближённых к справедливости, то используй одни древние как мир слова: «Твоя свобода закончится там где начнётся свобода другого человека». Иначе говоря, собираясь что-то сделать думай не что подумают люди, а чем им это навредит. Если твои планы лишь пошатнут хрупкую мораль, то чьи это вообще проблемы? А теперь иди спать. Вон, бери пример с сестры. Давно седьмой сон видит.»

—…

Сяшу закусила губу, не в силах сдержать слёзы.

—А если я им наврежу? Что если мне нужно будет причинить им боль?

«Если нужно-сделай это и запомни свой грех. Ты не сможешь его искупить, но сделаешь всё что бы он не повторился.»

———

День учениц расписан по минутам. Они встают на самом рассвете, моются, едят и начинают трудится. Сначала работа в отеле. Нужно готовить, стирать убирать. В полдень перекус и начинаются уроки. Письмо, чтение, история, литература. Они не учат ничего сложного, но вместе с остальным и этого хватает.

После теории практика. Это танцы, пение, игра на пипе. В конце дня уроки Го и ужин. Девочкам дают час на личные дела и отправляют спать.

Это расписание группы в которую попала Сяшу. В общей сложности их две и вторая работает в обратном порядке. Они начинают с Го и заканчивают стиркой. Малышке Цюйсюэ очень повезло. Она мала и не может учится. Её взяли помощницей в холл. Разносит по номерам закуски.

День шёл как обычно. Под палящим солнцем Сяшу развесила мокрые простыни, сжевала булочку с бобами и даже отсидела пять часов теории, но вот танцы начались не так. И вот проблема! Сяшу всё делает правильно, но нежные, грациозные жесты смотрятся так, словно утку пустили на лёд. Одним словом-плохо.

Видимо, тоже не выдержав надругательства к искусству: к ней подошла учительница танцев.

—Нет-нет-нет! Прекрати. Ты понимаешь где ошиблась?

—Нет.

Одна за другой все девочки остановились, скрестив взгляды на развернувшейся сцене и это не может не злить, а Сяшу и так не в лучшем настроении.

—Глаза! Где тот пыл? Вспомни как смотрела в первый день здесь. Ты хотела меня им убить. Так сделай это! Танцуй так, словно в руках меч.

—Да как??

Она не выдержала. Меч, взгляд, пыл. Ещё бы душу приплела, ей-богу. Учитель танцев мадам Ци-единственная кто не шипит на них по пустякам, но как же бесит её поэтичность! Разве нельзя нормального объяснить???

—Так!

Женщина схватила ученицу за руки и согнула в совсем уж неудобно позе. От раздражения Сяшу вырвалась.

Это-неповиновение. Реакцией на неё она ждала злость, растерянность, но не восторг же! А мадам Ци как божество увидела!

—Да! Именно. А теперь-танцуй.

И Сяшу затанцевала. Со злостью и гневом, а учитель прыгала вокруг неё, исправляя все что не понравится.

—Согни локти. Прыгай выше. Никакой улыбки! Ты-дракон, а не какая-то там фея. Стоп!

На мгновение она скрылась из виду, но вернулась с двумя короткими мечами, один из которых тут же всунула в руки ученице.

—Вот. Он тяжёлый, но этого того стоит. Повторяй за мной. Руки полусогнуты, ноги прямые.

—Мадам Ци, а нам что делать?

—Вы?

Наконец она вспомнила что ведёт урок и недовольно осмотрела оставшихся девочек.

—Вы можете идти. Урок окончен. Сяшу останется для дополнительных занятий.

Девочки неуверенно переглянулись, но не решились спорить, спокойно принимая новые правила.

—Спасибо за урок.

Секунда и они ушли, оставив Сяшу вместе с мадам Ци, вряд ли задумавшей хоть что-то хорошее.

—У меня нет сил…

Сяшу вернулась в полночь и упала на кровать, желая одного-уснуть, но Цюйсюэ вцепилась в неё с полными страха глазами.

—Сестра??

—Где ты была? Вас же отпускают точно на закате!

—Прости.

Сяшу улыбнулась, судорожно двигая замершие мысли.

—Меня… Меня задержала мадам Ди. Но не подумай! Мы просто занимались.

—Да? Сестрёнка будет танцовщицей?

Наивная А-Цюй мгновенно поверила в новую сказку, а Сяшу в сердцах закатила глаза.

—Да, буду. Иди в кровать.

—Хорошо!

Малявка упала и сразу уснула, Сяшу же боится двинуться, так ноют мышцы.

—За что?

Молчание. Паршивый настой ухудшился, что зСяшу вскрикнула, уже не боясь ни боли, ни разбудить Цюйсюэ.

—Система! Я к тебе обращаюсь. Чего она от меня хочет??

«Не знаю.»

—В смысле не знаешь??

«Я не читаю мысли. Зато прекрасно слышу и вижу. Ты действительно не понимаешь?»

—Нет!

Ещё немного и Сяшу заплачет. Ну что за тупые вопросы?? Она бы не спросила зная ответ!

«Ха..»

Невидимый голос тоскливо вздохнул и Сяшу, вдруг, захотелось облить его водой. Ледяной. Что б заболел и умер.

«Я мало что знаю о мире, ведь не ходила далеко от хозяев, но и слепец увидит. Это место-филиал преступности. Уверена. Даже у борделя здесь свои порядки. Возможно мадам Ци увидела в тебе талант и решила сделать ученицей.»

—Она научит меня танцевать?

Странно. Ответа не было больше девяти минут. Сяшу успела перейти от злости к растерянности и снова по коугу, когда несчастный голос изрёк:

«Ты тупая.»

Три, два.. Один!

—Что??

Уставшей голове понадобилось столько же времени как будь она спросонья, но ответ от этого не изменился. Вот только, система и не подумала что-то сказать.

Сяшу шипела в пустоту и ругалась, пока не уснула, лишённая сил.

———

—Сестра! Вставай.

—Ууу…

Утро вышло обидой и грустным. Мало того что встать пришлось спустя четыре часа сна, ещё и крепатура такая, что не согнуться.

Кое-как Сяшу оторвала себя от кровати и даже дошла до места работы, как события приняли… иной оборот. Первой из нормы вышла система.

«Повторяй всё что я скажу.»

—Что?

Сяшу встала от неожиданности, да так что лишь чудом не срезалась в мимо идущих слуг.

—Ты чего?

«Будь хорошей девочкой.»

—…

Под кожей пробежался лёд. Сяшу почувствовал, как падает. Похоже, с небес, ведь как она могла забыть? Похоже, ежедневный быт совсем её расслабил.

Она не знает где находится, куда пойдёт и что делать дальше. А стать чьей-то наложницей…

—Привет! Я-Тао Яэ. А ты?

—Можешь звать меня Ся-цзе.

Девочка аж засветилась, переплела пальцы рук под подбородком и радостно воскликнула.

—Правда? Спасибо! Тогда, Ся-цзе, твоя Мей-Мей тебе поможет!

С боевым кличем Тао Яэ забрала у Сяшу посуду, что им поручили отмыть, и с двойным энтузиазмом занялась работой. Сяшу же застыла за её спиной от шока. Лишь система как всегда прервала тишину.

«Дай угадаю, ‘’что произошло’’?»

—Мг.

Тихое согласие-всё что она смогла из себя выдавить. Вот только, она всегда быстро успокаивалась. Когда голос заговорил, от шока оставались лишь следы, но новая правда повергла её в настоящий ужас.

«Тебя продали.»

Впрочем, не на долго. Неприятно, конечно, терять контроль над своей жизнью, но даже к этому можно привыкнуть.

Сохраняя тишину, Сяшу достала книгу, выданную каждому здесь для уроков-пустые блокноты ужасного качества. Они сами их заполняют под диктовку учителя, и прошептала листая страницы.

—Давно?

«Сколько ты здесь? Неделю? Значит, семь дней как. Мне объяснить, или подумаешь сама?»

Она перелестнула очередную страницу. Там, нечётким почерком, красуется стих. Про любовь. Небольшой и скудный на слова, но один из немногих, что Сяшу знает на память.

—Объясни.

«Бордели, магазины, постоялые двора и остальные заведения, исключая, возможно, сельские ночлежки, являются частью рабочей сети. Всегда и везде. Детали зависят от господина и города. Конкретно этот отель-что-то вроде мини секты. Возможно, он ответвление чего-то масштабного. Здесь, плюс-минут пол сотни культиваторов. Часть из них гости, часть работники. В число названных входит и мадам Ди.»

Сяшу, как не странно, расслабилась, услышав знакомое имя. Похоже она начала понимать.

—Мадам Ди хочет взять меня в ученицы?

«Уже взяла. Церемония случится со дня на день и ты не сможешь отказать.»

—И не собиралась.

Что ж. Кто-то снова управляет её жизнью. Сяшу не привыкать. Тем более что в это раз «помощь» обещает быть полезной.

«Не собиралась? Ты-то?»

—Я. Не знаю сколько прошло поколений, но мой предок создал тебя. Разум без тела. У меня должны быть задатки бессмертно й.

«Не совсем так. В тебе есть наследие моего создателя, но мадам Ди не могла такое заметить. Даже я едва его вижу. Просто, так сложилась судьба, что ты собрала множество приятных черт. Например, здоровое, крепкое тело с покатыми плечами и природной гибкостью, длинные руки и ноги, хорошее зрение, высокий рост, и, конечно, золотое ядро. При таких данных легко освоить боевой стиль завязанный на танцах.»

—Вот оно что.

Параллельно с рассказом Сяшу осмотрела себя с головы до ног. Прошла всего неделя, как деревенский дом сменился углом делимым на двоих с сестрой, а она набрала уже килограмма три-точно. Пропали впалые щёки, не видно костей и суставов.

Хоть где-то судьба над ней сжалилась. Вот только, этот разговор привёл к вопросу.

—Золотое ядро?

«Точно. Ты же гражданская. Объясню кратко. У каждого животного есть вены. Сердце качает по ним кровь, чем даёт владельцу силу дышать. Ядро-это тоже сердце, и ему, опять же, полагаются вены, но качает оно не кровь, а цы-энергию всего живого.»

—…

Сяшу и правда успокоилась. Почему-то разговоры и «голосом» дают те же чувства что и тёплый чай. Система не обещает ей всех благ, как это делал брат, не обнимает, как раньше мама, да и слов приятных от неё не услышать, но она даёт иное-свободу.

Да, не полную. Хочешь взять-дай взамен, но разве это не правильно? Разве не голос дал имя безликому надгробию? Разве не он, бранясь и вздыхая, объясняет всё, что бы Сяшу не спросила? Это как… Как получить особо вредного наставника.

—Система.

«Что?»

—Зачем Тао Яэ забрала мою работу?

Всё таки, стоит вернуться с чего начинали. Вид незнакомки, старательно моющей двойной размер посуды, всё ещё заставляет поёжится.

«Начнём с азов. Каждый сезон бордель покупает двадцать девиц. Две-три остаются работать. Остальных продают. Такая «распродажа» обходится товару большим падением цены. Скорей всего, их купят как расходники. Тебе же, как ученице мадам разрешат взять помощницу.»

—Это всё?

«Больше талантов в вашей группе нет. Может, в другой дела обстоят лучше, но и там останется не больше трёх.»

Как можно тише закрыв тетрадь Сяшу пустым взглядом осмотрела двор. Их здесь восемь. Восемь человек, но выживут лишь двое. Сяшу и, возможно, тот, на кого она укажет. Тут же она поймала их взгляды. В основном завистливые. Они бросают их на Тао Яэ.

Тошнота подошла к горлу, спёрло воздух в лёгких. Это… это второй раз, когда ей решать чужую судьбу, а в голове внезапно опустело. На негнущихся ногах она встала и молча ушла за угол. Потом в проём между сараями и там, в грязном и тихом углу… упала на колени.

Зажав руками рот она заорала что есть мочи. Всё тело било крупной дрожью. В один момент она упала на бок, но глаза так и остались сухими.

Прошло вереям, кто знает сколько, простучал «голос».

«Назови пять предметов которые ты видишь.»

Сяшу с трудом открыла рот. Первый звук оказался хрипом, но второй уже напомнил слово.

—Забор, дерево, верёвка, мешок… огрызок яблока.

«Четыре вещи до которых можешь дотронуться.»

—Камень, земля, трава, ветка.

«Три вещи которые слышишь.»

—Птицы, голос, чьи-то шаги.

Способ странный, но ей стало легче. Обняв себя за грудь Сяшу смогла кое-как вздохнуть и даже сесть прямо.

«Два запаха.»

—Мокрая ткань и земля.

«Один вкус.»

—Слёзы.

Лишь сейчас она заметила что плачет, а солёные дорожки стекают по губам.

«Молодец. А теперь скажи, от чего ты плачешь? Тебе жалко их? Страшно за себя? Что?»

—Они не виноваты.

«Но?»

—Но всё равно умрут.

В свои слова Сяшу вложила больше боли чем смысла, так она думала, но система услышала немного иное.

Честно, наблюдая за семьдесят третьим поколением рода Мо система уже и не думала, что кого-то из них прийдётся опекать. За почти три тысячи лет она ни разу не вмешалась и давно поверила, что потомки создателя благословлены судьбой, но создатель доверил ей эту работу. Она не могла его подвести, а потому, как полагается смотрителю, следила за детьми с их первого вздоха.

Ныне покойный Мо Ронг-старший брат Сяшу-был, если честно, неисправимо тупым. Он всех всегда прощал, словно святой в теле плоти и крови, считал слуг семьей и защищал мышей от кошек. Тем же пороком наградили и Цюйсюэ. Она уже не говорит с цветами, но детский, пятилетний мозг очень близок к тому, чтоб отказаться от мяса, ведь это причиняет боль зверушкам.

Да уж. В мире где люди пожирают людей, система очень боялась вдруг стать её помощником. Последний кандидат и нынешний владелец-Мо Сяшу. Что ж. Плюс в том что она убивала. Таких детей легче примерить с реальностью. Минус в том же.

В момент боли никто её не поддержал. Да, она не виновата, не хотела и, вообще, тоже жертва, но никто ей этого не рассказал. Тем более поздно говорить всё сейчас, когда у них нет времени шаг за шагом познавать цену жизни.

Теперь нужны иные слова. Да и подход другой.

«Сяшу, будь хорошей девочкой. Слушай и внимай. В мире три миллиарда людей. Треть из них умрут от голода, холода, жажды и болезней. Ещё треть убиты от чужой руки. Ты не сможешь спасти всё живое. Голодных больше чем еды.»

Слова, как пощёчина, выбели дух. Зато, неплохо протрезвили. Всех не спасти. Это невозможно. Но..

—…что мне делать?

«То что хочешь. Желаешь спасти их всех-вперёд. Я помогу.»

—Нет.

Внезапно даже для себя, Сяшу перехотелось слушать. Она встала, вытерла слёзы и сказала ужасно твёрдым для себя голосом.

—Спасти их-значит рискнуть всем, где всё это Цюйсюэ. Ради шести прохожих… к чёрту. Я не знаю даже их имён. Вопрос был в том кого мне выбрать.

Минуты три алгоритмы системы выдавали сбой. Она не могла понять, какой рычаг задела. По её программе, Сяшу не должна была изменится так рано.

Ну, грех возражать. В пространстве цифр и символов полоски света образовали ухмылку.

«Не Тао Яэ. Она слишком пуглива.»

—Тогда, зачем я дала ей шанс?

«Что бы начать конкурс. Хотя, похоже, не все решили в нём учавствовать.»

—Что?

Шорох. Сяшу почти на него обернулась.

«Замри. Тебя ждёт бой с собакой. Прошу, не оплошай. Просто помни, что в следующий раз она ударит Цюйсюэ.»

Она? Сяшу быстро догадалась о ком идёт речь и тут же отскочила в сторону. Там где она стояла приземлился камень, которым точно замахивались в её собственный затылок. Вместе с камнем появилась и убийца. «Она»-одна из девушек группы.

—Система? Что ты имеешь ввиду?

Одной рукой Сяшу подобрала с земли палку, но не сильне надеялась что та чем-то поможет. Сухая и хлипкая, она развалится от одного удава. Тем более что оппонентка оказалась выше и шире самой девочки.

«То и имею. Прямая атака-первое на что они решились. Если не выйдет, они найдут твои слабости-сестру. Возможно, отрежут ей пальцы. Или язык.»

—Я..

Сяшу дёрнула рукой, выставив вперёд палку. С ресниц ветром сдуло слёзы.

«Будь хорошей девочкой. Убей.»

Сяшу не сразу вернулась к своей группе. Смыть кровь, найти сестру, убедится что она жива и заставить себя уйти. Таким образом, она вернулась как раз к началу уроков, пропустив обед, благо милейшая девочка, некая Жо И, отдала ей свой. Который, впрочем, Сяшу не съест. Мало ли, какой в них яд.

Бай Жу, Лун Мо, Су Циньюй и ещё несколько наборов букв. К концу теории она узнала весь класс поимённо. Пришло веря для… шага.

—Голос~, в награду за мои старания, не могла бы ты кое-что сделать?

«Что же?»

—Я не разбираюсь в людях и не смогу понять их сердца. Прошу, присмотритесь к моей группе и узнайте кто из них завёл покровителя.

«С чего такие выводы?»

Сяшу закусила палец. На разговор с системой у неё едва нашлась минута. Лучше успеть пока время не вышло.

—Нет гарантии что из каждой группы возьмут хотя бы по девочке. Моё наличие даёт шанс один к семи на неплохую жизнь. Уже один к шести. Так, зачем меня убивать? Есть один вариант-это тест. Не знаю кому, им или мне, но не исключено что убить соперницу-способ проявить себя.

«Думаешь, одна из мадам дала им задание?»

—И ученичество в качестве награды.

«Умно.»

Действительно умно. Похоже, система пропустила момент когда котёнка научили шипеть, но, как для первого раза, получилось весьма грозно. Конечно, есть один большой просчёт, но его прийдётся понять на себе.

«Хорошо. Я выполню твою просьбу. А теперь иди.»

—Благодарю.

Со спины Сяшу нагнали девочки и разговор пришлось закончить.

———

—Добрый день, мадам Ди.

В один голос они приветствовали наставницу и поклонились, как она их учила, но привычным ритуалам не дано было свершиться. Вместо того что бы показать всем новый пирует женщина хлопнула в ладони, привлекая внимание.

—Девочки!

Мадам Ди хлопнула махнула рукой и к ним вышли три девушки в светло-зелёных нарядах с серебряной вышивкой. В руках они держат подносы с чаем и сладостями.

—Знакомьтесь. Это мои ученицы: Сию Су, Лу Линлан и Чи Юаньяэ. Они примерно ваши ровесницы, хотя Яэ-Яэ будет постарше. Так вот, сегодня у вас будет совместный урок. Вас здесь семь, так? Поделитесь, пожалуйста, на три команды.

Соревнование? Вместо урока? Похоже, она начался отбор.

Пока Сяшу пыталась понять в чём же цель новой учебной методики, её определили в самую большую группу в три человека размером и даже выбрали соперника. Им оказалась Чи Юаньяэ. Та самая, кого мадам Ди назвала старшей.

Холоднокровно она смерила «соперниц» оценочным взглядом, но что бы не увидела-лицо осталось беспристрастным.

—И так! В чём суть урока? Вы-путники и идёте через ущелье, где встречаете трёх священных черепах, каждая из которых хочет вас съесть, но готова отпустить тех трёх, что первыми загадают загадку что черепахи не смогут отгадать. Вперёд!

Мадам Ди с улыбкой помахала всем рукой и налила себе чаю, но холодные взгляды тех самых «черепах» вызвали у девочек нервную дрожь. Они сжались и отступили на пару шагов, но так и не решились уйти.

—Ну же! Быстрее. Иначе черепахи могут передумать.

—Я начну.

Первой решилась Лун Мо-«путница» из команды Сию Су. Немного доверчиво она взглянула на мадам Ди, словно ожидая от неё подсказки, но после сжала руки в кулаки и выдала на едином дыхании.

—Что было завтра и будет вчера?

—Сегодня.

Без дала ответ «черепаха».

Да уж. Сию Су кажется младшей из всех здесь собравшихся. Возможно, ей нет и тринадцати, но её аура… Она пугает.

—Тогда…

Девочка замялась, но совсем не на долго, тут же выдав новую загадку.

—Убегает от того кто за ней гонится и бежит за тем кто убегает. Кто она?

—Тень.

Снова без паузы сказала Сию Су. Поочерёдно свои загадки выдали все и все были тот час отгаданы. Что там дальше Сяшу уже не слушала, отдав внимание своей команде. Верней, черепахе по кличке Яэ-Яэ.

Холодные глаза напротив осмотрели её без лишних эмоций и тихо выдали:

—Ну?

Была ни была. Сяшу знает всего три загадки и две из них уже были названы.

—Т.. тогда, какой знак поставить между шесть и семь, что б результат был больше шести и меньше семи?

—Точку.

Поток загадок и ответов очень быстро прекратился. Минут шесть, не боле, за которые Сящу не посмела даже пискнуть. Что-то не так. Черепахи, похоже, знают все загадки, так что же выходит, ответа совсем нет?

Что-то щёлкнуло внутри и на одном дыхании Сяшу выпалила:

—Что твёрдое и мягкое, тихое, но громкое, красно-бело-серое?

—…

Впервые черепаха замялась, а спустя минуту покачала головой.

—Не знаю.

Все замерли с открытыми ртами. Даже мадам Ди отвлеклась от чаепития.

—Прошу, кто задал вопрос?

—Имя этой-Сяшу.

Ни чуть не робея она вышла вперёд и поклонилась под десятью чужими взглядами. Подперев лицо ладонью мадам Ди махнула подойти ближе и задала вопрос.

—Так каков же ответ на твою загадку?

—Эта не знает.

—…

Глаза женщины сузились о щёлочек. Сяшу не соврет если скажет, что та в предвкушении облизала губы.

—Как же так?

Сяшу подняла на неё взгляд и сказала самым равнодушным тоном на который способна:

—Эта путница прошла реки и горы, долины и пустыни в попытках отыскать один единственный ответ, а оказавшись перед черепахой решила узнать его хотя бы перед смертью. Увы, но древний зверь тоже ничего не знает.

Лицо Юаньяэ побледнело и вытянулось, а вот мадам Ди напротив-сложилась пополам от смеха. Честно, Сяшу сама едва состроила ту напускную скорбь, что так точно отразилась на её лице.

—Ладно! Ты ушла от черепахи. Или к команде и жди конца урока, но нам прийдётся ввести новое правило. Впредь, вы должны знать ответ на собственный вопрос.

Спокойствие исчезло, как не появлялось. Путники вернулись мыслями к загадкам, а Сяшу после кивка мадам, встала рядом со своей командой. Её участницы Бай Юй и Хе Сюин взглядами просили помощи, но «Эй! Черепахи отпустят троих. Какого чёрта это должны быть вы?». Тем более что сбежавших, скорей всего, ожидает награда.

/Знала бы Сяшу тогда чем закончится «побег» не посмела бы над ними глумится, но, да простит ей бог невежество/

Загадки пошли с новой силой, но так же быстро утихли. И снова тишину прервал девичий голос.

—Какое моё любимое блюдо?

—Имя.

Равнодушно выдохнула мадам Ди.

—Эту зовут Ше Инь.

Вперёд шагнула неприглядная девочка с тусклой, сероватой кожей. Мадам не долго на неё смотрела, прежде чем вернуться к любованию природой.

—Сойдёт, но ты лишь немного изменила метод. Впредь черепахи подобное не стерпят.

Поочерёдно она заглянула в душу каждый участнице и каждая же вздрогнула.

Медленно мадам отчеканила по буквам.

—Прошу, найдите свой способ уйти от черепах.

От её голоса Сяшу стало холодно. Растерянно она пыталась понять что же всё таки не так, но заледенел сам воздух.

Оставшиеся девочки сбились в маленькие кучки и со страхом смотрели в глаза черепах. Особенно жалкой оказалась та что была вместе с Ше Инь, а стоило ей выиграть-осталась последней в команде. Последней на кого смотрит черепаха Линлан.

—Ну? Никто не хочет высказаться первым?

Никто. Все молчали. Наконец, терпение мадам Ди вышло. С нежной улыбкой она отдала черепахам приказ.

—Тогда, путники. Вы проиграли.

—А?

Как в прострации Сяшу коснулась пальцами своей щеки. Они покрылись кровью. Чужой кровью. Кровью тех, кто был с ней в одной группе, а сейчас… мёртв.

Бай Юй, в тот момент, смотрела ей в глаза. Она хотела о что-то сказать, возможно, умолять о помощи, но не успела. Юаньяэ обезглавила их взмахом одного меча. Лишь две отрубленные головы, с застывшим от лицом, встретились взглядом с сине-карими глазами.

Ноги подкосили и… Сяшу упала. Упала в лужу чужой крови.

Нет, смерть это не страшно. Она сама убила двоих, но сколь же беспомощны путники перед… черепахой.

Мир закрутился и она почти свалилась носом в обезглавленное тело, но смогла удержать себя руками. Где-то совсем рядом заговорил женский голос. Знакомый голос. Тот, что так безжалостно решил чужую жизнь.

—Мо Сяшу отныне моя ученица, ты-её помощница и правая рука. Первое задание-у неё есть сестра. Найди и приведи. Такие слабости нужно использовать.

Что? Нет-нет нет!! Прошу, не надо! Только не Цюйсюэ. Наверно, что-то из этого она таки сказала в слух, ведь нежный голос обратился уже к ней.

—Да. Надо, ведь тебя выбрала я.

Чья-то рука погладила её по загривку и… всё. Наступила тишина.

———

Мо Сяшу, нет, Лань Чжу Юнь, лежит на кровати, тупо глядя в потолок. Новая комната богаче предыдущей. Тут есть стол, шкаф, несколько картин и огромное окно. В ней пахнет ладаном и чёрным чаем. В шкафу висят несколько ханьфу исключительного качества, на полках стоят рукописные книги, шкатулки полны разноцветных заколок, но… какой бы большой ни была кровать-она одноместная и второй здесь нет.

Это нормально, в какой-то степени. У Цюйсюэ нет ядра. Она бесполезна, с точки зрения мира бессмертных. Сложившийся исход-лучший из возможных, но почему всё кажется одним большим… провалом.

А-Сюэ не может жить в этом городе. Тут слишком опасно для бесхозного ребёнка. И уехать не может, ведь принадлежит гостинице.

—Тц.

Сяшу, нет, Чжу Юнь была в шоке когда узнала правду. Фан Цю, обещавшая помочь с работой, как последняя сволочь продала их в бордель, но, наверно, всё сложилось лучше чем могло.

Мадам Ди, а теперь хозяйка-наставница, предложила способ разрешения проблемы.

Став её «маленьким щеночком» Чжу Юнь будет работать до смерти, исполняя чужие капризы и прихоти, а наставница, в свою очередь, выкупает Цюйсюэ и находит ей приёмных родителей-одну из семей этого города.

Мо Сяшу согласилась.

А-Сюэ увели сразу, буквально в течении часа, а Лань Чжу Юнь, в это же время, оставили одну в её новенькой комнате. Большой и красивой.

«Тебе повезло.»

—М?

Даже система звучит как-то хрипло.

«Тебе не пришлось выбирать кому жить.»

Чжу Юнь поморщилась от представленной картины. Пожалуй, она смогла бы сделать выбор, но лучше бы такому никогда не случаться.

Из-за дверей раздался голос.

—Чжу-Мей, тебя ждёт наставница.

—Да.

Чжу Юнь молча встала и позвала служанку. Неприметную девочку, чьё имя с Ше Инь сменилось на Бан Ся.

Она расчесала хозяйке волосы, заколола их новенькой, золотой заколкой, помогла одеть элегантное, мятно-зелёное ханьфу с серебряной вышивкой, лишь по нелепой случайности именуемое формой, обула вышитые туфли с острыми носами и даже нацепила ей резной нефритовый браслет.

Как всё закончилось, Чжу Юнь без лишних слов вышла во двор и Бан Ся поплелась следом.

Да уж. Ше Инь намного легче свыклась с новой ролью. Точнее не Ше Инь. Бан Ся. Время забыть все старые прозвища. Сяшу всё понимает, но даже в мыслях не может… не может признать это имя своим. Чжу Юнь-красивые слова, что принесут владельцу удачу и богатство, но как много нужно оттолкнуть, сколького лишиться что бы ими овладеть?

Они вошли в сад. Там, за круглым столом уже сидит наставница Ди. Рядом с ней каменным изваянием застыла Юаньяэ.

—Эта приветствует старших.

Женщина отвлеклась от чая и игриво подмигнула пришедшим к ней девочкам.

—И вам привет.

Юаньяэ, не поднимая глаз, достала ещё один стул, закуски и ещё чашку, которую молча поставила на стол. Чжу Юнь села напротив наставницы и попыталась кое-как расправить плечи, но эффекта это почти не принесло.

—Как тебе комната? Уже устроилась?

—Эта благодарит наставницу. Я не могла о таком и мечтать.

—Рада это слышать. Платья, вещи, украшения. Всем этим я награждаю своих учениц. На экзамене ты показала себя лучше большинства испытуемых, а значит заслужила награду.

Она взмахнула ладонью.

—Конечно, тряпки-всего лишь первый шаг. Будешь стараться-подарю меч, но это всё на потом. Никто не начинает макияж с румян и мы не будем забегать вперёд.

Мадам Ди с глухим стуком поставила чашку на стол. Чай из неё вылился и залил всё столешницу, включая закуски.

—Что бы ты хотела изучать?

—А…

А? Это странно. Чжу Юнь ждала чётких инструкций. Приказов, на худой конец. Просто… разве рабам дают право выбора?

Похоже, что-то из этого она сказала в слух, ведь лицо мадам Ди перешло от лёгкой радости к подавляемому смеху.

—Ха-ха. Ну что ты! Зачем мне рабы? Я для такого слишком ленива. Как думаешь, почему я тебя выбрала?

—Не знаю.

—Предположи.

Мадам Ди бросала слова, точно те не стоят и монеты, а Чжу Юнь вдруг вспомнила как таким «бесценным» словом она приговорила сразу пятерых. Ну, это в прошлом. Наверно. Мадам улыбнулась, а Юаньяэ вытерла пролитый чай.

В этот момент Чжу Юнь вспомнила всё хорошее что знала о себе. Из того что есть, наверно…

—Я прошла тест.

Мадам её ответ не впечатлил. Она лишь махнула на него рукой.

—Дальше.

—Я быстро учусь

Снова не то.

—Дальше.

—Я очень гибкая и легко выучу стиль боевых танцев.

Увы, это тоже не то. Проявляя чудеса терпения мадам с улыбкой ждёт её ответа, но у самой Чжу Юнь не так и много вариантов.

—У меня есть золотое ядро.

—..?

Губы мадам вытянулись в букву «О». Она отвлеклась от чая и пристально вгляделась в сине-карие глаза, но почти сразу от них отвернулась.

—Так ты знаешь. Дальше.

С лица Чжу Юнь сошли все краски. Это был последний вариант. Наверно, мастер знает правильный ответ, но она-то молчит!

—Эта не знает.

—Хм. Тогда ты, Бан Ся. Почему из вас двоих ты стала слугой, а она-хозяйкой.

Служанка поклонилась прежде чем ответить.

—Эта благодарит мадам за внимание. Эта всегда была глупа, но, думает, что дело в нас самих. Леди Лань во много раз талантливей меня.

Недовольная ответом, мадам поставила чашку и мечтательно вгляделась в небо. Голубое и чистое.

—Убийство, обман, прелюбодеяние. Столько грехов, но скажи мне. Что страшней их всех?

—…

Она молчала несколько минут, прежде чем ответить на свой вопрос.

—Страх.

Страх? Чжу Юнь смутилась, поняв что… ничего не поняла. Нет, слова-то она знает. Уберая лишнее «страх страшнее всех грехов», но… что?

Видимо, прочтя вопрос в её глазах, мадам Ди решила объяснить. Убийства, кровь, обман, но, всё таки, она учитель.

—На том испытании, что я проверяла?

—!

На мгновение Чжу Юнь и правда попыталась вспомнить, но, увы, из всего «испытания» запомнился лишь труп, на который она, совсем не элегантно, грохнулась. К горлу подступил ком и она отвернулась, старательно гоня из головы… образы.

—Н не знаю.

—Мне так нравится как ты скачешь от фамильярности к официозу.

Мадам хмыкнула, мыслено отмечая, над чем ещё им предстоит работа.

—Не знаешь. Ладно, объясню. Вас там было семь. Семь умных, способных, изворотливых девушек. Со второй группой вместе-так вообще шестнадцать. Осталось две. Почему?

«Вы их убили», почти сорвалось с языка, благо, система вовремя рявкнула, держать мнение во рту.

—Думаешь, твой метод нов? Будто никто, никогда его не использовал.

Она усмехнулась Чжу Юнь, явно издеваясь.

—Не льсти себе. До него додумались все. Но, вот вопрос, почему не использовали?

В этот раз Чжу Юнь и правда знает правильный ответ.

—Страх?

—Страх.

Довольная, мадам отпила чай и обвела пальцем воздух, рисуя там события минувшего. Удивительно, но в мазках по воздуху Чжу Юнь узнала черепах и путников.

—Сначала их напугал риск. Потом то, что разозлят меня, ведь я запретила повторять чужие методы. Ну? Теперь-то понимаешь? Их убила не похоть и даже не гордыня, а обычный, всем известный страх.

На мгновение разговор прервался. Сию Су принесла данго, которые мадам Ди радостно взяла. Увы, но не на долго отвлекли её конфеты. Съев лишь два шарика она указала на Чжу Юнь полупустой палочкой.

—Ты мне сразу понравилась. Взгляд у тебя смелый. При чём видно же, что не с рождения.

Она засунула в рот ещё один шарик, слизала с губ соус и продолжила.

—Смелые люди бывают рожденными и научными. Рождённые скорее даже безрассудны. Плохо оценивают риски, часто лезут на рожон. Вторые напротив. Рассудительны, умны. Драк не избегают, но режко рискуют без веской причины. Такие люди намного ценнее, но учить их-целая проблема. Может жизнь пройти, а результата и не будет.

Видимо, данго оказался даже слишком сладким, ведь мадам залпом выпила три чашки чая, хотя, Чжу Юнь клянётся, тот настолько крепкий, что пить его можно лишь мелкими глотками.

—Бан Ся, ты хорошо читаешь в полутьме и быстро поняла в чём суть моей проверки. Умна, сильна, упорна. В тебе много сильных качеств, но ты печёшься из-за скудной внешности, хотя не она лишила тебя места моей ученицы. Сколь бы не была ты чудесна, а без смелости достойна быть лишь подчинённой.

—Эта благодарит за наставления.

Мадам скривилась от её ответа, а следующая фраза и вовсе прозвучала как скрежет ржавого метала.

—Какие наставления? Ты не сможешь научится смелости. Просто… следуй за Чжу Юнь. Сложно споткнуться идя по протоптанной другим дороге.

—Э.. эта благодарит за наставления.

—Тц.

Воздух резко охладел, а спиной Чжу Юнь ощутила как мнётся Бан Ся.

Только система успела пробурчать что-то невразумительное, как мадам вернулась к прежней своей наигранной игривости.

—Так, что на счёт моего вопроса? Что бы ты хотела изучать? Хотя…

Мадам замерла и как-то странно посмотрела. С минуту она мяла губы, прежде чем спросить:

—У тебя цель-то есть?

Не смотря на её странный тон Чжу Юнь ответила твердо и быстро.

—Моя цель-защитить сестру.

—Ага. А дальше?

А дальше она как-то и не думала.

—…

Чжу Юнь считала, что знает чего хочет. И она знает! Знала. Наверно.

Хотя, кого тут обманывать? Перспектива «свободы» казалась столь далёкой и чудестной, что думать о планах было бы смешно. Чего она хочет? Открыть булочную? Выйти замуж? Наестся до отвала сладостей? Увы. Всё это сложно назвать целью. Но если посмотреть иначе… каков её «идеальный мир»?

—Эта хотела бы жить тихо где-нибудь в деревне. Не в той откуда я приехала, а ближе к столице. Что бы дом новый, озеро рядом и много вкусностей. Без войн, болезней и убийственной зимы.

Чжу Юнь, нет, Сяшу запнулась. Она уже ответила, пора отдать влаг речи, но словно голос просится на волю, она не может замолчать. Сердце болит и кровоточит, пока пальцы обжигает холодеющий фарфор.

Мадам Ди усмехнулась. Затевая разговор она и не надеялась вскрыть настолько давнюю рану.

—Говори.

—Меня назвали в честь дождя, ведь я родилась в день окончания огромной засухи. Я ненавижу это имя. Ненавижу, ведь очень долго его не понимала. В моём первом доме всегда была вода, а потом я попала на улицу. Туда, где дождь-благословение. Но так быть не должно… Я ненавижу чувство бессилия. Природу сложно одолеть, но разве это невозможно? Я слышала, что природа погибает и с каждым днём мир вокруг становится лишь хуже, я знаю, но…

Чжу Юнь не моргала, смотрела в пустоту и сквозь неё же сразу. В глазах проснулся давний блеск. Сколько… сколько лет прошлом, как ещё Сяшу задумалась об этом? Много. Очень, очень много. Так много, что она смериласью с недостижимостью мечты, но, что если..?

—Если наставница хочет знать мою цель, то я построю рай.

Тишина. Чжу Юнь так яро говорила, что не заметила как собрались взгляды. Не только мадам, но и обеих служанок. Густо покраснев она сжалась и опустила взгляд.

—К-конечно, это лишь мечты. Мне хватит и домика в горах.

—Нет-нет!

Мадам спохватилась, увидев как её клад закапывают в землю. Спешно она выставила вперёд руку, словно хватая чужую мечту.

—Кхм. Не спеши.

Поняв что сделала она вернула себе напускное спокойствие, но чужие слова… запомнились. Рай-понятие абстрактное, но слушая глубокий, нежный голос она, почему-то, представила луга с цветами и птицами, домики в дали и голубую воду. Интересный вид, но…

Алые губы растянулись в ухмылке. Рай-хорошая концепция. Мало кто может его достичь и вряд ли это дитя-исключение. Тем не менее, идеалистами легко управлять. Хочет рай-будет ей рай. Но потом. В будущем.

Чжу Юнь аж дёрнуло от её нежного тона:

—Ты хочешь многого.

Она задумчиво вгляделась в свою чашку, прежде чем стереть её пальцами.

—Но я поняла, что тебе нужно. Прежде всего. Рай-место созданное богом. Ты понимаешь, кем должна стать?

С лицом бывалого психа мадам вгляделась в глаза Чжу Юнь. Она искала в них что-то и, похоже, нашла.

—Понимаю.

Она опёрлась локтями на стол, переплела пальцы и положила на них голову.

—Давай заключим сделку? Я научу тебя основам. Это займёт… ну года три. По их прошествии, ты убьёшь для меня одного человека.

—Кого?

Чжу Юнь насторожилась.

—Моего отца.

Мадам Ди лучезарно улыбнулась, а Чжу Юнь малость… ошалела.

—Ты не подумай. -заверила мадам ученицу- Он очень плохой человек. Я бы сама срубила его голову, но старик-культиватор и далеко не слабый.

—Что если я не справлюсь?

Хороший вопрос.

Тренируют культиваторов с детства, и родители-практики стремятся как можно раньше начать занятия чада. Мадам Ди на вид чуть меньше тридцати. Допустим, двадцать семь. Уроки начались в год.

Каким образом Чжу Юнь должна за три года не только догнать, но перегнать наставницу? Да никак. На это и расчёт.

Три года тренировок и бесконечно долгие года работы.

—Уйдёшь сразу, как принесёшь его голову. Идёт?

—Идёт.

Стоит отметить, что это не вопрос. Есть кое-что что одинаково для трёх миров: богов, людей и демонов. Сильный предлагает-слабый принимает. Это такой добровольный приказ. Чжу Юнь освоила его ещё будучи Сяшу.

Старое имя дрогнуло в сердце.

—Для начала-ядро.

Мадам как забыла о предыдущем разговоре. Легко найдя новую тему, она вернулась к питью чая и ковырянию закусок.

—Пробудить его не сложно. Залезешь в ванну с травами, а дальше я пущу в твою кровь цы. Всё. Нас волнует следующий этап.

Они хитро подмигнула и тот час же состроила грустное лицо.

—Первый месяц после пробуждения-лучший для тренировок. То что мы сделаем не практикуется в ортодоксальных сектах, но существует здесь. В городе Цинь Чжоу. Названый месяц ты проведёшь в особой медитации, разгоняя кровь и укрепляя каналы. Не справишься-умрёшь. Выживешь-получишь рывок ещё на пол года. Я подготовлю всё что нужно, но успех от меня не зависит.

—Когда мне начинать?

—Сейчас.

———

В большой, просторной комнате зашторены все окна, а из мебели лишь чан с водой. Не ясно от чего звенит в ушах: от дыма благовоний или воды, но Чжу Юнь не смеет даже дёрнуться. Молча накидывает белый халат и, минуя рассыпание на полу камни, опускается в мутное, травяное зелье, температуры чая. Сев в позу лотоса она пытается думать, но жижа, достающая до самой шеи, изрядно этому мешает.

Кожу то жжёт, то морозит и чужие руки на спине ощущаются прозрачно. Лишь яркий импульс будит подернутую дымом голову. В памяти всплывают чужие слова.

«Во время медитации нельзя двигаться, есть, спать и открывать глаза. Бан Ся зажжёт бодрящие благовония, но с голодом ты справишься сама. Не волнуйся, он не смертелен, а боль и вовсе скоро притупится.»

«Новорождённое ядро впитает всю энергию, что сможет найти. Камни Ци-отличный вариант. Они будут в комнате.»

«Последнее-вода. Единственное её свойство-причинять тебе боль. Это лучший способ не потерять своё тело, ведь отравленный Ци мозг создаст худший из кошмаров.»

«Хочешь жить-убей своего монстра.»

——————

Фестиваль. Ларьки, конкурсы, люди в праздничных костюмах. Среди хаоса огней две сестры идут вместе, лакомясь фруктами.

—Ся-Цзе, что с тобой?

—А?

Девушка дрогнула, почувствовав чужую хватку на собственной ладони. Метнув взгляд вниз она нашла знакомое лицо. Это же А-Сюэ! Её милая сестра. Как она могла забыть, что пошла с ней на прогулку?

—Ся-Цзе!

Малышка громко закричала. Вырвала руку она обижено надула губки.

—Вот снова! Ты такая, с того времени, как мы пришли. Тебе не нравится праздник?

Праздник? Точно. Они на празднике. Последний день сбора урожая. В городах устраивают ярмарки, а люди одеваются в костюмы животных. На Цюйсюэ заколки виде ушек и кошачий, беленький хвост, а на Сяшу маска. Маска? Маска кого?

Только она потянулась к лицу, как детский голос завопил с истеричным надрывом.

—Ся-Цзе!!

Как скрежет метала, прошёлся детский крик. В ушах зазвенело, да так, что подкосились ноги, но больше чем упасть Сяшу хочет лишь найти глаза сестра. И она нашла. Она смотрит на неё с обидой, грустью и… гневом.

—А? Прости. Тело..ноет.

—Да? Тогда пошли! Хочу сыграть в кости.

—Но это же…

—За мной!

Цюйсюэ со смехом унеслась вперёд и Сяшу побежала за ней, стараясь не терять из виду. Они быстро обежали торговые лавки и оказались у невзрачного ларька. Продавец-рослый мужчина-стоял у низкого стола с двумя игральными костями.

—Вот! Ся-Цзе, я первая. Меньше!

Сяшу услышала всё как сквозь воду, но здоровяк тут же подбросил кубики вверх. Упав на доску они зазвенели. От их звука Чжу Юнь, нет, Сяшу чуть не упала. Тело бросило из жара в холод, да так, что, казалось, одно движение и вырвет кровью, но боль утихла, а кубики замерли.

—Два и один.

—Я выиграла!

Цюйсэе подпрыгнула от радости и тут же забрала у продавца награду-стеклянную бусину на аккуратном шнурке.

—Теперь ты!

—Я?

Сяшу знает, она должна ответить, но в голове пусто и теряясь в пространстве она говорит единственное слово, что может сейчас вспомнить.

—Меньше.

Кубики летят, падают и расходятся звоном, а мужчина холодным голосом читает.

—Три и пять.

Он поднял на неё свой взгляд, холодный и горячий, тупой, но невообразимо острый.

—Плати.

Сяшу тянется туда, где висел кошелёк, но, ведомая страхом и чем-то на равне с инстинктом, знает-он пуст. Так и есть. Сняв с пояса мешочек, она не видит в нём монет.

Заметив это продавец, с пустым взглядом, достал из под стола топор.

—Ты заплатишь собой. Руку или ногу. Нет, голову.

Одни махом он перешагнул стол, уже готовый ударить, как уши Сяшу заболели от чужого крика.

«Беги!»

Словно очнувшись она схватила сестру и рванула не глядя. На пути они столкнули несколько людей и прилавок, пока не остались одни.

С трудом отдышавшись Сяшу подняла взгляд. Они выбежали к лесу. Здесь нет огней и музыки, зато они одни. С облегчение вздохнув она посмотрела на Цюйсюэ, но тут же вздрогнула от её взгляда. Грустного и злого.

—Почему ты убежала??

—Что?

Сяшу застыла. И правда, почему? Ох, в тот момент она как будто чей-то крик услышала. Хотя, нет. Это невозможно. Кто бы мог кричать? Ведь там были лишь они вдвоём.

—Прости. Может, соберём цветы?

И правда. Ведь за этим они и вышли. Рассвет-лучшее время что бы нарвать…

—Как тебе этот?

—Чудесен.

Цюйсюэ опустила бутон в плетёную корзину и потянулась за следующим, а Сяшу мотнула головой. Вокруг дымка, как сразу после сна. Ещё и тело ломит.

Цветы, корзина. А, да. Мама послала их за цветами, что бы сделать чай. Вот только, когда она только успела запачкаться? Платье чистое, но лицо неприятно стягивает грязь. Только Сяшу потянулась к щеке, как Цюйсюэ дёрнула её за платье.

—Смотри!

Малышка указала пальчиком в траву.

—Где?

—Да там. Посмотри!

Увы, но всматриваться в заросли было бесполезно. Густые и высокие, они напрочь заволокли землю. Тихо вздохнув, Сяшу оставила корзину и пошла туда, куда указала детская рука.

—Да где?

Она шла долго. Настолько долго, что растущие заросли теперь пришлось раздвигать руками, ведь те стоят намного выше головы. Но Сяшу идёт. Идёт и ищет, что же могла увидеть Цюйсюэ?

Стемнело. Нет, солнце всё ещё светит, просто трава такая высокая, что закрывает небо. Ещё и толстая, как верёвка.

Увлечённая поиском она ничего не замечалась пока тихий, хриплый и чем-то раздражённый голос не прорычал над ухом.

«Замри.»

Холод, жар, нестерпимая боль и она поняла, что творится вокруг. Там, куда она занесла ногу пропасть, а трава свернулась вокруг шеи петлёй.

Сердце сжало от ужаса, но всё прошло, стоило разойтись нежному, детскому голосу.

—Ся-Цзе? Почему ты стоишь?

Малышка Цюйсюэ сидит на камне посреди реки. Холодной и глубокой, а Сяшу замерла у самого берега.

Ах, они пошли купаться. Вот только, зачем с макияжем? Ещё и таким толстым. Он неудобно лежит на лице. Сяшу не успела сильно о нём задуматься, ведь в лучах солнца вода блестит уж слишком соблазнительно.

От раскалённого солнца и ледяной реки вдруг заломило кости, но это нормально. Сяшу улыбнулась и зашла вводу по грудь. До Цюйсюэ оставался шаг, когда из глаз полились слёзы.

—А-Сюэ.

Чужое имя прозвучало жалко, но его владелица всё равно отозвалась.

—Что такое, сестра?

—Я, я очень хочу сходить с тобой на фестиваль, собрать цветы и поплавать в реке, но я не могу!

—Почему???

Цюйсюэ вдруг показалась такой удивлённой, как если бы с неба сошли облака.

—Ся-Цзе, что случилось? Ты больна?

—Нет.

Река ушла, доставая теперь лишь до колена, а Цюйсюэ уже не на камне, а тоже в воде. Малышка с горечью всмотрелась в васильковые глаза, когда их владелица внезапно толкнула её и придавила к дну.

—За что?

Даже уйдя с головой под воду, задыхаясь и плача Цюйсюэ не закрыла глаз.

—Я не Сяшу. Я Чжу Юнь.

Она сказала это с нечеловеческой болью, в затем, самой же себе, уточнила.

—Лань Чжу Юнь. А ты-

Она сжала пальцы на чужой шее, чувствуя как слабеет неровное дыхание.

—Не моя сестра!!!

Маска, грязь, косметика. Они оказались лишь шёлковой лентой, чей узел сейчас развязался. Ткань опала, явив девушке совсем новый мир. Мир, в котором она душит трёхрукого монстра со вздувшейся кожей и пятью глазами. Где стоит по колено в крови, по шее ползут ядовитые змеи, а кровавый мясник заносит топор.

—Хшаа!

Оно шипело и извивалось, царапало убийце руки, пока не потонуло. Не в реке-в кровяном болоте. А Сяшу, нет Лань Чжу Юнь осела, подняла к лицу грязные от тины пальцы, закрыла ими рот и… закричала.

За бытие учителем мадам Ди «выбрала» девяносто шесть девочек. Это в четыре раза больше чем остальные две мадам отеля.

«Дом Роз»-самая большая гостиница города-закупал новых служанок каждые три месяца и из всех партий она взяла хотя бы по одной. Увы. За семь лет её работы выжило лишь четверо. Они, в последствии, и стали ученицами.

Вопрос, к чему такой расход? Разве не лучше забрать себе всех и всех же заставить пройти пробуждение? Ну, сначала она так и делала. Её старшая девочка-Чу Юаньяэ-вышла как раз из такой «группы».

Вот только, забирая всех без разбору она не только рассорилась с хозяйкой отеля, но и растратила все деньги, которые имела. Один «сеанс» стоит как небольшой дом, а выживает, дай бог, каждая двадцатая. Да и не все образцы можно назвать удачными.

После Яэ была ещё одна. Бо Руолан. Она жива, но не здесь. Нахалка сбежала на сторону врага. За такую подопечную мадам Ди получила двадцать ударов ядовитой плетью и пол года не могла ходить. С тех пор кандидаток в ученицы она стала выбирать осознанно. Каждый раз разные способы. Всё же, она проверяет смелость. Проверять верность, как выяснилось, бесполезно. Намного проще заключить контракт.

Впрочем, не важно. Сейчас, стоя у бадьи с зелёным, мутным зельем её вообще мало что волнует. Прошёл день как лицо Чжу Юнь, ещё вчера хмурое, разгладилось. В нём все ещё читается боль, но и этот результат чудесен.

Честно, она и не надеялось, что девочка проснётся. С таким прошлым её демоны, должно быть, ужасны, но, как бы там ни было, проявленную на испытании смелость нужно было наградить. Что она и сделала, позволив ей пройти пробуждение. Как видно, не зря.

Довольно улыбнувшись, мадам Ди вышла и окликнула караулившую ученицу. Сию Су поклонилась наставнице и с улыбкой спросила.

—Как Чжи-Мей?

—Очнулась.

Безразлично бросила мадам.

—Как?? Всего неделя! Это вдвое быстрее чем было у Лан-Цзе.

—Хм. Вот так.

Мадам отмахнулись от неё, тут же уйдя в мысли.

—Сию Су, сходи к Юаньяэ. Пусть удвоит количество камней Ци и добавит в воду больше элемента льда. У девчонки с ним сильное родство.

—Как прикажите, наставница.

Девушка удалилась, оставив мадам на единое с собой.

———

—Ха..

Сяшу, нет, Чжу Юнь, хотя, всё же Ся… или… К чёрту! Она проснулась и это-главное. Перед глазами до сих пор образ того мерзкого монстра и лишь чужие руки, трущие её тёплым полотенцем, не дают уснуть.

Разодрав глаза Чжу Юнь видит Бан Ся-свою служанку. Она же, заметив что госпожа очнулась, всё бросила и принесла суп. Ну как «суп». Бульон-и то громко сказано, но кто бы мог подумать, что можно быть настолько голодной? Чжу Юнь выпила его залпом прямо из тарелки. Почти сразу сознание вернуло её в сон. На этот раз без сновидений.

———

—Доброе утро.

В следующий раз она проснулась уже у себя. Солнце ещё даже не встало, а Ланлин уже вломилась к ней в комнату с мечом на перевес.

—А?

—А. Еда, тренировка, сон. Это твой день на ближайшие пол года. Быстрее!

———

Ланлин не солгала. В её расписании даже туалет занял свои почётные две с половиной минуты. В остальном: безвкусная еда из полезных трав, терпкий сок вместо воды, тренировки до упаду, медитация в холоде, обморочный сон, чёрт его знает на сколько часов, драки-избиения и жжение в груди. Оно и заставило выполнять всё названное, ведь лишь перечисленный ад способен был его немного притупить.

Шесть месяцев слились в один-единый бесконечный день, что закончился один случайным утром, когда проснувшись, Чжу Юнь не обнаружила ни жжения, ни надоевшей Ланлин-Цзе. Зато на её месте стояла мадам Ди.

—Наставница!

Чжу Юнь уже почти вскочила с кровати, но была остановлена чужой рукой на собственном плече.

—Сиди. Как самочувствие?

—Как обычно. Э-это плохо??

—Отнюдь. Это значит что тренировки прошли плавно. Настолько плавно, что ты ничего не заметила.

Мадам Ди закрыла глаза и пустила свою Ци по телу ученицы. Её лицо просияло от радости.

—Вот это качество! Я поражена.

—Простите?

Всё ещё ничего не понимая Чжу Юнь попыталась уловить нить разговора, но мадам лишь рассмеялась.

—Сейчас объясню. От бытия богом человека отделяют восемь заграждений. Первые два: «заложение основ» и «пробуждение ядра». Обычно в этом порядке их и изучают, но основа требует колоссального объёма Ци, на сбор которой можно потратить до нескольких лет. Уже потом, на основе культивируют ядро. Что тоже не просто, ведь находясь без движения, Ци забивает каналы и их приходится расчищать с нуля.

Она покачала головой, как бы выражая, насколько скучен названный ей метод и тут же усмехнулась, рекламируя свой, в сто раз лучший план.

—Мы использовали другой способ. Я искусственно вызвала твоё пробуждение, что позволило собрать в теле всю нужную Ци, не дав времени на её застой, а уже потом, за шесть месяцев скоростной тренировки ты собрала их в упомянутой основе. Вуаля! Семь месяцев вместо семи лет.

Чжу Юнь с опаской покосилась на собственные руки. Она-культиватор. Нет, не то что бы это совсем не вязалось реальностью. Она добровольно залезла в ту бочку, прекрасно понимая зачем это делает, но видеть свои окрепшие мышцы было… необычно? Не совсем то слово.

Однако, лёгкий холод, окутавший тело, лёгкость движений и то чувство, когда неведомая раньше сила, скользит где-то внутри. Это приятно.

Тем не менее. Она подняла на наставницу взгляд, с целью задать один, вполне конкретный вопрос.

—Что не так с этим способом?

Метод тренировок что в двенадцать раз быстрее нормально должен был вытеснить вообще всех конкурентов, так почему это не так? Причина быть должна.

—Он дорогой и опасный. Настолько опасный, что запрещён в ортодоксальных сектах. К тому же, создания им основа часто тоньше и хуже своего «нормального» аналога, из-за чего мы-тёмные культиваторы-чаще страдаем искажением Ци и реже достигаем трёх высших ступеней, но ты-иной случай. Твоё качество не только не уступает, но и обгоняет норму всех праведных сект. Это талант!

—Моё расписание, его отменят?

С тихой надеждой спросила Чжу Юнь, на что получила улыбку сочувствия.

—Его изменят. Есть траву больше не прийдется, как и терять сознание на полигоне, но я не дам тебе расслабится. Азы меча ты уже знаешь, и пока можешь от него отдохнуть. Воспользуйся тем, что сейчас зима-лучшее время для твоего элемента. Ты проведёшь ночи в бессловной медитации, я расскажу о ней чуть позже, а днём займёшься теорией. Всё же, ты не можешь не уметь читать.

Чжу Юнь покраснела и отвела взгляд. За неделю уроков она учила много чего, но сейчас не вспомнит и половины выученных слов. Какой позор…

—Ха-ха! Не волнуйся. Как боевой практик, ты почти не отстаёшь от праведных сверстников, а я напомню-тренируешься всего семь месяцев.

Она закончила реч горделивой ухмылкой и тут же дверь с тихим скрипом открылась.

—А? П-Прошу прощения!

Бан Ся зашла внутрь с подносом еды, но чуть не выронила его от испуга, явно не готовая встретится с мадам.

—Тихо. Оставь это здесь и набери ванну.

—Да!

Служанка мгновенно скрылась за дверным проёмом.

—Что будешь с ней делать?

—С ней?

Чжу Юнь тупо задала вопрос, не совсем понимая в чём вообще суть разговора.

—С ней.

Спокойно повторила мадам.

—Бан Ся. В прошлом Ше Инь. Ещё раньше-Вень Шань. Родилась в семье потомственных рабов. Есть спящее ядро и зачатки культиватора. Читает, пишет, знает географию. Сейчас принадлежит тебе.

—Мне?

Она тупо повторила, не до конца вере в то, что услышала, но мадам Ди кивнула так, словно всё в норме. Словно у каждого есть свой собственный раб! Нет, может кому-то это и норма, но точно не ей. В их доме всего было шесть слуг и все они-простолюдины! Что вообще с живым имуществом делать??? Куда его девать?

Увидев её метания мадам усмехнулась. Воистину. Смущение делает лицо милее.

—Тебе. У моих учениц, в среднем, по три раба, но на твоём испытании выжила одна Бан Ся. Ты можешь держать её как девочку-слугу, а можешь продать, убить, подарить или выкинуть. Поступай как хочешь.

—А отпустить?

—Отпустить? Хочешь дать ей свободу?

Мадам невразумительно хмыкнула, что-то промычала, но, в итоге, лишь покачала головой.

—Нет. Свобода ей ничем не обернётся. Она лишь продаст её новому владельцу. Рабы всегда так поступают. Вместо раздачи благ неблагодарным, подумай как использовать её для собственной выгоды.

—Эта благодарит наставницу за…

—Фу!

Мадам прервала её с искривлённым отвращением лицом.

—Я поняла это ещё тогда. Твоему образу не идёт… вежливость. Это как тигр с розовыми рюшами-фу! Над манерами мы поработаем, но запомни на весь остаток жизни, не говори о себе в пренебрежительной манере, а если говоришь-то исключительно с сарказмом, выражайся вежливо и не заискивай. От тебя это всё равно покажется издёвкой и последнее-веди себя естественно! Больше шуток, больше комментариев.

По Чжу Юнь можно было написать, простите, научную работу о влиянии растерянности на мышцы лица, настолько она, прости будда, удивилась.

—А?

—В тёмном мире весьма иерархичный строй. Мы уважительны к старшим и строги к подчинённым, но есть одно незыблемое правило. Никогда не ставь себя ниже того, кто не доказал власть. Видя незнакомца, не важно-раба он или господин, веди себя так, будто рядом равный. Или…

Заметив чужую нерешительность она зло сверкнула глазами.

—…мне вернуть твоё расписание? Я это сделаю, если тем самым, ты станешь раскрепощённей.

Мадам Ди победила. Стыд, смущение. Ни что из этого не заставит хотеть пережитого ада, так что…

—О, вы не обязаны! Боюсь, я умру если продолжу, и усилия Лан-Цзе скажутся тщетны.

Да уж. Давно Чжу Юнь Чжу Юнь от себя не слышала. Хотя много раз мечтала. Мама всегда говорила, что девочки должны быть грациозны и выражаться им совсем не к лицу, но, похоже, в мире культиваторов закон совсем другой.

Когда-то в детстве она кричала и плакала от того, как трудно давались слова «девичей» речи, вот и сейчас язык онемел. Благо, не полностью. Чжу Юнь смогла его прикусить.

—То-то же.

Мадам улыбнулась и вышла из комнаты, предварительно переставив поднос со стола на колени Чжу Юнь.

Она обвела взглядом предложение блюда. Рис, овощи, тушёная свинина. Ничего сверх меры, но после питательных каш и полезных настоев и эта еда вызвала улыбку. Вместе с тем, привычный голос зазвенел в ушах.

«Твои результаты хуже тех к которым я готовилась.»

—Кхм.

Интересно, почему Чжу Юнь вдруг подавилась? Вот и система не знает. Холодным тоном она продолжила.

«Основа средняя, я подготовлю техники её укрепления, каналы слабые, почти отсутствуют. Ядро сильное-это радует. Его исправить мы бы не смогли.»

—Спасибо.

Сквозь зубы прорычала и тут же осеклась. Её глаза расширились, а рис замер рядом с губами.

—Подожди!

От удивления она выронила палочки.

—Но наставница сказала, что плохая основа-причина искажения! Почему они её не тренируют??

«Не умеют. Это знание утеряно уже как две тысячи лет, в ходе ведения божественной войны. Я как-то позже о ней расскажу.»

Глаза Чжу Юнь загорелись азартом. Ни война, ни древние знания её не волнуют, но кое-то заставило вскочить.

—Стоп-стоп-стоп! Если никто не умеет, но всем очень нужно, сколько же стоит книга с этой… техникой?

«Бесценна.»

Она застыла с распахнутым ртом. Бесценна. За сколько можно продать недостижимое? Хуже всего, что Чжу Юнь нужны вовсе не деньги.

—Знаешь.

Позвала она систему.

—Когда-то давно я мечтала научится читать и собрать коллекцию из самых в мире редких книг. Можно ли считать, что начало положено?

«Можно.»

Их разговор внезапно прервался. Ничего не случилось, просто… просто всё.

Чжу Юнь есть, ни на что не отвлекаясь, Бан Ся спешно мотает круги по двору, убирая его от сугробов, а система ушла в мысли, если можно так сказать. И если служанке правды было чем заняться, то её хозяйка не двигалась, даже доев последнюю рисинку. В голове было пусто, вставать не хотелось, а «ощущение силы» вдруг показалось жутко неудобным. Как тесная одежда. Система это видит, но… а что здесь сказать?

«Всё нормально»? Да нет, не нормально. Нет ничего нормального в том, что бы… а, впрочем, список будет слишком длинным.

«Ты со всем справишься»? Не факт.

«Положись на меня»? Зачем? Можно подумать, система вдруг обретёт реально тело и подчинит себе преступный мир. Глупо надеяться здесь на чужую помощь.

Да уж. Впервые система пожалела, по чьему подобию была написана. Ведь мастер, не смотря на все заслуги, совсем не умел утешать. И промолчать нельзя. Подумав ещё с минуту система выдала то, что, наверно, сказал бы её создатель.

«Могло быть и хуже.»

—Могло.

Мгновенно согласилась Чжу Юнь, и тут же добавила:

—Я могла не проснуться.

«…»

Наверно, стоит промолчать-решила для себя система, но сделала то что умеет-сменила тему.

«Что планируешь делать?»

—Планирую? Тренироваться, наверно.

«И всё?»

Чжу Юнь вздохнула и глупо уставилась на окно. Оно, не смотря на ветер и снег, представляет собой лишь кусок бумаги, что не удивительно. Ледяной элемент требует ледяных тренировок. Есть и другой плюс. Холод остужает разум. Так, например, Чжу Юнь смогла постепенно остудить мозг до фазы излагания мыслей.

—Сначала я планировала устроиться в отель, потом выучится и стать чьей-то наложницей, уже через неделю-вычислить шпиона в своей-земля им пухом-группе, последним было научиться культивации.

«А как же рай?»

Чжу Юнь встала и потянулась, лишь сейчас заметив, что волосы длинной уже до поясницы. Со странным безразличием она скинула рубашку и совсем голая встала перед зеркалом. Бледная кожа впервые в жизни загорела, лицо заострилось, ушли последние отеки, а живот приобрёл рельеф из шести кубиков. Возможно, она даже выросла.

«Чжу Юнь?»

—А? А, рай. Нет…

Босыми ногами наступая на доски, она дошла до скрытой за ширмой двери. Там, в глубине комнаты, стоит полная бадья, не так давно для неё подогретая.

Ни чуть не замедлившись Чжу Юнь взяла бутыль с одной из полок и вылила его в воду, от чего та стала ярко-ярко красной. Лишь теперь она неспешна погрузилась внутрь. Вообще, с омовением должны помогать слуги, но Бан Ся, являясь единственной служанкой, и так не успевает с большинством работы. Не стоит нагружать её ещё подобным. К тому же…

—Хаа…

Пока Чжу Юнь так расслаблена, кто знается кому она верна?

—Пойми,

Девушка убрала с лица намокшие, чёрные пряди и потянулась к флакону с перламутровой жидкостью.

—Что бы что-то получить, нужно что-то отдать, а у меня нет даже собственных денег. Моя мама…

Чжу Юнь запнулась, вспомнив лицо, давно зарытое в руинах памяти. Оно вздохнула, над чем-то задумавшись, но, в итоге, лишь покачала головой.

—Забудь. Сейчас, когда Цюйсюэ, наконец, в минимальной безопасности, мне нужно думать только о самой себе.

Чжу Юнь вылила масло на густые волосы и пальцами их расчесала.

—Тц. Надо подстричься.

«Не меняй тему.»

—Да что непонятного?

Огрызнулась она немного раздражённо.

—Я хочу стать сильнее. Меч, чтение, письмо, медитации. Может, верхом ездить начну. А вообще… я устала.

«…»

Чжу Юнь с головой опустилась под воду, почему-то не особо скучая по возможности дышать. Она бы так и сидела, но чёртов голос высказался против.

—Ха! Три минуты, сорок секунд.

«Ничего смешного.»

—Ну ты-!

Она встала во весь рост и выжала руками волосы, наблюдая как капли воды стекаются вниз, прямо к её отражению. К точно отзеркаленому взгляду васильковых глаз. Тихих и спокойных.

—Не понимаешь ты людей.

Чжу Юнь тихо вздохнула и потянулась к полотенцу.

—Я-культиватор, живу в богатом доме, ем мясо и ношу шелка. Даже А-Сюэ уже не бедствует.

«Ты в этом уверена?»

—Уверена.

Она вышла из бадьи и взяла со стула белоснежный халат.

—Одно её наличие даёт мою безоговорочную верность. Скорей всего, мне скоро разрешат с ней встретится. Конечно, я не считаю, что у неё всё волшебно. Пренебрежение, насмешки, возможно, издевательства. Но это не зайдёт излишне далеко. Она будет сыта и одета, хотя бы так, что бы я это видела.

Она вышла из купальни и не видит своего отражения, но, почему-то кажется, словно оно было бы грустным.