Парадокс Этажей (Новелла)
Anastel Aprelsky

Таинственный и свирепый Инцидент «Созерцание» нагрянул неизвестно откуда. Неудачники, затянутые в мир, целиком построенный на этажах, должны пройти через вереницу проверок ради шанса выбраться. И всё же мало кто из упрямых храбрецов смог покорить подобные высоты.

====================

Дискуссия на уровне звёзд

[[image:https://ranobelib.me/uploads/ranobe/187035/chapters/4101595/25e911e4-a72e-4307-9f09-d6fa5b6d30fa.png]]
Два тёмных, стройных силуэта сквозь прозрачную материю умиротворённо наблюдали за беспредельным скоплением звёзд, переливающихся радужным свечением. Они рождались и тускло умирали в переливах каскада цветов, который отбрасывал краски на потрескавшиеся в зале колонны, преломляясь калейдоскопом. На них когда-то горели руны, но теперь остались лишь бледные шрамы. Время стирает даже камни.

— До меня дошло известие, что Звёзды, наши дорогие Божества, обсуждали данные новоиспечённых участников Инцидента, — воодушевлённый голос молодой леди эхом разнёсся по тёмному помещению, она обернулась к брату. В её алых глазах горел огонёк любопытства.

— Отчего так радостен твой настрой, Девятая? Ведь с тех пор минуло много лет, когда удавалось кому-либо достичь верхов, — он продолжал смотреть на сияющие звёзды. Парень лениво повёл рукой по материи, за кончиками пальцев проследовала дорожка из волн. — Да и не твои ли слова, что последние поколения участников… кисельные слабаки?

— Ты смеешь насмехаться надо мной, Первый? — она обиженно дёрнула плечом, смахивая непослушную прядь золотых волос. — Знаешь ли, меня преследует стойкое чувство, что на сей раз всё будет иначе!

Девятая развернулась и поспешила уйти. Звонкий перестук её каблуков утихал с каждым шагом, но у двери на секунду всё стихло. Девушка с полуулыбкой добавила:

— Предоставим им шанс удивить нас, Первый.

Удаляющиеся шаги постепенно растворились в тишине пустых тёмных коридоров. Тогда парень снова взглянул на бескрайние просторы, усыпанные блестящими искрами:

— Предоставить шанс… — прошептал он, слегка нахмурившись, — лучше пусть всё остаётся так, как ныне. Изменения всегда приходят рука об руку с последствиями.

Он взглянул на наручные часы. Там, внизу, в непроглядной тьме, только что начался чей-то кошмар… Или захватывающее приключение? Но Первый не делал разграничений: это очередная мелкая рябь на поверхности бесконечного, предсказуемого омута, что должен оставаться таким.

Он пренебрежительно хмыкнул. Слова сестры не переставали мельтешить в голове.

— М3020, дай оценку новым участникам. Удостоверься, что ничего не подвергнет опасности спокойную жизнь.

За его спиной раздался скрежет когтей по каменному полу:

— Я Вас не подведу, создатель.

А где-то очень далеко, в совершенно другом измерении, кабина лифта вместе с парнем по имени Ноа неслась прямо в бездну. Он и не подозревал, что сами Звёзды поспорили за его будущее.

----------

Глава 001. Добро пожаловать, участник

[[image:/storage/reader-images/756cb67aa9a056579c4306d85a1c92953e32331c.jpg]]
Эта ночь не предвещала проблем. Нужно было лишь забрать свой поздний заказ у курьера и вернуться за компьютер, чтобы дождаться обновления игры. И всё-таки иногда полезно спуститься пешком, а не пользоваться благами цивилизации.

Привычное нажатие кнопки первого этажа и металлические двери плотно захлопнулись за спиной. Ноа смахнул со лба выпавшую рыжую прядь, когда обратил внимание на своё отражение в заляпанном зеркале. Под тусклым освещением он стал ещё больше похож на зомби из хоррор игры, которую недавно прошёл.

– «Может лечь сегодня пораньше?» – озадаченно подумал он, потирая кожу под глазами, будто это могло стереть синяки, заработанные бессонными ночами за компьютером и полному нежеланию выходить на улицу.

Ноа почувствовал вибрацию и достал из кармана телефон.

« 03:23

Новое сообщение от сообщества «FILE*»

Он ткнул по уведомлению и прочитал новости в официальном сообществе игры. Мысль восстановить режим тут же улетучилась. Сегодня он должен одним из первых испытать на себе обновление. Но что стало более важным – это получение нового редкого оружия, которое можно добыть только из временного босса с невероятно маленьким шансом, приравниваемым к удаче. Коллекционирование редких артефактов с первых дней игры стало смыслом существования его аккаунта. Их наличие делало персонажа практически неуязвимым, что упрощало закрытие всего контента, где требовались навыки боя.

«Новое сообщение в чате: «Кто в рейд на дракона? Через 20 минут, а то я только зашёл.»

– «Ходил я с вами в рейд, – от воспоминаний лицо исказилось от злости. – Всё время зачистки простояли АФК».

Ноа подумал написать злое сообщение и высказать всё, что было на уме, но резкий толчок тряхнул кабину. Свет быстро потух, погружая маленькое пространство во мглу. Из маленького экрана панели вырвалась ослепительная вспышка с противным пиком, отсканировав пространство лифта сверху вниз.

– Это что за хуйня? – выругался Ноа и крепко схватился за перила. Прищурившись, он пытался разобрать символы на экранчике, где один за другим плыли неизвестные ему сигналы. Первое, что пришло в голову: дотянуться до кнопок и попытаться дозвониться до диспетчера. Однако воспользоваться ими так и не смог. Кабина с металлическим рыком рванула вниз, и Ноа, ощутив на несколько мгновений себя вне гравитации, ударился о пол. Тело сковало острая пульсирующей болью и, если бы мог, Ноа бы закричал, но даже небольшой вдох казался ему достижением.

– «Холодно...»

Ощущения стали притупляться, погружая в бессознательное состояние.

Неизвестно, насколько долго он пробыл в отключке, но очнуться заставил надоедливый звук, напоминающий уведомление о новом сообщении. Ноа не задумываясь сел, потирая затёкшую шею. В ушах звенело, а в висках стучала тупая, горячая боль, напоминая о прожитом ударе:

– Ч-что… – язык заплетался, во рту было сухо и противно.

Ноа попытался вдохнуть полной грудью, и его тут же сковал приступ истощающего кашля. Перед глазами, сквозь пелену слёз, плавал зелёный призрак, на котором горели символы. Это был неизвестный язык.

«Загрузка языкового модуля…» – проговорил бездушный электронный голос.

– Нет, – выдохнул он и, зажмурившись, резко тряхнул головой. –Галлюцинация. Это нереально.

Вновь открыв глаза, Ноа убедился, что голограмма всё ещё висела в воздухе, но теперь с новой строкой, которую без труда смог разобрать. Символы сами складывались в слова, словно он владел этим языком:

«Загрузка данных участника в систему…»

С этой строчкой внутри что-то оборвалось. Холодная волна страха сдавила затылок:

– Остановись! – собственный испуганный голос прозвучал хрипло и неестественно громко в металлической коробке. Ноа махнул рукой, пытаясь смахнуть загрузочную строку, как назойливую муху. Пальцы прошли сквозь свечение, вызвав лишь рябь.

– Выключись! Сейчас же!

Паника заставила его двигаться. Ноа крутил головой прикусив до крови потрескавшиеся губы, пытаясь придумать, как выбраться.

– «Двери! Нужно открыть двери,» – метнувшись к панели, Ноа нажимал на все кнопки в ожидании какой-либо реакции, но ничего не произошло.

– Откройте эти ебучие двери! Диспетчер! – от безысходности голос сорвался на крик, когда из динамика звучала тишина. Ноа ударил ногой по раздвижной двери лифта и тут же опустился на корточки, схватившись за голову:

– Сука!

За спиной прозвучал электронный голос:

«Загрузка данных прошла успешно. Добро пожаловать в Инцидент «Созерцание», участник девятого поколения 9989»

«Удачных игр!»

Ноа медленно обернулся. Он вновь и вновь перечитывал строчки на зелёном фоне. Сердце колотилось где-то в горле, пульсация в висках сливалась с гулом в ушах.

– «Я в пиздеце.»

Загрузочное окно вспышкой сменилось другим:

«Чтобы увидеть характеристику участника, пожалуйста, наденьте устройство коммуникации Арктур»

– Может сначала скажете, что вообще происходит? Я попал в какую-то придурошную игру? – с ноткой агрессии прохрипел Ноа и машинально нажал на крестик зелёного полотна в воздухе. Он замер с удивлением от своего действия опустил взгляд на руку.

«Невозможно определить геолокацию. Наденьте устройство коммуникации Арктур», – всё так же отвечал электронный голос из динамиков лифта.

Ноа с недоверием косился на экранчик и медленно потянулся за телефоном. Только вместо него обнаружил странное устройство, напоминающее сенсорные часы. Небольшой квадратный экран с треугольными зубцами на одной стороне, что делало его силуэт похожим на голову кота, на чёрном плотном ремешке с застёжкой.

– Это и есть устройство Арктур? – с истеричной усмешкой спросил Ноа, разглядывая со всех сторон новый гаджет. Стратегий было две: тут же разломать на части это устройство или надеть. Ноа медлил. Отчаяние било тревогу, крича бороться до конца в попытках вытащить себя отсюда, но логика подсказывала не делать необдуманных действий.

Ремешок защелкнулся на запястье, как замок от наручников. Пути назад больше нет. Экран устройства в ту же секунду активировался, создавая в воздухе проекцию зелёного полотна:

«Ваша геолокация: Зона прибывших, Башня Ястреба» – Ноа быстро нажал на крестик всплывшего уведомления.

«Профиль аккаунта:

Данные участника 9989

Имя участника: Ноа Миллеров

Особые таланты: не выявлено

Особые предметы: не выявлено

Место в рейтинге: отсутствует

Пройдено этажей: –»

Резко выскочило ещё одно окно с мигающей красной точкой.

«Наблюдение: активное

Оценка: ожидается»

– «За мной наблюдают через профиль? – его губы тронула едва заметная усмешка. Невнимательный игрок, конечно, мог пропустить из виду эту деталь, спрятанную в тонне описаний, но не он. Ведь системные сообщения намного болтливее, чем кажется на первый взгляд, и Ноа очень часто этим пользовался. – Это можно будет использовать.»

Ноа скользил по строкам показателей, пока не выскочило следующее уведомление с отметкой на карте:

«Необходимо добраться до "Перевала новичков"

Время на выполнение: 30 минут»

Ткнув на мигающую иконку со своей аватаркой, Ноа обратился к системным сообщениям:

– На карте точка есть. Маршрут проложить западало…? – со злостью произнёс Ноа в пустоту. Тут же высветилось ещё одно зелёное информационное окно, иронично информируя, как пользоваться картой. Ноа страдальчески закатил глаза.

Двери лифта медленно начали движение в разные стороны, но на полпути их со скрежетом заклинило. Они то и дело дёргались в разные стороны, не переставая попытки открыться до конца. Ноа повернул голову с недовольным выражением лица на полуоткрытые двери железного ящика, через которые просачивался дневной свет. Электронный голос, совсем недавно звучавший из панели лифта, хранил молчание.

Протиснувшись, Ноа выбрался на свободу. Голубое небо над головой, высокая зелёная трава, достающая до пояса – всë это казалось вполне нормальным, но если обернуться назад и увидеть металлический ящик с оборванными стальными тросами посреди цветущего луга, то появляются вопросы о нормальности происходящего.

Наихудший, но самый логичный исход, который может быть – смерть, только Ноа даже мысли о ней не желал допускать. Ему легче было принять то, что он перенёсся в игровой мир, чем то, что сейчас лежит, истекая кровью, в груде металла и это всё воображение умирающего мозга.

Время было ограничено, поэтому Ноа решил не тратить его на осмотр местности, а сразу направился в сторону перевала. Ориентируясь по карте, маршрут должен был занять не больше пятнадцати минут.

Так он преодолел луг, приминая всеми способами высокую траву, только та всё же смогла несколько раз ударить его по лицу. Вскоре и роща берёз осталась позади. Всё это время не покидало навязчивое ощущение, что за ним пристально наблюдают. Пронизывающий тело нечеловеческий взгляд лип к коже, вызывая мерзкие мурашки. Ноа обернулся. Никого позади не оказалось, лишь ветер пронёсся, шелестя травой.

– Чёрт, у меня паранойя, – Ноа потёр уставшее лицо руками и побрёл дальше, решив не заострять внимание. Только строчка «Наблюдение: активное» всё ещё крутилась в голове, сея семена сомнений.

Наконец взору открылся вид на высокие стены, обгораживающие кабину металлического лифта. Неподалёку толпились обеспокоенные люди.

– Ещё один, – безрадостно подозвала к себе розововолосая девушка в чёрной тканевой маске, скрывающей половину лица.

– Выглядишь как-то расслабленно, в отличие от них, – она кивнула на группу людей, скопившихся поодаль.

– О тебе могу сказать то же самое, – съязвил Ноа, неуверенно приближаясь к ней. Он облокотился на стену, упираясь локтями в шершавые швы кирпичей.

Глядя на других людей, которые, в отличие от него метались из стороны в сторону в истерике, он чувствовал себя опустошённым. Всё, чего он хотел – это узнать, почему он здесь.

Девушка, находившаяся по руку, собрала свои светлые розовые волосы в хвост, завязав резинкой, взятой из кармана чёрных джинсов. Она неловко покашляла, привлекая внимание и попыталась завести разговор:

– Меня, кстати, Анника зовут. А тебя, рыжий?

– Ноа, – осматриваясь по сторонам ответил он и тут же спросил: – Знаешь, что это за место?

Анника отрицательно покачала головой.

– Пока добиралась до этого места, – она указала на лифт, – встретила пару человек. От них смогла узнать, что это место зовётся Инцидентом «Созерцание» … И, если честно, я не запомнила больше ничего, что они пытались мне сказать.

Ноа разочарованно поджал губы и задумчиво покосившись на устройство Арктур, постучав пальцами по его корпусу. Сложно было поверить, что в это превратился его телефон, но интерес брал своё.

– Ладно, поехали, – почти беззвучно прошептал он , зажимая кнопку включения. Нужно было изучить устройство этого мира, чтобы найти слабые места, которые можно было бы использовать. Ткнув пальцем по иконки своего аватара, высветилась надпись:

«Активировать аккаунт»

После недолгой загрузки выскочила ошибка, уведомляя о том, что требования для активации не выполнены. Ноа ударил кулаком по голограмме, но рука прошла сквозь, ещё больше разозлив.

– Не знаете, для чего нас всех здесь собрали? – спросил парень в гавайской рубашке, подойдя к Ноа и Аннике. Он испуганно озирался по сторонам и нервно покачивался взад-вперёд. – Может, это ловушка?

– Вряд ли, – начала Анника, запрокинув голову. Её голос был расслабленным, почти сонным: – Одна девушка, которую я тут встретила, сказала ни в коем случае не уходить отсюда.

– И ты ей веришь? Она могла обмануть.

– Тогда иди, – резко ответил Ноа, даже не взглянув в его сторону. – Не ищи здесь себе соратников.

Парень в гавайской рубашке опешил от такого ответа.

– Т-ты! Вы все тут умрёте, – круговым движением обвёл всех присутствующих рукой. – Все вы!

Он направился по вымощенной дороге прочь от кабины лифта.

– Ушёл…– прокомментировала Анника, смотря вслед. Она повернулась к Ноа, но тот гневно ругался на высветившиеся окна с ошибками и не думал вступать с ней в диалог. – Как думаешь…

Щелчок, и резкий пронзительный крик парня заставил обратить внимание. Он катался по земле с истошным ором.

– Что с ним?

– Посмотри на его руки… – прошептала побледневшая Анника, отворачиваясь от этой картины. Она отошла вглубь укрытия, ближе к кабине, и присела на корточки, зажимая руками уши.

Конечности парня были вывернуты в неестественном положении, из кожи выпирали белые кости. Все пальцы были переломаны и торчали в разные стороны.

Ноа, сощурившись, наблюдал за происходящим. Он пытался найти причину случившегося, но тошнотворное зрелище было настолько ужасным, что было невозможно смотреть. Прозвучал ещё один щелчок, и тело парня упало на землю, судорожно подёргиваясь. Голова была повёрнута в неестественном положении.

Когда всё закончилось, и тишину перебивали только рвотные позывы того, чей организм не выдержал такого убийства, раздался звонкий голос откуда-то сверху, и новоприбывшие в недоумении задрали головы:

– Все оставайтесь на своих местах!

Держась за изогнутую ручку серого зонтика с рюшами по краям, к ним спустился невысокий человек в массивных ботинках, тяжесть которых чувствовалась только от одного взгляда на них. Хрупкий, изящный юноша в необычной одежде, состоящей из коротких шорт и кейпа, из-под которого виднелась чёрная рубашка, а из-за воротника выглядывало жабо с блестящим, ярко-оранжевым драгоценным камнем.

Одним движением руки он сложил зонтик и оперся на него, как на трость, поправив рукой в длинных перчатках серую шляпу с заячьими ушами:

– Всего на полчаса опоздал, а вы уже умудрились нарушить правила.

Парень прошёл мимо безжизненного тела, перепрыгнув через бледную руку с выкрученными пальцами. Подойдя ближе, он одарил фальшивой улыбкой свою публику, наматывая локон длинных волос на тонкий палец с острыми ноготками и скучающе продолжил:

– Что ж, приветствую вас, участники. Я Копителлер, путеводитель по этажам.

– Почему этот парень умер?! Разве он сделал что-то плохое?

Искривлённая улыбка Копителлера, придававшая ему очарование пушистого маленького кролика, спала. Он со скрипом сжал ручку зонта и, направив его в сторону, где только что убили одного из них, спросил, безжизненным ледяным тоном делая долгие паузы между словами:

– Он. Нарушил. Правило.

После услышанного толпа рядом с Ноа принялась обеспокоенно переглядываться и шептаться между собой, отступая вглубь укрытия. Кажется, никто не обратил на это внимания, но труп начал постепенно уменьшаться, будто таял под лучами солнца. Вскоре не осталось даже мокрого места.

Ноа бросил беглый взгляд в сторону толпы, но почти сразу перевёл его на путеводителя, пытаясь сообразить, как безопасно задать крутящиеся в голове вопросы. Копителлер нетерпеливо раскачивался из стороны в сторону, время от времени поглядывая на электронные часы с местным временем, висевшие на стене над головами прибывших. Минуты тянулись часами. Было ясно, что он хотел побыстрее избавиться от участников.

– «Что он вообще за существо? – немигающим взглядом уставился Ноа на него. Его большие серые глаза с ярко-золотым зрачком сильно выделялись на фоне светлой кожи лица и притягивали внимание. – Не человек уж точно… Что важнее, на что он способен?»

Мужчина с уродливым шрамом на щеке решительно протолкнулся через людей, останавливаясь перед Копителлером, который стал казаться совсем крошечным.

– С ума сойти, – шепнула рядом Анника.

– Что за хуйня тут происходит?! Объясни, почему тот парень умер? – практически кричал мужчина, но Копителлер лишь зевнул, будто эта ситуация была для него обыденной.

– Ничего не меняется. Скукота, – прошептал он, подперев щеку.

Мужчина сжимал и разжимал кулаки, на которых видны старые мозоли. Он мялся в сомнениях, не решаясь ударить первым.

– Ты и твои подельники втянули меня в это, но я своё согласие не давал, так что живо вытаскивай меня из этого! Вы у меня присядете за похищение и убийство!

– Это невозможно, – Копителлер одарил мужчину уставшим взглядом и продолжил будто по сценарию: – Сейчас вам сложно поверить в это, но вы находитесь внутри Инцидента «Созерцание», и он сам выбрал вас.

Путеводитель указал наверх, устремляясь пальцы к небу:

– Чтобы выбраться назад, откуда вы пришли, нужно преодолеть 12 этажей. На каждом из них находится инстанс, который нужно выполнить. Хочу предупредить, что после шестого этажа задания значительно усложняются, а значит, шанс вашей смерти становится в разы выше, – хитрая усмешка коснулась губ, глядя за тем, как бледнеют лица.

Ноа скрестил руки на груди, нервно перебирая пальцами. Он лихорадочно выстраивал в голове хоть какой-то план, но недостаток информации об этом месте вгонял его в тупик. Хоть это и похоже на фантастическую игру, но если он умрёт, то второй попытки пройти уровень точно не появится, так что первым делом нужно раздобыть информацию.

– Ты сказал, что тот участник умер из-за нарушенного правила. Что это значит? – осторожно поинтересовался Ноа.

Копителлер вызывал ощущение липкого страха. Чувствовалось, что за такой миловидной внешностью скрывается нечто опасное, способное без затруднений убить всех присутствующих.

– Что ж, пока кабина лифта не прибыла, могу немного рассказать о правилах этого места, – с лёгким удивлением от вопроса ответил Копителлер, включая на своём небольшом устройстве в виде карманных часов на металлической цепочке обратный отсчёт до прибытия кабины.

– Участники, то есть вы, не можете отказаться от первого испытания, если не хотите кончить как он, – он выпрямился, чтобы ловко перекинуть зонт из одной руки в другую.

– Кто карает за нарушение? Это ведь не ты убил его, – тут же спросил Ноа, сощурив глаза, будто подозревая в чём-то путеводителя. Анника, всё это время стоявшая рядом, поперхнулась воздухом. Она посмотрела на Ноа, пытаясь понять, ударился ли он головой так сильно, что у него отбило способность здраво мыслить.

Не сумев сдержать звонкого смеха, Копителлер снова облокотился на зонт, уперевшись лбом о внешнюю сторону руки. Его плечи быстро подрагивали, из-за этого казалось, что шляпа вот-вот свалится с его головы:

– Я? Убить? Какие чудные участники в этот раз! – сквозь смех пролепетал он, хватая ртом воздух. Как только он смог успокоиться, то поднял голову и смахнул с глаз, обрамлённых длинными светлыми ресницами, слёзы:

– Я лишь жалкий слуга, а вот за соблюдением правил устава следит Судья. Нарушения же внутренних правил, как это, караются самим Инцидентом. Он самолично уничтожит нарушителя… Его никто не контролирует и нам лишь остаётся повиноваться и устанавливать свои правила для мирного существования.

– Кто такой этот Судья? – нахмурилась Анника.

– Правитель этого места, – путеводитель повесил на руку зонт и с интересом наклонил голову набок, сощурив и глаза в два полумесяца. – Больше рассказать я не могу – времени совсем не осталось! Да и какая вероятность, что мы увидимся после испытания? – задумчиво спросил он и подтолкнул спереди стоящих участников за плечи.

Двери лифта за их спинами медленно открылись, но кабина так и источала зловещую ауру. Ноа лишь мельком взглянул на неё, но всё внутри уже сжалось от страха. Прошлая поездка оставила значительный негативный отпечаток в памяти. Он потёр поясницу, всё ещё ощущая боль от падения.

– Если сможете выжить, то как-нибудь поболтаем!

Копителлер загнал всех участников в лифт, словно пастушья собака овец, и активно помахал рукой на прощанье перед тем, как двери плотно закрылись. Кабина двинулась вниз с противным скрежетом. В металлическом ящике царила тишина, а в воздухе витало напряжение. Слышалось, как кто-то нервно цыкнул, кто-то горько шмыгнул носом или сдерживал слезливый всхлип.

Ноа стоял в углу, прислонившись к холодной стене затылком. Панический комок в горле рос, сердце колотилось так, что вот-вот выпрыгнет. Ноа считал, и это единственное, что заставляло его хоть немного переключиться. Пять… Шесть… Вдруг кабина замерла, он вжался в стену, ожидая, когда двери наконец распахнутся.

И тут – щелчок. Не громкий, а едва уловимый. Как звук переключающегося реле где-то за панелью. Это было не просто так.

Ноа от удивления распахнул глаза. Неожиданно это стало спасительным кругом, и он схватился за него, выныривая из пучины надвигающегося страха перед неизвестностью. Вместо хаоса мыслей в голове проступила четкая, до чёртиков знакомая картина: задержка между остановкой лифта и открытием дверей слишком долгая, будто идёт загрузка при переключении сцен игры, а этот щелчок и был звуком переключателя.

– «Это не настоящая реальность, я в виртуальном мире, игре, а значит… Двери не открываются так долго по причине плохого интернета, либо... запускается какая-то процедура. Скрипт приветствия? Загрузка инстанса?»

Двери поехали в стороны, на электронной панели лифта отобразилась цифра «1». Ноа облегчённо выдохнул, сдерживая нервный смех. Он оказался прав.

----------

Нарушитель порядка снова в сети

[[image:https://ranobelib.me/uploads/ranobe/187035/chapters/4114465/34b546b7-ebc5-487e-9d44-e8654967a57c.png]]
В это же время в библиотеке Звёздного Обителя, где можно найти ответы на все свои вопросы, проводил свой выходной Первый. Он удобно разместился на диване и клацал по мерцающей клавиатуре. На виртуальном экране высветились несколько досье участников.

– М3020, выведи на экран видео, – Первый сложил руки в замок, ожидая, когда загрузится видео. С шипением включилась запись глазами его марионетки. Издалека мелькали силуэты участников с досье, только что вернувшихся с прохождения первого этажа.

– Увеличь изображение и повысь громкость, – нахмурился Первый, подаваясь вперёд к экрану.

Со звуком вертящегося объектива картинка стала больше, но качество оставалось всё так же на высоте.

– Неужели они обошлись без жертв? – не веря своим глазам, Первый раскидал по экрану файлы с информацией о каждом участнике и нашёл нужное. Окинув быстрым взглядом досье участника, подмечая визуально отличительные черты, он попытался найти его в толпе. Стройный молодой мужчина снял с себя чёрный плащ и повесил его на предплечье. Проведя рукой по мокрым от дождя чёрным волосам, где редели седые пряди, которых в таком молодом возрасте быть не должно, он вальяжно прошёл сквозь обступивших его участников, которые сыпали благодарностями.

– Дэвион Келлер, похоже, отличился среди всей группы.

– Судя по показателям, у этого участника есть задатки хорошего лидера. Опасность составляет 30%, – ответил механический мурчащий голос марионетки.

Снова развалившись на кресле, Первый лениво подпёр щёку и вслушался в обсуждение завершённого инстанса этажа.

– Всем спасибо, все мы хорошо постарались, – одарив всех лучезарной улыбкой, молодой человек озирался по сторонам, разыскивая кого-то. – Феликс!

Светловолосый парень, уходящий в сторону высотных зданий вместе со своим младшим братом, остановился. Повернувшись вполоборота, он уставился на Дэвиона, ожидая, когда тот уже скажет, что хочет. Судя по выражению на бледном от усталости лице Феликса, скривившемся от неприязни, удовольствия от общения с ним он получил не много.

– Мы неплохо сработались за эти дни, не хочешь стать союзниками? Твоя наблюдательность и творческий подход и моя способность контролировать процесс…

Его прервал взбешённый цык Феликса, сопровождавшийся характерной мимикой с закатыванием глаз:

– Дэвион, ты так и не понял, в чём твоя проблема? Ты думаешь, что можешь относиться ко всем как к инструментам, и тебе это сойдёт с рук.

– Но именно мой подход спас нам жизнь, – он с притворным непониманием распахнул глаза, наблюдая за тем, как отвисает челюсть у собеседника. Феликс шикнул на брата, который старался его успокоить, и вновь обратился к Дэвиону:

– Ты идиот? – От такой наглости Феликс не смог сохранить спокойствие. – Я тебе только и твердил, что нужно дать всем нам отдохнуть. Мы были измотаны, но ты вновь и вновь заставлял нас идти дальше, чтобы быстрее добраться до выхода. Чудо, что никто не умер!

Феликс с отвращением скривил лицо и на прощание с желчью прошептал:

– С таким подходом ты потеряешь всё по собственной же вине.

Первый замер за монитором, не заметив, как скулы свело от нисходящей улыбки.

Но радость была недолгой. По рукам, словно электрошоком, пробежали мурашки, вызвав мерзкое предчувствие испорченного настроения. В томительном ожидании Первый оглянулся на дверь.

Встревоженная златовласая девушка с большим бантом на макушке не заставила себя долго ждать. Она появилась на пороге круглой комнаты спустя минуту, где посередине расположилось украшенное резьбой кресло «тет-а-тет» с бархатной обивкой и сервировочный стол из тёмного дерева с фарфоровым чайником и двумя чашками на блюдцах. Со всех сторон комнаты находятся шкафы с книгами, встроенные в стены. Окна были плотно завешены тёмными бархатными шторами, которые не пропускали ни лучика света. Единственное, что позволяло разглядеть в помещении хоть что-то, так это яркий тёплый свет подвешенных за цепочки фонарей, созданных с помощью алхимии, и круглый шар с вращающимися кольцами вокруг оси, созданный на базе армиллярной сферы. Этот артефакт хранит в себе множество знаний, но, к сожалению, никто из ныне живущих не имеет доступа к этому секретному архиву Инцидента «Созерцание».

Девятая погладила складки длинного белого платья с надетой поверх портупеей и торопливо прошла по комнате, перешагнув стопки книг, которым не хватило места на полках. В её плавных движениях читалась какая-то еле уловимая нервозность.

– Ты ни за что не угадаешь, кого я только что видела около Звёздного суда, – вздохнула Девятая, завалившись на кресло, закинув ногу на ногу. Она протянула бледную руку к золотистой, взъерошенной макушке, но по руке тут же демонстративно ударили.

– Не томи, – прервавшись от изучения досье участников нового поколения, Первый поднял голову, угрюмо уставившись своими рубиновыми глазами на сестру.

Активная и общительная сестра-близнец часто приносила для него различные истории, которые он нехотя, но выслушивал. Изредка её рассказы носили правдивый характер новостей, но чаще всего это пересказ сплетен, которые высшие существа сеют для своего развлечения. Таким сюжетам позавидует любая жёлтая пресса.

– Копителлера!

– Копителлер... Это ли не имя Божества, которое покинуло 13 этаж и теперь обитает в Гнезде Ястреба? – задумчиво спросил он, пытаясь выстроить в голове образ.

Девятая медленно кивнула, замечая на его лице хитрое выражение.

– Узнала у него о новых участниках? Есть ли интересные личности в девятом поколении, как ты предполагала? – насмешливо поинтересовался он.

– Не стала, – она отрицательно покачала головой, отмахиваясь рукой с тонкими длинными пальцами и острыми ноготками. – Он выглядел не очень расположенным на беседу. Думаю, его кислую мордашку даже из дальней точки Башни Ястреба было видно.

– Интересно, зачем он приходил к Судье...? Надеюсь, из-за новых участников нашей мирной жизни не грозит опасность, – беспокойно пробубнил Первый, подавленно закрывая вкладку открытого виртуального, переключая своё внимание на сестру.

– Боюсь, дело не в участниках.

Она выдержала несколько мгновений и с полной серьёзностью в голосе продолжила, не сводя пристального взгляда с брата-близнеца. Это была единственная тема, которая могла с лёгкостью вывести Первого из себя.

– Недавно подтвердился слух о возвращении Божества хаоса. Кажется, его видели в Гнезде Ястреба...

Первый поднялся с места и швырнул книгу, видимо, читал её ранее, на тумбу. Его и так ярко-красные глаза вспыхнули от гнева, как спичка, а зрачки приняли белоснежный цвет:

– Шут, правда, показался? – переспросил он сквозь зубы и прошёлся по комнате, скребя ногтями по спинке дивана. – Эта ошибка Инцидента украла часть артефактов, подвергла нас всех опасности и свалила сотню лет назад в запретные зоны! А теперь решил показаться? Надеюсь, он понимает, что ему придётся ответить за всё. – Первый говорил с надрывом, размахивая руками, выплёскивая всю свою злость.

Девятая молча листала ленту новостей на зелёном виртуальном экране, ожидая, когда Первый сбавит пыл и перестанет разносить библиотеку. Она полностью разделяла ненависть к Шуту и с нетерпением ждала, когда придёт час расплаты, но это была тихая ненависть. Выставив перед собой руку, она заставила левитировать летящий в неё том романа. Покрутив его разными сторонами, она перенаправила его в Первого:

– Прекрати уже.

Первый потёр ушибленный затылок и, стараясь подавить свой пыл, смял край голубоватой блузки:

– Как обстановка в Обители? – поинтересовался он, давя носком туфли осколок фарфоровой чашки. – Уверен, марионетки уже на каждом шагу. Судья не мог оставить эти слухи без внимания.

– Да, – кратко кивнула Девятая, поправляя петли красного банта на груди. – Теперь и не вздохнёшь спокойно из-за судейских марионеток, которые следят за каждым движением.

Прозвучал пиликающий звук, и перед лицами близнецов высветилось окно уведомления:

[Судья просит Вас сейчас же явиться в Звёздный суд. Это срочно.

– Юрис, секретарь]

– Шут ещё даже не показался на глаза, а уже навёл шуму во всём Обители, – нахмурился Первый, устало прикрывая глаза. – Надеюсь, появление этого мерзавца не доставит нам глобальных проблем.

----------

Глава 002. Первый инстанс

[[image:/storage/reader-images/c446ef6f5377565942338cada2a0c7321e414d8a.png]]
Двери лифта со скрипом разъехались в разные стороны. Перед участниками открылся вид на тесный коридор, в конце которого находилась деревянная дверь.

Ноа оглянулся. Никто не решался первым покинуть лифт. Глаза сами закатились, стоило ему понять, что те и с места не сдвинутся. Парень аккуратными и тихими шагами преодолел расстояние между кабиной лифта и дверью под номером «01». Дверь с металлической ручкой без труда поддалась, вовсе не противясь. Яркий свет пролился в коридор, заставляя жмуриться. Когда же глаза привыкли, они увидели уютную комнату в деревянном доме с большим камином. Через полупрозрачные занавески просачивались багряные закатные лучи. Окон было так много, что днём их сполна хватало для естественного освещения, но совсем скоро комнату окутает непроглядный мрак. Ноа неторопливо переступил порог, озираясь по сторонам, и прошёл к обеденному столу с лавками. На нём приветственно ожидали гостей кувшин молока, гранёные стаканы. Парень взял один, но внимание привлёк полыхающие дрова в камине. Их кто-то ждал или сам сюжет этого места подразумевает наличие огня? Ноа бесшумно поставил стакан обратно.

Хотя обстановка в доме ничем не угрожала, расслабить плечи не получалось. Это место точно пытается ввести в заблуждение. Как только Ноа приблизился к окну, за своей спиной он услышал скрип половиц: другие участники последовали хвостом за ним. Но дверь за ними сразу захлопнулась.

— Жуть! — взвизгнула девушка, когда вход рассыпался на мелкие пиксели.

Ноа даже не глянул в их сторону, а отодвинул серую кружевную занавеску. Через густую листву яблони с наливными плодами он увидел подтверждение своим догадкам. Их действительно отправили в небольшую деревушку с плотно стоящими друг к другу низкими домами, только символически огороженными заборами из дряхлых досок. По тропинке шли девушки в длинных платьях с передниками. В их руках корзинки, полные до краёв ярко-красными яблоками. Они перешёптывались и хихикали, по-дружески толкая друг друга в плечи. Увидев в окне любопытного незнакомца, девушки остановились, таращась тёмными кукольными глазками. Их губы скривились, обнажая белоснежные острые зубы. Ноа ругнулся себе под нос и отпрянул от окна, мигом закрыв занавеску. Будто бы она могла спасти и спрятать!

В это время другие участники изучали дом, открывая всё, что можно: шкафы, комоды, двери в комнаты… Их отвлекла надоедливая мелодия, бьющая звоном по ушам. После недолгой паузы из их коммуникаторов вспышками вылетели зелёные экраны.

«ПЕРВЫЙ ЭТАЖ

Инстанс: Тайное становится явным

Сценарий: Вы прибыли в поселение Романовских в канун главного праздника, Дня Основания, чтобы помочь завершить подготовку. Жители усердно готовятся к торжеству: украшают дома, пекут пироги, собирают урожай. Время уходит, рабочих рук не хватает. Они встретят с радостью и распростёртыми объятиями тех, кто готов разделить с ними труды.

Поселение также славится верностью обычаям. Традиции здесь не просто помнят: ими дышат и передают из поколения в поколение. Гостей, уважающих уклад, щедро одаривают.

Для успешного выполнения сценария необходимо присутствовать на Дне Основания.

Срок: [НЕ ОПРЕДЕЛЕНО]

Уровень сложности: [НЕДОСТАТОЧНО ДАННЫХ]

Награда: 10 000 жетонов»

Ноа быстро пробежался по содержанию и нажал крестик в углу экрана. Перед неизбежной встречей с навязанной работой следует найти хоть что-то полезное в этом домишко. Ход на чердак удачно попался на глаза. Предчувствие и опыт прохождения игр подсказывали, что в труднодоступных местах прятались самые интересные вещи. Немедля он взобрался по старой узкой лестнице, не обращая внимания на потрескивание перекладин, и толкнул рукой люк. Дверца открылась с протяжным скрипом в темноту, клубы пыли свалились на голову. Ничего невозможно было разглядеть, даже очертания предметов. На «Арктуре» был предустановлен фонарик, но толку от него было немного: крохотный источник зелёного света больше напоминал волшебную палочку, чем фонарь.

— Ноа, аккуратнее, — голос Анники послышался снизу, — может, мне с тобой пойти?

Он пропустил вопрос мимо ушей и залез на чердак. Детский фонарик освещал контуры старой мебели, случайные ящики с забытыми предметами: разбитая лампа, треснувшая чашка без ручки, в которой несколько карандашей, линейка и женские заколки с камушками.

— Хлам, — недовольно прошептал и направился дальше вглубь чердака.

Услышав скрип лестницы, Ноа оглянулся. Некто взбирался наверх. «Кому-то не сидится на месте ровно», — с недовольством цыкнул от этой мысли.

— Я нашла лампу, так что решила тоже залезть, — это походило на оправдания.

Девушка поставила на пол керосиновую лампу, которая озарила небольшой участок. Забравшись, она отряхнула пыль с чёрных спортивок и взяла в руки источник света. На её щеке тёплым полумесяцем отражался блик лампы, а в карих глазах горели искры пламени.

«Она меня преследует? Или думает, что раз я поговорил с ней, то мы друзья? — смотря на груду старых вещей, Ноа с озадаченным видом постукивал пальцами по крышке ящика, пока голову не посетила мысль о компромиссе. — Если она будет полезной, то нет смысла сопротивляться».

— Что интересного? — с энтузиазмом спросила Анника, опуская фонарь к лицу Ноа. Яркий свет ослепил, он поскорее спрятался в ладонях.

— Анника!

— Ой! Извини, — та мигом убрала лампу за спину. Свет постепенно начал угасать, и Ноа в недоумении оглянулся, решив, что его так скоро бросили. Но нет, Анника нашла возле деревянной колонны шнур с крючком на его конце, где оставила лампу, подкрутив мощность.

Они достали следующий ящик, но внутреннее любопытство поторопило Аннику. Она резким движением открыла крышку, вся серая грязь поднялась в воздух облаком. Глаза заслезились, легкие заболели от частого кашля, а в затхлом помещении не находилось и глотка свежего воздуха.

— Никогда, слышишь! никогда не делай так в моём присутствии, — выразив своё недовольство хриплым голосом, Ноа ткнул в спину Анники пальцем.

— Только если захочу убить.

Отдышавшись, парень заглянул в ящик. Сверху лежала стопка старых журналов и несколько книг. Прошерстив ниже, под ними оказался расписанный цветами сундучок. Ноа с раздражённым вздохом махнул рукой на вещи и ушёл, Анника же вытащила находку.

В самом углу он нашёл ящик поменьше прочих, изрисованный мелками. В нём томился лишь страшный плюшевый медведь без одного глаза-пуговицы и лапы. По весу он ощущался намного тяжелее обычных мягких игрушек, явно неспроста. Ноа уже собирался оторвать ему голову, которая и так держалась на тонких нитях, но остановился, заметив пуговицы на спине.

Неожиданно упало что-то тяжёлое, отчего все напольные дощечки всколыхнулись. Ноа развернулся на шум, но в него врезалась Анника с бранью, панически размахивая руками. Увидев одноглазого косого медведя, лицом в которого влетела, она с очередной порцией матов отшатнулась назад и шлёпнулась на пол.

— Это что такое?!

— Медведь, — держа игрушку на весу, Ноа помахал лапкой, затем наконец-то достал из плюшевого брюха спрятанное. Выцветший блокнот с замочной скважиной. Ржавый гвоздь, как показалось, идеально вписывался в роль отмычки. Но не прошло и двух минут, Ноа вышвырнул гвоздь в сторону, примирившись с заранее очевидным поражением.

— О, у меня был такой в детстве, — Анника поднялась, ей без вопросов передали блокнот. — Ключи теряются в первые минуты, а искать их как иголку в стоге сена.

Она принялась вертеть дневник в руках, стараясь рассмотреть сквозь щель записи. Наблюдать за этим быстро наскучило: «Жалкое зрелище», — с этой мыслью Ноа ушёл посмотреть, что же грохнулось минуту назад. На полу лежал сундук, на бархатной овальной крышке намотаны слои паутины. Все вещи из него вывалились на пол: старая одежда, детские туфли, широкополые шляпы. Но выделялась чёрно-белая фотография с помятыми уголками. На ней был мужчина в военном мундире и маленькая девочка с тем самым медвежонком в руках, на фоне плавали утки на живописном озере.

— Ты этого испугалась? — насмешливо поинтересовался Ноа, поднимая с пола фотографию. Текст на обратной стороне смазан, разобрать вышло лишь одно: «Романовские».

— Нет, я испугалась огромного мохнатого паука, который сидел в сундуке. С детства не могу их терпеть, — её лицо перекосила гримаса отвращения на мгновение.

Ноа собрал всю вывалившуюся одежду обратно и захлопнул сундук. «Это дом Романовских. Основатели этой деревни», — он задумчиво постучал плотной крышке, смотря на девушку, что маячила взад-вперёд по чердаку, пиная жестяную банку от печенья. Она больше не прикасалась к вещам. Видимо, неприятная встреча с паукообразным отняла всё желание исследовать старый склад.

— Вряд ли мы что-то ещё найдём, — безэмоционально констатировала Анника, протягивая единственную находку. — Нужно отдохнуть, а завтра можешь продолжить.

Как бы Ноа ни хотел поспорить, но Анника права. Он не спал часов двадцать, отчего мысли быстро сменяли друг друга. Спрятав в инвентарь коммуникатора находку, он лениво махнул в сторону лестницы, предлагая новоиспечённой напарнице спускаться первой. Затем снял с верёвки лампу и, обведя подозрительным прищуром чердак, спустился следом. Анника уже успела подбежать к расстроенной девушке в зелёном платье, стараясь успокоить.

— Всего здесь три комнаты, в каждой из них по две кровати, — сказал крупный мужчина с щетиной и в бежевом свитере, выглянув из коридора. — Если нам придётся жить здесь, то я займу первую комнату.

— Мы займём третью! — сказала Анника обратилась к соседке: — Пойду осмотрю её и вернусь.

— Я займу вторую, — протараторил Ноа и прошёл мимо мужчины.

Дверь с номерной табличкой, на которой были плохо различимые очертания двойки, со скрипом распахнулась. Из полумрака повеяло сыростью, словно из подвала, закрытого на года. Атмосфера непроизвольно заставила поморщиться: запах осел на языке горьковатым привкусом пыли и прелого дерева.

Ноа поспешил к окну, не с первого раза открыв его. Прогнившие половицы прогибались под весом, белая краска у оконных рам уже облупилась и покрылась трещинами, вызывая неприятные чувства. Но свежий воздух с ветерком обдувал лицо и трепал волосы. На улице уже стемнело.

Сбросив на стул красную кожанку, Ноа окинул внимательным взглядом и комнату. Маленькое помещение, из мебели лишь две железные кровати с тонкими матрасами, на краю которых оставлены комплекты постельного белья. Вплотную к мебели приставлены два стула.

Ноа поднял матрас. В лицо ударило облако трухи, от которого пришлось спасаться, прикрыв нос, пока взвесь не осела. После он осмотрел кроватные рейки: это довольно распространённое место, если нужно что-то спрятать. Сейчас там оказалась лишь пыль.

— Я попал в ад, — раздражённо пробормотал он, прикрыв рукой лицо. Это жалкое зрелище застал временный сосед, появление которого не сразу заметили.

— Да ладно тебе, — темноволосый парень сел на свободную кровать и дружелюбно представился: — Я Каин, твой сосед на эти дни. А ты… Ноа, верно? Слышал, что Анника тебя так назвала.

— Верно, — успел ответить перед тем, как снова чихнуть.

— Что ты думаешь обо всей этой ситуации? Я вот до сих пор не могу прийти в себя и осознать, что это не сон, — Каин улёгся на кровать, подложив под голову руку.

— Стараюсь не думать, — закончив разговор, Ноа начал переворачивать и стулья.

— Какой прагматичный взгляд на жизнь…

Из общей комнаты донёсся женский крик. Ноа резво метнулся на звук, а Каин опасливо выглянул следом. Кроме остальных участников на пороге дома столпилось три человека. Мужчина и девушка стояли чуть сзади от старика. Если первый без интереса смотрел в одну точку, словно статуя, то девушка разглядывала незнакомцев как экспонаты музея.

«Вот и гости. Как же неожиданно», — Ноа прислонился к косяку спиной, держась на безопасном расстоянии.

Старик сделал шаг вперёд, чиркнув сланцами.

— Извините, что зашли в столь поздний час, но было бы грубостью не поприветствовать гостей в нашей глухой деревушке. Я Викториан Гордеевич, здешний староста. Обращайтесь по всем вопросам ко мне или моему помощнику.

Старик указал жилистой рукой на серьёзного высокого мужчину рядом с миниатюрной девушкой. Он приветственно кивнул, обводя взглядом собравшихся.

— Не беспокойтесь, мы не желаем вам зла, — хрипло проговорил староста каждое слово. — Наоборот очень рады, что вы решили помочь нам с приготовлениями к важному для нас празднику, который состоится через два дня, и вас, конечно, щедро вознаградят за труд, когда наступит время, — последние слова старик выделил интонацией.

Ноа не смог удержать задорной улыбки, быстро спрятав под ладонью:

«Как интересно. Все вокруг твердят действовать по указаниям и заманивают наградами, но так и хочется сделать всё наоборот. Что-то не уверен, чтобы в задании говорилось о помощи деревенским…»

Ноа без интереса обвёл участников, пытаясь запомнить их внешность и выделить полезных для себя людей. Взгляд непроизвольно привлекло розовое пятно, маячащее возле камина. Анника незаметно подобрала кочергу.

«Она же не собирается?..» — Ноа прервал свою мысль. При плохом исходе встречи с деревенскими она сможет дать отпор, поэтому резон держаться к ней поближе, безусловно, был.

— Что думаешь? — шёпотом поинтересовалась Анника, заметив Ноа за своей спиной.

— Думаю, что нам придётся физически работать, — он натянуто улыбнулся, отвечая на её вопрос. — Или ты о чём-то другом?

Анника озадаченно наклонила голову. Хмурое лицо ясно выражало недовольство ответом, но Ноа продолжал молчать как рыба.

— Мне кажется, не нужно слепо верить словам деревенских, — сказала и она с презрением, пока староста пристально всех осматривал. — Что-то в них меня смущает.

Викториан Гордеевич слегка подтолкнул витающую в облаках помощницу. Она тут же двинулась к столу, поднимая плетёную корзину. По комнате разнёсся сладкий аромат свежей выпечки, из-за чего во рту скопилась слюна.

— Приветствую, дорогие гости! Я Мирослава, рада с вами познакомиться. В знак исключительно добрых намерений приглашаю вас к столу отведать пирожки с яблочным повидлом.

Она просияла, оглядывая присутствующих. Однако никто не шелохнулся. Она сразу поникла головой от такого недоверия, но оставалось вернуться на место рядом со старостой.

— Время уже позднее, поэтому мы пойдём, — монотонно начал старик, прикоснувшись к ручке двери. — Желаем вам хорошо отдохнуть. Завтра будет сложный день!

— Что нам нужно будет делать? — спросил мужчина средних лет, задумчиво почёсывая щетину.

— Это вы узнаете завтра, сейчас вам нужно скорее ложиться отдыхать, — староста поспешил попрощаться, пожелав доброй ночи.

Когда дверь захлопнулась, Ноа в нетерпении подошёл к столу, заглядывая в корзину. Внутри горкой лежали румяные пирожки, издающие сладкий аромат с отдалёнными травянистыми нотками. Голод, о котором он не вспоминал, наконец-то явился. Ноа не смог сдержаться и взял один, жадно откусывая до сладкой начинки.

— А если они отравлены? — спросила Анника, раскручивая в руках кочергу, а когда та выскользнула и укатилась под стол с грохотом, села на лавочку как ни в чём не бывало.

— Очень в этом сомневаюсь, — ответил с набитым ртом, прикрывая его ладонью. Когда Ноа смог проглотить кусок, то на приподнятом настроении торопливо пояснил: — Сама посуди: для них мы — рабочие, которые помогут с подготовкой к празднику. Пока мы им выгодны, убивать нас с вероятностью в 95% не будут.

Анника с сомнением посмотрела на корзину. Эти слова не смогли её убедить.

Старший из участников встал во главе стола. Не торопясь наполнив стакан молока, он сделал глоток и только после этого обратился к собравшимся:

— Меня зовут Астольф. — Мужчина приложил ладонь к груди и обвёл уставшим взглядом участников. — Ранее был врачом. Предлагаю познакомиться, чтобы узнать, кто на что способен.

— О! Это как игра в «бункер». — вклинилась девушка, прибрав розовые пряди обратно в хвост. — Я Анника, до попадания сюда работала в кафе и увлекалась фотографиями. В общем, брала от жизни всё.

Она посмотрела на Ноа, предлагая поддержать этот перформанс. Тот отрицательно покачал головой, предпочитая подержать во рту пирожок.

— Я… — тихо начала девушка в зелёном, присаживаясь рядом с Анникой. Ноа мысленно окрестил её плаксой. — Моё имя Мишель. Я учусь на втором году истфака. Рада знакомству.

Возле стола появился сосед Ноа, что стоял всё время у стены. Он вытащил из корзины пирожок и подкинул его.

— Я Каин! Жаль, что мы встретились в такой обстановке, но всё же рад знакомству. — Он разломил угощение пополам и протянул половину Мишель. Та нерешительно приняла милый жест с его стороны и выдавила из себя улыбку, утирая слёзы.

— Глупость, — буркнул мужчина со шрамом, но всё же протянул руку к корзине.

Он выбрал плотный пирожок, повертел в грубых пальцах, словно проверяя вес, и сунул в карман куртки. Астольф открыл рот, желая возразить ему, но Ноа перетянул внимание на себя:

— Можете звать меня Ноа, — представился, отряхнув руки от крошек.

Ворчливый мужчина вдруг поднял голову и внимательно посмотрел на него. Юноша нахмурился, с незримым вопросом уставившись в ответ.

— Глаза разного цвета, — заметил он. — У моего племянника такие же. Как же это называется…

— Гетерохромия, — сухо процедил Ноа и отвернулся, будто пытался скрыться.

— Точно, точно, — усмехнулся мужчина и снова уткнулся взглядом в стену.

Ноа сам не заметил, как представление разрослось в ручейки отдельных бесед. Астольф и Анника быстро нашли общий язык. Мужчина с удовольствием рассказывал ей про сына, который оказался ровесником брата Анники, о ком она тоже поделилась с неприкрытым восхищением. Слушая вполуха, Ноа не мог не заметить странность в речи новой знакомой, что тревожило: разве о живых людях принято говорить в прошедшем времени?

Тишина наступила неожиданно, когда Мишель задала вопрос, вернувший их из беззаботной атмосферы в реальность:

— Стоит ли доверять деревенским?..

Мужчина со шрамом, который уже развалился на диване, хрипло рассмеялся:

— Вся их доброжелательность выглядит до безумия бредово! Эти деревенские явно задумали подлость! Не знаю, как вы, а я уж точно не собираюсь плясать под их дудку!

— В задании сказано помогать им, чтобы выбраться отсюда. Так что обсуждать этот вопрос бессмысленно. Может, они и кажутся странными, но у всех свои тараканы в голове. Наша задача — выбраться, — возразил Астольф, отпивая молоко из стакана.

— Ха! Задача? Возможно, ты забыл, но именно этот ваш «Инцидент» затащил нас сюда! Если хотите сдохнуть, можете выполнять задание, а я не собираюсь этого делать.

Он поднялся с места и пошёл в сторону спален. Дверь в первую комнату захлопнулась с такой силой, что задрожали стены. Вновь повисло молчание. Все обдумывали его слова.

«Именно так, — Ноа сонно опёрся локтями на стол, утыкаясь подбородком в ладони, сложенные замком. Голова гудела от усталости. — В сценарии этажа нет сложных условий вроде «защиты деревни», «победы над боссом» или «сохранности жизни кого-то». Нужно лишь быть на празднике, через два дня…».

Но Ноа был уверен: специальное умалчивание и было загадкой, словно приглашение на ужин с неясным меню. Важно понять суть до того, как окажешься в списке блюд.

Мишель снова потупила взгляд в стол, но Ноа успел заметить, как дёрнулся уголок её губ. «Что её рассмешило?»

Вскоре все разошлись, дружеская атмосфера быстро распалась. Анника задержалась в дверях, заметив, как Ноа сонно клюёт носом, уже витая в полусне.

— Ты идёшь?

— Да-а, — протянул он, потягивая руки. — Задумался просто.

Анника неуверенно кивнула и ушла в комнату. Через минуту донёсся приглушённый голос. Кажется, Мишель что-то пыталась выведать от своей соседки.

В полной тишине Ноа услышал тиканье. Он развернулся, разыскивая глазами источник звука. Это оказались деревянные часы с маятником, стрелки показывали за полночь. Такие же висели в его родительском доме. Только вот он был уверен: когда они зашли в этот дом, начинало вечереть. Значит, время может подстраиваться под задание инстанса. Ноа сделал глубокий вдох и побрёл в комнату. Завтра будет долгий день.

Ворочаясь из стороны в сторону на неудобной кровати, парень услышал, как за стеной скреблась мышь. Или не мышь: скрежет казался слишком осмысленным для грызуна, будто кто-то специально мешал. Но размышления были прерваны напавшей усталостью, камнем утягивающей в сон.

* * *

Знакомая гостиная с большими панорамными окнами, выходящими внутрь сада, где цветут жёлтые розы. В комнате витал сладкий аромат и свежесть, но с этим в помещении было холодно.

— Мама, — жалобно позвал я, утирая слёзы, уставясь своими большими глазами на статную женщину в длинном, подчёркивающем её фигуру платье, — они сказали, что я жадина, и поэтому больше не будут со мной дружить.

Совершенно не помню её выражение лица, в воспоминаниях оно осталось размытым пёстрыми пятнами. Кажется, мой взгляд всегда был прикован к ухоженным рукам с золотыми украшениями, которые сейчас нервно теребили край сервировочной салфетки пудрового цвета.

Я крепче сжал в руках прямоугольный аквариум с большой золотой рыбкой внутри. Слёзы скатывались к подбородку и капали в воду.

— Я же говорила, что так и будет. — Мать поднялась со своего места и мягко коснулась моей щеки холодной рукой, поднимая подбородок. — Сынок, ты должен знать, что так уж устроен этот злой мир. Каждый, кого посчитаешь близким, бросит тебя, когда ты потеряешь цену. Безвозмездных отношений не существует.

— Это не справедливо! Я не хочу, чтобы мной пользовались! — воскликнул я и услышал треск стекла под руками. Взгляд упал на трещину, которая паутиной разрасталась по аквариуму.

— Не полагайся ни на кого, кроме себя. Тебе никто не протянет руку помощи просто так.

После этих слов аквариум лопнул, ледяная вода хлынула на пол. С каждой секундой её становилось всё больше, будто начался Всемирный потоп, уничтожающий всё на своём пути в потоках холодной воды. Мой взгляд метался из стороны в сторону, я понял, что нахожусь здесь совсем один и никто мне не поможет. Я закрыл глаза. Пучина поглотила меня полностью, вода просочилась в каждый карман одежды. Течение уносило меня.

* * *

Сквозь сон, как толщу воды, Ноа услышал, что его зовут по имени.

— Просыпайся, у нас ЧП. — Каин потряс его за плечо.

Ноа вскочил с кровати, щурясь от света фонарика. Потёр глаза, вглядываясь в соседа. Он тоже был растрёпан и заспан.

— Это до утра не может подождать? — хрипло поинтересовался с нескрываемым недовольством, подняв голову. Каин нерешительно позвал за собой.

Выглянув в коридор, Ноа увидел участников возле одной из двери. Анника облокотилась на стену спиной и кратко ввела в курс дела:

— Из первой комнаты раздавался жуткий крик. Удивительно, что ты не слышал. — Она обвела рукой всех присутствующих. — Удивительно, что никто из вас этого не слышал! Вы спите, как убитые!

Ноа сжал губы в тонкую линию. «Обычно я тяжело засыпаю и сплю очень чутко, но сегодня всё было по-другому… Даже бред какой-то приснился».

— Тебе просто показалось, — с большим зевком ответил Каин. — Пошлите дальше спать.

— Почему тогда нам не отвечают? Сколько мы уже долбим эту дверь, а там ни звука.

Ноа оглянул присутствующих: были все, кроме Астольфа и его хмурого соседа. По словам Анники, все крепко спали и не слышали крика. Этому должна быть причина, и он её найдёт.

— …А почему не заходите? — Ноа протолкнулся вперёд и дёрнул ручку. Дверь не поддавалась на манипуляции, словно её заперли на ключ или щеколду. На двери его комнаты такого нет, и какова вероятность, что только эту комнату можно было запереть изнутри?

— Мы уже попробовали, — ответила Мишель с еле улавливаемым пренебрежением в голосе. Ноа фыркнул, закатив глаза:

— Откуда я мог знать, что вы не идиоты, забывшие проверить?

В момент, когда лицо Мишель залилось краской, входная дверь резко распахнулась, впустив утреннюю прохладу по щиколоткам:

— Что здесь происходит? — с подозрением уставился на напуганных участников Астольф.

— Мы слышали крик из вашей комнаты, — торопливо пояснила Анника. — А где вы были?

— Искал туалет. Я отлучился всего-то на пару минут, что уже произошло?

Астольф растолкал сонных участников в узком коридоре и без каких-либо усилий отворил дверь. «Как это возможно?» — Ноа засомневался в своей адекватности.

Когда дверная ручка коснулась стены, воздух словно сгустился. Ноа непроизвольно сделал шаг назад. Запах сладковатый и тяжёлый, от которого сводило зубы, ударил не в нос, а в горло. Астольф первый вошёл внутрь, осторожно оглядев комнату. Хвостом за ним увязались Ноа и Анника. Бледная как смерть, Мишель повисла на руке Каина.

— У меня кружится голова, — обессиленно прошептала парню на ухо, хватаясь за лоб. Он же заботливо провёл её до дивана, помогая лечь.

Весь пол спальни был окровавлен. Ноа смотрел себе под ноги, ища безопасные островки, чтобы не заляпать белые кроссовки. Кровать соседа Астольфа была в ужасном состоянии: матрас и подушка разодраны в клочья, перья из них валялись по всей комнате вперемешку с ошмётками тёмных кусков плоти.

Уже светало, сквозь разбитое окно лучи падали на осколки и отражались на стены, подсвечивая кровавые следы и брызги. Сглотнув, Ноа аккуратно подошёл к разбитому окну. Достав осколок стекла, зажатый между оконной рамой, он покрутил его в пальцах.

— Что нашёл? — вмешалась Анника, выглядывая из-за плеча.

— Окно разбили изнутри.

— Ага, но ты же не думаешь, что это сделал он? — прошептала девушка, покосившись на Астольфа, что осматривал кровать.

Ноа отмахнулся. Это было попросту невозможно и бессмысленно. Больше верилось, что виноваты деревенские, нежели Астольф.

Когда девушка отошла, взгляд зацепился за царапины на подоконнике. Необычайно большие пятипалые отметины, оставленные неизвестным животным. Ноа провёл осколком стекла по одной из них, будто пытался понять, насколько сильным был нажим.

В этот момент раздался возглас Анники, заставивший его дёрнуться и чуть не порезать себе ладонь:

— Что это такое с потолка капает?!

«Зачем так кричать?» — Ноа издал вздох, сдерживая злость. Он собирался надменно заметить, что это, скорее всего, сыпется штукатурка, но перед его глазами пронеслась чёрная, как смоль, капля. Он медленно поднял голову.

Тошнотворная картина предстала перед взором. К самому углу высокого потолка, обвитое чёрной слизью, напоминающую паутину, было приклеено тело мужчины со шрамом. Из его вспоротого живота свисали внутренности, струйками по стене лилась густая кровь. На его бледном лице застыл предсмертный ужас, а мутные глаза уставились в пустоту.

Внутри всё похолодело. В голове сиреной вновь и вновь прокручивалась одна мысль: «Нужно валить!»

Из себя Ноа смог выдавить прерывистые слова, предостерегающие не смотреть вверх. Но Анника не услышала и вскинула голову, ведомая любопытством. За секунду её лицо посинело, а в глазах застыла картина ужаса.

----------

Глава 003. Скажи мне, кто твой союзник, и я скажу, кто ты

[[image:/storage/reader-images/bbf33468acb46d3260db62d699416fa7035005f2.jpg]]
Участники выбежали из смердящей комнаты, захлопнув дверь до треска стен.

Как мёртвый листочек дерева кружится, падая на землю, так и Анника ватными ногами дошла до края дивана, плавно опустившись. Её бледное обескровленное лицо транслировало все мысли. Дрожащими ладонями девушка закрыла рот, уставившись в одну точку перед собой. Астольф же, уткнувшись в обеденный стол, схватился за голову, говоря под нос неразборчивые вещи. Невпопад к этому бормотанию скрипели половицы. Ноа метался взад-вперёд по гостиной, обдумывая увиденное: «…Это сделал не человек. Его убила какая-то местная тварь, которая может разорвать нас, как плюшевого медведя, — он нервно прикусил нижнюю губу и кинул взгляд на дверь. От коридора растянулась дорожка кровавых узоров подошв. — А если оно снова явится?»

— Прекрати маячить, раздражает, — тяжёлый кулак ударил по столу, заставив Ноа замереть и медленно обернуться.

— В таком случае просто закройте глаза, — апатично ответил юноша и наступил на скрипучий пол.

— Ты что наглый такой? Я сказал, хватит! — но ссору продолжить не удалось.

Внезапный, как звон будильника, перед каждым появился зелёный экран с бренчащим звуком:

«С началом нового дня!

Завершено: 1 день».

Ноа нажал крестик в углу зелёного окна и посмотрел на часы. Стрелки показывали ровно семь.

— Если каждую ночь одного из нас будут убивать, то ещё двое из нас точно погибнут. Узнать бы принцип… — Анника оторвала взгляд от экрана и щёлкнула ремешком коммуникатора на руке.

— Спасибо за позитивную мысль, — буркнул Каин, смотря исподлобья. Он подбадривающе погладил по плечу Мишель, когда она прижалась поближе.

— Я сказала это, потому что нам нужно внимательнее относиться ко всему! Мало ли что может нам помочь понять, как предотвратить опасность.

— Но можно было подбирать слова помягче!

Наблюдавший за сценой Ноа заметил красные пятна сыпи на шее Мишель. Их она старательно расчёсывала. Не дожидаясь кульминации перепалки, он подошёл к дивану и бесцеремонно схватил девушку за запястье.

— На что у тебя аллергия?

— Не знаю, никогда раньше от такого не страдала, — девушка закрыла рукой шею, зло покосившись на невозмутимого Ноа. — Какое тебе дело?

Он оставил её без объяснений, уйдя к столу с корзинкой, куда заглянул. «Вчера все ели пирожки, кроме Астольфа и Анники. И именно она разбудила всех остальных, — Ноа нервно провёл по волосам назад. — Значит, там не просто яблоки». Нужно проверить.

Один несчастный пирожок разломали пополам: липкое варенье с кусочками яблок текло по рукам, а в комнате вновь повис приторно-сладкий аромат. Только теперь преобладали травянистые нотки. Снотворное.

Ноа ругнулся под нос, не понимая, как мог так легко купиться на доброту деревенских. Но сейчас сомнений не оставалось: им доверять нельзя.

— Не отравили, но усыпить смогли, — он прокомментировал, почувствовав озадаченный взгляд Анники.

В окне промелькнула тень.

Последовали лёгкие постукивания в дверь. Шумного Каина как подменили: от страха вжался в спинку дивана, резко проглотив все громкие слова, чем вызвал на лице Анники недовольство. Оставленная без выбора, она подошла к двери. Щеколда издала противный скрежет. На пороге показалась Мирослава, которая и принесла пирожки.

— Доброго утра, — с лёгкостью в голосе проговорила местная. Её лицо сияло свежестью. — Вам хорошо спалось?

— Просто прекрасно, — язвительно хмыкнул Ноа и бросил к её ногам пирожок. — Очень вкусно, не хотите тоже попробовать?

Девушка, одетая в нежно-розовое платье с белыми рюшами, на секунду задержала непроницаемый взгляд на угощении. И вновь одарила гостей милой улыбкой. Ноа пренебрежительно фыркнул, пряча за зубами колкие комментарии.

— Рада, что вам понравилось, — аккуратно пройдя вглубь комнаты, Мирослава забрала корзинку, не замолкая ни на секунду: — Я проведу вам экскурсию по деревне и расскажу, чем вы будете заниматься эти дни. Идёмте!

— Постой, — прерывисто воскликнул Каин, но обеспокоенно поджал губы, когда с лица Мирославы сползла улыбка. — Ночью в этом доме произошло убийство! Нам нужно, не знаю… Хотя бы похоронить его по-человечески.

«Нам?» — на лице Ноа появилось ярое возмущение, с которым он сверлил Каина взглядом, пока тот не опустил голову.

Мирослава не выражала никакого замешательства. Плавной походкой она приблизилась к Каину и положила на плечо руку:

— Быть такого не может, — уверяла девушка. — Возможно, просто усталость?

— Мы все это видели, — грубо отозвалась Анника и кивнула на проход в коридор, недовольно хмурясь. — Не хочешь сама зайти и убедиться?

— Как может показаться, если вчера нас было шестеро? — добавила Мишель.

Мирослава открыла рот, чтобы что-то сказать, но покачала головой. Она направилась в коридор, но, заметив слежку, замерла.

— Чувствую, с меня не сводят глаз, — не поворачиваясь, сказала она. — Подозреваете меня в чём-то?

— Хочу лично убедиться, что ты ничего не замышляешь, — Ноа не переводил взгляд.

Мирослава не медлила. Уверенно повернув ручку, она отворила дверь в чистую комнату с одной кроватью. Ни намёка на то, что здесь произошло.

— Говорю же, вам привиделось, — вскинув голову, Мирослава деловито поправила воротничок платья и уступила место, чтобы Ноа мог без затруднений заглянуть в комнату.

«Как… Когда всё исчезло?» — он опёрся на дверной косяк, хватаясь за голову. Взгляд метался из стороны в стороны, разыскивая разводы и засохшие капли крови. Хоть что-то должно было остаться. Ноа нерешительно зашёл, плечи сжались от ожидания подвоха и опасности. В светлой комнате стояла застеленная белыми простынями кровать Астольфа.

«Почему нет другой? — Ноа встал на место, где раньше была кровать, и присел на корточки, будто это могло помочь разобраться. — Потому что она больше не нужна? Но почему убили именно его?.. Случайность?»

— Если вы убедились, то прошу пройти к остальным, — Мирослава приглашающим жестом указала Ноа последовать за ней. Сделав несколько шагов, он обернулся, скептично обведя взглядом дверь. Пришлось вернуться и лишь покачать головой на немой вопрос участников.

— Там ничего нет. Просто комната, — глухо отозвался, заправив за ухо рыжую прядь.

Глаза Каина распахнулись. Он покачал головой в неверии и вбежал в коридор, чуть не сбив с ног Ноа.

— Нет, нет, нет! Этого не может быть! — послышался его полоумный голос.

Мишель смяла край юбки и почти скуляще пробормотала:

— Просто погибнем, а после нас даже мокрого места не останется! — девушка схватила руку Анники и прижала к груди. — Я боюсь!

Анника проморгалась, растерянно смотря на руку в оковах Мишель. Но быстро отвернулась, обращаясь к местной:

— Мирослава, по-твоему, куда делся один из нашей группы? Ты же видела: нас было шестеро. А теперь говоришь, что нам показалось? — повысила голос Анника на миниатюрную девушку, которая статично стояла у стола, как кукла.

— Он мог уйти, пока вы спали, — она сделала паузу, чтобы поднять руку с выставленным указательным пальцем. — Вы можете свободно перемещаться по деревне. Чувствуйте себя как дома.

Вернувшийся Каин вовремя услышал слова Мирославы и залился истерическим смехом.

— Уйти! Мы можем уйти отсюда! — он тут же схватил Ноа за плечи и активно затряс.

— В себя приди. Сюжет заставляет быть здесь.

Однако Каин оказался так поглощён идеей побега, что не замечал, как продолжает трясти и трясти Ноа, чье терпение уже истощилось. Щелбан быстро привёл его в чувства.

— Что же мы будем делать?.. — Мишель металась взглядом по комнате. — А что, если..?

Но глухой голос Астольфа перебил девушку, пресекая попытку навести больше паники:

— Обсудим это позже, — он повернул голову к Мирославе. — Нехорошо заставлять девушку ждать.

— Да, у нас много дел. Идёмте!

Мирослава открыла дверь на улицу и замерла в ожидании. Разумеется, Астольф вышел первым без задней мысли. Выпроводив остальных из дома, как цыплят, Мирослава прикрыла дверь и сквозь сорняки и высокие травы направилась к тропинке. Ноа взглянул на обветшалые хоромы. Заплесневелые отсыревшие доски, которыми обшиты стены, покрытая мхом крыша и заросшая прилегающая территория — все эти изъяны не мешали дому основателя выглядеть внушительно, заставлять запрокинуть голову вверх с открытым ртом.

Пройдя по вытоптанной тропинке, участники вышли на оживлённую пешеходную улицу. Мирослава практически без пауз вела рассказ об истории деревни: оказалось, основателем был её дальний родственник. Он, как военный в отставке, хотел скрыться от городской суеты, поэтому вместе с семьёй уехал в эту глушь, далёкую от цивилизации. Здесь же и основал небольшое поселение. В те времена воду из ближайшего озера считали целебной, со всех уголков страны приезжали люди для излечения недугов. Однако сейчас оно практически иссохло и напоминало болото с камышовыми зарослями.

Мирослава также упомянула, что в деревне есть не только поле с пшеницей, но и богатый фруктовый сад с яблоневыми, грушевыми и лимонными деревьями. Не нужно быть гением, чтобы взять в толк, кого заставят собирать урожай. Ноа подозрительно покосился на девушку. Но как же скот? Не могут же в деревне питаться только растительной пищей!

Волочась по мощёной дороге, вдоль которой прильнули друг к другу дома и магазины, Ноа специально отставал от компании. Сонно зевая, он разглядывал местность, чтобы не упустить из вида хоть что-нибудь важное. Пока замечал лишь изучающие взгляды и осторожность местных. Они сразу переставали болтать друг с другом и замирали, словно не хотели, чтобы гости услышали секреты. Ноа старался отметать нерадостные параноидальные мысли, но те вновь и вновь вторгались в его голову: «Бесит, когда так пялятся».

Мирослава резко остановилась перед группкой односельчан. Они старательно сворачивали нечто большое в простыню, пока тёмные пятна проступали и расползались разводами.

— Снова? — тяжёлый вздох девушки заставил их посмотреть в её сторону.

— Мирославочка, доброе утро, — взволнованная старушка заботливо взяла её за обе руки и загородила обзор.

— Какое оно «доброе»? Ещё одного ночью разорвали, собирали по всей деревне, — фыркнул уже знакомый мужчина, названный «помощник старосты», поднимаясь с колен. — Скольких нам ещё придётся хоронить?

— Скоро всё закончится, ты же знаешь… — Мирослава перешла на шёпот, поэтому разобрать следующие слова было невозможно. Но все разом ободрились.

Двое мужчин подняли свёрнутую простыню и пронесли мимо. Один из них споткнулся на неровности, из импровизированного мешка вывалилась рука к ногам участников, заставив всех отпрянуть, но ее быстро подобрали.

— Они тоже жертвы, — прошептала Анника, закручивая пальцем кончик розовой пряди. Её слова эхом раздались в голове Ноа. Он обернулся. Кровавая простыня удалялась всё дальше, оставляя только новые вопросы.

Мирослава захлопала в ладоши, привлекая к себе внимание:

— Не беспокойтесь, вам…

Но её перебил восклик Каина, перешедший на хрип:

— Как нам не беспокоится, если мы второй труп за утро видим?! Что у вас вообще здесь творится?!

Мирослава спокойно подошла к парню, улыбаясь. Приложенный к губам указательный палец чудесным образом подействовал. Когда наступила тишина, Мирослава продолжила:

— С наступлением темноты мы стараемся не покидать дома. Бывает, что дикие звери могут выходить из леса, — она оттянула воротник платья, будто он мешал, и направилась дальше по улице. Она продолжала рассказывать исключительно интересную информацию о деревне, но никто уже не слушал.

Ноа же совсем отстал. Продолжая осматривать всё вокруг, он шёл прямо на девушку, что несла несколько плетёных корзин друг на друге. Столкновение было неизбежным. Девушка неуклюже рухнула на землю, заодно и корзинки вместе с ней. Одна из них стукнула прямо по голове, и незнакомка испуганно закрылась руками.

Из одной выпала старая книга и замотанный кулёк, завязанный с двух сторон нитками. Пока девушка собирала другие корзины, Ноа подобрал книгу. Между страницами находились различные травы и цветы — гербарий, — а само содержание заставило зевнуть. Просто описание лечебных отваров. Народная медицина. Ноа незаметно сунул книгу обратно и протянул корзину, завязав разговор:

— Простите, был невнимательным, — извинился он плоским голосом, — вы интересуетесь медициной?

— О, не совсем. Это нужно для подготовки к празднованию. Знаете, а ведь ко мне будут приковано всё внимание… Не хочу всех подвести, — она прервалась, заметив, как стоящие друг на друге корзины начали наклоняться. Ноа вовремя схватил несколько из её рук, не дав башне рухнуть. «Всё внимание, значит?» — в голове появилась идея.

— Давайте помогу вам. Куда нести?

— Тут недалеко. Дом с зелёной крышей, — она с удивлением уставилась на него своими чёрными, как два уголька, глазами, но не возразила.

Девушка прошла вперёд, её длинная коса русых волос, как хвост, раскачивалась в такт мелодии, которую она насвистывала. Наконец она остановилась на крыльце скромного одноэтажного дома и поставила свой груз на скамейку.

— Ещё раз спасибо, — поблагодарила она и обернулась к помощнику, который устало вытирал пот со лба. Девушка распахнула дверь и занесла часть внутрь. Ноа хотел помочь, но взволнованный голос не дал этого сделать: — Дальше я сама.

Дверь перед ним захлопнулась. Озадаченный такой резкостью, Ноа спустился по ступеням и пнул мелкий камушек, который врезался в чужую подошву высоких ботинок с металлическими цепочками. Парень поднял взгляд, но удар тревоги заставил резко отпрянуть. Внутри всё сжалось до тошноты.

Фигура в капюшоне, за которым не видно лица, медленно обернулась и замерла в безмолвии.

— Ты кто, чёрт возьми, такой?! — вспылил, когда неизвестный стремительно направился в его сторону.

Всё произошло за считаные секунды. Защищаясь, Ноа выставил руки вперёд и почувствовал лёгкое прикосновение. Внезапная вспышка ослепила его, заставив немного вскрикнуть. Настала тишина.

Глаза с трудом разомкнулись, смотреть на свет всё ещё больно. Незнакомец пропал, не оставив и следа. «Я схожу с ума?» — Ноа глянул на свою ладонь, сжимая и разжимая, всё ещё чувствуя чужое касание.

Громыхание двери за спиной отвлекло его. На крыльцо выбежала новая знакомая, судорожно дыша.

— Я хочу попросить кое о чём, — в неловкой полуулыбке произнесла девушка, вынося в руках небольшую деревянную шкатулку с красной росписью цветов. — Отнеси вот эту вещицу Мане. Она живёт через два дома, возле колодца. Я так замоталась с подготовкой, что забыла. Времени совсем не осталось, мне нужно столько всего успеть…

Она невинно похлопала пышными ресницами, строя глазки, и протянула шкатулку.

— Хорошо… — растерянно кивнул он и ещё раз огляделся по сторонам. Странное головокружение никак не отпускало.

— Что такое? — поинтересовалась девушка, видя замешательство на лице парня, и повторила, слегка хмурясь: — Маня через два дома живёт. Как выйдешь за забор, иди в левую сторону.

— Да, я понял, но…

— Пожалуйста, только не потеряй шкатулку, иначе я шкуру с тебя спущу, — шутливо повысила голос девушка, занося последнюю корзину в дом.

Ноа вышел за забор будто в трансе. В голове крутилось множество мыслей о произошедшем. Холодный пот выступил на лбу, а в ушах раздавался быстрые удары пульса. Он не понимал, что происходит, да и точно ли это происходит на самом деле. Всё вокруг ощущалось кошмаром, который никак не заканчивался.

«Нужно успокоиться…»

Страх умереть рисовал в мыслях картины кровью. Ноа ощутил, как его выворачивает наизнанку. Приступ тошноты заставил присесть у зарослей сорняков. После призрачного касания кровоточащие трещины со жгучей болью расползлись по левой ладони, как паутина.

Ноа зажмурился. На обратной стороне век навязчиво запечатлелся образ, где он стоял на бетонных развалах, сжимая рукоять меча, и сосредоточенно вглядывался в горизонт. Кажется, даже чувствовал запах копоти и крови, будто это всё было взаправду. Стоило моргнуть, как вдалеке появилась чёрная полоса тумана, что стремительно приближалась.

Видение оборвалось резко, оставив неприятный осадок на подкорке сознания. «Нарколепсия?» — приходилось лишь гадать. Поджав дрожащие губы, с которых Ноа только что вытер кровавую слюну, он попытался сделать вдох. Но грудь резко сдавило, Ноа принялся хватать воздух ртом, будто выброшенная на берег рыбка.

«Я справлюсь, ведь кроме меня здесь никто не найдёт выход. Только я могу помочь себе выжить», — было ли это самовнушением или самоуверенностью, но мысль, что он точно справится, успокаивала, словно это нерушимый факт.

— Раз… два… три… — оставалось шёпотом успокаивать себя.

* * *

Пока Ноа где-то пропадал, других участников привели в пекарню Аглаи. В воздухе витал аромат свежего хлеба, а стены из красного кирпича были украшены картинами с летними и цветочными пейзажами. Те яблочные пирожки испекли как раз здесь. Эта информация слегка взвинтила измученных участников.

Мирослава поставила корзину на деревянную столешницу прилавка и заглянула за него.

— Сонечка, — обратилась она к девочке, которая плела фенечку из цветных лент за прилавком. Его полки были забиты различной выпечкой. — А где Аглая?

— Ушла к тёте Мане, пока я за главную, — не отрываясь от своего занятия, ответила помощница. — Что хотели?

— Угости-ка наших дорогих гостей хлебом, — Мирослава провела пальцами по руке младшенькой и зашла за прилавок, скрывшись за белой занавеской с бусами. — А я пока чайник поставлю.

Девочка устало вздохнула и спрыгнула со стула. Выбрав самую свежую буханку, она разрезала её на деревянной доске, накрытой белоснежной салфеткой, и сложила в плетёную корзинку, затем поставила ароматный хлеб на круглый столик. Заодно поправила цветы в вазе.

— Угощайтесь, — не поднимая головы проговорила Сонечка и скрылась за прилавком.

Анника сидела на полу, задумчиво разглядывая картину напротив. Рядом сел бледный как смерть Каин и протянул корку хлеба.

— Аппетита нет, да и Мирослава сказала, что после завтрака нас ожидает генеральная уборка. Силы понадобятся, так что бери.

Анника сощурилась, не понимая смысла в этом жесте. Каин заметил чужое замешательство и кивнул на Астольфа, который распихивал по карманам хлеб, будто готовился к голодным временам.

— Спасибо, — безэмоционально ответила Анника, отщипывая свежую мякоть.

— Где Ноа? — шёпотом поинтересовался Каин, опасливо озираясь на ненадолго вернувшуюся Мирославу, что расставляла чайный сервиз.

— Мне откуда знать? — также шёпотом ответила Анника, но больше передразнивала, чем действительно переживала, что это станет услышанным.

— Вот же!.. — разочарованно хмыкнул, взъерошив волосы. — Он что, решил нас кинуть? Сам ведь говорил, что мы не можем уйти из-за сюжета.

Анника проигнорировала этот вопрос, приминая хлебную мякоть к корке. Хотелось бы ей знать, что в голове Ноа.

Спасение от неудобного разговора пришло само: Мишель помахала рукой, привлекая внимание.

— Похоже, они нам не враги. У них часто погибают люди, так что смерть того мужчины лишь случайность, — Мишель осторожно присела рядом, приглаживая юбку. Она с аппетитом уплетала кусок хлеба, будто этим утром ничего не случилось.

— Значит, мы мигом выполним их поручения и выберемся. Нет смысла больше переживать, — Каин значительно повеселел. — Анника, а ты что думаешь?

— Выйду на свежий воздух, — она смахнула холодный пот со лба и вскочила на ноги, направившись к выходу. Но её остановили.

— Где Ноа? — мужской сиплый голос прозвучал со спины. Анника раздражённо цыкнула, уже сожалея о том, что связалась с Ноа.

— Гуляет, наверное, — безразлично ответила девушка и собиралась уйти, но замерла, почувствовав, как на плечо легла тяжёлая ладонь.

— Мы не должны ходить по деревне без разрешения.

— Это же не тюрьма. Мирослава сама так сказала, помните?

Тяжесть пропала с плеча. Послышался язвительный и надменный смешок:

— Такая наивная дурочка. Никому бы не понравилось, если бы гости шастали по его дому, заглядывали в шкафы и закрытые комнаты. Не нужно злить их.

Анника оставила Астольфа без внимания и торопливо двинулась к двери. Колокольчик не звякнул. Ветерок ударил в лицо, и дышать стало легче. Сразу пропал осадок от недавних разговоров.

Вскоре во дворе её окружили детишки, что с любопытством уставились на неё большими глазами.

— Привет?.. — выдавила она, переводя взгляд с одного на другого.

— Хочешь с нами поиграть? — звонко спросила девочка и протянула ей мяч.

Анника прерывисто выдохнула. Большие глазёнки детей не до шутки перепугали, а они просто хотели подружиться с ней.

— Хорошо, во что играем? В съедобное-несъедобное?

И она выбыла одной из первых. Впрочем, уже не так обидно для взрослой. Присев на крыльце дома и свесив ноги между перекладинами, девушка наблюдала за игрой. Рядом с ней разместилось ещё дети, что тоже продули.

— Почему у тебя розовые волосы? — спросила любопытная девочка с венком из ромашек на голове, заплетая тонкую косичку на хвосте Анники.

— Ела в детстве много земляники, вот мои волосы и стали розовыми, — выдала Анника, даже не запнувшись. Девочка удивлённо распахнула глаза на такой ответ.

Их отвлекла громкая ссора на повышенных писклявых голосах детей, которые не поделили какую-то вещицу.

— Отдай! Иначе к тебе придёт водяница и утащит в озеро! — крикнула девочка и побежала догонять свою обидчицу.

— Опять они ссорятся, — пробормотала девочка с венком на голове, завершая плести косичку из розовых волос.

— Кто такая водяница?

— Это злой дух девушки, которая утонула в озере. Теперь она ходит ночью по деревне и убивает непослушных детей, которые не вернулись домой до заката.

Анника задумчиво поджала губы. Вдалеке мелькнула ярким пятном рыжая макушка. Тогда она прищурилась. Ошибки быть не может — это Ноа. Не дожидаясь завершения раунда, она торопливо распрощалась, пообещав поиграть в другой раз, и ринулась догонять знакомого.

— Подожди! — кричала она ему, стараясь догнать. — Куда ты гонишь, Шумахер?!

* * *

Чуть ранее, когда паника медленно отступила, Ноа нашёл в себе силы подняться и пойти на поиски нужного места, куда его отправили. Вскоре он разглядел колодец. Напротив возвышался большой кирпичный дом, за расписным забором которого виднелись кроны вишнёвых деревьев. Сзади доносился знакомый голос:

— Эй, да постой ты! — догнав Ноа, Анника испуганно отшатнулась при виде его лица. — Ой, ты бледный какой-то. Тебе плохо?

Не обращая внимание на её расспросы, Ноа спрятал искалеченную кисть в карман, придал себе уверенный вид расправив плечи, и вальяжно прошёл дальше. Чтобы перестать тревожиться, сначала нужно притвориться, что тебя ничего не беспокоит.

У старого колодца он убедился, что им всё ещё пользуются: земля была влажной от брызг. Анника всё также следовала за ним, и никуда не собиралась уходить. Парень наконец-то заговорил:

— Забей, всё нормально, — пожал плечами и постарался быстрее перевести тему: — Ты что здесь делаешь?

— Тебя о том же хотела спросить, — она глянула сначала на шкатулку, которую крепко сжимал Ноа в правой руке, затем на дом. — Курьером устроился?

«С ней невозможно разговаривать», — с этой мыслью он вздохнул, прикрыв веки на секунду, и молча вошёл через калитку во двор дома. В летней беседке Ноа сразу увидел двух дам преклонного возраста и направился в их сторону. Одна из них, что сидела ближе всего, сразу обратила внимание на двух участников.

— Маня, ты ждала гостей? — Да откуда ко мне, старухе, молодёжь приходить на чай будет! — рассмеялась пожилая женщина, наливая из самовара кипяток в чашечку.

— Здрасьте, — пробубнил Ноа и протянул старушке шкатулку. — Меня попросили вам занести.

Хозяйка открыла её. Внутри лежала красивая металлическая брошь, привлекающая искусным барельефом: пышные лепестки цветка складывались в форму бабочки, а в центре переливался чёрный камень, что напоминал зрачок.

— Наверное, стоит целое состояние, — присвистнула Анника.

— Если бы! Это ритуальное украшение, которое уже много лет хранилось у меня и особой ценности не несёт, — женщина аккуратно погладили рисунок пальцами. — Оно передавалось поколениями танцовщиц. Когда я была немного младше вас, меня выбрали следующей, но исполнить обряд я не смогла.

— Прошлый староста отказался от этих бесчеловечных традиций, и больше танца цветов мы не видели, — добавила Аглая, отпивая горячий чай. — Но неужели Анисия решила исполнить его на празднестве?

Маня замялась, перебирая браслет из крупных бус:

— Она вкладывает в подготовку много усилий, но не скажу, что меня это не тревожит. — она резко повернулась подруге, вспомнив кое-что: — а ведь знаешь, когда она пришла забрать эту брошь, меня сильно напугал её вид, вся всклокоченная была! Она всё продолжала твердить, что этот праздник изменит её судьбу, а она — избранная…

— Ох, молодёжь слишком мечтательна. А вам не пора? — Аглая повернулась к гостям, которые даже не скрывали своей заинтересованности. В её голосе слышалась усталость: — Вас, наверное, уже потеряли.

— Я бы ещё послу-

Не успел Ноа договорить, как Анника схватила его за правую руку и потянула в сторону калитки.

— Ты что творишь? — шикнул он, пытаясь освободиться.

— Вы правы! Мы уже уходим. До свидания, хорошего вам дня!

Выйдя на улицу, Ноа раздражённо покосился на Аннику.

— Если хотела уйти, ушла бы одна. Я не успел ни о чём расспросить!

— Они всё равно ничего бы не сказали, — развела руками Анника, медленно шагая к колодцу.

Он громко цыкнул и закатил глаза сильнее обычного на такое импровизированное оправдание.

— Что тебе от меня надо? Решила мне всё портить? — выпалил ей в спину сквозь зубы.

Ошарашенная Анника медленно обернулась, оценивая хмурый вид Ноа.

— Что ты сейчас выдал?

— Не придуривайся. Ты же зачем-то пристала ко мне, значит, ищешь какую-то выгоду.

— А, вот ты о чём, — рассмеялась девушка. — Если говорить начистоту, то я хотела предложить работать сообща. Так мы точно выберемся отсюда.

Ноа скрестил руки на груди, пряча повреждённую ладонь в одежду. Задумчивый взгляд упёрся в землю. «Что за фикция… Один из нас с лёгкостью может предать второго в удобный момент, — он перевёл взгляд на Аннику, та терпеливо ждала ответ. — Сомневаюсь, что она не обдумала этот момент». Мысль заставила поджать губы в тонкую линию. Однако…

— Договорилось, — ответил Ноа. — Если узнаём полезную информацию, делимся ею друг с другом.

— А я ведь никогда не ошибалась в людях! — радостно хлопнула в ладони Анника.

— Вот и не вынуждай портить тебе статистику.

Девушка облокотилась на колодец, выводя узоры из скопившейся лужи на деревянной крышке.

— Я узнала у местных детишек, что после заката почти никто не выходит на улицу из-за духа озера, который убивает по ночам. Ничего не напоминает?

— Это вполне может быть байкой, но… ты сказала «почти»?

— Не помнишь? Староста деревни с этими двумя пришёл к нам после заката. Значит, они не верят в это. И мне кажется, что происходящее связано с озером.

Анника спрыгнула с колодца и, глянув на Ноа, кивком позвала следовать за ней.

— Нет, лучше разделимся, — он наклонил голову набок, смотря прямо девушке в глаза. — Встретимся в доме, где мы остановились.

Анника на секунду замялась, захотела переубедить, но под твёрдостью взгляда сдалась.

— Ну хорошо… Тогда до встречи!

----------

Глава 004. В библиотеке шуметь запрещено

[[image:/storage/reader-images/c3e70190eb05dc76c181df9a3218c44a6d377093.jpg]]
Где искать информацию, если интернета нет, а местные отмалчиваются? Первое, что приходит в голову, — библиотека.

Даже следуя по дорожным указателям, легко пройти мимо библиотеки: она забилась между заборами соседних участков, деревья густой листвой прятали крышу. Такая скрытность только внушала уверенность, что в ней обязательно будет если не ответ, то зацепка, которая поможет разобраться в происходящем.

Кривая табличка утверждала, что сейчас рабочие часы, а до обеденного перерыва ещё ждать и ждать. Но заляпанные стёкла в двойной раме открывали вид на кромешную тьму и горсть иссохших насекомых в окне. Ноа плотно приложил ухо к щели в дверях. Листья над головой шептались, но шелеста, словно кто-то перелистывал страницы, нет.

Темнота и до подозрительного идеальная тишина заставили отступить.

«Нужно найти оружие», — вертя головой по сторонам, Ноа высматривал пригодную вещь для самообороны. Соседний навес с дровами зацепил взгляд. Вытянув шею, он заметил и пень, сколотый массивными ударами… топора. То что нужно.

Со стороны участка доносилась неразборчивая ругань. Ноа шагнул за калитку, но его выдворил широкоплечий мужчина — тот помощник старосты. Не извиняясь, он поспешил скрыться от возмущённого взгляда гостя.

«И что за разборки у этих местных?» — с жалостью подумал Ноа, ведь явно упустил что-то если не важное, то интересное.

На крыльцо дома вышел старик с деревянным ящиком в руках. Он оставил его на лавочке и вытер пот платком, только сейчас заметив ещё одного гостя.

— Что вам надобно? — нехотя обратился, пренебрежительно сморщив нос.

— …Одолжите топор? — буднично и прямолинейно произнёс Ноа, словно поинтересовался, как дела.

Старик нахмурился, огляделся по сторонам, после чего осмотрел самого парня. Щуплый, явно не привыкший к физическому труду. Но его пригласили войти небрежным взмахом руки.

Дом выглядел большим для одного жильца, в просторных комнатах стояло только необходимое. Ноа без стеснения подошёл к пыльному стеллажу, где вырезанные из дерева воробьи окружали чёрно-белую фотографию в рамке.

Он ткнул пальцем в стекло, постукивая в одну точку: «У девушки та уродливая брошь». С фотографии радостно щурилась от кукольной улыбки белокурая девушка, она положила голову на плечо насупленному мальчишке, который не смотрел в камеру. В хмурых бровях угадывался хозяин дома. На его светлую кудрявую макушку покровительственно положили ладонь, с неё свисала цепочка с кулоном. Круглый камень сверкал под металлической каймой, как глаз.

— Ваша сестра? — Ноа глянул старику в спину.

Он резко обернулся к парню, но сразу отвлёкся на саму фотографию. Густые брови и нависшие с возрастом веки не позволили рассмотреть его глаза, но глядели они целую минуту. Потом старик угрюмо кивнул и побрёл, шаркая тапочками, к столу с различными инструментами. Он взял увесистый топор и протянул парню:

— Бери. Поможешь мне, старику, нарубить дрова.

Ноа привык держать удобную компьютерную мышку, но не топорище, особенно больной левой рукой. Уже на улице старику пришлось показывать, как замахиваться и попадать по бревну, а не пню или ноге. С меткостью у Ноа проблем никогда не было, по крайней мере в видеоиграх, но топор так и сносило в сторону. Руки гудели от тяжести, отказывались подниматься, но за спиной возвышалась целая куча брёвен. Приходилось сдерживаться, лишь бы не кинуть топор, разразиться руганью и уйти, но эту мысль сбил голос старика, что наблюдал со стороны:

— Вы, молодёжь, совершенно не слушаете старших, всё по-своему делаете. Сколько раз я говорил, что игры с огнём до добра не доведут…

Ноа разрубил последнее бревно и небрежно бросил на пень. Ладони всем своим угрожающе красным видом предупреждали, что завтра он поплатится за тренировку. От кончиков пальцев до плеч проносилась неутихающая гудящая боль, и разминка плеча не помогла.

— О чём это вы? — переводя дыхание, поинтересовался.

Сельчанин поднялся на ноги и, похлопав его по спине, сунул старый топор, гораздо легче предыдущего.

— Возьми, пригодиться.

Ноа в замешательстве замер. Старик так ничего и не сказал, только развернулся и ушёл в дом. Неожиданно раздался писк коммуникатора:

«Получен артефакт боевого типа Охотник за демонами

Откройте инвентарь, чтобы узнать подробности»

Топор с редкими пятнами ржавчины в руках засиял зелёным светом и вспыхнул, как бенгальский огонь, преображаясь. В глазах засверкал детский восторг и удивление вместе с отражением изумрудного лезвия, переливающегося от наклона в разные стороны. Ноа перекинул топор за длинную металлическую рукоять из одной ладони в другую и покрутил, не в силах оторвать взгляд.

«Путеводитель не говорил об этом… Или он специально умолчал?»

Ноа уже не спешил уйти от надоевших опилок и дров, в первую очередь желал разобраться с оружием. Открытое меню инвентаря высветилось перед лицом, поверх него сами выскочили окна с обучением и характеристиками полученного артефакта. Смахнув всё в сторону, Ноа увидел ряды пустых квадратов, но взгляд зацепился за отдельно стоящий. Сверяясь с памяткой, он поднёс топор к слоту быстрого доступа, подождал несколько секунд, и оружие из крепкой хватки испарилось само. В инвентаре появилась копия. Ноа закрыл все окна и вытянул ладонь вперёд, напрягая пальцы. Экран загрузки сверкнул на коммуникаторе и в протянутой руке сеткой материализовалось топорище, а следом и лезвие. Тяжесть оружия потянула вниз, заострённый уголок вонзился в землю у белого носа кроссовки.

Ступор сменила азартная улыбка, что сводила скулы своей шириной и отказывалась уходить: «В этом мире есть артефакты!»

Ноа с новыми силами побежал к библиотеке. Без заминок он толкнул скрипучую дверь, только включил фонарик заранее.

Зелёный свет показывал, как он ничтожно мал в сравнении с помещением, объятым мраком.

«Окна что ль изнутри заколотили?» — с этой мыслью он обернулся, но ничего не увидел, даже входной двери. Книжные стеллажи создавали узкие коридоры, перетекающие один в другой, точно в лабиринте. Перед светом проносились чёрные хлопья, небрежностью форм они напоминали мазки кистью. Странная крупица тени от осторожного прикосновения лопнула, как пузырь. Мурашки пробежали по коже, заставив Ноа оцепенеть на месте. Впереди показался свободный от давящих шкафов стол, открытый как на ладони. Но Ноа оставался между пыльными полками. Если выйти из-за стеллажей, то произойдёт… что-то. Но оно точно произойдёт, неприятное ощущение под лёгкими указывало на это. Ноа отмахнулся от сигналов тела и сделал шаг вперёд. Ноги сами собой замедлились, осторожно ступая по половицам глубже во тьму. Слышать тишину мешал стук сердца.

Проходя мимо стола, он заметил открытую книгу. «Славная история нашего поселения» — так она называлась. Книга, как и сам стол, покрыта толстым слоем пыли, который сдуть вышло не с первого раза. Ноа присел на край стола лицом к выходу, не отрывая ног с пола, и вернулся к открытой странице с загнутым уголком. На ней описывали танец цветов, его традиционно исполняла незамужняя девушка. В золотой час, когда солнце садится за горизонт, танец избранной должен плавностью и нежностью движений напоминать полевой цветок под дуновениями лёгкого ветерка. В другом абзаце описывался ритуал омовения серебряного клинка в отваре из цветов, после позволялось использовать оружие. Далее шла историческая справка с датами, Ноа решил перелистнуть назад. Здесь глаза замерли на интересующем слове: «проклятье». Ритуал должен повторяться каждые шесть лет, иначе всё живое начнёт стремительно погибать.

«Но он не проводился куда дольше, чем шесть лет…», — начатую цепочку мыслей разорвал грохот со спины. Нечто тяжёлое упало в конце комнаты и покатилось между стеллажами к нему. Ноа резко поднял ноги в воздух и с опаской глянул вниз. Поседевшая голова пожилой женщины оставила за собой кровавый след, ведущий из темноты. В её широко распахнутых стеклянных глазах и раскрытом рте застыл предсмертный ужас. Ноа сжал себе челюсть, чтобы не закричать так же, как она в своё последнее мгновение.

Шорох на потолке, словно кто-то перебежал из угла в угол, заставил слезть с открытого стола на пол. Всё тело замерло, чтобы слышать даже мимолётное движение поблизости. Это была летучая мышь, которую разбудили фонариком? Птица, что успела свить в заброшенном здании гнездо? Любые попытки найти логическое объяснение упирались в лежащую у ног голову.

«Нет, нет, это что-то тяжёлое, будто лазил или ходил по потолку», — Ноа стремительно попятился к выходу, не желая выяснять, кто ещё здесь находится. В этот самый момент он почувствовал до дрожи тёплое дыхание на затылке.

«Надо было Аннику отправить сюда», — вытерев выступивший холодный пот со лба, Ноа раскрыл ладонь, напрягая пальцы в желании призвать топор. Призванная рукоять оружия чуть не выскользнула, но её крепче схватили. Чем дольше Ноа прислушивался к хриплому дыханию у себя за спиной, тем сильнее кусал губу, пока не почувствовал засохшим языком капли крови.

«Не нападает первым? Готовится к чему-то? — он перевёл взгляд на топор, сильнее стиснув пальцами. — Ждёт, когда я посмотрю на него?»

От каждого вздоха монстра, что грел затылок, будто разрушалось по нерву. Стоять так больше невозможно. Ноа закрыл глаза, втянул затхлый воздух сквозь зубы. Раз… два… три!

Он развернулся и встретил лицом монстра. Паучьи глаза не мигали, уставились прямо на смельчака. Его трясло при виде морды, с которой мозг считывал ложные человеческие черты. Свисающие редкие клочки серых волос напоминали мочалку, а сама тварь как статуя застыла на потолке с вытянутой вниз шеей, похожей на большой резиновый шланг, что уходило в потолочную тьму. Искажённая пасть медленно раскрылась перед лицом Ноа, нити слюней натягивались и рвались между игольчатыми клыками. Тишину в библиотеке нарушило громкое шипение из глотки, голова рывком бросилась вперёд.

Ноа взмахнул топором — острые клыки вцепились в рукоять и вырвали из слабых рук. Единственное оружие улетело вглубь библиотеки и проскользило вдоль пола с глухим шумом, не переставая мигать зелёным светом, что отдалялся. Пасть раскрылась с шипением, снова последовал рывок, Ноа отскочил в сторону и побежал. Он сметал с полок книги и швырял в преследующую нечисть, что ловким движением шеи уворачивалась. Тёплое дыхание пощекотало затылок. Ноа резко свернул в сторону при виде тупика. Уродливая голова влетела прямо в стеллаж, от полок остались щепки.

Ноа припал к полу, забившись между стеной и шкафом. Дрожащие пальцы прижались к экрану коммуникатора, спрятав свет фонаря. Каким тусклым он казался раньше, сейчас же его сияние перекрывало шансы выжить. Сенсор не понимал беспорядочных движений мокрых пальцев, и каждое судорожное нажатие оставалось без отклика. С полки свалилась книга, Ноа задержал дыхание до боли в горле и замер всем телом. Палец скользнул по экрану, и фонарь наконец погас.

Шипение монстра близилось. Голова покачивалась из стороны в сторону, прислушиваясь, пока шея плавно змеилась между стеллажами. Где-то на полке снова слышался шорох.

Грудь изнутри начинала болеть, в мыслях крутились одни слова: «Только не дышать… только не дышать… только не…»

Голова на мгновение замерла у укрытия. Ноа крепче сжал ладонь на лице, сдерживая себя от любой попытки случайно проронить вздох. Мгновение казалось часом, но монстр отвернулся и медленно перебрался в другой угол. Ноа наконец-то вздохнул и выбрался из-за шкафа. Недалеко у стены то вспыхивал, то гас зелёный свет. Он согнул колени и спину и осторожной поступью направился к топору. Пока было тихо, он поскорее прошмыгнул между уцелевшими рядами. Прикрывая один глаз, чтобы мигающий свет случайно не ослепил, он потянулся к найденному оружию и посильнее сжал в ладонях. Сзади проскользнула голова с влажным хлюпаньем, Ноа шмыгнул за стеллаж, жмясь к стене. Сквозь книги виднелась шея, что тянулась из непроглядной тьмы потолка, а сама голова замерла у его ног. Из пасти выскользнул длинный чёрный язык, что залез под полки, касаясь пола. Ещё правее, и он точно заденет обувь.

Ноа затаил дыхание и укусил губу, снова пуская себе кровь: небольшая боль помогала не терять сознание перед ужасом. Он потянулся к книжке и швырнул подальше. Язык с хлюпаньем втянулся обратно в пасть, нечисть по рефлексу отвлеклась на звук.

«Сейчас или никогда!» — Ноа вылез из укрытия и подкрался. Обогнув скользкую шею, он поднял топор на доли секунды, ощутив его вес, и со всей силы обрушил. Лезвие оставило идеально ровный разрез, брызнула чёрная маслянистая жижа с тяжёлым смрадом гниения. От пронзительного воя нечисти заложило уши, её голова дёрнулась, шея изогнулась, и ослеплённая болью и яростью тварь бросилась на обидчика. Ноа кинулся в сторону, массивная туша рухнула с потолка, ломая своим весом гнившие половицы. Увиденное тело нечисти покрывали мокнущие язвы с кривыми рядами жёлтых зубов, в темноте мелькнули четыре пары глаз, раскрытая пасть клацнула. Липкая жижа на лице мешала полностью открыть веки и отвлекала, но руки крепче сжимали топор. Тварь с шипением поднялась на кожаных паучьих лапах, её движения замедлились. Ноа кинулся к столу и, запрыгнув на него, замахнулся оружием. Тварь кинулась вслед, из пасти вырывался булькающий хрип с брызгами крови. Подгадав момент, Ноа вонзил топор в шею. Нечисть забилась в конвульсиях, пока в неё вдавливали лезвие, напирая всем весом. Рывками она старалась сбросить его, но с каждым вздрагиванием топор проникал глубже, пока движения вовсе не прекратились. Голова свалилась на пол, за ней упало и остальное тело. Фонтан из шеи постепенно иссяк. Наступила тишина.

Рука отказывалась отпускать топор, тело колотила мелкая дрожь, а в ушах била кровь. Он медленно опустился на стол, свесив ноги и голову над трупом с тяжёлым дыханием. Топор выскользнул из рук и рассыпался на маленькие искры.

— Я жив…

На секунду он закрыл глаза, не в силах поверить в свои же слова. Дневной свет начал просачиваться через окна, разгоняя тьму. Вместе с ней растворилась нечисть, частицы грязи тоже пропали с одежды и лица. Под лучами заиграли серебряные вещицы, которые появились на месте трупа. Ноа с измученным вздохом слез со стола и потянулся к ним, прибрав дрожащими пальцами. «Заколки?»

Коммуникатор пикнул, но Ноа не бросил взгляд на экран. Библиотека, залитая светом, превратилась в унылый зал, пропахший пылью и старыми книгами, за которыми никто не ухаживал. Но перед глазами всё стоял этот монстр, его оскал, его чёрная склизкая туша.

Ноа мотнул головой, всё тело от навязчивых мыслей передёрнулось. Он засунул заколки в карман и поскорее устремился к выходу. Нужно найти Аннику.

Пробираясь через лежащие стеллажи и раскиданные книги, он на секунду замер, после резко развернулся. Ноа подошёл к столу, где оставил книгу, и ещё раз пролистал её. В самом конце оказались оборванные края у переплёта.

----------