[Моя любовь к маме настолько большая, как Вселенная и Земля (1)]

Я попала в автомобильную аварию на следующий день после своего двадцатипятилетия. Должна ли я радоваться, что не умерла в свой день рождения?

Первая мысль, которая пришла мне в голову перед тенью смерти, была такой:

"Ах, если бы я знала, что это произойдет, я бы плакала, когда хотелось плакать, и ела бы кучу вкусных вещей"

Но теперь я уже не могу пожалеть об этом? Если я перерожусь, то в следующей жизни, я должна взять на себя обязательство жить хорошо.

Пока я наслаждалась «смертью» в глубокой темноте, почувствовала внезапный удар по левой щеке! Последовал безмолвный шок.

– ...Плосыпайся*!

*[«Просыпайся!» - так как говорит ребенок, то она плохо выговаривает слова]

У меня даже не было времени сообразить, что произошло, и удар снова пришелся по моей щеке.

«Бам!»

– Вставай!

Кто нарушает мой покой? Я действительно хотела поспать?

Я толкнула рукой что-то, что ударило меня по лицу, и у меня открылись глаза.

– Ну пожалуйста...!

– Ой! Мама пласнулась*

*[т.е. проснулась]

Что?

Малышка с ее безупречной кожей, золотистыми мерцающими волосами, прозрачными зелеными глазами, которой на вид было около двух или трех лет, посмотрела на меня и улыбнулась, казалось, что она была самой счастливой в мире.

Когда я смущенно приподнялась, она лучезарно улыбнулась, запрыгнула мне на грудь и обняла меня.

– Мамочка, вставай! Уже утро!

Я нахмурилась, увидев тонкие ручки ребенка, который подбежал и обнял меня.

Она не могла вспомнить, когда в последний раз кого-то обнимала.

Было странно видеть, как кто-то смотрит на меня с такой любовью.

Мне снятся последствия автомобильной аварии?

Словно обрадовавшись, что я проснулась, ребенок прижался лицом к моей груди, а затем схватил меня за воротник.

– Плосыпайся! Пошли вместе!

– О? Давай пойдем вместе?

Как раз вовремя, я услышала топот снаружи. Это было больше похоже на стадо слоников, чем на одного слона.

«топ-топ-топ-топ»

Бам! Раздался громкий звук, как будто что-то разбилось, и маленькие дети зашли в комнату.

Не беспокоясь о том, что дверь была открыта, я пригнулась, чтобы дети не налетели на меня.

– Это мама, мама! Кья!

– Мама! Я голодна!

– Подождите, Сети, Марли, Ри! Если вы вдруг вместе запрыгните, то маме будет тяжело!

Девочка и мальчик лет пяти-шести вбежали в дверь, повисли у меня на шее и звали – «Мама»

Мальчик шести или семи лет, который прибежал последним, пытался остановить их, но они даже не притворились, что слушают.

Марли, Ри, Сети? Мне показалось, что эти имена я где-то слышала, поэтому я немного покопалась в своей памяти и вспомнила.

У них были великолепные светлые волосы и зеленые глаза, и они были детьми из веб-романа: «Тиран и архимаги». Дети главного героя, первой любви тирана - Люцерна. Я уворачивалась от детей, прыгавших на меня сверху, пытаясь хоть как-то разобраться в ситуации.

– Теперь, подождите, ребята, ай! Я ваша мама, ой!

Марли плюхнулся мне на живот, словно прыгая, с угрюмым выражением в глазах, и мне показалось, что мои внутренности вот-вот выскочат наружу.

– Ух!

Сети ударила Марли подушкой по голове и крикнула:

– Не делай этого!

– Ай! Ай! Больно! Хватит!

Когда Марли потряс кулаком, словно угрожая, Сети разрыдалась и вцепилась в мои объятия.

– Ах! Мама! Я еще не ударил ее! Я просто пытался!

Марли опустил поднятый кулак, смотря на меня. Когда Сети вцепилась в мои руки, Ри, наблюдавшая со стороны, что-то пробормотала и подползла к Сети.

– Мама, ты болеешь? Давай я подую, ху~

– Ты плохо себя чувствуешь?

Я случайно обняла двух детей.

Мое сердце бешено заколотилось.

Что это? Сплю ли я? Послал ли Бог мне в подарок последний теплый сон, потому что ему было жаль меня, когда я умирала в одиночестве?

В любом случае, это было хорошо. Кончик моего носа нахмурился от доброты, проявленной незнакомыми детьми.

Гео, который не мог забраться на кровать и что-то бормотал, заколебался и подошел ближе.

– Прости, мама. Меня просили хорошо заботиться о моих младших, но я этого не сделал

Гео поджал губы, как будто в любой момент собирался заплакать. Он выглядел старшим среди детей, но ему было в лучшем случае всего семь лет.

Расставшись с матерью, когда мне было семь лет, я знала границы семилетнего возраста лучше, чем кто-либо другой. Как бы я ни старалась, руки семилетнего ребенка были всего лишь крошечными ручками ребенка.

Я вытянула руки, которыми обнимала Ри и Сети, и протянула их Гео. И я сказала этому ребенку то, что хотела бы, чтобы кто-нибудь сказал тогда мне:

– Все в порядке. Отличная работа. Тебе было трудно? Иди сюда, я тебя обниму, Гео

Губы Гео скривились, он издал всхлип и уткнулся мне в грудь.

– Я был напуган, мама!

Сети посмотрела на Гео, который плакал, с выражением лица, которое не понимало почему, и когда она скопировала звук плача, у Гео действительно навернулись слезы на глаза.

Я похлопала детей по спине и подумала, что делать. Затем сказала:

– Да, простите... Э-эм, мама… я была неправа

Мне было всего двадцать пять, и единственный контакт, который у меня был с мужчиной, состоял в том, чтобы сломать ему запястье. Но когда я умерла и проснулась, у меня появились дети.

Такого никогда не случалось, но я чувствовала, что все равно должна сказать «мама»

К счастью, дети всхлипывали или смеялись, как будто мои слова принесли им облегчение, и обнимали меня еще крепче.

Марли, который одиноко стоял вдалеке, пробормотал что-то и посмотрел на меня.

Ты тоже хочешь, чтобы тебя обняли.

Я улыбнулась и потянулась к нему.

– Иди сюда, Марли

Марли прыгнул ко мне в объятия и обнял меня, счастливо улыбаясь, как будто он никогда ничего не делал.

– Прости, что причинил тебе боль, мама

– Все в порядке. Теперь уже ничего не болит

– Это потому, что я подула, разве не так?

– Ху-у~*

*[Звук, когда кто-то дует на рану]

– Эй, какой смысл дуть? Если ты собираешься это сделать, ты должна сделать это как следует

Гео, который был у меня на руках, в изумлении вскочил.

– Нет! Марли! Ты не можешь делать это дома!

Но Марли проигнорировал слова Гео и торжествующе подул.

– Ху-у-у~

Появился вихрь.

Я была обескуражена.

Ветер быстро стих, но в комнате воцарился беспорядок. Должна ли я сказать, что это облегчение, что тут было не так много предметов?

Тот факт, что эти маленькие дети являются верховными магами из романа «Тиран и архимаги», был еще более удивительным, когда я действительно увидела их, хотя и читала роман.

– Марли, ее там нет. Мамина одежда находится во втором отделении ящика

– О, просто положи ее куда угодно. Ты все равно достанешь ее, когда наденешь

– Ах! Я тоже хочу

– Сети, ты просто иди туда и поиграй. Ты не помогаешь, ты еще больше мешаешь

– Не делай этого, Ри. Я пытаюсь помочь Сети. Сети, ты можешь принести подушку маме вон туда?

– Да!

– В конце концов, Гео такой милый

Глядя на детей, которые усердно занимались уборкой, я сравнила их с детьми из романа «Тиран и архимаги»

– Молодец, Сети. Итак, не хочешь ли ты на этот раз принести туда несколько подушек?

Стройного и высокого мальчика шести-семи лет зовут Гео.

Хотя он привык к роли старшего брата, он умело руководил детьми и приводил в порядок комнату.

– Брат! Воин Марли - не фея-уборщица!

Мальчика, лежащего на полу после того, как он смёл все вещи, которые сейчас приводил в порядок, зовут Марли. Он был известным озорным мальчиком в романе, и здесь он был таким же.

– Вставай! Это беспорядок, потому что ты использовала магию в комнате!

Мальчика звали Марли, а сестру-близнеца – Ри. Хотя она была молода, она была застенчивой и искренней, и у нее всегда были крепкие отношения с Марли, не смотря на их противоположные характеры.

Имя малышки, которая пробудила меня ото сна и ударила Марли подушкой по лицу – Сети.

Хотя она была еще маленькой, она была яркой и общительной, поэтому была замечательной девочкой, которая не унывала, даже когда находилась среди своих старших братьев и сестры.

Все они были разного роста, но все были красивыми детьми с великолепными светлыми волосами и зелеными глазами, похожими на драгоценные камни.

Я увидела свое лицо на поверхности настенного подсвечника, который выглядел так, словно вот-вот отвалится.

– Я не могу поверить, что я такая красавица

Я увидела женщину с вьющимися светлыми волосами и зелеными глазами, такими же, как у детей. Она стала Астией, матерью детей и первой любовью императора-тирана.

Будучи самой обычной женщиной, я была незнакома с этим.

Я думала, что, если меня слишком удивить, я очнусь ото сна.

Бам! Бам!

Я несколько раз хлопнула себя по щекам, удивленные дети бегали и цеплялись за меня, но я не очнулась ото сна.

– Мама, почему ты себя бьешь?

– Хм, ты устала?

– Ты в порядке? Если ты устала, приляг и отдохни. Мы все сами уберём

В отличие от Ри, Сети и Гео, которые цеплялись за меня, беспокоясь обо мне, Марли поджал губы и заложил руки за голову.

– Ох, мама все время болеет

Сети подбежал и ущипну Марли за бедро.

– Пора, Марли!

– Эй, почему ты меня бьешь?

Марли поднял руку, как будто угрожая Сети, и Сети рванулась и спряталась у меня между колен. Ри выпятила поджатые губы.

– Марли, значит, ты ненавидишь маму?

Марли застыл от удивления, а Сети и Ри торжествующе прижались ко мне.

– Мне нравится мама. Настолько сильно, насколько большая вселенная и Земля!

– А маме мы тоже нравимся?

Какие милые дети.

Я засмеялась и скопировала слова детей.

– Что ж, вы мне нравитесь. Я люблю вас так же сильно, насколько большая вселенная и Земля

– Вау! Мама говорит, что мы ей нравимся! Кто тебе нравится больше всего? Я самая лучшая? Я не попадаю в неприятности, как Марли, я умнее Сети, и я обаятельнее Гео

– Эй, честно говоря, ты всегда и везде играешь с огнем и доставляешь неприятности маме

– Ри, не говори так. Наша мама болеет

Гео взглянул на меня, пытаясь остановить Ри.

Я улыбнулась и обняла Ри, Сети и Гео.

– Мама любит вас всех одинаково

– Кроме Марли?

Марли отдернул голову с мрачным выражением лица, как будто собирался разрыдаться.

– О чем ты говоришь? Конечно, я также люблю и Марли

С тремя детьми на руках она поспешно подошла и тоже взяла Марли на руки. Большая любовь, которую она едва могла удержать на своих вытянутых руках.

И что, если это роман или сон?

Я решила насладиться этим моментом, пока меня любят эти дети.

[Тиран Люцерн]

«Цзинь»

Гео сказал, что звук колокольчика снаружи возвестил о времени ужина. Дети подняли шум из-за того, что им нужно поужинать до комендантского часа.

– Мама, я принес хлеб!

– Шу-шу-шу! Могучий Марли наносит последний удар каминному монстру...!

– Эй, не валяй дурака, держи ровно, - пробормотал Марли и сунул ветку в печь, и Сети волшебным образом зажгла ее.

Дети, казалось, очень привыкли готовить ужин подобным образом. Было странно видеть, как маленькие дети деловито двигают руками и ногами, и это было одновременно любопытно и грустно.

Внешний вид детей продолжал отражать меня в детстве. Мне хотелось чем-то помочь, поэтому я всегда находилась на кухне или за столом.

– Может мама чем-нибудь вам помочь?

Ри, которая выходила из комнаты с подушкой и пуховым одеялом, закричала, ее глаза расширились.

– Мама, просто лежи!

– Хм?

Она уложила меня, взяла мою подушку и накрыла пуховым одеялом.

Сети разложила рядом со мной в ряд маленьких старых кукол и играла, а Марли лениво лежал рядом со мной и милашничал.

Я спросила Сети, которая коснулась моего живота, и я не поняла, гладила ли она меня или щекотала.

– Сети, можно я встану? Я думаю, Гео будет тяжело одному

– Не надо мама, иди спать

– Мама не хочет спать

– Тебе нужно поспать

– Да, да

Ри кивнула.

Я спокойно легла и посмотрела в потолок, испытывая эмоции. Я была в восторге от того, что лежала неподвижно и меня угощали едой.

Вскоре пришел Гео и помог мне подняться.

– Мама, вот

– Все в порядке… Мама может сделать это сама, - я чувствовала себя беспомощной.

– И все же будь осторожна. Тебя всегда тошнило после. Даже если сейчас все в порядке, будет снова больно, если ты переусердствуешь

Ну, если подумать, Астия, настоящая мать детей в романе, каждый раз кашляла или истекала кровью. Когда я подумала об этом, я поняла, что дети беспокоились обо мне.

Но я вовсе не была больна. Скорее, мне было лучше, чем на самом деле.

– Ребята, мама на самом деле не больна

– Мама, я тебе помогу!

– Хочешь, я понесу тебя? Я сильный!

Я, пошатываясь, подошла к столу. Это было не потому, что я была больна, а потому, что мои ноги запутались в ногах детей. Дело не в том, что меня поддерживали. Я держалась сама.

Но это было похоже на волочение…

Я сидела за столом с детьми. Передо мной поставили два мягких хлеба и молоко, но перед детьми поставили только половину черствого хлеба и воду.

– Ох, детки

– Я буду хорошо питаться!

Не было времени спрашивать детей, почему хлеб другой. Дети были голодны, поэтому, как только я села, они поспешно принялись за еду.

У меня защемило сердце при звуке хрустящего сухого хлеба.

Я отломила кусочек мягкого хлеба и протянула его детям.

– Ребята, не хотите ли и вы съесть мой хлеб?

В отличие от других детей, которые были заняты едой, Гео посмотрел на меня удивленными кроличьими глазами.

– ...Мам, что ты сейчас сказала?

– Нет, я имею в виду. Вы хотите съесть мамин хлеб?

– Э-э-э....

Я не знаю почему, но лицо Гео покраснело. Ребенок счастливо улыбнулся и покачал головой.

– Все в порядке. Мы просто должны съесть это. Съешь сама, мама

– Могу? Хлеб Гео выглядит жестким, а количество слишком маленькое

– Моя мама высокая и болеет, поэтому ей приходится питаться лучше, чем нам

Кто это сказал? Неважно, насколько это плохо. Не обязательно давать им черствый хлеб.

Я взяла немного мягкого хлеба и положила его перед детьми.

Дети, которые ели хлеб, рассыпая много крошек по рту и столу, сразу перестали есть и увидели хлеб, который я им дала.

Я неловко рассмеялась, потому что была смущена взглядом, который был направлен на меня.

– Я отдам это вам. Так будет вкуснее

– Ах, мама

Гео смущенно моргнул.

После раздачи хлеба детям осталось всего около половины, но это не имело значения.

– С мамой все в порядке. Раньше я часто голодала, потому что тоже не могла есть. Это уже очень роскошное блюдо

Перед смертью я обычно ела просроченный треугольный кимпаб. Было много дней, когда я не могла есть, потому что у меня не было даже его.

Пытаясь выпить молоко из чашки, я поняла, что в детских чашках вода, а не молоко, и протянула его Гео, сидевшему рядом.

– Хочешь молока?

– Мама, что с тобой сегодня не так?

В «Тиран и верховные маги» в основном рассказывалось с точки зрения тирана.

Благодаря этому подробности о том, как Астия воспитывала детей, не раскрываются, но, похоже, это было ненормально. Видя такую реакцию: «Что такого в том, чтобы давать немного молока детям?»

– Почему это так? Я просто хочу поделиться с вами

Я улыбнулась и поставила чашку с молоком перед Гео, вместо этого я взяла его чашку с водой и выпила.

Гео положил хлеб, который держал в руках, и спокойно посмотрел на меня, прежде чем сделать глоток молока. Половина лица ребенка, который ел молоко, как будто смакуя его, тщательно пережевывая, ярко сияла.

– Вау… Это вкусно…

О боже мой.

Возможно ли так растрогаться всего лишь сделав глоток молока?

Я не знаю, но в любом случае, Боже, если ты смотришь на лицо Гео, пожалуйста, пошли этим детям завтра еще немного молока. Это лицо, оно очаровательно на миллион долларов. Если то, чего хочет Бог - это красивый и мирный мир, пусть это лицо откроется миру!

Дети устроили беспорядок, неся в уме всякую белиберду.

– Я! Мне тоже! Почему пьешь только ты? Отдай это мне! Теперь моя очередь!

– Мам, я тоже хочу попробовать! Я тоже хотела попробовать молоко! Я самая красивая, поэтому попробую первая!

Я протянула чашку, которую получила от Гео, Марли, сидящему рядом со мной.

– Ну же, успокойтесь. Я дам вам попробовать

Марли, Ри и Сети выпили молоко в том порядке, в каком они сидели.

Как будто Сети не знала, как поделиться, она выпила все оставшееся молоко и спровоцировала своих старших братьев и сестру допив его, я рассмеялась, потому что у неё было такое милое личико.

– Сети, тебе понравилось?

Сети со стуком поставила чашку на стол! Поставив ее, она томно улыбнулась, поглаживая свой живот по кругу.

– Да, это вкусно. Я люблю тебя, мамочка

Затем, как будто вспомнив о чем-то, она отломила кусочек хлеба, который я ела, и протянула его мне.

– М-м-м, вот! Это то, чем я поделилась. Оно того стоило

Я съела кусочек, который она мне дала.

Взяв у Сети размокший кусочек хлеба, каждый из детей взял по кусочку, который они ели, и протянули его.

– Мама! Съешь мой!

– Нет, сначала съешь мой!

Мне пришлось выложить на стол четыре куска хлеба размером с мой ноготь и серьезно подумать, чей съесть в первую очередь.

– Мама! Сначала ты должна съесть мой! Я номер один!

– Мама любит меня больше всех, поэтому я думаю, что сначала она съест мой

– Сначала съешь свой, а потом мой

В конце концов, я отправила в рот сразу четыре ломтика хлеба. Дети дружно рассмеялись, как будто им понравился результат.

Это был мой первый раз, когда я шумно ужинала с кем-то, и я была так рада этому моменту, что мне стало очень жаль, что хлеба и воды на столе становилось все меньше.

Солнце скрылось за горами. Настал комендантский час.

Дети взяли из комнаты одеяло и сели рядом с камином, я также принесла одеяло и подушки, которые Ри принесла перед едой, и легла между детьми.

Марли, который лежал посередине, резко сказал:

– Ах, что это? Пространство слишком узкое для мамы. Мама должна спать в комнате

– Ах, разве обязательно спать в комнате?

Что ж… похоже, Астия не спала с детьми.

Она сожалела, что даже здесь ей приходится спать одной.

Я пробормотала что-то и схватила подушку, но Ри лежала рядом со мной.

Когда я пробормотала, что нужно взять подушку, Ри, которая лежала рядом со мной, пнула Марли и прижалась к моему бедру.

– Марли, успокойся! Мама, просто поспит с нами сегодня. Я хочу спать рядом с мамой! Верно, Сети? Разве ты тоже не хочешь спать с мамой?

Гео не ответил и подполз ко мне с подушкой в руках.

Марли, который покатился по полу от удара Ри, со вздохом взмахнул подушкой.

Он сказал:

– Как ты смеешь меня пинать? Суперзлодейка Ри, я тебя одолею! Давайте сразимся!

– Прими супер-атаку подушкой непобедимого архимага Марли!

Ри и Марли перепрыгнули через покрывала и замахнулись подушками. Несмотря на то, что они ругались друг с другом за всякую мелочь, они казались вполне счастливыми, и на их лицах расцвели улыбки.

– Ах~

Сети протяжно зевнула и улеглась мне на бедро, и Гео, поколебавшись, тоже лег.

– Мама, споешь песенку?

– ... песенку?

Сети и Гео сидели рядом со мной и говорили об этом.

Гео смеялся, сотрясаясь всем телом. Моим бедрам было щекотно.

– Я прошу тебя спеть песенку, пока я не засну

– Ах, понятно. М-м-м. Какую песню ты бы хотела, чтобы я спел?

– Спой колыбельную

Гео закрыл глаза и запел песню, но это была песня, которую я никогда раньше не слышала.

Она погладила детей по голове и неловко улыбнулась.

– Прости. Это в первый раз, когда я услышала эту песню. Мне действительно нужно спеть ее?

– ...Разве ты не знаешь ее?

Гео повернул голову и встретился с ней взглядом, как будто это было странно.

– ...Мама странная. Утром она сильно кашляла и у нее шла кровь, но она сказала, что он не чувствовал себя плохо после того, как вздремнула, она дала нам хлеба и молока, она не умела петь, и она говорила как другой человек...

– Э-эм... да?

Внезапно холодок пробежал у нее по спине.

Гео задавался вопросом, в чем разница между мной и Астией, его настоящей матерью.

– Мама, спой что-нибудь

К счастью, вспыльчивая Сети быстро сменила тему разговора.

Марли и Ри, уставшие от драки подушками, тоже зевнули и устроились рядом со мной.

– Можно я спою вам другую песенку?

– Да, я в порядке. Спой что-нибудь

– Меня все устраивает

– Ах, я люблю колыбельные

– Ладно, ладно. Марли, прости меня. Мама споет тебе сегодня другую песню

После того, как ко мне вернулся голос я спела детям песню, которую пела своей маленькой кошечке:

– Мерцай, мерцай, маленькая звездочка

– Где ты, кто ты - я не знаю. Высоко ты надо мной. Как алмаз во тьме ночной

В медленном ритме зевки детей участились.

После двух или трех песен Марли, Гео и Ри по порядку уснули.

Сети, которая так и не заснула до конца, зевнула, размахивая руками в воздухе, копируя мою песню.

– Я не смогу этого сделать. Мне не терпится узнать, буду ли я спать посреди ночи

Ее голос надломился, и рука Сети упала на пол только тогда, когда у нее заболело горло.

Я вспомнила образ ушедшей маленькой звездочки, спящей рядом со мной.

Мяу…

Когда я возвращалась домой после тяжелого рабочего дня, мы обычно заканчивали день объятиями друг друга и пением.

Было бы здорово, если бы она тоже была здесь.

Гео, Марли, Ри и Сети. Я внимательно вгляделась в лицо каждого ребенка.

Словно в качестве компенсации за то время, что я жила одна, я была взволнована возможностью провести вечер с детьми, которые пришли навестить меня.

Для меня, которая никогда не мечтала выйти замуж в реальной жизни и которая мечтала о счастливой семье за окном дома, как спичечный коробок, сегодняшний день был самым ценным временем.

Однажды, когда мне было 20 лет, я решила подарить этим детям любовь и внимание, которые не могла уделить Маленькой Звездочке, которая была со мной 5 лет.

Я не настоящая мать детей, но я пообещала любить их так сильно, как это сделала бы настоящая мать, по крайней мере, за то время, проведенное с ними.

Я решила излить любовь, которую хотела получить от своих родителей, которые слишком быстро исчезли, на своих детей.

Я думала об этом снова и снова, и только когда сгустились сумерки, я обняла детей и заснула.

«Ду-ду-ду»

Я услышала странный звук.

Со вчерашнего дня произошло бесчисленное множество странных вещей, поэтому, возможно, было бы более уместно сказать, что это был обычный странный шум.

– Ах, шумно, - пробормотала Марли, и остальные дети прикрыли уши в знак согласия.

Я тоже попыталась убежать от шума, спрятав лицо под одеялом.

Но

«Ки-и-и!»

Когда я услышал, как что-то взорвалось, я вздрогнула и вскочила со своего места.

Дети тоже протерли глаза и встали, как будто почувствовали что-то необычное.

– Что за шум?

– Хочу спать

– Подними Сети

Именно Ри первой заметила проблему.

– Ха! Крыша!

Как раз в тот момент, когда она собиралась посмотреть на то место, на которое указал пальцем Ри, ее глаза внезапно пронзил яркий свет. Крыша, которая должна была защищать от палящего солнечного света, полетела вдаль.

Я быстро подняла их и держала на руках.

Освещенная ярким солнечным светом, человеческая тень медленно спускалась с неба к нам.

– ...Астия, ты...

Это был удивленный голос.

Дети пробормотали.

– Ах! Боже мой

– Ах… Этот дядя снова здесь

– Маме, должно быть, это не понравится, но он снова пришел...!

– Должен ли я его выгнать?

– Могу ли я его выгнать? Он снял крышу

Маленькие тельца в моих руках задрожали.

Тень, парящая в небе, медленно опустилась на пол.

Он был очень красивым человеком в другом смысле, чем дети. Развевающиеся на ветру черные волосы, радужные глаза, глубокие тени под темными бровями и высокая переносица, широкие плечи и ухоженное тело, бледная кожа и синяя униформа производили сильное и холодное впечатление.

Я поняла это молниеносно.

"Тиран Люцерн"

Это был Люцерн, человек, который стал тираном после потери Астии в книге.

С красивой красной розой в руках Люцерн облизнул свои гладкие губы и издал божественный голос.

– ...как

Люцерн подошел ко мне на шаг ближе.

Дети вздрогнули и встали передо мной.

– Почему ты снова здесь? Уходи! - закричал Марли

– Уходи

– Такой, как ты, даже не гость!

– Кья-я-я!

Сети закричала и взмахнула руками, отчего огненный шар размером с бейсбольный мяч поднялся в воздух и полетел в сторону Люцерна.

Но когда Люцерн взглянул на него, огненный шар тихо исчез, как будто его никогда и не существовало.

Она вздохнула и неуверенно отступила назад, держа детей за плечи.

– Что это такое?

Люцерн посмотрел на пустой потолок и сказал таким тоном, будто в этом не было ничего особенного.

– Дверь была заперта

"Дверь была заперта..."

Внезапно в моей голове промелькнула строчка из книги:

[На следующий день Люцерн вернулся в дом Астии с розами в руках. Однако, в отличие от вчерашнего дня, дверь была закрыта магией и не могла быть открыта. Люцерн, который нервно летал по дому, в конце концов взмахнул рукой.

С треском крыша старого дома Астии оторвалась и взмыла в небо.]

Розы, запертые двери и сорванные крыши.

О боже, это прямо как в романе...!

Я сглотнула и напряглась.

Сегодня был день, когда Люцерн узнал, что Астия мертва, и решил уничтожить мир, превратившись в тирана.