Главный айдол по соседству не может устоять перед моими запретными блюдами (Новелла)
Kishin Oikawa

Мамори Судзуфуми — старшеклассник, который вечно суёт нос не в свои дела, — однажды случайно наткнулся на соседку, лежавшую без сознания в собственной квартире. Девушка оказалась не кем-нибудь, а школьной айдол Юзуки Сасаки.

Чтобы держать идеальный образ, Юзуки доходила до крайностей и морила себя голодом. Когда встревоженный Судзуфуми протянул ей домашнюю еду, она с восторгом набросилась на угощение. С сияющей улыбкой Юзуки умяла всё до последней крошки.

Судзуфуми, очарованный тем, как искренне она любит поесть, решил завоевать её сердце своими блюдами. Свинина с рисом, рамен, окономияки — Юзуки раз за разом не может устоять перед соблазном и просит ещё.

====================

Иллюстрации

Т.к я плохо знаю фотошоп, нормально убрать водяные знаки которые остались на иллюстрациях после улучшения качества картинок через ИИ не получилось, но, как по мне лучше уж с неприметным водяным знаком чем терпеть иллюстрации в 360p.

[[image:/storage/reader-images/9bb531c97ddfafe6d6b1b863b5f86c0bc65a6be5.jpg]]

[[image:/storage/reader-images/e3af130b375ede7e0edb74a5d7e6751b27335c3a.png]]

[[image:/storage/reader-images/830a21af2147b0a1625333c092e4cfc098d1af1a.png]]

[[image:/storage/reader-images/b45219aa8e917b04c7a23642179a2619d91393b6.png]]

----------

Я сделаю из тебя моего фаната! 1

Раунд 1: Я сделаю из тебя моего фаната!

[1.1-1.2 главы анлейта.]

Микроволновка оказалась гораздо тяжелее, чем я думал.

Я потер уставшие руки, когда вошел в лифт, и вышел на восьмом этаже. По пути через общий коридор я встретил пожилую женщину, которая улыбнулась мне, когда увидела, что я несу тяжелую ношу.

— Спасибо, что пошли на такую жертву и спустили её вниз для меня.

Её седые волосы были заметны, но улыбка оставалась молодой. Эта дама — наша новая соседка.Несколько минут назад я встретил её в общем коридоре. Она пыталась донести потрескавшуюся микроволновку.

На мой вопрос, почему она сама справляется с таким грузом, она объяснила, что они с мужем затеяли уборку, и он внезапно потянул спину.

Так я, старшеклассник, полный энергии, предложил свою помощь.

— Осталось только помыть вытяжку и заменить лампочки?Дама в спешке замахала руками.

— О нет, это не обязательно. С этим не горит, не волнуйтесь. Разве вы куда-то не собирались?

— Нет-нет, пожалуйста, позвольте мне помочь. Вашему мужу понадобится время на восстановление.

— Н-но...

— У меня весенние каникулы, времени полно. К тому же, мы ещё не поприветствовали вашего мужа с момента переезда.

Наконец, она вздохнула, сдалась и впустила меня в дом.

Дом требовал небольшой уборки: в углах коридора скопилась пыль, а восковое покрытие пола начало стираться. Я решил помочь немного больше, чем просто донести микроволновку.

К тому времени, как вся работа была закончена, небо за окном стало красным.

— Это небольшая благодарность, — сказала она на выходе, протягивая мне пакет, полный ярких оранжевых морковок.

— Спасибо большое! Я как раз думал купить сегодня морковку.

— Они от родственника-фермера. Выглядят, может, не идеально, но вкус хороший.

Я поблагодарил её и с лёгкой беседой вернулся домой.

Моя семья недавно переехала в эту квартиру — номер 809 на восьмом этаже.С балкона я заметил, как грузовики продолжают сновать туда-сюда, даже вечером.

Скоро я стану второкурсником, но меня больше беспокоит другое: знакомство с нашими новыми соседями.

Наши соседи справа (комната 808) оказались приветливыми, но вот те, кто живёт слева (комната 810), остаются загадкой.

Они ведут очень нерегулярный образ жизни и редко бывают дома в то время, когда я бодрствую.

Сегодня, услышав звуки из их квартиры, я решил воспользоваться шансом и поздороваться. Взяв небольшой подарок, я направился к соседям.

Я собрался с духом и нажал на дверной звонок. Через монитор раздался мягкий женский голос:

— …Да?

— Я недавно переехал в квартиру 809 и хотел бы поприветствовать вас.

Ответа не последовало, и я понял, что женщина внутри, вероятно, раздумывает, стоит ли открывать дверь.

Но я продолжал стоять спокойно, надеясь, что она всё же решит меня выслушать. Ведь м будем соседями ещё долго.

『…Хорошо. Сейчас открою.』

После небольшой паузы раздался сдержанный, но одобрительный ответ.

Голос звучал довольно молодо. Возможно, ей около двадцати, в крайнем случае — чуть за двадцать.Если это так, естественно, что она настороженно относится к визиту незнакомого мужчины.

Если это женщина, я усилю доброжелательность своего голоса на двадцать процентов, а улыбку на пятьдесят процентов——

Занавес поднялся, когда дверь открылась.

Тонкая белоснежная рука, появившаяся в проеме, была настолько изящной, что казалась почти нереальной. Ее глаза, сияющие словно солнце, сразу же захватывали внимание любого, кто в них взглянет.

Изнутри доносился сладкий аромат — возможно, это была аромасвеча или что-то, исходящее от самой хозяйки.

Как будто началось представление, меня окружила необыкновенная атмосфера.Дверь квартиры 810 словно служила мостом между сценой и зрительным залом.

— Извините за ожидание——

[[image:/storage/reader-images/dc21ddbf408d065122a6ca51547ad79a8f8a58ff.jpg]]

В этот момент я забыл натянуть на лицо заранее подготовленную улыбку.

Потому что передо мной стояла поразительно красивая девушка.

Она была не в строгом костюме карьеристки и не в броской одежде тусовщицы.

Передо мной стояла стройная девушка моего возраста в белом свитере и коротких джинсовых шортах.

— Простите. Я знала, что кто-то переехал в соседнюю квартиру… но сначала подумала, что это может быть продавец. У нас же вроде установлен замок с автодоступом? Я, наверное, вела себя грубо, да?

Ее длинные, гладкие и прекрасные черные волосы плавно спадали на плечи, словно чистый ручей.Свет в ее бледных глазах напоминал благородный янтарь шампанского.

— Нет-нет, совсем не грубо, — сказал я.

— Правда? Тогда я рада.

Она положила руку на грудь, выражая облегчение. Затем она шагнула вперед и чуть склонила голову, взглянув мне прямо в лицо.

Ее взгляд был таким беззащитным и трогательным, как у кошки, которая впустила тебя в свой мир.

«Что-то не так?»

Я почувствовал, будто слышу звуковой эффект улыбки. Это был эталонный пример идеальной улыбки.Ее естественное выражение соединяло женское очарование и юношескую невинность.Мне стало стыдно за мои попытки «усилить свою улыбку на пятьдесят процентов».

— Ах… Меня зовут Мамори Судзуфуми. С недавнего времени я живу в квартире 809 вместе с родителями. Надеюсь на ваше благосклонное соседство!

Подготовленное заранее приветствие вылетело из головы, и, нервничая, я назвал свое полное имя.Девушка, казалось, уловила мои эмоции и скромно улыбнулась.

— Меня зовут Сасаки Юзуки. Живу в 810-й. Приятно познакомиться, Мамори-сан.

Мое сердце забилось быстрее от ее очаровательной улыбки.

— Ах, кстати, вот.

Я поспешно протянул ей пакет, чувствуя, как мои щеки начинают гореть.

— Извините, что без праздничной упаковки. Пожалуйста, примите это как маленький подарок.

— О, спасибо! Это конфеты?

— Э-э… свинина…

— Что?

Сасаки-сан застыла с удивлением, получив пакет.

— Это… свинина.

— Свинина…

Ее лицо приняло озадаченное выражение, когда она заглянула в пакет. Конечно, это неудивительно.Обычно такие подарки включают печенье или кофе, а не сырой мясной продукт.

Я начал лихорадочно объяснять, как будто слова вылетали сами собой:

— Ах, понимаете, мои родители управляют изакаей. Мы только недавно переехали, так как старый дом был снесен…

Сасаки-сан слушала, заглядывая в пакет, не говоря ни слова.

— Имбирная свинина… мясные шарики… чар сиу…

Ее глаза заблестели, словно у ребенка, открывающего подарки.

— Спасибо большое… попробую в следующий раз.

Ее настроение резко поменялось, и она подарила мне слабую улыбку.

Мы попрощались в легкой неловкости, но, кажется, она была довольна.Надеюсь, при следующей встрече она вновь подарит мне ту обворожительную улыбку.

----------------------

Перевод - Eszramore

Поддержать переводчика можно по https://www.donationalerts.com/r/through

Или по номеру карты

Monobank - 4441 1110 3125 0909

----------

Я сделаю из тебя моего фаната! 2

[Анлейт 1.3-1.4]

«Моя соседка такая милая...»

Она обладала отличной фигурой и приятным характером.

Но больше всего запомнилась её улыбка — ослепительная, словно ангельская, такая, что её невозможно забыть.

Наверняка она очень популярна среди парней.

Если она ученица, то, возможно, у неё даже есть фан-клуб в школе.

«Хмм...»

На самом деле, у меня было чувство дежавю, связанное с Сасаки-сан.

Для обычного человека, такого как я, нет никаких шансов знать такую красивую девушку. Но назвать нашу встречу первой... Это чувство дежавю упорно цеплялось за задворки моего сознания.

Ладно, миссия выполнена, так что, возможно, пора сходить за продуктами для ужина.

Хотя я только что переехал в новую квартиру, это не значит, что папа и мама собираются вернуться домой.

Идзакая, которой управляют мои родители, расположена примерно в двадцати минутах езды от квартиры.

Это частное заведение так называемой «творческой кухни». Даже сейчас, когда бизнес стабилизировался, они активно разрабатывают новые блюда, поэтому большую часть месяца проводят в комнате для персонала при ресторане.

Там, похоже, всё хорошо оборудовано: есть футон, телевизор, компьютер и тому подобное.

Возможно, тот факт, что я стал старшеклассником и больше не нуждаюсь в постоянной заботе, поощрил их частые ночёвки вне дома.

Иными словами, моя жизнь в последнее время больше напоминает жизнь в одиночестве, хотя мы и семья из трёх человек.

Теперь, что приготовить на ужин?

После реакции Сасаки-сан мне самому захотелось свинины.

Тонкацу, тушёная свинина, рулетики с аспарагусом... Может быть, стоит приготовить дважды обжаренную свинину?

Размышляя об этом, я потянулся за кошельком, чтобы вернуться домой, и уже собирался вставить ключ в замок комнаты 809, когда —

— Громкий звук.

Это был звук чего-то падающего или, возможно, опрокинувшегося в соседней комнате.

Я обернулся и прижал ухо к двери комнаты 810.

Внутри стояла тишина.

Если бы Сасаки-сан вернулась в гостиную, звук не смог бы проникнуть в общий коридор.

Это значит, что что-то случилось в самом коридоре.

«...Сасаки-сан?»

Я постучал в дверь.

Если она находилась в коридоре, то должна была услышать меня, даже если я снаружи. Но ответа не последовало, даже после того как я подождал некоторое время.

Я потянулся к дверной ручке и обнаружил, что дверь не заперта.

Меня охватило плохое предчувствие.

«...Я вхожу».

Вторгаться в дом женщины без приглашения непростительно, но сожалеть позже, если вдруг что-то случилось, было бы худшим вариантом.

Если я смогу убедиться, что с ней всё в порядке, то этого будет достаточно.

Я извинюсь как можно искреннее и сделаю всё возможное, чтобы исправить ситуацию, если меня за это обвинят.

Я открыл дверь. В прихожей аккуратно стояли ботинки и туфли на каблуках, типичные для молодой девушки.

Туфель, которые могли бы принадлежать её родителям, не было.

Слева располагались ванная и туалет, справа — две комнаты. Коридор с деревянным полом, вероятно, вёл в гостиную.

Всё было безупречно чисто; ни пылинки.

Но вместо привычной обстановки я увидел два предмета, лежащие в коридоре.

Один из них — это подарок, который я только что вручил Сасаки-сан. Из белого бумажного пакета с названием мясной лавки торчала свинина, завернутая в охлаждающий пакет.

А второй, точнее...

— Сасаки-сан! — воскликнул я.

Сасаки Юзуки лежала лицом вниз на полу.

Я не мог проверить её сознание или выражение лица из-за её положения. Её тело слегка двигалось вверх-вниз, что означало, что она дышит, но ситуация могла потребовать вызова скорой помощи.

Я ощутил легкое головокружение от внезапного флэшбэка из прошлого.

Нет, сейчас не время для паники. Быстро сняв обувь, я подбежал и поднял её тело.

— Сасаки-сан, это я, Мамори. Вы меня слышите? — спросил я.

— Ммм... — слабо ответила она.

Её губы слегка дрогнули, поэтому я приблизил ухо к её лицу.

Она пыталась что-то сказать?

Может быть, о местонахождении её лекарств или контактной информации её врача?

Затем Сасаки-сан обхватила мои руки, словно пытаясь согреться.

Её руки были невероятно холодными и хрупкими — так холодно, что я засомневался, действительно ли она человек.

— ...Больно... — прошептала она.

— Что? Повторите ещё раз, пожалуйста, — попросил я, напрягая слух.

— Гр-р-р...

Раздался громкий рёв, словно звук натянутой стрелы.

Это был не голос, а звук, и он исходил не из её рта, а из её живота.

— Я... голодная... — пробормотала она.

Словно произнося последнее послание перед смертью, Сасаки-сан, раскрасневшись от смущения, притворилась, что снова упала в обморок.

— Это так стыдно… — сказала Сасаки-сан, извиняясь и жуя батончик с высоким содержанием белка за низким столиком.

Когда я заглянул в её холодильник, чтобы убрать свинину, самым питательным, что я нашёл, оказался этот батончик. Остальное — вода, чай и низкокалорийное желе.

Общая жилая и кухонная зоны в квартире Сасаки выглядели очень просто. Только стол, несколько подушек, да простые коврики и шторы. Даже кухонная утварь была минимальной. Всё это создавало ощущение, что здесь никто толком не живёт.

Если бы здесь жила семья, это место наверняка выглядело бы более уютно и имело индивидуальные черты.

— Я живу одна, — ответила Сасаки-сан, будто почувствовав мой немой вопрос.

— Мой отец знаком с владельцем этого дома, поэтому нам удалось договориться об аренде. Сначала мы с папой переехали в Токио и жили здесь вместе, но в начале этого года его перевели обратно в наш родной город. Теперь он живёт там с мамой.

Эта квартира казалась слишком большой для такой девушки, как она, чтобы жить здесь одной.

— Тебе было нормально остаться здесь, а не вернуться в родной город? — спросил я.

— Да. Папа беспокоился, но я хотела продолжить работать здесь.

— Работать?

Сасаки-сан внимательно посмотрела на меня, словно оценивая, стоит ли доверять. Наконец, она сказала:— …Было бы нечестно скрывать это после вашей помощи.

После этого она стала искать что-то на своём смартфоне, а затем повернула экран ко мне.

На экране — пять девушек.

Они были одеты в наряды, открывающие живот, и каждая из них позировала в своей фирменной манере. Улыбка девушки в центре, с рукой на груди, показалась мне знакомой.

Это та самая улыбка, которую я видел недавно, когда пришёл представиться.

Под фотографией центральной девушки было написано: 【Арису Юзуки (15)】.

— Ты была идолом…?

— Мы ещё в процессе продвижения, — ответила она с улыбкой, настолько естественной, что трудно было поверить, что она только начинает.

— Ну теперь понятно, почему ты выглядишь намного собраннее, чем я.

— Это неправда. Мамори-сан, ты сам довольно собранный.

— Нет-нет-нет.

— Вовсе нет.

Началась типичная «битва скромности». Из опыта я знал, что если это не остановить, оба будут чувствовать себя всё более неловко.

— …Может, стоит отказаться от вежливой речи? Разница в возрасте у нас ведь всего год.

На моё предложение Сасаки-сан немного замялась, бросив взгляд вверх, а затем слегка приоткрыла рот.

— …Ты прав. Приятно познакомиться снова, Мамори-кун.

Арису Юзуки, её настоящее имя — Сасаки Юзуки, застенчиво подтянула кружку поближе.

Я узнал название группы, которое было на экране её смартфона:

【Spotlights】

Уже около года их песни и хореография этой пятерки набирают популярность в соцсетях.

Кажется, я видел их на музыкальных шоу или в развлекательных программах пару раз.

Теперь понятно, откуда у меня было это чувство дежавю.

— Причина твоего голода и обморока связана с поддержанием фигуры?

— Ну, что-то вроде того. У меня тип телосложения, который легко набирает вес, поэтому, если я не слежу, сразу расплываюсь.

С этими словами Сасаки-сан слегка ущипнула себя за руку.

— Но это уже слишком. Ты же явно перегибаешь палку.

— Если я немного набираю вес, приходится подгонять костюмы, а мне хочется выглядеть мило. Понимаешь, фото и видео остаются у людей навсегда.

Независимо от пола, в подростковом возрасте рост и структура тела меняются значительно.

То, что вес увеличился, ещё не означает, что ты «располнел».

— Но разве ты не думаешь, что слишком худая? Ты ведь только что получила свинину, как насчёт приготовить что-нибудь лёгкое?

— Ни за что. Свиная грудинка полна жира и калорий.

Хотя её тон был слегка игривым, я ясно почувствовал её твёрдое намерение отказаться.

— Знаешь, качественные жиры на самом деле полезны. Они необходимы для базального обмена веществ.

— Это неважно. Малейшая небрежность отражается на весе.

— Это же ограниченное издание. Ты уверена, что не хочешь попробовать?

— Нет, мне не нужно. Я наелась батончиками из тофу!

Что за очевидная ложь. Неужели она думает, что я не заметил её взгляды, полные сожаления, направленные на пакет с мясом?

— Ладно, тогда я заберу свиную грудинку обратно.

— …Что?

Как ребёнок, которого бросили родители, Сасаки-сан вдруг опустила глаза.

Когда она делает такое лицо, это заставляет меня чувствовать себя злодеем.

Она не хочет есть, но и не хочет, чтобы мясо забрали.

В таком случае я хочу хотя бы на мгновение сделать Сасаки-сан счастливой.

Аппетит, как одна из трёх базовых человеческих потребностей, не так просто подавить одной лишь силой воли.

— Решено. Я приготовлю это.

Я сжал правую руку в кулак и встал.

— Я-Я же сказала, что не буду это есть!

Дальнейшие споры бессмысленны.

Игнорируя Сасаки-сан, я направился на кухню.

Возможно, осознав мою решимость, за моей спиной раздался крик.

— Я идол Арису Юзуки! Я абсолютно не стану есть жирную свиную грудинку!

Я понимаю её точку зрения. Однако оставить мясо в холодильнике — значит просто позволить ему пропасть.

Если она не может сделать шаг вперёд или назад, я стану тем, кто устранит это колебание.

Кроме того——

Я не хочу больше видеть, как кто-то теряет сознание.

☆☆☆

----------------------

Перевод - Eszramore

Поддержать переводчика можно по https://www.donationalerts.com/r/through

Или по номеру карты

Monobank - 4441 1110 3125 0909

----------

Я сделаю из тебя моего фаната! 3

[Анлейт 1.5-1.6]

Сассаки-сан с пустой миской в руках, к уголку губ которой прилипло зернышко риса, смотрела на меня с яростным, но невинным взглядом, словно голодный ребенок, забыв обо всем на свете.

"Дайте добавки!" — выпалила она, как будто весь ее внутренний мир сейчас зависел только от этого.

Секунду я стоял в оцепенении. Передо мной сидела не "Айдол Арису Юзуки" — утонченная, строгая и всегда сдержанная. Это была обычная девочка, которая только что познала истинное счастье еды.

— ...Подожди минутку.

Взяв ее миску, я снова пошел к плите.

Она, казалось, даже не замечала зернышко риса у своего рта, а ее глаза сияли неподдельной радостью.

"Сассаки-сан, а ты уверена, что хочешь еще? Разве это не повлияет на твою работу?"

— Хочу! — быстро перебила она. — Если это так вкусно, то работа подождет!

На этот раз я не мог сдержать смех.

"Ты ведь только что говорила, что не съешь и кусочка жирного мяса."

Сассаки-сан на мгновение замерла, а потом попыталась оправдаться:

— Я... Я просто... не ожидала, что это будет настолько... волшебно...

Ее щеки покраснели, как будто она только сейчас осознала, насколько жадно набросилась на блюдо.

"Что ж, для волшебного блюда — волшебная добавка," — сказал я, начиная готовить второй раунд.

Пока я готовил, я слышал за спиной довольное бормотание Сассаки-сан, которая, кажется, мысленно заново переживала каждый кусочек съеденного.

"Кажется, я создал монстра," — подумал я, улыбаясь, когда ее искренний голос вдруг пробормотал:

"Мамори-кун... Спасибо."

Ее тихое "спасибо" прозвучало теплее, чем что-либо ранее.

В этот момент я понял: за едой может скрываться больше, чем просто утоление голода.

☆☆☆

«Держи».

«Спасибо!»

Сасаки-сан бережно приняла миску обеими руками, словно ей доверили драгоценное сокровище.

Или, может быть, как фанат, протягивающий руку своему идолу на мероприятии рукопожатий.

Казалось, меня больше не существовало в её глазах; её взгляд был сосредоточен исключительно на миске.

Если она так сосредоточена на еде, это всё, о чём я могу мечтать.

Она облизала губы, поправила палочки для еды. Несмотря на то, что это уже вторая порция, её энтузиазм ничуть не угас.

«Ну, тогда ещё раз. Приятного аппетита… ммм~♥».

Сасаки-сан с полной ложкой в рот радостно замахала ногами.

«Свинина, рис, соус — всё просто великолепно~!»

Если она так наслаждается, значит, готовить это было не зря.

Кажется, я наконец начал понимать, почему мои родители, владельцы ресторана, так преданны своей работе.

«Мамори-кун, ты потрясающий!»

Внезапно она назвала моё имя.

Я думал, она совсем забыла о моём существовании.

«С того момента, как я попробовала это, я поняла — ах, этот человек действительно хочет искренне сделать других счастливыми».

Я широко открыл глаза и вспомнил, почему готовка стала для меня привычкой.

Благодаря отцу я хотел кормить людей вкусной едой. Хотел сделать их счастливыми.

На протяжении всей жизни я готовил для друзей и знакомых множество раз.

Все наслаждались моими блюдами и сладостями, и я чувствовал удовлетворение.

Но это был первый раз, когда кто-то, как Сасаки-сан, смотрел на меня, а не только на мою еду.

«…Почему ты так подумала?»

«Я понимаю. Ведь моя работа тоже заключается в том, чтобы делать людей счастливыми».

Слова Сасаки-сан не звучат как лесть.

Её выражение лица наполнено состраданием, почти напоминающим Деву Марию.

«Аккуратно приготовленная свинина, нарезанный лук-порей, идеально приправленные маринованные редьки. Каждый раз, когда я глотаю, я чувствую заботу Мамори-куна».

Почему-то с недавнего времени улыбка и жесты Сасаки-сан становятся всё ярче, когда она хвалит меня.

——Я не могу отвести от неё глаз.

«Я буду повторять это снова и снова. Мамори-кун, ты потрясающий!»

Тепло, зажжённое в моей груди, стремительно распространялось, пока Сасаки-сан смотрела на меня с улыбкой.

Моё сердце колотилось.

Словно утверждая своё существование, оно громко заявляло о себе в центре моего тела.

Не может быть, чтобы это было правдой, правда?

Я просто приготовил еду и дал ей попробовать.

Сасаки-сан снова сосредоточилась на рисе со свининой… она была полностью поглощена им.

Она быстро двигала палочками, жевала с улыбкой и прищуривалась, даже звук её глотания казался радостным.

И с последним кусочком, отправленным в рот, Сасаки-сан произнесла с восторгом в голосе:

«Ах, это счастье…»

Сасаки-сан выглядела расслабленной, словно забыла, что она идол.

Её щёки порозовели, рот слегка приоткрыт, а глаза мечтательно блестели.

[[image:/storage/reader-images/802e24db10c947703d8173dc0ef42d4616e0d359.jpg]]

Счастье, да?

Эта фраза, вырвавшаяся у неё, как стрела, пронзила моё сердце.

Мамори Судзуфуми, шестнадцать лет. Скоро я стану второкурсником.

Объектом моей первой любви стал идол.

☆☆☆

«Аааа, я натворила дел…»

Сасаки-сан, упавшая с вершины блаженства в бездну отчаяния, склонилась над столом, постукивая головой.

«Ух, и всё это из-за тебя, Мамори-кун…!»

«Ну, я приму это как комплимент».

Собирая посуду со стола, я изо всех сил пытался сохранять спокойное выражение лица.

Сердце всё ещё бешено билось в груди.

Встретив раздражённый взгляд Сасаки-сан, я наконец вздохнул и ответил.

«Не переусердствуй. К тому же другие идолы тоже, наверное, питаются нормально, верно?»

Еда, прежде чем стать хобби или развлечением, была основой жизни.

Но на мой небрежно сказанный комментарий Сасаки-сан нахмурила брови.

«…потому что усилий, которые прикладывают другие, недостаточно».

Её голос стал твёрже.

«Я стремлюсь к вершине быть идолом. Это место, которого я, возможно, не достигну, даже если приложу усилия в десятки или сотни раз больше, чем другие. Усилий недостаточно, но именно поэтому я хочу приложить всё возможное. Я не хочу идти на компромиссы».

Её тон звучал, словно она пыталась приободрить саму себя.

«Мои родители познакомились на мероприятии для фанатов идолов. Они оба любили идолов, и у нас дома было много DVD. Я росла, смотря концертные записи с раннего возраста——»

Чем больше говорила Сасаки-сан, тем больше в её словах звучала страсть.

«——В детстве каждый день был скучным. Мне было неинтересно смотреть телесериалы или видео, которые так любили мои одноклассники. Поэтому я случайно выбирала DVD про идолов с полки дома и смотрела их после школы, чтобы скоротать время. Девушки на экране всегда улыбались, пели и танцевали идеально. Я в итоге полностью погрузилась в то, что изначально было лишь способом убить время».

Сасаки-сан говорила о шарме идолов с такой страстью. Она выглядела, как обычный фанат, который восхваляет своего кумира.

Хотя она сама была идолом, кажется, она так любит эту культуру, что не может сдержаться.

«Дело не только во внешности——Голос, который трогает сердце, танцы, которые подчёркивают песню, выражения и жесты, которые воплощают смысл слов, и харизма, которая очаровывает людей. Все эти элементы делают идола сияющим, и, поскольку ничего из этого не отсутствует, они становятся идеальными идолами. Я тоже хотела бы блистать на такой же сцене——вот почему я стала идолом».

Сасаки-сан положила руку на грудь и закрыла глаза.

С этими закрытыми глазами перед её мысленным взором, вероятно, возникли тысячи идолов.

«Знаешь, слово “идол” на японском звучит как “гуудзоо (偶像)”. Оно означает объект веры или поклонения, что-то, чем восхищаются. Идол — это воплощение идеалов».

Её глаза открылись, и взгляд Сасаки-сан был направлен прямо на меня.

«Я тоже хочу быть таким идолом. Идолом, который настолько ослепителен, что затмевает разум каждого. Поэтому я не хочу делать что-то наполовину. Я не могу позволить своему аппетиту взять верх надо мной».

Сасаки Юзуки стремится оправдать ожидания всех как идол под именем Арису Юзуки.

Я искренне восхищаюсь её настроем и, как сосед, хочу поддержать её тихо, по-своему.

----------------------

Перевод - Eszramore

Поддержать переводчика можно по https://www.donationalerts.com/r/through

Или по номеру карты

Monobank - 4441 1110 3125 0909

----------

Я сделаю из тебя моего фаната 4!

[анлейт 1.7]

— Но пренебрегать едой нехорошо.

Мой тихий комментарий тут же подхватила Сасаки-сан.— Почему ты так считаешь?

В её голосе не было злости, только лёгкое недоумение.

— Это обычная история. Когда я учился в начальной школе, мой отец попал в больницу из-за недоедания. Он работал в том, что называют «чёрной компанией». Задерживался допоздна каждый день и, как оказалось, почти не ел нормальной еды.

Позже я узнал, что его вес был на пятнадцать килограммов меньше среднего на тот момент.

— Однажды утром он внезапно рухнул в прихожей, и его срочно увезли в больницу. Тогда я так испугался, что отец может умереть, что сам чувствовал, будто перестал жить.

Сейчас он, кажется, питается нормально — частично потому, что разрабатывает новые меню, а ещё потому, что мама всегда с ним. Так что теперь я не слишком беспокоюсь. Скорее, папа даже немного потолстел.

— Я не говорю, что тебе нужно сильно набирать вес. Я просто хочу, чтобы Сасаки-сан ела три нормальных приёма пищи в день, прежде чем начнёт свою айдол-деятельность.

— Я понимаю, о чём говорит Мамори-кун. Но это вопрос приоритетов. Для меня самое важное — оставаться идеальным айдолом. Говорить, что еда занимает самое последнее место в списке моих приоритетов, — не преувеличение. Вместо того чтобы тратить время на еду, я хочу практиковать пение и танцы.

— Тогда позволь мне заняться твоими приёмами пищи. Я буду готовить для тебя нормальный завтрак, обед и ужин, а также включу перекусы. В любом случае, ты не можешь продолжать притворяться, что не голодна.

Я не пытаюсь добиться благосклонности, получить деньги или приблизиться к айдолу.Для меня просто нет ничего важнее здоровья.

Но она тихо покачала головой.— Это не то, с чем я не могу справиться. Начиная с завтрашнего дня, я буду принимать добавки, чтобы следить за своим питанием.

Я не могу оставить ребёнка-проблему, который может снова упасть в обморок в любой момент.Если она потеряет сознание на платформе метро или на оживлённом перекрёстке, её жизнь будет в опасности.

— Нет, но всё же...

Возможно, расстроившись от моей настойчивости, Сасаки-сан посмотрела на меня с суровым выражением.— Хватит, это не твоё дело. Просто оставь меня в покое!

Сасаки-сан резко отвернулась, обиженно надув губы, и сдвинула в сторону пустую миску.Что, серьёзно? Ты говоришь это после того, как съела две порции?

Я сел прямо напротив Сасаки-сан, внимательно глядя на её красивое лицо.Я не фанат Арису Юзуки.Как сосед, я искренне беспокоюсь о здоровье Сасаки Юзуки. Особенно если это кто-то, кто тебе нравится, естественно желать им здоровья.

— Если так, я буду действовать настойчиво. Если ты меня не пустишь, я буду оставлять еду у твоей двери. Утром, днём и вечером, три раза в день, семь дней в неделю, без исключений! Если места у двери не хватит, я запихну это в твой почтовый ящик! А если и там места не будет, отправлю курьером!

Не стоит меня недооценивать: в выпускном альбоме средней школы я занял первое место в рейтинге «Скорее всего, станет надоедливым родственником в будущем», опередив всех девочек в классе.

— Этот взгляд… Ты не шутишь?— Да, я серьёзен.

Внутри меня разгорался дух борьбы.Что бы ни говорила Сасаки-сан, я не собирался отступать ни на шаг.

— Понятно. Хм, я поняла. Ты серьёзен, Мамори-кун.

Сасаки-сан глубоко кивнула, словно приняла решение, и приблизилась ко мне.Затем она медленно протянула ко мне правую руку.

Кажется, моя решимость достигла её. Она хочет пожать руку, символизируя дружбу.В момент, когда я потянул свою правую руку…

— Тогда...

Моя правая рука потеряла свободу, оказавшись зажата между двумя руками Сасаки-сан.Это было похоже на сцену с фан-встречи.

— Я сделаю из Сузуфуми своего фаната!

Айдол с непобедимой улыбкой стояла прямо передо мной.

— …Чего?

Когда я держал её в коридоре, её рука была белой и холодной, как фарфор, но теперь она стала горячей.Бурлящие эмоции, казалось, текли от её ладони прямо в моё сердце.

— Я говорю, что сделаю тебя своим фанатом, Сузуфуми.— …Нет-нет, я не понимаю, что ты имеешь в виду.

Почему она вдруг изменила то, как называет меня?К тому же, если выбирать между «нравится» и «не нравится», я уже давно определился.

— Кстати, Сузуфуми, знаешь, откуда произошло слово «фан»?

Сасаки-сан приподняла уголки губ, как будто приглашая меня догадаться.— Эм… Это не от слова fun, которое значит «весёлый»?

— Бип! Неправильный ответ. Правильный — от «фанатик», что значит «увлечённый человек» или «преданный».

Несмотря на мой неверный ответ, Сасаки-сан, похоже, была весьма довольна.Она махнула пальцем и издала звук «ц-ц-ц».

— Вы можете поддерживать своих айдолов, как вам угодно: слушать их музыку, ходить на концерты и встречи, покупать фотокниги. Но, понимаете, фанаты никогда не переходят границу. Они чётко разделяют «айдола как образ» и «реального человека» и наслаждаются в рамках правил — вот как должен вести себя настоящий фанат.

Не понимая, к чему идёт разговор, я склонил голову в замешательстве.

— Абсолютно возмутительно, когда фанаты начинают суетиться о здоровье своего кумира и готовить для него домашнюю еду. Говоря проще, это просто вмешательство. На данный момент Сузуфуми — «сосед», а не «фанат». Именно потому, что мы равны, ты пытаешься заботиться обо мне то тут, то там. Но если я сделаю тебя «фанатиком», ты будешь послушно выполнять мои просьбы, верно?

Теперь понятно: если ты бездумно предан своему кумиру, ты будешь соблюдать дистанцию и не станешь вмешиваться в личную жизнь айдола.Знать своё место и держаться на правильном расстоянии — это и есть пример поведения идеального фаната.Если кто-то самовольно переступает границу, это уже не фанат, а просто сталкер.По крайней мере, логика звучит разумно.

Но Сасаки-сан допустила одну ошибку.А именно... она не учла, что я уже влюбился не в айдола Арису Юзуки, а в свою соседку — Сасаки Юзуки.

— В таком случае я буду готовить для тебя каждый день, Юзуки.

Я мягко разжал руку, которую держал, и встал, называя айдола передо мной по имени, словно общался с близким человеком.

— Если ты хочешь сделать меня фанатом, тогда я совращу тебя своей готовкой. Я не могу вынести мысли, что ты жертвуешь своей жизнью ради образа идеального айдола.

— Я заставлю Юзуки влюбиться в мою готовку настолько, что она не сможет жить без моих блюд! —Скрестив руки, как упёртый владелец раменной, я ухмыльнулся с налётом нигилизма.

— Понятно. Ты хочешь честно сразиться со мной?

Приняв моё заявление о войне, за спиной Сасаки-сан вспыхнули языки боевого духа.

— Я не могу позволить девочке, находящейся в периоде роста, подвергать себя чрезмерным ограничениям в питании. Я разрушу гордость Юзуки своим кулинарным мастерством, и в конце концов она сама будет умолять о миске свинины с рисом!

Сасаки-сан… Юзуки встала, отвечая на мою саркастическую улыбку таким же выражением.

— Это бесполезно. Да, сегодняшняя миска со свининой была очень сытной, но это значит, что мой аппетит полностью удовлетворён. Я больше не поддамся!

— Значит, ты не против, если я снова принесу тебе еду?

— Что?

Я не упустил момент её замешательства и тут же перешёл в наступление.

— Ты же сказала, что не поддашься, верно? Или благородные принципы Юзуки как айдола так легко рушатся перед искушением еды?

— К-конечно нет!

— Ты выглядишь не слишком уверенно. Тебе не обязательно так стараться, знаешь?

— Я не стараюсь! Ты всегда можешь приносить еду!

Отлично, она дала своё слово.

— Хм, ты уверен, Сузуфуми? Интересно, сколько ты выдержишь, когда популярный айдол начнёт приближаться к тебе?

Юзуки указала на меня пальцем и фыркнула с ухмылкой.

— Давай, попробуй. Легко справлюсь с твоими айдольскими приёмами.

Мы уставились друг на друга, наши взгляды сцепились в яростной дуэли.

— Я заставлю Сузуфуми влюбиться в меня как в айдола.— А я заставлю Юзуки влюбиться в мою готовку.

[[image:/storage/reader-images/f28417757a1ecdc1ebe56e60b8a03ab58003ed9d.jpg]]
Без сомнения, это серьёзное сражение.Будет только один победитель, а проигравший должен будет отказаться от своих убеждений и отдать своё сердце другому.Гонг, возвещающий начало матча, звучит.Так начинается битва за желудок и сердце между айдолом и старшеклассником.

----------------------

Перевод - Eszramore

Поддержать переводчика можно по https://www.donationalerts.com/r/through

Или по номеру карты

Monobank - 4441 1110 3125 0909

----------

Сузуфуми, давай быстрее забудем об этом (1)

Раунд 2 — Сузуфуми, давай быстрее забудем об этом (1)

[анлейт 2.1]

С тех пор прошло несколько лет. Я стал студентом университета и наслаждаюсь беззаботной жизнью на кампусе.Сегодня мне исполнилось двадцать лет.

Я получаю одно приглашение за другим от своих друзей по колледжу пойти выпить, но отклоняю их всех, говоря:— У меня уже есть планы.

Стол уже завален блюдами.Бутылка белого игристого вина, стоящая в стороне, была куплена в специализированном магазине импортных продуктов, который часто посещает Юзуки.

— Они сказали: «Оно лёгкое на вкус и легко пьётся, твоему парню наверняка понравится».

Юзуки наливает вино в бокал с застенчивым видом. Да, Юзуки и я стали парой.

Во время весенних каникул несколько лет назад я сделал это заявление Юзуки, которую только что встретил:

— Я заставлю Юзуки влюбиться в мои кулинарные способности настолько, что она не сможет жить без моих блюд!

Миссия была успешно выполнена.

Я наклоняю бокал и пробую своё первое вино в жизни.Да, оно действительно легко пьётся… наверное. Есть небольшая горчинка, но в целом оно похоже на сок.— Мне правда хотелось бы отвести тебя в какой-нибудь шикарный ресторан. Но нам нужно учитывать мнение общественности.

Поглядев в сторону, я вижу, что Юзуки смотрит на меня влажным взглядом.

— Эй, Сузуфуми...

И это были не только её глаза.Её губы тоже были влажными, и я почувствовал, как меня тянет к ним.

— Хочешь поцелуй?

— Чт… Что ты такое вдруг говоришь?

— Тебе это не нравится?

— Не то чтобы мне это не нравилось, но...

С тех пор как мы начали встречаться, у нас были исключительно платонические отношения.Но, возможно, из-за того, что мне исполнилось двадцать, сегодня Юзуки ведёт себя необычно напористо.

— Так что, давай… Я хочу поцелуй… от Сузуфуми?

Юзуки закрывает глаза и слегка наклоняет подбородок вверх.Затем она касается центра своих губ указательным пальцем. Её кожа белая и гладкая, нос ровный, губы нежного цвета сакуры.

Юзуки, которая продолжает есть мои блюда, стала здоровее, и её лицо стало ещё более женственным.Я осторожно касаюсь её щеки.Она кажется немного холодной, но в то же время тёплой — а глубоко внутри ощущается настоящее тепло.Я медленно приближаю свои губы к её губам нежного цвета сакуры.

Десять сантиметров.Пять сантиметров.Четыре сантиметра.

— Сузуфуми, утро, просыпайся.

Три сантиметра, два сантиметра. Кто-то зовёт меня. Один сантиметр...

И я просыпаюсь.

Я в пижаме, в своей квартире, на своей кровати.Мой разум постепенно пробуждается, выходя из состояния сна, и я вспоминаю прекрасную девушку, которая играла главную роль в моём сне.

Она из пятичленного айдол-группы 【Spotlights】. Их абсолютный ас — Арису Юзуки, пятнадцатилетняя.Родом из города Ниигата, префектура Ниигата. Рост 154 сантиметра. Группа крови A.

Её «имиджевый» цвет — жёлтый. Её любимая еда — галеты и крепы.Она дебютировала как самая младшая участница 【Spotlights】 в возрасте двенадцати лет.

Благодаря её отличному музыкальному чутью, врождённому высокому айдол-сознанию и серьёзному отношению она постепенно завоевала популярность и сейчас оказывает сильное влияние как ведущий участник группы.

В прошлом году вышла песня с лёгкой для повторения хореографией, которая стала темой обсуждения в соцсетях, привлекая внимание.С тех пор она много появляется не только в музыкальных шоу, но и в развлекательных программах и драмах.

Если заглянуть в вики, можно найти её профиль и историю карьеры подробно расписанными.Она использует красивую фамилию «Арису», но это просто её сценическое имя.

Её настоящее имя — Сасаки. Обычная, ничем не примечательная фамилия, которая может встретиться где угодно.И эта девушка с обычной фамилией — моя соседка.

Тем не менее, после вчерашнего мне снится такой желанный сон...Это само по себе говорит о том, какое сильное впечатление на меня произвела наша встреча с Юзуки.— …

Положив руку на грудь, я чувствую, как моё сердце бьётся учащённо.

— Сузуфуми, утро, просыпайся!]

— Да-да, я уже встаю… хм?

Где-то раздаётся милый голос.

— Давай же, сегодня у нас свидание, помнишь? Вставай быстрее!

У меня были такие планы?Да, теперь, когда это сказано, я начинаю припоминать.

— Или ты предпочитаешь провести свидание дома? Может, вернёмся в постель и поспим вместе?

Это предложение звучало довольно заманчиво.Я хотел ощутить тепло, отличающееся от тепла одеяла, но мне нужно было запустить стиральную машину.

— Если ты не встанешь сейчас, я тебя поцелую, понятно?

Ладно, я обратно спать.Мой разум был уже достаточно ясен, чтобы выдать такую реплику, но я просто поднял смартфон с подушки и уставился на светящийся экран.

— Давай же, просыпайся! Скучно смотреть телевизор одной!

Голос девушки раздавался из моего смартфона.

Будильник сменил звук… Вероятно, виновата в этом обладательница голоса.

— Я сделаю Сузуфуми своим фанатом!

Вчера Юзуки мягко взяла меня за руку и заявила это.

Фанаты держатся на расстоянии.

Фанаты не вмешиваются в личную жизнь своего айдола.

Фанаты не готовят домашние блюда для своего айдола.

Одним из айдол-товаров является голос для будильника.Так что это тоже часть её стратегии, чтобы очаровать меня как «фаната».

Теперь, вспоминая вчерашний вечер, был вот этот разговор после её объявления о войне:

— Эй, Сузуфуми, давай обменяемся контактами.

— Конечно… но я всё ещё плохо разбираюсь в приложении.

— Тогда я сделаю это за тебя.

— Правда? Это поможет. Я помою посуду, так что держи, мой смартфон.

— Хорошо~

Как только она поднялась со своего места, мне показалось, что на её лице мелькнула хитрая улыбка.Должно быть, она тайком записала голос для будильника, пока добавляла свои контакты.

Понятно, она серьёзно настроена.В таком случае я тоже пойду ва-банк, чтобы заставить её влюбиться в мои кулинарные способности.

На данный момент я уже прослушал голос будильника пять раз.

--------------------

Перевод - Eszramore

Поддержать переводчика можно по https://www.donationalerts.com/r/through

Или по номеру карты

Monobank - 4441 1110 3125 0909

----------

Сузуфуми, давай скорее забудем об этом, часть 2

[Анлейт 1 том главы: 2.2-2.3-2.4]

У айдолов не бывает весенних каникул. Поэтому график Юзуки дома крайне нестабильный.Иногда она уходит рано утром, а иногда возвращается домой поздно ночью.Её расписание расписано по минутам: работа, уроки пения и танцев, встречи и многое другое.Именно поэтому ей следовало бы серьёзно относиться к питанию. Тело — это актив, и здоровье начинается с тела.

Сегодня был уже седьмой час вечера, когда из комнаты 810 донёсся звук поворота ключа в замке.Айдол вернулась домой. Я рассчитал время и с готовым ужином позвонил в дверь соседней квартиры.После короткой паузы из глубины монитора донёсся голос:

— Ты правда пришёл.

Тем не менее, дверь открылась.

— Йо, я принёс тебе ужин, Юзуки, — стараясь звучать бодро, поздоровался я.

— Я же сказала, что он мне не нужен.

Тон Юзуки был холодным.Похоже, она только что вышла из ванны: её длинные чёрные волосы были влажными, а щеки чуть покраснели.Она была одета в белую футболку и короткие шорты.

Я чуть было не залюбовался её ногами, но поспешно отвёл взгляд.

— Да брось, не будь такой строгой. Смотри, я даже потрудился принести всё в специальной коробке окамоти.

Окамоти — это серебристый квадратный ящик, часто встречающийся в сценах с доставкой еды из традиционных китайских ресторанов.Я одолжил его из кладовки нашего изакая.

— Хм, я не попадусь на тот же трюк дважды. Знаешь, я только что закончила тренировку.

Похоже, она занималась сразу после возвращения с работы.Несмотря на насыщенный график, она, вероятно, хочет поскорее отдохнуть.

— Пятьдесят приседаний, тридцать повторений с роликом для пресса и три подхода моего авторского тренинга. Я делаю это утром и вечером. А для завершения — вот это.

С самодовольной усмешкой она достала шейкер, чуть больше ладони.

— Протеиновый напиток для эффективного потребления белка. Идеально, правда?

Я почувствовал её сильную волю. Похоже, она была готова к моему приходу и решила дать мне отпор.

— ...Ты же не скажешь, что это и есть твой ужин?

Я прищурился, глядя на неё, и Юзуки, будто стараясь скрыть что-то, прикрыла рукой живот.

— С этим вчерашний инцидент с миской свинины теперь в расчёте. Я больше не совершу ту же ошибку дважды.

С лёгким румянцем на щеках она злобно посмотрела на меня.Похоже, она хочет компенсировать калории, полученные вчера, сегодняшней скромностью.

Юзуки открыла крышку шейкера и быстро выпила протеин. Она поставила руки на бёдра, словно старик, наслаждающийся пивом после ванны.

— Фух! Это было вкусно! А теперь, Сузуфуми, иди-ка скорее домой.

Юзуки махнула руками, как будто прогоняя меня.

Я не мог просто так уйти после того, как увидел такую несбалансированную диету.Я сдвинул переднюю крышку окамоти, чтобы показать её содержимое.Я убрал перегородку, которая обычно разделяет верхний и нижний ярусы, чтобы всё было видно.

— Ну, сможешь ли ты сказать то же самое после того, как увидишь это?

На овальном блюде белоснежный бешамель окружает мясной соус, похожий на мифический континент, плавающий в озере.Под красным и белым соусом лежит золотое сокровище шафранового риса.

— Сегодня в меню — миланская дория.

— Угх!

Юзуки отступила назад, прижимая руку к животу.Даже популярный айдол, который пробовал много дорогих блюд, наверняка знает об очаровании миланской дории.Это фирменное блюдо национальной итальянской сети ресторанов и неизменный фаворит номер один.

— Смотри, это полностью ручная работа, понимаешь? Разве ты не хочешь попробовать великолепное сочетание насыщенного и нежного бешамеля с мясным соусом, в котором полно мяса говяжьего бедра?

— Я съем... Нет!

Юзуки подняла обе ладони, будто выставляя барьер, и решительно отказалась даже смотреть на дорию.

— Думаешь, сможешь устоять, если не будешь смотреть?

Как наивно.Я достал из левой руки секретное оружие — молочный продукт в небольшом пакетике.Я посыпал его содержимым блюдо.

— Этот запах... неужели это сыр?

Я ухмыльнулся.

— Я воспользуюсь кухней.

— Н-нет, нельзя!

Юзуки попыталась преградить мне путь, раскинув руки, но я проскользнул мимо неё, словно прорвав финишную ленту, и направился к кухне.

Когда я вхожу на кухню, Юзуки пытается остановить меня, широко раскинув руки. Однако я прохожу мимо, словно преодолевая финишную черту, и направляюсь в дальний конец кухни. Следуя вчерашней схеме, я снова оказался в доме женщины без приглашения. Конечно, это не обходится без чувства вины, но, безусловно, это серьезная битва.

Чтобы достичь благородной цели - влюбить Юзуки в мою стряпню, я не могу просто стоять и вежливо поддерживать беседу. Теперь, когда дело дошло до этого, я зайду так далеко, как только смогу. На кухне я обнаружил тостерную духовку, расположенную на верхней части холодильника. Вставьте блюдо и поверните рычаг. Верхняя часть загорается красным, сыр поджаривается и подрумянивается.

"А-а-ахм..."

Привлеченная запахом, Юзуки, пошатываясь, идет на кухню. Я беру ее за руку и усаживаю на подушку перед низким столиком.

Звонок таймера сообщил о завершении, и я открыл тостер. В тот же миг аромат наполнил комнату.Я невольно сглотнул.

Поставив подставку на стол, я водрузил на неё горячее блюдо.Как в последнем акте сопротивления, Юзуки снова закрыла глаза.

— Ну что, взгляни сама, своими глазами? —

Я прошептал ей на ухо, и она вздрогнула.Затем, с опаской, Юзуки приоткрыла глаза…

— Ээко… —

Красно-белый соус пузырился.Сыр с идеальной корочкой словно танцевал на блюде.Этому золотисто-коричневому зрелищу никто бы не смог устоять.

Миланская дория — это блюдо, которое доводится до совершенства в процессе запекания.Кулинария — это не только вкус, но и удовольствие для всех пяти чувств.Я аккуратно погрузил ложку в дорию. Лёгкий хруст мягко коснулся моих барабанных перепонок.Я зачерпнул содержимое ложкой и протянул её Юзуки.

— Ну же, открой рот.

— Н-нет, я не хочу…

Юзуки вытянула руку, чтобы держать ложку как можно дальше, но факт, что она всё ещё держалась за неё, показывал, что её инстинкты уже сдались.

— Чем дольше ты ждёшь, тем твёрже становится сыр, и блюдо теряет вкус, знаешь ли? Дория вкуснее всего, пока она свежая.

— Я… не хочу…

— Тогда скажи, почему ты поджимаешь губы, как будто собираешься дуть на что-то горячее?

— Угх…

Щёки Юзуки загорелись красным, как мясной соус, от смущения.

— Я знаю, твоё тело реагирует само по себе перед горячим блюдом. Другими словами, твой рот хочет дорию.

— Это…

— Позаботимся о твоём теле. Ведь это не просто еда, верно? Это что-то вроде ухода за телом. Как маска для лица после ванны или растяжка.

— П-правда? Но…

Её голос терял силу, звучал неуверенно.Теперь, когда дело зашло так далеко, остался последний рывок. Я нанёс завершающий удар.

— Для тебя я специально увеличил количество сыра.

— "~~"

Рука Юзуки, державшая ложку, внезапно напряглась. Наконец, она слегка подула на дорию, чтобы остудить поверхность, и поднесла ложку к фонтану вкуса. В тот момент, как дория попала в её рот, её до этого пустые глаза внезапно засветились.

— Молочный, но острый бешамель, кислые томаты, говядина с богатым умами — всё это нежно поддерживается шафрановым рисом. А сверху сыр, чьё влияние многократно усилилось благодаря запеканию…

Её глаза раскрылись ещё шире, и ложка рванулась за новой порцией.

— Во рту раскрываются вкусы, звуки и ароматы, как будто я переживаю музыкальный спектакль…

Юзуки, будучи действующим айдолом, объясняла прелесть дории с точки зрения развлечений.

Когда я поставил два премиальных дополнения в угол стола, они мгновенно исчезли из виду.Одним из них был тёртый сыр. Юзуки рассыпала порошкообразный снег поверх уже плавленого сыра.

Другим был острый соус. С каждым встряхиванием бутылочки Юзуки ярко-красный соус украшал её «холст».

— Сильный мясной соус смягчается порошковым сыром. При втором добавлении его текстура смешивается с мягким сыром, создавая радость от различных ощущений. А острый соус придаёт пикантную нотку, делая дорию увлекательной и нескучной.

Я подумал то же самое вчера: во время еды Юзуки становится разговорчивой. Возможно, это последствия того, что она обычно подавляет аппетит. Может быть, ей больше подошла бы карьера гастрономического критика, чем айдола?

— Шафрановый рис создаёт ощущение праздника, не так ли? А ещё мне нравятся хрустящие кусочки, получившиеся из-за тостера.

Прикладывая руку к щеке, Юзуки сужала глаза от наслаждения.Ох, я так заслушался, что совсем забыл подать гарнир.

— Я ещё приготовил креветки попкорн. Будешь?

— Конечно!

Немедленный ответ. Она широко открыла рот и наслаждалась ими, как закуской.

— Они такие лёгкие, буквально тают во рту, что я не могу остановиться. А комбинация с сладким соусом Аврора просто затягивает. Хм, а что это за оранжевый соус?

— Это оригинальный морковный соус, сделанный из моркови, которую я получил в подарок. Приправленный сахаром, солью и оливковым маслом. Это соус, который можно съесть, но с лёгкой текстурой.

— Ммм, хрустящая текстура интересная. Думаю, я тоже на него подсажусь.

Гора креветок попкорн быстро уменьшалась. Это напоминало кормление питомца.

☆☆☆

— …Но, знаешь, это немного неловко, когда тебя так пристально смотрят со стороны…

— Непобедимая идол не должна волноваться из-за взгляда мужчины. Или ты не можешь быть идолом передо мной?

— Это не правда! Сейчас покажу!

Она сменила вилку на ложку с решительным выражением лица.

— Итак, сегодня у нас миланская дория. Без лишних слов, давайте сразу приступим к дегустации!

Начался пародийный критический обзор еды.Притворившись, что мой взгляд — это камера, она преувеличенно подняла ложку.Даже удерживая еду, она сохраняла милую улыбку, и до этого момента всё шло гладко.Однако выражение лица Юзуки мгновенно изменилось, как только вкус соуса и шафранового риса распространился по её рту.

Её глаза и рот словно растаяли, как у человека, наслаждающегося горячим источником.

— Просто невозможно… Этот рис забирает всё моё внимание…

Честно говоря, я мало что знаю об айдоле Арису Юзуки.Конечно, я пару раз видел её по телевизору и в интернете, но никогда особо не увлекался и жил без всякой связи с идолами.Но теперь я могу утверждать, что полностью очарован Сасаки Юзуки.

— Спасибо за еду!

Каждый раз, когда я вижу пустую тарелку, моё сердце наполняется счастьем.

☆☆☆

— Аххх. Я снова это сделала…

Юзуки прижала голову к столу. Такая сцена повторяется уже два дня подряд.

— Завтра я даже не открою тебе дверь!

— Странно. Кто же это сказал "Ты всегда желанный гость"?

Юзуки запнулась, когда я нарочито ехидно произнёс это.

— Арису Юзуки всегда должна быть идеальной…

Я спросил её, пока она опустила голову от расстройства:

— Разве так важно оставаться идеальной? Юзуки, я серьёзно не хочу отрицать твоих стараний, но отдых тоже важен. Это не сцена, и здесь нет камер.

— Именно поэтому. Быть идеальной на сцене — это само собой разумеющееся, но истинная идол должна оставаться идолом с самого момента пробуждения утром. Каждую секунду, когда ты расслабляешься, разрыв с соперниками увеличивается.

— Это…

— абсурдно, я не смог сказать этого.

На самом деле, Юзуки была полностью предана своей роли идола, даже когда встречала меня при переезде.Даже дома она оставалась "идолом".

— Каждый день все усердно работают, стремясь к вершине в своей работе или посвящая себя клубным занятиям и учёбе. Но как бы они ни старались, иногда люди не могут смотреть только вперёд. В такие моменты идолы поддерживают их. Видишь ли, идолы — это как группа поддержки для всех.

— Группа поддержки…

Если у человека есть "что-то", к чему можно направить свои чувства "нравится" — "что-то", что позволяет забыть о работе, учёбе, отношениях и даже времени, — это приносит ему огромное утешение.

— Но я беспокоюсь о тебе, Юзуки. Разве у всего нет предела?

— Я не перенапрягаюсь. Я просто хочу продолжать быть идеальной, чтобы выполнять свою роль. Поэтому я не могу позволить себе снова проиграть Сузуфуми.

Неожиданно Юзуки обхватила мою правую руку обеими руками.Атмосфера в комнате мгновенно изменилась.

— Спасибо за сегодня, за всё, что ты сделал для меня.

Её голос был лёгким, как облако из ваты.Её улыбка сияла, как солнце, пробивающееся сквозь облака.Через её руки передавалось тепло.

Передо мной появилась "Арису Юзуки".

От внезапного физического контакта моё сердце забилось чаще.

— Фуфу, ты застеснялся. Милый.

Я уже говорил это много раз, но я не фанат Арису Юзуки.— Но такие внезапные атаки ужасны.

Я почувствовал, как от напряжения ладони начали потеть.В панике я попытался освободиться, но Юзуки крепко держала меня за руку.

— Я отпущу тебя, если Сузуфуми станет моим фанатом.

Её десять изящных белоснежных пальцев обхватили мою правую руку.Для обычного человека вроде меня рукопожатие с девушкой — это уже выход за рамки повседневности.

— …Сузуфуми, давай просто забудем об этом. Быть "домашним поваром" для соседской девушки — это просто хлопотно.

Юзуки сжала мою руку сильнее.Сладкое искушение, шёпотом исходящее от её прекрасных губ, медленно разъедало моё сердце.Я хотел ответить ей, сжать её руку в ответ…

Но я чувствовал, что, сделай я это, я больше не смогу назвать наши отношения соседскими.

— Тогда я буду твоей группой поддержки, Юзуки!

Я взял стакан со стола левой рукой и приложил его к тыльной стороне её ладони.

— Холодно!

На мгновение её хватка ослабла.Я аккуратно освободил свою правую руку и вложил в ладонь Юзуки стакан.Кстати, в стакане — домашний лимонад.

Юзуки с недовольным видом надула губы, а я, стараясь сохранять видимость спокойствия, сообщил ей:

— У меня даже есть морковный тарт на десерт.

— Сузуфуми такой упрямый.

Юзуки, всё ещё с недовольным выражением, потянулась к лимонаду и сделала глоток через трубочку.

--------------------

Перевод - Eszramore

Поддержать переводчика можно по https://www.donationalerts.com/r/through

Или по номеру карты

Monobank - 4441 1110 3125 0909

----------

Какая часть? Эй, какая часть?

— Однажды глава нашей семьи внезапно рухнул в прихожей дома без каких-либо видимых признаков нездоровья и был отправлен в больницу. Причиной стали переутомление и недоедание.

Сначала я был очень растерян. Каждый день, возвращаясь из школы, я видел, как отец просто бездумно смотрит телевизор.

Мама работала полный день, так что о доходах можно было не беспокоиться, но проблема была в еде.С тех пор как мы начали ужинать вместе, мы делили между собой готовую еду, купленную в магазине.

Между нами не было и следа разговора.В таком состоянии я не мог представить, что он выздоровеет.

Вот почему я начал искать видеоуроки по приготовлению пищи и готовить, подражая увиденному.Первое, что я попробовал приготовить, — это яичница. Я испортил четыре яйца, прежде чем получилось что-то приличное.

Потом я попробовал приготовить карри. Хотя я следовал инструкции на упаковке, соус почему-то получился водянистым, а овощи оказались недоваренными.

Отец ничего не сказал, просто продолжал есть мои неудавшиеся блюда.День за днем — каждый день.

Спустя какое-то время настал последний день его больничного.Хотя бы напоследок я хотел создать для отца более приятную атмосферу за едой и принести хоть немного радости в его жизнь. Я подал ему своё самое лучшее блюдо.

Это было меню, которое я практиковал много раз, используя ингредиенты, купленные на свои карманные деньги, отдельно от наших повседневных продуктов.

В тот день, как обычно, отец молча попробовал мою еду. И к моему удивлению — он поправил палочки для еды, наклонился ближе к столу и начал быстро есть. В конце концов, доев всё до последнего кусочка, отец произнес несколько слов:

— Было вкусно.

— Прошло несколько лет с тех пор, как я последний раз слышал его голос с таким теплом.

На столе стояла миска с рисом и свининой, в которой не осталось ни зернышка.

Сразу после возвращения к работе отец уволился. Более того, он стал часто отсутствовать дома.Прошло немного времени. Однажды вечером, когда мы втроем собрались за ужином, отец сделал неожиданное заявление.

***

— В последний день весенних каникул звук дверного звонка разбудил меня.

— Сейчас иду.

Протирая глаза, всё ещё в пижаме, я направился к двери.Наверное, это курьер.

Иногда отец присылает огромные коробки с едой и запиской: «Попробуй это, рекомендую!»Иногда это дорогие сорта мяса, иногда органические овощи, иногда ограниченные партии сладостей.

Я благодарен за заботу. Проблема в том, что еды приходит слишком много, чтобы один человек мог всё съесть.Разобраться с объёмом, которого хватило бы на десять человек, — настоящая борьба.

Я надел сандалии и открыл дверь.

— Доброе утро, Сузуфуми.

Передо мной стояла соседка из комнаты 810, Саки Юзуки.

— Уже восемь утра. Ты ещё спал? — Юзуки смотрела на меня глазами учителя, упрекающего ученика, задремавшего на уроке.

— Доброе утро, Юзуки.

Понятно, значит, одного голосового сообщения мало, ты пришла разбудить меня лично.Она была в рубашке и шортах, а её длинные ноги ослепляли своей красотой.

— Я давно уже не сплю.

— Твой ответ звучит как автоматический перевод.

Ну да, если бы сегодня был будний день, я давно бы встал и позавтракал. Но весенние каникулы ещё не закончились, так что это обычное дело.

— Уже на работу? Ты, наверное, очень популярна.

— На самом деле я сегодня немного опаздываю. Вот, держи.

Юзуки протянула мне книгу.На обложке была изображена девушка, лежащая на кровати и смотрящая прямо в камеру.

— Это мой первый фотоальбом, который вышел сегодня. Дарю тебе, Сузуфуми.

Юзуки на обложке выглядела женственно и смотрела прямо на меня.У меня даже сердце забилось быстрее, как будто мы действительно делим одно ложе. Следа сонливости больше не осталось.

— Его уже начали допечатывать на стадии предзаказа, так что в книжных магазинах его вряд ли можно найти.

На обложке была надпись: «Покупки, ужин, пляж... Неизменный центр 【Spotlights】. Ближе к жизни Ариcу Юзуки!»

— Ах, мне пора. Пока!

Прижав фотоальбом к моей груди, Юзуки приблизилась к моему уху.

— Веселись как следует, хорошо?

Чувствуя щекотку в ушах, я инстинктивно отступил. Юзуки озорно улыбнулась, махнула рукой и направилась к лифту.

Я стоял у входа, держась за ухо, провожая её взглядом.

Веселись как следует... она говорит о весенних каникулах, да?

Стук моего сердца не утихал, пока я продолжал повторять себе что-то подобное.

****

Утром я закончил стирку, уборку и походы по магазинам, а также забрал свою форму из химчистки.

Днем я распаковал оставшиеся вещи, а заодно пересобрал запасные продукты в мешке аварийного комплекта.

Потом я посмотрел записанные программы и занялся огородом на балконе. Когда наступил вечер, дела у меня окончательно закончились.

— Делать было больше нечего...

Я вернулся в комнату и сел в позу сейдза на своей кровати.

В руках у меня был фотоальбом, который я получил этим утром.

Я вернулся в свою комнату и сел на кровать.

В руках у меня был фотоальбом, который я получил сегодня утром.

Фотоальбом - это, по сути, коллекция «милашек». Другими словами, это все равно что войти в ее «родной дом». Для Юзуки, которая пытается завоевать меня в качестве поклонника, это должно быть одним из ее козырей.

Самое лучшее, что я мог бы сделать, — это запечатать фотоальбом, так и не открыв его.

Но, знаете... это было бы грубо по отношению к Юзуки, да и, честно говоря, я действительно хочу его посмотреть.

Ведь он наверняка невероятно милый.

Сделав несколько глубоких вдохов, я решился и открыл обложку.

Первое, что привлекло мое внимание, — это Юзуки, прогуливающаяся по парку.На ней была белая футболка и спортивные штаны, создававшие спортивный и повседневный образ.

С каждой перевораченной страницей она предстает в новом облике: комбинезон, костюм горничной, роскошные платья и так далее.

Когда я дошел до середины фотоальбома, сцена сменилась на пляж.

Юзуки завязала подол футболки на талии, открыв пупок.

Футболка плотно облегала её фигуру, подчеркивая контраст между грудью и талией.

— Веселись как следует, хорошо?

Слова, которые Юзуки шепнула мне, продолжали звучать в моей голове, заставляя её кружиться.

Я не должен придавать этим словам слишком большого значения.

В конце концов, фотоальбом — это как картина в музее.

Его цель — уважительно восхищаться им и углублять признание.

Не теряй самообладания, сохраняй спокойствие.

Я успокоил свое сбившееся дыхание и перевернул ещё одну страницу.

— "!"

Передо мной предстала Юзуки в купальнике.Под ясным небом, на фоне изумрудного моря, она была в синем бикини, соперничающем по красоте с окружающей природой.

Верх купальника, украшенный рюшами и двумя треугольными кусочками ткани, отчётливо подчёркивал её декольте.

Не слишком большой, не слишком маленький, просто идеальный размер.

Низ купальника был выполнен в стиле парео, что выглядело не только мило, но и навевало ощущение вечного лета.

Видеть девушку, которой я увлечен, в бикини... Это становилось опасным во многих отношениях.

Я закрыл фотоальбом и спрятал его в нижний ящик стола.

В спешке я направился на кухню и выпил холодный зелёный чай.

Ощущая холод в голове, я смог стряхнуть с себя земные желания.

Юдзуки, наверное, предвидела такую мою реакцию, когда вручала мне фотоальбом.

Чем больше я мучаюсь, тем больше я играю ей на руку.Листать страницы дальше было бы опасно.

— Я дома!

Из соседней квартиры послышались голос и звук открывающейся и закрывающейся двери.

— Я спасён.

Теперь настало время перейти в наступление и начать готовить ужин.Сегодняшнее меню — якисоба.

Сначала подготовим овощи. Я тщательно шинкую капусту и нарезаю морковь тонкими полосками.Можно добавить проростки сои, лук и различные грибы, но слишком много ингредиентов может сделать вкус негармоничным, поэтому при готовке якисоба я ограничиваюсь двумя видами овощей.

После нарезки я добавил в разогретую сковороду свиной жир. Хотя обычное масло тоже подойдёт, использование свиного жира значительно улучшает блюдо и делает его более сытным.

Я обжарил свинину и овощи, затем добавил размятые на порции китайские паровые лапши.

Смешав ингредиенты и лапшу, я полил всё специальным соусом, чтобы он равномерно покрывал блюдо.

В качестве секретного ингредиента добавил немного устричного соуса, чтобы усилить вкус.

Затем я увеличил огонь, чтобы поверхность лапши слегка подрумянилась.

На завершающем этапе я посыпал блюдо аонори (морскими водорослями), кацуобуси (стружкой тунца) и хрустящими остатками от темпуры. Конечно, не забыл добавить большую порцию маринованного красного имбиря.

Время готовки заняло меньше тридцати минут, но это было хорошей сменой обстановки.

К этому моменту воспоминание о Юдзуки в бикини уже было далеко.Её грудь, пупок и талия вовсе не отпечатались у меня в памяти!

Услышав звук открывающейся двери на балконе, я включил вытяжку как форму приветствия.

Пусть запах слегка подгоревшего соуса дразнит тебя сейчас.

Ранее я полностью попался в её ловушку, но теперь моя очередь.

Сегодня вечером я удовлетворю тебя своей большой и вкусной порцией якисобы.

Я так беззаботно мыслил в тот момент.Но я не знал, что через несколько минут переступлю черту мужского достоинства.

***

Как обычно, я беру с собой окамочи и звоню в дверь соседней квартиры.

Сегодняшняя стратегия такова:Сначала я предложу тарелку горячей якисобы — классический ход.

Как и с миланской донией накануне, я не забуду эффектного момента — посыпать зелёные водоросли и темпурные крошки прямо на глазах у неё. На этом этапе она, вероятно, ещё не сдастся, поэтому я перейду ко второму удару.

Кроме якисобы, у меня есть белый рис. Я не предлагаю есть рис как гарнир к якисобе, хотя это тоже вкусно. Моя цель — приготовить собамэси — блюдо класса B из Кобе. Оно представляет собой мелко нарезанную якисобу, обжаренную с рисом. Чтобы оттенить вкус, я планирую завершить его рыбной посыпкой. Это идеальный план.

Для очищения вкусовых рецепторов я также подготовил отварной шпинат в нижнем отделении окамочи.

Дверь открывается. Сегодняшняя Юзуки не держит в руках ничего съедобного, что означает — она беззащитна.

— Я приготовил ужин. Сегодня в меню якисоба. Давай поедим вместе, — с улыбкой говорю я.

Юзуки лишь тяжело вздыхает в ответ.Ну же, сопротивляйся, как обычно. Я готов к любому сценарию.

Однако её слова ошеломляют меня:

— Заходи.

— Что?

Она только что сказала «заходи»? Та самая Юзуки, которая накануне всячески сопротивлялась?Что происходит?

Вчера и позавчера, едва я предлагал свою еду, Юзуки морщилась и отчаянно отказывалась. Но сегодня она необычно покорна и безропотна.Озадаченно качая головой, я следую за ней в гостиную.

Даже когда я достаю серебряное блюдо с якисобой из окамочи, Юзуки с трудом сглатывает, но её выражение всё же отличается от привычного.Ладно, моя задача проста — выполнить свою миссию.

Рассыпав разные топпинги на якисобу на низком столике, я делаю жест рукой:

— На этот раз я выбрал толстую лапшу, чтобы наслаждаться её текстурой. Овощи я нарезал крупно, чтобы сохранить хруст.

— Я думала о том, почему проиграла последние два дня, — с решительным видом Юзуки отодвигает тарелку.

— Донбури со свининой и миланская дония — это блюда, которые трудно приготовить дома. По сути, такие вещи заказывают в ресторанах, и именно их редкость заставила меня поддаться.

— Понятно.

— Но сегодняшняя якисоба — другое дело. Её легко сделать дома, и она часто встречается на фестивалях или уличной еде. То есть это не блюдо, которое уникально для данного момента!

Юзуки, указывая на меня пальцем, выглядела как великий детектив, разоблачающий преступника.Значит, она решила, что, раз якисоба не редкость, она сможет устоять перед искушением. Вот почему она так легко пустила меня в дом.

Какая же наивная.

— Эта китайская лапша — продукт той же фабрики, с которой работает магазин моего отца. Её сложно найти в обычных магазинах.

— Что?

С лица Юзуки исчезло всё спокойствие.

— На фабрике смешивают четыре вида муки, тщательно отобранной по методу помола и происхождению. У них даже есть слоган: «Божественная лапша, идеально сочетающая мягкость и упругость».

— Б-божественная лапша...

Интенсивность её голоса резко снизилась. Но Юзуки всё ещё отчаянно мотала головой, пытаясь отбросить соблазн.

— Что тут божественного! Это же не единственный шанс попробовать её!

— Увы. Эта фабрика закроется летом из-за нехватки преемников.

Отец делает крупные заказы последние несколько месяцев, чтобы отблагодарить их. Якисоба с этой лапшой пользуется большой популярностью как финальное блюдо в его заведении.

— З-заткнись! Знай, сегодня я не проиграю!

Осознав, что логическое сопротивление бесполезно, Юзуки делает последнюю ставку на упорство.— Якисоба — это просто куча углеводов! Я не хочу есть это антидиетическое блюдо! Коричневые лапши, запах обжаренного соуса, обилие мяса, свежие овощи, топпинги на столе — ничего из этого не заставит меня сдаться!

— Хм?

— Конечно, толстая лапша имеет сильную текстуру, и я чувствую вкус пшеницы. Она действительно хорошо сочетается с соусом, так что она подходит для якитсобы! Кстати, на этой фабрике делают лапшу с низким содержанием углеводов?

— Нет, не думаю...

— Ой, правда? И, кстати, ингредиенты, нарезанные крупнее, чтобы быть более заметными, тоже мне нравятся! Хотя мне всё равно, что мне нравится!

Юзуки, ты случайно не сдаёшься прямо сейчас?Подожди, подожди. Куда делась твоя твёрдая воля?

Причину её быстрого изменения я могу угадать.Это не только лапша с фабрики. С самого начала Юзуки вдыхала аромат приготовленного соуса.

Мало кто способен сохранять самообладание перед богатым ароматом якисобы.

Как испытание, я толкаю тарелку с якисобой обратно к Юзуки.

Она возвращает её. Ещё раз, я проталкиваю тарелку от себя к Юзуки.На этот раз тарелка не возвращается.

Значит, всё?

Решив, что пора действовать, я поднимаю голос.

— Давай есть, пока горячее! Сложим руки и...

— У-у… — Юзуки, слегка запоздало, берёт палочки и складывает руки.

— Итадакимас!

— Итадакимас...

Да, сегодня победа снова за мной. Честно говоря, это было слишком просто.Юзуки с небольшой нерешительностью берёт половину порции якитсобы.Медленно пережёвывая, её выражение начинает светлеть.

— ...Такая упругая! ❤

Она продолжает с ещё одним кусочком.На этот раз она смело захватывает палочками большую порцию лапши и шумно всасывает её.

— Снаружи хрустящая, а внутри мягкая, лапша идеально пропитана насыщенным соусом, это просто великолепно. Как и ожидалось от божественной лапши. Свинина такая нежная, овощи хрустящие, а баланс вкусов во рту идеальный.

— Правда? Я уверен в своей якитсобе.

— Ингредиенты такие сочные. Ты использовал свиной жир для жарки?

— Да, правильный ответ.

— Поэтому она на вкус как в настоящем теппаньяки-ресторане.

Я тоже попробовал кусочек. Да, получилось действительно хорошо.Ингредиенты и лапша идеально прожарены. Вкус тоже в точку.

Я сумел заставить Юзуки поесть, и это поднимает настроение.

Моя статистика: три победы в трёх матчах на сегодняшний день.Если так пойдёт и дальше, день её полного поражения уже близок.

— Кстати, не ожидала, что Сузуфуми будет так рад.

Шумно втянув лапшу, Юзуки накрутила её рядом с ртом и пробормотала:— ...О чём ты?

Закрутив уголки губ, Юзуки скрестила руки и взялась за край своей рубашки.— ...Эй, Юзуки?

Её жест напоминал движение, которое обычно делают в раздевалке.Затем её кожа обнажается. Я вижу её талию, пупок и ткань светло-голубого цвета с оборками, поддерживающую её грудь.

— Юзуки была в купальнике под рубашкой!

!Сцена, которую я восхищённо рассматривал в фотокниге, разыгралась передо мной.Море. Купальники. Песчаный пляж. Ларьки с едой. Купание в море. Путешествия. Якисоба. Пляжные домики. Обеды.

Разные образы мелькали в моём сознании, пока я не пришёл к определённой гипотезе.

— Не может быть!

Я беру одну из фотокниг, которая, кажется, лежала на полке как подарок, и пролистываю до страницы, на которой остановился раньше.— ...!

Юзуки ест якисобу в пляжном домике.

— Это нелепо!

Неужели я случайно воссоздал сцену из фотокниги?Вероятность того, что я выбрал якисобу из всех возможных блюд случайно, практически невозможно выразить числами.Или, может быть, вид пляжа и купальников в разгар лета подсознательно повлиял на мой выбор.

Но если Юзуки не знала, что я собираюсь готовить якисобу, она вряд ли бы заранее надела купальник.

— Когда я вышла на балкон раньше, я почувствовала аромат соуса. А, понятно. Ты захотел якисобу, посмотрев на фотокнигу, да?

Верно, я сам включил вентиляцию до визита как подготовку.На тот момент я ещё не дошёл до той страницы. Однако вывод Юзуки вполне естественен.

Моя попытка нанести превентивный удар обернулась провалом, вызвав контратаку.Юзуки собирается добить меня, используя купальник и настроение, заданное якитсобой.

— Ну, что скажешь? Как это по сравнению с фотокнигой?

Юзуки отодвигает тарелку с якитсобой и бросает хитрый взгляд.— Ну, это... — Положив руки на колени, она непроизвольно принимает позу, подчёркивающую её декольте.

— Даже после того, как я дала тебе фотокнигу, ты опять разглядывал её в моей комнате. Ты такой скрытый извращенец, Сузуфуми.

Она бросила мне вызов, улыбнувшись так, словно в её голове прозвучал звуковой эффект издёвки.Перестань делать такое лицо! Это серьёзно заставляет меня краснеть.

К тому же, это довольно опасно во многих смыслах.

— Эй, что ты думаешь?

Собрав всю силу воли, я выбираю слова с предельной осторожностью и выдавливаю:

— Думаю, это здорово и... очень хорошо.

— Какая часть? Эй, какая именно часть?

Наклонившись через стол, Юзуки продолжала допытываться.Из-за этого её формы опасно приблизились ко мне.

Именно эта часть, идиотка!

Я не вижу способа ответить серьёзно и выйти из ситуации победителем.Поэтому мне нужно быстро доесть и сбежать.Когда я решил её игнорировать, лицо Юзуки стало обиженным. Она схватила меня за руку и потащила за собой.

— Идём со мной.

Она была необычно настойчива. Меня отвели в комнату, расположенную вдоль коридора. Кажется, это спальня.Комната, оформленная в белых тонах, от кровати до штор, источала мистическую атмосферу.

Юзуки повернулась ко мне спиной и сняла шорты.В отличие от фотокниги, на ней не было парео, поэтому очертания её фигуры были видны чётче.

В конце комнаты Юзуки легла на бок на кровать, опираясь головой на правую руку.Это была так называемая "поза Нирваны".

Однако, когда Юзуки это сделала, она выглядела элегантно, словно девушка из рекламной кампании.

— Ты знал, что в фотокниге есть такие сцены, или тебе было слишком стыдно её дочитать?

Лёжа, она бросила мне обольстительный взгляд.Контраст между белоснежной постелью и её купальником интенсивно колебал мои инстинкты.

— Что ты думаешь? Сердце начинает биться быстрее?

Голос Юзуки звучал с какой-то влажной интонацией.

Тонкие конечности, нежная белая кожа, подтянутое тело.

Еда, которую я приготовил, находится в её животе. Представив это, я почувствовал лёгкое покалывание по всему телу.

Юзуки, уловив мой взгляд, провела ладонью по животу и предложила:

— Хочешь потрогать?

С головы до пят я ощутил, как тонкая змея словно извивалась вокруг меня.Я думал, что должен ответить «нет».Всё-таки такое поведение может быть недопустимым для идола.

— Это точно нормально?Но вопреки здравому смыслу, я задал этот вопрос.

— Конечно.

Юзуки села на край кровати в изящной позе.Я опустился на колени перед кроватью. В моём поле зрения оказался её живот и бёдра.Дрожащей правой рукой я медленно прикоснулся к её животу.

— Мм...

Слабый звук сорвался над моей головой.

— Эх.

Что это?

Мои пальцы словно утопали в её белой, почти прозрачной коже.Тепло, исходящее от её тела, пронизывало мой мозг, словно электрический разряд.Казалось, мои пальцы могут просто раствориться.

— Хе-хе, я упорно работала над прессом, потому что мой наряд часто обнажает живот. Хочешь проверить ещё?

Юзуки взяла моё запястье и крепко прижала его к своему животу.Я рефлекторно попытался убрать руку, но она удержала её на месте.

— П-подожди!

— Нет, давай продолжим.

Через мою ладонь в голову словно проникали её мысли. В дальнем углу сознания инстинкты угрожали съесть остатки моего разума. Если так продолжится, кровь явно хлынет вниз.

— Давай воспроизведём ракурсы из фотокниги. Ложись на кровать.

Она потянула меня за руку, и мы вместе оказались на кровати.Юзуки лежала справа, а я слева.Такое расстояние, словно мы спим как пара, заставляло моё сердце стучать, как бешеный колокол.

— Хорошо, ещё раз.

Снова я прикоснулся к животу Юзуки правой рукой.Если бы я не контролировал себя, я мог бы потерять сознание.

— Ты уже покраснел. Такой милый.

Мы были на расстоянии, где наши губы могли соприкоснуться.Её дыхание щекотало мне лицо.

Как бы сильно Юзуки ни старалась очаровать меня как своего фаната, это уже точно зашло слишком далеко.Но я не мог сопротивляться этой магии.

Каждый раз, когда я проводил пальцем по её коже, Юзуки вздрагивала и издавала лёгкий звук.Мне хотелось услышать этот звук снова, поэтому я продолжал вести пальцы вниз по её животу.

Шелест простыней, её увлажняющиеся глаза, всё учащающееся дыхание — всё это накрывало меня волной.Но под мягкостью я чувствовал и крепость.Сколько лет понадобилось, чтобы создать такую фигуру?

Может, мне стоит начать тренироваться тоже.Где можно купить ролик для пресса?

Её пресс действительно впечатлял, словно произведение искусства.

— Эй, Сузуфуми.

Методы тренировок для новичков, вероятно, не подойдут, поэтому, думаю, придётся смотреть профессиональные видеоролики.

— Уже пора...

Может, мне также стоит поискать протеиновые добавки?

— Сузуфуми, это место... ох!

Когда я вернусь домой, мне нужно будет ещё раз внимательно изучить фотокнигу.

— Эй, послушай меня!

Когда я поднял взгляд, лицо Юзуки было ярко-красным.Внезапно я посмотрел вниз на свою руку. Моя правая рука оказалась чуть ниже её пупка.

— Хватит...

— Прости...

Голос Юзуки, наполненный стыдом, был настолько тихим, что его едва можно было расслышать.Между нами повисло неловкое молчание.

— Эм, мне, наверное, пора.

— Д-да, увидимся завтра!

Забыв даже собрать посуду, я выбежал из дома Юзуки.

Юзуки, оставшись одна

После того как Сузуфуми ушёл, я каталась по кровати, издавая мучительные звуки.

Я зашла слишком далеко! Это было так извращённо!

Неважно, насколько сильно я хотела очаровать Сузуфуми, надеть купальник и позволить ему трогать мой живот…Что я думала, делая это с парнем?!

Сцена больше напоминала не воссоздание фотокниги, а полный провал.Я даже издала какой-то странный звук. Наверняка выглядела жутко!

— Аааааааааа! — я зарылась лицом в подушку и забила ногами.

Просто вспоминая об этом, я чувствую, как моё лицо горит.

— Но… но! Я устала проигрывать Сузуфуми! Хотела хотя бы раз победить и насладиться чувством превосходства!

Лежа на левом краю кровати, я почувствовала тепло, которое оставил Сузуфуми.

Смогу ли я теперь нормально смотреть ему в глаза?

Этот купальник я купила после фотосессии.Я думала сходить в бассейн этим летом.Но если я надену его снова, то буду только вспоминать этот день.

Хотя, если я надену другой купальник, Сузуфуми может подумать, что я стала слишком застенчивой…

Подожди, почему я вообще предполагаю, что пойду с Сузуфуми?!

После короткой внутренней тирады я расстегнула завязки и решила просто принять душ и закончить этот день.

------------------

Решил полный перевод главы сделать....

Перевод - Eszramore

Поддержать переводчика можно по https://www.donationalerts.com/r/through

Или по номеру карты

Monobank - 4441 1110 3125 0909

----------

Лучше бы ты не приходил. Часть 1

[Анлейт том 1 главы 4.1-4.2]

Сакуры часто ассоциируются с символом новых начинаний, но к концу весенних каникул в Токио большинство деревьев уже сменяют свои розовые лепестки на зелёные листья.Теперь, вспоминая, понимаю, что и в этот день в прошлом году пейзаж не был фотогеничным.

Сегодня проходит церемония поступления в Токийскую столичную старшую школу Орикита.Эти весенние каникулы были короткими, но насыщенными. Переезд в первый раз оказался куда более физически утомительным, чем я ожидал.Основная причина заключалась в том, что мне пришлось взять на себя 90% всех дел по распаковке. Несмотря на то, что я вызвался помочь занятым родителям, это было действительно выматывающе.А затем последовал шок, более сильный, чем сам переезд: нашим соседом оказалась популярная айдол.Как будто этого было недостаточно, я бы никогда не подумал, что в последний день учебного года, прямо перед весенними каникулами, окажусь в ситуации, где готовлю для неё каждый день.

Хотя я готовлю домашнюю еду для соседки ежедневно, мои собственные блюда остаются довольно простыми.Сегодняшнее утреннее меню состояло из тоста с маслом, мини-салата и чёрного кофе — и всё.Пока я откусывал тост, в утренних новостях началась развлекательная рубрика.

[Продолжаем освещать слухи о романе лидера популярной айдол-группы Comet Hunter Ямото Микото. По информации агентства, Ямото-сан сейчас на третьем месяце беременности и приняла решение покинуть группу с сегодняшнего дня. На своей странице в соцсетях Ямото-сан написала: «Прошу прощения за неудобства, причинённые участникам и фанатам моими необдуманными поступками. Как лидер, я беру на себя ответственность и решила уйти из группы. В будущем я хотела бы поддерживать участников за кулисами...]

Романтические скандалы, уходы, браки, беременности. Интересно, что думают фанаты о таких новостях?Будто в ответ на мой вопрос, в эфире показали интервью с мужчиной среднего возраста, который утверждал, что был давним фанатом.

Оказалось, он был преданным поклонником Ямото Микото и тратил на поддержку большую часть своего годового дохода. Однако после появления слухов о романе на выходных он импульсивно избавился от всех её атрибутов.Интервью завершилось его словами отчаяния: он заявил, что потерял смысл жизни.

Мне нравится Юзуки. Мне нравится, как она с удовольствием ест приготовленную мной еду.Но такой исход не то, чего я хочу.Моя цель всегда заключалась в том, чтобы «прекратить чрезмерные диеты через силу вкусной еды», а не в том, чтобы вызвать скандал, ведущий к уходу из группы или завершению карьеры.Да и вообще, сомневаюсь, что Юзуки когда-нибудь влюбится в парня.Стоп, разве это не значит, что я тоже в тупике?

В результате перемешивания классов я оказался во втором «А».Пока я болтал с другом Хозуми, который был со мной в одном классе и сидел передо мной в прошлом году, я услышал слабый вскрик девушек позади.Обратив внимание на звук, я заметил пуговицу, которая скатилась на парту.Похоже, застёжка на блейзере оторвалась. Я подошёл к взволнованной девушке и заговорил с ней.

— Я могу это починить, если хочешь.

— А?

Девушка с белой повязкой на голове была удивлена, вероятно, потому что к ней подошёл мальчик, которого она никогда раньше не видела.Я достал из школьной сумки набор для шитья.Когда я сделал жест рукой, она немного поколебалась, но всё же передала мне блейзер.

Времени у нас мало, так как нужно идти в спортивный зал, поэтому моя цель — закончить за минуту.Готов, начали.Пока я зашивал, Хозуми принялся нести всякую ерунду, объясняя девушке:

— Всё, считай, что попала в поле зрения Судзуфуми. Этот парень обожает заботиться о других. Даже в прошлом году его прозвали «мамой» класса.

— Замолчи, а то закормлю тебя дополнительным рисом.

— Эй, это уже не «мама», а тётя из столовой.

Девушка тихо рассмеялась.

— Готово. Время: пятьдесят восемь секунд. Миссия выполнена.

— Спасибо. Ты… Мамори-кун, да? Надеюсь, у нас будет хороший год вместе.

— Да, и я на это надеюсь.

Я передал ей блейзер и улыбнулся. Надеюсь, этот год будет для нас обоих приятным.

В школе Орикита церемония поступления и церемония начала учебного года проходят в один день.Сначала проводится церемония поступления, за ней — церемония начала учебного года.Необычно, но на церемонии поступления присутствуют все ученики старших классов.

В прошлом году я был не только под наблюдением родителей, но и старшеклассников, что сильно меня нервировало.Направляясь в спортивный зал, мы с Хозуми делились новостями из повседневной жизни.Мы обсуждали, как спали до обеда во время каникул, как новый кинотеатр в соседнем городе оказался неплохим, как бутерброд с креветками в школьном магазине стал лучше, и как я подружился с соседкой по жилому комплексу.

В спортивном зале собралось почти пятьсот учеников, не считая новеньких.Среди ряда стульев в зале можно было заметить родителей в строгих костюмах.Расположение мест следующее: старшеклассники сидят в самом конце, перед ними родители, а первокурсники занимают первый ряд.

Так как новички входят после начала церемонии, центр зала оставлен свободным, словно дорожка.Но сегодня всё было необычно оживлённым. Не то чтобы громким, скорее, беспокойным.Учителя и старшеклассники выглядели напряжёнными, даже родители тревожно оглядывались по сторонам.

Хозуми, сидевший слева от меня, наклонился вперёд со своего стула и сказал:— Эй, слышал? Говорят, среди первокурсников есть знаменитость.

— Знаменитость... спортсмен, что ли?

Школа Орикита поощряет успехи как в учёбе, так и в спорте, и, несмотря на статус общеобразовательной, активно участвует в клубной деятельности.Особенно команды по бейсболу и баскетболу регулярно выступают на турнирах Канто.Не знаю, предлагают ли они спортивные стипендии, но поступление известного и талантливого игрока не было бы чем-то необычным.

— Это айдол, айдол. Имя... если я правильно помню...

[Внимание! Сейчас начнётся церемония поступления в общеобразовательную школу Орикита. Для начала мы приглашаем первокурсников!]

Реплику Хозуми заглушило объявление диктора.Мы встретили первокурсников громкими аплодисментами.Сразу после этого сквозь шум аплодисментов раздался пронзительный голос.Первокурсники торжественно проходили через центр спортивного зала, их лица были напряжёнными.Среди них выделялась одна девушка.

— Не может быть...

Я с удивлением уставился на неё.Аккуратные черты лица, чёрные волосы, плавно ниспадающие на плечи, словно чистый поток, и гордая осанка.

— Юзуки.

Ошибки быть не могло. Сасаки Юзуки поступила в эту школу как первокурсница.

— Точно, Арису Юзуки! Центровая девочка из Spotlights! Вживую она ещё милее!

Хозуми сиял от восторга рядом с ошарашенным мной.Моя соседка и айдол, которую я знал, заняла своё место, не изменив невозмутимого выражения лица, словно привыкла к перешёптываниям в толпе.

Теперь, вспоминая, я понимаю: когда я однажды заглянул в вики-страницу о ней, там говорилось, что ей пятнадцать лет.С учётом того, что мы живём в одном жилом комплексе, ничего странного в том, что мы учимся в одной школе, нет.

— Даже такая девушка учится в обычной старшей школе. Может, загляну в её класс позже.

Хозуми провёл рукой по своим завитым каштановым волосам и ухмыльнулся.

— Нет, не стоит. Её это только обеспокоит.

— Да брось. Если бы мы оказались в одном классе, я мог бы похвастаться перед друзьями из средней школы. Хоть разок поговорить с ней до выпуска хотелось бы.

Я-то не просто говорил с ней. Каждый день захожу к ней домой, а вчера даже гладил её живот на кровати.Если бы Хозуми узнал об этом, он, вероятно, заплакал бы кровавыми слезами.Несмотря на его реакцию, я прекрасно понимаю, что нахожусь в ситуации, которой многие бы позавидовали.На самом деле я сам получаю удовольствие от своей недавней повседневной жизни.

Но чем больше думаю об этом, тем яснее понимаю, что не могу позволить окружающим узнать о моих отношениях с Юзуки.В конце концов атмосфера на церемонии не разрядилась, пока Юзуки и остальные не покинули зал, из-за чего церемония получилась немного вялой.

После школы парень, сидящий передо мной, резко повернулся ко мне.

— Больше не могу терпеть! Пойдём в классы первокурсников!

Хозуми с энтузиазмом закинул школьный рюкзак на плечо и выглядел так, будто сейчас сорвётся с места.Только я мог остановить этого парня, который был на грани того, чтобы устроить нечто грандиозное.

— Я же говорил во время церемонии: ты будешь ей мешать. Давай просто пойдём домой.

— Да не переживай. Я же не собираюсь клеиться к ней или что-то такое. Тем более у меня есть девушка с весенних каникул.

Если вспомнить, он вроде говорил зимой, что присматривается к кому-то.

— Просто услышать её голос поближе сделало бы меня счастливым. Ну давай, пошли.

Я был наполовину потащен на первый этаж, где находились классы первокурсников.Интересно, знает ли он, в каком классе учится Юзуки?Подглядывать в каждый класс и ловить косые взгляды от первокурсников — явно не то, чем мне хотелось бы заниматься.

Но, как оказалось, мои опасения были напрасны.Когда мы спустились на этаж первокурсников, первым на глаза попался класс «А».Рядом с ним у двери класса «Б» собралась большая толпа.

Число людей явно превышало десяток.Наблюдая издалека, я заметил, что плотность людей внутри и вдоль коридора ещё выше.Сквозь щели в толпе мелькали изящные длинные чёрные волосы.

Юзуки с улыбкой умело отвечала на шквал вопросов, несмотря на окружившую её толпу.В их числе девушка с двойными хвостиками перед Юзуки выглядела полностью очарованной.

— Арису-сан, почему вы поступили в Орикиту? Разве знаменитости не ходят в частные школы с программой для артистов?

— Быть знаменитостью — это не так уж важно. Я просто обычная старшеклассница.

— Вы совсем не обычная! У вас такое милое лицо, такая гладкая кожа и волосы! Я вам завидую... Наверное, вы используете дорогую брендовую косметику, да?

— Вовсе нет. Я пользуюсь доступными средствами из аптеки. Наверное, просто больше внимания уделяю силовым тренировкам и питанию.

Юзуки на первый взгляд выглядела дружелюбной школьницей, каких много.Но, проводя с ней время за общими обедами последние дни, я могу сказать:— Это её «айдольный режим».

Сейчас она всегда смотрит в глаза собеседнику, её кивки своевременны и идеально выверены.Это не навык, который можно развить за одну ночь. Видимо, она уже имела подобный опыт в средней школе.

— Ну что, доволен? Пошли отсюда, Хозуми.

— Подожди немного. Если бы только я мог почувствовать аромат прекрасной девушки...!

В тот момент, когда я потянулся к его затылку, Юзуки повернулась к нам.Её большие глаза ещё сильнее распахнулись — похоже, она узнала меня.

— Простите. Я только что вспомнила, что меня вызвали в учительскую. Всем спасибо за внимание. Надеюсь на вашу поддержку.

Она поднялась с сияющей улыбкой.И тут же, начиная с девушки с двойными хвостиками, большая группа поклонников мгновенно освободила ей дорогу.Было очевидно, что они все — те, кого Юзуки называла «фанатами».

Когда я колебался, стоит ли к ней обратиться, Юзуки прошептала, проходя мимо меня:...Кабинет ресурсов.

Красивая девушка пошла по коридору одна, не оглядываясь.Если бы кто-то из нетактичных пытался её преследовать, толпа тут же бы его сдержала.

— Эй, Арису Юзуки только что что-то сказала?

— ...Не знаю. Но мы достигли своей цели, верно? У меня есть дела, так что я пойду домой первым.

— Ладно. Я просто почитаю мангу в библиотеке, пока её встреча не закончится.

Стоп, что? Его девушка — учительница?!

Перевод - Eszramore

Поддержать переводчика можно по https://www.donationalerts.com/r/through

Или по номеру карты

Monobank - 4441 1110 3125 0909

----------

Лучше бы ты не приходил. Часть 2

[Анлейт Том 1 главы 4.3,4.4,4.5]

Третий этаж школьного здания, архивная комната.Заглянув через стеклянную дверь, я увидел помещение размером примерно в десять татами, уставленное металлическими стеллажами, заполненными папками.Это был мой первый визит в эту комнату за два года школьной жизни.

Похоже, архивная комната сейчас используется как склад для документов школьного совета.Я вспомнил, как около года назад, после церемонии поступления, когда мы вернулись в класс, учитель объяснял нам назначение специальных помещений.Что касается архивной комнаты, он даже пошутил: "Возможно, вы ни разу сюда не зайдёте до выпуска".

Это место настолько редко посещают, что даже ходят слухи, будто здесь иногда происходят "грязные" дела между парнями и девушками.Когда я постучал в дверь дважды, изнутри раздалось тихое "Входите".

Это была Юзуки.— Чем могу помочь? — вдруг спросила она.

Не теряя времени, я ответил с решительным лицом:— Свинину с рисом, с добавками. И яйцо сверху.

— Доступ разрешён.

Пройдя через "охрану", я медленно открыл дверь. В комнате не было света. На фоне мрачного, затянутого облаками неба, Юзуки стояла, прислонившись к окну в конце комнаты.Помещение было плохо освещено, поэтому я не мог разглядеть её выражение.

— Прости за то, что произошло раньше. Ты, должно быть, удивился, когда я внезапно ворвалась в твой класс. Я просто пыталась остановить выходку подруги, — сказала она.

Похоже, она специально вызвала меня сюда, чтобы как можно скорее всё уладить.Юзуки прошла мимо меня и заперла дверь. Затем она вернулась на своё место.

— Дело не в том, что я злюсь, — начала она. — Я была удивлена, потому что никогда не могла представить, что Судзуфуми учится в Ори Хай. Я просто хотела сразу всё объяснить.

Её тон не выражал ни злости, ни жалоб.Если бы мне пришлось описать её нынешние эмоции одним словом, это было бы "растерянность".

— Вот вопрос к тебе, Судзуфуми. Какова моя профессия?

— Ты идол.

— Вопрос второй. Что является табу для идола?

— Романтические скандалы, наверное?

— Пятьдесят баллов. Правильный ответ: "Проявление дружеских отношений с ровесником противоположного пола".

Юзуки нахмурилась и криво улыбнулась.

— Я не думаю, что наши отношения раскроются только от одной встречи. Но в маловероятном случае, если это произойдёт, сколько людей поверит в то, что мы просто случайно живём рядом?

Приближаться к Юзуки в школе было ошибкой с самого начала.

— Среди толпы старшеклассников, падких на слухи и сплетни, как ты думаешь, как будет выглядеть то, что мы с тобой знаем друг друга с самого начала?

— Наверное, будут те, кто поймёт неправильно.

— Именно. Независимо от наших реальных отношений, правда не всегда воспринимается правильно.

Я хочу однажды стать парой с Юзуки.Однако я не хочу, чтобы это случилось без её согласия, да ещё таким нежеланным образом.— Вот почему я хочу, чтобы ты притворялся незнакомцем в школе.

Честно говоря, я ожидал, что она скажет что-то подобное.— Я не собираюсь заводить друзей-мальчиков в школе. Если вдруг странная информация распространится в соцсетях, я хочу иметь возможность всё опровергнуть. Поэтому, я бы попросила тебя не заходить в класс 2-B.

Сказать, что мне не будет одиноко из-за невозможности поговорить с Юзуки в школе, было бы ложью.Однако, учитывая её работу, очевидно, что важно не это.

Я вздохнул и согласился с её просьбой:

— Ладно, я понял. Жаль, что план приносить домашние обеды каждый день отменяется.

— Никогда не делай этого, — фыркнула Юзуки, приближая своё лицо к моему.

— Ну, думаю, мне пора уходить. Если нас увидят вместе…

— Скрип двери.

Юзуки посмотрела на дверь. Я, нехотя, тоже обернулся.

— Что? Арису Юзуки? —

На входе в архивную комнату стоял старшеклассник. Судя по цвету его сменной обуви, он, вероятно, был третьекурсником.

Встретив знаменитого идола, сенпай широко распахнул глаза от удивления.На лице Юзуки отразилась паника.

— Я думала, что закрыла её как следует... — прошептала она.

— Ах да. У ученического совета тоже есть ключ от архивной комнаты. Мы планируем использовать старые материалы для мероприятия в следующем месяце, — пояснил он.

Нежданный посетитель в комнате, которую редко кто посещает.

— Но почему Арису Юзуки здесь? А вы кто? Второкурсник? Она сказала, что дверь закрыта. Чем вы тут занимаетесь?..

Повисла пауза, а затем сенпай понял, как это выглядело.Это недоразумение могло обернуться проблемой.

Для некоторых учеников архивная комната ассоциировалась с тайным местом для сомнительных дел.Идол и парень в тускло освещённой комнате — совершенно естественно, что многие бы сразу подумали об "этом".

Я вспомнил утренние новости о скандале, связанном с популярным идолом.Интервью с фанатами. Каждая буква их обиженных слов всплывала в памяти, вызывая у меня дрожь.

На лице Юзуки не осталось и следа той мягкой улыбки, которую я видел в классе 2-B. Оно стало бледным.

— П-простите. Я не хотел мешать. Я уйду и вернусь позже. Я никому не скажу... — затараторил сенпай.

Но было невозможно поверить в его слова с таким напряжённым голосом.Как только он вернётся в кабинет ученического совета, тлеющий уголёк превратится в бушующее пламя слухов.

Я громко закричал, чтобы старшеклассник, поспешно покидавший комнату, мог услышать:— Ну что, каков твой ответ?! — Я обернулся к Юзуки и задал вопрос.

Смотря на окно за её спиной, я заметил отражение сменной обуви сенпая, скрывшегося за дверью. Это доказывало, что он подслушивал.

— Юзуки, дай мне чёткий ответ!

— О-ответ? — растерянно спросила она.

Я настаивал:— Ответ на моё признание. Я не позволю оставить это в подвешенном состоянии!

Я подал ей знак глазами, и Юзуки, поняв мою стратегию, слегка кивнула. В следующий момент её настроение полностью изменилось.

— Прости... Я не могу встречаться с тобой, Мамори-сенпай, — сказала она.

Опустив взгляд и плотно сжав губы, Юзуки выглядела искренне извиняющейся от всего сердца.Она переключилась с ученицы Сасаки Юзуки на идола Арису Юзуки.

— Почему? Ты сказала, что я тебе нравлюсь на фан-встрече!

— Я имела в виду, как фанат. А как мужчина... это немного... — она натянуто улыбнулась, будто избегая темы.

Её жесты, такие как постоянное поправление волос, явно говорили о дискомфорте.

— Значит, у меня совсем нет шансов? Даже миллиметра?

— ... — её молчание подтвердило это. Лёгкий вздох, сорвавшийся с её губ, намекал на твёрдую решимость.

— Я понял. Но, пожалуйста, позволь мне иногда ходить на твои концерты. Я действительно люблю идола Юзуки...

— Конечно. Спасибо...

Юзуки прикусила нижнюю губу и крепко сжала руки у груди.Я вытер слёзы рукой и выбежал из архивной комнаты.

Проходя мимо сенпая, который стоял за дверью, я свернул за угол и направился на этаж второкурсников.В коридоре никого не было.

Только когда я оказался один, я смог облегчённо вздохнуть.

— Ух... — только теперь до меня дошло, что произошло.

Даже если это была просто игра, быть отвергнутым — серьёзно удручает!

пустившись на этаж второкурсников, я зашёл в свой класс 2-А, находившийся рядом с лестницей, и закрыл дверь в задней части класса.Решил скоротать время здесь, прежде чем отправиться домой.За окном солнечные лучи пробивались сквозь щели в облаках."..." Скорее всего, тот сенпай уже распускает слухи о "большом происшествии", свидетелем которого он стал.Было бы идеально, если бы эта история осталась в пределах студенческого совета, но это маловероятно.

Как и Юзуки ранее в архивной комнате, я облокотился на окно.Сразу после этого я увидел, как через стеклянное окошко над дверью в коридоре мелькнула девушка.Это была Юзуки.Я лишь мельком заметил её, но она явно спешила.Её взгляд блуждал по сторонам, будто она искала меня.

Я понимал, что она пришла сюда, чтобы найти меня, но, если нас снова заметят вместе, могут быть проблемы, поэтому я решил не окликать её.Однако Юзуки вскоре вернулась.Очевидно, она заметила меня в тот момент, когда проходила мимо класса А.Её волосы были взъерошены, а на лбу поблёскивал тонкий слой пота.

Когда Юзуки потянулась к раздвижной двери, я поднял левую ладонь, показывая жест "стоп".Поняв мой намёк, она остановилась, и я медленно подошёл к двери.

— Извини меня!Хотя Юзуки не зашла в класс, она глубоко поклонилась через дверь.

— Если нас снова увидят вместе, это может стать проблемой. Тебе лучше пойти домой, — мягко, но твёрдо сказал я, обращаясь к ней через дверь.

— Прости, что доставила тебе неприятности, Судзуфуми. Мне очень жаль.

— Не переживай. Это было вне нашего контроля.

Хотя я и не ожидал, что мне придётся подделывать признание в любви, нет смысла, чтобы Юзуки чувствовала себя подавленной из-за этого.

— Как ты и сказала, я больше не буду разговаривать с тобой в школе. Наслаждайся школьной жизнью без каких-либо забот.

— Но...Юзуки, стоя по другую сторону двери, явно не хотела уходить.

Она, вероятно, чувствовала вину за то, что из-за неё моя репутация в школе могла пострадать. Что ж, ничего не поделаешь, да?

Я сделал полшага вперёд и улыбнулся. Глаза девушки за стеклом слегка заблестели.

— Ты мне окажешь одну услугу, ладно?

— Что?

— Когда-нибудь ты тоже выполнишь мою просьбу. Тогда будем в расчёте. Или ты хочешь, чтобы великий идол-сама остался в долгу?

— Н-нет! Я отплачу втройне! — Юзуки надуло щёки в притворной обиде.

Что ж, это лучше, чем видеть её подавленной.Вместо слов на прощание я приложил ладонь к стеклу. Юзуки сделала то же самое.Через прозрачное стекло наши руки "соединились".

Наконец, Юзуки улыбнулась и ушла.Я коснулся ладони, которая была у стекла.Холодно, но одновременно тепло.

Той ночью

Я находился в гостиной дома семьи Сасаки.

Лицо Юзуки было бледным, как будто она столкнулась с грабителем, пытаясь предупредить соседа в архивной комнате.Я притворился, что ничего не замечаю, и занялся приготовлением ужина.

Сегодняшнее блюдо было особенным — тем, которое я давно хотел приготовить для Юзуки.Это был роскошный ужин с мясом и рыбой — настоящая симфония жизни. Я даже перебрал бюджет, увлёкшись.

— Ставлю, что она попросит добавки. Идол потолстеет, если съест что-то такое? Хотя, она сама говорила, что будет есть до отвала.

— Я такого не говорила...

Через несколько часов после расставания в школе я собрал много ингредиентов, положил их в контейнер и направился в дом Сасаки с заявлением: "Я пришёл забрать долг".

Естественно, Юзуки сопротивлялась.Однако, когда я, держась за грудь, монотонно произнёс: "Ах, боль безответной любви такая горькая, такая мучительная...", она нехотя впустила меня в свою комнату.

Юзуки, сидевшая в сэйдза перед низким столиком, напоминала должника, окружённого ростовщиком. Она дрожала, гадая, какой вид пытки её ждёт.

Я аккуратно поставил на стол своё шедевральное блюдо на круглой тарелке.

Глаза Юзуки расширились.— Это...

— Сегодняшний специалитет — галета.

Галета — это блюдо, пришедшее из региона Бретань на северо-западе Франции, которое считается предшественником крепа.Оно готовится путём выпекания круглого теста, затем его складывают в квадрат с начинкой сверху.

— Конечно, я люблю галеты, но всё же...

— Ах, моя грудь болит... — притворно пожаловался я.

— Это нечестно! — Юзуки надула губы, но её сопротивление уже не было таким решительным.

— Ну что ж, съешь кусочек, и я сочту долг погашенным.

— Ладно, это справедливо. Сегодняшняя еда — это вроде как извинение, да?

Неожиданно голос Юзуки наполнился эмоциями.— Что ж, деваться некуда, да?! Не хочу есть, но ради того, чтобы вернуть долг! Да, деваться некуда!

Эта девушка, которая ещё недавно дулась, теперь использовала меня как оправдание.

— Тогда, итадакимасу!

Юзуки ловко управлялась с ножом и вилкой, положив кусочек галеты себе на язык.

— Вау!

В тот момент, когда галета попала в рот Юзуки, на её лице расцвела улыбка.— Хрустящий бекон и аромат грибов просто взрываются во рту, мгновенно наполняя его западным вкусом! Приправа насыщенная, но сыр и свежие сливки смягчают её. Тесто хрустящее и ароматное, но при этом жевательное и весёлое!

Только что напряжённая, теперь Юзуки светилась от радости. Эта улыбка ей действительно идёт больше всего.

— Сочетание тёплой галеты с холодным лососем — это точно успех. Эта уникальная хрустящая текстура — то, что может дать только лосось!

Пришло время попробовать мою первую галету.Да, приправы и выпекание идеальны.Пока я медленно наслаждаюсь блюдом, Юзуки тихо продолжает есть.Скорее всего, она съест всё меньше чем за пять минут.

Я перестал двигать ножом, встал и обратился к Юзуки:

— Мы должны насладиться этой галетой по полной. Что ты хочешь на добавку? Освежающий вариант с помидорами и спаржей, сытный с картофелем и сосисками или десертный с бананами и ягодами?

— ...Тогда с картофелем и сосисками.

Без раздумий выбрав сытный вариант — это так похоже на Юзуки.Пока я сосредоточенно пеку тесто у плиты, я чувствую присутствие Юзуки прямо за мной. Она необычно молчалива для того, чтобы просто наблюдать за мной.

Пора сказать то, что давно беспокоит меня.— Если честно, ты всё ещё притворяешься, не так ли?

— ...

Ответа нет. Значит, я прав.

— Знаешь, тебе не нужно держать оборону передо мной.

— Откуда ты это знаешь?

— Я могу сказать. Мы ведь проводим время вместе каждый день.

Юзуки тяжело вздохнула, как будто сдалась, и опустила голову мне на спину.Я почувствовал слабое тепло чуть выше пояса и рефлекторно выпрямился.

— Я хотела быть идеальным идолом не только на сцене или перед камерами, но и в школе. Я провалилась в архивной комнате, а хуже того

— доставила неприятности Судзуфуми. Я не хотела тебя больше обременять, но ты приготовил для меня галету и даже понял, что я притворяюсь радостной... Я такая никчёмная.

— Не недооценивай меня. Это ничего не стоит для меня, вообще не напрягает.Сколько раз я помогал друзьям и одноклассникам? По сравнению с ними ты, Юзуки, настоящая отличница.

— Почему ты так стараешься ради меня? Твоей жизни никак не зависит от того, стану ли я идеальным идолом, Судзуфуми. Помощь мне тебе никак не выгодна.

Я чувствую её искреннее недоумение за моей спиной.Это правда, стремление стать топовым идолом — цель Юзуки, а не моя. Но я знаю, почему я это делаю.

— Я помогаю не потому, что хочу, чтобы Арису Юзуки была идеальным идолом. Я хочу поддержать настоящую Сасаки Юзуки, которая старается изо всех сил. Я хочу, чтобы Сасаки Юзуки наслаждалась своими днями.

— ...Ответа снова нет.Возможно, она обдумывает истинный смысл моих слов.

— И хотя в этот раз это может быть для твоего блага, это также и для моего.

— Что ты имеешь в виду?

— Ты сказала раньше, что помощь тебе мне не приносит выгоды. Но это не так. Понимаешь, даже просто поужинать вместе — уже достаточно. Мне действительно приятно, если Сасаки Юзуки всё хорошо и она может сидеть за одним столом со мной с улыбкой.

Каждый раз, когда Юзуки радуется еде, которую я готовлю, я испытываю счастье.Иметь возможность видеть это с привилегированного места напротив стола — разве можно не быть счастливым?

— Я просто наслаждаюсь временем, проведённым за едой с тобой, Юзуки.

— ...

— Поэтому не переживай и будь самой собой. Я буду продолжать готовить для тебя, но не ешь это из чувства долга, ладно?

— Это странно, но спасибо.

Голос Юзуки звучал с облегчением. Похоже, завтра она снова будет в своей привычной форме.

— Последний вопрос. Если я снова окажусь в беде... ты мне поможешь, Судзуфуми?

Это, возможно, первый раз, когда я слышу, как Юзуки задаёт такой робкий вопрос.Но это не просто слабость. Я чувствую надежду, похожую на молитву, которая робко выглядывает из глубин её сердца.

— Глупый вопрос.

Я прекратил готовить и медленно повернулся.

Юзуки сжала руки перед грудью, выглядела робкой и обеспокоенной.Если честно, я не знаю, чего Юзуки действительно хочет.Может, мои действия — это всего лишь вмешательство.Но мой ответ всегда был ясен.

— Я помогу тебе. Если Сасаки Юзуки попадёт в беду, я обязательно помогу, какой бы ни была ситуация. Это же очевидно.

Сначала Юзуки выглядела ошеломлённой моими словами.Потом, когда осознание пришло, её глаза широко раскрылись — и тут же она опустила взгляд, будто избегая моего взгляда.

— ...Кончики её ушей, выглядывающие из чёрных волос, начали краснеть.Возможно, она перегрелась, стоя слишком близко к плите.

— Эй, всё в порядке?

Когда я наклонился проверить, Юзуки резко отскочила, как испуганная кошка, которую окатили водой.

— Всё нормально! Да, всё в порядке!

Повторяя это снова и снова, как будто убеждая себя, Юзуки вдруг начала суетиться.

После того как она поёрзала пальцами, Юзуки медленно подняла лицо.

— ...

— Что случилось, почему ты так смотришь на меня?

По какой-то причине выражение Юзуки было смесью раздражения и внутреннего конфликта, как тогда, когда она сопротивлялась еде.

— Просто чтобы ты знал, я абсолютно не проиграю!

— Х-Хорошо?

Внезапное заявление решимости.Возможно, она хочет сказать: «Не думай, что можешь покорить меня, просто накормив любимой галетой».

Как бы то ни было, похоже, она вышла из своей притворной радости, а это уже хорошо.Когда я раздавал добавку галеты, Юзуки заглянула сбоку.

Но её взгляд был направлен не на галету, а на меня.

— ...Запомню это, Судзуфуми, — что ты сказал, что «поможешь» мне.

Перед её застенчивой улыбкой моё сердце дрогнуло.

До этого момента я пристально наблюдал за человеком по имени Сасаки Юзуки.

Но Юзуки, которую я вижу сейчас, — это та, которой я никогда раньше не встречал.

Что-то вне её идол-маски сияло ярче любой улыбки, которую я видел прежде.

Перевод - Eszramore

Поддержать переводчика можно по https://www.donationalerts.com/r/through

Или по номеру карты

Monobank - 4441 1110 3125 0909

----------

Ты ведь хочешь, чтобы я много съела, да? Часть 1

[Анлейт том 1 глава 5.1-5.2]

— Эй, эй, эй, Мамори Судзуфуми-сан.

В классе 2-А, второй ряд у окна, второе место спереди.Как только я сел на своё место, хулиган за партой передо мной бросил на меня недовольный взгляд.

— Доброе утро, Хозуми.

— Я просто в бешенстве, чувак. Я думал, что ты мой друг.

— Ну, спасибо за это.

Вчера на церемонии открытия он без конца хвастался своей девушкой, а сегодня открыто выражает совершенно противоположные эмоции.Он явно занятой человек, постоянно переключающийся между сладостью и злостью.

— Ты признался Арису Юзуки, да?

Пенал, который я собирался убрать, выпал у меня из рук.

— Откуда ты это знаешь?

— Слышал от друга в школьном совете. Говорят, ты вызвал Арису Юзуки в ресурсный кабинет вчера после школы.

Как и ожидалось, сохранить что-то в тайне невозможно.От старшеклассников к младшим, потом к их друзьям — кажется, это объясняет странное количество взглядов, которые я почувствовал на себе, как только переступил порог школы сегодня.

— После всех этих проповедей другим ты сам обгоняешь всех на поворотах, да? Притворяешься благоразумным.

— Здравый смысл не применим к любви.

— Ну, я понимаю чувство пробуждения к запретной любви.

Как и ожидалось, человек, встречающийся с учителем, быстро понимает такие вещи.Кстати, учитель, с которым встречается Хозуми, преподаёт японскую историю. Обычно она спокойная и сдержанная, но, кажется, в любви она неожиданно активна.

— Шутки в сторону, будь осторожен, чтобы не привлечь странное соперничество со стороны незнакомцев. Если ты ввяжешься с назойливыми фанатами, тебе же будет хуже.

Спасибо за предупреждение, мой друг.Он прав, я хочу спокойно провести свои школьные годы. Если в школе есть фанаты Юзуки, не удивлюсь, если меня подкараулят ночью.Пожалуй, какое-то время я воздержусь от прогулок в тёмное время суток.

Зазвонил звонок, и одноклассники заняли свои места.Через минуту в класс вошла наша классная руководительница.

Её аккуратный серый пиджак без единой складки, белоснежная блузка и юбка чуть ниже колен на первый взгляд создавали впечатление строгой личности.

— Доброе утро, всем. Сейчас проверю присутствие.

Её короткое каре чёрных волос плавно качалось. Её мягкий голос, похожий на пение духа у озёрного берега, прозвучал в классе.Миками Момосе. Наша классная руководительница 2-А, преподаватель современной литературы.

На вид ей чуть за двадцать, и, вероятно, она самая молодая учительница в школе Орикита.Ею восхищаются многие ученики-мальчики.Круглые глаза, аккуратный носик и блестящие губы.Её лицо, сочетающее невинность и достоинство, не выглядело бы неуместным даже в составе группы айдолов.

Добрая ко всем, но строгая, когда нужно. Серьёзная и честная, но иногда рассказывающая о своих хобби на уроках или развлекающаяся со студентами на спортивных мероприятиях.Её игривость, соответствующая возрасту, тоже является её популярной чертой.

— Нам повезло, что Момо-тян наша классная руководительница.

— Я определённо предпочитаю её Арису Юзуки.

Одноклассники шептались, восхваляя её.Классная руководительница, казалось, не обращала внимания, спокойно продолжала читать фамилии учащихся в алфавитном порядке.

— Мамори Судзуфуми-сан.

— Здесь.

Наши взгляды встретились. Я думал, что уже привык к лицам красивых женщин, но всё равно почувствовал лёгкое волнение.

— Все присутствуют. Первая пара — современная литература, но сначала объявление от учительской.

Объявление.Слово, которое нечасто слышишь на утренней перекличке.

— Среди первокурсников этого года есть студент, занимающийся шоу-бизнесом. Я воздержусь от упоминания её имени, но, вероятно, все вы уже знаете, о ком идёт речь.

Её заметили на церемонии поступления.Даже те, кто не интересуется айдолами, наверняка слышали о ней.

— Наша школа не запрещает ученикам подрабатывать. Поэтому мы намерены максимально поддерживать её в сочетании учёбы и работы в индустрии развлечений.

Философия школы Орикита — «уважение к автономии».Кажется, они действительно позволяют заниматься деятельностью айдола.

— То же самое касается дружбы. Я надеюсь, что вы найдёте здесь много друзей и создадите связи, которые сохранятся во взрослой жизни... Однако —

Атмосфера в классе резко изменилась.

— ...Что касается романтических отношений, будьте предельно осторожны. Конечно, школа не запрещает отношения между учащимися. Но в её случае, если фотографии или видео с её участием появятся в интернете, это может породить странные слухи и негативно сказаться на её работе. Не подходите к её классу из любопытства.

Наши взгляды с Миками-сэнсэй встретились снова.Снаружи она выглядела спокойной, но я почувствовал лёгкое давление.

Весь класс буквально прожигал меня взглядами.

— Кроме того, абсолютно недопустимо испытывать односторонние чувства и уводить кого-то в укромное место. Помните, ваша основная обязанность — учёба. На этом всё.

Мне кажется, меня только что записали в преступники.Хотя я и сам начал эту ложь, всё равно это угнетает.Слова Миками-сэнсэй, обычно мягкой и дружелюбной, стали ещё тяжелее для восприятия.

В тот день, возможно, из-за моего подавленного вида, друзья из других классов, которые виделись со мной в коридоре, покупали мне сок каждый раз, когда я проходил мимо.

— У меня болит живот.

После школы.Хотя утренние занятия закончились рано, я задержался в школе, выполняя поручения для разных учителей.Сейчас уже слишком поздно для обеда и слишком рано для ужина. Может, по дороге домой заглянуть в магазин за перекусом?

Одного каштанового булочка, который мне дали в качестве маленькой награды, явно не хватит, чтобы утолить голод.Покинув учительскую на первом этаже, я решил сначала вернуться в класс 2-А, чтобы забрать сумку.

Я направился к концу коридора на этаже первогодок, так как это был самый короткий путь к нашему классу, находящемуся на верхнем этаже. Проходя мимо классов D, C, я остановился перед дверью класса 1-B — класса Юзуки.

Подождите... Это может быть плохой идеей.Если меня здесь заметят, меня точно обвинят в преследовании. Надо уйти отсюда как можно быстрее и следовать утреннему объявлению.

Как только я прошел мимо двери класса, в этот момент:— Хм?Я услышал чей-то голос изнутри.

Обе двери были закрыты, поэтому я не мог увидеть, кто это был.Клубные занятия еще не начинались, так что это вряд ли было связано с переодеванием. Занятия у первогодок начинаются только завтра или послезавтра, так что вероятность того, что кто-то занимается подготовкой, тоже невелика.Может, это вор?

Но вряд ли кто-то оставил бы бумажник или ценные вещи в классе после занятий.Я сунул левую руку в карман, чтобы достать смартфон, а правую осторожно положил на выемку двери. Постаравшись не пугать того, кто внутри, я осторожно приоткрыл дверь.

— Ах, Юзуки-тян... Я так сильно тебя люблю...

На моих глазах передо мной был кто-то, сидящий на месте Сасаки Юзуки.Женщина прижимала щеку к стулу с восторженным выражением лица. Её серая куртка была смята, упираясь в угол стула.

— Ахх... Я хочу оторвать этот стул, на котором сидела Юзуки-тян, и использовать его как маску для лица после ванны...Она прижималась к стулу, как собака, ища ласки от хозяина.

— Если кто-то из учеников увидит меня такой, моей жизни придет конец... В посылку для тюрьмы я бы хотела фотоальбом Юзуки-тян... А для закладки — её волосы... Хе-хе...

Я потерял дар речи. Даже не то чтобы я не мог говорить, а скорее, не знал, как реагировать, и не мог пошевелиться.

— Время уже к началу учительского собрания... Ах...

Женщина подняла голову. — Тогда наши взгляды встретились.

[[image:/storage/reader-images/d89bc4c03d91d6f106ca41b867f1138a69d93b0d.jpg]]

— М-Миками-сенсей?!

— Мамори-кун...

Мир замер.

Классный руководитель класса 2-А, Миками Момосэ, снова прижалась щекой к стулу и спросила:

— Ты тоже пришел насладиться местом Юзуки-тян?

— Какого черта, нет!

Я не повышал голос в школе с тех пор, как болел за команду на спортивном фестивале.

— Это, сенсей, серьёзно, ч-т-что вы делаете?Я не мог перестать потеть. Кажется, когда человек инстинктивно чувствует страх, его речь становится неуклюжей.

— Только чтобы ты знал, я его не лизала.

— Если бы это было так, я бы немедленно оттащил вас от стула без вопросов.

Наконец, поднявшись, Миками-сенсей встала прямо передо мной.

— Кажется, я упоминала об этом на утреннем собрании? Тебе не следует приближаться к классу Юзуки-тян.

Невероятно. Она продолжает читать лекцию даже в такой ситуации.

— Я вовсе не стремился специально к классу B. Просто услышал голоса изнутри и заглянул. Никогда бы не подумал, что окажусь в такой ситуации.

— Я всегда была такой: увлекаюсь чем-то, начинаю разговаривать сама с собой. Мне нужно это исправить.

Но это совсем не та вещь, над которой стоит задумываться, сенсей.

— Эм... просто уточнить... Вы фанатка Арису Юзуки, сенсей?

— Фанатка, говоришь...

Она фыркнула с презрением и положила руку на грудь.

— Ошибаться не стоит, я — член номер 000005 фан-клуба [Spotlights].

Она достала из визитницы блестящую членскую карточку двумя пальцами.

— Месячные расходы на еду — не больше 5000 иен. Напитки покупаю оптом. Одежда — из комиссионок или онлайн-аукционов. Не даю деньги на Новый год детям родственников, экономлю на подарках на свадьбы... и всё, что могу, трачу на Юзуки-тян! Так живу уже несколько лет. Единственная причина, по которой я остаюсь госслужащей, — стабильная зарплата.

Теперь стало понятно, почему на утреннем собрании взгляды, направленные на меня, были особенно колкими.Этому человеку не нужно было, чтобы у Юзуки всё было хорошо в школе. Она просто завидовала.

— Я участвовала в различных мероприятиях: местных концертах, прямых эфирах при выпуске новых песен, фан-встречах, радиопередачах... Но, знаешь, ни разу не ходила на мероприятия с рукопожатиями. Знаешь почему?

— Эм... п-почему?

— Очевидно, потому что Юзуки-тян слишком милая!

— Страшно.

Всегда добрая и милая Миками-сенсей внезапно загорелась неукротимым энтузиазмом.Я бы хотел показать эту сцену парням из класса, которые постоянно восхищаются ею.

— Ладно, признаю. Это правда, что я — идол старшей школы Орикита. Хорошая внешность, отличная фигура, приятный характер. Каждый год я получаю признания в любви от множества учеников, и это только вопрос времени, когда местная газета напишет статью «Слишком милая учительница».

Её самовлюблённость была настоящей проблемой.

— Но знаешь что? Я всего лишь обычный человек. Среди массы я просто заурядный идол. Если кто-то вроде меня, подделки, прикоснётся к этим белым, изящным, гладким рукам, Юзуки-тян будет осквернена. Видишь ли, я из тех, кто предпочитает держаться на определённой дистанции от своего идола.

— Во время рукопожатия обычно обмениваешься парой слов, верно? Вот в тот момент, как я услышу голос Юзуки-тян вблизи, я, скорее всего, отрежу себе уши резаком и сохраню их в формалине...

Я вспомнил происхождение слова «фанат», о котором как-то рассказывала Юзуки.

— И думать, что она поступила в нашу школу... Это удача — нет, испытание для меня. Как избранная, я обязана направлять Юзуки-тян, чтобы она стала достойной взрослой. Но если я вдруг начну общаться с ней в личном порядке, разве я не расплавлюсь? Поэтому я начинаю с того, чтобы трогать этот стул. Постепенно привыкаю к этому.

Люди, теряющие здравый смысл, ничем не отличаются от монстров.Похоже, истинное зло часто принимает человеческий облик, как финальные боссы в аниме, где сражаются с уродливыми монстрами.

— В любом случае, ты всё понял? — строго продолжила Миками-сенсей, сложив руки на груди.

Ничего особо не прояснилось, но она явно не собиралась останавливаться.

— Это всего лишь продолжение моей работы. Способ взаимодействия со студентами на равных. Ты ничего не видел и ничего не слышал. Понял?

Как она умудряется быть такой надменной в подобной ситуации?

Ну, когда клубные мероприятия и собрания комитетов начнутся по-настоящему, кто-нибудь обязательно будет заходить в класс после уроков. Наверное, она не будет повторять такие действия слишком часто.

— …Если пообещаете больше так не делать.

— Не могу гарантировать.

Это был самый серьёзный взгляд, который я видел у неё за весь день.Сейчас было бы лучше просто покорно согласиться.

— Ты ведь знаешь, что в нашей стране верят в цукумогами, да? — сказала она с философским видом. — Боги и духи обитают в инструментах, которые долгое время использовались и были любимы. Возможно, дух Юзуки-тян тоже поселился в этом стуле, на котором она постоянно сидела. Ах, такой дух наверняка был бы очаровательным...

— И, кстати, — добавила она, указывая на меня пальцем, — это я хочу пожаловаться! Мог бы не мешать взрослому, который серьёзно занимается своим делом?

— …

Она сложила руки и встала в позу.

Эта женщина просто ненормальная.

Никто не поверит, если я расскажу, что всегда добрая и милая Миками-сенсей на самом деле — фанатка-отаку, причём с явными странностями.

Но слова — это просто слова.Если только нет доказательств.

Я достал свой смартфон из кармана и нажал кнопку воспроизведения.

[Ахх… Я хочу оторвать это сиденье, на котором сидела Юзуки-тян, и использовать его как маску для лица после ванны...][Как только я услышу голос Юзуки-тян вблизи, я наверняка отрежу себе уши резаком и сохраню их в формалине...]

Повторное прослушивание вызвало у меня мурашки по коже.

— Ч-что? Когда ты это сделал!?

На лице Миками-сенсей впервые появилась искажённая гримаса.

— Я начал запись ещё до того, как открыл дверь, потому что подумал, что в классе мог оказаться подозрительный человек.

Настоящая личность была шокирующей — наш классный руководитель.

Но, случайно став свидетелем этого, я не мог проигнорировать её поведение.

— Я не собираюсь распространять это. Но если вы называете себя избранной, то как насчёт того, чтобы прекратить подобные действия, которые больше напоминают поступки младшеклассника, лижущего флейту девочки, которая ему нравится?

— Значит, ты говоришь, что всё будет в порядке, если я получу разрешение?

— Заткнитесь!

Миками-сенсей тяжело вздохнула и опустила плечи.

— Хорошо. Сегодня я уступлю. Но не расслабляйся. В этой школе много других фанатов Юзуки-тян, кроме меня. Если ты вздумаешь с ней что-то сделать, армия из десяти миллионов изобьёт тебя своими новыми, ни разу не распакованными гобеленами.

В школе Орикита даже не было 800 учеников. Откуда взялись миллионы?

Так или иначе, минимальная безопасность Юзуки была обеспечена.Лучше будет сохранить это в тайне от неё.

— …Ах, мне пора. Собрание сотрудников скоро начнётся.

— Чем вы вообще занимались перед собранием, честное слово…

— Будь осторожен по дороге домой вечером. И обязательно запри дом.

Эти тревожные слова, которые никак не ожидалось услышать от учителя, сопровождали её уход из класса.

Я тоже должен был отправляться домой.Сегодня я сильно устал. Может, приготовлю своё любимое блюдо на ужин, чтобы поднять настроение.

На тот момент я и представить себе не мог, что к вечеру окажусь ещё более измотанным.

---

Перевод - Eszramore

Поддержать переводчика можно по https://www.donationalerts.com/r/through

Или по номеру карты

Monobank - 4441 1110 3125 0909

----------

Ты ведь хочешь, чтобы я много съела, да? Часть 2

[Анлейт том 1 глава 5.3 - 5.4]

— Сейчас 9:30 вечера.Солнце полностью село, и весь многоквартирный дом окутала тишина.

В последние дни я готовил ужин для своей соседки.Сначала это было просто приготовление еды, но постепенно мы стали ужинать вместе.Сегодня я с нетерпением ждал несколько часов, чтобы она вернулась домой, и мы смогли поужинать вместе.

Кажется, моя жизнь полностью начала вращаться вокруг неё.

— Я не мог дождаться, чтобы увидеть Юдзуки.

Как только я подумал что-то подобное, раздался дверной звонок.

Прийти прямо ко мне домой — она стала довольно прямолинейной.Конечно, это не могло быть так.Но в этот момент мои надежды на то, что это она, подняли настроение, и в сочетании с голодом мои действия стали импульсивными.

Не проверив монитор, я открыл замок входной двери и открыл её.

Через щель в двери я увидел что-то серебристое, сверкающее.В этот момент в моей голове вспыхнули слова Миками-сенсей:

— Будь очень осторожен по дороге домой вечером. И обязательно запри дом.

Ах, это плохо.Я подался вперёд, и теперь слишком поздно, чтобы потянуть ручку обратно.

Даже если бы я хотел позвать на помощь, идол из комнаты 810 не дома, а пара из комнаты 808 сегодня утром в лифте сказала, что уезжает на двухдневную поездку в Идзу.

Я в ловушке.

По крайней мере, я должен запомнить внешность преступника.Если я выживу и смогу дать показания, это будет лучший исход, но даже если я останусь здесь и умру, я оставлю послание кровью.

Волосы ярко-каштановые, средней длины. В обоих ушах — серьги изумрудного цвета.На ней школьная форма: белая блузка с ярко-красным галстуком на груди и простая чёрная юбка.Юбка укорочена до предела, и между ней и чёрными гольфами видны оголённые бёдра.На плече у неё школьная сумка типа "Бостон". С молнии свисает серебристый брелок в форме буквы "R".

Не этот ли предмет я видел сквозь щель в двери?Кстати, разве этот брелок не такой же, как тот, что я подарил другу в начальной школе?

— Йоу, Судзу! Я пришла навестить тебя!

Человек, появившийся с весёлой улыбкой, которая, казалось, разгоняла ночную тьму, был мне очень хорошо знаком.

— Рика, не пугай меня так.

— Ты какой-то вялый. Твоя дорогая подруга детства приехала поздравить тебя с переездом!

Кишибе Рика. Старшеклассница из старшей школы Орикита и моя бывшая соседка.

Семья Мамори жила в другом многоквартирном доме до переезда в «Орикита Резиденс».Рядом с тем домом стоял частный дом, где жила семья Кишибе — тоже из трёх человек.

Так как мы были близки по возрасту, наши семьи были связаны с самого детства.

Глаза с решительным взглядом, родинка под правым глазом, накладные ресницы, загнутые назад, как лыжные трамплины, красиво очерченный нос и розовые губы.Возможно, потому что я не видел её лица с момента переезда, я даже почувствовал ностальгию по её чертам, которые излучали сильный характер.

— Впечатлился? Твоя любимая Рика-онэсан приехала с сюрпризным визитом.

— Я удивлён. Как ты вообще прошла через вход?

— А? Я просто спросила код у твоей мамы. После смены я такая: «Хочу к Судзу!» — закричала это в подсобке, и она мне сказала.

Вот это низкое чувство безопасности у моей матери.

Рика работает официанткой на полставки в нашем семейном изакая «Айен Кьен» (合图奇安).Кажется, в последнее время она почти каждый день была в графике из-за сезона занятости.

Рика гордо подняла бумажный пакет из универмага.

— Это тот пудинг, который Судзу хотел попробовать. Пусть запоздало, но считай это подарком на новоселье.

— Вау, серьёзно? Спасибо.

Рика всегда помнит даже самые мелкие вещи, которые я говорил или делал.Она действительно хорошо умеет заботиться.

— А ещё вот эта ограниченная приправа, которую ты хотел. Это печенье, которое я получила в подарок, а здесь рубашка, носки и нижнее бельё, которые, как я думала, подойдут тебе...

— Н-нет, это слишком много!

Её заботливость чрезмерна, до такой степени, что она больше похожа не на старую подругу, а на мать, приехавшую из деревни проведать сына.

— Ну, в любом случае, заходи.

— Ура! Я захожу!

Сняв свои лоферы, Рика с лёгкостью прошла по коридору, а я последовал за ней с смешанными чувствами.

— С этого момента Рика-онэсан будет баловать Судзу!» — как и ожидалось, заявила Рика, выпятив грудь, стоя в центре гостиной.

[[image:/storage/reader-images/9a7f43467b74364a0c6c2b800c4e05c7ae1164f8.jpg]]

— Ты, наверное, устал от переезда и начала нового учебного года, да, Судзу? Сегодня ты можешь быть капризной сколько хочешь!

Рика закатала рукава своей блузки и энергично фыркнула.

— Нет, я ценю это, но мне достаточно и самого намерения.

— Не скромничай. Давай, скажи своей Рике-онэсан, что ты хочешь, чтобы она сделала?

Интересно, она бы разозлилась, если бы я честно сказал, что хочу, чтобы она ничего не делала?

Рика начала доставать из пакета, который, казалось, готов был лопнуть, вещи одну за другой. Этот пакет она принесла отдельно от подарка на новоселье.Фартук, резиновые перчатки, маска — это было так называемое начальное оборудование для домохозяйки.

Казалось, она купила всё это в магазине скидок после своей подработки.Рика всегда хочет заботиться обо мне так или иначе. Хотя это само по себе приятно, есть одна проблема.

Честно говоря, Рика не слишком хороша в домашних делах.Когда она готовит, появляются пламя, когда шьёт — её пальцы покрываются кровью; когда пытается навести порядок, комната становится ещё более захламлённой, чем раньше.Её мотивация и навыки не совпадают.

Однако в обслуживании клиентов в «Айен Кьен» её репутация, похоже, очень хорошая. Сама Рика, похоже, работает с чувством общения с клиентами, а не просто выполняет работу.

— Сначала я помогу с распаковкой.

— Я уже всё закончил.

— А что насчёт похода за продуктами?

— Я всё купил по дороге из школы.

— ...Тогда стирка?

— Даже глажку уже сделал.

— Ну вот! Ты ничего мне не оставляешь! Ты что, слишком способный, что ли?

Рика умела хвалить, даже когда сердилась — в этом она была мастером.

— Рика, ты же гость, так что можешь просто расслабиться на диване. Подарки, которые ты принесла, более чем достаточно.

— Правда?

Это действительно было то, что я чувствовал. Семья Мамори не настолько бессовестна, чтобы заставлять мою подругу детства работать после её подработки.

— Ладно. Тогда для начала иди помой руки и прополощи горло.

— Хорошо!

Рика стремительно убежала в сторону ванной.

Тем временем я продолжил готовить ужин для Юдзуки. Но прошло пять минут, потом десять, а Рика всё ещё не вернулась.Она не выглядела спешащей, и я не думала, что она из тех, кто будет тайно рыться в моей комнате...

Внезапно из коридора раздался странный крик Рики.

— Что случилось?

Я остановил готовку и направилась к ванной, чтобы разобраться.

— Эээ...

Рика сидела в затопленной ванной комнате, рядом перевёрнутое ведро.Пена была разбрызгана повсюду — на двери ванной и даже на потолке.Моющее средство из того самого пакета капало в сток, хотя оно, похоже, не предназначалось для ванной.

— Рика-сан, объяснись, пожалуйста.

Я посмотрел на неё холодным взглядом, а Рика неловко отвела глаза.

— Ну, я просто мыла руки, потом увидела грязь на ведре и... начала чистить и увлеклась.

— А потом поскользнулась на мокром полу и пене, когда разошлась.

— Да.

— Я принесу тебе одежду, чтобы переодеться.

— Спасибо...

Этот момент обновил список домашних дел, которые Рике не следует доверять.

Спустя несколько минут Рика, приняв душ, вернулась в гостиную.Она была одета в футболку и брюки, которые я достала из своего шкафа.Я думал, что футболка будет великовата, но, похоже, Рика выросла, так что размер оказался в самый раз.

— Я поставил пудинг, который ты мне принесла, в холодильник, так что можешь съесть его.

— Ладно.

Рика плюхнулась на диван и открыла крышку пудинга.

— А ты не будешь есть, Судзу?

— Я поем после ужина.

— Ах, ты ещё не ужинал?

— В последнее время у меня нерегулярное расписание приёмов пищи.

— Я тоже ещё не ела... Тогда, в благодарность за одежду и душ, я...

— Пожалуйста, дай мне приготовить!

Было бы плохо, если бы сразу после переезда произошёл небольшой пожар.К тому же, Юдзуки скоро вернётся домой.Это было бы проблематично, если бы Рика узнала, что моя соседка — та самая новая ученица, о которой все говорят.

— Тогда как насчёт соборо очадзукэ с курицей? Это можно быстро приготовить...(Прим.: Очадзукэ — блюдо из риса с добавками, залитое чаем или бульоном, в данном случае с куриным фаршем).

Рика, съедая пудинг, прищурилась и посмотрела на меня.

— Как-то это подозрительно.

— ...Что?

— Обычно ты готовишь что-то сложное, даже если поздно вечером. Ты правда так хочешь, чтобы я ушла?

— Н-нет, конечно!

Рика порой бывает слишком проницательной. Я не должна была ничего выдавать.

— Судзу, ты что-то от меня скрываешь, да?

— Н-нет...

— У тебя щёчка дёргается, когда ты врёшь. Как думаешь, сколько лет мы дружим с детства?

Я этого не знал. Это потрясло меня, и одновременно я вспомнил, почему ни один сюрприз на день рождения для Рики никогда не удавался.

— Ах, мне так грустно. С тех пор, как моя подруга детства переехала, кажется, даже наша эмоциональная связь ослабла...

— Нет, это не так. Просто есть особые обстоятельства...

— Я не думаю, что это так, но... твоя девушка сейчас придёт?

Её тон внезапно понизился.Почему разговор вдруг зашёл о любви?

---

Перевод - Eszramore

Поддержать переводчика можно по https://www.donationalerts.com/r/through

Или по номеру карты

Monobank - 4441 1110 3125 0909

----------

Ты ведь хочешь, чтобы я много съела, да? Часть 3

[Анлейт Том1 Главы 5.5 - 5.6 - 5.7]

— Я услышала странный слух в школе. Говорят, что Мамори Судзуфуми из второго класса признался в любви Арису Юзуки.

У меня сердце замерло. Неужели информация дошла и до Рики?

— Конечно, я не собиралась верить таким слухам. Судзу не интересуется идолами и не фанатеет от них. Судзу ценит свои убеждения.

Глаза Рики, смотрящие на меня, были серьезными.

— Итак, в чем дело?

Настоящая причина ее визита была не в том, чтобы позаботиться обо мне или поздравить с переездом, а в этом, да?Теперь вопрос: насколько честным мне быть?

— Правда в том, что я признался А... Арису Юзуки. Но на это были свои обстоятельства.

— Какие обстоятельства?

Я не мог сказать, что Юзуки — моя соседка.А значит, не мог объяснить, что "нас застал третий человек во время секретного разговора, чтобы скрыть наше соседство". И даже если бы я придумал подходящую причину, вроде любви с первого взгляда, не было гарантии, что она поверит.Прежде всего, я не хотел лгать своей подруге детства.

— Я случайно столкнулся с Арису Юзуки в Ресурсной комнате, и сразу после этого туда зашел старшеклассник. Этот человек неправильно понял ситуацию, решив, что мы с Юзуки делаем что-то подозрительное. Поэтому я на ходу притворился, что признался ей. Мне это показалось лучше, чем позволить распространяться странным слухам. В конце концов, она же идол.

Я постарался обойти правду, не солгав напрямую.Хотя я и делал это ради защиты Юзуки, меня кольнуло в груди оттого, что я обманываю свою подругу детства.

— Хм. Если Судзу так говорит, я поверю.

Рика, казалось, была не до конца убеждена, но на время отложила свое возмущение.

— Спрошу еще раз: ты точно не встречаешься с Арису Юзуки?

— Мы не встречаемся. Это правда. Прости, если я заставил тебя волноваться, Рика.

Я сложил руки перед лицом и искренне извинился перед Рикой.

— Ладно, я поняла. Если у тебя сегодня есть другие дела, я скоро уйду.

— Извини, я заглажу вину в следующий раз.

— Кстати, чьи это молодёжные сапоги у входа?

— Эм, Юзуки не могла быть у меня... Ах.

Окутанная аурой абсолютного нуля, Рика одним махом осушила свой пудинг.

— Я ухожу!

Рика накинула школьную сумку на плечо, с грохотом поставила пустую упаковку от пудинга на кухонный стол и направилась к выходу. Серьезно, она собирается уйти вот так?

— Глупый Судзу! Надеюсь, ты подавишься пудингом!

Только я собирался броситься за ней, как уронил пустую упаковку на пол, и по кухонному коврику расползлось коричневое пятно. Это плохо, надо вытереть быстро, пока карамельный соус не впитался.

— Черт!

Но сейчас Рика была важнее коврика.Я вышел в коридор, а она уже тянулась к ручке входной двери.

— Подожди, Рика!

Игнорируя мою просьбу, Рика вышла из комнаты.Я выбежал в коридор в носках и положил руку ей на плечо.

— Отпусти! Судзу, ты ведь должен быть счастлив, что ладишь с такой популярной идолкой, как Юзуки. Ты, наверное, думаешь, что я для тебя просто удобная, всемогущая домработница, которая хорошо справляется с домашними делами!

— Это недоразумение! — Я никогда не думал о Рике, как о домработнице!

— Я уже говорил, что не встречаюсь с Юзуки.

— Но вы выглядите такими близкими! Если вы такие хорошие друзья, почему бы вам просто не жить в одном доме?

— Что вы тут делаете?

Четкий, уверенный голос прервал шум.Мы с Рикой одновременно обернулись к комнате 810.

Там стояла Юзуки, вставляя ключ в дверь.

— Эй, Судзуфуми. Что это за разговор о «удобной домработнице»? И кто эта женщина?

Я смутно подумал, что если открыть словарь на фразе «лягушка под взглядом змеи», то, наверное, эту ситуацию можно будет использовать как пример.

— Ты можешь объяснить, что это значит?

Я не мог понять, прозвучал ли вопрос от Юзуки или Рики.

— Эй, ты уверена, что мне нужно просто мешать?

— Да. Это важное задание, которое под силу только терпеливой Рике.

— Ну, тогда я постараюсь изо всех сил.

***

За низким столиком слева Рика сосредоточенно работает с миской перед собой. Кажется, мне удалось поднять ей настроение.Воспользовавшись моментом, я поклонился Юзуки, которая сидела справа.

Хотя это была цепочка случайностей, факт того, что мы с Юзуки соседи, стал известен одному из учеников нашей школы.

— ...Я в основном поняла ситуацию. В конце концов, это моя вина, что я позвала Судзуфуми в Ресурсную комнату, так что тебе не нужно извиняться, Судзуфуми.

Ранее я вкратце объяснил всё Рике:О моем новом жилье, которое оказалось рядом с квартирой Юзуки, о том, как она чуть не упала в обморок от голода после переезда, и как я время от времени готовлю для неё.Я также объяснил, что мое признание было притворным, чтобы развеять слухи о неподобающих отношениях в школе, подчеркнув, что оно было искренне ложным.

— Извини за это. Даже за то, что привел Рику к тебе домой.

— Ничего страшного. Было бы неловко оставить все как есть. К тому же...

Юзуки бросает подозрительный взгляд на Рику, которая усердно мешает содержимое миски.Хотя я уже представил её, для Юзуки Рика была просто незнакомой девушкой, с которой она встретилась впервые.Возможно, Юзуки пытается сама определить, насколько Рика надежна и не проболтается ли.

— ...Эй, Судзу, ты меня слушаешь?

Рика тянет меня за руку, пытаясь повернуть к себе.

— Прости, что случилось?

— Это тесто почти безвкусное, да? Думаю, добавить соевый соус, мирин, немного соуса и секретный ингредиент — кленовый сироп. Что думаешь?

— Спасибо за предложение, но всё хорошо как есть.

Сегодняшнее меню — окономияки! Рика озорно улыбается, будто чувствуя моё беспокойство.

— Если ты так переживаешь, просто смотри на меня. Я немного неуклюжа в готовке.

Немного, да?Ну, осознание — это первый шаг к улучшению.Я наслаждался осознанием того, что моя подруга детства немного выросла, пока вытирал тесто, расплескавшееся по столу, салфеткой.

— Хорошо, я дам тебе полное руководство, чтобы даже ты смогла приготовить это самостоятельно...

Вдруг я почувствовал, как кто-то дернул меня за край рубашки сзади.Обернувшись, я увидел Юзуки, державшуюся за край моей рубашки.

— ...Я тоже не очень хорошо готовлю...

У Юзуки было выражение, которого я раньше не видел. Возможно, она не знала, насколько открыто ей стоит вести себя перед Рикой.

— Арису Юзуки-сан. Сейчас я разговариваю с Судзу!

— Это не важно. В конце концов, это мой дом.

— Если уж на то пошло, то Судзу мой!

— Это не так.

Я не удержался и вмешался рефлекторно.Так не пойдет; если воспринимать их всерьез, мы никогда не закончим.Мне придется стать посредником, иначе мы никогда не приготовим окономияки.

Я вылил тесто для окономияки, которое размешала Рика, на смазанную маслом сковороду, сформировал круг с помощью лопатки и сделал небольшое углубление в центре. Это помогает тесту прожариться равномерно, так как центр обычно готовится дольше всего.

— Но все же, подумать только, что "известная идолка" оказывается соседкой Судзу...

Сделав глоток чая улун, Рика пристально смотрит на Юзуки, сидящую напротив нее.

— Я многим обязана Судзуфуми. В "разных смыслах". — Возможно, вдохновленная Рикой, Юзуки ответила с намеком в голосе.

Через стол девушки напряженно смотрели друг на друга. Юзуки справа, Рика слева.Я оказался между ними, прилежно занимаясь готовкой, словно персонаж фона.

Когда я подумал, что противостояние взглядов продолжится, Рика непринужденно переместилась за мою спину.Кажется, она быстро уступила перед напором взгляда Юзуки.

Как тигренок, родившийся в зоопарке, пытающийся напугать большое импортное животное, она выглянула из-за моего плеча и шипела на Юзуки, будто угрожая ей.

Юзуки, напротив, на первый взгляд выглядела спокойной, с мягкой улыбкой. Но это больше походило на принужденную улыбку — тактику давления, а не её естественное выражение лица.

— Чтобы было понятно, я не просила Судзуфуми готовить мне ужин. Это немного неприятно, когда ты так открыто враждебна.

Юзуки, кажется, совершенно не смущена.Напротив, в её поведении ощущается даже некая уверенность.Кажется, я стал довольно хорошо понимать её истинные чувства благодаря нашим ежедневным совместным обедам.

— Если тебе не нравится готовка Судзу, ты могла бы просто отказаться.

— Я пыталась отказаться... Но в итоге всё равно ела, так что ничего не поделаешь.

— Значит, тебе нравится готовка Судзу? Или, может быть... тебе сам Судзу нравится?

— Ч-что!?

Юзуки надуло губы и слегка отклонилась назад.

— Р-рика, разве не ты сама постоянно слишком близка к Судзуфуми!?

— Я же его старшая сестра, так что всё нормально!

Рика навалилась на мою спину, словно ребенок, которого несут на плечах.

— Если уж на то пошло, ты скорее младшая сестра...

Будь то из-за того, что характер Рики легко читается, или благодаря исключительным навыкам общения Юзуки, она смогла разглядеть её истинную природу всего за несколько минут знакомства.

Будь то из-за того, что личность Рики легко понять, или благодаря исключительным навыкам общения Юзуки, та сумела разглядеть её истинную натуру всего за несколько минут после знакомства.

Возможно, из-за трудностей в общении с окружающими, которые Рика испытывала в юности, она до сих пор имеет свой уникальный способ взаимодействия с ровесниками.

— Не переживай о ней слишком сильно, Юзуки.

Кажется, устав от непредсказуемого ритма Рики, Юзуки тихо пробормотала себе под нос, опустив глаза:

— ...Что это вообще такое, ведёт себя так прилипчиво, будто это в порядке вещей...

— Юзуки? Что-то случилось?

— А? Нет-нет, всё в порядке!

В попытке скрыть своё смущение, она замахала рукой перед лицом. Что-то с Юзуки сегодня явно не так.

Ой, кажется, тесто уже готово, пора переворачивать.Взяв лопатки в обе руки, я ловко переворачиваю тесто. И вот передо мной появляется идеальный золотисто-коричневый окономияки.Особенный аромат этого блюда на основе муки наполнил комнату, наконец разрядив напряжённую атмосферу.

Самое время проверить завершающие ингредиенты.Стружка тунца, морская капуста и соусы уже на столе.О, точно, должна была остаться маринованная красная имбирь после приготовления якитори.

— Сейчас возьму маринованный имбирь.

— Постой, разве ты не оставила его в моём холодильнике?

Плечо Рики дёрнулось.

И действительно, открыв холодильник семьи Сасаки, я нашёл небольшой контейнер с маринованным имбирем, аккуратно стоявший в углу.

— Нашла, ты хорошо запомнила.

— Ну, меня ведь каждый день кормят.

Дёрг-дёрг — плечи Рики снова затряслись.

— Судзу, пока я приготовлю привычный горчичный соус с майонезом.

— А, спасибо... Только ты точно справишься?

— Даже я могу сделать такое. Мы ели его у меня дома десятки раз.

Теперь затряслись плечи Юзуки.

Обе выглядели так, словно их слегка бьёт током. И по какой-то причине атмосфера, которая только начала расслабляться, снова стала напряжённой.

— Х-хорошо! Почти готово!

Мои инстинкты посылали сигналы опасности, предупреждая меня не углубляться в происходящее.

Я поспешил закончить. Передвинул окономияки к краю горячей пластины и щедро намазал его специальным соусом.Для горчичного майонеза я использовал кондитерский мешок, чтобы создать волнистый узор.Завершив «уход за кожей», добавил немного морской капусты и стружки тунца для «эффекта щёчек». Разрезал блюдо на шесть равных частей и выложил их на небольшие тарелки для Рики и Юзуки.

— Вот, приятного аппетита.

— Иттадакимасу!

Рика, вернувшись за стол, тут же начала разламывать окономияки палочками.

— Вау, тесто такое воздушное!

— Это потому, что я добавил ямс.

Она взяла кусочек окономияки палочками и отправила в рот большой кусок.

— Внутри так кремово! Морепродукты хрустящие! Соус с майонезом восхитительный!

Пока Рика с энтузиазмом ела, Юзуки так и не начала.

Обычно в такой момент начиналась бы шутливая перепалка, но с Рикой здесь я не знал, как правильно себя повести.

— Блюда Судзуфуми...

— Да?

Юзуки, крепко сжав палочки, вдруг сказала:

— ...Блюда Судзуфуми — это не только для Кишибе-сан!

С глазами, полными решимости, как будто она собиралась прыгнуть с тарзанки, она отправила кусочек окономияки в рот.

Как только она сделала первый укус, выражение Юзуки прояснилось, словно голубое небо, разогнавшее тучи.

— Вау, действительно воздушное...

На этот раз она откусила как следует.

— Земляной аромат капусты и ямса, морская свежесть креветок и осьминога — всё это сливается в богатое послевкусие. Специальный соус и острый майонез идеально сочетают сладость и остроту.

— Точно! Это та смесь, которую Судзу совершенствовал годами, её даже используют в ресторане папы и мамы.

Две девушки, которые ещё минуту назад были на ножах, теперь улыбались и наслаждались одним и тем же блюдом.Это и есть очарование окономияки.

очно так же, как морепродукты и горные овощи — казалось бы, противоположные ингредиенты — объединяются в одно тесто, так и здесь все становятся равными перед окономияки.Универсальный язык еды без труда преодолевает различия в положении и отношениях людей!

Просто говоря, вкусная еда вызывает у людей улыбки. Вот почему здесь больше нет ссор и мелких споров. Это настоящее мировое миротворчество.Окономияки — это символ мира, которым гордится наша страна!

Когда я начал готовить вторую порцию, почувствовал на себе интенсивный взгляд слева.Рика внимательно смотрела на меня, держа в руках палочки.

— Не только готовь, Судзу. Давай есть вместе.

— Не переживай обо мне. Я сделаю свою порцию, как только вы насытитесь.

Но Рика отложила свои палочки и взяла мои.Затем она подняла кусочек окономияки с горячей плиты.Это...

— Ахн.

Это могла бы быть приятная ситуация при обычных обстоятельствах.Но передо мной оказался целый кусок, и, что еще хуже, он был обжигающе горячим, только что приготовленным.

— Нет, Рика, это слишком большой кусок...

— Ахн.

Рика, похоже, действовала из чистой доброты, и я собрался с силами и открыл рот.

— Ах... горячо!

Температура во рту резко подскочила, как если бы в печь подкинули уголь.Я отчаянно катал окономияки языком, пытаясь охладить его, и, не теряя времени, запил его улуном, чтобы охладить рот.

— Судзуфуми, сюда, сюда.

Повернув голову к противоположной стороне от Рики, я увидел Юзуки с открытым ртом.Она не держала палочки.

— Ахн.

— Хм?

— Я имею в виду, Судзуфуми, ты хочешь, чтобы я поела много, да?

— Ну, это...

[[image:/storage/reader-images/6d82e77845839f6c4bdf7baae23f7d1bfaddeca5.jpg]]

Рот Юзуки оказался прямо передо мной.Хотя она ела окономияки, в её рту не было ни окономияки, ни морской капусты, ни стружки тунца.

— Судзуфуми, ты уже был накормлен Кишибе-сан, так что теперь ты должен накормить меня. Давай, давай, это твой шанс произвести на меня впечатление едой, понимаешь?

Юзуки была необычно активна в отношении еды сегодня.Это, безусловно, идеальный момент для контрнаступления.Но, видя, как Юзуки закрывает глаза и послушно открывает рот передо мной, я почувствовал, что делаю что-то неправильное.

— Давай, «ахн».

— А...

С дрожащими руками я попытался поднести окономияки к её рту —

— Вот, держи.

Вдруг рука Рики выскочила с боку.

— Ммффппхл!

— Вместо Судзуфуми я накормлю тебя сколько угодно. Давай, давай!

Губы Юзуки заполнились окономияки, как у хомяка, который набивает свои щеки едой.

— Ммф... Пуах! Эй, что ты делаешь!?

— Ты же хотела, чтобы тебя накормил, верно? Тебе повезло.

Сегодня, кто знает, в который раз, их взгляды снова встретились. Искры разлетались прямо передо мной. Ни одна из них не собиралась отступать.Юзуки и Рика действовали одновременно. Рука Юзуки протянулась справа, Рика с левой стороны.

— Вот, «ахн»!

Два кусочка окономияки, едваудерживаясь на палочках, оказались прямо перед моими глазами.

— Эй, какой ты выберешь!?»

Я поставил лопатку на горячую плиту и вздохнул с унылым сердцем. Эти две... Я думал, что они совершенно противоположны, но разве они не идеально синхронизированы?

---

Перевод - Eszramore

Поддержать переводчика можно по https://www.donationalerts.com/r/through

Или по номеру карты

Monobank - 4441 1110 3125 0909

----------

Поспеши и сделай это!

[АНЛЕЙТ ТОМ 1 ГЛАВА 6]

Цветы вишни уже полностью опали, и наступило время, когда молодые листья готовы к новому свету.

Температура постепенно повышается, и, хотя сейчас конец апреля, количество дней, достигающих летней жары, растет.

За последние две недели на меня не нападал человек, называющий себя поклонником Арису Юзуки, и я не видел Миками-сенсея, прижимающегося к сиденью Юзуки.

Одноклассники, подтрунивающие над моими признаниями, тоже успокоились, и моя повседневная жизнь полностью вернулась в спокойное русло.

Каждый день, как обычно, я готовлю еду на двоих, а затем отправляюсь в соседний дом, где мой сосед, хотя и проявляет признаки сопротивления, в конце концов падает.

Это были вполне мирные дни.

В воскресенье, накануне Золотой недели, я первым делом закончил домашнюю работу и наслаждался отдыхом.

Динь-дон-

Звонок в дверь моего дома.

От папы я не получал никаких уведомлений о прибытии ингредиентов, а пара в комнате 808 отсутствует с самого утра.

Остается два варианта того, кто звонит в дверь.

Кареглазая девушка, подруга детства, или популярный кумир по соседству.

То, что появилось на мониторе, было последним.

Открыв дверь, я зажег маленький огонек осторожности.

В последний раз, когда Юзуки звонила в нашу дверь, она держала в руках фотоальбом.

В тот день я столкнулся с тем, что она переоделась в купальник прямо у меня на глазах, дотронулась до живота, и атмосфера стала какой-то странной, это было довольно сложно пережить.

Хотелось бы, чтобы она не недооценивала хрупкость мальчика-подростка.

— Доброе утро, что-то случилось?

Юзуки, одетая в простой трикотажный топ и джинсовые брюки, почему-то нервничала. Сцепив руки за спиной, она явно что-то скрывала.

— С-Судзуфуми, ты что, совсем... тупой?

— Что это, новый вид дразнилки?

— Нет, я просто хотела спросить, хорошо ли ты учишься?

Заглянув за спину Юзуки, я увидел, что она сжимает в руках справочники и распечатки.

— Может, ты хочешь, чтобы я тебя поучила?

Спрятав лицо за учебником, Юзуки беспокойно бормотала.

— Я дам Судзуфуми право.

— Да?

— Право на свидание с идолом на один день. Да, это стратегия, чтобы заставить Судзуфуми влюбиться в меня как поклонника. Сложная техника, чтобы заставить сердце Судзуфуми биться, если мы будем вместе заниматься за партой...

— Признайся честно.

— Признайся честно.

Застигнутая врасплох, Юзуки на мгновение замешкалась, но затем снова начала бормотать оправдания.

— Я не могу часто посещать школу и часто ухожу рано... Формально мне разрешено сдавать задания в качестве послабления, но, несмотря на то, что они называются послаблениями, пощады от них нет. Под этим я подразумеваю ненормальный объем, как будто в одиночку закончить совершенно невозможно...

— Тогда почему бы не собраться с друзьями из класса и не организовать кружок?

— Это нехорошо. Я не хочу изображать из себя тупого идола, к тому же есть ребята, с которыми я нормально общаюсь, когда хожу в школу, но звонить им в выходной день как-то странно. Если ты спросишь меня, достаточно ли мы близки, чтобы делать задания вместе, то это как-то сомнительно...

Хотя глаза и рот скрыты, уши, выглядывающие из учебника, окрашены в красный цвет.

Из-за своего смущения она, должно быть, много раз колебалась, прежде чем прийти ко мне.

Даже сейчас она отчаянно набирается храбрости.

— ... Хорошо. Кстати, по поводу твоего вопроса: в прошлом году я занял двадцатое место в итоговых тестах.

Выражение лица Юзуки мгновенно просветлело.

Видя такое детское выражение, я действительно чувствую, что она младше.

— Итак, с этого момента я буду жить у себя дома...

— О, прости. Мне нужно кое-что сделать дома. Ничего, если мы будем делать это у меня?»

Последовала короткая пауза.

— ...Что? А, да, конечно?

— Хорошо. Тогда заходи.

— Эм, я только возьму несколько вещей...

— Понял. Тогда до встречи.

Перед тем как дверь закрылась, она пробормотала про себя: «Сейчас не о чем беспокоиться... и, наверное, с Кишибе-сан тоже ничего не случилось...

Что это? Ну, неважно.

Вероятно, Юзуки не знала о том, что уголки моих губ были повернуты в ухмылку.

***

— Простите за беспокойство...

Как кошка, опасающаяся незнакомцев, Юзуки сжимает свое тело, входя в гостиную.

— У вас как-то все просто. Это так "по-судзуфумски."

Это касается нас обоих. В комнате Юзуки тоже почти не было предметов декора.

— Ну что ж, может, начнем? Вот чай-улун. Он крепкий и вкусный, потому что я использовала много чайных листьев.

Поставив стаканы, мы сели лицом друг к другу за низкий столик в гостиной.

Похоже, английский - главная тема разговора.

— Итак, с чего ты хочешь начать?

— С этой части распечатки, но... а?

Юзуки оглядывается по сторонам - это было быстрее, чем я думал.

Должно быть, Юзуки уже охватило неопределенное чувство дискомфорта.

Нравится ей это или нет, но она все равно заметит его, когда доберется до самой глубины комнаты.

Но уже слишком поздно. Входная дверь была плотно заперта на цепочку, и я незаметно переместил ее смартфон в недоступное место. Даже если она попытается позвать на помощь, это никому не удастся: пожилая пара в номере 808 уехала в Оиту сегодня утром. Сколько бы она ни кричала, ее голос никто не услышит.

— ...Судзуфуми? Почему ты улыбаешься?

— Не обращай внимания. Давай просто начнем с задания.

Когда я потянулся за распечаткой, Юзуки быстро убрала руку.

Может, мне лучше пойти домой? Мне кажется, я должен делать такие вещи сам...

— Не стесняйся. Вот, почему бы тебе не выпить немного чая улун и не проветрить голову?

— .......

В комнате царила тишина.

Звук вентилятора казался необычно громким.

— Судзуфуми, ты....

Когда Юзуки внезапно встала, я быстро схватил ее за руку.

— Как я могу позволить тебе сбежать?

Я уверена, что мое отражение в зеркале должно быть с вульгарной улыбкой.

— Н-нет, остановись... пожалуйста... отпусти меня!

В глазах Юзуки начали наворачиваться слезы, и вскоре Юзуки закричала.

— Но ты же готовишь домашний рамен Джиро!

Я осторожно отпустил ее руку и двинулся на кухню.

На плите стояли две большие кастрюли.

В одной из них кипело огромное количество овощей, свиных костей и заднего жира, чтобы получить суп.

В другой кастрюле варилась свинина чашао вместе с зеленым луком.

Сильный запах, который с трудом устраняла вентиляция дома, неистово сотрясал мой мозг.

— Такую сложную готовку можно делать только в выходной день.

Очень толстая лапша из крепкой муки - основной элемент стиля Джиро также должна быть приготовлена и отложена накануне.

Рамен Джиромару. В народе известен как «Джиромару». Раменная сеть, пользующаяся горячей поддержкой мужчин по всему миру.

Самые характерные черты этого рамена - подавляющее ощущение объема, которое невозможно выразить словом «мега-порция», и насыщенный вкус, который насыщен приправами умами, ставящими здоровье на второе место.

Начинка также включает в себя неистовый набор чеснока, заднего жира и толсто нарезанного чашу. Вкус рамена Jiromaru.

Существует также жанр, известный как «Jiro-inspired» или «Jiro-style», который вращается вокруг тома как основы для уникальных адаптаций.

В оригинальном ресторане Jiromaru ramen всегда длинные очереди, а вкус, как говорят, вызывает привыкание, что заставляет многих пытаться воспроизвести вкус и количество рамена в стиле Джиро у себя дома.

В этом и заключается суть «Домашнего Джиро».

— Юзуки, тебе решать, есть или не есть, но я не знаю, сможешь ли ты устоять перед жестокими визуальными эффектами домашнего Джиро после того, как закончишь свои задания и полностью выдохнешься.

Более того, запах мяса и жира постоянно витает в гостиной, пока она яростно работает механическим карандашом.

Как бы она ни пыталась сопротивляться, ее мозг неизбежно покорится.

Демон калорий преподносится как «награда за выполнение заданий» для человека, чье мышление нарушено из-за усталости от учебы. Кто сможет преодолеть такое искушение?

Я объявил перед Юзуки, которая сидела, аккуратно сложив ноги.

— Итак, давай начнем заниматься.

***

На протяжении первого часа Юзуки сосредоточилась исключительно на задаче, не отвлекаясь ни на что другое.

Возможно, чтобы подавить свои инстинкты, она не позволяла окружающему миру проникнуть за пределы стола.Само занятие проходило довольно гладко.Как и ожидалось от человека, который обычно поет и танцует, у Юзуки была хорошая память.Она быстро схватывала то, чему её учили, и даже могла самостоятельно решать задачи на применение знаний.

Однако обучение в окружении аромата домашнего "Джиромару" постепенно подтачивало её психологическое состояние.Её взгляд стал пустым, а внимание рассеянным.Когда я заглянул в её тетрадь, чтобы посмотреть, что она так усердно писала, я был потрясён, увидев страницы, исписанные "Джиромару-Джиромару-Джиромару" — будто она переписывала сутры.

Когда солнце начало клониться к закату, Юзуки, казалось, достигла своего предела из-за обилия знаний и постоянного искушения ароматами еды.Её глаза, в которых читалась усталость, начали вращаться, а рот открывался и закрывался.

— Я... не могу...

— Что?

— Я больше не выдержу!

С криком капитуляции Юзуки словно "лопнула" и обессиленно упала на стол.Потрясение её за плечо не дало никакого результата; она не двигалась, будто время вокруг неё остановилось.

— Эй, ты в порядке?

Когда она наконец подняла голову, её взгляд был устремлён на меня. Словно хищный зверь, она испускала острый, сосредоточенный взгляд.

— Может, закончим на этом и поужинаем?

Это был момент, когда моя операция "Домашний Джиро" увенчалась успехом. Однако радоваться полностью я не мог.

— Отказано. Срок сдачи завтра, поэтому никакой еды, пока всё не будет закончено.

Я не мог наслаждаться любимым раменом в джиро-стиле, зная, что задания ещё не выполнены.

— Еда будет хорошей сменой обстановки. Это поднимет твою мотивацию.

— Если я съем рамэн, я точно засну. Никаких "но".

Я упрекнул Юзуки, которая настаивала на ужине. Наши роли поменялись местами.Честно говоря, я сам хотел бы бросить учебники и сразу же заняться приготовлением ужина.Но с учётом оставшихся заданий было очевидно, что нужно уделить первоочередное внимание именно им.

— Ты уже объяснил мне всё, что я не понимала, так что остальное я смогу сделать сама. Учитывая время, которое уйдёт на уборку, не лучше ли начать готовить прямо сейчас?

— Это не проблема. К тому же большой котел можно будет помыть завтра.

— Да ну, даже если мы отложим мытьё на завтра, сегодня осталось полно домашних дел. Давай быстренько поедим и потом насладимся свободным временем...

Не успела я заметить, как Юзуки оказалась рядом со мной и начала шептать на ухо.Моё тело покрылось мурашками, мысли рассеялись.В отличие от Юзуки, которая всё это время была прикована к столу, я периодически подходил к котлу, и мой накопленный аппетит был огромным.Я тоже отчаянно сдерживал своё желание, которое могло взорваться в любую минуту.

— Ты ведь устал, правда? Ты учил меня весь день. Судзуфуми, ты просто потрясающий.

[[image:/storage/reader-images/fc265221e9a09dfa47f7b755cf6c8c482a5e6554.jpg]]

Внезапно она погладила меня по голове.Наверное, потому что я не привык к похвале, моё сознание сосредоточилось в одной точке.

— Богатый бульон, который прямо стимулирует желудок, толстые упругие лапша, резкий вкус чеснока, мясистый жареный чаша... Тебе больше не нужно сдерживаться. Домашний Джиро создан для того, чтобы наслаждаться им в любое время.

Моё зрение помутнело, в голове образовалась дымка.Способность мыслить исчезала — я хотел сдаться.

— Я...

Будто доставляя финальный удар, Юзуки приблизилась к моему уху и произнесла:

— Поторапливайся и готовь.

С лёгким вздохом её мягкий голос будто перепрограммировал моё сознание.

— Хорошо.

Я встал и направился к кухне.Процесс эмульсификации, объединяющий бульон и жир, как раз подходил к завершению, словно специально рассчитанный на наш ужин.

Я достал из холодильника сверхтолстую лапшу, которую подготовил накануне. Она содержит много отрубей, придающих ей уникальный вкус.

Я бросил лапшу в кипящую воду и сварил её до состояния аль денте.Для соуса я использовал соотношение: 1 часть тёмного соевого соуса, мирина и усилителя вкуса к 5 частям эмульгированного бульона.

В этот соус я добавил 300 граммов лапши — это примерно вдвое больше, чем используется в обычной порции рамэна.Перемешав лапшу, чтобы она впитала соус, я перешёл к добавлению топпингов.

Большое количество проростков фасоли и грубо нарезанной капусты, сваренной до лёгкой мягкости, было добавлено поверх лапши.Небольшое количество "каэси" (приправы) налили на лапшу, чтобы объединить вкусы. Затем настало время для завершающего штриха.

Я спросил Юзуки, которая наблюдала за мной через плечо:— Добавить чеснока? (Ninniku iremasu ka?)

Это типичный вопрос о топпингах в рамэнных Джиро-стиля или вдохновлённых этим стилем.

— Скажи "ясаи", если хочешь гору проростков и капусты.

— Скажи "ниннику", чтобы получить щедрую порцию рубленого чеснока.

— Скажи "абура", чтобы добавить нежный слой свиного жира.

— Скажи "карамэ", чтобы сверху налили больше приправы.

— Скажи "маши" или "машимаши", если хочешь ещё большую порцию.

Если хочешь больше мяса, покупай билеты с надписью "бута" или "о: бута".

Хотя в разных заведениях могут быть небольшие различия, эти выражения считаются синонимами рамэна в стиле джиро.

Наконец, Юзуки заговорила:

— Ясаи, ниннику, машимаши, абура, карамэ, маши, о: бута, дабуру (двойная порция).

Это был очень уверенный заказ, без малейших колебаний.

Сначала я начал складывать слегка размягчённые овощи в миску с помощью щипцов.Высота горы из этих овощей легко превысила 30 сантиметров.

Затем рядом с овощами я положил горку нарезанного чеснока размером примерно с кулак ребёнка.После этого я добавил восемь ломтиков свиного чаша. Эти крупно нарезанные куски мяса были тщательно замаринованы в соусе.

И, наконец, абура — нежный, тающий во рту свиной жир, который был равномерно рассыпан поверх.Рамэн, украшенный белыми точками, выглядел как снежная фея.

«Извините за ожидание. Вот ваш заказ: "Ясай, ниннику, машимаши, абура, карамэ, маши, о: бута дабуру (двойная порция)"» (Дополнительные овощи, дополнительный чеснок, дополнительный жир, усиленный вкус, двойная порция свинины).

Как только миска была поставлена на стол, Юзуки громко сглотнула.Её руки, сжимающие палочки для еды, дрожали, словно у зависимой.Её дыхание стало прерывистым, как у зверя, изголодавшегося по плоти и крови.

Миска, стоявшая перед нами, была как оазис, внезапно появившийся в пустыне. Это было благословение для нас обоих, уставших от учёбы.

— Итадакимасу!!Мы одновременно воткнули палочки в миску. Но, разумеется, мы не стали есть лапшу в первую очередь. Мы начали с овощей, пропитанных жиром.

— Овощи, смешанные с жиром и приправой, действительно возбуждают аппетит.Очарование жира и соуса ещё больше усиливается благодаря проросткам фасоли и капусте, у которых слабый вкус.

Юзуки молча поглощала гору овощей. Даже с блестящими от масла губами она не проявляла ни капли смущения, лишь целеустремлённо набивала рот.

Справившись почти с половиной овощей за один раз, она, наконец, выдохнула:— Жир полон сладости... Даже одни овощи — уже неплохая закуска.

Затем Юзуки потянулась за толсто нарезанным чашу.— Вау, оно тает во рту, как только его ешь... Вкус настолько насыщен, что с каждым укусом сок и умами наполняют рот. После того как рот становится насыщенным, крепкий улун отлично освежает — это великолепно.

Я пока не притронулся к чашу, оставляя его пропитываться эссенцией супа на дне миски.Я первым добрался до лапши. Когда я поднял упругие лапши, суп буквально забурлил.

— Эта жёсткая текстура — вот что делает рамэн в стиле Джиро таким особенным. Они будто живые, танцуют во рту.Лапша скользит по языку, как удон, благодаря слою жира, покрывающему её.

На полпути к трапезе на моём лбу выступил пот. Сколько бы я ни вытирал его платком, он продолжал появляться, так что в конце концов я стал вытирать его рукой.Сидящая напротив Юзуки, похоже, тоже чувствовала жар. Крупные капли пота на её лице выглядели даже слегка соблазнительно.

Гора чеснока — символ рамэна в стиле Джиро — способствует потоотделению и стимулирует выброс адреналина.Не успели мы оглянуться, как уже странно улыбались, поглощая рамэн.

Устав от учёбы, долгожданный домашний Джиро-рамэн и огромное количество чеснока на пустой желудок погрузили нас в состояние транса.И тут, в конце трапезы, произошло нечто неожиданное.

Внезапно Юзуки положила палочки и провела пальцем по губам.Неужели даже обычно невозмутимой Юзуки трудно справиться с этим Джиро-рамэном?Как только я подумал об этом, Юзуки скрестила руки и схватилась за край своей футболки.

— ?...

Я узнал это движение — то же самое она делала во время «Инцидента с якисобой», когда переодевалась в купальник.

— Нммх, вот так.

[[image:/storage/reader-images/46d19a3209ed003c4a07d17c07e49216300f4c11.png]]

Конечно, на этот раз под футболкой не оказалось светло-голубого бикини.Вместо него показалась бледно-розовая майка-камисоль. Её верхнюю часть тела поддерживали всего две тонкие лямки.

Плечи и область вокруг подмышек были обнажены, сверкая каплями пота.

— Ух...

Проклятье, лапша попала не в то горло. Я быстро запил её улуном.

— Спокойно. Это же не бюстгальтер.

Площадь открытой кожи куда больше, чем в моде Y2K с оголённой талией, которую я часто вижу в городе.

— Так жарко...

Юзуки обмахивалась рукой, а под её мышками и на коже мерцали капли пота.

— ...Чего пялишься?

— Ах, п-прости.

Невозможно!Для подростка, который ни разу толком не видел женского белья, камисоль могла быть таким же «запретным плодом», как и бюстгальтер.Тем временем Юзуки, не обращая внимания на моё замешательство, продолжила есть.

Жест, с которым она убирала волосы за ухо, случайный взгляд на её бок, блестящая от пота кожа на декольте...Несмотря на все мои попытки сосредоточиться на рамэне, мой взгляд постоянно притягивался к сидящей напротив Юзуки.

Когда она откусила нежное чашу, сок и мясной бульон брызнули наружу.Она вытерла капли с подбородка тыльной стороной ладони и слизала их кончиком языка.Её энергичное поглощение лапши сопровождалось пучками губ, которые тянули её за собой.Глянцевые лапши оставили масляный след на её губах, похожий на блеск.

Тем временем лапша в моей миске полностью утратила упругость.

— Спасибо за еду!

Осушив стакан улуна одним глотком, Юзуки громко выдохнула.Кроме бульона, в миске не осталось ни одной фасоли проростков.

Я тоже кое-как доел всё, одновременно сдерживая свои мирские желания. После этого мы оба рухнули в гостиной.

— Мы опять переели... Но сегодня иначе никак!

Когда она упала, камисоль Юзуки приподнялась, открыв её пупок.Несмотря на то, сколько она съела, её живот совсем не выглядел раздутым.

Юзуки нежно погладила живот сверху вниз и прикрыла его светло-розовой тканью. Лёжа на спине, она медленно поползла ко мне и улеглась рядом с моей левой стороны.

— Что-то не так?

— Нет, просто задумалась... Никогда бы не подумала, что буду есть у тебя дома, Судзуфуми.

Она была так близко.Контраст её раскрасневшихся щёк и белой шеи, её грудь, медленно поднимающаяся и опускающаяся с каждым вздохом, были видны так чётко.Если бы я протянул руку, мог бы легко дотронуться до неё.

Я ощутил порыв разрушить эту тонкую, едва различимую преграду между нами.

Я чувствовал желание разрушить невидимую, тонкую преграду между нами.Чтобы скрыть свои чувства, я задал простой вопрос:

— Думаешь, сможешь снова начать учиться?

— Так неохота… Я просто хочу так лежать...

Глаза Юзуки полузакрылись, и казалось, что они вот-вот закроются совсем.Вот почему я говорил, что надо было есть после выполнения заданий.

Несмотря на кривую улыбку, я не стал заставлять Юзуки вставать.

— ...Думаю, давно не было такого отдыха.

Если подумать, Юзуки почти всегда работала по субботам и воскресеньям.С момента её последнего выходного, возможно, у неё было всего несколько полных дней отдыха.Выполнять задания, кушать, лежать — такая простая повседневная жизнь может быть настолько приятной.

— Эй, если у меня будет ещё один выходной...Лёжа, Юзуки бросила на меня взгляд.

— В следующий раз я закончу с заданиями утром, а днём, может, мы могли бы куда-нибудь сходить...Но тут, похоже, она о чём-то задумалась, её брови нахмурились, и она отвела взгляд.

— Забудь, ничего.

Её обычно гордо сияющие длинные волосы выглядели безжизненными и обвисшими.Она не может просто пригласить школьных друзей, а сосед в квартире, с которым легко строить планы, — парень.Хотя мы не встречаемся, это было бы катастрофой, если бы нас увидели вместе, и кто-то сделал фото.Даже в её редкие выходные Юзуки, возможно, не может свободно развлекаться на публике. Ей приходится сохранять образ идола.

— На самом деле, меня в последнее время заинтересовали настольные игры.

— Да?

— Есть довольно серьёзные игры, которые можно купить всего за тысячу йен для домашнего использования. Но для них нужен соперник, даже если это игра для двух игроков. Моих одноклассников это не интересует, так что, если у тебя будет свободное время, почему бы тебе не поиграть со мной, Юзуки? Можно в перерывах между тренировками и другой практикой.

Пока я терпеливо ждал её ответа, Юзуки провела рукой по волосам и тихо пробормотала:

— Ну, если будет время.

— Ага, если будет время.

Почему-то в голове мелькнуло выражение «домашнее свидание».Но, подумав, что поддразнивать её будет неправильно, я решил не говорить это вслух.

— Кстати, скоро Золотая неделя. У тебя есть планы, Судзуфуми?

— У меня? Я планирую завершить все домашние задания в первой половине и, может быть, один день погулять с одноклассниками.

Теперь, зная ситуацию Юзуки, я чувствую себя немного виноватым за то, что строю планы весело провести время.Но упоминать об этом, возможно, заставит её беспокоиться, поэтому я держу эти мысли при себе.

— Ещё я собираюсь пойти с Рикой в аквариум, потому что она хочет посмотреть шоу пингвинов.

— О? С Кишибе-сан?

— Да, обычно она не просит меня куда-то её отвезти, кроме как на день рождения. С тех пор как мы ели окономияки, она часто пишет мне, чтобы куда-то пригласить. Хочет попробовать сладости из одной лавки или говорит, что какой-то фильм выглядит интересным. Возможно, она хочет повеселиться перед тем, как начнёт готовиться к вступительным экзаменам.

До прошлого месяца Рика была моей соседкой, так что вместо прогулок мы обычно просто отдыхали в одном из наших домов, тихо читая мангу или делая окономияки.Расстояние, которое появилось между нами, может менять нашу манеру общения.Когда Рика окончит старшую школу, наш контакт, скорее всего, сократится.Если у неё появится парень, я, возможно, не смогу так легко с ней связываться.

Эта мысль кажется немного грустной.То же самое касается Юзуки.Единственная причина, по которой я, обычный школьник, могу иметь какое-то отношение к действующему идолу, — это совпадение, что наши дома находятся рядом друг с другом.

Бросив мимолётный взгляд на Юзуки, которая что-то бормотала себе под нос, я заметил, как она наконец села, выпила суп с чесноком и жиром, а затем, будто приняв решение, открыла рот:

— Убедись, что расскажешь мне всё про аквариум.

— Что?

— Я имею в виду, расскажи мне всё. Куда вы ходили, что ели, все детали. Отправляй мне сообщение каждые пятнадцать минут.

Что это такое? Может быть, Юзуки тоже любит пингвинов?Или, возможно, она не может никуда пойти в длинные выходные, поэтому хочет пережить аквариум через мои живые обновления.

— Если это так, я могу отправить тебе видео. Рика, правда, может шуметь на заднем плане.

— Просто фото достаточно. Селфи.

— Селфи? Аквариумы обычно плохо освещены, так что моё лицо может быть плохо видно.

— Это неважно. К тому же, мне вообще-то неинтересны пингвины, дельфины или актинии!

— Так что тебе интересно?

Юзуки почему-то сердито надула губы. В такие моменты лучше не задавать лишних вопросов и просто предложить десерт как мирное предложение.

Подняв своё тяжёлое тело, я спросил Юзуки:

— Какой сорбет ты хочешь: ванильный или апельсиновый?

— Апельсиновый... и...

— С мятой. Я понял.

— Очень хорошо.

Когда я поднялся, Юзуки уже сияла улыбкой.

Мы общаемся почти месяц, и это заставляет меня снова задуматься:Сколько бы я ни улучшал свои навыки ведения хозяйства, я всё равно не могу понять, как завоевать сердце девушки.

---

Перевод - Eszramore

Поддержать переводчика можно по ссылке: https://www.donationalerts.com/r/through

Или по номеру карты

Monobank - 4441 1110 3125 0909

----------

Спасибо, что проводил меня домой

Прошел примерно месяц с начала второго года моей школьной жизни.Золотая неделя пролетела с такой скоростью, словно это был конвейер на раменной закусочной «Джиромару».

Я проводил вечера, терпя долгие телефонные разговоры Хозуми (в основном он хвастался своей личной жизнью), помогая с очисткой вентиляции в «Айэн Киэн» и ведя размеренную жизнь. Тем временем моя соседка, кажется, работала без выходных, даже в праздники.

Кстати, мне так и не удалось сходить в аквариум с Рикой.Она заболела прямо перед нашей встречей. Очевидно, Рика слишком увлеклась отдыхом в первой половине праздников и истощила свои силы раньше времени. Она прислала извиняющееся сообщение, так что я решил навестить её.

«Прости, что доставляю тебе хлопоты… Хотя я ведь старшая сестра Судзу...»Рика выглядела довольно подавленной, но оживилась и с удовольствием ела удон, который я приготовил для неё с большим количеством специй.

С приближением контрольных экзаменов в мае и следующими каникулами только через два месяца настроение в классе 2-А заметно упало.Особенно Хозуми выглядел подавленным, как река, забитая илом, накопившимся за годы. Его предупредили, что если он провалит экзамены, то ему запретят встречаться со своей девушкой.

Для справки: Хозуми провалил более половины предметов на финальных экзаменах в прошлом году.Я согласился помочь ему с учёбой после школы, но интересно, надолго ли его хватит?

Что касается меня, я уже неделю не ел вместе с Юзуки, поэтому тоже был не в самом лучшем настроении.Группа Юзуки, Spotlights, недавно появилась на различных развлекательных шоу, но их основная деятельность — это выступления вживую, пение и танцы на сцене.Сейчас они готовятся к большому концерту в Токио, и Юзуки вместе с остальными участницами ежедневно репетируют до поздней ночи.

К слову, с тех пор, как я знаю Юзуки, я ни разу не видел её выступление вживую.Говорят, билеты на трансляцию можно купить, может быть, я так и сделаю.

После окончания уроков я заговорил с одноклассником, уныло сидящим за партой передо мной.

— Ну же, ты же сказал, что будешь учиться. Пойдём в библиотеку.

— Давай начнём с следующей недели.

Заявление о капитуляции с первого же дня, но я недостаточно безответственен, чтобы сдаться так просто.

— Важно превратить это в привычку. Давай, вставай быстрее.

Пока остальные одноклассники один за другим покидали класс, Хозуми упорно цеплялся за свою парту.

— Судзуфуми, тебе стоит чаще отказывать людям в их просьбах.

Это он попросил меня о помощи, а теперь ведёт себя так!

— С первого года ты всегда был тем, кто помогает всем подряд. Берёшься за обязанности в комитетах, которые никто не хочет выполнять, помогаешь другим группам с кострами на школьных экскурсиях, раздаёшь сладости одноклассникам на День Святого Валентина и Белый день, пришиваешь пуговицу к форме девушки, как только она отрывается…

— Мне это нравится.

Когда кто-то из близких мне людей в беде, я хочу помочь, насколько могу.Будь то сосед из соседней квартиры или одноклассник, я помогаю, потому что хочу, и только поэтому.

— Это твоё право заниматься чем угодно, но тебе стоит иногда полагаться на других. Ты ведь даже не спрашиваешь мнений. Вот почему в первый же день признался в любви идолу, в которого влюбился с первого взгляда…

— Забудем об этом, ладно?

Эта история, скорее всего, будет преследовать меня даже в выпускном классе или на встречах выпускников.

— Слушай, Хозуми, всего 15 минут сегодня, и всё. Преодолей этот первый барьер, и дальше учиться станет легче.

Я схватил его за руку и силой потащил в библиотеку. Грустно думать, что плохие оценки могут помешать ему встречаться с его девушкой.

В итоге я заставил Хозуми учиться целый час.

Как и ожидалось, начав, он быстро втянулся.К концу он с воодушевлением говорил: «Я наконец понял, насколько глубок мир учёбы!» Но, скорее всего, завтра он уже всё забудет.

Я вышел из библиотеки пораньше и направился к выходу из школы.Теперь стоит решить, в какой супермаркет заглянуть сегодня?Может быть, стоит заглянуть в небольшие магазины на торговой улице?Также нужно купить моющее средство, зубную щётку и средство для прочистки стоков в аптеке. Ещё пора забрать пальто из химчистки...

Хозуми мог сказать что угодно, но мне нравится заниматься домашними делами.Мне нравится быть полезным для других. Я не заставляю себя, и я хорошо знаю свои пределы.

Сначала Юзуки, казалось, немного смущалась, когда я готовил для неё, но в последнее время она стала принимать это с большим удовольствием.

Слишком ли это смелая мечта — надеяться, что так будет всегда?

«Я хочу увидеть тебя, Юзуки».

Это желание появилось неожиданно.

Просто поговорить с ней лицом к лицу — этого было бы достаточно. Но, как она упоминала, день концерта всё ближе, и сразу после него, кажется, состоится фан-встреча. Похоже, мы будем продолжать расходиться весь май...

— Судзуфуми.

— Родители Юзуки живут в её родном городе, Ниигате. Интересно, она поддерживает с ними связь?

— Су-дзу-фу-ми!

— С приближением Дня матери она, вероятно, порадует своих родителей видеозвонком.

— Эй, Судзуфуми!!!

Мои мысли внезапно улетучились, словно дом из соломы, снесённый ветром.А из этого дома из соломы появилась Юзуки.

— Я зову тебя уже целую вечность, не игнорируй меня!

Юзуки была в своей школьной форме: коричневый пиджак, ярко-красный галстук и черная юбка. Сколько бы раз я её ни видел, в образе старшеклассницы Юзуки всегда выглядит очаровательно.

— Извини. Я задумался. Ты идёшь домой?

— Да, у меня сегодня были только уроки после обеда. Хочешь пойти вместе?

Не дожидаясь моего ответа, Юзуки пошла вперёд.

— Но мы же договорились притворяться незнакомыми в школе.

— Мы уже вне школьной территории. К тому же, мы довольно далеко от здания, так что всё будет нормально.

Действительно, на улице не было школьников в форме, да и машин проезжало немного.

— Но всё равно, разве не стоит быть осторожными из-за журналов и тому подобного?

— То, что наши дома рядом и мы ходим в одну школу, — это факт. Никто не напишет статью только из-за этого. Разве что мы будем держаться за руки на публике или что-то в этом роде.

— Если Юзуки так говорит… Несмотря на её осторожность во время наших секретных встреч в ресурсной комнате, кажется, что её отношение немного изменилось.

Я замедлил шаг, чтобы идти рядом с Юзуки, сохраняя расстояние в два шага между нами. Лучше перестраховаться. Однако на лице Юзуки появилось немного грустное выражение, когда я старался держаться на расстоянии.

— …Ты мог бы идти чуть ближе...

Дорога от школы до дома занимает около двадцати пяти минут пешком. Я подумывал купить велосипед, но с такой удачей, возможно, я ещё немного похожу пешком.

По пути домой мы болтали о разных мелочах. Говорили о том, как уроки внезапно стали сложнее, о девочке из нашего класса, к которой приставал старшеклассник, о том, как я учил друга или о том, как кто-то начал больше заниматься спортом, потому что другой человек стал готовить для неё каждый день — всё, как у обычных друзей.

— О, тут появился «Фавома».

Казалось, он только что открылся: на ветру развевался баннер с надписью «Грандиозное открытие».Favorite Mart, или просто «Фавома», — это сеть магазинов, занимающая второе место по количеству точек в отрасли. Их сезонные сладости и горячие закуски у кассы пользуются большой популярностью.

Среди них самый популярный продукт — обжаренное куриное филе без костей под названием «ФавоЧик». С момента запуска в 2006 году это блюдо полюбилось как фирменная закуска «Фавомы».

С шутливым тоном я предложил:

— Может, возьмём перекус после школы, как типичные старшеклассники? Я угощаю.

— Хм...

Я ожидал, что она сразу откажется, но Юзуки замерла в странной позе. Похоже, она изо всех сил обдумывала это. Возможно, если я немного надавлю, она согласится?

— Это новый магазин, так что, думаю, там сейчас есть свежее, хрустящее куриное филе.

— Хм-хм...

— Юзуки, ты ведь так много работаешь в последнее время с этими репетициями, поэтому я хочу тебя порадовать. Думаю, тебе нужно запастись энергией, пока можешь. Позволь мне тебя побаловать.

Сбоку рукав моей формы резко потянули.

— …Ты меня угостишь?

— М-м.

Её вид напоминал мне сердитого ребёнка, которого только что разбудили.

— Да, я куплю тебе. Выбирай, что хочешь.

Юзуки потратила больше десяти минут, изучая меню на официальном сайте на своём смартфоне.

В конце концов она выбрала классическое блюдо — «ФавоЧик». Кстати, я выбрал не менее классическую крокетту под названием «ФавоКоро».

— Вот, будь осторожна, не обожгись.

Юзуки радостно разорвала упаковку, открыв хрустящее куриное филе.

— Э-это знаменитый «ФавоЧик»!

Держа курицу высоко обеими руками, Юзуки выглядела так, будто была в полном восторге. «Знаменитый „ФавоЧик“!» — сказала она, хотя её реакция была слегка преувеличенной.

— …Не говори, что это твой первый раз?

— Да. В моём родном городе было мало таких магазинов, а после переезда я старалась избегать горячих закусок, так что всегда мечтала попробовать...

Несмотря на её волнение, Юзуки всё же медлила с первым кусочком.

— …Я знала, что такая жирная еда — преступление для идола.

— Теперь уже поздно отступать. Если ты не будешь есть, тогда я…

[[image:/storage/reader-images/a826f19b468ee8bd83c4db5a052f82c08631e077.png]]
Когда я потянулся к её «ФавоЧику», Юзуки мгновенно убрала его из зоны досягаемости.Когда я усмехнулся, она покраснела и, наконец, сделала первый укус.

— Я знаю, что закуски из магазинов нельзя есть, но…

В тот момент, когда она откусила, сок брызнул с силой, как из пожарного шланга.

— Ого! Сочное мясо бедра в сочетании с хрустящей корочкой — вкус буквально взрывается во рту! Оно такое нежное и ароматное. Это жареная курица, но по лёгкости, словно приготовлена на пару.

Как она и сказала, половина быстро исчезла в её желудке.

— Говоря об этом, я видел рецепт на сайте, где упоминалась вариация под названием «ФавоЧик Донбури» или что-то в этом роде.

— Ого, я бы хотела попробовать это, но калорий там, наверное, уйма...

— Например, можно потушить «ФавоЧик» с луком в соусе для лапши, а затем залить взбитыми яйцами, чтобы получилось что-то вроде оякодона.

— глоток

— Или же обжарить в сладко-пряном соусе кусочки свинины, добавить сверху кусочки «ФавоЧика», посыпать белым кунжутом и нарезанной периллой для двойного удара богатого и освежающего вкуса.

— глоток, глоток

— урчание

Юзуки умудрилась съесть свой «ФавоЧик», но всё равно выглядела голодной. Она держалась за живот и краснела, кусая курицу.

Внезапно я почувствовал пристальный взгляд на своей руке. Юзуки смотрела прямо на мой «ФавоКоро». Там остался всего один кусок. Я быстро отправил его в рот.

— Ах! Воришка!

— Нет, я просто не собирался тебе его отдавать.

В ответ Юзуки моментально проглотила оставшуюся часть своего «ФавоЧика» за один укус.

— Эх, всё кончилось... Интересно, сколько лет пройдёт, прежде чем я смогу съесть это снова...

С тоской в глазах Юзуки смотрела на обёртку в своих руках.

— Здесь полно других вкусных продуктов из магазинов. Паровые булочки, картофель, десерты в стаканчиках...В следующий раз, если я снова встречу Юзуки на пути домой, что же мне ей предложить?

***

После того как мы закончили перекус, мы шли бок о бок по школьному маршруту. Мы старались держаться как можно дальше от прохожих. Всё-таки лучше лишний раз не попадаться на глаза вместе с Юзуки. Лучше перестраховаться.

На открытых улицах легко заметить людей издалека, но проблема возникает в районах, где много магазинов и домов. Здания и стены заслоняют обзор, поэтому нам нужно быть осторожными. В этот раз я снова почувствовал чьё-то присутствие за углом. Я жестом показал Юзуки и спрятался вместе с ней за ближайшим автоматом с напитками.

Из-за угла появилась группа парней в школьной форме. Причём эта форма принадлежала ученикам старшей школы Орикита. Мы затаили дыхание и ждали, пока они пройдут мимо.

— Ты знаешь, есть второкурсник по имени Мамори, который признался Арису Юзуки на церемонии поступления?

— Серьёзно? Это же уровень героя! Так они теперь встречаются?

— Как будто! Она же идол, ты что!

Они так были поглощены своим разговором, что даже не заметили нас. Сплетни о том, что я признался популярной идолу, кажется, уже стали общим местом в нашей школе. Похоже, наши старания оставаться незамеченными принесли плоды.

Когда группа полностью скрылась из виду, я активировал поисковую систему в своём мозгу. Вспоминая маршруты до школы и обратно, объезды и магазины, я рассчитал места с наименьшей плотностью населения и предложил Юзуки наш дальнейший план.

— Давай сделаем крюк через другой квартал. На этой улице слишком много магазинов, можем снова столкнуться с учениками из Орикиты.

— Д-да.

Мы перешли дорогу и направились в соседний квартал. На этой улице было меньше магазинов, так что риск встретить кого-то знакомого был значительно ниже.

Только я об этом подумал, как из дома справа появился неожиданный человек.

— Хозуми...!

Это был мой хороший знакомый. Он был в повседневной одежде, значит, это его дом. Мы всегда встречались у ближайшей станции, поэтому я и представить не мог, что он живёт так близко от моей квартиры.

— Юзуки, спрячься!

ы быстро ретировались и укрылись в переулке между зданиями. Проведя Юзуки вглубь, я выглянул из-за угла, чтобы следить за Хозуми, который был увлечён своим смартфоном.

Юзуки тоже выглянула из-за угла, чтобы посмотреть на улицу. В этот момент Хозуми неожиданно поднял голову. Я резко обернулся и попытался оттолкнуть Юзуки глубже в переулок, но в итоге споткнулся и инстинктивно схватился за её плечо.

Это плохо. Если так пойдёт, я могу её уронить, и она поранится.

Пытаясь выровнять наше положение, мы сделали что-то вроде полуоборота, похожего на странный танец. В итоге Юзуки оказалась прижата спиной к стене, а моя рука упёрлась в стену возле её лица — классическая поза «кабедон».

Юзуки, явно удивлённая, покраснела и открывала и закрывала рот, не издавая ни звука.

— Извини.

Я отвернулся и снова посмотрел на улицу. Хозуми уже ушёл.

— Л-ладно, давай пробежимся через этот участок.

— Но вдруг мы снова кого-то встретим?

— Это был крайне редкий случай. Судя по времени, если мы сейчас аккуратно пойдём, то наткнёмся разве что на домохозяек, идущих в супермаркет.

— Думаю, это лучше, чем снова встретить кого-то из Орикиты...

— Не обязательно. Среди домохозяек могут быть родители из Орикиты. Не стоит недооценивать родительские сети. Информация о том, кто с кем шёл, может разлететься молниеносно. Всё может закончиться как в тот раз с комнатой для занятий.

Поворачиваясь, чтобы показать путь, я заметил, что у Юзуки было слегка задумчивое выражение лица.

— Ты сказал «девушка» (彼女).

— А, нет, это просто оговорка...

— Хмм.

Юзуки взглянула на меня — не дразняще, но явно не до конца уверенно.

— В-в любом случае, Юзуки, сосредоточься на том, чтобы защищать свой имидж как идола.

— Хорошо, поняла.

Юзуки слегка кивнула. Почему-то её взгляд был устремлён на мои руки.

Примерно через пятнадцать минут мы каким-то образом справились с ситуацией и вернулись в наш жилой комплекс. По пути Юзуки продолжала поглядывать на меня, но так и не начала разговор. Мы просто шли бок о бок в тишине.

Мы прошли через вход и вместе зашли в лифт. Расстояние между нами было меньше десяти сантиметров.

— Кстати, я выброшу обёртку от «ФавоЧика» здесь. Извини, что заставил тебя её держать.

— Спасибо.

Юзуки, стоящая слева от меня, передала обёртку правой рукой. Я взял её левой рукой, смял и положил в карман пальто.

Теперь правая рука Юзуки и моя левая были свободны.

— ...

В одно мгновение в моём мозгу пронеслась вспышка.

Возможно, это было всего лишь моё воображение или совпадение. Но я не осмелился проверить это взглядом. Я почувствовал лёгкое тепло на кончике мизинца моей левой руки.

Юзуки молча смотрела прямо перед собой.

Эта едва заметная связь через один только мизинец... Между нами не было слов.

Лифт остановился на восьмом этаже, и мы вышли одновременно. Странным образом наш шаг был идеально синхронизирован, а положение наших рук не изменилось. Хотя я знал, что это бессмысленно, я не мог не желать, чтобы этот момент длился вечно.

[[image:/storage/reader-images/3556f05a8ed86a0c7de99033288722b76be587e6.png]]

Я наслаждался каждым шагом до комнаты 809, пока мы не дошли до угла и комнаты 810.

— Спасибо, что проводил меня, Судзуфуми.

— На таком расстоянии нужно это говорить?

Я пошутил, и Юзуки мягко рассмеялась. Я тоже улыбнулся.

Наши пальцы разомкнулись.

— Сегодня вечером у меня репетиция, а потом я останусь в комнате отдыха в офисе. До встречи.

— Да, до встречи.

Я поднял левую руку, а Юзуки ответила правой и затем зашла в свою комнату.

— Серьёзно...

Я присел на корточки прямо на месте. Я вспомнил ощущение, которое осветило мой мизинец.

— Как после счастливого сна, от которого осталась лишь смутная теплота.

---

Перевод - Eszramore

Поддержать переводчика можно по ссылке: https://www.donationalerts.com/r/through

Или по номеру карты

Monobank - 4441 1110 3125 0909

----------

Если бы я не была идолом.

[анлейт 8.1-8.2]

Я закрываю крышку бэнто и достаю два вида салфеток.

Тёмно-синяя — та, что я обычно использую. Другая, жёлтая, была извлечена из шкафа впервые за долгое время.Это также любимый цвет одной определённой айдол.

Сейчас немного за шесть утра.Обычно в это время я ещё сплю и вижу сны.Сегодня я встал раньше, потому что дежурю в школе, но, если бы это была единственная причина, мне хватило бы обычного будильника.

Настоящая причина моего раннего подъёма — это бэнто, которое я собираюсь передать своей соседке.Сегодня, наконец, день выступления группы Spotlights.Шоу начнётся вечером, а подготовка на площадке — около полудня.

Это бэнто можно считать своего рода подарком.Я уверен, что на месте будет шикарный кейтеринг, который легко затмит мой скромный домашний обед.

Но мои руки двигались сами по себе. Я встал в четыре утра и, представляя счастливое лицо Юзуки, аккуратно укладывал каждую деталь в трёхъярусное бэнто.Оно, возможно, получится немного громоздким, но надеюсь, она простит меня за это.

Проблема лишь в том, как его передать.

Я смотрю на свой левый мизинец.

"..."

Прошло три дня с тех пор, как мы ели вместе после школы, и с тех пор я ни разу не видел Юзуки.Какое лицо я должен сделать?Что вообще значил тот случайный момент?

Было ли это простым совпадением? Или прихотью?Может, Юзуки видит во мне... кого-то больше, чем просто соседа?Нет, это слишком самоуверенное предположение.

Юзуки — айдол.На фан-встречах она пожимает руки сотням, даже тысячам людей.Как в тот день, когда я встретил её впервые, часть её работы — ободрять фанатов, поддерживать с ними контакт.Возбуждаться от случайного касания мизинцами — это просто нелепо.Поэтому парни, у которых нет опыта отношений, всегда позволяют себе слишком много.

Я не решаюсь передать бэнто напрямую.Но оставить его на дверной ручке её квартиры тоже не кажется правильным.

Время уходить в школу приближалось, и я вышел из дома с мыслями, всё ещё полными смятения.Комната 810 была тихой.Могла ли она выйти раньше?Если я правильно помню, Юзуки говорила, что отправится на площадку прямо из дома.

Именно в этот момент я услышал звук замка. Дверь комнаты 810 медленно открылась.

— А, это Сузуфуми!

Юзуки была одета непринуждённо, как будто собралась выйти по делам в соседний район.

— О-о, д-доброе утро.

— Что с тобой? Нервничаешь?

Она хихикнула. Юзуки, наверное, пошутила, но это было не так далеко от правды.

— Концерт начинается в семь вечера, верно? Я купил билет на трансляцию.

— Спасибо! Сегодня я точно заставлю Сузуфуми стать моим фанатом!

Юзуки была, как обычно, весёлой и лёгкой на подъём.Может, я слишком много накручивал.Когда живёшь вдали от родителей, бывают дни, когда хочется тепла и поддержки.Может, я просто оказался рядом в нужный момент.

Но, глядя на её улыбку, я понял, что не могу чувствовать себя одиноким.

— Вот.

Я протянул ей яркий жёлтый свёрток.

— Это...

— Знаешь, выступления требуют много сил. Не переусердствуй с ограничением еды в день концерта. В бэнто в основном рыба и овощи. Я продумал всё с точки зрения баланса, так что это полезно. Не забудь хорошо пообедать.

— А-обед? Всё это для обеда!?

Глаза Юзуки округлились. Я тоже начал сомневаться в своём решении.

— Просто положи в морозильник, если что-то останется. Ладно, я пошёл первым.

— Подожди минутку!

Я почти силой передал бэнто Юзуки и поспешил к лифту.

Когда я зашёл в лифт, то мельком взглянул на неё.Юзуки, держа тяжёлый свёрток обеими руками, опустила взгляд, но её глаза блестели.

Неожиданно она подняла голову, наши взгляды встретились.

— Жду тебя на трансляции!

Её улыбка была ясной и свободной, как безоблачное голубое небо.Я мягко помахал рукой и нажал кнопку "закрыть".

Как только двери лифта закрылись, я прикрыл глаза ладонью.

Это плохо.Одной её счастливой улыбки из-за еды достаточно, чтобы моё сердце бешено заколотилось.

Я хочу видеть твою улыбку ещё больше, Юзуки. Я хочу заботиться о тебе ещё сильнее.

***

Благодаря тому, что я слишком сильно выкладывался на баскетболе на первом уроке физкультуры, я как-то смог переключиться и сосредоточиться на занятиях.Я не очень люблю заниматься дома, поэтому стараюсь максимально концентрироваться на школьных уроках.

Кстати, мой друг, который сидит передо мной, похоже, серьезно изучает сон на уроках. Если бы он просто не засыпал, то мог бы проводить меньше времени за учебой после школы.

Занятия шли гладко до четвёртого урока, а потом наступила обеденная перемена. Обычно я обедаю с этим «сонным студентом», но его забрал Миками-сэнсэй.

Ну, если спать до полудня каждый день, тебя точно отругают.

Для многих учеников остаться наедине с Миками-сэнсэем – это награда. Наверное, месяц назад я бы сам тайно обрадовался, если бы оказался в такой ситуации.

Кстати, Миками-сэнсэй купила билет три месяца назад на сегодняшний концерт, воспользовавшись привилегией фан-клуба. Если она уйдёт с работы вовремя, то как раз успеет.Она шутила, что если вечернее собрание затянется, то её внезапно настигнет «тройное» несчастье – головная боль, боль в животе и в спине.

— Если всегда работать добросовестно, то в такие моменты тебя не будут подозревать.

Сегодня утром, когда я заходил за журналом класса, Миками-сэнсэй гордо рассказала мне об этом.

Ну, обычно я ем обед за своей партой, но так как сегодня я один, может, попробую сесть на скамейку во внутреннем дворике. Сквозь листву падает приятный солнечный свет.Я надел обувь, обошёл школьное здание и направился во внутренний дворик.Школа Орикита разделена на учебный корпус и корпус для кружков, которые расположены в форме цифры «2».Более длинная горизонтальная линия – это учебный корпус, где находятся классы для каждого года обучения. Дворик расположен между двумя линиями.

Хотя это место называют внутренним двориком, там просто растут деревья, а скамейки стоят на определённом расстоянии друг от друга. Он довольно далеко от торговых автоматов и школьного магазина, поэтому во время обеденной перемены там почти не бывает учеников.

Сегодня, как и всегда, там никого не было, и я мог насладиться уединением.Я развернул тёмно-синий платок и собирался открыть свой ланчбокс, когда мой смартфон в кармане завибрировал.

— Ого.

На экране высветилось имя «Сасаки Юзуки».Я сделал три глубоких вдоха, прежде чем нажать на кнопку ответа.

— ...Ты это серьёзно, Судзуфуми…?

Голос Юзуки на другом конце смартфона звучал зловеще.

Я уже примерно догадался, почему.

— Тебе понравился особенный, здоровый бенто, который я для тебя приготовил?

— Да какой он здоровый!

Я уменьшил громкость и надел беспроводные наушники.

— На первом уровне мясное ассорти: тонкацу, жареная белая рыба и мясные шарики.

— На втором уровне – три тяжеловеса: салат из спагетти, картофельный салат и салат из тыквы. На нижнем уровне – жареный рис. Ничего здорового в этом нет!

— О чём ты говоришь? Я же ещё приготовила нарезанный салат из зелёных и жёлтых овощей.

— Вот именно! Это слишком много для одного обеда! Даже сотрудники были в шоке, сказали, что это больше похоже на бенто для спортивного фестиваля!

Я услышал звук ломаемых палочек для еды, сопровождающий её возмущённый тон.

— Ты уже добралась до места?

— Ага, я в гримёрке. Остальные ещё не пришли, так что я пока одна.

Похоже, она хочет всё съесть до того, как кто-то её увидит.

— Тебе не обязательно было звонить, чтобы поблагодарить меня. Находить время в своём плотном графике – это так мило с твоей стороны.

— Это не благодарственный звонок! Ты же знаешь, это как те бонусы за покупки: право на минутный разговор с любимым идолом! Это фан-сервис, который позволяет пообщаться с недосягаемым кумиром и одновременно удовлетворить желание обладать чем-то своим.

— Желание обладать? Но ведь мы всегда разговариваем лично.

Эти непринуждённые беседы с ней так согревают душу. Несмотря на расстояние, создаётся ощущение, будто мы сидим рядом.

— Я, конечно, сам тебе это приготовил, но не переживай слишком сильно, если не сможешь всё съесть.

— Ну, раз ты так настаивал, мне пришлось его взять, да? Было бы жалко выбрасывать.

По её интонации было ясно, что она хочет съесть всё до последней крошки. Такая милая.

— Тогда, итадакимасу! Начну с праздничного тонкацу...

Начинать с мяса – это так похоже на Юзуки.

— Ух ты, оно всё ещё хрустит, хотя уже остыло! Из-за того, что мясо тонко нарезано, текстура лёгкая, и оно не кажется тяжёлым для желудка.

— Когда я готовлю панировку, добавляю немного уксуса. Говорят, это подавляет образование глютена, который может давать липкость.

— Белая рыба тоже хрустящая и нежная. А соус тартар такой с крупными кусочками – очень вкусно.

— Соус я сделал сам. Яйца вкрутую и солёные огурцы крупно порублены.

— Фрикадельки плотные, создают ощущение, будто действительно ешь мясо. А послевкусие от чёрного уксуса освежающее и лёгкое.

Я не стал напоминать, что прошло уже больше минуты. Больше всего я хотел слышать её голос.

— Теперь к салатам на втором уровне. Спагетти-салат с обилием майонеза, картофельный салат выглядит тяжёлым, но он освежающий за счёт огурцов и чёрного перца, а тыквенный салат сладкий, словно десерт.

Я тоже попробовал каждый из салатов. Хотя ингредиенты схожи, каждый имеет своё обаяние, и я невольно хотел взять ещё.

— Наконец, жареный рис... Да, насыщенный вкус нарезанного на кубики чаша и свежий аромат зелёного лука отлично гармонируют. Аромат соевого соуса приятно проходит через нос. Простые ингредиенты хорошо сочетаются с другими блюдами.

Улыбка Юзуки чётко представилась в моём воображении.Когда я доедал свой обед, я невольно начал задумываться, какие закуски приготовить для празднования после концерта.

— Ах...

Звонок на урок прозвучал сквозь шум деревьев и достиг моих ушей.

— Не хочу, но пора возвращаться в класс.

Больше половины моего бенто осталось.

— Прости, но мне нужно идти, начинаются дневные уроки.

— Фугуфуми хухо хо фухё ханхаххэ (Судзуфуми, удачи на уроках).

— Говори нормально, прежде чем глотать.

Затем я услышал громкий звук глотания.

— Судзуфуми, удачи на дневных уроках!

— Юзуки, ты тоже постарайся расширить свою фанбазу.

— Оставь это мне. Я в отличной форме.

— …

— …

Хотя разговор нужно было закончить, в телефоне раздавались только наши дыхания.

— Эй, знаешь, я всё думаю... Судзуфуми...

Сильный ветер поднялся, и деревья громко зашумели.

— Судзуфуми, я тебе нравлюсь?

Снова прозвенел звонок. Уроки уже начались.

Как идол? Или как человек противоположного пола?Интересно, что из двух она имеет в виду.Но так или иначе, мой ответ всегда был один и тот же с самого начала.Я...

Но мои губы не двигались так, как я хотел.Переступив эту грань, я неизбежно изменю наши отношения.По крайней мере, это создаст психологическую нагрузку для Юзуки.

— Всё в порядке, можешь не отвечать.

Спокойный, словно озёрная гладь, голос нежно вернулся ко мне.

— Знаешь, в последнее время каждый день кажется таким весёлым.

— Раньше было иначе?

— Конечно, было весело. Петь на телешоу, участвовать в развлекательных передачах, заниматься вокалом, тренироваться в танцах – всё это. В конце концов, я стала той идолом, о котором всегда мечтала. Бывают тяжёлые дни, но я ни разу не пожалела, что стала Арису Юзуки. Поэтому я думала, что проживу всю жизнь как Арису Юзуки.

Рика, Миками-сэнсэй, Ходзуми – все называют её Арису Юзуки.На самом деле, Юзуки, возможно, нравится играть роль «личной жизни идола» в школе.

Но сейчас тот человек, который ест обильный бенто на другом конце телефона, – не «Арису Юзуки», предпочитающая французскую кухню, а обычная Сасаки Юзуки, обожающая фастфуд.

— Мне нравится есть бенто, болтая по телефону. Мне нравится перекусывать после школы. Мне нравится, когда кто-то объясняет мне непонятное в учёбе. Мне нравится смотреть, как готовится окономияки на горячей плите. Мне не нравится притворяться кем-то другим в школе. Я хотела заставить тебя нервничать, надев купальник, а в итоге сама занервничала. Мне нравится время, когда ты приходишь ко мне домой. Мне нравится свиная миска, которую ты сделал для меня в подарок. Если бы я не была...

Я услышал, как она глубоко вдохнула.

— Если бы я не была идолом... интересно, смогла бы я сказать то, что хотела сказать дальше?

Звонок завершился, а экран смартфона снова вернулся на главный экран.Из наушников больше не доносилось никаких звуков.Я опустил руки и посмотрел на небо со скамейки.

— Слишком ослепительно.

Небо было чистым, без единого облачка. Я хотел насладиться этим светом ещё немного.

— В этот день я впервые прогулял урок.

---

Перевод - Eszramore

Поддержать переводчика можно по ссылке: https://www.donationalerts.com/r/through

Или по номеру карты

Monobank - 4441 1110 3125 0909

----------

Если бы я не была идолом. 2

[анлейт том 1 глава 8.3]

Время было 18:50.Я сидел на кровати в своей комнате, пристально глядя в смартфон.Скоро должно было начаться живое выступление [Spotlights].

Когда я зашел на сайт трансляции, увидел, что уже сотни фанатов ждали, общаясь в чате.На экране фиксированная камера показывала разноцветные светящиеся палочки. Зеленые, синие, красные, оранжевые... Среди всех цветов желтый выделялся больше всего.

Член группы, связанный с желтым цветом, — Арису Юзуки.

После того как я вернулся домой, я перерыл интернет в поисках видео [Spotlights].Это были музыкальные клипы, записи с официальных аккаунтов с вокальными выступлениями, танцевальные видео, которые стали вирусными в соцсетях.Я также посмотрел одно видео с их раннего периода.

Местом действия была площадь внутри торгового центра, где, судя по всему, проходило выступление в честь дебютной песни.Пять девушек пели в простом, ограниченном лишь перегородками пространстве.Должно быть, было лето, потому что зрители были в футболках, а на краю экрана виднелась реклама распродажи электрических вентиляторов.

Меня зацепили такие мелкие детали, потому что само выступление было, ну, довольно плохим.Они выглядели как любители, настолько, что можно было поверить, будто их просто собрали случайно прямо на месте и попытались выдать за айдолов.

Кроме одной девушки.Она стояла на правом краю сцены. Ее голос был звонким, она не фальшивила ни на ноту, а ее хореография была безупречна. Только у нее была особая резкость движений, которая сразу приковывала взгляд. Несмотря на капли пота на лбу, ее улыбка не угасала. Но больше всего поражало ее стремление развлечь зрителей. Каждое движение, каждый жест были полны страсти и души.

Ее звали Арису Юзуки — та, что позже станет абсолютной звездой группы.

На экране моего смартфона в зале потух свет.Выступление вот-вот начнется.После грандиозного вступления прожекторы осветили сцену, где стояли пятеро айдолов.Они держали руки на груди, закрыв глаза в молчании.

Начался концерт.Эта песня прославила [Spotlights]. И, разумеется, в центре — Арису Юзуки.

— Все вместе, вперед!

С криком Юзуки выступление началось. Даже ее взмах рук, сопровождаемый скандированием «О-о-о!», завораживал.Голос, доносившийся из микрофона, был настолько мощным, что казалось, он прорывает границы измерений. Даже сквозь экран он вызывал в сердце дрожь.Но меня поражали не только ее пение и танец — богатство ее выражений завораживало еще сильнее.Улыбка, позы, подмигивания... Казалось, она буквально перевоплощалась в смысл песни, заставляя меня не отрывать от нее глаз.

Первая песня закончилась, зал взорвался аплодисментами.Я и сам, не осознавая, начал хлопать.

Это было странное чувство.Хотя я часто приходил к ней домой, ел с ней за одним столом, проводил время рядом, сейчас Юзуки казалась невероятно далекой.Обычная старшеклассница не наполняет залы зрителями. Она не поет и не танцует перед тысячами людей. Она не посылает воздушные поцелуи толпе.

Смятение в груди не утихало.Казалось, что Юзуки уходит все дальше.

Нет, я все понимаю.С самого начала Юзуки жила в другом мире.Просто так вышло, что наши пути случайно пересеклись.

— Если бы я не была айдолом...

Нет, Юзуки.Если бы ты не была айдолом, ты бы не стремилась к такому совершенству.Ты бы не боролась с аппетитом, потому что не была бы перфекционисткой.Ты бы не падала без сил дома, не оказалась бы найденной мной.Я бы не влюбился в тебя, и, возможно, мы так и остались бы просто соседями.

Но именно потому, что ты — айдол, стремящийся к идеалу, я приготовил для тебя свинину с рисом. И именно поэтому ты так отчаянно сопротивлялась, а между нами возникла связь.

Началась вторая песня.Юзуки переместилась на правый край сцены, пока звучало вступление.Я узнал мелодию.Это была их дебютная песня.Песня, которую они исполняли сотни раз, песня, которую они отрабатывали больше всего.Даже девушка слева от Юзуки, которая обычно не очень уверенно двигалась, теперь выглядела уверенной.

Камера переключалась, показывая крупные планы каждой участницы по очереди.Лидер, высокая девушка, которая сильно потела, та, у которой плохо получался танец, девушка с сильным вокалом, и, наконец, Юзуки—

— Хм?

Это был лишь миг, доля секунды. Или мне просто показалось?Мне показалось, что выражение Юзуки слегка дрогнуло.

Камера снова показала всю пятерку.Идеально синхронный танец.Каждый звук, каждая улыбка — все было безупречно.Но в глубине души у меня появилось странное чувство, будто что-то не так.

Наверное, это просто воображение.Если бы что-то случилось, другие участницы или зрители наверняка бы отреагировали.А концерт продолжался, не давая ни малейшего намека на проблему.

К концу третьей песни я снова полностью погрузился в выступление.

Почти два часа пролетели незаметно, и концерт подошел к финалу.Даже после того, как закончился энкор, зал не стихал — поток оваций и восторга не утихал до самого конца трансляции.

— Юзуки потрясающая...

Я положил смартфон рядом с кроватью и какое-то время просто сидел, ошеломленный.

Я хочу, чтобы Юзуки скорее вернулась.Я жаждал поделиться с ней своими чувствами.

Но, вероятно, у них будет вечеринка после концерта, так что она вернется поздно.Я не могу просто заявиться к ней среди ночи. Может, лучше написать сообщение, когда она придет домой?

Нет, это будет слишком длинный текст. Такие вещи лучше говорить лично.Я подожду до утра.

Скажу ей первым делом завтра.

Этой ночью я заснул, окутанный счастьем.

— С этого дня Юзуки больше не возвращалась домой.

---

Перевод - Eszramore

Поддержать переводчика можно по ссылке: https://www.donationalerts.com/r/through

Или по номеру карты

Monobank - 4441 1110 3125 0909

----------

Не хватает решительности

[АНЛЕЙТ том 1 глава 9.1-9.2]

Прибыв в квартиру, я проверил содержимое коллективного почтового ящика.Флаеры о доставке пиццы, сборе крупногабаритного мусора, частных учебных курсах.Всего за один день его набили кучей листовок. Почтовый ящик квартиры 810 был переполнен — туда больше не влезло бы ни одной бумажки.

«.....»

Я поднялся на восьмой этаж на лифте.Когда я шел по коридору, дверь квартиры 808 открылась.

— О, Судзуфуми-кун. С возвращением.

— Спасибо.

Женщина держала в руках коробку с декоративной лентой «ноши», традиционно прикрепляемой к подаркам.

— Я как раз собиралась к тебе. Это приз, который я выиграла в лотерее торгового района. Держи, это тебе.

На коробке крупными, мощными иероглифами было написано «Платиновая свинина».Этот бренд мяса напомнил мне о неожиданной встрече во время весенних каникул.

— Ах, вы уверены? Это же такой дорогой продукт.

— Я выиграла дважды. Нам с мужем не съесть столько жирного мяса.

— Вам везет.

— В прошлый раз я выиграла поездку в Атами. Скоро поеду, так жду горячих источников!

— Вам просто невероятно везет...

И правда, она очень любит поездки в онсэны.

— Судзуфуми-кун, ты ведь хорошо готовишь? Обязательно приготовь что-нибудь для родителей и друзей.

— Конечно, можете на меня рассчитывать.

С этими словами она вернулась в свою квартиру.Я прошел мимо 809-й квартиры и остановился перед дверью в конце коридора.Позвонил в звонок.

Ответа не последовало.Я знал, что это не потому, что она притворяется, будто ее нет дома.Похоже, сегодня она снова не вернулась.

Глядя на коробку в руках, я пробормотал:

— Человека, с которым мне больше всего хочется этим поделиться, все еще нет рядом, да?..

Прошло уже пять дней с тех пор, как Юзуки перестала приходить домой.Возможно, она тайком возвращается, пока я в школе.Но с того дня, как состоялся концерт, Юзуки словно исчезла из моей жизни.

Она не отвечает на мои сообщения. Разумеется, и на звонки тоже.Ее соцсети обновляются регулярно, она даже появлялась в прямых эфирах.Не похоже, что с ней что-то случилось или что она попала в неприятности.Остается только один вывод — Юзуки избегает меня.

Но я не могу понять причину.

Хотя... если хорошенько подумать, кое-какие зацепки все же есть.

Например, за несколько дней до концерта мы возвращались домой вместе.В лифте, а затем до самой двери квартиры, мы шли, сцепив мизинцы.

В день концерта я передал ей домашний бенто.

А вдруг это всплыло в каком-нибудь еженедельном журнале, и раздули слух о романе?Может, она скрылась по требованию агентства, запретившего ей общаться со мной?

Но за эти пять дней я тщательно проверил все журналы, новостные сайты и даже анонимные форумы.Нигде не было ни слова о романтической связи Арису Юзуки.

Тогда, возможно, она просто сильно занята.Скоро ведь фан-встреча, наверняка у нее много подготовки.

Я пытался убедить себя в этом.Но не мог принять эту мысль.

Юзуки всегда предупреждала меня заранее, если оставалась ночевать вне дома, как бы ни была занята.Пять дней без единого сообщения — это ненормально.

Казалось, что Юзуки ушла в мир, куда мне не дотянуться.

С того момента, как я увидел ее блистательную фигуру на сцене, перед глазами стояла только она — идол Юзуки.

И чем дольше это продолжалось, тем яснее я понимал: наше расставание неизбежно.

— Юзуки...

Я скучал не по идолу Арису Юзуки.

Я хотел встретить Сасаки Юзуки.

На следующее утро перед школьными воротами я заметил знакомую фигуру.

— Ах, наконец-то ты пришел! Ты так поздно, Сузу!

Рика радостно улыбнулась и встала рядом со мной.

— Привет, Рика.

— Ты какой-то унылый. Твоя любимая подруга детства вышла встретить тебя, знаешь ли!

Несмотря на мой сухой ответ, Рика шагала рядом с веселым выражением лица.

— Что это ты меня поджидаешь?

— Ты в последнее время отвечаешь очень коротко. Вот я и подумала, если у тебя есть проблемы, добрая и нежная Рика-онэсан тебя выслушает.

— Все в порядке. Прости, если заставил тебя волноваться.

— Точно? Ты не притворяешься?

Обычно Рика быстро отступала, но сегодня была необычайно настойчивой.

Я натянул привычную маску жизнерадостного друга детства и улыбнулся:

— Ты просто слишком переживаешь. Лучше скажи, как у тебя с подготовкой к контрольным? Не хочешь, чтобы мама опять на тебя ворчала и урезала часы подработки?

— Угх...

Я знал, что Рика не любит разговоры о учебе.Использовать это, чтобы отвести от себя подозрения, было немного подло.Я почувствовал легкое чувство вины.

— Не переживай. Если что случится, я сразу же обращусь к тебе за помощью.

— Так и быть. Но если ты солжешь, я приду к тебе в дверь даже посреди ночи!

— Да-да, приходи в любое время.

Так как шкафчики для обуви у второкурсников и третьекурсников находились в разных местах, мы с Рикой разошлись у входа.

Неприятно, что я даже заставил свою подругу детства беспокоиться обо мне.

Находясь в задумчивости, я решил изменить привычный маршрут в класс 2-А.

Обычно я поднимался по лестнице сразу после входа в здание и проходил к задней стороне класса, но сегодня направился в конец коридора первого этажа.

Разумеется, причина была в том, чтобы заглянуть в класс 1-Б.

Я прошел мимо дверей в тот момент, когда до начала урока оставалось совсем немного времени — все ученики уже должны были быть на местах.

Похоже, в этом году в первых классах много прилежных учеников.Когда я заглянул в полностью открытую дверь, большинство уже сидело по местам.

Но девушки с длинными черными волосами и янтарными глазами я там не увидел.

Похоже, она так и не пришла в школу.

— Эм… тебе что-то нужно в классе первогодок?

Девушка в очках с красной оправой, сидевшая слева от Юзуки в классе, с подозрением посмотрела на меня, заметив, что я заглядываю в класс. Она вышла в коридор с настороженным выражением лица.

— Юзуки-сан, наверное, сегодня отсутствует. В последние дни, даже когда она приходила в школу, то либо опаздывала, либо уходила раньше.

— Понятно.

— Ты… Мамори-семпай, верно? Тот, кто признался Юзуки-сан в день церемонии поступления.

Похоже, одноклассники Юзуки знали, кто я.

— Я не скажу ей, что ты приходил. Кажется, Юзуки-сан избегает тебя.

— Что ты имеешь в виду?

— В последнее время, когда кто-то из мальчиков заходит в класс, Юзуки-сан всегда проверяет, кто это. Будто кого-то опасается.

— Думаешь, она остерегается именно меня?

— А кого же ещё? Ты снова пытаешься подойти к Юзуки-сан? Если будешь слишком настойчивым, я расскажу учителю, понятно?

Глаза за очками смотрели серьёзно.

Она скорее беспокоилась о Юзуки, чем подозревала меня.

— …Ладно, я понял. Больше не буду приходить в класс 1-B. Прости, если напугал тебя. И спасибо.

Надежда встретить Юзуки в классе 1-B была потеряна.

Но в глубине души я почувствовал облегчение.

Что ж, у неё действительно есть друзья, которые о ней заботятся.

[Мамори Судзуфуми из 2-A, пожалуйста, подойдите в кабинет студенческого совета во время обеденного перерыва.]

Как только закончились утренние занятия, моё имя прозвучало по школьному громкоговорителю.

Меня впервые вызвали таким образом за всё время учёбы.

— Ну, наконец-то, Судзуфуми вызвали к Момо-тян!

Хозуми, который провожал меня из класса, улыбался во весь рот.

Причина вызова была очевидна.

Скорее всего, речь шла о моём визите в класс 1-B этим утром.

Получить выговор из-за Юзуки — последнее, чего я хотел.

Но сейчас я оказался в сложном положении.

Похоже, для Юзуки я стал чужим человеком.

Более того, окружающие начали смотреть на меня как на потенциального преследователя.

Я даже не мог возразить, если бы меня сравнили с Миками-сэнсэем, который однажды чуть не оказался в центре скандала, будучи заподозренным в непристойном поведении.

Я дважды постучал в дверь.

— Входите.

Я открыл дверь и вошёл.

Комната была обставлена просто: книжные полки с университетскими справочниками и шестиместный стол для совещаний.

В дальнем конце, сложив руки перед собой и уперев локти в стол, сидела Миками-сэнсэй в строгом костюме.

— Садись.

Я сел на стул с металлическими ножками прямо напротив неё.

— У тебя есть что мне сказать?

Она откинула короткие чёлку в сторону и взглянула на меня пронзительным взглядом.

— Если хоть пальцем её тронешь…

Когда-то она уже предупреждала меня об этом.

Теперь её слова могли стать реальностью.

Какую бы извинительную речь мне подготовить, чтобы её успокоить?

Сначала мне, наверное, стоит извиниться за визит в класс 1-B.

Если я склонись перед ней и торжественно пообещаю: «Я больше не подойду к Юзуки», это наверняка продемонстрирует мою искренность.

Юзуки, скорее всего, тоже этого хочет.

А для Миками-сэнсэй это будет настоящим праздником — избавиться от такого проблемного парня, как я.

Так всё уладится без осложнений.

Никто не пострадает, никто не будет огорчён.

И всё же… я не мог открыть рот.

Хотя прекрасно понимал, что мне нужно сказать.

— Ясно… Ты намерен притворяться до самого конца.

Будто теряя последнюю надежду, Миками-сэнсэй глубоко вздохнула.

— Тогда скажу прямо. Юзуки-тян…

Я сжал кулаки на коленях и крепко зажмурился.

…Вот и всё.

— …Юзуки-тян просто потрясающе выступила на концерте!

— …Что?

— Ты же тоже смотрел трансляцию, верно? В этот раз сет-лист был более ориентирован на широкую аудиторию. Лично меня полностью удовлетворило, что было целых три сольных номера Юзуки-тян. Я никак не ожидала, что Red Sun Twilight прозвучит в сольном исполнении Юзуки-тян! Это была полная неожиданность. В прошлый раз было всего два сольных номера, а на рождественском концерте в прошлом году — и вовсе один. Это сделало нынешний концерт просто невероятным!

Я ошеломлённо моргнул.

— Больше всего меня беспокоит её здоровье. Она участвовала в прямых эфирах до и после концерта, а впереди ещё фан-встреча. Менеджменту стоит лучше следить за её отдыхом…

— П-постой, подожди! Ты что, хочешь обсудить концерт? Не говори, что вызвала меня только ради этого!

— А из-за чего ещё?

Я был готов к серьёзному разговору о моём утреннем появлении в классе 1-B.

Но, похоже, эта информация до неё ещё не дошла.

— Я ждала, когда ты сам придёшь обсудить концерт, но ты всё никак не появлялся. Ну, раз ты так пассивен, выбора нет! Как член фан-клуба номер 000005, я обязана быть доброй к младшим фанатам! Любое сообщество угасает, если в него не приходят новые люди…

Оставляя в стороне подъёмы и падения фанатских сообществ, я с облегчением выдохнул.

До конца обеденного перерыва оставалось меньше тридцати минут.

Я достал из школьной сумки коробку с обедом, которую оставил рядом со своим стулом.

Изначально я планировал поесть в школьном дворе после лекции, но, похоже, этот страстный монолог отаку так просто не закончится.

Так что можно и пообедать прямо здесь.

---

Перевод - Eszramore

Поддержать переводчика можно по ссылке: https://www.donationalerts.com/r/through

Или по номеру карты

Monobank - 4441 1110 3125 0909

----------

Не хватает решительности 2

[Анлейт Том1 Глава 9.3-9.4]

Как только я положил руку на крышку своего ланчбокса, я почувствовал на себе пронзительный взгляд.

Миками-сэнсэй смотрела на меня так, будто пыталась убить одним только взглядом.

— Как ты смеешь так нагло доставать свой бэнто у меня на глазах...!

Похоже, я слишком расслабленно вел себя перед своей классной руководительницей.

Хотя я всегда стараюсь соблюдать манеры и этикет, в присутствии этого человека я, кажется, напрочь забываю, что такое приличия.

— Ну, обеденный перерыв почти закончился, так что...

— А я, между прочим, последние три дня питаюсь одной только травой и бобами!

Опять ответ, который совершенно вышиб меня из колеи.

Теперь, когда я вспомнил, эта женщина довела экономию на еде до крайности, чтобы поддерживать своего любимого айдола.

— Вчера на ужин у меня были обжаренные проростки фасоли и гороховые побеги с пятью банками тюхая (соджу-хайбол). Сегодня утром — холодный тофу и натто, а на обед — бобовые сладости, которые мне дал коллега... Я на грани!

Я проследил за ее взглядом и понял, что смотрит она вовсе не на меня, а на мой бэнто.

Если бы она просто была в тяжелом финансовом положении, я бы, конечно, помог ей. Но в случае с этим человеком все очевидно — отсутствие денег напрямую связано с ее фанатством.

Но даже так игнорировать голодного учителя прямо перед собой было как-то неловко.

— Хотите немного?

На мгновение глаза Миками-сэнсэй засияли, но тут же вернулись в нормальное состояние.

— Хмф, я еще не пала так низко, чтобы принимать подачки от ученика.

— На самом деле, у меня есть еще один.

— Серьезно!?

Она наклонилась вперед, ее глаза расширились, как у ребенка.

— Да. Просто я приготовил слишком много.

Я собирался отдать второй ланчбокс Юдзуки, если бы встретил ее в школе, но, похоже, сегодня этого не случится.

Передав второй ланчбокс явно воодушевленной Миками-сэнсэй, мы одновременно открыли крышки из ивового дерева.

— Уоооа...

Рот Миками-сэнсэй приоткрылся, как у ребенка, который только что открыл сундук с сокровищами.

Сегодня на обед — сэндвичи.

Начинка — классика вроде тунца и ветчины, а также роскошный котлетный сэндвич с тонкацу и десертный сэндвич с обилием свежих сливок, нарезанной клубникой, киви и бананом.

— Хааах...

Держа в обеих руках сэндвич размером с ладонь, Миками-сэнсэй смотрела на него так, будто ей пожаловал награду сам король.

— Иттадакимасу!

Она быстро вцепилась в него, как маленький зверек, начиная с тунцового сэндвича, щедро приправленного черным перцем.

— ...Сладкий картофельный соджу, со льдом.

— Что?

— Или, может, белое вино...

— ......

Пробормотав эти загадочные фразы, Миками-сэнсэй потянулась за ветчинным сэндвичем.

Помимо ветчины, в нем был тертый огурец, придававший освежающую текстуру и сочность.

— Красное вино, желательно дешевенькое из семейного ресторана... Хотя и хайбол тоже сойдет.

— Вы сейчас подбираете напитки к этим сэндвичам?

Похоже, для Миками-сэнсэй даже пикниковая еда должна сочетаться с алкоголем.

Третьим, эффектно появившимся на сцене, был котлетный сэндвич.

Ее руки слегка дрожали, когда она держала его. Похоже, прошло немало времени с тех пор, как она ела мясо или что-то жареное.

Хрусть-хрусть-жу-жу-жу...

В следующий миг глаза Миками-сэнсэй резко распахнулись.

— Пиво! Пиво, пиво, пиво! Бокал среднего размера, и побыстрее!

— Сэнсэй, успокойтесь! Это не бар, а кабинет студенческого наставничества!

Я схватил Миками-сэнсэй за плечи и потряс ее, пытаясь вернуть к реальности.

Помимо странного содержания ее комментариев, было ясно, что ей действительно нравится сэндвич.

Она продолжала уплетать еду, пока на тарелке не остался лишь десертный сэндвич.

Даже Миками-сэнсэй, известная своей любовью к алкоголю, в присутствии сладкого выглядела как самая обычная девушка.

Она достала серебристый термос, явно готовясь к элегантному чаепитию.

— Богатые сливки, липкая сладость банана, острая кислинка клубники и киви создают идеальный десерт. А хлеб такой влажный и воздушный, что просто тает во рту.

После четвертого сэндвича я впервые услышал от нее нормальный отзыв о еде.

— Когда рот полон сладости, запивать это — просто аааах!

Лицо Миками-сэнсэй мгновенно наполнилось блаженством, когда она залпом осушила термос.

— Просто уточню, в термосе точно чай?

— Ты знал? Сливки удивительно хорошо сочетаются с саке. Их сладость и горечь саке подчеркивают друг друга. Пить можно теплым или комнатной температуры, но я настоятельно рекомендую холодное саке. Знаешь, эта прохладная свежесть пробирает насквозь, как прыжок в холодную воду после сауны.

— Эм... почему вы вдруг стали такой разговорчивой? И не кажется ли вам, что ваше лицо немного покраснело?

— Ах, какая же я плохая девочка, ем и пью перед своими учениками... Уфу-уфуфуфу.

Миками-сэнсэй тихонько хихикала, словно находя что-то крайне забавным. Затем она раскинула руки на столе и завалилась вперед, сбросив с ног туфли на низком каблуке.

— Ах... Юдзуки-тян... моя драгоценная, моя любовь...

С томным взглядом она внезапно призналась в любви своему любимому айдолу.

Она действительно обожает Юдзуки.

— Эй, ты думаешь, я милая?

— Что?

Женщина с разрезанным ртом... Похоже, теперь она появляется даже в школе средь бела дня.

— Верно, я ведь самая милая в школе, да?

Я ответил вопросом, но она восприняла это как согласие, добавив сверху щедрую порцию преувеличения.

Независимо от того, является ли она самой милой или нет, Миками-сэнсэй, безусловно, милая.

Круглые глаза, аккуратный носик, глянцевые губы. Ей идет короткое каре, а маленькое лицо лишь подчеркивает ее выдающуюся фигуру.

В прошлом я тоже стремилась к этому — стать айдолом.

Совершенно буднично было сделано шокирующее заявление.

— Я хотела, чтобы меня обожали. Разве это не лучшее сочетание — удовлетворять свою потребность в признании и одновременно зарабатывать деньги?

К тому же мотив был довольно приземленным.

— Но мои родители были учителями, и они очень гордились своей профессией. Особенно моя мать, которая настаивала, чтобы я пошла по их стопам. Мы часто ссорились из-за этого.

Миками-сэнсэй нередко позволяет себе небольшие отступления во время уроков. Однако о своей семье она никогда раньше не рассказывала.

— Когда она сказала мне: «Быть айдолом — это всего лишь игра», мы даже подрались. С её точки зрения, она, наверное, просто беспокоилась о будущем своей единственной дочери. Но даже если это всего лишь желание попробовать себя, даже если за этим не стоит высокая цель, я хотела жить своей жизнью.

Когда люди начинают что-то, в основе этого обычно лежит сильное желание.

Я тоже начал готовить, потому что хотел подбодрить своего отца.

— Как бы сильно они ни возражали, я настойчиво их уговаривала. В конце концов, мне разрешили преследовать свою мечту при условии, что я закончу школу. В будние дни я рассылала демозаписи, а по выходным участвовала в прослушиваниях. Чтобы оплатить вступительные взносы, я заполняла все свободные дни подработками. Мне приходилось совмещать это с учёбой, поэтому я занималась до поздней ночи, всегда оставаясь в числе десяти лучших учеников класса.

Я знаю, что учительница по имени Миками Момосэ на самом деле очень трудолюбива. Она увлечённее большинства других учителей относится к занятиям и мероприятиям, а при возвращении тестов всегда включает личные комментарии для каждого ученика.

— Летом третьего года старшей школы я наконец добралась до финального прослушивания. Из десяти человек, дошедших до этого этапа, должны были выбрать участников для формирования айдол-группы. Это были трехдневные тренировочные сборы, и в процессе общения с другими я осознала кое-что.

— И что же?

— Разница в решимости. Я думала, что справляюсь довольно хорошо, совмещая учёбу и подработки, но для остальных это было нормой. Я ходила на разные концерты айдолов, чтобы набираться опыта, жадно читала книги по улучшению разговорных навыков, посещала развлекательные вечеринки, чтобы завести связи... И всё же только у меня было больше четырёх часов сна в день. Особенно для тех, кому было за двадцать, пути назад не было. Они готовы были поставить свою жизнь на карту ради мечты стать айдолом, даже если это означало бы укоротить её.

Я вспомнил ритм жизни Юдзуки.

Возможно, то, что я слышал звуки активности по ночам или на рассвете, было связано не только с нерегулярным рабочим графиком, но и с подготовкой — силовыми тренировками или заучиванием сценариев.

— Осознав это, я задумалась: неужели я хочу так жить всю оставшуюся жизнь? Я тоже хочу иногда отдыхать, хочу валяться в постели по выходным. В конце концов, я даже провалила финальное прослушивание. У меня ещё оставалось время до установленного матерью срока, но я отказалась от мечты стать айдолом. Во второй половине летних каникул я сосредоточилась на учёбе, поступила в национальный университет, получила лицензию преподавателя и стала школьным учителем. Я не жалею. Но всё же… у меня не хватило решимости, чтобы пробиться по пути, который я выбрала.

Миками-сэнсэй, говоря об этом без эмоций, казалась обновлённой. Видимо, благодаря тому, что она действовала по-своему, она смогла правильно принять своё поражение.

— Именно поэтому я так сильно люблю решимость Арису Юдзуки. Независимо от масштаба площадки, она выкладывается на полную, и даже став популярной, она не перестаёт прилагать усилия. Я обожаю Юдзуки-чан за то, что она воплощает дух настоящего айдола.

Я прекрасно знаю, что Юдзуки — человек преданный своему делу и перфекционист. Но, услышав историю бывшей претендентки на роль айдола, я ещё острее почувствовал вес слова «совершенство».

— Вот почему я так удивилась на последнем живом выступлении. Из всех людей именно Арису Юдзуки сделала ошибку в хореографии.

— Что?

Я почувствовал, будто на моё сердце вылили ведро холодной воды — ощущение замерзания, разливающегося изнутри.

— Это было во время дебютной песни «Spotlight». Она тут же исправила ошибку, и поскольку камера была в крупном плане во время трансляции, думаю, никто больше не заметил. Ошибка во время живого выступления для неё редкость; на самом деле, это первый раз, насколько мне известно. Как я это увидела? Ну, я участник номер 000005.

Игнорируя самодовольное выражение лица Миками-сэнсэй, в моей голове начали складываться части головоломки.

На последнем концерте я уловил лёгкое изменение в выражении Юдзуки.

— Значит, это была не моя фантазия.

Её болезненная привязанность к совершенству.

То, что она даже среди школьных друзей никогда не показывает свою настоящую сущность.

В конце концов, она пытается исключить даже меня из своего «мира».

Обычный айдол подумал бы: «Ну, это всего лишь раз». Но если речь идёт об Арису Юдзуки…

Когда я вернулся в квартиру, перед дверью комнаты 810 я столкнулся с её владельцем.

Оказывается, поступил запрос от жильца этой комнаты на выезд.

----------

Пожалуйста, продолжай быть моим фанатом

Предупреждение: Качество редактуры может ухудшиться, у меня сейчас нет свободного времени что-бы продолжать перевод так активно как раньше.

Раунд 10 - Пожалуйста, продолжай быть моим фанатом.

Арису Юзуки – популярный идол.

С момента своего прорыва в прошлом году она предстала в самых разных образах – не только как певица, но и как актриса и модель.С её выдающейся внешностью и скромным поведением, соответствующим статусу идола, она всегда понимает тематику программы и роль, которую от неё ждут.Нет ничего удивительного в том, что она пользуется популярностью как среди зрителей, так и в индустрии.Помимо работы в группе, её сольная карьера тоже, похоже, процветает.

Я одолжил у Миками-сэнсэя DVD с её концертом.Как она и говорила, Юзуки была безупречна во всём. Она не фальшивила ни на одной ноте, а её хореография была идеальна.То улыбаясь, то наполняясь страстью – её выражение всегда соответствовало настроению песни.

Желая узнать, чем она занимается сейчас, я проверил её аккаунт в соцсетях.Однако там были только случайные утренние приветствия и перепосты с её выступлений.

Последние несколько дней я не высыпаюсь и прилагаю все усилия, чтобы следить за деятельностью Арису Юзуки.Раньше между нами было всего несколько метров, но теперь кажется, что она бесконечно далеко.

Я всегда готовил еду на двоих, не теряя надежды, что однажды она неожиданно вернётся.Благодаря этому морозилка оказалась забита до отказа.

И всё же, в школе я её так и не встретил.

— Пора идти.

Выйдя в коридор, я запираю дверь.Мой взгляд падает на дверь слева.В комнате 810 больше никто не живёт.

— …кун, Мамори-кун.

Кто-то зовёт меня. Раз обращаются по фамилии, значит, это кто-то из одноклассников.

— Проснись, Мамори-кун.

Когда я поднял голову от парты, передо мной стояла Миками-сэнсэй, нахмурив брови и сложив руки на груди.

— Урок ещё не закончился. Постарайся продержаться хотя бы до обеда.

— …А? Кто?..

Привыкнув видеть Миками-сэнсэя в режиме фанатки, я машинально высказал свои мысли, увидев её в роли строгого учителя.

С переднего ряда раздался сдавленный смешок.

— Пффт… ха-ха-ха!

Ученик, сидящий впереди, не смог сдержать смех. (Хозуми).

— Ты, похоже, ещё не до конца проснулся. Может, пойдёшь умоешься?

— Да…

Я не засыпал на уроках с самого начала старшей школы. Кажется, дни, проведённые без сна, начали сказываться.

Я преследовал тень Юзуки через экран.Ненавидя саму мысль о разлуке, я отчаянно искал с ней хоть какую-то связь.Но чем сильнее я старался угнаться за идолом Арису Юзуки, тем бессмысленнее это казалось.

Умываясь в школьной уборной, я смотрю в зеркало.На меня смотрит человек с измождённым лицом.

Безжизненная кожа, лёгкая сухость, глубокие тени под глазами – последствия недосыпа.

Внезапно я замечаю учеников за окном – они, кажется, только что закончили урок физкультуры.Некоторые пинают чёрно-белый мяч, идя по двору.Похоже, играли в футбол.

До конца перемены ещё около десяти минут.

Закончилась ли игра раньше времени, или учитель решил закончить её по своей прихоти?Красные спортивные формы – значит, это первогодки.

Группы учеников постепенно расходятся по зданию, но чуть поодаль стоит одна-единственная девушка.

— Юзуки!

Моё тело двинулось само по себе.

Я был на грани того, чтобы уснуть… даже подумывал прогулять оставшиеся занятия.

Но мои ноги не останавливаются.

Добравшись до входа в школу, я нахожу Юзуки – она как раз переобулась в сменную обувь.

При виде меня её глаза широко раскрываются.

— У меня к тебе много вопросов. Пойдём со мной.

Я беру Юзуки за руку и веду её в нашу привычную библиотеку.

Сейчас идут уроки, так что на этот раз нас никто не потревожит.

— …Что происходит? Ты просто исчезла.

Юзуки, мягко прислонившись к окну, молчит.

— Ты не отвечала на сообщения, не брала трубку, а потом вдруг съехала из квартиры. Это слишком резко. Ты не могла хотя бы сказать мне?

Я не собирался её упрекать, но, когда мы оказались лицом к лицу, мой голос невольно стал обвиняющим.

Я рад её видеть… но почему?..

— Почему ты ничего не говоришь… Почему ты внезапно исчезла?..

После тяжёлого молчания девушка напротив тихо улыбнулась.

— Прости… Я случайно забыла с тобой связаться.

Будто занавес поднимается на сцене.

По спине пробегает холод, и в памяти вспыхивает момент нашей последней встречи месяц назад.

— После концерта у меня внезапно стало много работы. Агентство находится далеко от квартиры, так что я подумала, что это хороший повод переехать в общежитие для сотрудников. Извини, что не предупредила. Ах да, на тренинге по соблюдению правил нам сказали: «Никогда не знаешь, куда могут утечь сообщения, поэтому лучше избегать общения с мужчинами, кроме родственников».

— …Что ты сейчас сказала?..

Сначала я подумал, что у неё амнезия.Но она помнит, что я её бывший сосед.

Другими словами, она делает вид, что ничего не было.Разрывает наше прошлое и притворяется, будто мы – просто незнакомцы.

— Кстати, я ещё не вернула тебе коробку для бэнто. Отправлю по почте в следующий раз.

— Это неважно…

— О, кстати! Ты ведь купил билет на онлайн-концерт? Как тебе моё выступление?

Сложив руки перед грудью, она поднимает на меня взгляд – это пробуждает во мне желание защитить её.Человек передо мной – не Сасаки Юзуки.Это безупречный идол – Арису Юзуки.

Пока я смотрел на неё в оцепенении, Юзуки расплылась в идеальной, учтивой улыбке.

— Знаешь, Юзуки, я посмотрел много твоих шоу и живых выступлений. Они были потрясающими, и ты везде выглядела круто. Я полностью понимаю, почему люди становятся твоими фанатами.

Поэтому сейчас я должен сказать тебе о своих настоящих чувствах.

— Позволь мне ответить на твой вопрос, который ты задала тогда. Я…

Как-то раз по телефону Юзуки спросила меня:

— Сузуфуми, ты меня любишь?

— Мне нравится ты, Юзуки. Я хочу быть твоей поддержкой.

Мои чувства не изменились. Более того, они стали ещё сильнее.

Юзуки тогда засияла ослепительной улыбкой.

— Спасибо за твою поддержку. Пожалуйста, продолжай быть моим фанатом, хорошо?

Мой голос так и не достиг идола.

Зазвенел звонок, возвращая меня в реальность.

— Мне пора переодеться и возвращаться в класс. Я обещала пообедать с друзьями. Ну, тогда, извини.

Юзуки прошла мимо меня и покинула ресурсный кабинет.

— Ха… ха-ха…

Я даже не смог выдавить из себя самоуничижительную улыбку.

— Я стоял там, не двигаясь, и в итоге пропустил дневные уроки.

Тем же вечером курьерская служба доставила мне посылку.

Внутри лежала тщательно вымытая коробка для бэнто.

Отправитель — «Агентство MIYATO Production», к которому принадлежит Юзуки.

С этим наша связь была окончательно разорвана.

Теперь казалось бессмысленным что-либо делать.

После того как наша реальная связь была разорвана и между нами воздвиглась стена под названием «идол», у меня больше не осталось никакого влияния.

На самом деле, если я действительно забочусь о ней, мне, наверное, стоит тихо отойти в сторону.

Я лежу на диване в гостиной, уставившись в потолок.

Я не держу зла. Напротив, я планирую продолжать поддерживать её идольскую карьеру издалека.

Я бы хотел хоть раз побывать на живом концерте, да и фан-встречи мне тоже любопытны.

Однажды, спустя долгое время, мы обменяемся рукопожатием, которое продлится всего секунду — без единого упоминания о нашем прошлом, когда мы были соседями.

Ситуация вовсе не ухудшилась. Она просто вернулась в то состояние, в котором была до нашей встречи.

«Я сделаю тебя своим фанатом!»

Поздравляю, Юзуки. Ты достигла своей цели.

— Иттадакимасу!

Сколько бы ты ни сопротивлялся, стоит начать есть – и ты уже улыбаешься.

— Ясай ниннику машимаши, абура карамэ маси, оо бута дабуру де.

Нет больше таких идолов, которые бы заказывали домашний «Дзиро» таким образом.(Примечание: Глава 6 – дополнительные овощи, дополнительный чеснок, дополнительный жир, дополнительно приправленное, двойная порция крупной свинины.)

Если бы я не была идолом… Интересно, смогла бы я тогда сказать то, что хотела сказать дальше?

Именно потому, что Юзуки – идол, мы смогли сблизиться.

Но мысль о том, что я больше никогда не встречу Сасаки Юзуки, давит на меня.

— Юзуки!

— Я – не Арису Юзуки…

— А?

Рядом с диваном сидела девушка с каштановыми волосами.

Родинка под правым глазом, серёжки в ушах и розовые губы – всё это было слишком чётким, чтобы быть сном.

— А, Рика? Что ты здесь делаешь?

— Я несколько раз звонила в дверь, но никто не открыл. Боялась, вдруг ты заболел. Как твоя старшая сестрёнка, я не могла просто оставить тебя без проверки, верно?

Нет, мне неважно, что она зашла в дом.

Меня больше удивляет, почему на ней фартук.

— Ты, наверное, ещё не ужинал. Сегодня я приготовлю тебе еду.

С беззаботной улыбкой Рика направилась на кухню и включила плиту под сковородой.

На столе лежала упаковка яиц, значит, она собиралась приготовить что-то с яйцами.

Подожди… Это же сковорода с антипригарным покрытием, она точно налила в неё масло? И… она собирается взбивать яйца прямо сейчас?

Кажется, в смесь попала скорлупа, но она не заметила.

Она даже не добавила соль и перец.

Дым начал подниматься, ей бы включить вытяжку.

Вот, теперь она кашляет.

— Эээ, он забивается в нос!

Она должна была сначала налить масло или растопить масло.

Дым становится всё гуще.

— Сузу! Помоги! Огонь, пожар!

Ах, вот теперь сработал детектор дыма.

Мои инстинкты берут верх над прежним унынием, и я резко поднимаюсь с дивана.

Сначала я открыл небольшое кухонное окно и отключил пожарную сигнализацию.

Потом выключил плиту и поставил сковороду на влажное полотенце – раздалось шипение.

— Рика, можешь протереть стол?

— Окей.

Я убрал подгоревшие яйца на тарелку и достал другую сковороду.

Я разбил три яйца в миску, приправил солью, перцем и гранулированным бульоном консоме.

Затем добавил молоко – оно придаст блюду нежность и сделает его более воздушным.

Я тщательно взбил яйца, чтобы избежать неровного приготовления.

Со сцепленными перед грудью руками она взглянула на меня снизу вверх, пробуждая во мне желание защитить ее.

Человек передо мной — не Сасаки Юзуки.Это безупречный идол — Арису Юзуки.

Пока я смотрел на нее в оцепенении, лицо Юзуки расцвело идеальной, вежливой улыбкой.

— Знаешь, Юзуки, я смотрел много твоих шоу и живых выступлений. Они были потрясающими, и ты во всех выглядела круто. Я полностью понимаю, почему люди становятся твоими фанатами.

Именно поэтому я должен сказать это сейчас — свои настоящие чувства.

— Позволь мне ответить на вопрос, который ты задала мне на днях. Я…

Во время телефонного разговора какое-то время назад Юзуки спросила меня:

— Сузуфуми, ты меня любишь?

— Я люблю тебя, Юзуки. Я хочу быть твоей опорой.

Мои чувства не изменились. Если уж на то пошло, они стали еще сильнее.

Юзуки тогда одарила меня ослепительно яркой улыбкой.

— Спасибо за поддержку. Пожалуйста, продолжай быть моим фанатом, хорошо?

Мой голос не достиг идола.

Прозвенел звонок, возвращая меня в реальность.

— Мне нужно переодеться и вернуться в класс. Я обещал пообедать с друзьями. Ну, тогда…

Юзуки прошла мимо меня и вышла из ресурсной комнаты.

— Ха… Ха-ха…

Я даже не смог выдавить из себя самоуничижительную улыбку.

— Я стоял неподвижно и в итоге пропустил дневные уроки.

Тем же вечером курьер доставил мне посылку.

Внутри был красиво вымытый ланч-бокс.

Отправитель — «Агентство MIYATO», к которому принадлежит Юзуки.

С этого момента наша связь с Юзуки была полностью разорвана.

Теперь казалось бессмысленным что-либо делать.

После того как наша реальная связь была разорвана, а между нами выросла стена под названием «идол», я больше ничего не мог изменить.

На самом деле, если я действительно о ней забочусь, то, наверное, должен тихо отойти в сторону.

Я лег на диван в гостиной, уставившись в потолок.

Я не собираюсь держать зла. Напротив, я планирую продолжать поддерживать ее карьеру идола, но уже в тени.

Я бы хотел хотя бы раз посетить ее живое выступление, мне интересно, как проходят фан-встречи.

Когда-нибудь, спустя долгое время, мы пожмем друг другу руки лишь на секунду — не вспоминая наше прошлое соседство.

«Я сделаю тебя своим фанатом!»

Молодец, Юзуки, ты достигла своей цели.

— Итадакимасу!

Несмотря на то что сопротивлялась так долго, ты вся светишься, как только начинается еда.

— Ясай ниннику маши-маши, абура карамэ маши, оо бута дабуру де.

Нет другого идола, который бы готовил домашний заказ в стиле Дзиро.

(Примечание: Глава 6, Дополнительные овощи, дополнительный чеснок, дополнительный жир, усиленная приправленность, двойная порция свинины.)

Если бы я не была идолом… Интересно, смогла бы я сказать то, что хотела сказать дальше?

Именно потому, что Юзуки — идол, мы смогли стать ближе.

Но мысль о том, что я больше никогда не встречу Сасаки Юзуки, тяготит меня.

— Юзуки!

— Я не Арису Юзуки…

— Что?

Рядом с диваном сидела кареглазая девушка.

Родинка под ее правым глазом, серьги в ушах и розовые губы — все выглядело слишком четко, чтобы быть просто сном.

— А, Рика? Почему ты здесь?

— Я звонила в дверь несколько раз, но никто не открывал. Я забеспокоилась, вдруг ты слег с болезнью. Как твоя старшая сестра, я не могла не проверить!

Нет, меня не беспокоит, что она вошла в дом.

Меня больше смущает, почему на Рике надет фартук.

— Ты, наверное, еще не ужинал. Сегодня я приготовлю для тебя еду.

С невинной улыбкой Рика направилась на кухню и включила плиту под сковородой.

На столе лежала упаковка яиц, значит, она планирует что-то с ними приготовить.

Подожди, это же тефлоновая сковорода, она налила в нее масло? И почему она только сейчас разбивает яйца?

Кажется, кусочек скорлупы попал внутрь, но она этого даже не заметила.

Она даже не посолила и не поперчила.

Начинает подниматься дым, ей срочно нужно включить вытяжку.

Вот, уже кашляет.

— Эээ, он забивается в нос!

Она должна была сначала использовать масло или сливочное масло.

Дым становится гуще.

— Сузу! Помоги мне! Пожар, пожар!

О, теперь сработал детектор дыма.

Моя тревога пересиливает прежнее уныние, и я невольно вскакиваю с дивана.

Сначала я открыл маленькое кухонное окно и выключил пожарную сигнализацию.

Потом выключил плиту и поставил сковороду на влажное полотенце.

Раздалось шипение.

— Рика, можешь вытереть стол?

— Хорошо.

Я убрал подгоревшую яичницу на тарелку и взял другую сковороду.

Разбил в миску три яйца, приправил солью, перцем и гранулированным бульоном.

Добавил молоко для нежности и тщательно перемешал, чтобы избежать комков.

Только теперь снова включил плиту: сначала на сильный огонь, потом убавил до среднего.

Как только растаяло масло, вылил яичную смесь, перемешивая с краев к центру.

Когда яйца наполовину приготовились, сформировал края лопаткой. Остаточное тепло доведет до готовности, поэтому я выключил плиту и, наклонив сковороду, придал омлету овальную форму.

Наконец, слегка обжарил шов, и вот — простой омлет готов.

— Ну, давай есть.

Я не готовил рис, так что придется использовать пакетированный.

Захотелось салата, поэтому я посыпал нарезанный салат и замороженное авокадо, а затем полил соусом Кобб.

Мы сели друг напротив друга, у каждого по омлету.

— Сузу, это…

Рика указала на то, что лежало передо мной.

Рядом с ее вытянутым пальцем было нечто, что когда-то называлось яйцом.

— Итадакимасу.

— Ах…

Я взял палочками крошащийся омлет, который Рика приготовила для меня.

Хруст-хруст — это новый уровень текстуры, который переворачивает представление о яичных блюдах.

Я посыпал немного крупной соли и попробовал еще раз.

Да, горечь яйца неожиданно хорошо сочетается с соленостью.

— Ты не обязан это есть…

— Я не заставляю себя.

Я говорю искренне.

Невозможно, чтобы я отказался от еды, которую кто-то приготовил для меня, потратив свое время и деньги, тем более если этот кто-то — моя дорогая подруга детства.

— Более важно, Рика, ты должна есть, пока еда горячая. Если оставить надолго, она может перевариться.

— Т-тогда… итадакимасу.

Когда она разрезала омлет палочками, из его центра мягко поднялся пар.

Рика с осторожностью поднесла кусочек к губам, и ее глаза широко раскрылись.

— Вау, он такой кремовый… Сузу, ты действительно потрясающий.

— Это не так. Талант не нужен для домашней кулинарии.

Если точно следовать рецепту, всё получится в девяноста девяти случаях из ста.

Рика просто слишком усердна, но как только она привыкнет, у нее всё начнет получаться.

— На вкус лучше, чем раньше.

Рика отложила палочки и пристально посмотрела на меня.

— Эй, ты помнишь? Первое блюдо, которое ты когда-либо приготовил для меня, был омлет.

— Было? Если честно, мне это немного смутно помнится.

— Я так и думала. Для тебя, наверное, это не было чем-то особенным… Но для меня встреча с тобой стала событием, изменившим жизнь.

Кисибе Рика была моей соседкой.

По случайности семья Кисибе жила в квартире по соседству, и мы стали друзьями, потому что были ровесниками.

— Знаешь, я была намного более своенравной в начальной школе, чем сейчас, верно?

— Ну, я не стану этого отрицать.

Рика страдала от врожденного тяжелого астматического заболевания.

Её состояние было настолько серьезным, что она не могла участвовать в физических активностях или даже самостоятельно ходить в школу — ей всегда приходилось полагаться на маму, которая отвозила её туда.

— Я всегда пропускала физкультуру, не могла ездить на экскурсии или в лагеря. Меня так раздражало, что я не могла жить, как все остальные. Постепенно я перестала ходить в школу и начала срывать злость на маме и папе. Я была совершенно потеряна и просто хотела прекратить жить такой жизнью.

Ходьба, бег, путешествия — то, что для других было обыденностью, для Рики в то время казалось подвигом уровня Олимпийских игр.

— В тот день я сидела в своей комнате, когда вдруг зазвенел дверной звонок. Я игнорировала его, но он продолжал звенеть снова и снова. Я собиралась накричать на того, кто там был, но, открыв дверь, увидела, как ты просто врываешься внутрь.

— Ну, я не имел злого умысла.

Я начал вспоминать разные вещи.

Я иногда слышал разговоры родителей в округе.

В основном они говорили, что единственная дочь семьи Кисибе уже долгое время заперта в своей комнате.

Но у меня не было никакой великой цели — помочь ей выбраться из этого состояния или вернуть её в мир.

Сначала она смотрела на меня исподлобья и отталкивала, и мы не могли нормально разговаривать.

Но я продолжал приходить, и в конце концов меня повысили до статуса «его можно игнорировать, даже если он в комнате».

Как обычно, в одно воскресенье я читал мангу в комнате Рики.

Тогда я услышал, как где-то вдалеке заурчал желудок.

Поскольку мама Рики однажды сказала мне «чувствуй себя как дома», я воспользовался кухней и приготовил обед на двоих.

Тогда я и сделал для неё омлет.

— Ты тогда тоже отдал мне лучший кусок.

— Помню, что потом получил нагоняй за то, что использовал плиту без присмотра взрослых. Но ты хорошо это запомнила.

— Конечно, я помню. Я всегда помню.

— Ведь все мои одноклассники злились на меня, понимаешь?

— Некоторые даже говорили: «Если Кисибе-сан не придёт в школу, нам достанется вторая порция десерта на обед, так что, пожалуйста, не приходи».

— В то время как все меня отвергали, ты, Сузу, пришёл ко мне, приготовил для меня еду и отдал мне её. Как я могла забыть это?

Я мало знал о том, какой у Рики была школьная жизнь до того, как она заперлась в комнате.

Я никогда особо не спрашивал.

Каким бы ни было отношение других к ней, это не имело отношения к нашей дружбе.

— Сузу не бросил меня. Я не сломалась только благодаря тем дням, которые мы провели вместе.

Для Рики, возможно, этот омлет стал поворотным моментом.

После этого она начала отвечать мне хотя бы раз из трёх, а затем стала приходить к нам домой.

К тому времени, как мы поступили в среднюю школу, её астма стала проявляться реже.

Не знаю, помогли ли лекарства или с возрастом укрепился её иммунитет.

Сейчас она участвует в уроках физкультуры, если чувствует себя нормально, и даже может работать в изакае (традиционной японской закусочной) нашей семьи.

— Я хотела бы отплатить тебе за всё, помогая по дому или заботясь о тебе. Хотя, похоже, я немного слишком старалась.

— Ну, самую малость.

— Теперь я хочу быть полезной как твоя старшая сестра, Сузу. Ты никогда не жалуешься и не делишься своими тревогами, поэтому сейчас я единственная, кто может подтолкнуть тебя вперёд.

— Даже если это будет назойливо, я всё равно спрошу… Что случилось с Арису Юзуки?

— Это…

Рика обошла стол и взяла меня за руку.

В её глазах горело сильное решительное пламя.

— Разные вещи произошли, и теперь Юзуки избегает меня.

— Ты сделал что-то плохое?

— Я не хотел, но, возможно, просто мучил её всё это время. В конце концов, я был всего лишь «навязчивым».

Хотел, чтобы она ела вкусную еду, не хотел повторять ошибки отца и всё то, что я говорил… Возможно, всё это было лишь моей односторонней борьбой.

— Я так не думаю.

Рика не отпускает мою руку. Напротив, её хватка становится ещё крепче.

— Нет, Рика, ты говоришь так, потому что не знаешь, что происходит между нами.

— Я не знаю. Я почти ничего не знаю о ваших отношениях с Арису Юзуки. Но знаешь, когда Арису Юзуки ела окономияки, которое приготовил Сузу, она улыбалась. Она улыбалась от всего сердца. Я уверена, это не было наигранно. Люди не могут лгать, когда едят вкусную еду.

— Юзуки тогда была счастлива?

Несмотря на её отстранённое поведение в кабинете самоподготовки днём, та Юзуки, которая всплывает в моих мыслях, всегда улыбается.

Тот раз, и тот, и тот тоже...

— Кроме того, Сузу, который спас меня в детстве, не заботился о мнении окружающих и о том, мешает он кому-то или нет, верно? Ты когда-нибудь сдерживался ради меня, когда я бунтовала?

— Это...

Почему же тогда я, будучи ребёнком, так настойчиво приближался к Рике, которая из-за слабого здоровья была угрюма и воспринимала мир как врага?

Ответ пришёл быстро.

Я просто не хотел оставлять Рику в одиночестве.

Если бы она предпочитала быть одна, это было бы нормально. Но я был уверен, что для Рики это не так.

Слова, которые произносят люди, и их внешнее поведение — не всегда отражают истину.

— Эй, как ты видел ту девушку своими глазами, Сузу?

Я снова вспоминаю события последних дней.

Юзуки — перфекционистка.

Помимо поддержания фигуры, она предъявляет к себе высокие требования в поведении на занятиях, в предотвращении скандалов и во многом другом, помимо пения и танцев.

Быть идеальным идолом в любое время — это часть сущности Юзуки.

По словам Миками-сэнсэя, Юзуки допустила ошибку во время живого выступления.

Даже я, будучи новичком, почувствовал, что что-то не так, значит, это было правдой.

И с того дня, когда прошло выступление, Юзуки исчезла из моего поля зрения.

Даже когда мы встречаемся в школе, она разговаривает со мной в «режиме идола», как будто наших прежних бесед никогда не было.

Другими словами, Юзуки, возможно, считает, что причина ошибки кроется в её повседневном «я», то есть в Сасаки Юзуки.

Она могла решить, что потеряла бдительность, когда ела фастфуд или делилась со мной частичками своей жизни, и это привело к ошибке на выступлении.

Поэтому, чтобы вернуться к прежней себе, она пытается отдалиться от меня.

— Решение Юзуки не обязательно неправильное. Если Юзуки сама пришла к такому выводу, то мне не стоит вмешиваться... но...

— Сузу, ты уже понял, что тебе нужно делать, верно?

— ...

Идеальным ответом было бы уважать желание Юзуки и больше никогда к ней не приближаться.

Но, к сожалению, я ни по натуре не послушный, ни просто «фанат».

Я хочу, чтобы Юзуки снова ела мою еду.

В этом я уверен — Юзуки действительно любит блюда, которые я готовлю.

Идол она или нет, это не имеет значения.

Потому что в тот день, когда она съела рис с жареной свининой, Юзуки сказала:

— Счастье.

Действительно ли счастье для Сасаки Юзуки — это доводить себя до предела, отказываясь от того, что она любит?

Всегда быть в режиме идола, держаться подальше от своей любимой еды... Разве это может быть счастьем?

Юзуки, которую я знаю, легко поддаётся соблазну еды, быстро смущается, а её эмоции настолько прозрачны, что сразу отражаются на лице.

Натянутая улыбка, которую она показала мне в кабинете самоподготовки, была не улыбкой идеального идола, а скорее выражением безжизненного робота.

— Я хочу помочь Юзуки. Хочу, чтобы она была счастлива благодаря моей еде.

Ах, ведь так было всегда.

Юзуки хоть раз честно принимала мою кулинарию?

Делая вид, что пьёт протеиновые напитки, или пытаясь сбежать от моего домашнего рамэна...

Чем сильнее она отвергает, тем больше это противоположно её истинным чувствам.

Слова говорят «нет», но на самом деле она жаждет этой еды.

Что это? Да это просто обычная Юзуки.

Тогда мне стоит поступать, как я всегда поступаю.

Я не из тех, кто легко отступает после одного-двух отказов.

— Рика, спасибо. Я рад, что ты моя подруга детства и такая надёжная нээ-сан.

— Правда? Жди, что я сделаю дальше.

Рика попыталась подмигнуть, принимая эффектную позу, но в итоге просто зажмурилась — моргнула обоими глазами.

Эта её неуклюжесть так типична для Рики, что я невольно расхохотался.

Да, всё ещё не кончено.

Я поступлю по-своему и добьюсь того, чтобы Юзуки показала свои истинные чувства.

Жди меня, Юзуки.

Я тебе покажу. Моё высшее вмешательство.

----------

Место, которому принадлежит Сасаки Юзуки

Раунд 11 – Место, где принадлежит Сасаки Юзуки

[ТОМ1 Главы 11.1 11.2 11.3]

— Он злой.

Он всегда заставляет меня есть. Потому что он готовит вкусную еду каждый день, я начала с нетерпением ждать возвращения в квартиру.

— Он назойливый.

Он настойчиво заботится обо мне. Несмотря на то, что говорил, что не станет фанатом, он притворился им и попытался защитить идола с помощью ложного признания.

Я осознала свои чувства к нему в ту ночь, когда мы ели галету. С этого момента всё закрутилось очень быстро.Я соперничала со старшей ученицей, которая заявила, что была его подругой детства. Он учил меня, как готовиться к экзаменам, у себя дома. Мы вместе перекусывали после школы. Даже когда нас могли заметить по дороге домой — я не хотела расставаться с ним.

Мои чувства становились только сильнее.Чем больше времени я проводила с ним, тем больше «Сасаки Юзуки», скрытая под маской «Арису Юзуки», начинала показывать своё истинное лицо.

Я хочу узнать его сердце. Хочу быть ближе к нему.

— А потом, в тот день в лифте... Я первой коснулась его мизинца.

Когда мы расстались перед дверью комнаты 810, я, вернувшись к себе, тут же обхватила мизинец, которого он коснулся, другой рукой.Я не хотела терять его тепло.

В самом центре Сасаки Юзуки всегда был он.Пока я не сотру его из своего сердца, я не смогу быть Арису Юзуки.Поэтому я совершила ошибку во время живого выступления. Потому что взяла Сасаки Юзуки с собой на сцену.

Фанаты поддерживают меня — идеального идола.Несовершенная я — это не «я». Чтобы больше не допустить этой же ошибки, на этот раз, точно, я должна стереть Сасаки Юзуки.

Я позволила своему сердцу воспользоваться моментом, поддалась эмоциям, коснулась его пальцев, а затем сама же отдалилась от него.Я ненавижу себя за эту эгоистичность.Я ненавижу Сасаки Юзуки.

— Простите, можно ещё раз?

На лицах персонала написано «снова?», а усталость участников только усиливается.

Завтра — ежегодная фан-встреча [Spotlights].По сравнению с обычным концертом, запомнить нужно меньше, а песни для выступления — это классика.

Но, сколько бы раз мы ни репетировали, что-то было не так.

Песни и хореография выучены идеально, все замечания учтены.Но чего-то не хватало.

Это нельзя назвать совершенством.

Живые выступления и фан-встречи — это труд десятков, сотен людей, которые планировали их за несколько месяцев.Прежде всего, я не хотела разочаровать фанатов, чтобы они не подумали: «Они изменились после того, как стали знаменитыми».

— Давайте возьмём перерыв. Возобновим через десять минут!

Кто-то объявляет перерыв, и нас вынуждают отдохнуть.

Но даже во время отдыха я проверяю хореографию перед зеркалом.

Как и в токийском концерте, на фан-встрече ожидаются важные люди.От успеха этого мероприятия зависит масштаб будущих выступлений.

— Эй, Юзуки, тебе стоит отдохнуть.

Ко мне обращается лидер группы.Я надеваю маску «Арису Юзуки во время перерыва» и скромно улыбаюсь.

— Спасибо. Я просто проверю ещё раз и сразу отдохну.

— Хорошо, только не переусердствуй.

Трудолюбивая и конкурентоспособная — такой образ Арису Юзуки сложился у членов группы.«Ещё один раз» — я знала, что если скажу так, лидер уступит.

Дважды, трижды... Полная концентрация в каждом движении, в каждом мускуле, в каждом пальце.

— Почему же не получается?..

Всё должно быть безупречно.Я даже вернулась к прежней диете. Мой вес снизился, моё состояние должно быть идеальным.

Я понятия не имею, чего не хватает.

В конце концов, я не сделала ни одного движения, которым была бы довольна.

Полночь.

Я лежала на спине на кровати в отеле, тяжело дыша.

Рядом с кроватью валялась неоткрытая бутылка минеральной воды.Я даже не могла проглотить воду.

После репетиции я ещё несколько часов практиковалась перед зеркалом в ванной.Но ситуация не изменилась.

Если я снова ошибусь на фан-встрече... Если страх проявится на моём лице... Если фанаты разочаруются...

Стоило мне хоть немного представить это, как тревога начинала раздавливать меня.

— Я хочу сбежать.

Такое чувство появилось у меня впервые. Даже не на дебютном выступлении, даже не когда меня выбрали центром.

Сейчас я ни Арису Юзуки, ни Сасаки Юзуки. Я просто трусиха.

Я пытаюсь убежать от ответственности — от того, чтобы быть идолом, от фанатов, которые ждут встречи.

Кто-нибудь, скажите мне, что мне делать?

Кто-нибудь, ответьте мне. Я больше не достойна быть идолом?

Я сделала всё, что могла.

Отдала драгоценные дни, отдалилась от дорогих мне людей, подавила свои настоящие чувства.

Что ещё мне нужно пожертвовать?

Кто-нибудь, пожалуйста, отчитайте меня, обвините, направьте.

— Кто-нибудь...

Помогите мне.

Не в силах сказать эти эгоистичные слова вслух, я просто свернулась калачиком в постели.

Дзынь-дзынь.

Внезапный звонок в дверь выдернул меня из этих мыслей.

— Кто?..

Кто бы это мог быть?

Почти полночь. Я не могу представить, чтобы менеджер или персонал пришли ко мне в такой час.

Я не хотела открывать дверь. Я не хотела, чтобы кто-то увидел моё жалкое состояние.

К счастью, в этом дорогом отеле установлены новейшие технологии, и у каждого номера есть видеодомофон.

Я просто быстро отвечу через дверь и заставлю их уйти.

Я — непобедимая идол Арису Юзуки.

Напомнив себе об этом, я натянула изношенную маску и заглянула в монитор...

— Ты, должно быть, издеваешься надо мной.

По ту сторону двери стоял не менеджер и не персонал.

Я сняла цепочку и нажала на дверную ручку.

Я прищурилась от ослепительного света, проникающего в щель двери.

— Эй.

Передо мной оказался Мамори Судзуфуми — чрезмерно заботливый старшеклассник.

— Судзуфуми, почему…

— Объясню потом. Пошли.

Я беру Юзуки за руку и направляюсь прямо к лифту.

— Эй, подожди минутку! — Несмотря на поздний час, Юзуки была не в гостиническом юкато, а в короткорукавной тренировочной одежде.

Интересно, сколько времени она провела, репетируя в своей комнате?

Мы быстро сели в такси, которое я заранее вызвал ко входу в отель.

Я занял место на заднем сиденье и втянул растерянную Юзуки внутрь.

— Водитель, пожалуйста, отвезите нас в резиденцию Орикита.

Место, где нам следует быть вместе, — это не отель и не школа.

— Как ты вообще узнал, в каком отеле я остановилась?

Юзуки, похоже, пытается сохранить самообладание, стараясь говорить ровным голосом.

Я самодовольно улыбаюсь и показываю ей свой смартфон.

На экране отображается официальный аккаунт [Spotlights] в соцсетях.

— У меня есть друг — твой ярый фанат. Интернет-сталкеры — это страшная сила, да?

— Ты вычислил это по разбросанной информации в соцсетях? Но я ведь ничего не выкладывала о своём местоположении.

— Даже если ты осторожна, другие участницы группы могут быть не такими осмотрительными. Они выкладывают посты вроде: «Останавливаемся в одном отеле за день до фан-встречи» или фото с подписью «Разделяем прекрасный ночной вид». Думаю, это слишком неосмотрительно. Собрав информацию за последние несколько лет, я вышел на этот отель.

Как только здание было определено, остальное сводилось к процессу исключения. Я внимательно следил за теми, кто пользовался лифтом. Подслушал разговор двух женщин об индустрии развлечений.

Они наверняка менеджеры или сотрудники агентства.

Затем я посмотрел, на каком этаже останавливается лифт после того, как они заходят.

По словам одного яро преданного фаната-учителя, «если это женщины того же пола, что и артистка, то, скорее всего, они остановятся на одном этаже». Так что это сузило круг поиска.

— Н-но ведь без карточки лифт не вызовешь, верно?

— Вот тут-то и пригодилась помощь того самого фаната. Я попросил её забронировать номер.

Скорее не помощь, а давление с использованием одной записи, но вдаваться в подробности не будем.

— Эээ…

Как и следовало ожидать, даже Юзуки была ошарашена.

Она отодвинулась от меня в глубь сиденья, прижавшись к двери.

Ну что ж, придётся признать.

На этом этапе я действительно стал полноценным сталкером.

Хотя я временно одолжил карточку у Миками-сэнсэя, мне пришлось оплатить проживание в качестве компенсации за её участие.

Сейчас она, должно быть, наслаждается просторным номером в предвкушении завтрашней фан-встречи.

Этот план был возможен только потому, что [Spotlights] — это восходящая айдол-группа.

Если бы они были суперзвёздами, способными собрать полный стадион, то весь этаж был бы забронирован под персонал и представителей агентства.

Добравшись до нужного этажа, я искал номер, в котором горел свет, опираясь на свои наблюдения с улицы, и выбрал тот, из которого не доносился звук телевизора или разговоры.

Если я слышу внутри ритмичные шаги репетирующей танцевальные движения — это бинго.

— Добавь «Важность интернет-грамотности» в список тем для обсуждения на фан-встрече. Кстати, тот фанат, что помог мне, из тех, кто предпочитает держать дистанцию от своих кумиров, так что можешь не переживать.

Вскоре такси остановилось у нужного дома.

Я заплатил водителю и вышел первым.

Пройдя через застеклённый вход, я почувствовал, как Юзуки неуверенно плетётся следом.

Мы поднялись в лифте бок о бок, и я нажал кнопку восьмого этажа.

Внутри сохранялась дистанция в один шаг.

Выйдя из лифта, я почувствовал, как ночная темнота окутала нас.

Два набора шагов эхом отдавались в полуночной тишине жилого комплекса.

Я открыл дверь в номер 809 и пригласил Юзуки внутрь.

— Присаживайся.

Я жестом указал ей на диван в гостиной, и Юзуки села с непониманием в глазах.

— Серьёзно, скажи, что ты задумал? Если кто-нибудь узнает, что я ночью сбежала из отеля, это будет грандиозный скандал. К тому же я оставила свой смартфон в номере.

— Ну, тогда…

Помыв руки и прополоскав рот, я перешёл на кухню, соединённую с гостиной.

На столешнице уже были разложены ингредиенты, доведённые до комнатной температуры.

— Не говори, что ты собрался готовить?

— Разве не очевидно? Ради чего бы ещё я пригласил тебя сюда?

— Столько хлопот, только ради этого…

В каком-то смысле её реакция логична.

Преследовал её в интернете, тайно вывел из гостиницы, и всё ради ужина.

Юзуки встаёт с дивана.

— Я ухожу. Мне нужно репетировать в отеле.

Звук шагов постепенно удаляется, направляясь к прихожей.

Я не собирался её удерживать, если она действительно хочет уйти.

Но прежде чем это случится, я сделаю всё, что смогу.

Когда Юзуки потянулась к дверной ручке, я начал вслух озвучивать свои действия.

— Сначала нарезаем свиную грудинку тонкими ломтиками шириной пять сантиметров и бланшируем их в кипящей воде. Предварительное отваривание убирает лишний жир и делает мясо нежнее.

Дверь не открывается.

Значит, Юзуки внимательно слушает.

— Затем разогреваем в сковороде кунжутное масло, чесночную пасту и имбирную пасту. Когда запах становится насыщенным, добавляем нарезанный по диагонали зелёный лук и слегка обжариваем его. Когда лук размягчится, добавляем ранее отваренную свинину и перемешиваем лопаткой.

Юзуки, должно быть, уже догадалась, что я готовлю.

Теперь время довести блюдо до совершенства.

Я поливаю мясо специальным соусом — смесью соевого соуса, мирина, саке и китайских специй.

Вскоре аромат, возбуждающий аппетит, наполняет комнату.

Оглянувшись, я замечаю, что расстояние между мной и Сасаки-сан сократилось на пятьдесят сантиметров.

— Наконец, выкладываем на рис, который я приготовил специально для этого блюда…

Особенный Сутадон — первая еда, которую я когда-либо приготовил для Юзуки.

— Скоро всё будет готово, так что можешь протереть стол.

— Хватит уже!

Голос Юзуки эхом разнёсся по комнате.

— Пожалуйста, умоляю… просто остановись…

Впервые я услышал от Юзуки такой болезненный голос.

— Всё вернулось бы на круги своя, если бы Судзуфуми просто разочаровался во мне… Почему ты продолжаешь заботиться обо мне? Откуда ты знаешь, что я страдаю? Почему ты такой добрый…

Со временем я услышал, как капли ударяются о пол.

— Я всегда считал, что Юзуки удивительная.

Безо всяких прикрас я произнёс эти слова прямо от сердца.

— С тех пор как мы стали соседями, я наблюдал за настоящей Юзуки вблизи. Но ведь даже айдолы голодны, они уплетают еду, а если едят чеснок, то пахнут чесноком. Это так очевидно, но мы часто забываем, что айдолы такие же, как мы.

Да, всё именно так.

Как бы сильно она ни стремилась к образу Арису Юзуки, Сасаки Юзуки невозможно было полностью отделить.

Наконец, Юзуки нарушила тяжёлое молчание.

— Но айдолы — это сосуды, в которые вкладывают свои желания, надежды и мечты. Они должны стать идеалом, заполняя себя ими. Сасаки Юзуки — это лишь помеха. Ради всех мне нужно как можно скорее отказаться от себя…

— Тогда скажи, входит ли «все» в себя и Юзуки?

— …Что?

Глаза Юзуки, глядевшие на меня, были пустыми.

Возможно, в её словах нет ошибки.

Вес её рассуждений, основанных на наблюдении за десятками, если не сотнями айдолов с детства, отличается от моего взгляда, человека, который лишь недавно прикоснулся к этому миру.

— Это всего лишь моё мнение, но я не думаю, что айдолы должны полностью отказываться от своих желаний и жить только ради фанатов. Это просто слишком одиноко.

Я осознаю, что мои слова могут прозвучать неуважительно.

В зависимости от того, как она их воспримет, они могут даже показаться отрицанием всего, что она делала до сих пор.

Но действительно ли стоит отбросить всё, лишь бы соответствовать чужим идеалам?

Разве это единственное, чего когда-либо хотела Юзуки?

Где же тогда её собственные стремления?

— Разве не лучше принять свои желания, преобразовать их, сделать частью себя и при этом оставаться идеальным айдолом в глазах фанатов?

Кто-то может презирать это как «ложь» или «иллюзию».

Но я не вижу в этих словах ничего плохого.

Ложь — это молитва о том, каким я хочу быть, как хочу, чтобы меня видели.

Иллюзия — это воплощение этой молитвы.

Айдолы — это ложь, они — иллюзия, и всё же они прекрасны, потому что воплощают наши идеалы.

— Можно хотеть поесть. Можно набрасываться на свинину с рисом, добавлять лишний сыр в миланскую дорию, просить добавки сытной галеты, валяться в блаженстве после домашнего «Дзиро» или после школы перекусывать любимым «ФавоЧик». Чем сильнее желания Сасаки Юзуки, тем более впечатляющим будет момент, когда Арису Юзуки обуздает их и выйдет на сцену.

И речь не только о еде.

Несомненно, даже айдолы иногда хотят веселиться или заводить друзей в школе.

Они могут мечтать о свиданиях, как и все остальные, а возможно, даже влюбляться.

Это обычные желания, свойственные каждому.

В них нет ничего постыдного. Их не нужно подавлять.

— Поэтому слушай не только голоса фанатов, но и свой собственный.

Прежде всего, чтобы продолжать быть символом стремлений для фанатов и при этом оставаться собой — это действительно круто.

— Мне нравится, как Юзуки сияет на сцене. Мне ещё больше нравится Юзуки, которая каждый день усердно работает ради этого. По крайней мере, та «Сасаки Юзуки», от которой ты хочешь избавиться, важна для меня.

— Я…

Голос Юзуки дрожал.

Она отчаянно пыталась сдержать то, что вот-вот готово было хлынуть наружу.

— Я хотела стать идеальным айдолом. Но у меня не хватало времени и навыков, и единственный способ приблизиться к этому идеалу — это отказываться от всего, чего я хотела. Всё, что я могла делать — это урезать себя до предела…

Терпеть, терпеть, просто неуклонно терпеть.

И что дальше?

Когда-нибудь это обязательно сломается.

— Я не говорю, что нужно потакать себе, но полюби себя чуть больше. Юзуки, ты не бесчувственный робот. Ты не иллюзия, существующая только по ту сторону экрана. Ты обычный человек, обычная старшеклассница, таких можно найти где угодно… ты просто моя соседка.

Я повернулся к плите и принялся за приготовление следующего блюда.

Достав из моря масла, я нарезал его на удобные кусочки.

Из разреза курицы поднимался пар.

Я выложил её на левую половину тарелки, добавил несколько капель моего особого кислого соляного соуса, посыпал белым кунжутом и мелко нарезанными листьями сисо.

Наконец, блюдо было завершено.

— Юзуки, ты говорила, что хочешь попробовать это.

— Ого, я бы с удовольствием, но калорий там, наверное, просто уйма…

Я хочу, чтобы она была счастлива.

Я хочу, чтобы она улыбалась.

Я хочу, чтобы она могла есть даже целую тарелку мяса и масла.

— Так что, знаешь… не плачь.

Маска под названием «блеф» рассыпалась в слезах.

Я протёр низкий столик и поставил перед ней особенную тарелку.

Протянув руку к Юзуки, которая рыдала у двери, я почувствовал, как её ладонь мягко сжала мою.

Я потянул её за руку и усадил на особенное место.

----------

Место, которому принадлежит Сасаки Юзуки 2

Место, где принадлежит Сасаки Юзуки 2

главы 11.4 - 11.5

Протягивая руку к Юзуки, которая, всхлипывая, стояла перед дверью, я почувствовал, как её ладонь мягко сжала мою.

Я потянул её за руку и усадил на особенное место.

Юзуки, всё ещё всхлипывая, посмотрела на тарелку, и я снова спросил:

— Ты не голодна?

— Я не голодна.

— Здесь миска с мясом. Это смесь «Платиновой свинины» и домашнего «ФавоЧик». К сожалению, я уже поужинал.

Но это неважно.

— Если оставить всё как есть, только что приготовленное блюдо отправится в холодильник. Разогреть его, конечно, можно, но хрустящая панировка и идеально приготовленный рис утратят свою текстуру и вкус. Я хочу этого избежать.

— Это, конечно, жалко, но что поделать…

Это ритуал.

Также известный как подготовка сцены.

Наша священная война, которую мы повторяли снова и снова.

— К счастью, в комнате есть ещё один человек. Если она его съест — это будет полезно сразу для двоих. Я исполню свой долг как повар, а она утолит свой голод.

— Я же сказала, что не...

— ГРРРРР…

Прежде чем рот успел сказать что-то ещё, существо, живущее в её животе, выдало правду.

— Ч-что это…

Юзуки вспыхнула, осознавая, что её истинные чувства разоблачены.

Её голос был недовольным, сжатые в кулаки руки слегка дрожали.

Она была разрываема между слезами и смущением.

— Так что же ты собираешься делать?

Я ухмыльнулся, а Юзуки сжала зубы в раздражении.

— Но завтра у меня большая встреча с фанатами…

— Тем более тебе нужно набраться сил.

— К тому же, если я съем ночью миску, полную мяса и жира, у меня заболит живот…

— О чём ты говоришь? У тебя не такой слабый желудок.

Ведь после сутадона в прошлый раз тебе было совершенно нормально.

Когда речь идёт о еде, я знаю Юзуки лучше всех.

Сейчас самое время нанести решающий удар.

— Я не хочу, но… если ты так настаиваешь…

Я схватил палочки для еды, лежавшие на другой стороне стола, но Юзуки даже не сказала ни слова.

Однако её губы слегка раскрылись, будто собираясь сказать: «А-а».

Но когда я потянулся, чтобы подтянуть миску поближе, её правая рука накрыла мою левую.

— Хм? Что случилось?

— Я сама.

Юзуки выхватила у меня палочки.

— Я стремлюсь стать лучшей айдол. Одних усилий, конечно, недостаточно.

С этими словами она придвинула тарелку к себе.

— Я больше не скажу, что хочу отбросить настоящую себя. Я исполню желания не только фанатов, но и желания Сасаки Юзуки и стану идеальным айдолом. Я получу всё и стану самой крутой!

Скрывая своё облегчение глубоко внутри, я нарочито ухмыльнулся с ноткой нигилизма.

— Если так, то разве тебе не нужно кое-что сказать мне?

Следующий момент решит исход нашей битвы.

Юзуки тоже это прекрасно понимает.

Прикусив нижнюю губу, она посмотрела на меня с решимостью в глазах.

— Давай, скажи. Чего хочет Юзуки?

— Пусти м...

— Хм? Я плохо слышу. Говори громче.

— ………

Слегка дрожа всем телом, она глубоко вдохнула.

И затем…

Полностью собравшись с духом, Юзуки, её янтарные глаза блестели от слёз, умоляюще посмотрела на меня.

— Пожалуйста… позволь мне съесть готовку Судзуфуми!

Она сдалась перед едой. Полная капитуляция.

Наконец-то момент настал.

Противостояние айдола и старшеклассника завершилось победой Мамори Судзуфуми.

— Ну что ж, раз уж ты так настаиваешь, я тебя накормлю.

Наконец-то я заставил Юзуки умолять по собственной воле.

Чувство всесилия захлестнуло меня, адреналин заструился по венам.

Я действительно это сделал!

Однако, даже после того как она вымолила еду, Юзуки не начинала есть.

— Что такое? Ты не будешь есть?

— Разве я это сказала?

Внезапно в её глазах блеснул озорной огонёк.

— Хм?

Те самые палочки для еды, которые она только что отняла у меня, вернулись обратно в мои руки.

— Что… это значит?..

Юзуки положила руки на колени и с полной искренностью произнесла:

— Тогда… покорми меня «А-а-ам»!

[[image:/storage/reader-images/dab58b2516493f2ec98676dc94b862c25afa7674.png]]
— Ч-что…!?— Хм? Разве ты не сказал, что покормишь меня?— Нет, я не это имел в виду…— Значит, не собираешься меня кормить?

В её голосе звучала насмешка, но одновременно и искреннее ожидание.Будто айдол Арису Юзуки и настоящая Сасаки Юзуки сейчас действовали в унисон.

— Ладно-ладно! Но хотя бы закрой глаза.— Мммн.

То, что я делаю сегодня, уже давно вышло за рамки обычного.После всего этого сцена с «А-а-ан» не кажется чем-то из ряда вон выходящим.

Юзуки закрыла глаза.

Её лицо, словно произведение искусства, было настолько безупречным, что я мог бы любоваться им вечно.Её губы, похожие на бутон цветка перед раскрытием, слегка приоткрылись в предвкушении еды.

И вдруг я осознал всю сцену.Будто мы пара, готовая скрепить клятву поцелуем на свадьбе!

Я попросил Юзуки закрыть глаза, чтобы избежать смущения, но это только усугубило ситуацию.Моё сердце вдруг забилось громче, а лицо, скорее всего, стало красным, как «Платиновая свинина» перед приготовлением.

Но теперь, когда я зашёл так далеко, отступать нельзя.

Успокаивая колотящееся сердце, я зачерпнул мясо с рисом палочками.

— Поехали.— Угу.

Вместо клятвенного поцелуя я тихо произнёс:

— Ладно, «а-а-ан».

Юзуки наклонилась вперёд, её руки всё ещё лежали на коленях.Её сжатые кулачки медленно разжались, словно тающий весенний снег.

— А-а-ан…

Как голодный птенец, её бледно-розовые губы раскрылись.Аккуратные зубы, влажный язык, горло, по которому вот-вот скользнёт еда — всё это завораживало меня и не отпускало.

Преодолевая смущение, я аккуратно положил первый кусочек блюда на её язык.Юзуки сомкнула губы, когда я вытянул палочки.

— Ммм… мпф… хруст… чавк…

Глоток.

— Ну как?

— Ммм…

В её голосе проскользнули чувственные нотки.Гораздо более выразительный ответ, чем просто «вкусно».

Но меня захлестнуло стеснение, и я отвёл взгляд, передавая палочки Юзуки.

— Что, ты не собираешься кормить меня до конца?

На этот раз в её голосе явно слышалось озорство.

— Заткнись, — ответил я, пряча смущение.

Юзуки снова взяла кусочек свинины с рисом и медленно отправила его в рот.

— А-а…

Восхищённый вздох сорвался с её губ, глаза расширились, а темп её палочек резко ускорился.

— Этот насыщенный соус обволакивает свинину, создавая нежный, но глубокий вкус… Когда он смешивается с белым рисом, сладость ещё сильнее раскрывается. Аромат зелёного лука приятно проходит через нос…

Возможно, из-за долгого воздержания её вкус стал ещё острее.

Разбив яйцо в миску, она тщательно смешала его с мясом.

Теперь кусочки свинины, словно герои в золотом плаще, устремились в её рот.

— Теперь вкус мяса стал мягче, и оно просто тает во рту. В сочетании с соусом появляется атмосфера сукияки… Одной порции точно недостаточно…

Прежде чем я успел заметить, больше половины блюда исчезло.

Может, стоило приготовить больше риса?

— А теперь, наконец…

С затаённым ожиданием она добралась до зоны «ФавоЧик».

Она взяла крупный кусок курицы и немного риса.

— Ммнгх—

Юзуки заёрзала на подушке и глубоко вдохнула.

— Хрустящее и лёгкое, словно я ступаю на свежий снег… Каждый укус — настоящее удовольствие❤

Тонкий слой панировки для создания хрустящей текстуры был правильным решением.

— Солёный соус с лимоном и чёрным перцем идеально сбалансирован. А аромат белого кунжута и листьев сисо придаёт освежающую нотку…

Хотя курица была жареной, она совершенно не конфликтовала с насыщенным вкусом свинины, и Юзуки наслаждалась обоими блюдами.

К тому же маринованная редька дайкон, лежащая сбоку, служила не просто очистителем вкуса — это была кнопка «Сброс».

Юзуки улыбалась, её рот с жадностью раскрывался в поисках новых кусочков.

Я люблю Юзуки, сияющую на сцене, но эта Юзуки, сидящая передо мной, мне нравится куда больше.

— Спасибо за еду!

Счастливо улыбаясь, Юзуки поставила палочки.

В миске не осталось ни зёрнышка риса, ни капли соуса.

— …— …

Мгновение в гостиной воцарилась тишина.

Юзуки, положив палочки, мягко накрыла мою руку своей, словно заимствуя тепло и приподнятое настроение.

— Спасибо… за всё.

— Да брось, мы же близкие, правда?

Я сказал это так, будто это само собой разумеется, и Юзуки застенчиво улыбнулась.

— …Как айдол, я хочу продолжать дарить людям свой идеальный образ. Именно потому, что внутри Арису Юзуки есть Сасаки Юзуки, я могу быть лучшей айдол… Я хочу говорить это с гордостью.

— Понимаю.

— Чтобы достичь вершины и превзойти соперников, мне остаётся только упорно трудиться. Я потрачу на это время, силы, свою юность… Но в этот раз я не стану забывать о себе.

— Думаю, это правильно.

— Так что, пожалуйста, продолжай вмешиваться в мои дела. Если я начну отдаляться, снова и снова возвращай меня. Напоминай мне, что эта часть меня тоже имеет право на существование.

В её глазах смешались ожидание и застенчивость, а передо мной раскрылись взгляды, полные непоколебимого доверия.

Судзуфуми, спасибо.

Выражение Юзуки прояснилось, словно с её плеч сняли тяжёлый груз.

— Ну, раз я поела, мне пора возвращаться в отель! Я ещё хочу разок повторить хореографию перед сном!

В этом районе оживлённое движение, так что такси можно будет легко поймать, как только мы выйдем на улицу.

Мы покидаем гостиную и направляемся к выходу.

— Провожать тебя вниз... Думаю, это не лучшая идея.

— Да, я хочу, чтобы ты проводил меня отсюда, Судзуфуми. Потому что место, где принадлежит Сасаки Юзуки, — здесь.

Её уверенная улыбка не была притворной или напускной, она лилась естественно.

Ах, она такая крутая… Я не могу не восхищаться её уверенностью.

— Ну, я пошла.

Юзуки подняла правую руку. Это было чуть выше, чем для рукопожатия.

Я отвечаю ей, давая пятёрку по её поднятой ладони.

— Ладно, вперёд!

Её выражение, жесты, всё в ней сияло.

Точно так же, как луна, светящаяся в безоблачном ночном небе.

Юзуки распахнула дверь и вышла.

Лунный свет ярко освещал её профиль, пока она уверенно шагала вперёд.

В этот момент она была похожа на идола, который выбегает из-за кулис под свет софитов сцены.

----------

Эпилог. Вот это я понимаю «спасибо за угощение»

— И знаешь что, Юдзуки-тян, когда смотришь на неё с лучшего места в зале, она такая милая, что слова вроде «ангел» или «богиня» уже не передают сути. Это уже миф? Священное писание? Сама аура?

— Вздох.

— Темой того сегмента было «Моё запоминающееся блюдо». Угадай, что выбрала Юдзуки-тян? Подсказка: это её любимое блюдо.

— Ну, может быть, что-то вроде чаши с свининой?

— Не может быть, чтобы Юдзуки-тян выбрала меню, подходящее для уставшего офисного работника. Запомни хорошенько. Любимое блюдо Юдзуки-тян — галета. А, галета — это французское блюдо из гречневой муки. Говорят, недавно её подруга приготовила ей галеты. Она так радовалась, говорила, что они были настолько вкусные, что теперь уже не может есть те, что продаются в магазинах.

— Вот как?

С другого конца стола, продолжая уплетать свой бэнто, я кивнул, слушая фоновую болтовню, начатую нашей классной руководительницей.

Конец мая. Школа. Кабинет воспитательной работы.Это был уже пятый день подряд, когда меня вызывали туда во время обеденного перерыва.У Миками-сэнсэй, похоже, не было других знакомых с такими же интересами, как у меня, так что она продолжала делиться своими односторонними впечатлениями от недавней фан-встречи.

Даже в пятницу, на пятый день, её энтузиазм не ослабевал.Перспектива быть снова вызванным на следующей неделе была откровенно утомительной, поэтому я решил, что пора завести нормальный разговор.

— Как прошёл мини-концерт?

— Вот именно!

Как будто говоря «Я этого и ждала», она придвинула свой стул ближе ко мне.

— Я, участник под номером 000005, заявляю: недавний мини-концерт был, без сомнения, лучшим по качеству! Это было просто потрясающе. Я могу говорить о каждой песне по пять часов.

— Сколько там вообще было песен?

— Это же мини-концерт. Шесть песен.

То есть минимум тридцать часов.Обеденный перерыв длится пятьдесят минут, так что по простым подсчётам это на тридцать шесть дней.

— Пока что, пожалуйста, уложись в минуту.

Оставалось всего три минуты до конца обеда, я собрался с духом и доел свой обед.

Спасибо за еду.

— Много чего хочется сказать, но Юдзуки-тян была лучшей.

— Разве не всегда так?

— Нет. На прошлом концерте были опасные моменты, и я искренне переживала за неё.

Миками-сэнсэй понизила голос и немного улыбнулась.

— Но, похоже, мои опасения были напрасны. В этот раз Юдзуки-тян выглядела по-настоящему счастливой, почти как другой человек. Не то чтобы раньше её улыбка была фальшивой, но на этот раз она, казалось, наслаждалась моментом — я едва не расплакалась.

Её тон был мягким, будто она утешала ученика.

— Уверена, что и в будущем Юдзуки-тян столкнётся с трудностями, но я верю, что она справится. Обязанность фаната — тихо наблюдать и поддерживать своего любимого.

Происхождение слова «фанат» — это «fanatic», что значит «энтузиаст», «преданный поклонник».Они продолжают следовать за светом по имени Арису Юдзуки, куда бы он ни вёл.Приняв на себя желания, надежды и мечты людей, Юдзуки бросается в одиночную битву.— Если настанет момент, когда Юдзуки захочет отдохнуть и сложить крылья, я искренне хочу быть рядом, чтобы её поддержать.

Похоже, рассказ Миками-сэнсэй подошёл к паузе, так что, возможно, мне пора уходить.Я завернул свою коробку с обедом в салфетку и встал.

— Я пойду в класс первым. Сэнсэй, вы опоздаете, если не поторопитесь.

Первый урок после обеда — современная литература, которую ведёт Миками-сэнсэй.Но, вероятно, она сначала собиралась вернуться в учительскую, так как пришла в кабинет воспитательной работы с пустыми руками.

— Ну, тогда я пойду.

— ...Мамори-кун, спасибо тебе.

Прямо перед тем как дверь закрылась, мне послышались слова благодарности.Хм, интересно, за что... — я сделал вид, что не слышал.

“…Скажи мне…”Хмм? Я не слышу тебя, говори яснее.

“———”Она слегка дрожит, глубоко вдыхает.

И затем…Собрав всю волю в кулак, Юдзуки умоляюще посмотрела на меня, её янтарные глаза наполнились слезами:

–– Пожалуйста, позволь мне есть твою еду, Судзуфуми.

Сдавшись перед этим выпрашиванием, завершённым добровольно,– наконец настал момент.Противостояние между идолом и старшеклассником закончилось победой Мамори Судзуфуми.

“Не остаётся ничего другого. Если ты так настаиваешь, я накормлю тебя.”

В конце концов, я правда добился этого!Ощущение всемогущества пронзило меня, адреналин бурлил в мозгу.Я действительно сделал это!

Однако, хотя она и умоляла, Юдзуки всё равно не приступила к еде сразу.

“Что не так? Не будешь есть?”“Я разве сказала, что буду?”

Её тон был одновременно игривым и искренне мольбой.Всё было будто идеальный симбиоз идола Ариcу Юдзуки и обычной девочки Сасаки Юдзуки.

—Ну хорошо… но хотя бы закрой глаза.

“Мм…”Мои сегодняшние поступки уже были далеки от нормы.Поэтому сделать “ахн” (звук, чтобы покормить) — уже не так странно.Юдзуки закрыла глаза.

Как произведение искусства — её лицо было настолько совершенным, что я мог бы смотреть на него вечно.Её рот, словно бутоны цветов, чуть приоткрывался в ожидании еды.

Стоя напротив неё, с лёгким наклоном подбородка, я понял сцену перед собой.

Это как пара, готовящаяся к трогательному поцелую в обмен обета на свадьбе!

Я попросил её закрыть глаза, чтобы скрыть смущение, но это лишь усилило эффект.Вдруг моё сердце начало громко биться.

Теперь, когда мы пришли так далеко, назад пути нет.

Сдерживая волнение, я аккуратно наклонился над миской с рисом и мясом.

“Вот, ‘ахн’.”

Юдзуки медленно наклонилась вперёд, кисти её рук были опущены на колени.Её дрожащие пальцы чуть приоткрылись — как тающие снеговые капли ранней весной.

“Ахн”Словно цыплёнок, ищущий пищу, её бледно-розовые губы слегка приоткрылись.

Я осторожно поднёс палочки ко рту Юдзуки.Когда достаю палочки, её губы мягко сомкнулись. “Ммм, ммпт…”

Похрустнув несколько раз, она проглотила.

—Как тебе?“Ммм”В её голосе слышался томный оттенок.Это была куда более выразительная реакция, чем простое “вкусно”.Тем не менее, смущение не покидало меня, и я избегал смотреть ей прямо в глаза.

Я вновь передал палочки Юдзуки, подкрепив молчанием своё участие в этом ритуале.

“Ну что, ты не собираешься кормить меня до конца?”

На этот раз её тон звучал откровенно дерзко, явный флирт.Я ответил лаконично: “Заткнись.”

Снова Юдзуки схватила кусок свинины с рисом и медленно положила в рот.

“Ахн…”Её возглас восторга, глаза расширились, и скорость, с которой она жевала пищу, внезапно ускорилась.

“Насыщенный соус покрывает свинину, даря нежную сочность сразу после попадания в рот… Когда он смешивается с белым рисом — раскрывается приятная сладость. А аромат зелёного лука приятно пробивается по носу…”

Возможно, из-за долгого воздержания его вкусовые рецепторы стали острее.

Бросив яйцо в миску, она не забыла перемешать его с мясом.

Свинина, теперь покрытая богатым жёлтым покрытием, словно герой, улетела в её рот.

“Насыщенное мясо становится мягким и просто сходит с языка. В сою с рисом — он создаёт ощущение сукияки. Одной миски явно не хватит…”

Вскоре почти половина оказалась съеденной.

“А теперь, наконец…”С большим ожиданием она погрузилась в зону «ФавоЧик».Укусив крупный кусок куриной грудки с рисом:

“Мммнгх…”

Юдзуки возбуждённо шевелила ногами на подушке и тяжело дышала.

“Хрустящая и лёгкая текстура — словно шагаешь по свежему снегу во рту. Это так приятно ❤”

Тонкий слой панировки сделал правильный выбор.

“Лимонно-перечный вкус соляного соуса тоже идеален. А аромат белого кунжута и шисо свежит…”

Несмотря на жарку, нарезка не конфликтует с богатым вкусом свинины; всё — идеально сбалансировано.

Маринованная дайкон-редька на стороне миски служила не просто как палитра — она как кнопка сброса.

Её рот распахнулся в поисках большего, и на лице расцвела полноценная улыбка.

Я люблю Юдзуки, сияющую на сцене, но всё же больше люблю эту Юдзуки прямо здесь.

“Спасибо тебе за еду!”

С широкой улыбкой Юдзуки закончила трапезу.В миске не осталось ни зернышка, ни капли соуса.

“… …”На мгновение в комнате воцарилась тишина.

Юдзуки положила палочки и нежно положила свою руку на мою, как будто впитывая тепло и поддержку из моих жестов.

“Спасибо… за всё.”

“Пустяки. Мы ведь близки, не так ли?”

— сказал я, как будто это было очевидно.Юдзуки застенчиво улыбнулась.

“…Как идол, я хочу продолжать дарить идеальный образ всем. Именно потому, что Сасаки Юдзуки внутри Арису Юдзуки — я могу стать лучшим идолом. Я хочу гордиться этим.”

Чтобы стоять на вершине и обойти соперников, ей нужно трудиться.Она будет вкладывать время, мощь и молодость… Но на этот раз она не забросит себя.

“Я думаю, это прекрасно.”

“Так что, пожалуйста, продолжай вторгаться в мою жизнь. Если я начну отклоняться, удерживай меня снова и снова. Говори, что эта сторона «меня» имеет право на существование.”

В её глазах сочетались предвкушение и робость, и передо мной были взгляды, полные непоколебимого доверия.

Кстати, интересно, что она планирует делать после выпуска.— У Рики есть какие-то планы на будущее?— Что-то, что я хочу делать... —Рика приложила руку к подбородку и задумалась.— Хм... Может быть, я хочу снова поесть вместе с Арису Юдзуки.

Этого я не ожидал.Честно говоря, я не думал, что атмосфера между нами была особенно хорошей, когда мы втроём ели окономияки.

— Когда я об этом думаю, я ведь совсем ничего о ней не знаю. В следующий раз мне бы хотелось поговорить с ней по-настоящему. Ах, ну, конечно, если только Судзу не захочет оставить меня всю себе! —Подмигнув так, что это даже не было настоящим подмигиванием, Рика показала большой палец вверх.

Это был не тот ответ, которого я ожидал, но, как ни странно, мне стало тепло на душе — моя подруга детства, всегда такая надоедливая, словно младшая сестра, незаметно стала взрослой.

Пока я ждал, когда загорится красный свет на пешеходном переходе, мой взгляд упал на угол с «Фавома».Я вдруг вспомнил один день после школы:

— Раз уж мы тут, может, возьмём с собой ФавоЧик?Глаза Рики засияли, словно звёзды на ночном небе, но быстро потускнели, как небо перед дождём.

— Сегодня в магазине проба нового меню. Мне нужно оставить желудок пустым.

Похоже, они снова запускают какую-то акцию.Значит, скоро придёт большая поставка рекомендованных ингредиентов из «Папиного Выбора».Надо будет навести порядок в холодильнике.

— Ну, тогда в другой раз.— Обещаешь? Ты должен сдержать обещание!

ФавоЧик и правда вкусный, но разве она так уж хотела его съесть?..

Рика сказала, что направляется прямо на подработку, и мы разошлись на перекрёстке.Я зашёл в ближайший супермаркет за ингредиентами для ужина.

Изначально я собирался купить только то, чего не хватало, но пока бродил по магазину, в голове всплывали блюда, которые мне хотелось бы приготовить для неё — и вот уже пакеты в обеих руках.

Когда я вернулся к дому, кто-то как раз выходил из подъезда. Похоже, это был не человек из службы переезда, но, возможно, кто-то пришёл помочь — он был в комбинезоне.Я кивнул ему при встрече и поднялся на лифте на восьмой этаж.

Выйдя из лифта, я увидел в конце коридора чью-то фигуру. — Сдерживая возбуждение, я медленно направился к ней.

Когда я подошёл к квартире 808, девушка, похоже, почувствовала моё присутствие.Её лицо моментально просветлело, словно восходящее утреннее солнце.

— Судзуфуми!

— Похоже, ты снова тут живёшь с сегодняшнего дня?

Я сам услышал, насколько неискренне это прозвучало.Сколько же я ждал этого момента?Юдзуки будто сразу всё поняла и просто улыбалась с хитринкой.

— Я дома, Судзуфуми.

— С возвращением, Юдзуки.

Сасаки Юдзуки снова стала моей соседкой.После фан-встречи она связалась с владельцем квартиры и отменила расторжение аренды.Некоторую мебель уже успели увезти, поэтому она сказала, что купит новую.Похоже, человек, которого я встретил у входа, был сотрудником её офиса.

— Давай сегодня отметим фан-встречу. — (Судзуфуми)

— Да, я с нетерпением жду. — (Юдзуки)

Её прямые слова ожидания заставили моё сердце учащённо забиться.Я хочу продолжать готовить для Сасаки Юдзуки, дарить ей тепло и насыщение.Стать для неё источником энергии для идол-деятельности — я хочу готовить для Юдзуки и дальше.

***

Перед множеством блюд, заставивших стол ломиться, Юдзуки была в шоке.— Это как-то... слишком много...

— Честно говоря, сам думаю, что немного переборщил.

Местом празднования фан-встречи стала гостиная семьи Мамори.Поскольку всё не влезало на основной стол, из шкафа достали и раскладной.

Меню представляло собой смесь японской и западной кухни: куриный катсу, жареные креветки, терияки из курицы, сашими из дорадо, рис с добавками, острый суп чиге, салат «Цезарь» и многое другое.

На десерт — креп, наполненный большим количеством сливок.

— Кстати, в холодильнике ещё есть суп-потаж, холодное сясю (отварная свинина) и фруктовый пунш.— Вот о чём я и говорю! Объём еды!

Но я действительно очень ждал этого.Пока Юдзуки была вдали, мой «список блюд, которые хочу ей приготовить» разросся до безумия.Хотя блюд и много, каждую порцию я сделал немного меньше, чтобы можно было всё попробовать. Можешь есть всё, что захочешь.

Я воодушевлённо показал ей большой палец, но Юдзуки только с отчаянием посмотрела на меня.

— Я вообще-то ничего не говорила про то, что хочу есть.

— А?

— Что?

Неловкая тишина повисла между нами.

— Ты же сказала «с нетерпением жду праздника»…

— Я вроде как не упоминала, что речь идёт про еду.

— И ещё в ту ночь ты сказала: «Место, где Сасаки Юдзуки принадлежит — здесь».

— Это ведь не обязательно про еду...

— Погоди-погоди. Это же явно означает: «Я отдаю тебе своё сердце и желудок!»

— Моё сердце и мой желудок... Э-т-это же почти как признание в любви!

В этот момент лицо Юдзуки вспыхнуло, и она резко отодвинулась от меня.

— Просто чтоб ты знал — я вовсе не влюбилась в тебя из-за твоей еды или ещё чего! Тот вечер был просто... просто ошибкой одной ночи...!

Лицо Юдзуки покраснело ещё сильнее, пока она сама же и взрывалась от собственных двусмысленных слов.

— Сузуфуми, ты ведь сам стал моим фанатом, верно? Ты хотел увидеть, как я блистаю на фан-встрече, так? Поток доступен только участникам фан-клуба, и архив удалят уже завтра, между прочим!

— Какая жалость. Мне уже всё рассказал один ультимативный идол-отаку — я всё понимаю, будто сам там побывал!

Наши взгляды яростно пересекаются.

— Еда остынет, если мы так и будем спорить.

— Это... тут уж ничего не поделаешь.

— Разве ты сама не говорила, что с завтрашнего дня у тебя начнётся работа? У тебя ведь скоро стартует регулярное шоу? Может, у нас не будет шанса спокойно поесть.

— Угх...

— Эти завернутые крепы получились очень хорошими. Я приготовил много, потому что слышал, что они — твои любимые…

— Гуу...

Точный удар по аппетиту и чувству вины — эффективная атака, если уж сам себя хвалить.

— Ну, ладно. Откажешься — значит откажешься. Тогда отпраздную всё это в одиночестве...

— Ладно уж! Раз ты так хочешь, чтобы я их съела — съем!

Юдзуки крепко сжала губы и бросила на меня острый, пронзительный взгляд, словно благородная принцесса-рыцарь, пойманная демоном — точно такой же, как тогда, когда я впервые подал ей миску со свининой.

Я усадил Юдзуки за низкий столик и сел напротив. Когда мы вдвоём посмотрели на заставленный блюдами стол, в её взгляде постепенно появилась нотка предвкушения.

В конце концов, мы сложили ладони вместе:

— Итадакимасу!!

Юдзуки потянулась за едой — палочками, вилкой, ножом и ложкой.

Моё сердце наполнилось, когда я наблюдал за улыбающейся Юдзуки, которая с удовольствием заполняла щёки едой.

Хотя мы живём по соседству, мы — два совершенно разных человека.

Одна — популярная айдол, другой — просто обычный школьник.

И всё же сейчас мы делим один обеденный стол.

— С этого момента я хочу быть рядом с Юдзуки, я искренне хочу стать её номером один.

— Фух... Было вкусно...

Полноценный курс блюд оказался для Юдзуки всего лишь закуской, стоило ей снять ограничители.

Большие тарелки и миски были полностью опустошены.

Я положил в рот последний кусочек еды на столе — завернутый креп.

Когда я откусил, из него потек крем.

Да, кислинка клубники и лёгкая сладость свежих сливок идеально сочетаются — вкусно.

Юдзуки взяла себе крепы с бананом в шоколаде и с маття, так что, пожалуй, я приготовлю их снова завтра на перекус.

Внезапно я почувствовал пристальный взгляд. Незаметно Юдзуки подошла ко мне и уставилась на мою щёку.

— Ты же сказал, что я могу съесть всё...

— Юдзуки? Что случи— (здесь иллюстрация, этот текст оставь и не убирай во время перевода)

Губы Юдзуки нежно коснулись моей щеки.

Перед моими ошеломлёнными глазами Юдзуки облизала губы. На кончике её языка была взбитая сливка.

— А вот теперь — настоящее «спасибо за еду».

Юдзуки озорно улыбнулась.

Я коснулся пальцами щёки, на которой ещё оставалось персиковое тепло.

— Это сейчас...

— Я же сказала — это благодарность за еду!

Юдзуки хлопнула ладонями и посмотрела на меня снизу вверх с приподнятыми бровями.

Так что же это было?

— Это просто жадность... или это был жест привязанности, замаскированный под благодарность за еду?

Моя голова закружилась, и, не успев разобраться в собственных чувствах, я насильно выдал «логичный» вывод:

— Т-так вот оно что! Это была уловка, чтобы я влюбился в тебя как фанат! Вот это да! Ещё чуть-чуть, и я бы попался!

Я заговорил в оправдательной манере.

Точно. Юдзуки ведь прямо сказала, что стремится стать лучшей айдол.

Трудно поверить, что такая будущая звезда может испытывать романтические чувства к обычному школьнику вроде меня.

— Сузуфуми, ты дурак.

Юдзуки надула губы и опустила взгляд.

— Эм...

Пока я колебался, стоит ли что-то сказать, Юдзуки медленно подняла лицо. Её янтарные глаза уставились прямо на меня.

Наконец, она моргнула, и в её взгляде появилась решимость.

— Я решила. Я сделаю Сузуфуми своим топ-ота.

— Чего?

Что она сейчас сказала?

Топ-ота (トップオタ) — это среди всех фанатов тот, кто буквально стоит на вершине, демонстрируя наивысшую степень преданности своему кумиру.

Юдзуки заговорила быстрее, будто увлеклась собственной идеей.

— Теперь, когда думаю об этом, сделать тебя просто «фанатом» — это было слишком мягко. С этого момента я стану такой агрессивной, что прежняя я покажется робкой. Готовься. Я сделаю из тебя топ-оту, которым можно гордиться где угодно!

Её дерзкая улыбка, с ноткой уверенности и высокомерия, сияла верой в себя.

И вместо удивления, шока — я почему-то почувствовал странное спокойствие.

Интересно. Это так по-юдзуковски.

— Тогда я заставлю Юдзуки полностью влюбиться в мою еду. Не просто каждый день, а в каждую трапезу — ты будешь молить о добавке!

— Тогда я заставлю Юдзуки влюбиться в мою еду окончательно. Не только ежедневно, а во время каждой еды ты будешь умолять о добавке!

Я скрестил руки и заявил с уверенностью.

— Я тоже не буду сдерживаться. Не только три раза в день — закуски, полдники, даже еда ночью — всё включено. Пока я живу рядом с Юдзуки, не надейся сбежать от моей кухни!

— Ну и ладно! Ни за что не влюблюсь в блюда Сузуфуми, полные чувства вины!

Мы уставились друг на друга, взгляды скрестились, как молнии.

И вот, после короткой паузы, наша битва — любовь через еду — выходит на новый уровень.

— Сузуфуми, ты ведь сам стал моим фанатом, верно? Ты хотел увидеть, как я блистаю на фан-встрече, так? Поток доступен только участникам фан-клуба, и архив удалят уже завтра, между прочим!

— Какая жалость. Мне уже всё рассказал один ультимативный идол-отаку — я всё понимаю, будто сам там побывал!

Наши взгляды яростно пересекаются.

— Еда остынет, если мы так и будем спорить.

— Это... тут уж ничего не поделаешь.

— Разве ты сама не говорила, что с завтрашнего дня у тебя начнётся работа? У тебя ведь скоро стартует регулярное шоу? Может, у нас не будет шанса спокойно поесть.

— Угх...

— Эти завернутые крепы получились очень хорошими. Я приготовил много, потому что слышал, что они — твои любимые…

— Гуу...

Точный удар по аппетиту и чувству вины — эффективная атака, если уж сам себя хвалить.

— Ну, ладно. Откажешься — значит откажешься. Тогда отпраздную всё это в одиночестве...

— Ладно уж! Раз ты так хочешь, чтобы я их съела — съем!

Юдзуки крепко сжала губы и бросила на меня острый, пронзительный взгляд, словно благородная принцесса-рыцарь, пойманная демоном — точно такой же, как тогда, когда я впервые подал ей миску со свининой.

Я усадил Юдзуки за низкий столик и сел напротив. Когда мы вдвоём посмотрели на заставленный блюдами стол, в её взгляде постепенно появилась нотка предвкушения.

В конце концов, мы сложили ладони вместе:

— Итадакимасу!!

Юдзуки потянулась за едой — палочками, вилкой, ножом и ложкой.

Моё сердце наполнилось, когда я наблюдал за улыбающейся Юдзуки, которая с удовольствием заполняла щёки едой.

Хотя мы живём по соседству, мы — два совершенно разных человека.

Одна — популярная айдол, другой — просто обычный школьник.

И всё же сейчас мы делим один обеденный стол.

— С этого момента я хочу быть рядом с Юдзуки, я искренне хочу стать её номером один.

— Фух... Было вкусно...

Полноценный курс блюд оказался для Юдзуки всего лишь закуской, стоило ей снять ограничители.

Большие тарелки и миски были полностью опустошены.

Я положил в рот последний кусочек еды на столе — завернутый креп.

Когда я откусил, из него потек крем.

Да, кислинка клубники и лёгкая сладость свежих сливок идеально сочетаются — вкусно.

Юдзуки взяла себе крепы с бананом в шоколаде и с маття, так что, пожалуй, я приготовлю их снова завтра на перекус.

Внезапно я почувствовал пристальный взгляд. Незаметно Юдзуки подошла ко мне и уставилась на мою щёку.

— Ты же сказал, что я могу съесть всё...

— Юдзуки? Что случи— (здесь иллюстрация, этот текст оставь и не убирай во время перевода)

Губы Юдзуки нежно коснулись моей щеки.

Перед моими ошеломлёнными глазами Юдзуки облизала губы. На кончике её языка была взбитая сливка.

— А вот теперь — настоящее «спасибо за еду».

Юдзуки озорно улыбнулась.

Я коснулся пальцами щёки, на которой ещё оставалось персиковое тепло.

— Это сейчас...

— Я же сказала — это благодарность за еду!

Юдзуки хлопнула ладонями и посмотрела на меня снизу вверх с приподнятыми бровями.

Так что же это было?

— Это просто жадность... или это был жест привязанности, замаскированный под благодарность за еду?

Моя голова закружилась, и, не успев разобраться в собственных чувствах, я насильно выдал «логичный» вывод:

— Т-так вот оно что! Это была уловка, чтобы я влюбился в тебя как фанат! Вот это да! Ещё чуть-чуть, и я бы попался!

Я заговорил в оправдательной манере.

Точно. Юдзуки ведь прямо сказала, что стремится стать лучшей айдол.

Трудно поверить, что такая будущая звезда может испытывать романтические чувства к обычному школьнику вроде меня.

— Сузуфуми, ты дурак.

Юдзуки надула губы и опустила взгляд.

— Эм...

Пока я колебался, стоит ли что-то сказать, Юдзуки медленно подняла лицо. Её янтарные глаза уставились прямо на меня.

Наконец, она моргнула, и в её взгляде появилась решимость.

— Я решила. Я сделаю Сузуфуми своим топ-ота.

— Чего?

Что она сейчас сказала?

Топ-ота (トップオタ) — это среди всех фанатов тот, кто буквально стоит на вершине, демонстрируя наивысшую степень преданности своему кумиру.

Юдзуки заговорила быстрее, будто увлеклась собственной идеей.

— Теперь, когда думаю об этом, сделать тебя просто «фанатом» — это было слишком мягко. С этого момента я стану такой агрессивной, что прежняя я покажется робкой. Готовься. Я сделаю из тебя топ-оту, которым можно гордиться где угодно!

Её дерзкая улыбка, с ноткой уверенности и высокомерия, сияла верой в себя.

И вместо удивления, шока — я почему-то почувствовал странное спокойствие.

Интересно. Это так по-юдзуковски.

— Тогда я заставлю Юдзуки полностью влюбиться в мою еду. Не просто каждый день, а в каждую трапезу — ты будешь молить о добавке!

— Тогда я заставлю Юдзуки влюбиться в мою еду окончательно. Не только ежедневно, а во время каждой еды ты будешь умолять о добавке!

Я скрестил руки и заявил с уверенностью.

— Я тоже не буду сдерживаться. Не только три раза в день — закуски, полдники, даже еда ночью — всё включено. Пока я живу рядом с Юдзуки, не надейся сбежать от моей кухни!

— Ну и ладно! Ни за что не влюблюсь в блюда Сузуфуми, полные чувства вины!

Мы уставились друг на друга, взгляды скрестились, как молнии.

И вот, после короткой паузы, наша битва — любовь через еду — выходит на новый уровень.

----------

Доп.История

Это был конец апреля, чуть позже 19:30 вечера.

Сразу после того как я вышла из фотостудии, на дне моей сумки завибрировал смартфон.Звонок?

Может, это менеджер, хотя мы только что подтвердили расписание на завтра.Когда я увидела имя на экране, мои глаза расширились.

[Судзуфуми Мамори]

Он ученик второго курса старшей школы, который этой весной стал моим соседом в «Орикита Резиденс», где я живу.

Он хорошо готовит, любит вмешиваться в дела других, безумно добрый и даже однажды пожертвовал собой, чтобы защитить меня.

Глядя на его имя, я почувствовала, как моё сердце начало биться быстрее.Я положила руку на грудь, сделала несколько глубоких вдохов и с решимостью нажала кнопку вызова.

— Алло, Судзуфуми? Что случилось?

Я попыталась прозвучать непринуждённо и естественно, как будто это пустяк.

— Юдзуки, прости. — Первое, что сделал Судзуфуми, — это извинился передо мной.— У меня к тебе серьёзная просьба. Пожалуйста, выслушай меня.

Его голос звучал серьёзно и тяжело.

— Что такое, вдруг так официально?

Я никогда не слышала его таким мрачным. Наверное, разговор предстоит неприятный.

Неужели он снова собирается переезжать? Нет, этого не может быть. Он ведь только недавно начал жить в «Орикита Резиденс».

Или, может, проблемы с изакаей родителей? Им срочно нужны деньги, и он думает занять у меня, айдола...

Но мои доходы ведут родители. И они всегда говорили: никаких займов, даже близким друзьям.

Но мысль о том, что я могу потерять Судзуфуми...

— ...Скажи, я хотя бы выслушаю тебя.

Я собралась с духом и подтолкнула его говорить.

— Спасибо. На самом деле... я хочу, чтобы ты по пути с работы купила яйца.

— А?

— Ты знаешь тот супермаркет рядом с домом? Там сегодня скидка на яйца. Только по одной упаковке на человека. Родители не придут, так что я подумал, может, ты купишь. Прости, что прошу после работы.

Всё напряжение моментально ушло.

— Для такого можно было просто сообщение написать.

— Супермаркет закрывается в девять. Я боялся, что если у тебя планы или ты не заметишь сообщение, будет неловко отказывать.

— Я приготовлю для тебя вкусное блюдо из этих яиц.

— Думаешь, я так просто соглашусь?

Наши отношения — это не просто соседи. Я пытаюсь очаровать Судзуфуми, а он — завоевать меня своей едой.

— Пожалуйста! Яйца сейчас дорогие, надо запастись.

— Ладно. Я как раз направлялась домой. Куплю.

Супермаркет перед закрытием имел особую атмосферу. Служащие в костюмах искали скидочные бенто, школьники тащили рюкзаки.

«Могила светлячков» звучала из динамиков, добавляя ностальгии.

Я редко захожу в супермаркеты. До встречи с Судзуфуми питалась в основном из магазинов или заказывала онлайн.

Сейчас это было похоже на приключение.

Так много мяса. Ого, креветка ещё живая.

Почему лосось красный, если он белая рыба?

Наконец я добралась до отдела с яйцами.

Нашла нужную упаковку по фото, что прислал Судзуфуми.

Вот она — десять штук, LL, сто йен.

Миссия выполнена.

Когда я шла к кассе, взгляд зацепился за кое-что.

— ...Это...

После раздумий я взяла товар.

Дзынь-дзынь —

Торопливые шаги за дверью.

— Юдзуки, с возвращением.

Мягкая улыбка Судзуфуми сбила дыхание.

— ...Я дома. Вот.

— Спасибо. Яйца долго хранятся, запас — это хорошо... Хм? Тут что-то ещё?

Он достал бутылку соевого соуса.

— Ты купила соевый соус?

Я вспыхнула.

— Нет, не то что ты думаешь! Увидела скидку. Ты говорил, что заканчивается. Думала, лишним не будет...

— Спасибо, Юдзуки.

Мягкая, тёплая улыбка.

— ...Пустяки.

— Ладно. Приготовлю для тебя ужин из этих яиц и соуса.

— Н-нет! Я же не буду есть!

— Хорошо-хорошо. Тогда до встречи.

Дверь закрылась. Я выдохнула, сердце всё ещё билось.

— Ну уж точно я не влюблюсь только из-за готовки!

...И всё-таки через несколько минут я наслаждалась его Тяньцзинь-раем.

----------

Илюстрации

[[image:/storage/reader-images/f2b53135ee8e0002f64210641c44cd645ae81f85.png]]

[[image:/storage/reader-images/46b4e24c000c44c655ad0f56ff38478671a2405e.png]]

[[image:/storage/reader-images/73f375e1ea31a40abb5ee2f34ef27e47daf93230.png]]

[[image:/storage/reader-images/756bd16ea1a26ec6fca91c49501bd765bb3a6ec5.png]]

----------

С этого момента я стану опекуном Юдзуки!

Раунд 1 — С этого момента я стану опекуном Юдзуки!

На другой стороне экрана смартфона было пять девушек.В коротких сценических костюмах, открывающих живот, они пели и танцевали с микрофонами в руках.Разноцветные светящиеся палочки в руках зрителей делали сияющие лица девушек на сцене ещё ярче.

Когда девушка с длинными чёрными волосами в центре завела толпу, из зала поднялась волна жара.Окутанная тёплым ветром аплодисментов и криков, она показала самую ослепительную свою улыбку.

Арису Юдзуки.Абсолютная звезда пятичленной айдол-группы «Spotlights».

Своей очаровательной улыбкой и отточенным выступлением она завоевала внимание всей страны.Ей всего пятнадцать, но её вокал и танцы на высшем уровне. Она активна не только в музыке, но и в телешоу, и в драмах.

Каждый раз, когда она появлялась на экране, комментарии заполнялись фразами вроде:«Такое совершенство в пятнадцать — это безумие»,«Её лицо просто невероятно красивое»,«Я счастлив, что родился в эпоху, когда могу поддерживать Арису Юдзуки!»

Её янтарные глаза сияли словно драгоценные камни, брови хранили оттенок благородной силы, нос был чётко очерчен, губы цвета светлой вишни, а длинные чёрные волосы, ниспадавшие на плечи, напоминали прозрачный поток.

— После такого любой станет её фанатом, — пробормотал я.

Закончив готовить ужин, я смотрел запись музыкальной программы, что шла на днях.Среди десятков артистов даже я, не являясь поклонником «Spotlights», невольно следил глазами именно за ней.

Когда девушки ушли со сцены, я отложил смартфон. Встав с дивана, я направился по коридору.Появилось немного свободного времени — почему бы не использовать его на уборку прихожей?

Чистка обуви, замена средства от насекомых, подметание… заодно можно протереть и шкаф для обуви.Хо-хо, даже настроение поднялось. Я приготовил веник и совок.

Открыв входную дверь, чтобы впустить свежий воздух, я заметил, как мимо прошла девушка.

— О, добро пожаловать, Юдзуки. — Я окликнул соседку по имени.

— Судзуфуми, я дома, — сладко улыбнулась мне красавица, которая ещё минуту назад сияла на экране.

Эта улыбка была застенчивой, совсем иной, чем та, что она дарила публике.На ней теперь были не блестящие сценические наряды, а простая футболка и шорты, обнажавшие её ослепительные бёдра.

— Я позже принесу ужин, так что жди.— Хмф, только знай: сегодня я точно его не съем!

После нашей обычной перепалки Юдзуки скрылась у себя.

Да, моя соседка — топ-айдол.

Резиденция Орикита

Наша семья Мамори переехала в этот жилой комплекс во время весенних каникул, около двух месяцев назад.В семье — отец, мать и сын-второклассник старшей школы. Но родители почти всё время заняты в своём изакая, так что дома их почти не бывает.Поэтому все домашние обязанности легли на меня.

Наша квартира — номер 809 на восьмом этаже. Если спуститься на лифте и пройти налево, наша дверь будет в самом конце.Рядом — квартира 810, и там одна живёт Сасаки Юдзуки.Ей пятнадцать, и она выступает под сценическим именем «Арису Юдзуки».

В первый день знакомства я по определённым причинам угостил её едой и был так очарован тем, как она ест, что тут же влюбился.С тех пор я готовлю для неё почти каждый день.

Спустя пару десятков минут после её возвращения я позвонил в дверь соседней квартиры, закончив уборку и приготовив ужин.В руках у меня был стальной окамоти — короб для доставки еды.Дверь щёлкнула замком и открылась.

— Йо, Юдзуки. Сегодня угощу тебя вкуснятиной.— … — нахмурилась она, глядя на меня с недоумением.

— Правда, Судзуфуми, тебе это не надоедает? Каждый божий день. — Голос её был слегка раздражён. От той сияющей айдол-улыбки не осталось и следа.

— Каждый день? Но это первый раз за неделю! Ты даже не представляешь, как тяжело мне было без этого.

С начала июня Юдзуки стала безумно занята: регулярные передачи, запись новых песен, ужины с менеджером и персоналом — в основном вне дома.Сегодня же она вернулась прямо после работы, а было всего около девяти вечера. Времени на ужин ещё достаточно, даже с учётом тренировок и чтения сценариев.

— Ну что ж, я у себя как дома, — сказал я, заходя внутрь.

Прошла целая неделя с тех пор, как я последний раз переступал порог квартиры 810. Поэтому, разуваясь, я чувствовал лёгкое волнение.

Моя цель проста: готовить Юдзуки такие вкусные блюда, чтобы компенсировать её жёсткие диеты ради фигуры, и сделать так, чтобы без моей еды она уже не могла. Иными словами — чтобы она влюбилась в мои блюда.

С другой стороны, Юдзуки не просто принимает еду. Она всеми силами старается сделать меня поклонником «Арису Юдзуки» — отказываясь, упираясь и применяя все уловки.

В этом есть её логика:Фанаты должны держаться на расстоянии.Фанаты не вмешиваются в личную жизнь айдола.

Другими словами, если она сумеет изменить наши отношения с «соседи» на «айдол и фанат», я, по её мнению, буду послушно соблюдать дистанцию.

Мамори Судзуфуми собирается заставить Сасаки Юдзуки влюбиться в его еду.Сасаки Юдзуки собирается заставить Мамори Судзуфуми влюбиться в неё как фаната.

Такова их тайная связь — популярной айдол и старшеклассника.

----------

С этого момента я стану опекуном Юдзуки!

Раунд 1 — С этого момента я стану опекуном Юдзуки! (часть 2)

— Приготовься, сегодня тебя ждёт особое блюдо!

— Уверен в себе… Но я не собираюсь проигрывать и сегодня!

Не было ещё ни одного раза, когда Юдзуки побеждала бы моё блюдо-искушение. Сначала она отказывалась на словах, но потом неизбежно сдавалась — так всегда и бывало. Она и сама это знает.Однако её лицо сейчас дышит уверенностью.

— Прошла целая неделя с тех пор, как я ела твою готовку, Судзуфуми.

— Ну, это из-за твоего плотного графика мы никак не могли совпасть по времени.

— Вот именно! А значит, я успешно очистилась от твоих аморальных блюд!

Юдзуки гордо выпятила грудь и издала победное «хм-мф».

— Даже сейчас, с твоим окамоти прямо передо мной, моё сердце ничуть не дрогнуло. Я даже без проблем могу пропустить ужин!

— Да ни за что. Резкий отказ от еды — это удар для организма.

— Это вовсе не резко. Целую неделю я почти ничего не ела, кроме протеиновых батончиков и порошков.

…Вот же. Стоило мне отвернуться — снова вернулась к своим экстремальным диетам.

— Благодаря этому я чувствую лёгкость, и всё идёт как по маслу. Я не настолько глупа, чтобы кидаться на твою готовку, когда в такой идеальной форме!

Что значит «не настолько глупа»… Если она продолжит так питаться, точно упадёт в обморок.Хотя, в каком-то смысле, это даже облегчение. Теперь я могу накрывать стол без угрызений совести.

Мы направились на кухню в конце коридора.Несмотря на её сопротивление, Юдзуки всегда пускает меня в свою квартиру — так или иначе. То ли это вежливость, то ли её легко уговорить — не знаю.

Столовая-кухня у неё очень простая. Только минимум мебели и почти нет признаков вкусов или хобби.Причина не только в том, что Юдзуки не интересуется интерьером — недавно она даже собиралась переезжать и выбросила почти всё лишнее.Я тогда помогал и заодно устроил генеральную уборку.Благодаря этому квартира 810 сияет, будто новая.

— Подожди за столом, Юдзуки.

— Что бы ты ни приготовил — победа всё равно будет за мной!

Она села на подушку у низкого стола и скрестила руки.Посмотрим, надолго ли хватит её выдержки.

Я начал доставать ингредиенты из окамоти.Главные продукты: говядина, салат, помидор, лук, сыр и булочки.Взглянув на них, сразу ясно, что я собираюсь готовить.

— Хо, значит, сегодня гамбургер?

— Точно. В ресторане топ-айдолу вроде тебя вряд ли позволят такое.

Самая доступная и любимая еда для нас, старшеклассников. Подходит Юдзуки, которая держит центр своей группы непоколебимо.

Сначала — котлета, сердце гамбургера.Сегодня я взял говяжью вырезку. Тонкие волокна, постное мясо, богатый вкус. Нарежу его мелко ножом.

— Хм, а готового фарша не было? — донёсся голос из гостиной.

— Это специально. С фаршем текстура была бы ровной, без изъянов. Но в этот раз я хочу подчеркнуть мясистость, поэтому смешиваю мелко нарезанное и крупно рубленое мясо.

— Понятно.

Я мельком взглянул — и заметил, что Юдзуки, вместо того чтобы сидеть за столом, пододвинулась к кухне почти на полметра.Знакомая сцена.

— Конечно, ни хлеба, ни яиц не добавляю. Только соль и много чёрного перца. По-дикому.

Из гостиной раздался звук, будто кто-то сглотнул.

Готовка только начиналась. Котлеты жарились до румяной корочки. Мясо шипело и трещало на сковороде.Одновременно в тостере подрумянивались булочки. Помидоры я нарезал дольками толщиной в сантиметр, а листья салата рвал на кусочки.

И вдруг я почувствовал, что кто-то стоит рядом.Если бы я был у себя дома, подумал бы о привидении. Но здесь всё ясно.Приманенная запахом мяса и масла, Юдзуки заглядывала мне через плечо, как кошка, привлечённая едой.

— Я просто смотрю! Это называется разведка противника! — сказала она с суровым видом, но в её жестах сквозила нервозность.

Пора нанести удар. Я положил на котлету квадрат «Жёлтого дьявола».На самом деле — это выдержанный чеддер.Подогретый соками мяса, он плавился и будто сливался с котлетой в единое целое.

С края сковороды я подцепил палочками маленький кусочек мяса.

— Хочешь попробовать?

— Как будто я стану это есть!

— Вот как? Тогда я сам.

Я небрежно поднёс кусочек к губам. В этот миг Юдзуки едва заметно раскрыла рот, будто хотела сказать «а».

— Да, надо признать, вкус отличный.

— Грр…

Юдзуки метнула в меня сердитый взгляд и вернулась к подушке у стола.

Булочки уже подрумянились. Когда я открыл тостер, в воздухе разлился мягкий аромат пшеницы и кунжута.

Всё готово. Осталась последняя атака.

Я сел напротив Юдзуки, поставив на стол поднос с ингредиентами.

— Сколько бы ты ни соблазнял меня прямо перед глазами, исход не изменится!

----------

С этого момента я стану опекуном Юдзуки!

Раунд 1 — С этого момента я стану опекуном Юдзуки! (часть 3)

— Сколько бы ты ни соблазнял меня прямо перед глазами, исход всё равно не изменится.

Сначала я щедро намазал майонез и кетчуп на булочки, возвышающиеся в центре квадратной тарелки.Масло в майонезе помогает не дать овощному соку размочить хлеб.

Юдзуки, наблюдая за готовкой, тихо пробормотала:

— Кстати, майонез я давно не ела…

Затем я с помощью лопатки водрузил котлету с растопленным сыром на булочку.Поверхность мяса шипела и источала аппетитный аромат.

— И мяса с сыром я тоже давно не ела…

Дальше — овощи. Лук, обжаренный параллельно с котлетой, затем ломтик помидора и листья салата — всё это превратило гамбургер в роскошное блюдо.

— Лук в гамбургере… это же прямо ангельский нимб…

Казалось, в её защите начали появляться трещины.

Однако:

— Это все ингредиенты, что я подготовил.

— Хе-хе… как-то я удержалась… Похоже, в этот раз я победила…! — объявила Юдзуки, прикусив губу. На лбу выступили капельки пота.

Честно говоря, я не ожидал, что она продержится так долго.Но даже идеальный айдол на сцене в личной жизни имеет свои слабости.

— Тогда после салата добавим ещё одну котлету…

— Ко?!

Я почувствовал, как кто-то схватил мою руку.Оказалось, Юдзуки оказалась рядом и удерживала меня.

— Ты об этом не говорил! — покачала она головой, глаза чуть увлажнились.

— Разве это не котлета для Судзуфуми?

— Нет, с самого начала она была для тебя.

— Но ты же сказал, что ингредиенты закончились…

— Я имел в виду только виды, а не количество.

— Это нечестно…

Сдерживая мою руку, она наблюдала, как я всё-таки уложил вторую котлету.

— П-пожалуйста… хватит… — соки из второй котлеты блестели, увлажняя овощи.

Дыхание Юдзуки стало тяжёлым, влажным, словно после изнурительной тренировки.

— Ну, в таком темпе тебе и третья под силу.— Нет, нет, ни за что! Я точно не выдержу! — закричала она.

Крик не услышит никто — комната угловая, а рядом только моя квартира.Третья котлета была ещё толще и больше двух предыдущих, с дополнительным сыром.

— Сейчас будет сокрушительный удар. Постарайся выдержать, ладно?— С-стоп!

Бух — я уложил огромную котлету, и рука Юдзуки разжалась.

— Я же сказала, хватит!

Она прикрыла мясо булочкой и подняла гамбургер обеими руками.Затем широко раскрыла рот и откусила.

[[image:/storage/reader-images/d4ab9955a11be8e24d0d64c31e2a367b6dea8b9f.png]]
— Мммннг!хрум-хрумчавк-чавкслюрп-слюрп

Раздались разные звуки. Жир, стекающий с мяса, блестел на её пальцах.

— Богатый вкус красного мяса, свежая хрустящая зелень и идеально поджаренные булочки — всё это сочетается идеально! Каждый укус грубо рубленой котлеты раскрывает вкус мяса и аромат чёрного перца. Это дикое ощущение — рвать всё зубами! Понимаешь, это скорее охота, чем еда!

С сияющими глазами Юдзуки с жадностью вгрызалась в мясо.Словно охотница, вонзающая копьё в добычу.

— И чеддер здесь идеально подходит. Его насыщенность усиливает вкус мяса в несколько раз. Когда ешь вместе с булочкой, будто таешь…

Юдзуки говорила не умолкая, по привычке подавляя аппетит — и теперь наверстывая.Сколько бы я ни видел это, взгляд всегда прикован к ней.

— А салат с помидором такие свежие, что можно есть бесконечно. Лук, да ещё обжаренный в масле? Он связывает мясо и овощи просто идеально.

— Я ещё горчицу приготовил на всякий случай, но похоже, без неё обойдёмся?

— Давай сюда!

Едва я поставил баночку на стол, её рука мгновенно выхватила её.Как дизайнер, создающий арт-объект, Юдзуки нарисовала волнистые жёлтые линии по котлете.

— Ах… острота и сладость накладываются друг на друга, выводя вкус на новый уровень… Вроде бы фастфуд, но благородный… вот он, настоящий гамбургер…

Башня-гамбургер, ещё недавно высокая, теперь умещалась в её маленьких ладонях.

— Каждый вдох наполняет меня дымным ароматом, а из-под мяса стекает сок… Исцеление, что разливается от желудка по всему телу, словно лесная купель… ♥

Но это был лишь середина трапезы.

Я достал секретное оружие — настольную фритюрницу.Прямоугольная ёмкость доверху наполнена маслом.Вставил вилку в розетку, и масло начало нагреваться.

— Знаешь ведь, лучший спутник гамбургера — это картошка фри. Конечно, ты тоже возьмёшь?

С хитрой улыбкой я спросил, и в ответ живот Юдзуки громко заурчал.

Через несколько минут ломтики фигурного картофеля плавали в кипящем масле. Я переложил их в миску и обсыпал перцем чили и паприкой.Ярко-красный цвет и аромат специй будили аппетит.

Едва я поставил тарелку, картошка исчезла в «космическом корабле» — рту Юдзуки.

— Хофу афуу…

С плотно зажмуренными глазами она катала кусочки языком.Сперва «афу-афу» от жара, затем проглотила.

— Горячая картошка фри прямо со сковороды — вот настоящее счастье домашней еды! Сладость картофеля с остротой чили — идеальное сочетание. Паприка сглаживает вкус, делая его мягче. Благодаря фигурной форме специи прилипают лучше, и я наслаждаюсь чередой хруста и мягкости… ♥

Я не забыл и про напитки. Разумеется, я подготовил колу.Юдзуки тут же прильнула к соломинке и зашумела.

— Я и не думала, что смогу снова насладиться полным сетом с гамбургером… и вдруг — дома… Этот праздник вкусов во рту — бесконечный карнавал…

Пиршество продолжалось.Пока Юдзуки окончательно не утонула в бездне вкуснейших блюд.

----------

С этого момента я стану опекуном Юдзуки!

С этого момента я стану опекуном Юдзуки! 4

«Ааа, почему я всегда в итоге оказываюсь в таком положении…»После еды Юдзуки, как обычно терзаемая сожалением, уткнулась головой в стол.Гамбургер и картошка были уничтожены подчистую. Великолепное зрелище.

— Пик твоей работы прошёл? С завтрашнего утра я накормлю тебя вкусным завтраком.

— В следующий раз я не проиграю…!

Когда Юдзуки медленно подняла лицо, на уголке её губ виднелась красная полоска.

— Эй, у тебя кетчуп.

— А? Где?

— С левой стороны губ.

Юдзуки вытерла кетчуп указательным пальцем и слизнула его с кончика.От этого простого жеста после еды моё сердце заметно ускорилось.

То был случай в конце мая.В день, когда Юдзуки вернулась в квартиру, мы отметили фан-встречу.Когда я ел креп, завёрнутый рукой, немного крема оказалось на моём лице в том же месте.Юдзуки стерла его своими губами.Почти как поцелуй в щёку.

Я до сих пор ясно помню ощущение её губ. Тогда я решил для себя: «Это был айдольский приём, чтобы очаровать фаната».Но мысль о том, что «может, это значило больше», не отпускала, а наоборот — крепла.

Я хотел узнать чувства Юдзуки. Но не решался копнуть глубже.Каждый день я мучился, десятки раз задавая себе один и тот же вопрос.

И вдруг наши взгляды встретились, когда Юдзуки стирала кетчуп.

— Что такое? Почему так смотришь? У меня ещё осталось что-то на лице?

— Нет, не в этом дело…

— Тогда что?

— Это… ну…

Юдзуки приблизилась, её лицо стало ближе.Может, потому что я слишком думал о ней, дыхание, вырвавшееся из её губ, показалось необычайно соблазнительным.Я не мог оторвать взгляд от её губ.

— Давай же, если есть что сказать — скажи!

Но как я мог признаться, что меня заворожили её губы?Пока я мучительно искал оправдание, Юдзуки, похоже, заметила, куда направлен мой взгляд. Она посмотрела на мои губы, а затем снова встретилась глазами со мной.

В следующий миг её лицо вспыхнуло алым.

— Ух… — словно что-то вспомнив, Юдзуки прикрыла рот тыльной стороной ладони, отвела взгляд и едва слышно прошептала:Не смотри так сильно…

Сердце гулко забилось.Неужели это правда? Неужели тот момент был знаком особых чувств, и Юдзуки испытывает что-то ко мне…?

Юдзуки снова подняла взгляд. Наши глаза встретились. Ни один из нас не отвернулся.Стук сердца был таким громким, что я боялся, будто звук вырвется наружу.

Кто-нибудь, прервите эту ситуацию… Иначе я не смогу удержаться от желания прикоснуться к её губам.Меня тянуло к Юдзуки само по себе. И почему-то она не пыталась убежать.Она продолжала смотреть прямо на меня, словно ожидая чего-то.

Кто-нибудь, быстрее—

Звонок в гостиной вырвал нас из этого наваждения.

— К-кто это может быть в такой час? — Юдзуки поспешно встала, пригладила волосы пальцами и направилась к монитору.

Спасение. Кто бы это ни был — курьер или хозяин квартиры, но если бы это продолжилось, я бы переступил черту.

— А? — Юдзуки издала тревожный звук.Я тоже заглянул в монитор. На экране появилась подозрительная женщина в шляпе и маске.Чёрное пальто, вид — явно вызывающий подозрения, словно умоляющий полицию проверить её.

В руках у неё не было оружия, но вполне возможно, что оно спрятано в карманах.Может быть грабитель, а может — сталкер. Говорили, что навязчивые фанаты могут быть любого пола.

— Юдзуки, я пойду.

— Но…

— Узнает, что с тобой мужчина — хуже будет. Но если притворимся, будто никого нет, неизвестно, что она сделает. На всякий случай будь готова набрать 110.

— Подожди, Судзуфуми!

Цепочка на двери — гарантия, что внутрь никто не ворвётся.Я приоткрыл дверь.

— Можно узнать, кто вы?

— Это квартира Сасаки Юдзуки-сан?

Голос и глаза — молодые. Лет двадцать, а может, и подросток.

— Отвечайте. Кто вы?

— Понятно. Значит, ты нашла себе мужчину за моей спиной… Хорошо, что я пришла без предупреждения.

Она что-то себе вообразила. Вероятность, что это сталкер, только росла.

— Кто вы? Где познакомились с моей Юдзуки? Признавайся.

— Тогда я спрошу вас: кто вы?

— Я — номер один для Юдзуки.

Опасный тип. Та, что уверена: она — возлюбленная Арису Юдзуки.Расспрашивать дальше было бессмысленно.

Пока я колебался — звонить ли в полицию, Юдзуки, слушавшая нас из прихожей, надела сандалии.И к моему удивлению, подошла ко мне и потянулась к цепочке.

— Эй, Юдзуки…!

Дверь начала открываться. Женская рука потянулась внутрь.Под рукой не было ничего, что можно использовать как оружие. Что делать? Оттолкнуть руку? Увести Юдзуки? Пока я колебался, дверь распахнулась.

Я шагнул вперёд, но в этот момент—

— Руру-сан!

Юдзуки обняла женщину в чёрном.В ответ та воскликнула:

— Юдзуки—! — и ответила не менее страстными объятиями.

Что за…?Они обнимали друг друга так крепко, что мои мысли рухнули.

— Почему Руру-сан здесь? Разве не должно было быть выездное ночное съёмочное мероприятие?

— Я так скучала по тебе, что сбежала из отеля. Если сяду на первую электричку утром — успею к собранию. Но важнее другое: ты в порядке? Этот мужчина ничего странного не делал? Я же говорила тебе: не пускай так легко мужчин в свою комнату. Юдзуки, тебе всего пятнадцать, и такие отношения…

— Руру-сан, ты меня душишь.

— Нет, я ещё не насытилась дозой Юдзуки. Дай мне ощутить ещё твоё тепло.

Женщина уткнулась лицом в грудь Юдзуки и глубоко вдохнула.

Наконец, мои мысли «перезагрузились». Я спросил:— Эй, Юдзуки, кто это вообще…?

Когда Руру-сан насытилась своей «дозой Юдзуки», она сняла шляпу и маску.И свет открыл её настоящее лицо.

— Приятно познакомиться. Я Эмото Руру, лидер [Spotlights].

Её глаза, словно изумруд, смотрели прямо на меня.

[[image:/storage/reader-images/aa53cfcadf950336e226d2593f580c98b89d4bce.png]]

----------

С этого момента я буду опекуном Юдзуки!

Раунд 1 — С этого момента я буду опекуном Юдзуки! 5

— Итак, если подытожить, вы стали регулярно есть вместе после того, как ты позаботился о Юдзуки, когда она упала в обморок от голода?

— Ну, примерно так и было.

Только что я объяснил Эмото-сан общую ситуацию и разные детали.Что мы соседи, что я готовлю еду для Юдзуки и что мы точно не встречаемся.

Передо мной появилась новая айдол.Её настоящее имя — Эмото Руру, лидер женской айдол-группы из пяти человек Spotlights.Старшеклассница, 17 лет, среди фанатов её ласково зовут «Рурупён».Родом из города Сидзуока, префектура Сидзуока. Рост 159 см, группа крови А.Её имиджевый цвет — зелёный.Любимые блюда — сябу-сябу и анко (больше любит косиан).

Эмото Руру была на крайнем левом месте в промо-фото группы на официальном сайте.Свободный боковой хвост из чёрных волос спадал ей на правое плечо, острый взгляд и немного эфемерная улыбка.Айдол на экране смартфона и девушка передо мной были одним и тем же человеком.

Сняв чёрное летнее пальто, Эмото-сан была одета сдержанно: белая блузка без плеч и юбка с высокой талией.Её манера держаться казалась слишком взрослой для 17 лет — можно было поверить, если бы сказали, что она студентка университета.

— Пожалуйста, угощайся, хоть это и простой чай. — За квадратным столом Юдзуки и Эмото-сан сидели друг напротив друга.

Я поставил кружку с зелёным чаем перед Эмото-сан и сел на свободную подушку.Справа от меня — Юдзуки, слева — Эмото-сан.В моём поле зрения были сразу две популярные айдол.

— Я понимаю твои отношения с Юдзуки. Но как бы ты ни утверждал, что вы не встречаетесь, трудно игнорировать тот факт, что ты часто заходишь в дом действующей айдол.

Эмото-сан сверкнула на меня острым взглядом, и от её прежней мягкости, когда она обнимала Юдзуки, не осталось и следа.

— Более того, если всё, что говорит Мамори-сан, правда, у меня к тебе вопрос.Эмото-сан решительно указала на меня пальцем.

— Еда, которую ты готовишь, действительно лучшая для Юдзуки?

— Что вы имеете в виду?

— Свинина с рисом, миланская дория, якисоба, рамэн и сегодняшний гамбургер с картошкой фри… Честно говоря, это не выглядит полезным.

Ай. Это больное место.

— Но ведь картошка фри — это тоже овощи…

— Ты что-то сказал?

— Н-нет, ничего.

Воздух вокруг Эмото-сан тут же похолодел, и я поспешил закрыть рот.

— И всё же это surely лучше, чем шоколадки и протеин одни только. Я хочу, чтобы Юдзуки почувствовала радость от еды...

— Это не значит, что ты должен вмешиваться в её строгую рутину.

Взгляд Эмото-сан был суров, её красота лишь подчёркивала остроту глаз.

— Юдзуки, и для тебя это нехорошо. Есть гамбургер с картошкой так поздно — можно испортить желудок и сорвать завтрашнюю тренировку.

Под её взглядом Юдзуки сжалась, как котёнок, получивший нагоняй.

— Но это выглядело так аппетитно…

— Угх… Мамори-сан! Пожалуйста, не заставляй Юдзуки делать такое лицо!

Крупнокалиберная шальная пуля прилетела в мою сторону. Похоже, с Юдзуки она была крайне мягка.

Честно говоря, ситуация складывалась не в мою пользу.До сих пор мы могли устраивать наши «битвы еды» именно потому, что никто не вмешивался.Я прекрасно понимал, что это далеко от норм общества.

Юдзуки, до этого молчавшая, наконец заговорила:

— Эмото-сэмпай…

— Эта привычка опять проявилась. Ты возвращаешься к старому обращению, когда волнуешься.

— Руру-сан…

Когда Юдзуки исправилась, Эмото-сан довольно хмыкнула.

— Юдзуки, ты ведь говорила в прошлом месяце, что можешь переехать? Отменила это из-за Мамори-сан?

— Нет, дело не в этом…

— Я не читаю нотации. Как твоя «сестра (ане)», я просто волнуюсь за тебя.

— Сестра?

Я повторил её слова, и Эмото-сан с воодушевлением заговорила:

— Как настоящая сестра, я заботилась о Юдзуки ещё до того, как она поступила в среднюю школу. Если важна связь, то она у нас как у родных сестёр!

С полной уверенностью Эмото-сан выпятила грудь.

Понятно. Если она так близка к Юдзуки, что называет себя «сестрой», неудивительно, что знает код от домофона.

— Во-первых, лично общаться с фанатами категорически нельзя. Никогда не знаешь, к чему это приведёт.

— Судзуфуми не просто мой фанат. Он сосед, который заботится обо мне. На самом деле, он много раз выручал меня…

— Не в этом дело. Если случится что-то опасное, будет слишком поздно.

Тон Эмото-сан ясно показывал её тревогу за Юдзуки. И, поскольку она не совсем неправа, мне было трудно возражать.Однако я бы и не начал эту «битву еды», если бы легко сдавался.

— Эмото-сан, пожалуйста, не будьте слишком строги к Юдзуки. Всё началось лишь потому, что я предложил готовить…!

Сейчас главное — успокоить ситуацию. Мы не можем закончить нашу священную войну так бесславно.

— Нет, Судзуфуми ни в чём не виноват. Это моя вина, что я не устояла перед едой!

Юдзуки горячо возразила, положив руку на грудь. В её глазах не было сомнений.

— Нет, вина на мне. Если бы я сделал питание Юдзуки более самостоятельным, мне бы не пришлось так переживать.

— Если бы я была более привлекательной как айдол, Судзуфуми давно бы влюбился в меня как в фанат…

— Нет, это я…

— Нет-нет, это я…

Не успели мы оглянуться, как совсем забыли об Эмото-сан и спорили, каждый настаивая на своей вине.

— Оба, хватит!

Голос Эмото-сан резко треснул в воздухе, и мы с Юдзуки замолчали.

— Я думаю об этом серьёзно, а вы двое будто дурачитесь?

— Нет, мы не играем… — мои слова прозвучали как оправдание, и брови Эмото-сан дёрнулись.

Я приготовился к новому всплеску.

— Мамори-сан, скажу прямо.

— Да, что?

Холодный пот стекал по моей спине.

— Пожалуйста, перестаньте заботиться о Юдзуки немедленно—

— Я отказываюсь.

Ответ сорвался с губ быстрее, чем я успел подумать.

Эмото-сан удивлённо раскрыла глаза.— Не откажешься?

— Да, не откажусь. В этом я не могу пойти на компромисс.

Эмото-сан тяжело вздохнула.— Если ты так упрям… значит, придётся принять радикальные меры.

Переговоры, похоже, провалились. Если она сообщит в агентство, я ничего не смогу сделать.Может, сбежать вместе с Юдзуки? Но куда? Видимо, остаётся лишь убедить Эмото-сан.

Пока я раздумывал, Эмото-сан резко встала.И громко заявила:

— С этого момента я буду опекуном Юдзуки!

— А?.. — мы с Юдзуки были ошарашены.

— Что вы имеете в виду…

— Мамори-сан, ведь ты хочешь, чтобы Юдзуки правильно питалась каждый день?

— Эм… да, но…

— Тогда я возьму это на себя. Я улучшу её рацион с помощью здоровых блюд, которые сама буду готовить!

Стоп, стоп. Разговор уходит не туда.

— Конечно, я возьму на себя и остальное: сон, психологическую подготовку, транспортировку на мероприятия и обратно. У тебя не останется никакой роли!

Разговор начинался с еды, а теперь дошёл до опеки во всех сферах.Но выражение лица Эмото-сан было предельно серьёзным. Боже, все артисты такие чудаки?

Я-то хотя бы держал заботу в рамках здравого смысла.Максимум — уборка два раза в неделю, ведение бюджета, учёт расходников и мониторинг цен в магазинах и онлайн, предложения по страховкам для разных этапов жизни…И всё.

Мысли Эмото-сан были для обычного человека вроде меня за гранью понимания.

— В любом случае, твоя роль окончена, Мамори-сан. Спасибо за труд.

Со взглядом сверху вниз Эмото-сан скрестила руки и самодовольно откинулась назад.

Она уже слишком многое себе позволяет.Неважно, лидер она или «сестра», я не позволю кому-то другому заботиться о Юдзуки.

Я взглянул на Юдзуки — та смотрела на меня с тревогой.Тогда я встал и уставился на Эмото-сан.

— Может, стоит разделять работу и личное? Я — сосед Сасаки Юдзуки. Если вы вмешаетесь в наши личные отношения, это будет обузой и для неё!

— Я знакома с Юдзуки с тех пор, как мы переехали в Токио. Я горжусь нашей сестринской связью длиной более трёх лет. Это другой уровень, чем у тебя, знакомого всего пару месяцев!

— Меряться длительностью отношений? Разве это не мелочно?

Мы спорили, как бойцы на пресс-конференции, сталкиваясь взглядами.

Юдзуки беспомощно металась глазами между нами:

— Оба, подождите! Давайте успокоимся…

— Юдзуки. Как твоя «сестра», я не могу отвернуться от этой битвы.

— Юдзуки, смотри внимательно. Пока не падёт кто-то из нас с Эмото-сан.

[[image:/storage/reader-images/736f7411c22876e281dee8f92bef3eca4ec02f44.png]]

Игнорируя её попытки вмешаться, мы с Эмото-сан сошлись взглядами.

— Я сделаю Юдзуки здоровой с помощью «моральных блюд» (здоровое питание).

— А я покорю Юдзуки «аморальными блюдами» (вкусной вредной едой).

Гонг возвестил начало нового поединка.Так началась битва за Юдзуки между айдол и старшеклассником.

----------

Угх...

Раунд 2 — Угх...

Пятничные вечера — время, когда и студенты, и офисные работники проводят его по-разному, это пик веселья недели.

Например, мой одноклассник и друг Хозуми за обедом радостно рассказывал о планах:

— Сегодня вечером свидание в аквариуме с девушкой! А потом идём ужинать в элитный суши-ресторан, где нет конвейерной ленты! Не могу дождаться, когда попробую сет-меню!

Рад за него, что отношения идут в гору, но порядок событий вызывает вопросы.Ведь его девушка — учитель истории Японии в нашей школе, Токийской муниципальной старшей школе Орikita.Удивительно чистая любовь: Хозуми стремглав влетел в запретный роман.

Прошло около двух месяцев с тех пор, как они начали встречаться весной, и сегодня он решил наконец-то поцеловать её впервые.

Мысленно подбадривая друга, я нажал на звонок квартиры 810.

Дверь открылась, и передо мной появилась моя соседка и действующая айдол — Сасаки Юдзуки.

— …Судзуфуми, со вчерашнего дня не виделись.

Юдзуки выглядела немного неловко.

— Сегодня всё так же…

— Ладно… Тогда можно войти?

— Извини, что вторгаюсь…

Мы прошли в гостиную, между нами висел какой-то неловкий воздух.Мы не ссорились и проблем не было, но атмосфера всё равно казалась тягостной.

На низком столике уже были расставлены блюда: ржаной хлеб, салат с вермишелью, отварная брокколи, суп с грибами и яичной стружкой, маленькая порция орехов.Меню выглядело изящно, будто с фото в соцсетях какой-нибудь модели.

Не нужно и гадать, кто это приготовил.Лидер айдол-группы Spotlights и «старшая сестра» Юдзуки в Токио.

— С этого момента я буду опекуном Юдзуки! — Это заявление не было пустыми словами. Уже три дня Эмото-сан стабильно готовила для Юдзуки еду.

Если мои калорийные блюда можно назвать «аморальными», то её здоровая пища была «моральной».

Я сел на подушку возле стола.В принесённой мною коробке «окамочи» была кружка улунского чая — оригинальный бленд, который я заказал в специализированной лавке.

Не хотелось показывать поражение, придя с пустыми руками, так что хотя бы напиток я приготовил.Когда я робко предложил его, Юдзуки поблагодарила и приняла.

После этого она тихо сложила ладони и сказала «итадакимасу», а затем методично принялась за еду.

— Эмото-сан всегда была такой?Прожевала брокколи и задумчиво «хм» ответила Юдзуки:

— Это первый раз, когда она готовит для меня, но она заботилась обо мне ещё до дебюта. Руру-сан — первая, к кому я обращаюсь по личным вопросам.

В её голосе чувствовалось глубокое доверие к Эмото-сан.

— Знаешь, я ведь переехала в Токио ради айдол-деятельности. Папа тогда жил со мной, мама осталась дома, и поначалу было одиноко. Но Руру-сан брала меня с собой по магазинам или в кино, и со временем это чувство одиночества уменьшилось.

Наверное, для Юдзуки, новой в городе, профессии и мире айдолов, наличие заботливого человека было огромной поддержкой.

— После тренировок у нас вошло в привычку заходить в кафе рядом со студией. Я брала лимонный чай, а Руру-сан — чёрный кофе. Даже персонал нас узнавал.

Говоря о Руру-сан, Юдзуки выглядела не младшей коллегой, а младшей сестрой.

— Теперь я хотя бы должна попытаться улучшить питание, раз Руру-сан так старается! Надо следить за низким сахаром, низким жиром и есть три раза в день!

Юдзуки продолжала есть спокойно, не останавливаясь.

— …Юдзуки, тебе самой это нормально? — вырвалось у меня в досаде, что я не могу кормить её своими блюдами.

— Что ты имеешь в виду?

— От этих «моральных» блюд с минимальными калориями и объёмом ты ведь не можешь наесться, правда?

Конечно, салат и суп вкусные, но любимая еда Юдзуки — сытные вещи вроде свинины с рисом или окономияки.В готовке Эмото-сан отчаянно не хватало «аморальности».

Услышав это, Юдзуки слегка улыбнулась:

— Ты это говоришь потому, что тебе просто одиноко, Судзуфуми? Потому что не можешь готовить для меня?

Она тут же раскусила меня.Если бы признаться было так просто, я бы не мучился.

— Это не так.

— Ну-ну, ты вдруг стал скромным. Разве я не попала в точку?

С торжествующим видом Юдзуки специально откусила кусочек еды Эмото-сан.

— А как насчёт тебя? Тебе ведь тоже не хватает моей еды?

— Н-нисколько! Мне вполне нормально!

Сохраняя упрямый вид, Юдзуки сделала глоток улунского чая после еды.Но её выражение выглядело немного натянутым. В итоге оно дрогнуло, и мелькнула тень одиночества.

— Но… всё же немного скучно есть без тебя, Судзуфуми. — Она слегка надула губы и крепко сжала стакан.

— Эй, завтра, может, мы… — её слова прервал звонок смартфона.

На столе мигал экран телефона Юдзуки.На дисплее было знакомое имя.

Юдзуки бросила на меня взгляд, затем ответила.— Алло?«Юдзуки, хорошая работа сегодня. Ты нормально поужинала?»

Ясный и весёлый голос Эмото-сан был слышен даже мне.

— Да, только что доела. Спасибо за еду!

«Не за что, всё ради моей милой сестрёнки. Кстати, Юдзуки, завтра ты свободна до вечера, верно?»

— А? Да.

«Отлично. Я отправила ссылку в чат, посмотришь?»

Юдзуки убрала телефон от уха и нажала экран.Поманила меня рукой, и я заглянул через плечо.

На дисплее — информация о сафари-парке (зоопарке).

«Ты последнее время работала на крупных проектах, наверняка устала. Сон и отдых важны, но и ментальная разгрузка нужна. Почему бы не подзарядиться, посмотрев на милых зверушек?»

Сайт зоопарка обещал не только наземных животных, но и морских, которых обычно можно увидеть лишь в больших аквариумах.Там даже была контактная зона с животными.

«Ты ведь пропустила съёмку в зоопарке для дорамы, потому что было наложение, да? В обычный зоопарк сложно попасть, а этот рядом с твоей квартирой, удобно. Как тебе?»

— Ты это запомнила? Это же было несколько месяцев назад.

«Конечно! Ты тогда так хотела пойти, как бы я могла забыть?»

— Хехе, понятно.

Лицо Юдзуки светилось от счастья. Она покраснела, почесала щёку, её голос стал мягче.«Ну что, план нравится? Конечно, если есть другие дела, можешь поставить их в приоритет».

— Я хочу! Обязательно пойду!

Редко я видел Юдзуки такой взволнованной.Она выглядела моложе, чем обычно, даже немного избалованной.

Вдруг наши взгляды встретились.

— Эм… если можно, Судзуфуми тоже… — в её глазах на миг промелькнула надежда, но тут же сменилась на грусть. — Нет, забудь.

Я всего лишь обычный школьник.У меня нет ни способностей психолога, ни харизмы айдола, но даже так было легко понять, чего она от меня ждала.

— Эмото-сан, это Мамори. — Я приблизил лицо к смартфону Юдзуки.

«Почему ты с Юдзуки так, будто это нормально?» — голос Эмото-сан сразу похолодел.

Конечно, ей неприятно видеть рядом с «сестрой» какого-то парня.«Как я сказала недавно, я буду заботиться о Юдзуки. Я не позволю тебе больше дышать с ней одним воздухом в одной комнате!»

Не скрывая своей враждебности, Эмото-сан бросила мне вызов.

Слова, которые я собирался сказать, могли расстроить Юдзуки.Эмото-сан точно будет против. Но я не мог просто стоять в стороне.

Я глубоко вдохнул, собрался с духом и высказал просьбу:

— Можно я пойду с вами в зоопарк?

Около тридцати минут на поезде от квартиры, где живём мы с Юдзуки, находится районный «Зоосад Орикита».

В отличие от обычных частных зоопарков, здесь есть и спортивные площадки, и сады, и рыболовные пруды.

К тому же вход бесплатный, что само по себе удивительно для районного объекта.

Причина того, что людей здесь так мало, несмотря на бесплатный вход, вероятно, в том, что парк расположен далеко от станции, или же реклама со стороны района недостаточна.

Вчера вечером я влез в телефонный разговор Юдзуки и напросился составить ей компанию.

— Знаешь, в последнее время я так занят делами по дому, учёбой и работой в семейной лавке, что никак не могу избавиться от усталости. Ходил и в больницу, и на массаж, и к мануальщикам, и на иглоукалывание, но ничего не помогает. Может, проблема не в теле, а в душе. Я чувствую нестабильность, и если так пойдёт дальше, кто знает, чем это закончится! Быть одному так тоскливо, что я могу провести все дни напролёт в комнате соседки! — тараторил я, не давая вставить и слова.

Главное было количество, а не качество. Я гнал речь без остановки, пока не продавил своё.Хотя Эмото-сан наверняка видела насквозь мою нелепую ложь, в конце концов она позволила мне пойти — во многом благодаря Юдзуки.

— Руру-сан, пожалуйста, разрешите! Я так многим обязана Судзуфуми — он помогает мне и с учёбой, и в школе. Позвольте мне хоть немного отплатить!

После долгой паузы Эмото-сан нехотя согласилась:

— Что ж… не могу же я игнорировать долг моей младшей сестры.

Кстати, договорились мы встретиться прямо на месте.Хотя наши квартиры находятся рядом, почему же мы идём раздельно?Причин две. Первая — чтобы избежать внимания прессы.Если бы мы вышли из одного дома, направились в одно место и вместе гуляли, это выглядело бы как свидание.Даже если нас трое, злые языки могли бы раздуть из этого скандал.А так как у меня есть чувства к Юдзуки, я не могу допустить, чтобы из-за меня у неё возникли неприятности.

А вторая причина?..

Встречаться на месте просто больше похоже на настоящее свидание, разве нет?Ну, это уже личный бонус.

Обычно я ношу худи и свободные футболки, но сегодня на мне пиджак с воротником.

Разумеется, только потому, что всё остальное было в стирке.

Не потому, что я взволнован первой совместной прогулкой с Юдзуки!

Не потому, что сразу же после возвращения домой звонил Ходзуми за советом по одежде и сломя голову мчался в магазин перед самым закрытием!

И не потому, что приехал на место встречи больше чем за час до назначенного времени — я просто переживал о задержке поездов, вот и всё!

Так как было ещё до открытия, окрестности погружались в тишину.Зоосад, занимающий площадь трёх куполов, окружала дорога, вдоль которой тянулись старые офисные здания и жилые дома.Но машин и прохожих не было. Казалось, что время замерло только здесь.

Через несколько минут после моего прихода стало скучно ждать, и я уже подумывал найти, где скоротать время. Но поблизости не оказалось ни магазина, ни кафе.И тут кто-то коснулся моего плеча сзади.

— Доброе утро! — обернувшись, я увидел красивую девушку с сияющей улыбкой.

[[image:/storage/reader-images/c6ded184140e3db3876bfd934828979a33eef450.png]]
Её блестящие чёрные волосы были собраны на затылке, глаза скрывали круглые очки.На ней была белая блузка и цветастая мини-юбка, у талии висела коричневая мини-сумка через плечо.Вся её внешность напоминала девушку со страниц модного журнала, излучая женственный шарм.

— Доброе утро, Юдзуки. Сегодня ты пришла довольно рано.Услышав это, Юдзуки почему-то удивлённо распахнула глаза.

— Ты заметил, хотя я сменила привычный образ.

— Конечно заметил. Мы же каждый день вместе.

Как бы Юдзуки ни меняла причёску или макияж, она остаётся собой.Её движения, интонации, улыбка — есть тысяча способов узнать её.

— Хм.

— Что такое?

— Ничего.

Я думал, что сказал очевидное, но Юдзуки сияла улыбкой до ушей.

— Ну как, я ведь сегодня постаралась нарядиться. Всё-таки это свидание, правда?

— С-свидание?!Юдзуки посмотрела на меня снизу вверх. Даже сквозь очки её глаза сверкали, как драгоценные камни.

— День с айдолом. В прошлый раз с домашним дзиро было «домашнее свидание», а сегодня — зоопарк. Сегодня я обязательно сделаю так, чтобы Судзуфуми прекрасно провёл время и стал моим фанатом навсегда!

— ...Только не увлекайся слишком.

Я сохранил вид спокойствия, но внутри сердце дрогнуло.Опасно… Я почти поверил, что она и вправду рада пойти со мной.Мне нужно держать себя в руках и подтянуть свой нулевой романтический опыт.

— Эй, ну что скажешь про мой наряд?Видимо, её задело моё равнодушие, и Юдзуки надула губы, подходя ближе.В такие моменты лучше говорить прямо.

— Очень идёт.

— Правда? Ну, для айдола это естественно!

— Но видеть тебя в обычной одежде для прогулки — это по-новому. Хотя тебе идёт всё, наверное, потому что у тебя отличная фигура.

— С-спасибо.

— Очки придают тебе серьёзности и интеллигентности. Но при этом в контрасте с твоей привычной невинностью это выглядит очаровательно.

— П-поняла.

— А сумочка подчёркивает твою миловидность и открытость, а яркие носки добавляют свежего настроения. Простое ожерелье как раз нужный акцент—

— Х-хватит! Не надо больше! — пылая красным, Юдзуки выставила ладонь мне в грудь.

Похоже, я засмотрелся слишком сильно.Откашлявшись, Юдзуки окинула взглядом мой наряд с ног до головы.

— Судзуфуми, ты тоже выглядишь не так, как обычно. Круто.

— ...Правда?

Честная похвала приятно режет уши и смущает одновременно.А ведь это первый раз, когда я иду гулять в выходной с девушкой, кроме подруги детства.Осознав это, я почувствовал, как по спине пробежал холодный пот.Если Юдзуки догадается, как я напряжён, она будет безжалостно дразнить меня.Поэтому я обязан сохранить вид взрослого и спокойного.

— Если мы будем стоять здесь до прихода Эмото-сан, можем привлечь внимание. Может, лучше подождём её в кафе у станции?

Я запнулся. Чёрт.

— Д-да, давай так.

Юдзуки тоже споткнулась на слове.Слишком смущённые, мы оба лишь уставились в землю, дожидаясь, когда чувство пройдёт.

— О? Вы двое рано пришли.

Я поднял глаза и увидел Эмото-сан в соломенной шляпе с узкими полями.В летнем безрукавном топе, длинной юбке и с большой сумкой-тоут она выглядела утончённо.Её свободный боковой хвост чёрных волос придавал вид девушки, скрывающейся на курорте.

Я почти забыл, что в первую встречу она выглядела подозрительно, вся в чёрном. Но, как и Юдзуки, она тоже была действующей айдол — и это вдруг снова ударило меня.

— Фуфу, давно я не выбиралась с Юдзуки. Я так ждала этого дня.

Без тени смущения обняв Юдзуки, Эмото-сан улыбнулась по-детски искренне.

— …Ну, тогда.

Как только её взгляд упал на меня, дружеская атмосфера испарилась.

— Мамори-сан, я позволила тебе прийти только потому, что ты настаивал. Но сегодняшняя цель — снять стресс Юдзуки. Прошу, не мешай ей.

Я сдержал морщину между бровей и натянул улыбку.

— Спасибо, что пригласили. Оставьте заботу о Юдзуки мне, а вы, Эмото-сан, спокойно наслаждайтесь зоопарком.

Между нами с Эмото-сан проскочили искры соперничества.

— Д-давайте уже! Вот-вот откроется! Пошли оба!

Чувствуя напряжение, Юдзуки взяла инициативу, и мы нехотя последовали за ней ко входу.Над нашими головами сталкивались мрачные ауры.

☆☆☆

— Какие милые…

В вольере по камням переваливались пингвины.Юдзуки прижалась к ограждению, сияя глазами, словно ребёнок, полностью захваченная видом чёрно-белых птиц.

Помню, она говорила, что не особо интересуется пингвинами после обеда у Домашнего Дзиро, но перед живыми она явно была очарована.Я сам давно не видел пингвинов, и их прелесть тоже увлекла меня.

Кто-то чистил перья, кто-то дремал у воды. Свободная жизнь — полная противоположность горожанам, замотанным учёбой и работой.

Юдзуки следила за каждым движением пингвинов, радуясь каждой мелочи. Просто наблюдать за ней согревало меня.

Давно я не был в зоопарке, и искренне наслаждался.Посетители тоже были увлечены животными, так что заметить Юдзуки или Эмото-сан было маловероятно.

— Я никогда не была в зоопарке Токио. Здесь так много разных животных! Это удивительно!

— Разве ты не ездила на экскурсию в средней школе?

— С тех пор как я переехала в Токио, я ставила работу выше всего и не участвовала в школьных мероприятиях. Экскурсия, кажется, была в Киото… Иногда я мечтаю отдохнуть в рёкане, попивая горячий чай…

Следя за плавающими пингвинами, глаза Юдзуки потемнели тоской.Без сожалений о своём пути, она всё же хранила желание обычной школьной жизни.

— Пингвины кажутся такими свободными. Наверное, у них нет забот.

— Это не совсем так.

Эмото-сан, слушавшая разговор, вмешалась:

— Эти пингвины Гумбольдта считаются уязвимым видом. Рыбы становится меньше, и хотя кажется, что пингвины живут беззаботно, у них много врагов — чайки, тюлени… Как и в индустрии развлечений, им приходится бороться за выживание.

— Значит, мир всё-таки не так уж сладок…

В глазах Юдзуки появилось уважение к пингвинам.

— Эмото-сан, вы так много знаете. Любите животных?

— Ах, да! Я ведь старшая сестра Юдзуки, естественно, должна знать!

Лучше было не упоминать заметки на её ладони, которые она украдкой подглядывала.Столько усилий ради того, чтобы развлечь Юдзуки… впечатляет.

Юдзуки перешла к следующему вольеру и с восторгом наблюдала, как бегемот жуёт.

— В этом есть что-то завораживающее… смотришь, и не можешь оторваться.

С твоих уст это неудивительно. Я тоже понимал её.Будто при виде еды другого впитываешь какие-то особые питательные вещества.

— Тот бегемот красный. Это редкий вид?

На слова о красном бегемоте Эмото-сан оживилась, словно студентка, увидевшая знакомый билет на экзамене.

— Это его пот!

— Пот? Красный?

— Изначально это бесцветная слизь, но после выделения краснеет. У бегемотов нет шерсти, поэтому это ещё и защита кожи.

— Ух ты…

Похоже, она собрала информацию про всех животных в парке.Хотя приглашение было только прошлым вечером, возможно, она готовилась давно.

— Хочешь спросить ещё что-нибудь? Я всё знаю!

Воодушевлённая, Эмото-сан склонилась ближе.

— Ну, а как насчёт того журавля?

Её глаза загорелись ещё ярче. Видимо, и тут она была готова.

— Это японский журавль-танаго. Из семи видов журавлей, которых можно наблюдать в Японии, только он гнездится здесь. Их можно увидеть круглый год на востоке Хоккайдо!

— Правда?..

Похоже, Юдзуки была слегка ошеломлена потоком энтузиазма, её щёки нервно дёрнулись.

— Говоря о японских журавлях-танаго, их часто изображают на свитках и ширмах. Классическая картина — журавль на сосне. Хотя на самом деле из-за строения лап они не могут сидеть на стволах. Есть даже теория, что в сказке «Благодарный журавль (鶴の恩返し)» фигурировал вовсе не журавль, а аист. Основание для этого в том, что…

Даже для Юдзуки, которая обычно схватывает всё на лету, информации оказалось слишком много.В ее глазах практически появились спирали.

[[image:/storage/reader-images/4f84bedb5e45092891b68b6e3844956782a6f421.png]]
— Эмото-сан, давайте пока оставим объяснения и просто пройдёмся?

— Верно. Для первого круга лучше сосредоточиться на наблюдении. Так проще усвоить информацию.

Будет ещё второй круг? Похоже, день обещает быть долгим.

— Пойдём, Юдзуки. Держи меня за руку, чтобы не потеряться.

— Эм… но тут не так уж многолюдно…

— Я хочу держать тебя за руку. Давай.

Эмото-сан радостно взяла Юдзуки за руку, и та не возражала.Вдруг Эмото-сан повернулась ко мне:

— Мамори-сан, вам весело?

— Э? А… да.

— Тогда не зря я взяла вас с собой.

Она ослепительно улыбнулась и вновь обратилась к Юдзуки.Улыбка Эмото-сан была так же очаровательна, как у Юдзуки.

Сегодня я не просто «мужчина с двумя цветами в руках». Я провожу время сразу с двумя популярными айдолами, которые сейчас покоряют сердца всей Японии.

Вскоре Юдзуки заметила уголок с японскими белками и помчалась туда, выпустив руку Эмото-сан, оставив нас вдвоём.

— …Эмото-сан, почему вы заботитесь о Юдзуки?

Теперь, когда я начал немного её понимать, я почувствовал необходимость спросить.

Немного подумав, Эмото-сан ответила так, будто это было само собой разумеющимся:

— По той же причине, что и Мамори-сан. Потому что я люблю её. Ради Юдзуки я могу всё.

— …Понимаю.

С таким ответом спорить было бессмысленно.Хотя наши методы и принципы могли различаться, привязанность к Юдзуки была одинаковой.

☆☆☆

После двух кругов по зоопарку мы втроём прогуливались по саду на территории.Каменная дорожка, обрамлённая фонарями, журчащий ручей и одноэтажное здание у пруда — всё это напоминало туристическое место.Слушая журчание воды, я чувствовал, как сердце очищается.

Мы решили отдохнуть в деревянной беседке на краю сада.С тремя стенами и открытым фасадом, она была уединённой и идеально подходила для передышки.

— Ах, от ходьбы я проголодалась… — сказала Юдзуки.

В тот же миг глаза Эмото-сан и мои блеснули одновременно.

— Юдзуки, давай обедать!! — выкрикнули мы в унисон.

Справа я достал бэнто, слева Эмото-сан вытащила сумку с едой.На коленях Юдзуки коробка, завернутая в салфетку, и сумка столкнулись, словно в битве.

— О, Мамори-сан. Несмотря на мои просьбы прийти с пустыми руками… — с усмешкой надменной аристократки сказала Эмото-сан.

— Эмото-сан, я готов принять вашу капитуляцию даже сейчас, знаете ли, — не уступал я с дьявольской улыбкой.

Для меня главным событием дня была не экскурсия, а «битва обедов».Вчера по телефону Эмото-сан упомянула, что принесёт еду.Но я не мог упустить шанс впечатлить Юдзуки и тоже вызвался приготовить бэнто.

Так как никто не хотел уступать, перед Юдзуки оказалось два разных обеда.В конце концов, Юдзуки — не только Эмото-сан, верно?Если она попытается монополизировать её, прикрываясь «старшей сестрой», я просто украду её — или, точнее, «MTR-ну» со стороны.

— Я начал готовить этот бэнто в семь утра. Прошу, не мешайте.

— А я начала в шесть тридцать, так что разве не мне первой?

— Ещё дальше — я подготовилась ещё с вечера!

— Я не просто готовила. Я купила новую сковородку специально для этого дня!

Не заметив, мы оба поднялись и уставились друг на друга, как стрелки на Диком Западе, выжидая момент для выстрела.

Спустя несколько секунд тишины мы одновременно перевели взгляды на Юдзуки.

— Юдзуки!!

— Д-да!?

Встревоженная внезапным окликом, она выпрямилась.

— Попробуй наши бэнто и реши, чей лучше. Я покажу Эмото-сан вкус поражения!

— Юдзуки, давай докажем нашу сестринскую связь!

Под давлением Юдзуки неловко кивнула.

— Мамори-сан, как насчёт наказания? Проигравший отказывается быть опекуном Юдзуки.

— Без этого было бы скучно. Принимаю!

— Ху-ху-ху-ху…

…Хе-хе-хе…

— Ахахахаха!

— Фу-ха-ха-ха-ха!

Мы оба расхохотались во весь голос, будто демонстрируя уверенность.Ведь победа начинается с духа. Игнорирую лишь тот факт, что глаза Юдзуки полны страха.

Правила просты: чьё блюдо сделает Юдзуки счастливее?

— Ну что ж, я начну…

— Нет, я первая! Вот!

Отодвинув мой бэнто, Эмото-сан достала еду из своей сумки.Ну что ж. Настоящие чемпионы всегда выходят на сцену позже.Старайся, моё «разогревающее выступление».

Из сумки Эмото-сан появилось два вида контейнеров.Сначала она вручила Юдзуки пластиковый стакан с крышкой. Внутри были помидоры черри, брокколи и крупно нарезанные огурцы.

— Заливаешь безмасляной соус в японском стиле, хорошо встряхиваешь стакан — и приправы равномерно покрывают всё, вкусно даже при небольшом количестве.

Салат-шейк, да? Такие я видел в магазинах и кафе.

А в другом контейнере были рисовые шарики с овсянкой и фрикадельки — всё маленькими кусочками, на шпажках для удобства. Это было меню, приготовленное Эмото-сан.

Визуальный эффект и польза для здоровья бросались в глаза, но главным было удобство.Овощи нарезаны крупно, их можно есть шпажкой, без палочек или вилки.

— Айдолы должны уметь быстро и эффективно получать питание в любой ситуации. Ведь не всегда под рукой будет стол или ровная поверхность.

Назначив наказание для проигравшего, Эмото-сан выглядела очень уверенной.В её меню был хороший баланс мяса и овощей.

— Начнём с салата. Он поможет смягчить рост сахара в крови.Итадакимас!

Юдзуки воткнула розовую шпажку в брокколи и отправила её в рот, затем помидоры и огурцы. Хруст разносился по беседке.

— Ну как? Вкусно?

Эмото-сан смотрела с надеждой.И тут я увидел нечто невероятное.

Пустота.Или, возможно, бездна, космос, бесконечность, концепт «пустоты» в буддизме.

Свет исчез из глаз Юдзуки. Здоровое явно не откликалось её голодному «я».«…» Как робот, она двигала только ртом, не задействуя мышцы лица.

— Юдзуки так тронута, что потеряла дар речи? Значит, я уже победила?

Эмото-сан совершенно не замечала страданий «младшей сестры». Напротив, была полностью уверена в своей победе.

Юдзуки выбрала рисовый шарик с овсянкой. Похоже, он был смешан с белым кунжутом и морской капустой хидзики.Из её рта слышался лёгкий треск. «…» Я почти восхищался тем, насколько сильно Юдзуки могла подавлять эмоции.

— Текстура кунжута и хидзики создаёт интересный акцент, правда? Морской вкус перекрывает мягкий вкус риса.

Нос Эмото-сан задрался так высоко, что затмил бы Пиноккио.Это была крайняя уверенность или полное отсутствие чутья?

— …Но в конце!

В глазах Юдзуки мелькнул слабый свет.Неудивительно — ведь последним блюдом были фрикадельки в чёрном уксусе, сиявшие на солнце.

Причина её радости была очевидна.

— Я так ждала этого мяса! Итадакимас…?

С каждым жеванием её выражение мрачнело.Насколько я знал, Юдзуки не ненавидела кислинку чёрного уксуса.

«…..» Ах, она снова стала роботом. Хуже того, темп жевания замедлился, и казалось, что вот-вот наступит полный «шутдаун».

Невозможно, чтобы Юдзуки не наслаждалась мясом.Ещё недавно она уплетала гамбургер, словно охотница из первобытного племени.

Вдруг до меня дошло.

— Эмото-сан, можно и мне попробовать?

— Тебя тоже тянет к моему ланчу? Прошу.

Я взял шпажку с фрикаделькой и положил в рот.Мгновенно понял, в чём причина странного выражения Юдзуки.

— Это… окару?

Эмото-сан щёлкнула пальцами, гордо блеснув глазами.

— Верно! В качестве связки я использовала тофу и яичные белки вместе с окарой. Видишь, не рассыпается, есть удобно?

Сильный вкус соуса из чёрного уксуса удачно скрывал простоту окары. Плюс — мало калорий.Она придерживалась концепции и при этом сделала блюдо качественным.

Но всё же…

— Если понравится, я приготовлю для тебя ещё.

— Да уж…

Нет. Настроение Юдзуки было полностью разрушено.

— Т-тогда, теперь моя очередь!

Я не мог больше смотреть. Нужно было срочно вернуть Юдзуки силы.Ланч Эмото-сан был продуман, без серьёзных минусов.В кулинарном шоу она бы могла победить.

Но Эмото-сан ошибалась. Судья — не шеф с тремя звёздами и не тренер из спортзала.А Юдзуки Сасаки, любительница джанк-фуда.

Я воспользуюсь шансом и покажу ей — блюдо, которое она любит.

Я развернул салфетку и открыл крышку одноразового бэнто.

— Вот мой ланч

«…🖤»

Я заметил, как мгновенно изменился взгляд Юдзуки.

Если сравнивать богатство красок и разнообразие, мой обед проигрывал Эмото-сан. Но есть поговорка:«Простое — лучшее».

Я был абсолютно уверен в этом блюде.

— Прости за ожидание, Юдзуки. Сегодня на обед — бэнто с калби из говяжьих рёбер!

Юдзуки, которая только что была безэмоциональна, вдруг засияла от предвкушения.

Будь то сети с гюдон, закусочные или семейные рестораны — подают разные части: лопатка, вырезка, бедро. Но идеальный партнёр для белого риса — калби.

Избыточный жир калби, иногда считающийся недостатком, — для белого риса лишь сокровище.Белые зёрна становятся ещё привлекательнее, когда их покрывает сочный сок.

Приготовление максимально «по-мужски».Мясо обжарено в соусе из сои, сахара, сакэ, кунжутного масла, тёртого чеснока и имбиря. Сверху — белый кунжут.

Это так называемая «аморальная еда» — прямая противоположность «моральной еде» Эмото-сан.

Будто поединок героя и злодея.Но в битве добра и зла не всегда побеждает справедливость.

Ведь, как и в фильмах или американских комиксах, существует тёмный герой…И есть люди, которых неизбежно тянет на путь «зла»...

— Что ты думала, когда такое подала…?! — дрожащими кулаками Эмото-сан сдерживала ярость.

— Мамори-сан, похоже, мы с тобой действительно несовместимы…!

— И что ты имеешь в виду?

— Использовать калорийную говядину, да ещё жирный калби — это ни в какие ворота! Если уж мясо, то хотя бы куриная грудка или филе!

— Нет-нет, для якинику соуса подходит только калби.

Юдзуки рядом кивнула в согласии.

— Более того, ты понимаешь, что калби сам тебе навредит? Посмотри на мясо, когда оно остыло!

На коричневой поверхности мяса белели пятна.

— Соус и жир застыли и отделились. Думаешь, Юдзуки понравится такая липкая, твёрдая масса с рисом?

Её аргумент был весомым.Якинику подают горячим, а в холодном виде блюдо теряет половину своей привлекательности.

Юдзуки, услышав это, будто слегка сникла.Но не переживай. Думаешь, я, знающий вкусы Юдзуки досконально, совершу такую ошибку новичка?

— Посмотри на боковину коробки, Юдзуки.

С тревогой в глазах она подняла бэнто, и сбоку свисала верёвочка, словно хвостик маленького зверька.

— Ты издеваешься!! — Эмото-сан, похоже, всё поняла.

Да, она ошибалась изначально.Её главный просчёт — предубеждение, что на улице нельзя есть горячий рис.

Я закрыл крышку и предложил Юдзуки дёрнуть за шнур.

Пах!

Через несколько секунд из коробки повалил пар.Растерянная Юдзуки держала контейнер обеими руками — будто новобранцу поручили обезвредить бомбу.

— Юдзуки, это у тебя впервые такой бэнто?Она тревожно кивнула.

— Это саморазогревающийся бэнто, их часто продают на станциях.

— И такое бывает?

— Внизу встроен нагревательный блок. Там мешочек с известью и водой. Когда дёргаешь шнур, они смешиваются и начинается реакция

— выделяется тепло и пар.

Юдзуки наблюдала за чудом инженерии с серьёзностью учёного.Менее чем через минуту пар окутал коробку, разнося густой запах мяса и соуса.

Юдзуки сглотнула.

— Чтобы было ясно, я не говорю, что обязательно съем обед Судзуфуми, ладно?!

— А почему нет? Ты ведь без колебаний ела угощение Эмото-сан.

— Потому что еда Руру-сан не вызывает чувства вины. К тому же я уже сыта.

Предательство на этом этапе?!Как судья может быть настолько несправедливым?

Даже выражение Эмото-сан стало смягчаться от неожиданного поворота.Но я не собирался щадить.

Время нагрева — пять минут.Значит, ровно столько оставалось Юдзуки до капитуляции.

— Правда не будешь есть? Ведь всё это время хотела мяса.

— Всё нормально. Окара была вкусной, я довольна.

— Врать нехорошо. Разве ты не чуть было не сдалась, когда я сказал про бэнто с калби?

— Э-это неправда! У меня дома ждёт куриная грудка, я потерплю!

— Потерпеть, значит? То есть в глубине души всё-таки хочешь.

— Это…!

Нагрев усилился.Пар становился гуще, запах калби бил сильнее.Юдзуки, будто заражённая вирусом, тяжело дышала, пытаясь подавить инстинкты. Но то, что она не выпускала коробку из рук, значило одно: мозг уже признал поражение.

Оставалась минута.На лбу выступил пот.20 секунд. Она схватилась за грудь, на блузке пролегли глубокие складки.10 секунд.

Я шепнул ей в ухо, словно мстя за прошлое:

— Пируй мясом, Юдзуки.

«~~❤❤❤»

Ноль.Крышка открылась, и показался дымящийся калби-бэнто.Юдзуки, поражённая магией аромата, не могла сопротивляться.

— Ах… мои руки… сами двигаются…!

Дрожащие палочки схватили мясо с рисом и почти насильно потянулись к её рту.

— Невероятно, сладость соуса, сладость жира и сладость риса объединяются в неистовом порыве… Палочки тянутся к мясу раньше, чем я успеваю проглотить, сейчас всё разольётся…♥

Юдзуки, забыв обо всём, поддалась голоду.Она не «ела», а «сливалась» с едой, отчаянно превращая мясо и рис в своё тело и кровь.

Я посмотрел на Эмото-сан. Та была в шоке: рот приоткрыт, глаза расширены.

— Ю-Юдзуки? Что с тобой?..

— Это и есть истинная Юдзуки. Разве ты не знала?

— Юдзуки, очнись, умоляю!

Но её слова не достигали адресата. Юдзуки продолжала с жадностью поглощать калби.

— Такое простое сочетание, а я не устаю. Я счастлива разговаривать напрямую с мясом и рисом…Истинное «простое — лучшее», настоящее лицо Японии.

Но всему приходит конец.Менее чем за три минуты контейнер опустел. Юдзуки удовлетворённо выдохнула:

— Фуууух…!

Эмото-сан так и сидела ошеломлённая, хрустя солёным огурцом — для очищения вкуса.

Дегустация ланчей, приготовленных мной и Эмото-сан, подошла к концу.Настал час судьбоносного приговора.

Решение выносилось единственным судьёй — и зависело лишь от её вкусов.Эмото-сан, ещё недавно полная уверенности, теперь блуждала глазами и слегка дрожала.

— Проигравший должен отказаться от роли опекуна Юдзуки, верно, Эмото-сан?

— Угх…

Эмото-сан издала стон отчаяния.О, сенпай-айдол-сама, слова, что ты выплюнула, уже не проглотить обратно.Результат был ясен и без проверки, но как соперница я должна была достойно её проводить.

Эти последние дни сделали моё желание «заставить Юдзуки влюбиться в мою еду» особенно сильным, и это было малым, чем я могла её отблагодарить.

— Тогда, Юдзуки. Какая еда удовлетворила тебя больше? Подними руку, чтобы проголосовать. Три, два, один—

— Эй, что за… тут люди!

Грубый голос прервал меня.Я посмотрела в ту сторону — там стояли двое мужчин лет двадцати.Один в белой майке, другой в чёрной. Выглядели словно разноцветные враги из RPG.

— А… похоже, в конце есть свободное место. Чёрт, что будем делать? — мужчина в белой майке явно был раздражён.

— Давай присядем. Я реально устал, — мужчина в чёрной майке тоже был в плохом настроении. Его сандалии выглядели жалкими, совсем не подходящими для прогулки по такому месту.

— Так что, будем делить с вами стол. Простите, что вторгаемся в ваше свидание.

Отказываться повода не было. Но я чувствовала: лучше долго не задерживаться.

Мужчина в белой майке, первым подошедший к скамье, вдруг уставился на Юдзуки.

— Ты… кажется, я тебя где-то видел.

— Да ну? — отозвалась она.

Подтолкнутый реакцией белой майки, к нам подошёл и чёрная.

— Точно! Ты знаменитость? Айдол?

— Серьёзно? Я впервые её вижу. А кто этот парень рядом? Её парень?

В эти секунды я поняла — парочка явно болтлива.Если раскроется, что Юдзуки — популярная айдол, поползут странные слухи.

Выхода из беседки не было: дорогу перекрывали белая и чёрная майки. Прорываться — значило признать тайное свидание.Пока я ломала голову, как выкрутиться, вперёд шагнула Эмото-сан.

— На самом деле, у нас сейчас съёмки прогулочного шоу, — в её руке был гимбал со смартфоном, будто мы и правда снимали. Но экран был выключен. То есть это был блеф.

— А, значит, вы и правда знаменитость? Тогда давай фото, похвастаюсь друзьям.

Прежде чем белая майка успел достать телефон, Эмото-сан извинилась жестом.

— Простите. По контракту нам запрещено раскрывать информацию о съёмках и актёрах до эфира. Иначе штраф.

Перед Юдзуки она вела себя как строгая старшая сестра, а сейчас стала вежливой и мягкой, будто младшая по отношению к старшему. Она опустила брови и чуть улыбнулась.

— Ну всего одно фото, ничего же не будет—

Белая майка не успел договорить: его правую руку накрыла ладонь Эмото-сан.

— Раз уж нельзя фото, может, пожмёте руку? Это допустимо?

Её острый взгляд приковал мужчину.Он тут же смиренно пробормотал:

— А… ладно.

Следом пожал руку и чёрная майка, тоже будто очарованный.

— Может, потом объявление по ТВ будет, ждите!

Оставив ошарашенных мужчин, мы поспешили уйти.

Идя рядом, Эмото-сан снова была хладнокровна, словно босс, завершивший задачу.— Опыт у тебя приличный.

— Как старшая сестра, я всегда представляю, как защищать младшую. Если уж называешь себя опекуном Юдзуки, докажи свою ценность в подобных ситуациях.

Угх, спорить было нечего.Честно говоря, я слишком увлёкся. Я был так счастлив выйти с Юдзуки, что не подумал, что делать в подобной ситуации.

— Немного раньше, чем планировала, но на сегодня хватит. С Мамори-сан рядом было бы опасно, если бы подошёл кто-то ещё.

С тех пор, как мы вошли, прошло немало времени, парк заполнился людьми.Жаль, но лучше было согласиться.

— Мамори-сан, позвольте сказать последнее.

— Что именно?

Её пронзительный взгляд впился в меня.

— Твои кулинарные навыки впечатляют, но для меня ты всё ещё новичок! Даже с мелкой неприятностью ради Юдзуки справиться не можешь — какой же ты опекун?

— Угх…

— И потом, в таком легкомысленном наряде явился! Разве это не сигнал всем вокруг, что у вас свидание?

— Угхх…

— А то, что пришёл на встречу за час раньше? Очевидно же — хотел урвать лишние минуты с Юдзуки! Как неприлично!

Постой… разве не «последнее»?Меня просто забросали упрёками. И разве последнее обвинение не к ней самой тоже относится?

— В любом случае, на сегодня всё. Извините.

Эмото-сан взяла Юдзуки за руку и быстро увела её.Юдзуки будто хотела что-то сказать, но лишь робко помахала мне и ушла с Эмото-сан в другую сторону.

Думать, что я остался в долгу перед соперницей Эмото-сан… выходит, я и вправду новичок.Признаю поражение на этот раз, но в следующий раз добьюсь полной победы.

Погоди.Почему я вообще веду себя так, будто проиграл?Мне кажется, я забыл что-то важное…

Ах, точно!Результат «Аморальное блюдо против Морального блюда» так и не был решён.Неужели она поспешила уйти……чтобы не подводить итог на фоне всей этой суматохи!?

Эмото Руру… и впрямь крепкий орешек.

----------

Судзуфуми - дурак!!

Близится середина июня.В регионе Канто начался сезон дождей, и серые облака беспрестанно плывут по небу.Стирать бельё трудно — оно не сохнет, кожаные вещи из-за влажности начинают покрываться плесенью, а ещё пора готовиться к экзаменам. Настроение у меня, мягко говоря, не лучшее.

Я перечислил разные причины, но на самом деле главная — то, что я не могу готовить для Юдзуки.Похоже, у Юдзуки работы всё больше по мере приближения лета, и она возвращается домой всё позже и позже.С такими резкими перепадами температуры я переживаю, что она может заболеть.

Однако хотя бы сегодня я должен волноваться больше о себе, чем о Юдзуки, потому что у меня дома вот-вот начнётся трёхсторонняя встреча.Обычно это проходит ещё в мае, но у семьи Мамори её перенесли на июнь, так как оба моих родителя работают.

Почти всю жизнь они отдают «Аиэн Киэн» — изакайе, которую держат. Хотя с переезда прошло всего три месяца, дома они бывают крайне редко.Всё время в работе: придумывают новые блюда или до поздней ночи пьют с постоянными клиентами. Уставшие, они ложатся прямо на футон в комнате для персонала.

Поэтому я живу почти как один.Пока одиночества не чувствовал: мы часто созваниваемся или переписываемся, иногда я прихожу помочь с уборкой в кафе. Думаю, связь в семье мы поддерживаем нормально.И всё же, встреча с мамой дома вызывает во мне волнение.

До назначенного времени двадцать минут — значит, они уже должны были выехать. В этот момент в кармане завибрировал смартфон: сообщение от мамы.

«Так увлеклась разработкой летнего меню, что совсем забыла про собрание! Скажи, пожалуйста, учительнице, что я немного задержусь».

Честное признание.Ну, я предполагал, что так и будет.

«Приезжай как можно скорее и будь осторожна за рулём», — написал я в ответ и положил смартфон на стол.Неловко, что классная руководительница специально едет к нам домой.

В «Орикита» такие собрания обычно проходят в кабинете по вопросам учеников. Там вместе обсуждают результаты тестов и планы на будущее — ученик, родители и классный руководитель.

Но в этот раз мой куратор, Миками Момосэ, предложила провести встречу дома: «Так, наверное, будет удобнее вашим родителям».Честно говоря, предложение было кстати. Родителям не пришлось бы надевать непривычные костюмы и ехать в школу, а я мог бы чувствовать себя свободнее.

Миками-сэнсэй вообще хороший учитель.Красивая, понятно объясняет материал, её уважают и ученики, и родители.В школе она почти как идол, и каждый год кто-то из учеников признаётся ей в чувствах. Она — воплощение «идеального учителя».

Но это если смотреть снаружи.Два месяца назад я увидел её другую сторону — ту, о которой никто не знает.

Она заядлая фанатка идола Юдзуки Арису.Для неё нормально урезать свои расходы до минимума и почти всю зарплату тратить на поддержку любимой.Она не раз говорила безумные вещи вроде: «Если я услышу голос Юдзуки-тян вблизи, я отрежу себе уши канцелярским ножом и сохраню их в формалине».

Пользуясь положением учителя, она часто вызывает меня в кабинет и показывает фото и видео Юдзуки, читая целые монологи о том, какая она замечательная.После этого обязательно требует отчёт минимум на две тысячи слов.Думаю, в школе никто даже не догадывается о её настоящем облике.

В этот момент в прихожей зазвонил звонок.На экране видеодомофона появилась Миками-сэнсэй.

— Я Миками Момосэ, классный руководитель 2-А из школы Орикита. Пришла на собрание с Мамори Судзуфуми.

— Спасибо, что нашли время, сэнсэй. Сейчас открою дверь.

Кроме чрезмерной одержимости Юдзуки, в целом я отношусь к Миками-сэнсэй положительно. Раз уж она решила провести собрание дома, я должен принять её с уважением.

Я открыл дверь — и на пороге стояла Миками-сэнсэй с мягкой улыбкой.

— Здравствуй, Мамори-кун.

На ней был серый костюм, и она улыбалась нежно, словно распускающийся лепесток.Круглые глаза, аккуратный нос, блестящие губы. Лицо, сочетающее невинность и строгость, вполне могло бы быть в айдол-группе.

К тому же когда-то она сама мечтала стать идолом. Ей около двадцати пяти, и я уверен, что даже сейчас она могла бы сменить профессию.Внешностью она ничуть не уступает Юдзуки.

— Извините за беспокойство, что пришлось вам ехать.

— Ничего. Это часть работы учителя.

Она сняла туфли на каблуках и вошла. Видимо, после школы переоделась — теперь на ней была более строгая одежда.Под серым пиджаком — белый пуловер с круглым вырезом. Элегантно, но мягко.Юбка чуть ниже колен, подчёркивающая стройные ноги.

Как только она переступила порог, слегка втянула носом воздух. Я недавно обновил аромасаше в прихожей — должно приятно пахнуть.

Я провёл её в гостиную и усадил на подушку. Осмотрев комнату, Миками-сэнсэй удивлённо пробормотала:

— Тут довольно просто. Думала, будет завалено техникой и всякими удобными штуками.

— Мне тяжело расслабиться, когда вещей слишком много. Да и я люблю делать работу по дому сам, так что не гонюсь за бытовой техникой.

В кафе я стремлюсь к эффективности, но дома спешить некуда.С тех пор как мы переехали, квартира просторнее, но родители почти не бывают, и места мне хватает с избытком.

— На самом деле мама немного задержится. Пожалуйста, подождите. Хотите кофе или чай?

— Спасибо. Чай, если можно. С сахаром и молоком, если найдётся.

— Хорошо. Сколько сахара?

— Четыре… нет, лучше пять.

Немало. Раньше Миками-сэнсэй такой сладкоежкой не казалась.

Я налил чай в чашку, поставил на стол сахар, молоко и чайник.Она села по-японски на подушку и достала из сумки ноутбук.

— Кстати, угощайтесь. Они немного сладкие.

Я поставил на стол печенье в индивидуальной упаковке. Глаза Миками-сэнсэй тут же округлились.

— Это… домашние?

— Да, я всегда сам пеку. Магазинное вкусное, но своё я могу делать с нужным количеством масла и сахара.

— Какой у тебя высокий уровень «женской энергии»! С удовольствием попробую!

Голос у неё прозвучал восторженно, как у школьницы, получившей «шоколад дружбы» на День святого Валентина.Неудивительно, что её иногда детские реакции нравятся ученикам.

— С такими печеньками я продержусь ещё два дня.

Я беру слова обратно.Так женщина за двадцать точно не говорит.

И тут меня осенило.

— Эм, вы поэтому и просили так много сахара в чай?..

— Вода и сахар — основа энергии. С их помощью я смогу продержаться до ночи.

Она использует школьное собрание как повод пополнить запасы калорий…Надо было приготовить побольше сладостей, а не только печенье.

— Кстати, у тебя очень чисто. Мамори-кун, ты ведь въехал сюда во время весенних каникул?

— Да, на следующий день после церемонии закрытия.

— Хорошее время для перемен. Как у тебя отношения с соседями по этажу?

— А? Ну, не так плохо.

— А с соседями за стенкой? Часто общаешься?

— Эм, сэнсэй?..

Внезапно на меня обрушилось мощное давление.Это было больше похоже на допрос, чем на непринуждённый разговор.

— Ты принёс приличный подарок на новоселье? С такими вещами нужно быть осторожным, понимаешь? Нет, слишком сближаться тоже плохо… На самом деле, не стоит. Какими бы близкими вы ни были, важно выставлять границы.

Неужели эта женщина…

— Кстати, во сколько обычно возвращается тот, кто живёт в 810-й квартире? Сегодня я не видела у них рабочей сумки, значит, они пошли прямо на объект из школы? В таком случае я переживаю, что узнают, в какой школе они учатся по форме. Или, может быть, они скоро вернутся, тогда стоит постоять у дверного глазка на страже?

Чем больше она говорила, тем больше увлекалась.Миками-сэнсэй наклонилась вперёд так, что едва не свалилась через стол.

— Не пойми неправильно. Как учитель, я просто хочу убедиться, что мои ученики хорошо обустраиваются на новом месте. Это не потому, что я хочу видеть Юдзуки-тян вне школы! Я вовсе не собираюсь заказывать постеры в типографии по данным с камер наблюдения! Я не жажду уловить тающий аромат, что остаётся после неё в лифте, когда она выходит, а я захожу!

Стоя перед своей чрезмерно возбужденной классной руководительницей, я отчаянно молился о скорейшем приходе мамы.

— Нет, Мамори, ты не должен дрогнуть… Сегодня строгое тройное собеседование… Помни о гордости участника номер 000005. Я должен лишь поддерживать блистательно сияющую Юдзуки-тян на сцене и на экране. Как только я выйду за пределы школы, между мной и Юдзуки-тян больше не будет отношений учителя и ученицы. Ты велик, Момосэ. Ты замечателен, Момосэ…

С закрытыми глазами, словно ведя внутренний диалог, Миками-сэнсэй источала ауру миссионера новой религии. В конце концов, она широко распахнула глаза и залпом выпила приторный чай, будто это был эспрессо.

— Фух… каким-то образом я преодолела собственные желания…

И тут я понял.Истинная причина, по которой Миками-сэнсэй выбрала мой дом для родительского собрания, заключалась не в заботе о моих родителях, а в возможности разведать жизнь её любимой айдол, жившей по соседству.

Только я подумал, что она пришла в себя, как Миками-сэнсэй снова начала беспокойно оглядываться.

Словно детектив на месте преступления, она приложила палец к подбородку.

— Когда я вошла в дом, было ощущение какого-то несоответствия. Но…

Она резко поднялась и начала бродить по гостиной. Вскоре присела на корточки перед подушкой в углу.

— Прошу прощения.

В следующее мгновение Миками-сэнсэй уткнулась лицом в подушку. От лба до подбородка она крепко прижалась к ткани.

— Эм, Миками-сэнсэй..?

Прошла, казалось, целая минута, прежде чем она подняла голову. Её лицо было мрачно.

— Мамори-кун, у меня вопрос.

— Ч-что такое?

— Почему эта подушка пахнет Юдзуки-тян?

По спине пробежал холодок.Я по-настоящему похолодел до костей.

— Э-это… дело в том, что…

Мы меняем подушки в доме. Конечно, мы регулярно стираем наволочки, обрабатываем их дезинфектором и сушим на солнце.

Но тут я вспомнил. Вспомнил тот случай, когда понял, что передо мной заядлая фанатка Юдзуки.Она же однажды прижималась щекой к стулу Сасаки Юдзуки в классе 1-B.

Неужели тогда она запомнила запах Юдзуки?И теперь смогла узнать по остаточному аромату на подушке, кто её использовал?

— В конце концов, я преподаватель старшей школы Орикита. У меня есть законный доступ к личным данным учеников. Конечно, я знаю, кто живёт в соседней 810-й квартире.

— П-понятно?..

— Но знаешь что? Я ни разу не заходила туда без разрешения и не подглядывала издалека в бинокль. Вмешиваться в личную жизнь айдола — табу.

— Р-равно как и должно быть.

— Однако, похоже, один мальчик так не считает. Будучи фанатом Юдзуки-тян, он переступил границу между сценой и зрительным залом и пригласил её в свою комнату. Чем вы там занимались?

Всё тело Миками-сэнсэй слегка дрожало.Позади неё поднималось чёрное пламя, колыхавшееся, словно тень.

— Как давний фанат с номером участника 000005, я обязана научить новичков правильному поведению. Даже если это мой любимый ученик, предвзятости быть не должно. За грехи должна последовать кара, молот правосудия…

Из сумки она достала прямоугольную коробку.На этикетке значилось: «Мини-тапестри Арису Юдзуки».Миками-сэнсэй крепко сжала её, занося для удара, и пошла ко мне.

Во-первых, зачем она вообще носит такое с собой?!

Я оказался прижат к окну, не имея возможности двинуться.В прямом и переносном смысле я приготовился к смерти—

И тут услышал звук открывающейся входной двери.

— Наконец-то…!

Похоже, мама вернулась как раз вовремя.Движения Миками-сэнсэй застопорились.

Я, словно вспугнутый кролик, выскочил и распахнул дверь.

— Мам! Отличное время—

— Ю-ху, твоя любимая Рика-онээ-тян пришла~!

Начинался второй акт хаоса…

Гостьей оказалась не мама, а гал с каштановыми волосами.

Поверх белоснежной блузки на груди у неё висел красный в полоску галстук, перекинутый широкой дугой.

— Хмм, что такое? Ты держишься за голову. Ты что, так обрадовался, увидев меня?

Рика заглянула мне в лицо, пока я склонил голову вниз.Волнистые волосы спадали ей на плечи, из-под них сверкали изумрудные серьги.В правой руке — привычный пластиковый пакет, набитый под завязку бытовой химией и едой.Похоже, она снова пришла помочь по хозяйству.

Кисибэ Рика.Моя подруга детства, которая жила по соседству ещё до того, как я переехал в резиденцию Орикита.

Будучи старшей ученицей школы, почти ровесницей, Рика и я знали друг друга с детства, а наши семьи были близки.Вспомнив, я понял, что недавно отдал ей запасной ключ.

Глаза с решительным взглядом, родинка под правым глазом, накладные ресницы, загибающиеся дугой, красиво очерченный нос и розовые губы.Внешне — настоящая гал с обложки, но внутри она была неуклюжей и энергичной девушкой.

К тому же, она была «девушкой-афишей», работавшей в «Аиэн Киэн» — изакае, что принадлежала семье Мамори.

Рика называла себя «онээ-тян Судзу» и всегда по-сестрински заботилась обо мне.Её единственным минусом была чрезмерная неуклюжесть.

— Нет, сейчас я рад именно Рике. Заходи скорее.

— Э-э, Судзу, ты сегодня такой напористый~? — покраснев, Рика почесала затылок и сняла лоферы.

— Но у меня вот-вот начнётся собрание с учителем и родителями. Так что пока посиди тихо на диване сзади, ладно?

— Эй, не обращайся со мной как с ребёнком. Я ведь старше Судзу!

Надувшись, Рика толкнула меня плечом.

Когда я вернулся в гостиную, Миками-сэнсэй чинно пила чай, сидя на подушке.

— О, это ведь Кисибэ-сан из третьего класса, верно?

С мягкой улыбкой Миками-сэнсэй выглядела как юная леди на отдыхе в загородной вилле.Её дикая сторона, что бушевала минуту назад, исчезла без следа, будто она надела маску десятка кошек.

— Э-э? Почему Миками-сэнсэй здесь…?

— Я же сказал, у нас собрание с родителями.

Лицо Рики застыло.

— Кисибэ-сан, добрый день.

— А-а… э-э…

Жизнерадостная Рика куда-то исчезла. Перед Миками-сэнсэй она моментально растеряла энергию и спряталась за моей спиной.

Рика в детстве имела период, когда не ходила в школу. Поэтому, несмотря на броскую внешность, внутри она оказалась удивительно застенчивой. Даже в старших классах почти не общалась ни с кем, кроме узкого круга подруг.

— Давай, поздоровайся как следует.

— Э-э… Я Кисибэ Рика из 3-Е…

Рика пробормотала своё представление из-за моего плеча. Миками-сэнсэй в ответ мягко улыбнулась.

— Я Момосэ Миками, классный руководитель Мамори-куна. Приятно познакомиться, Кисибэ-сан.

— Фух…

С появлением ученицы старшей школы Орикита боевой режим Миками-сэнсэй, похоже, притих.Вернее, она просто снова надела маску учителя.

На какое-то время мне удалось избежать беды.

«…А когда я плакала дома после ссоры с одноклассницей, Судзу погладил меня по голове и сказал: “Что бы ни случилось, я всегда на стороне Рики” (с таким решительным видом!), и это было так круто!»

— Ох, Мамори-кун показывает свою надёжную сторону перед Кисибэ-сан, не так ли?

— Именно! Такие внезапные проявления мужественности заставляют моё сердце биться быстрее! Даже эти серьги — он подарил мне их на день рождения сюрпризом. Когда Судзу что-то скрывает, его правая щека подёргивается, поэтому я всегда могу понять, что он готовит сюрприз. Но сам он этого совсем не осознаёт, и это так мило!

То, что Рика ладила с Миками-сэнсэем, было хорошо, но ситуацию с раскрытием моих неловких прошлых историй нужно было срочно остановить.До прихода мамы я должен был потянуть время — предложить чай и закуски.

Я как бы невзначай прошёл на кухню и начал приготовления.Так как мои стыдные истории раскрывались в реальном времени, тянуть было нельзя.Я открыл холодильник, обшарил шкафчики, разобрал коробки и проверил все продукты, что были дома.

Ингредиентов хватало — мясо, рыба, овощи, сыр… но что больше всего подойдёт сейчас?В конце концов, я остановился на меню, которое счёл правильным.Оно не займёт много времени и сил.

Готовка заняла совсем немного времени.Я подошёл к Рике, которая всё ещё не переставая хрустела крекерами, и обратился к ней:

— Можно я воспользуюсь ими?

На подносе, который я принёс, стояли три вида намазок в пиалах и разные топпинги.Добавь к этому крекеры — и получится одно блюдо.

— Как насчёт канапе к чаю?

Канапе — классика банкетной кухни.Это популярное французское блюдо, где тонко нарезанный багет или крекеры украшаются разнообразными ингредиентами.Их часто подают как закуску к вину или в составе французского меню.

— Ух ты, такие яркие и стильные! — глаза Рики засияли.

Вместо алкоголя я приготовил особую газированную воду — в бокалах для шампанского плавали замороженные клубника и черника.

— Угощайся, ешь сколько хочешь.

— Итадакимас!

Первый выбор Рики пал на авокадо с луком.Размятый авокадо, смешанный с чесночной солью, лимонным соком, майонезом и мелко обработанным луком.Сверху — немного прошутто, и выходит отличный деликатес.

— Вкусно! Хрустящий крекер и нежный авокадо. А с прошутто — вообще бесподобно!

Рика расправилась с ним в два укуса и тут же взялась за следующее — картофельный салат с тунцом.Просто готовый салат из магазина, смешанный с консервированным тунцом без масла и присыпанный чёрным перцем.Она щедро намазала его на крекер и откусила с аппетитом.

— Это тоже вкусно! Простые ингредиенты, но когда кладёшь их на крекер, остановиться невозможно!

— Попробуй запить газировкой — освежит вкус.

— Ммм, верно! Такой тонкий ягодный аромат!

Импровизированное застолье явно удавалось.Однако один из гостей оставался неподвижен.

— Сэнсэй, попробуйте и вы, угощений много.

Несмотря на то, что недавно жаловалась на голод, Миками-сэнсэй не притронулась ни к канапе, ни к напитку.

— Я вспомнила о прошлой оплошности.

— Э?

Наверное, она имела в виду случай в кабинете по работе со студентами в середине мая.Тогда я подал Миками-сэнсэю бутерброд.Сначала она ела с улыбкой, но потом вылила содержимое своей бутылки, покраснела и стала болтливой. Оказалось, что напиток был вовсе не водой, а сакэ «дзюнмай дайгиндзё».

— Я всегда стараюсь быть примером для учеников. А показала им такое постыдное состояние… — она закрыла лицо руками, словно кающаяся грешница.Если позволите заметить, я и так видел достаточно вашего «постыдного состояния».Кажется, люди действительно не способны видеть себя со стороны.

— Я точно не смогу себя сдержать, если прикоснусь к такой ослепительной еде. Ваша мама скоро придёт, и я не могу расслабляться! — заявила Миками-сэнсэй твёрдым тоном.

И тут на столе замигал смартфон — пришло новое сообщение от мамы.

— Ох.

— Что случилось?

— Читаю вслух. «Рядом произошла крупная авария, дорогу к дому перекрыли. Было бы очень невежливо держать сэнсэя в ожидании, так что можно ли перенести встречу на другой день?»

— Ну, что ж, ничего не поделаешь! — с сияющей улыбкой Миками-сэнсэй согласилась.

— Совсем не проблема! Наоборот, я благодарна за заботу. Переносить встречу два-три раза — обычное дело, так что, пожалуйста, передайте вашей маме мои наилучшие пожелания.

Переключение произошло слишком быстро. Будто она всё это время ждала, что встречу отменят.

— …Да, я уже ответил. Тогда извините, но на сегодня всё…

— Итадакимас!

Белая рука Миками-сэнсэя стремительно потянулась к канапе.Ловкость её движения была подобна хищнику в саванне.

— Ааах… Нормальная еда впервые за пять дней…

Она выбрала канапе с сирасу (мелкой рыбкой) и оливковым маслом.Приправленное юдзу-перцем и розовым перцем, украшенное оливками.

Вид её, держащей по крекеру в каждой ладони, напоминал странника в пустыне, которому дали глоток воды.Наконец, она подняла один из крекеров двумя пальцами и осторожно поднесла ко рту.Хруст-хруст, жев-жев…

— …Розовое вино.

Вот оно. Лекция Миками-сэнсэя о сочетаемости еды и алкоголя.

— Если подать с фруктовым сладким вином, то сладость вина и умами канапе идеально сольются.

Она резко подняла бокал и продолжила рассуждать:

— Конечно, и с газировкой, которую приготовил Мамори-кун, тоже прекрасно сочетается. Но ей не хватает жара — нужен жар!

Миками-сэнсэй покрутила остатки фруктов в бокале после того, как допила воду.

— Прошу прощения за недальновидность.

— И вот — у нас есть магнум!

— Почему?!

Она ловким движением, словно бармен, открыла бутылку и наклонила её.В бокал с фруктами полилась густая жидкость ярко-персикового цвета.

Между тем Рика продолжала спокойно есть, совершенно не обращая внимания на «превращение» Миками-сэнсэя.— Хе-хе, будто сангрия: ведь есть фрукты. Прохладный аромат вина так приятно щекочет нос.

Говоря как настоящий сомелье, Миками-сэнсэй сделала глоток, а затем жадный укус канапе.— Хооо… Это что, цигун?

— Благодаря терпкости красного вина и свежести белого, розовое вино — идеальный выбор для канапе с самыми разными начинками, будь то японские или западные. Оно подходит и к мясу, и к рыбе… Хорошо, что я предусмотрительно держала его в сумке на такой случай…

Сомнений не оставалось: она уже окончательно пристрастилась к алкоголю.И это чудо, что в присутствии других учеников ей удаётся держать себя в руках.

Так или иначе, и Рика, и Миками-сэнсэй наслаждались канапе.Наблюдая за ними, я почувствовал прилив энергии.Я вернулся на кухню и потянулся. В холодильнике оставался сливочный сыр, и я подумал о десерте с консервированными фруктами.

Раз уж взялся, почему бы не приготовить брускетту, а не только канапе?Всего-то натереть тост чесноком, сбрызнуть оливковым маслом — труда и продуктов нужно чуть больше.

Может, сразу отварить пасту к раннему ужину? И, если получится, попробовать сделать террин.А это значит — ингредиенты быстро закончатся, придётся идти за покупками…

— Кья-а-а!

Вдруг из гостиной раздался крик Рики.

— Судзу, помоги! —

— Что случилось!?

Я поспешил обратно в гостиную и увидел, как два щупальца обвились вокруг верхней части тела Рики.

[[image:/storage/reader-images/2272331d6e0d0fa8c394bf76005352f5f0837594.png]]
— Кисибэ-сан тоже довольно милая… Ну, не такая милая, как я, но… —

С раскрасневшимся лицом Миками-сэнсэй извивала пальцами, словно змея, примеряющаяся к добыче. На полу возле подушки каталась открытая магнум-бутылка.Неужели она допила её целиком за такой короткий срок?

— У тебя неплохая фигура, особенно эти два мягких холма, на которые так и хочется взобраться без раздумий. Но всё же, я считаю, что близнецы Юдзуки-чан — лучшие. Ах, если бы только настал день, когда я могла бы любоваться этим видом с вершины, я бы не пожалела совершить любой тяжкий грех…

Галстук Рики был развязан, а пуговиц на её блузке расстёгнуто больше обычного.Это было случайностью… или всё же нет?

Я встал между ними и отцепил вялую Миками-сэнсэй.Она любит выпить, но совершенно не умеет держать алкоголь. Веки её опускались, и казалось, она уснёт в любую секунду.

— Простите, что мы втянули вас в наши семейные дела, но на сегодня хватит. Вернее, просто уходите поскорее.

Я мог бы дать ей отдохнуть, но если всплывёт слух, что «учительница ночевала в доме ученика», это станет проблемой.Закинув её вялую, как студень, руку себе на плечо, я помог ей подняться.Свежий воздух, пока она ждёт такси, может немного её отрезвить.

В качестве небольшой заботы я сунул в её сумку бутылку минеральной воды и напиток с куркумой.

— Ах, я помогу тоже.

— Спасибо. Тогда, пожалуйста, подержи сумку сэнсэя.

В этот момент, пошатываясь, я открыл входную дверь.Ах.

Прямо перед дверью я встретился глазами с двумя женщинами.Это были Юдзуки и Эмото-сан.

— Мамори-сан… Что это значит? —

Взгляд Эмото-сан скользнул от меня к Миками-сэнсэй, затем к Рике — поочерёдно.И вдруг, словно всё осознав, её тело задрожало.

— Мамори-сан, как вы могли! Вам мало Юдзуки, вы ухлёстываете сразу за несколькими женщинами!?

Её подозрение мгновенно обернулось гневом, а в глазах вспыхнуло полное презрение.

— Нет, вы ошибаетесь! Это всего лишь родительско-учительская встреча!

— Кто в это поверит!? Разве конференции проходят в таком непристойном виде!?

Эмото-сан указала на Рику, одежда которой была в беспорядке.Её грудь обнажилась так, что почти виднелось бельё.Хм, это первый удар.

После замечания Рика невозмутимо застегнула блузку, как ни в чём не бывало, пробормотав: «Ой, забыла».Миками-сэнсэй, перекинутая через моё плечо, была совершенно пьяна и даже не заметила свою любимую айдол перед собой.Зато она уже некоторое время прижимала ко мне свою грудь.

— Мунья… Это была лучшая вечеринка на свете…

— Вечеринка!? —

Эмото-сан обхватила себя руками и начала пятиться назад после слов Миками-сэнсэй.Несомненно, в её воображении происходила какая-то извращённая «вечеринка».Второй удар.

— Юдзуки, помоги! —

Несмотря на мой отчаянный крик, глаза Юдзуки были холодны, как у новобрачной, застукавшей супруга за изменой.

— Судзуфуми, идиот.

С фырканьем Юдзуки отвернулась и зашла в комнату 810.Третий удар. Игрок заменён.

— Ты худший! Я знала, что Юдзуки нельзя доверять тебе!

Со вздохом я решил твёрдо: все будущие родительско-учительско-студенческие собрания будут проходить только в школе.

----------

Я надену для тебя что угодно?

Раунд 4 — «Я надену для тебя что угодно?»

Было чуть больше восьми вечера.Закончив работу раньше, чем ожидала, я немного отдыхала на кровати перед самостоятельной репетицией хореографии.Лёжа, я потянулась к копилке на полке позади себя. Она была в форме пушистого белого кота западной породы.Я гладила её по голове, будто завтра не наступит.Внутри монетки сталкивались друг с другом, издавая громкий звон.Поставив копилку на место, я уставилась на левую сторону кровати.

Это было то самое место, где ненадолго прилёг Судзуфуми, соблазнённый видом меня в купальнике.Я похлопала ладонью по этому месту.

— Быстрее приходи и объяснись, Судзуфуми.

Всё началось после школы вчера.Как только я вышла за ворота, ко мне подошла Руру-сан, которая ждала снаружи.Фотосессия для обложки журнала должна была быть перенесена, поэтому я подумала, что это что-то срочное.

— Я подумала, что мы давно не проводили время вместе, вот и подождала тебя. Ещё хочу обстоятельно поговорить о Мамори-сан. Юдзуки, можно нам пойти к тебе в комнату?

Но намерения Руру-сан были не только в этом.По дороге мы зашли в супермаркет и купили кучу продуктов.Похоже, она хотела приготовить много разных блюд.

Она сделала тушёный тофу с корнеплодами, бамию, запечённую в фольге, голубцы без мяса, соус из соевого мяса, брокколи с чесноком, суп консоме и многое другое.В итоге мой холодильник был забит до предела, а меню на неделю оказалось готовым.

— Похоже, я ещё долго не попробую готовку Судзуфуми.

Осознав свою оговорку, я яростно замотала головой.Что я такое говорю?Наоборот, разве это не удобно?По крайней мере, мне не придётся переживать за качество моих ужинов.

Но сейчас я волновалась не о еде.

Инцидент произошёл, когда мы, закончив покупки, шли по общему коридору на восьмом этаже дома.Мы как раз проходили мимо квартиры 809, когда дверь перед нами открылась.

В тот момент я наивно подумывала заглянуть к Судзуфуми позже, если останется время.Но из квартиры вышел не только Судзуфуми.

Вместе с ним вышли его подруга детства Кисибэ-сан и наш классный руководитель из второго года, Миками-сэнсэй.

По какой-то причине одежда Кисибэ-сан была в беспорядке, а лицо Миками-сэнсэй покраснело.Что же произошло внутри?

Руру-сан представила себе какую-то сомнительную вечеринку, но истина оставалась в тени.Я верю Судзуфуми. Он не тот человек, что может легкомысленно прикоснуться к женщине.

И всё же.— Почему ты так липнешь! — бух! Я снова ударила по кровати.

Чем больше думаю, тем сильнее злюсь.Судзуфуми, зачем ты так естественно подставил плечо Миками-сэнсэй? Это ведь слишком близко!И ещё эта одежда Кисибэ-сан.Неужели Судзуфуми сам её раздевал?

Миками-сэнсэй, известная своей честностью, никогда не позволила бы себе подобного.Она не из тех эгоистов, что пользуются своим званием учителя ради прихотей.

Или же дело в том, что и у неё, и у Кисибэ-сан большая грудь, и Судзуфуми именно это нравится?Ты хочешь сказать, что моего купальника тебе мало?

Да, это тяжкий грех. По сравнению с проступками Судзуфуми моя оговорка выглядит просто милой.

— Судзуфуми, идиот.

Вообще-то, что он на самом деле обо мне думает?Он заботится обо мне — соседке по дому. Следит, чтобы я не питалась плохо, готовит для меня, защищает от неприятностей.Даже если он по натуре любопытный и заботливый, зачем же так стараться ради простой соседки?

Это из-за того, что я айдол? Или потому, что он беспокоится, что я живу одна?

Есть два типа фанатов.Те, кто поддерживает Арису Юдзуки как айдола. И те, кто испытывает к ней романтические чувства.Так называемые «энджой-зэй» и «кой-зэй».

Но Судзуфуми не относится ни к тем, ни к другим.В конце концов, он видит во мне не айдола Арису Юдзуки, а соседку Сасаки Юдзуки.

Вот почему я всё ещё не могу понять его настоящих чувств.Почему он не отдёрнул руку, когда мы переплели мизинцы в лифте?Почему так покраснел, когда я поцеловала его в щёку?

Я хочу это подтвердить. Его чувства — истинную природу того, что он ко мне испытывает.

Чем больше думаю, тем сильнее не отпускает подозрение.

— Ах, Судзуфуми, дурак!

Сразу после моего возгласа на смартфон пришло сообщение:«Извини».

…Прошло около десяти минут.В комнате слышен только тиканье настенных часов.Судзуфуми сидит напротив меня за низким столиком с пустым лицом.Он выглядит неловко, может быть даже встревоженным.Постоянно теребит подол футболки, сжимая и разжимая.

— Что? Ты же сказал, что хотел мне кое-что сказать, — выдавила я.

Я никак не могла взять эмоции под контроль, и голос прозвучал резче, чем я ожидала.

— Ну… я подумал, что должен объясниться.

— Зачем? Я ведь даже не злюсь на тебя.

Стоп. Неужели я настолько плохо умею сдерживаться?Сказать, что «не злюсь», — это всё равно что признаться, что злюсь.

— Судзуфуми, это твоя жизнь, так что можешь общаться с кем угодно. И заходить в комнату к девушке для тебя ведь обычное дело, не так ли?

Рот сам по себе продолжал выбрасывать слова, которых я вовсе не хотела.И от этого Судзуфуми становилось только сложнее говорить.

— Вчера должна была пройти встреча родителей, учителя и учеников, и Рика просто оказалась там. Может прозвучать как ложь, но я хочу, чтобы ты поверила мне, Юдзуки.

То, что говорит Судзуфуми, не было невозможным.Ведь Кисибэ-сан и раньше неожиданно появлялась в его квартире.

Но разве этого достаточно, чтобы отбросить все сомнения?

— Тебе не о чем волноваться, Юдзуки. Извини, если заставил тебя переживать.

— Переживаю? О чём? — я чуть сильнее надавила словами.

Он понимает, что я чувствую? Или это просто общее извинение?

— Я хочу сказать, что не прикасался ни к Рике, ни к сэнсэю. Ах, точнее… я помогал сэнсэю, когда она была пьяна, но у меня не было никаких скрытых намерений… и всё.

С тяжёлым вздохом и растерянным видом он приложил ладонь ко лбу.Видеть Судзуфуми таким сбитым с толку было редкостью.

Странным образом на душе стало легче.Я радовалась, что он всерьёз старается развеять мои недоразумения.

— Ладно, я поняла. Всё хорошо. Я верю тебе, — ответила я с улыбкой.

Мгла, что давила на сердце, незаметно рассеялась.Лицо Судзуфуми тут же расслабилось, и сердце у меня радостно дрогнуло.

— Я же знаю, что Судзуфуми не ловелас.

— Но выглядело так, будто ты сильно сердишься…

— Ты что-то сказал?

— Нет, ничего.

Я прыснула со смеху, и Судзуфуми тоже улыбнулся.

— Ну, тогда я, пожалуй, пойду домой.

— А? Уже?

— Ага. Ты ведь сегодня уже ужинала с Эмото-сан, верно? К тому же, у тебя завтра с утра запись.

— Это правда, но…

Когда Кисибэ-сан и Миками-сэнсэй выходили из комнаты Судзуфуми, от них исходил лёгкий запах еды.Аромат мяса и рыбы, вперемешку с тёплым, цельнозерновым духом.Может быть, они втроём устроили совместное чаепитие?

И вот та самая мгла, что только что рассеялась в моём сердце, вновь начала сгущаться.Я просто ревновала. Они вместе весело провели время, а для меня он ничего не сделал?

Но, конечно, я не могла попросить его готовить для меня. Это было бы всё равно что влюбиться в его еду.

И тут в голове вспыхнула блестящая идея.Я могла провернуть это именно потому, что я айдол. И это был бы идеальный ответ — способ пленить Судзуфуми как фаната.

Я не могла позволить ему так просто уйти домой.

Я позвала Судзуфуми:

— Мне нужно взять кое-что в спальне, подожди меня минутку, ладно?

То, что я собиралась сделать, по сути, было отметкой моей территории.

— Судзуфуми, извини за ожидание.

Когда я вернулась из спальни в гостиную, глаза Судзуфуми широко распахнулись от удивления.

[[image:/storage/reader-images/8e3f13f57e0b045bc801053a84267ceba7b7b59a.png]]
— Ну как? Мне идёт?

— Э-э…

Конечно, он удивился. Я ведь внезапно переоделась из домашней одежды в наряд горничной.

— Так что думаешь?

— Ну… неплохо.

Чешет щёку, отводит взгляд — Судзуфуми явно смущён.Ха! Он весь на нервах! Вот оно — именно такую реакцию я хотела увидеть!

Смотреть, как Судзуфуми краснеет, было настоящим удовольствием. Усталость после работы мгновенно куда-то исчезла.

Мой наряд горничной был не классическим, как в особняках, а больше в стиле готик-лолита.Вырез довольно открытый, прохладно. Хотя я купила его дёшево онлайн, дизайн был продуманный: чёрное платье с белым фартуком и пушистый ободок. Ткань плотная, и если бы декольте было чуть скромнее, это легко сошло бы за форму из мэйдо-кафе.

Давненько я не использовала айдол-приёмы, чтобы завоевать Судзуфуми как фаната.Моя стратегия — фотосессия.

Это классический фан-сервис: айдол и фанат вместе в кадре, особая поза, момент, отпечатанный на плёнке.Когда я только начинала, я была ближе к поклонникам, и такие фотосессии случались чаще.Снимки крупным планом оставляли сильные воспоминания, а дома, глядя на фото, фанаты продолжали думать о своём айдоле. Это и было настоящей «отметкой территории».

— Но почему у тебя вообще есть костюм горничной?

— Я же дарила тебе фотобук недавно, помнишь? Тогда решили, что будет и наряд горничной. Вот я и репетировала углы для съёмки. У меня есть и юбки с подъюбниками для хореографии. Вообще, в шкафу у меня много всего.

Никогда не думала, что использую это так.

— Ну что ж, давай сфотографируемся.

Когда я подошла ближе, тело Судзуфуми дёрнулось.Хехе, какой же он застенчивый.

Это наказание за то, что он веселился с подругой детства и сэнсэем, а про популярную айдол по соседству забыл.

Я включила свой «айдол-переключатель» и произнесла привычную реплику:

— С ослепительной улыбкой! Готово… Лайтс!

Щёлк.

На снимке — я с мирным знаком в камеру, а Судзуфуми отворачивается.

— Почему смотришь в сторону? Давай ещё раз!

— Зачем? Ты ведь получилась хорошо.

Немного смущённый, он снова отвёл взгляд.

— Тебе тяжело фотографироваться, Судзуфуми?

— Да нет. Просто я не нахожу интереса в том, чтобы видеть себя на фото. Но вот фотографии знакомых людей люблю смотреть.

Странная причина. Но да, Судзуфуми всегда смотрит наружу, не на себя. Даже его одежда — простая, без особого внимания к стилю. Хотя, когда он постарался ради нашей поездки в зоопарк, это было приятно.

— Жаль. У тебя ведь лицо совсем не плохое, Судзуфуми.

— «Не плохое», значит?

— Ну да, не плохое.

Я хитро усмехнулась, а он только вздохнул. Похоже, можно продолжить.

Вторая попытка.

На этот раз я приблизила камеру так, чтобы он не сбежал. Мы сблизились лицами.Ух ты, у него такие длинные ресницы! И кожа гладкая, хоть он явно не ухаживает за ней каждый день.Чёрт, так близко — сердце начинает стучать быстрее.

— Г-г… готовы?Щёлк.

Снимок проявился. Судзуфуми смотрит прямо, но у меня лицо вышло неловкое. А плёнка-то на 10 кадров. Осталось всего восемь. Кажется, мало, чтобы завоевать Судзуфуми.

Нет, почему я так робею? Я ведь безупречная айдол Арису Юдзуки!Я заставлю Судзуфуми стать моим фанатом оставшимися кадрами.

— Я переоденусь в спальне, подожди!

— Ещё фотки будут?

Он уже начал приходить в себя. Слишком быстро привыкает. Придётся ослепить его разными костюмами!

Я достала из шкафа всё, что залежалось: китайское платье, пижаму, вечерние наряды, костюмы персонажей аниме… купальники — пропустим.

Это было похоже на настоящую косплей-фотосессию.

Я люблю фотографироваться. Примерять разное, изучать ракурсы. А главное — радость, когда снимок получается удачным.

И я хотела, чтобы человек рядом тоже чувствовал это.

— Эй, Судзуфуми, тебе сейчас весело?

— Мне весело смотреть на Юдзуки.

— Вот как.

Даже сейчас он думает о моих чувствах.

Плёнка быстро подошла к концу, остались два кадра.Я собиралась завлечь Судзуфуми, но сама в итоге получила кучу удовольствия.

— Извини, что втянула тебя.

— Всё нормально. Я рад, что смог поднять тебе настроение. Ты же выглядишь уставшей последнее время.

— Замечал?

— Так, чувство. Что-то случилось?

Он пытался выглядеть непринуждённо, но в глазах — забота.Я не могла увильнуть.

— Руру-сан стала слишком строго следить за мной. Она всегда рядом, как телохранитель. Заботится, я благодарна, но иногда душно.

— Тогда это, наверное, из-за меня.

— Нет, просто Руру-сан такая. Но со временем она поймёт, что Судзуфуми вовсе не бабник.

— У меня и миллиметра воспоминаний о «бабнике» нет.

Разговоры с ним — лучше любого массажа или дорогой подушки.

— Кстати, раз уж мы начали, сделай заказ, Судзуфуми. Я надену что угодно для тебя.

Я бросила на него многозначительный взгляд.Интересно, что ему нравится? Кэжуал? Милое? Элегантное?А если он скажет купальник или бельё? Нет, он бы не сказал…

Но тут Судзуфуми улыбнулся самой широкой улыбкой за день.

— Правда наденешь что угодно?

Эта улыбка будто ждала момента.

Неужели всё это время он нарочно притворялся?

Уголки его губ поднялись ещё выше.

— Ну тогда, раз уж так…

Я онемела от его просьбы.

Вечером.

Лёжа в постели, я гладила пухлую копилку-кошку.

В другой руке — фотография. Последний кадр.

На фото мы с Судзуфуми в школьной форме Орикита.

Его просьба была именно такой.

— А давай сделаем фото в форме? Как в фотобудке в игровом центре.

Неожиданно. Я даже не нашла слов.

— Ты уверен? Тебе и правда это нравится?

— Конечно. Ведь мы же не можем так сделать снаружи.

На снимке мы плечом к плечу улыбаемся и показываем «мир».

Снимок будто самый обычный из тысяч и миллионов. Но именно он кажется бесценным.

Мы сделали два кадра в форме и решили взять по одному каждому.

Судзуфуми всегда показывает мне радость простой повседневности.

Еда, прогулки, разговоры. И — любовь.

— Спасибо, Судзуфуми…

Прижав фотографию к груди, я заснула.

----------

Чёрт, я больше не могу…

Раунд 5 Чёрт, я больше не могу…

Дзынь — звук уведомления прозвучал в который уже раз за последний час.

— Что там на этот раз?

— Приглашение в каменную баню после работы завтра. У меня есть купон со скидкой.

— А предыдущее сообщение о чём было?

— Это был разбор моих приёмов пищи за последние несколько дней. В итоге она написала: «С учётом баланса БЖУ, давай немного сократим жиры и увеличим количество белка».

(Прим.: P — Protein, белки; F — Fat, жиры; C — Carbohydrates, углеводы.)

Когда я посмотрел на её смартфон, он был забит подробными комментариями, от которых любой диетолог бы покраснел. Уровень был такой, что я бы и сам заплатил, лишь бы попасть на её лекцию по питанию.

— Но ведь последнее время ты ел еду, которую готовила Эмото-сан, верно?

— Были изменения в расписании, и иногда я не мог поесть дома. Были ещё внезапные ужины.

С начала июня Юдзуки всё реже носила школьную форму. С тех пор как прошла фотосессия в доме Сасаки, прошло уже несколько дней, но Юдзуки так ни разу и не пришла в школу. Интересно, как там у неё с посещаемостью.

— Эмото-сан ведь старшеклассница, да? Она собирается поступать в университет?

— Кстати, да. Кажется, она говорила, что будет пробовать поступать в национальный университет… Иногда сдаёт пробные экзамены. Сейчас у неё оценка «B» для её первого выбора, так что она, возможно, рискнёт подать документы в факультет с чуть более высоким проходным баллом. Но в пределах досягаемости от её дома в Токио.

Уже само по себе сочетание учёбы и работы идола впечатляет, а она ещё и заботится о Юдзуки. Такая усердность вызывает уважение. С её точки зрения наши занятия могут казаться детскими, и, возможно, она лишь посмеялась бы над ними.

Сейчас девять вечера. Мы находимся в гостиной семьи Сасаки. Мне удалось развеять последние подозрения насчёт сомнительных связей, но факт остаётся фактом — я показал свою неловкую сторону. В качестве извинения или компенсации я взял на себя роль временного репетитора сегодня. Если начать учиться серьёзнее, я смогу лучше справляться с задачами, если снова столкнусь с чем-то подобным.

Похоже, забота Эмото-сан о Юдзуки с каждым днём становится всё сильнее. Даже в те дни, когда они не работают вместе, она присылает не меньше десяти сообщений, следя за Юдзуки. Возможно, она просто не хочет дать мне, «печально известному бабнику», шанса сделать шаг.

Я прекрасно понимаю, что не мне вмешиваться во внутренние дела группы. Но этот уровень заботы и контроля выходит за рамки простой «опеки». Это управление, более тщательное, чем у менеджера.

— Не слишком ли часто пишет тебе Эмото-сан?

— А что, ты ревнуешь? — Юдзуки хитро улыбнулась.

Моя мимика явно выдала меня. Но стоило мне запнуться в ответе, как её дразнящее выражение сменилось на серьёзное.

— …Спасибо, что волнуешься, но со мной всё в порядке. Уверена, Руру-сан просто заботится обо мне. На самом деле я здорова.

— Только смотри, не перенапрягайся, ладно?

Дзынь — звук уведомления снова раздался в комнате. Я уже устал его слышать.

— Что случилось?

— Руру-сан, кажется, собирается прийти прямо сейчас. Хочет снова приготовить мне еду. Прости, но…

— Понял. Думаю, мне пора уйти.

Раздражает чувствовать, что Юдзуки у меня отнимают. Но раз уж Эмото-сан подозревает меня в бабниках, лучше отойти в сторону, чтобы не усложнять ситуацию. К тому же учебные цели на сегодня мы выполнили.

Если говорить честно, то чувство одно — «разочарование». Месяц назад, когда всё было только между мной и Юдзуки, я мог быть настойчивее, не думая о лишних взглядах. А теперь — никто ведь не страдает. Так что любые мои слова были бы неуместны.

Одиночество? Конечно, я чувствую его. Но сказать об этом Юдзуки — значит лишь доставить ей лишние хлопоты.

Пока я собирал тетради и учебники, Юдзуки сузила глаза.

— Не переживай, я снова внезапно не исчезну. Судзуфуми, будь хорошим мальчиком и подожди меня.

Вдруг я почувствовал её руку, мягко поглаживающую мою голову. Кажется, мои чувства она давно уже раскусила.

Сейчас трудно сказать, кто за кем ухаживает.

— Хм, ты дразнишь меня в своём «идол-режиме» и хочешь околдовать, чтобы я стал твоим фанатом? Я не так-то легко поддаюсь, знаешь?

— Нет. Это я, Сасаки Юдзуки, говорю Судзуфуми.

— Знаю.

Я поддавался легко. Прости за громкие слова.

Мы же дали обещание, правда? Что если ты вдруг начнёшь уходить от меня, Юдзуки, я удержу тебя, сколько бы раз ни пришлось.

Я вспомнил обещание, которое мы дали накануне фан-встречи у меня дома.

— Верно. Судзуфуми ведь придёт ко мне, где бы я ни была, правда?

Пока существует концепция «айдола, к которому можно прийти», кивнуть — всё равно что принять правила игры Юдзуки. Но я кивнул без колебаний.

Спустя несколько дней, во время обеденного перерыва, Юдзуки прислала мне сообщение с просьбой встретиться для отвлечения. Я оказался в одном особом месте в школе.

Я дважды постучал в дверь, и изнутри раздался голос:

— Ваш заказ?

— Тройной чизбургер с картошкой фри.

— Вход разрешён.

После пароля, словно из прошлых наших игр, я открыл дверь с решётчатыми стеклянными вставками.

— Ой, ты пришёл, — Юдзуки слегка подняла руку, и я ответил тем же жестом.

Сняв сменную обувь, я сел на татами, а Юдзуки устроилась в сэйдза на другой стороне чайного столика.

— Поразительно, что ты нашла такое скрытое место. Я ведь во втором классе, но и не подозревал, что у нас есть традиционная комната этикета.

Это действительно была традиционная комната этикета школы Орикита, по сути — помещение для изучения японских традиций, вроде чайной церемонии. В отличие от других классов, здесь был пол из татами.

Комната находилась на первом этаже самого дальнего крыла клубного здания, отдельно от основного учебного корпуса. Перед ней была бывшая комната кружка ракуго, давно распавшегося, а теперь превращённая в склад. Коробки и ящики были навалены кое-как, оставив только узкий проход для одного человека.

Я бывал в клубном корпусе, но и представить не мог, что за завалом коробок скрывается тайная комната. Прямо как в детективном романе.

Причина встретиться в таком рискованном месте, как школа, была проста — другого времени и места для разговора с Юдзуки просто не оставалось.

После того дня со «занятиями» всё резко изменилось. Эмото-сан стала приходить к Юдзуки каждый день — после уроков до самой ночи в будни и с утра до вечера в выходные. Один день она готовила, другой — убирала, затем контролировала тренировки, а после помогала готовиться к экзаменам. Словно «домашняя жена», всё время при ней.

Сначала Юдзуки могла отчитываться мне по телефону. Но однажды Эмото-сан её застукала, и теперь она не может даже дотронуться до смартфона при ней.

И всё же Юдзуки продолжала быть на стороне Эмото-сан. Хоть они и сёстры, но я всё больше сомневался — разве нужно подчиняться «старшей» настолько? Или это нормально для них, а я просто накручиваю себя? Нет. Раз уж Юдзуки позвала меня сюда, значит, и сама чувствует себя загнанной. Какая бы ни была любовь к Эмото-сан, проводить с ней каждый день до сна — это тяжело.

Чтобы хоть немного облегчить её состояние, я решил сегодня просто быть хорошим слушателем.

— Кстати, как ты достала ключ от этой комнаты?

— Я одолжила его у Сумино-сан.

— Сумино-сан?

— Подруга с моей парты. Она единственная в чайном кружке, поэтому и президент клуба, хоть и первогодка. Помнишь её с церемонии поступления? Та, что в красных очках.

А, эта девушка? Когда я заходил в 2-B в период, когда Юдзуки меня избегала, она решила, что я её преследую, и вела себя враждебно. Радостно видеть, что их дружба сейчас развивается.

— Но разве можно давать ключ постороннему?

— Ну… я сказала, что хочу попробовать кружок. «Не могу объяснить, но можно я сегодня воспользуюсь комнатой?» — и она согласилась.

Похоже, Сумино-сан и вправду добрая подруга. Интересно, сильно ли она рассердится, если узнает, что на самом деле ключ понадобился для тайной встречи со мной?

В школе мы с Юдзуки официально чужие. Если точнее — я лишь фанат, поклонник Арису Юдзуки. По школе ходят слухи, будто я признался ей сразу после церемонии поступления и получил отказ. Но это была ложь, придуманная на месте, чтобы нас не раскрыли во время тайной встречи в ресурсной комнате.

С учётом того ещё происшествия в парке дикой природы, мы сейчас максимально осторожны. Задёрнули шторы, плотно заперли дверь. На случай внезапной встречи с кем-то у нас припасено пятнадцать разных оправданий.

— Кстати, где запасной ключ?

— У Сумино-сан. Их всего два.

Полностью изолированное убежище готово. В этот раз вряд ли кто-то внезапно ворвётся.

— …Юдзуки? Что такое?

— Я так устала-а-а-а!!!

[[image:/storage/reader-images/1196b01ab62a71435b9d386be2946742b14c29c9.png]]
Когда Юдзуки легла на спину, её длинные чёрные волосы веером разошлись по татами.Ещё мгновение назад она сидела прямо, но стоило убедиться в безопасности, как тут же перешла в режим полного расслабления.

— Устала, устала, устала! Руру-сан слишком дотошная! Как развешивать бельё, как ставить обувь в ряд, и даже лекции по этикету для церемоний и праздников — это целый тренировочный курс! Я не выдержу, если всё будет продолжаться так!

Юдзуки выплеснула чувства, что копились в ней глубоко внутри. Комната вроде изолирована, но я всё же надеюсь, что звукоизоляция справится.

— Но ведь по телефону ты говорила, что всё в порядке.

— Это я просто делала вид! Если бы всё было нормально, я бы не звала тебя в такое место!

Похоже, она действительно много сдерживала — её слова стали более прямыми и даже немного детскими.

— Раз уж мы пришли в комнату этикета, может, попьём чаю?

— Да-а-а, пожалуйста!

Мы не можем брать посуду без разрешения, поэтому я достал бутылку из сумки и налил хоодзича в крышку-кружку.

— Поставлю на столик.

Прошло уже около трёх месяцев с нашей первой встречи, но, кажется, впервые я вижу Юдзуки настолько расслабленной.Наверное, это и есть то самое освобождение от давления. Видно, что последние дни она жила в сильных ограничениях.

Юбка задралась, когда она резко упала на спину. Нижнего белья не видно, но её бёдра открылись почти до самого края.Контраст между чёрными носками и белизной ног невольно притягивал мой взгляд.

— Эй, у тебя юбка задралась.

Я попытался сказать максимально спокойно.

Но сама виновница, похоже, и не собиралась исправлять — наоборот, метнула в меня озорной взгляд.

— Судзуфуми, ты извращенец.

— Дура, поправь быстро.

Юдзуки полностью проигнорировала мои слова. Она продолжала лежать, согнув левое колено, и ещё сильнее подчёркивала провокационную линию.Нужно отвернуться, но тело не слушалось. Будто взгляд пригвоздили к полу.

Если так пойдёт дальше, я всё увижу. Это специально? Ты ведь сама сделала это, да?Я вижу… В этой закрытой комнате. Юдзуки позволяет… увидеть её нижнее бельё. Оно чёрное. Не белое, не розовое — именно чёрное. Чёрное, чёрное… И не обычный треугольник, а необычная форма. Как трусы-шортики.

И тут я понял.Под юбкой у неё были защитные шортики.

— Конечно, айдол должна заботиться о том, чтобы не было случайных кадров, верно?

— Но это не значит, что так уж всё безопасно.

Я всегда считал, что «если не видно белья, то всё нормально» — это не работает на парней.

— Кроме того, мои ноги — это кристаллизация усилий. Я никогда не пропускаю ежедневные тренировки и бег, чтобы поддерживать форму для танцев. Я не тренируюсь так, чтобы стыдно было показывать.

Я вспомнил то, что пытался забыть. Однажды, под предлогом «воссоздать фотобук», Юдзуки переоделась в купальник прямо передо мной.И тогда открылась не только верхняя часть, но и нижняя — и её подтянутое тело навсегда запечатлелось в моей памяти.

— Если хочешь, можешь посмотреть поближе?

Она бросила вызов взглядом. Возможно, просто дразнила, уверенная, что я не поведусь.Если это знак доверия — я счастлив.Но я мужчина. Не святой, чтобы остаться равнодушным, когда любимая девушка лежит передо мной в таком виде.

…И всё же уши Юдзуки покраснели. Она пришла в себя и, похоже, сама смутилась от своих слов.

— Если смущаешься, так не делай с самого начала.

— Грр…

Наконец, Юдзуки села и поправила юбку. Затем сделала глоток хоодзича и облегчённо вздохнула:

— Ах… хорошо…

— Теанин и пиразин в хоодзича расслабляют. К тому же, думаю, он отлично сочетается с сегодняшним обедом.

Я поставил рядом с чаем бэнто, который принёс с собой.

— Почему ты так спокойно соблазняешь меня едой?

Блюда Эмото-сан в основном — гарниры. Основы же, вроде риса, не хватает.А мы вдвоём в укрытом месте в школе, подальше от её глаз. Такой шанс редкость.

Я заранее предупредил Юдзуки, что ей сегодня не нужно брать с собой основу.

— К сожалению, мне не нужен рис или хлеб. Я вполне довольна теми гарнирами, что приготовила Руру-сан… А.

В комнате почти ничего не было — только встроенная мебель, чайная утварь и моя сумка.

— Я оставила сумку в классе… — я почувствовал, будто у меня выросли рога.

— О? Значит, забыла блюда Эмото-сан, потому что мечтала о моей готовке?

— Нет, ошибаешься! Это правда случайность!

— Ну-ну, не надо так оправдываться. Я всё поняла.

— Я же сказал, что…

Не дав ей закончить, я открыл крышку бэнто.Глаза Юдзуки расширились.

— Это… онигири?

— Похоже, но не совсем.

Это «онигиразу», а не «онигири».

…

В коробке было три онигиразу, разрезанные пополам, чтобы было видно начинку.

— Первым идёт классика — мясо с яйцом. Жареный ланчон и толстый омлет, вместе дают потрясающий объём и вкус. Стоит откусить, и соки хлынут в рот.

— Н-ну… мясо с омлетом и белым рисом — это, конечно, вкусно.

— Средний — с макрелем. Жареная скумбрия с листьями салата и лимонным соусом тартар. Получается свежо и при этом сочно.

— И последний — курица терияки с майонезом. Бёдрышко в сладком соусе, сверху майонез, а внутри ещё и яйцо-пашот. Желток растечётся по мясу… ну, ты понимаешь.

— Это нечестно!

— Хм?

— Нечестно! Мясо, рыба, жареное, терияки — целая звёздная команда! Это не просто основа, а полноценный обед с гарниром!

…

— Но лично я рекомендую классический «мясо с яйцом». На мой вкус, ланчон лучше всего именно в онигиразу.

Юдзуки, не думай, что сможешь уйти, не попробовав это.

Юдзуки легла на спину, её длинные чёрные волосы веером разошлись по татами.Ещё минуту назад она сидела прямо, но как только убедилась в безопасности, тут же перешла в полный режим расслабления.

— Устала, устала, устала! Руру-сан слишком придирчива! Как вешать бельё, как ставить обувь, даже лекции по манерам на церемониях — это прямо курс подготовки! Я задохнусь, если так будет продолжаться!

Юдзуки выливала эмоции, что копились глубоко внутри. Комната хоть и была закрыта, я лишь надеялся, что звукоизоляция достаточная.

— Но ведь по телефону ты говорила, что всё в порядке.

— Это я только притворялась! Если бы всё было нормально, я бы не звала тебя сюда!

Она явно сдерживалась слишком долго — её слова стали более резкими и по-детски прямыми.

— Раз уж пришли в комнату этикета, может, чаю?

— Давай…

Мы не имели права брать чужой инвентарь, поэтому я достал из рюкзака бутылку и налил хōтитя в крышку-стаканчик.

— Поставлю на тябудай.

Прошло около трёх месяцев с момента нашей встречи, но, наверное, впервые я видел Юдзуки настолько расслабленной. Это и было освобождение от давления. Последние дни она жила в сильных рамках.

Её юбка дерзко задралась, когда она упала на спину. Нижнего белья не было видно, но бёдра обнажились почти до предела. Контраст между чёрными носками и белизной её ног буквально приковывал взгляд.

— Эй, у тебя юбка задралась.

Я постарался сказать спокойно. Но сама виновница будто и не заметила, а вместо этого бросила мне игривый взгляд.

— Судзуфуми, ты такой извращенец.

— Дура. Исправь быстро.

Но Юдзуки полностью проигнорировала предупреждение, оставаясь в лежачем положении и согнув левое колено, сделав позу ещё более провокационной. Я пытался отвернуться, но тело не слушалось — взгляд словно приковало к ней.

Я увижу. В этой закрытой комнате. Юдзуки разрешает. Её бельё. Чёрное. Не белое, не розовое — чёрное. Не треугольник, а странной формы — будто шортики.

…Но это оказались защитные шортики.

— Конечно же, айдол обязан предохраняться от «панти-шотов», верно?

— Но если не видно, это ещё не значит, что всё нормально.

Я всегда думал, что теория «раз не трусы, значит безопасно» не работает для парней.

— К тому же, мои ноги — это результат усилий. Я никогда не пропускаю тренировки и бег, чтобы держать форму для танцев. Я не тренируюсь так, чтобы потом стыдиться, если кто-то увидит.

Перед глазами всплыло воспоминание: когда-то, под предлогом «воссоздать фотобук», Юдзуки переоделась в купальник прямо передо мной. Тогда и верх, и низ были весьма смелыми, и образ её подтянутого тела врезался в память.

— Если хочешь, можешь подойти и рассмотреть поближе.

Она бросила вызов взглядом. Возможно, просто поддразнивала, рассчитывая, что я не поддамся. Но для меня это был и знак доверия.

И всё же я мужчина. Я не святой, чтобы остаться равнодушным, когда любимая девушка лежит в такой позе прямо передо мной.…Хотя, не успел я заметить, как уши Юдзуки покраснели. Вернувшись в себя, она сама смутилась от собственных слов.

— Если смущаешься, не делай так с самого начала.

— Угрх…

Наконец Юдзуки села и поправила юбку. Сделала глоток хōтитя и облегчённо вздохнула:

— Ах, как успокаивает…

— Теанин и пиразин в хōтитя действительно действуют расслабляюще. А ещё он хорошо сочетается с сегодняшним обедом.

Я достал бэнто и поставил рядом.

— Почему ты пытаешься покорить меня едой, будто это самое естественное на свете?

Блюда Эмото-сан — в основном гарниры. А значит, не хватает основного. Мы были наедине, в отдельной комнате, без её взгляда. Такая возможность редкость. Я заранее сказал Юдзуки, что приносить рис или хлеб не нужно.

— Но у меня есть только гарниры, которые приготовила Руру-сан… Ах.

Я почувствовал, будто у меня выросли рога — я забыл её домашнюю еду в классе.

— О? Значит, ты нарочно забыл блюда Эмото-сан, потому что хотел мою готовку?

— Нет, нет! Правда, случайно!

— Ну-ну, не оправдывайся. Я всё поняла.

— Говорю же, неправда!

Я открыл крышку бэнто, и глаза Юдзуки округлились.

— Это… онигири?

— Похоже, но не совсем. Это онигиразу.

— Онигиразу, а не онигири.

Юдзуки качнула головой из стороны в сторону.

— Обычно в онигири кладут только один вид начинки: умебоси, комбу или тунца, верно? А онигиразу не ограничены.

В бэнто три онигиразу, разрезанные пополам, так что начинку видно полностью.

— Первый — классический «Мясо и яйца». Панированная ветчина и толстый омлет, слоённо соединённые. Как только куснёшь, вкус вырывается в рот как поток.

— …Ну, ветчина с омлетом и с белым рисом тоже неплохо сочетаются.

— Средний — «Саба Татсута». Сэндвич с жареной макрелью и салатом. С лимонным тартар-соусом получается свежо и сочной. Татсута-адзэ замаринована с соевым соусом и чесноком, так что вкусна и сама по себе.

— Она сочная и мясистая. Татсута обычно готовят из курицы или тунца, а тут макрель.

— Последний — «Терияки Майо Чикен». Куриное бедро, обжаренное с терияки и щедро намазанное майонезом. Внутри ещё мягко сваренное яйцо. Когда жидкий желток смешивается с курицей… ну, вы поняли.

— Это нечестно!

— Хм?

— Просто нечестно! Мясо, рыба, жареное, терияки — настоящий сборник звезд! Это не просто гарнир, а полноценный обед!

Я ухмыльнулся.

— Думаешь, я буду тихо ассистировать и кормить тебя моральными блюдами? Нет, моя цель — затопить Юдзуки в болоте аморальности.

— Я уверен во всех, но рекомендую классический «Мясо и яйца». Ветчина лучше всего идёт с онигиразу.

Как сказала Юдзуки, белый рис, мясо и яйца — непревзойдённый тройственный тандем. Это «то, что нужно прямо сейчас».

Ветчина — колбаса из свинины или говядины с приправами. Текстура плотная, но нежная, вкус насыщенный, идеально сочетается с рисом.

Толстый омлет — домашний. Слои яичной смеси с бульоном и сахаром, получился пышным и мягким. Я попробовал немного при готовке — тает во рту, оставляя только умами. Без сомнения, лучший омлет, что я пробовал.

— Юдзуки, не думай, что сможешь уйти, не попробовав это.

— Ты собираешься провести обеденный перерыв, ничего не поев? Не жалуйся потом, если живот заурчит.

— Но… я недавно сдерживалась…

— Когда в последний раз ты плотно поела? Ты собираешься упустить этот драгоценный шанс?

— Но если я съем сейчас… уже не отступишь…

Я взял Юдзуки за руку и вложил в неё онигиразу.

— Всё в порядке, бояться нечего. Тебе нужно лишь немного смелости. Сначала просто расслабься, хорошо?

Как будто скользя по её сознанию, как будто уводя в мир сновидений, как будто гипнотизируя — я тихо говорил с ней.

Её бледные вишнёвые губы робко приоткрылись.

— А теперь поднеси эту онигиразу к рту. Всё в порядке, просто расслабься и поддайся своему подсознанию.

— Хаа… хах…

Юдзуки крепко сжала подол своей юбки, дыхание учащённое.

Её губы, только что коснувшиеся онигиразу, казались блестящими.

— А теперь финальный шаг. Широко открой рот и откуси большой кусок.

…Чёрт, я больше не могу…

Руки Юдзуки, держащие онигиразу, напряглись. Врата её желудка были на грани открытия.

И в этот момент — стук-стук —

Силуэт появился на матовом стекле входа в клубную комнату.

Рука Юдзуки замерла. Как будто момент был предназначен, чтобы предотвратить её падение в ловушку еды.

— Это не Сумино-сан… наверное.

Тогда это должно быть кто-то, кто хочет вступить в клуб. Но разве потенциальный член пришёл бы просто так в такое странное время в конце июня?

В клубной комнате некуда спрятаться, а открыть раздвижную дверь означало бы неминуемое поражение.

Я надел тапочки и осторожно крикнул:

— Кто там?

— Это напоминает мне день, когда я впервые встретила Мамори-сан.

— Не может быть!

Владелец голоса, само собой, — «старшая сестра» Юдзуки и лидер [Spotlights], Эмото Ру-ру.

— Юдзуки тоже здесь, верно?

— Да, я здесь.

— Юдзуки, ты давно опоздала на встречу, не так ли? Мы же договаривались у ворот школы. И ты не отвечала на звонки.

С лицом, выражающим «я забыла», Юдзуки проверила смартфон.

— Я планировала уйти с работы сегодня пораньше. После обеда и короткого общения с Судзуфуми я собиралась идти сразу туда, но осталась дольше, чем ожидала.

Хотя я рад, что она нашла время довериться мне, я всё же чувствовал искреннее сожаление за то, что мешаю её работе.

Смирившись, я открыл дверь, и перед нами предстала Эмото-сан.

В отличие от расслабленной улыбки Эмото-сан, Юдзуки выглядела растерянной.

Я также удивлялся, как посторонний оказался в школе и как Эмото-сан нашла Юдзуки.

Разные «почему» крутились в голове.

Как будто ощущая наши вопросы, Эмото-сан заговорила:

— Просто чтобы было ясно, я прошла все процедуры на посту охраны, хорошо?

На шее у неё был бейдж с надписью «GUEST».

Эмото-сан также была в школьной форме, видимо, ушла с уроков пораньше.

Это чисто белая блузка с чёрным безрукавным платьем и яркой красной лентой на груди.

Это явно форма престижной частной школы для девочек в соседнем городе.

Она не могла пройти пешком, значит, действительно поехала сюда на общественном транспорте?

Вместо Юдзуки с вопросительным взглядом, я спросил:

— Как ты узнала, где Юдзуки? Разве ты не обошла все классы?

— Сначала я зашла в 1-Б. Там я случайно встретила девочку с красными очками. Похоже, она меня знала, и когда я сказала, что срочно нужно увидеться с Юдзуки, она рассказала, где тебя найти.

Эмото-сан тихо улыбнулась. Даже ради «младшей сестры» это было больше, чем обычно.

Юдзуки явно была поражена такой инициативой.

— Главное, Мамори-сан, ты снова с Юдзуки, да? Если другие ученики увидят это и начнут распускать слухи, сможешь за это ответить?

— Ээ… это…

С тех пор как я встретил Эмото-сан, мне казалось, что она постоянно ругает меня.

— Слушай, Ру-ру. Это я позвала Судзуфуми!

Юдзуки попыталась объясниться, но Эмото-сан посмотрела на неё с раздражением.

— Ты всегда его прикрываешь, поэтому Мамори-сан никогда не учится на ошибках. Риски встречи с мальчиками в школе я и так не должна объяснять, верно?

— Но всё же…

Юдзуки, если кто-то найдёт тебя с Мамори-сан, и это станет скандалом, ты можешь потерять возможность продолжать карьеру идола как раньше. Разве ты не хотела быть идолом превыше всего? Зачем тогда настаивать на общении с Мамори-сан? Стало ли быть идолом для тебя менее важно?

Эмото-сан наступила на татами и схватила Юдзуки за плечи. Её лицо выражало отчаяние.

Юдзуки не пыталась скрывать раздражение. Обычно она прислушивалась бы к советам.

Реагируя на это, брови Эмото-сан подёрнулись, прежде чем она строго посмотрела на меня.

— Мамори-сан, об этом мы поговорим позже. Сегодня нельзя расслабляться… Пошли, Юдзуки.

— Подождите, Ру-ру…

Эмото-сан резко потянула Юдзуки за руку, заставляя её встать.

Похоже, дело было не в опоздании на работу, а в желании как можно быстрее разлучить Юдзуки и меня.

Её тон был более нетерпеливым, чем обычно.

Возможно, она теряла терпение из-за того, что Юдзуки не хотела отходить от меня.

— Арусу Юдзуки — идол для всех. Ты сама сказала при дебюте, что хочешь «делать как можно больше фанатов счастливыми». Я тоже буду стараться, так что давай снова объединяться, как раньше, хорошо? Полагайся на меня больше…!

— Подожди, если ты так тянешь меня…

В тот момент все задержали дыхание.

Онигиразу, который держала Юдзуки, выскользнул из её рук и упал на татами с холодным, глухим звуком.

Атмосфера в комнате стала тяжёлой, Эмото-сан и Юдзуки застыли.

Я поднял онигиразу с татами.

Выглядело чистым, но, конечно, есть это было нельзя.

Жаль, ведь это было то, чем я гордился, но ничего не поделаешь.

Лицо Эмото-сан побледнело.

— Нет, я не хотела этого специально…

— Я понимаю, Эмото-сан.

Когда я сказал это, Эмото-сан вздрогнула.

— Никто не виноват. Просто плохое совпадение.

Я старался говорить мягко, чтобы она не чувствовала лишней вины.

Вдруг сильная рука схватила мою правую руку.

К моменту, когда я понял, что произошло, Юдзуки уже откусила онигиразу, который я только что поднял.

— Юдзуки…!

— Юдзуки, прекрати!

Но Юдзуки продолжала есть жадно, и вскоре онигиразу «мясо и яйца» исчезло из моих рук.

— Спасибо за еду. Было вкусно.

— Ах…

Юдзуки повернулась к Эмото-сан, которая всё ещё стояла неподвижно.

— Юдзуки, я была неправа только что, но…

— Эмото-сэмпай.

Её голос был холоден, словно удар кинжалом.

— Спасибо, что пришли за мной. Но сегодня я хочу пойти сама, так что простите… И ещё, —

Юдзуки обернулась. Её янтарные глаза стали тёмными, словно замёрзли.

— Я больше не считаю тебя своей «старшей сестрой».

Когда Юдзуки уходила, Эмото-сан протянула руку.

Но её рука схватила лишь воздух, не дотянувшись до Юдзуки.

----------

Я покажу тебе скрытую сторону Арису Юдзуки!

Глава 6 — «Я покажу тебе скрытую сторону Арису Юдзуки!»

На следующий день, в субботу днём, я вышел на балкон, чтобы снять высохшее бельё.

До конца июня оставалось меньше недели, и дневная жара становилась всё ощутимее. Удобно, что если повесить рубашки и нижнее

бельё утром, к обеду они уже сухие. Футон, разложенный рядом, пропитался тёплым, убаюкивающим солнцем.

С высоты балкона я видел, как внизу, в парке, дети в коротких рукавах гоняют мяч. Через месяц начнутся летние каникулы — парк снова наполнится шумом, смехом и семьями с детьми.

Пока был на балконе, я заодно собрал спелые овощи с мини-грядки. Потом выгладил одежду, убрал ванную, навёл порядок в комнате — так и прошёл день, шаг за шагом, среди привычных домашних дел.

Домашку я сделал ещё утром, так что до вечера был совершенно свободен.

Соседка из квартиры №810, Юдзуки, ушла на работу утром.

А пожилая пара из квартиры №808, с которой я столкнулся в лифте, радостно рассказала, что едет в Тотиги — в онсэн.

Их мечта — побывать во всех 47 префектурах Японии.

На обед я сварил пакет лапши быстрого приготовления. Кажется, это впервые в этом году.

Конечно, просто лапша — скучно, поэтому я добавил немного ветчины, проростков сои и ложку сала.

Выдался тихий выходной — настолько спокойный, что даже немного пустой.

Я и не думал, что, убрав из распорядка дня всего лишь «приготовление еды», получу столько свободного времени.

— Юдзуки вчера действительно рассердилась… — пробормотал я.

Это был первый раз, когда я видел её настолько откровенно злой. Даже когда она подозревала меня в «сомнённой вечеринке», злилась, но не отталкивала.

Если бы дело было только в том, что упал онигиразу, всё не зашло бы так далеко.

Похоже, тогда просто прорвалась вся усталость и раздражение, что копились в ней из-за Ру́ру Эмото.

Эмото-сан в последнее время слишком сильно вмешивалась в её жизнь — не только в еду, но и в школу, и в личные дела.

Да, возможно, она зашла слишком далеко, но я не мог считать её злодейкой.

Каким бы ни был результат, в глубине души она искренне желала Юдзуки успеха. Просто её «усердие» в комнате этикета зашло за грань разумного.

Я волновался не только за Юдзуки, но и за саму Эмото-сан. Когда она уходила тогда, выглядела так, будто мир для неё рухнул.

Интересно, работают ли они сегодня вместе? Надеюсь, помирятся.

В этот момент раздался звонок в дверь.

Я глянул на монитор и удивлённо выдохнул:

— Эмото-сан?..

Быстро вышел из гостиной и открыл дверь.

— Что-то случилось? Если ты ищешь Юдзуки — её нет.

Передо мной стояла Эмото-сан в школьной форме — хрупкая, словно могла рассыпаться от одного прикосновения.

В глазах не было привычной твёрдости. Встретившись со мной взглядом, она на секунду отвела глаза, но затем снова подняла голову.

— Я... очень извиняюсь за вчерашнее.

Она поклонилась — идеально, под прямым углом, — и голос её звучал совершенно искренне.

— Я думала только о себе и даже не извинилась перед вами, Мамори-сан. Должна была сделать это сразу, но промедлила. Мне стыдно за свою незрелость.

— Не переживайте. Я вовсе не злюсь, — ответил я.

Я и вчера понял, что у Эмото-сан не было злого умысла. Похоже, пострадала она сама куда сильнее, чем кто-либо другой.

— И всё же, пожалуйста, примите это, — сказала она, протягивая мне огромный бумажный пакет.

— Тут... полотенца из Имабари, кофе для пятизвёздочных отелей, набор моющих средств, лосьонные салфетки, финансье из известной кондитерской и… —

— Я понял, я понял! — перебил я. — Ваши извинения я принял, честно!

Такого набора не подают даже на свадьбах. Наверное, она носилась по универмагу весь день.

— А Юдзуки… что-нибудь говорила после этого? — спросила Эмото-сан, теребя пальцы.

— Нет. Она вообще не вернулась вчера домой.

— Я так и знала… значит, избегает меня.

В последние недели она приходила к ней каждый день, без единого перерыва. И, вероятно, была права — Юдзуки действительно её избегала.

— А на работе вы с ней не встречались?

— Вчера у нас были групповые съёмки, но поговорить наедине не удалось. Следующий раз только через неделю. До неё не дозвониться, на сообщения тоже не отвечает… Я просто надеюсь, что с ней всё в порядке.

Даже сейчас, при всём своём смятении, Эмото-сан прежде всего думала о Юдзуки.

— Мамори-сан, вы не спрашивали, где она может быть?

— Нет… после того дня я с ней не общался, — сказал я, машинально касаясь правой щеки.

Плечи Эмото-сан сразу опустились, будто в неё вселился дух поражения.

(Моя правая щека, как известно, выдаёт меня, когда я что-то скрываю.)

Если всё так и продолжится, через неделю Эмото-сан просто рухнет морально.

— Пожалуй, пока ничего не изменится, пока я не извинюсь лично. Я попробую ещё раз зайти к Юдзуки. Тогда… до свидания.

Пока дверь не закрылась, она всё это время держала голову низко склонённой.

— Пока я не извинюсь, ничего не изменится. Я снова зайду к Юдзуки. Тогда… пойду, — сказала Эмото-сан, поклонившись.

Когда дверь закрылась, я стоял с пакетом посреди гостиной и пробормотал:— Чёрт… тело всё-таки среагировало.

С детства у меня есть привычка — дёргается правая щека, когда я вру. Я пытался контролировать это, но, видимо, привычку, въевшуюся годами, не так легко искоренить.

Я солгал Эмото-сан.

На самом деле, у меня были планы встретиться с Юдзуки вечером.

Не в квартире и не в школе.

Я закинул дорожную сумку на плечо, глубоко вдохнул.Иронично, но идеальное место для тайной встречи — конечно, отель.

☆☆☆

— Ух ты, как здесь просторно! — Юдзуки восхищённо озиралась, входя в номер следом за мной.

Она была в обычной одежде — футболка и шорты, но на лице маска и очки с фальшивыми линзами. Мы остановились в современном японском отеле где-то в Токио.

Сняв обувь и раздвинув фусума, мы вошли в просторную комнату на двенадцать татами. Воздух был наполнен лёгким ароматом свежего татами.

В центре стоял низкий стол, по обе стороны подушки, а на подносе — чайник, чашки и маньдзю.

У дальней стены располагалась небольшая «хироэн» — широкая веранда с креслами и столом, как в рёканах.Сразу при входе, справа от двери, находились умывальник и ванная.

Для двоих такая комната — настоящая роскошь, ведь тут спокойно могли бы разместиться пять-шесть человек.

Всё началось с телефонного звонка, за несколько часов до визита Эмото-сан.Я как раз заканчивал домашку, когда смартфон на углу стола завибрировал.

— Алло, Юдзуки? Я волновался, ты ведь не вернулась домой.

『Прости… просто не могу разобраться в своих чувствах. У тебя есть немного времени поговорить?..』Её голос был тихим, будто усталым.

— Не переживай насчёт вчерашнего. Если уж кто и виноват, так я — это ведь я настоял пообедать вместе.

『Нет, Сузуфуми, не извиняйся. Ты ничего плохого не сделал.』

— Понятно…

Наверное, вчера на съёмке атмосфера была тяжёлой. Хотя Юдзуки, как всегда, наверняка держалась профессионально, чтобы никто ничего не заметил.

— Всё ещё злишься на Эмото-сан?

『Не то чтобы злюсь… Просто не хочу её видеть.』

В голосе слышалось смятение — будто она сама не понимала, что чувствует.

『Работа у меня до обеда. Когда вернусь, Руру-сан наверняка придёт… И я не знаю, как себя вести.』

Юдзуки — идол. Прятать настоящие эмоции и изображать нужные для публики — для неё привычное дело.

Но с Эмото-сан всё иначе. Она не просто коллега или сэмпай. Это человек, с которым Юдзуки прошла многое, которому благодарна — потому ей так трудно отпустить.

『Вчера я ночевала в офисе, но так ведь не может продолжаться…』

— Да, понимаю, — ответил я.

Она понимала, что разговор с Эмото-сан необходим, но сердце к нему ещё не готово.

『Прости, что грузу тебя этим. Это ведь не твоё дело, Сузуфуми…』

Голос слегка оживился, но я слышал, что она старается казаться бодрой.Проблема оставалась нерешённой, разговор — незавершённым.

— Если не возвращаешься домой, где переночуешь? Не выспишься — потом совсем измотанная будешь.

『Может, сниму какой-нибудь бизнес-отель. Никогда сама не бронировала, но, наверное, просто позвоню?..』

Я встревожился. Какая бы звезда ни была Юдзуки, ей всего пятнадцать.Оставить её одну — никак нельзя.

Больше всего сейчас ей нужно было… сбежать.Не навсегда — просто передохнуть. Время, чтобы выдохнуть, ничего не решать, позволить себе быть слабой.

Как бы совершенна ни была идол Арису Юдзуки, я не требую идеальности от девушки по имени Сасаки Юдзуки.Пусть эта Юдзуки позволит себе быть собой, пожалуется, устанет, поплачет, если нужно.

Почуяв нотку тревоги в её голосе, я сказал:

— Тогда… дай себе волю хоть раз.

После этого я занялся поисками свободных номеров и забронировал комнату.Единственное, что попросил — прислать согласие от родителей. Для несовершеннолетних это обязательно.

Когда мы прибыли, Юдзуки сняла маску и очки, оживлённо стала фотографировать номер.

— Я так ждала! Обычно для работы нас селят в обычные бизнес-отели, а здесь — прямо рай!

Она прыгала на кресле, раздвигала двери шкафа, заглядывала в холодильник — словно ребёнок, впервые ночующий вне дома.

Плату за номер я взял на себя.

Я ведь не собирался вечно стоять в стороне и смотреть, как Эмото-сан о ней заботится.В последние недели я подрабатывал по вечерам, и кое-что удалось отложить.

Юдзуки пыталась заплатить половину, но я отказался.Хотел, чтобы это стало моим маленьким подарком — отдыхом, где она сможет наконец расслабиться.

Да, я соврал Эмото-сан. Но саму ложь попросила Юдзуки:

『Если Руру-сан придёт к тебе, пожалуйста, не говори, где я.』

После всех этих дней рядом с ней она, наверное, просто захотела немного одиночества.Иногда, чтобы по-настоящему понять человека, нужно отойти на шаг.

Главное сейчас — дать Юдзуки отдохнуть душой.

Пока я заваривал чай в чайнике, Юдзуки села напротив меня.Она сделала глоток и выдохнула:

— Ах... — словно всё напряжение спало.

— Удивительно, что ты нашёл это место так быстро. Должно быть, дорогое, да?

— Не слишком вежливо спрашивать о цене, разве нет? — ответил я, усмехнувшись.

С её доходом, при бесконечном графике съёмок и концертов, она могла бы позволить себе куда более роскошный рёкан.

— Помнишь, ты как-то сказала: «Хочу когда-нибудь просто отдохнуть в рёкане с чашкой горячего чая...»

— Ты запомнил?

— Конечно.

Тогда, в зоопарке, Юдзуки рассказывала, что ни разу не ездила на школьные экскурсии со средней школы.

Поэтому я выбрал комнату, напоминающую школьную поездку — настоящую японскую атмосферу.

Хоть это и мелочь, но для неё — почти чудо.

— Я взял настольные игры и карты, — сказал я. — Если останется время, поиграем.

— Правда?! Я давно хотела попробовать настолки! — глаза Юдзуки засияли.

Я вспомнил, что мы обещали сыграть «когда-нибудь», ещё перед Золотой неделей.

И теперь это «когда-нибудь» наконец настало.

Я гордился собой: выбрал отель удачно — с просторной комнатой и большой общей купальней.

Но была и другая причина, почему я выбрал именно это место.— Пойдём, покажу кое-что интересное, — сказал я, подзывая Юдзуки к входу.

Она последовала за мной и, увидев помещение рядом с ванной, ахнула:

— Что? Здесь есть кухня?!

Да, особенность этого отеля — вовсе не вид или мебель.

За раздвижной дверью, слева от входа, располагалась полностью оборудованная кухня — такая, какой могла бы гордиться любая хозяйка.

Сотни посуды, кастрюли, новейшая техника — всё блестело.

— Отели с кухней не редкость. Это почти как квартиры на неделю, — пояснил я.Любовь к готовке — штука особенная: иногда хочется сменить обстановку и попробовать другую плиту, другой запах, другой вкус.

— Хочу, чтобы ты просто расслабилась, — сказал я. — Отдохнула в японской комнате, в онсэне и за моей едой.

— Фуфу, привёл идола в отель и пытаешься «сделать это и то»? — поддела она.

— Не выдумывай, — ответил я, стараясь не краснеть.

— Ну-ну, я всё поняла, — рассмеялась она. — Просто хочешь покорить меня ужином. Вижу же, твоя сумка битком набита продуктами.

— Не волнуйся, сегодня всё по теме школьной поездки. Без твоего обычного «парада мяса и жира».

— Значит, просто весёлый ночевал с играми? — с надеждой спросила она.

— Именно, — улыбнулся я.

Сегодняшний ужин она запомнит навсегда.

К вечеру Юдзуки уже переоделась в юкату — белую, с коротким хаори поверху.Она выглядела очаровательно, особенно когда чуть запуталась в длинных рукавах.

После бурных партий в настольные игры мы решили поужинать пораньше.Юдзуки осторожно присела за стол, бросая на меня подозрительные взгляды.

— Не бойся, я не собираюсь подавать ничего странного, — сказал я.

— Ха, не уверена, Сузуфуми. Ты умеешь быть коварным, — улыбнулась она.

— Это несправедливо. Я же всегда честен с тобой.

— Ладно, угадаю — японская кухня, как в рёканах? — прищурилась она.

— Хм... не совсем, — усмехнулся я. — Это было бы слишком просто.

Я достал из холодильника поднос с яркими мисками.

— Первое блюдо — вот это.

Перед ней оказались четыре цвета анко: белый, чёрный, розовый и жёлтый, а рядом — деревянная лопатка и бамбуковые палочки.

— Когда думаешь о школьных поездках — вспоминаешь Киото, а в Киото не бывает поездки без вагаси. Сегодня у нас урок по изготовлению японских сладостей!

— Урок... сладостей? — переспросила она, не веря своим глазам.

— Прямо здесь? И ты умеешь их делать?

— Ещё бы. Хочу, чтобы ты попробовала не только вкус, но и сам процесс.

Мы будем делать «нэррикири» — сладость, напоминающую цветок сакуры.

Белое и персиковое тесто оборачивает сладкую пасту, лепестки формируются лопаткой, а в центр помещается немного жёлтой массы — тычинки и пестики.

— Я покажу, как, а потом твоя очередь.

— Л-ладно... — кивнула она неуверенно.

Она села рядом, наблюдая за каждым моим движением — внимательно, почти заворожённо.

Даже для идола, участвовавшей в десятках телешоу, это было внове.

И, если честно, быть под таким взглядом оказалось неожиданно неловко.

— Ну вот, готово, — сказал я.

— ...

Сосредоточенно сжав губы, Юдзуки делала аккуратные надрезы бамбуковой палочкой на поверхности нерикири.

Я невольно залюбовался её профилем.Она убрала прядь за ухо, не отрывая взгляда от сладости, будто весь мир сжался до этого крохотного цветка из теста.

Через пять минут её работа была закончена — невероятное качество для первого раза.

— Ммм... — нахмурилась Юдзуки.

— Думаю, получилось отлично. На первый взгляд, ничем не отличается от настоящих.

— Но твоя всё равно красивее... и это раздражает! — фыркнула она.

Перфекционизм, похоже, снова взял верх.

Она придвинулась ближе, сравнивая наши десерты почти нос к носу.

— Я просто уже много раз пробовал, — сказал я, не выдавая, что на самом деле тренировался наспех перед встречей.

— Ладно, пора есть. Свежие сладости долго не хранятся.

— Но анко — это же просто сахар и калории!

— Не переживай, — усмехнулся я. — В сравнении с западными десертами, здесь меньше жира. К тому же, порция крошечная.

Юдзуки, не в силах отказаться от собственного творения, осторожно поднесла нерикири ко рту.— Даже с бобовой пастой он лёгкий... сладость мягкая, освежающая... — тихо произнесла она, смакуя вкус.

— Согласись, вкуснее, когда делаешь своими руками, да?

Теперь, после мастер-класса, настала очередь «гастрономического путешествия по Японии».

Осака — тако-яки,

Хиросима — паровые устрицы,

Хоккайдо — жареные кальмары на шпажках.

Мы с Юдзуки будто гуляли по фестивальным улочкам, пробуя всё подряд.

— Это не потому, что я поддалась еде! — оправдывалась она, потянувшись за очередной порцией. — Это просто... туризм!

— Тако-яки мягкие, с ароматом имбиря и зелёного лука… устрицы — сочные, будто само море… а кальмар с лёгкой горчинкой печени и привкусом имбиря… невозможно остановиться! — восторженно комментировала она, словно ведущая гастрошоу.

Я улыбался, слушая её радостный голос, и вернулся на кухню готовить главное блюдо.

— Ах... всё было так вкусно... школьные поездки — это прекрасно... — выдохнула Юдзуки, допивая чай.

Она выглядела совершенно довольной — будто сбросила с плеч весь груз.

Но теперь настало время финала — настоящего ужина.

— Прости за ожидание, Юдзуки, — сказал я, ставя на стол поднос.

— Ого... темпура?! И такая гора!

Темпура — блюдо, известное во всём мире. Рыба, мясо, овощи, каждая деталь покрыта тонким золотистым слоем теста — будто произведение искусства.

— Подло подавать жареное после всего этого! — воскликнула она. — Это другой уровень соблазна!

— Ха, посмотрим, устоишь ли ты.

На столе — мерлан, перец сисито, баклажаны, листья сисо и огромные тигровые креветки.Можно макать в соус тэнцую или в соль с матча.

— Раз уж дошли до конца, не отступай перед финалом.

— Н-нет! Я... не буду! — решительно заявила она.

Но взгляд снова и снова возвращался к тарелке.

— Рыба и овощи сейчас в самом сезоне, — сказал я. — Попробуй вкус лета.

— Не поддамся на сладкие речи! — буркнула она, прикрывая глаза рукой, будто перед чем-то неприличным.

— Последний раз спрашиваю: ты уверена?

— Уверена.

— Тогда убираю. —

Я поднял тарелку. Обычно в такие моменты она бы уже схватила кусок, но теперь — ни звука.

— Ну что ж... сдаюсь. На этот раз ты победила.

Юдзуки отложила палочки, сжала кулачок.— Ура... наконец-то! Я победила соблазн твоей готовки! Пусть я отказалась от сезонной темпуры, но ни капли... не... жалею...

Её голос звучал торжественно и грустно одновременно — как речь героя, выигравшего войну, но потерявшего всё.

Я тихо усмехнулся.

— Битва ещё не окончена, Юдзуки.

— Э? Что ты делаешь?.. — насторожилась она.

На кухне я достал новое оружие.Миску.

И если она думала, что всё закончилось — то сильно ошибалась.

На кухне я достал новое оружие.Миску.

Как и ожидалось от отеля, сотрудничающего с производителем посуды, шкаф был набит всевозможными мисками.

Сначала я насыпал в одну из них горячий рис, от которого поднимался пар.

Затем выложил на него «отставшую» темпуру — одну за другой, словно строя замок.

Осталось только полить сверху соусом из тэнцую, соевого соуса, сахара и мирина.

Так родился «жареный замок» — тэндон.

Но прежде чем я вылил соус, я достал ещё одно оружие — специальную посудину для соуса с тремя носиками.

Когда я поднял её над тэндоном, Юдзуки уже не могла отвести взгляд.

Инстинкт — как призрак: его нельзя прогнать просто словами.

— Итак, слушай внимательно...

— П-подожди! Не делай этого!

Три тонкие струи соуса полились сверху, окрашивая золотистую темпуру в тёплый янтарный оттенок.

Хрустящая корочка зашипела от жара, и этот звук словно пробил оборону Юдзуки.

Разум уступил место чистому желанию.

— Итадакимас! —

Она взяла миску обеими руками, как нечто священное.

Первая жертва — креветка. Юдзуки широко открыла рот и откусила половину за один раз.

— Хрустящая корочка и сочное мясо... будто оркестр вкусов, — прошептала она, прикрывая глаза. — Эта креветка просто королева сцены...

Её движения ускорялись. Рис, пропитанный соусом, исчезал с каждым мгновением.— Счастье — это есть жареное с рисом... даже сам рис здесь праздник...

Она не выпускала миску ни на секунду, всё ближе наклоняясь к ней, будто боясь потерять этот вкус.

— Рыба — как облако... баклажан впитал весь соус, лопается от вкуса... перец и сисо добавляют легкую горчинку... всё идеально...

Звук палочек о миску становился всё громче, пока наконец не смолк.

— Ещё немного соли с маття? Или, может, карри-соль? — предложил я.

— Я съем всё... — выдохнула она с дрожью в голосе.

Через полчаса Юдзуки лежала на татами, держа живот обеими руками.

— Я больше не могу... — простонала она.

Я усмехнулся. Она съела вторую порцию — неудивительно.

После недель строгой диеты ей явно нужен был такой вечер.

Может, это поможет ей и Руру хоть немного помириться.

Я закинул сумку на плечо.

— Ну, пожалуй, мне пора.

Юдзуки тут же поднялась.

— Уже уходишь?..

В её взгляде сквозила лёгкая грусть.

— Можешь остаться ещё немного... — сказала она, тихо потянув меня за подол рубашки.

Я мягко ответил:

— У меня на третьем этаже отдельная комната. А ты отдыхай. Завтра утром я всё равно приду — приготовлю завтрак.

Она не ответила. Только опустила взгляд, пальцы сжали ткань чуть крепче.

Я уже собирался попрощаться, но почувствовал — снова потянула. На этот раз решительно.

— Я решила, — сказала она.

В её глазах появился блеск. Узнавший её за три месяца, я сразу понял — что-то задумала.

Юдзуки вскочила и, уперев руки в бёдра, громко объявила:

— С этого момента начинается официальное мероприятие — «Двухдневная поездка с идолом»!

— Что?..

— Съёмки закончились, и я почти не продвигалась в своём плане завоевания тебя как фаната! Пришло время решающего хода! —

Она подмигнула и прицелилась в меня указательным пальцем, как будто стреляя в сердце.

— Я покажу тебе ту сторону Арису Юдзуки, которую не видят даже на закулисных съёмках!

— Ты... серьёзно?.. — выдохнул я.

Моё первое в жизни совместное ночевание неожиданно превратилось...в ночь с идолом.

----------