Давным-давно на западе Руси, где ныне расположены другие города, простиралось государство, ставшее известным, как Тридевятое царство. Его правитель, царь Богомир, прославился на все окраины и даже страны, находящиеся далеко "за горизонтом", как рассудительный, умный человек. Именно он смог достичь того, что не получилось у его отца, деда, прадеда: объединить давно утерянные царством земли в единое государство. Пятнадцать долгих лет Богомир находился в военных походах, по итогу которых к его государству присоединились Западные земли, чья урожайность была выше, чем где-либо ещё на всём белом свете, часть Тридесятого царства, самолично объявившая себя республикой, и малые народы, проживающие вдоль многочисленных рек, болот, озёр, пастбищ и лесов - благо, этого было ещё больше, чем самих людей.Супругой Богомира стала девушка по имени София. По легенде, будучи в пятнадцатилетнем походе, Богомир в одной из деревушек встретил очаровательную дочь охотника. Влюбившись по уши, царь взял её с собой и, вернувшись в царство, женился на ней. Рядом с ней Богомир расцветал: воспитанный в строгости и закалённый в сражениях царь становился всё милее и добрее, когда был с супругой. Её добродушный характер народ и полюбил. Благодаря Софии государство активно развивалось: появилось больше церквей, уездов, людям, наконец, стало проще жить. Внимание она уделяла не только столице, но и городам в остальной части царства. Летописцы называли Софию никем иным, как ангелом, спустившемся для того, чтобы помочь Тридевятому царству и его жителям.Вскоре у царя и царицы родилось трое сыновей: Владислав, Алексей и ИванКак наследник престола, Владислав обучался всему, что необходимо знать правителю: наукам, военной стратегии, ведению государственных дел, многому другому. Отец всегда следил за Владиславом, возлагая на него большие надежды, как на своего преемника. Сам Владислав вырос спокойным и рассудительным, холодным на ум в принятии решении. Несмотря на отдалённость от народа, люди всё равно любили его, как любили и родителей мальчика. Он же, в свою очередь, старался сделать их жизнь лучше, предлагая отцу и боярам реформы.

Средний сын Алексей значительно отличался от спокойного и рассудительного Владислава. Он был более буйным и энергичным, а полюбил не науки и учение, а охоту и войну. После старшего брата воспитатели и не знали, что с ним делать, а потому часто позволяли запретное. Однако его мечтой, пронёсшейся сквозь года, стало повторение подвигов отца, а то и достижения, превышающие заслуги того. С этим Алексей и стал полководцем.

Ну, а о младшем сыне, Иване, и вовсе нечего сказать. Дурак как дурак: учиться не хочет, править хотя бы малой частью царства не хочет. Что же делать с таким непослушным мальчуганом? Пытались отдать его и в церковь, так тот сбежал ещё до первой службы. Тяжело с ним пришлось и воспитателям, и отцу. Единственная, кого он и слушался, так это матушку Софию. Царица не чаяла души в младшем: старший был весь под опекой отца и в государственных делах, а средний и вовсе покинул царство по военным причинам.

Так царская семья и жила более десяти лет, пока не произошло нечто дурное.

В тот день небо было настолько чисто, что по нему не плыли облака, за причудливой формой которых так любил наблюдать Иван. Этой игре его в детстве научила матушка, с которой они каждый день разглядывали облака в поисках чего-то нового. Как и тогда, в эту минуту он смотрел на небо. Оно казалось ему таким высоким и недостижимым, но в то же время близким по духу. В наблюдении за безмятежной синевой юноша провёл множество часов. Его лицо опылялось горячим солнцем, а руки щекотались росистой травой.

Вдруг шелест кустов разбудил Ивана, прикрывшего глаза. Он подпрыгнул на месте и устремился взглядом в сторону шума:

- Кто здесь?! Выходи, или плохо будет! – стараясь скрыть свой испуг, крикнул Иван. С каждым словом он пятился на шаг назад.

Ответа не последовало. На минуту кусты замолчали, но через минуту листва вновь засуетилась. Иван было открыл рот, чтобы крикнуть ещё одно, как ему казалось, грозное предупреждение, но лишь похлопал глазами. Из-за кустов вышла прекрасная девушка. Она была одета по-простому: как и все деревенские девушки, обвязалась платком, надела красно-бело платье; но была мила и сама собой: коса светилась на солнце, лицо, даже спрятанное под платком, было нежно окрашено румянцем. Иван не знал, что и сказать. Как стоял дураком облупленным, так и стоял дальше, хлопая глазами. Девушка лишь взглянула на него, а после сама сказала:

- И зачем кричать, дурак? Я всего лишь собираю грибы.

Только сейчас Иван заметил в её руках корзину, наполненную грибами и ягодами. Он в полной мере прочувствовал свою вину перед девушкой, а потому поспешил исправиться:

- Извини, я не думал, что здесь кто-то может ходить.. – уже после осознав неуместность своих слов, Иван покраснел ещё сильнее.

Девушка лишь рассмеялась. Её смех был очарователен настолько, что Иван и сам ненароком улыбнулся. Вдоволь насмеявшись, девушка подошла к Ивану и дала ему в руки корзину.

- Если хочешь загладить свою вину, то помогай.

Спорить Иван не стал: наверное, ему и самому хотелось помочь полюбившейся ему девушке. Он не успел и ответить, как она отправилась дальше по опушке. Так он шёл следом за ней. Ивы словно улыбались им, пропуская через свои ветви. Птицы начали свою тихую песнь, Иван и не знал, что лучше: их пение, или же смех милой девушки? Вместе они собрали много грибов.

- Не тот, не тот! – Учила она его, когда тот брал грибы “неправильные”.

Когда же Иван терял девушку из виду, та, словно самый быстрый зверь, оказывалась сзади него и ладонями прикрывала ему глаза: “Знаешь кто?”. Иван лишь смеялся в ответ, а она – вместе с ним. Так они пробыли вместе неизвестно сколько времени. Но ясно знали лишь одно: хотелось побыть вместе как можно дольше..

- Иван! Ваня! – Прозвучал по опушке громкий мужской крик.

- Кажется, это за мной.. – тихо объяснил девушке Иван.

Они взглянули на ивы, из-за которых вышел мужчина. То был воспитатель Ивана, от которого он благополучно сбежал ещё утром. Мужчина запыхался, пока искал мальчика, и, покраснев то ли от злости, то ли усталости, ринулся к нему.

- Сколько же тебя нужно искать? Нам срочно нужно возвращаться, - хватая Ивана за руку, мужчина направился с ним к выходу с опушки, - Случилось плохое.

- Неужели отец вновь проиграл моему старшему брату? – Хмыкнул Иван, но, не получив ответа, повернулся к девушке и крикнул ей так, что птицы разлетелись, - Как тебя зовут?

“Василиса” – услышал Иван в ответ. Словно сам лес прошептал ему это имя, которое он запомнит надолго. Вскоре мальчик вернулся во дворец. Там его тут же окружили многие люди: слуги, бояре и другие. Он не придал значения ничему из этого, ведь ему приходилось переживать подобное каждый день своей жизни. Однако что-то явно было не так. Воспитатели то и дело спрашивали Ивана, всё ли с ним в порядке, хорошо ли он себя сейчас чувствует, но делали это так, словно с ним правда что-то случилось на их глазах. Бояре лишь перешёптывались, а Ивану удавалось ловить обрывки фраз.

- Неужели всё настолько плохо?

- Этого так давно не было в нашем царстве..

Иван не хотел глядеть на мутные и волнующиеся лица, а потому смотрел в пол. Его вели в покои матери. Неужели она что-то хотела ему сказать? Видимо, брат и отец вновь поссорились, и на этот раз вправду серьёзно! Хотя, когда они не называли это серьёзной ссорой, а уже вечером мирились под напором матери? Так было чуть ли не ежедневно. Возле материнской комнаты столпилась целая гора народу: настолько шумная и огромная, что не пройти. Но Ивана она пропустила. Протиснувшись через толпу, юноша ловил на себе взгляды: все глаза, всё внимание было на нём, что ему никогда не нравилось. Но сейчас это было намного тяжелее, чем раньше. Иван вошёл в покои матери.

Его матушка, София, всегда была прекрасна собой: она была невероятно красива и умна. Её любили все: и его отец, и братья, и слуги, и народ. Но больше всех, конечно, любил матушку Иван. Каждый свой день он проводил возле неё. Он с полной серьёзностью клялся ей, что когда вырастет, то будет её защищать, а после так же обижался, когда она смеялась своим заразительным смехом. После жарких материнских поцелуев Иван и сам смеялся.

В комнате, помимо Ивана, был отец, стоявший у окна. Иван никогда не видел, чтобы тот был подавлен настолько. Конечно, его отец часто был зол, но это, как все говорили, и делало его правителем, которого уважали и слушались все. Сейчас же он был как будто разбит. Иван хотел подойти к отцу, обойдя кровать, но тихий голос, словно чары, заставил его остановиться.

- Подойди сюда..

То был голос матери. Он всегда был спокоен и гармоничен, словно ручей чистейшей воды. Но сейчас был наполнен тяжестью и усталостью. Иван подошёл к кровати матери и только сейчас смог разглядеть её, лежащую в постели. От удивления и страха он, неожиданно даже для себя, охнул. Её лицо было бледно, а глаза прикрывались словно поневоле. От неё веяло тревогой, наполняемой всю комнату. Дающимся с невероятной трудностью движением руки матушка потянулась к Ивану, но так и не смогла дотянуться. Он уловил просьбу и подставил под ладонь щёку. Матушка была холодна, словно лёд. Иван прикрыл глаза.

- С тобой всё хорошо? – тихо спросила она у него.

Иван коротко кивнул. Они оба знали, что чувствуют. Иван пытался не выдавать всю злость, обиду и всё остальное, что бурлило и копилось в нём в эту секунду с огромной силой. София же понимала это, чувствовала собственной ладонью и материнским сердцем. Они просидели так пару вечных, тянувшихся минут. Отцовское “Иван” означало, что младшему была пора покинуть покои. Он не хотел уходить от матери, её теперь тёплой, согревающей ладони, но та, погладив его по щеке, всё же уговорила уйти. В душе он знал, что именно она сказала бы ему, но не сделала это, чтобы сын не слышал её голос. Выходя из комнаты, Иван так же не обращал внимания на окружающих его. Все его мысли и чувства были наполнены матерью.

На протяжении следующего месяца всё становилось только хуже. Если первые дни, когда становилось лучше, матушка София могла, пусть и не без чужой помощи, прогуливаться по коридорам дворца, то вскоре перестала чувствовать ноги. Болезнь, сказать подробно о которой не могли и лучшие лекари царства, постепенно убивала царевну. Она переехала в покои Благомира, чтобы одновременно лежать в постели и смотреть в окошко. Так шли её дни, сменяя друг друга. Так шли дни её семьи: Благомир оставил все государственные дела на бояр, а сам всё время находился рядом с женой.

Подле неё всегда был и Иван, переставший гулять вовсе. Шёпотом и больным горлом она просила его отвлечься от всего этого, ведь Ваня совсем ребёнок, но тот отнекивался. Он сидел с ней с утра до ночи, оставляя лишь на время, когда к ней приходил царь или лекари. Но даже в эти минуты царевич стоял возле комнаты покоев, дожидаясь, когда можно будет вернуться. Перед сном он читал ей книги, которые до этого она сама читала ему вечерами. Лишь в те редкие и счастливые моменты Иван видел мягкую улыбку на больном лице матери. Она совсем исхудала: стала до испуга бледной, а вскоре и потеряла всякий аппетит. Её пальцы стали совсем тонки, что Ивану приходилось придерживать материнские руки. Вне покоев Иван слышал перешёптывания и разговоры слуг и бояр, когда сами, как и весь дворец с царской семьёй, устали. Всё это держалось в тайне от народа. Конечно, люди переживали, но о чём – не знали сами.

Через ещё неделю глашатай вышел на городскую площадь. Сдерживаясь в интонациях при зачитывании грамоты, он объявил во весь голос то, из-за чего царство содрогнулось раз и навсегда:

- Царица померла!

В тот день разрушилось всё.

Похороны Софии прошли внутри двора. Иван стоял, потупив глаза в пол, когда в зале были толпы народа. Бояре съехались со всех уголков царства, чтобы почтить память царицы Софии, любовь к которой, как говорили, была опорой всего. Еле найдя в себе силы, царевич поднял голову. Он осмотрелся вокруг себя. Когда же их полные печали взгляды с Владиславом встретились, старший коротко кивнул младшему, а после и вовсе покинул зал на его глазах.

- Иван, прошу.. – произнёс воспитатель, приобнимая воспитанника рукой и провожая из зала следом.

Иван же, осматривая печальные лица вокруг себя, заметил лишь одно. Его отец, известный и уважаемый всеми царь Благомир, стоял на коленях у гроба своей жены и рыдал.

Немало слёз пролил и простой люд. В день похорон простые люди сами собрались в городе, чтобы оплакать смерть любимой царицы. Это понимали даже дети, которые, подобно родителям, реагировали ещё более эмоционально. Они по своей детской натуре ещё не знали, что такое смерть, но по той же детской натуре чувствовали её тяжесть. Проскользнув через воспитателей, Иван вышел в город из дворца. Впервые за такое большое количество времени он покинул его. Иван не знал, что чувствовать. В нём перемешалось столько противоречивых чувств, что могло стошнить. Он едва держался на ногах, пробираясь через кучу людей. У них всех были одни мысли, одно настроение и чувства. Женщины пытались загнать детей по домам, а мужчины – снова и снова что-то напевали, чтобы почтить память царицы. Иван слышал, как кто-то звал его, но не обращал внимания. Неожиданно он стал задыхаться. С испуганным видом царевич огляделся вокруг себя и рассеянным взглядом увидел Василису. Она стояла у лесенки в один из домов и смотрела на него, как и, казалось, весь город и мир. Он глядел на неё, но сам не знал зачем: искал поддержки, или просто хотел понять для себя, что же происходит.

Пройдя площадь, он перешёл на бег. Подул ветер, который сам понёс царевича прочь. Он не знал, куда бежит, но оказавшись на опушке леса, Иван остановился. Замолкли даже птицы, лишь только ветер раздувал листву. Шелест доносился до Ивана. Даже лес рыдал. Неожиданно что-то коснулось спины Ивана. Он ощутил на себе чьи-то крепкие, но такие тёплые объятия.

- Мне так жаль - прошептала ему на ухо Василиса, приобнимая ещё крепче и прижимая к себе.

Капли дождя упали на макушку Ивана. Лес раздвинул ветви деревьев, чтобы небо также могло оплакать то, что случилось.

- За что, за что.. – тихо повторял Иван, захлёбываясь слезами.

Кажется, тогда рыдал весь мир.

С того момента прошло пару лет.

Если первые месяцы после кончины Софии государством управляли бояре, то Благомир вернулся к царствованию совсем скоро. Но все понимали: править он больше не сможет. Кто бы мог подумать, что Благомир, который в молодости сумел присоединить к Тридевятому царству многие земли, имел уважение у многих соседей, будет так страдать из-за потери супруги? Он перестал появляться перед народом, закрывшись во дворце. Успел даже пройтись слух, что царь покинул этот мир вслед за женой. На деле же Благомир страдал, как никогда и никто прежде. Он нёс на своих плечах тяжелейший груз, который только могла принести любовь к человеку, которого уже нет рядом. Царь совсем исхудал, поседел и, по ощущениям, перестал что-либо соображать. Слуги перешёптывались о том, что по ночам Благомир то и дело просыпался от кошмаров, а во сне звал Софию.

Подвешенное состояние царя повлияло на государство. Спустя год после кончины царицы пришла новость о том, что на западе царства разразились восстания. Эти земли благодаря своей плодородности играли важную роль в торговле и благополучии народа, но населялись коренными жителями. За пару лет до болезни Софии средний царственный сын, Алексей, отправился с военным походом, но с тех пор от него не было вестей. В то же время совсем рядом разгорелась страшная чумная болезнь. Она пришла внезапно – и так же резко погубила много жизней. Лекари предположили, что болезнь пошла от рогатого скота, который умер в считанные недели после выявления чумы, а уже после перешла на людей. Симптомы значительно различались: от кашля и насморка до головной боли. Выявить больных было практически невозможно в первые дни болезни, а потому под подозрение упали абсолютно все, кто мог иметь с ней дело. Как итог, многие жители по неволе оказались под надзором.

Всё это повлияло и на жизнь тех, кто не подвергся болезни. Урожайность за пару лет значительно снизилась, а из-за сокращения поставок с запада – людям было нечего есть. Нередки стали случаи, когда они могли зарубить друг друга из-за лишнего куска хлеба. Самое настоящее зверство, которое быстро стало нормой. Всего за пару лет государство охватило столько бед, а исправить всё это было некому.

Что касалось царственной семьи, то, помимо Благомира, оставались ещё двое сыновей. Но Владислав в один из дождливых дней попросту уехал из дворца. Это было три месяца тому назад – а его всё нет. Иван остался один из своей семьи. К удивлению, он подрос: стал выше, ловчее и сильнее. Смерть матушки заставила его так рано повзрослеть. Детские обиды и шалости остались в прошлом, теперь Иван занимался с учителями и обучался. Не сказать, что это было ему по душе, но он и сам не знал, что и думать на этот счёт. Единственное, что оставалось изо дня в день неизменно, так это их встречи с Василисой.

Одним из немногих распоряжений отца стал надзор за единственным оставшимся сыном, а потому воспитатели то и дело окружали царевича. Его же это лишь душило, а потому он, одарённый смекалкой и хитростью с рождения, с лёгкостью сбегал из дворца по ночам. Уже за стенами дворца Иван пробегал тихие, тёмные улочки города. Стоило ему забегать за один угол – и он оказывался у своей цели, окна Василисы. Оно было несколько высоко, а потому Ивану приходилось аккуратно забираться по выступам. Каждый раз он едва не падает прямо на землю, но удерживается. Но того не случилось в первую ночь, когда Василиса и знать не знала о ночном госте. Она готовилась ко сну, когда услышала странный шум за окном. Выглянув в него, Василиса не сразу поняла, в чём же было дело, однако охнула, когда увидела поднимающегося с земли царевича. Ей приходилось долго залечивать ему ссадины и шрамы после падения.

- Больно ведь! – Жмурился Иван, когда Василиса касалась его ран.

- Стоило тебе лезть туда?

Столько раз ругала и смеялась она над ним после того случая. Однако со временем Иван приловчился и теперь с гордостью поднимался прямо к окну своей возлюбленной. А она его и ждала: распахнув окно, начинала хихикать так, чтобы никого не разбудить. Так они проводили друг с другом каждую ночь, а по утру, когда светало, Царевич возвращался во дворец. В один из таких моментов Василиса подарила Ивану нечто особенное. То было оловянное колечко, такое же носила сама Василиса. С тех пор царевич не снимал это кольцо. Он смотрел на него и каждый раз вспоминал о Василисе, снова и снова думая о том, насколько она мила.

Тогда наступила очередная ночь, которую Иван ждал ещё с первых уроков грамоты днём ранее. Иван проделывал тот же маршрут и план: спрятав под одеяло пару подушек, он мог легко это выдать за себя; не стоило труда и выйти из комнаты, сложнее было пройти мимо стражи. Но разве ночью и без того зеваки что-то заметят перед носом? Вовсе нет, а потому Иван легко прошёл через каждого, кто встречался у него на пути. Были те же улочки, те же углы города, по которым он шёл каждый раз. Пробегая между ними, царевич посматривал на своё кольцо, представлял долгожданную встречу с Василисой. Уже по привычке залез он и к окну, любезно открытому Василисой.

- Прости, что заставил ждать.. – смущённо сказал Иван, цепляясь. Но ответа не было.

Василисы в окне также не оказалось. Иван с недоумением повторил: “Василиса” – но ответа так и не последовало. Ивана сразу стали посещать различные мысли: и самые пугающие, за которые он будет себя винить потом, и самые успокаивающие, в духе, “может, уснула?”. Но окно уже было открыто. Набравшись смелости, Иван перелез в комнату Василисы.

То была совсем маленькая, практически пустая комнатка. Иван, повернув голову, от испуга чуть ли не подпрыгнул: повешенное зеркало было вдребезги разбито. Осколки валялись прямо на полу. Случилось нечто страшное. Иван немного осмотрелся ещё. С каждой секундой его наполняла всё большая тревога и настоящий страх. Что случилось? И где Василиса? У него ещё сильнее забилось сердце, когда на кроватке Василисы он обнаружил её платье. Иван было потянулся дрожащими руками взять платье, однако остановился. Тяжело дыша, он пытался понять, что произошло, но мысли путались одна за другой. Уже через пару минут Иван, запинаясь и чуть не падая на землю, бежал во дворец.

Едва он забежал во дворец, как вдруг чья-то рука крепко схватила Ивана за плечо.

- Царевич, почему Вы не спите? – прозвучал мужской голос, принадлежавший Святославу, воспитателю Ивана.

Иван не смог найти ответа. Он и вовсе не расслышал заданного вопроса да и не хотел этого.

- Василиса.. – это разлетелось эхом если не по всему дворцу, то по коридору точно.

- Василиса? – Святослав сначала не понял, о ком идёт речь, - Это та девушка, с которой Вы видитесь?

Иван сжал кулаки. Ему было тяжело говорить, а уж тем более такие вещи. Единственное, чего бы он хотел сейчас, так это помереть, лишь бы Святослав не мучал его расспросами.

- Пропала.. – наконец признался Иван, подняв лицо на Святослава. Тот лишь удивился, увидев заплаканные глаза Царевича.

Святослав отпустил руку Ивана и оттряхнул его от пыли. При этом он приговаривал: “Ну же, не стоит так категорично..” – но это не помогало, а, наоборот, имело наихудший эффект. Иван же, когда Святослав отстал от него, направился прочь.

- Куда же Вы направились, царевич? Вам стоит вернуться в комнату и.. – воспитатель вновь схватил воспитанника за руку, но тот тут же вырвался.

- Я должен найти её, - без лишних раздумий ответил Иван.

Он ожидал, что воспитатель начнёт отговаривать, схватит его, утащит в комнату, а на утро расскажет обо всём царю, а потому Иван остановился в ожидании. Однако Святослав, всё так же ошарашенно глядя на царевича, тяжело вздохнул и раскинул руки:

- С самого Вашего рождения мне приходилось присматривать за Вами, царевич. Каждая ваша рана была для меня страшнее в несколько раз, а теперь Вы хотите, чтобы я отпустил Вас неизвестно куда.. Я знаю, что Вы откажитесь от любой помощи, - Святослав подошёл к Ивану и положил руку ему на плечо, - но я, как Ваш воспитатель и человек, желающий Вам только хорошего, доверяю Вашему выбору.

- Святослав.. – повернулся к нему Иван.

- Если я отправлюсь за Вами, то, боюсь, меня убьёте Вы.. – усмехнулся Святослав, - но если отпущу Вас, то не сбежать мне от казни.. В таком случае, мне стоит выбрать самый лучший вариант. Пройдёмте, мой царевич..- Святослав пошёл вперёд. Это был первый раз, когда он не взял Ивана за руку, но царевич не знал, сколько слёз одновременных и гордости, и сожалений стекло по щекам Святослава.

Наступал рассвет.

Иван опустил руку и дотрагивался до ржи, мимо поля которого следовал его путь. Пальцы ловили росу, а нос – приятные утренние ароматы свободы. Умиротворение и спокойствие природы не нарушал и конь Ум, любезно предоставленный Святославом. С Умом Иван был знаком с самого детства: он помнил его совсем жеребёнком, а, когда Ум подрос, именно на нём катался и повзрослевший Иван. Достав из походной кожаной сумки яблоко и подав его Уму, царевич смеялся и наблюдал, как довольно конь поедает фрукт.

Горизонт рассвета предстал перед царевичем в полной мере, когда тот взобрался на холм. Путь царевича следовал на запад. На это ему указал Святослав, которому Иван, как оставшемся близкому человеку, доверился без лишних слов. Ему предстояло пройти множество таких же полей, рассветов и горизонтов, чтобы найти то, что он ищет. Однако Царевич точно знал и, касаясь кольца, чувствовал, что Василиса где-то рядом и ждёт его. Так начался его далёкий путь.

Путь Ивана пролегал через

многочисленные поля и леса. Раньше он только слышал от других людей и на уроках

о таких ягодах, грибах, растениях, а сейчас – всё было перед ним. Однако

насладиться всем в полной мере он не мог. Скорее всего, ещё с утра отцу доложили

об исчезновении сына, а потому царь направил на поиски всех, кого только мог.

Царевичу нужно было уехать как можно дальше. Он старался заверить себя, что

иного выхода попросту не было: отец бы точно не стал его слушать. Если же Иван

и хочет вернуть Василису, то действовать ему нужно было в одиночку.

Когда-то давно Василиса сказала, что

её родители, до приезда в столицу царства, родились и жили в западных землях.

Если же и надо было её искать, то точно там.

- Здесь Вы сможете остановиться и

отдохнуть, - сказал Святослав, указав пальцем на один небольшой городок,

отмеченный на карте западнее столицы.

Иван в ответ лишь кивнул. Он выполнил

с тех пор свою клятву: весь путь царевич так и не остановился, кроме как на сон

и небольшую трапезу. Благо первое время здоровье это позволяло.

Однако по ночам, когда Ивану удавалось

самому сомкнуть глаза под каким-нибудь деревом в лесу, а рядом уложить Ума,

царевич всё равно просыпался. Виной тому были неизвестные шорохи. Если сначала

этот шелест можно было списать на какого зверя, пробегающего мимо, или кусты да

траву, раздуваемые ветром, то во вторую ночь Иван проснулся от нечто иного.

Некоторый шёпот, бьющий царевича по ушам, немедленно разбудил его. Проснулся он

с неумолимо больной головой и тут же огляделся по сторонам. Рядом никого не

было, кроме Ума, мирно посапывающего после долгого и тяжёлого дня. Костёр ярко

пылал, освещая всё вокруг: без него лес казался страшнее, ветви деревьев

вырисовывали пугающие и неописуемые образы, а каждое дуновение ветра отзывалось

в сердце тяжестью. Царевич был готов обнажить меч, однако подскочил и,

убедившись, что всё в порядке, немного успокоился. Он немного подождал, когда

станет легче, и разбудил Ума. Пока конь приходил в себя, Ваня потушил костёр.

Тем не менее, Иван готов был поклясться, что ловил на себе чьи-то взгляды, пока

они выходили из леса.

Шёл уже пятый день, как Иван уехал из

царства. Рассвет предвещал очередной день, а потому они с Умом отправились

далее, а сейчас – проезжали по ромашковому полю. Будь они в других обстоятельствах,

Ваня бы точно нарвал самый пышный и огромный букет для Василисы, который и

унести бы ему было сложно! Ум сильно вымотался за прошлый день, а потому

медленно следовал за ведущим его царевичем. Конь то и дело поспевал

останавливаться и срывать ромашки, охотно поедая их. Иван же жалел, что не мог

сделать так сам, в его животе сильно урчало. Пропитания хватило лишь на первые

дни. Ум требовал слишком много еды, а потому провиант быстро закончился, даже

если Иван часто отказывался от своих порций в пользу коня. Им приходилось

добывать грибы и ягоды, благо которых хватало по горло. Василиса научила Ваню

определять, какие из них вредны, а какие – наиболее вкусные.

Горячее утреннее солнце опаляло. Ваня

снял с себя кафтан, обвязав его вокруг себя. Одной рукой он вёл через настоящее

нескончаемое море белых, наикрасивейших ромашек Ума, а другой – закрывался от

солнечных лучей, которые будто выбрали своей целью застать путников врасплох с

самого утра. Где-то рядом громко болтали сверчки, а далеко в небе, пролетая

между облаков, летали птицы. Иван пригляделся: кажется, то были ласточки. Со

лба Вани пошёл пот, когда Ум вновь остановился. Царевич уже было хотел поругать

коня за то, но, когда тот повернулся к животному, в глазах помутнело. Казалось,

что весь мир падает перед ним, что вся его тяжесть сокрушилась на плечи юноши,

стремясь вдавить в землю. Иван без сил упал на землю, он не мог даже поднять

руку, чего уж стоило встать самому. Голова загудела с той же силой, что и той

ночью. Что бы это могло быть? Видимо, здоровье подвело настолько. Перед тем,

как закрыть глаза, Иван из последних сил услышал заржавшего Ума, а на самого

царевича Ивана упала чья-то тень.

- Просыпается, просыпается!

Иван медленно открыл глаза. Он лежал

на скромной постели и по началу смотрел в потолок. Множество вопросов посетило

его: что с ним было? Где он сейчас? – чтобы получить на них ответы, Иван

повернул голову в сторону. Перед ним стояла молодая девушка. В её руках была

длинная деревянная палка, ростом с неё саму. Выглядела она очень аккуратно: в

длинной, до самого пола юбке, белой рубахе.

Незнакомка пару раз моргнула, когда

Иван посмотрел на неё. Он открыл рот, чтобы спросить девушку, кто же она, но не

смог выдавить из себя ни звука. Тогда царевич аккуратно привстал, стараясь усесть

на край постели. Незнакомка тут же подхватила его за руку и помогла сесть –

тогда Иван почувствовал сильную боль по всему телу, внимание на которую до

этого момента не обращал. Он с тяжестью вздохнул и, протирая глаза, осмотрелся

снова.

Только сейчас царевич заметил за

спиной девушки ещё двух людей. Пожилая пара внимательно наблюдала за ними, стоя

у порога маленькой комнатки. Когда Ваня посмотрел на них, старушка что-то тихо

сказала, так, чтобы это услышал только дедушка. Иван повернулся к девушке.

- Не шевелись, не шевелись, - сказала

она ему, - Хуже будет.

- Сколько же я проспал? – Наконец Иван

смог что-то сказать. Когда он это произнёс, то что старушка, что девушка

заметно удивились.

- Дня три, сейчас должно быть в разы

лучше, но..

Не дав девушке договорить, Иван

попытался встать с кровати. Ему за считанные мгновения стало значительно легче,

а потому он без проблем встал, оставив изумлённую незнакомку неуслышанной.

Одежда царевича была чиста, по нему и сказать нельзя было, что он пробыл в пути

несколько дней подряд. На его возмущённый и вопрошающий взгляд старик кашлянул.

Царевич немного расслабился, но через секунду вновь расправил плечи.

- И кто вы?

- Меня зовут Ася, - представилась

девушка, прижав своеобразный посох к себе, другой рукой она указала на пожилую

пару, - А эти добрые люди спасли тебя в поле.

Выходит, тогда он потерял сознание.

Ему и вправду в какой-то мере повезло, что нашлись добрые люди, оказавшие

помощь при первом же нужном случае, иначе кто знает, что случилось с Иваном.

Страшно и представить. Он аккуратно поклонился пожилой паре. Те не стали

скрывать своё смущение, а потому, что-то шепча, быстро покинули комнату. Иван

лишь встал в непонимании этого. Ася в ответ лишь пожала плечами.

- Где же мои вещи?

- Под кроватью.

Ваня встал на колени, чтобы достать

из-под постели оставшиеся вещи и быстро покинуть чужой дом, но вновь

застопорился. В этот раз уже от изумления. Комната наполнилась пением птиц,

словно они находились внутри неё. Вещи будто ожили и сами по себе сначала

поднялись в воздух, а после медленно опустились на пол перед Иваном. Он

взглянул сначала на них, а после на Асю. Та крепко сжимала в руках посох,

что-то насвистывая.

- В первый раз видишь чары? – Она

перестала свистеть, только Иван обратил на это внимание.

- Ничего подобного не встречал.. –

сложно описать эмоции, которые испытывал Иван. Для него это было чем-то

невообразимым, ведь до этого момента царевич лишь краем уха слышал о чародеях,

- Выходит, ты чародейка?

- Можно назвать меня и так.. чаще

всего зовут “падалью” или “ведьмой”, - Ася изобразила на лице странную улыбку.

Иван похлопал глазами, не понимая, что

чародейка имеет ввиду. Он поднял вещи и стал собираться. Конечно, отчасти

смущало то, что Ася пристально наблюдала ним, но больше царевича волновал

другой вопрос: где же Ум? Уже взяв ножны, Иван повернулся к Асе, чтобы

спросить её, но та словно прочитала его

мысли. Быть может, у чародеев есть и такой дар?

- Твой конь, да? Он сейчас на улице.

Царевич тут же поспешил наружу. Первым

делом, щуря глаза от солнечного света, он бросился к Уму. Тот был привязан

верёвкой к столбу и покусывал траву. Конь даже не обратил внимание на

принявшегося наглаживать и целовать его хозяина, что очень ранило Ваню.

- Неужто тебе трава важнее меня?! –

Ваня было вспылил и начал ругаться на Ума, а тот лишь воротил морду.

Это заняло какое-то время, после

которого раздосадованный царевич махнул рукой и вернулся к Асе, стоящей рядом и

наблюдавшей всю драматичную картину.

- Спасибо тебе за всё, что сделала для

нас, - поклонился перед чародейкой Иван, после чего вернулся к коню и принялся

развязывать верёвку.

- Постой! – Ася похлопала глазами,

подойдя к Ване, - Я думаю, что мне.. то есть нам понадобится помощь.

- Какая же? – Иван уже скинул верёвку

наземь и стал поглаживать Ума.

Ася вздохнула:

- Эти добрые люди, - она указала рукой

в сторону крохотного домика, в котором и жила пожилая пара, - приютили сначала

меня, а затем помогли и вам, но им самим нужна помощь.

Иван встал перед трудным выбором. С

одной стороны, одних поклонов и слов благодарности было мало. Он, как царевич,

должен был помочь людям своего отца. В то же время прошло целых три дня! –

столько потерянного времени, думать о котором было тошно. И,. он совсем не знал,

куда ехать дальше.

- С чем же им нужно помочь?

Ася буквально засияла от счастья.

Похоже, она и подумать не могла о том, что Ваня согласится.

- Пойдём.

Иван прошёл следом за Асей на скотный

дворик сзади дома. Сейчас на нём находились лишь отдыхающие после сна и

купающиеся в грязи свиньи, а чуть дальше – курицы, при виде людей ставшие

убегать в разные стороны и кудахтать. Когда Иван зашёл вместе с Асей за

калитку, то отвлёкся на цыплят. Они с особым любопытством и бесстрашием

подбежали к нему, из-за чего царевичу пришлось постараться, чтобы не наступить

на кого-то из них по случайности.

- Ну, ну.. глупые, - один лишь голос

Аси заставил цыплят вернуться к остальным животным, - Взгляни.

Иван посмотрел туда, куда указывала

Ася. От увиденного что-то ёкнуло в его сердце. То было тело жеребёнка. По

молчаливой просьбе Аси Иван подошёл ближе, чтобы осмотреть труп. Он имел

неестественный зеленоватый окрас, многие раны разной длины по всему телу, а

вокруг то и дело витали целые стаи мух, которым не был страшна вонь,

пробирающая на слёзы. Устрашающим было то, что у жеребёнка не было глаз. Иван

прежде не встречал подобной жестокости, а потому с вопросами взглянул на Асю.

- Это происходит раз в пару дней, -

пояснила она, - Кто-то, или что-то убивает скот в округе, питается его кровью.

Поверни.

Иван с сильным отвращением перевернул

тело жеребёнка. Вытерев ладони об траву, он оглядел труп с другой стороны:

здесь оно ничем не отличалось, кроме как большой раны на шее. Иван сморщился,

когда увидел личинок, успевших за ночь обосноваться в ране. Ася же и бровью не

повела, а только тихо охнула от досады.

- Это существо живёт где-то в лесу, и

я прошу тебя о помощи. Если не мне, то этим добрым людям, - Ася вернулась к

калитке, - Взамен я помогу тебе с твоим путешествием.

Иван, продолжая смотреть на жеребёнка, не спешил с ответом. Эти люди к нему так добры, что было бы ужасно,

если он откажется. Его никогда не учили подобным качествам те же воспитатели.

Одна лишь матушка всегда оставалась доброй и подавала этот пример Ване. “Ты

ведь поступила бы так же?”.

- Хорошо, - Иван встал, отвернувшись

от тельца.

Ася и не знала, что сказать. Вся её

радость и благодарность только за одно согласие выразились на сияющем

счастливом лице.

- Спасибо, спасибо, спасибо! – она

бросилась к Ивану и стала жать его руки в знак благодарности, - Нам стоит

отправиться прямо сейчас!

Время прошло очень стремительно. Пока

Иван собирался в дорогу и брал припасы, любезно предоставленные стариком и

старушкой, Ася с ними прощалась. Как оказалось, она пробыла у них целых два

месяца, но так и не смогла решить их проблему.

- Поверьте, мы сможем! – Она не знала,

куда себя деть во время разговора, а потому бросалась обнимать то бабушку, то

дедушку. Они не то, чтобы были сильно этому рады.

- Нам главное, чтобы вернулись целыми,

- тихо говорила старушка.

- Чёрта с два, это всё не стоит того, -

ругался её муж, но всё равно не скрывал беспокойство, - Береги себя.

После этих слов Ася и вовсе зарыдала.

Реакция Вани и пары, на удивление, была одинаковой. Дедушка буквально утаскивал

Асю из дома, чтобы те наконец отправились в путь.

- Подойди сюда, - подозвала старушка

Ваню, когда тот наблюдал за тем, как Ася прощается с курицами , - Мы сильно

переживаем за неё. Вот, возьми.

Она протянула небольшой деревянный

оберег в форме полумесяца. Иван хотел поблагодарить, но старушка не дала этого

сделать.

- Давайте, идите! – продолжал ругаться

дедушка.

Наконец, Ася, распрощавшись со всеми

животными и по сто раз на минуту с старушкой и стариком, вытерла все слёзы и

побежала за Иваном, уже далеко ушедшим вместе с Умом. Направлялись они в лес.

- Почему же ты с ними прощалась? –

Поинтересовался Иван, когда Ася наконец догнала их.

- Я.. просто.. всё никак не могла

покинуть их дом, пока не разобралась с этим делом, - она пыталась отдышаться, -

но я верю, что это получится. О! А как мне тебя звать?

- Можешь Ваней, - по началу царевич не

обратил внимание, но, повернувшись к Асе, увидел её дрожь, - Что с тобой?

- Да, забудь! – Она тут же попыталась

взять себя в руки и зашагала вперёд. Иван пожал плечами.

Спустя около двух часов они добрались

до того леса, где жила нечисть.

- Ты уверена, что это то место? – Ваня

оглядел верхушки невероятно длинных деревьев. Должно быть, они были выше

царского дворца!

- Да, сюда ведёт поток, который оно

оставило за собой, - Ася провела рукой, и её деревянный посох задрожал, - Ну

же, ну же, не бойся, - Она провела по нему ладонью.

Только Иван сделал пару шагов в

сторону входа в лес по тропе, как с сильным карканьем разлетелись в небо

вороны. Ася дрогнула со страху, но пошла следом за Ваней и Умом.

Лес значительно отличался от других.

Небо тут помрачнело само по себе, пару раз грянул гром. Он словно предупреждал

о чём-то опасном, ведь каждый раз после него Иван ощущал на себе чужой взгляд

из-за огромных деревьев. Если попытаться увидеть их верхушки так, то можно

попросту упасть, пятясь назад. Ни кустов, ни чего-либо ещё долгое время не было

на пути троицы. Даже трава была сухой, неестественной, словно в ней не было

ничего, от того, что могло называться травой. Ася, и так дрожащая со страху,

завела разговор, чтобы успокоиться.

- А! Куда ты держишь путь?

- В Западные земли, - кратко ответил

Иван, не желая рассказывать всё подряд.

- Западные?! – Ася изумилась, - Говорят, там идёт настоящая война! Царское войско против революционеров.. ты хочешь в этом участвовать? Вождь революционеров, Юр, очень опасен, он ведь чародей, как и я!

Иван остановился, из-за чего Ася едва не ударилась в него. Ваня повернулся к чародейке:

- Ты всегда так болтлива? - Он прищурился, - Что делает этот посох? И куда тогда ты держишь путь?

От всех вопросов она опешила, но, опустив руки и голову, призналась:

- Я и сама не знаю. Эти люди нашли меня месяц назад так же, как и тебя. Что

было со мной до этого, я, признаться, совсем не помню.. – она взялась за голову

свободной рукой, - но этот посох пытается мне что-то напомнить.

Из-за этих слов Ваня испытал

сожаление. Ему не стоило быть таким резким и, как только ему казалось,

осторожным. В конце концов, Ася хотела и желает помочь ему. Он хотел что-то

сказать, но тут же посох в руке Аси задрожал с особой силой.

- Ох, оно рядом! – Голос Аси тоже дрогнул.

Ваня прошёл дальше, держа руку у

ножен. Всё время, пока они шли до первой встречной опушки, посох то и дело

начинал дрожать всё сильнее. Однако Иван и Ася остановились, не поняв, что

происходит.

- Что это значит? – Ася осмотрелась по

сторонам.

Опушка была настолько светла,

насколько могла быть. Буквально небольшой круг зелени находился в самом центре

опасного, тусклого глазу леса. Самая настоящая граница между светом и тьмой, до

которой они добрались. Если вне опушки каркали вороны, ожидающие шума и пищи,

то на опушке спокойно росла зелёная трава, даже красные цветы! Но чего-то Иван

всё равно опасался. Только Ася приблизилась к “границе”, как посох успокоился.

Чародейка со спокойствием выдохнула:

- Похоже, всё в порядке!

Она уже попыталась сделать шаг в

сторону границы, как вдруг что-то промелькнуло перед глазами Ивана. Он увидел

странную картину, как лес перед ним расплылся, а опушка разгорелась ярким

пламенем. В то же время повеяло смертью.

- Стой! – Иван дёрнул Асю за руку

назад, но сам увернуться не смог.

Ася ахнула. На щеке Ивана появился

разрез, из которого тут же пошла кровь. Существо дало о себе знать.

Ум не на шутку испугался. Он уже было хотел рвануть в лес, подальше от опасности, но существо снова попыталось проделать тот же самый приём. Иван, не обращая внимания на рану, достал меч из ножен и взмахнул им. Он не отразил удар, но не дал чему-то ранить кого-то ещё. Тут же с дерева сорвались вороны, а на землю упало нечто.

Существо, похожее на человека, но с белой неживой кожей и длинными конечностями, осмотрело свою добычу. Оно было худощаво настолько, что выпирали кости, позвоночник. У него не было глаз, но как будто весь этот лес заменял их. Само его тело гнило изнутри, выступая ходячей и пробывшей много лет то ли под землёй, то ли просто в мучениях оболочкой тёмного духа. Существо тут же ссутулилось и перебежало на четырёх лапах в сторону. Оно совершило очередной удар – но использовало язык! Он был белым, таким же, как и остальное тело, но в то же время настолько длинным, чтобы достать троицу. Настолько острым, чтобы убить.

Иван попытался отразить удар, прикрыв Асю, но.. не угадал! Удар был нацелен на землю вокруг них. По странному обстоятельству Ваня пошатнулся, а лес перед его лицом вновь поплыл. Он и сам не понял, как ступил ногами на опушку леса. Ничего особенного не произошло, но, пока Иван приходил в себя, то существо исчезло. Ася поспешила помочь ранению Вани, от касаний ладони тот сморщился, наконец почувствовав боль и неприятное жжение.

- Потерпи, потерпи, - шептала Ася, касаясь щеки.

Кровь в то же мгновение, просто по чуду перестала идти. Иван вытер оставшуюся рукавом и начал осматриваться, прикрывая Асю.

- Упырь, это упырь! – Чародейка сама спряталась за спиной Вани, - Его нужно пронзить клинком, но только в голову, в лоб.

- Это тебе тоже посох нашептал? – Иван посмотрел за спину.

Пока Ася активно кивала, Ваня держал меч наготове. В любой момент упырь мог напасть вновь. Зачем же сейчас он давал им время на то, чтобы поболтать? Ответ был один: чёртова нечисть лишь хотела поиграться с ними. В этом Иван тут же удостоверился. У него снова закружилась голова, но в этот раз без вмешательства упыря. Ваня посмотрел вниз и пришёл в ужас, когда увидел, что трава, словно живая, хищная, тянулась на его ноги. Она разрасталась по ним, быстро распространялась по сапогам и штанам. Ваня тут же принялся рубить траву, но её становилось только больше. В какой-то момент сама рукоять меча ужалила царевича, из-за чего он выронил клинок из рук.

- Ваня.

Знакомый голос сбил Ивана с толку. Этот голос принадлежал Василисе. Его сердце забилось только сильнее, в попытках увидеть любимую Ваня всё крутил головой. Но это было тщетно.

- Ваня, Ваня!

Царевич пару раз моргнул. Он протёр глаза и посмотрел сначала на Асю, испуганно глядящую на него, а затем на меч и траву. Ему это просто померещилось.

- Ася, я.. – однако не успел Иван ничего сказать, как почувствовал приближение упыря.

Он действовал ещё быстрее, чем раньше. Иван успел схватить меч и поставить лезвие перед собой. Когти нечисти были нацелены в грудь царевича, но поставленный блок помешал этому. Тем не менее, Иван почувствовал на себе такую тяжесть, которую мог, если бы на него обрушились несколько лезвий. Рана Вани начала жечь снова. Сморщившись, он увидел лишь то, как существо исчезло снова, не став наносить повторный удар по нему. Тут же поняв, в чём дело, царевич обернулся назад:

- Ася!

Ася повернулась: упырь уже взмахнул когтями, чтобы одним ударом обрубить жизнь девушки. Но ему не удалось. Посох Аси засиял ярко-зелёным цветом, осветившим поляну ещё сильнее. Ваня инстинктивно прикрыл рукой глаза – настолько стало светло. Он мог слышать лишь то, как взвыла нечисть, не способная этому противостоять. Ася же, увидев слабость упыря, крепко обхватила посох двумя руками и направила его на зверя. Тот же теперь не мог так просто скрыться, как делал это раньше. Упырь попытался уйти на четырёх лапах, но силы покидали его сами по себе, когда на него падал свет посоха. Это был их шанс! Иван тут же ринулся, чтобы нанести смертельный удар нечисти.

- Сгинь! – Иван высоко поднял меч и направил его прямо в голову упыря, когда тот уже полз навстречу.

Но свет исчез. Ася, не понимая, что произошло, потрясла посох, но ничего не случилось. Посох перестал светить. Иван встал в ступор, но тут же решил закончить начатое. Однако не успел. Упырь, снова наполнившись силами, мгновенно поднялся с земли. Одной рукой он нанёс удар по мечу царевича. Тот, не ожидая такого, потерял клинок, отлетевший за пару метров. Второй удар, поспевший за первым, пришёлся на самого Ивана. Когти упыря прошлись по груди царевича.

Земля тут же окрасилась кровью. Раны Вани заставили его упасть на колени. На его груди точным ударом были высечены когти зверя, который теперь, словно по-дикому насмехаясь и наслаждаясь подходящей к концу охотой, стоял перед ним и готовил последний удар. Иван лишь смотрел на то, как из его груди ручьём хлещет кровь. Неужели, это конец? Нет, нет, нет! Он ведь не мог умереть так просто, не найдя Василису, не поженившись с ней в царстве.. он ведь так много не успел сделать. С самого детства ему казалось, что жизнь так легка и проста, но лишь пару дней путешествия показали царевичу, что, несмотря на титул, он всего лишь малец. Каким бы он не хотел казаться бесстрашным, каким бы он не старался быть сильным, Иван боялся. Он не хотел умирать.

И мир будто услышал его.

Поднялся меч – и голова упыря упала на землю. У нечисти нет крови, иначе бы она залила Ивана прямо сейчас. Интересно, был ли бы испуг в глазах упыря перед тем, как он лишился головы? Тело зверя продолжало стоять на месте.

- Ах да, нужно ведь в лоб.

Голос, который можно было сложно разобрать, принадлежал всаднику. Иван с трудом осмотрел незнакомца, ведь всё перед ним по-прежнему плыло то ли от раны, то ли от яда упыря. Это был мужчина в чёрных доспехах, обличавших его с ног до головы. Теперь было понятно, почему его голос было так сложно услышать: незнакомец носил внушающий страх шлем. Лицо на нём напоминало скелет. Однако, что было страннее, так это то, что вместо коня у мужчины был волк. Он был раза в два больше, чем сам хозяин. В его теле накопилось много стрел, ран и шрамов, полученных в прошлых многих битвах. Глаза животного были бардовые, всего, что он сейчас хотел, так это вцепиться клыками в людей перед ним, но не смел этого делать без приказа хозяина. Одной рукой мужчина держал меч, которым и снёс голову упырю, а в другой – цепи, которыми был обмотан волк.

Голова упыря закрутилась. Его тут же схватило тело и повернулось к всаднику. Вот, о чём говорил Асе посох. Чародейка тут же подбежала вместе с Умом к Ивану. Голова Ивана сильно кружилась от ран и потерянной крови, но Асе хотя бы удалось это остановить.

- Что, так и будешь стоять? – Усмехнулся всадник над упырём.

Если нечисти и присущи какие-то чувства, то эти слова точно подействовали на упыря. Ему перестали быть интересны прошлые жертвы. Теперь существу хотелось лишь вцепиться когтями в того, кто посмел его обезглавить. Он тут же рванулся с места, за считанные мгновения оказавшись около всадника. Тот, кажется, даже и не заметил этого, как и волк. Упырь замахнулся рукой, чтобы нанести удар, но..

Его тело тут же было разрублено пополам. Упавшая голова, покатившись по земле, взвыло на весь лес.

- Постой, постой.. – Всадник спрыгнул с волка и направился к голове упыря. - Кажется, ты не думал о таком? Хотя, о чём ты можешь думать..

С этими словами он нанёс удар упырю. Существо закричало в последний раз перед тем, как замолчать навсегда. Тело тут же испарилось, а на месте головы остался лишь маленький череп. Всадник повернул голову на Ивана. Теперь он?

Всадник стал медленными шагами приближаться. Его доспехи бились друг об друга, звеня на всю опушку.

- Нужно бежать, - прошептал Асе Иван. - Бери Ума и уходи. Я найду вас позже.

- Но как же ты? – Ася отвернулась, не желая смотреть на приближающегося всадника.

Когда же между ними оставалось расстояние в пол опушки, Иван повысил голос:

- Давай, скорее!

Как бы Ася не хотела оставлять Ваню одного, она всё так же боялась и за свою жизнь. Они с Иваном понимали одно и то же: если у них не получилось ничего сделать упырю, так что они могут противопоставить в бою этому всаднику? В их ситуации, когда Ваня едва сможет стоять на ногах, единственным правильным решением оставалось дать Асе и Уму возможность убежать как можно дальше. Возможно, будь у них больше времени, чем каких-то двадцать жалких шагов, они смогли придумать что-то ещё. Ася схватила посох и, не смотря на Ивана, взяла Ума за поводок и побежала прочь. В какой-то мере царевич завидовал чародейке. Она сможет убежать, продолжить свой путь, или начать новую жизнь. Он хотел забыть всё прошлое, как и Ася. Всё плохое, что было. Смерть матушки, пропажу Василисы. Словно это всё был кошмар, долгий и страшный, но подходящий к концу. Но Иван этого не мог, как и убежать.

Всадник остановился в пяти шагах.

- И ведь стоило меня посылать за таким слабым, как ты.

Иван посмотрел на всадника. Ему не было видно его глаз сквозь доспехи, но царевич точно ощущал презрительный взгляд. Кажется, это конец. Иван никогда не задумывался о мыслях людей перед их смертью. Не всем ведь даются обстоятельства, когда ты знаешь, что умрёшь. О чём же ему думать сейчас? В его голове было абсолютно пусто.

- Вставай, докажи мне, что ты не слабак.

Это последнее, что царевич был готов услышать. С непониманием он взглянул на свой меч, который всадник кинул ему под ноги. Иван было подумал, что тот шутит, но отставил эту мысль, когда всадник стал отходить дальше. Ваня задумался: с одной стороны, ему точно не выжить, если он вступит в схватку, а с другой – прямо сейчас идеальный момент, чтобы сбежать. Иван вновь взглянул на всадника, смотрящего в сторону. Больше для вида царевич трясущимися руками взял меч, а после с огромным усердием встал на ноги. Он потерял много крови, а раны не успели зажить даже после исцелений Аси. Но даже такой шанс выжить давал Ивану надежду. Надежду, которую он был готов поймать.

- Ну, начнём, - всадник повернулся к Ивану.

Однако царевич тут же рванул с поляны. Несмотря на раны, ему почему-то было так легко бежать. Однако единственное, о чём он думал, так это сбежать. Сбежать. Сбежать!..

За считанные мгновения произошло то, от чего царевич не сможет отойти ещё дольше, чем от битвы с упырём. Как и в том самом видении, поляна кругом вспыхнула пламенем. Огонь пошёл так ровно, что не переходил на траву что внутри, что вне поляны. Только языки пламени тянулись к царевичу, будто хотели зажечь его. Иван едва успел остановиться перед огнём, чуть не оказавшись в нём. Не заметил он и всадника около себя. Одним ударом меча тот лишил Ваню двух пальцев на руке.

- Всего два? Удачи тебе не занимать, - проговаривал всадник, пока Иван схватил руку и старался не потерять сознание от боли и собственных криков.

Очередная его рана. Он едва забыл, какова была боль от прошлой, как вдруг подступила новая. Колено царевича согнулось, и тот начал падать вниз, но всадник схватил его за шкирку и отбросил назад. Царевич упал на землю. Кажется, теперь у него были сломаны и кости. Кровь закипала, а потому он уже перестал чувствовать боль от падения. Какую же он испытает, когда адреналин пройдёт? Хотя, судя по приближающемуся всаднику, скоро всё закончится.

Однако на всадника что-то набросилось. То был его волк, теперь уже рвущий доспехи хозяина.

- Ваня, Ваня! – Ася подбежала к Ване и охнула от ужаса, когда увидела его руку, - Боже мой, не стоило тебя оставлять..

На её щеках появились слёзы. Ей стало так стыдно за все мысли о том, чтобы выжить самой, за побег, пусть на который Иван натолкнул сам. Тогда ей стоило приказать ему замолчать и остаться рядом, но не бежать. Теперь же это было по её вине.

- Что это с ним? – Боль Ивана стала проходить, когда Ася стала лечить его, а потому он изумлённо посмотрел на волка, который около огня нападал на всадника.

- Я сама не знаю, мы с Умом оказались перед огнём, а затем появился он.. но цепи с него спали, и теперь ему, кажется, хочется расправиться с обидчиком.

В это время всадник столкнул зверя с себя. Он что-то крикнул, а что – не расслышать, - а затем ударил волка мечом. Тем не менее, от этого волк стал только свирепее. Он вцепился клыками в шлем всадника и продолжал его удерживать даже тогда, когда хозяин наносил по нему удары.

- Нужно ему помочь, - Иван попытался встать.

- Ваня, что это? – Ася указала рукой на его грудь.

На ней уже не было раны. Щека царевича сильно горела, а после того, как перестала, не было раны и на ней. Он не обращал на это никакого внимания. Даже сейчас его волновало только одно. Жизнь уже какой раз даёт ему шанс.

- Прошу, потерпи, - Ваня сказал это так, словно хотел, чтобы волк услышал его, а то и понял.

Пока царевич бежал, он по пути схватил свой меч.

- Идиоты, я убью вас всех! – Восклицал всадник. - Уничтожу всех!

После этого он отбросил волка от себя. Тот лишь тяжело дышал, будто действительно сам не свой, не как зверь. Пока всадник поднимался с колен, Иван замахнулся мечом. Сегодня он уже потерял возможность избавиться от врага, теперь ему нельзя было повторить ни одну из своих ошибок. Вдруг, то ли меч, то ли ещё что, зажёгся белым светом.

- Бей.

Иван опомнился лишь тогда, когда голова всадника упала на землю, а тело уже горело в пламени. У него не было настоящего тела. По мере того, как “доспехи” сгорали, пламя угасало, пока не исчез последний огонёк. Иван осмотрелся: теперь лес был таким же чистым, как и вся эта поляна.

Ася, - а за ней и Ум, - поспешила к Ване. Она стала его внимательно осматривать:

- Что это было? Что это было?! – Она повторяла это раз за разом.

- Что-то не так? – В своём состоянии Иван точно не хотел болтать. Ему хотелось лишь свалиться на землю и либо отдохнуть, либо умереть, но было бы неправильным не отвечать Асе, когда она заботится.

- Тот свет! Как от посоха, но чистый, белый! Это ведь было сияние от тебя, правду говорю, - Ася стала касаться щеки Вани, дивясь исчезновению раны.

- Как странно.. я совсем не могу ничего вспомнить. Только “бей”.

Ася, не понимая ни слова из того, что сказал Ваня, взглянула на него. Тот лишь отвернул голову и посмотрел на волка. Он, весь в новых ранах и крови, разлёгся на поляне. Ася поспешила на помощь теперь к нему. Упав на колени перед волком, она стала искать что-то в своей сумочке.

- Помоги!

Она не смогла открыть рот волку, но с этим помог царевич. Ася быстро залила зелёное содержимое бутылька в рот волка, а после отошла. Неожиданно зверь дрогнул. Его глаза открылись и расширились, а после он встал.

- Спасибо.

Непонятно, кто удивился больше. То ли Ваня и Ася, явно не ожидавшие встретить говорящего волка, то ли сам зверь. Даже Ум перестал щипать траву и подошёл к Асе. Он хотел открыть её сумку, чтобы найти такой бутылёк и себе, но отстал, когда Ваня погладил его по морде.

- Неужели ты говоришь? – Первой спросила Ася, не понимая, в отличие от остальных, насколько это глупый вопрос.

Волк, пропустив вопрос Аси мимо ушей, обратился к Ивану:

- Этот.. человек, по имени Велеслав, с которым тебе довелось в какой-то мере сразиться, был слугой одного могущественного чародея, - Волк закрыл глаза, - Спасибо, что освободили меня от этих чар.

- И Вам.. э..

- Волк, просто Волк.

- И Вам спасибо, Волк, - улыбнулся Ваня, почесав затылок, - меня зовут Ваня, а её – Ася.

- Мне это известно. В конце концов, я слышал и о том, куда вы направляетесь…

- Почему же Вы стали таким? – Спросила Ася.

Волк какое-то время помолчал, задумавшись, но после рассказал:

- Когда-то я сам был простым человеком, но мой дом, моя жизнь – всё, что я имел, было разрушено тем, кто хотел разрушить это и у вас.

- Почему же Вы не стали человеком? – Иван пытался быть как можно вежливее, но продолжал опасаться. Адреналин всё ещё не ушёл, а потому он держал меч наготове.

- Это сотворил со мной чародей. Можно сказать, Вы лишь сделали меня свободным от его контроля, но не проклятия, - объяснился Волк.

- Я.. спасибо, что помог нам, - Иван опустился на траву и закрыл лицо ладонями.

Сегодня произошло так много событий. Целых три раза царевич оказался перед лицом гибели. Он всё ещё видел перед собой ту картину, как сзади всадника пылала настоящая стена пламени. Как Велеслав шёл медленно, покачивая меч из стороны в сторону. В этот момент Ваня наконец понял, что означало “дыхание смерти”. Будто она сама лично спустилась с небес, или поднялась из глубин, чтобы лишить его головы, забрать с собой. К горлу Ивана подступил ком, а глаза стали мокрыми от слёз. Ему было стыдно и за это, но больше – от осознания своей беспомощности.

- Как же.. как же я могу спасти Василису, если совсем ничего не смог сделать?

- Василису? - Спросила Ася.

- Я. Я.. Да. Я не был совсем честен с тобой Ася, даже когда ты помогла мне в первый раз.

Лицо Аси покраснело. Она заикнулась, пытаясь что-то сказать, но вдруг голос Велеслава застал троицу врасплох.

- Теперь я понял, почему ему было это так важно. Я стал первым, кого ты убил своей рукой, но не погубил, - мёртвый громко рассмеялся. С каждой секундой его голос становился тише. - Да, те стариканы, приютившие тебя, громко кричали. Так же будут кричать перед смертью и все, кого ты любишь.

Голос затих. Ася уронила посох на землю и опустила руки. Иван в недоумении посмотрел на волка, но тот лишь покачал головой.

- Ты, ты!.. – Иван схватил меч и направил на волка.

- Нет, прошу, - Ася вцепилась в руку Ивана. - Лн ведь совсем ничего не сделал. Прошу, успокойся.

- Ася.. – Иван посмотрел в её глаза, едва сдерживающие поток слёз. Она отошла тогда, когда царевич опустил меч.

- Велеслав сделал это сам.

- Разве мы можем довериться? – Тем не менее, Иван убрал меч в ножны.

- Ваня, он ведь жертвовал собой ради нас, - неожиданно Ася вернулась. Судя по её лицу, она не проронила ни одной слезинки, - Нам стоит идти дальше, забыв об этом. Волк.. а.. - Ася подняла посох, - Последуйте за нами, прошу Вас.

- Если только этого захочет юноша, - Волк посмотрел на царевича.

Зачем тебе это делать?

- Как минимум, я хочу отомстить тому, кто сотворил это со мной. Да и ведь мне нужно вас как-то отблагодарить.

Иван посмотрел сначала на Асю, а затем и на волка. С одной стороны, нельзя было доверять никому из них, но в то же время каждый в их троице спас друг-другу жизнь хотя бы единожды. Ему стоит быть настороже, однако и не отказываться от помощи, которая может его привести к Василисе. Столько решений и трудностей на него навалилось за несколько дней. Смерть дышала ему в спину, но Ване нужно идти дальше, прямиком в её логово.

- Меня зовут Иван, и я царевич Тридевятого царства., - вздохнул Иван.

Ася, в отличие от Волка, который, как и предполагал Ваня, всё знал, сначала покраснела, а после побелела.

- Ца.. царевич..!

- Да, царевич.

Зачем же ты так далеко отправился?! Ты ведь наследник, да?! - Ася стала бегать вокруг да около, закрыв лицо руками.

- Нет, не наследник, - продолжил объясняться Иван. - И отправился я затем, чтобы спасти любимую девушку.

- Ах.. ох..

Пока Ася спряталась за Умом, а Иван наблюдал за этим, Волк подошёл к нему.

- Простите, если сказал грубо, просто..

- Всё в порядке, я понимаю, - Волк протянул лапу. - Держите.

Он открыл лапу. В ней лежало.. кольцо! Иван испуганно взглянул на руку - и вправду, Велеслав лишил его того пальца, на котором было кольцо, а тот даже не заметил этого. Кто бы вообще заметил?

- Спасибо.. спасибо, - Иван взял кольцо и надел его на другую руку, пару раз покрутив, а после поклонился Волку. - Прошу Вас, последуйте за нами.

- Только если Вы этого хотите..

Ася в это время начала кормить Ума травой, пытаясь вникнуть в происходящее. Когда же Волк и Иван договорились, то она подпрыгнула от счастья. Их путь лежал дальше на запад. Им предстояло пройти лишь болота, чтобы оказаться на западных территориях.

Согласно легенде, раньше в этих местах было большое поселение. Его жители славились своей добротой, которую редко встретишь в царстве сейчас. Трудолюбие, милость ко всему живому и окружающему - это то, что было у каждого из этих людей, которых сейчас нет. Никто точно не знает, почему поселение покинуло эти места, где сейчас располагаются болота: то ли из-за резко ставшего неблагоприятным климата, то ли из-за собственных предрассудков. А, может, они столкнулись с какой-то опасностью? - Водяной. Ваня и Ася изумлённо посмотрели на Волка. Он лежал подле костра, опустив глаза на него. Мягкая и плотная шерсть должна была согревать его, но по тому, как часто он чихал и приближался к огню, становилось ясно, что это было далеко от истины.

- Водяной?

- Уже никто не помнит, как звали тех, кто жил здесь, - он кивнул в сторону болот, раскинувшихся не так далеко. - Но причиной, по которой они исчезли, стал именно он.

- Неужели он их всех.. убил?

Волк промолчал. Его взгляд, поднявшийся на Ваню, но тут же опустившийся на горящие ветки, сказал всё сам. Ася сидела тихо возле спящего Ума, стараясь уснуть и не думать о чём-то таком. Её впечатлительность и излишняя фантазия не давали покоя не только ей, но и остальным. Ваня подпёр щёку рукой. Мало ли было баек, которые родители рассказывают неугомонным детям, чтобы они уснули поскорее? Иван никогда не понимал, зачем это нужно, ведь после каждого рассказа не то, чтобы уснуть, даже моргнуть было страшно.

Водяной был одной из таких легенд. Древнее существо, обитающее в тине и захватывающее каждого, кто решит, что болота ему не по чём. От мысли о встрече с ним царевич дрогнул.

- Не боись, Иван, - сказал волк, - Этой легенде лет в разы больше, чем нам с вами вместе взятыми. Если водяной и есть на свете, то спит крепким сном. Главное его не тревожить.

- И откуда же ты это знаешь?

- Так говорят путешественники, что когда-то попытали удачу здесь. И она им подвернулась, - Волк привстал, - И она улыбнётся нам, если не будем медлить.

- Но ведь сейчас только ночь! - Ваня аж подпрыгнул. - А если мы встретим другую нечисть? Не лучше ли пойти днём?

- Если? - Волк хрипло рассмеялся. Его горло всё ещё болело. - Твои мысли здравы, но здесь не сработают. На болотах нет дней, только ночи. И сейчас наиболее безопасная.

Иван не стал спорить: он не знал столько, сколько Волк.

Как только он потушил огонь, Ася с испугом проснулась. Она стала ошарашенно оглядываться, не понимая, что происходит. Ваня уже не удивлялся, подобные кошмары снились ей с того самого дня. И ему тоже. Царевич каждый раз мотает головой, стараясь отпугнуть воспоминания, но и это не помогает. Он не может забыть тот страх, который вселил в него Велеслав. Волк часто говорил, что Велеслав был лишь выражением жестокости того, кто их направил на Ивана и Асю, того чародея. Он не мог испытывать и не мог вселять в других ничего иного, даже после своей гибели. А ведь раньше Велеслав был настоящим защитником семьи богатых купцов, но что-то явно случилось. Был ли он так же искренне рад, когда убил их своим мечом? Наверное, Иван ещё не видел подобных людей, в отличие от Волка. Всё, что случилось в тот день, заставило его задуматься о тех вещах, что были незнакомы доселе. Он ведь мог остаться дома, забыть о произошедшем с Василисой и жить спокойно.

Однако сейчас царевич продолжает свой путь. И теперь он боится сильнее, чем когда-либо. Боится чудовищ, что могут напасть из ниоткуда. Боится людей, наполненных искренней, первородной жестокостью. Боится смерти, дышащей в спину. Если бы было возможно, он бы хотел спрятаться от всего этого - но Ваня, даже будучи царевичем, остаётся простым человеком. Таким же смертным и хрупким, чьи раны и после того, как чудом затянулись, продолжают болеть. И если он не может скрыться от всего этого, то хотел бы, чтобы жизнь спасла его так же, как случилось тогда. Иван взялся за голову: ему в миг стало стыдно. Его отец, великий Богомир, никогда такого не испытывал. Он своими руками победил всех, кто вставал у него на пути... но ведь сам так сильно горевал после утраты жены. Люди слабы - и это правда.

Даже Велеслав не смог ничего сделать перед смертью. От неё попросту не сбежать, как и от страха, ненависти, любви. Значит, то, что Иван ищет все эти дни, кроется в этом. "Удача подвернулась" - правда, Волк, но в какой-то момент и она встанет к ним спиной. Она спасла Ивана, но то было просто волей случая. Жизнь показала ему, что стоит выше, и теперь он в этом не сомневался. Лёгкое путешествие, о котором царевич так мечтал, разбилось за один день и миг. Тогда, чтобы сделать его легче, Ивану нужно постараться. Нужно стать сильнее.

- Послушай, Волк, - Иван быстро нагнал его. - Ты не слышал никакого голоса, когда мы сражались с Велеславом?

- И часто ты слышишь посторонние голоса?

Иван не мог скрывать, что это прозвучало обидно. От злости и обиды он даже покраснел.

- Эй, я ведь серьёзно! Я помню лишь то, что он сказал мне бить. Тогда я и..

- Убил, - Волк сказал это за царевича, заметив, что тот не может договорить.

- Да, убил, - Иван вздохнул. Он всё ещё не мог смириться с тем, что мог кому-то навредить, а тем более убить.

- Нет, я совершенно ничего не слышал, но, полагаю, это просто твой внутренний голос.

- Так странно, что он сказал это за меня.

- Голоса внутри нас часто говорят то, что не можем мы. А иногда и делают. Он ведь поступил правильно, не так ли? Тогда к чему и переживания?

- Возможно, ты прав..

Не сказать, что Иван думал об этом, потому что считал голос опасностью. Как раз наоборот, он видел в этом возможность стать сильнее, а потому и поинтересовался.

- Скажи, Волк, как мне стать сильнее?

Волк остановился:

- Неужели ты и вправду переживаешь из-за этого, царевич? - Он глянул на того, чтобы увидеть лицо. Однако искренность Ивана заставила Волка продолжить. - Судя по твоим движениям, тебя мало-помалу обучали сражаться.

- Но этого мало. Я не смог победить даже нечисть, как же тогда спасти Василису?

- Ты хочешь стать сильнее, чтобы спасти Василису или чтобы больше не допустить такого?

Вопрос Волка поставил Ваню в тупик. Что он подразумевает? Конечно, Иван хочет спасти Василису - за этим он и отправился в путешествие, - и если для этого и нужно стать сильнее, то царевич готов к любым испытаниям. Но хватит ли этих сил на тот случай, если что-то случится снова?

- Ты увидел силу в жестокости Велеслава, но она его и погубила. Похвально, что хочешь стать сильнее, однако помочь я тебе смогу только наказом упражнений.

- Хорошо, я понял, - Иван опустил руки. - Но я всё равно стану сильнее. И чтобы спасти Василису, и чтобы защитить её.

- Ну, сейчас и проверим твоё рвение.

Они оказались на небольшом берегу возле болот. Иван тут же ухватился за нос: слишком уж ужасно пахло. Туман, больше похожий на покрывало, окутал болото так, что их было практически не видно. Загробная тишина никак не спасала, но по какой-то неведомой причине угнетала. Волк спустился ниже.

- Ася, пойдём, - Иван повернулся к ещё не до конца отошедшей от кошмара чародейке и протянул ей руку, чтобы та не упала на спуске.

Ася замешкалась. В отличие от Вани, у неё не было цели продолжать путь.

- Мне страшно.

С того дня Ася не проронила ни слова. Она стала более нервной, позабыв светлый и лучезарный образ, всё то добро, что излучала собой раньше. Но кто, если не Иван понимал её чувства сейчас?

- Я понимаю..

- Ты не понимаешь! Из-за меня тебя ранили. Я просто хотела помочь, но вынудила тебя отправиться туда и подвергла опасности. Из-за меня их.. убили.. - Ася начала всхлипывать и вытирать глаза от подступивших слёз.

Конечно, больше себя Ивану было жаль ту пожилую пару, которая так по-теплому отнеслась к нему, буквально спасла. Они не заслуживали такой участи, но царевич успел отомстить за них, пусть и не осознавал этого. Ася же не успела ничего сделать - и это чувство вины пожирало её изнутри. Они успели заменить ей родных, но взамен получили смерть - так она видит всё это со стороны. Вряд ли просто поддержкой Иван мог чем-то помочь, но что остаётся в ситуации, когда не поможет ничего? Только словами и пытаться.

- Ася, ты вовсе не виновата.

- Виновата. Ещё как. - Она упала на колени.

- Это Велеслав убил их, а не ты. Ты бы ничем не могла помочь им в тот момент, - пока Иван говорил это, Ася не могла ничего сказать в ответ. Пыталась ли она выбраться из клубка вины, или просто молчала из-за слез, было неважно. - Я понимаю твои чувства. Они не должны были умереть, но вина за это даже больше на мне, чем на тебе. Не вини себя, - он опустился на траву перед ней и взял за плечи. Чародейка до того не смотрела зареванными глазами на царевича, но после - подняла взгляд. - Если ты и чувствуешь вину, которую не загладила и после смерти Велеслава, то попробуй искупить её помощью другим. Уверен, они были бы счастливы, если бы ты сделала это.

Ася отвернулась. Она вытерла слёзы и встала. Два шага туда, два шага назад - и руки в бок, будто к ней чудным образом вернулись силы и добро.

- Хорошо, наверное.. так и есть, - она вздохнула и прижала посох к себе. - Когда Волк встал на нашу сторону, то мне вернулось какое-то воспоминание. Хижина, старая, в лесу, тёмном, страшном.

Иван призадумался: много ли в царстве старых хижин, так ещё и в тёмных страшных лесах?

- Давай так. Помоги мне, чтобы искупить вину, а я помогу тебе разобраться с этим, - Иван встал и снова протянул Асе руку. Она её взяла. Видимо, согласна. А, может, и нет, кто знает эту переменчивую чародейку.

- Идём, идём! - Иван и Ася дружно посмеялись, пока Волк и Ум ждали их внизу.

Пробраться сквозь болота своим ходом было невозможно. Если где и не было тины, которая утаскивает на самое дно, густая вода просто не позволит проплыть дальше метров пяти. А то и встретишь какую нечисть, которая с особым желанием, как охотник, год-другой ждавший свою добычу, утащит тебя за собой.

- Скажи, Волк, как же нам пройти?

- Да вот думаю: вы удивитесь больше, если я расскажу или если вы увидите сами?

- Давай расскажешь! А потом покажешь.

- На лодке, теперь гляди, - Волк указал на болотную гладь.

Что заставило Волка изумиться самому, так это то, что Иван и Ася и вправду удивились. В его глазах они оставались глупыми детишками, которыми и были на деле. Но он и не скрывал особого удовольствия быть некоторым старшим для них.

По болоту, сквозь тину и мрак, легко пробиралась лодка. Сидел в ней окутанный плащом.. скелет?! По крайней мере, дедушка, чьи руки превратились в настоящие кости. Со страхом Ум спрятался за Асю, та - за Ваню, ну, а он нашёл укрытие за спиной Волка. Лишь один Волк, не испугавшись, подошёл к лодке, когда та прибилась к берегу.

- Скажи, старец, довезёшь ли нас до того берегу?

Старик ничего не ответил, но повернулся к слабо горящей лампе. Вдруг шёпот окутал со всех сторон компанию, из-за чего посох Аси сильно загудел в её руках.

- Язык мёртвых, - любезно пояснил Волк, повернувшись. - На нём говорят заклинания. Вы его пока не можете понять, но, видимо, услышать в силах.

- Но разве тебя он понял? Тогда чего не скажет на.. э.. живом?

- Не считает вас равными себе.

Это сильно ударило по настроению Вани и Аси, как будто тяжёлый груз свалился на плечи. Волк же в это время поболтал со старцем, успешно договорившись. Только заходя за Волком и боящейся Асей в лодку, Иван заметил, что она стоит на тине. Задавать вопросов он не стал, старец ведь их всё равно понимал. Когда же нужно было залезть Уму, хозяин лодки встал, взял единственное и лежащее в ней весло и ударил по борту. Лодка тут же стала больше! - Ваня упал, но быстро поднялся под смешки Аси и Волка.

Когда же все сели в лодку, старец достал губную гармошку, размером с его два пальца, и начал в неё гудеть. Тогда то они и отправились с берега на болота. Туман за это время распылился ещё сильнее. Солнца и так было не видно из-за облаков, но сюда оно никак не могло добраться из-за странных высоких деревьев, настолько огромными и близкими друг к другу, что заслоняли небо. Иван посмотрел за борт лодки: они и вправду плыли по тине. Лодка же.. даже не плыла по ним! Они были чуть выше поверхности воды, но лодка всё равно слабо покачивалась, как на настоящей глади. В какой-то момент о борт и вовсе пришёлся удар такой силы, будто от волн.

От этого лодка стала сильно покачиваться из стороны в сторону. Стоящая у борта Ася чуть не упала за него, но Волк схватил её за руку и удержал. После Волк успел немного задремать, Ася побоялась вставать у борта вновь. Иван же, облокотившись, продолжал глядеть в тину, правда, видно было ровно ничего. Но в какой-то момент Иван услышал шёпот, язык мёртвых. Сначала он списал это на болтовню Волка и старца, но по храпу первого и игре на гармошке второго понял, что они тут не при чём. Это заставило закрывшего глаза царевича открыть их и сразу начать будить Асю.

- Ася, Ася!

- Отстань, отстань, - та явно не горела сильным желанием просыпаться, ведь хотела отоспаться за все неспокойные ночи. Но настойчивость Ивана взяла своё. - Ну чего, чего? Разве мы уже приплыли?

- Нет, но..

- Тогда чего будишь?

- Смотри!

Ася посмотрела туда, куда указывал Ваня.

Множество, десятки, сотни светлячков спускались с деревьев вниз. Их зеленоватое свечение заставляло туман исчезать там, куда они подлетят. Лампа старца тоже стала гореть ещё сильнее. В тот миг и сидящие на кувшинках лягушки стали квакать в такт, словно начиналось настоящее болотное представление. Мгла постепенно исчезла, а светлячков становилось больше. Парочку из них подлетели к лодке, интересуясь, что же это проплывает. Иван же, очарованный свечением, потянулся к одному из них, чтобы коснуться..

- Не трогай, - Волк тут же взял Ивана за кафтан.

- Но почему? - Поинтересовалась Ася, когда оба с непониманием глянули на Волка.

- Это ведь просто светлячки, - добавил Иван, будто бы они могли уговорить Волка.

- Эти существа светятся для приманки. Может, они не такие опасные, но могут высосать всю жизнь из тебя, - с каждым словом Волка Иван сам убирал руку от "светлячков", а потому тот отпустил её.

- Видимо, тут ничего трогать нельзя, - Ася расстроилась, хоть и была благодарна Волку за помощь. Возможно, она просто хотела увидеть настоящих светлячков.

Старец лишь глухо рассмеялся, а затем, закашлявшись, о чём-то спросил Волка.

- Нет, - сказал, как отрезал, Волк.

Старца ответ удивил, а затем позабавил так, что посмеялся он ещё сильнее. Постепенно "светлячки" улетели. Они, поняв, что тут их не ждут, отправились дальше, в туман - свечение растворилось в нём. Старец перестал играть на гармошке. Он встал и протянул руку, весло тут же подлетело к нему. Иван не обратил внимание: мало ли, зачем оно ему нужно, вдруг снова расширить лодку, но ведь он им не пользовался до этого. Старец стал водить веслом по глади. На лодку это никак не влияло, она так и плыла своим ходом.

Прошло немало времени, пока они не прибились к берегу. Компания вышла один за другим и, пока Иван осматривался, Волк переговаривался со старцем.

- На такое мы не договаривались, - только с такими словами Волк ушёл от старца.

- Волк, мы точно должны были приплыть сюда? - Иван глянул на него, только тогда Волк всё понял.

И вправду: они находились на маленьком островке среди болот. До ближайшей земли ещё плыть и плыть, так почему они остановились? Он глянул на старца, готовясь в худшему. Тот раскинул руки, мол, "берег есть берег". Вдруг шёпот пошёл отовсюду. Иван тут же вытащил меч из ножен, прикрыв Асю и Ума.

- Ты.. - Волк уже собрался накинуться на старца, когда тот рассмеялся.

Старец снова ударил веслом об борт. Лодка уменьшилась. Ещё один удар - и та исчезла вовсе. Она рассыпалась на множество "светлячков", которые подлетели к компании и стали перешёптываться. Их хаотичное движение прекратилось, когда старец ударил веслом о воду и оно исчезло. Сам он обратился: стал гораздо ниже, из старика-скелета превратившись в достаточно толстую нечисть с больше, чем он сам, шляпой на голове и одним глазом посередине морды. Болванка-карлик явно отличалась умом. "Светлячки" же вернулись к нему, упали на землю. Из исходящего пара они превратились в такое же нелепое чудовище. Близнецы посмеялись, видимо, думая о том, насколько был успешен их план.

Раньше Иван старался удерживать меч в одной руке - это было удобно и давало преимущество в бою, учитывая особенности его оружия. Например, скорость, которая важна в сражении, где на кону каждая лишняя секунда. Но сейчас, когда он лишился двух пальцев на правой руке, царевичу приходилось удерживать меч и левой. Не сказать, что это сильно мешало ему, но было непривычно. Однако во всём есть свои плюсы. Размахивать мечом стало легче, как и отбивать удары - но не те, которые сейчас летели в Ивана.

Он не успел разглядеть, что один из близнецов достал из воды и бросил в их сторону. Царевич постарался размахнуться мечом, однако от непривычки держать его двумя руками, не смог удержать равновесие и пропустил водный снаряд. Хорошо, что меткий на глаз близнец целился не в Асю или самого Ивана, а на землю около них. Плохо было то, что снаряд рассыпался, как только соприкоснулся с землёй. Пошел дым, напоминающий тот, из которого появился второй близнец. Иван попытался занять нужную стойку и вроде даже понял, как стоит удерживать меч для лучшей эффективности, но это было незачем. Дым рассеялся, но ничего страшного, чего ожидали переглянувшиеся Иван и Ася, не случилось.- Утопленники, - Волк, не отворачиваясь от близнецов, подошёл к остальным.- Они подчиняются этим? - Ася указала пальцем на близнецов. Один из них упал на землю, издевательски хохоча, а другой от радости сделал кувырок.- Да, болотникам. Обычно одно болото - один и болотник, но из-за здешнего стыка их несколько. - Значит, может быть и трое?- И больше. Просто смотрите в оба.- Ещё бы разглядеть что.. - Иван снова осмотрелся, но из-за дыма и тумана, играющего на рукам болотникам, ничего не было видно.В какой-то момент один из болотников начал похлопывать в ладоши. Другой же, разинув рот и наблюдая за близнецом, стал пытаться делать так же. В такт у них не получалось.- Ругаются, - пояснил Волк. К счастью, его слух позволял расслышать речь болотников.- Какие они.. глупые, - Иван не мог поверить, что им приходится сражаться с такими слабыми существами, так ещё и находиться в невыгодных условиях!Но болотники были умнее. Они ведь завели жертв в западню и теперь хотели вдоволь наиграться с ней. Когда же близнецы наконец стали хлопать в такт, то снова захохотали. Их смех и шлепки в ладоши эхом разнеслись по болоту, а за ними - шёпот повсюду. Ася вскрикнула и отпрыгнула в сторону. Не меньше испугавшийся Ум потопал копытцами. Утопленники! Они начали вылезать из болот, кто-то макушками и руками, а другие - уже по самые ноги. - Они ещё ничтожнее, но не дайте себя окружить, - Волк не стал глядеть на мерзких тварей, продолжая наблюдать за болотниками. Мало ли что они вычудят, пока сражаются утопленники.Один из существ уже подошёл почти вплотную. Иван тут же взмахнул мечом, лезвием попав в плечо утопленника. Но и этого слабого, неуверенного удара хватило, чтобы рука нежити тут же упала. На глазах она растворилась в воду и впиталась в землю. Утопленник же этого и не заметил. Продолжая издавать непонятные звуки, он дальше шёл на царевича. Отдыхать было некогда, как и целиться, но второй удар Вани пришёлся по ноге утопленника. Тот упал на землю, и, лицом уткнувшись прямо в неё, оставшейся рукой полз. Ум, в очередной раз испугавшись, по случайности задел копытцем голову утопленника. Тот был мёртв. Повторно.Время под водой дало о себе знать: утопленники не отличались от упырей по худобе и выпирающим костям, но были гораздо глупее. Они то и дело спотыкались друг об друга, падали и ломали себе конечности сами. Такие сценки особенно забавляли близнецов, которые начинали хлопать в ладоши еще интенсивнее. Иван успел нанести удары ещё парочке тварей, но быстро устал. Он и подумать не мог, что нечисти станет насколько много: они практически окружили их со стороны берега! - Ваня! - Ася ударила посохом по голове одного из утопленников, которого Иван пропустил. Тот едва не схватил царевича.- Спасибо, Ася, а.. почему ты закрываешь глаза?

- Ох.. я.. - Ася действительно закрывала глаза, чуточку открывая их для того, чтобы увидеть, не бежит ли она на самих утопленников. - Они ведь были людьми. Даже их лица напоминают об этом.- Сейчас они просто твари, - Волк разобрался с гораздо большим количеством утопленников, чем остальные, вместе взятые. - Если не хочешь, чтобы мы померли и присоединились к ним, то не смей жалеть их.В этот момент троица утопленников навалилась на Волка. С сильным рыком он схватил одного из них и тут же раскрошил ему голову. Других - скинул с себя и добил уже на земле, утопленники не отличались манёвренностью. Похоже, у них не было и своего сознания, что уж говорить о других качествах. Их главным преимуществом было количество. Одного убиваешь - и близнецы хлопают в ладоши, направляя ещё трёх. В какой-то момент Ивану показалось, что он не видит даже тумана, только утопленников, идущих на него. Утопленник, утопленник, утопленник! Они просто не кончаются. Сколько же людей умерло в этих болотах, раз их настолько много? Даже Волк начал уставать, что уж говорить про Асю и Ивана, явно не готовых к таким продолжительным сражениям.- Нужно что-то делать с болотниками, - Иван ударил утопленника, подошедшего за спину Волка. Видимо, его силы постепенно заканчивались, а вот болотные твари - нет.Болотников уже не было видно: утопленники совсем закрыли собой любое пространство. Были слышны только их радостные крики и хлопки. - Значит, если сейчас не прорвёмся через эту толпу, то другого шанса не будет, - Волк говорил по большей части себе, рассуждая вслух, но после всё таки повернулся к царевичу. - Я возьму утопленников на себя. Когда прорвёшься, будь аккуратнее и дождись. Стоило Ивану кивнуть, как Волк, собрав последние свои силы, устремился на утопленников. Он тут же разорвал нескольких, но те, до кого не успел добраться, накинулись на него, стараясь уронить. И, к удивлению, у них это получилось! Уставший Волк не смог сдержать равновесие, из-за чего пару утопленников стали кусать его тем, что раньше было их зубами. Ася, несмотря на страх, поспешила на помощь. Иван замешкался. Он хотел помочь Волку, но это бы помешало их плану.- Беги уже! Недовольный голос Волка подействовал. По пути Иван хотел ударить мечом и попасть по ещё паре утопленников, но если бы он это сделал, то упал бы, как и Волк. И вот, пробежав сквозь тварей, царевич оказался вне этого настоящего круга из утопленников. Они будто не обратили на него внимания, устремившись все, как бараны, на Волка, который старался их убивать одного за другим. Иван не знал, на сколько ещё хватит Волка, но если всё продолжится в таком духе и он даже выберется, то не сможет ничем помочь против Болотников из-за усталости и ран. Ване нужно было действовать одному.Болотники, заметив выбежавшего Ваню, стали хлопать не так часто. Один из близнецов вышел ближе, решив разобраться с человеком в одиночку. Он сделал один кувырок на месте - и тут из воды в Ваню полетело несколько снарядов - в этот раз царевичу удалось разрезать один из них. Но что он, что остальные, упавшие на землю, взорвались. Взрывы были не такие уж и сильные, но уставший после сражения с утопленниками Иван всё равно упал на колени. Он подхватил меч дрожащими руками и отразил ещё пару снарядов, уже летящих в него. В этот раз две или даже три бомбы взорвались после рассечения мечом, от взрывов остальных царевич смог увернуться. Болотник оказался раздосадован, особенно после того, как над ним злорадно посмеялся близнец. Решив доказать превосходство и поставить человека на место, нечисть подпрыгнула пару раз и что-то пропела.В воде появилось несколько колонн, возникших со дна. Некоторые даже раздавили утопленников, но болотника это раззадорило ещё сильнее. Он прошептал заклинание - и колонны засветились мерцанием "светлячков". Иван приготовился, но болотник лишь ушёл назад. За него разбираться с человеком вышел братец, видимо, они успели договориться. Тот, использовав ещё одно заклинание, заставил колонны замерцать ещё сильнее.

Утопленники повернулись к свечению, забыв про Волка. Тот сразу разорвал их, но, решив не разбираться со всей толпой, ринулся к Ивану. Болотник хлопнул в ладоши и направил руки на царевича - из колонн образовались мощные потоки воды, которые все, как один, атаковали Ивана. Уворачиваться было некуда: в любой из сторон был поток воды, который тут же бы убил Ваню, так ещё и сами потоки начали бы его преследовать. Иван не знал, что делать в такой ситуации. В тот миг, пока потоки летели до него, царевич постарался придумать способ выбраться так, чтобы не пораниться ещё сильнее. Но он бы травмировал себя в любом случае. И была лишь одна возможность не умереть.Из последних сил царевич побежал прямо на болотника. Тот, явно не ожидая того, что человечишка захочет сам умереть, громко рассмеялся. Но не его близнец, который с криком начал хлопать в ладоши. Перед Иваном стали появляться водные бомбы, которые взрывались прямо перед его лицом. Царевич уворачивался от них, некоторые успевал разрезать, но одна из них успела взорваться. Болотник, управлявший потоками, сбавил их силу - они не убили бы, зато двигались быстрее. Ивана, не успевшего после взрыва встать с земли, один из потоков и настиг.

Пусть болотник и сбавил силы потоков, но они были опасны. Поток снова сбил Ивана с ног - и он, чувствуя жжение от отравленной болотной воды по коже и особенно лицу, куда и пришёлся удар потока, отлетел куда-то в сторону. Прямо в болото. Это рассмешило болотников, но на них набросился Волк. Когда он сбил с ног первого попавшегося, то потоки исчезли, а за ними - и колонны. Ася, пока Волк разбирался с болотниками, подбежала к берегу.Ивана не было видно.Тина и вправду была такой густой, как о ней говорят. Она с радостью приняла Ивана и утаскивала его на самое дно, будто тело не весило совсем ничего. Не сказать, что ему было худо от этого. Его голова, болевшая после удара потока, перестала гудеть. Да и всё его тело больше не болело: мышцы не стонали от боли, раны не жгли, напоминая о прошлой битве, а те, что появились в этой - не заставляли думать о том, насколько он слаб. Его жизнь была здесь совсем бессмысленной, впрочем, как и на суше. Дно ухватывало: за ноги, руки, голову. Она сжимала шею и закрывала глаза. - Всё будет хорошо.- Не нужно беспокоиться.- Ты будешь в порядке.Иван не видел ничего. В кромешной тьме этого дна царила настоящая водяная бездна, другой мир, тот, кто не хочет принимать такого, как Иван. Стоило ему столкнуться с ним пару раз - и он отбросил его. Впринципе, было бы не так плохо умереть здесь.Шёпот, шёпот, шёпот.Стоило ему закрыть глаза, приготовиться к смерти, тому, чтобы, наконец, жилось легче - и снова этот шёпот. - Закройте свой рот, заткнитесь, - Иван готов был убить всех, кто сейчас мешает ему умереть. - Зачем вы это делаете? Оставьте меня в покое!В его руках появился меч. Он сам этого ещё не понял, но его руки, разрезающие сначала дно и воду, а затем всех дьяволов, скрытых здесь, - вполне.- Ненавижу, ненавижу, ненавижу!

Болотник ударил Волка. В один хлопок он стал ростом с ним, от чего удар пришёлся по самой голове Волка. Он ничего не смог противопоставить, а близнецы насмехались. - Волк, Волк! - Ася подоспела к нему упавшему, будто бы это могло его защитить. Её посох стал биться сильнее. Он слабо засветился сиянием, и Ася направила его на близнецов. Однако это ничего не дало. Болотники лишь рассмеялись над такими жалкими противниками, а один из близнецов отбил посох в сторону. Но их смех быстро прекратился. Они начали прислушиваться: что-то явно было не то. Это же почувствовал и Волк. Утопленники в миг разбежались, завыв что есть мочи, и скрылись под водой. Осознав всю опасность, болотники тоже захотели смыться, но было поздно.По ощущениям Иван пробыл на дне целую вечность. На деле же прошло всего пару минут, большую часть которых он опускался и поднимался на дно. Хотя, можно ли считать это дно миром снизу? Там ведь так спокойно и хорошо. Было бы отличным решением туда вернуться.. Та тёмная аура, обвившая Ивана и его меч, заставила болотников испугаться не на шутку.

Поняв, что бежать уже поздно, они решили разобраться с врагом. Близнецы не понимали, что случилось с человеком. Почему он стал таким сильным, хотя был слабее, чем толпа безмозглых утопленников. Бедные, бедные чудовища. Им было не суждено понять, что значит, опускаться на дно, пусть они и прожили на нём всю жизнь. Одного рывка Ивана хватило, чтобы оказаться возле болотника. Существо в испуге упало и встало на колени. - Прошу, прошу, не убивай, - жалкое зрелище, когда болотник стал говорить с человеком на его языке, а то и умолять о пощаде. - Не надо, не надо!- Ты не ровня мне.Болотник не успел среагировать - как вдруг меч разрубил его пополам. Он перестал радоваться, стал пугаться, когда сам оказался добычей. С такой гримасой он и умер.Другой близнец вскипел от злости. Он хотел мести, хотел крови того, кто убил его брата. Эти существа много лет прожили здесь, заманивая и убивая путешественников. Над каждым из них они измывались, каждого мучали. До болотников не доходило, насколько сильной удачей в их случае была быстрая смерть. Оставшийся близнец попытался вновь создать колонны, но не смог. Он попытался снова. Дно просто не позволяло ему. Оно насмехалось над ним, ведь позволило играться долго, но настал час платить за это. Но Иван не обращал на него внимание. Он повернулся к Асе и Волку.- В.. Ваня? - Ася была напугана, увидев полные тьмы глаза Ивана, поняла, что это не он.То существо, вернувшееся со дна в теле Ивана, подняло меч. Оно хотело разрубить их так же, как болотника.- Мне не нравится лишний шум.Чей-то голос пронёсся по всем болотам. Он множество раз раздался эхом перед тем, как его хозяин медленно вышел из воды. Та тёмная аура, поспевшая за худым юношей, длинные и мокрые волосы которого немного закрывали его лицо, заставила остановиться всех. Его чёрное длинное одеяние до самой земли было украшено слабо заметными узорами. Уши заострены, глаза прищурены, как ото сна.

Болотник понял, что это конец. Волк попытался двинуться с места, но давящая аура буквально приковала к земле, не позволяя шелохнуться. Парень, вышедший из воды, медленным шагом начал приближаться. Он неохотно убрал волосы с лица, чтобы посмотреть, что происходит. - Г.. госпо.. ди-дин, - второй болотник тоже упал на колени. В этот раз перед незнакомцем, появившемся из воды.- Водяной, - прошептал Волк.- Водяной? - Иван хотел повернуть голову, но какая-то мёртвая сила не позволяла ему ничего сделать даже с такой мощью, как сейчас.Водяной убрал руки за спину, когда повернулся к тому, кто назвал его господином. - А, это ты, - он стал злее, когда понял, что это болотник.- Да, да, прошу Вас, господин, эти люди, они!.. - Ты считаешь, что можешь говорить по своему усмотрению?Болотник, к удивлению, побледнел. Наверное, он и сам не знал, что способен на это. Он начал заикаться, когда хотел что-то сказать, но что? Нельзя ни перечить, ни даже говорить. Да, точно, нужно принести извинения и людей в жертву! Но когда нечисть подняла глаза на Водяного, тот щёлкнул пальцами и голова Болотника взорвалась.

Остальное тело упало и растворилось. Не став наблюдать за этим, Водяной повернулся. Теперь он смотрел на компанию.Непонятно, что было страшнее. Его высасывающая душу аура или холодный, бесчувственный взгляд. Даже стоя спиной к нему, Иван стал ощущать страх. И в такой момент он уронил меч. Царевич стал постепенно возвращать контроль над своим телом, но стоило мышцам расслабиться.. - Значит, ты смог, - Водяной оказался возле Ивана. Теперь тот в полной мере чувствовал давление тёмной ауры. Тело хотело и подлететь в небо, и пробить землю одновременно. Все чувства обострились, а мир всё замедлялся. Словно ничего, кроме их разговора, вокруг не происходило, хоть это и было не так. Водяной сделал круг вокруг Ивана, осмотрев его. Царевич успел глянуть в глаза Водяного, что было ошибкой. Пусть совсем и не отличишь его от простого человека, но было в нём то тёмное, та грань, которая делала его нечистью. Само сознание Водяного, мысли, взгляд - всё находилось на ином уровне, в другом, мёртвом мире.- Я бы мог убить тебя сейчас.Иван поднял глаза на Водяного перед ним. С этим существом нельзя быть шутить, одно неосторожное слово - и не успеешь попрощаться с близкими. Но от подбора правильных выражений волнения появлялось ещё больше. Оно подступало к горлу сильнее, чем тёмная аура, заставляя ошибаться. И Водяной это понимал. Сейчас, в таком состоянии, Иван ощущал силу Водяного в полной мере, однако было что-то не так. Он не жаждал убивать.- Но я не стану, - он отошёл от царевича. - Похоже, ты настолько отчаялся, что связался с ними.- С кем? - Иван не выдержал. Слова вырвались из него, кровью подписали ему смертный приговор. Перепугались и Ася с Волком, надеющиеся, что до них очередь не дойдёт.- С твоими демонами, - Водяной вновь осмотрел Ивана и сделал ещё один круг вокруг. - Не знаю, стоит ли тебе себя хвалить, раз вынудил подняться меня. Когда вы меня разбудили, я собирался вас убить, но..- Но..- Но я не стану, - он сказал те же самые слова. Это немного подбило Ивана, и так не знавшего, как реагировать на Водяного. По его виду и не скажешь, что он какое-то древнее чудовище из сказок, убивающее всех, кто зайдёт на его болота. Скорее, просто не любит вмешиваться в то, что происходит вокруг. Водяной убрал волосы за свои заострённые уши, чтобы они не мешали.- Значит, ты нас отпустишь? - Ваня стал смелее. Чего же молчать, если разрешают говорить?- С чего ты взял? - Ну, раз не убьёшь, значит отпустишь.- Ты не боишься, что я превращу тебя в утопленника? - Водяной ткнул Ваню пальцем в лоб, от чего он не сдержался и упал на землю.- Ну, было бы хорошо стать болотником.. они смешные.- Хочешь, чтобы и твоя пустая башка взорвалась?Волк и Ася наблюдали, не рискуя что-то выдать. Они уже перекрестились по два раза после каждой фразы Вани и ещё больше успели попрощаться, глянув друг на друга. - Идиот, - Водяной уже не мог терпеть царевича, а потому от его глупости ударил себя по лбу.- А сам то..Ася и Волк были готовы ко всему, правда, кроме этого. Свистнув, Волк стал медленно двигаться назад, чтобы их не заметили. Как-нибудь спасут Ивана, когда выберутся сами.- Видно, ты совсем потерял страх. Водяной щёлкнул пальцами, от чего сильный поток ауры обрушился на окружающих. Волк перестал двигаться, а Иван прижался к земле. Аура, устремляясь в него, грозилась его раздавить. Но особо ничего не происходило, помимо того, что из носа царевича пошла небольшая струйка крови. Водяной подошёл к прижатому Ване и опустился ниже:- Думаешь, я тебя пощажу? Болотником? Размечтался. Станешь грибом.. - не успел Водяной договорить угрозу, как вдруг в его лицо прилетел кулак.Водяной не сдвинулся с места. Он выпрямился так, как мог, и поднял смеющегося Ивана за шиворот. Перестал смеяться царевич после того, как в ответ прилетел удар, что тот аж отлетел. Водяной, довольный собой, потёр руки и глянул на Асю и Волка. Те, уже потерявшие сердца в пятках, и не знали, как умереть. Но Водяной молча прошёл к вставшему Ивану.- Ты можешь описать то, что видел на дне?

- А.. ну.. - Ваня и не мог ничего вспомнить. Перед глазами мелькали какие-то обрывки, но из них не получалось составить цельную картину.- Жаль, - Водяной явно был разочарован, а потому стал нервно убирать свои волосы, хоть они и не мешались. - И с чего ты решил, что можешь ударить?- Ну-у, ты ведь не убьёшь меня. Если бы хотел, то давно бы это сделал, да и сам так сказал! Водяной несколько удивился. Его уши приподнялись, будто не верили услышанному и хотели, чтобы Иван это повторил снова.- Какая... - Водяной опять ударил себя по лбу. - Идиотская причина. Ване хотелось бы почувствовать давление ауры снова, только в этот раз, чтобы она раздавила его, пока он не убил себя от стыда.- Не знаю, откуда у тебя взялись настолько бредовые мысли, но в какой-то мере ты прав, - Водяной вздохнул, неохотно признавая правоту царевича, а затем указал на Волка. - Эта тварь. Не она ли слуга того, кто на тебя напал?По Волку было видно, как он перепугался. Кто бы мог подумать, что такой сильный и храбрый, как он, может испугаться хилого утопленника? Ну, если можно назвать Водяного таковым.- Не называй его так! Волк больше не слуга Велеслава. Он помогает нам, - Иван был готов ударить Водяного снова, но тот, предвидев это, аурой уронил царевича на землю.- Разве я говорю об этом уроде в доспехах? - Водяной опустился ниже. - Тебе знакомо такое имя, как Морок?Стоило Водяному произнести это имя, как деревья на болотах стали шататься из стороны в сторону. Начал подниматься сильный ветер, который быстро стих, успев только напугать. Голова Ивана же вновь загудела, но это можно было списать на давление ауры, так ещё и после боя.- Нет.. наверное.. - Ясно, - Водяной встал, позволив подняться и Ивану. - В таком случае, ступай. Не утонешь в болотах - повезёт.С этими словами Водяной направился к воде. Он устало зевнул, готовясь к очередному сну. Но Ване что-то не давало покоя. То, что случилось с ним сегодня - бывает далеко не каждый день. Это в разы страшнее и опаснее, чем произошедшее в лесу. И теперь, когда он может узнать ответы, Иван просто упустит такую возможность?- Постой! - Иван еле догнал Водяного, тот успел уйти на приличное расстояние. - Постой, ты не можешь просто так уйти! Мне нужно о многом тебя спросить и..- Не стоит придумывать себе лишнего, я узнал то, что хотел, - Водяной теперь и не смотрел на Ивана, что уж говорить о том, чтобы остановиться.- Но.. но.. эти силы. Я не знаю, к кому ещё обратиться за помощью.- Любой чародей или шаман. Обычно в лесу. Если не изгонят тебя, то помогут.- Но откуда у меня эти силы? Как ими управлять? Кто такой Морок?Водяной остановился. Он уже успел зайти в воду, но повернулся к Ивану и подошёл к нему.- Послушай, И.. Ив..- Ваня.- Слушай меня внимательно. Не нужно произносить его имя просто так, - Водяной немного осмотрелся, а после схватил Ивана за плечи. - Давай так. Я помогу тебе, однако взамен поможешь мне.- О.. ну.. и как?- Убьёшь себя.Царевич опешил. Он мельком глянул на Волка и Асю, нашедших Ума и стоящих поодаль, а затем на Водяного. Говорил он вполне серьёзно.- Ладно, не пугайся. Не в том смысле. Я помогу тебе с тем, что сидит внутри тебя, но только затем, чтобы ты это уничтожил своими руками. - Но..- Ты не согласен?- Но с их помощью я смогу спасти Василису.- Идиот! - Водяной толкнул Ивана в воду и затем отошёл, схватившись руками за голову. Он немного подумал, а затем вернулся. - Хорошо. Я помогу тебе со спасением Василисы, если ты сделаешь то, что говорю я.Ваня призадумался: нет ли какого-то подвоха в словах Водяного? Всё, что сейчас он говорит, не совсем ясно царевичу. Но если тот и вправду может помочь и с поиском Василисы, и с силами, то нельзя упускать такой шанс.- Хорошо, я согласен.Водяной протянул руку. Он щёлкнул пальцами и вода вокруг них загорелась ярко-зелёным пламенем. - Заключим контракт. Я помогу тебе спасти Василису, а ты - убьёшь демонов внутри себя. Спасением Василисы будет считаться объятие того, кого ты считаешь Василисой. Уничтожением демонов освобождение от них разума и тела, а после - запечатывание.

Иван хотел пожать руку Водяного, но..- Постой, что значит "кого я считаю Василисой"?- Для демонического контракта нужно обязательное условие его выполнения. У тебя ведь одна Василиса, не так ли?- И что будет, если не выполнить его?- Умрёшь.Ваня не знал, стоит ли соглашаться. Это может быть опаснее, чем кажется. Но что ему остаётся, если таковы условия? Водяной тоже не может не помочь ему. Иван посмотрел на Водяного вновь: он оказался совсем не таким, как его представляли. Водяной нервничал по любому поводу, и был ближе к людям, чем чудовищам, даже тем, кто ему поклонялся.

Они пожали руки. Языки пламени тут же подлетели в небо - а после, превратившись то в дым, то в "светлячков", исчезли. Когда царевич вылез из воды, к нему подбежали Ася и Волк.- Ты в порядке? - Ася сразу бросилась осматривать Ивана, но, не найдя ран, с удивлением глянула на него.Волк всё ещё сторонился и находился в напряжении, особенно видя, как к ним приближается Водяной.- В порядке, в порядке, спасибо, - Иван посмеялся. Ему стало щекотно, когда Ася стала смотреть руки на наличие ран. - Оу, он теперь с нами.- Что? - Волк разинул рот.- Что? - Ася не осталась в стороне.Умел бы Ум говорить - высказался бы тоже. - Если вы против.. - Водяной отошёл назад в воду.- Нет, нет, всё хорошо, - Ваня схватил его за руку и потянул назад. У него не получилось даже сдвинуть Водяного с места, зато удалось снова упасть в воду. - Я объясню всё потом.Водяной ушёл в воду, отмахнувшись. Ваня было подумал, что тот решил уйти, но Водяной назвал его идиотом и напомнил о контракте. - Контракт, значит.. - Волк явно остался недоволен исходом, что не скрыл, когда Иван подошёл к ним. - Что он сказал тебе?- Ну, э.. что он поможет спасти Василису.- Что взамен?- Что я должен избавиться от того, что внутри меня. Ну, этих.. демонов.Волк нахмурился. Он не стал что-то ещё говорить и отошёл. За ним поспешил и Ум, а Ася осталась рядом с Ваней. Она всё ещё была напугана, но больше, чем испугалась - волновалась о нём.- Что-то не так? - Иван был обеспокоен поведением Волка.- Просто думаю об этом контракте. Это опасно, тем более на такие вещи, - он стоял и смотрел на то, как с воды выходит Водяной.- Я не думаю, что он навредит нам. - У тебя есть доказательства?- Нет, но.. ничего больше нам не остаётся. Он сказал, что поможет мне стать сильнее. И я готов стремиться к этому.- Значит, твоё рвение не прошло даром, - припомнила Волку Ася, от чего рассмеялась и сама, и Ваня вместе с ней. Их хохот оставил в непонимании подошедшего Водяного и озадаченного Волка.

Маленькие, худощавые ручонки мальчика едва позволяли ему взять хотя бы стакан. Последний раз он ел три дня назад, когда отец, уснув пьяный за столом, по случайности уронил кусок зачерствевшего хлеба на пол. Мальчик сначала не решался взять его, но голод, сжирающий изнутри, взял верх. За этот кусок его особенно сильно бил своей большой рукой отец. Синяки всё ещё болели. Лишь только воспоминания о маленьком куске хлеба, от мыслей о котором всё ещё, спустя пару дней, текут слюни, помогли ему пережить это. Лет ему было совсем немного: двенадцать лет отроду, для их деревни это означало, что он готов впервые в жизни взять в руки косу, отправившись с отцом на принадлежащие им урожайные земли. В это время мать семейства занималась бы другими детьми или же следила за малым скотом, прибралась дома, хранила его очаг. Однако, вот уже прошёл полудень, но мальчик так и не отправился с отцом на территорию. Нет, непогода была здесь совершенно не при чём. Возможно, проблема заключалась в том, что отец вновь вернулся домой поздно, напившись дрянного пойла, а сейчас - старался отойти от ночных похождений. Или в том, что их землю, приносящей хоть какие-то деньги за урожай, он продал, чтобы, как и в любой другой вечер, купить себе выпить.Облаков, за уходом которых мальчик с интересом наблюдал утром, не осталось. Потускневшее небо совсем расстроилось и "начало плакать". Так говорила мальчику его матушка. Тот поправлял её, говоря, что это просто дождь, так по-детски не понимая, что она всего лишь шутит. Матушка лишь тихонько смеялась в ответ. Стоя под проливным дождём, которому так сильно радовались жители деревни, ожидающие урожай, мальчик управлялся лопатой. Она была ростом с него самого и принадлежала его отцу. Чуть дальше от дома, под деревом, где они любили гулять с матушкой, мальчик что-то копал, стараясь не падать из-за большой лопаты и грязи.- Водяной!Голос Ивана уже часом надоел Водяному, который беспрерывно отвечал на самые глупые вопросы, которые только мог придумать царевич. Похлопав глазами, Водяной повернулся к Ивану:- Чего тебе? - Спрашивал он с нескрываемым раздражением.- А вот головы Горыныча... они все были мужчинами?Водяной не знал, что ответить. Волк в это время прошёл дальше по тропе, чтобы посмотреть, куда следовать. Ася же уговаривала Ума поесть местные травы, хотя тот категорически отказывался.- Вот скажи, - Водяной ткнул Ваню в лоб. - Неужели я такой идиот?- Не называй себя так! - Иван ойкнул.- Тогда как эти два идиота могли проиграть такому, как ты? Иван не понял, что его оскорбили. Он чесал свой лоб, по-глупому высунув язык, что подтвердило слова Водяного. Он вздохнул:- Нет, одна голова была женской.- И как же они..- Не спрашивай меня об этом. Я видел Горыныча лишь один раз, и то было во сне.- Но куда же они делись?- Повторю ещё раз. И Горыныч, и большая часть чародеев, и Рысь-поле... кто там ещё был?- Кикиморы!- И кикиморы. Все они давно погибли, - увидев, что Иван хочет задать ещё один вопрос, Водяной опередил его. - И я не знаю как и почему.Большая часть болот принадлежала Водяному. Поначалу он сказал, что остальные будут добираться самостоятельно, но после того, как Ася и Ваня чуть не расплакались, всё таки щелчками создал тропу, проходящую прямо по тине. Ася не пришлось долго привыкать к компании Водяного. Она быстро вошла во вкус шуток над ним вместе с Ваней и перестала его бояться. Волк же не доверял ему. Он то и дело следил за Водяным и каждым его действием, не признавая в нём товарища. Водяному было несколько неспокойно от этого, особенно постоянных взглядов на себе. Если дело и доходило до их разговора, то обычно они ругались, чуть ли не дерясь. Благо Ася и Ваня вовремя оттаскивали не путевых друзей. Конечно, после того, как вдоволь посмеялись над ними.- Вернёмся к тренировкам, - Водяной не давал лишний раз отдыхать Ивану. - Осталось совсем немного времени.- Опять?! Давай отдохнём! - Нет, - Водяной взял его за шкирку и потащил подальше от остальных, оставив Асю провожать их взглядом.- Он ведь хочет нам помочь, - она повернулась к Волку.- Лишь маска.

- А по-моему он честный. Нервный, конечно, но говорит правду.- Раз уж я решился защищать его, то не могу допустить, чтобы к нему прикоснулся один из Князей. - Волк прикрыл глаза, когда Ася надела на него венок.- Князей? - Она переспросила.- Князи Тьмы, - пояснил Водяной, пока недотёпа по имени Иван не понимал, о чём речь. Они отошли подальше, чтобы не мешать остальным. - Дно, которое пыталось завладеть тобой, является лишь местом, где собирается тьма. И раз в пару веков она выбирает себе того, кто будет нести её волю. Их и зовут Князями Тьмы.- Значит, они самые сильные? - Иван поднялся с земли и достал меч. Водяной кивнул. - И ты тоже Князь?- Да. Помимо меня есть несколько, но о них не говорят, - Водяной, убедившись, что Иван встал в стойку, направил на него водные порезы. Они были остры настолько, что могли поранить, но ослаблены так, чтобы разбились при касании меча. - Морок тоже Князь Тьмы.- Морок, Морок..Иван не мог сосредоточиться на разговоре во время битвы. За пару дней он смог привыкнуть к стойке с мечом в двух руках, как и к атакам Водяного. Обычно он создавал из воды настоящие разрезы, но, видя, что Ваня с ними справляется, атаковал иначе. Тогда Иван падал на землю, признавая проигрыш, но сейчас был готов. Так и случилось. Когда царевич разрубил мечом разрезы, Водяной создал небольшие водяные потоки. От них Иван увернулся в сторону, а по одному даже попал лезвием.- Морок, - после потоков они стали ходить по кругу, ожидая, кто же первый нанесёт следующий удар. - Что он тебе сделал такого, раз ты всегда о нём думаешь? Кто он вообще такой?- Он стал Князем ещё раньше меня, - Водяной жестом разрешил Ивану нападать первым. - Его способность заключается в изменении облика.- Ого! - Иван попытался ударить мечом Водяного, но тот с лёгкостью увернулся, а после - сразу создал ещё одни разрезы прямо перед лицом Ивана. Тот, не ожидая такого, еле защитился, прикрывшись лезвием. - Мне бы такую способность.. Но что он всё таки сделал?- Не знаю, чего он хочет. Но в последнюю нашу встречу Морок ясно дал понять, что что-то грядёт. И причём связанное с тобой.Водяной не стал давать Ивану время отдохнуть. Он тут же напал снова, каждый его удар, блокируемым Иваном, заставлял царевича двигаться назад. В конце Водяной поднял ногу и с помощью неё создал водный поток. Царевич не успел увернуться от атаки, из-за чего едва не упал на землю. Лишившийся даже малейшей жалости Водяной не терял времени. Он начал наносить очередные удары, в этот раз чудом усиленные образованной водой. Царевич, стараясь угадать, куда придётся атака, решил, что она будет в руки. - Ха, - предвкушая очередную маленькую победу, Иван сделал блок на руки.- Не угадал, - удар Водяного пришёлся на ноги Ивана! Он тут же упал, потеряв меч. Водяной же направил кулак на горло царевича. - Тебе нужно защищать всё своё тело, а не только определённые части.- Да-да, но я с одним мечом, а ты используешь магию. Я ведь уже готов!- Уверен?- Да!- Хорошо, - Водяной вздохнул. - Приглядись: видишь ауру вокруг меня?Иван прищурился глаза. Как бы он не старался глядеть на Водяного, ему ничего не было видно. Да и что он вообще должен быть увидеть? Что из себя представляет аура? Волк говорил, что это поток магии, окутывающий тело, но Иван никак не мог это вообразить. - Видимо, нет, - Водяной призадумался. Он и не знал, как объяснить понятнее. - По крайней мере, ты её чувствуешь, не так ли?- А, ну.. - только сейчас Иван понял, что не чувствует давление ауры, которое было тогда. - Пусть мы и покидаем болота и моей силы становится меньше, я не думаю, что её настолько мало, - Водяной протянул ладони и образовал водную сферу. - Это может означать только то, что твои тело и дух привыкли к ней.- Вот так просто?- Через пару дней ты будешь чувствовать себя хуже, а ещё неделю - можешь умереть.- Это.. не звучит успокаивающе.- Я и не успокаивал, - Водяной направил сферу к Ивану. - В тренировках ты постоянно имеешь связь с магией, что позволяет установить с ней связь быстрее и лучше.- Это когда ты меня атакуешь?

- Не перебивай. То, что внутри тебя демоны, даёт возможность управлять любой магией, но получаться у тебя будет не так хорошо.- Почему же?- Одно дело, когда чародей концентрирует всю силу и время на изучение одного дела - и у него это получается. В итоге он развивает только его, благодаря чему силён. Ты же распыляешься на несколько направлений, из-за чего не так силён в каком-то из них. Да и магия твоя..- Чего?- Защитная, - Водяной убрал волосы за уши, - То, что твои раны быстро заживают, это хорошо, но вряд ли ты сможешь усиливать свои атаки с помощью магии. - Выходит, я могу только защищаться ей?- Не только. - Тогда чего путаешь?! - Иван разозлился. Он и так понимал далеко не всё, особенно в том, о чём слышит чуть ли не в первый раз в жизни, а тут ещё это.Водяной притянул сферу к себе, а затем отправил её кружиться вокруг Ивана. Она с каждым круглом становилась больше, а затем перестала двигаться перед ним. - Коснись.Иван протянул руки - и тут сфера, которая была чистой, как синее небо, стала темнеть. От испуга царевич убрал руки, и сфера вернулась в прежнее состояние. Он посмотрел на Водяного, и после кивка того решил попробовать снова. Пусть и неуверенно, но царевич коснулся сферы. Та вновь почернела, в этот раз став совсем тёмной. На ней начали появляться различные узоры, смысл которых Ивану был непонятен. - Хорошо, - Водяной забрал сферу к себе. Она осталась тёмной. - Пойдём. И не спрашивай куда.Возвращаясь к тому, что большая часть болот принадлежала Водяному, можно вспомнить о том, что некоторые путешественники всё таки выбирались отсюда. Можно сказать, им сказочно повезло, ведь попали они, сами того не понимая, на Светлые Ручья. Здесь власти Водяного не было, но был другой управленец. Водяной и Иван прошли пару замысловатых троп, пока, казалось, не пришли в тупик. Вода за это время стала светлой, а деревья резко изменились на ивы и берёзы. Вместо квакающих лягушек и стрекоз пели птицы, Ивану показалось, что это были соловьи.- Все ручьи мира приходят сюда. Откройся же, о дивный мир, - было видно, как Водяному не хотелось произносить эти слова, но он всё таки их прошептал.- Кажется, тебе нужна помощь, Водяной? - Тоненький женский голосок ввёл царевича в ступор. Он попытался найти его источник, но самому сделать это не удалось. Тогда Водяной взял его за голову и направил её на светлую кувшинку у воды. Там сидела маленькая лягушка. Иван пригляделся и покраснел: ему стало смешно, когда он увидел на лягушке маленькую коронку - почти такую же, которую носит его отец. Сама лягушка была ростом с его мизинец, интересно, как же её было слышно?- Да-да.. - Водяной хлопнул себя по лбу. Ему было тяжко говорить об этом.- Ты не приходил ко мне уж как пятьдесят лет, и вдруг заявился. Я уж думала обидеться на тебя, - лягушка сначала не замечала Ивана, наверное, потому что он сам не увидел её, но затем всё же повернулась к нему. - О, а что это за юноша с тобой?- Меня зовут Ваня! - Иван представился, не дав вставить слово Водяному. Он протянул руку лягушке и оттопырил мизинчик.- Приятно познакомиться, Ваня! Ну, а я Царевна-лягушка, - она ткнула мизинчик царевича. Он даже не ощутил этого, а потому убрал руку только после того, как словил не понимающий взгляд Водяного. - Ну, и зачем же Вы пожаловали? - Она была недовольна и демонстрировала это, как могла.- Поговорим об этом позже, а пока взгляни, - Водяной протянул ей сферу. Царевна-лягушка, протянув лапку, начала вращать сферу. Она о чём-то задумалась, иногда поглядывала то на Водяного, то на Ивана. Какое-то время Царевна-лягушка ещё рассматривала узоры, но после обратилась к царевичу.- Эти узоры говорят о многом. Ты кого-то ищешь, не так ли?- Да, её зовут Василиса.- Ты на верном пути, - Иван начал радоваться от слов Царевны-лягушки, но та нахмурилась. - Но это слишком опасно. Даже для меня. - Приходил Морок.После упоминания Морока птицы замолчали. Царевна-лягушка удивилась и ещё больше испугалась. Она взглянула на Водяного, не желая верить в это, но тот молча кивнул. Это было правдой.

- Тогда всё ясно, - Царевна-лягушка посмотрела узоры снова. - Скажи, Ваня, ты уже использовал свои силы, не так ли?- Да, вчера.- Я говорю о других силах.Иван вновь не понимал, о чём ему говорят. Он посмотрел на Водяного, ожидающего его ответа, а затем на Царевну-лягушку. - А! - Немного подумав, царевич вспомнил. - Когда я сражался с Велеславом, то услышал какой-то голос. После этого я и срубил Велеславу голову.- Голос, мужской ли?- Мужской.- Это очень многое меняет. Кажется, началось, - Царевна-лягушка перепрыгнула в сторону. - Ты не против?- Нет, - ответил Водяной.- Пойдем, Иван, мне стоит многое тебе прояснить.

Иван посмотрел на Водяного.- Иди.Царевич отправился следом за прыгающей по кувшинкам лягушке. Не сказать, что было приятно мочить ноги и обувь в воде, но другого пути и не было. Они вышли к большой поляне. Как только Иван ступил на неё, цветы раскрылись, радостно приветствуя.- 300 лет назад в Тридевятом царстве началась смута, - Лягушка продолжала вести сферу и Ивана за собой. - Она была связана со смертью тогдашнего государя и его жены. Их маленький сын Даниил не мог править, а потому началась борьба за власть между боярами. Спустя десять с лишним лет к власти пришёл человек, которого ныне называют Кощеем. - Значит, Кощей был человеком?- Это скрыто в веках. Возможно, он убил Даниила и решил выдать себя за него. Это не составило труда, как и взять власть. Его правление, длиной в пятнадцать тяжёлых лет, было одним из худших за всю историю царства.Не проходило ни дня без того, чтобы на площади столицы прошли казни хотя бы пары человек. Придя к власти, он убил всех бояр, неугодных и противящихся. Но его запечатали. Пара человек смогла победить Кощея, есть и не без потерь. С того момента началась Вторая смута, закончить которую смог твой отец.Иван начал испытывать ещё большую гордость, узнав, насколько важными были подвиги Богомира. Ему мало рассказывали об этом воспитатели, а уж тем более родители, хотя это было главными достижениями всей его семьи.- Значит, Кощей тоже был одним из Князей? - И остаётся. Его не смогли убить, лишь запечатать. Тогда погиб один из юношей, который и пожертвовал свою жизнь победе над Кощеем. И я подозреваю, что, во-первых, это и был Даниил, а во-вторых, он тот дух, что находится сейчас в тебе.

Иван взглянул на руки:- Выходит, это и есть тот голос?- Да, но он борется с той другой сущностью внутри тебя, - Царевна-лягушка протянула сферу. - И, судя по всему, после её высвобождения в последний раз она стала побеждать.Иван посмотрел на водную сферу и взял её в ладони. Значит, загадка его силы таится в духе Даниила? Если это так, то царевичу нужно помочь ему, во что бы то ни стало.- И как же мне вернуть его?- Тебе придётся войти в своё сознание, и я могу помочь с этим.- Почему Вы мне помогаете?Царевна-лягушка снова нахмурилась. Ей был не по душе этот вопрос.- Потому что царство под угрозой. Если Морок начал действовать так активно, что пришёл на болота и отправил за тобой Велеслава, значит готовится к чему-то большему. К тому же, проявились твои силы. Надеюсь, этого достаточно, - она отчитала Ивана и снова стала более мягко. - Прошу, пройди сюда.Иван, уже без лишних вопросов, прошёл следом. Заклинанием Царевна-лягушка создала большой водный купол. Он был похож на сферу, однако крупнее и прозрачнее, чем она в обычном виде. По кивку Царевны-лягушки Иван оставил сферу и протянул руки к куполу. Он не поменял своего цвета. Проверив, всё ли в порядке и удостоверившись с помощью реакции Царевны-лягушки, Иван вошёл в купол. Внутри купол перестал быть прозрачным. Вероятно, Ивана было видно снаружи, но внутри он - лишь водный барьер, окружающий купол. Внимание царевича привлекла тень ростом с него самого, стоящая на полянке. Её блики вместо глаз загорелись, когда он вошёл в купол. Не успел Иван сделать что-то, как вдруг тень сорвалась с места и набросилась на него. В её руках появился меч, такой же тёмный, как и она сама. Двигалась тень так быстро, что Иван едва заметил движения противника. Он увернулся, но если бы опешил ещё на секунду - лишился бы головы.

- Что ты такое? - Иван попытался заговорить с тенью, но та, не ответив, набросилась вновь.У него не было меча с собой, поэтому оставалось лишь уворачиваться. Зрительно казалось, что тень становилась всё быстрее и быстрее с каждым взмахом меча, хотя на деле, как понял Иван, это было не так. В какой-то момент тень ударила сразу несколько раз и даже попала по штанам Ивана, разрезав их. По какой-то причине она не целилась в ноги, и царевич решил действовать.Он собирался сбить тень с ног - а потому попытался навалиться на неё всей тяжестью тела, вряд ли бы обычные подножки помогли. Царевич, не став убегать от тени, схватился за неё, но та.. пропала! Она тут же переместилась и появилась сзади Ивана, взмахнув мечом.

Он увернулся, однако по его щеке пошла кровь. И тут Иван понял, в чём дело: появилась вторая тень. Теперь их стояло двое перед ним.- Двое на одного как-то нечестно, - тени тут же напали на Ивана.- В целом, согласен.Тут же одну из теней разрезало пополам. Она быстро исчезла. Другая же, как и Иван, не понимая, что произошло, попыталась увернуться от атак, даже отбила один удар, однако не смогла выстоять против остальных. Она получила ранения и исчезла. Яркая вспышка света заставила Ивана прищурить глаза, еле различимый силуэт протянул ему руку. Царевич коснулся её - и вдруг что-то вспомнил.Тогда, на дне, когда он сражался со своими демонами, такой же силуэт появился из ниоткуда.- Тебе нужна помощь?Иван же, будучи в безумии и не различая что-либо перед собой, напал и на него. Силуэт со смешком легко отбил меч царевича, а затем коснулся лезвием его горла так, что ещё сантиметр - и перерезал бы. Но силуэт лишь зажёгся светом и исчез, оставив Ивана одного. Напоследок он лишь сказал:- Мы ещё встретимся, - и тогда Иван выбрался со дна.

И вот, встретились. Иван поднялся, пытаясь отойти и от произошедшего, и от нахлынувшего воспоминания. Лишь чужой смех вернул его. Царевич взглянул: перед ним стоял высокий и статный мужчина в белом одеянии. Разве что неаккуратно подстриженная бородка была ему не к лицу. - Ты.. Вы..- Ты ведь сам знаешь, кто я такой.- Знаю. Спасибо Вам, - Иван хотел поклониться, но Даниил похлопал его по плечу.- Не стоит. Я просто делаю то, что должен, - меч из его рук растворился, как и тени. - Я спокойно сидел здесь, но внезапно появились эти существа. Я перебил их, но они приходили снова и снова. Тогда мне пришлось посмотреть, что происходит у тебя в голове. Сначала против того глупца в броне, затем - когда ты тонул. Не знаю, зачем ты полез в воду, не умея плавать, но хорошо, что всё обошлось.- Вы ведь Даниил, да? А это моё.. - Иван огляделся.- Сознание. Чистое, как небо, - Даниил улыбнулся. - Но что-то явно идёт не так, раз здесь появляются они. Даниил взял руки Ивана в свои.- Гляди, - руки Ивана загорелись сначала белым, а затем красным пламенем. Ему не было больно, разве что немного щекотно, и он не знал, чему дивиться больше. - Запомни это чувство.Иван посмотрел на Даниила. Вокруг него появился поток ауры, который царевич теперь мог различить. Он был светлым, как и одеяние Даниила, пробирался по всему телу и сквозь него потоками, различными от водных, что мог сотворять Водяной.- Тени и есть тёмная аура. Значит, ты уже можешь её видеть, как и говорить на языке мёртвых.Иван тут же понял, что имеет ввиду Даниил. Выходит, тогда, когда он говорил с болотником, то общался на языке мёртвых.- Попробуй сам, - Даниил отпустил руки Ивана, и огонь исчез. - Попробуй перенести всё, что чувствуешь, в них.Иван вздохнул и закрыл глаза. Теперь, когда он осознал, что наконец чувствует ауру, стало как будто легче. - Замедли дыхание, - Даниил обошёл Ивана. Тот тут же так и сделал.В один миг Иван стал ощущать, помимо ауры Даниила, очень многое. И как падает листва с деревьев, и как двигаются от ветра цветы. Как с одной ветки на другую перелетает птица, как она машет крыльями. Наконец, сконцентрировавшись только на своих руках и представив ауру, идущую из всего тела в них, Иван открыл глаза. Он представил и создал огонь.Вдруг с верха купола посыпались чёрные лепестки. Упав на землю, они обратились сначала в одну, а затем и вторую тень. - Сделай это сам, - Даниил похлопал Ивана по плечу и отошёл.Тени стали выглядеть иначе, даже ощущаться по другому. Как и всё вокруг. Глаза Ивана загорелись. Тени ринулись на него, чтобы нанести очередные удары, но тут же столкнулись с ответной атакой. Иван, направив огонь на тень, развеял её. Вторая, увернувшись от его удара, нацеленную на неё, взмахнула мечом. Но царевич схватил лезвие одной рукой, остановив. Кулаком он ударил по тени, и она исчезла. Царевич тяжело дышал, чувствуя, как закипает его кровь по всему телу. У него поднялась температура, но он не чувствовал жар. Ему было хорошо, ещё лучше, чем на дне.- Водяной говорил, что моя магия лишь защитная..- Возможно, он хотел вызвать в тебе противоречивые чувства, чтобы ты её использовал, - Даниил мягко улыбнулся.- Спасибо.. Вам..

- Это не последняя наша встреча. Я продолжу следовать за тобой и дальше, помогая бороться с ними, - Даниил коснулся рук Ивана и огонь пропал. - Я постараюсь сделать всё, что в моих силах, но ты должен действовать и сам.- Я всё понял, - Иван улыбнулся в ответ. - До встречи, Иван, - Даниил остался в куполе один. Царевна-лягушка, как только купол исчез, подпрыгнула к Ивану.- Значит, всё прошло хорошо, - она прыгнула к нему на ладони. - Ты ведь встретился с ним?- Да, спасибо и Вам.Когда Иван покинул обитель Царевны-лягушки, та спрыгнула с его рук и подошла к Водяному. Тот, порядком устав ждать, зазевал.- Всё в порядке? - Он понял, что вопрос был не к чему и можно было промолчать, когда разглядел Ивана. - Выходит, из меня так себе учитель..- Не расстраивайся, - Царевна-лягушка посмеялась, когда увидела грусть Водяного. Она повернулась к царевичу. - Иван, я боюсь, что Кощей может вернуться вновь. И если это случится, царство ждёт огромная беда.- Тогда я его защищу. - Надеюсь, ты говоришь не про Кощея, - Водяной опустился ниже, к Царевне-лягушке. - Спасибо.- И вот сложно тебе говорить это почаще? - Царевна-лягушка обрадовалась ещё сильнее. - Заходи в следующий раз.- Через год, другой..Водяной и Иван, попрощавшись с Царевной-лягушкой, покинули Светлые Ручьи. Они прошли совсем немного, когда Иван спросил:- А как вы познакомились ?- С кем?- С Царевной-лягушкой.Водяной немного помолчал, пока Иван не спускал с него глаз, а затем сказал:- Однажды.. она спасла меня, - он сказал это шёпотом, но так, чтобы услышал и Иван.

Царевич оглядел Водяного: его аура была ослаблена, словно специально. Она была похожа на тени, но, в отличие от них, исходила не из его тела, пусть и распространялась по нему.Вскоре они вернулись к Асе и Волку. - Уже пришли? - Волк настороженно посмотрел, - И часа не прошло.- Сколько же мы там были? - Иван посмотрел сначала на костёр, а затем - на друзей.- Минут десять, - сказала Ася, не понимая, от чего остальные так удивлены.На вопрос Ивана об этом Водяной лишь промолчал.

Болота были позади! Особенно рада этому Ася, изрядно уставшая и от туманов и вида болот, и ужасного запаха. Она тут же кинулась к цветкам, приговаривая "родненькие", и вдыхала их ароматы. Сбегать от неё пришлось и зайцам, которые неудачно вышли посмотреть, что за ненормальная особа наедается ягодами.- Ну, ну, не расстраивайся, - успокаивать расстроенную от побега зайцев Асю пришлось Волку. - Будет тебе ещё.Водяному было непривычно. Всё таки он больше двухсот лет не видел ничего, кроме болот, и то так редко. Конечно, эта земля не шла в сравнение со Святыми Ручьями. Как только он пришёл на полянку, то, не двигаясь, наблюдал за бабочкой, севшей ему на нос. Последовавшим за этим чихом Водяной испугал её, из-за чего расстроился. Ему ещё нужно было привыкнуть к окружающему миру, а пока - страшно трогать что-то непонятное.Их путь, после болот, следовал через территорию Десятиграда - так столичные жители называли часть Тридесятого царства, которая присоединилась к Тридевятому. Заправляла там Четырнадцатибоярщина, и с недавних пор, учитывая события на Западных землях, Тридесятое закрылось для иноземных. Впрочем, им и не нужно было туда въезжать, можно легко пройти мимо. Так компания и решила поступить.- Символом Десятиграда является Жар-птица, - любезно пояснял Волк. - Жители верят в легенду, что Жар-птица, прилетев в эти места, подарила свой священный огонь тем, кто там жил. Прошло много веков, но это пламя всё ещё не погасло, а Десятиград решил воздвигнуть посреди города высокий и большой Колокол.- И в нём они хранят этот огонь? - Иван и Ася спросили одновременно, завороженные таким рассказом.- Как говорят, да, Колокол питается его пламенем, - Волку это немного льстило, хотя он рассказывал не для этого. - Каждое утро они звонят в него ровно три раза. Первый - чтобы зажечь свет во всём мире и ознаменовать начало ещё одного хорошего дня; второй удар нужен для передачи сил огня всем жителям, означает их связь между собой; ну, а третий - дабы разжечь пламя и не дать ему угаснуть, как и стремлению людей к лучшему.- Ну почему они закрыли ворота.. - Иван сильно расстроился. Он явно хотел бы побывать в Десятиграде и взглянуть хотя бы на Колокол.- Для безопасности. Люди давно бегут с Запада, а Десятиград - ближайшее место к ним. К тому же.. чума.- Она настолько опасна? - Спросил Водяной.- Наверное, да! - Ему ответила Ася, ибо Волк не захотел.Они прошли целый день, и на вечер, пробираясь по очередному лесу, ничем не отличающимся от таких же других десятков и сотен лесов, решили устроить привал. Иван к этому моменту, чуть ли не каждый час и свободную минуту (а таковых оказалось очень много) тренировался в управлении огнём. Помощь Водяного оказалась очень кстати, благодаря ему царевич понял, насколько важно дыхание. Выяснилось, что чем чаще он дышит, тем больше распыляется пламя. Однако оно становится неконтролируем, для этого приходится задерживать вздохи - тогда, в теории, можно было бы направлять пламя. Правда, кроме как вызывать огонь, у Ивана ничего не выходило. Он злился из-за этого, и огонь тут же исчезал - тогда Ваня успокаивался и возвращался к тренировке вновь, надеясь, что в этот раз всё обязательно получится.Не стоит объяснять, почему именно его отправили под вечер, в темноте, искать ветки для разжигания костра. Неожиданно проснувшаяся способность сначала пугала Асю, но затем она нашла ей очень практичное применение - разжигать костёр и жарить на нём грибы, которые чародейка стала собирать по пути в сумки.- Ох, извини, - Водяной случайно наступил Волку на хвост, в темноте едва можно было различить его, пусть и крупный, силуэт.- Осторожнее, ты!.. - Волк никогда не хотел скрывать своё отношение к чему-либо. Если ему что-то не нравилось, то он говорил об этом сразу.Он всё ещё не доверял Водяному, пусть Иван и заверял в том, что всё хорошо. Волк знал, насколько опасны Князи тьмы, от чего, даже после всего произошедшего, следил за каждым действием Водяного. Мало ли что этот утопленник выкинет в самый неожиданный момент? Нужно всегда быть наготове, иначе пропустишь предательство.- Э.. Водяной.. подойди сюда.Водяной, кинув полный непонимания взгляд на Волка, подошёл к Асе. Он был выше неё на почти две головы, поэтому пришлось чуток опуститься. В целом, ему было не привыкать.- Можешь помочь с этими ветками? - Она всё равно встала на цыпочки, хоть Водяной и опустил голову.- Но ведь Иван..- Это он, - вздохнула Ася. - Наверное, поиграется с огнём и вернётся, забыв про костёр. - Хорошо.Ничего сложного в этом не было. Правда, пару раз Водяного укусили муравьи, когда он ненароком наступил на муравейник и сломал несколько палок, не рассчитав силу.- Ты прости Волка, - начала говорить Ася. - Он ведь не виноват в том, что не доверяет окружающим.- Я понимаю, поэтому не злюсь на него.- Ну, мы то с Ваней знаем, что ты хороший.Если бы Водяной мог, то сейчас бы, пожалуй, изрядно покраснел. Но и этого он не умел, а уж тем более понять, что это был какой-никакой комплимент. Они ещё немного поболтали.- Ты и вправду не видел ничего, кроме болот?- Ну, разве что во снах видел места, где только снег кругом, а деревья высоки настолько, что больше церквей раза в три.- Ого! Интересно, есть ли на деле такое место.. а оно далеко?- Не знаю.- Хотела бы я там побывать, точно хотела бы.. - Ася в миг представилась, как живут те, кто вырос среди снега. - А ты бы хотел?- Наверное. - Ох, прости, я, кажется, загрузила тебя... мне стоит помолчать.- Не загрузила. Я просто думаю о другом, - Водяной взял в руки пару веток.- И о чём же?- Об Иване. Я беспокоюсь, что ему вот-вот может стать плохо.. как бы не было сейчас.- Он очень крепкий! Я уверена, что с ним всё в порядке.В этот момент вдалеке зажёгся огонёк, который быстро к ним приближался. Все сразу поняли, кто это был, и ожидали услышать и знакомый голосок.- Дома! Дома!Иван запыхался, пока бежал. Как Ася и думала, без веток, из-за чего она стала улыбаться, раз так хорошо знала Ваню. Тем не менее, было не до того, чтобы ругать его.- Дома? - Переспросил Волк.- Пока я ходил и... собирал ветки, - начал объясняться царевич. - То увидел вдалеке пару огоньков. Это были дома, деревня!За время путешествия они не встречали поселений. Просто не доводилось - а если Иван сам и видел их, то лишь проезжал мимо. - Не спят в такое позднее время? - Волк стал собирать ветки, чтобы разжечь костёр. - Неужто ты хочешь к ним отправиться?- А почему бы и нет? - Ася бы и сама хотела наконец встретиться с другими людьми. Быть может, им дадут ночлег и они спокойно поспят в тёплой кровати, а не на твёрдой земле.Ум тоже радостно постучал копытцем, когда услышал про дома. Водяной ничего не подумал. - Нет.- Но почему? - Иван присел на землю перед Волком.- Сам я не могу попасться на глазам людям. Как и он, - Волк указал на Водяного, и тот похлопал глазами. - Я был бы не против, если бы Вы могли одни, но это слишком опасно.- Мы ведь можем попросить хотя бы еды.Это заставило Волка призадуматься. Они не ели ничего, кроме грибов и, в последнее время, ягод. От них уже начинало порядком тошнить, а поедать их через силу надоедало. - Хорошо, - он вздохнул и закрыл глаза, но открыл их, чтобы увидеть радость Вани и Аси. - Я буду недалеко, чтобы пронаблюдать.- Я тоже, - слова Водяного заставили Волка нахмуриться, но возражать он не стал.- Тогда идём! - Ваня отправился первым, чтобы показать, где находится деревня.Деревня оказалась совсем маленькая, несколько домиков в какой-то глуши. Наверное, жило здесь парочку человек, которые ещё не переехали, да и в основном старики, не желающие покидать родные края за лучшей жизнью, что успели сделать молодые. А есть ли эта лучшая жизнь вдалеке, в неизвестном мире? Об этом они и беспокоились. Иван и Ася заметили, что рядом нет Волка, Водяного и Ума только когда спустились к домам. За то время, что царевич ходил, пару из них уже погасло, жители легли спать. Ася стояла сзади, прячась за спиной Ивана, а сам он, встав на крыльцо одного из домов, постучал в дверь. Ждать долго не пришлось: дверь открыла низенькая старушка. Она посмотрела на не званных ночных гостей несколько раз, прищуриваясь. Похоже, у неё были проблемы со зрением.- Здравствуйте, - начал Иван. - Надеемся, мы Вас не потревожили? Всё таки поздний час.- Нет-нет, милок, здравствуй, - на удивление старушка оказалась очень приветливой, но после вопроса Ивана заметно огорчилась. - Лучше бы помешали сну, на деле то. - Что-то случилось? - Выглядывая, спросила Ася.- Да вот.. дед болеет, заразой этой. Я бы пригласила зайти, да боюсь, что заболеете сами. - Не переживайте, с нами всё будет хорошо.Эти слова почему-то убедили старушку. Иван и Ася прошли порог и оказались в маленькой, но уютной комнатке. Старушка куда-то отошла, но так же быстро, несмотря на свою хромоту, принесла пару твёрдого печенья и кувшин с молоком, который Иван принял, чтобы ей не пришлось нести тяжесть. Ася почему-то огорчилась.- Вспомнила.. дедушку и бабушку, - она приуныла и даже оставила печенье на столе.- Хэй, всё в порядке, - не успел Иван подбодрить Асю, как старушка, снова сбегав в другую комнату, вернулась.- Вы присаживайтесь, присаживайтесь, - она приобняла Ваню и чуть ли не насильно усадила его на стул. Ася села рядом. - Угощайтесь. Я пока пойду, дам лекарство.- Нужно оставить остальным.Ася стала убирать печенье в сумку. Иван знал, что она была голодна, а потому по особому оценил её желание дать поесть другим. В это время он осмотрел комнату: особенного ничего в ней не было, комната как комната, дом как дом, деревня как деревня. Но внимание Вани привлекли вещи на тумбочке. Подойдя, он начал их осматривать, взял в руки. То была аккуратно вырезанная из дерева колесница. Она была очень схожа с настоящей, как будто, будь не из дерева и побольше, в самом деле могла поехать. Дело искусного мастера, просто загляденье. Иван долго рассматривал деревянную колесницу. Отвлекла его пришедшая старушка.- Это старик мой сделал, он всю жизнь вырезал что-то из дерева. Ну, а она была для внука. Сын наш давно уехал в город, с тех пор и не появляется, - она дрожащими руками взяла колесницу в руки. - Раньше хотя бы письма слал, рассказывал, как живёт. Сейчас и этого нет. А сейчас и старик слёг в постель, уже неделю не поднимается.- Быть может, мы сможем помочь? - На слова Аси старушка обернулась, не веря ушам.- Ох, милая, вряд ли что поможет. Никто и не поборет эту заразу. Бог знает, откуда она взялась..- И всё же, - Иван, веря в способности Аси, настаивал.- Ну.. ну..- Не бойтесь, всё будет хорошо.- Ладно уж, всё равно нечего терять, - старушка вздохнула, а затем проводила гостей в комнату к дедушке.Он лежал в постели, повернувшись к стене. На его лбу была мокрая тряпка. Старушке самой пришлось перевернуть старика, тот действительно был без сил. Иван и Ася ужаснулись. На лице старика были странные чёрные пятна, будто неестественные. Иван с осторожностью убрал одеяло: такие же пятна были и на руках, шее. Значит, по всему телу. - Что за беда, что за беда.. - старушка покачивала головой, отходя от них.Иван и Ася переглянулись. Чародейка взяла посох и аккуратно поднесла к постели, но тут же дёрнулась. Её напугали глаза старика. По ощущениям он не дышал вовсе, но его взгляд был таким тёмным и в то же время безжизненным. Иван немного насторожился. Ася поднесла посох снова, но он не зажигался. Она потрясла его, однако и это не принесло результатов.- Что же такое.. ну давай же.. - Ася шептала, волнуясь всё больше.- Может, тебе стоит попробовать самой? Она посмотрела на Ивана, тот говорил вполне серьёзно. - Хорошо, - она убрала посох в сторону и задержала дыхание.Она часто наблюдала за тем, как вызывает огонь Иван и Водяной помогает ему. Когда все спали, Ася пыталась сделать то же самое, без посоха. И Иван об этом знал. Он старался не радоваться сильнее неё, когда, наконец, у той, кого называют чародейкой, получилось спустя много времени и потраченных сил. Не сказать, что ей помог только её талант или ночи, которые она напролёт провела за тренировками. Ася понимала, что нужно делать благодаря тому, что втайне от всех узнала от Водяного. Конечно, его сухие ответы пришлось собирать по полочкам, но это меньшая цена за то, что они дали. И Ася была ему благодарна. Как и благодарна Ване, Волку, даже Уму. За всё, что они делают для неё. И чувство этой благодарности, и желание помочь им за это в их бедах она перенесла в свою ауру. Руки Аси загорелись зелёным огнём. Иван уже не удивлялся, а лишь мягко улыбнулся. Та, конечно, догадалась из-за его реакции, но стеснительно промолчала. Чародейка коснулась ладонями старика - и тот вдруг задрожал.- Что же творится, что же творится! - Старушка сильно испугалась, но Иван попытался её отвлечь.- Ему становится лучше, поверьте, - Он увел старушку в другую комнату, чтобы она отдохнула и подождала там. - Как и думал, у тебя всё получилось.Прошло пару минут, и Ася вернулась. Только она перешла порог, как вдруг бабушка сама прибежала в комнату, за ней зашёл Иван.Она, не выдержав, упала на колени и заплакала. Старик сидел на кровати, стараясь прийти в себя. В её слезах перемешались и радость, и благодарность, и надежда. - Нам стоит их оставить, - сказал Иван, и Ася одобрительно кивнула. Они удалились из дома, закрыв двери и оставив старушку наедине с тем, чего она желала больше всего. Глядя на радостную улыбку Аси, царевич спросил:- Всё в порядке?- Теперь да.Теперь всё точно было в порядке. Ту благодарность, которую она увидела в глазах и следах бабушки, Ася и хотела видеть. Даже не то, чтобы получать её, а делать всё для того, чтобы люди, с помощью чародейки, хотели благодарить. Вдруг из темноты вышло два силуэта. Их не было видно даже под лампой, горящей у крыльца, но Ася, будучи в радостном настроении, посчитала, что это Волк и Водяной.- Вы ведь сказали, что не придёте сюда! - Она уже хотела подбежать, но Иван остановил её рукой.- Не припомню этого, - один из силуэтов почесал подбородок и вышел на свет.То были стражники. В глаза Ивана сразу бросился знак на их форме - Жар-птица. Видимо, они прибыли сюда с самого Десятиграда. Не так далеко, но в такую глушь ночью?- Чего вам надо? - Иван насторожился, он готовился выхватить меч другой рукой.- Нам? Особо ничего, просто проверяем местных, - сказал стражник, пока другой всё ещё находился в тени. - А вы явно не из них, так ещё и выходите из дома старой дуры.- Не называй её так! - Ася не смогла сдержаться, чтобы не крикнуть это.- О? Милая, постарайся не шуметь так сильно, ненароком разбудишь кого-то, - злорадствуя, он ухмыльнулся.Тут дверь дома открылась. Выбежала старушка, сразу не понявшая, что случилось. Но, увидев стражников она перепугалась.- Ох, вы ведь должны были прийти завтра..- А пришли сейчас, и тебе стоит поспешить, чтобы принести хотя бы что-то, - показался другой стражник, более толстый и низкий, чем первый. - А не то получишь, как в тот раз.- Сейчас, сейчас.. - бабушка поспешила домой, но её остановил вышедший дед. Она потеряла дар речи, пока он переступал порог.- Ходить можешь, старец? - Не то, чтобы их это напугало или вовсе волновало. - А бабка говорила, что вот-вот в могилу сляжешь.Стражники посмеялись. Это было не по душе ни Ивану, ни Асе, но они не хотели лишний раз вступать в передрягу. Тем не менее, царевич не смог стоять в стороне:- Закрой свой рот.- А не то что, ну? - Стражник нахмурился, демонстративно повернувшись и показав ножны.- Ваня.. - Ася заметила, что аура Ивана изменилась. Она хотела отвести его, но уже не могла остановить.- Иначе сам окажешься в постели. - Ну, что ж.. видимо, ты забыл, кто здесь мимо проходящий, а кто - власть.Второй стражник достал меч из ножен. Это же сделал и Иван, когда Ася отошла в сторону. Без боя было не обойтись. Неожиданно, старик набросился на солдата с кулаками. Он тяжело кашлял и только встал с постели, еле стоял на ногах, но стражник, не ожидавший этого, упал на землю. Вдруг и сам старик не удержался на месте. Бабушка в ужасе упала на колени, а Ася ахнула. Первый стражник достал меч направил его прямо в старца, но столкнулся с препятствием. Иван отбил удар, из-за чего противник нахмурился.- Он всё равно был заражён, мне не составит труда сказать, что помер от болезни. А если скажу, что сам убил его, так получу награду..

Иван вышел вперёд, закрыв собой старика, пока к нему подбежала Ася и с трудом подняла, отведя к дому. Царевич же старался оценить свои силы. Он мало что мог бы, даже после тренировок, сделать против двух стражников, чей смысл жизни состоял в том, чтобы управляться мечом. Но эти, тощие и толстые, зажравшиеся, отличались от тех, с кем Иван сейчас не хотел бы вступать в бой. Стражник было замахнулся, но его вновь что-то остановило и даже отбросило назад. То был удар в живот.- Волк!- Простите, появились непредвиденные обстоятельства.. - Волк выплюнул кровь на землю и немного покачался.- А где Водяной?- Собаки, - взбешенный стражник встал с земли.Вдруг из ниоткуда выбежали с десяток стражников с Жар-птицей на доспехах.. Они наставили мечи и натянули луки прямо на Ивана, Волка и Асю. Царевич мельком заметил стоявшего сзади Водяного, которого удерживали трое человек. - Вы арестованы, - стражник явно гордился поимкой.- Ещё посмотрим! - Иван уже хотел начать сражение, но его перебил Волк.- Оставь, Иван, - Волк посмотрел на Ваню. - Я не знаю как, но они сводят всю магию на нет. В итоге их больше, они не простые утопленники. - Но.. Волк..- Доверься мне.Иван не знал, как поступить правильнее. Он посмотрел на Асю, а затем на Водяного. Тот отвернулся. Если это и было правдой, то без магии сражаться могли лишь двое, но Волк уже был ранен. Они против с десятка.... - Долго думаешь.Тот стражник напал на Ивана. Он тут же отбил удар мечом, но получил кулаком в спину от другого. Царевич не упал на землю и попытался быстро встать, однако его окружили, направив на него несколько лезвий. Иван сосредоточился и зажёг пламенем руки, но.. в голову тут же ударила странная, похожая на птичью, песнь. Когда он пришёл в себя, то огонь моментально исчез, а в него уже летели удары. Иван смог защититься от пары из них, и тогда многие стражники отошли в сторону, схватив Волка и Асю за руки. Они не стали сопротивляться, чего царевич понять так и не смог. - Впечатляет.Иван дальше сражался с тем стражником. Всё таки он был обучен лучше, чем царевич. Пусть и занимался вымогательством у мирных жителей, но стражник всё ещё оставался воином - и не просто так. Он нанёс пару точных ударов по Ивану, тот успевал уклоняться, так ещё и будучи в круге с интересом наблюдающих за этим зевак. Ваня попытался нанести атаки сам, однако всё было тщетно. Стражник ринулся вперёд. Влево, нет, вправо! И Иван угадал - он смог прикрыться лезвием и от этого удара.- Но стойка у тебя так себе.Солдат вновь сделал серию ударов, а когда Иван стал уклоняться от них, то подставил подножку и нацелился в ноги. И по телу царевича прошла мимолётная, оставившая след дрожь. Ему в миг стало дурно, голова разболелась, а руки задрожали, в них было сложно хотя бы удержать меч, не то, чтобы сражаться. Дыхание стало тяжёлым. Видимо, это то, о чём предупреждал Водяной, но так не вовремя! Царевич, упал на землю.

На это сильно сказывались и опыт сражений и мастерство с разницей в несколько лет. Иван продолжал сражаться, не зная, на что надеяться. Даже если.. даже если. Нет, никаких условий и вариантов не было. Вновь он оправдывается чем-то, убегает от ответственности на своих плечах. Они бы не победили здесь, как выиграли Велеслава или Болотников, при всём своём желании. И тем не менее, Иван уже смог что-то представить - и это успокаивало его. Стражник подошёл к Ивану и наступил ногой на его спину. Он опустился к нему ниже и, усмехаясь, сказал:- Опять же, ты арестован.

Несколько десятков лет назад Десятиград стал называть себя республикой, первой и единственной на этих землях. Его жители всегда отличались менталитетом, нравами, характером от остальных в Тридесятом царстве, из-за чего часто сталкивались с презрением и непониманием в свою сторону. Дошло всё до пика в день, когда царь приказал избавиться от Колокола, который был так дорог жителям Десятиграда - да настолько, что они едва не убили стражу, посланную выполнить указ. Тогда-то царь и полностью отказался принимать жителей Десятиграда за своих подданных, а лишь за врагов, угрожающим его царству. Он чуть не устроил настоящую войну, которая захватила бы всю территорию Тридесятого государства, а главным полем боя стал бы Десятиград, к захвату которого и шла подготовка. Но вовремя вмешался Богомир, царь Тридевятого государства. Путём несколько мирных, несколько сложных переговоров им удалось прийти к компромиссу. Тогда-то Десятиград присоединился к Тридевятому царству, но на особых правах республики. Заправлять городом стали 14 бояр, и, наконец увидев мирное и спокойное небо над головой, люди стали жить счастливо.Но сейчас всё сильно изменилось. После закрытия Десятиграда для иностранцев многие жители лишились связи с остальным миром: деревнями, торговцами и купцами, роднёй. Огромные ворота, преграждающие путь что из Десятиграда, что в него, стали ассоциироваться не с символом спасения и защиты, которым люди гордились ещё со времён Тридесятого царства, а угнетением и враждой.Когда по утру Иван очнулся, то лучше чувствовать себя не стал. Наоборот, ему стало ещё хуже, чем было до этого. Он попытался встать, но ноги подкосили и царевич упал, и так пару раз. Тогда Иван оставил попытки и огляделся по сторонам: проснулся он в маленькой серой комнатке, напоминающей больше темницу. В том, что находится в тюрьме, Ваня убедился, когда заметил на совсем крохотном окошке, до которого и рукой не достать, решётку. В комнате не было и кровати, лишь сырой и грязный пол, на котором царевич и очнулся. Одежда Ивана была помята, в местах порвана, особенно разодран кафтан, от которого и вовсе оторвали рукав. За эти вещи его отец заплатил лучшим мастерам и швеям царства, но теперь они не стоили и гроша. Печально посмотрев на то, что ему не оставили и обуви, Иван чихнул.- Проснулся, наконец?Голос по ту сторону камеры, за закрытой дверью, за которой не пробивался в комнату свет, принадлежал стражнику. Видимо, он так же, как Иван, посапывал, и его разбудило только пробуждение самого узника.- Где это я?- В тюрьме, - с глупого вопроса стражник посмеялся, но сразу закашлялся.Действительно, странный вопрос. Иван дотянулся до стены и, уперевшись об неё, попытался встать. От бессилия он чуть не упал снова, но смог удержаться, когда помог себе второй рукой.- Сколько же прошло времени? - Иван, продолжая опираться на стену, неуверенными шагами направился к двери.- Да дня два ты валялся. С чего ты вообще взял, что я должен тебе отвечать? - Стражник постучал рукой по двери, и звон разнёсся по камере. От него Иван взялся за и без того больную голову.- Два дня? Как много прошло..Иван не понимал, почему же его силы всё никак не восстанавливаются, тем более спустя пару дней. Раньше его раны лечились в мгновение ока, а сейчас и болезнь не проходит. Должно быть, причина была в том, о чём говорил Водяной. Если тело всё ещё привыкает к переменам внутри Ивана, то чудо уже то, что он хотя бы жив. Хотя, может, Водяной лишь запугивал царевича, как тогда говорил про защитное свойство его магии? Иван мягко улыбнулся и тогда вспомнил ту ночь, два дня назад.

Он пытался воссоздать картину, произошедшую тогда. Вспомнил Иван не только движения стражника, вышедшего против него, но и странную песнь, возникшую из ниоткуда. Если верить словам Волка и другим фактам, как, например, то, что была ночь.. этой песней управляли сами стражники. Неужели есть способ сопротивляться магии? Вот досада: вновь Иван чему-то обучился и его сразу же обрубили с этим, показали превосходство.

Но были и хорошие стороны. Он становился сильнее, опытнее всего за пару боёв и тренировок, которые дали свои плоды. Врываться в бой было опрометчиво, но это дало Ивану понимание о том, как сражаются люди друг с другом. Они поступают ещё более подло, чем чудовища. Если для упыря это было забавной охотой, основанной на инстинктах, то человек, как Велеслав, но бесчестный, готов пойти на всё ради победы. И Ивану не стало горько, когда он осознал, что не отличается от них. Если он хочет победить, то сделает это любым способом. Если он хочет выжить, то опустится до самых низов.Рассуждения Ивана прервали шаги вне камеры, а затем - открытие двери. На пороге появилось пару силуэтов, стражников. - Давай, собирайся, - один из них прошёл к Ивану, развязав верёвку в своих руках.- Куда?Иван не сдержался и встал на одно колено, когда стражник, даже не думая о том, что у заключённого не осталось малейших сил, заломал его руки и начал связывать их.- На суд, - ответил другой.Четырнадцать бояр, управленцы Десятиграда, изначально были назначены Богомиром, как управленцы города. Но ныне, когда царство находится в упадке, действия тех миролюбивых людей, которым народ доверял, несколько изменились. По большей части, Четырнадцатибоярщина разделилась на несколько групп, то и дело вставляющих друг другу палки в колеса и там, и здесь.Одни из них пожелали отделиться от Тридевятого царства, якобы, целью того, что произошло много лет назад, была полная независимость и самостоятельность Десятиграда. С этим то они и выступают, зачастую получая поддержку той части народа, которая не желает считать себя жителями Тридевятого государства.Другие, наоборот, хотят оставить всё на своих местах. Такую позицию принимает большая часть народа, которая смогла получить желаемое, чего им не хватало и было не дозволено в Тридесятом, в Тридевятом царстве. Они не видят нужды в отделении, ведь это повлечёт за собой множество проблем, в том числе угрозы со стороны многих врагов. Конечно, в противовес этому мнению идёт то, что Тридевятое, в своем нынешнем положении, не может предоставить Десятиграду нужную безопасность. Это заставляет жителей задуматься.Есть и третьи. Те, кто идут на крайние меры, что именно Десятиград должен стать столицей, важнейшей частью Тридевятого государства. Ну, а управлять им должны сами бояре.. вернее, народ Десятиграда. Их предложения основаны на том, что Богомир, как царь, не справился с тем, чтобы сохранить мир и в Десятиграде, и во всём царстве, а потому должен передать власть боярам.Тем не менее, между ними есть одно сходство: ненависть к чужакам.Ивана привели в огромный зал, наполненный людьми по разные стороны. Когда царевича привела группа стражников, двое из которых крепко удерживали его, несмотря на податливость узника и связанные руки, знать охнула от удивления. Иван сразу догадался, что они узнали о том, кто он на самом деле, но лишь сейчас убедились в этом. Иван зажмурил глаза и посмотрел наверх: там, высоко, почти у потолка, где светили лампы, восседали на своих местах много лиц. Сомнений не было: Четырнадцатибоярщина.. но не во всём сборе. Их было, как посчитал царевич, десять. Они о чём-то спорили, однако даже так, из-за перешёптывания гостей, не было слышно, что стало причиной их столь интенсивного раздора. Впрочем, судя по реакции знати, это было совсем неудивительно и такое происходило повсеместно. Более того, бояре даже не заметили стражей, приведших Ивана, от чего слуги несколько растерялись и поспешили удалиться, оставив царевича стоять одного.Ему стало не по себе от этих глаз, которые со всех сторон осматривали его. Вряд ли он чувствовал себя когда-то так неудобно. Обычно, когда на него смотрели, он наоборот, ощущал себя очень даже хорошо, вель он, что ни на есть, самый настоящий царевич, сын своего отца! Но не сейчас. Со связанными руками, в порванных одеждах, далеко от дома. Здесь его считали никем и одновременно с этим важным человеком. Но как бы Иван сейчас хотел, чтобы они все исчезли. Хуже ему стало, когда он понял, что это напоминает день похорон матери. Он один, под гнётом всего мира.

> тёма: Нет, такого Иван не хочет.- Выходит, это правда.Иван, как и все гости, обернулись к боярам: те перестали ругаться, заметив узника, а потому приступили к делу, ради которого все здесь собрались.- Значит, Вы Иван?Ещё когда его вели, Иван решил отвечать односложно. Так, чтобы его не могли запутать или что ещё.- Да, - он ответил тихо, чуть ли не себе под нос.- Громче.Какова наглость и каково унижение! Неужели ему, Ивану, царевичу своего государства, приказывают какие-то бояре? Ну уж нет! Плевать он хотел, на какие проблемы может нарваться, их можно стерпеть ради сохранённой чести себя и своей семьи.- Да! Я, Иван, царевич Тридевятого государства!Крик Ивана эхом прошёлся по всему залу, а то, кажется, и дворцу. Знать вновь стала перешеплываться и сплетничать, но теперь Ване стало на это всё равно. Единственное, чего он хотел, так это поставить наглецов на место, как это сделал бы что Богомир, что старшие братья.- Хорошо, - сказал уже другой голос. Разглядеть говорящих было сложно, а потому Ваня и не пытался. - Скажите, Иван, почему Вы так далеки от дома?- Вас это волновать не должно.Знать вновь ахнула, но теперь уже от слов Ивана. Пусть он и не видел бояр, но точно знал, чувствовал, как злость закипает в них, что они поняли его игру и хотят на нём оторваться.- Попрошу заметить, Иван, мы не желаем Вам зла, - третий голос звучал мягче. - Мы все собрались здесь, чтобы прийти к общему решению проблемы.- Проблемы? Мне кажется, главная проблема в том, что я, царевич, нахожусь связанный и грязный по вашей вине.- Заткнись, щенок, - второй голос не дал ничего ответить третьему. - Запомни, здесь, вдалеке от дома, своего отца, ты никто. Думаешь, можешь указывать или что-то нам предъявлять? Ошибаешься!- Тихо.Первый голос заставил замолчать всех. Иван, всем своим видом показывающий гордость за сделанное, опустил голову. Говорить продолжил также первый.- Скажите, Иван, почему Вы не в столице?- Потому что у меня есть на то причины.- Значит, не хотите отвечать.. - Иван коротко кивнул. - Что ж, хорошо. Тогда приступим к обсуждению следующего вопроса: Вы знаете, с кем ездите?- Да.- Видимо, не до конца.- Стража, впустите, - волнуясь, сказал третий голос.Иван обернулся, когда услышал ту песнь.- Водяной!- Значит, знакомы.. запишите, - сказал первый голос, но Иван его уже не слушал.Водяному по виду было так же сложно, как Ивану. Пусть его одежды было невозможно разорвать, но в нём была слабина, видная невооружённым глазом. Его удерживали сразу четверо человек, а пятый и шестой, находясь сзади, использовали странную штуку, напоминающую гармошку. Из неё то и шла эта песнь.- Водяной! Ты в порядке? - Стоять на месте! - Крикнули второй голос, когда Иван подбежал к Водяному, но разозлился ещё сильнее, ведь его не послушали.Водяной ничего не отвечал. Поникнув головой, не обращал внимания даже на Ивана. Настолько ему было худо сейчас. Один из стражников рукой помешал Ивану подойти ближе, а остальные так и удерживали Водяного.- Замолчи, замолчи! - Иван повернулся к играющим на гармошках стражниках, но те начали это делать ещё с большим издевательским энтузиазмом. - Идиоты!- Ох, прошу, перестаньте! - Еле слышно сказал третий голос.- Перестаньте, - стражники оставили песнь только после того, как вмешался первый голос. - Водяной, Вы можете говорить?- Да.Иван был рад хотя бы тому, что Водяной мог что-то сказать. Его голос стал очень хриплым и слабым, неужели над ним так долго издевались этими гармошками?- Скажите, Водяной, Вы путешествуете с Иваном? - Да.Водяной сделал пару шагов вперёд. Без песни он, пусть и связанный несколькими верёвками, с лёгкостью вырвался из рук стражников. Те хотели его схватить снова, а Иван - им помешать, но остановились по очередному приказу бояр.- Скажите, Водяной. Вы ведь хозяин болот, так почему отправились с Иваном так далеко?- А тебе какое до этого дело, ничтожество? > тёма: Иван не узнал Водяного. Да, пусть в первые минуты их встречи он пытался показаться грозным, но царевич с лёгкостью разгадал в нём робкого человека. И теперь, когда тот, кто расстраивался из-за каждого случайно сбитого им гриба, говорит такие слова, Иван ни за что не мог поверить в них.- Ничтожество? - Послышался смех второго голоса, разлетевшийся по залу. Правда, было не смешно даже знати, от неловкости улыбнувшейся. - К чёрту формальности.- Крин!- Отвечай, нечисть, ты ли убил болотный народ?В зале повисла тишина. Как будто некоторые даже задержали дыхание и, если раньше шептали что-то друг другу, то сейчас - все смотрели на Водяного. Тот народ, о котором рассказывал легенду Волк. О нём Иван никогда не задумывался и не спрашивал у Водяного, ведь ему казалось это просто слухом, байкой. Разве способен тот, кто за эти дни представился ему, как один из самых добрых на свете, пусть и через терни, но пытающийся помочь Ивану, убить целый народ? - Да. Бояре также умолкли, даже второй голос. Возможно, он не ожидал такого ответа да и вопрос выпалил лишь на эмоциях, из-за чего не знал, что сейчас сказать. - Я убил их всех.

Тишину прервали хлопки в ладоши одного из бояр. Радостно хохоча, он обратил на себя внимание присутствующих в зале.- Чудно, просто чудно, - его голоса Иван раньше не слышал. - Быть может, сегодня наши гости удивят нас чем-то ещё?Но царевич его не слушал. Он хотел взглянуть в глаза Водяного, чтобы понять по ним, говорит ли тот душераздирающую правду, но тот отвернулся в сторону. Волосы упали на его лицо так, чтобы ни Иван, ни Водяной не могли друг на друга посмотреть. Он и не хотел, чтобы царевич знал истину.- Что ж, продолжим рассмотрение дела позже. - После решения первого голоса все бояре, как один, согласились.Знать, обескураженная от произошедшего, быстро расползлась, как тараканы. Стражники же поспешили схватить Водяного и Ивана, и те не стали сопротивляться. Ваня вовсе хотел, чтобы его увели как можно быстрее. Он всё ещё не мог поверить.- Стоять!Двери зала распахнулись так, словно по ним прошёлся таран. Тут же вбежала девушка, одетая ничуть не хуже, чем знать и бояре. Украшений, однако, на ней было немного: лишь одна цепочка да кольцо на безымянном пальце, что и отличало её от других богачей. Выработанный командный голос имел способность мгновенно привести в чувство и поставить на место одновременно, как по щелчку пальца. Она была из высоких кровей, но реакция остальных гостей на неё выдавало то, насколько пришедшая была важной особой.- Прошу, Елена, - вздохнул первый голос, когда бояре не успели покинуть зал. - У нас перерыв, который Совет имеет право устроить во время заседания. Мы вернемся к рассмотрению дела через час и..- Это дело чрезвычайной важности! - Она поставила руки в бок, обойдя Ивана и Водяного и выйдя вперед к боярам. - Указ Регента сорок семь. Регент имеет полное право на отмену решений Совета во время заседания, которые напрямую...- ...не относятся к делу, - договорил за неё первый голос. - И тем не менее, уважаемый Регент, просим Вас оставить решение неизменным в связи с тем, что Совету необходимо обдумать сведения, поступившие уже во время заседания, обсудить их и принять решение на дальнейшую часть.Несмотря на большое влияние и власть назначенных бояр, в противовес им Богомир дал роль Регенту - городничему Десятиграда, который выбирался народным голосованием жителей. Первым регентом, на ближайшие к тому моменту десять лет, стал Радимир, прославленный, как боярин и ярый противник Тридесятого государства во время конфликта. Но сейчас, после смерти Радимира, пост Регента перешёл к его жене, Елене. Известна она больше, как "премудрая". Вторженка засомневалась, однако присутствующие, знли, что это не более, чем игра, а потому потеряли какой-то интерес. И они были правы.- Хорошо, у вас десять минут! - Она показала десять пальцев, а затем, когда возмущённые бояре ушли, подбежала к Ивану.Царевич всё ещё раздумывал о словах Водяного. Почему он вообще об этом думает? В конце концов, Иван ведь и сам убил Велеслава, Болотников, утопленников... но то было зло, как считали все. Но убить ни в чём не повинных людей - настоящее преступление, на которое пойдет только самый ужасный человек на всём белом свете. И Иван не хотел признавать его в Водяном. Позабыл про раздумья царевич только тогда, когда ойкнул от боли из-за того, что его схватили за ухо и потянули.- Глупый, вредный, невоспитанный мальчишка!- Отпустите, отпустите! Вы вообще кто?!Елена ещё сильнее стала сжимать ухо Ивана, и тот даже чуть наклонился, зажмурив глаза. Её рассердила такая реакция, но она быстро успокоилась и всё же отпустила царевича. А после - не успел он опомниться - схватила и обняла.- Ох, когда я тебя видела в последний раз, ты был совсем маленьким ребёночком, даже говорить ничего не мог! А сейчас вон как скалишься.. - будучи выше его, она стала водить кулаком по голове Ивана.- Да кто Вы, кто Вы?! - Как бы он не старался, выбраться из крепкой хватки ему было не по силам. Неужто она была сильнее нечисти? Да быть того не может.После слов Ивана она заметно огорчилась, но мягко улыбнулась и, взяв его за плечи, посмотрела в лицо, чтобы быстро оглядеть.- Я ведь не путаю, что София - твоя матушка?

Иван пристально посмотрел на Елену и вспомнил один день из своего детства.

Было ему лет шесть отроду, а, вернее, только исполнялось. День рождения младшего из трёх царевичей праздновали так, будто это был главный праздник всего царства. Если его братья не удостаивались пышных торжеств из-за того, что Богомир не мог истратить драгоценное время Владислава на какие-то там пиршества, а Алексею запретили после случая, когда на его семилетие он едва не сжёг весь дворец, Ивану возможность отдохнуть от души давалась сполна: София тому была и рада подарить приятные воспоминания сыну, а Богомир покровительствовал это, пусть и с твёрдой отцовской позиции. Подготовка к этому событию велась целых шесть месяцев - именно столько слуги и София, всегда заправляющая днем рождения Ивана, потратили на то, чтобы он стал незабываемым. множество приглашённых гостей с разных уголков государства и за его пределами, среди которых правители, знать, известные живописцы и поэты, в чьём творчестве этот праздник найдёт отражение до самой их кончины, с радостью согласились, сходу одарив встречающего гостей Ивана драгоценными подарками: золотом, серебром, украшениями невидимой красоты. Один из художников и вовсе принёс портрет самого царевича. Признаться, самому Ивану интереснее были пышные наряды дам, мужья которых подшучивали над их вниманием к мальчику, мол, он способен их запросто увести. И вправду, этот светлый, жизнерадостный ребёнок, сейчас уплетающий за обе щёки блюда лучших поварок царства, не мог оставить в стороне никого. Всё внимание гостей, в первый же час празднества наполнивших зал, было приковано к нему. И ему это нравилось, а как же нет? Он ведь царевич, именинник, всю жизнь ему уготовано быть в центре чужих судеб.

- О, милый, ты запачкался, - София вытерла щёку Ивана, а затем, когда тот приподнялся на носочки, сладко поцеловала его так, что он зажмурил глаза. - Сегодня твой день, так чего же ты хочешь?

- Подарки, подарки, мам! - Ваня взял матушку за пальцы, потянув за собой.

- София посмеялась. Её смех, сравнимый с чистым пением самых невообразимых птиц, озарил весь зал. Пусть он и был тих и скромен, но мог заставить гостей обратиться к царице и поклониться ей. И Иван любил её смех, ещё более яркий, чем солнце, ещё более желанный, чем песни, исполняемые бардами в его честь, сегодня или в любой другой день.

- Боюсь, милый Иван, тебе нужно подождать конца праздника, - она прижала его к себе, и он спрятал лицом в подол её белого, как облака, платья. - Ты уже видел отца? Нет? Тогда тебе стоит с ним встретиться.

- От мысли о встречи с отцом, которого Иван не видел уже как пару месяцев, его щёки загорелись. В нетерпении царевич посмотрел на матушку, не веря в услышанное, но та кивнула, что ничего не перепутала. Богомир уехал вместе с Владиславом на север царства и не приехал даже на день рождения Алексея, поэтому Иван и подумать не мог, что отец вернётся к его празднику.

- А вот и он, - София погладила Ивана по волосам, ладонью уложив их, ведь за то время, что он играл с другими детьми, они успели взъерошиться.

- Папа! - Не успел Богомир войти в зал и ответить на поклоны и другие приветствия гостей, как ему пришлось ухватить Ивана на руки. - Папа..