Герцог, пожалуйста, отпустите мою лодыжку! Unknown Я сочинила признание в любви и по ошибке отправила его не тому человеку. Точнее — герцогу Дереку Фритту, тому самому, кого прозвали «Кровавой баней Криантеса» и кто прославился на войне. Человеку, который, по слухам, способен разнести кровать в первую же брачную ночь. Герцог! Умоляю, не вскрывайте конверт, верните его обратно! [(Эксклюзив) Герцог Фритт: «Я должен найти автора этого послания.»] [Срочно: Чиновник заявил: «Писавший — крайне осторожный тип, и ему придётся заплатить кровью.»] То, что должно было остаться тайной, теперь знает весь свет. Но… Одри ждала, что этот человек её убьёт, а он оказался странным. С чего это он надел яркую одежду, которой раньше не носил, и говорит так, что не поймёшь — комплимент это или угроза? — У тебя острый взгляд, как клинок. — …Что? — Это был прекрасный меч, подаренный Его Величеством перед войной. Муха не успевала сесть на него — и уже разрублена надвое. Красивый меч, но кровь навсегда въелась в него. Сколько ни три, не отчистишь. — !.. Одри побледнела. — Вы хотите сказать, что этим мечом заберёте мою жизнь? История герцога Фритта и Одри — запутанный роман, начавшийся с письма, ушедшего не туда. ==================== Том 1 Глава 1 [[image:/storage/reader-images/6b388c2ec7a76145c0cc08a8c593c834383697fe.jpg]] – Подожди! – … Это был великолепный пир с вкуснейшей едой. Однако Одри не могла расслабиться и наслаждаться едой, стоящей перед ней. «Это что… последний ужин?» Даже заключенные, приговоренные к смерти, за день до казни не получают подарков, о которых мечтают всю жизнь. От испуга ее руки дрожали как у сумасшедшей. Вода в стакане плескалась в такт. Дерек, держащий в руках нож, холодно посмотрел на девушку. Ей не удавалось удержать в руках стакан. – Ты больна? Его беспокоило ее бледное лицо и, кажется, отсутствие аппетита. Шли дни, а он постоянно продолжал беспокоиться о ее худобе. Мужчина грустно посмотрел на ее тонкие запястья и с тревогой предложил ей еще блюдо. – …Ты что, хочешь умереть от голода? – Ой, ой, нет-нет! Но Одри почему-то побледнела еще сильнее, потому что была напугана убийственными угрозами, которые раньше ей слышать не приходилось. Теперь даже коленки под столом начали дрожать. Было очевидно, что этот ужасный и отвратительный человек совсем не уважал чужую жизнь. – Что вы имеете в виду? Это что, было предупреждение, что вы собираетесь меня так убить? Дерек, увидев, насколько она была бледной, с любопытством наклонил голову. – Ах! Одри снова была напугана. Это движение словно выражало вопрос: «А ты что, хочешь умереть по-другому?» Ее взгляд, подобный лезвию, упал на единственный предмет, который она была способна удержать в руках. Иначе говоря, это был нож. – Вы думали, я не буду сопротивляться? – … Однако на ее лицо, мгновение назад еще полное надежды, быстро вернулось выражение отчаяния. В любом случае, шансы победить его и остаться живой и невредимой равны нулю. Неважно, что она была волшебницей – с ее скромной способностью использовать жизненную магию она бы не смогла справиться и с самым молодым мастером меча. …Только если он не свяжет себя и не зарежется сам по-тихому. С другой стороны, Дерек был рад видеть, как Одри нехотя жует еду. Это «довольное лицо» совсем не соответствовало общепринятым стандартам общества, но его сердце почему-то трепетало от того, с каким нетерпением она ждала приготовленный Дереком ужин. – Вы так мило нарезали салат. «Мое сердце, кажется, тает. Что, черт возьми, такого ела Одри, что выросла настолько очаровательной, даже когда просто дышит? Руки, держащие нож и вилку, такие крошечные по сравнению с моими». *Клац!* Кусок металла, изготовленный из лучшей стали с далекого континента, за долю секунды смялся словно картонный. Все же не получилось… Ему мучительно хотелось ударить кулаком в стену, чтобы избавиться от это странного зудящего чувства. – Может, прогуляемся немного? Дерек представил, как вытащит все манекены на тренировочное поле и разрубит их. «Когда я смотрю на мою Одри, неистовство, живущее у меня внутри, продолжает расти, и я просто схожу с ума». Совсем недавно, думая о ней, он голыми руками разбил два стола в своем кабинете... Кажется, что до того дня, когда он снесет герцогский замок, осталось совсем недолго. Однако Одри не знала, что мужчина, сидящий напротив, пристально рассматривал ее. Она, сидя с опущенной головой, считала, сколько еще ей осталось жить. «Тридцать минуть? Час?» Возможно, к концу ужина она уже не будет принадлежать этому миру. «Обвинения были шантажом, и я непреднамеренно угрожала герцогу выставленным в неправильном свете отчаянным любовным письмом. Это просто досадное недоразумение, в котором я не могу признаться. Я даже не могу обвинить его в запугивании». Это казалось такой несправедливостью, что ее жизнь вдруг стала несчастливой и печальной. «Отец, брат…» При мыслях о семье, которую она оставила, ее глаза наполнились слезами. Одри изо всех сил старалась сдержать их, ковыряясь в тарелке перед собой. Ее зрение стало нечетким, и она перестала что-либо видеть. Но держала рот на замке и продолжала резать еду на тарелке. «Разве я не могу потянуть время, разрезая блюда снова и снова?» – Ну, м-м-м… Но всхлип все равно вырывался из ее закрытого рта без ее ведома. «Такими темпами мне перережут горло еще до того, как я закончу есть». Одри, мельком взглянув на него, быстро положила в рот еду и подавилась из-за спазма в горле. Тем временем Дерек наблюдал за этим с гордым лицом. «Должно быть, это настолько вкусно, что довело ее до слез. Если бы я знал, что ей настолько сильно понравится ужин, я бы накормил ее еще. Она такая милая, когда ест как поросенок». Это было даже не им приготовленное блюдо, но он все равно чувствовал гордость. Почему-то ему казалось, что он больше не сможет спокойно смотреть, как она ест, не дав ей что-нибудь еще. Он выбрал самые лакомые кусочки, осторожно пододвинул к ней и дружески порекомендовал: – Стоит съесть все это. Потому что и Одри, и еда – такие изысканные и аппетитные. Дерек ухмыльнулся, представляя ее счастливой. Однако улыбка выглядела совсем не дружеской, а скорее, делала его похожим на редкостного психопата. – !.. Ну конечно. Одри застыла словно кролик перед львом. Ее глаза были полны страха смерти. Она попыталась откашляться. «Что случится, если я не съем всего? Значит ли это, что если оставлю еду, то не смогу умереть нормально?» Пухлые губы задрожали. «О боже». Дерек, который смотрел только на девушку, подал ей стакан воды. Но это действительно странно. Очевидно, этот поступок был продиктован заботой, но его намерения стали еще более подозрительными, как только она посмотрела на него. Это было похоже на угрозу с издевкой: «Думаешь, я позволю тебе умереть так просто?» Конечно же, Одри была напугана. «Он не убьет меня одним взмахом меча – он будет издеваться и запугивать». Одри, до этого момента старательно сдерживавшая слезы, в итоге разразилась плачем, как будто сдаваясь. – Ну пожалуйста, просто убейте меня! – … Ее лицо было залито слезами, они капали на стол, и девушка вытянула шею. «Если ты хочешь перерезать мое горло, то сделай это сейчас». Она шмыгала носом, позабыв о манерах, а ее худенькие плечи безостановочно вздрагивали. – Моя голова, оставьте ее здесь, пожалуйста... – …О чем ты говоришь? – Ох! Вы планируете отравить меня? Герцог Фритт даже не моргнул, хотя перед ним сидел рыдающий человек. Он действительно достоин прозвища «Дьявольский призрак». Одри грустно всхлипнула, представляя свою отрубленную голову, катящуюся по длинному столу. – Или вы собираетесь четвертовать меня, не так ли? – … – Эй, поторопись и убей меня уже! Но Дерек был озадачен сложившейся ситуацией. Почему Одри так рыдает? Почему просит убить ее, вместо того чтобы наслаждаться ужином? «Я не могу представить свой завтрашний день без тебя, мое сердце сразу перестанет биться. Почему ты издаешь такие ужасные и неуместные звуки?» Такие ситуации не упоминались в «Книге любви». Несмотря на свою бессердечную внешность, внутри Дерек был невероятно смущен и тревожился, не зная, что предпринять. Его рука, спрятанная под столом, нервно дрожала. Он подбирал слова, приходившие ему в голову, и пытался хоть как-нибудь успокоить ее. – Дыши… Ты справишься с этим. Почему же слезы все никак не прекращались? Она начала рыдать, будто задыхаясь. – Ты просто хочешь увидеть, как я умираю! Его глаза кровавого цвета, смотревшие прямо на нее, были ужасающе холодны. Одри больше не могла выносить этого взгляда и зажмурилась. «Может, мне сходить за книгой сейчас?» Единственное, чему он мог доверять, это «Книга любви». Но сегодня было историческое для него событие – их первое свидание. Нельзя же в такой момент положить рядом книгу и запинаться. Он не думал, что его будет ждать такая неудача, когда поднял ее тело. «Нужно всегда держать поблизости хотя бы один экземпляр книги». Он винил себя в своей самоуверенности. А Одри в это время грустно рыдала. «Могу ли я оставить мою плачущую Одри одну?» Нет. Оставлять ее одну – не очень хорошая идея… Вдруг ему вспомнился отрывок из книги. —//— «Первая любовь» Основа 23. Как успокоить любимого/любимую Нет ничего лучше нежного ласкового прикосновения. Если вы хотите успокоить своего/свою любимого/любимую, подарите ему/ей сладкий глубокий поцелуй. Все проблемы улетучатся благодаря узам любви! «Секрет, как пленить противных лисиц» —//— Но тут возникала проблема. – … Эти двое еще никогда не касались друг друга. «Я очень хочу подарить ей сладкий и глубокий поцелуй! Но разве она не удивится?» От одной мысли о поцелуе его лицо покраснело. Он был смущен, теребя и без того красные уши. «Я не могу этого сделать. Говорят, что первый поцелуй должен произойти под звездным небом». Что ж, он пока не мог подарить ей такой незабываемый поцелуй. Их первый поцелуй войдет в историю, которую они потом будут рассказывать своим детям и внукам. «История, которую мы будем шептать нашим засыпающим детям, должна быть красивой». Пока Дерек на мгновение предался мечтам о далеком будущем, Одри все еще плакала. Его лицо посерьезнело. Он боялся, потому что казалось, вот-вот произойдет что-то плохое. «Я должен успокоить свою милую. Но как?» Может быть, она сомневается в его чувствах? Возможно, так она мило выказывала свою жалобу ему, резкому и неуклюжему. «Все дело в этом!» Дерек подошел к Одри. И улыбнулся так мило, как только умел, шепча слова любви, чтобы только она могла их слышать. – Я буду рядом с тобой до самой смерти. – Ах! Но когда она на мгновение открыла глаза, сразу же закрыла их снова, будто не хотела его видеть. Это произошло из-за того, что угрозы, которые он шептал со странной улыбкой, были ужасающе настойчивыми. «Это значит, что ты не оставишь меня в покое, даже когда я умру?..» С этим человек все было возможно. Одри никогда не найдет покоя, даже после смерти. Тем временем Дерек стал серьезным, потому что не мог понять, в чем дело. «Разве что-то не так?» Со временем ее дрожь только продолжала усиливаться. Он долго стоял там, ничего не предпринимая, и чувствовал себя дураком, неспособным успокоить плачущую женщину. Для одинокого человека, который никогда раньше не был в отношениях, это оказалось очень сложно. ---------- Том 1 Глава 2 – Торопись, Дженна, скорее! – Хо-хо. Сейчас. Одри топала ногами и торопила горничную. Дженна втайне улыбнулась, посмотрев на ее манипуляции. Было забавно наблюдать, как она извивается всем телом, но не может пошевелить головой, потому что переживает, что макияж испортится. Это сонная девочка, обычно просыпающаяся в обед, по какой-то причине решила встать на рассвете и накраситься. Философски подумав – «Она и так красива – без всяких украшений, такая, какая она есть», – Дженна догадалась о причине. И, улыбнувшись, сказала: – Все готово. Ох, вы такая сегодня красивая! – Спасибо! – Ох, миледи! Вы сейчас упадете! Одри выбежала из комнаты, как только служанка убрала от нее руки. Ей казалось, что одевание и макияж заняли слишком много времени, так что девушка очень переживала. «А стоило только приказать...». Однако это не помогло бы. Ей приходилось терпеть эти маленькие неприятности, потому что она не могла позволить другим узнать о своих магических способностях. «Что, если брат Клод уже ушел?» Перескакивать по две-три ступеньки за раз в этой прекрасной юбке было удобно. Однако Одри не покидало неприятное предчувствие, что она непременно его упустит. «Нет!» В такой напряженной ситуации можно было довериться только одному. Одри огляделась по сторонам, пока бежала. «Ага, здесь вроде никого нет...» Как только девушка убедилась, что абсолютно одна, она произнесла заклинание, которым так жаждала воспользоваться. *Вшух...* Ветер подул на ее измученные ножки. «Быстрее! Быстрее!» Этический Кодекс Магов, пересмотренный впервые за десять лет, промелькнул у нее в голове… Но лишь на мгновение. Когда оставалось пройти всего половину этажа, ветер, дувший под подолом ее платья, утих. Одри глубоко вздохнула и прочистила горло. Затем, сделав последний шаг, она начала очень умело изображать идеальное поведение молодой леди. – Отец, ты уже уходишь на службу? – …О-Одри? Граф Кевельсон, собиравшийся покинуть особняк, удивленно оглянулся. Голос его дочери, который он давно не слышал, по какой-то причине звучал очень странно и счастливо. Однако Одри сразу же повернулась к тому, кого жаждала увидеть как можно скорее, и поздоровалась с ним: – Ох, ты тоже здесь, брат Клод! Какое совпадение! – … Ее притворство с широко открытыми глазами было довольно убедительным. Граф, говоривший ранее, только смущенно теребил бороду, а Клод, как обычно, ласково улыбнулся и поприветствовал ее: – Одри, ты выспалась? – Да! – Неужели я вижу твое личико с самого утра понедельника? Наверное, теперь всю неделю будет происходить только хорошее. – !.. Она с трудом скрывала истинные чувства, которые были накалены до предела. «Что ты имеешь в виду? Я что, словно богиня удачи?» Одри не могла контролировать свои руки и ноги, которые постоянно двигались. И хотя она знала, что это маленькое приветствие ничего не значило для Клода, но продолжала придавать ему особый смысл. Это была одна из привычек, развившихся из-за долгой безответной любви. «Не будь слишком очевидна. Нужно вести себя как можно естественнее и милее». Одри попыталась притвориться, что ей все равно, но любовь подобна игровому долгу, который невозможно постоянно скрывать. Одри уже покраснела. «Как это странно…» Она не могла контролировать свои эмоции и смотрела на его лицо как дурочка… Ее практически трясло, и она чувствовала себя немой. Несколько раз ей без особой причины хотелось топнуть ногой под подолом платья. «Если бы я только могла видеть это прекрасное лицо каждый день…» Ради этого Одри была готова отказаться от двадцатилетней привычки быть совой и поздно вставать, чтобы стать жаворонком. – Хе-хе… Влюбленная девушка никак не могла устоять на месте. Яркая внешность, подобная только что распустившемуся цветку, тут же исчезла, и сейчас ее тело обмякло как переваренные овощи. Ганс, к которому относились так, будто его там не было, смотрел на них с отвращением. Возможно, он хмурился, потому что его ужасало выражение лица его подруги детства. – Эй, ты что, меня не видишь? – Да, привет, а кстати, что привело тебя сюда в такую рань в понедельник? «Хм.» – Это все?! – На мгновение глаза Ганса недобро блеснули. – Я не собираюсь выпрашивать приветствие! Приветствие, которое она выплюнула в его сторону, словно он был ее врагом, прозвучало не особо искренним. В любом случае, Одри интересовал лишь его брат. Клод посмеялся на этой утренней сценкой, глядя красивыми глазами на ссорящихся младшего брата и сестренку: – Так как карету графа Кевельсона все еще чинят, а нам все равно по пути, я заехал за ними. – О, как ты любезен! Ведь отцу пришлось бы использовать наемный экипаж… Сожалею, что тебе пришлось терпеть неудобства. – Мы все равно едем в одну сторону, так что все в порядке. И мне не будет одиноко, если я буду с графом. – Это… – граф Кевельсон внезапно все понял. Но даже красивая и милая дочь была бессильна перед любовью. Вот почему глаза Одри так искрились при виде Клода. Вздох волнения за другого человека вырвался из уст графа. Одри продолжила ворковать: – Это большое дело. Надеюсь, карету скоро починят… – Не о чем волноваться, – заверил ее Клод. – Но мы не можем постоянно тебя беспокоить. – Все в порядке. – Да? – Благодаря этому я могу снова тебя повидать. Можно ли найти причину лучше этой? – !.. Клод улыбнулся с сомнением. У Одри неожиданно сильно забилось сердце, и она просто стояла, забыв ответить. Трудно было скрывать свои темные мысли, видя эту ангельскую улыбку. «… Даже если бы я умирала, ни за что бы не сказала, что убийцей была она». Кто мог бы подумать, что именно дочь графа Кевельсона была той, кто посреди ночи сломал ось колеса отцовской кареты? Так что ей ничего не оставалось, как невинно посмеяться. Ганс не мог оставить их в покое, и дальше наблюдая эту любовную сцену, от которой его тошнило: – Ты что, собираешься на бал с самого утра? Что с твоей одеждой? Откровенно неприветливый взгляд Ганса скользнул по наряду Одри. «Да ладно. Он просто ревнует». – Хо-хо. О чем ты? Стыдно появляться в потрепанном виде в понедельник утром. Ох, но если бы знала, что ты будешь здесь, я сделала бы прическу. Одри смущенно поправила волосы. Их пятнадцатилетняя дружба никогда не была легкой. И поэтому сейчас он саркастически фыркнул. – Что? Эй, посмотри в зеркало. Ты такая красивая, что даже сам герцог сейчас бы с тобой флиртовал. – Это... – у Одри всегда был вспыльчивый характер, но сейчас она взяла себя в руки. «Клод все еще смотрит!» Одри сжала кулак с такой силой, что потеряла желание спорить. Ее рука, до этого направленная в его живот, внезапно изменила траекторию и легла ему на плечо. И как только она почувствовала жжение на кончиках пальцев, нежно похлопала друга по плечу, притворяясь, что смеется над его шуткой. – Хаха! Герцог! Ох, как смешно! – Эй, не трогай меня, ведьма! Одри ловко перекрыла его ступни подолом платья и безжалостно наступила ему на ногу. Предварительно не забыв наложить заклинание на свои каблучки. – Ты, чокнутая ведьма! – Ганс принялся кататься по полу со сморщенным лицом. Он даже закричал, что у него наверняка все пальцы на ногах отвалились. Однако Одри спокойным голосом обратилась к двум стоящим мужчинам с криками на заднем фоне: – Отец, брат. Вы опоздаете. Вам пора… – …Да. – Еще увидимся, Одри. – Ласково попрощался с ней Клод. И двое мужчин поспешили из особняка, будто их выгнали. В отличие от сварливого графа Кевельсона, Клод постоянно оглядывался и счастливо улыбался. «… Он молод и ничего не знает». Граф искоса посмотрел на Клода. Он, должно быть, самый умный и здоровый молодой человек, как и подобает первому жениху империи, но иногда в нем было что-то странное. Может, дело в том, что оптимисты слишком счастливые и позитивные? Он даже не побеспокоился о валяющемся на полу и кричащем брате, уходя из особняка. – Было весело… Хорошо провели время. И он засмеялся, произнося эти слова. Как бы ни старался понять его граф, ему это казалось не очень нормальным. *** Зайдя в комнату, Одри сразу легла на кровать. Все украшения, приготовленные с раннего утра, стали бесполезны, будто они и не имели никакого смысла. Ганс, наблюдавший за этой сценой, был обескуражен и смущен. Если бы только Клод увидел всю эту лень! Ему стало стыдно за свою одежду, которой он уделил слишком много времени утром. «Как она могла ничего не сказать? Эта подлая ведьма…» Например: «Я никогда не видела этот синий галстук». Или: «Тебе так идет синий». Но она скорее бы посмеялась над этим. Как можно быть такой жестокой, равнодушной и грубой? Ганс посмотрел на это злое существо, катавшееся по кровати. Резким движением его рука сорвала галстук и отбросила. Для него это было что-то вроде маленького бунта. Или нет. Одри была занята чтением утренней газеты. – Хм? Аа… Хмм. Интересно, какие сегодня новости? Сегодня «Императорская газета» не сообщала ничего нового. На первой странице красовался странный, основанный на женских ответах, опрос. В отличие от других газет, публиковавших специальные новости, эта была развлекательной. «Опрос «Императорской газеты» Ҩ: Что насчет неженатого мужчины, который способен сломать кровать в первую брачную ночь?» «… Что? Кто вообще будет интересоваться такими вещами?» Одри нахмурилась, прочитав такую вызывающую информацию. И затем шли пятнадцать имен. «В любом случае, вкусы у них странные». И хотя она неодобрительно цокнула языком, не могла оторвать глаз от газеты. И внимательно все просмотрела. Ей это показалось очень любопытным… Но, увидев в рейтинге знакомое имя, она воскликнула: – Безумие! Не может быть!!! Одри скомкала газету, не осознавая этого. ---------- Том 1 Глава 3 – О, ты меня напугала! Ганс сложил руки на груди и мрачно посмотрел на подругу. Видя, как она ругается с газетой и кричит, что этого не может быть, он подумал, что Одри опять сошла с ума. «Второе место: граф Клод Эмильтон. Интересно, что скрывается под этой милой маской? Мужчина, который возбуждает фантазии женщин…» – Как вы посмели?! Брат Клод занял лишь второе место? Брат Клод идеален! – … Точно. Ганс покачал головой и быстро отвел взгляд. Одри, наоборот, уставилось на написанное имя, и задумалась. «Первое место: герцог Дерек Фритт. Такого зверя нельзя приручить. Женщины, опасайтесь таких диких мужчин!» – … Не может быть! Разве в этом опросе, учитывая нюансы, не должны были выбирать «Принца ночи»? Но тот, кто занял первое место, может сломать голыми руками не только кровать... Но и человека на ней. «Конечно, разве его не нужно опасаться? Он – дьявол, безжалостно убивающий всех на поле боя». Дерек Фритт. Одри его знала. Не он ли положил конец полувековой войне? Она никогда в жизни не видела его, но знакома со слухами, ходившими о нем. Дьявол войны, Дворецкий самого ада, Кровавая баня империи, Кровавый герцог, слуга дьявола и многое другое… Судя по его прозвищам, он прославился совсем не героическими поступками. Изначально у герцога Фритта были темные как ночное небо глаза. Но кровь врага забрызгала его так сильно, что они стали красными. «О чем это они? У него всегда были красные глаза. Поэтому он и видел мир в кроваво-красных тонах. Говорят, однажды он не смог отличить воду от крови и принял кровавую ванну». «Конечно. Герцог Фритт убьет человека быстрее, чем я поймаю муху». Одни говорят, что он вырезал печень у ребенка, другие – что в полнолуние он сходит с ума и охотится на людей. Так как все слухи были разными, невозможно сказать, что из этого правда. Однако, если повстречать его в жизни, сложно сомневаться хотя в одном из этих слухов. Кровавые глаза, полные странного желания убивать, – вот какова характеристика человека, погубившего кучу людей. А это было доказано. Некоторые дворяне проявляли осторожность при встрече с Одри. – Граф... С ним все в порядке? – Конечно. – Он болен? – Нет, очень здоров. – Это хорошо. Вам всегда нужно быть осторожными. – … Все потому, что ее отец граф Кевельсон, его друг граф Эмильтон и даже Клод работали на этого ужасного человека. Однако сама Одри его никогда не видела. – Я уверена, что он выглядит очень сурово. Да. Поэтому люди пугались новостей и робели перед ним. Наверное, он слишком жесток. – … Хм. Одри упрямо скривила губы и отшвырнула газету. «Если бы я могла, я бы добавила более важные детали в газету». Однако даже для нее, никогда в жизни не видевшей его, он был словно кошмар или жуткая история с приведениями, которую рассказывают по ночам. – Что такое, почему ты такая расстроенная? Ты как белка, потерявшая все свои запасы. Ганс поднял газету в поисках чего-нибудь интересного, иногда поглядывая на расстроенную подругу. Но как только прочитал первую страницу, пришел в ярость. – А ты всегда читаешь «Императорскую газету»? Если она тебе не нравится, возьми другую… И тут Ганс замолчал. Его глаза остановились внизу страницы. Как раз на номере пятнадцать. Ганс долго не моргал – он не мог поверить этому, его подруга тоже заглянула в газету. А потом пнул дверь, выглядя при этом убито. – Что это за результаты? – А я знаю? – Это бессмысленно! Я? И на пятнадцатом месте? – … – Не верь этому. Неужели я?.. Как бы я ни был плох, но точно заслуживаю не ниже пятого места. Вот это да! – … Лицо Одри похолодело. Ее взгляд наполнился неприязнью. – Ну что ж... «Что это за результат? Как ты смеешь сравнивать себя с Клодом?» Он ищет ответы с таким несчастным лицом, что совсем не похож на себя. Но Одри все равно сказала то, что собиралась: – Ложь. – Эй! Ты ничего не знаешь! – Ой, как громко! Да я и знать ничего не хочу. – Ты удивишься. Я даже не могу тебе об этом рассказать… В любом случае, это все ложь. – Надеюсь, ты ничего не собираешься мне рассказывать. Ох, пожалуйста, избавь меня от этого. – Что? Ты и правда!.. Ганс вел себя так, будто скрывал что-то необычное. Однако Одри только фыркнула и не обратила внимания на то, что он пытался сказать. Ганс, чью самооценку очень задели, взбесился. «Он просто всегда в такие минуты вспоминает о своем возрасте». Он на три года старше Одри. Так что она решила притвориться, что ничего не знает. Она никогда не держала мужчину за руку, потому что ее от этого тошнило. Но для Одри… – Ты даже никогда не держал девушку за руку. Он ничего не ответил ей на этот укол. «... Как я мог проиграть? Этому животному». Он никогда и никак не сможет завоевать Одри. *** Дерек равнодушно уставился на человека перед собой. «Я не жалею тех, кто не смог меня убить». Даже если бы он жалел о совершенных убийствах, это бы ничего не изменило. Лукас посмотрел на окровавленное тело и вздохнул. – Как только его привели в камеру пыток, его вырвало кровью, и он умер. Но ничего похожего на яд не было найдено. Единственное, во рту у него были куски дерева. – … – Обычно большинство людей совершают самоубийство, как только попадают в плен, но это как-то странно. – Какие-нибудь зацепки? – На его груди странный узор. Но… Лукас показал на верхнюю часть туловища. Но там не было ничего, что можно было бы считать подсказкой. – Ни мыши, ни птицы не исчезли. – То есть ты ничего не узнал? – …Мне жаль. Дерек снова посмотрел на знакомое лицо и задумался. – Ты сказал, что он слуга, работавший на конюшне? – Да. Он проработал месяц. Я виноват, что не уследил. – Им интересно, что происходит внутри замка? – Не уверен. – … Лукас виновато поник. – У лорда Дерека полно врагов. Его ненавидели все – от мелкой знати до представителей больших императорских дворцов на далеких континентах. Не из-за того, что он был плохим. Он, конечно, не был и хорошим, но чем больше проливал крови своим мечом, тем больше у него появлялось врагов. Даже после окончания войны враги продолжали отправлять ему яд, чтобы отомстить за позор проигрыша. Полувековая война закончилась победой империи Криантес, но герцог все еще расплачивался за этот триумф. – Я устал, и меня уже тошнит от них… Даже Лукас, закаленный такими неприятными ситуациями, в этот раз был чрезвычайно серьезен. Герцог может начать подозревать своих сослуживцев и прислугу, работающую на него. Потому что не было гарантий, что тот, кого поймали в этот раз, – первый и последний предатель. Вполне возможно, что теперь они будут еще усерднее скрывать свои личности. Эта борьба займет больше времени, чем ожидалось. Неожиданно для Лукаса герцог спросил: – Сколько людей попало в замок за последнее время? – Около тридцати человек наняты недавно, а если считать всю прислугу, то получится более сорока. – … – Надо начать с тех, кто недавно взят на работу… – Если мы убьем их всех, проблема будет решена. – Ваше Высочество! Лукас, размышлявший, с какой скоростью его уволят, удивился и остановил Дерека. «Полное уничтожение? Разве это не самый крайний вариант в конце битвы?» Словно не видя в этом ничего особенного, Дерек посмотрел на своего помощника. – … Нет, это не вариант. Но все-таки… Лукас проглотил слова, которые уже несколько раз чуть было не вырвались из его рта… Но зная герцога всю жизнь, можно легко понять, почему он предложил такой вариант. Дерек Фритт провел на войне треть своей жизни. А поле боя, где убийство считается нормой, не самое лучшее место для взросления. В возрасте пятнадцати лет, пока остальные его сверстники гонялись за барышнями на балах, он гонялся за отступающими врагами и обезглавливал их. «Какое милосердие ты проявлял к врагам, находящимся на грани смерти?» Конечно, умирающий перед ними мужчина стал последней каплей. Дерек привык к такому образу мышления, повидав немало окровавленных тел своих людей. Это было нормально для мужчины, выросшего в таких условиях – пожелать убить со́рок незнакомцев, которые могли представлять для него угрозу. «Ты уверен, что сможешь когда-нибудь жениться?» Вдруг глаза Лукаса, устремленные на господина, затуманились. Честно говоря, никакая нормальная женщина не захочет добровольно стать герцогиней Фритт. «Мы знакомы уже давно. И уже не первый раз у меня от его слов по коже бегут мурашки». Дерека не интересует и не волнует ничего, кроме убийств и войн. Но, будучи преданным слугой, Лукас не может не приглядывать за семьей Фритт, поэтому решил дать герцогу искренний совет. – Неужели и правда так необходимо проливать кровь? – Ты хочешь увидеть, как завтра утром взорвется мой замок? – Я… постараюсь разобраться с этим делом до вечера. – Тебе следует покончить с этим как можно скорее. – Да. Но что мы будем делать с этим парнем? Дерек сделал шаг вперед. Затем вытащил меч и мгновенно проткнул сердце мужчины, а потом подождал, пока он перестанет дышать. Это было леденящее кровь убийство. – !.. – Сожги его. – …Д-да! Дерек вынул меч из бездыханного тела и отвернулся без всякого сожаления. Лукас наблюдал за этим, тщетно роясь в своем сердце. «И я хотел сказать что-то ему в лицо... О чем я только думал?!» И в этот момент он почувствовал что-то неправильное. «Как бы внимательно я ни присматривался, никогда не видел тебя влюбленным». Что тут говорить, никакая женщина не будет восхищаться таким жестоким и беспощадным мужчиной. Если только она не окажется сумасшедшей. Какая женщина полюбит того, кто больше увлечен смертью, чем любовью? Лукас волновался за двадцатилетнего герцога, не имевшего женщины, хотя самому было только двадцать семь лет, и он тоже все еще не встретил свою любовь. Это было так же странно, как если бы мышь переживала за кота. ---------- Том 1 Глава 4 Одри отругала Ганса, развалившегося на ее кровати, как на своей собственной. – Что? Почему ты все еще здесь? – …Ты так спешишь. Сегодня был день проверки бухгалтерских книг. – Точно. Ганс покачал головой и порылся в своей сумке. «Я же не какой-то микроб… Этот чертов идиот». «Если бы мы были в одной комнате, меня бы тоже затошнило, как от сточной канавы?» «Здо́рово, если бы мы могли поболтать и поиграть, пока были там». «Ужасно видеть каждый раз лицо, которое открыто выражает презрение». Ганс пробормотал про себя то, что не мог сказать вслух. Затем достал из кармана пухлую коричневую книжку в кожаном переплете. – Я практически почувствовала запах денег, в этом месяце бухгалтерская книга такая толстая. Одри взяла книгу с улыбкой. – Что ж, посмотрим, что в этом месяце пошло лучше всего. Отношения между ними были довольно необычными. Эти двое знали друг друга пятнадцать лет, первые десять из которых были полны ссор. Но за последние пять они успели стать деловыми партнерами и совладельцами магазина магических инструментов «Рокт». Это началось шесть лет назад, когда Ганс узнал ее секрет. *** Этот день не отличался от остальных. У Одри, которой тогда исполнилось только четырнадцать лет, было много секретов, а семнадцатилетний Ганс любил устраивать розыгрыши. Среди его любимых шуток самой распространенной было открывать дверь, не показывая своего присутствия. Однако в тот день он не смог, как обычно, подразнить Одри. – Черт, что происходит? – !.. В комнате царил такой беспорядок, будто прошел ураган. Одри сидела и рыдала как брошенный детеныш, а по комнате летали синие частички. Посмотрев на ее испуганные желто-зеленые глаза, Ганс понял сразу же. Этот секрет нужно сохранить и унести в могилу. В этот момент она почувствовала, что кто-то был за дверью. – Леди, закуски… – !.. *Бам!* Ганс захлопнул дверь и закрыл на замок, чтобы никто не мог войти. Почему-то он почувствовал ответственность за то, чтобы сохранить эту сцену в секрете и уберечь от чужих глаз. *Тук-тук* – Леди? Молодой господин? – … Побелевшей рукой он крепко ухватился за ручку, чтобы ее нельзя было открыть снаружи. Гансу удалось выдавить из себя: – …Все в порядке. Я позову тебя, если будет надо. Отдохни. – Хорошо, молодой господин. Он не отпускал ручку двери, пока не услышал, как затихли шаги. *Хлоп! Хлоп!* Яркие частички, исходившие от ее тела, продолжали разлетаться и взрываться повсюду. После столкновения с ними предметы в комнате разбивались, падали или ломались. Лицо Одри ужасно исказилось. Ганс, наоборот, замерев, все еще стоял у двери, хотя его осыпали летящие частички. Нужно ждать, пока не пройдет эта странная световая буря. «Прилив маны». Он впервые видел такое. Если вы нерегулярно используете ману, накапливающуюся в вашем теле, то она начинает взрываться. Одри раскрыла все свои секреты Гансу, которые так усиленно скрывала от семьи. Магические силы проявились у нее в десять лет, и она не хотела отправляться в Башню Волшебников, поэтому скрывала это. – …Я пойму, если ты захочешь доложить об этом. – Что? «Дурочка. Конечно, она уверена, что я донесу на нее». Ганс закрыл рот. Он тоже не хотел, чтобы Одри отправили в Башню Волшебников. «Не знаю почему. С тех пор, как мы познакомились, мы ссорились каждый день, но это не значит, что я хочу, чтобы она исчезла из моей жизни». Кроме того, он не был уверен, как смог бы на ее месте справиться с разбушевавшимися магическими способностями... Ему казалось, что в груди что-то защемило. Первый волшебник появился около ста лет назад. С тех пор империя выпустила особые законы, которые заставляли хранителей маны посещать Башню Волшебников. Ходили слухи, что их посадят в темницу, если они откажутся или скроются. Но Ганс понял по ее словам, что она не хочет идти в Башню. «Тогда я готов стать сообщником…». – Что ты имеешь в виду под «доложить»? Ты что, что-то украла? Почему ты так на меня смотришь? – … – Я ничего не потеряю. Ты… Что за бардак в этой комнате? Это настолько возмутительно, что даже стыдно просить кого-то убираться здесь. – … – Что ты делаешь? Быстрее бери метлу. Это же твоя комната? В итоге Ганс стал близким другом Одри. Они вдвоем объединили силы и начали изучать магию. Все книги о ней хранились в Башне, поэтому приходилось заказывать их из других стран. Ганс собрал всевозможную информацию через своего деда по материнской линии. И приложив столько усилий, он получил огромные результаты. По своим силам волшебники делились на несколько категорий. Одри принадлежала к категории универсалов. Хотя последовательность была не ясна, помимо атаки, защиты и исцеления, у нее была очень практичная способность. Одри могла использовать магию в повседневной жизни – для нее это было так же легко, как дышать. Она могла создавать различные волшебные инструменты, обрабатывая магические камни. – Я попрошу у деда магических камней. – …Спасибо, Ганс. Ганс облегченно выдохнул. Он придумал, как успокаивать эту глупышку. Разве он не молодец? Было бы в разы хуже, если бы она оказалась «атакующим» типом. Он не способен даже муху обидеть. «Я бы потерял сознание через десять минут охоты». Время шло. Наступил пятнадцатый день рождения Одри. – Что? Уже все? Почему ты завязал мне глаза? – Мы почти пришли. Ганс, прибывший рано утром, завязал ей глаза и куда-то повел. Как только она смогла открыть глаза, то увидела магазин волшебных инструментов под названием «Рокт». – С днем рождения, вредина. Ганс показал ей начатую постройку, которую решил подарить ей. В то же время Одри получила должность главного сотрудника магазина. – В будущем ты будешь главным исследователем. Этот магазин должен стать известным, поэтому ты обязана начать строить его прямо сейчас. – …Ты хочешь использовать людей как рабов? – Эмм. Ты сама будешь рабом. Пока ты не вернешь сбережения деда, вложенные в это дело, я буду относиться к тебе как к собаке. – Тогда это совсем не подарок на день рождения! – Эй! Я сделал тебя главным сотрудником. Чего еще ты хочешь? Это подарок, глупая! Ты что, не благодарна? Они все еще продолжали ссориться, но Одри стала лучше понимать своего друга. Ганс построил магазин, чтобы уберечь ее от всплесков маны. Его предсказание сбылось. Магическая сила естественным образом высвобождалась в процессе изготовления магических инструментов, всплески маны прекратились. И люди хорошо отреагировали на то, что Ганс подарил совей подруге магазин. – Что ж, у моей подруги день рождения, я захотел подарить ей собственный магазинчик. – Хо-хо! Как быстро растут дети! – Мы знакомы с тобой с детства, как хорошо. – Ты что-то задумала, Одри? Хочешь приобрести соседнее здание? – Вы, ребята, играете с огнем. Ганс почесал затылок, который намного возвышался над головой Одри. Он был слишком взрослым, чтобы прислушиваться к ее словам. «Рокт» начинался как шутка, но был единственным магазином волшебных инструментов в столице. Каждый раз, когда чья-то гениальная мысль улучшала жизнь империи, она сразу же распространялась среди аристократов. Так что магазин стал невероятно популярным за довольно короткий промежуток времени. *** Ганс начал доклад о состоянии дел для Одри, которая внимательно изучала бухгалтерскую книгу: – Похоже, последний новый продукт – волшебный камень ароматов – нашел большой отклик среди покупателей. Продажи продолжают расти. Он даже пользуется популярностью среди местных дворян. – Хех… Его продажи еще долго будут расти. – Должны ли мы выпустить еще новинки в этом квартале? – Я хочу сделать устройство связи. – Устройство связи? – Ганс моргнул и задумался. В империи единственным надежным средством связи были почтовые голуби. Цена на этих птиц была невысока из-за большого предложения, к тому же, инфраструктура была хорошо налажена. «И тут ты собираешься создать новое средство общения?» Одри, напротив, была очень серьезна: – Ты... Ты знаешь, сколько писем мы получаем в день? – Не знаю. – Больше сотни. Но… Семьдесят из них – от моего брата. – Ох. – Он попросил меня отправить ему портрет и ответ. Это сводит меня с ума. Арнольд был единственным братом Одри. Он попал в Башню в семнадцать лет – после того как проявились его магические силы. Сила Одри долго не проявлялась. Башня Волшебников изменила Арнольда. Посещение Башни было очень ограничено – нельзя просто войти или выйти оттуда, а поддерживать связь можно было только с помощью писем. Время нахождения в Башне было неограничено. Маги находились там до тех пор, пока не добивались каких-то важных свершений. Никто не знал, займет это десять или двадцать лет. Домой можно было возвращаться только раз в год. Арнольд, обучавшийся в Башне уже десять лет, соскучился по людям, и поэтому слал около ста писем ежедневно. Около семидесяти из них предназначались для Одри. Ей тяжело было читать письма, которые начинались «Дорогая Одри». «Почему он так много пишет?» Ему нравилось бросать вызов людям. Одри, не в силах его игнорировать, внимательно читала письма. Она даже написала ему три длинных ответа. Арнольда они, тем не менее, не удовлетворили. Одри отвечала: «Кажется, какие-то письма потерялись по пути». «… Моя милая сестричка. Ты настолько занята? Больше, чем твой брат?» «… Одри. Почему ты не общаешься со мной? Что-то не так?» «… Уже спишь?» «… Ах, наверное, да» «… Спокойной ночи» «… Прошу ответить мне утром». «… Я люблю тебя, сестренка». За окном постоянно слышался хлопот крыльев голубей. – Я не могу больше этого выносить! Одри пообещала себе тогда: «Я сделаю коммуникационное устройство в качестве нового продукта для магазина». ---------- Том 1 Глава 5 Ганс молча покачал головой. «Если это Арнольд, тогда все становится ясно». Разве он не был замечательным человеком, который всегда хотя бы раз в день посылал письмо Гансу, ребенку из чужого дома? Даже Клоду. – Я догадываюсь, как это будет ужасно для моего брата. – Когда ты его выпустишь в продажу? – Хм, две недели – самое позднее. Обработка камня маны будет завершена через несколько дней, и все, что останется сделать, это позаботиться о его изготовлении. – Хорошо. Тогда через две недели я запущу рекламу. Ганс мгновенно исчез, сказав, что хотел. Но Одри было все равно. Она даже не заметила, потому что напевала, лежа на кровати и вчитываясь в бухгалтерскую книгу. – Хмм, хм, хмм… С того момента, как она влюбилась в Клода, девушка пообещала себе кое-что. «Однажды я смогу отстроить золотой особняк, который когда-нибудь станет уютным гнездышком для нас двоих. Я сделаю ему шикарное предложение». Смутно представляемый замок постепенно начинал обретать реальные очертания. «Брат, я заработаю много денег, и тебе не придется даже пальцем шевелить». Одри счастливо улыбнулась, представив золотые слитки в секретном сейфе. Казалось, что осталось не так уж и много времени до того, как она сделает предложение брату Клоду. *** Когда солнце зашло, над замком пронесся ураган. Всем недавно нанятым сотрудникам было отправлено уведомление об увольнении. – Как можно было так поступить? Куда нам теперь идти? Как и ожидалось, все уволенные возмущались. – Вы должны были сказать нам об этом месяц назад, чтобы мы успели подготовиться и найти другое место. – Ваш герцог действительно подлый… Те, кто в одно мгновение потерял работу, впали в отчаяние и гнев. Тем временем Лукас наблюдал за ними. «Здесь должно быть несколько подозреваемых». В их внешности не было ничего необычного. Даже в этой неожиданной ситуации они все еще не раскрыли свою личность, от чего у него по коже пошли мурашки. – Конечно, мы не позволим вам просто уйти. Его Высочество специально приготовил вам рекомендательные письма и выходные пособия, так что не забудьте взять их, когда будете уходить. – Вы должны были сказать нам об этом раньше! – Эй, не толкайтесь! Когда было объявлено о компенсации, жалобы быстро поутихли. Дело в том, что они не несли убытков, если им выдавали крупное выходное пособие и рекомендательное письмо от герцога Фритта. Взгляд Лукаса был прикован к спинам людей, которые быстро уходили, будто бы стараясь сбежать. В конце концов, завтрашним утром они могли быть уже трупами, не успев покинуть замок герцога. Было действительно странно наблюдать за тем, как они уходят сами по себе, не подозревая, что с ними могло произойти. – Это же облегчение, верно? Ему пришлось отказаться от поиска заговорщиков, раскрытия заговора и вынесения наказания за то, что они угрожали жизни герцога Фритта, но он все равно считал, что это было не лучшим решением. А нужно бы отсечь все сомнения. Настало время выследить и устранить тех, кто позволил заговорщикам процветать в замке герцога, даже не подозревая об их злобных замыслах. Было трудно сомневаться в каждом и отсеивать кого-то из старых работников. Но Лукас просто обязан был это сделать. При этом возникала и еще одна проблема. – Теперь у нас не хватает рабочей силы. Основной штат персонала поредел, рук не хватало. И нужно было подготовить отчет по бюджету за месяц прямо сейчас. – Из-за того, что их некому передать, с этими делами придется разобраться самостоятельно. – Это правда, но… Ярко-красная сигнальная лампочка вспыхнула в голове Лукаса, когда он услышал холодный смех Дерека. – Не знаю, неужели ты настолько сбит с толку, что мне пришлось практически самому вычислять крысу? – !.. – Это была просто группа бедняков, жаждущих наживы? – Нет. Это не так! – Даже если нет, то пусть будет так. Мы же не могли выгнать всех за ворота просто так. Требуется какое-то объяснение. – Нужно попросить людей, отвечающих за работу каждого отдела, поддержать статус-кво. – Да, в этом есть смысл. – … Как и ожидалось. Помощник герцога тихо вздохнул. Он уже практически слышал, как затрещат спины оставшихся работников. Персонал, необходимый для обслуживания замка герцога, был огромным даже для размеров империи. Однако людей не хватало, и им приходилось работать весь день напролет, с восхода до заката. «Поскольку с большей частью предателей уже успели разобраться, мы сможем преодолеть первоначальный кризис, но в данный момент все еще далеки от цели». «Кто может занять эти должности?» Лицо Лукаса вытянулось. Не стоит говорить, что всех, кто работал в герцогском замке, в империи считали наивными. Казалось, что их притащили силой, но все они, на удивление, пришли сюда по своей воле. Однако угодить Дереку, который уже в пятнадцать лет прославился как мастер меча, было нелегко. В его присутствии даже редкие гении выглядели бесполезными зверушками. Он на самом деле не понимал, почему люди продолжали здесь работать, несмотря на все унижения. Лукас называл их извращенцами. Как бы их ни отвергали или как бы они ни были сломлены, они оставались здесь из-за искренней преданности герцогу Фритту. – Откуда вы берете этих извращенцев? На самом деле в каком-то смысле это была высококвалифицированная рабочая сила, которую сложно отыскать. Лукас не мог просто смотреть, как умирают эти ценные извращенцы. – Сэр, почему бы нам не отправить вассалам письмо о сотрудничестве? – Письмо о сотрудничестве? – Да. Разве это не самый безопасный способ – привлечь к работе вассалов? Для начала, мы напишем уважаемым семьям официальное письмо с просьбой о помощи на время, пока не разберемся с предыдущим делом. – …Это неплохая идея. «Дело сделано!» – мысленно воскликнул помощник. Слабый проблеск надежды мелькнул на его лице. Лукас быстро появился с ручкой и листом бумаги, как будто боялся, что хозяин передумает. Герцог, сидя в своем рабочем кресле, уставился на него. – Раз у нас есть идея, мы должны приступить к ее осуществлению прямо сейчас! Какие условия необходимо внести в документ? Льготы или требования, или что-то еще? Мы должны быть предельно точными и подробно описать все это. – Ну... Дерек поскреб подбородок и задумался на мгновение. – Это временная работа, поэтому они должны получать соответствующую компенсацию. Выплачивайте максимальное жалованье. – Да. И?.. – Условия... Я думаю, что они должны быть достаточно здоровы. Если они начнут постоянно пропадать из-за болезни, то их работа будет сорвана. – Да. Что-то еще? – Все выйдет из-под контроля, если в замке начнется эпидемия. Получается, что нужно исключить всех, кто регулярно проходит лечение или страдает от хронических заболеваний. – Да. Лукас подробно записал все условия Дерека. Большинство из них блокировали любые факторы риска. Алкоголь и табак снижают эффективность работы, поэтому им следует избегать их употребления. Кроме того, он не забыл упомянуть и тот факт, что они будут работать сверхурочно, а это может привести к нехватке времени на общение с семьей. Лукас, который довольно долго составлял письмо и записывал все условия, гордо поднял голову. Хотя это простой официальный документ, благодаря использованию его знаний в нем были отображены даже мельчайшие детали. Поэтому Лукас буквально светился от гордости. – Все готово. Однако почему-то перед его взглядом, направленным на заполненное официальное письмо, все задрожало, как будто произошло землетрясение. Все было написано в соответствии со словами господина, но… «Официальное уведомление о сотрудничестве для временных работников Министерства государственного управления и безопасности»: ※ Высокая ⬥ Прибыль ♣ Гарантирована ※ 1. Здоровые взрослые люди. 2. Те, у кого нет записей о лечении у врача за последние два года. 3. Те, кто не употребляет алкоголь и табак. 4. Те, кто не страдает от душевных и хронических болезней. 5. Те, кто не принимает лекарства. 6. Люди, которые потеряли связь с семьей или не планируют контактировать с ней. … Впечатление от письма было странным. Дерек, ничего не понимая, подозрительно посмотрел на своего помощника, который выглядел озадачено. – Что-то не так? – Ну, что сделано, то сделано. – И? – Где-то… Ай! Прежде чем он понял, что произошло, герцог выхватил официальное письмо и начал его читать. Он, должно быть, уже успел прочесть, но долгое молчание напрягало Лукаса и заставляло его дрожать. «Я сейчас умру…» Помощник чувствовал себя добычей хищника, ожидающей своего часа. Еще страшнее было то, что обычно очень энергичный герцог замер и так долго молчал. Дерек отложил официальное письмо, не сказав ни слова. Перед глазами Лукаса промелькнула вся его жизнь. – Это официальное письмо. – … – Меня все устраивает. Можем его так и отправить. – !.. Разрешение, которое только что дал герцог Фритт, казалось невероятным. Лукас почти спросил, серьезно ли он, но тут же заткнулся, увидев удовлетворенное лицо герцога. «Хорошо, все хорошо». Он задался вопросом, сколько людей подадут заявки, увидев такое официальное письмо, но об этом можно было побеспокоиться позже. *** Граф Кевельсон до сих пор был в долгу перед сыном своего близкого друга. По какой-то причине в графской карете обнаружился неизвестный дефект, который устранить полностью можно было якобы только за два дня. «Это очень странно. Никто физически не мог сделать такой идеальный разрез. Что это может означать? Я не думаю, что это естественный дефект. Это – дело рук мага». Механик сказал, что доставка запчастей займет еще неделю. Именно Клод стал спасителем графа в трудную минуту. Он был всегда готов протянуть руку помощи. – Пожалуйста, извините меня и сегодня. – Все в порядке. Хозяин кареты и сегодня радостно улыбался. Кажется, он был рад тому, что его карета заполнена людьми, а не пуста как обычно. Экипаж, отделанный высококачественным черным деревом, заполнила довольно необычная компания. Граф Кевельсон, его дочь Одри, Клод, владелец кареты, и Ганс, младший брат Клода, вот уже несколько дней путешествовали вместе. Среди них всех только Клод и Одри улыбались. Граф Кевельсон мысленно вздохнул с обеспокоенным выражением лица. «Просто потерплю еще раз». Во вторник вечером прибыло подозрительное официальное письмо из герцогского замка. Формально, это было предложение о сотрудничестве. Но выглядело оно действительно странно. Возникало чувство, что если отправить туда ребенка, то вы больше никогда с ним не увидитесь. ---------- Том 1 Глава 6.1 Граф в глубине души не хотел, чтобы Одри ехала, и надеялся, что она начнет жаловаться на то, что не хочет уезжать. Но почему-то ... – Я хочу поехать! – ... Дочь сразу клюнула на это. Он пытался как-то убедить ее передумать, но Одри, будучи очень упрямой, осталась недовольна. Чем дальше они были, тем тревожнее становилось графу. Это произошло, потому что он вспомнил плакавшего молодого человека, который причитал: «Я был лучшим, когда закончил академию». Но даже такой одаренный молодой человек был не более чем хищником, который не мог найти себе пропитание в замке герцога. Как печально. Граф незаметно похлопал молодого человека по спине. «Но вы хотите, чтобы я отправил свою прекрасную дочь в такое место, которое похоже на сущий ад?» Драгоценная дочь, которая никогда не работала? Говоря о социальном опыте Одри, можно было лишь упомянуть управление небольшим магазином, но это была скорее игра для нее. Она не привыкнет к суровой атмосфере и, скорее всего, услышит много негативных слов. Когда образ Одри наложился в его голове на образ плачущего молодого человека, граф совсем побледнел. «Моя дочь… в слезах?!» О боже! Видимо, в этот миг он был готов сойти с ума. Все говорят, что так происходит, когда дети вырастают, но в мире есть боль и страдания, о которых ей не нужно знать. Граф Кевельсон выглядел обеспокоенно. Клод не замечал этого, бездумно любуясь видами из окна, когда поклялся вернуть свою карету. – Ух ты, кажется, по какой-то причине мы сегодня приехали раньше обычного. – …Уже? Полный отчаяния взгляд графа переместился на окно. Возвращаться уже поздно. «Что, черт возьми, вы ели вчера вечером?» Даже с четырьмя пассажирами на борту графа раздражала крайне тяжело сложившаяся ситуация. Напротив него Клод гордо улыбался, наблюдая за сменяющимися пейзажами в окне. Прошлой ночью стоило выбрать лошадь самому. *** Граф Кевельсон должен был пойти первым со своими подчиненными и, как только он вышел из экипажа, их осталось только трое. Ганс резко обернулся и недовольно посмотрел на двоих, казавшихся влюбленной парой. Но он все равно натянул улыбку на лицо: – Ты собираешься работать или играть? – Что? – Одри не поняла вопроса. – Просто глядя на твою одежду, я мог бы поклясться, что ты собираешься на пикник. – … Одри посмотрела на него, и на ее лице было написано – «Да что с тобой?» – как будто ее не удивил его внезапный выпад. «Почему он постоянно придирается к моей одежде? Да, я понимаю, что он имел в виду: как может кто-то настолько глупый понять очарование великолепных открытых тонких рук и слегка укороченного подола юбки?» Как всегда, он вел себя просто невежественно. Однако злой Ганс так много спорил, но Одри была единственной, кто мог его слышать. – Это должно быть очень странно выглядит в глазах моего брата. Одри: – ... – Ты правда в порядке? В этот момент Одри внезапно остановилась и с удивлением посмотрела на свой наряд. – Э-это правда странно выглядит? Кремовое платье, сильно выделяющееся на фоне однотонной темной толпы; рукава, похожие на воздушные шары; и невероятно красивый наряд, полный лент и кружева, подобный пятиярусному свадебному торту. Оглядевшись, она сделала вывод, что это сильно отличался от аккуратной одежды других людей. «Одри, ты – идиотка!» С опозданием ее настигло чувство стыда. «Я просто хотела сегодня хорошо выглядеть в глазах человека, который мне нравится...» Она переживала, что подумают о ней люди, но больше всего ее, конечно же, беспокоило мнение Клода. «Не подумают ли они, что я похожа на ребенка, который не имеет представления об уместности?» Да, он, должно быть, подумал, что Одри выглядит просто жалко. – … Одри? (Клод) – … – Ты плохо себя чувствуешь? (Клод) Одри покачала головой и выглядела так, будто сейчас расплачется. Ганс, идущий позади, что-то озорно прошептал, а она крепко сжала подол платья. Клод сразу понял ситуацию. – Ганс. – Что? Я ничего не сказал. – … – Действительно? Клод хмуро посмотрел на брата. Тем временем все трое подошли к воротам замка. Клод, сотрудник министерства финансов, должен был расстаться со своими двумя спутниками: – Сегодня тебе может быть немного некомфортно, но скоро ты к этому привыкнешь. Увидимся позже. Клод сказал это, будучи уже на ступенях, но, не дойдя и до середины лестницы, остановился. – … Потому что угрюмое лицо Одри тронуло его сердце. Клод без колебаний обернулся. Затем начал спускаться против толпы, поднимающейся по лестнице. Найти в толпе пышные розовые волосы было несложно. Он быстро догнал Одри и аккуратно схватил ее за рукав. – Брат? – Шшш… Первое, что бросилось в глаза Одри, был игривый взгляд Клода. Затем его губы, которые казались ей мягкими. Ганс их не слышал. – Ты сегодня хорошо выглядишь. – !.. – Так что не расстраивайся. Хорошо? Его слова, дошедшие до ушей Одри, были такими теплыми и приятными. Она стояла ошеломленная, не зная, что сказать. – Ах… – До скорого. Тем временем Клод коротко попрощался и ушел. Одри остановилась посреди толпы людей и еще долго смотрела ему в спину. «Я прямо-таки чувствую, что мое сердце вот-вот взорвется». ---------- Том 1 Глава 6.2 *** – Вы можете подождать здесь. – Да! – … Все новоприбывшие собрались вместе в ожидании распределения обязанностей. Отличия между этими людьми были очень заметны. Ганс сидел, сгорбившись и подперев подбородок рукой, а Одри подпрыгивала на цыпочках от нетерпения, как будто не могла успокоиться. Взгляды на ее одежду, казалось, больше не беспокоили ее. – Хотела бы я перейти в ведомство как можно скорее. – …Это не так уж и хорошо. – Не могу поверить, что наконец работаю с Клодом! – Ты спятила. Почему ты преследуешь меня всю дорогу? – Ты уверен, что мы будем работать вместе? Хе-хе… – Эта сумасшедшая женщина. Люди подумают, что мы сильно влюбленная пара. – Брат Клод определенно выглядит круто во время работы. Аааа!.. – Тебе повезет, если ты не заплачешь после того, как тебя отругают, тогда мне придется тебя успокаивать. Это было похоже на совместный монолог: они сидели рядом, но каждый говорил исключительно о своем. Разговор не клеился, но они и не пытались. Когда в комнате стало шумнее, появился старик. – Поскольку мы почти у цели, я приступлю к объяснению? Он отвечал за назначение временных работников в каждый отдел. Взглянув на бумаги, мужчина почесал затылок, словно обеспокоенный. Его морщинистое лицо выражало смущение. Было крайне сложно распределить на конкретные места аристократических детей без всяких резюме. Если он допустит ошибку, у него могут возникнуть проблемы. – Хм… Я не уверен, насколько хорошо вы все знаете. Так почему бы вам вместо этого не выбрать отдел, соответствующий вашим способностям? – … Одри была единственной, кто торжественно улыбнулся. Для нее это было очень хорошее предложение. Она пыталась во что бы то ни стало попасть в тот же отдел, что и Клод. – О… Прежде всего, аппарат управления герцогством состоит из семи департаментов: министерства финансов, министерства труда, министерства культуры, министерства социальных дел, министерства юстиции, министерства магии и рыцарей. За министерство труда отвечает дворецкий, так что сотрудники туда не требуются. А так как министерство рыцарей тоже можно исключить, то вам остается выбрать из оставшихся пяти департаментов. Затем выяснилось, сколько человек будет закреплено за каждым отделом. – Давайте посмотрим. Во-первых, один – в министерство финансов, три – в министерство культуры, три – в министерство социальных дел, два – в министерство юстиции и один – в министерство магии. Сжатые кулаки Одри вспотели. «Финансовый департамент – мой!» Почему в департаменте Клода только одна вакантная должность? Одри, не подозревая, что Ганс многозначительно смотрит на ее голову, нервно ждала распределения в министерство финансов. – Далее, финансы. – Я! Прямая рука быстро рассекла воздух. Одри широко улыбнулась. Ее глаза были прикованы к этому серьезному лицу. Но, как ни странно, руководитель посмотрел прямо на место рядом с ней. «Хм?» Одри в замешательстве повернула голову. И там… Там был Ганс с очень высоко поднятой прямой рукой, как бы желая представиться. – Эм, молодой человек рядом с девушкой был немного быстрее. Как ваше имя? – Ганс Эмильтон. – О, вы – младший из сыновей графа Эмильтона. Нет никого лучше. Вы сможете отлично там сработаться. – … Улыбка Одри мгновенно погасла. Ее рот приоткрылся, а пухлые щеки сдулись как воздушный шарик без воздуха. Одри потрясенно смотрела в его сторону. «Ты... Почему ты выбрал это место?» Ее глаза расширились – она не могла поверить в то, что только что произошло. И продолжила гневно смотреть на него. Но Ганс не поворачивал головы, пока его имя не было вписано. – Дальше... — В следующий раз поднимай руку быстрее. – … Когда их взгляды встретились позже, улыбка на его лице была отвратительной. Было ясно, что он решил досадить Одри. Невозможно удалить имя, которое уже было вписано. Осознание этого еще больше разозлило ее. – Я хотел работать со своим братом. Думаю, тебе стоит обратиться в министерство юстиции, верно? – Ээ?.. «Ты что окончательно спятил?» Одри была невероятно зла. Если бы они не были в замке герцога, она бы схватила его за руку и трясла, пока все его органы не вывались бы из него. «Что? Теперь ты хочешь работать со своим братом? Раньше ты только наблюдал за ним, хотя у тебя было время помогать ему с работой. С каких это пор он стал для тебя таким особенным?» В это время кровь приливала к ее голове, вызывая легкое головокружение. «О боже! Ах!!! Твое упорство было невероятным доказательством того, что ты просто кусок мусора! Как насчет моего счастья?» – Почему ты не использовала магию, если так сильно этого хотела? – … – Что ж, мне очень жаль. Ганс явно пытался отмахнуться от нее. «Нет, это определенно было сделано намеренно». Несмотря на то, что они разделились, лицо Одри даже спустя час оставалось ужасно недовольным. Она чувствовала себя неудачницей. Ей не хотелось видеть его улыбку. Одри поклялась никогда не забывать сегодняшний день и отомстить. «Этому подлому вору!!!» ---------- Том 1 Глава 7.1 – Здравствуйте, меня зовут Одри Кевельсон, и я с нетерпением жду возможности поработать с вами! – …Я Ганс Эмильтон. На них было обращено все внимание министерства финансов. Клод тоже повернулся и удивленно посмотрел на обоих. – Ха-ха! Замечательно, что у вас двоих хорошие отношения. Похоже, вы последовали за своим братом в министерство финансов! – Отлично, что у нас здесь молодые дарования! Это будет огромной помощью. – Почему тебе не заняться ими, Клод? – Хорошо. Клод мгновенно взялся за новое задание, но ухмыльнулся, ни капли не расстроившись. Ганс, увидевший это, нахмурился, как будто не задумывался о таком повороте событий. «Блин! Блин!» Изначальный план не был таким. Если он был в своем уме, зачем ему было приходить в министерство финансов только для того, чтобы увидеть брата, которого и так видит каждый день, так что он уже вызывает у Ганса тошноту? «Мне просто не хотелось представлять, как они будут флиртовать, когда меня нет рядом». Ганс опасался, что что-нибудь случится, если они вместе будут работать сверхурочно. Очевидно, все было идеально, пока он не перехватил очередь Одри. Тем не менее… *** – О боже! Я неправильно прочитал: два человека должны быть назначены в министерство финансов, а не в министерство юстиции. Когда человек, ответственный за распределение сотрудников по каждому департаменту, скорректировал количество людей, которые должны быть отправлены в разные министерства, настроение ребят совершенно изменилось. Ганс просто хотел умереть. Его сводило с ума уже то, как Одри будет нахваливать и делать комплименты его скучному и ужасному брату. Лицо Ганса, на какое-то время прояснившееся, снова стало мрачным. *** *Стук* На Одри напала череда неудач. – Ой! Извините, извините. Она на пустом месте споткнулась с коробкой, полной бумаг. Девушка упала навзничь, и все документы теперь были разбросаны повсюду. Ганс покачал головой, как будто ожидал этого: – Я так и знал, что это произойдет. – Одри, тебе больно? (Клод) – …Хм. – Куда ты смотрела? (Ганс) – Все правда в порядке… (Одри) – Поторопись. «Какая от меня польза? Все, что я сделала, это лишь принесла Клоду больше проблем!» Но даже при этих мыслях, она не могла сдержать слабую улыбку, медленно поднимаясь с пола. «Брат Клод и правда так сильно волновался?!» «Какие милые у него глаза, когда он с тревогой спрашивал, не ушиблась ли я». Боль в бедре не сильно ее беспокоила. – Если ты наступишь на бумаги, то можешь снова поскользнуться, поэтому не рискуй. Ганс, иди и помоги. – Я? – Это займет всего минуту. – В любом случае, из-за того, что она пришла сюда в этом наряде, она споткнется еще не раз. – … Однако Одри не могла избавиться от ощущения, что правда причиняет один вред. Как только она почувствовала себя виноватой, раздался теплый знакомый голос Клода: – Одри, ты не хочешь поработать там с документами? И если тебе станет плохо, сразу скажи мне. Хорошо? – … Да. Посмотрите, какой он деликатный, даже из самой обыкновенной работы старается сделать что-то важное. «Брат, мне никак не сбежать от бумажной работы». Было неловко, когда с ней обращались как с трехлетним ребенком, но она была готова рассмеяться, потому что он был так заботлив. Если Клод так говорит, значит, так надо. Это все-таки документы герцога, так что, может быть, они и правда чем-то важны. Одри серьезно отнеслась к миссии. Это было из-за ее желания превзойти ожидания Клода. «Вот болван. Бумага что, убежит?», – Ганс покачал головой, хмурясь. К сожалению, на этом ошибки Одри не закончились. – Одри, не могла бы ты уничтожить некоторые просроченные документы? – Да! Одри с готовностью ответила и взяла тяжелую папку. Наблюдая за измельчением документов, она выглядела гордо. Прежде всего, не было риска совершить ошибку, потому что это была просто повторяющаяся задача. Когда последний пакет документов был наполовину уничтожен, Ганс подошел с серьезным выражением лица. Одри посмотрела на него. – Что еще? Чего тебе? Он не мог выдавить из себя слов, когда Одри смотрела на него в упор. Однако если бы она весь день смотрела в другую сторону, он бы удивился еще больше. Ганс нервничал, но не понимал, почему так себя чувствует. – Откуда взялся этот документ? – Хм? Миллер сказал мне уничтожить старые документы. – Их все? – Да, а что? *Клац, клац, клац...* На этот раз Одри просто не могла ошибиться. Все, что ей нужно было сделать, это уничтожить документы, которые ей выдали. С этим не справится только дурак. Однако по мере того как молчание Ганса затягивалось, в его глазах, которые раньше были полны уверенности, начала появляться тревога. – Что? Почему ты молчишь? Ты заставляешь меня нервничать. Что такое? В чем дело? – … Ганс молча порылся в пустых папках. Одри нервно наблюдала, что делает ее друг. В конце концов Ганс обнаружил синюю папку, о существовании которой он даже не подозревал ... Одри, которая, не осознавая этого, положила наверх стопку документов, смущенно моргнула. – Это был вексель. Тебе тоже сказали разрезать его на части? ---------- Том 1 Глава 7.2 – Почему это... Я не думаю, что они мне это давали. – … Ее сердце тревожно забилось. – Я снова совершила ошибку? В это время Клод, который почувствовал, что произошло что-то не то, когда увидел двух новичков рядом, немедленно подошел к ним. – Что такое? Есть какие-либо проблемы? – … Одри неосознанно посмотрела на измельчитель. Документы с клацающим звуком исчезли в ящике измеличителя. – Это... это... – Хм? А где вексель? Кто-нибудь видел вексель? – !.. «О боже!» Лицо Одри побелело. Это было все равно что признать: «Это я виновата – я от него избавилась». – Я, должно быть, положил его куда-то на стол. Когда Одри с дрожащими руками собиралась признаться в своей вине, ее охватило знакомое тепло. – Все в порядке, я здесь. Я позабочусь об этом. – …Брат? Клод, прошептал ей слова поддержки, шагнул вперед и продолжил: – Извините. Я, должно быть, неправильно классифицировал этот документ. – А, Клод? – Я был так занят работой утром, что похоже, перепутал его с другими документами. – О боже! Клод, ты что, тоже ошибаешься? – Конечно, я тоже человек. Я возьму на себя ответственность за вексель и верну его в исходное состояние. – Если это ты, Клод, не о чем беспокоиться! Это не срочно, поэтому не торопись. – … Вопреки опасениям Одри, работа в целом прошла гладко. Все это было, скорее всего, потому что здесь был Клод. – Из-за меня произошла задержка, поэтому я возьму на себя ремонт западного моста. Пожалуйста, передайте документы до конца дня. – Нет, в этом нет необходимости… – Не беспокойся о работе, сходи на свидание с леди Ланмор. В последнее время ты был очень занят. – Ой, ой! Если так, то спасибо! Ха-ха! Все было идеально почти до конца. Клод вернулся, улыбаясь, как будто в этом не было ничего особенного. Но Одри все еще не могла поднять на него глаза. – Ты, должно быть, удивлена. – Из-за меня брат ... Мне очень жаль. – За что ты извиняешься? Никто не бывает идеален, к тому же в первый день. – … Одри знает. Восстановить любой вексель всегда непросто. Кроме того, ему дали работу, которую он даже не должен был делать, поэтому в течение нескольких дней он будет занят больше, чем кто-либо. Тем не менее, она была благодарна и чувствовала вину перед Клодом, который ничего не мог сказать, потому что боялся, что она будет волноваться. – Все в порядке, это твой первый раз. Не беспокойся понапрасну о людях вокруг тебя, и не нужно винить себя. – … – Но я знаю, что ты пытаешься сделать все как можно лучше. Я уверен, что у тебя все получится. – Брат… – Если тебе действительно сложно, почему бы тебе не остаться в библиотеке, пока не привыкнешь? Там не будет глаз, наблюдающих за тобой, так что тебе будет комфортно работать. Одри легко кивнула. Она не хотела причинять еще больше неприятностей, и, если никого не будет вокруг, сможет свободно использовать магию. Нет ничего бесполезнее Одри без магии. *** *Бам...* Когда дверь шкафа открылась, из него вывалились все стопки документов. Бумаги, парящие в воздухе, мгновенно сложились парами, как если бы они были магнитными. – Почему я такая бесполезная? Тем временем Одри села в углу и вздохнула. Впервые за двадцать лет она чувствовал себя настолько бесполезной. «Я единственная мешала работе исправного механизма». Это был ее первый раз, но она не могла найти себе оправдания. Потому, что Ганс работал умело – как человек, который делал это годами. – Я ничего не могу сделать ... Что, черт возьми, я умею? Чтобы утешить себя, она сделала так, чтобы документы, парящие в воздухе, сами сложились в шкафу. Бумаги, классифицированные по сроку хранения и другим характеристикам, были аккуратно разложены, как будто по линейке. Наконец дверь железного шкафа закрылась, и наступила тишина. – Если бы я знала, что так все произойдет, я бы не пришла… Время, которое другие люди проводят, затаив дыхание на собственной работе, для Одри длилось как несколько веков. Она не знала, как убить время. Одри, которая не могла уже вынести скуки, облетела шкаф, сделала пожелтевшую бумагу белой и восстановила порванные и смятые уголки. Изменения были такими маленькими и неброскими, что никто не догадался бы, что она с ними что-то сделала, если бы специально не присматривался. Долгожданный первый день работы, кажется, заканчивается в скучной библиотеке, где она пребывала в полном одиночестве. Когда Одри стало слишком грустно, скрипнула старая деревянная дверь. – Как дела? – О, брат! – Хм? Ты уже все сделала? – Это… У Клода, внезапно появившегося в библиотеке, расширились глаза, когда он увидел чистые документы. Он беспокоился о том, что Одри совсем впадет в депрессию, и ненадолго зашел к ней. Архивы библиотеки, в которой за неделю не смогли навести порядок шестеро мужчин, были идеально убраны. И всего-то за пару часов. ----------