1

[[image:/storage/reader-images/172dd24a214659d6c0c79831534253e0794e0589.jpg]]

[[image:/storage/reader-images/277d41157f2c5568e6cf9ede806f3380efdab082.jpg]]

Пролог: Леди, попросившая о собственном заключении

Женщина тупо уставилась в потолок над собой и медленно моргнула.

Ни с того ни с сего Вайолет С. Эверетт вспомнила свою предыдущую жизнь.

По правде говоря, термин "ни с того ни с сего" не совсем точно отражает ее опыт воспоминаний. Был инцидент, который послужил толчком к ее воспоминаниям, и этим толчком стал опыт, близкий к смерти.

За счет того, что ей пришлось пройти через смертельный кризис, она получила возможность вспомнить свою предыдущую жизнь и теперь могла спокойно обдумать свои действия. Можно ли назвать это замаскированным благословением?

Медленно приходя в себя, Вайолет задумалась.

Что такое счастье? Она хотела бы испытать его, даже если бы это было что-то далекое, до чего она не смела дотянуться.

И вот, после трех дней и ночей метаний между жизнью и смертью, в тот самый момент, когда она очнулась, первое, что сделала герцогская принцесса, - навестила своего отца.

Она спросила герцога Эверетта,

— Пожалуйста, ограничьте меня пристройкой.

Люди стремились к счастью в своей жизни. Однако такое счастье было абстрактным, как мираж, который нелегко было потрогать своими руками, то, чего можно было бы желать всю жизнь, но так легко достичь.

Оно было рядом, но его так невозможно было поймать...

— О чем ты вообще думаешь, Вайолет?

Когда она погрузилась в размышления, низкий голос вернул ее к реальности. Его тон звучал так, словно в нем звучал гнев, грозящий прорваться наружу.

— .....

Вайолет не ответила на его вопрос. Причина, по которой она пришла сюда, была очевидна.

Прошло три дня и ночи с тех пор, как старшая дочь герцогства Эверетт чуть не утонула в озере.

Так много людей пришло навестить герцогскую принцессу после того, как она воскресла. Приходил врач, чтобы осмотреть состояние герцогской принцессы, приходил священник, чтобы помолиться за нее и пожелать ей мира, приходили и различные слуги, чтобы ухаживать за герцогской принцессой. Казалось, им не будет конца.

И среди всех этих людей был один человек, которого она хотела бы вовсе не видеть. Это был Михаил, старший сын герцогства, старший брат Вайолет.

— Я спрашиваю тебя — о чем ты думаешь?!

Когда громкий голос снова зарычал, Вайолет помрачнела. Она не ответила, потому что не хотела иметь с ним дело, однако Михаил продолжал давить на нее.

Именно так он обращался со своей младшей сестрой, которая только что вернулась с порога смерти.

Все еще молча, Вайолет села с кровати. Она еще не до конца пришла в себя, поэтому даже самые незначительные движения давались ей с большим трудом.

— Что ты имеешь в виду?

— Я слышал от отца, что ты попросила его заточить тебя в темницу

— …Ха-а.

— Что ты замышляешь? Ты сейчас нам угрожаешь своей жизнью? Пытаешься устроить какой-то протест на глазах у общественности?

— Моя голова…

— Ты не собираешься отвечать?!

Разговор ходил вокруг и около без признаков плодотворного словесного обмена.

Почему старший сын герцогского дома вел себя так грубо? Независимо от того, прищелкнула ли Вайолет языком из-за его поведения, Михаил был совершенно упрям.

— Не знаю, какой план, по твоему мнению, я вынашиваю. У меня был шанс осознать свои ошибки и подумать о себе.

— …Ха. Как бы ты ни пыталась это красиво скрыть, такие речи…

Когда она дала ему свой верный ответ, его реакция все еще была полна ярости. В любом случае это были пустые слова. Ей тоже было все равно, и она пожала плечами.

— Я устала, так что не мог бы ты уйти? В моем нынешнем состоянии я ничего не могу сделать.

— …

— Или ты так и будешь продолжать орать и кричать в комнате младшей сестры в такой некультурной манере?

— …Просто подожди. Вайолет, что бы ты ни задумала, ты не добьешься своего.

Таким образом, не очень хороший разговор подошел к концу. Михаил вышел из комнаты, чувствуя себя более разгневанным, чем когда вошел сюда.

— …

Как только Михаил ушел, Вайолет поудобнее устроилась на своем месте, но вскоре нахмурилась, услышав немедленный стук за дверью.

Они даже не давали ей передышки.

В тот момент, когда короткое разрешение «Войдите» сорвалось с ее губ, в дверях показались два человека. Они тоже были ей знакомы.

— С-сестра.

Пушистые розовые волосы развевались позади говорящего человека вместе с каждым проделанным шагом. Ее залитое слезами лицо выглядело так, словно она снова собиралась расплакаться.

С другой стороны, у другого человека с платиновыми светлыми волосами рядом с девушкой все время была улыбка на губах и непроницаемое выражение лица.

Вайолет глубоко вздохнула.

— Я-я беспокоилась о тебе. Как я рада, что ты жива и здорова…

Милая молодая девушка колокольчатым голосом выразила свою заботу о Вайолет. Рада видеть, что ты в безопасности, сказала она.

Насколько очаровательно она улыбнулась с таким добрым выражением лица… что можно было подумать, что все это просто фальш.

Вайолет успокоилась, пытаясь вести себя как обычно. Помимо того, что ее тело уже было в таком состоянии, волнение не принесет ей никакой пользы.

— К чему такая ложь, Эйлин? Тебе незачем беспокоиться обо мне.

— С-сестра?

— Я совсем не рада, что ты проделала весь этот путь только ради этих слов… Ты, наверное, полностью поглощена своей ролью, этой уловкой, какая ты хорошая сестра. Если ты пришла ко мне, то знай, что только злоба встретит тебя в ответ.

При этих язвительных словах Эйлин вздрогнула. То, что ее гнев не был вызван, еще не означало, что Вайолет будет сдерживаться в своих словах.

Между тем, молодой человек рядом с ней все это время улыбался с таким выражением лица, что невозможно было прочесть, что у него на уме. Это был второй сын герцогства Эверетт, Роэн.

Бросив короткий взгляд на Роэна, Эйлин дала волю слезам.

— Что ты говоришь, сестра! Это естественно, что я беспокоюсь о тебе, ведь мы одна семья. Даже если я тебе не нравлюсь...

— Если бы ты знала, что я не хочу, чтобы ты была здесь, тогда тебе не стоило приходить. У меня и так голова болит. Из-за тебя она станет еще хуже.

—...Эйлин пришла сюда, чтобы увидеть тебя, потому что она беспокоилась о тебе. Почему ты такая холодная?

Верно. На губах Вайолет появилась улыбка от внезапного вмешательства молодого человека. Ей было интересно, почему эти двое пришли вместе, но теперь она поняла. Это.

— Нет, брат, я в порядке, - сказала Эйлин. - Даже если сестра так говорит...

Стройная девушка выглядела обиженной, и казалось, что в любой момент на глаза навернутся слезы, пока она отговаривала старшего брата. Не было никаких признаков того, что это был всего лишь короткий спектакль.

Наблюдая за ними в таком состоянии, можно было задуматься, кто же здесь настоящие родные братья и сестры. Фыркнув, Вайолет слегка улыбнулась.

— Это становится проблемой, что ты такая всепрощающая. Вайолет, ты должна знать, как быть более осторожной, но ты всегда бросаешься такими резкими словами.

— Если ты не хотел получить удар ножом, то тебе не следовало приходить сюда. Почему я должна приветствовать тебя?

— Даже когда ты так говоришь, ты ведешь себя необычайно кротко, не так ли?

— Я чуть не умерла, не так ли? Свали уже.

— Да, конечно, манера говорить все та же.

— Ты думаешь, что человек может измениться в одно мгновение?.

Роэн сардонически рассмеялся, заметив, как хитро Вайолет изменила свои слова и отношение - формальное в один момент, неформальное в следующий. Единственной, кто без всякой причины оказался на краю своего кресла, была Эйлин.

Не в силах просто стоять в стороне, пока настоящие брат и сестра разговаривают, Эйлин снова отговорила Роэна.

— Я действительно в порядке, брат. Я знаю, что сестра ненавидит меня, потому что я недостаточно хороша... Хиик, я, я очень хочу быть ближе к сестре, но...

— Все в порядке, Эйлин. Это не твоя вина. Неважно, Вайолет, кажется, все еще в ужасном настроении сегодня, так что давайте просто вернемся.

Вслед удаляющейся паре Вайолет молча смотрела, как они уходят, и тихонько подняла на них средний палец.

Роэн и Эйлин уже давно повернулись к ней спиной, поэтому они не видели вульгарного поступка, который только что совершила старшая дочь герцогского дома.

Вокруг нее стало тихо только после того, как все незваные гости наконец-то ушли.

Наконец-то она могла побыть в тишине и покое. Вайолет быстро легла обратно на кровать, иначе кто-нибудь мог прийти снова.

Уже столкнувшись с Михаилом, Роэном и Эйлин, она устала как никогда.

Она была благодарна, что ее младший брат, третий сын Кэрна, сейчас в академии.

Вайолет - нет, Ён Ха Юн - наконец-то была предоставлена сама себе, и поэтому она счастливо закрыла глаза.

Вайолет С. Эверетт, старшая дочь герцогства Эверетт, семьи с богатой историей.

Прозвища, которые она носила, были не пустыми словами. Самая злобная злодейка всех времен. Чудовище, вечно завидующее своей сестре. Злая ведьма Эверетта с ледяным сердцем.

Удивительно, как она получила такие прозвища. Однако Вайолет, или Ён Ха Юн, не отрицала приписываемых ей титулов.

Ни с того ни с сего она вдруг вспомнила свою предыдущую жизнь.

То, что она вспомнила свою прошлую жизнь после падения в озеро и близкой смерти, не было ли это таким нелепым надуманным?

Даже романы не были бы настолько предсказуемыми, внутренне пожаловалась Вайолет.

Возможно, чтобы прояснить ситуацию, она не трансмигрировала.

Хотя если классифицировать, то можно сказать, что она переродилась. Она осталась верна своей сущности Вайолет, под которой прожила девятнадцать лет. Просто так получилось, что она вспомнила воспоминания своей предыдущей жизни. Благодаря этому она не чувствовала разрыва связи со своим нынешним "я".

Она прожила свою предыдущую жизнь и, к сожалению, тогда. А здесь она переродилась и каким-то образом вспомнила свою предыдущую жизнь.

Если бы можно было дать определение жизни Ён Ха Юн, то это было бы слово: жалкая. Что касается жизни Вайолет, то она была суровой.

Семья, в которой она родилась, была герцогской, с богатой историей. Поскольку у нее было два старших брата и один младший, она родилась единственной дочерью, которую воспитывали как самую драгоценную жемчужину в мире.

Тем не менее, жизнь Вайолет была чрезвычайно суровой.

Именно весной того года, когда ей исполнилось восемь лет, ее жизнь изменилась к худшему - когда Эйлин, младшая кузина Вайолет, вошла в семью Эверетт в качестве герцогской принцессы и вмешалась в ее дела.

Злая старшая сестра, которая изводила свою младшую сестру, потерявшую родных родителей. Злая женщина, которая совершала все самые ужасные издевательства, подставляла и манипулировала невинной девочкой.

Это не было ложью. Когда Ён Ха Юн оглядывается на прошлое, то оказывается, что Вайолет действительно совершила много проступков.

Она ненавидела Эйлин.

Поэтому она мучила ее.

Она ассоциировалась с таким непокорным поведением с самого детства, поэтому именно благодаря этому предрассудки, которые люди имели по отношению к ней, было невозможно смягчить. Вместо собственной младшей сестры, старшие братья Вайолет заботились об Эйлин, которая приходилась им двоюродной сестрой.

Няня мне кое-что рассказала. Предыдущая герцогиня - великолепная женщина, у нее прекрасные золотистые светлые волосы, но почему у сестры волосы серебряные?

Вспомнив слова Эйлин, сказанные в детстве, Вайолет и Ён Ха Юн отреагировали одинаково. Они просто подавили желание беспомощно улыбнуться.

— Оставить все в этой реальности позади. Замкнуться в себе, в одиночестве.

Первым делом Вайолет навестила отца, даже когда все еще была в ночной рубашке.

Ее тело еще не восстановилось, поэтому она выглядела исхудавшей, кто бы ее ни видел.

Несмотря на внезапный визит дочери, герцог не проявил никаких признаков волнения.

Девятнадцать лет непрерывных попыток привить ей ценности герцогской принцессы больше не имели места. Лишь тишина, острая, как нож, царила в кабинете герцога.

Герцог Эверетт аккуратно зачесал назад свои черные волосы и посмотрел на Вайолет спокойным взглядом. Эти глаза производили такое же впечатление, как озеро посреди снежной зимы.

Теперь все это бессмысленно. Все стало бессмысленным.

Что она пыталась быть признанной своей семьей, что она пыталась быть любимой, что она пыталась выжить в этом адском герцогском доме и жить.

По мере того как к ней возвращались воспоминания о прежней жизни, две личности сливались воедино.

Всю свою жизнь — всю свою жизнь — она просто мечтала, чтобы он посмотрел в ее сторону, хотя бы этими холодными глазами.

Девушка улучила момент, чтобы посочувствовать себе в этой жизни. Она потеряла мать в раннем возрасте, а его отец был равнодушным человеком, так как же можно было получить любовь и ласку, в которых она нуждалась?

Хотя она жаждала внимания людей, которые даже не смотрели на нее, она упорно жила.

В течение нескольких дней слуги обсуждали между собой, не сошла ли герцогская принцесса окончательно с ума из-за своего поведения. Вайолет фыркала на них и не обращала внимания на их болтовню.

Ты тоже хотел, чтобы я умерла?

Раз моя жизнь ничего не стоит и не приносит никакой пользы, зачем вы потратили такую астрономическую сумму денег, чтобы спасти меня?

Ён Ха Юн, - Вайолет улыбнулась герцогу, который не уделил ей ни крупицы внимания.

— Я хотела бы задать один вопрос, Ваша Светлость. Кто я для вас? Дочь или инструмент для использования?

Она приняла элегантную позу и спросила совершенно изящным голосом.

Вопрос Вайолет была одновременно грубой и неуважительной. Даже если бы герцог Эверетт накричал на нее здесь, это было бы вполне оправданно.

Но вместо того, чтобы осудить ее за дерзость, герцог ответил на вопрос, подняв голову и посмотрев прямо в глаза Вайолет.

Их взгляды сплелись в воздухе.

Глубокие фиолетовые глаза, похожие на бездонные озера, и зеленые глаза, которые хорошо скрывали сокровенные мысли человека, долгое время бывшего герцогом.

Время, пока они оценивали друг друга, длилось всего мгновение. Без всяких колебаний Вайолет снова спросила.

— Позвольте мне спросить вас еще раз. Ваша Светлость, для Вас я дочь или инструмент?

—...Что это за бред сейчас.

— С тех пор, как я близко столкнулась со смертью, мои чувства изменились. Есть кое-что, что я хочу сделать.

Тон герцогской принцессы было удивительно спокойным.

Если было так легко отбросить свои ожидания, то почему она не могла отбросить эти ожидания, чтобы быть признанной этим домом. Даже если ее считали всего лишь инструментом, ее все равно ценили, в определенной степени.

Конечно, учитывая то, кем Вайолет была сейчас, ей не нужно было это признание.

Герцог разомкнул свои тяжелые губы.

— Что ты хочешь сделать?

— Во-первых, я хотела бы отказаться от всех предложений о браке.

—...хорошо.

Когда Вайолет упомянула о брачных предложениях, герцог быстро ответил. В этот момент Вайолет была потрясена.

Она не могла так просто отбросить ценность, которую придавали ей как инструменту. Хотя ее репутация уже упала на пол, внешность Вайолет все еще была объективно приятной.

И хотя герцог мог использовать ее как инструмент, отправляя на политический брак, в его ответе не было никаких колебаний.

Она задалась вопросом, было ли у него другое применение для нее. Тем не менее, Вайолет тут же вернула себе самообладание и продолжила.

— И я хочу рисовать.

— ..Если это то, чего ты хочешь, тогда я могу позвать учителя.

— Я не хочу заниматься этим ради совершенствования своего ремесла. Мне также не нужен учитель. Мне достаточно просто дать необходимые инструменты и материалы

— ...

Герцог не ответил, но Вайолет знала, что сама его реакция, похоже, была подтверждением.

Это была такая простая просьба, что ее вполне можно разрешить. Вайолет снова прикинула, как отреагирует герцог.

Даже если она прибавит свой возраст в прошлой жизни к нынешнему, она все равно будет моложе герцога, и она все равно не сможет угадать, что у него на уме.

То, что она сказала, что хочет рисовать, было скорее импульсом с ее стороны. Даже если это был всего лишь малейший каприз, она хотела продолжить свою полностью стертую предыдущую жизнь.

Нет. Скорее, ей просто нужно было убежать. Поэтому она выбрала то, чем занималась в прошлой жизни.

Ни больше, ни меньше.

Руки герцога, занятые разбором документов, на мгновение замерли. Дела Вайолет с ним уже были улажены, но она все еще не вернулась, и он прокомментировал это.

— Ты еще не восстановилась. Возвращайся и отдохни.

— ...Вы волнуетесь обо мне?

— Конечно, беспокоюсь.

В спокойных озерах ее глаз появилась рябь. Вайолет слегка прикусила губы и затаила дыхание.

Герцог ни разу не отругал ее здесь, хотя она ворвалась так неожиданно и выдвинула нелепые требования.

Он просто позволил ей все. Он даже не задал ни одного вопроса.

Ах, это тоже должно быть легко.

Для родителя отношение к своему ребенку, а он так пусто обращался с ней. Еще раз взглянув на неискреннего герцога, Вайолет снова спросила.

—...Отец, считаете ли вы меня своим ребенком?

Это был вопрос, который она никогда не задавала, ни разу в жизни - вопрос, который Вайолет могла задать только потому, что она больше не была дочерью герцога.

Несмотря на все это, ее голос все еще дрожал.

Интересно, ты вообще когда-нибудь испытывал ко мне любовь?

Ее фиолетовые радужки постоянно дрожали, словно озера, по которым пробежала рябь, и герцог посмотрел прямо в эти глаза. Он спокойно ответил.

— Ни разу, не было такого времени, чтобы ты не была моей дочерью.

—......

Деловой тон, насквозь. Это было слишком много для нее.

Она не должна больше оставаться здесь. Она бы не выдержала. Она не хотела показывать слабости, и все же слезы грозили пролиться.

Сдержав слезы и прикусив внутреннюю сторону щеки, девушка улыбнулась. Улыбка была такой, что казалось, будто она вот-вот рассыплется в любой момент, хрупкой до конца.

Это тоже должно быть легко.

Вайолет С. Эверетт пробила себе дорогу через собачью жизнь и стала злой женщиной - ради чего?

— Если это так, то я чувствую облегчение. Я думала, что рядом со мной нет ни одного человека.

Я точно думала, что ты тоже возненавидишь меня. Однако Вайолет проглотила эти слова и вместо этого улыбнулась и сказала совсем другое.

— Тогда, как ваша дочь, я хотела бы попросить вас об одном одолжении, отец.

Услышав, что это просьба не герцогской принцессы к герцогу, а дочери к отцу, он поднял глаза от документов, которые читал.

И когда следующие слова Виолетты слетели с ее губ, ему ничего не оставалось, как усомниться в собственных ушах.

— Пожалуйста, заключите меня в пристройку.

Естественно, просьба Вайолет о заключении в тюрьму была отклонена. Ей легко разрешили лишить ее обязательства выйти замуж, но просьба о заключении в тюрьму была категорически отклонена.

Причины были разные. По его словам, ей нужно было отдохнуть, потому что она была еще нездорова. Если бы старшая дочь герцогского дома оказалась в таком заточении, то достоинство Эверетта было бы посрамлено.

На аргументы, приведенные против ее просьбы, она насмехалась. Вайолет С. Эверетт и без того пользовалась дурной славой гнусной женщины, слухи о которой заполнили улицы, - какое же достоинство могло быть запятнано?

Тем временем многие врачи приходили и уходили, чтобы осмотреть ее. Если случайно к ней привязался злой дух, к ней приходил священник. Вызвать священника на дом можно было только заплатив дорогую сумму.

Как и следовало ожидать, жизнь с кучей денег была совсем другой. Лежа и глядя в потолок, Вайолет смеялась.

Пока ее состояние улучшалось, Вайолет снова отправилась к герцогу и попросила его заточить ее в отдаленном месте.

И даже не спрашивая ее, почему она все время просит об одном и том же, герцог каждый раз отказывал ей. И все же, поскольку она была так настойчива, он был вынужден удовлетворить ее просьбу.

Вайолет совершила столько злодеяний, что никто не стал оспаривать официальный приказ герцога о ее заключении в тюрьму.

Михаил, старший сын, знал о том, что Вайолет пришла к герцогу в это время. Он разбушевался и шумно спросил, что происходит. Но это было все.

Через десять дней после того, как Вайолет С. Эверетт упала в озеро, вся ее светская жизнь оборвалась. Взяв с собой только один маленький чемоданчик, она вскоре оказалась в старой, полуразрушенной пристройке вдали от главного особняка.

Запертая в пристройке Вайолет была не одна.

Даже если это было небольшое, старое здание, все равно требовался присмотр, тем более что она была герцогской дамой, которой требовался профессиональный обслуживающий персонал, поэтому вместе с ней в пристройке должны были находиться еще около одиннадцати человек. Герцог был непреклонен в этом вопросе.

На самом деле, эти люди содрогались при мысли о том, чтобы прислуживать развратной, злобной благородной даме. Да и сама пристройка находилась довольно далеко от главного особняка, так что в некотором смысле их как будто понизили в должности.

Вайолет ненадолго посочувствовала людям, которые из-за нее были вынуждены работать в старом здании пристройки.

"...Оно шире, чем я думала".

Здание, где Вайолет отныне будет жить, было старым и простым, если сравнивать его с великолепной крепостью герцога. Тем не менее, по мнению Ён Ха Юн, это было очень мило.

Ей нравилось, как тихо было в этой старой пристройке по сравнению с главным особняком, настолько, что она даже могла слышать легкое дыхание других людей позади себя.

Состав этих одиннадцати человек был следующим:

Главный смотритель, который будет управлять всем зданием.

Четыре горничные, которые отвечали за уборку и общий уход.

Один повар, который готовил еду на кухне, и две кухонные служанки.

Один конюх, который следил за снабжением конюшни и управлял лошадьми и каретами.

Один садовник для сада.

И одна обычная служанка, которая будет прислуживать Вайолет непосредственно при ней.

В общей сложности двенадцать человек, считая и Вайолет, будут жить в этой небольшой пристройке в обозримом будущем. Конечно, пространство внутри здания не могло быть настолько маленьким, чтобы уборка не превратилась в рутину, поэтому Вайолет была вполне довольна.

Ей не дали ни высокопоставленных служанок, ни обслуживающего персонала. Герцог был против этого, так как это был минимум, который Вайолет должна была получить, но в конце концов, заключение есть заключение. Поэтому все работники, которых ей дали, состояли из простолюдинов.

В некотором смысле, это можно считать, что аристократическая жизнь подошла к концу.

Учитывая, что до сих пор она жила в благородном великолепии, жалуясь на малейшие неудобства, когда ее обслуживали "идиотские простолюдины", эта мера - дать ей вместо слуг простолюдинов - должна была заставить ее изменить свое мнение о самозаточении.

Конечно же, Вайолет вовсе не собиралась возвращаться к своему статусу герцогской дамы. Войдя в отведенную ей узкую комнату, она не высказала никаких претензий и даже вытянулась, расслабившись.

Она попросила у герцога художественные принадлежности, и прошло немного времени, пока их принесли. Пока она ждала, она могла считать это время перерывом для себя, так что она должна хорошо отдохнуть.

Ведь очевидно, что она не собиралась жить той же свирепой жизнью, что и раньше.

Правда, Ён Ха Юн сочувствовала Вайолет, но она не стала бы отрицать, что Вайолет совершила много проступков.

Она могла бы сказать, что Вайолет поступила глупо, совершив все это, но Ха Юн также понимала, почему Вайолет пришлось так жить.

Потому что жизнь загнала ее в угол и заставила вести себя так, как она вела.

И все же.

В конце концов, зло было злом.

Перекатившись по жесткой, жесткой кровати, Вайолет рассмеялась, словно сошла с ума.

Ах, только бы не видеть этих людей, только бы не устать от такой жизни!

К сожалению, покой, которого Вайолет достигла благодаря своему самозаточению, длился недолго. Не прошло и двадцати четырех часов с первого дня.

"Старший молодой господин! Старший молодой господин!"

Это было вызвано шумом, который разбудил ее на следующее утро.

"Немедленно позови Вайолет".

"Уведомление о вашем прибытии не было послано заранее... Миледи не разбудила вас..."

"Разве в моем собственном доме есть место, куда я не могу войти? Не смешите меня. Я не уйду, пока она не выйдет. Скажи ей это".

От резкой атаки Михаила, Вайолет не могла удержаться, но нетерпеливо поправила волосы.

Хотя прошло уже много времени с тех пор, как солнце встало из-за горизонта, Виолетта все это время просто спала. Даже служанка, которая должна была присматривать за ней, не могла войти в комнату.

Вполне естественно, что она была бы не рада видеть незваного гостя.

"Первым делом утром, серьезно..."

Ну, скоро наступит время обеда, так что то, что она сказала, было не совсем точно.

Однако, неизбежно, Вайолет была приведена в движение. Она сделала лишь самый минимум - накинула верхний халат поверх ночной рубашки, минимально уложила волосы.

Новая служанка Вайолет была в растерянности, что делать перед дверью. Нервно топая ногами, она быстро последовала за ней, когда Вайолет вышла.

"Я не знала, что так сильно нравлюсь тебе. Ты даже пришел навестить меня так рано утром".

"Ха, так для таких, как ты, это все еще ранний час?"

"Да. Я только что встала с постели, так что, конечно, для меня это рано. В любом случае, кажется, дым ниоткуда не идет, но что происходит, что ты пришел сюда?"

"Ты спрашиваешь меня, потому что действительно не знаешь?"

Когда Михаил огрызнулся в ответ, Вайолет пошевелила кончиками пальцев. Текстура верхней одежды поверх ночной рубашки была приятной на ощупь.

"...Я тоже уже в таком возрасте. Невежливо приходить с визитом, не предупредив заранее. Я буду очень признательна, если вы воздержитесь от этого впредь, старший брат".

"Какого черта ты задумала! Что ты собираешься сделать с Эйлин на этот раз?"

Как человек может быть таким последовательным? Вайолет не знала, назвать ли его толстоголовым или просто честным до безобразия.

Когда-то она равнялась на него.

Вайолет бесстрастно улыбнулась Михаилу, который внезапно повысил голос.

Если она ответит неправильно, то вполне может получить по щеке.

Перевод deabigail

С вас оценка 5 - С меня глава

"Я не знаю, о чем ты говоришь".

"Так ты теперь меня за дурака держишь?!"

Михаил до сих пор находился в трех шагах от нее, а теперь приблизился к ней. В стороне от брата и сестры служанки зажмурили глаза из-за опасной ситуации.

Если бы у отца действительно было намерение запереть тебя вот так, то он сделал бы это задолго до этого". Да, конечно. Что за план ты придумала на этот раз, чтобы изводить ребенка, а?"

"...Хорошо, позволь мне повторить. Я изменилась. Может, и тебе стоит немного измениться, брат?"

"Измениться? Ты? Если это действительно так, то...!"

Михаил стиснул коренные зубы.

В этот момент Вайолет почувствовала облегчение, что на ней сейчас ночная рубашка, иначе он бы уже схватил ее за воротник.

"Ты должна была извиниться перед Эйлин прежде, чем что-либо еще!"

Громкое, яростное рычание отозвалось во всем доме.

А Вайолет спокойно сделала шаг назад от Михаила.

Тот, кто никогда не меняется, - это ты, брат. Разве ты не знаешь? Примерно семьдесят процентов причины, по которой я изводила того ребенка, - это ты.

Вайолет ухмыльнулась, думая о словах, которые никогда не будут сказаны человеку, стоящему сейчас перед ней.

Извинись за свои проступки, сказал он. И он прав.

Вайолет мучила свою младшую кузину много-много раз. Потому что она ненавидела Эйлин.

Подобно ежу, который направляет свои шипы, она боролась со всеми вокруг. Всегда злилась, всегда вела себя так, как хотела.

Раз уж так вышло.

Почему бы тебе не извиниться передо мной?

Вайолет внутренне рассмеялась, в очередной раз проглотив слова, которые никогда не будут переданы.

Ён Ха Юн не отрицала, что Вайолет была злодейкой, но в то же время она не отрицала и то, как Вайолет прожила свою жизнь.

Не то чтобы она не испытывала извинений, но, по правде говоря, она и в самом деле не испытывала никаких угрызений совести.

Люди по своей природе эгоистичны. Поэтому они склонны оправдывать свои ситуации в соответствии со своими интересами - своими корыстными интересами.

"Ты беспокоишься, что я побеспокою ее, или что я притворяюсь, чтобы вызвать сочувствие".

"......"

"Тебе не стоит беспокоиться. Я решила измениться. Так что я просто останусь здесь, тихо, не беспокоя и не трогая больше Эйлин".

"Ты, как ты смеешь..."

"Что именно я сделала такого, что фраза "как ты смеешь" направлена на меня?"

"Как ты смеешь так легко произносить это имя своим ртом!"

"......"

"Ты..."

"......"

"У тебя нет намерения задуматься о себе. В тебе нет человечности".

Услышав его разгневанный тон, Вайолет рассмеялась. За то, что она дала кому-то несколько пощечин и облила его чаем, возможно, ей нужно было получить столько упреков.

Публично унизить ее перед другими дворянами, осудить ее, обвинить во всем, бросить в нее горячий чай, разорвать на ней одежду, приказать выпороть ее, ударить по щеке...

Все типичные действия типичной злодейки постоянно мелькали у нее в голове.

Ён Ха Юн оглянулась на обиды Вайолет, но вскоре остановилась.

Ведьма с замороженным сердцем. Именно так ее называли. Против такой женщины Михаил отвернулся.

"Ты будешь выгнана из этого дома. Несмотря ни на что".

Это были последние слова Михаила перед уходом. Тебя выгонят из этого дома. Из Эверетта.

В конце этих романов злодейку обычно казнят. Хорошо, что ей пришлось столкнуться только с тем, что ее выгнали.

Ей было интересно, что она будет делать, если ее действительно выгонят из дома. Набор ее навыков был не так уж широк.

Вайолет попыталась прикинуть, сколько она могла бы зарабатывать как художница в эту эпоху. Действительно, любому неизвестному художнику оставалось только голодать.

Закончив этот быстрый подсчет в уме, она усмехнулась.

Вайолет не заметила своего старшего брата, который сейчас шел вдалеке.

"П-простите меня..."

"Ах, я полагаю, ты наблюдала до сих пор. Прости, но не мог бы ты сообщить остальным, что я сегодня не буду обедать? У меня нет аппетита".

"Д-да!" - быстро ответила служанка.

Это Мэри, новая служанка, которая уже некоторое время наблюдала за молодым герцогом и герцогской дамой.

Остальные служанки также молча наблюдали за разговором между братьями и сестрами издалека. Все они быстро вернулись на свои места.

Быть зрелищем было не очень приятно, не так ли?

Поскольку день все равно был испорчен, Вайолет задумалась о том, стоит ли ей еще поспать. Однако, в середине своих размышлений, она окликнула Мэри, прежде чем та ушла. "Ах, еще одно дело".

"Д-да?!"

"Не могла бы ты передать сообщение Его Светлости от меня? Скажи ему, что с этого момента, пожалуйста, запрети Михаилу, Роену, Эйлин... И Кэрну тоже... А, нет, подожди. Пожалуйста, просто запрети всем и каждому входить в пристройку.

"А?"

"Как только он узнает, что это я тебя послала, он просто грубо впустит тебя. Тогда, до свидания".

Уставившись на герцогиню, которая занимала гораздо более высокий пост, чем она сама, служанка просто смотрела в пустоту.

Она не могла понять слов Вайолет. Как могла служанка добиваться аудиенции у герцога?

Мэри была крайне обеспокоена, но в конце концов опустила голову.

Ее госпожа отдала ей приказ, так был ли у нее выбор?

Остальные слуги ненадолго посочувствовали Мэри.

И вот так начали распространяться дурные слухи. Они говорили: "Я не знала, что она так издевается над новой служанкой".

Затем эти сплетницы говорили, что они надеются, что эта девочка не поддастся таким издевательствам.

Перевод deabigail

С вас оценка 5 - С меня глава

С головой слегка гудит, Дюк Эверетт надавил на виски.

От дел его дочери у него разболелась голова. Так было всегда, но в последнее время - еще больше.

Она чуть не утонула в озере. Затем, когда она очнулась после этого происшествия, ее поведение так резко изменилось - настолько, что перевернуло вверх дном весь герцогский дом.

Слуги много шумели о том, что герцогиня сошла с ума, но всякий раз, когда мимо проходил герцог, они затихали.

Как бы он ни был равнодушен к внутренним делам семьи, на этот раз ему не оставалось ничего другого, как обратить на них внимание.

Место "хозяйки дома" оставалось пустым с тех пор, как скончалась герцогиня. Именно она должна была заниматься внутренними делами дома.

Герцог Эверетт не придавал этим делам особого значения, поскольку для их решения был назначен попечитель.

И все сводилось к этому - к нынешней ситуации.

Его собственная дочь домогалась своей младшей сестры. А его сыновья...

В тот день, когда Вайолет попросила его заточить ее в темницу, герцог приказал кому-то составить отчет о его дочери. И в отчете, который он получил впоследствии, все проступки Вайолет были расписаны во всех подробностях.

Помимо прочего, Вайолет часто была замечена в том, что упрекала Эйлин во время ужина.

Тем не менее, вопросы продолжали сыпаться.

Ее просьба о самооговоре. Вопрос, который она задала ему, действительно ли он считает ее своей дочерью. Эти пустые глаза, глубокие, как бездонное озеро.

Ее голос, звучавший так, словно она вот-вот разрыдается.

'...Я тебе не безразлична?'

Когда она спросила его, заботится ли он о ней.

Герцог удовлетворил просьбу Вайолет о заточении, но он не собирался держать ее в пристройке всю жизнь.

Если все, чего хотела Вайолет, - это не выходить замуж, то так тому и быть. Если она вообще чего-то хотела, то он прислушается к ее желаниям.

Однако единственная просьба, с которой она обратилась к нему, заключалась в том, чтобы она прожила в неволе всю оставшуюся жизнь. Он не мог этого понять.

Он ожидал, что она сразу же вернется.

'Хмм... То есть, я хочу сказать, Миледи... хмм! Миледи, она... она сказала, что хотела бы попросить запретить вход Молодым Мастерам и другой Герцогской Леди...'

Когда Вайолет прислала молодую служанку-новичка, герцог подумал, что он услышит сообщение о том, что она больше не может здесь терпеть и хочет вернуться.

Широко раскрытые глаза молодой служанки были полны испуга, как у кролика. Похоже, она никак не ожидала, что ей придется столкнуться с герцогом.

Тем не менее, несмотря на заикание девочки, она точно передала просьбу Вайолет. И как только она получила разрешение уйти, она тут же убежала.

Воистину, это было странно.

Не кто иной, как Вайолет, так мучила Эйлин.

Вайолет, совершившая множество гнусных поступков по собственной воле, потрясла своими порочными делами весь герцогский дом, и в результате стала тем, кого слуги боялись больше всего.

Почему же такая, как она, отвергла всех остальных?

'Неужели я недостаточно заботился о ней...'

Читая отчет, написанный о Вайолет, герцог помрачнел.

Поручив часть работы с бумагами своему адъютанту, герцог встал.

Когда герцог внезапно появился, все слуги во флигеле тихо вскрикнули.

Утром это был старший сын герцога, Михаил. На этот раз, после обеда, это был сам герцог Эверетт, хозяин герцогского дома.

Никакое другое расписание не заставило бы их так растеряться.

Вайолет, которая проспала и завтрак, и обед, снова пришлось отрывать от постели из-за визита герцога. Герцог Эверетт был человеком, которого она не могла встретить в одной ночной рубашке, поэтому у нее не было выбора, кроме как переодеться в приличную одежду.

Мэри, новая горничная, не знала, как правильно ухаживать за Вайолет во время переодевания. Из-за этого герцогу пришлось долго ждать Вайолет. О ее опоздании ему не было послано уведомления.

Он сидел в скудно украшенной гостиной флигеля, и когда после долгого ожидания он наконец встретил свою дочь, то встретил ее без всяких изменений в выражении лица.

Вайолет также села прямо перед ним без лишних фанфар.

Одна поношенная герцогская дама и один роскошно одетый герцог сидели лицом к лицу. Но ни один из них не чувствовал никакой разницы.

"......"

"......"

Наступило молчание. И Вайолет, и герцог не открывали рта, чтобы заговорить, и поэтому холодный воздух в комнате стал острым, как лезвие. Всем остальным присутствующим оставалось только затаить дыхание.

Им подали чай, но единственной, кто хоть несколько раз поднес чашку к губам, была Вайолет. Герцог не притронулся к чаю.

В этот момент некоторые люди поняли, что люди тоже могут утонуть в тишине. Работники, находящиеся наготове, чтобы служить своим работодателям, старались не издавать ни звука. Они не могли даже глотнуть.

"Я слышал, что ты хочешь запретить Михаилу, Роену и Эйлин входить в пристройку".

"И Кэрну тоже".

"...Верно. Могу я спросить, почему?"

"Потому что я больше не хочу с ними встречаться".

"Теперь я спрашиваю причину этого".

"......"

Тишина была достаточной, чтобы задушить этих людей, и каждое произнесенное слово было подобно острому лезвию.

В этот момент Вайолет поставила свою чашку. Если бы она этого не сделала, то наверняка нашелся бы хоть один сотрудник, который издал бы звук, вызванный бедой.

Разговор герцога и герцогской дамы был пугающе деловым. Это был настолько лаконичный разговор, что, если бы люди не знали, что они родственники, они бы подумали, что это настоящие незнакомцы.

Перевод deabigail

С вас оценка 5 - С меня глава

Поддержать переводчика - +77024764748 (по каспи)

Герцог расценил молчание Вайолет как ответ сам по себе и поднял чашку, чтобы сделать глоток. Он был горьким. Это было невкусно.

"Ты мучила Эйлин".

"......"

Последующая тема разговора чуть не заставила Вайолет прикусить язык.

Был ли хоть один человек в этой герцогской резиденции, который не знал бы, что Вайолет С. Эверетт мучила Эйлин?

Но, похоже, этим человеком был герцог.

Конечно, герцог не был дураком, так что не то чтобы он совсем не знал.

Просто он закрывал на это глаза.

Пока Вайолет не заходила слишком далеко, и пока он мог все скрывать - он думал, что этого будет достаточно.

...Как это можно было назвать любовью.

"Да, это так".

"Почему ты это сделала?"

"Что сделала?"

"Я спрашиваю, почему ты мучила Эйлин".

Как и Михаил, даже герцог упоминал имя Эйлин. В связи с этим Вайолет почувствовала, что ее внутренности словно перевернули вверх дном.

Все, чего она хотела, - это спокойно отдохнуть, но почему, почему она должна постоянно слышать имя человека, о котором не хотела вспоминать? Причем, одно за другим.

Вайолет почувствовала, что ее желудок подкашивается.

В голове промелькнула мимолетная мысль, что ее точно стошнит, если она пообедает позже. Она отпила глоток чая, чтобы увлажнить губы.

"Я только сыграла свою роль".

"...Вайолет."

"Раз уж так получилось, Ваша Светлость Герцог, Вы бы предпочли, чтобы я стояла спокойно, пока меня оскорбляют?"

При ответе Вайолет герцог сделал паузу на мгновение. Было слишком ошибочно называть действия Вайолет простой местью за оскорбления.

"Даже если так, это было слишком".

"......"

"Этот бедный ребенок потерял своих родителей..."

Герцог выразил свое сочувствие Эйлин.

Слишком много, сказал он.

Размышляя над словами герцога, Вайолет напрасно улыбнулась.

Объективно говоря, ее действия действительно были суровыми.

Если она не могла повалить Эйлин, просто столкнувшись с ней, Вайолет импульсивно прибегала к тому, чтобы поднять руку и ударить ее. Это были лишь основы.

Несмотря на это, Вайолет просто рассмеялась.

Вот, наверное, каково это - потерять рассудок.

Она знала, что он не собирался указывать на это своими словами.

Но даже зная это, у нее не было выбора, кроме как открыть рот.

По крайней мере, ты не должен так поступать со мной.

"Да", - ответила она. "Вот почему, угу. Да, это из-за этого..."

При виде того, как его дочь вдруг захихикала, размазывая вилкой десерт, герцог замолчал.

Молчаливая эрозия, все больше и больше.

Чем еще можно описать это зрелище, если не самим определением безумия.

"Почему, спросите вы. Зачем я мучила ее".

"......"

"Сначала я чувствовала себя обиженной. Я чувствовала, что меня обидели, поэтому я... Ну, я не уверена в том, что произошло дальше. Я ненавидела Эйлин, а еще я ненавидела, когда меня подставляли за то, чего я не делала".

"Вайолет!"

"Просто. Я хотела, чтобы все исчезли".

Вот почему я домогалась ее.

Из мякоти клубники, раздавленной вилкой, стекала красная струйка.

На первый взгляд можно было подумать, что герцогская дама, не задумываясь, просто играет с едой, которую она не стала бы есть. Однако это было само безумие.

Ей дали титул "злодейки", и он был приписан ей не зря.

Возможно, сначала Вайолет просто подставили, но потом все продолжилось по ее воле.

"В конце концов, Ваша Светлость тоже такой же. Все в порядке. К настоящему времени я научилась не возлагать надежд".

"Я не хотел услышать такой ответ на заданный мною вопрос".

"Тогда какие оправдания я должна приводить? Это не изменит того факта, что я мучила ее, потому что ненавидела ее, и что я делала злые вещи с ее сопровождающими, потому что ненавидела ее."

"Вайолет!"

В тот момент, когда герцог закричал, все действия Вайолет полностью прекратились.

В то же время герцог посмотрел прямо в глаза Вайолет, и ему пришлось сглотнуть.

Фиолетовые глаза.

Фиолетовые глаза, которые когда-то сияли, как драгоценные камни.

Фиолетовые глаза, которые сияли так ярко, когда она улыбалась так невинно, как никто другой.

Фиолетовые глаза, которые теперь были лишены всякого света.

"Я здесь не для того, чтобы спорить о том, что правильно или неправильно".

"...Конечно, правильно. Ты здесь не для того, чтобы спорить о том, что правильно или неправильно, да..."

Тогда что ты сейчас делаешь?

Все равно все закончится именно так.

Даже если бы она сдалась и не стала оправдываться, конечный результат был бы точно таким же. В конце концов, это бы произошло.

'Ах, я снова поймала себя на ожиданиях, ха.'

Вайолет отложила вилку и рассмеялась. Отныне ответ, который она даст, никогда не будет тем, который хотел бы услышать герцог.

"Знаете ли вы, ваша светлость герцог?"

Вайолет уважительно обратилась к отцу, назвав его герцогом. Очевидно, она проводила между ними черту.

Это единственные отношения между мной и вами.

"Для меня этот герцогский дом - озеро. Люди не могут дышать под водой, верно? Когда я упала в это озеро, меня осенило. Так вот почему я не могу дышать, подумала я. Целых десять лет я не могла нормально дышать в этом доме - вот что я поняла".

"......"

"Тогда я спросила себя, почему я не могу дышать? Я герцогская леди. Я уважаемая дочь Хауса Эверетта. Почему же так трудно, почему так больно дышать?".

"......"

"Почему все меня ненавидят".

Грохот.

Чашка перевернулась. Между ними повисло страшное молчание. Служанкам оставалось только надеяться, что в этой пронзительной тишине они случайно не зашумят.

"Ранее вы спрашивали меня, почему я так поступила".

"......"

"Позвольте мне переадресовать этот вопрос вам, ваша светлость. Почему, черт возьми, вы так поступили со мной?"

Перевод deabigail

С вас оценка 5 - С меня глава

Почему. Зачем ты устроил мне этот ад? Почему я должна умереть под водой, не имея возможности дышать?

Когда Вайолет задала этот вопрос, она улыбнулась. Но слова, прозвучавшие между строк, были ужасающе острыми.

Хотя Ён Ха Юн сочувствовала Вайолет, она считала ее глупой. Тем не менее, ей пришлось признать, что у Вайолет не было другого выбора, кроме как быть такой злобной, как она.

"Было бы лучше прекратить эту дискуссию здесь. Пожалуйста, вернитесь, Ваша Светлость".

На губах Вайолет играла улыбка, когда она говорила это герцогу.

А герцог нахмурился, заметив недовольство дочери.

Он ответил,

"...я скоро снова навещу тебя".

Нет, ты не должен приходить. Так думала Вайолет, вытирая губы платком и глядя вслед удаляющейся спине герцога.

Наконец-то служанки снова успокоились, как только герцог ушел. Атмосфера была настолько тяжелой, что только сейчас они смогли выдохнуть, затаив дыхание.

Никто не провожал герцога, когда он покидал флигель.

Через неделю после того, как Вайолет стала жить во флигеле, слуги поняли, что молодая знатная дама, которой они прислуживали, изменилась.

Она не просто вела себя как обычно. Она больше не наказывала слуг за каждую мелочь, в которой находила недостаток.

Она просто спала, и вы даже не знали, есть она или нет. Кроме того, она плохо питалась.

Изменилась ли благородная леди после шока, вызванного вдыханием воды в легкие?

Две стороны постоянно расходились во мнениях - те, кто видел, как Михаил навестил Вайолет и накричал на нее, и те, кто не видел.

Но, несмотря на все разногласия, все сходились в одном: после того, как она практически умерла и была возвращена к жизни, благородная леди изменилась.

И их предположение оказалось верным. В тот же день Вайолет вернула себе воспоминания о прошлой жизни, после чего ее личность изменилась, и теперь она наслаждалась мирной жизнью.

Она считала, что жить так стоит уже ради того, чтобы не видеть людей, которых она не хотела видеть.

Она бы столкнулась только с теми, кто не хотел меняться, как бы она к этому ни стремилась и как бы ни упиралась. И вот, сбежав от всего этого, все постепенно изменилось.

Целую неделю подряд время Вайолет использовалось исключительно для сна. Хуже всего был один раз, когда она проспала семнадцать часов.

Единственной, кто беспокоился о Вайолет и старался постоянно подавать ей еду, была ее личная горничная Мэри.

Она спала на жесткой, паршивой кровати, которая даже не могла сравниться с кроватью в ее комнате в главном особняке, она носила грубую, немодную одежду, и ела блюда, приготовленные из ингредиентов чуть менее свежих.

Несмотря на это, ее ничего не волновало. Вайолет была довольна своей нынешней жизнью.

Разве этого не достаточно?

Вместо того чтобы жить как человек, погруженный в роскошь и экстравагантность, ей не нужно было жить такой жизнью.

В конце концов, неважно, что вы делаете в своей жизни, если вы счастливы и довольны тем, что у вас есть сейчас, то какой смысл беспокоиться о других вещах?

Глядя в окно, через которое пробивались лучи солнечного света, Ён Ха Юн рассмеялась.

В романах, если кто-то попадал в такие же обстоятельства, как и она, разве она не клялась отомстить?

Вспомнив о романах, которые она часто читала в своей прошлой жизни, Вайолет поднялась на ноги.

Обычно после регрессии ответом была бы месть. Или, возможно, после того, как члены семьи или любимый человек причинили боль или предали, ответом тоже была месть.

Было бы здорово, если бы все ситуации могли так резко измениться.

Вайолет отказалась от всех мыслей о мести.

Она не знала будущего, потому что не была регрессором. Ее также не убивали напрямую, поэтому у нее не было намерения кого-либо убивать.

После того, как она взвесила все варианты на ладони, рассматривать больше было нечего.

У Вайолет не было сил на что-либо еще.

Все, чего она хотела, это спокойно жить вот так. Без особых стрессов, просто тихо и спокойно жить...

Перед своей дверью она увидела, что там лежит немного еды, оставленной для нее кем-то, кто беспокоился о ее здоровье.

За то время, пока блюдо оставалось там, его первоначальное тепло уже покинуло тарелку, но Вайолет это не волновало.

Она вернула остывший хлеб на свое место у окна. Когда она снова смотрела на улицу, откусывая кусок хлеба, послышался резкий звук шагов.

"М-миледи! Леди Вайолет!"

"Да?"

"Миледи, вещи, которые вы просили, прибыли!"

Впервые за долгое время в выражении лица Вайолет появилось оживление.

Новость относилась к прибытию художественных материалов, которые она просила.

Вайолет сразу же направилась в сторону студии.

Комната, отведенная под студию Вайолет, теперь была заполнена всевозможными художественными материалами. От холстов до даже блестящих красок, сделанных путем измельчения драгоценных камней.

Почувствовав кончиками пальцев мягкость кисти, Вайолет залюбовалась открывшимся перед ней зрелищем.

С одного взгляда видно, что все это были очень дорогие предметы роскоши. Она была ограничена в возможностях, но ей пришлось задуматься - неужели дочери герцога не разрешается пользоваться дешевыми вещами?

Или, возможно, это было сделано для того, чтобы сохранить достоинство этих людей.

"Ууваа, все это - художественные материалы?"

Смотря на сотни художественных материалов, Мэри болтала без умолку. До юной служанки доходили лишь слухи о Вайолет, поэтому она не была так напугана разговором с герцогиней. Скорее, возможно, именно потому, что герцогиня оказалась спокойнее, чем она ожидала, она была более откровенна.

Огромного количества художественных материалов, представленных перед ней, было достаточно, чтобы Вайолет потеряла дар речи, что уж говорить о простой служанке.

Убедившись, что фиолетовая краска действительно имеет сотню различных оттенков, Вайолет мягко улыбнулась и начала упорядочивать инструменты.

"Ты можешь разложить все краски по цветам и типам, Мэри?"

"Д-да?"

"Просто рассортируй их на масляные, акварельные и... Ох, возможно, ты ничего об этом не знаешь. Просто иди и сортируй их по цветам. И с твоей силой, не организовывай тяжелые материалы сама".

"Хорошо!!"

Проверив предметы, Вайолет зевнула и отправилась обратно в свою комнату.

Было только начало дня, а она все еще так хотела спать.

Перевод deabigail

С вас оценка 5 - С меня глава

Следующие три дня после получения художественных материалов Вайолет просто спала. Но теперь, наконец, она впервые встала перед холстом.

Мэри была в растерянности, наблюдая за тем, как Вайолет устанавливает мольберт и сама накладывает холст.

Она настаивала на том, что во время рисования она хочет все делать сама.

Когда Вайолет внезапно изменилась, именно благодаря этому от Мэри требовалась только половина работы, но ей платили полностью, и она с радостью отказалась от большей работы, оставаясь рядом с герцогиней.

Поскольку материалы и инструменты были дорогими, краска на холст наносилась гладко.

Однако это было все.

Даже если в прошлой жизни она была художницей, в нынешней жизни она была Вайолет, и ее навыки не перешли в это тело. Вайолет немного училась на уроках культуры, но это были лишь краткие уроки.

Не имея эскиза, Вайолет использовала кисть для нанесения грунта на холст, но вдруг рассмеялась. Мэри ничего не сказала и просто наблюдала.

Ш-ш-ш-ш.

По мере того как широкая и большая кисть плавно двигалась по холсту, краска, набранная на кисть, впоследствии растекалась по этой поверхности.

В глазах Мэри, вместо того, чтобы рисовать, Вайолет как будто управляла кистью.

Краска разбрызгивалась вокруг. Вайолет это не волновало.

Два разных оттенка были смешаны и разглажены на холсте. Поскольку ее рука была неуклюжей, эти цвета не очень хорошо смешивались.

Тем не менее, рука Вайолет не останавливалась.

Синий. Фиолетовый. Красный. Зеленый. Все эти цвета заполнили холст.

Вместо того чтобы рисовать картину, правильнее было бы сказать, что она выражала свои эмоции.

Не говорят ли люди, что рисование можно считать терапией? О чем думают люди, когда рисуют? Если бы эмоции могли обрести физическую форму, были бы они похожи на то, что нарисовано на холсте?

постоянно думала Вайолет, размахивая кистью.

Когда ее затаенный гнев всплывал на поверхность, он материализовался в виде цвета, и его покрывали, пачкали, размазывали другие цвета.

Вайолет продолжала смеяться.

И как будто для того, чтобы изобразить состояние ее ума в данный момент, меланхоличные оттенки полностью покрыли холст.

Ох, как приятно было выразить все эти сдерживаемые эмоции!

Поскольку она рисовала целый час, конечный результат получился причудливым.

Мэри восхищалась причудливым произведением искусства.

"Вау..."

Это был всего лишь холст, наполненный цветом, на котором еще сохранились следы мазков кисти - ничего, кроме депрессивных, мрачных оттенков темно-синего, вызывающих гнев. Однако...

Было ли это потому, что отношение Вайолет к живописи было серьезным? Стоящая перед ними картина, казалось, раскрывала чувства художника.

"Боже правый, что за беспорядок".

"Как вы это сделали, миледи?".

"А? Я только что это сделала?"

"Вау, вау!"

Поскольку невинная реакция Мэри заставила Вайолет почувствовать себя несколько смущенной, она сделала шаг назад. На ее руках и одежде осталось много пятен краски. Она мимолетно подумала, что хорошо, что ее одежда была дешевой.

Ей пришлось бы попросить плащ и какие-нибудь грелки для рук. Нет, скорее, возможно, ей следует просто попросить рабочую одежду, такую же, как носят служащие.

Размышляя о том и о сем, Вайолет потянулась.

"Я проголодалась. Может, пойдем поедим?"

"М-миледи...!"

"Что?"

"Сначала вы должны умыться!"

"Аа..."

Уже меньше, чем раньше, но Мэри все еще боялась Вайолет. Но она все равно продолжала говорить все, что хотела сказать.

Нахмурившись, Вайолет посмотрела вниз на краску на своих руках. Она подумала, что ей просто нужно вымыть руки.

Мэри поднялась на ноги и пошла набирать ванну. Вайолет не оставалось ничего другого, как последовать за служанкой. Здесь не было ни одного банщика, так сколько же времени понадобится, чтобы закончить это?

Пока Вайолет мыла посуду, она отговаривала Мэри от уборки студии. К тому времени, когда она закончила с ванной, солнце уже успело мало-помалу скрыться за горизонтом.

Когда герцогиня выразила желание поесть - впервые по собственной воле, - люди на кухне засуетились.

Они опасались, что она снова найдет недостатки в работе сотрудников.

Однако Вайолет лишь спокойно и изящно поела. После этого она вернулась в свою комнату.

Теперь Мэри подумала, что эта женщина отличается от тех слухов, которые о ней ходили.

Поэтому сегодня Мэри снова постаралась не быть воровкой в зарплате - она торопливо последовала за Вайолет.

Тем временем Вайолет думала о том, что ей нужно реабилитировать свое ремесло. Ее руки были слишком жесткими, и она даже не могла рисовать как следует. При этом она прищелкнула языком.

Формально говоря, было бы неправильно говорить, что она "реабилитирует" свое ремесло, поскольку это была другая жизнь.

Сколько времени ей понадобится, чтобы догнать хотя бы те навыки, которыми она обладала в прошлой жизни?

Взяв этюдник и карандаш, Вайолет направилась в свою комнату.

Не имея в руках ничего от своей госпожи, Мэри очень походила на воровку на зарплате. Именно из-за этого она выглядела так, словно вот-вот расплачется в одиночестве.

Перевод deabigail

С вас оценка 5 - С меня глава

Как раз в этом году Мэри начала работать служанкой, и она пришла к выводу, что Вайолет С. Эверетт сильно отличалась от тех слухов, которые о ней ходили.

Вайолет, которую видела Мэри, была, проще говоря, тихим человеком, который держался особняком.

Она спала большую часть дня, а когда дело доходило до еды, ей приходилось подавать еду против ее воли, чтобы она не пропустила большинство приемов пищи.

Это резко контрастировало со слухами о том, что она может запросто отрезать слуге язык, если он скажет что-то не то.

Вряд ли можно было сказать, что Вайолет была сурова со слугами. Она никогда не кричала на них и не придиралась к их ошибкам.

Она просто держалась в стороне, как будто ее здесь не было.

Возможно, именно из-за этого Мэри начала сомневаться в том, что отношение Михаила к Вайолет, когда он на днях пришел во флигель, было оправданным.

Было время, когда Мэри сама насильно схватила за запястье человека, которого она не хотела видеть, и поэтому у нее сложилось мнение, что старший сын семьи - очень пугающий человек.

С другой стороны, остальные слуги флигеля чувствовали себя не в своей тарелке рядом с герцогиней. Некоторые из них уже долгое время работали в герцогстве и не понаслышке знали о порочности Вайолет.

Среди них бытовало мнение, что Вайолет считала жизнь слуги легче, чем вес одного листа бумаги.

Они также слышали о том, как она облила младшую сестру обжигающим чаем.

И даже ходили слухи, что одной служанке, которая заботилась о ней до сих пор, она безжалостно выколола глаза.

Злая женщина из дома Эверетт. Ведьма века, у которой вместо сердца был ледник.

Тем не менее, в глазах Мэри она была просто тихим человеком, у которого, казалось, было много ран.

Старшая служанка неоднократно говорила Мэри быть осторожной, но она уже перестала бояться Вайолет. Наоборот, ей было даже комфортно рядом с ней.

И правда, даже когда Вайолет увидела, как непринужденно Мэри чувствует себя рядом с ней, она просто позволила молодой служанке быть рядом.

"Солнечного света здесь недостаточно".

"Хотите, я принесу лампу, миледи?".

"Все в порядке".

На первый взгляд казалось, что от Вайолет исходит священная аура, когда она сидела там, на фоне солнечного света, и молча рисовала.

Серебристые волосы мягко развевались под дуновением ветерка, спокойные фиолетовые глаза хранили в себе глубину бездны. И с губами, тщательно сомкнутыми, в которых был намек на настойчивость.

По крайней мере, в этот короткий момент, когда Вайолет делала набросок на этом солнечном месте, ее внешность была действительно далека от образа злой женщины из всех этих слухов.

"...Красивая".

Вот почему выскочило слово "неосознанно".

При этих словах Мэри Вайолет подавила смешок.

Только тогда Мэри поняла, что именно она сказала, и поспешно прикрыла рот.

Вайолет продолжала двигать рукой, в которой держала карандаш.

После того, как она оказалась в этой пристройке, Вайолет ни разу не пыталась особо следить за своей внешностью. Она не старалась поддерживать чистоту кожи, не пыталась даже контролировать свой рацион ради веса.

Поэтому Вайолет не могла понять, почему Мэри так сказала, посмотрев на нее.

Тем не менее, ей не было неприятно восхищение невинной девушки. Поэтому она позволила ей быть такой.

Иногда Вайолет показывала Мэри свои работы.

В отличие от смелых мазков, которые она нанесла на холст в тот первый день, Вайолет уже давно просто рисовала в этюднике.

В глазах Мэри это были "каракули". Действительно, как червяки, извивающиеся на странице - рисунки, которые не выглядели как искусство.

"Я уверена, что в нем содержатся чувства Миледи, так что..."

"Тебе не нужно заставлять себя делать мне комплименты".

"......"

При виде маленькой девочки, которая не могла заставить себя солгать, Вайолет улыбнулась, погладив Мэри по голове. Вскоре после этого лицо Мэри стало ярко-красным.

Она нарисовала эти каракули всего пару дней назад, но за это короткое время навыки рисования Вайолет претерпели значительные изменения.

Те бессистемные штрихи, которые были похожи на извивающихся земляных червей, вскоре приобрели изящество. Те каракули, которые раньше невозможно было правильно определить, постепенно обрели правильную форму.

"Миледи, вы, должно быть, действительно вундеркинд в искусстве!"

"...Я не знаю об этом".

Это только из-за ее предыдущей жизни.

Неоднозначная улыбка появилась на губах Вайолет.

После нескольких дней упорной работы ей удалось достичь уровня, схожего с тем, на котором она владела искусством в предыдущей жизни, поэтому дальше в ее реинкарнации будет сложнее.

Теперь скорость улучшения ее навыков будет плато, замедляясь без существенного улучшения.

В любом случае, для нее это не имело значения. Не то чтобы она планировала стать знаменитой художницей этой эпохи.

Все, на что надеялась Вайолет, - это наслаждаться спокойной жизнью.

И вот, пока Вайолет приспосабливалась к своей новой жизни здесь, в пристройке...

"Леди Эй-Эйлин пришла навестить вас, миледи".

Внезапно Эйлин решила навестить ее.

Перевод deabigail

С вас оценка 5 - С меня глава

Совершенно невероятно, чтобы визит Эйлин понравился Вайолет.

Совсем недавно она просила запретить этой девушке вход в пристройку, но почему теперь она проделала весь путь через эту часть владений герцога?

Вайолет прищелкнула языком, услышав новость от Мэри, которая теперь была ее личной служанкой.

Пока она продолжала жить полностью как Вайолет, она совершенно не могла понять Эйлин. А теперь, когда у нее было сознание Ха Юна, понять Эйлин стало еще сложнее.

"Я не хочу ее видеть. Скажи ей, чтобы возвращалась".

Только сейчас она, наконец, смогла вздохнуть спокойно, но почему неприятности настойчиво преследовали ее?

Мэри, ставшая посыльным, поспешила сообщить Эйлин ответ Вайолет, однако не прошло и нескольких минут, как она вернулась.

"М-миледи, она говорит, что не уйдет, пока не увидит вас..."

Упрямство Эйлин тоже было чем-то грозным.

Мэри безмолвно пыталась оценить реакцию Вайолет на мгновение, затем она сказала ей, что Эйлин принесла с собой альбом для зарисовок.

"Ха, я теряюсь в словах, серьезно..."

Я уже ушла и переехала в эту дальнюю часть участка, но ты хочешь сказать, что погналась за мной только для того, чтобы спровоцировать меня?

Поднявшись со своего места, Вайолет провела рукой по лицу, ее действия явно показывали, насколько она раздражена.

"Я уже сказала, что она должна уйти. ...Мэри, пойдем перекусим".

"П-пардон?"

Мы должны это сделать?

Вопрос был практически написан на лбу Мэри, но вместо ответа Вайолет просто рассмеялась.

Недоумевая, Мэри последовала за ней.

Работники пристройки смирились с тем, что им придется работать в этом месте.

У новой леди, которую они обслуживали, был такой злобный характер - настолько, что она получила несколько ужасных прозвищ, - поэтому все они просто не высовывались, пытаясь выжить, продолжая работать.

Тем не менее, в доме было всего четыре обычных служанок и две кухонные служанки. Хотя пристройка была небольшой, всего шести людям было трудно со всем справиться. Им приходилось работать по очереди, чтобы подстраховать друг друга.

И все они жалели Мэри, которой иногда приходилось оставаться рядом с госпожой.

Каждая из них отказывалась от должности личной служанки Вайолет, поэтому она неизбежно переходила по наследству и выпадала на долю новенькой.

Однако, вопреки их опасениям, Мэри рассказала другим сотрудникам пристройки, что Вайолет совсем не такая, какой ее представляли слухи.

Несмотря на то, что атмосфера была наполнена мрачным, сочувственным настроением по отношению к ней, Мэри до конца защищала свою хозяйку.

Одна служанка, которая работала здесь дольше Мэри, вспомнила случай, когда Вайолет приказала ей самой отрезать язык другому работнику.

Эта горничная не верила тому, что говорила Мэри сейчас, но она также не отрицала, что Вайолет изменилась.

На самом деле, Вайолет часто делилась с Мэри своей едой.

А Мэри была простой девушкой. Она считала, что тот, кто делится едой с другими, - хороший человек.

Таким образом, внутри пристройки впечатление людей о Вайолет мало-помалу менялось.

'Может, она изменилась, потому что практически умерла и вернулась к жизни'.

'Может быть, она наконец-то начала задумываться о своих поступках'.

'Боже правый, эта герцогская леди, которая настолько самодовольна, что кажется, будто она - центр всего мира?'

'Тогда молодой господин, возможно, зашел слишком далеко, когда пришел сюда и накричал на нее. В конце концов, она его младшая сестра".

Все это было положительным моментом.

Теперь образ Вайолет становился более устойчивым, и все это благодаря тому, что Мэри защищала ее.

Однако именно в это время...

снова пришла Эйлин.

И все они быстро поняли, что истинная сущность Вайолет не изменилась.

"Боже мой, сколько часов прошло..."

Хотя уже была ранняя весна, зимние морозы еще не успели полностью утихнуть.

В такую погоду Эйлин пришла в тонком платье, умоляя зайти в дом, чтобы навестить старшую сестру.

И несмотря на то, что Вайолет велела ей уйти и отказалась ее видеть, Эйлин прождала несколько часов подряд.

Служанки смотрели, как Эйлин дрожит у входа в пристройку, и, поскольку им было жаль ее, дали ей тонкое одеяло.

Ангельская вторая дочь Хауса Эверетта ответила с улыбкой.

"Спасибо. Я надела это, чтобы быть более презентабельной перед старшей сестрой, но я не знала, что будет так холодно".

И именно это замечание полностью оттолкнуло Вайолет.

"Хаа, я схожу с ума... Просто скажи ей, чтобы она вошла".

Спустя более чем четыре часа, Вайолет подняла белый флаг.

Снова пошли слухи о том, как она издевается над младшей сестрой и заставляет ее так долго ждать у входной двери.

Вайолет вздохнула, надавив на пульсирующий висок.

В прошлом, даже если бы прошел целый день, она никогда бы не впустила Эйлин. Но из-за погоды сейчас ничего нельзя было поделать.

"Сестра...!"

После четырехчасового ожидания на улице в начале весны Эйлин наконец вошла в маленькую гостиную. Ее щеки были красными.

По сравнению с Вайолет, которая совсем не заботилась о своем внешнем виде, Эйлин все еще была так прекрасна.

Вайолет пришлось снова глубоко вздохнуть, чтобы успокоиться. Она держала свое терпение тисками, чтобы рука не выскользнула и не вылила чай прямо на лицо девушки.

"Хик, хик... Я так волновалась за тебя. Ты вдруг оказалась в этом месте, и даже сказала, что не встретишься со мной и нашими братьями..."

Что ж, теперь мне незачем встречаться с людьми, которых я ненавижу, не так ли?

Едва сдерживаясь, чтобы не наброситься на нее с этими резкими словами, Вайолет сумела сохранить улыбку на губах.

Вкус невкусного чая из этой пристройки переполнял ее чувства гораздо сильнее, чем обычно.

"Тем не менее, я рада снова видеть тебя. Сестра, ты ведь тоже рада снова видеть меня, верно?"

"...Я буду рада, только если твое лицо будет далеко от меня".

"Сестра, твое лицо стало таким изможденным... Я уверена, что это потому, что ты много страдала здесь, верно?"

"...Хаа."

Лицо Вайолет было далеко не таким унылым.

Насколько чистым было ее окружение от всех стрессов, ухудшивших ее психическое здоровье, настолько же чистым было ее лицо от каких-либо пятен.

Догадываясь о внутренних переживаниях Эйлин, Вайолет сузила глаза.

Взгляд Эйлин продолжал внимательно изучать одежду Вайолет.

Ее хлипкое, испачканное черной краской платье обтрепалось по краям. Это был наряд, который не подходил обычно элегантной и хорошо одетой Вайолет.

Мэри посмотрела туда-сюда между двумя сестрами. Точнее, между двумя кузинами.

На Вайолет была старая и неприличная одежда, а на Эйлин было новое и симпатичное платье, которое соответствовало ее внешности.

Тем не менее, поразительным здесь было то, что не было никакой разницы в красоте, которой обладала каждая из них.

"Так это то, что ты пришла сюда сказать?"

"Нет, вовсе нет! Я слышала, что ты занялась живописью здесь, в пристройке, сестра".

"......"

"Вот почему я принесла это для тебя, просто на случай, если тебе понравится".

Сказав это, Эйлин робко протянула этюдник.

Перевод deabigail

С вас оценка 5 - С меня глава

[[image:/storage/reader-images/754660376d459d3d2b670a7d15f23b932d955a75.png]]

Это был этюдник, заполненный рисунками, которые производили впечатление скованных, любительских.

Для Вайолет невозможно считать их хорошими. Как это бывает, если тебе кто-то не нравится - просто услышать его голос - значит, потрепать себе нервы.

Вайолет могла уловить истинные намерения Эйлин. Как только она получила этюдник, на ее губах появилась ухмылка.

Поскольку Эйлин использовала одну и ту же старую тактику - с тех пор, как они были детьми, на самом деле - маловероятно, что Эйлин сейчас отклонится от той же схемы.

Мне интересно. Уйдет ли она наконец, если я вылью чай на это лицо?

Вайолет делала это уже десятки раз, но Эйлин никогда не сдавалась. В прошлом, с явной целью выгнать Эйлин, Вайолет нетерпеливо думала, как бы сделать разные вещи.

"Я совершенно уверена, что тебе был закрыт доступ в эту зону. Но, может быть, именно это и заставило тебя прийти сюда?"

"Вовсе нет! Я, я пришла навестить тебя, потому что очень скучала по тебе, сестра".

"Твой рот, как всегда, хорош в болтовне".

Во время слов "Я скучала по тебе, сестра" глаза Эйлин превратились в узкие полумесяцы. Вскоре, однако, выражение ее лица быстро разрушилось.

Посмотрите, как быстро меняется выражение лица этой девушки.

Несмотря на то, что раньше она столько раз получала пощечины и кидалась чаем, она все равно охотно и безропотно появлялась перед Вайолет. Она сделала все это, и все же, почему у нее такое выражение лица после всего лишь одного опровержения?

Внимание Вайолет вновь обратилось к этюднику, который Эйлин протянула ей.

"Верно, и это нарисовала ты".

"Да! Я просто хотела найти что-то общее, сестра... У меня все еще плохо получается, верно?"

Эйлин невинно улыбнулась.

В свою очередь, Вайолет сделала еще один глоток чая, перелистывая страницы этюдника.

Объективно говоря, рисунки Эйлин были хорошо сделаны. Они выглядели так, как будто она потратила на рисование несколько дней усилий, и, конечно, под руководством профессионала.

-Но это было все.

'Рисунки вызывают ощущение вступительного экзамена'.

Вайолет без колебаний подвергла их критике. Рисунки Эйлин выглядели хорошо, да, но они были скованными".

"Эм, если ты не возражаешь, можно мне тоже посмотреть работы сестры?"

"Я не хочу".

"А?"

"Я сказала "нет".

"Но ты же смотрела на мои работы, сестра, так что...".

Когда Вайолет отказала ей в просьбе, у Эйлин начался водоворот. В уголках ее глаз появились слезы.

Выражение лица Вайолет ожесточилось.

'Это ты навязала мне эту вещь и заставила меня выглядеть первой'.

внутренне ответила Вайолет. Теперь у нее болела голова, и она слегка надавила на виски.

Эта девушка сначала показала свое произведение искусства, затем потребовала взаимности, но когда Вайолет отказалась, теперь она вот-вот расплачется.

В конце концов, Вайолет была здесь единственной плохой.

Видя очевидные планы девушки, Вайолет отложила этюдник.

"Я просто... Я просто хочу увидеть искусство сестры... Но чтобы ты так холодно отказалась, Хиик. Этого должно быть достаточно..."

"Ты так говоришь, но это не достаточная причина, чтобы я показала тебе свое искусство".

"Хиик..."

Несмотря на твердый отказ, с которым она столкнулась, Эйлин все еще отказывалась отступать.

В этой жизни было так много вещей, которые невозможно решить одними слезами. Но, ох, дорогой ангел Хауса Эверетта была чудотворцем. Благодаря ее слезам можно было решить очень многое.

Вайолет почувствовала горький привкус во рту. Единственной, кто выглядел беспокойным, была Мэри, стоявшая неподалеку. Эйлин зарыдала еще сильнее.

"Так ты говоришь мне, что заставила себя войти в место, которое должно быть запретным для тебя, только потому, что хочешь увидеть мое искусство. Ну и дела".

"Сестра..."

"Похоже, ты считаешь слова Его Светлости герцога просто шуткой. Тебе был отдан приказ. Разве ты не должна обязательно его выполнить?"

"Ты такая жестокая. Как ты можешь так отвергать мои чувства?"

Хорошо быть гибкой в зависимости от ситуации, но, конечно, не тогда, когда существуют неоспоримые правила.

Вайолет прищелкнула языком, обдумывая действия Эйлин. Она настаивала на том, чтобы делать все, что ей хочется, и игнорировала правила.

Затем ее взгляд обратился к Мэри, которая стояла в стороне.

Хотя это и не входило в ее планы, но тот факт, что Вайолет заставила Эйлин ждать на улице четыре часа, к завтрашнему дню наверняка разнесется по всей герцогской резиденции.

"...Ты, как всегда, продолжаешь делать все, что тебе вздумается, не обращая внимания на свое поведение".

Вайолет жестом указала на Мэри.

Вскоре служанка ворвалась с этюдником, в котором Вайолет до сих пор рисовала.

Мэри открыла его перед Эйлин.

Иди, посмотри, а потом, будь добра, отвали.

Вайолет надеялась, что Эйлин просто быстро исчезнет из ее рая.

"Вау, твое искусство..."

Теперь, когда она наконец-то достигла своей цели, Эйлин улыбнулась и вернула Вайолет ее этюдник.

В любом случае, он был полон жалких каракулей. Не имело значения, будут ли они показаны кому-то другому.

"Как увлекательно. Я бы никогда не нарисовала ничего подобного".

"......"

"То, как ты выражаешь вещи через эти линии, особенно характерно. Интересно, как ты сделала свои рисунки такими... Конечно, ты намеренно рисовала так, чтобы они сильно отличались от популярного сейчас художественного стиля, верно? Как и ожидалось, сестра действительно уникальна".

Затем, Эйлин посмотрела в сторону одежды Вайолет.

На это Вайолет сардонически усмехнулась.

"Если ты думаешь, что я не умею хорошо рисовать, то так и скажи".

Перевод deabigail

С вас оценка 5 - С меня глава

[[image:/storage/reader-images/785f51338fffe8fa28390f9bdb4c1536bdd6b560.png]]

"Когда это я говорила...!"

Жесткое отрицание Эйлин привело к тому, что раздражение Вайолет достигло критического уровня.

Эйлин уже давно занималась тем же самым.

Когда Вайолет брала в руки какой-нибудь инструмент, Эйлин намеренно начинала осваивать тот же инструмент, показывая всем, насколько она лучше Вайолет.

Так она отбивала у старших братьев все комплименты, которые могли бы достаться Вайолет. Неважно, какой учебой занималась Вайолет, неважно, каким хобби она увлекалась, результат каждый раз был один и тот же.

Было ли это преднамеренным планом или попыткой сблизиться с ней - что это было на самом деле?

Эйлин постоянно говорила, что это было потому, что она пытается быть ближе к 'Вайолет'. Так что, в конце концов, Вайолет перестала рассчитывать на вероятность этого предположения.

Раз так, то Эйлин просто нужно было следить за своими словами.

Вайолет не могла понять умственную гимнастику Эйлин. Как она могла хотеть быть ближе к тому самому человеку, который якобы продолжал ее мучить?

"Да, да. Тебя научила рисовать учительница, верно? Ты отлично справилась, следуя стандарту. Хорошая работа. Даже похвально".

Когда Вайолет говорила это с кривой улыбкой на губах, она наклонила свою чашку вперед и пролила чай на блокнот.

"А теперь уходи. И никогда больше не появляйся передо мной. Если ты еще раз придешь в это место, следующим, на что будет вылит чай, будет твое лицо".

"......"

Затем она ярко улыбнулась.

От этюдника начал подниматься пар, а пятно от чая начало распространяться дальше по страницам.

Не в силах осознать ситуацию, Мэри одна наблюдала за происходящим с пустым выражением лица.

"Ты что, оглохла? Убирайся с глаз моих. Сию минуту".

"Э, хиик, хиик... Я просто, я просто хотела услышать комплимент от, от тебя, сестра... ты такая злая. Ты всегда... всегда принижаешь меня, меня. Я, я только..."

(Иди нахуй уже)

Капля, капля. Прозрачные капли стекали из прозрачных зеленых глаз Эйлин.

На мгновение Вайолет задумалась, не вылить ли ей остатки горячего чая прямо в это лицо. Но в конце концов она ослабила хватку и отставила чашку.

"Раз уж Эйлин уходит, проводи ее до главной двери. Не забудь также вытереть пролитый чай на полу".

Когда Вайолет лаконично отдала приказ, Мэри быстро вернула внимание.

"Х-хорошо!"

Казалось, Эйлин отказывалась двигаться. Мэри попыталась успокоить плачущую девушку, но Вайолет лишь повернулась и оставила их позади себя. Она надавила на виски и пошла обратно наверх в свою комнату.

Это должно было снова ухудшить печально известную репутацию Вайолет.

Завтра по главному особняку снова поползут слухи.

Милая, добрая, ангельская Эйлин старательно пыталась нарисовать что-нибудь для своей старшей сестры Вайолет, и все потому, что ей хотелось быть ближе к ней. Однако злая Вайолет облила эти рисунки чаем и выгнала девочку из дома.

Но еще до того, как все это произошло, Вайолет оставила дорогую, хрупкую девушку на улице и заставила ее ждать там в такую морозную погоду в течение четырех часов, прежде чем впустить ее в дом.

Вайолет подумала, стоило ли ей подавлять свои эмоции? Когда она видела лица других людей, все было в порядке, но как только перед ней появилось лицо Эйлин, казалось, что невозможно остаться равнодушной.

Вайолет подавила желание испустить долгий вздох.

Она только недавно сблизилась с Мэри, но теперь, когда девушка столкнулась с подобной сценой, с завтрашнего дня ей, несомненно, снова будет неловко.

Человек не смог бы продолжать жить без каких-либо отношений. Эмоции текли как вода. Если она застряла где-то без направления, то все, что она может делать, это накапливаться.

Как долго она сможет так жить, сосредоточившись только на живописи, ни с кем не общаясь?

Вайолет начала высчитывать точную дату, когда она может сойти с ума, но остановилась. Возможно, в этот момент она уже сошла с ума.

Она лежала в постели, но кипевшая в ней обида никак не хотела утихать. Вайолет несколько раз пыталась отрегулировать дыхание.

Если бы только она могла выразить свои чувства в цвете, то это была бы совершенно черная, грязная вода, до такой степени, что никто бы к ней не подошел.

Непреодолимое чувство вялости накатывало на нее, как волна. Однако в то же время возникло и определенное желание.

С этими чувствами в качестве движущей силы, какое произведение получится, если она будет рисовать сейчас?

Пока она размышляла над одним вопросом за другим, вскоре она услышала нерешительный стук в дверь.

"...Войдите".

Как только Вайолет дала разрешение, через порог вошла Мэри. В руках Мэри был поднос, а на нем - сладкое пирожное и напиток.

"Я слышала, что в гневе полезно есть сладости. ...Вы в порядке, миледи?"

"...Ты спрашиваешь, как я себя чувствую?"

"Да? Да! Вы, должно быть, расстроены, и... Я, должно быть, вмешиваюсь без необходимости... Простите, я заберу это обратно!"

"Нет, все в порядке. Принеси их сюда".

Вайолет на мгновение была ошеломлена неожиданным ответом, но вскоре ее взгляд смягчился, когда она посмотрела на маленькую девочку.

Смутившись, Мэри немного помялась и отвела глаза.

Она поставила поднос на соседний столик и снова посмотрела на Вайолет. Казалось, она хотела сказать что-то еще.

"Будет вкуснее, если вы съедите и выпьете их, пока они не остыли!"

"...Спасибо."

"......"

"......"

На короткое мгновение в комнате воцарилась тишина. Мэри решительно осталась в комнате Вайолет, продолжая оценивать ее настроение.

Правда, Вайолет поблагодарила девушку за угощение, но на самом деле у нее не было ни малейшего желания есть или пить что-то из этого. Тем не менее, в конце концов, она заговорила.

"...Ты не боишься меня?".

"А? Почему?"

"Почему, ты спрашиваешь... Ты видела, что случилось раньше".

"Но... Леди Эйлин сначала обидела вас, миледи."

"......"

От быстрого ответа девушки Вайолет потеряла дар речи.

Мэри разрезала пирог на кусочки и протянула тарелку Вайолет.

Все еще ошеломленная и неспособная понять ситуацию, Вайолет неосознанно принялась есть пирог.

"...Почему ты думаешь, что Эйлин первой сделала что-то не так?"

Перевод deabigail

С вас оценка 5 - С меня глава

[[image:/storage/reader-images/98b97a94787952e8eb358ecb661a378655515be9.png]]

"Ну... Вы несколько раз пытались выразить свою неприязнь, миледи. Вы даже просили Его Светлость герцога, чтобы эта территория была для нее закрыта".

"......"

"Леди Эйлин вообще запрещено приходить сюда, и вы много раз просили ее уйти, но ничего из этого не вышло... И кроме того, вы также отказались показать ей свое искусство".

"Когда она потребовала этого. Вы уже отказались, но леди Эйлин продолжала заставлять вас, не так ли, миледи?".

"...Да. Думаю, да".

Возможно, это потому, что прошло много времени с тех пор, как кто-то встал на ее сторону, но Вайолет была ошеломлена и не могла ответить должным образом.

Мэри не заметила озадаченного выражения лица Вайолет и начала болтать дальше.

"Я пережила нечто подобное. Есть один грубый, уродливый мальчик по имени Томпсон, который все время заставляет меня выйти за него замуж. Но я не хочу! Несмотря на то, что я столько раз отказывалась, окружающие продолжали сватать меня за него. После этого я стала единственным странным человеком там, просто потому что отказалась... Хух, поэтому я попыталась найти способ жить по-своему, и так я оказалась здесь, в герцогской резиденции...".

Как только шлюзы были открыты, Мэри разразилась потоком болтовни.

Она говорила с головокружительной скоростью, как будто выпуская наружу все слова, которые все это время с трудом сдерживала.

"О-о-о... Я вижу".

Пораженная, Вайолет не могла придумать, что еще сказать, кроме этого.

"Ах, эм... Я-я извиняюсь! Я даже не поняла, что я только что говорила и..."

"Нет, все в порядке. Твоя история интересна".

Мэри запоздало заметила, что слишком возбужденно болтала в присутствии хозяйки, и только сейчас прикрыла рот.

В ответ Вайолет только хихикнула.

"...Ты не боишься меня?".

"Я уже ответила на этот вопрос, миледи..."

"Я хочу услышать достойный ответ. Я уверена, что ты слышала слухи обо мне".

"...Сначала я действительно думала, что вы страшная. Совсем чуть-чуть".

Осознав реакцию Вайолет, Мэри поспешила добавить еще кое-что.

"Но когда я наконец-то встретила вас лично, вы были просто замечательной! Вы всегда угощаете меня вкусной едой. Герцогиня, о которой я слышала во всех слухах, как будто совсем другой человек!".

"Мило, говоришь... Но знаешь, слухи правдивы. По крайней мере, половина из них".

"Тогда вы действительно приказали отрезать кому-то язык, миледи?"

"Да. Ты все еще не боишься?"

"Ммм, да, я не боюсь! Просто, ну, тот слуга, наверное, сначала сказал что-то, чего не следовало!"

С веселостью типичной шестнадцатилетней девушки Мэри разразилась смехом.

Осознав, что она так давно не разговаривала с кем-то как следует, Вайолет поднесла кусочек пирога к губам. Слишком сладко.

"Миледи, вы не из тех, кто отдает такой приказ по простой прихоти. Ранее я тоже видела, как вы несколько раз пытались терпеть эгоистичное поведение леди Эйлин".

"Фуфу..."

"Возможно, я сказала что-то смешное?"

"Нет, просто мне кажется, что я не слышала, чтобы кто-то говорил мне такое раньше. Да, я отдала этот приказ не по простой прихоти".

В прошлом слуга, которому Вайолет приказала отрезать язык, осмелился встать на ее пути и выругаться ей прямо в лицо.

"Ты нечестивая женщина!"

Даже если слуга сказал это в попытке остановить Вайолет от пощечины Эйлин, все равно в корне неправильно, когда подчиненные вмешиваются в дела начальства.

Правильно, что такому языку, не знающему понятия времени и места или иерархии, отрезали язык.

Это был варварский способ решения проблем, но, учитывая эпоху, в которой существовала Вайолет, и то, что она была великой дворянкой в этих краях, это было оправдано. Действие было оправданным, но в то же время полным злобы.

"Хватит об этом. Теперь ты ведь не будешь просить меня отрезать тебе язык только потому, что у меня испортилось настроение?".

"Такие ужасные слова..."

"Хехе, я так и думала".

Живя в современную эпоху, Вайолет больше не собиралась подчиняться варварским методам наказания в эту эпоху.

Но кроме этого, разве ей нельзя позволить хотя бы выразить свой гнев, когда она сердится?

С этой мимолетной мыслью Вайолет медленно покачала головой.

"Я думаю, что у вашего решения тогда была веская причина, миледи".

"...Это не отменяет того, что я сделала неправильно".

"Но все же! Тогда, ничего, если я спрошу, почему вы так поступили?".

"......"

"Хух... Я... Если вы предпочитаете не говорить об этом, то и не надо!"

"Нет, я просто немного упорядочиваю свои мысли. Это мой первый раз, когда я говорю об этом инциденте".

"Правда?"

"Никто не спрашивал. И даже если бы я что-то сказала, люди уже автоматически считают, что я виновата, прежде чем я произнесу хоть слово. Они бы не смогли увидеть, что я не виновата".

"......"

В недоумении, глаза Мэри на мгновение открылись и закрылись. Вайолет все еще размышляла о том, сколько еще ей следует сказать девочке, но вскоре она заволновалась, увидев, как выражение лица Мэри исказилось до предела.

"Серьезно, никто не выслушал вас, миледи? Они все просто автоматически решили, что вы злая..."

"......"

"Миледи, они все просто сказали, что вы плохая?"

"Они правы, говоря, что я плохая. В этом нет ничего нового."

"Но..."

Полная сочувствия, девочка расплакалась. Вайолет похлопала Мэри по плечу.

"Тогда, должно быть, вам было одиноко..."

"Одиноко, да. Да, наверное, было".

Перевод deabigail

С вас оценка 5 - С меня глава

[[image:/storage/reader-images/abb430418919c20b5d66130e3616c717269bbe8c.png]]

"...Все они, даже молодые мастера - они так себя вели?"

"Эти боги... Нет, мои старшие братья. Их случай немного более уникален, но в целом они тоже так себя ведут, да".

Ругательства так и рвались на губах, но Вайолет изящно поправила себя.

Мэри заметила, как Вайолет поправила ее, и широко улыбнулась. Однако вскоре на глаза Мэри снова навернулись слезы.

"Если половина слухов правдива, то другая половина должна быть ложной. Но, несмотря на все это, никто не встал на вашу сторону, все только думали, что вы злая, ни разу не попытались поговорить с вами и просто продолжали в том же духе..."

"......"

"Тогда, Хиик. Миледи, вы продолжали... Вы просто продолжали..."

Вайолет снова успокаивала Мэри, похлопывая девочку по спине и давая ей кусочек пирога. Мэри достала носовой платок и, фыркнув, продолжила говорить с такой меланхолией.

"Моя дорогая Леди... Вы не злая. Вы такая добрая. Но все только и твердили, что вы плохая, так что..."

Кто знает, может, она и вправду не добрая. Тем не менее, Вайолет не отрицала, что она была злой женщиной, но в то же время она больше не отрицала слов Мэри.

Возможно, это потому, что ее окружение изменилось, но... Независимо от того, кто это был, было приятно, что кто-то был на ее стороне.

Вместо того чтобы оправдываться, Вайолет просто ела тарт вместе с девушкой, и они долго беседовали.

Что бы ни происходило, время шло вперед.

Прошло уже пятнадцать дней после визита Эйлин.

Узнав, что Вайолет ненавидит Эйлин, Мэри намеренно не заводила разговор о другой герцогской даме.

Тем временем Вайолет написала три картины, чтобы выплеснуть свои негативные эмоции.

Хотя она все еще не была довольна тем уровнем мастерства, на котором находилась сейчас, ее картины постепенно становились все более похожими на картины по мере того, как она практиковалась снова и снова.

Конечно, это была исключительно оценка Вайолет самой себя. Ее художественный стиль намного опережал современную эпоху, а заумные картины, несомненно, заставили бы любого воскликнуть, как только она их увидела.

Единственным человеком, который видел ее картины, была Мэри, чьи глаза неотрывно следили за каждым движением Вайолет.

Нельзя сказать, что они вели глубокие беседы, но, поговорив несколько раз, Вайолет обнаружила, что сблизилась с Мэри, и они часто пили чай вместе.

В прохладительные напитки, которые подавались к чаю, казалось, был насыпан сахар, но это не так уж и плохо.

Ее вкусовые рецепторы, похоже, были настроены на сладкое, поэтому она считала, что это тоже вкусно.

И поскольку Мэри видела это со своей точки зрения, она тоже была очень довольна. Особенно дорогие десерты она получала в известной кондитерской, которые трудно купить из-за спроса.

Мэри была не единственной, кто сблизился с Вайолет. Как бы неожиданно это ни было, Вайолет сблизилась со всеми сотрудниками пристройки.

Ну, их отношения были слишком неоднозначными, чтобы сказать, что они стали "близкими". Но, по крайней мере, они больше не боялись и не враждовали с ней, как раньше.

И все это благодаря Мэри.

Узнав об истинном положении Вайолет, Мэри преисполнилась чувством долга. Она ходила по округе, активно объясняя Вайолет, на чьей она стороне.

Поскольку у нее не было причин останавливать девушку, Вайолет оставила Мэри в покое, пока та занималась этими делами. Таким образом, положение Вайолет в пристройке неуловимо изменилось.

'Она стала добрее'.

'Она никогда не была плохим человеком'.

'На самом деле она очень добрая, просто она стала злой'.

Многие подобные слова приходили и уходили.

Независимо от того, какой ответ был правильным, это правда, что Вайолет не была такой злой, как раньше. Из-за этого все больше и больше людей постепенно становились более комфортными рядом с ней.

На самом деле, работники пристройки в последнее время были немного вялыми, но Вайолет не делала им замечаний. Наоборот, работники горячо отчитывали друг друга, когда видели, что она так щедра по отношению к ним.

В любом случае, будь то Вайолет или сотрудники, все они были в одной лодке. Их всех выгнали из главного особняка, и они не собирались оставаться вместе в этом маленьком уголке герцогской резиденции, здесь, в пристройке.

Вполне естественно, что они решили укрепить свои связи по-своему.

Кроме того, аристократы для них были как далекие существа, недосягаемые. Однако, несмотря на то, что Вайолет держалась с тем же благородством, что и аристократка, чувствовалось, что она настоящий человек... как и они.

Вайолет относилась к сотрудникам именно как к сотрудникам. Они работают за столько, сколько им платят.

Кровь, текущая в жилах человека, не должна считаться высокой или низкой. В конце концов, это все просто красная кровь, поэтому она прямолинейно относилась к другим людям.

Благодаря такому отношению, сотрудники пристройки также стали ближе к Вайолет.

Но... Возможно, она стала слишком знакома с ними?

Вайолет не могла не думать об этом после того, как ей сказали, что в сарае подруги младшей кузины Анжелики, кухарки, недавно родила щенков собака.

Как именно это произошло?

Ну, во всем этом можно было бы поблагодарить саму Мэри. Девушка действительно отличалась высокой степенью общительности. В последние дни она так часто заступалась за Вайолет, беспокоясь, что леди может пострадать.

Тем не менее, Вайолет оставалась в стороне. Даже если бы она превратилась из злодейки века в жертву века, в ее поведении не было бы никакой разницы.

Тем не менее, даже если они и не были в особо дружеских отношениях, она считала это достаточно предпочтительным.

Поскольку теперь они чувствовали себя более комфортно рядом с ней, как раз вовремя, она хотела попрактиковаться в крокинге. Она решила попросить служащих пристройки быть ее моделями.

Можно было подумать, что ситуация улучшается...

Однако вскоре появились люди, которые устроили настоящий парад.

[Из Википедии] Кроки - быстрый и схематичный рисунок живой модели. Рисунки кроки обычно делаются за несколько минут, после чего модель меняет позу или уходит, и рисуется другой кроки. Слово Кроки происходит из французского языка и означает просто "набросок".

Перевод deabigail

С вас оценка 5 - С меня глава

[[image:/storage/reader-images/811db67ff816dd3b7ded3d68f1e2a1dad57de2c6.png]]

Вайолет уставилась на незваных гостей, которые нарушали ее уютную повседневную жизнь.

"......"

"......"

"......"

Между ними не было ничего, кроме неловкого молчания. И воздух был еще тяжелее, потому что все трое были склонны скрывать любые эмоции в своих выражениях.

Почему эти люди снова ищут ее?

Вайолет посмотрела на герцога Эверетта и своего второго старшего брата Роэна. Как бы ей ни хотелось испустить долгий, тягучий вздох, у нее не было другого выбора, кроме как сдержать его.

'Наверное, сегодня перед ужином мне нужно выпить какое-нибудь лекарство для пищеварения'.

Подобную встречу втроем можно было бы объяснить, вернувшись немного в прошлое.

Тем не менее, Вайолет ничего не могла поделать, кроме как смотреть на двух мужчин перед ней, сдерживая вздох раздражения.

Отношения между Вайолет и работниками пристройки ни в коем случае нельзя было назвать "семейными", но в то же время было бы неправильно сказать, что у них вообще не было никаких отношений.

Рози, горничная, которую попросили стать моделью для крокиза Вайолет, быстро отказалась от позы, потому что она была слишком неловкой.

"Я бы предпочла, чтобы вы вели себя естественно".

Но услышав эти слова герцогини, служащие разрыдались.

Они не могли вести себя естественно. Они пытались работать, как обычно, но герцогиня стояла позади них и делала наброски.

Но Рози сдержалась, чтобы не произнести эти слова.

Служанки не протестовали, но замирали, как только оказывались перед дамой. Однако Вайолет не обратила внимания на их дискомфорт.

Этот ластик может стирать линии так гладко. Кто это сделал?

Такие мысли приходили в голову Вайолет, пока она неторопливо наблюдала за работой служанок. Понежившись под лучами теплого солнца, Вайолет потянулась и встала со своего места.

Она много спала, ела, когда была голодна, немного рисовала в своей студии и гуляла по пристройке, осматривая достопримечательности. Когда ей было скучно, она читала книгу или рисовала. Она также занялась хобби - наблюдением за служащими, потому что они были нужны ей как модели.

Впервые в жизни дни Вайолет текли неторопливо.

Лишение свободы - это не просто запирание людей в тюрьме, это еще и привязка к их пользе и ценности. Вот почему люди, сосланные в отдаленные места, были так сосредоточены на творчестве.

Вайолет пришла к этому озарению, когда смотрела на небо, томно зевая.

Скучно ничего не делать, поэтому у нее не было другого выбора, кроме как заняться чем-нибудь.

В любом случае, однако, Вайолет не чувствовала горечи по этому поводу. Она была единственной, кто решил ограничить себя.

Пока она наслаждалась свободным временем.

"М-миледи... Второй молодой мастер пришел навестить вас..."

-ее покой был нарушен вот так просто.

"Он не уйдет, даже если ты ему скажешь, да?"

"...Он сказал, что принес подарок для вас".

Почему никто из этих людей не воспринял приказ герцога всерьез?

Нет, если перевести это в позитивное русло, то хорошо, что они не соблюдают слова герцога. В этом месте не соблюдались даже элементарные манеры.

Вайолет надавила на виски, чувствуя нарастающую мигрень.

Тем не менее, личная встреча с одним лишь Роэном была достаточно терпимой. Если его не спровоцировать первым, то он тоже ничего не начнет.

"Приведи его в гостиную. Я занята, так что если он захочет поговорить со мной, ему придется подождать около трех часов".

"Д-да!"

Вайолет вошла в свою мастерскую и погрузилась в четвертую картину.

Действительно ли он будет ждать три часа? Роэн был очень занятым человеком. Он ни за что не стал бы тратить три часа только ради того, чтобы унизить свою младшую сестру.

Через несколько часов Вайолет отложила кисть, сомнения все еще витали в ее голове. Однако вскоре Мэри сообщила ей мрачную новость.

Роэн все еще ждал Вайолет, неторопливо попивая чай.

Как только Вайолет услышала это, она решила поскорее закончить работу, чтобы отправить Роэна обратно.

Вайолет намеренно направилась в гостиную. Она все еще была в своей испачканной краской одежде.

"Давно не виделись".

Роэн поприветствовал Вайолет с улыбкой. Его поведение было спокойным, не выражающим ни малейшего намека на волнение, несмотря на то, что ему пришлось долго ждать.

"...Прошло не так много времени".

"Я слышал, что твое лицо побледнело, но теперь, когда мы снова встретились, я вижу, что у тебя все хорошо. Я рад".

"Какое у тебя здесь дело?"

"Разве старший брат не может поболтать со своей младшей сестрой?"

Роэн улыбнулся.

Действительно, его улыбка не переставала напоминать Вайолет о змее.

Для этих братьев и сестер было невозможно нормально поговорить с глазу на глаз. Все, чего сейчас хотела Вайолет, это поскорее выяснить, зачем Роэн пришел сюда, и заставить его уйти, но этот змееподобный человек продолжал с легкостью проскальзывать сквозь разговор.

"Отец объявил, что пристройка для тебя закрыта".

"Только устно".

"...Я и представить себе не могла, что ты захочешь поговорить со мной вот так отдельно".

"Да ладно тебе. Я всегда беспокоюсь о тебе, Вайолет".

Он еще даже не сделал глоток чая, но посмотрите, как он лжет.

Приложив губы к ободку чашки, она щелкнула языком. Чай был горьким.

"Я слышал, что у тебя было несколько неудобств в повседневной жизни здесь. Но вот, я принес тебе новое платье и новую пару туфель. Ты примешь их?"

"...Я приму их с благодарностью".

Новое платье и туфли должны были иметь дизайн, который был в моде. Другими словами, одежда, которая была бы излишне показной и приносила бы ей только дискомфорт во время рисования.

Когда Эйлин вернулась после такого унижения, что именно она сказала этому хитрому парню? И до такой степени, что он проделал весь этот путь?

Вайолет изо всех сил старалась не выдать своих эмоций.

Перевод deabigail

С вас оценка 5 - С меня глава

[[image:/storage/reader-images/86075f0ef84b66a3f19f447634e13f07b50606ca.png]]

"Ты гораздо спокойнее, чем я думал. Я думал, что ты набросишься на меня, как только увидишь".

"...С чего бы мне на тебя сердиться? Ты даже принес мне такой подарок".

"Тогда можно мне теперь часто навещать тебя?".

"......"

Вайолет молчала. Роэн тоже не настаивал, как будто не хотел получить однозначный ответ.

"Чай оказался более горьким, чем я думал. Если бы ты была такой, как раньше, ты бы уже отрубила руки служанке, которая готовила этот чай."

"...Я не отдаю таких жестоких приказов."

"Ты действительно изменилась. Как и ожидалось, это из-за озера?"

"......"

Вайолет глубоко пожалела, что пришла сюда. Ей следовало просто проигнорировать Роэна, вернуться в свою комнату и лечь спать.

Слишком много времени ушло на то, чтобы просто заставить этого парня уйти.

"Ты так сильно изменилась, так что... Интересно, почему?"

"......"

"Этот ребенок вернулся в главный особняк, плача навзрыд. И она обнимала свой этюдник, который полностью вымок в чае."

Вайолет опустила взгляд на тело Роена. Она почувствовала приближение очередной головной боли, поэтому она сделала глоток чая, прежде чем снова встретиться с Роеном взглядом. Горечь чая немного успокоила ее.

Пока она думала о том, как избавиться от этого человека...

"М-миледи!"

Мэри торопливо ворвалась в гостиную.

"Его светлость герцог прибыл!"

Еще одна бомба была сброшена.

Прибыл новый гость. И это был не просто кто-то - это был ее отец, герцог.

Роэн, казалось, тоже был потрясен, но было уже слишком поздно. Вайолет все еще пыталась рассчитать, стоит ли сначала убрать одну мину, прежде чем прибудет большая бомба, или лучше позволить им взорваться вместе. В конце концов, она бросила это занятие.

"Ты можешь привести его сюда?"

Отлично. Раз уж они все равно взорвутся, почему бы не сделать так, чтобы они взорвались вместе? весело заключила Вайолет.

Ясно как день, что Роэн посетил это место, пренебрегая приказом герцога.

"Ты упомянул, что приказ Его Светлости был сделан только устно, так что, полагаю, ты не обязан его выполнять, верно?"

"Разве я так сказал?"

"Да. Я слышала тебя громко и четко, когда ты это сказала. Мэри, веди Его Светлость сюда".

Видя, что Роэн не может убежать, Вайолет ярко улыбнулась. Потребовалось немало мужества, чтобы прервать разговор леди и молодого господина, и только это заставило Мэри побледнеть. Вскоре она в бешенстве выбежала из гостиной.

Она не была хорошо знакома с этикетом, однако молодая служанка сделала все возможное, чтобы обслужить герцога.

Когда герцог вошел в комнату, его глаза расширились, когда он увидел, что его дочь и сын разговаривают друг с другом, несмотря на то, что это было полным нарушением его приказа.

Так возникла нынешняя ситуация.

Даже увидев здесь Роэна, герцог не стал его сильно упрекать.

Только теперь тишина между тремя Эвереттами улеглась.

"Я вижу, у тебя гость".

"...Потому что брат сказал, что все в порядке".

"......"

Вайолет придумала оправдание, которое Роэн так и не произнес. Как бы он ни был виноват, Роэн все равно не мог ничего сказать, чтобы опровергнуть ее.

"...Как ты поживаешь", - стоически спросил герцог.

"Я в полном порядке, благодаря вам".

"Судя по состоянию твоей одежды, ты, похоже, любишь рисовать".

"Мне нечем гордиться".

Разговор между братом и сестрой и так нагнетал атмосферу, но разговор между отцом и дочерью был еще более удушающим. Несмотря на это, Вайолет спокойно ответила герцогу в том же духе, ссылаясь только на свое произведение искусства, когда герцог указал на ее платье.

"Но ты выглядишь немного неловко. Я скажу кому-нибудь, чтобы для тебя прислали более удобную одежду".

"...Спасибо."

Роэн тоже пришел в гости с платьем в подарок, хотя и экстравагантным. Его улыбка слегка сползла. В отличие от Роэна, герцог полностью принимал во внимание то, что должно быть удобно для Вайолет.

"...Кажется, я самовольно прервал ваш разговор".

"Все в порядке, отец", - ответила Вайолет.

"Кроме того, прошло много времени с тех пор, как мы ужинали вместе, не так ли?" спросил Роэн.

Но вместо того, чтобы ответить на вопрос Роэна, герцог только пил чай. На вкус он, конечно, был горьким и в целом ужасным, и все же не поднял ни одной брови.

"Эйлин тоже посещала".

"...Да."

"Хм."

Когда герцог размышлял таким образом, оба брата и сестра воспользовались этой возможностью, чтобы отдышаться. Даже находясь перед своими собственными детьми, герцог не ослаблял эмоций, сохраняя спокойствие.

"Верно, теперь, когда я об этом думаю, тебе никогда не назначали рыцаря сопровождения".

"...Да, это так".

Вайолет задумалась и о себе. Наверняка здесь и там было много людей, которые затаили на нее обиду. И с тех пор, как она оказалась в этом отдаленном уголке герцогской резиденции, а ее привилегии как герцогской дамы уменьшились, невозможно предугадать, когда и где на нее нападут в следующий раз.

"Я решу и этот вопрос. Завтра я прикажу послать сюда рыцарей сопровождения".

"Спасибо."

"......"

Роэн затаил дыхание.

Это было предупреждение и Эйлин, и Роэну, которые осмелились проигнорировать приказ герцога. Не ходите больше в пристройку.

Тем не менее, Вайолет ответила спокойно.

Ее безопасность не будет проблемой. Независимо от того, пошлет ли кто-то убийцу в ее сторону из-за обиды, ей было все равно. Она перестала думать о гипотетических проблемах.

Все, что было нужно Вайолет, - это отдых и спокойствие. Она бы не хотела изнурять себя размышлениями о таких изнурительных воображаемых сценариях.

"Похоже, тебе действительно очень нравится рисовать... Я бы хотел взглянуть на твои работы, если это возможно".

"Это недостаточно хорошо, поскольку я еще неопытна".

"Никто не может быть хорош в чем-либо, только начав. Я не буду навязывать тебе совершенство".

"...Хорошо."

Среди засушливого настроения происходил этот тяжелый, мутный разговор. Действительно, где они могли найти кого-то, кто был бы совершенен с самого начала?

Когда Вайолет вкратце вспомнила прошлое, уголки ее губ перестали подтягиваться, образуя горькую улыбку.

Вайолет спросила Роэна, руководствуясь лишь обычной вежливостью.

"...Не хочешь ли ты тоже пойти с нами, брат?"

"С удовольствием, если ты позволишь".

Ему должно быть хорошо известно, что она чувствует себя неловко рядом с ним, но он не понял намека, хах.

Вайолет охватило желание ударить этого змея Роэна прямо в лицо, хотя бы один раз.

Перевод deabigail

С вас оценка 5 - С меня глава

[[image:/storage/reader-images/054efaac3583a5e4f446ced86e17c7162b8f7186.png]]

Наслаждаясь мыслью о том, чтобы грохнуть Роэн, Вайолет в конце концов вздохнула. Возможно, ее воображение стало слишком богатым.

И все еще в измазанной краской одежде, Вайолет пошла дальше, чтобы провести двух мужчин в свою неорганизованную студию.

Мэри тихо стояла у входа в гостиную, поэтому она тоже последовала за ними.

"......"

"......"

"...Нечем гордиться, как я уже сказала".

Оба новичка в студии замолчали.

Во-первых, во всей комнате было грязно.

Нет, не просто грязно. Это был настоящий хаос.

Стены были забрызганы краской, повсюду валялись различные инструменты - мольберты, кисти и ножи для палитры. Казалось, что они были организованы по-своему, но все равно все выглядело довольно беспорядочно.

"Когда вещи внезапно меняют свое местоположение, это приводит к путанице".

"Но мне все равно следовало бы немного прибраться".

Наблюдая за тем, как отец и сын ошеломленно смотрят в альбом Вайолет, Мэри и Вайолет как можно более вкрадчиво прошептали друг другу.

"Хм..."

"......"

Сразу после того, как они были потрясены беспорядком в студии, их снова охватило удивление, когда они увидели работы Вайолет.

Видя, что Роэн почему-то не может придать своему лицу правильное выражение, Вайолет нахмурилась.

Что он собирался сказать Эйлин на этот раз?

Однако, независимо от того, гримасничала она или нет, Роэн и герцог просто долго смотрели на ее работы, возможно, размышляя о чем-то своем.

Эта картина, безусловно, впечатляет. Но она опередила свое время. Тем не менее, это был единственный способ самовыражения, который Вайолет знала.

В эпоху, в которой жила Вайолет, важно было то, насколько реалистично художник может передать мир, как это делает человеческий глаз. Чем больше картина была похожа на предмет, который она хотела изобразить, тем лучше она соответствовала стандартам красоты той эпохи.

Вайолет вспомнила, как в наше время фотоаппараты были исключительной собственностью богатого аристократа. Художественные направления должны были меняться вместе с развитием фотографии, но в этом мире стандарт все еще оставался довольно устаревшим.

Было совершенно очевидно, что искусство Вайолет слишком опередило свое время.

Хотя это был портрет, стиль, в котором Вайолет изобразила свой объект, был с неясными, нечеткими формами.

Кроме того, лицо человека было покрыто цветами, что затрудняло определение того, мужчина это или женщина. Кроме того, человек проливал слезы лазурного и обсидианового оттенков.

На первый взгляд можно было подумать, что между лепестками находятся усеченные рога, и такое предположение могло вызвать образ дьявола.

Кроме того, лепестки обычно окрашивались в яркие цвета, а здесь они были изображены в мрачном синем оттенке - как еще это можно интерпретировать, если не странно?

Ошеломленные, герцог и Роэн продолжали перелистывать страницы эскиза. Однако цвета, которые использовались, становились все ярче и ярче, с более пастельными оттенками, когда они дошли до более поздних работ.

Но, конечно, они все еще не были выполнены в стиле реализма.

"Это, действительно..."

На самом деле, если бы Вайолет вернулась в эпоху за четыре века до этого, она не смогла бы протестовать, даже если бы ее отправили в священный трибунал и осудили как ведьму.

Роэн и герцог в тот момент думали об одном и том же.

"Неплохо... Я не знал, что у тебя есть такой талант, дочь моя".

Казалось, что герцогу картина все же понравилась, даже несмотря на это первое впечатление.

В ответ на это Вайолет только и делала, что по прихоти царапала кистью и ножом для палитры по холсту, неловко улыбаясь.

"Ты, должно быть, достигла этого момента, потому что рядом с тобой не было учителя. Было бы здорово увидеть, как мир искусства перейдет в это новое русло. Это действительно уникально".

Герцог изложил различные идеи из работ Вайолет. Наблюдая за тем, как герцог так неожиданно много говорит, Вайолет не могла не сжать руку от удивления.

Безусловно, ее искусство было странным и эксцентричным, но в то же время оно обладало таинственным очарованием, способным притягивать зрителя.

Цветовые сочетания, которые она использовала, не были типичными, а мазки кисти и текстуры, которые она оставляла на холсте, располагались в нужных местах, доказывая ее превосходное мастерство.

Особенно, хотя синий свет, который светил на предмет, был довольно необычным, он был прекрасен.

"...Я только слышал, что ты рисуешь в уникальной манере".

Не отрывая глаз от ее картин, Роэн слабо пробормотал эти слова.

Что именно сказала Эйлин, чтобы он так отреагировал?

Но вместо того, чтобы ответить ему, Вайолет просто небрежно пожала плечами.

"......"

Все картины Ён Ха Юн, написанные Вайолет, отражали ее самые сокровенные мысли и чувства.

Усеченные рога. Лицо, покрытое огромными лепестками. Черно-синие капли слез, стекающие вниз.

Это была первая картина, которую Вайолет сделала после того, как упала в озеро и вернулась к жизни, и она была особенно темной по цвету.

Все еще глядя на картину, губы Роэна слегка шевельнулись. В конце концов, он действительно не смог ничего сказать.

"...Это очень отличается от того, что я слышал".

"Я даже не знаю, что ты мог услышать".

"Вайолет, ты..."

Роэн открыл было рот, чтобы спросить что-то еще, но его прервали на полуслове.

Дюк Эверетт, который довольно долго смотрел на картину Вайолет, наконец заговорил.

"...Если ты не против, я хотел бы попросить одну из твоих картин в подарок. Даже Его Величество Император мог бы позавидовать".

(Эм? Пошёл нахуй~)

Перевод deabigail

С вас оценка 10 - С меня глава.

Новинки манхв можете найти на моём тг канале.

[[image:/storage/reader-images/35c24410d68ca4202e9e04d6e531105d55b4c73c.png]]

"Эм?"

"Что?"

"Еще что-нибудь нужно?".

"Я... в порядке".

Скорее, это Роэн был больше ошеломлен словами герцога. Похоже, герцогу действительно нравилось искусство Вайолет - это были не пустые разговоры. Возможно, у его младшей сестры и его отца были одинаковые вкусы?

Роэн ненадолго задумался, не передается ли такой вкус по наследству.

"...Я хотел бы выпить чаю в следующий раз, если это возможно".

Роэн с изумлением наблюдал, как герцог, наконец, закончил то, что хотел сказать. Роэн и так не мог этого вынести, но следующее, что он услышал, еще больше озадачило его.

Вайолет ярко улыбнулась.

"Я отказываюсь".

"...Всего лишь немного твоего времени".

"В этом нет необходимости".

"Ты также можешь приехать в главный особняк".

"Как ужасно это слышать. Ваша Светлость, вы отменяете свой приказ? При этом делая вид, что ничего не произошло?"

"...."

Кхаа.

Сухой кашель герцога разнесся по тесной студии. Роэн сделал шаг назад от Вайолет.

"...Роэн, и ты, и Эйлин должны оставаться в своих комнатах целую неделю".

Наконец-то их наказание было вынесено. Роэн попал в ловушку вместе с Эйлин, и он даже не получил того, чего хотел от этого визита. Он прикусил губу.

"...Ты действительно изменилась".

Вместо того, чтобы продолжать наставлять Вайолет, герцог просто повернулся лицом к картине, а затем ушел, сказав всего одну фразу.

Вайолет истолковала эти слова упрощенно. Твой темперамент умер.

После того как буря окончательно прошла, Вайолет снова стала свободной, и поэтому она легла на свою кровать, словно растаяла. Ей не было нужды провожать их.

Оставив позади напряженную атмосферу, Мэри тоже последовала за Вайолет.

"Миледи, хотите массаж?"

"Нет, ты, наверное, устала. Тебе нужно пойти и отдохнуть. Скажи им, что я сегодня не буду ужинать".

Тем не менее, Мэри поклялась разбудить Вайолет к ужину, чтобы убедиться, что ее хозяйка поест. Она не хотела сегодня снова стать воровкой зарплаты.

В пристройке появился новый член. Это были рыцари сопровождения, которых обещал прислать герцог.

Чтобы женщину, которую за ее проступки заточили в темницу, охраняли рыцари... Вполне уместно, что это можно описать иначе, чем "пустая трата рабочей силы".

В саду, где не было ни одной служанки, Вайолет уставилась на сопровождающих рыцарей, тщетно улыбаясь. Взгляд их глаз был ясен, когда они смотрели на нее с того места, где стояли на коленях.

Герцог отправил в пристройку в общей сложности двух рыцарей.

Благородного происхождения и одного из самых влиятельных людей в рыцарском ордене Дома Эверетт, Зило Бентела. И рыцаря из простонародья, Алека Ганса.

Они поднялись с земли, закончив первое приветствие своему новому хозяину. Очевидно, они выглядели несчастными.

Должно быть, их заставили это сделать. Но Вайолет не стала указывать на их неучтивость.

Зило Бентель был настолько талантливым человеком, что то тут, то там поговаривали о том, что он станет следующим капитаном рыцарского ордена. А поскольку он установил достаточно тесную дружбу с Михаилом, старшим сыном хозяина дома, он был слишком хорош, чтобы его отправили в пристройку.

То же самое можно сказать и об Алеке Гансе. Он был весьма известен своим твердым чувством справедливости. И даже будучи простолюдином, он преодолел барьер "статуса" благодаря своим способностям. Он получил звание официального рыцаря, и назначить его на должность простого рыцаря сопровождения было бы слишком.

Как Вайолет оценивала рыцарей, так и они оценивали Вайолет.

Самая злая злодейка всех времен и народов.

Ледяная ведьма Эверетта.

Женщина с холодным сердцем, у которой нет ни крови, ни слез.

Говорят, что число людей, пострадавших от ее злодеяний, превышало трехзначное число. Плохо было служить ей как хозяину, еще хуже, что им приходилось обращаться с ней как с госпожой. Это было лишь временное соглашение, но оно все равно было ужасным.

О чем только думал герцог?

Зило посмотрел на Вайолет, но вскоре опустил глаза. Как и он, Вайолет тоже пыталась понять, что может происходить в голове герцога.

Затем она жестом показала, что говорит.

"Для таких рыцарей, как вы, здесь не будет много работы. Поскольку у вас будет много свободного времени, вы можете делать все, что захотите".

Если вам скучно, тогда просто тренируйтесь или что-то в этом роде.

Вот что она имела в виду.

На это Алек вышел из себя.

"Если ты думаешь, что мы пришли сюда только для того, чтобы играть на свободе...!"

"...Следи за манерами. В конце концов, ее светлость все еще уважаемая дочь герцогства".

Мгновенно успокоив разъяренного Алека, Зайло снова прикинул, как отреагирует Вайолет.

Однако глаза злой женщины смотрели на них не огнем, а тусклым, безжизненным пеплом.

Так в пристройке появлялись новые члены.

Поскольку они были назначены рыцарями сопровождения, они действительно ничего не могли здесь делать.

В пристройке было слишком тихо, слишком спокойно.

Даже когда она приказала отрезать языки, руки или ноги различным слугам, Вайолет была слишком спокойна.

Вместо того, чтобы сопровождать Вайолет, рыцари заняли этот пост с другой целью - поспешно разобраться с ней, если она начнет буйствовать. Но когда перед ними открылся мирный пейзаж, они были встречены лишь удивлением.

Кроме того, Вайолет часто разговаривала со служанками. И это не потому, что она постоянно отдавала им приказы. У них были "беседы".

Правда, служанки болтали односложно, а Вайолет лишь неискренне отвечала, но все равно это было довольно удивительное зрелище.

Неужели это была та самая злая женщина из всех этих слухов?

Зило сам много слышал от Михаила, но теперь он сомневался в своих собственных глазах.

Перевод deabigail

С вас оценка 10 - С меня глава.

Новинки манхв и новелл можете найти на моём тг канале.

[[image:/storage/reader-images/aa5d559fb2fbacfd07dacc8fbe9aadd51de22feb.png]]

В любом случае, поскольку повседневная жизнь в пристройке действительно была настолько спокойной, что их заботы и тревоги отошли на второй план, отправленные рыцари в конце концов решили прислушаться к предложению Вайолет о неспешных тренировках.

И когда у них было время, они также помогали сотрудникам пристройки в их работе. Независимо от намерений рыцарей, работники были просто счастливы, что два сильных мужчины пришли работать в пристройку.

И правда, было странно, что все служащие пристройки, включая эксклюзивную горничную дамы, благосклонно относились к Вайолет.

Возможно, леди была в шоке после того, как ее бросила семья, в которую она когда-то верила. Или, возможно, ее отношение изменилось после того, как она пережила кризис, связанный со смертью.

У Зило в голове крутилось множество теорий и догадок, пока он наблюдал за Вайолет, которая невероятно сохраняла спокойствие. В любом случае, все его догадки были напрасны, пока он лично не получит объяснения.

Вайолет была особенно близка со своей эксклюзивной служанкой. В отличие от равнодушного общения с остальными, выражение ее лица было искренним, когда она разговаривала с младшей девочкой.

"Миледи, вы заболеете, если будете продолжать так голодать!"

"Я уже завтракала и обедала. У меня нет аппетита на ужин".

"Даже простая еда не помешает... Я принесу из кухни суп и салат".

"...Делай, что хочешь".

Она улыбалась нормально, и раздражалась иногда только на обычном уровне. В отличие от злой женщины из всех слухов.

Нет, в первую очередь, она была далека от образа уважаемой леди престижного герцогства - не говоря уже о злой женщине, как можно было предположить по ее прозвищу.

Зило всерьез задумался о том, что все это время из-под озера таился демон, который, подражая герцогской леди, носил ее внешность как маску. Алек тоже утверждал, что Вайолет была одержима демоном.

Так и прошло это созерцательное время, пока они спорили, вредная она или нет. И в конце концов, они оба - нет, Зило больше не опасался Вайолет.

Теперь, успокоившись, рыцари сопровождения стали усиленно тренироваться, чтобы не отставать от рыцарей, размещенных в главном особняке.

И тут...

"...Что вы делаете, Ваше Сиятельство?"

"Кроки".

"Я не уверен, что..."

"Ах, ты, должно быть, не знаешь этого, сэр рыцарь. Это практика рисования, когда делаются простые наброски предметов или людей. Это нужно для того, чтобы улучшить свои навыки в рисовании".

"......"

...Он стал моделью для Вайолет.

И снова Зило был брошен в пучину смятения. Неужели герцогская дама всегда была такой? Она ведет себя совсем не так, как он слышал от молодого герцога...

Мучимый своими мыслями, Зайло опустил меч.

Вместо демона, который, как думал Зайло, вселился в нее, Вайолет оказалась под влиянием воспоминаний о своей прошлой жизни. Она двигала карандашом с безмятежной легкостью.

"...Я пришел защитить вашу светлость по приказу Его Светлости".

"Я знаю."

"...Я здесь не для того, чтобы быть моделью".

"Полагаю, да. Ах, если ты собираешься тренироваться, не мог бы ты делать это, надев внутреннее одеяние? Так будет легче наблюдать за твоей формой через одежду."

"......"

Такое наглое поведение в какой-то мере соответствовало ее прозвищу "злая женщина". В том, как она отмахивалась от чужих отказов, также было особое высокомерие, как это обычно делают аристократы. Он уловил ее высокомерие, но, тем не менее, не смог выиграть у нее.

Мягкое отношение Вайолет не ограничивалось только работниками пристройки. На секунду молодой рыцарь потерял бдительность и внутренне упрекнул себя. Он подавил в себе вспышку гнева.

Если он будет безрассудно буйствовать перед герцогской дамой, его рыцарское звание могут отменить.

"Еще раз, Ваше Сиятельство, я здесь по приказу Его Светлости герцога".

"Тебе не нужно повторяться. Мы с тобой оба хорошо знаем, что ты совершенно не намерен служить или защищать меня".

"......"

"Ты не обязаны заставлять себя служить тому, кто тебе неприятен, только потому, что тебе приказали это сделать. Ах, но я умоляю тебя потерпеть, хотя бы для того, чтобы стать для меня примером. Как ты, возможно, знаешь, здесь не так много взрослых мужчин с крепким телосложением".

После того, как она это сказала, Зило мог только безучастно смотреть на Вайолет.

Почувствовав на себе его взгляд, Вайолет пожала плечами.

"...Почему я?"

"В глазах сэра Ханса довольно предвзятый взгляд. И у меня такое чувство, что он будет протестовать против меня, несмотря ни на что, во имя справедливости? Но, несмотря на это, я не думаю, что у него есть здравый смысл. Как у одного тупицы где-то там", - критически заметила Вайолет.

Поняв, что объектом сравнения был Михаил, Зило стиснул зубы. Он подумал, не обладает ли он таким же предвзятым взглядом, и задался вопросом, не прикажут ли ему вырвать собственные глаза.

Самое главное, то, что она сейчас сказала, не было чем-то, к чему можно было отнестись легкомысленно.

Что бы произошло, если бы рыцарем, находящимся сейчас здесь, был не он, а Алек? Возможно, он уже давно бы ополчился на герцогскую даму. В его голове пронеслось множество сценариев.

Она упомянула об этом, как о пустяке, но на самом деле это был важный вопрос. Помимо вопроса иерархии, он должен быть предан герцогскому дому. Кроме того, он должен был выполнять роль вассала и рыцаря герцогского дома. Если этого не удавалось сделать, то его ценность падала.

И с таким безрассудством то же самое можно было сказать и о Зило.

"...Я буду более внимательным".

Личные чувства и работа должны оставаться отдельно. Даже если его глаза были полны предрассудков, как удачно, что он все еще мог видеть разум.

Видя, что рыцарь принял правильное решение, Вайолет рассмеялась.

После этих слов Зило снова сосредоточился на тренировках.

Вайолет подперла подбородок одной рукой, наблюдая за тем, как он повторяет базовые взмахи мечом и формы.

Он не отказался стать ее моделью, так что, возможно, он не будет против, если она его нарисует. Но опять же,

"Сэр рыцарь, ты..."

"......"

"Его Светлость, должно быть, отправил тебя сюда против твоей воли. Я слышала, что ты известный рыцарь, но жаль, что тебе приходится тратить свое время на охрану меня в таком месте."

Перевод deabigail

С вас оценка 10 - С меня глава.

Новинки манхв и новелл можете найти на моём тг канале.

[[image:/storage/reader-images/37e780fc9b6f8a44bb43e6345ee06590c9ec8d25.png]]

Вайолет говорила в основном сама с собой. Ее голос был сухим, как пустыня. Однако, когда она сказала "жаль", в ее тоне прозвучала искренность.

Но разве она не должна была радоваться тому, что ее охраняет выдающийся рыцарь? Это означало, что Дом Эверетт еще не совсем покинул ее.

Почему-то со дня их первой встречи герцогская леди Вайолет постоянно пренебрегала ценностью собственного существования.

Стоя перед ней, Зило сомневался в том, что ему следует сказать. Его рот открывался и закрывался снова и снова, прежде чем он наконец заговорил.

"Ваше сиятельство..."

"Ты можешь называть меня просто как удобно".

"Почему вы называете герцога "Его Светлость"?"

Заметив смысл вопроса Зило, Вайолет мягко улыбнулась. Ее рука до сих пор двигалась, но вот она остановилась и выпустила карандаш из пальцев.

Она вяло потянулась, а затем ответила с улыбкой в тоне.

"Его Светлость - это Его Светлость, вот и все".

Ее ответ был лаконичным.

Зило не смог ничего сказать в ответ. Его с головы до ног охватило чувство несоответствия.

За то короткое мгновение, что их взгляды встретились, уголки ее глаз изогнулись вверх.

Серебристые волосы, ниспадающие каскадом, фиолетовые глаза, неподвижные, как озеро.

Человек, стоявший здесь и сейчас, был человеком. Не злодейка Хауса Эверетта, не ведьма с ледяным сердцем - просто девятнадцатилетняя девушка, которую никогда не признавала ее семья.

"Уже почти время обеда. Будешь ли ты продолжать тренировку?"

"......"

"А, ты обедаешь в главном особняке? Это не будет хорошо для твоего здоровья, если ты будешь продолжать тренироваться с пустым желудком."

"...Мой долг - охранять вас, ваша светлость."

"Удобно, сейчас".

Не нужно обращаться ко мне так формально.

Когда тихое бормотание Вайолет достигло его ушей, Зило крепко схватился за меч.

Через некоторое время разогнанный рыцарь смог избавиться от своего предубеждения против Вайолет.

Вайолет, которую он видел своими глазами, была простым человеком.

Во-первых, она не была большой любительницей покушать. Дело не в том, что она не хотела заботиться о своем состоянии, просто ей не очень нравился вкус еды. Поэтому роскошные блюда, приготовленные для нее, всегда делились между сотрудниками пристройки.

Одежда, которую она носила, также была простой. Она выбирала только такие платья, которые были бы в порядке, даже если бы на них попала краска.

Если этого недостаточно, Вайолет почти все время спала, и это очень беспокоило служанок.

Далекая от образа царственной аристократки, она производила впечатление во многом праздного человека.

Далеко не злая женщина, о которой ходили слухи, она была всего лишь бедной, жалкой девушкой.

Более того, ходили слухи, что Вайолет лично обратилась к герцогу с просьбой о ее заключении.

Учитывая ее высокий, благородный статус, по какой причине такая женщина, как она, стала бы загонять себя в такой жалкий угол?

Большинство людей отмахнулись от слухов и посчитали их ложными. Зило тоже был такого же мнения.

Но теперь, когда он лично познакомился с Вайолет, он убедился, что слухи были правдой.

Несмотря на то, что она была герцогской дамой, брошенной собственной семьей, она вела себя с несвойственным ей спокойствием.

И когда бы Зило ни сталкивался с Вайолет, он не мог сразу связать ее с "герцогиней" из всех этих слухов.

Кроме того...

"Должно быть, она была одержима ведьмой!"

"Скажи что-нибудь разумное, ладно?"

"Но ты должен знать и это! Заклинание должно было быть наложено и на всех людей, находящихся здесь. Я уверен в этом".

Отношение Алека вышло за рамки безрассудства и перешло в область полного неуважения. Поскольку Зило был свидетелем этого, он смутно понял, почему Вайолет пришлось стать "злодейкой".

По любой причине, если бы она назначила кому-то суровое наказание, это автоматически было бы заклеймено как злое деяние.

Но в то же время не возникло ни малейшего сомнения в том, что подчиненный мог совершить ошибку или нет.

И все же, даже если принять во внимание ее сторону, будут ли ее действия названы добрыми делами?

В конце концов, она всего лишь навязывала свою власть.

Выходец из простолюдинов, но обладавший столь выдающимися способностями, что его посвятили в рыцари, Алек Ганс был, несомненно, компетентен. Но все же у него была одна черта: упорное и единодушное чувство справедливости. Именно из-за этого он даже не пытался выслушать сторону другого человека только потому, что его когда-то назвали злым.

"Это просто не имеет смысла! Как эта ведьма, которая совершила столько преступлений, могла вот так просто остаться безнаказанной? И чтобы она была так счастлива здесь одна, в то время как все остальные хохочут? Даже сейчас, я слышал, что леди Эйлин продолжает плакать в главном особняке..."

На данный момент только его компетентность была несомненной.

Голова Зило раскалывалась от визга Алека. Он прижал руку к своему лбу.

Если бы все дерзости, которые Алек сейчас говорил, дошли до ушей Вайолет, что бы произошло? Если ее репутация соответствует действительности, то она может выйти и приказать: "Отрубить ему сухожилия, дать тридцать ударов плетью и выгнать на улицу".

Конечно, никто не смог бы опровергнуть этот приказ, и никто не стал бы винить того, кто его отдал. В конце концов, это было оправдано.

Нет. Скорее, если бы обычный дворянин отдал такой приказ, никто бы и слова против не сказал.

Однако, если бы Вайолет действовала подобным образом, ей бы не удалось избежать критики.

"Если позволите спросить, герцогская дама, которую вы видели своими глазами, такая же ведьма?" спросил Зило.

"Именно это я и говорю! Все попали в ловушку заклинания этой ведьмы! Вы просто не смогли увидеть картину этой ведьмы, сэр Бентель. Она наверняка использовала злобное колдовство".

Перевод deabigail

С вас оценка 10 - С меня глава.

Новинки манхв и новелл можете найти на моём тг канале @manhwarelease

[[image:/storage/reader-images/34df1ff45037e580069ad8fbbd4ace31aa98c21a.png]]

Если собственные принципы и решимость заходят слишком далеко, они переходят на территорию упрямства и упрямой приверженности. А если отказаться от индивидуального суждения в пользу приоритета голосов толпы, то эти первоначальные качества вскоре вновь превратятся в невежество.

Зило был хорошо знаком с одним из таких людей.

Он закрыл глаза, вспоминая слова Вайолет, сказанные при их первой встрече.

"Для таких рыцарей, как ты, здесь не будет много дел. Поскольку у тебя будет много свободного времени, ты можешь делать все, что захочешь".

Когда Вайолет говорила это, на ее лице было безмятежное выражение. Однако, растущий подтекст ее слов был иным.

'Ты все равно не захочешь искренне защищать меня, так что делай, что хочешь'.

С точки зрения другого человека ее слова звучали именно так.

Люди вокруг нее были настолько ослеплены предрассудками, что не поверили бы в правду, даже если бы она была открыта прямо перед их глазами, и постоянно обвиняли обычного человека вроде нее в том, что она ведьма.

Один за другим она получала такую злобу и недоброжелательность. Как же она могла выжить?

"Сэр Бентел?"

"...Подними свой меч."

Лекарством от наглости была хорошая порка.

Зило несколько раз поднимал меч, отчитывая Алека за дерзость, но грубые слова и действия последнего не оставляли его.

Даже когда леди занималась чем-то простым, Алек постоянно подозревал ее в том, что она ведьма, замышляющая коварные планы. Видя, что парень так разбушевался, вздохи Зило только усилились.

Что ему было делать с этим тупицей. Было бы проблемой, если бы он доложил об этом их начальству, но также было бы проблемой, если бы он этого не сделал.

Однако, несомненно, он был серьезен, когда дело касалось рыцарского ордена. Зило провел больше половины дня, избивая Алека.

Но Алек все равно отказывался признавать свои ошибки. Он отрицал свое умышленное невежество.

Ведь какими бы сильными ни были его принципы, их крушение, как правило, ставило под угрозу его собственное эго.

Так утомительно было иметь дело только с одним человеком. Насколько хуже может быть, если все и каждый смотрят на тебя с таким предвзятым отношением?

Злобные слухи могут так легко сломить человека.

Чтобы человек, чей дух был сломлен таким образом, смог снова улыбаться, ему пришлось бы снова восстанавливать себя, лечить свои раны и преодолевать все то, что он пережил.

На самом деле надуманная улыбка Вайолет была не просто отстраненной - она была пустой. Она выглядела такой одинокой, даже когда улыбалась.

Зило подумал о Вайолет, а затем о Михаиле, сеньоре, которому он будет служить в будущем. Сколько он себя помнил, Михаил всегда относился к Вайолет враждебно.

Нрав Михаила был похож на нрав Алека.

Но нет. Зило поправил собственные мысли, энергично тряхнув головой. Он не должен сравнивать наследника герцогства с простолюдином.

В данный момент он не должен был размышлять.

Тем временем Вайолет уже знала, что Алек говорил о ней всякие гадости. Она знала, но не применила к юноше никакого наказания.

Она просто спокойно улыбалась, как будто привыкла к этому. И это был установленный факт - в конце концов, так происходило всегда.

"...Хорошее горе."

"Я исправлю его дерзость".

"Он даже не сказал ничего неправдивого. Почему бы тебе просто не оставить все как есть?".

Зило чувствовал себя расстроенным. В отличие от него, Вайолет была спокойна. Она уже давно научилась не тратить время и энергию на ненужные эмоции.

Она не потрудилась указать рыцарю на его дерзость, не потрудилась рассердиться и не потрудилась приказать наказать его плетьми. Хотя наказать рыцаря - это то, что обычный дворянин сделал бы естественным образом, она лишь не обратила на него внимания. Она не хотела иметь дело с человеком, который до такой степени ее ненавидел.

"...Я исправлю его дерзость".

Рыцарь в вертикальном положении повторил те же слова. Даже если бы Вайолет предпочла сидеть спокойно, как рыцарь этого герцогского дома, он не мог найти в себе силы оставить этого непокорного парня недисциплинированным.

Преданность" Алека прямо противоречила "приказу", который ему отдали, и самой "справедливости". Тем не менее, он все равно утверждал, что его действия были продиктованы его собственными принципами.

Прежде всего, его определение 'справедливости' не было праведным.

Это правда, что то, что Вайолет сделала в прошлом, явно можно было считать неумеренным. Тем не менее, это также было праведное наказание, основанное на законе, который она обязана была соблюдать как благородная особа.

Под этим предлогом было бы правильно выливать такую критику на герцогскую даму - нет, на человека?

Однако, в конце концов, все эти опасения были напрасны.

Независимо от того, возносилась ли дерзость Алека до небес, Вайолет на самом деле просто рисовала и рисовала, не уделяя ему ни секунды своего времени.

Кроме того, даже если бы Алек взбесился, никто не встал бы на его сторону. По крайней мере, не здесь.

Поскольку Алек был особенно враждебен по отношению к Вайолет, сотрудники пристройки его ни капли не любили.

Естественно, в результате он стал подвергаться остракизму в пристройке. Чем более изолированным он становился, тем сильнее разгоралась его враждебность к Вайолет. Однако это пламя горело только само по себе.

Иногда, в те дни, когда ему приходилось возвращаться в рыцарский орден в главном особняке, Алек деловито раздувал "проступки" Вайолет.

Он даже начал говорить, что она заключила контракт с демоном, который удобно спрятался в пристройке, и что она использует силу этого демона, чтобы промывать людям мозги.

Людям иногда нужен общий враг, чтобы объединиться. И если этим общим врагом был кто-то, кому они не могли противостоять напрямую, то их воображаемое представление об этом человеке выходило из-под контроля.

Время неумолимо шло вперед.

И все это время о Вайолет ходили разные истории и слухи.

Перевод deabigail

С вас оценка 10 - С меня глава

[[image:/storage/reader-images/fc06a552f9d2449f1341a35e5bd2597ba9209ed2.png]]

Вайолет начала новую картину.

Как и прежде, ее искусство опережало свое время. И, как и прежде, ее искусство способно завладеть сердцем зрителя.

Из всего сказанного Алеком, единственное, с чем Зило отчасти согласился, было то, что "искусство Вайолет похоже на картины ведьмы". Если бы она родилась за несколько сотен лет до этого, ее бы записали в книги по истории именно как ведьму.

Несмотря на это, пока ее искусство продолжало будоражить умы зрителей, ее повседневная жизнь не сильно изменилась.

Вайолет по-прежнему ладила с работниками. И ей втайне нравилось болтать с служанками, просто она больше любила слушать их, чем говорить.

Она проводила долгие часы, работая над своей новой картиной, и еще больше часов спала.

Дни проходили спокойно.

Позиция модели для набросков Вайолет со временем перешла к Зило; в любом случае, они всегда были вместе. В конце концов, он смирился с тем, что будет ее натурщиком.

При таком количестве суеты и шума пикник - или что-то похожее на пикник - был естественным способом проведения этих свободных часов.

Так было и в этот день. Мэри расстелила коврик там, где обычно сидела Вайолет, и даже принесла заранее приготовленные закуски. Зило тоже обычно давали перекусить.

"Поскольку мы уже здесь, я хочу понаблюдать за твоими мышцами".

"...Я сделаю вид, что не слышал этого".

"О, дядя! Ваше тело в хорошем состоянии?"

"...Я не дядя".

"Мэри, все рыцари - квази-аристократы, поэтому тебе следует быть осторожнее в общении с ними. Кроме того, сэр Бентел явно благородного происхождения".

"О боже, я приношу глубочайшие извинения".

"...Все в порядке."

Далее последовали более спокойные дни, за исключением одного.

В конце концов Алека выгнали из пристройки.

Ну, было бы расплывчато сказать, что его "выгнали". Тем не менее, для Вайолет и всех остальных хорошо, что он больше не вернулся в это место.

Герцог Эверетт сам изгнал Алека из пристройки.

Хотя он был очень занятым человеком, герцог Эверетт заходил в пристройку по крайней мере раз в две недели.

Никакой особый переполох не привел к изгнанию Алека. Напротив, в отличие от того, как он явно обнажал зубы перед Вайолет, в присутствии герцога он лежал на земле. Он проявил такую слабость, как только столкнулся с кем-то, кто сильнее его.

Тем не менее, он был разжалован.

По единоличному приказу герцога.

И причина этого была проста - глаза этого человека были наглыми.

Алек не посмел протестовать против приказа герцога. Его имя исключили из рыцарского ордена герцогства и быстро разжаловали в слуги вассального хозяйства.

Зило коротко посетовал. На место этого парня давно бы уже пришел другой рыцарь, если бы только он сообщил об этом раньше. Если бы он это сделал, герцог отменил бы весь рыцарский орден на том основании, что все они осмелились безрассудно поступить против своего начальника.

С другой стороны, сама виновница происшествия ничуть не заботилась о тех, кто был настроен враждебно по отношению к ней, в том числе и об Алеке.

Разумеется, герцог тоже не был свободен от ее безразличия.

Встречи между герцогской дамой и герцогом всегда были простыми. Они могли коротко поболтать за чаем, затем поднимались наверх, чтобы герцог мог взглянуть на картины Вайолет. У герцога было не так много свободного времени, поэтому за это время он мог сделать лишь ограниченное количество дел.

Стоя рядом с ними, когда они так общались, Зило уже порядком устал наблюдать за отцом и дочерью.

Херрон, помощник герцога, одарил Зило улыбкой товарища. Единственной, кто уже привык к виду отца и дочери, была Мэри, и она неотступно следовала за Вайолет и ухаживала за ней.

"Но когда же ты пришлешь мне картину..."

"...Вы действительно хотите иметь его?".

"Я не из тех, кто говорит пустые слова".

"...У нас здесь недостаточно людей, чтобы послать кого-то отдельно".

"Завтра я пошлю еще одного нового рыцаря сопровождения".

"...Пожалуйста, не присылайте больше одного. Мне не нравится, когда все усложняется".

"...Хорошо."

Слушая их разговор, Зило вспомнил один из давних.

Однажды Михаил выплеснул на него свой гнев, сказав, что любимым ребенком герцога была Вайолет.

После кончины герцогини герцог, правда, не особенно заботился о внутренних делах семьи, но и разговоров о том, что он оказывает герцогской даме особое внимание, тоже не было. Поэтому Зило легкомысленно отмахнулся от этого, решив, что так думают только братья и сестры.

Но он узнал об этом позже. На самом деле герцог благоволил к герцогской даме. Действительно, несмотря на то, что герцогиня совершала такие ужасные поступки, герцог не назначил ей никакого наказания. Это доказывало его благосклонность.

Однако, учитывая, что поведение герцога по отношению к ней граничило скорее с апатией, трудно сказать, была ли такая привязанность привязанностью, не говоря уже о фаворитизме.

Зило снова наблюдал за отцом и дочерью, стоящими перед ним. Будучи свидетелем необычного вкуса герцога к искусству и решительной позиции герцогской дамы... Зило неосознанно сделал еще один шаг назад.

Рядом с ним Херрон слабо улыбнулся. Возможно, он только прикидывал, сколько осталось работы и сколько сверхурочных часов ему придется отработать позже, но, тем не менее, к его улыбке примешивался оттенок сетования.

Новый рыцарь сопровождения, которого прислал герцог, был тихим человеком.

Возможно, он опасался, что то же самое может повториться, если он пошлет рыцаря из простолюдинов, поэтому новый рыцарь, которого послал герцог, был членом вассального дома, как и Зило.

Новый рыцарь сопровождения, Озен, был негласным, так как его нельзя было прочесть. Впрочем, Вайолет не стала интересоваться, что творится у него в голове, и вскоре отправилась дальше.

Даже жители пристройки не отвергли нового рыцаря, который не поднимал шума.

Но независимо от того, какие перемены происходили вокруг, Вайолет продолжала рисовать или писать, когда ей этого хотелось. На самом деле, кроме этого, ей больше нечем было заняться.

"Мое тело немного скованно".

"Не потому ли, что Миледи только и делает, что лежит или рисует каждый божий день?"

"......"

Вайолет была, по большей части, спокойна. Тем не менее, бывали моменты, когда ее слишком спокойная жизнь становилась тревожной.

Герцогская резиденция по своей сути не была мирным местом. Как император управлял своей империей, так и герцог управлял своим огромным герцогством. В герцогстве, как таковом, была своя политика и свое правительство.

И именно по этой причине герцогство было переполнено политическими интригами, а инциденты и конфликты были бесконечными.

П.П: По сути, Мэри назвала его "дядей", потому что он казался слишком старым, чтобы называть его "братом", на что Зило слабо запротестовал.

Перевод deabigail

С вас оценка 10 - С меня глава

[[image:/storage/reader-images/90046fd9bd393c3402c7ed783bd616d903dba750.png]]

Независимо от того, происходило ли то или иное, в пристройке было спокойно. Поскольку он находился вдали от главного особняка, то и флигель был далек от проблем наследников и сложных политических вопросов между домочадцами.

В самом деле, это довольно иронично. Злая женщина Эверетта, которая всегда была в центре всех и каждого казуса, обрела покой и умиротворение, находясь в полном одиночестве.

"Мне скучно".

"Миледи? Несмотря ни на что, вы знаете, что не должны стирать или мыть посуду, да?"

Мэри напустила на себя строгий вид, как только услышала томное бормотание Вайолет.

В эти дни Вайолет чувствовала себя особенно скучно.

Тем более что ее рука никак не хотела следовать тому образу, который возникал у нее в голове, когда она рисовала.

Правильно будет сказать, что она рисовала недавно, хотя черную краску на холсте она использовала всего несколько раз. Она начала искать другие занятия, кроме работы над картиной.

Среди прочего она стирала белье и мыла посуду. Естественно, сотрудники пристройки пришли в ярость, когда увидели, что она это делает.

"Я уже сказала, что не буду этого делать, так что не волнуйся. Эшика так суетилась из-за этого, а теперь ты тоже это делаешь".

"...Вы действительно не можете."

"...Я уже сказала, что не буду".

После этого Вайолет долго рыскала по пристройке, ища, чем бы еще заняться, кроме рисования.

В конце концов, она не смогла побороть скуку и поэтому бросила бомбу.

"Может, пойдем куда-нибудь?"

"Простите?"

"На улице. В соседний город. Ну, знаешь, город за воротами".

"Простите?"

На мгновение Мэри засомневалась в своих ушах, поэтому переспросила дважды. Выполняя свои обязанности рыцаря сопровождения на заднем плане, Зило и Озен - новый рыцарь сопровождения - тоже были удивлены.

"Разве я не могу просто немного прогуляться? И город рядом с герцогской резиденцией - неплохое место для этого".

"Все равно..."

Мэри слабо пыталась вразумить Вайолет. И тут Зило вырвался наружу.

"Вы не можете!"

"Я не могу?"

"Неужели ваша светлость забыла, зачем вы сейчас здесь?"

"Ах, да."

"Даже если вам разрешат ненадолго выйти, вы не сможете сделать это только с двумя сопровождающими рыцарями!"

Какой дурак позволит задержанному свободно разгуливать? Эти два стражника, посланные следить за соблюдением условного срока, все равно должны были послушно делать то, что им приказано.

Даже если на самом деле это было только заключение под стражу.

Став немного угрюмой, Вайолет пробормотала про себя меланхоличным голосом.

"...Я действительно не могу?"

"Никогда, несмотря ни на что, ни в коем случае. Но если вы действительно этого хотите, ваша светлость должна будет прямо спросить разрешения у его светлости герцога".

"...Но я не хочу этого делать."

С другой стороны, Зило искренне ответил внутренне.

Если Ваша Светлость лично расскажет об этом Его Светлости, то Его Светлость скажет, чтобы Вы просто вернулись в главный особняк.

В любом случае, прогулка, на которую хотела отправиться Вайолет - или Ён Ха Юн - была обычной прогулкой. Она не хотела ходить по улицам, превознося себя как герцогскую даму. Даже если бы ей дали разрешение, количество мест, куда она могла бы пойти, все равно было бы ограничено.

Она просто хотела свободно выходить на улицу, но в любом случае ее встретили бы только печальные новости.

"...Хм."

"Независимо от случая, Ваше Сиятельство не может выйти. Пока я держу глаза открытыми, этого никогда не случится".

"Я поняла, я поняла".

Когда Вайолет намекнула, что собирается сдаться, только тогда Зило почувствовал облегчение.

Он проводил ее обратно в ее комнату и не тренировался в течение дня.

"...Я не могу, ага".

Конечно, люди были такими злобными созданиями, чьи желания сгорали еще сильнее, когда им говорили, что им не позволено делать то, что они хотят.

Прошло два дня с тех пор, как Вайолет упомянула, что хочет пойти погулять.

Тем временем рыцарь с темными тенями под глазами бдительно наблюдал за происходящим.

Поскольку пристройка превратилась в импровизированную семью, все считали Вайолет племянницей и защищали ее желание пойти на прогулку.

Причина этого была проста: люди становятся странными, если все время сидят дома.

"Даже если так, ваша светлость действительно не может".

"...Вашей светлости даже не нужно об этом думать".

В ответ на слова рыцарей Вайолет просто пожала плечами.

Тогда не лучше ли обойти лес, окружающий пристройку?

Но Зило послушно ответил, что лес очень широк, и, скорее всего, она встретит там опасных чудовищ.

Если так опасно находиться рядом с этими чудовищами, то не правда ли, что опасно оставаться в пристройке, поскольку она окружена лесом? Так что же нового?

После четырех дней этой войны нервов Вайолет исчезла из пристройки.

"Где ее светлость? Она еще не проснулась?" - спросил рыцарь.

"Да, конечно, это, нормально", - неловко ответила служанка.

"Ах, сэр рыцарь, ничего, если вы нарубите немного дров, раз уж вы здесь? Хорошо бы сделать это заранее", - предложила другая служанка.

"...Но не странно ли, что Мэри нигде не видно, хотя ее светлость проспала?"

"Ах, да! Куда улетели мои мысли. Я забыл разжечь огонь, так что..."

"Сэр! Подождите секунду!"

Короче говоря, Вайолет выбралась наружу с помощью работников пристройки.

Она сбежала прямо из ворот, переодевшись служанкой. Кучер, Жорж, был ее сообщником.

Зило допросил служанок и вскоре выяснил, как дама сбежала. Его сердце сильно забилось при мысли о том, какое напутствие он получит, когда герцог узнает об этом.

Какая служанка в этом мире может иметь серебряные волосы, фиолетовые глаза и такие гладкие руки?

Ничего не поделаешь, раз она уже сбежала. Он должен был тайно вернуть ее как можно скорее.

Если он не сможет ее найти, тогда ему придется признаться герцогу, чтобы рыцарский орден отправился на поиски.

Знала ли эта дама, какие неприятности она сейчас навлекает на себя!

Что ж, несмотря на все это, Вайолет теперь носила одежду, позаимствованную у кухонной служанки Рози, и поэтому отправилась в город. Она была просто счастлива, что сегодня у нее появилось новое занятие.

Перевод deabigail

С вас оценка 10 - С меня глава

[[image:/storage/reader-images/ea00f36483b01aac3b61e935a59c0e6225c6f73c.png]]

Всего три человека сопровождали Вайолет во время ее прогулки. Первым был Жорж, кучер. Второй была Мэри, эксклюзивная служанка Вайолет. И третьей была Эшика, кухонная служанка из пристройки.

"Здесь много людей, хотя еще утро".

"Потому что это самый большой торговый район во всем княжестве! Миледи, вы не можете гулять здесь одна".

"Все в порядке. Я помню, как приходила сюда несколько раз".

Тогда она носила только яркие платья и сразу шла в бутик.

Вайолет рассмеялась. Благодаря усилиям Мэри она немного сблизилась с людьми в пристройке, ведь раньше они были просто незнакомцами.

Поскольку она всю жизнь прожила как высокородная, вполне естественно, что она не знала, как живут простолюдины.

С этой мыслью Вайолет улыбнулась, рассматривая окружающую обстановку. Все стало немного более продвинутым по сравнению с тем, что она помнила в своих воспоминаниях.

Она также вспомнила, как Эйлин прислали одежду того же дизайна, что она покупала в бутике, который она часто посещала. Как же она тогда была взбешена. Но теперь все это в прошлом.

"Миледи, сюда".

Эшика отвечала за то, чтобы вести ее по территории, и поэтому она послушно вела Вайолет. Мэри была новой служанкой, поэтому она не знала дорогу. Группа спокойно следовала за Эшикой.

"Есть ли какое-то конкретное место, которое вы хотели бы посетить?"

"Я просто хотела погулять, так что нет какого-то конкретного места, которое я хотела бы посетить... А, подожди. Есть ли здесь поблизости магазин художественных принадлежностей?".

"Художественные принадлежности... Я не совсем уверена, но, по-моему, поблизости есть универсальный магазин".

"Тогда давайте начнем оттуда?"

Жорж считал себя сегодня охранником девушек, но в итоге он стал их носильщиком.

Осмотревшись в общем магазине, они все вместе поели в ближайшем ресторане.

Хотя качество ингредиентов там было не таким хорошим, как в герцогской резиденции, Вайолет отметила, что все было очень вкусно.

Хотя это показалось бестактным, Мэри даже спросила Вайолет, не стоит ли в следующий раз приготовить для нее эти блюда в пристройке.

Никто не обратил внимания на поведение герцогини, которая с энтузиазмом наслаждалась уличной едой.

После еды они также пили чай. В чайной, которую посещали как богатые купцы, так и зажиточные простолюдины, было довольно много клиентов.

Просто глядя на этот пейзаж, она почувствовала себя немного сентиментальной. Так просто закончилась прогулка Вайолет.

Они вернулись в пристройку в той же карете, в которой ехали на прогулку.

Увидев Вайолет, Зило схватился за шею и выглядел так, будто вот-вот упадет от высокого кровяного давления.

С тех пор прогулки Вайолет стали более частыми, и это стало чем-то вроде рутины. Зило возражал, но поскольку работники пристройки жалели девушку, которая заперта здесь вместе со всеми, они объединились, чтобы протестовать. Даже праведный рыцарь не смог устоять.

Наконец он сдался, когда доложил об этом герцогу.

Герцог лишь велел ему сопровождать ее в качестве рыцаря эскорта.

Вайолет была категорически против того, чтобы выделяться в толпе, поэтому Зило пришлось переодеться в простолюдина, и он тоже пил вместе с герцогской дамой.

Не отличаясь от Вайолет, Зило и сам воспитывался как дворянин, поэтому эти прогулки с Вайолет стали для него особым событием.

Казалось, что до этого не было никаких трудностей и страданий.

Вайолет бродила по городу, говоря, что собирается купить краски, но в какой-то момент она уселась перед фонтаном и начала рисовать.

Любопытные прохожие собирались вокруг нее, и она начала делать их портреты по низким ценам.

Весьма возмущенный, стоя рядом с ней, Зило опустил глаза и спросил, почему она охотно находит для себя такую работу.

Серебристо-белые волосы, фиолетовые глаза глубиной с озеро.

Несмотря на то, что она была одета как простолюдинка, ее аристократический нрав невозможно было скрыть. Хотя они не знали, кто она такая, некоторые люди начали шептаться между собой о шикарной молодой леди.

Им и в голову не приходило, что уважаемая дочь герцога сама выйдет на улицу в подобном наряде, но, тем не менее, все, казалось, сразу догадались, что она из высшего дворянства.

Кроме того, было бы странно, если бы они сразу догадались о ее истинной личности, учитывая, какие слухи ходили о ней за пределами герцогской резиденции.

Ходили слухи, что она регулярно купается в крови девственниц, чтобы защитить свою собственную молодость и красоту, или что она сильно увлечена физическими отношениями с мужчиной до такой степени, что каждый день представляла собой буйное зрелище.

Как она могла быть настолько искажена в подобных слухах?

Оставалось только гадать, кто за этим стоит. В отличие от слухов, основанных на фактах, слухи, ходившие по улицам, были так далеки от того, кем на самом деле была Вайолет. Тем не менее, поскольку все эти слухи были так не похожи на нее, Вайолет легко отмахнулась от их грубости.

Несмотря на эти слухи, единственное, что было неизменным, это то, что Эйлин играла роль бедной маленькой принцессы, которую мучает злая ведьма.

Вайолет не обращала внимания на эти шепотки. Напротив, против этих слухов яростно выступали Мари, Рози и Жорж, но Вайолет сдерживала их. Погрузившись в живопись, она сказала: "Не надо произвольно поднимать здесь шум".

Все, кто получал от нее портрет, похожий на набросок, были в восторге. Это не очень хорошо по сравнению с тем портретом, который можно было бы получить от официального художника, но, во-первых, было не так просто получить такой портрет, если вы не были рождены в знатности или богатстве.

Если не считать коварных слухов о Вайолет, ходивших повсюду, выражения лиц тех, кто получал портреты, были достаточно сдержанными.

Это была мирная, но не совсем спокойная прогулка.

Задумавшись на мгновение, она вспомнила о маленьком мальчике, который бросил камень в "Вайолет", когда она гуляла в прошлом. Что случилось с тем ребенком? Умер ли он?

После всех тех злодеяний, которые были совершены, уже слишком поздно чувствовать вину или раскаяние.

Она не могла отрицать, что причиняла боль другим.

В самоуничижительном настроении Вайолет подвела итог сегодняшней прогулке.

Однажды, когда Вайолет тайком отправилась на поиски маленького счастья,

из главного особняка пришел вызов для нее,

с новостью, что Эйлин выпила яд и упала в обморок.

Перевод deabigail

С вас оценка 10 - С меня глава.

[[image:/storage/reader-images/29f487a1f31a2ad13b36d06cce2043e0212902e9.png]]

Смерть - самая страшная вещь в этом бренном царстве.

Это была самая настоящая противоположность жизни.

Конец жизни. Завершение истории человека.

Кто в этом мире приветствует смерть?

"Если я умру, смогу ли я чувствовать себя спокойно?".

Кто в здравом уме будет желать смерти.

Вайолет, которая также была Ён Ха Юн, вспомнила свою смерть в прошлом.

По-своему, обыденная жизнь, которую она прожила, была поводом для гордости. Однако, несмотря на это, жизнь Ён Ха Юн сложилась неудачно.

Ее жизнь была настолько неудачной, что ее можно было назвать "убогой".

Бедность не может быть только материальной. Например, если она хотела что-то купить, у не хватало на это средств, ей пришлось пожертвовать частью своей жизни, чтобы получить желаемое. Это тоже было доказательством бедности.

Именно поэтому занятие живописью стало для нее великим актом бунтарства. Это был такой бунт, который могла совершить старшая дочь в семье из четырех человек - с одним сыном и одной дочерью.

Когда-то давно Ён Ха Юн думала, что у нее есть талант.

Но то, что она называла талантом, слишком неоднозначным, чтобы его можно было выделить, стало оковами, сковавшими ее. Этот двусмысленный талант был дырой в земле, ямой, в которую она провалилась.

Картина, которая ей так нравилась, в какой-то момент превратилась в обязанность. С тех пор она больше не могла находить в этом радость. И после этого жизнь, которую она вела, не представляла собой ничего особенного.

Даже ее смерть не была чем-то особенным. Это был дождливый день. Это был несчастный случай. Она шла по пешеходному сигналу, но, тем не менее, погибла в ДТП, потому что одна машина проскочила под дождем.

Она умерла относительно молодой. В тот период, когда ей только-только удалось встать на ноги, когда она только собиралась попробовать найти маленькие вещи, которые ей хотелось бы сделать...

Она умерла и возродилась как Вайолет. Эта вторая жизнь не была ни в малейшей степени мирской, но она была тяжелой. Она использовала все свои силы в стремлении быть признанной, и она использовала всю свою силу, чтобы подавить других, чтобы они не смотрели на нее свысока.

И все же, как можно сказать, что это была правильная жизнь? Все, что она делала, это опускала других людей, чтобы возвысить себя до благородного существа.

Это был вызов, который она приняла, но в итоге не смогла победить. Она только навредила себе. И вот однажды, когда она была полна злобы и враждебности ко всем окружающим, молодая женщина, которая симпатизировала только себе, упала в озеро.

Она ненавидела Эйлин. Она чертовски ненавидела эту девушку. Поэтому она мучила ее.

Она изводила ее, и снова изводила, и еще больше изводила. Она была настолько поглощена этой всепоглощающей злобой, что это неизбежно привело к саморазрушению.

Она пыталась жить как достойная герцогская дама. Превознося свое родовое право, она сокрушала всех и каждого, кто осмеливался смотреть на нее свысока.

Но в тот день, когда она упала в озеро, Вайолет задумалась.

Как все так получилось? Почему я стала такой?

Вайолет не была злой по своей природе. В отличие от Ён Ха Юн, Вайолет родилась в богатой семье, и она была дочерью, которую любили в семье.

Два ее старших брата достаточно любили ее, а младший брат был очень привязан к ней.

Что касается Эйлин, то ее отношения с девочкой тоже были неплохими с самого начала.

Эйлин была ее двоюродной сестрой, и их возраст разделяло всего несколько лет. В детстве Вайолет заботилась об Эйлин, как о своей младшей сестре. Они были близки, потому что единственной девочкой в ее окружении, которая была близка ей по возрасту, была Эйлин.

Так было до тех пор, пока семья Эйлин не погибла в результате несчастного случая. Тогда маленького ребенка взяли в семью как настоящую младшую сестру Вайолет.

Сначала это была простая ревность. Нет, возможно, это было просто недоразумение.

Герцогская дама, которая умирала, потому что не могла дышать под водой, думала так:

Злоба - это обоюдоострый меч. Злость к другим неумолимо возвращается злостью к себе.

На самом деле, злость, которая вернулась к ней, была больше, чем даже та злость, которую Вайолет проявила к Эйлин.

Она была старшей сестрой, которая преследовала маленького ребенка, потерявшего родителей; злой маленькой девочкой, которая издевалась над ребенком, который и без тех мучений, которым она подвергалась, был бы несчастен сам по себе.

Почему ненависть, злоба и злость так разгорались в ней?

"Няня сказала мне кое-что. Предыдущая герцогиня - великолепная женщина, у которой прекрасные золотистые светлые волосы, но почему у сестры волосы серебряные?".

У герцога Эверетта были черные волосы. У покойной герцогини были прекрасные светлые волосы. Как между двумя такими людьми мог родиться ребенок с серебряными волосами?

Невинное дитя задало невинный вопрос. За ее любопытством не было никакого злого умысла.

Однако Вайолет рассердилась.

Она так разозлилась, что сразу же толкнула младшую девочку.

"Хик... я... это больно. Ух, хиик... хик..."

Дети умнее и острее по сравнению с тем, как мало взрослые им доверяют.

Первый раз мог быть просто случайностью...

Но во второй раз.

Во второй раз Вайолет стала уверенной.

Она была всего лишь восьмилетним ребенком. Что в ней было такого, что заставило их всех так ее ненавидеть?

Даже по сравнению с шестью годами, восемь лет - это еще рано. Что такого ненавистного в ребенке, который всего на два года старше другого, что она должна была принять на себя всю злобу этих людей?

А после того, как ее еще больше подкормили провокациями и обилием слухов, эта злоба переросла в нечто гораздо большее.

Маленькой девочке невозможно выдержать все это.

Чем больше от нее ожидали совершенства, тем больше девочка превращалась в "плохого ребенка" в их глазах.

В потоке, где невозможно плыть, ей не хватало дыхания.

Перевод deabigail

С вас оценка 10 - С меня глава

[[image:/storage/reader-images/d34e64f7b28d1f51af1f6329f7aee14d10711b49.png]]

Кто в этом мире приветствует смерть?

Кто в здравом уме будет желать смерти?

Тем не менее, Вайолет желала, чтобы это озеро утопило ее целиком.

Если она никому не нужна, если ее никто не любит.

Если бы все в этом мире ненавидели ее, если бы ни один человек в мире не нуждался в ней.

Если бы единственным выходом была смерть.

Если бы ее семья, все друзья, которым она доверяла, и все вокруг ненавидели ее.

'По какой причине я все еще жива?'

Это был вопрос, на который не было ответа.

Герцог всегда был холоден сердцем, ее братья всегда были презрительны. Слуги поносили ее. Люди, которых она считала близкими, сплетничали о ней за ее спиной.

"Сестра, ты сама все это на себя навлекла".

"Сестра, ты никогда не будешь любима".

"Сестра, знаешь что? То место, которое ты считаешь своим, всегда было изначально моим".

В тот самый день, когда Эйлин насмехалась над ней и говорила все эти вещи, Вайолет осознала, насколько все это бессмысленно.

Именно в этот момент она надеялась, что смерть придет к ней.

Итак, она не восстала против смерти.

Когда она умрет, найдется ли хотя бы один человек, который будет оплакивать ее?

Но молчаливое озеро не ответило.

Не имея желания жить, Вайолет бесконечно тонула, пока не погрузилась на дно озера.

Смерть была прямо перед ней, но она думала только об этом:

Я хочу жить.

Я просто не хочу так жить.

Я также хочу получить всеобщее признание.

'Я также... хочу получить...'

Именно по этой причине она сломалась.

Она знала, что ее смерть не причинит им никакого вреда, но, по крайней мере, она надеялась, что они будут немного опечалены этим.

Однако Вайолет не умерла. Герцог спас свою дочь и потратил астрономическую сумму денег только для того, чтобы она была спасена.

Она была лишена даже смерти. То ли из намерения использовать ее жизнь, то ли из любви... Как бы то ни было, ей не дали умереть.

Благодаря этому Ён Ха Юн открыла глаза на этот мир и не захотела умирать. Она хотела жить дольше.

Таким образом, ее жажда жизни возродилась, и две личности в ней слились воедино.

Ён Ха Юн сочувствовала Вайолет. Конечно, она считала Вайолет глупой, но понимала, что у девушки не было другого выбора.

Спокойные фиолетовые глаза встретились с яростными зелеными глазами.

В его взгляде чувствовалось негодование. Вайолет притворилась спокойной, когда столкнулась с сырым гневом, который был направлен на нее.

"ВАЙОЛЕТ СТЕЛЛА ЭВЕРЕТТ!"

прокричал Михаил во всю мощь своих легких, не сдерживаясь. Он был взбешен до такой степени, что казалось, будто он вот-вот подойдет к Вайолет и ударит ее по щеке.

"Ты действительно не можешь удержаться от того, чтобы не устроить огромный беспорядок, не так ли".

Весь его гнев был подавлен этой единственной фразой, и она была острой, как кинжал, пущенный прямо в Вайолет.

В прошлом, возможно, она бы закричала в ответ и сказала, что это несправедливо? Тем не менее, Вайолет непринужденно потягивала свой чай.

"Виновник еще не был точно определен, а ты уже так кричишь. У тебя есть доказательства, что это сделала я?".

"Ха, хаха... Разве это, разве это то, о чем вообще нужно спрашивать..."

С яростью, которую нельзя было списать на незрелость, подавленный смех наполнил банкетный зал. Роэн что-то пробормотал про себя. Герцог просто наблюдал за разворачивающейся сценой.

Вдруг он действительно даст ей пощечину, когда за ней наблюдает столько глаз?

Но Вайолет улыбнулась Михаилу, который уже имел опыт в этом деле.

"Кроме тебя, есть ли еще кто-нибудь во всей этой резиденции, кто мог бы замыслить что-то против Эйлин?"

Ох, их было много. С незапамятных времен было много вещей, которые Вайолет на самом деле не делала, но приписывались ей. Так что можно сказать, что действительно было много людей, которые замышляли против Эйлин.

Она не ответила.

"Люди говорили, что ты вела себя тихо с тех пор, как тебя заточили в пристройке, но все это было уловкой...!"

С тех пор, как Вайолет оказалась в пристройке, единственное, чего она добивалась, было ее собственное счастье. Точно можно сказать, что она вела себя тихо.

Хотя, конечно, бывало, что она тайком уходила.

В любом случае, Михаил продолжал возмущаться.

"И теперь ты прибегаешь к яду?! Что, черт возьми, заставляет тебя так ненавидеть этого ребенка!"

Что, спросил он? Действительно ли он спрашивал, потому что не знал, что побуждало и способствовало ее поведению?

С беззаботностью, написанной на ее лице, Вайолет спросила в ответ.

"Неужели ты думаешь, что если бы я действительно прибегла к яду, результат был бы таким же небрежным? Я бы позаботилась о том, чтобы лишить ее жизни, знаешь ли".

"Сейчас, что ты только что...!"

Вайолет рассмеялась.

Если бы она действительно была намерена убить Эйлин, это бы так не закончилось. Она бы очень постаралась, чтобы больше никогда не видеть это ненавистное лицо.

В связи с этим, почему она не подумала об убийстве этой девушки раньше?

На мгновение задумавшись, Вайолет спросила себя, но ответ быстро пришел к ней.

Все, чего она хотела, - это признания ее семьи.

Даже если бы она убила Эйлин так, чтобы никто об этом не узнал, достаточно очевидно, что ее семья все равно не уделила бы ей времени.

Или, возможно, мысль о лишении жизни кого-то другого просто не приходила ей в голову. У злой женщины Эверетта оказалась более невинная сторона, чем ожидалось.

Михаил снова пришел в ярость, наблюдая за тем, как Вайолет ведет себя так беззаботно. Атмосфера в столовой была гнетущей.

"Молчать".

Герцог, который до сих пор наблюдал за происходящим, наконец, двинулся, чтобы успокоить ситуацию.

Перевод deabigail

С вас оценка 10 - С меня глава

P.s Сегодня у переводчика др:)

[[image:/storage/reader-images/ab0d5727a7944d0bb849d6f7932db2ac8ad9284a.png]]

"Брат, успокойся немного..."

После того как герцог выступил против возмущения Михаила, Роэн, сидевший рядом со старшим сыном, также попытался его успокоить.

С тех пор как Роэн в последний раз посетил Вайолет, его отношение, казалось, несколько смягчилось, и он говорил осторожно.

"Не стоит обвинять человека без веских доказательств. Не похоже, что отец вызвал нас сюда без причины".

"Доказательства? Какие доказательства вообще нужны?! Есть ли в этой резиденции кто-нибудь, кто еще не знает, что преступница это - Вайолет?"

Разъяренный Михаил был сейчас похож на разгоряченного быка. Бык, который бросается на все, что попадает в поле его зрения.

Слова Роэна заставили Вайолет ухмыльнуться. Уморительно иронично, что сам Роэн - тот, кто весьма искусен в преследовании людей без четких доказательств, подтверждающих его утверждения, - говорит о таком факте, как этот.

Правда, у нее было много способов доказать свою невиновность. Но не нужно быть гением, чтобы понять, что ей никто не поверит.

"Я уже сказал тебе остановиться, Михаил".

Суровый голос герцога разнесся по залу. Он говорил резким, опасным тоном, и от этого Михаил вздрогнул и сел обратно на свое место.

"Вайолет, говори".

"Я не виновница этого инцидента с отравлением".

"......"

Вайолет говорила просто, без единого слова оправдания.

Даже если бы она и пыталась оправдываться, она даже не знала всей истории. Она ненавидела даже малейшие упоминания о главном особняке, поэтому работники пристройки говорили только о мелочах, не связанных с этим местом.

Вайолет не могла знать о сложившейся ситуации, потому что она так сильно дистанцировалась от слухов внутри резиденции, да и не обращала на них внимания.

Буквально, она ничего не знала о случившемся.

"...Тогда как ты это объяснишь?"

Михаил скрежетал коренными зубами. Он попросил у герцога разрешения впустить кого-нибудь.

'Хм...'

Вайолет слегка поморщилась, увидев довольно знакомое лицо. С другой стороны, в чертах лица Михаила появилось чувство триумфа.

"...Ее светлость выходила регулярно, примерно два раза в неделю".

Именно Озен, рыцарь, которого герцог назначил своим рыцарем сопровождения вместо Алека, был понижен в должности.

"Как ты это объяснишь, а? Ты не можешь даже опровергнуть это. Ты гуляла, как хотела, но разве ты забыла, что была заточена? Очевидно, что ты использовала эту возможность, чтобы спровоцировать отравление".

Михаил произнес бесстрастную речь. Вайолет вздохнула, чувствуя, как в голове пульсирует мигрень.

Глаза герцога и Роэна тоже обратились к ней. Три пары зеленых глаз теперь были устремлены на нее.

Не встретив ничьего взгляда, Вайолет ответила.

"Это правда, что я улизнула, но я не была инициатором отравления".

"Хм..."

"Ты все еще продолжаешь лгать?! Каждый раз, когда ты открываешь рот, ты просто изрыгаешь ложь! Так было с тех пор, как ты была ребенком, и ничего не изменилось!"

В то же время кто-то хмыкнул про себя, а другой ответил с яростью. Проведя рукой по лицу, герцог еще раз жестом подозвал Михаила, чтобы успокоить его.

"...Ты забыла о своем положении, Вайолет?"

"Я приношу глубочайшие извинения".

"За это я назначу отдельное наказание".

"...Я понимаю."

"ОТЕЦ!"

Видя, что герцог не проявляет никаких признаков отношения к Вайолет как к преступнице, Михаил закричал прямо на герцога. Гнев Михаила был перенаправлен с Вайолет на герцога.

"Отец, именно ваше снисходительное отношение вызвало эту ситуацию".

"Не веди себя необдуманно".

"......"

Вайолет наблюдала за разворачивающейся перед ней сценой. Она была весьма удивлена.

При обычных обстоятельствах ее бы сразу же обвинили. Прежде всего, ее беспокоило то, что Роэн вел себя спокойно.

Взглянув на него сбоку, Вайолет поняла, каким змеиным коварством обладает Роэн.

Просматривая лежащие перед ним документы, Роэн слегка нахмурился.

"...Возможно ли, что она не лжет?"

"Роэн, даже ты сейчас...!"

"Я говорю о простой возможности, брат. Если ты посмотришь отчеты, то увидишь, что Вайолет купила всего несколько вещей в общем магазине, поела в ресторане и открыла ларек у фонтана."

"...Откуда ты это знаешь?"

"Ты серьезно веришь в этот бред прямо сейчас?!"

Вайолет и Михаил ответили одновременно.

Недовольная, Вайолет открыто нахмурилась. Роэн пожал плечами и передал ей документы.

Читая документы, Вайолет почувствовала, что ее энергия иссякает.

"Покинула пристройку в 11:00, в сопровождении Зило Бенделя..."

В отчете было указано местонахождение Вайолет, которое даже она не могла полностью вспомнить. Ее недоуменный взгляд обратился к герцогу.

Герцог, как всегда, оставался безучастным.

"Хотя ты была заключена, не забывай, что твоя фамилия Эверетт".

"...Я понимаю."

Другими словами, герцог уже знал о прогулках Вайолет, он просто пропускал их мимо ушей. Он даже тайно следил за ней.

Так вот каково это - быть запертой в огромной клетке? Она была настолько огромной, что даже не знала, что находится в клетке.

Только сейчас осознав, что рыцари сопровождения следили за ней из тени ради ее безопасности, Вайолет поникла.

Перевод deabigail

С вас оценка 10 - С меня глава

[[image:/storage/reader-images/dcc4cf69a9d6d4950d4859d9e83d3eabe6145ae0.png]]

"Конечно, ты не стала бы действовать напрямую. Ты, должно быть, заставила слуг сделать за тебя всю работу".

"...Ты хочешь сказать, что я принуждала своих сотрудников отравить Эйлин?"

Михаил был тверд в своем опровержении. На мгновение Вайолет задумалась, не померещилось ли ее старшему брату, что у него не все в порядке с головой и, возможно, он бредит.

"То, что ты будешь опровергать, это очевидно. Ты лжешь с самого детства".

"...Хах."

Вайолет издала вздох, полный разочарования. Это так раздражает, когда ее постоянно обвиняют во лжи, хотя она ни разу не солгала.

Он даже вспоминает ее детство.

Вайолет пристально смотрела на Михаила. Она думала, что ей удалось отказаться от всего, но среди сгоревшего пепла, клубящегося за ее глазами, мелькнула искра жгучего гнева.

Затем Роэн заговорил.

"Брат, я говорил тебе снова и снова, но будет лучше, если ты успокоишься".

Бах!

Как только Роэн произнес эти слова спокойно, Михаил ударил по столу. Действие, вызванное яростью, заставило Роэна скорчить гримасу.

"...Скажи им, чтобы вошли".

Затем, внезапно, герцог отдал приказ.

Вошло в общей сложности три человека. Двое были знакомы Вайолет, а оставшийся был незнакомцем.

"Говорите".

"...Это правда, что ее светлость выходила, но она не делала ничего другого, кроме того, что было сообщено, ваша светлость".

Несмотря на то, что его внезапно вызвали сюда, Зило был спокоен. С другой стороны, Мэри была заметно расстроена.

Вайолет молилась, чтобы девушка случайно не совершила здесь ошибку.

"Зило!"

"...Я говорю правду, молодой герцог".

"Почему, ты...!"

Услышав показания своего некогда близкого друга, Михаил возмутился.

Какая ирония. Озен встал на сторону Эйлин, а Зило, который был близок с Михаилом, встал на сторону Вайолет.

"...Но это правда, что ее светлость вышла без разрешения", - сказал Озен.

В то время как Зило добавил: "Это я не смог выполнить свой долг. Однако я могу заверить вас, что герцогская леди Вайолет не совершала ничего, связанного с подстрекательством к чьему-либо отравлению. Я поставил на карту свою фамилию".

Фамилия человека имела большой вес среди аристократии.

По ней можно было узнать о кровных родственниках, а также о статусе человека - по сути, она определяла ценность жизни любого дворянина.

Увидев, что Зило пытается доказать невиновность Вайолет, рискуя своей фамилией, Михаил схватился за шею, его самообладание возросло до предела.

"Это правда, господин! Миледи не делала ничего особенного... И она не встречала никого другого!"

На этот раз Мэри вступилась за Вайолет. Мэри всегда настаивала на невиновности Вайолет - всегда и везде. Как всегда, она упрямо кричала.

"Миледи - действительно хороший человек! Зачем ей делать такое! И я постоянно нахожусь рядом с Миледи. Я никогда не видела, чтобы она держала в руках бутылочку с ядом или что-то подобное!"

"...Ты можешь взять на себя ответственность за свои слова?"

По настоянию Мэри Михаил спросил.

Разве то, что он делает, не считается запугиванием слабых? Вайолет вздохнула.

"...Мэри не имеет никакого отношения к этому делу", - сказал Зило.

"Ты действительно можешь сказать это, когда твоя фамилия на кону? Ха-ха-ха. Насколько мы знаем, она заставила эту маленькую служанку делать всю работу".

"Молчать! Я уже говорил тебе не действовать необдуманно!" прорычал герцог.

Именно по этой причине репутацию нужно создавать хорошо.

Михаил упорно продолжал опровергать ее невиновность, несмотря на наличие свидетелей, подтверждающих ее невиновность. Наблюдая за ним в таком состоянии, Вайолет почувствовала, что ее настроение падает.

Если бы она могла, то хотела бы вылить горячий чай прямо на это лицо.

"Ты, говори".

Последней, кто вошел в зал, была молодая женщина примерно возраста Вайолет. До сих пор она просто разглядывала лица других людей, но вдруг опустилась на пол и встала в позу.

"Это приказала герцогская леди!"

"Кто ты вообще такая?"

озадаченная Вайолет рефлекторно спросила в ответ.

Роэн спокойно ответил.

"Она была служанкой рядом с Эйлин, когда та упала в обморок, проглотив яд".

"Ах, конечно..."

Горькое бормотание Вайолет наполнило зал. В этот короткий момент никто не мог говорить.

"...Ты говоришь правду?"

"Да! Я говорю чистую правду, Ваша Светлость. Мне угрожали, у меня не было выбора, кроме как сделать эту ужасную вещь..."

Так ли это.

Герцог погладил свой подбородок.

На секунду Вайолет захотелось раскроить отцу голову.

Он был из тех людей, которые постоянно сохраняют покерфейс перед своими детьми. Невозможно было узнать, о чем он думает.

"Ты можешь отвечать за свои слова?"

"Х-хииик!"

П:Что за свинья._.

"Последствия неуважения к герцогу были бы неисчислимы".

"Я...! Меня подставили!"

Вайолет порылась в своих воспоминаниях и, наконец, вспомнила имя этой молодой женщины.

Разве она не была дочерью из низшего дворянского дома? Вайолет не было нужды вспоминать эту женщину, поэтому она забыла о ней, но она никогда бы не ожидала, что эта женщина так ударит ее по затылку.

"...Оттащите Селену Альтон и Озена Вероэля в тюрьму. Что касается тебя, Михаил. Ты будешь помещен под домашний арест на один месяц".

Герцог аккуратно завершил дело таким образом.

Вайолет не могла отделаться от мысли, что ее уши слышали его неправильно. Она бездумно спросила.

"Почему?"

Перевод deabigail

С вас оценка 10 - С меня глава

[[image:/storage/reader-images/b78309b74995026ee78884a84bddb3f874032165.png]]

"У тебя есть какие-то возражения?"

"Нет, дело не в этом. Мне просто интересно, почему вы пришли к такому решению".

В ответ на вопрос Вайолет герцог протянул еще несколько документов.

Все, что в них было написано, содержало более подробную информацию о местонахождении Вайолет.

Предыдущие документы содержали только ее простой распорядок дня и записи о ее прогулках. Но эти... Эти документы содержали даже слова, которые Вайолет произносила дословно.

Достаточно было одного взгляда, чтобы понять, что уровень расследования в этих документах был иным.

В целом, это были просто рассказы о том, как она праздно проводила дни, но уровень наблюдения был настолько серьезным, что Вайолет почувствовала, как голова снова начинает пульсировать.

"Я просто объявил невиновного человека невиновным. Или ты не веришь в мою компетентность?"

"...Дело не в этом".

"Ты, кажется, возражаешь".

"...Вы все это время следили за мной?"

"Это не слежка. Это всего лишь расследование".

"...Хорошо."

"...Я не имею в виду вторжение в твою личную жизнь по своему желанию", - добавил герцог.

Но даже когда он это сказал, лицо Вайолет продолжало выражать, насколько бесполезным она считает все это.

"...Обвинения против меня были сняты, так что могу ли я уйти?"

"Ты находишься на недельном испытательном сроке".

"...Почему?"

"Ты несколько раз ускользала без разрешения. Ты же не думала, что это сойдет тебе с рук, не так ли?"

"...Нет. Я понимаю".

На этом дело было закрыто. Вайолет не могла возражать дальше, потому что она все еще была виновна в том, что тайком ушла.

Вместе с Мэри, Зило и несколькими другими рыцарями, Вайолет вернулась в пристройку.

Герцог приставил к Вайолет дополнительных рыцарей, потому что, хотя она и находилась в заточении, все же считалось опасным иметь слишком мало рыцарей, когда Эйлин не так давно была отравлена.

"...Мне жаль."

И прежде чем она вернулась в пристройку, она отчетливо услышала это слабое извинение.

Это было от Роэна.

Прикрывая одной рукой большую часть лица, он продолжал просматривать документы с лицом, полным стыда.

Это был фарс - не что иное, как театральная постановка для зрителей. Они уже с самого начала знали, что Вайолет невиновна, и даже знали, кто на самом деле виновен.

Это была театральная постановка, просто чтобы показать, как именно люди из герцогского поместья обращались с Вайолет.

"...Отец, вы."

Взбешенный тем, что ни одно из его мнений не было принято, Михаил уставился на герцога.

"Отец, вы действительно позволяете Вайолет уйти без обвинений?"

До самого конца он продолжал настаивать на том, что Вайолет - виновница. По правде говоря, его подозрения против Вайолет были обоснованными из-за ее действий в прошлом.

"...Что ты хочешь сказать".

"Так всегда бывает, отец. Вы всегда предвзяты".

Михаил прорычал эти последние слова, прежде чем выскочить за двери столовой.

Он не ошибся. Фаворитизм под видом безразличия был неотъемлемой причиной возникновения подобной ситуации. Возможно, было бы правильно сказать, что герцог был единственным виновником всего этого.

"...Когда вы начали расследование?"

"Я сделал это только потому, что это было необходимо".

"...Вайолет никогда не лгала".

"......"

На протяжении всего судебного процесса Михаил кричал и настаивал, что Вайолет - лгунья.

Но она никогда не лгала. В ряде подобных ситуаций в прошлом, Вайолет каждый раз клялась в своей невиновности.

"Отец, вы считаете, что Вайолет нельзя обвинять?".

"......"

"Нет, конечно, нет. Этого не может быть. Ведь это правда, что она домогалась Эйлин".

"...Роэн."

"Все так. Это определенно было так..."

Герцог поднялся со своего места, быстро закончив обсуждение. Будучи настолько занятым, насколько он был занят, он все еще должен был позаботиться об остальной работе.

Люди, стоявшие перед Вайолет, охваченные вспышкой ненависти, никогда не будут в состоянии судить справедливо. Поэтому, в конце концов, правда ускользнет неизвестно куда.

"Ха, хаха."

Роэн напрасно смеялся. С тех пор, как он встретил Вайолет в пристройке, его терзали противоречивые мысли.

Как человек, который всегда смотрел на всех такими ядовитыми глазами, теперь не имеет ничего, кроме пустоты за своим взглядом?

Один человек пытался поговорить с другим, но тот лишь игнорировал его.

Старший брат игнорировал свою младшую сестру, которая всегда кричала и умоляла его выслушать ее.

Она снова и снова просила его поверить ей, но он отвергал все ее слова как ложь.

Все это делал сам Роэн.

"Брат! Посмотри, посмотри. Разве этот цветок не красив?"

Была ли Вайолет злобной с самого начала?

Неужели она с самого начала ненавидела и издевалась только над Эйлин?

Никто никогда не слушал ее историю. Никто не верил ей и считал все ее слова ложью.

И теперь она не хотела больше защищаться.

Даже несмотря на то, что у Вайолет было достаточно возможностей доказать свою невиновность.

Она решила, что это бесполезно.

Она сдалась.

"......"

Вайолет мучила Эйлин, это правда.

Но до такой степени, что у нее не было другого выбора, до такой степени, что она не могла не стать злой, и до такой степени, что она могла жить только среди бесконечной злобы...

Кто подтолкнул ее к пропасти безденежья?

Кто заставил ее отказаться от всего?

Перевод deabigail

С вас оценка 10 - С меня глава.

П: Я обновил обложку.

[[image:/storage/reader-images/89d366f1ff6db2cd8726fe740e2de93bd8ca2d16.png]]

Подобные случаи происходили несколько раз в прошлом.

Конечно, даже если такое и случалось раньше, то не до такой степени.

Если бы Эйлин была идиоткой, она действительно могла бы умереть. Но все равно, невозможно, чтобы Вайолет отравила ее.

С одной стороны, Вайолет признавала, что сама была наполовину сумасшедшей. Но и Эйлин - эта девушка тоже была не в своем уме.

Всякий раз, когда подобное происходило раньше, Вайолет предполагала, что должен быть кто-то еще, кроме нее самой, кто недолюбливает Эйлин.

"М-Милади... Вы в порядке?"

"...Я в порядке."

Вайолет некоторое время колебалась с ответом, но в итоге ответила нехотя. Ее рыцарь сопровождения просто молча следовал за ней.

Не похоже, что она не привыкла к этому.

"...Но это не так, миледи".

После того, как они вернулись в пристройку, Мэри спокойно взяла одну из рук Вайолет в свою.

Я привыкла к этому. Со мной все в порядке, потому что я привыкла.

Вайолет ответила сама себе, но сделала паузу. Только тогда она поняла, что пытается ответить, но не может, потому что у нее перехватило горло.

Я в порядке. Я привыкла к этому. И, может быть, то же самое больше не повторится. Я в порядке.

Когда Вайолет собиралась дать этот ответ, она слегка пошевелила губами.

"Я... я не в порядке".

"Миледи..."

"Я....я-я... н-не... в...порядке. Я, Я..."

То, что она привыкла к этому, не означало, что она была в порядке.

Слезы текли вниз.

Но раз она не в порядке, то тем более нужно быть в порядке. Она не хотела показывать, как ей тяжело на дне пропасти, в которой она оказалась. Как всегда, она держалась с отстраненным видом, который использовала в качестве маски.

Чем чаще происходило что-то подобное, тем больше рушилась ее самооценка. Но она продолжала вести себя так же.

Мэри посмотрела в сторону двери. Постояв там, Зило вздохнул и вышел из комнаты. Через некоторое время бестактный рыцарь принес поднос с чаем, который мог бы помочь стабилизировать ум и тело леди.

Однажды Вайолет спросила Эйлин.

"Почему! Почему ты так поступаешь со мной! Что я сделала такого плохого!"

"Сестра".

"Я ненавижу тебя. Ну и что? Что ты хочешь от меня?! Я просто, еще раз, почему я должна быть...!"

"Сестра, ты сама навлекла это на себя".

В тот день что-то сломалось внутри Вайолет.

Это был очередной день, когда Вайолет указала на этикет Эйлин на семейном ужине, а в ответ братья раскритиковали ее за это.

Все было как обычно, но в тот день для Вайолет это было особенно тяжело.

Наконец отпустив свою гордость, Вайолет закричала.

"Что я такого плохого сделала?!"

Конечно, ей приписывали бесчисленные проступки. Однако как может человек, которого так разъедало самоуничижение, признать свои недостатки?

Тогда...

"Ты действительно не знаешь? Ты сама на себя все свалила. Все."

"Брат Михаил, и даже брат Роэн..."

"Я уже объясняю тебе, сестра. То, что ты сделала неправильно. Почему ты говоришь так, как будто ты никогда не делала ничего плохого?"

"Сестра, ты сама навлекла на себя все это".

Эйлин говорила все это, и она не ошибалась.

Но она была и не совсем права.

Как она могла сказать, что во всем виновата Вайолет, когда явно есть кто-то, кто является причиной всего этого?

Однако и Вайолет не могла утверждать, что во всем виновата Эйлин.

Это моя вина. Это все моя вина. Потому что я плохая. Потому что я плохой ребенок. Потому что я злой человек.

Ее мысли стали такими.

Потому что Эйлин так сказала.

"Бедная сестра Вайолет..."

"Сестра, тебя никогда не будут любить".

Эйлин рассмеялась.

Так много людей хвалили ее как само воплощение ангела, но для Вайолет эта девушка была ужасающей.

Смешно, что самый любимый человек говорил такие вещи.

Глядя на жуткую улыбку Эйлин, Вайолет неосознанно сделала шаг назад.

И когда Вайолет окончательно рухнула, Эйлин снова улыбнулась.

"Сестра, я хочу быть рядом с тобой".

Это была не стыдливая и не презрительная улыбка. Это была естественная улыбка девушки.

"Сестра, знаешь что? То место, которое ты считаешь своим, всегда было изначально моим".

Место, о котором она говорила, было местом великолепной герцогской леди, благородное положение, которым владела Вайолет, и которому мог позавидовать каждый.

Когда Эйлин заявила, что оно изначально принадлежало ей, она одарила Вайолет естественной улыбкой.

Эйлин поносила Вайолет, как ей заблагорассудится, и с удовлетворением наблюдала, как Вайолет разрыдалась, выбегая из комнаты.

Именно в этот же день Вайолет окунулась в озеро.

"...Я хочу услышать вашу историю, миледи".

"Я, Я..."

Вайолет не стала рассказывать Мэри свою историю. Она сказала, что ей было одиноко, что она чувствовала себя обиженной, но она не могла заставить себя рассказать историю, стоящую за этими чувствами.

И Мэри не заставила Вайолет открыть свои раны.

Хотя она чувствовала, что ее прежняя личность слилась с личностью Вайолет, все это время она бессознательно пыталась отделить себя от Вайолет. Неясная улыбка украсила ее губы.

Зило, принесший с собой чай, неловко наблюдал за двумя молодыми женщинами, не находя подходящего момента, чтобы уйти.

Отношения между Вайолет и Эйлин с самого начала были неплохими.

Отец Эйлин был старшим братом нынешнего герцога Эверетта. Он отказался от права на престол ради любви.

Добившись своего маленького счастья, он иногда привозил свою семью в герцогское поместье, и Эйлин часто играла вместе со своими кузинами.

Она была младшей кузиной, близкой по возрасту к Вайолет.

Вайолет очень любила эту милую девочку, ведь у нее были только братья.

Но когда герцогиня скончалась, эта живописная гармония начала разрушаться.

Перевод deabigail

С вас оценка 10 - С меня глава

[[image:/storage/reader-images/483808bec676b13ff826198d2b33a88c9a850bc9.png]]

Когда герцогиня - мать четверых детей и женщина, обладавшая абсолютной властью в высшем обществе, - скончалась, Вайолет было всего шесть лет, а Кэрну, младшему ребенку, - пять.

Изначально она была хрупким человеком.

Герцог Эверетт был опустошен смертью любимой жены. Ему потребовалось довольно много времени, чтобы вновь обрести работоспособность.

А менее чем через два года после смерти герцогини умер и старший брат герцога Эверетта. Это произошло в результате несчастного случая с каретой.

Внезапная авария унесла жизни и брата герцога, и жены его брата. Они были молодой парой. В живых осталась только их маленькая дочь, которая на похоронах причитала.

"Когда мама и папа вернутся, няня? Ты сказала, что они принесут подарок...".

Не в силах постичь смерть, девочка плакала и причитала на протяжении всех торжественных похорон. Герцог усыновил ребенка и внес ее в свой семейный реестр.

С тех пор как герцогиня ушла из жизни, над герцогским поместьем нависла ледяная пелена.

Герцог Эверетт ранее не принимал особого участия во внутренних делах семьи, а дети все еще находились в шоке после смерти матери. Они больше не бегали и не шумели в доме - в нем стало совсем тихо.

В месте, казалось бы, замороженном бурей в середине зимы, один яркий ребенок пришел, как сама весна.

Восьмилетняя Вайолет не могла понять, почему ее двоюродная сестра вдруг стала ее младшей сестрой.

Однако она хотела стать прекрасным человеком, как ее покойная мать, и поэтому стала вести себя как достойный взрослый, несмотря на то, что сама была еще ребенком.

Таким образом, в этом герцогском доме единственным ребенком, который оставался ребенком, был Кэрн.

Как кузина, Вайолет вполне нравилась Эйлин. Но не как младшая сестра.

С тех пор как девочка была удочерена в семье, все внимание братьев и отца Вайолет было приковано к Эйлин.

Но ее жалко. Как старшая сестра, которая была старше ее на два года, Вайолет решила, что она должна заботиться об Эйлин.

По правде говоря, Вайолет тоже нуждалась в заботе и внимании кого-то старшего. Но до двух лет она в одиночестве переносила тяжелый, гнетущий воздух в доме.

Началом всего этого был, да, всего лишь пустяк.

Что-то маленькое и забытое, о чем никто, кроме Вайолет, не помнил.

"Няня мне кое-что рассказала. Предыдущая герцогиня - великолепная женщина, у нее прекрасные золотистые светлые волосы, но почему у сестры волосы серебряные?".

Это было очень маленькое открытие.

О таких вещах тайно шептались среди служанок и горничных, но Вайолет об этом не знала. Сначала она услышала это от Эйлин.

Вайолет рассердилась.

Она просто закатила истерику, как это сделал бы ребенок, и сразу же оттолкнула Эйлин. Но как только девочка разрыдалась, прибежали братья.

"Что ты только что сделала, Вайолет?!"

"Но она первая начала!"

"Заткнись. Неважно, кто первый начал. Разве это правильно, орать на нее?!"

Один маленький ребенок упал на землю и плакал. Другой маленький ребенок пыхтел от гнева.

На первый взгляд, было очевидно, кто из детей не прав. Так что тот, кого отругали, неизбежно оказалась Вайолет.

Вайолет было всего восемь лет. Она также была молода, и она также только что потеряла свою мать.

Но в этой ситуации Эйлин было внешне более жалко.

Вайолет защищалась и открыто заявляла о своей невиновности, но ее полностью игнорировали. Михаил носил Эйлин на руках и очень долго ругал Вайолет.

Михаил был еще одним ребенком, который притворялся взрослым. Но, в конце концов, стало очевидно, что он еще не стал взрослым.

Невозможно сосчитать, сколько еще подобных инцидентов произошло, хотя все они начинались с обычных детских ссор.

Эйлин тайком носила одежду Вайолет, но когда она вернула ее, все было испорчено. Поэтому, конечно, Вайолет рассердилась.

Поскольку Вайолет, казалось, никогда не могла понять свою младшую сестру, и потому что она всегда сердилась на девочку, Вайолет была единственной, кого всегда ругали.

День, когда Вайолет окончательно взорвалась, был днем, когда Эйлин потеряла ожерелье, которое оставила герцогиня.

Началась ссора.

Память, которую Вайолет хранила у своей матери, была потеряна. Было очевидно, что она придет в ярость, как только снова увидит Эйлин. Она снова и снова просила Эйлин не трогать ее вещи, но та не слушала.

И гнев Вайолет еще больше усиливался, потому что никто никогда не вставал на ее сторону.

Тогда вмешался герцог.

"Она взяла мои вещи! Я сказала ей не делать этого!"

Разве их отец не должен был реагировать по-другому?

В отличие от Михаила, который только притворялся взрослым, и Роэна, который никогда не отставал от старшего брата...

"Ты наказана на неделю".

Вайолет ожидала чего-то другого, но все ее надежды были катастрофически разбиты.

Она была наказана за то, что не вела себя должным образом, как подобает герцогской леди.

Эйлин также получила выговор за то, что взяла вещи Вайолет без разрешения, но это было не более чем легкая пощечина.

Один или два раза можно было назвать совпадением, но третий раз не мог быть просто так.

Вайолет не могла понять, почему Эйлин продолжает это делать - она не знала, какие мысли проносятся в голове девушки, когда она это делает.

Но в какой-то момент роли уже были распределены.

Вайолет была плохой старшей сестрой, которая всегда издевалась над своей младшей сестрой.

Эйлин была жалкой младшей сестрой, которую всегда преследовала ее новая старшая сестра.

И в это время жизнь Вайолет начала рушиться.

"Хиик, хиик..."

"Что случилось на этот раз?"

"Я в порядке. Но брат... Сестра, она..."

"...Хаа. Вайолет, опять ты. Сколько раз я должен тебе говорить..."

"Но она первая начала!"

"Ты снова придумываешь одно и то же оправдание. Ладно, я думаю, что для тебя невозможно относиться к младшей сестре по-доброму. Но почему ты всегда так стремишься расстроить Эйлин?"

Ох, так последовательно, время всегда было идеальным.

Перевод deabigail

С вас оценка 10 - С меня глава

[[image:/storage/reader-images/f4b14a1be9f7ae266cbad601f19e6d2b2ee89ffe.png]]

Эйлин была ребенком, потерявшим всю свою семью. Она - ребенок, которому всегда приходилось ходить по яичным скорлупам. Она - бедный, жалкий ребенок.

За обстоятельствами жизни Эйлин стояло бесчисленное множество причин. Вайолет сама осознала затвердевшую истину, что все ее слова, что бы она ни говорила, были бесполезны.

"Почему бы вам просто не игнорировать ее, миледи? Не обращайте на нее внимания и сделайте вид, что ее нет".

"...Вы действительно думаете, что это сработает, няня?"

"Конечно. Миледи не нужно ничего делать. Я обязательно объясню все молодым господам".

"...Хорошо."

Оглядываясь назад, Вайолет вспомнила, что было время, когда кто-то был на ее стороне.

Но вскоре она перестала пытаться вспомнить лицо няни, которая никогда не была на ее стороне.

"Вайолет."

"...Что."

"Этот ребенок ходит за тобой по пятам, потому что ты ей очень нравишься, но тебе до нее нет никакого дела".

"Брат Роэн, ты говоришь о том ребенке?"

"Пожалуйста, позаботься о ней хоть немного".

Для Вайолет было легко относиться к Эйлин, как будто ее не было.

Поначалу все было хорошо. Ей не нужно было злиться.

Но по какой-то причине Эйлин начала ходить за Вайолет по пятам.

"Братик, ты тоже! Она тебе нравится больше, чем я!"

"...Я не об этом".

На этот раз она стала плохой старшей сестрой в другом смысле.

Однажды Эйлин плакала и плакала всю ночь до потери голоса. Все потому, что она хотела быть ближе к своей старшей сестре, но Вайолет продолжала игнорировать ее.

Роэн успокоил Вайолет, но не забыл сказать ей, чтобы она поладила с Эйлин.

Эйлин, которая была милой и ангельской.

А Вайолет, которая не была похожа на детей ее возраста, была незрелой и склонной к таким злым поступкам.

"Сестра, посмотри на это. Разве эти цветы не красивы?"

"...Красивые."

"Братик Кэрн собрал эти цветы для меня. Но я дам немного и тебе, сестра".

"...Мне это не нужно."

Эйлин подошла к Вайолет, притворяясь дружелюбной. Вайолет считала, что Эйлин ведет себя просто отвратительно.

Она ненавидела Эйлин. Эта девушка крала ее платья, ее украшения, ее еду, любовь ее семьи.

Все.

"Ты тыква! Кто ты такая, чтобы издеваться над ангелом!"

"Я никогда не издевалась над ней".

"Если ангел дает тебе это, просто прими это должным образом. Ангел сейчас плачет!"

"Почему она ангел? И я не тыква".

"Тц! Просто возьми это! Возьми все цветы!"

Сочувствие было такой коварной штукой.

Эти цветы были предложены Вайолет, как будто это была простая милостыня для бедных, поэтому она не хотела их принимать. Даже это было жалким зрелищем.

Поэтому, бесполезно, она укрепляла свою гордость.

Она пыталась изменить свои обстоятельства, но конец всегда был один и тот же.

Эйлин была жалким ребенком. Вайолет была злой старшей сестрой, которая отказывалась понимать свою младшую сестру.

И в какой-то момент у Вайолет больше не было ни одного человека, на которого она могла бы опереться.

Ее няня сказала, что она возвращается домой из-за семейных проблем.

Служанки, которые раньше хорошо заботились о Вайолет, в тот или иной момент исчезли.

Человек, отвечающий за воспитание Вайолет, постарался искоренить порочность Вайолет.

Служанки, которые раньше очень любили Вайолет, теперь любили Эйлин, как будто так было всегда.

"Интересно, почему она стала такой? Я не помню, как это началось, но я просто все время держалась настороже".

"...Понятно."

"Дошло до того, что я не могла и шагу ступить из своей комнаты. Но, по крайней мере, я могла попросить служанок принести мне книги, чтобы скоротать время... И все такое".

"......"

"Но потом я услышала, что я, по-видимому, разорвала мягкую игрушку. Мягкую игрушку, которой очень дорожил тот ребенок".

Однажды, когда она уже была начеку, она снова взорвалась от гнева, потому что не могла ничего не сказать.

Вайолет стала ответственной за то, чего она никогда не делала.

Все автоматически решили, что Вайолет полностью виновата. В конце концов, она ненавидит Эйлин.

Вайолет настаивала на своей невиновности, но никто ей не верил.

"Теперь ты даже прибегаешь ко лжи".

Это был также первый раз, когда Михаил проявил такое презрение к Вайолет.

Вайолет никогда не рвала мягкую игрушку Эйлин. Она была не в том положении, чтобы это делать.

Глядя на разрезанного ножницами мишку, она думала о том, как сильно она пыталась протестовать против несправедливости, которую на нее обрушили.

Но все равно ей никто не верил.

Плюшевый мишка был первым подарком Михаила для Эйлин, поэтому Михаил был особенно зол из-за этого.

Ее обвиняли в том, чего она никогда не делала. Кто в мире не чувствовал бы себя обиженным в такой ситуации?

Вайолет все время кричала. Никто ей не сочувствовал.

"Этот ребенок может уничтожать мои вещи, а я не могу уничтожить ее?"

После этого то же самое повторилось еще несколько раз.

Вайолет просто указывала на неуклюжий этикет Эйлин, но в какой-то момент действия Вайолет стали восприниматься как односторонняя атака на того, кто никогда не делал ничего плохого.

Было так много вещей, за которые Вайолет не несла ответственности, но все они все равно были приписаны ей. Ее стали критиковать еще больше.

То, что она была немного ворчлива, обернулось колоссальной ошибкой.

Однажды она прямо крикнула Эйлин, выражая свое разочарование.

"Я действительно не делала этого...! Ты знаешь это!"

То, что Эйлин сказала в ответ...

Это было одно из незабываемых воспоминаний Вайолет.

"Сестра".

"Сестра, ты ведь ненавидишь меня?".

В этот момент пораженная молодая леди не смогла ничего сказать в ответ.

Впервые тихо улыбающаяся девушка показала это лицо.

Это невинное, но в то же время вызывающее мурашки по коже лицо.

Перевод deabigail

С вас оценка 10 - С меня глава

[[image:/storage/reader-images/ca704955fb2d64ff117f835dd882e021bc5917cb.png]]

Когда Вайолет не смогла ничего сказать в ответ, Эйлин захихикала, побежав к Роэну, который проходил не так далеко от них.

"Братик!"

Когда она произнесла это единственное слово, как могло случиться, что оно содержало такую прелесть?

Он не твой брат. Вайолет пришлось сдерживать эти слова, застрявшие у нее в горле.

Посреди стольких перешептываний вокруг нее, единственное, что могла сделать Вайолет, это быть "идеальной герцогской леди".

Она использовала свое дворянство как щит, чтобы никто не мог критиковать ее, чтобы она была недосягаема для Эйлин. Она была полна решимости стать такой элегантной и утонченной личностью.

Она думала, что все будет хорошо, пока она остается выше этой девушки.

"Но у людей такой хитрый ум. Чем больше я это делала, тем больше ко мне предъявляли завышенные требования".

Покойная герцогиня в тех же обстоятельствах вела себя лучше.

Она была харизматичной и щедрой одновременно.

Даже если она была щедрой, она следила за тем, чтобы это не повредило ее авторитету.

Но как могут ребенок и взрослый достичь одинаковых результатов? Чем больше Вайолет подражала достойному взрослому, тем больше противоречивых слов бросали в ее адрес другие люди, и тем сильнее она сжималась.

А тем временем ее сердце и впрямь защемило.

Это было вызвано постоянным накоплением ложных обвинений, пусть даже незначительных, и холодными провокациями, которые время от времени устраивала ей Эйлин.

Вайолет ненавидела Эйлин. Она презирала эту девушку. Но в то же время она завидовала ей. Она яростно ненавидела ее.

Она просчиталась, решив, что все будет хорошо, пока она превосходит Эйлин. Единственное, чего она добилась, - это ускорила свою изоляцию.

"Посмотри на себя со стороны. Ты действительно называешь это нормальной прогулкой? Как бы я на тебя ни смотрела, ты не должна называться уважаемой дочерью герцогского дома".

"...То, что на тебе надето, практически тряпка. Неужели ты даже не думаешь о том, как сильно твои действия подрывают репутацию герцогства?"

"Ты лицемерка. Ты продолжаешь действовать в соответствии со своими прихотями, но разве ты не думаешь о том, сколько неприятностей это принесет?"

Иногда слова Вайолет звучали слишком резко даже для нее самой. Но эти слова все равно сорвались с ее губ.

Пытаясь очернить репутацию Эйлин, Вайолет добилась лишь разрушения собственного характера.

Возможно, где-то есть один или два человека, которые восхищались действиями Вайолет. Но это было только в те дни.

Четырнадцать лет и двенадцать лет. Обе девушки были еще молоды, но Эйлин была младше Вайолет, а стандарты этикета Вайолет были слишком высоки.

Всякий раз, когда это случалось, Михаил, Роэн и Кэрн критиковали Вайолет за ее резкие слова. Однако Эйлин разубеждала братьев. Она даже плакала.

Окружающие хвалили доброе сердце Эйлин за то, что она защищает свою старшую сестру.

Михаил ни разу не послушал Вайолет.

Он всегда говорил ей одно и то же.

Ты должна быть более понимающей к младшей сестре, потому что ты старшая сестра.

Почему ты не можешь быть более понимающей к своей младшей сестре?

Натиск грубых слов заставил Вайолет в какой-то момент превратиться в узколобого, мелочного человека.

Михаил стал считать Вайолет лгуньей, и каждое слово, которое вылетало из ее уст, он считал ложью.

Что касается Роэна... С каких это пор.

В отличие от двух других братьев, которые открыто презирали ее, Роэн не переставал улыбаться ей.

"...Итак, было время, когда я надеялась, что брат Роэн послушает меня".

Вайолет слегка улыбнулась. Что же сказал Роэн в ответ?

"Но ты не должна вести себя так. Если ты попробуешь вести себя по-другому, люди поверят и тебе".

То, что он сказал, было отвратительно, претенциозно и лицемерно.

Вайолет спросила в ответ.

"Но до какого момента я должна быть хорошей?".

Четырнадцатилетняя Вайолет уже делала все, что могла в этом возрасте. После того, как на нее вылили такую злобу, она уже не знала, как себя вести.

Никто не слушал ее историю.

Все, что она слышала от других - от тех, кто находился за пределами возведенных ею барьеров, - это кучу лицемерных слов. "Ты можешь измениться", говорили они.

Несмотря на ответ Вайолет, Роэн лишь изрыгнул еще больше лицемерия.

Твои действия неправильны, поэтому ты виновата. Вот почему ты должен быть хорошей.

"...Не то чтобы меня совсем никто не слушал".

Вайолет подружилась с молодыми благородными дамами своего возраста. Одна из них глубоко симпатизировала Вайолет, но в какой-то момент стала держаться от нее на расстоянии. Затем она начала общаться с Эйлин.

Эйлин всегда сравнивала себя с Вайолет.

"Я недостаточно хороша по сравнению с сестрой".

"В отличие от сестры, я просто..."

"Другие люди будут любить такую, как сестра, гораздо больше, чем меня".

По мере того, как она продолжала говорить такие вещи, все больше и больше людей отрезали себя от Вайолет.

Способ Эйлин сравнивать себя с Вайолет был довольно необычным.

Всякий раз, когда она это делала, это всегда было обставлено так, что Вайолет была "злодейкой".

Иногда Эйлин рассказывала истории о том, чего Вайолет не делала, как будто она действительно это делала.

Быть непонятой за то, чего она даже не делала... Был ли кто-то еще, кто знал бы лучше?

Если Вайолет не могла никому доверять, то у нее не было другого выбора, кроме как остаться одной.

После попыток, борьбы, борьбы за признание, наконец, Вайолет стала совершенной.

Но никто не признал ее.

Ее уже заклеймили как плохого ребенка, и постепенно за ней закрепилось прозвище "злодейка".

И вот, когда леди уже не на что было опереться, она, наконец, сдалась и получила этот титул.

Перевод deabigail

С вас оценка 10 - С меня глава

[[image:/storage/reader-images/826e653baa7b83df6e68a7c35fd08aee05ca9387.png]]

"Мэри".

"...Да?".

"Я ничего не сделала, но меня все равно неправильно истолковали как виновницу. Разве это не очень, действительно, ужасно печально?"

"...Да."

"Вот почему я сделала эти вещи. Я подумала, что мне будет не так грустно, если меня будут критиковать за то, что я действительно сделала".

Именно поэтому Вайолет наконец-то стала злодейкой, которой все ее считали.

Она приказала отрезать язык сплетнику.

Она вылила вино на отвратительное лицо Эйлин.

Она ударила девушку по щеке в банкетном зале.

Она порвала всю одежду, которую Эйлин осмелилась скопировать у нее.

Она унижала девушку, не стесняясь, на глазах у других.

Она приказала отрезать ноги тому, кто стоял у нее на пути.

Она бросала вещи, разбивала многие вещи, кричала, думая, что все ругаются на нее.

Видя, что у нее нет некоторых вещей, которые были у Эйлин, понимая, что ей не хватает по сравнению с девушкой, она выбрасывала многие вещи и работала больше, чем кто-либо другой, чтобы добиться результата.

Никто вокруг нее не вызывал доверия, поэтому она злобно выступала против всех. Именно тогда на нее навесили ярлык "порочная".

Никто ей не верил, поэтому она оказалась в полной изоляции.

Иногда Эйлин снимала маску "хорошей девочки". Девушка делала это только тогда, когда оставалась наедине с Вайолет.

Она не могла никому доверять. Ей ни за что бы не поверили. Она ненавидела претенциозность девушки, ее лицемерие. Не должно было быть необходимости в том, чтобы она становилась злой только потому, что ненавидела претенциозность и лицемерие.

Но ее порочное поведение нельзя было оправдать, даже если все началось только потому, что она хотела бороться против этого.

Вайолет продолжала злобствовать против любого, кто осмеливался приблизиться. Она без конца обижала их.

Среди всех этих людей, могла ли она действительно верить, что найдется хоть один человек, который будет на ее стороне?

В конце концов, невозможно считать Вайолет совершенно невинной жертвой.

Будь то жалость, привязанность, сострадание или рационализация - что бы они ни испытывали по отношению к ней, никто по-настоящему не хотел сближаться со злодейкой Вайолет.

В ее сердце не осталось ни крупицы надежды.

Ён Ха Юн сочувствовала Вайолет, потому что понимала, что у Вайолет не было другого выбора, кроме как поступить таким образом. Но в то же время она не отрицала, что Вайолет, по сути, была злой женщиной.

Злая женщина, у которой не было другого выбора, кроме как стать такой, какой она была. У нее не было другого выхода, но зло есть зло.

"Мэри, ты тоже это видела? Когда Михаил кричал на меня. А, я тоже получала от него пощечины. Правда, сначала я его ударила".

"......"

"Так было всегда. Что я могу сказать, когда мне никто не верит? Они все говорят, что я лгунья".

"Ми... леди."

Злоба была обоюдоострым мечом. Голос Вайолет дрожал, когда она говорила, но к концу она постаралась взять себя в руки.

"...Эйлин права. В конце концов, это моя вина. Все, что я сделала, было моей собственной ответственностью, и все, что я получила, является возмездием за мои проступки".

"Это не может быть правдой! Что, что Миледи сделала такого плохого..."

"Были люди, которые потеряли свои дома из-за меня, люди, которых я оскорбляла и причиняла боль без необходимости. Могли бы они думать так же?"

"Но это только потому, что они первыми напали на вас!"

"Даже если так, в этом мире есть вещи, которые не должны быть сделаны".

"...Вы, вы не виноваты, миледи".

Мэри громко всхлипнула. Вайолет закрыла глаза и медленно погладила Мэри по волосам.

В конце концов, злой умысел был губителен для всех вовлеченных людей.

Без начала не будет конца. Без причины не было бы следствия.

Вайолет смогла разорвать этот порочный круг, поскольку находилась в самом его центре.

Однако оставалось несправедливым, что она без причины мучила невинных людей.

Мэри также хорошо знала, что Вайолет совершала ужасные поступки. Но все же она продолжала говорить, что она не виновата.

"...Я верю вам, миледи".

"Хихи... Спасибо тебе за это."

Вайолет хихикнула. Теперь она улыбалась, но ее голос все еще дрожал.

Мэри пролила слезы из-за Вайолет.

Если Роэн действительно беспокоился о Вайолет, он должен был утешить ее таким образом. Он не должен был пытаться решить все вслепую.

"...Честно говоря, я хотела умереть".

Посреди приглушенной атмосферы слова Вайолет заполнили тишину комнаты.

Она никогда не делала ничего хорошего, так что же ей оставалось делать, если не желать смерти?

"Просто у меня в голове промелькнула мимолетная мысль. Не пожалеют ли они об этом после моей смерти? Если я умру вот так, хотя бы один человек может пожалеть об этом, верно? Кто-то может вспомнить обо мне. Даже совсем немного, кто-то может подумать обо мне..."

"......"

"Нелепо, не правда ли. Я хотела умереть, но не смогла. Никто бы не пожалел меня, если бы я жила и умерла вот так".

Вайолет говорила спокойно, но Мэри осторожно обняла ее и похлопала по спине довольно неловко, но в этом была искренность маленькой девочки.

"...Kхм".

Когда разговор затих, Зило, стоявший рядом с двумя девушками и державший поднос с чаем, неловко прочистил горло.

Настроение мгновенно изменилось.

"Я на вашей стороне, миледи", - продолжала Мэри.

"......"

"Неважно, что кто-то говорит. Другие люди тоже - Эшика, Рози, Анжелика. Все на стороне Миледи!"

"Это..."

Мэри совсем не возражала против Зило. Почему-то Вайолет нашла ситуацию забавной, и поэтому она рассмеялась.

"Если подумать, вы ведь близки с молодым герцогом Михаилом, не так ли?" спросила Мэри.

"...Так и есть... так и было".

"Вы собираетесь сказать ему?"

"......"

Мэри практически зарычала на него. Зило сразу же вздрогнул.

Перевод deabigail

С вас оценка 10 - С меня глава

[[image:/storage/reader-images/93babb3d18594889d3b425eea826a56a272600a6.png]]

Каким-то образом бестактный человек, случайно оказавшийся на месте событий, услышал, как здесь ругают его некогда близкого друга.

После условного осуждения жизнь Вайолет не слишком изменилась.

Какой смысл сажать под домашний арест того, кто и так уже изгнан?

Тем не менее, круг общения Вайолет ограничился только пристройкой. Ничего особо не изменилось, кроме того, что она не могла рисовать.

Вайолет задавалась вопросом, что она может делать, кроме как спать.

Тем временем снова появился новый рыцарь. На этот раз его привел не герцог, а Зило.

Новый рыцарь был еще молод. Хотя он еще не был официально посвящен в рыцари, это был многообещающий парень с выдающимися способностями.

Поскольку он был еще молод и очень послушен Зило, молодой рыцарь относился к Вайолет с осторожностью.

Он не думал, что его уважаемый начальник скажет ему что-то неверное.

Причина, по которой Зило удалось лично выбрать рыцаря, заключалась в том, что он сказал герцогу: "Ваша светлость, новый рыцарь будет сопровождать ее светлость вместе со мной. Поэтому, чтобы нам было комфортно работать вместе, я хотел бы выбрать его лично".

Зило просил герцога, потому что не мог доверять его взгляду на людей.

Вайолет тоже подумала, что у герцога ужасный глаз на людей, и ненадолго задумалась о будущем герцогства Эверетт. Она не могла поверить, что такой герцог, как он, не разбирается в людях.

Впрочем, она не испытывала особых чувств к своей семье, поэтому ее это не очень волновало.

Продолжая жить во флигеле с людьми, которые теперь ее окружали, она заметила, что немного прибавила в весе.

Потянувшись и почувствовав тяжесть в теле, Вайолет встала.

"Ох, миледи? Почему вы держите меч?"

"Ничего особенного. Наверное, чтобы потренироваться?"

"Но это опасно".

"Со мной все будет в порядке".

Надев временную мягкую броню, Вайолет взяла в руки меч и сделала несколько выпадов. Мэри хлопала, наблюдая за происходящим.

Зило высказал свои подозрения.

"Вы научились владеть мечом, миледи?"

"Немного, еще в детстве".

"...Вы немного научились... говорите..."

Глаза Зило затуманились.

Нельзя сказать, что женщины-рыцари не были распространены в этот период времени. Определенно, при постоянных тренировках можно было добиться хороших результатов.

Вайолет рассмеялась, заметив, о чем думает рыцарь

.

"Было время, когда я хотела стать совершенной в этом. Но Эйлин меня копировала, и я сразу же бросила".

"Ах..."

Поскольку он слушал рассказ Вайолет на днях, Зило понял и коротко вздохнул.

Эйлин копировала все, что делала Вайолет. Иногда у Эйлин получалось лучше, чем у Вайолет, иногда хуже.

Когда у нее получалось лучше, чем у Вайолет, Эйлин справедливо хвалили. В присутствии Вайолет.

А когда она была хуже Вайолет, ее утешали. Как будто этого было недостаточно, Вайолет впоследствии получала выговор за то, что критиковала Эйлин.

Когда дело доходило до фехтования, Вайолет была более талантлива, чем Эйлин.

Однако в один прекрасный день Вайолет ушла.

В тот день она получила пощечину от Михаила.

"А вы случайно не хотите снова им заняться?"

"Может быть, для самообороны, но я не думаю, что у меня есть к этому способности, поэтому не хочу продолжать. Хотя, наверное, иногда я могу заняться этим как хобби".

"......"

На мгновение в выражении лица Зило промелькнул намек на меланхолию.

Он хотел спросить: все ли таланты нынешнего герцога передались герцогской леди Вайолет?

Вайолет, искренне считавшая, что у нее нет таланта к фехтованию, потренировалась несколько минут и в конце концов положила меч.

'Фух, хух...'

Два человека, сидевшие в стороне, молча наблюдали за тем, как тяжело дышит леди.

Несмотря на свой талант, Вайолет обладала слишком малой выносливостью. И, конечно же, это объяснялось тем, что в течение двух месяцев она только неторопливо гуляла и ела.

"...Миледи, вам следует делать зарядку каждое утро. Сколько вы обычно ходите?"

"...Около тридцати шагов?"

"......"

"...Нет, я хожу больше!"

"......"

"Не то чтобы мне катастрофически не хватало физической силы".

"...Моя младшая сестра тоже такая, и, конечно, благородные барышни мало двигаются, но миледи, вы просто..."

"......"

Итак, Вайолет заявила, что во время недельного испытательного срока она будет развивать свою выносливость.

Мэри тоже занималась вместе с Вайолет, после того как Зило сказал ей:

"Вы тоже должны уметь защищать себя".

"Разве это не задача рыцарей сопровождения?"

Мэри негромко зарычала в ответ. Однако Зило упрямо заявил, что не обязан защищать служанку своей госпожи.

Таким образом, рыцарь подтолкнул обеих девушек к здоровому образу жизни.

Вайолеи отложила свой деревянный меч и выдохнула.

Самой громкой мыслью в ее голове сейчас было желание вернуться в свою комнату и отдохнуть. Следующей мыслью было желание рисовать, а не заниматься спортом.

Во-первых, она занималась спортом только потому, что не могла рисовать, поэтому, конечно, ей хотелось рисовать.

Однако физические упражнения были для Вайолет просто необходимы. Ее физические силы были значительно истощены, и долго сидеть на месте во время рисования было трудно. Поэтому сейчас Вайолет старательно работала, пытаясь вытеснить из головы ненужные мысли.

Она не испытывала особой неприязни к движению, но вот то, что ей приходилось соответствовать слишком раннему времени пробуждения сопровождающего ее рыцаря, было для нее сложным.

"Еда в эти дни очень вкусная".

"Хе-хе. Тетушка Анна сказала, что готовила их от всего сердца. Должно быть, она запомнила все блюда, которые вы назвали вкусными, миледи".

"Правда? Я должна выразить ей свою благодарность".

Это была простая еда, но Вайолет она очень понравилась. Она даже улыбалась.

В романах, которые она читала в прошлой жизни, все корейцы, перешедшие или реинкарнировавшие в других мирах, говорили о том, как им не хватает кимчи. Она подумала, не стоит ли ей попробовать попросить какое-нибудь острое блюдо.

Пока Вайолет размышляла над этой маленькой проблемой, она увидела, как проходящая мимо служанка улыбнулась ей.

"...Почему все мне улыбаются? Я сделала что-то не так?"

"Ну, я не очень уверена..."

Изначально работники пристройки относились к Вайолет доброжелательно, но с тех пор, как ее поставили на испытательный срок, атмосфера стала какой-то странной.

Мэри могла только неловко улыбнуться в ответ на вопрос Вайолет.

Перевод deabigail

С вас оценка 10 - С меня глава

[[image:/storage/reader-images/c7f7a80fae44125f7a9a261efd9df6bcf70732fb.jpg]]

[[image:/storage/reader-images/087a3770815493cfe83151bd59b340f7c3028007.jpg]]

[[image:/storage/reader-images/5f1c765690c1ad2016fc0ce0aa22df9842328cce.png]]

"Добро пожаловать".

"Доброе утро!"

Рыцари, прибывшие сюда первыми для обучения, горячо приветствовали Вайолет.

Молодой рыцарь - хотя он еще не был официально посвящен в сан - был таким же новичком, как и Мэри. Вайолет беспомощно помахала ему рукой.

"Юная мисс... то есть нет, Ваше Сиятельство! Сегодня мы снова будем на вашем попечении!"

Озадаченная взглядом парня, который искрился добротой, Вайолет слегка повернула голову.

Находясь внутри герцогской резиденции, не было никого, кто бы не слышал слухи о ней. Однако с течением времени становилось все более очевидным, насколько странно они с ней обращаются.

Такое поведение людей в пристройке было бы нормальным, но совершенно странным было поведение людей, с которыми она еще не была знакома.

"Странное отношение людей ко мне. Ты что-нибудь знаешь?"

"А, вы об этом?"

спокойно ответил Зило, наблюдая за тем, как Вайолет орудовала деревянным мечом.

"Ответ заключается в том, что вы нам рассказали".

"...Что?"

"О том, что произошло, когда Ваше Сиятельство было вызвано в главный особняк".

"О чем ты говоришь?"

"Я хочу сказать, что это история, которую вы рассказали в тот день, Ваше Сиятельство".

Рядом с Вайолет Мэри провела рукой по лбу.

Вайолет едва успела рассказать Мэри свою историю, а Мэри в ответ заявила, что она на стороне леди. Однако, похоже, что за прошедшее время эта история успела распространиться по округе.

Вайолет была ошеломлена.

В тот день, когда другие спрашивали Зило о том, что произошло, он просто спокойно отвечал и рассказывал.

Он не подавал виду, но этот рыцарь был весьма свободолюбив.

"Я просто слышал. Узнав об обстоятельствах Вашей светлости, я..."

Слухи не имели границ.

Неизвестно, насколько искаженными и неверно истолкованными могли стать одни и те же слова, передаваемые от одного человека к другому.

Не была ли она сама олицетворением жертвы слухов?

Увидев недоверчивое выражение лица Вайолет, Зило переспросил.

"Мне не следовало этого говорить?"

И снова бестактный вопрос.

Вайолет с отчаянием ответила "нет".

"Ты уже сказал им, так что ничего не поделаешь..."

Кому в мире будет приятно узнать, что собственные несчастья превратились в забавную историю для других? Слух, основанный на доброй воле, может быть, и ничего, но Вайолет он был не по душе.

"...Я просто ненавижу утомительные вещи".

"Мне... мне очень жаль, миледи".

После слов Вайолет даже Мэри начала извиняться. При этом глаза Вайолет, полные отчаяния, были обращены к Мэри.

"Они также продолжали спрашивать меня, и я не знала, как еще заставить их остановиться..."

"......"

Дело обстояло примерно так.

Когда Зило спросили о том, что произошло в главном особняке, Зило вкратце рассказал всю историю этого инцидента.

Как следствие, члены пристройки также стали допытываться у Мэри о подробностях.

Слухи распространялись быстро. В обществе возникла симпатия к Вайолет.

"Нет, забудь об этом, серьезно..."

Слухи, которые раньше тянули ее назад и увлекали в пропасть, изменили свою форму.

"Это распространилось и на главный особняк?"

"Немного".

"Я сойду с ума..."

"Ах! Миледи, пожалуйста, не сходите с ума!"

Последовала пустая болтовня.

Услышав, что ее история дошла до главного особняка, Вайолет приняла строгое выражение лица.

Ей и так было неприятно осознавать, что ее история стала достоянием дружески настроенных к ней людей и ее знакомых, но вдвойне неприятно осознавать, что то же самое стало известно незнакомым людям.

Тем более что невозможно предугадать, насколько сильно эти слухи исказятся и изменятся за прошедшее время.

Вайолет предсказала, что позже появится история о том, что это "злонамеренная история, которую распространила злодейка, чтобы подставить леди Эйлин".

И ее предсказание попало в точку.

В главном особняке было не так много людей, которые встали на ее сторону из-за ее дурной славы.

"...Ну, это неважно, потому что мне больше не придется встречаться с этими людьми. Давайте просто сосредоточимся на тренировках".

"Хорошо!"

Зило выпустил несколько сухих кашлей, после чего вернулся к тренировке по фехтованию, которая со временем превратилась в обычное утреннее занятие.

Рыцарь-новичок, который был еще более бестактным, чем Зило, крикнул рядом с Мэри с такой страстью: "Я проясню ситуацию!"

На самом деле, был один факт, о котором Вайолет не знала.

После инцидента с отравлением ее репутация, видимо, несколько изменилась.

Герцог и Роэн замяли инцидент и пришли к выводу, что это не дело рук Вайолет.

Однако это лишь разделило общественное мнение.

В течение многих дней слуги герцогства обсуждали, действительно ли Вайолет спровоцировала отравление. Половина из них считала, что это сделала Вайолет, другая половина утверждала, что эти обвинения ложны.

Прежде всего, имидж Вайолет стремительно менялся, возможно, потому, что она никогда не вмешивалась в дела главного особняка с тех пор, как ее заточили в пристройку.

Защита Мэри тоже понемногу срабатывала, и даже некоторые слуги, которые жили только в главном особняке, встали на сторону Вайолет.

Среди слухов ходил один, о том, что "Эйлин сама сочинила пьесу и сама выпила яд". Однако это было мнение незначительного меньшинства.

Конечно, Вайолет никак не могла этого знать. Она надеялась лишь на то, что эти неприятные слухи не распространятся слишком сильно.

Но тут.

"Привет, Вайолет".

Роэн, по поручению герцога, приехал навестить пристройку.

Прошло около двух недель после инцидента с отравлением.

Визит Роэна был неожиданным.

Более того, на этот раз он вошел в пристройку с разрешения герцога.

Оказавшись в сложной ситуации, Вайолет поневоле нахмурилась.

Неужели этот парень пришел, чтобы спровоцировать ее, как в прошлый раз?

Увидев ее выражение лица, Роэн слегка улыбнулся ей.

"...Тогда я провожу тебя в студию. Хотя это и убогое место".

"Убогое, говоришь... Точно".

Вспомнив свои слова при последней встрече, Вайолет язвительно обратилась к старшему брату, но Роэн лишь уныло рассмеялся в ответ.

"Какие у тебя тут дела?".

"Мне нужна причина, чтобы увидеть тебя?"

"У нас не совсем дружеские отношения, не так ли?"

"...Верно. Мы..."

...нет.

В конце голос Роэна прозвучал с нотками горечи.

Глаза Вайолет сузились, когда она посмотрела на Роэна. Судя по тому, как он сейчас себя ведет, похоже, что он съел что-то не то.

Перевод deabigail

С вас оценка 10 - С меня глава

[[image:/storage/reader-images/369daab57c6898222dbf92477c183b7ff5693ccc.png]]

Вайолет была единственной, кто так думал. Когда служащие смотрели на Роэна, в их взглядах была едва уловимая мягкость.

Мэри поставила блюдца перед братом и сестрой.

Мысли маленькой девочки были четко прописаны у нее на лбу. Вайолет внутренне вздохнула.

Эта маленькая служанка иногда вела себя глупо.

Вайолет была благодарна Мэри за то, что та всегда за нее заступалась, но это было очень опасно. Вайолет сделала мысленную пометку о том, чтобы позже научить Мэри, что ей можно делать, а что нельзя.

"Итак, что ты хочешь сказать?"

спросила Вайолет и отпила из своей чашки чай, который по-прежнему был безвкусным. Роэн последовал за ней и тоже отпил чай, но тут же отставил чашку.

"Ты очень изменилась".

"...Ты пришел сказать только это?"

"Нет, это только начало".

"......"

Несмотря на то, что Роэн сейчас мягко улыбался, в этой улыбке была какая-то загадка.

Вайолет ненавидела манеру Роэна говорить.

"Ты изменилась после того, как оказалась в этом месте? Или ты решила оказаться в заточении, потому что изменилась?"

"...Просто переходи к делу".

"Мы даже не разговаривали долго. Не думаешь ли ты, что будет обидно, если я сразу перейду к делу?"

Вайолет ненадолго задумалась о том, стоит ли ей действительно плеснуть чаем в лицо Роэну.

Но в последнее время ее репутация едва ли улучшилась. Бросать чай кому-то в лицо было бы не очень хорошей идеей.

Она спокойно поставила чашку.

"Ходят слухи, что ты изменилась. Что ты наконец-то пришла в себя, Вайолет".

"......"

"Но в глубине души ты все еще не изменилась. Ты по-прежнему ненавидишь Эйлин, тебе по-прежнему не нравлюсь я, и ты по-прежнему презираешь Старшего Брата. Все то же самое."

"...К чему ты клонишь?"

"Все просто."

Роэн сделал еще один глоток чая.

В прошлом Вайолет уже взорвалась бы от гнева, спрашивая, кто это посмел подать герцогской даме такой чай. То есть чай, который по вкусу напоминал грязную воду, выжатую из тряпок.

"...Что заставило тебя измениться?"

Зеленые глаза Роэна обратились к Вайолет. Почувствовав на себе его пристальный взгляд, Вайолет невесело усмехнулась.

"Это ты, брат, сказал, что я не изменилась. А ты спрашиваешь меня, что заставило меня измениться".

"...Я неправильно сформулировал вопрос".

"Если ты настаиваешь на том, чтобы говорить одно и то же, просто вернись назад и..."

"Что я... Нет, что мы сделали такого, что заставило тебя измениться?"

Грохот.

В этот момент Вайолет резко остановилась.

Единственной, кто не мог понять, что говорит Роэн, была Мэри, и она смотрела на него широко раскрытыми глазами.

"......"

"Ты ужасно изводила Эйлин. Ты никогда не менялась, даже когда мы были детьми, даже сейчас..."

Дрожь в кончиках ее пальцев начала стихать

Вайолет поняла, почему Роэн пришел к ней.

Ты проделала весь этот путь, чтобы поговорить об этом?

Но вопрос так и остался невысказанным.

Помимо осознания, ее эмоции начали колебаться.

"Тогда это должны быть мы, а не ты".

"......"

"Я здесь, чтобы поговорить с тобой. Но рассказывать будешь ты, Вайолет, а не я".

"Сейчас - ты".

"Расскажи мне свою историю".

"Какую историю ты вообще..."

"...прости за опоздание".

Грохот, грохот.

Чайная чашка бесконечно дрожала в ее руке, потерявшей силу.

Даже если она снова и снова повторяла себе: "Все хорошо, все хорошо", эффекта не было.

Роэн улыбнулся. Это была не фальшивая улыбка, а улыбка, несущая в себе искренность.

"Я пришел извиниться перед тобой".

Конечно же, Роэна выгнали.

Грубо сказав: "Нечего тут рассказывать", Вайолет выгнала старшего брата и поднялась к себе в комнату.

Потребовалось много времени, чтобы рассказать эту историю даже Мэри.

Рана все еще оставалась открытой, и было несомненно трудно снова копаться в ней, чтобы вернуть воспоминания о тех днях.

Ей было очень больно вспоминать о них сейчас, хотя она знала, что когда-нибудь ей придется взглянуть на эту рану.

Поэтому она закрывала глаза на свою открытую рану. Она отказалась от извинений старшего брата.

Но Роэн извинился первым. Вайолет не смогла бы долго игнорировать его.

Даже если бы ей пришлось копаться в старой, давней ране.

"Мэри".

"Да?"

"Что я должна делать в такой момент?"

"Хм... Я тоже не уверена, миледи".

Мэри также не могла дать ответа.

Вайолет повернулась лицом к рыцарю, который молча стоял на месте.

Зило не смог бы дать нормальный ответ, это точно.

Ен Ха Юн, находившаяся внутри нее, спросила.

Может, сначала выслушать его?

Но ответила ей обиженная Вайолет.

Я не хочу.

Не обязательно принимать его извинения. Нет, это вообще трудно считать извинением.

Разве он не был одним из тех, кто неоднократно поносил ее своими злобными словами?

Вайолет ненадолго задумалась о том, что действия Роэна были рассчитаны.

Это вполне заслуженное предположение.

Если Роэна нельзя назвать "расчетливым", то кого же еще можно?

В конце концов, для того чтобы получить правильный ответ, Вайолет сама должна была понять, чего она хочет.

Чего она хотела от Роэна? И чего хотели от нее эти люди?

Прощения? Легче сказать, чем сделать.

Все, чего она желала, - это прожить остаток жизни, не видя этих людей.

Перевод deabigail

С вас оценка 10 - С меня глава

[[image:/storage/reader-images/a27d1eeb1acd81dd8fa3ce3af1a37a4e3ae61e13.png]]

Глубоко запрятанная обида не может так просто исчезнуть.

Она хотела, чтобы они испытали то же отчаяние, через которое прошла она. Рухнуть на землю и плакать, плакать бесконечно. Жить, мучаясь.

Однако при этом она не собиралась орудовать топором возмездия. Это было действительно противоречиво.

И она не могла сказать: "Просто утопись до смерти, ткнувшись носом в миску с водой" тому, кто пришел извиниться.

Превыше всего...

"...я чувствую себя обиженной".

На протяжении всех лет ее желание быть признанной не могло быть реализовано и оставалось лишь тлеющим пеплом после того, как огонь был потушен.

Однако проблема заключалась вот в чем: это желание, похожее на бездну, не исчезло полностью

.

Что изменится, если она расскажет ему всю историю?

Поедая печенье, Вайолет мучительно размышляла над своими мыслями.

"...Если бы это был я..."

Рыцарь, молча стоявший на страже, открыл рот, чтобы заговорить. Две пары глаз одновременно обратились к нему.

Зило облегченно кашлянул.

"Я начну с удара".

"Я слаба".

"Хотите, чтобы я ударил его вместо вас?"

"Нет, дело не в этом... Тебе это не нужно".

Если бы рыцарь ударил сына герцога, его бы обвинили в богохульстве. Очевидно, что Вайолет просто отговаривала его от этого.

Но в то же время она внутренне соглашалась. Давайте начнем с удара. Звучит неплохо. Может быть, она могла бы ударит его по зубам?

Вайолет ухмыльнулась, представляя себе этот сценарий снова и снова, пока ей это не надоело.

В конце концов, она не могла прийти к какому-то выводу прямо сейчас, даже если бы обдумала все как можно лучше.

Все эмоции и обиды, которые она пережила раньше, все, что она переживала и сейчас, - все это так отчаянно кричало.

Она была на взводе, и понимала, что в таком состоянии ей не до принятия решения.

"Дай мне еще печенья".

"Миледи, вы уже опустошили целую тарелку".

"Все равно..."

"Вы ведь сегодня еще не тренировались?"

"......"

Вздохнув, Вайолет поднялась со своего места.

Когда в голове много мыслей, лучшим вариантом действий было движение тела.

Прошла неделя с тех пор, как Роэн извинился.

И всю прошедшую неделю второй молодой господин герцогского дома присылал в пристройку множество подарков.

Цветы, еда, одежда, краски, легкая рапира и многое другое. Подарки были самые разнообразные.

Однажды, получив подарки за день, Вайолет прижала кончики пальцев к пульсирующему виску.

Большинство подаренных ей вещей имели простой рисунок. Возможно, он понял, что ей не нужны показные платья. Напротив, ткань всех присланных вещей была очень мягкой.

"Как искренне..."

Как искренне и безумно расточительно.

"Что сегодня сказал молодой господин?"

"Ничего особенного, просто спросил, хорошо ли проходит мой день, я думаю?"

"Второй молодой господин совсем не такой, каким я его себе представляла".

"Не общайся с ним. Такие, как он, - самый опасный тип".

Наряду с подарками, появившимися в результате безумных трат Роэна, он каждый день отправлял по одной открытке.

Большинство из них содержали лишь простые приветствия.

"Миледи..."

"Что?"

"В последнее время до меня доходят странные слухи. Я не уверена, но... Может быть, Второй Молодой господин не такой уж плохой человек?"

"......"

Услышав слова, сказанные Мэри с сомнением, Вайолет вздохнула.

Подобные ситуации были ей чертовски неприятны.

Такая ситуация должна была изменить мнение людей, заставить их неизбежно поколебаться, как будто они ничего не могли с этим поделать.

Если бы она и дальше избегала Роэна, то в конце концов снова стала бы плохим человеком.

Неужели Роэн с самого начала стремился именно к этому?

С трудом подавив желание закричать от досады, Вайолет жестом указала на Мэри.

В свою очередь, Мэри немедленно замолчала. Она постоянно следила за настроением Вайолет.

Теперь, когда Вайолет подумала об этом, Михаил вел себя слишком спокойно, несмотря на то, что Роэн в последнее время демонстрировал замечательный послужной список. Михаил уже должен был ворваться в пристройку и обрушить на нее всю свою ярость.

Вспомнив этого неприятного человека, Вайолет нахмурилась и отложила кисть.

"Сэр рыцарь".

"Аэ, вы закончили свое занятие, миледи?"

"Нет, просто немного побаливает".

"Тогда вы здесь, чтобы позаниматься?"

"Нет, просто пришел осмотреться".

Зило на мгновение оживился, но вскоре снова сдулся. Новоприбывший рыцарь, которого Зило практически избивал, коротко крикнул: "Пожалуйста, спасите меня, Ваше Сиятельство!"

"Ты знаешь, чем этот парень занимается в наши дни?"

""Тот парень"?"

"Молодой господин Михаил".

"...Разве вы не родственники?"

"У нас не такие отношения, чтобы я называла его "дорогой брат"".

"А."

Продолжая сражаться с молодым рыцарем, Зило недолго размышлял и вскоре ответил.

"Я не совсем уверен, миледи, но ходят слухи, что статус молодого герцога Михаила как наследника герцога может быть аннулирован. Я слышал, что это связано с его высокомерным и снисходительным поведением, но, честно говоря, не могу сказать точно".

Вайолет не ожидала услышать такое.

"Кроме того, идет масштабное увольнение... В общем, много чего происходит. И я также слышал, что слухи о вас тоже распространяются".

Услышанное Зило можно резюмировать так:

Во-первых, статус Михаила как наследника герцога был на грани отмены.

Во-вторых, началось массовое увольнение сотрудников главного особняка.

В-третьих, распространялись благоприятные слухи о Вайолет.

И хотя все это было так или иначе связано с ней, Вайолет совершенно не понимала, что происходит. Она обхватила лоб одной рукой.

Она была совершенно ошеломлена этими событиями. Она чувствовала, что у нее назревает головная боль.

Все менялось не в ее пользу, и это было так непривычно. До такой степени, что ей стало страшно.

Перевод deabigail

С вас оценка 10 - С меня глава

[[image:/storage/reader-images/a42eb31a42c3206452359c1b41aa3e492474faab.png]]

"......"

"Привет~?"

Фиолетовые и зеленые глаза встретились.

Вайолет сдержала недоумение, которое бурлило внутри нее.

Почему этот человек здесь?

По лицу Вайолет было видно, насколько абсурдной она считает ситуацию, но Роэн только рассмеялся, словно не замечая этого.

"Ох, может быть, вы уже закончили на сегодня?"

"Нет... еще нет".

"Тогда, пожалуйста. Я буду на вашем попечении".

О чем только думал этот парень.

Вайолет была вынуждена убрать руку.

Чтобы объяснить, почему они сейчас оказались лицом к лицу, необходимо немного отмотать назад.

С Вайолет уже давно сняли испытательный срок, но она страдала от некоторой вялости. По рекомендации окружающих она стала больше заниматься то там, то здесь.

Она занималась спортом, рисовала, иногда общалась с Мэри.

И, пытаясь выбрать подходящий момент, она одновременно готовилась к следующему выходу в свет. Ей стало известно, что герцог поджал за ней хвост, но она не могла протестовать против этого, поскольку это было сделано под предлогом защиты.

О том, что она тайком сбегала из дома во время своего заточения, уже стало известно. Если нет официальных проблем, она может свободно гулять.

Однако у Вайолет были разные причины, почему она до сих пор не вышла на улицу.

Самая главная причина заключалась в том, что она не уверена в том, что сможет встретиться со слухами лицом к лицу.

Поэтому только после того, как она в какой-то степени пришла в себя, она начала понемногу выходить на улицу.

Было приятно выйти на улицу впервые за долгое время.

Ее узнавали, но никаких слухов, которые так ее волновали, она не слышала. Так что Вайолет свободно наслаждалась прогулками.

Она носила не слишком свободную одежду, ела в шумных ресторанах, ходила по торговым кварталам и покупала несколько приглянувшихся ей вещей. Иногда ее обдирали, иногда она торговалась.

Вайолет была довольна тем, что делала все это. Это было еще и потому, что благодаря физическим упражнениям у нее прибавилось сил и выносливости.

Кроме того, она регулярно сидела перед фонтаном, открывала вывеску, обозначающую, что она открыта для бизнеса, и, как обычно, рисовала портреты.

Она была довольна своими спокойными днями.

С первого раза Вайолет стала часто выходить на улицу.

Первые несколько раз она невольно испытывала некоторую стеснительность, так как знала, что люди герцога наблюдают за ней.

Однако, вкусив сладость побега, она была слишком занята, чтобы обращать внимание на подобные стеснения.

Зило, который поначалу так отчаянно противился прогулкам Вайолет, теперь сам делал все возможное, чтобы она была свободна.

Вайолет обменивалась приветствиями с некоторыми людьми, которые стали ей знакомы после нескольких встреч, а также рисовала простые портреты тем, кто хотел их получить.

В день, когда она вышла в третий раз...

"Вы еще открыты?"

"Ах, да. Это будет последний..."

"Привет~?"

Вайолет подняла голову и увидела перед собой Роэна.

Похоже, он вышел без охраны и был одет небрежно.

Он даже не скрывал, что является высокородным, и все же попросил ее нарисовать ему простой портрет в таком месте.

"О, может быть, вы уже закончили?"

"Нет... пока".

"Тогда, пожалуйста. Я буду на вашем попечении".

Люди начали пялиться.

Одной внешности Вайолет было достаточно, чтобы привлечь к себе внимание, но помимо нее еще большее внимание привлекал Роэн - очень явно молодой дворянин.

Почувствовав, что на нее направлено бесполезное внимание, Вайолет спряталась за свой этюдник и быстро убрала руку.

Она понятия не имела, как оказалась в подобной ситуации, но сейчас она была сосредоточена на том, чтобы поскорее закончить его портрет и отправить его как можно скорее.

'Почему этот человек здесь?'

Вайолет почувствовала, как внутри нее поднимается чувство несправедливости.

Почему этот парень хочет, чтобы Вайолет нарисовала его, когда он мог бы просто позвать какого-нибудь известного художника, чтобы тот нарисовал ему портрет, который он так хотел, а?

И, кроме того, почему именно сегодня.

Правда, она тайком играла, несмотря на то, что находилась в заточении... Но она не хотела, чтобы этот факт распространился в главном особняке.

"Есть ли причина, по которой вы рисуете портреты в таком месте?"

"...Это хобби".

"Кажется, это не похоже на то, что можно увидеть в студии".

"Это хобби".

"Хаха. Учитывая, что это всего лишь хобби, у вас потрясающие навыки".

Он что, смеялся над ней?

Слушая бесстрастную манеру Роэна разговаривать с ней, как будто они не были знакомы, Вайолет мысленно перечитывала буддийские писания.

В детстве ее заставляли заучивать эти писания, и она поняла, насколько они полезны в такие моменты.

Какое бы выражение лица ни было у Вайолет, улыбка Роэна не сходила с его губ.

В такой ситуации Вайолет начала представлять себе всевозможные сценарии развития событий - какие угрозы или попытки шантажа этот парень собирается ей предложить.

Не в силах больше выносить эти мысли, Вайолет поставила последнюю точку на портрете Роэна, зачеркнув бумагу ножом.

"Готово".

"Ммм..."

Из-за кипящего в Вайолет гнева Роэн, изображенный на ее рисунке, получился немного... уродливым.

Хотя, сказать "немного" было слишком расплывчато, но очевидно, что на портрете Роэн выглядел уродливее, чем во плоти.

'Неужели я действительно выгляжу таким проницательным?'

Пока Роэн боролся с этой мыслью, Вайолет быстро встала и собрала свои инструменты. Группа, сопровождавшая ее, уже давно замерла из-за внезапного появления второго сына герцога.

"Подождите минутку, Ва... Леди".

"Прошу прощения, но мне нужно идти".

"Я хотел спросить, не могли бы вы уделить мне минутку".

Один из тайком наблюдавших за происходящим прохожих присвистнул, увидев, как Роэн вдруг попытался удержать Вайолет.

Голова Вайолет пульсировала.

"Похоже, он признается", - прошептал кто-то.

"А мисс Элла все-таки довольно симпатичная", - ответил кто-то другой.

Вайолет подавила закипающий гнев, услышав вокруг себя тихие голоса.

Простите, но мы полнородные братья и сестры.

Но Вайолет не могла этого сказать. Она стиснула зубы и заставила себя улыбнуться.

С трудом выговаривая слова сквозь стиснутые зубы, она сказала: "Сэр, у меня нет времени..."

"Я влюбился в вас с первого взгляда. Неужели у меня действительно нет никаких шансов?"

Этот ублюдок?

П:чо...чочочочочо....и-инцест???

Перевод deabigail

С вас оценка - С меня глава

[[image:/storage/reader-images/80edf8cbad59c5c6b10609d34cf7aa1808cc438a.png]]

Вайолет еще сильнее стиснула зубы, с трудом сдерживая готовые сорваться с губ маты.

Рядом с ней Мэри пристально смотрела на парня. Зило, напротив, выглядел взволнованным.

Мальчик-рыцарь спросил: "У них такие отношения?" - и тут же получил удар от Зило.

Одно за другим, и вот некоторые из зрителей произнесли ужасающие слова: "Примите его!".

"......"

"Это всего лишь мгновение. Разве оставаться в таком виде не более неловко?"

"...Серьезно. Тогда на минутку."

"Да, спасибо."

Услышав ее неизбежное разрешение, Роэн рассмеялся.

Он упомянул, что ему нужно кое-что сказать Вайолет наедине, поэтому Мэри и рыцарей сопровождения пришлось отослать.

Чтобы успокоить рыцарей, которые слегка протестовали, говоря, что их нельзя отсылать по соображениям безопасности, Роэн повел Вайолет в чайный домик.

Это чайная, которую обычно посещают богатые купцы и редкие аристократы. Внутри никого не было.

Заметив недоуменное выражение лица Вайолет, Роэн сказал,

"Я арендовал его на целый день".

Действительно, это была та самая безумная трата, на которую способен возвышенный второй сын герцога.

Официант провел их к столику у окна, и, когда они уселись, между ними повисло неловкое молчание. Больше не было необходимости притворяться, ведь теперь за ними никто не наблюдал.

"Ты опять следил за мной?"

"Это не слежка... Как ты думаешь, почему я это делаю?"

"Сначала я пыталась списать это на совпадение, но, учитывая, что ты арендовал все помещение, и то, что тебя все-таки сопровождали, трудно поверить, что это не было преднамеренным".

"Я не буду отрицать, что я арендовал это место с целью встретиться с тобой. Но я не следил за тобой и не проводил расследование".

Холодный голос Вайолет заставил Роэна мягко улыбнуться.

Служащие вышли из комнаты, чтобы оставить их наедине.

Даже после того, как он сделал глоток чая, на лице Роэна появилось выражение, говорящее о том, что он все еще пересох.

" и что же?"

"Я только что услышал слух. Что есть некто, кто открывает портретный киоск у фонтана на городской площади. Что художница довольно молоденькая и является среброволосой красавицей."

"......"

"Серебристые волосы не так уж часто встречаются, не так ли?"

Нет, не очень, - внутренне ответила Вайолет.

Даже если бы она попыталась провести подсчет, чтобы выяснить статистику, ответ был бы однозначным.

"Неприятно встретить тебя так. Я не хочу, чтобы это повторилось".

"Но ведь тебе никогда не бывает приятно со мной встречаться, верно? Ты даже не отвечаешь на мои письма..."

"Потому что я не хочу с тобой разговаривать. Какой смысл сейчас пытаться разговаривать?"

"Может быть, есть смысл, а может быть, и нет. Кто знает?"

Вайолет сделала глоток чая. В его сладости чувствовался намек на кислинку. Она нашла его вкусным.

"И тебе опасно ходить в таком виде, Вайолет. Нет, здесь ты Элла, не так ли. Не думай, что до сих пор ты была в безопасности, потому что тебе повезло".

"Молодой господин, что бы я ни делала, это не твое дело, так что..."

"Ты знаешь, что твоя внешность выделяется. У тебя серебряные волосы и фиолетовые глаза".

"......"

Он что, угрожал ей?

Вайолет нахмурилась, когда он указал на ее внешние особенности.

Она уже представляла себе бесчисленное количество вариантов развития событий, связанных с Роэном, но неустанно сдерживала себя, чтобы не воплотить свои фантазии в реальность.

"...Вряд ли стоит так напрягаться ради такой замечательной истории".

"Это не должно быть так обременительно, ведь эта история уже была рассказана ранее".

"......"

Официант вернулся и подал прохладительные напитки. Вайолет нахмурилась, глядя на пирожное, сверху которого было много черники.

С некоторых пор Вайолет стала тверже. Она не хотела рассказывать ему свою историю.

Даже после трех недель отправки подарки за подарками, которые постоянно отвергались, Роэн улыбался.

Он осторожно отрезал ножом и вилкой кусочек пирога.

"Мне очень жаль".

Он сразу перешел к делу.

"За то, что не слушал тебя, не верил тебе и только подталкивал к тому, чтобы ты стала плохим человеком".

"......"

"...Прости меня за все, что я сделал, чтобы ты стала плохой".

Его голос упал до тихой тишины.

Она надеялась, что этого не произойдет, что он не будет извиняться перед ней. Тогда она сможет оставаться плохим человеком до самого конца.

Она еще не решила, как к нему относиться.

Вайолет на мгновение показалось, что она ослышалась. Она была в недоумении.

В голове бушевало столько эмоций, и она пыталась подавить их все.

Нельзя было совершать необдуманные поступки, находясь в эмоциональном состоянии. Тем более что она не знала, как этот импульсивный поступок отразится на ней в дальнейшем.

Однако кому принадлежала эта буря эмоций? Кто старался сохранять спокойствие?

Даже если теперь у нее были воспоминания Ён Ха Юн, Вайолет жила своей нынешней жизнью. Она знала, что не сможет вечно закрывать глаза на свою боль.

"Я..."

Едва справляясь с дрожащим голосом, Вайолет издала слабый звук.

Ее слова едва можно было разобрать. Ее голос постоянно дрожал, как будто в любой момент мог сорваться.

"...Я не заслуживаю никаких извинений".

"Вайолет".

"Меня не толкали, чтобы я стала плохим человеком. Я и есть плохой человек".

"......"

"Ты собираешься отрицать все те поступки, которые я совершила до сих пор?"

Ее фиолетовые глаза были неподвижны.

Роэн очень хорошо знал эти глаза.

Перевод deabigail

С вас оценка 10 - С меня глава

[[image:/storage/reader-images/1367d228d69152221aaf3b9264c42e97dc7b4443.png]]

Глаза Вайолет, когда она смотрела на Роэна, Эйлин, Михаила, слуг резиденции.

Этот взгляд, в котором было столько ненависти, словно покрыт ядом и шипами.

Яд и шипы служили для ее защиты, но в итоге они лишь навредили ей самой.

"...Ты никогда не была плохим человеком".

"Тебе легко говорить, да. Как ты можешь так говорить? Что мои поступки не были злыми... Что я не плохой человек?"

"......"

Смешно, правда.

Даже если она была жертвой, это не отменяло того факта, что она причиняла зло другим.

Море людей, лишившихся нормальной жизни из-за капризов Вайолет, наверняка бы фыркнули, услышав эти слова Роэна.

Ён Ха Юн тоже прекрасно понимала, что Вайолет - плохой человек.

"...Это нелегко сказать".

"Тогда для тебя все это, наверное, просто шутка. Ну, было время, когда все было..."

...адом для меня, но для тебя это ничего не значило".

Вайолет подумала, что извинения Роэна были слишком легкими.

Ни за что на свете я не позволила бы вознаградить тебя за такое извинение. Время, когда я обижалась на других и причиняла боль другим, только для тебя считается ушедшим в прошлое.

Все это, что толкнуло меня в пропасть...

Это было ужасно эгоистичное чувство. Но она знала, что такой эгоизм - суть ее сущности.

По губам Вайолет разлился смех. Так трудно было справиться с нахлынувшими эмоциями.

"Почему ты извиняешься передо мной? Почему именно сейчас?"

"......"

"Я не была, я не была плохим человеком, ты говоришь... Ха, хахаха. Я не плохая, я не сделала ничего плохого..."

Говорил этот человек, тот самый, который насмехался и издевался над ней в то время, когда она хотела, чтобы кто-то - кто угодно - был на ее стороне. Этот человек, здесь и сейчас, который только издалека смотрел на раны другого человека.

"...Мне очень жаль".

Заставив рот не открываться, Роэн еще раз извинился.

Плак, плак.

Переполнявшие ее эмоции, которые уже невозможно было сдержать, вырвались наружу в виде слез.

Раньше Вайолет со злобным выражением лица ни разу не плакала. Она просто проклинала всех с ядом в глазах.

Она выстроила вокруг себя более прочную стену.

"Почему? Ты всегда так говорил, да? Что я просто должна быть хорошей. Потому что я плохая, а не хорошая. Я плохая за то, что не могу относиться к этой девушке по-доброму, я плохая за то, что рву ее одежду на куски, я плохая за то, что выбрасываю ее вещи и причиняю вред людям, которыми она дорожит."

"......"

"Из-за того, что я не старалась, я добилась только этого. Она упорно трудилась, чтобы добиться самых блестящих результатов, а я..."

"......"

"Я - злодейка, поэтому естественно, что я плохая. Так мне сказали".

Возмущенный голос замолчал.

Не говорите больше ничего. Не жалейте меня больше. Я не должна показывать свои эмоции. Я все еще не изменилась...

Вайолет прикусила нижнюю губу. Ее рот двигался сам по себе, несмотря на то, что она снова и снова пыталась подавить себя.

"Неужели... Неужели это не настолько важно, чтобы все закончилось лишь несколькими простыми извинениями?"

"......"

"Много раз я желала вам всем смерти. Я каждый день молилась, чтобы вы умерли более мучительной смертью, чем я, чтобы вы стали такими же несчастными, как я. Я желала, чтобы вы все лежали лицом вниз и унижались под моими ногами. Я желала, чтобы вы ползали по полу, говорили, что вы не правы, жалко падали и страдали".

По мере того как Вайолет продолжала, с лица Роэна исчезало всякое подобие улыбки. Она говорила о таких проклятиях, и ненависть в ее голосе пронзала до глубины души.

"Так что же ты сделал не так?"

И пока она задавала этот вопрос, эмоции, бурлившие за спиной Вайолет, необъяснимо усложнились.

Роэн, несмотря на то, что судорожно держал в руках чашку с чаем, много раз открывал и закрывал губы, прежде чем наконец заговорил.

"...За то, что ты сказала, что то, что ты не сделала, это твоя вина".

"......"

"За то, что не послушал тебя и не поверил тебе, потому что был предубежден и назвал тебя лжецом..."

"......"

"...И за то, что сделал тебя злой. Все."

Вайолет показалось, что извинения Роэна прозвучали неубедительно, но когда он продолжил говорить, его голос начал сильно дрожать к концу.

"Я больше не буду делать таких вещей. Я не говорю это легкомысленно. Поэтому хотя бы раз я подумал, что нам стоит поговорить и..."

Это было грубое извинение и оправдание.

Было время, когда Вайолет жаждала расположения своей семьи. Она надеялась получить их признание, надеялась, что они пожалеют обо всем этом.

Она мечтала о том дне, когда они извинятся.

При дальнейшем рассмотрении обиды, которую она испытывала, выяснилось, что именно ее семья породила эту обиду.

"...Молодой лорд".

Вайолет произнесла это обращение, словно обдумывая слова.

"Чего ты хочешь?"

Выражение лица Вайолет не поддавалось описанию.

Роэн, выяснявший местонахождение Вайолет и людей, с которыми она была связана, наконец понял, что он сделал со своей младшей сестрой.

"Сейчас ты извинился. А дальше что? Ты хочешь, чтобы я тебя простила?"

"......"

"Ну что, вернемся к тому, как было в старые добрые времена? Хаха, хохо, просто так посмеяться? Ах. Интересно, когда это мы так поступали в прошлом... Тогда, может быть, ты хочешь, чтобы мы имитировали гармоничную семью? Или, может быть, ты просто хочешь избавиться от чувства вины?"

"......"

"Придя сюда и извинившись таким образом, чего ты хочешь от меня?"

Перевод deabigail

С вас оценка 10 - С меня глава

[[image:/storage/reader-images/57048540cc1db4d695736959989d217fc7880bd8.png]]

Вайолет уже перестала надеяться на свою семью. Она уже отказалась от собственной жизни.

До тех пор пока она жила, она оставалась верна своей сущности дочери герцога. Но она отказалась от этого и попросила о самозаточении.

В итоге все так и вышло.

Отставка Вайолет была само собой разумеющейся, и она разорвала связи со всеми.

Даже если эти связи были связаны кровью.

"...Я не извиняюсь в обмен на твое прощение".

Роэн продолжал говорить, но слабо.

"Все так, как ты сказала. Я обидел тебя".

"......"

"Только из-за этого. Вот почему я прошу прощения".

Возможно, отчасти это было сделано для того, чтобы успокоить себя и снять часть своей вины. Это было извинение, которое другой человек не хотел слышать, и все же он пошел вперед и сказал его, хотя знал, что несколько простых слов не смогут компенсировать всю боль, причиненную ей до сих пор.

И все же это было лучше, чем ничего не сказать.

"Что бы ты ни думала обо мне, решать тебе. И от тебя также зависит, примешь ли ты мои извинения".

"Я просто хотел извиниться. Мне жаль."

Когда Роэн заговорил, выражение его лица тоже показалось Вайолет знакомым.

Выражение, которого она не видела с тех пор, как десять лет назад, когда он все еще заботился о своей младшей сестре.

"Я не приму твоих извинений".

"Ну и ладно".

"Я больше никогда не буду называть тебя "братом"".

"...Хорошо."

"Я все равно буду тебя ненавидеть".

"Хорошо."

"Я молюсь, чтобы этот неприятный вопрос больше не поднимался в будущем".

"Если ты этого хочешь".

Окончательно успокоив свои эмоции, Вайолет спокойно наблюдала за Роэном.

Именно этот человек красноречиво унижал ее, говорил, что она во всем виновата без тени сомнений, всегда приводил к свершившемуся факту из-за предрассудков.

Сколько раз она ему доверяла? Сколько раз он наносил ей ответный удар в спину?

Было так много случаев, когда она надеялась, что Роэн поверит ей, но каждый раз оставалась с совершенно разбитым сердцем.

Раны, нанесенные ей в детстве, до сих пор не зажили. Даже если она притворялась спокойной, в ее сердце все еще жил тот обиженный ребенок.

Никто не верил ей. Все критиковали ее. А этот маленький ребенок все еще плакал от боли.

Вайолет не пыталась определить, искренни ли эмоции, скрывающиеся за выражением лица Роена.

Вместо этого она с подавленным гневом произнесла следующие слова.

"Я молюсь, чтобы то, что случилось сегодня, больше никогда не повторилось".

Сказав это, Вайолет уже собиралась подняться со своего места, но остановилась.

"Молодой лорд".

"...Да?"

"Могу я вас ударить?"

"Что?"

Не успел Роэн произнести это слово, как кулак Вайолет уже был приложен к его лицу.

Когда Вайолет била второго благородного молодого господина герцогства Эверетт, в ее движениях не было ни малейшего колебания.

'Боже, как приятно'.

Вайолет, ударив Роэна один раз по совету сопровождавшего ее рыцаря, быстро покинула чайную, не оглядываясь.

Роэн сидел, ошарашенно блуждая глазами в воздухе, и одной ладонью сжимал место, куда пришелся удар.

Рука Вайолет была очень тяжелой.

Время летело, хотелось того или нет. И после извинений Роэн стал чаще встречаться с Вайолет.

Она встретила Роэна кислым взглядом.

"У тебя, должно быть, полно свободного времени".

"Нет, на самом деле я занят".

"Тогда почему ты настаиваешь на том, чтобы приехать ко мне?"

"Это правильно - прилагать сознательные усилия, пытаясь восстановить разрушенные отношения".

Как дерзко прозвучали эти слова. Она, конечно, не ожидала, что он так уверенно придет сюда под предлогом восстановления их отношений.

Вайолет удалось успокоить себя. Она старательно сдерживала желание плеснуть Роэну в лицо чаем.

Видя, что выражение лица Вайолет мрачнеет с каждой секундой, Роэн все же пожал плечами.

"Я не вру, что занят. Есть много дел, которые я должен сделать".

"Конечно..."

"Похоже, ты мне не веришь".

"Ты изначально был таким занятым человеком, молодой лорд. Так что, конечно же, ты вдруг стал занят еще больше".

"Должен ли я просто радоваться, что ты мне веришь..."

На самом деле в этой комнате был спокоен только Роэн и только Роэн.

Даже молодой рыцарь, стоявший рядом с Вайолет для сопровождения, выглядел весьма неуютно. Столкнувшись с таким наглым человеком, как Роэн, любой нормальный человек почувствовал бы себя так, словно сидит на терновой подушке.

"О, чай стал немного лучше".

Лицо Роэна было не просто железной пластиной. Оно полностью сделано из орихалка.

"О, точно. Кстати, скоро для тебя будут новости. Хотя это может занять некоторое время, потому что они еще не подтверждены".

"Хорошо..."

Полушутя ответив, Вайолет нахмурилась.

"Не говори мне. Все идет своим чередом даже без моей воли..."

"Наполовину верно. Я обязательно спрошу у тебя разрешения, прежде чем что-то предпринять. Не волнуйся".

Подумав, что его младшей сестре это понравится, Роэн отвел глаза.

Вайолет лишь вздохнула.

Аристократы того времени действительно не умели уважать мнение других людей.

"И, Вайолет".

"......"

"Будет лучше, если с этого момента ты не будешь выходить на улицу одна".

"Ненужное вмешательство".

"Это не совсем лишнее. Скажи, ты сильна физически?"

Слабо улыбнувшись, Роэн продолжил.

"Тебе повезло не только в том, что до сих пор ты была в безопасности. Как бы скромно ты ни одевалась - нет, чем скромнее ты одеваешься, тем больше криворуких людей будут пытаться подойти к тебе. И если случится худшее, их не смогут остановить только два рыцаря сопровождения".

"......"

Предупреждение Роэна было разумным, но молодой рыцарь вздрогнул.

Тем временем Зило, стоявший чуть позади, молча кивнул в знак согласия.

Перевод deabigail

С вас оценка 10 - С меня глава

[[image:/storage/reader-images/df69c2e4854f50861af956b6b57e3d45a1455ab9.png]]

Иными словами, до сих пор Вайолет была в безопасности не потому, что ей везло, и не потому, что все вокруг были хорошими людьми.

А потому, что кто-то контролировал ситуацию из тени. Только поэтому она могла без проблем гулять на улице.

"...Я подумаю об этом".

"Не просто подумай".

"......"

Вайолет перевела взгляд на Роэна.

Очевидно, что в ее глазах читалось явное недовольство, но Роэн лишь бесстрастно ухмыльнулся.

Даже если бы она чувствовала разочарование от того, что остается только в пристройке, это было бы неизбежно.

"Если хочешь выйти куда-то, получи официальное разрешение. Так к тебе будет приставлено больше рыцарей сопровождения".

"Вы говорите так, будто все знаете, не так ли, молодой лорд?"

"А я знаю?"

"При всем уважении, вы ведете себя несносно. Вы и так вызываете отвращение, так что, если вы будете вести себя подобным образом, вы станете еще более отвратительным".

"А, это проблема, не так ли..."

Разговор продолжался с насмешкой только с одной стороны. Вайолет посмотрела на Роэна. Она хотела спросить: "Разве ты не говорил, что чувствуешь себя виноватым передо мной?", но решила не делать этого.

Поведение Роэна было слишком наглым, учитывая, что он должен был быть тем, кто извиняется перед ней.

Что вообще творится в его мозгу? Выражение лица Роэна было таким же нечитаемым, как и всегда, поэтому трудно было понять его намерения.

Пока Вайолет пыталась угадать, о чем думает Роэн, короткая встреча между ними закончилась.

Судя по тому, что его лицо выглядело довольно усталым, не стоило врать, что он очень занят. Вскоре он покинул пристройку, оставив после себя пару новых туфель. Это был его сегодняшний подарок ей.

Это была еще одна покупка этого сумасшедшего транжира.

Отношения были хрупкими. Как было бы здорово, если бы их было так же легко починить, как и сломать. Но, в конце концов, очень трудно исправить однажды разрушенные отношения.

Даже если удастся соединить все кусочки тарелки, следы все равно будут видны, не так ли?

Это касается не только Вайолет и Роэна.

"Так много всего сделано, ха. Почему я ничего этого не знал?"

Наблюдая за тем, как горят документы, Роэн вздохнул.

Был ли этот человек наглым или просто глупым, он не знал.

Если бы не было льва, лиса провозгласила бы себя королевой. А поскольку она властвовала над остальными как королева и одновременно притворялась кроликом, чтобы поймать такую лису, придется приложить немало усилий.

В доме Эвереттов было немало людей, которые вошли в него вместе с Эйлин, когда ее удочерили.

После смерти матери и отца Эйлин некому было вести хозяйство, и многие из их работников оказались на грани того, чтобы остаться на улице без работы.

Поэтому герцог щедро писал им рекомендательные письма, чтобы они могли найти работу в другом месте, а всех тех, кто был близок к Эйлин, нанимали непосредственно в герцогском доме.

Но в какой-то момент близкие к Вайолет были уволены. Это произошло потому, что полномочия по управлению внутренними делами герцогства перешли в руки лисы.

И след этого лиса был очень тонким. Роэн неосознанно выпустил звук восхищения.

Если бы этот вопрос его не волновал, Роэн похвалил бы преступника за сообразительность. Конечно, они неэффективно оставили улики, но то, как они действовали, несомненно, было хитроумно.

Более того, если бы целью лисы была не Вайолет, он бы с радостью отпустил лису и позволил ей и дальше сеять хаос в герцогском поместье.

Но Вайолет ненавидела хитрость Роэна. Она ненавидела то, что он использовал все в своих интересах.

Поэтому то, что он будет делать дальше, не должно было дойти до ушей Вайолет.

"Итак, что же мне делать?"

Змей рассмеялся.

Михаил У. Эверетт(хуйверет) был честным человеком(нет).

Скорее, он последовательно придерживался своих убеждений, даже если на самом деле они были ложными. Трудно сказать, действительно ли он честен и неподкупен или просто глуп.

Свою праведность он унаследовал от отца - рыцаря - и рос, питая множество ожиданий, поскольку был старшим сыном. Он был особенно несгибаем и упрям.

"В последнее время ты занимаешься только бесполезными делами", - фыркнул Михаил.

"Они не бесполезны... Но, брат, разве тебе не нужно быть более осторожным в своих действиях и словах, раз уж на кону стоит твое престолонаследие?"

"Бесполезная чепуха".

Этот молодой человек был наследником герцогства с момента своего рождения.

Возможно, именно поэтому, но, судя по всему, он ни разу не подумал, что ошибается.

Молодой герцог насмешливо произнес.

"Брат, ты все еще думаешь, что Вайолет отравила Эйлин?" спросил Роэн.

"Ты все еще несешь чушь?"

"Я спрашиваю тебя искренне".

Михаил нахмурился, глядя на широко улыбающегося Роэна.

Михаилу и самому было трудно заснуть из-за слухов, которые распространялись в главном особняке. Все это действовало ему на нервы.

В эти дни он был похож на бомбу замедленного действия, а тут еще младший брат, который, похоже, специально нажимал на его кнопки. Как он мог выдержать, чтобы не взорваться?

"Если ты скажешь еще хоть одну бесполезную вещь, я не позволю тебе уйти от ответа".

"Что значит "бесполезный"? Ты не собираешься отвечать на мой вопрос?"

Сохраняя невозмутимый вид, Михаил направился прямо к Роэну. Поскольку он обладал огромным телосложением и ростом более 190 см, от него исходила гнетущая атмосфера.

Однако, несмотря на это давление, Роэн лишь широко улыбнулся.

"Ты что, с ума сошел после блаженного общения с этой чертовой злодейкой?"

"...Она все еще наша младшая сестра".

"Ха, быть братом и сестрой с этой тварью. Просто отвратительно". (Умри)

Перевод deabigail

С вас оценка 10 - С меня глава

[[image:/storage/reader-images/445a8d167cde055fa08399701a23de98341c2ee8.png]]

Михаил продолжал излучать пугающую ауру, но на его губах появилась кривая улыбка.

"Отлично. Ты спрашивал, считаю ли я, что Вайолет отравила Эйлин, верно? Это несомненно. В этой резиденции! Вайолет - единственная, кто ненавидит этого бедного ребенка! Кто еще, по-твоему, может отравить герцогскую леди?!"

"......"

Роэн сделал шаг назад от Михаила.

Вайолет привыкла спорить с Михаилом даже в подобной ситуации.

Осознав, сколько злобы накопилось в его младшей сестре, Роэн горько усмехнулся.

"Ты просто продолжаешь говорить бесполезные вещи".

"Вайолет этого не делала. Есть же доказательства, не так ли?"

"Подобные доказательства и документы можно многократно подделать. Ты, как никто другой, должен это знать".

"Значит, ты хочешь сказать, что расследование отца было небезупречным?"

"Он - герцог Эверетт. Человек, который всегда был и будет слеп к той злодейке, которую он называет своей дочерью".

"Это правда, что любимица отца - Вайолет. Но неужели ты действительно считаешь это дитя злом?"

"Теперь ты называешь ее так ласково, да?"

"По крайней мере, я могу сказать, что мы стали ближе друг к другу по сравнению с тобой, брат".

Собака зарычала, в то время как змея ответила бесстрастно.

Михаил ответил: "...Ты, наверное, тоже сходишь с ума".

Михаил разочарованно хмыкнул и продолжил.

"Этот ребенок - сумасшедший. Она без колебаний сделает все, чтобы навредить Эйлин. Для нее не важны ни семья, ни чистая репутация. Ты знаешь об этом лучше, чем кто-либо другой, не так ли? И как же смешно, что ты теперь настаиваешь на обратном".

"......"

"Ты ведь не веришь, что она не злая, Роен Эверетт".

По мере того как Михаил продолжал говорить, выражение лица Роэна становилось все жестче.

"С самого начала все было не так".

"К чему ты клонишь?"

"Ты когда-нибудь задумывался о том, почему Вайолет пришлось вести себя так?"

Михаил фыркнул.

"Я так и знал, теперь ты тоже сошел с ума. Прискорбно, что в доме Эвереттов никто не вменяем".

Раздраженный распространившимися слухами, Михаил злобно нахмурился.

Роэн рассмеялся. Он был согласен с тем, что сказал Михаил.

Как Вайолет удавалось дышать все это время, когда ни один человек вокруг нее не был в здравом уме?

Он даже не представлял, насколько это удушающе - не иметь возможности общаться с другими людьми. Казалось, что он разговаривает со стеной.

Роэн вздохнул.

"Как и ожидалось, ты не должен стать следующим герцогом".

"Ты говоришь так, будто собираешься что-то с этим сделать".

"Да, с этого момента я собираюсь что-то предпринять. Если такой, как ты, станет следующим герцогом, это будет очень неприятно".

При виде амбициозного заявления младшего брата глаза Михаила загорелись. В ответ Роэн лишь улыбнулся и сделал шаг назад. Если бы взглядом можно было убить, его бы уже его бы уже проткнули.

Когда-то давно Михаил очень любил Вайолет. Это было очень, очень давно, и даже Роэн не мог вспомнить, когда это было.

Как же так получилось?

Но Роэн знал, что не так уж сильно отличается от своего старшего брата. Он в раздражении провел рукой по лицу.

Он так расстроился после нескольких минут разговора с этой стеной - в каком же мире Вайолет приходилось жить до сих пор?

Подумав о младшей сестре, Роэн уныло улыбнулся, заглянув в темные глаза.

Для того чтобы полностью свергнуть Михаила с поста преемника герцога, Роэну предстояло сделать многое.

Эйлин до сих пор была без сознания из-за отравления, которое, кстати, произошло, когда Вайолет была заточена в пристройке, но наконец она очнулась.

Как только она это сделала, то осмотрела свое состояние и оделась.

Далее она выслушала жалобы служанки, которая была ответственна за то, что сделали с Эйлин.

"Миледи! Я так рада, что вы в безопасности..."

Со слезами на глазах служанка рассказала о событиях, произошедших, пока Эйлин была без сознания.

В основном она жаловалась на то, что Вайолет признали совершенно невиновной, из-за чего по герцогской резиденции поползли странные слухи.

"Правда? Я в порядке. Сестра, она... Я не верю, что она специально пыталась причинить мне вред. Я верю в свою старшую сестру".

"Миледи..."

Эйлин улыбнулась. Служанка снова заплакала, когда ей улыбнулась ангельская улыбка герцогской леди.

"Миледи, вы такая милая и прекрасная. Кто бы еще мог желать вам зла, если бы не эта злодейка - ах, нет, первая герцогская леди?"

Служанка продолжала в том же духе.

На это Эйлин лишь беззвучно улыбнулась.

Служанка еще долго плакала, а потом вышла из комнаты, сказав, что позовет доктора.

Проводив служанку, Эйлин осталась одна в своей комнате. Она раздраженно ударила кулаком по стене.

Из-за этого инцидента ей не только не удалось свалить великую благородную Вайолет, но и об Эйлин поползли негативные слухи. Это был огромный удар для нее.

"Что эта сука делала в таком убогом месте?"

Эйлин вырывала волосы, ужасно расстроенная.

Когда Вайолет находилась между жизнью и смертью после инцидента на озере, герцог потратил астрономическую сумму денег только на то, чтобы вызвать священника для ее исцеления.

С другой стороны, после отравления к Эйлин был приставлен только семейный врач герцогства.

Ей еще предстояло пройти долгий путь.

"Видимо, с ней действительно что-то случилось, раз она чуть не утонула".

Эйлин с тревогой покусывала нижнюю губу, как вдруг услышала стук в дверь своей спальни. Это заставило ее нахмуриться.

"Войдите".

"Тебе уже лучше?"

Это был Роэн.

Перевод deabigail

С вас оценка 10 - С меня глава

[[image:/storage/reader-images/eb48d2902eaf1ff87e88cdddff9888b87d800d83.png]]

Казалось, что как только он услышал новость о том, что она проснулась, он тут же прибежал к ней.

В отличие от Михаила, Роэна было трудно читать. Эйлин никогда не была уверена, что происходит в его голове, и поэтому для нее он был немного обременительным.

"Да, я выздоровливаю благодаря твоей заботе".

"Я рад, что ты в безопасности".

Держа в руке букет бледно-розовых цветов, молодой человек с нежной улыбкой на губах вошел в комнату.

"Посмотрим. Не похоже, что у тебя жар... Но твое лицо за это время стало совсем исхудалым".

"Нет, со мной все в порядке".

"Да. Если ты так говоришь, значит, с тобой действительно все в порядке".

Роэн улыбнулся Эйлин, которая тоже нежно улыбнулась ему.

"Хмм, виновник..."

"Боюсь, что преступник еще не пойман. Я думаю, что отец старается быть осторожным в этом вопросе".

"Я слышал, кто-то сказал, что это сделала сестра. Случайно..."

"Это невозможно. Поскольку она находится в пристройке, алиби Вайолет имеет определенную силу".

"Хиик, но никогда нельзя знать наверняка. Когда я навещала ее в прошлый раз, она..."

Когда она прервалась, ее слабый голос эхом разнесся по комнате. Роэн медленно погладил Эйлин по волосам.

"Хм..."

"Как и ожидалось, это не она. Как бы сильно сестра меня ни ненавидела, она не пойдет на то, чтобы отравить меня, верно?"

Зеленые глаза Роэна коротко оглядели Эйлин.

И Эйлин, которая выглядела и казалась невинной, медленно покачала головой.

"Эйлин".

"Да, брат".

"Если бы ты действительно вела себя подобающим образом, разве кто-нибудь поднял бы на тебя руку?"

"А?"

"На все всегда есть причина. Так что если бы, скажем, Вайолет действительно отравила тебя, разве не было бы на то причины?"

"Брат?"

Ее взволнованный голос разнесся по просторной комнате. Но, несмотря на ее реакцию, Роэн продолжал улыбаться, как всегда.

"Конечно, на самом деле Вайолет никого не отравила, так что это бесполезная гипотеза".

"......"

Не в силах скрыть, как она взволнована, Эйлин не сводила с Роэна дрожащих глаз.

Но по сравнению с ней Роэн гораздо лучше владел своим выражением лица. Как и прежде, он смотрел на нее с нежностью.

"Тогда, брат, что мне делать?"

Эйлин быстро взглянула в его черты лица и спросила меланхоличным тоном.

"Потому что сестра ненавидит меня с первого дня нашего знакомства... Я не знаю, что делать".

"Если ты немного подумаешь, Эйлин, то узнаешь ответ".

Роэн медленно погладил Эйлин по голове.

"Разве Вайолет не говорила тебе, почему? И каждый день, если уж на то пошло. Ты должна вести себя правильно".

"......"

"Моя бедная младшая сестра. Что мне с тобой делать, если ты такая наивная... Может, мне рассказать тебе, как ты можешь найти общий язык с Вайолет?"

"Брат Роэн...?"

"Этот ребенок всегда говорил одно и то же, не так ли? Так что, если хочешь быть в лучших отношениях с Вайолет, просто слушай, что она говорит, и следуй за ней".

Если она сказала тебе не приходить, значит, не приходи. Если она говорит, чтобы ты не жаждала ее вещей, то не надо. Соблюдай то, что должна соблюдать.

Но когда речь шла о нормальных отношениях между двумя людьми, не стоило прибегать к таким минимальным правилам, чтобы сохранить вежливость.

Роэн горько усмехнулся собственным мыслям.

Тем временем лицо Эйлин стало смертельно бледным, когда она услышала его слова.

"Я рад, что ты благополучно пришла в сознание, Эйлин".

"......"

"А, и о преступнике, спровоцировавшем отравление".

Посмотрите на нее, она не может скрыть свои мысли за выражением лица, а ведь все это время контролировала герцогским домом.

Роэн щелкнул языком.

"Подозреваемый выделен. И к концу дня он будет допрошен".

"Ты не можешь этого сделать!" - воскликнула Эйлин, когда Роэн заговорил. Но, несмотря на кратковременную вспышку, она снова застыла на месте и покачала головой.

При этом Роэн захихикал.

"Моя добрая, добродушная младшая сестра".

"Брат, брат..."

"Ты даже беспокоишься о человеке, который пытался тебя убить, да? Все в порядке. Твой старший брат обо всем позаботится. Так что просто веди себя хорошо, как хорошая младшая сестра".

Веди себя хорошо, ладно?

Шепчущий голос прозвучал лукаво.

Эйлин замерла на месте.

Этот лисенок, притворяющийся кроликом, никогда не сможет победить змею.

Несмотря на то, что мир продолжал вращаться вокруг своей оси, повседневная жизнь Вайолет не изменилась.

Вайолет рисовала и писала, когда ей вздумается. И в мгновение ока ее студия оказалась завалена множеством ее работ.

Большинство из них были незаконченными работами, этюдами или картинами, которые уже нельзя было спасти.

Однако картины Вайолет были настолько причудливо очаровательны, что Мэри считала все незаконченные полотна шедевральными произведениями искусства. Это было очень прискорбно.

Кроме того, герцог время от времени просил Вайолет прислать ему несколько картин.

Вайолет не могла понять вкусов отца... хотя, по иронии судьбы, именно она создавала эти произведения искусства.

Если что и изменилось в ее повседневной жизни - а она, казалось, изменилась очень сильно, - так это то, что она продолжала задаваться одним и тем же вопросом.

Почему ее регулярно посещает этот незваный гость?

Перевод deabigail

С вас оценка 10 - С меня глава

[[image:/storage/reader-images/ebb4e6f92b973a6ccc96ba4982f8183b910c4d5e.png]]

"...Почему ты продолжаешь меня навещать?"

"А должна быть причина?)"

"Это место слишком переполнено, очевидно".

Но Роэн лишь невозмутимо продолжал отвечать.

Все это время человек держался на расстоянии и лишь посылал подарки в знак извинения и искренности своего отношения к ней. Однако все изменилось несколько дней назад, когда он стал часто навещать ее.

Вайолет не знала, что делать с этим человеком, стоящим перед ней.

Она отказалась принять извинения Роэна. Раны, которые она пережила, были слишком болезненными и глубокими, чтобы она могла легко принять его.

Даже если бы ее гнев сгорел до такой степени, что от него остался бы только пепел, боль все равно не исчезла бы.

Какой была ее жизнь до сих пор? Неужели все закончится лишь простым извинением?

К его чести, Роэн не стал навязывать Вайолет свои намерения. Он прекрасно понимал степень ее боли.

По крайней мере, должен был бы, но с точки зрения Вайолет это выглядело двусмысленно.

"Навязчивые мужчины не очень популярны".

"Правда? Но я-то как раз довольно популярен, если честно".

Вайолет сначала высказалась в его адрес, но в итоге потеряла дар речи. Даже когда она слабо вздохнула, Роэн продолжал болтать без умолку.

"Новый шеф-повар раньше работал в Императорском дворце, знаешь ли. Может, из-за этого, но его навыки на высоте. И я подумал о тебе, поэтому попросил его приготовить черничный пирог, который я мог бы тебе подарить".

"Ты даже не испек его сам, но все равно так гордишься им".

"Ты бы предпочла, чтобы я испек лично для тебя?"

"...Ты бы хотел увидеть, как работники кухни падают в обморок, молодой господин?"

"Как всегда холодна, я вижу".

В голове Вайолет крутилось множество вопросов. Они с Роэном не были достаточно близки друг с другом. Из-за этого атмосфера между ними была довольно странной.

"Так в чем дело?"

Не выдержав неловкости, Вайолет первой проявила свои чувства по этому поводу.

Видя это, Роэн усмехнулся.

"Я знаю. Конечно, мы недостаточно близки и должны встречаться только по официальным делам..."

"Ты прав, молодой лорд. Поэтому, если тебе нечего здесь делать, прошу тебя вернуться".

"...Тебе все еще неловко со мной, ха".

"......"

Невозможно, чтобы ей было комфортно рядом с ним. Вайолет быстро проанализировала ситуацию.

Однако догадаться о том, что задумал Роэн, было нелегко.

"Ну да, я же не просто так сюда пришел".

"......"

"Ты сказала, что пошлешь картину отцу, верно?"

"Я никогда не подтверждала этого..."

"Если ты не возражаешь, я бы хотел попросить тебя об одной картине в качестве подарка. Мне бы очень хотелось похвастаться ею перед этим сопляком, наследным принцем".

Чем только не занимались сейчас этот герцог и сын герцога.

Герцог просил картину, чтобы якобы заставить императора ревновать, а тут сын герцога тоже просит картину, но с явной целью повеличаться над имперским кронпринцем.

Пытаясь вспомнить, что она помнит о кронпринце, но воспоминания были глубоко запрятаны, Вайолет заметно раздражалась.

Вайолет всю жизнь жила как высокородная, поэтому могла бы и не испытывать подобных чувств, но та Вайолет, в которой жила личность Ён Ха Юн, не любила говорить окольными путями.

Поэтому она решила быть откровенной.

"У меня нет никакого желания отдавать свои картины в качестве подарков людям, с которыми мне неприятно общаться. Я отказываюсь от твоего предложения".

"...Как и ожидалось. Я понимаю".

Роэн подпер подбородок одной рукой. Вайолет сказала это так прямо, без малейшего намека на соблюдение приличий. На ее лице даже промелькнула хмурая гримаса.

"Помнишь, Вай? Когда мы были детьми, ты сделала для меня корону из фиалок".

"......"

Роэн вспомнил эту историю неожиданно.

Услышав это прозвище, которое она даже не могла вспомнить до сих пор, Роэн поморщился. Она отпила чай, поджав губы.

"Я просто говорю, понимаешь. Было такое время. Старший брат тоже обожал тебя, а Кэрн... Хм. Ну, этот ребенок и тогда, и сейчас один и тот же".

"К чему ты клонишь?"

Внезапно услышанная история об их детстве заставила голос Вайолет задрожать.

"Я же говорил тебе. Это правильно, что я пытаюсь восстановить разрушенные отношения".

"......"

"Ты... Ты пыталась сохранить наши отношения, но в конце концов тебе пришлось сдаться. Ты предпочла, чтобы между нами ничего не было. Ты обижалась на нас до такой степени, что замалчивала все это - настолько, что казалось, будто ненависти и злости не было вовсе."

По мере того как Роэн продолжал говорить в спокойной манере, выражение лица Вайолет все больше искажалось.

Что ей делать, чтобы не расплакаться?

В ней сохранялась непоколебимая гордость, и именно эта ее часть не хотела показывать слабости другим.

Она постаралась унять дрожь в голосе, прежде чем коротко ответить.

"Понимаю".

Монотонный ответ заставил Роэна снова улыбнуться.

"Раз ты уже сдалась, теперь моя очередь попробовать".

"......"

"Я буду пытаться и пытаться, пока не наступит день, когда ты примешь мои извинения. И ты снова сможешь считать меня своей семьей".

Роэн говорил это, сохраняя ту же улыбку, которая выглядела довольно неловко. Для человека, умеющего скрывать свои эмоции, его выражение лица было явно неуместным.

Неужели это тоже маска? Если так, то каким же грамотным человеком он был на самом деле.

Вайолет внутренне сдержала горькие слова.

"...Я не хочу этого".

"Я знаю. Это просто мое желание, чтобы мы снова стали близки".

"Почему?"

Вайолет смогла подавить эти горькие слова, но не свои эмоции.

Она не смогла бы продолжать жить до сих пор, если бы подавляла даже свои эмоции.

Заметив, что голос Вайолет снова начал дрожать, Роэн нежно улыбнулся.

Это была не притворная и лицемерная улыбка, а улыбка, полная искренности.

Перевод deabigail

С вас оценка 10 - С меня глава

[[image:/storage/reader-images/7d1daefc8cc0c0795e1f0163b4cc323ec168b886.png]]

"Почему, спрашиваешь?"

"Ну, я ничего не стою. У меня ужасная репутация, и попытка продать меня через мое имя ничего тебе не даст. Я не выйду замуж, и это еще больше подрывает мою репутацию. Как только это будет объявлено, даже это мое появление будет бесполезным".

Ее голос был спокоен. Однако, кроме этого, в ее словах не было ничего сомнительного.

Вайолет знала свое положение в герцогстве. Она не считала себя человеком. Нет, она думала, что ее семья не считает ее человеком.

Она не их семья, она не человек для них - просто вещь, которую однажды выбросят после того, как ею попользуются. Или, возможно, ее можно сравнить с шахматной фигурой, которую не жалко выбросить.

Человек, которого не любили и не уважали. Просто бесполезная вещь.

"Ценность..."

Невозможно, чтобы Роэн не понял, о чем говорила Вайолет.

Умереть в одиночестве, утонуть и не дышать в этом мире, где никого не было рядом... В конце концов герцогская леди отказалась от самой себя.

Она отбросила все ожидания.

Ее самооценка разрушила ее мотивацию, эмоции и слабую надежду, которую она еще могла питать. Это сделало ее взгляд на свое существование совершенно никчемным, и она погружалась все глубже и глубже на дно озера.

Роэн протянул к ней руку.

На мгновение Вайолет вздрогнула. Она подумала, что ее могут ударить.

Однако, вопреки ее ожиданиям, его рука лишь медленно и нежно погладила Вайолет по голове.

Это было мягкое, осторожное, нежное прикосновение. Последний раз она получала подобное в детстве.

"Потому что мы - семья".

"......"

"Ты... Ты моя младшая сестра".

Семейные отношения, как он уже говорил, всегда были чем-то, что легко отбросить.

Член семьи по отношению к другому человеку может быть гораздо более жестоким, чем любой незнакомец, и именно по этой причине Вайолет не испытывала тяги к таким отношениям. Самый близкий враг - это семья.

Вайолет не могла избавиться от ненависти, которую испытывала к человеку, стоящему сейчас перед ней, и уже давно оставила надежду на то, что получит от него хоть какую-то любовь. А он, как старший брат, односложно изливал на нее свою любовь.

Она тупо уставилась на него.

"...Мне очень жаль", - повторил он.

Вместе со слабым извинением он убрал руку с ее головы.

Секунду Вайолет не могла осознать, что только что произошло.

Прямо на глазах у Роэна он увидел, как много бдительности может быть в ответ на то, чтобы всего лишь протянуть руку к человеку. И прямо на его глазах он увидел кульминацию своих собственных предполагаемых принципов - поддерживать отношения с другими только на основе их ценности.

Это все его рук дело. Он понял, что это он сделал ее такой.

"...Мне это не нужно. Мне неудобно, так что давай на этом закончим. Ты уже знаешь дорогу, так что выходи сам".

Когда Вайолет говорила это, ее глаза были полны враждебности. В ее голосе звучал глубоко затаенный гнев, который так и хотел громко заявить о себе.

Она замкнулась в себе. Если бы она снова начала надеяться, ее бы просто бросили.

"...Мне очень жаль, Вай".

пробормотал Роен, глядя вслед удаляющейся Вайолет.

Глубокую рану нелегко залечить.

Теперь он больше никогда не увидит этого ребенка, которого могла бы с любовью принять в свои объятия семья. Он больше никогда не увидит, как она изо всех сил старается, чтобы ее признали.

Сожаления всегда приходят слишком поздно.

Резкие звуки ударяющейся друг о друга посуды наполнили тихую комнату. Они не были очень громкими, но шум был особенно неприятен, потому что все сидящие за столом люди хранили полное молчание.

По своей природе герцог ел тихо.

Прошло уже несколько месяцев с тех пор, как Вайолет исчезла с обеденного стола. Их трапезы всегда были полны приятных разговоров между братьями и сестрами, которые прекрасно ладили друг с другом, но сейчас царило лишь молчание.

Не говоря уже о том, что Михаил пребывал в подавленном состоянии из-за сомнений в его пригодности в качестве наследника герцогства, а Роэн просто наблюдал и ничего не говорил.

Грохот был не таким уж громким. Не настолько, чтобы это противоречило этикету.

Но все же это беспокоило.

Если бы Вайолет была здесь, она бы непременно сказала что-нибудь вроде: "Ваше поведение должно соответствовать фамилии Эверетт".

"Как ты себя чувствуешь?" спросил Роэн, его тон был таким же, как и в любой другой день.

Это был тот вопрос, который добрый старший брат с тревогой задал бы своей любимой младшей сестре.

"Ах, брат Роэн... Теперь я в полном порядке".

Эйлин мягко улыбнулась.

"Но не похоже, что ты еще полностью восстановилась, Эйлин. Кажется, у тебя еще недостаточно сил в руках".

"А... Да".

Он произнес этот вопрос таким милым и нежным тоном.

Никто не подумал бы, что Роэн указывает Эйлин на этикет.

"Это потому, что мне еще многого не хватает. Я должна больше работать, не так ли? Чтобы стать великолепным человеком..."

"Верно. Ты не можешь быть вечно испорченной. В будущем ты должна быть более осторожной".

Роэн продолжал говорить доброжелательно, и Эйлин не могла не вздрогнуть от этих слов.

"Ох, как и ожидалось, я... я все еще..."

"О чем ты говоришь, Эйлин? Чего в тебе не хватает! Ты просто должна оставаться здоровой и здоровой, как и сейчас. И впредь не болеть".

Угрюмый голос Эйлин был заглушен вспышкой Михаила.

Услышав слова Михаила, Роэн слегка нахмурился.

Перевод Перевод

С вас оценка - С меня глава

[[image:/storage/reader-images/fe4bbc020e4a090d734478c1a2e26c75419009eb.png]]

Если бы Вайолет совершила такую ошибку, стал бы Михаил на ее сторону, как сейчас он поступил с Эйлин?

Стал бы он уговаривать ее быть здоровой? Сказал бы, что все, что ей нужно, - это не болеть, потому что у нее нет недостатка в здоровье? Поверил бы он, что она способна на большее?

Можно с уверенностью сказать, что все эти вопросы были бессмысленными. Ответом на все из них было бы громкое "нет".

Самоуничижение переросло в распространяющееся чувство вины внутри Роэна.

Он никогда не был добр к ней. Роэн проглотил горькую улыбку.

"Нет, брат Михаил. То, что сказал брат Роэн, верно. Я недостаточно хороша по сравнению с сестрой. Она так элегантна, в конце концов... Я никогда не смогу достичь ее уровня, но я должна... я должна попытаться, не так ли?"

"Да при чем тут эта ненавистная девка! Ты хороша такой, как есть сейчас!"

Задорный возглас Михаила наполнил столовую.

До сих пор герцог как ел молча, так и оставался.

Какой фарс!

Все мучительные переживания, через которые пришлось пройти Вайолет, были похожи на ужасно написанные пьесы.

Михаил был болваном, каким есть, а герцог, чьей любимицей была Вайолет, просто оставил эту проблему без внимания.

Как только тишина была нарушена, обеденный зал быстро наполнился разговорами. Михаил и Эйлин продолжали свой разговор.

Главной темой их болтовни была Вайолет. Всякий раз, когда Эйлин осторожно говорила: "Сестра такая замечательная, а я - нет", Михаил без колебаний опровергал эти слова. Тогда Эйлин ничего не говорила, чтобы опровергнуть это опровержение, и просто невинно улыбалась.

Так Эйлин сделаля себя самым милым ребенком на свете.

Воистину. Какой фарс.

"Я просто надеюсь, что заключение сестры скоро снимут. Если я постараюсь... я уверена, что моя искренность дойдет до нее".

"Ты. Ты такой хороший ребенок, что я не знаю, как ты выживешь в этом суровом мире..."

"Нет, брат. Я тоже могу ожесточить свое сердце! Но сестра... Как ты думаешь, почему она меня так не любит? Несмотря на то, что мы семья".

Если бы Вайолет услышала это, то наверняка наговорила бы много чего в ответ.

Но действительно, что это была за семья?

Роэн ненадолго задумался над этим вопросом. Тем временем разговор между Эйлин и Михаилом протекал следующим образом.

Эйлин утешала Михаила, который вскоре мог лишиться статуса наследника герцога. Но затем Михаил повел себя жестко и сказал: "Тогда кто еще может стать следующим главой семьи?"

Это прозвучало не просто неловко - можно даже сказать, что это было надуманно.

Роэн мягко улыбнулся.

"Конечно, ты не должна заставлять себя дружить с кем-то, кто тебе не нравится".

"Брат, но как я могу позволить сестре продолжать думать обо мне подобным образом? Она может никогда не узнать о моих искренних чувствах".

"Я говорю это, исходя из собственного опыта, Эйлин. Если ты действительно думаешь о благополучии другого человека, ты не можешь просто навязать ему себя. Разве не так?"

"Б-брат..."

У Роэна не было права говорить такое, ведь в последнее время он каждый день навещал Вайолет, но все же.

На лице Михаила появилось странное выражение, как будто он хотел что-то сказать. Однако герцог тут же отложил столовое серебро, и Михаил закрыл рот.

Роэн закончил трапезу и поднялся со своего места. Он уже чувствовал, что если в ближайшее время не выпьет какое-нибудь лекарство для пищеварения, то его точно вырвет всем, что он только что съел.

"Ох, тогда..."

Роэн слегка поморщился, вспомнив один день из прошлого, когда он увидел, как Вайолет после ужина испускает сухие рыдания.

Прежде чем отойти от обеденного стола, Роэн не забыл оставить за собой последнее слово.

"Брат", - обратился он к Михаилу.

"Что на этот раз?"

"Береги себя".

"Ч-что?"

Герцог продолжал молчать даже после того, как Роэн первым покинул столовую.

В наступившей тишине Эйлин заплакала: "Неужели брат Роэн теперь ненавидит меня?"

Конечно, Михаил поспешил ее утешить.

Правда оказалась очень странной вещью.

"Так вот что произошло".

"...Зачем тебе вообще понадобилось приходить ко мне и рассказывать что-то подобное..."

Выражение лица Вайолет стало совсем кислым.

Это вполне естественно. Одного упоминания об этих людях было достаточно, чтобы ее затошнило, так что, услышав такие новости о них, она наверняка потеряет аппетит.

Вайолет не могла понять, почему Роэн заговорил о них. Она разочарованно вздохнула.

"По крайней мере", - сказал Роэн. "Я считаю, что ты должна знать".

"...Мне не нужно знать".

"Информация увеличивает силу человека. А знание - это то, чем ты можешь владеть. Это лучше, чем быть невеждой, не так ли?"

"......"

Вайолет ничего не ответила.

Заметив явный дискомфорт на ее лице, Роэн попытался оценить реакцию Вайолет. Неужели он ошибся, сделав это?

Роэн отвел взгляд. Вайолет продолжала молчать.

Чем выше было положение человека, тем хуже он разбирался в межличностных отношениях. Мэри покачала головой.

"...Я сказала, что мне это не нужно".

"...хорошо."

Роэн все еще не мог понять, в чем проблема, но он, по крайней мере, знал, что ему следует прекратить говорить об этом. Незаметно для себя Роэн решил закрыть рот на эту тему.

Поэтому он быстро сменил тему.

"В любом случае, наследный принц заинтересовался твоим искусством".

Однако слова Роэна лишь усугубили и без того недовольный хмурый взгляд Вайолет.

Перевод deabigail

С вас оценка 10 - С меня глава

[[image:/storage/reader-images/9bfac7031382257b1a9a015e2fb5173d8dc0c195.png]]

"Похоже, отец уже рассказал Его Величеству Императору о твоих картинах".

"......"

"Ты уже встречалась с кронпринцем, верно? Вообще-то, он уговаривает меня стать его помощником и каждый день присылает письмо с напоминанием... Я уверен, что он просто хочет взвалить на меня всю свою утомительную работу".

"Хорошо..."

"Он говорит, что хочет встретиться с тобой в ближайшее время, но, честно говоря, я не могу понять, что творится у него в голове. Он змееподобный парень, так что если встретишь его позже, постарайся держаться на расстоянии".

"......"

Один змееподобный парень предупреждал ее о другом змееподобном парне. Вайолет подавила желание сказать то, что она хотела сказать.

В глазах Вайолет образ императорского кронпринца был не самым лучшим. В конце концов, их первая встреча закончилась полным провалом.

К тому же какая причина у изгнанной герцогской леди встречаться с наследником престола империи?

Глаза Вайолет сузились. Однако Роэн продолжал болтать без умолку.

"Очевидно, это просто предлог. Старейшины императорской семьи донимали его вопросами о том, как принять супругу кронпринцессы. Честно говоря, будь он чуть более покладистым, он бы уже давно отправил тебе письмо с предложением".

"Но чтобы он отправил письмо с предложением той, о ком ходит множество тревожных слухов, императорская семья должна быть в замешательстве..."

"То, как тебя воспринимают в столице и в Эверетте, - разные вещи. А если вспомнить личность Раджадена, то он может просто послать письма с предложением и тебе, и Эйлин, заявив при этом, что ты должна бороться за место его супруги".

"......"

У Вайолет не было никакого желания разговаривать, в то время как Роэн был переполнен энергией для болтовни.

Наблюдая за тем, как уголки губ Роэна подрагивают при упоминании имени Эйлин, Вайолет постаралась утихомирить закипающее в ней негодование.

Как раз вовремя вмешалась Мэри, чтобы поменять чай брата и сестры. И Вайолет снова пришлось с большим трудом сдерживать желание плеснуть обжигающе горячим чаем в лицо Роэну.

"Это очень хорошие новости..."

"А тебя не смутит, если Эйлин станет супругой кронпринца?"

"А какое это имеет отношение ко мне?"

"Думаю, это будет иметь большое значение. Как ты думаешь, она оставит тебя в покое, когда станет кронпринцессой, а потом и императрицей?"

"И опять же, какое это имеет отношение ко мне..."

"Многое, правда. Но не волнуйся, я буду здесь, чтобы защитить тебя".

Роэн говорил такие приятные слова, словно был заботливым старшим братом. Угх. Вайолет внезапно захотелось блевать. О чем это он сейчас говорит?

"Все будет хорошо. Или, может, ты не хочешь, чтобы я тебя защищал?"

Вайолет была безмерно потрясена той чепухой, которую продолжал нести Роэн. С другой стороны, Роэн только усмехнулся.

"А почему ты должен меня защищать?"

"Потому что ты моя младшая сестра".

"Вот именно, с какой стати..."

Вайолет была сыта по горло. Словно не замечая этого факта, Роэн снова улыбнулся.

"В любом случае, ты не думала о том, чтобы устроить выставку своего искусства?"

"...Я не успеваю за течением разговора, молодой лорд".

"Ты зря хранишь свои картины здесь, в пристройке. Возможность обязательно представится в свое время".

"......"

Вайолет решила вообще не отвечать Роэну.

Хотя Вайолет и впрямь была сыта по горло, ситуация в главном особняке постепенно менялась. Тем не менее, ситуация не могла измениться так сильно за одну ночь.

Многое не менялось в одно мгновение из-за прочно укоренившихся представлений, которые сохранялись до сих пор.

Особенно это касалось ангельского образа, который создала для себя Эйлин.

Герцог Эверетт был как раз из тех мужчин, которых невозможно прочесть. Так было даже с его собственными детьми.

Какие эмоции он вынашивал, какие мысли у него были и какое отношение он передавал - все было загадкой. Тем не менее он был видным герцогом, преисполненным респектабельности.

После того, что произошло во время их совместного ужина на днях, Роэн потерял всякую надежду на то, что их отец разрешит ситуацию.

Михаил продолжал настаивать на том, что герцог играет в любимчиков и что его любимица - Вайолет, но, по мнению Роэна, это было не так.

Чем дальше он расследовал это дело, тем больше выяснялось, насколько зрелищной была правда.

После кончины герцогини внутренними делами дома Эверетт никто не управлял.

Это продолжалось более десяти лет.

В этой неразберихе лисица провозгласила себя королевой, но самой большой проблемой была старшая служанка, которая управляла резиденцией так, словно была королевой.

Изначально эта особа была няней Эйлин, и она была посторонним человеком, который последовал за Эйлин в герцогство, когда девочку удочерили. На протяжении многих лет она помогала Эйлин, а потом и вовсе заняла место главной служанки.

В конце концов, сколько бы слабая Эйлин ни вела себя как лиса, она была всего лишь ребенком. Количество уловок, которые может придумать ребенок, ограничено.

Удивительно, как все это получилось, но кто-то явно дергал за ниточки сзади.

Какое это было зрелище - поистине зрелище, - когда старшая служанка так тщательно продумывала схему, чтобы подвергнуть одного-единственного ребенка.

Однажды Вайолет расплакалась и попросила Роэна о помощи. Вспоминая то время, Роэн не мог не взъерошить свои волосы.

Иногда, очень часто... такие воспоминания всплывали и причиняли ему боль.

Он думал о том, как бы ему потихоньку отрубить главную служанку... Но люди, служившие ей руками и ногами, тоже были проблемой.

Пощелкав языком, Роэн вскоре вздохнул. Персонал уже сменился, но осталось еще немало грязных крыс.

Если бы эти люди были связаны с врагами семьи, дом Эверетт уже бы рухнул.

Отец, неужели ты всегда был таким ужасно некомпетентным?

Задумавшись, оценивая ситуацию, Роэн в конце концов поднялся с места.

Поскольку он уже принял решение, лучше всего было закончить его прямо сейчас.

Перевод deabigail

С вас оценка 10 - С меня глава

[[image:/storage/reader-images/2032c366d8dc9d05576bba94ae6852588ead70cc.png]]

Внезапно было решено, что Эйлин будет учиться за границей. Об этом было объявлено вскоре после того, как Михаил лишился должности наследника герцога.

Любые решения, связанные с наследством, конечно, не могли быть приняты в спешке, но в данном случае все было сделано с самого начала.

В тот день, когда Эйлин сообщили, что она будет учиться за границей, она смутно заметила, что атмосфера вокруг резиденции герцога меняется.

"Вы там, случайно, не видели где-нибудь Аффелу?"

"Простите, миледи?"

"Я говорю о своей служанке".

"Ах, да, Аффела. Полагаю, она уехала в дом Ринделло. Это было неожиданно, но обстоятельства, видимо, требовали этого".

"Правда? Но чтобы она уехала, не предупредив меня... В любом случае, спасибо".

Когда Эйлин одарила ее яркой улыбкой, служанка покраснела. Ее милое лицо не переставало оказывать сильное влияние на окружающих.

Только глупец мог не заметить, что люди вокруг нее постепенно меняются.

Сейчас, когда вокруг никого не было, Эйлин грызла ногти, но стоило ей почувствовать чье-то присутствие за спиной, как она прекратила свои действия и спрятала руки.

"Миледи?"

"Ах, привет. Ты новенькая, не так ли?"

"Да, миледи. Люди зовут меня Летти. Вот, я принесла вам угощение".

"Летти. Так тебя зовут Летти?"

"Да?"

"Я хотела бы кое-что спросить".

Держась за руку служанки, Эйлин очень ярко ей улыбнулась. Служанка, будучи новичком, не поддалась ее обаянию.

Но вид у нее был встревоженный.

"Брат Роэн что-нибудь сказал? Кажется, я ему не нравлюсь в последнее время..."

"Это невозможно, миледи. Не так давно молодой господин спрашивал меня о вашем самочувствии".

"Но... Я слышала, что он очень сердится на людей, которые говорят о сестре. Они только и делали, что говорили о Сестре, но у них были большие неприятности..."

"А, это..."

"Ты случайно ничего не знаешь?"

"Не мне говорить об этом бездумно. Как только вы закончите есть, я вернусь и все уберу, миледи".

"Подожди... подожди минутку!"

Независимо от того, пыталась ли любезная благородная леди заставить ее остаться на месте или нет, новая служанка быстро пошла вперед. Закончив то, ради чего она сюда пришла, она поспешно выбежала из комнаты Эйлин.

"Этого не может быть. Этого не может быть..."

Грызя ногти, несмотря на то, что на столе лежали великолепные закуски, Эйлин с тревогой бормотала про себя.

Всех слуг, которые только что говорили о Вайолет, упрекнули в нарушении кодекса поведения. Это были беспочвенные слухи, которые распространялись так, словно это были факты, но, несмотря на это, Эйлин оставалось только гадать, стоил ли такой поступок того наказания, которое они понесли в ответ.

"Этого не может быть. Я здесь..."

Нахмурившись, Эйлин с досадой бросила подушку.

Она как раз собиралась выпустить пар, чтобы развеять беспокойство, но тут же замерла. Она услышала звук чьих-то движений.

"Привет, Эйлин".

"Б-брат... э-э?"

Посетитель был не кто иной, как Роэн.

Не может быть. Эта служанка.

Неужели она уже доложила Роэну?

Но как могла простая служанка разговаривать с сыном герцога? Подумав, что это невозможно, Эйлин быстро овладела собой и улыбнулась.

"Добрый день", - поприветствовал он.

"Да, добрый день, брат".

Все было спокойно. Если бы не тонко завуалированная война нервов между ними, любой, кто увидел бы это зрелище, подумал бы, что они в горячих добрых отношениях.

"Что привело тебя сюда..."

"Я был занят в последнее время и знаю, что не проводил с тобой достаточно времени. На самом деле я пришел, чтобы принести тебе подарок, и... Я продолжал стучать, но, видимо, ты меня не слышала. Я взял на себе смелость войти".

"О-ох?"

"Я просто спросил, но тебя что-нибудь беспокоит в последнее время?"

С приветливым выражением лица Роэн прошел вперед и положил рядом с Эйлин большого плюшевого медведя.

В одно мгновение цвет ее лица ухудшился.

"Я слышал, что в последнее время ты была очень обеспокоена многими вещами. В частности, по поводу меня?"

"Ч-что? Этого не может быть! Как я могу, как я смею, брат..."

"Я знаю, наша добросердечная Эйлин. Ты, наверное, беспокоилась обо мне, ведь у тебя такое большое сердце, правда? Возможно, это люди вокруг тебя преувеличили слухи..."

"Этого не может быть. Они все хорошие люди".

"На самом деле, нельзя быть настолько уверенным в том, что происходит в умах людей. Когда тебя окружают только злонамеренные люди, разве не ужасно, что мою добросердечную младшую сестру выставляют в таком дурном свете? Может, мне стоит быть внимательнее?"

"Брат, я действительно в порядке. У них есть причина так поступать..."

Чем больше в ее чистом, звонком голосе звучала грусть, тем мрачнее становилась улыбка на губах Роэна.

Вместе с плюшевым медведем Роэн принес для Эйлин заколку для волос. Он аккуратно закрепил прядь ее волос, а затем произнес.

"Моя добросердечная младшая сестра..."

"......"

"Эйлин. Этот мир не так прощает, как ты думаешь".

Зажим на ее волосах, зеленый оттенок которого хорошо сочетался с розовыми локонами, сверкал.

Роэн хихикнул.

"Ты хороший ребенок, поэтому, конечно, не поймешь. В этом мире есть люди, которые пользуются чужой добротой, а те, в свою очередь, принимают эту доброту как должное. Это приведет к краху".

"...Б-брат".

То, что он только что сказал, было тем же самым, что Вайолет когда-то сказала Эйлину.

Если один удар доброты может разрушить статус, то кто в конце концов будет нести за это ответственность?

"Но ты хороший ребенок, я знаю".

"......"

"И все же тебе не стоит знать о таких мерзких делах. Потому что ты всегда будешь хорошим, добросердечным ребенком".

Шш. Прикосновение руки, гладившей ее волосы, оставалось нежным.

Эйлин могла лишь смотреть на Роэна с пустым взглядом.

Перевод deabigail

С вас оценка 10 - С меня глава

[[image:/storage/reader-images/b5ebccf21ba17ef6a95f8782ef440145801a8f16.png]]

"Вот поэтому, Эйлин, я позабочусь обо всем плохом для тебя".

"Да, брат..."

"Ты знаешь, что хороший ребенок должен просто оставаться хорошим, да? И что хороший ребенок не может бездумно говорить о чужих делах?"

"...Да".

Правильно, хорошая девочка.

До того момента, как нежная рука старшего брата убралась с ее волос, взгляд Эйлин оставался пустым. Она никак не могла поменять свое выражение лица.

Вайолет недолюбливала Роэна.

Причина ее неприязни заключалась не в том, что он был жесток с ней раньше, а просто в его характере.

Хороший ребенок не должен так себя вести, часто говорил он.

Хитроумие Роэна раньше было направлено на Вайолет, все это время подкалывая ее, однако теперь оно было направлено на Эйлин.

Образ "хорошего ребенка", который Эйлин создала для себя, был прочен насквозь, но теперь он стал оковами, из которых она не могла выбраться.

После того как было принято решение о ее обучении за границей в неизвестном месте, поведение Эйлин стало постоянно контролироваться. Не было ни одного случая, когда она могла бы взбунтоваться или отказаться от своего образа "хорошего ребенка".

Причиной, по которой Эйлин Эверетт до сих пор могла жить как Эверетт, был, конечно же, ее имидж.

Михаил тоже не мог контролировать ситуацию.

На каждый его поступок в прошлом указывали и выводили на чистую воду, в результате чего он постоянно подвергался нападкам. Хотя он и был наследником герцога, у него не было возможности преодолеть это.

Малейшие слова или поступки оценивались, и эта оценка служила поворотным пунктом в настоящем.

Слежка была неустанной. Один маленький поступок превращался в слух, который тут же распространялся.

Таким образом, Михаил ничего не мог сделать для своей любимой младшей сестры.

"Эйлин, в чем дело? У тебя потемнело под глазами. Возможно, ты не выспалась..."

"Н-нет. Брат, я просто..."

Даже если бы два брата и сестра, которые очень заботились друг о друге, встретились, их руки были связаны. Старший брат, который любил и заботился о своей младшей сестре, сокрушался, что ничего не может для нее сделать.

"...Чем же ты, черт возьми, занимался, Роэн?"

"Клевета между братьями и сестрами? Мне больно, старший брат".

"Чушь. Ты изменился с тех пор, как сблизился с этой злодейкой. Если ты не прекратишь это немедленно, я позабочусь о том, чтобы ты за это поплатился".

"...В любом случае, возмездие, о котором ты говоришь, уже началось. С тобой, старший брат, и..."

Остановившись, Роэн взглянул на Эйлин. Встретившись с мягким выражением его лица, Эйлин вздрогнула.

Роэн не был дураком. С тех пор как он понял, какой жизнью до сих пор жила Вайолет, не проходило и дня, чтобы он не думал об этом.

Роэна мучило чувство вины.

За то, что он десять лет издевался над Вайолет, причисляя ее к "злодейкам"... Он не мог смириться с тем, что сделал с ней. Во рту появился горький привкус.

Даже когда рядом с ней никого не было, она терпела все сама.

Тем не менее, независимо от того, сочувствовал Роэн Вайолет или нет, то, что случилось в прошлом, никуда не исчезнет.

День, когда Вайолет снова назовет Роэна "братом", никогда не наступит.

"...Манипулятивный урод".

"По-моему, это лучше, чем быть долбаебом)".

Тот, кто уже осознал свои проступки, смеялся над теми двумя, кто все еще оставался в неведении.

Роэн, который смотрел на Михаила, обернулся.

Независимо от того, перевернулся главный особняк или нет, дни Вайолет были полны отдыха.

Герцогской леди разрешили выезжать на прогулки раз в неделю, и она использовала это время, чтобы свободно бродить по городу.

У нее было два официальных рыцаря сопровождения и несколько неофициальных.

Одна короткая прогулка герцогской леди требовала значительных людских ресурсов, но Вайолет об этом не знала.

Портреты, которые она писала перед фонтаном, с тех пор стали фирменным блюдом города. Люди, которые не могли позволить себе профессиональных художников или фотографов, спешили на встречу с Вайолет.

Возникали и ссоры. Было немало тех, кому не нравилось, что Вайолет не обучалась формально в ателье.

И хотя в качестве охраны герцогини тут и там тайно дежурило множество людей, они не могли остановить некоторых художников, которые заходили так далеко, что маскировались под клиентов.

"Ты серьезно это нарисовала? Ха. Я и так не очень-то рассчитывал на искусство такой девушки, как ты, но это просто ужасно".

"Ах... Конечно".

"В мои времена...! Чтобы маленькая девочка...!"

Выражение лица Вайолет омрачилось.

Этот мужчина был ее клиентом, поэтому она нарисовала для него портрет, но он оказался долбаебом с задним умом.

Вайолет как раз собиралась снять вывеску, но мужчина продолжал рассказывать о своем многолетнем опыте художника одну за другой. Она покачала головой.

Когда же он упомянул, что его пригласили в резиденцию герцога, чтобы написать портрет, Вайолет ответила невпопад.

"Кажется, я вас раньше не встречала... Странно..."

"Что?! Конечно! Такая девка, как ты, ни за что не смогла бы со мной познакомиться!"

Но если он действительно был приглашен в резиденцию герцога для написания портрета, то она должна была хотя бы раз с ним встретиться, верно? Но почему она его не знала?

Наблюдая за тем, как этот человек постоянно дерзит, Зило потянулся рукой к рукояти своего меча и зарычал.

Однако Вайолет это не беспокоило.

По сравнению с той жизнью, которую она прожила, это было просто восхитительно.

Перевод deabigail

С вас оценка 10 - С меня глава

[[image:/storage/reader-images/15a58260d67f84c4d4e0b4098ba1efd5387e32cd.png]]

"Не то чтобы я их поддерживала, но я доложу о тебе за неуважение к дворянину. Лучше бы ты не лгал прямо здесь. Я не помню, чтобы видел тебя где-нибудь в герцогской резиденции".

"Ч-что?!"

Позвали стражников.

Когда Вайолет встала, Мэри набросилась на мужчину и обрушила на него одно оскорбление за другим.

Услышав нежные ругательства Мэри, Вайолет захихикала.

"Она, конечно, очень элегантна, но действительно ли она дворянка?"

"Боже правый, зачем дворянке рисовать в таком месте? Мало того, она даже берет заказы на портреты".

Слова Вайолет вызвали кратковременное волнение в толпе. Один из них пристально посмотрел на серебристые волосы Вайолет и сказал: "А случайно это не..." А вскоре за ним последовали и остальные.

В любом случае, ее обычные прогулки проходили спокойно.

Так было до тех пор, пока она не встретила Михаила.

"...Что ты здесь делаешь?"

"Ха, ха. Я наследник герцогства Эверетт - сам молодой герцог. Не может быть, чтобы мне не разрешили куда-то уйти".

"Да. Ясно".

Она отправила Роэна обратно в тот день, когда он ее побеспокоил. Сегодняшний день выдался удачным: на завтрак был мясной пирог, и это подняло ей настроение.

Закончив утреннюю зарядку, она вышла в город и просто гуляла по улицам, неся в сумке свои материалы.

Несколько дней назад среди горожан поползли слухи, что она дворянка, и взгляды, которые они бросали на нее, странно менялись. Впрочем, Вайолет это не смущало.

Любой, кто обращался к Вайолет неловко, получал от нее освежающую улыбку, и она говорила им, что они не должны заботиться о ее положении.

Поняв, что Вайолет более покладистая, чем кажется, люди старались вести себя с ней как обычно.

Однако.

"И куда же ты идешь?"

"...Я просто иду своей дорогой".

Михаил теперь преграждал ей путь, поэтому вполне естественно, что ее хорошее настроение быстро испортилось.

"Я спросил тебя куда! Ты действительно собираешься вести себя безрассудно в моем присутствии?"

"...Мне больно. Пожалуйста, отпусти меня".

Стоя в стороне, Зило наблюдал за тем, как его старый друг показывает себя с самой неприглядной стороны.

Вместо Зило молодой рыцарь Леон потянулся к рукояти своего меча. Однако Мэри ударила его по руке.

"Почему ты меня останавливаешь!"

"...Пока что предоставьте это миледи".

Услышав, что говорят остальные за ее спиной, Вайолет помрачнела. Михаил служил и военным, и гражданским чиновником, поэтому вполне естественно, что он был силен.

"Подумай о своей репутации, сэр".

"Ха, ха. Репутация, говоришь... Ты - злодейка Эверетта, но ведь и ты можешь быть в сознании, а?"

Слова Михаила вызвали волны ропота среди окружающих. Даже те, кто уже догадался о ее личности, были настолько шокированы, что уставились на серебристые волосы Вайолет.

"Он действительно только что сказал, что мисс Элла - та злодейка?"

"Да, именно так он и сказал, но, может быть, слухи ошибочны?"

Услышав их нарастающий шум, Вайолет слегка прикусила нижнюю губу. Она не хотела, чтобы ее личность была раскрыта таким образом.

"...Ты хочешь мне что-нибудь сказать?"

Нервно стряхнув руку Михаила со своего запястья, Вайолет задала этот вопрос.

Однако брови Михаила нахмурились.

"Ха, ха. Мне есть что сказать, спрашиваешь ты? Неужели ты не понимаешь, как ты ведешь себя сейчас передо мной...!"

Зарычав от злости, Вайолет сделала шаг назад. Зило схватился за рукоять своего меча. На этот раз Мэри не остановила Леона.

"ТЫ!"

Вайолет сделала шаг назад, но Михаил сделал шаг вперед. Из-за высокого роста и огромного телосложения он выглядел устрашающе.

Каждый раз, когда Вайолет пыталась отступить, Михаил снова вырывался вперед.

"Ты даже не осознаешь, что делаешь сейчас!"

Шлеп!

Раздался оглушительный звук.

На мгновение Вайолет не могла осознать, что только что произошло. Она смотрела в пустоту.

Затем перед ней рухнула Мэри.

"Мэри...!"

"М-миледи".

От того, с какой силой ее ударили, по носу Мэри потекла красная кровь.

Прямо здесь и сейчас Михаил так легко попытался дать пощечину своей младшей сестре. Однако его снова начало трясти от ярости. Из-за верной служанки он не попал в цель.

"Что ты наделал!"

"Не забывай о своей репутации. Ты хоть понимаешь, насколько сильно твои действия подрывают престиж семьи?!"

"В конце концов, это все еще престиж этого чертова дома с тобой. Это все, что ты умеешь сказать. Ты знаешь, кто я?! Я Михаил У. Эверетт! Ты не можешь указывать мне, что делать или не делать!"

"......"

С ним невозможно общаться.

Вайолет снова прикусила нижнюю губу. Поскольку Михаил раскрыл свою личность, здесь не было никого, кто мог бы его остановить.

"...Я слышала, что тебя лишили статуса наследника герцога. Так вот почему. Теперь я понимаю".

"Что, черт возьми, ты обо мне знаешь?"

"Что я знаю? На самом деле я прекрасно знаю, какой у тебя характер, сэр Михаил. Тебя лишили статуса, но ты ничего не смог с этим поделать, и теперь считаешь, что можешь вести себя как угодно".

После того как ее любимую Мэри ударили по щеке, Вайолет решила отбросить всякую попытку вежливости.

Если бы пощечина была нанесена ей самой, она бы просто оставила Михаила в покое. В конце концов, такое уже случалось много-много раз.

Однако она не могла смириться с тем, что на ее человека напали.

Это кто-то другой загнал Михаила в угол. Но, конечно же, он пришел сюда раньше Вайолет, чтобы выместить свой гнев.

Как только до него дошли слухи о том, что злодейка рисует портреты на городской площади, он прибежал сюда.

"Ты! Все в мире знают, что за ложные слухи ты намеренно распространяешь! Все знают, какие глупости ты сейчас затеваешь! Вместо того чтобы измениться, ты стала еще злее! Думаешь, люди не узнают, как сильно ты изводишь этого ребенка?!"

"......"

"Ты теперь делаешь всевозможные вещи, да? Ты действительно... Прекрасно. Я потерял должность наследника герцога, но это, должно быть, твоих рук дело, я в этом уверен. Ты, должно быть, что-то шепнула отцу".

"Ты..."

Вайолет собиралась что-то сказать, но в этот момент...

Зило направил свой меч на Михаила.

Перевод deabigail

С вас оценка 10 - С меня глава

[[image:/storage/reader-images/bfd20639753f18efdf8b9555275efd1ea524b8df.png]]

Вайолет помогла Мэри подняться. Леон тоже обнажил меч.

"Именно поэтому тебя лишили титула наследника".

Глаза Вайолет полыхали яростным огнем. Вместо того чтобы быть спокойными, как озера, ее глаза действительно пылали гневом.

"Ты так и не признаешь свои грехи до конца?!"

Снова прорычал Михаил. Среди наблюдавших за происходящим зрителей поднялась суматоха, подобная волнам. На этот раз ситуация действительно вышла из-под контроля.

"Вайолет, если ты...!"

"...Я не ожидал от тебя такой глупости, старший брат".

В этот момент ситуация прекратилась только потому, что появился Роэн, который теперь стоял на равных с Михаилом по своему положению.

Несмотря на то что Роэн был по горло занят работой, он не преминул выслушать доклады, которые ему неустанно присылали о неожиданном поведении Михаила.

Доклады быстро достигли и ушей герцога, но разбираться в ситуации прибыл именно Роэн.

"...По приказу герцога, уведите его".

"Роэн, ты...!"

Вздохнув, Роэн поднес руку ко лбу.

Недавно он узнал, что Михаил баловался алкоголем. Но он не знал, что Михаил зайдет так далеко.

Он слышал, что Михаил уже не раз давал Вайолет пощечины. Страшно, когда невежественный человек так твердо стоит на своих убеждениях, но Михаил был именно таким.

"......"

Вайолет посмотрела на Роэна. Это был не тот взгляд, которым можно было бы одарить того, кто пришел помочь.

Роэн горько усмехнулся.

В случае с Вайолет не было особой причины, почему она была недовольна, увидев Роэна. Она получила от него помощь, но то, что ей удалось выбраться из ситуации только таким образом, заставило ее почувствовать себя беспомощной, поэтому она и злилась на Роэна.

У нее не было другого места, чтобы выплеснуть свои чувства.

Хотя Роэн не делал ничего плохого.

"...Карета наготове. Служанку может осмотреть семейный врач".

"...Я не буду благодарить тебя".

"Я знаю... и мне жаль".

"...Даже если ты скажешь это, я не буду чувствовать благодарности".

"Я просто... здесь, чтобы разобраться со старшим братом. Тебе не нужно меня благодарить".

Вайолет помогла Мэри сесть в карету. За помощь Роэна следовало благодарить, но вместо благодарности Вайолет чувствовала лишь презрение.

Это было новое чувство презрения к самой себе. Она хотела бы быть честной и поблагодарить его.

Зило и Леон остались, и им было поручено помочь остальным рыцарям стабилизировать ситуацию. Роэн же разогнал зрителей и велел им не распространять ложные слухи.

"Мэри, ты в порядке?"

"Это, пид... Если бы я только могла засунуть в рот этому сопляку корм для коров и свиней, чтобы он заткнулся..."

Даже когда они уже были в безопасности в карете, Вайолет все еще беспокоилась о состоянии Мэри. Тем не менее она с облегчением выслушала красочные ругательства служанки.

Все это время Мэри сдерживалась, чтобы не произносить всевозможные ругательства в присутствии госпожи, но теперь все это вырвалось наружу.

Услышав, как с губ девушки срываются разнообразные ругательства, Вайолет тихонько улыбнулась.

Хорошо, что, хотя она и получила пощечину, Мэри, похоже, была в порядке.

"Мне очень повезло, что ты моя служанка. Хотя я чувствую обратное, что тебе придется пройти через это".

"Мне тоже повезло, что я могу служить вам, миледи. Если бы я не вступилась, то ударили бы именно вас. Я же добровольно принял его".

"...И все же".

"Миледи позаботится о том, чтобы меня вылечили, верно?"

Не говоря ни слова, Вайолет заключила Мэри в объятия.

Мэри на мгновение замешкалась, но вскоре погладила Вайолет по спине.

Вайолет искренне считала, что ей повезло иметь Мэри в качестве своей служанки.

Всегда той, на кого выливалось неистовство Михаила, была Вайолет, находившаяйся под арестом.

Вайолет не жаловалась на испытательный срок, и причина этого была проста - ей было лень это делать.

Поэтому, пока Вайолет бездельничала под предлогом испытательного срока, слухи о Михаиле разрастались.

"Я не уверена, но, кажется, молодой господин ударил юную леди по щеке".

"Возможно, это вина юной леди".

"Но это не было ее виной? Мой друг был там, когда это случилось, и я не знаю, как ты, но..."

Беспочвенные слухи тоже начали быстро распространяться. Или, может быть, лучше сказать, что это не беспочвенные слухи, а слухи, имеющие шаткое основание?

Роэн не стал препятствовать распространению этих слухов. Нет, он даже добавил немного лжи, чтобы подкрепить правду.

Михаил устроил такой переполох из-за Эйлин, а одной бедной служанке отрубили голову.

Если бы Мэри узнала об этом, она, несомненно, была бы потрясена услышанным. После инцидента она получила только самое лучшее лечение и сейчас жила нормальной жизнью. В конце концов, слухи - это слухи.

Более того, на время испытательного никому не разрешалось посещать Вайолет. Ее деятельность также была ограничена.

Поскольку она снова держалась в тени, Вайолет только фыркнула. С тех пор как она оказалась в пристройке, ее уже несколько раз подвергали испытательному сроку.

Было очевидно, что герцог отдал этот приказ только для защиты Вайолет. Об этом свидетельствовали рыцари, расставленные повсюду вокруг пристройки. Конечно, Вайолет это не волновало.

Как рыцари сопровождения, не выполнившие свои обязанности по охране Вайолет, Леон и Зило попросили наказания, но так и не получили его.

Они все равно не смогли бы остановить сына герцога, так что их действия были признаны оправданными.

Повседневная жизнь остальных также была спокойной. Мэри, как обычно, суетилась, заботясь о герцогской леди, а сама герцогиня, которую называли "злодейкой", просто неторопливо занималась своими делами.

Каждый из них проводил время свободно, а Роэн даже не мог сомкнуть глаз из-за своей занятости.

Перевод deabigail

С вас оценка 10 - С меня глава

[[image:/storage/reader-images/76f00a7ec298f6fb535d8c84ef0e11abf4a7c5ce.png]]

План избавления от Михаила был отложен на время, и только потому, что Роэн явился к герцогу и попросил права самому распоряжаться Михаилом. Герцог разрешил.

Второй сын не стал передавать наказание первому. Вместо этого он навестил старшего брата и поговорил с ним наедине.

Только вдвоем.

С тех пор как родились Вайолет и Кэрн, им редко удавалось побыть вдвоем.

Михаил бросил взгляд на младшего брата. Пусть слабая, но враждебность была очевидна.

Роэн ничего не ответил. Он был инициатором этого разговора, но хранил грозное молчание. Благодаря этому воздух в гостиной стал бесконечно тяжелым.

Тишина, неподвижность. Сдержанная враждебность и тихий вздох.

В комнате, где был слышен даже слабый звук капели, Михаил первым нарушил молчание.

"Если тебе есть что сказать, то говори уже. У меня нет настроения слушать твой неприятные грязный рот ".

Скоро его ждет наказание, но он все еще держал себя с уверенностью невиновного человека.

Да. На самом деле Михаил считал, что он ни в чем не виноват.

"...Брат".

"Конечно, ты сейчас как герой себя ведешь, не так ли? Ты, должно быть, пришел на очень важный разговор".

"Прекрати нести чушь", - с улыбкой сказал Роэн.

При этом выражение лица Михаила ожесточилось.

Наблюдая за старшим братом, который когда-то вызывал у него восхищение, Роэн проглотил сардоническую улыбку.

"Чушь?"

"Да. Бред. Без всякой неприятной игры слов, которая тебе не нравится, я спрашиваю тебя прямо, брат. Ты действительно не знаешь, в какой ситуации сейчас находишься? Почему ты не в курсе? Если только ты не полудурок в буквальном смысле слова, не может быть, чтобы ты не знал. Не могу поверить, что у меня есть дурак в качестве старшего брата..."

"Ты жестокий...!"

Однако, несмотря на яростную вспышку Михаила, Роэн быстро оборвал его.

"Как ты можешь быть таким слепым и бессмысленным? Ах. Нет, я не это хотел сказать".

"Тогда, если ты хочешь что-то сказать, сделай это правильно! Если ты не хочешь, чтобы я тебя ударил, просто..."

"Ладно, тогда скажу прямо. Такой дурак, как ты, никогда не извинится и не задумается о своих действиях. Просто запомни это. Больше не показывайся на глаза Вайолет. Не разговаривай с ней. Не прикасайся к ней. Просто считай ее человеком, которого не существует. И самое главное..."

Не причиняй ей вреда.

С грохотом опустилась на блюдце его чашка.

Михаил смотрел на Роэна с еще более недоверчивым выражением, чем когда его называли полудурком. Он не мог поверить собственным ушам.

"...Я сказал, что воздержусь от словесных игр".

Хотя Роэн говорил внешне бесстрастным тоном, его голос выдавал кипящий гнев.

"Ты так сильно ненавидишь этого ребенка?"

"Роэн".

"Ты действительно ненавидишь ее? Настолько, что обвиняешь ее даже тогда, когда она не сделала ничего плохого?"

"Роэн Э. Эверетт!"

Бах!

Его кулак ударил по столу. Задыхаясь от грохота, Роэн посмотрел на Михаила, потягивая чай.

В то время как человек, живший как рыцарь, проявлял пугающую ярость, человек, живший как ученый, только смеялся.

"Ты знаешь, брат".

"Захлопни свое ебало".

"На этот раз Вайолет не виновата".

"Я же сказал тебе заткнуться!"

"И даже все те случаи, что были раньше... Многие из них просто свалили на нее. Нет, даже если бы ее не подставили, ни один из тех поступков не заслуживал такой критики".

Бах!

Он еще раз ударил по столу. Чашки затряслись, и чай пролился на плоскую поверхность.

"Итак..."

"......"

"То есть ты хочешь сказать, что я должен был просто стоять на месте и наблюдать за всем, чертов сопляк?!"

Пылающие зеленые глаза Михаила были полностью наполнены яростью. Его слова были обращены к Роэну, но гнев всегда был направлен на Вайолет, даже в этот момент.

'Даже до самого конца ты продолжаешь ненавидеть этого ребенка.'

Роэн улыбнулся.

Казалось бы, гнев Михаила был оправдан. Однако это было не так.

Единственной и неповторимой мишенью его ненависти и насмешек всегда была только Вайолет.

Потому что Вайолет С. Эверетт была злодейкой. Потому что она была плохим ребенком.

Однако здесь и сейчас Михаил не имел права злиться на Вайолет.

"Это твоя вина, что тебя лишили статуса наследника герцога".

"......"

"Нет, в какой-то мере в этом можно обвинить меня. Ведь это я официально попросил отца о должности наследника".

"Ты, прямо сейчас..."

"Но тогда почему ты злишься на Вайолет и только на нее? Как будто она единственная в этом мире злая".

Злу противостоит справедливость.

А справедливость может восторжествовать, когда праведный мужчина наказывает злодейку.

Таким образом, Михаил был "праведником".

"Знаешь что? В старые времена я равнялся на тебя, брат. Ты был добрым, достойным восхищения и праведным".

"Неужели ты сошел с ума после того, как поддался на уговоры этой злодейки?!"

"Как ты докатился до жизни такой... Было время, когда ты заботился о Вайолет, когда ты не ненавидел ее так сильно. Почему ты стал человеком, который постоянно обвиняет ее во всем и вся?"

"Роэн!"

Злоба в голосе рыцаря была не тем, что может выдержать слабый ученый.

Кончики пальцев Роэна задрожали. Однако, не подав виду, он рассмеялся.

Как это произошло? Когда их отношения стали так ужасно портиться?

Роэн считал себя умным, и все же что мешало ему видеть? Что делало его слепым ко всему этому?

Ответ был только один.

И Роэн мучительно размышлял над этим ответом.

Как Вайолет была младшей сестрой Роэна, так и Михаил был старшим братом Роэна.

Перевод deabigail

С вас оценка 10 - С меня глава

Я вернулся!

[[image:/storage/reader-images/eeece62c6bcf40d2e60c9ef6aa1119a4691e29c8.png]]

Что сделало этих братьев и сестер такими глупыми, какими они были?

"Это мы сделали Вайолет такой".

"Ты хоть слышишь, что ты сейчас говоришь?!"

"Это мы подтолкнули ее к таким поступкам".

Сжав руки в кулаки, Роэн говорил спокойно. Чувство вины перед младшей сестрой уже давно не давало ему покоя.

Даже если сейчас он будет хорошо относиться к ней во имя искупления вины, это не сотрет всех тех обид, которые он причинил ей в прошлом.

"Да, было время, когда я считал правильным думать и поступать так же, как ты, брат. Вайолет всегда злилась. Она оскорбляла Эйлин, совершала злые поступки и причиняла вред другим людям из вредности. Все это были ужасные поступки, а такие поступки достойны презрения".

Роэн говорил медленно, едва сдерживая дрожь в голосе.

"Но я должен спросить тебя, брат. Бывало ли такое, что ты задумывался о том, почему она так поступила?"

"......"

"Только один раз. Ты пробовал выслушать ее как следует?"

"К чему ты клонишь?"

"Когда мы были младше, все было не так. Мы не были такими, ни ты, ни я, ни Вайолет...".

"......"

"Все стали ненавидеть ее, все твердили, что она злая... А ведь она была всего лишь ребенком. Разве могла она сделать хоть что-то, если была такой маленькой?"

Вайолет всегда была в ярости. Она всегда вырывалась и злобно бросалась на всех, кто попадался ей на пути. Она несла в себе злобу ко всем.

Человек, который получал только ненависть, должен был и возвращать ее.

"Она попросила нас о помощи".

"Мне что, каждый раз повторять? Что тебе нужно?"

"Она умоляла нас о помощи снова и снова... Выслушай ее хотя бы раз..."

"Роен!"

"Я уже давно говорю то, что хочу сказать, брат".

'Это мы заставили ее сделать это.'

"Если это дитя - злодейка, как все говорят, то это мы сделали ее такой".

При этих тихих словах глаза Михаила сверкнули.

Неважно, какая причина стояла за этим, но зло есть зло. Вредоносные поступки никогда нельзя списать на вину других.

Несмотря ни на что, Вайолет была злодейкой.

"Значит, ты, то, что ты сейчас говоришь..."

Добро и зло были противоположны друг другу. Тот, кто наказывает зло, - добрый человек. Поэтому Михаил, не терпящий злых поступков, был праведником.

Он должен быть праведником.

"Ты говоришь, что я".

"......"

"Это я здесь плохой, да?"

Его сверкающие глаза постоянно дрожали. В этих глазах не было видно ни крупицы вины.

Роэн улыбнулся.

"...Ты ошибался, брат".

Роэн сделал глоток чая. Во рту у него пересохло, и он горько улыбнулся.

"Все, что ты сделал до сих пор..."

Вредоносные поступки нельзя списать на вину других, как он сказал.

"Это были поступки, которые не следовало совершать".

Вайолет не винила других ни в одном из своих проступков. Она даже не выказывала чувства вины за них.

Но вот Михаил настаивал на том, что Вайолет виновата во всем, что он сделал.

"Мы были неправы. Мы только критиковали ее за недостатки, не спрашивая почему, мы только злились на нее."

"Брат, мы применили к ней насилие. Мы постоянно толкали ее и говорили, что она сама виновата. Но ты... это ты не прав".

Физическое насилие было не единственным видом насилия.

В этом мире существовало множество невидимых глазу способов причинить вред другим.

Бах!

Рука Михаила снова ударилась о стол. От того, что он уже несколько раз ударил голой рукой по твердой поверхности, она покраснела.

Воздух задрожал от ауры, которая теперь покрывала оба его кулака.

Роэн посмотрел прямо в сверкающие глаза Михаила.

"Этого не может быть..."

Он не признавал своей вины.

"Этого не может быть! Ты хочешь сказать, что я был неправ? Что я виноват?"

"Я - Михаил!"

Роэн заглянул в глаза Михаила, надеясь, что в них есть хоть малейший намек на вину.

Но ничего подобного не было.

В его взгляде, как и всегда, читалась бесстыдная надменность. Этот человек не признавал своей вины. Он даже не хотел ее признавать.

"Почему проступки Вайолет... Почему проступки этой злобной твари должны приписываться мне?!"

Неужели он не слышал ни единого слова, произнесенного Роэном до сих пор? Он внутренне прищелкнул языком.

Он действительно не знал, способен ли мозг Михаила на одну мысль или же это всего лишь украшение.

Если бы у него был функциональный мозг, он бы уже давно перестал преследовать Вайолет.

Михаил снова и снова очернял Вайолет. Он твердил ей, что это она все делает неправильно. Как иронично, что он жил с такими двойными стандартами.

Вопреки логике Михаила, мир не мог делиться только на добро и зло.

Эверетт был знатным родом и одной из семей-основательниц империи.

Будучи родом, по могуществу уступающим только императорской семье, дом Эверетт возглавлял множество других вассалов. Семья несла в себе аристократическую голубую родословную, которая служила для защиты страны, и ответственность, которую они несли на своих плечах, включала в себя жизни бесчисленного множества других людей.

"...Есть предел тому, чтобы подвергать других такому дерьму. Уходи".

Таким образом, преемник Дома Эверетт, Михаил, должен был быть абсолютно безупречным.

И Роэн мог только насмехаться над упрямством этого человека.

В этом мире не было идеальных людей. Положение наследника дома было тяжелым, даже если он сошел с ума из-за этого, должен ли он был оцепенеть, когда сходил с ума?

Перевод deabigail

С вас оценка 10 - С меня глава

[[image:/storage/reader-images/fdfb69d207f3e3a5919fa35448a60b1f3f1a9e3b.png]]

Если бы все проблемы были простыми.

Но нет. В этом мире все было сложно.

Как жертва может быть не совсем доброй, так и преступник может быть не совсем злым. У каждого человека были свои причины.

"...Понятно. Таков твой ответ, старший брат".

Михаил откинулся на спинку дивана и закрыл глаза. Когда Роэн сказал это, выражение его лица стало каким-то тоскливым.

Следующий герцог Эверетт.

Талантливый человек, сведущий как в литературе, так и в боевых искусствах.

Праведный рыцарь.

"Брат такой милый. Как может существовать такой крутой человек, как ты?"

Его жизнь была без единого пятнышка.

Кроме одного - его младшей сестры, которая не переставала творить зло.

"Не забывай о своем статусе наследника герцога. Веди себя подобающим образом".

Он всегда вел рыцарскую жизнь. В то же время он не пренебрегал учебой, чтобы иметь возможность выполнять обязанности военного офицера.

Количество учебы и нагрузки, через которую он прошел, не ограничивалось одной жизнью, но число жизней, которые ему пришлось вынести, было бесчисленным.

Михаил должен был постоянно думать и действовать как наследник герцога. В противном случае одна его ошибка могла погубить десятки, сотни, тысячи.

"Брат так похож на праведного рыцаря".

"Ах, я вчера читал книгу, и рыцарь в этой истории..."

Голос Эйлин отдавался в его ушах, как галлюцинация. Бедный ребенок.

Вайолет преследовала бедную младшую сестру.

Она презирала девочку за то, что они родились не из одной утробы.

Половина крови Эйлин имела низкое происхождение, поэтому ее и критиковали.

"Когда принцессе грозит опасность, всегда появляется принц и спасает ее. Принц на белом коне!"

Вайолет не стеснялась оскорблять девушку и не прощала ни малейшей ошибки.

Она плеснула в девушку горячим чаем, намеренно пролила вино и ударила ее по щеке.

"Ты самый крутой и праведный старший брат в мире!"

Так открыто смотреть на девушку свысока на глазах у других - как это можно назвать, если не злом?

"Я".

"Веди себя подобающим образом".

"...Я был неправ?"

Он просто сделал то, что должен был сделать. Это Вайолет была не права.

"Я..."

Не существовало ответа, который был бы таким же ясным, как черное и белое, таким же однозначным, как добро и зло.

Думать так было бы просто поверхностно.

Погрузившись в себя и не оглядываясь на окружающих, он сводил мир к противоречивым противоположностям, выстраивая отношения только на основе своих собственных критериев.

Придерживаться своих убеждений - благородное дело, но нет ничего более извращенного, чем упорно цепляться за ложные убеждения.

Если эти убеждения будут разрушены, что ему делать?

Должен ли он оправдывать свои действия, чтобы защитить себя?

Однако если самооправдание было невозможно, то на его месте оставалось другое.

"......"

Что это может быть?

Наказание, которое Роэн определил для Михаила, было простым.

Домашний арест на один месяц. А затем семь дней испытательного срока.

Учитывая, что Вайолет тоже была на испытательном сроке, это наказание было очень легким.

Тем не менее проблема, которую спровоцировал Михаил, разбушевавшись и запятнав репутацию герцогства, была как-то решена.

Не было необходимости открыто демонстрировать политические распри внутри семьи. Использовать слухи в своих интересах хорошо в меру, но разумно остановиться, когда цель достигнута, а именно - пресечь дурные слухи о Вайолет.

Несмотря на назначенное ему наказание, Михаил вел себя слишком тихо. Эйлин хлопотала о встрече со старшим братом, но ее не пустили к нему.

Идеальное одиночество и изоляция.

Ни Михаил, ни Эйлин не сильно отличались друг от друга.

Кроме того, после того как Михаил лишился статуса герцогского наследника, а Роэн был провозглашен следующим герцогом, новость об этом разнеслась по всей империи.

Некоторые скептически относились к тому, сможет ли слабый Роэн справиться с этой должностью. Но, с другой стороны, те, кто знал его истинную природу, лишь содрогались.

Все это произошло так быстро, но слухи о Вайолете не распространялись.

Поскольку он беспокоился о здоровье Вайолет - как физическом, так и душевном, - Роэн не допускал утечки информации о ней.

"Это твой дом, молодой лорд?"

"Ммх. Что ты имеешь в виду?"

"Ты приходишь и уходишь, как будто это так".

"Ну, технически говоря, это и есть мой дом. В герцогской резиденции нет места, куда я не мог бы пойти".

"......"

Поскольку Вайолет не была полностью в курсе происходящего снаружи, она лишь недоверчиво посмотрела на Роэна.

Немного странное зрелище - он пришел сюда, чтобы лично сообщить о том, как блокировал слухи о ней.

"Только не говори мне, что ты проделал весь этот путь только для того, чтобы сказать это".

"Конечно, нет. Есть много других вещей, которые я хочу тебе рассказать. Прежде всего, я рассказал тебе о том, что Старшего брата собираются лишить должности преемника, верно? Его тоже скоро отправят в Эшборн".

"А, этот приморский город".

"Я легко с ним разберусь и замаскирую это под смерть от болезни или несчастного случая, но раньше мы с ним ладили".

"......"

Вайолет родилась и выросла в этом мире, но, поскольку она придерживалась современного образа мышления, она серьезно отреагировала на слова Роэна.

Роэн лишь добавил, что он просто пошутил.

"Теперь перейдем к следующей новости".

"Если тебе нечего сказать по существу, я бы хотела, чтобы ты ушел".

"Но, как я уже сказал, я здесь потому, что должен тебе кое-что сказать. Я направляюсь в столицу, не хочешь ли ты поехать со мной?"

непринужденно спросил Роэн.

Вайолет пришлось сделать все возможное, чтобы не повысить голос.

"Я уже отказала тебе в прошлый раз".

"Это из-за наследного принца?"

"Я даже не знаю его в лицо".

Перевод deabigail

С вас оценка 10 - С меня глава

[[image:/storage/reader-images/8f3ac7e766e49c23828df9f59218daeab8260196.png]]

"Я уверен, что ты хотя бы знаешь его в лицо... В любом случае, если проблема в императорской семье, то я могу быть там, чтобы блокировать их. Конечно, если ты не хочешь выходить замуж, ничего страшного".

"Я не хочу идти".

Вайолет категорически отвергла предложение Роэна.

На мгновение Роэн сделал сердитое выражение лица. В глазах Вайолет он выглядел настолько отвратительно, что у нее мелькнула мысль, что она действительно может плеснуть чаем в это ненавистное лицо.

"Знаешь, Ви..."

"Есть предел таким вещам. Этого достаточно".

Когда Вайолет холодно произнесла эту фразу, Роэн притих.

Угрюмый оттого, что не мог свободно называть ее детским прозвищем, Роэн посмотрел на выражение лица Вайолет.

"Что ты думаешь об отце, его светлости герцоге?"

осторожно спросил Роэн. В свою очередь, Вайолет сузила глаза, пытаясь разгадать его намерения.

"Я считаю, что он замечательный человек".

"Ах, ах. Не в этом смысле. Скорее, как отец".

"Прости, молодой лорд, но я не понимаю, что ты пытаешься до меня донести".

Вайолет выразила свое подозрение.

На это Роэн ухмыльнулся.

Подбирая подходящие слова, Роэн переплел пальцы. На его губах играла мягкая улыбка, когда он смотрел на Вайолет.

Если бы там был кто-то, кто не знал об их отношениях, возможно, он бы догадался, что Роэн намерен завоевать ее. Стоило увидеть этот взгляд за его глазами.

"Как ты думаешь, какой он отец, не как герцог?"

"......"

Как всегда, трудно было предположить, каковы истинные намерения Роэна.

Вайолет слегка нахмурилась. Если она даст неправильный ответ, то, возможно, ее исключат.

Можно было бы сказать, что она просто слишком много думает. Тем не менее она не могла ослабить бдительность.

Сейчас здесь царил герцог, как король. Неважно, состояла ли она с ним в кровном родстве или нет, вопрос, который задал ей Роэн, был сродни яду.

"Тебе нечего так опасаться. Тогда, может, я сначала скажу, что думаю?"

Как ни хорошо он умел читать мысли других людей по их поведению, Роэн ярко улыбнулся.

Второй сын герцога, который еще недавно не знал о ситуации с Вайолет, продолжал говорить свободно, ведь он так хорошо проникал в чужие мысли.

"Безусловно, как ты говоришь, он невероятный герцог. Он управляет своими владениями так, что нигде не слышно шума".

Роэн игриво постучал указательным пальцем по щеке.

"Изначально герцогиня должна была заботиться о внутренних делах дома. Однако даже после смерти матери никаких серьезных внутренних проблем не возникло. Так что, наверное, правильнее будет сказать, что Его Светлость герцог безупречно управляет как внутренними, так и внешними делами дома?"

Роэн поднял запретную тему.

И Вайолет сразу же глубокомысленно нахмурилась. Роэн снова улыбнулся, видя, что его младшая сестра даже не скрывает от него своей реакции.

Прошло много времени с тех пор, как герцогиня скончалась.

У нее всегда было слабое телосложение, и когда она скончалась, это произошло из-за болезни. Ее кончина не была мучительной.

Тем не менее Вайолет тихо зарычала от гнева.

"Когда я сказал, что у нас нет проблем с внутренними делами, я имел в виду, что не было проблем в финансовом отделе и не было случаев растраты. Тем более удивительно, что так происходит, когда хозяйство постоянно имеет дело с астрономическими суммами денег".

Роэн говорил спокойно. Хотя он заметил, что у Вайолет дрожат кончики пальцев, он не остановился.

"Но на самом деле все было в полном беспорядке. Разве не было случая, когда ты приказала отрезать служанке язык, лодыжки и пальцы?"

На этом Роэн сделал паузу.

Бах.

Вайолет ударила одной рукой по столу.

Роэн на мгновение уставился на Вайолет, но вскоре продолжил.

"Если служанка высмеивала свою госпожу, это было вполне законным способом наказания".

Наблюдая за тем, как Роэн невозмутимо потягивает чай, Вайолет сжала руку в кулак. Если бы ее ногти были чуть длиннее, чем сейчас, они бы уже впились во внутреннюю плоть ладони, выпустив струйки крови.

Вспоминая свое прошлое поведение, Вайолет пришла к выводу, что ничего другого она сделать не могла. Но в то же время она не считала это правильным.

Ён Ха Юн, которая была глубоко в ее сознании, сказала бы: "Ты не должна этого делать".

Однако, несмотря на то, что Вайолет вернула себе воспоминания и современное восприятие своей прошлой жизни, она все равно оставалась человеком, живущим в этой эпохе.

Она совершенно не собиралась извиняться перед этими людьми.

"Тем не менее, я слишком остро отреагировала".

"Да, это так".

Роэн освежающе согласился с ее ответом. Остановившись, Вайолет подняла на него глаза.

На его лице играла нечитаемая улыбка.

"Отец благоволит к тебе. Это неоспоримый факт".

"......"

"Вот почему он ничего не предпринял по поводу твоих действий. Но самое ужасное в этом то, что если бы он хотя бы что-то предпринял, все сложилось бы иначе".

Продолжая сжимать руки, Вайолет медленно выдохнула.

И наконец-то истинная Вайолет вновь предстала перед зелеными глазами Роэна.

"Позволь мне задать тебе тот же вопрос, что и некоторое время назад, Вайолет. Что ты думаешь об отце?"

Она все еще не могла понять намерений Роэна, но все же честно ответила ему.

"Я считаю, что он великий герцог".

Услышав ответ Вайолет, Роэн улыбнулся.

Ему нужно было подтвердить две вещи.

Насколько тяжелым было прошлое для Вайолет и сколько эмоций она оставила для своей семьи.

Он не мог решать вопросы, связанные с ней, как бы ему ни хотелось.

"Ах, да. Это твой изначальный ответ".

Он проговорил столько же, сколько и в первый раз, но все равно получил тот же ответ. Несмотря на это, Роэн разгладил подбородок и продолжил улыбаться ей глазами.

Хороший человек. Великий герцог.

С самого начала Вайолет не подавала никаких признаков того, что считает герцога своей "семьей".

Она относилась к нему как к чужаку. Просто человек, от которого она получила добро.

"Но, конечно, не очень хороший отец", - пошутил Роэн.

"......"

Перевод deabigail

С вас оценка 10 - С меня глава

[[image:/storage/reader-images/3b363f5b92310b642ad0014f586ee2bfc648cd7a.png]]

Все сводилось к одному.

Во всем был виноват герцог.

Герцог всегда придерживался неизменного мнения. Это касалось и до, и после смерти любимой жены.

Он давил на старшего сына Михаила, а ко второму и третьему сыновьям был равнодушен. Кто-то может сказать, что его любимицей была Вайолет, но даже к ней он относился с безразличием.

Человеческие существа нелегко меняются.

"Ты действительно не хочешь поехать со мной в столицу?"

"...Ты уже какое-то время болтаешь по кругу".

"Думаю, я достаточно хорошо объяснил свою причину".

"......"

Когда Роэн произнес эти слова, Вайолет сделала паузу.

Герцог не был хорошим отцом. Его небрежность под видом любви разрушила эту семью.

Человек, которого собственные дети считали "Его Светлостью", не мог быть любящим отцом.

Он никогда не мог быть хорошим отцом.

"......"

Честность - это добродетель, которая иногда может так разочаровывать.

Несмотря на то что герцог осознал свои ошибки и пытался измениться, прошлое и характер герцога изменить было невозможно.

Что касается Вайолет, то все, чего она желала, - это спокойно жить, рисуя, и тогда она умрет.

Но сейчас, из-за герцога Эверетта, который был для нее всего лишь "герцогом", она не могла исполнить это желание.

"...Я подумаю об этом".

"Тогда я буду надеяться на положительный ответ".

Как может измениться человек.

Получив наконец ответ, который он хотел услышать, Роэн широко улыбнулся.

Решение о поездке Вайолет в столицу было принято быстро.

После нескольких дней раздумий она дала ответ Роэну. Кэрн скоро вернется из академии, и как только она узнала об этом, то сразу же согласилась и сказала, что отправится в столичный дом герцогства.

Михаил был пройдохой, но, по крайней мере, он не боялся потерять лицо. Конечно, в последнее время он не переставал критиковать Вайолет, и было похоже, что он больше не заботится о достоинстве семьи, но это было неважно.

По сравнению с Михаилом, Кэрн совершенно не заботился о последствиях своих поступков.

Издевательства, которым Вайолет подвергалась все эти годы, были в основном психологическими, но иногда в ход шло и физическое насилие.

На долю Михаила приходилось тридцать процентов такого физического насилия, а на долю Кэрна - семьдесят процентов. В общей сложности Кэрн нападал на Вайолет, не сдерживая себя, более десяти раз.

Когда Кэрн окажется дома, как он отреагирует на сложившуюся ситуацию?

Роэн смотрел на Вайолет восторженным, хотя и немного смешанным взглядом.

Ему было хорошо известно о действиях Кэрна по отношению к Вайолет. Он знал обо всем, но закрывал на это глаза.

"...Вайолет".

"Если ты закончил свои дела здесь, я предлагаю тебе вернуться".

"Хм, это можно назвать чаепитием между братом и сестрой, так что..."

Однако под презрительным взглядом Вайолет Роэн поник.

Хотя он еще не был официально назначен, вторым сыном дома Эверетт теперь был наследником герцога.

Тем не менее он осторожно спросил Вайолет.

"Разве ты не хочешь стать следующим главой дома?"

"...Это что, шутка?"

"Нет, я говорю серьезно".

Ты достаточно способна. Почему ты не стремишься занять эту должность?

задал вопрос Роэн. В ответ Вайолет с сожалением посмотрела на него.

Угрюмый, похожий на щенячий взгляд встретился с взглядом Вайолет. Казалось, что он ей совершенно не нравится.

Как и сказал Роэн, Вайолет тоже была достаточно квалифицирована, чтобы стать следующей герцогиней. Конечно, за исключением ее репутации.

На протяжении многих лет она делала все возможное, чтобы получить признание своей семьи, и за это время накопила бесчисленное множество качеств и способностей.

Герцог дал своим четверым детям одинаковое образование. Младшие братья и сестры думали, что вопрос престолонаследия будет решаться по принципу первородства, и, естественно, предположили, что следующим герцогом станет Михаил. Тем не менее, все они получили одинаковое образование, которое требовалось наследнику.

Эйлин, однако, не получила такого равного образования. Ей была предоставлена возможность получить его, но она не смогла выдержать строгих уроков. И вот герцог взял на себя инициативу и распорядился изменить учебную программу Эйлин.

С другой стороны, Кэрн заявил, что ему не подходит просто сидеть за столом и заниматься весь день, поэтому он пропустил занятия.

Таким образом, только Михаил, Роэн и Вайолет получили образование наследника.

И теперь, когда Михаил лишился права наследовать герцогство, оставалось только два кандидата.

Если Вайолет получит поддержку Роэна и герцога, она вполне может стать следующей главой семьи. В нашу эпоху женщины, конечно, редко занимали руководящие посты в правительстве, но это не было чем-то неслыханным.

Кроме того, стать следующей главой было для нее самым верным путем к мести.

Сладость, которую могла принести власть, не поддавалась воображению.

Однако даже за то время, что Вайолет вела себя как злодейка, она ни разу не попыталась возжелать должности "наследника".

На лице Вайолет застыло оцепенение.

Когда-то давно она задавалась тем же вопросом, но сейчас вопрос Роэна был просто безрассудным.

"Молодой лорд, ты хочешь, чтобы я стала следующей главой дома Эверетт?"

"...Немного".

"Это довольно громкое заявление от человека, который просил Его Светлость герцога дать ему должность наследника".

"Просто, чтобы защитить тебя..."

"Пожалуйста. Воздержись от таких тошнотворных вещей".

"Хорошо..."

Сердце Роэна опустилось.

А Вайолет было все равно.

"Конечно, если я займу место главы, то наверняка смогу осуществить свою месть. Если надо мной будет стоять только императорская семья, я смогу делать все, что захочу".

"......"

"Но тогда в чем смысл?"

"Смысл?"

"Когда-то давно я жаждала мести. Я хотела, чтобы вы все встали передо мной на колени, извинились и умоляли меня за все те злодеяния, которые вы мне причинили. В своей голове я уже казнила каждого из вас, снова и снова".

"......"

Даже если бы у Роэна было сто ртов, он не смог бы ничего ответить.

Перевод deabigail

С вас оценка 10 - С меня глава

[[image:/storage/reader-images/b3708cd66b237604a1f14509ce1e2906d163e0b1.png]]

"Но тогда какой в этом смысл?"

"......"

"Разве это отменит все мои страдания?"

На спокойно поставленный вопрос Роэн сумел разжать губы.

"Это..."

Однако его ответ был прерван последующими словами Вайолет.

"Молодой лорд, я хочу быть счастливой сейчас".

"Я просто хотела забыть обо всем сложном, обо всем, что я ненавижу... Я просто хотела быть счастливой".

И я подумала, что буду счастлива, если получу извинения.

Когда она получила извинения от Роэна, они оказались спокойнее, чем она ожидала. Но ощущения были совсем не приятными. Это было такое липкое неприятное чувство, какое бывает после употребления негазированных безалкогольных напитков.

Эта обида не исчезнет после нескольких слов.

"Позволь мне задать тебе тот же вопрос. Как ты думаешь, будешь ли ты счастлив, когда станешь герцогом?"

"...Нет".

Говорить о том, что месть потворствует мести, было бессмысленно. На самом деле, месть - это хорошо. Она даже может немного улучшить качество жизни.

"Это пугающая и тяжелая позиция".

Сладость, приносимая властью, несомненно, вызывает привыкание, но не за горами и груз ответственности.

Если бы злодейка стала наследницей герцога, критика в ее адрес стала бы еще сильнее.

Все закончилось бы так: будь ты проклята, если сделаешь это, будь проклята, если не сделаешь. Если бы она не смогла добиться успеха, ее бы проклинали. Если бы она справилась, ее бы все равно проклинали.

Политические враги будут приходить толпами, лишь бы свалить ее. Они распускали о ней слухи, давили на нее всей своей силой и мощью.

То же самое было и в том случае, если бы она стала супругой кронпринца. Власть не могла не повлечь за собой ответственности и критики.

Вайолет хотела лишь одного.

Провести остаток жизни, рисуя, и не беспокоиться о голоде.

Это было то счастье, на которое она надеялась.

Роэн горько улыбнулся.

Мужчина, на плечи которого теперь лег непреодолимый груз ответственности только ради того, чтобы извиниться перед младшей сестрой, перестал задавать бессмысленные вопросы.

"...Я перенесу график нашего отъезда в столицу, чтобы мы успели уехать до возвращения Кэрна. Отдыхай пока с комфортом".

"......"

В последние дни Роэн регулярно заходил к Вайолет, несмотря на то, что под глазами у него были темные круги. Коротко попрощавшись, он покинул гостиную.

Как всегда, между ними не было такого понятия, как затянувшееся прощание.

По городу поползли слухи о том, что Вайолет отправится в столицу вместе с Роэном. Шепотки продолжали распространяться, не собираясь прекращаться.

Одни говорили, что злодейку освободят из заточения, другие - что ее просто подставили.

Одни говорили, что она, должно быть, стремится занять место супруги кронпринца, а другие - что Вайолет вообще никогда не была в заточении.

Общественное мнение о Вайолет, конечно, изменилось, но все еще оставались люди, которые продолжали ее очернять. В этом смысле ее решение покинуть семью Эвереттов было хорошим выбором.

Слухи мало-помалу распространялись и в конце концов дошли до Эйлин.

"...Почему?"

Бормоча себе под нос, девушка сжимала в руках подушку с такой силой, что та могла скоро лопнуть.

При беглом взгляде на ее комнату создавалось впечатление, что в ней пронесся ураган. Здесь царил беспорядок. Повсюду валялись сломанные предметы.

Она ничего не могла сделать. Образ, который она создавала все эти годы, схватил ее за лодыжку.

Внешний образ "хорошего ребенка" был ключевым моментом, благодаря которому она могла получать всю эту любовь, но в то же время именно он сковывал ее.

"Почему! Какого черта!"

Все ее действия контролировались. Даже самая незначительная ошибка могла обернуться для нее критикой. Широкое, широкое герцогство превратилось для Эйлин в клетку.

"Почему, почему это случилось. Няня, Няня... Куда ты пропала? Почему, почему..."

Эйлин не была ни ангелом, ни святой.

В конце концов, она была просто человеком. В такой ситуации, когда она задыхалась, она не могла выстоять.

И ситуация только усугубилась, когда ее няня и служанки, которые были ее руками и ногами, исчезли.

Всю жизнь любимая, девочка не могла преодолеть жестокое окружение, в котором оказалась.

Лунный свет падал на поверхность озера.

Вайолет спокойно смотрела вниз, на озеро, в которое она когда-то окунулась. Если учесть, что погода в тот день была не очень хорошей, то просто чудо, что она выжила.

Трава под ее босыми ногами вызывала зуд. Несмотря на то что на следующий день она должна была уехать в столицу, Вайолет вышла прогуляться под влиянием импульса.

Посреди сада стояла одна-единственная девушка, которая шла босиком, одетая в одну лишь ночную рубашку. Если бы кто-нибудь увидел ее, то, естественно, показал бы на нее пальцем.

Тем не менее она все равно отправилась на прогулку и наслаждалась ею, как хотела.

Завтра Вайолет должна была покинуть резиденцию Эвереттов.

Она покинет свой родной город, который также был местом ее рождения.

Она не чувствовала сожаления по этому поводу. Однако она не могла побороть желание осмотреть резиденцию.

"......"

Это был последний раз перед отъездом, чтобы запечатлеть своими глазами родной город, в который она уже не вернется.

"Пришло время прощаться".

Перевод deabigail

С вас оценка 10 - С меня глава

[[image:/storage/reader-images/b26d73692fff7db4e675adaf964642c1f8c41a67.png]]

Под лунным светом по поверхности прозрачного озера пробегала рябь. Оно было холодным.

Как выразить это чувство?

Она говорила, что хочет быть счастливой, но уже давно забыла, как быть счастливой. На суше можно дышать, но она давно забыла, как дышать.

Добрая воля, полученная от других людей, иногда служила и насилием. Или же она может оказаться чрезмерной зависимостью.

Вайолет доверяла Мэри, своей служанке.

Она заботилась о тех, кто верил в нее. Но при этом она знала, что эти люди - те же самые, кто проклинал ее и говорил о ней за спиной.

Вера и доверие были такими мелкими вещами.

"Тебе должны были запретить приходить в это место".

"...Я слышала, что ты завтра уезжаешь. Я не смогу поговорить с тобой сегодня".

Вайолет прекрасно понимала, что эта милая, затягивающая доброжелательность может измениться в любой момент.

Эйлин, которую она встретила здесь, похоже, что-то задумала.

У девушки было множество мелких царапин, как будто она прошла по неровной тропинке, чтобы как-то незаметно попасть сюда.

Озадаченная внезапной сменой обстановки, девушка яростно уставилась на Вайолет.

Зеленые глаза, внешне спокойные, но под их поверхностью кипела вспышка гнева.

И фиолетовые глаза, сдержанные и безразличные.

"Ты здесь, чтобы поговорить, да? Что ты хочешь мне сказать?"

"Я ненавижу тебя".

"Как честно. Хотя ты та девочка, которая ходила за мной по пятам и говорила: "Я хочу быть ближе к тебе, сестра"".

Ее смех донесся до ушей Эйлин. Это была одновременно и усмешка, и самоуничижительный смех.

Вайолет медленно приблизилась к Эйлин.

"Тебе больно. Если ребенок, которого все любят, получит такую травму, все будут грустить".

"Не трогай меня!"

В свете падающей луны бледная рука, по которой был нанесен удар, внезапно вспыхнула.

Эйлин издала низкий рычащий звук, глаза свирепо сверкнули.

"Всегда ты так себя ведешь, всегда".

Эйлин скрежетнула зубами.

"Почему ты ведешь себя так, будто у тебя все получается само собой? Прикидываешься такой высокородной, показываешь, какая ты высокомерная, показываешь, как ты смотришь на людей свысока..."

При этом в глазах Вайолет мелькнул интерес.

Милой, очаровательной юной хозяйки дома здесь не было.

Теперь, увидев истинное лицо Эйлин, Вайолет улыбнулась.

"Я не очень хотела с тобой разговаривать, потому что мне лично нечего было сказать. Но теперь мне стало немного интересно".

"Не притворяйся, что тебе хорошо!"

"Тогда вперед. Говори то, что хочешь сказать".

Улыбка Вайолет снова спровоцировала Эйлин. Очевидно, это была насмешка.

Сама того не осознавая, Эйлин сделала шаг назад. В ее глазах отразились все ее мысли - она выглядела как человек, который хочет кого-то убить.

"Так было с самого начала. Ты всегда была такой отвратительной! Знаешь, что? Я чертовски сильно тебя ненавижу. То, как ты притворялась гордой в одиночку, то, как ты смотрела на людей, говоря, что они не заслуживают такого положения, то, как ты изо всех сил старалась, чтобы тебя любили, но при этом вела себя так горделиво. Я ненавижу все это!"

"Какое совпадение. Я тоже тебя ненавижу".

Вайолет улыбнулась, сделав еще один шаг к Эйлин.

И девушка сделала шаг назад. Когда Вайолет подняла руку, Эйлин рефлекторно вздрогнула и закрыла лицо руками.

Однако Вайолет лишь убрала один листик, застрявший в волосах Эйлин.

"П-почему...! Почему ты корчишь такое лицо! Просто проклинай. Ругайся на меня! Прокляни меня за то, что я грязная и вульгарная, за то, что я дура, которая подрывает престиж семьи!"

"Не знала, что у тебя есть пристрастие к сквернословиям. Ты это хочешь сказать?"

Голос Эйлин разносился эхом по всему лесу.

Вайолет одарила девушку надменной ухмылкой.

"Ты, я серьезно ненавижу тебя... Это должно было быть мое место - мое место. Просто, так получилось, что ты родилась с этой кровью... Если бы мой отец встретил кого-то другого и жил бы хорошо, то это место..."

В конце концов ее гнев вырвался наружу и вылился в слезы. Девушка злобно кричала с ядовитым взглядом в глазах, но, несмотря на это, ее лицо оставалось прекрасным.

"Изначально это было мое место! Положение герцогской леди, забота и любовь людей, эти способности - все должно было принадлежать мне!"

"......"

"Это всё должно было быть мое. И я сделала его своим. В чем же тогда проблема? Все равно ты жила хорошо все это время!"

Эйлин произнесла эти слова с криком, и, когда слезы захлестнули ее, все поглотила тишина ночи.

Вайолет рассмеялась.

"Т-ты даже не понимаешь, что натворила! Это изначально мое. Это мое. Оно было моим..."

"Ты говоришь такие забавные вещи".

"З-забавные? Прямо сейчас, ты..."

"Верно. Так ты говоришь, что должность герцогской леди изначально была твоей?"

Это была та самая высокомерная улыбка, которую Эйлин так не любила. Благородная грация, которой она никогда не могла бы обладать, даже если бы захотела.

Столкнувшись с тем самым образом, который она ненавидела больше всего, Эйлин запылала от ярости.

Вайолет тихо прошептала, обращаясь к девушке.

"Ты действительно так думаешь?"

"......"

"Что это изначально твое место".

Хотя голос был равнодушным, в нем чувствовалась неоспоримая сила.

Да, возможно. Уважаемая дочь герцогства Эверетт могла быть Эйлин.

Вайолет могла родиться в семье, где ее воспитывали с должным вниманием. Затем она могла выйти замуж в престижный аристократический дом.

А Эйлин могла бы стать герцогской леди Эверетт.

Но всего этого не случилось.

Что было бы, если бы отец Эйлин не сказал бы бывшему герцогу, что влюбился? Если бы он не решил жениться на женщине низкого статуса и не отказался от своего положения наследника герцогства?

Эйлин вообще бы не родилась.

Это был бессмысленный спор. Слова Эйлин были не более чем заблуждением.

"Знаешь, я всегда задавалась вопросом: почему ты так поступаешь со мной, почему ты так ненавидишь меня, что испытываешь такое нетерпение, когда не можешь утащить меня вниз?"

Перевод deabigail

С вас оценка 10 - С меня глава

[[image:/storage/reader-images/d89955f44ec52c08559e7f7bd2203330d60e7f32.png]]

Эту правду знала только Вайолет.

Только Вайолет, которая внешне была человеком, отвергающим нового члена семьи.

"Помнишь время, когда ты была мне небезразлична? Тогда ты мне очень нравилась. Мне казалось, что у меня есть младшая сестра".

"...Не смеши меня".

"Верно. Прошло больше десяти лет. Теперь это бессмысленно".

Именно после того, как ты действительно стала моей младшей сестрой, я возненавидела тебя.

Сказав это тихо, Вайолет медленно закрыла глаза. Выражение лица Эйлин постепенно исказилось.

"Ха-ха-ха. Ахахахахаха!"

Под лунным светом раздался смех одного человека.

Смех, в котором слышались нотки безумия и облегчения.

"Теперь я знаю, почему... Почему ты так ненавидела меня. Почему ты так волновалась, когда не могла утащить меня вниз".

Бах.

Сделав шаг назад, не в силах остановить движение, Эйлин упала на землю.

Вайолет медленно потянулась и погладила Эйлин по щеке.

"Ты ведь завидуешь мне?"

Учитывая, что этого человека она ненавидела больше всех, она обращалась с ней очень нежно.

Эйлин отбросила руку Вайолет.

"Заткнись... Заткнись. Такие, как ты. Я ни за что не завидую тебе!"

Ее высокий голос был таким же резким, как и звук, сопровождающий пощечину.

Их позиции поменялись местами. У Эйлин сложилось впечатление, что причиной изменения ее положения стала Вайолет.

В какой-то степени это предположение было верным, но, с другой стороны, и ошибочным.

Однако Вайолет продолжала нежно поглаживать щеку девушки, догадываясь, почему Эйлин пришла к ней именно сейчас.

"Точно. Вот почему. Ты завидуешь моему положению. Нет, ты завидовала мне так сильно, что хотела так или иначе потянуть меня вниз - чтобы увидеть, как я разбиваюсь и сгораю... Ты жаждала быть выше меня, Эйлин".

Позорное чувство, вызванное ощущением неполноценности... Вайолет осознавала желание избавиться от этого чувства.

Она ненавидела, когда кто-то видел ее плачущей или борющейся, когда она была в самом низу. Поэтому она хотела любыми способами доказать свое превосходство...

Что толку от этой родословной?

Улыбка на лице Вайолет быстро исчезла. Вместо нее на лице появилось холодное выражение, и она прошептала Эйлин на ухо.

"Я не буду спрашивать тебя, с каких пор ты начала ненавидеть меня, моя любимая младшая сестра".

"......"

"Оставайся на дне вечно. Потому что ты никогда не сможешь стать мной. Ты больше не имеешь для меня значения".

С каждым словом Вайолет выражение лица Эйлин становилось все более и более искаженным.

Почему я должна завидовать тебе? Ты - злодейка, которую совсем не любят! Ты злодейка, которая каждый день только мешает всем!

Она, стремившаяся превратить самую благородную особу в грубую женщину, пыталась скрыть эти уродливые чувства. Но в итоге ее желание не исполнилось.

Чувство неполноценности преследовало Эйлин всегда.

"Эйлин".

"......"

"Ты, наверное, пришла сюда, чтобы обвинить меня. Тебе больно? Ты сейчас в такой ситуации? В твоем положении ты даже не можешь ничего сделать или добиться".

Когда Вайолет отошла от нее, задавая Эйлин все эти вопросы, девушка уставилась на нее.

Ее волосы переливались в лунном свете.

"Я ненавижу тебя, Эйлин. Я ненавижу тебя и всех в этой резиденции. Здесь все настолько ужасно, что невозможно терпеть".

"...Ты сумасшедшая".

"Итак, я ухожу. Как бы ты ни старалась, ты никогда не сможешь стать мной. Как бы хорошо ты ни притворялась, ты никогда не сможешь стать хорошим человеком... Но раз уж я стала собой, я решила жить так, как хочу".

Девушка, которая когда-то плакала, когда ее ругали, наконец, после всего этого времени, выглядела умиротворенной.

"Как ты и сказала, я могу быть сумасшедшей. Но одно я знаю точно".

Вайолет еще раз приблизилась к Эйлин и снова погладила девушку по щеке.

"В конце концов, это все твоя заслуга".

"......"

"Ситуация, в которой ты сейчас находишься, твое отчаяние, твой гнев. Все."

Ты сама навлекла это на себя.

Упавшая девушка ударила кулаком по земле. Слегка озадаченная разъяренной реакцией девушки, Вайолет наклонила голову в сторону.

"Я буду требовать то, что принадлежит мне по праву".

"Да, да. Забирай, если хочешь. Если ты пойдешь и сделаешь это, посмотрим, сможешь ли ты что-нибудь изменить".

"......"

Девушка на земле заплакала.

Вайолет пошла вперед, оставив Эйлин позади себя.

Ей незачем было оглядываться.

Наступило новое утро.

Поскольку она не сомкнула глаз всю ночь, выражение лица Вайолет было мрачным. Слегка притоптывая ногами, Мэри изучила лицо Вайолет и спросила,

"Миледи, случайно ничего не случилось?"

"Нет, ничего".

После того как Вайолет выложила все Эйлин, сон не шел всю ночь, пока она думала об этом. Она рассмеялась.

Хорошее утро. Это утро должно было быть хорошим.

Ведь именно сегодня Вайолет собиралась уехать из этого бесконечно утомительного герцогского дома.

"Прежде всего, вот тазик, чтобы вы могли умыть лицо, миледи. После этого я нанесу вам макияж?"

"Как хлопотно".

Хотя с завтрашнего дня Вайолет больше не будет пользоваться этой комнатой, Мэри навела в ней порядок.

Умыв лицо розовой водой с лепестками роз, плавающими над поверхностью, Вайолет переоделась в новую одежду.

Вайолет часто ходила по магазинам, но большинство ее последних покупок были только художественными материалами.

"Ну вот и все. Красиво, правда?"

"Конечно. Твои навыки совершенствуются с каждым днем".

Когда Мэри аккуратно завязывала волосы Вайолет, она улыбалась. Затем, когда Вайолет скоонить голову, Мэри склонила.

Почувствовав прикосновение руки хозяйки, девушка улыбнулась, когда Вайолет погладила ее по голове.

Перевод deabigail

С вас оценка 10 - С меня глава

[[image:/storage/reader-images/504bdd1c35a03632d970266720e23b99fb1d3a57.png]]

"Это последний раз, когда мы находимся в этой комнате, где мы создали много драгоценных воспоминаний, миледи".

"Кто бы ни слушал тебя сейчас, ты говоришь так, будто расстаешься с любовником".

"Но я действительно думаю, что буду скучать по ней. Другие служанки тоже грустят".

"Но ты единственная, кого я возьму с собой в столицу".

"Да! Пожалуйста, заботься обо мне, даже когда мы переедем в это место!"

"Да. Тогда пойдем".

Получив положительный ответ Вайолет, Мэри улыбнулась.

Одевшись и закончив подготовку к дню, Вайолет встала со своего места. Если раньше она была мрачной, потому что не спала всю ночь, то теперь она была элегантно накрашена, как никто другой.

"Ах, чуть не забыла, миледи. Вы знаете? Я слышала, что Третий молодой господин вернется на следующей неделе".

"Неужели? Что ж, этой встречи я не жду с нетерпением".

"Я слышала, что у него довольно вспыльчивый характер".

"Да, все именно так, как ты говоришь".

При мысли о младшем ребенке семьи, Кэрне, глаза Вайолет сузились.

Тем не менее Мэри лучезарно улыбнулась и притворилась рыцарем, сопровождающим свою госпожу. Вайолет не стала ругать игривую девочку.

Наконец-то Вайолет собиралась сбежать из этого ужасно утомительного герцогского дома.

Однако, так или иначе, ее волнение было жестоко разрушено.

Еще до того, как Вайолет вспомнила о своей прошлой жизни, она часто представляла себе, как покинет свою семью.

Однако во всех сценариях, которые она себе представляла, мысль о подобном случае не приходила ей в голову ни разу.

"...Ты".

"......"

Ужасно изможденный мужчина - еще более неопрятный, чем Вайолет, которая не спала всю ночь, - угрожающе зашагал к ней пошатывающейся походкой.

При этих словах Вайолет скривилась.

Поскольку мужчина был крепкого телосложения, давление, которое он излучал, было огромным.

"Если подумать, сегодня заканчивается его испытательный срок".

При мысли о наказании, которое было назначено Михаилу, глаза Вайолет сузились.

Но в этот момент опьяневший мужчина поднял руку.

"......!"

Все произошло в одно мгновение.

Сразу несколько рыцарей заслонили Михаила, и он хриплым голосом закричал: "Прочь с дороги! Как вы смеете называть себя стражниками, когда преграждаете мне путь!"

Надавив на узел в середине бровей, Роэн вздохнул.

"...Прости. Я должен был заранее предусмотреть контрмеры на этот случай".

У него не было для этого причин, но Роэн сделал шаг вперед и извинился перед ней.

Вайолет бросила взгляд на Роэна, но, тем не менее, тоже шагнула вперед.

"Похоже, тебе есть что сказать мне, так что давай послушаем".

"Но, Вайолет, старший брат...!"

Подняв руку, Вайолет прервала Роэна на полуслове.

Внезапно Вайолет охватил порыв не играть с Михаилом.

Поскольку она не спала всю ночь из-за противостояния с Эйлин, а теперь столкнулась с Михаилом, Вайолет стало просто любопытно.

Почему он так ненавидел ее?

Зачем ему понадобилось доносить на нее до такой степени.

"......"

Роэн отступил.

Хотя Михаил был полностью обездвижен поймавшими его рыцарями, глаза Михаила опасно блестели, когда он смотрел на Вайолет.

Вспомнив, как его раньше ударила эта огромная рука, Вайолет язвительно улыбнулась.

"...Ты".

В отличие от того, как он обычно говорил, голос Михаила был хриплым. Его зеленые глаза, такие же зеленые, как и пышная листва, светились от столь сильных эмоций.

Глаза - это окна в душу.

Почувствовав, какие эмоции и негодование таятся в этих глазах, Вайолет засияла.

Однако Роэн встал между старшим братом и младшей сестрой.

"Ты, Эйлин... Ты использовала любой повод... Любой повод, чтобы изводить бедного ребенка".

"...Ха."

Это было все, что ответил полусонный голос.

Вайолет сдерживала свой смех.

"Я хотела спросить, что ты хотел мне сказать, но проделал весь этот путь только ради этого?"

"Ты первая это сделала, ты... Ты первая обижала этого ребенка..."

Михаил произносил эти слова снова и снова, как сумасшедший.

Вайолет снова подняла руку и жестом указала на рыцарей. Поскольку они держали его так, словно он был преступником, они неохотно последовали ее негласному приказу и отпустили его.

В этот момент Михаил вскочил на ноги.

Он стал таким непутевым, но при этом пришел сюда, чтобы обвинять и критиковать кого-то другого.

Когда Михаил свирепо уставился на нее убийственным взглядом, Вайолет отступила от него на шаг.

"Да, конечно. Если ты хочешь настаивать на формальностях, то это я первая обижала ту бабу".

Вайолет говорила тоном, смешанным с весельем.

Роэн покачал головой и провел рукой по лицу.

"Но именно ты осудил меня, даже не попытавшись спросить, почему я так поступила".

"Ты! Если бы тебя действительно ложно обвинили, ты бы так себя не вела!"

В этот момент Роэн был единственным, кто чувствовал хоть какую-то вину. Вайолет все еще ненавидела Роэна, но пришла к выводу, что Роэн по крайней мере лучше Михаила.

Роэн обратился к рыцарям. Они не могли понять, что происходит, и не знали, кого слушать - герцогскую леди или наследника дома.

"Что я сделала?" спросила Вайолет.

"Ты! Вайолет! Ты сделала то, чего не должна была делать! Твои причины не имеют никакого значения!"

"Хах, как это шокирующе слышать".

То есть ты хочешь сказать, что я зло насквозь, - пробормотала Вайолет.

Михаил сделал еще один шаг к Вайолет.

Однако перед лицом гнева этого человека Роэн выхватил меч.

Перевод deabigail

С вас оценка 10 - С меня глава

[[image:/storage/reader-images/017e60bad8fa5e62d18cdd297f9ae8dfd4ba70a0.png]]

Слабый ученый, не прошедший рыцарского обучения, направил свой декоративный меч на старшего брата.

Михаилу было все равно.

Большая толстая рука схватила Вайолет за плечо. Вайолет подняла глаза на человека, которого когда-то называла "братом".

"Бесчисленное количество раз... Бесчисленное количество. Я пыталась рассказать тебе, но каждый раз ты говорил, что не хочешь этого слышать... И теперь тебе интересны мои причины? Ах, но позволь мне прояснить ситуацию. Половина из того, что ты говорил мне "не стоит делать", я даже не делала. Почему бы тебе не попробовать поискать ту загадочную особу, которая так завидует приемной герцогской леди?"

"ТЫ!"

Не слушая ее, Михаил снова повысил голос на Вайолет. Рука на ее плече постоянно сжималась, и она вздрагивала от боли.

Меч Роэна коснулся шеи Михаила. Но парню было все равно.

"Неважно! Ты... ты должна была дать достойное объяснение! Если тебя действительно ложно обвинили... Верно, если тебя действительно обижали, то как ты могла продолжать так жестоко обращаться с ребенком! Ты не должна была позволять себе поддаваться эмоциям!"

Ты не должна была действовать по собственному желанию!

Михаил продолжал кричать во всю мощь, а его взгляд стал совсем безумным.

Вайолет сделала шаг назад. Когда рука Михаила наконец ослабила хватку и отпустилась, она легонько оттолкнула свое плечо.

"Ладно. Да, раз уж меня так обидели, я не должна была так поступать. Я не должна была приходить в ярость, не должна была вымещать свой гнев таким образом, не должна была кричать..."

Вайолет рассмеялась.

Роэн выхватил меч и опустил взгляд к земле. Рыцари, напротив, навалились на Михаила и заставили его встать на колени.

"Значит, брат, ты хочешь сказать, что мой поступок был плохим, верно?"

Голос Вайолет был тихим и мягким, совсем не похожим на то, как она всегда горько кричала.

"Я была абсолютно злой. Вайолет С. Эверетт была злодейкой до мозга костей. Вот что ты хочешь сказать".

Чем мрачнее становилась улыбка на ее лице, тем более мрачными становились выражения лиц окружающих.

Вайолет не осталась в стороне от этого факта.

Слова Михаила нельзя было опровергнуть. Независимо от того, насколько она была несправедлива, она не должна была вести себя подобным образом.

Однако.

"Знаешь, мне было всего восемь лет".

"......"

"Я не знаю, каких великих вещей ты пытаешься ожидать от восьмилетнего ребенка".

Тогда Вайолет было всего восемь лет.

Она была всего лишь ребенком, совершенно потерянным и ошеломленным внезапно обрушившейся на нее злобой.

Эти люди не хотели слушать восьмилетнего ребенка, и все, что она могла сделать, - это пытаться прижаться к ним и плакать.

И все же ее бросили и оставили одну.

В тот период ее жизни, когда зрелые ценности еще не сформировались, вполне естественно, что ребенок ведет себя как ребенок. Она не могла глубоко задумываться о том, как ей следовало поступить.

Она была просто ребенком, неуклюжим в своих попытках быть любимым.

"Мне было всего восемь лет, когда ты сказал мне, что я злодейка, что я не права... Ты не слушал меня. Ты только ругал меня".

Когда все услышали горькие слова Вайолет, тяжелая тишина, окутавшая окрестности, стала еще глубже.

"Это правда, что я мучила Эйлин. Это правда, что я навела на нее порчу".

Никто не слушал эту восьмилетнюю девочку, даже когда ей исполнилось девять, а потом десять, а потом...

С каждым годом Вайолет все больше подвергалась остракизму и изоляции. И время шло, а рядом не было никого, кто мог бы спросить, почему она так злится. Они все исчезли.

Вайолет С. Эверетт - злодейка, думали они. У нее нет причин быть такой злобной.

Все, кто остался, внесли свой вклад в кошмарную жизнь Вайолет. Не только Михаил, но и все, кто говорил за ее спиной и насмехался над ней.

Роэн тоже делал вид, что прислушивается к ее мнению. Но в итоге он всегда винил только Вайолет.

А Михаил продолжал настаивать на том, что Вайолет - зло.

Шурх.

Когда Вайолет шагнула вперед и приблизилась к Михаилу, никто ее не остановил.

Если ее называли злодейкой Эверетта, значит, все присутствующие здесь были для нее грешниками.

Среди всех Михаил был самым отвратительным преступником, но он не признавал своих грехов. Нет, он вообще не мог признаться в этом, поэтому явился сюда и до последнего пытался обвинить Вайолет в том, что она - злодейка.

"Но знаешь что? На самом деле я не чувствую никаких угрызений совести за всех тех, кого я мучила. Я не жалею ни об одном из своих поступков. Да, я признаю, что поступила глупо. Но вместо того чтобы сожалеть об этом... Эти люди сломали прежде всего меня. Люди, которых я мучила, разрушили меня".

Такое возмездие было несправедливым.

Вместо того чтобы пытаться избавиться от ярлыка и клейма злодейки, она вышла вперед и оправдала эти ожидания.

Злодейка Эверетта, которую на протяжении всей жизни очерняли в основном за то, что она якобы делала, но не делала, а не наоборот, высокомерно рассмеялась.

"Верно, я вас всех ненавижу. Мне надоело имя "Эверетт", надоели все эти чертовы люди в этом доме..."

Шлеп!

Резкий звук отозвался оглушительным эхом.

Это был старший брат, который ненавидел ее больше всех, но все это время она не могла отказаться от него только потому, что он был ее семьей.

Насколько мощной может быть сила Вайолет?

Вайолет собрала всю свою обиду, накопившуюся за все эти годы, в эту единственную пощечину.

И все же она была бесконечно слаба по сравнению с тем, что чувствовала на самом деле.

Перевод deabigail

С вас оценка 10 - С меня глава

[[image:/storage/reader-images/5c4c0cae5be01825877a1abede0df9050390ae84.png]]

Не ожидая, что Вайолет действительно ударит его, Михаил поднял голову с ошеломленным выражением лица.

"По отношению к человеку, которого ты ненавидишь больше всех на свете, ты бы ничего не сделал?"

Вайолет ударила другого, но ее рука была гораздо краснее, чем щека того, кого ударили.

Люди в шоке. Тяжелая тишина была настолько удушающей, что даже дыхание людей звучало особенно громко.

Все грешники не могли поднять головы перед девушкой, которую называли злодейкой...

"Знаешь что, брат Михаил? Ты мне очень нравился. Ты был добрым, холодным и сильным... Я так на тебя равнялась, потому что ты был таким хорошим старшим братом, потому что ты был как праведный рыцарь".

Лаская щеку Михаила, Вайолет улыбнулась и понизила голос, теперь уже шепча только ему.

"Я надеюсь, что мы больше никогда не встретимся, дорогой брат. Живи как мусор в подворотне и умри самым жалким образом, ведь твое имя навсегда будет забыто".

Мой дорогой Брат, который так неизменен.

Столь сильные слова были подкреплены намерением никогда больше не видеть этого человека.

Поэтому Вайолет отступила от Михаила. Выражение ее лица было очень мягким.

"Всем быть готовыми к переезду. Держите этого дурака под стражей, пока он не понесет наказание".

Как только приказ Вайолет прозвучал среди оглушительной тишины, рыцари начали торопливо двигаться согласно своим обязанностям.

Рыцари, которые должны были усмирить Михаила и вернуть его в главный особняк, находились в явном замешательстве.

Они не осмеливались сдерживать герцогского сына, однако Роэн - тот, кто теперь имел статус наследника герцога, - поддержал приказ Вайолет.

"Только не говорите мне, что теперь вы все оставите этого грешника в покое?"

Роэн разобрался с последствиями и вскоре вернулся к Вайолет.

Он снова осознал, насколько жестоко поступил с восьмилетним ребенком, и не мог найти нужных слов, чтобы сказать ей. В конце концов он решил ничего не говорить.

Через телепортационные ворота прошли только герцогская леди Вайолет, молодой герцог Роэн и несколько сопровождавших их элитных рыцарей.

Поскольку у них были другие дела, Мэри, Зило и Леон не присутствовали при инциденте. Им пришлось на некоторое время остаться в стороне.

Интересно, получу ли я после этого еще большую известность?

Когда карета приблизилась к воротам, задумчивая Вайолет медленно закрыла глаза.

Ей казалось, что, если она сможет справиться с обидой, которую испытывала, ей станет легче.

То, что она чувствовала сейчас, было не похоже на то, что испытываешь, когда тебе вырывают гнилой зуб. Один удар по щеке вряд ли можно назвать актом мести.

К тому же ей показалось смешным, что Михаил до самого конца продолжал называть Вайолет злодейкой.

Боль. Ненависть. Все то, что она не хотела бы увидеть или пережить снова.

"......"

Прощай, мой родной город. Я больше никогда не хочу сюда возвращаться.

В последний раз запечатлев пейзаж герцогства из окна кареты, Вайолет произнесла последнее прощание.

С самого рождения Эйлин была девочкой, которую любили.

Светло-розовые волосы, доставшиеся ей от матери, и зеленые глаза, зеленеющие и яркие.

Этот ребенок был любим и заслуживал любви.

Как ребенок, которого любили с самого рождения, она принимала как должное всю любовь, которую получала от других.

Любимая леди. Очаровательная Эйлин.

Однако ей всегда говорили одно и то же.

"Какой позор. Если бы не эта низкая родословная..."

Иногда на нее даже бросали сочувственные взгляды.

Дети были более чувствительны и умны, чем принято считать у взрослых.

В детстве Эйлин чувствовала не только недобрые взгляды, направленные на нее, но и уколы, которые эти люди бросали в сторону ее матери.

Она не знала, что такое злость, но понимала, что это нехорошо.

"У тебя неплохая внешность. Ну, конечно, раз ты похожа на свою мать".

"Но чтобы Милорд... Боже мой. Если бы не ребенок..."

Девочка не могла понять, почему эти люди выглядели грустными и расстроенными, когда говорили о ее матери.

Старший сын герцогского дома.

Этот человек родился в таком знатном доме и был готов стать следующим герцогом, что означало власть, уступающую только императору.

Однако он отбросил все это и выбрал любовь.

Этот человек влюбился в низкородную женщину и отказался от всех почестей и славы, в которых родился. Он сам ушел в отставку.

За такие поступки его стали называть "романтиком века", однако репутация, которая за ним закрепилась, была овеяна бесчестием и позором.

Если бы он не отказался от должности наследника герцогского дома, женщина рядом с ним стала бы герцогиней. Время от времени эта женщина впадала в истерику.

Тем не менее в их семье царила гармония.

Девочку любили все. Девочка была ангельской. Но, несмотря на это, девочке было и грустно.

Мир, в котором жила Эйлин, был бесконечно тесен и узок.

Все это время ей казалось, что она - единственный и неповторимый человек, который получает любовь.

"Привет. Ты ведь Эйлин, верно?"

Вскоре это представление разбилось вдребезги.

Серебристые волосы, которые мягко блестели, словно лунный свет.

Ярко-фиолетовые глаза, похожие на драгоценные камни, и горделивая уверенность в себе.

"Приятно познакомиться. Я Вайолет. Вайолет С. Эверетт".

Первое впечатление, произведенное на Эйлин, было невообразимо шокирующим.

Этот человек не был тем, кто просто заслуживает любви.

Она просто обязана быть любимой.

Перевод deabigail

С вас оценка 10 - С меня глава

[[image:/storage/reader-images/8da4a9870d8c9e0cdc10869bb09b8977cb902347.png]]

Надменная особа, рожденная как дочь знатной семьи и единственная герцогская леди дома Эверетт, - такой была она. Ее воспитывали так, чтобы она пользовалась любовью всех окружающих, чтобы гордо возвышалась над небом и землей с высоко поднятой головой.

"Такое чувство, будто у меня теперь есть младшая сестра. Я так счастлива! Я буду заботиться о тебе".

Маленький, незначительный мир, в котором жила Эйлин, рухнул в тот самый день.

До этого момента она не знала, что все уже началось, но именно тогда она осознала свой комплекс неполноценности.

Поначалу она даже не знала, что это за комплекс неполноценности, и поэтому вначале восхищалась старшей девочкой.

Эта девушка жила гордо, с благородным и достойным видом, чего Эйлин никогда не могла иметь.

Но с каких это пор?

"Миледи, вы должны были быть герцогской леди..."

Это должно было быть мое место...

"Моя бедная дочь. Моя бедная юная мисс".

Что это было с родословной этой проклятой девчонки...

"Она изначально моя. Это мое место..."

Я ненавижу тебя. Я презираю тебя. Я ненавижу тебя за то, что ты украла то, что принадлежит мне. Любовь, которую ты получаешь, внимание, которое ты получаешь, положение, которое ты занимаешь.

"Все должно быть моим".

Неизвестно, когда именно в ее голове возникло это извращенное представление, но постепенно оно разрасталось.

Роскошная жизнь герцогской леди. Разнообразие блюд на шикарном обеденном столе. Эти роскошные платья. То, что она могла достать все украшения, которые хотела, то, что у людей не было другого выбора, кроме как восхищаться ею.

Это место должно быть моим.

Это. Место. Должно. Быть. Моим.

Это был тот самый день, когда любимое дитя потеряло все.

"Отныне ты тоже моя семья".

Ребенку предстояло научиться выживать в незнакомом мире, в который она попала.

Даже если выбранный ею способ был неверным.

Колеса кареты продолжали катиться.

Правда, они воспользовались варп-вратами, но сами врата находились не в столице, поэтому им пришлось проделать долгий путь на карете, пока они не добрались до места назначения.

На некотором расстоянии от них рыцари сопровождения сидели на лошадях, охраняя свиту.

Роэн посмотрел на Вайолет, которая выглядела немного бледной из-за побочных эффектов прохождения через врата искривления. Немного неловко он спросил, все ли у нее в порядке, но в ответ получил лишь холодный взгляд.

Оставшись вдвоем в карете, они молчали.

Вайолет безучастно смотрела в окно, опираясь подбородком на одну руку. А Роэн тем временем лишь невнятно кашлял, не в силах разогнать возникшую между ними неловкость.

Время, проведенное вместе, было некомфортным. С точки зрения Вайолет, застенчивый нрав Роэна напоминал ей щенка, которому нужно сходить на горшок.

"......"

"......"

Молчание между ними затянулось надолго. Когда они жили в герцогской резиденции, Роэн искал любой предлог, чтобы поболтать с Вайолет в пристройке, когда ему было скучно. Однако сейчас он не мог разрядить удушающую атмосферу, поскольку они были совершенно одни.

Раз уж дошло до этого, почему он так упорно настаивал на том, чтобы быть ближе к ней? Вайолет внутренне прищелкнула языком.

В конце концов, одолев неловкое молчание, Роэн первым сдался и заговорил.

"Вайолет, тебе..."

Услышав его низкий голос, Вайолет села и оторвала подбородок от руки, а затем посмотрела на Роэна.

Он встретился взглядом с ее фиолетовыми глазами, но вскоре отвел взгляд, продолжая говорить.

"Все это время... Тебе не казалось, что это несправедливо?"

В конце концов, тема, которую он поднял, оказалась утомительной.

Вайолет обдумывала вопрос. Стоит ли ей отвечать или нет?

Размышляя, Вайолет смотрела в окно, за которым проносились дороги.

"Даже если мне кажется, что это несправедливо, что я могла сделать?"

"......"

Ответ лишил его дара речи.

Более того, Роэн не мог набраться смелости и посмотреть на младшую сестру.

Он был слишком груб с восьмилетним ребенком.

Дети склонны к ссорам, но Вайолет оказалась ответственной за все. Он считал, что ругать Вайолет - это нормально.

Он считал это естественным, даже если ей было всего восемь лет.

Теперь же он понял, что то, что он считал нормальным, на самом деле было ненормальным... Каково это?

"...Мне очень жаль".

"Я уже сбилась со счета, сколько раз я слышала одни и те же извинения".

"Я не должен был думать, что это нормально. Тебе тогда было всего восемь лет - всего восемь лет, и все же..."

В то время она тоже была ребенком, потерявшим мать всего два года назад.

Все четверо братьев и сестер потеряли мать, но Вайолет и Кэрн были еще слишком малы.

О них следовало позаботиться, но каждый член семьи тонул в собственном горе, не в силах думать о чужой боли.

Нет. По крайней мере, он не должен был причинять ей боль.

"Почему ты вообще извиняешься передо мной?"

Внезапно Вайолет оторвала взгляд от неба и задала этот вопрос. Роэн чувствовал, что ее приглушенный взгляд направлен прямо на него.

"Ты извиняешься, потому что действительно чувствуешь раскаяние по отношению ко мне, или только потому, что не хочешь оставлять пятно на своей безупречном репутации, молодой лорд?"

"Вай, ты..."

"Не называй меня этим именем".

"......"

Роэн тут же замолчал. Тем не менее, Вайолет продолжала говорить, медленно и равнодушно.

"Я не совсем понимаю, молодой лорд. Как и Михаил, разве тебе не будет удобнее, если ты просто продолжишь сваливать вину на меня?"

"Это..."

"Это потому, что ты хочешь хоть немного облегчить чувство вины, тяготящее тебя? Или потому, что не хочешь оставлять пятно на своем репутации... Действительно, как я могу знать, что твои предполагаемые чувства раскаяния и извинения действительно искренни?"

"...Мне очень жаль".

"Я просто... Я такая же, как и раньше. Раны, которые я получила в детстве, остались прежними..."

До сих пор Роэн как машина повторял одно и то же "прости", но, услышав эти слова, он даже не смог их повторить. Вайолет снова посмотрела в окно.

Перевод deabigail

С вас оценка 10 - С меня глава

[[image:/storage/reader-images/e295eb3bb29756490526223a757a1df2af7fed6e.png]]

Ее голос был до невозможности спокоен, но последние слова дрогнули.

"Ты перфекционист, молодой лорд. И даже больше, чем этот глупец Михаил... Честно говоря, я считаю, что ты еще более высокомерен, чем он. Ты из тех людей, у которых все должно быть на ладони, легкодоступно, чтобы ты мог делать с ними все, что захочешь. Разве не так?"

"...Я не знал, что ты уделяешь мне столько внимания".

"Кажется, ты изменился за одну ночь, так резко изрыгая извинения за извинениями, но как я могу верить хоть одному твоему слову? Я страдаю от того же самого уже много лет".

Когда Вайолет выровняла свой дрожащий голос, она ненадолго замолчала, а затем снова продолжила.

"И независимо от того, прощаю я тебя или нет, я не могу верить ничему, что ты говоришь. Как только ты решишь, что мне чего-то не хватает, или посчитаешь меня ненужной или бесполезной... Ты можешь изменить свое отношение ко мне, как просто подброшенная монета".

"......"

"Подумай о той дурной славе, которая была приписана к моей личности все эти годы. Помимо того, что я злодейка Эверетта, не правда ли, меня, скорее всего, запишут в учебники истории как злодейку века в Империи? Или, может быть, более вероятно, что я полностью исчезну, да?"

Слова были сказаны как бы в шутку, но голос ее оставался спокойным и серьезным. Размышляя о прошлом, Роэн прикусил губу. Разве не он продемонстрировал такое изменчивое поведение Эйлин совсем недавно?

Если человек уже дважды легко менял свое отношение, то не может ли это произойти и в третий раз?

Несмотря на такую доброжелательность, Вайолет не может принять ее с радостью, ведь время, в течение которого она была обижена, длилось слишком долго.

Вайолет не может легко доверять никому. Особенно своей собственной семье.

Если ее бросили, то вполне естественно, что она боится заводить отношения.

"Для тебя нет ничего необоснованного в том, что так думать. Но Вайолет... я хочу сказать..."

Долгое время Роэн молча слушал Вайолет, но наконец постепенно разомкнул губы, чтобы заговорить. На его губах остался заметный след от того, что он так долго жевал их.

"Ты моя младшая сестра. Потому что мы семья, вот почему..."

"......"

Чтобы подавить эмоции, которые грозили вырваться наружу, Вайолет пришлось плотно сжать губы.

Потому что они - семья, сказал он. Кровь гуще воды, и между ними была такая связь - вот почему.

При таких отношениях члены семьи должны были быть ближе друг к другу, чем кто-либо другой. Но в то же время они были теми самыми людьми, которые уязвимы для ран, нанесенных другому, уязвимы для презрения и насмешек друг над другом.

Даже сейчас воспоминания о детстве Вайолет не давали покоя, оказывая влияние на ее жизнь.

Она жалела себя. Ей было жаль Вайолет из-за той жизни, которую ей пришлось прожить. Степень злобы Вайолет была прямо пропорциональна тому, насколько велики были ее раны.

Даже сейчас, когда их характеры смешались, она все еще думала, что во всем виновата она.

"Люди так просто не меняются, молодой лорд. Ты не изменишься, и я не изменюсь. Моя ненависть останется, как и твое высокомерие".

Принуждение к извинениям тоже было формой насилия. Роэн твердил, что она не обязана его прощать, но в то же время упорно пытался извиниться перед ней.

Но все это не означало, что время, в течение которого она страдала, исчезнет.

"Это не потому, что я должен был быть идеальным... Помнишь? Когда мы были детьми, мы со старшим братом относились к тебе с полным благоговением и очень заботились о тебе. Кэрн тоже говорил, что любит только старшую сестру".

Роэн слабым голосом продолжил.

"Просто... Да. Тогда я думал, что это из-за меня младшая сестра пошла по неправильному пути, поэтому я и сделал все это. Честно говоря, я чувствовал, что это неправильно, но поскольку все вели себя одинаково, я копировал их и не пытался докопаться до истинной причины... Я рационализировал свои поступки и думал, что это ради тебя, но на самом деле все эти действия только причиняли тебе еще большую боль..."

Вайолет просто слушала его, не говоря ни слова.

"То, что я сделал, было не более чем самоудовлетворением..."

По мере того как Роэн продолжал, его голос постепенно становился все грубее. Все это звучало как грубое оправдание, и Роэн и сам это понимал.

Он считал себя неплохим человеком. Но теперь, когда ему становилось все труднее продолжать говорить, Роэн попытался улыбнуться, издав дрожащий выдох, полный напряжения.

"Поэтому я... я действительно сожалею. Ты моя младшая сестра... Ты моя настоящая младшая сестра, но я... Я знаю, что тебе будет неприятно это слышать, но мы все еще семья".

При этих словах руки Вайолет сжались в кулаки. Она по-прежнему смотрела в окно, поэтому Роэн не знал, какое выражение лица у нее сейчас, но продолжал говорить с неловкой улыбкой.

"Я не знал, что ты так хорошо меня знаешь. А ты сказала, что я высокомерен... Я не знал, что тебе не нравится такое высокомерие. В это трудно поверить, но я постараюсь. Я постараюсь искупить вину за все те времена, когда я причинял тебе боль, и..."

Он замолчал.

Роэн думал, что их отец был нерешительным и слабым человеком, но его поразило осознание того, что он сам был таким же.

Вайолет не ответила. Она просто продолжала смотреть в окно.

Вместо того чтобы ответить сразу, ей нужно было время, чтобы обдумать то, что только что сказал Роэн.

Молчание, повисшее между ними, было недолгим, но Роэну оно показалось вечностью.

И, наконец...

"...Хорошо".

Он получил короткий ответ.

Всего одно слово. Лишенное обиды, лишенное осуждения и лишенное прощения.

Но Роэн был уверен.

Даже Вайолет не забудет прошлого, и даже если ее гнев останется...

"...Давай с этого момента будем хорошо ладить, Вай".

"Я не давала тебе разрешения называть меня этим именем, молодой лорд.

"...Да."

...Это был поворотный момент в их отношениях.

Когда в карете вновь воцарилась тишина, она наконец достигла ворот столицы.

Перевод deabigail

С вас оценка 10 - С меня глава

[[image:/storage/reader-images/b9a9ee81cc581ae4b35f5e1eaa90630b6509b877.png]]

Варп-врата сократили их путь всего до одного дня, но усталость, накопившаяся от самого перехода, никак не хотела проходить. Вайолет всего лишь сидела в карете, но была ужасно утомлена. Она была вынуждена прижать ладонь ко лбу, чтобы хоть как-то справиться с нахлынувшей усталостью. Проводить так много времени в замкнутом пространстве наедине с человеком, которого ты не переносишь, — откровенно говоря, морально изматывает.Молчание между ними было не просто неловким — оно казалось почти осязаемым. Роэн пытался завести с Вайолет разговор, но каждый раз безуспешно."Мы наконец приехали. Прошло три года с тех пор, как ты была в Вершене. Что скажешь?" "Все так же." "Может, по дороге купим что-нибудь перекусить? Или хочешь заглянуть в знаменитый салон..." "Я устала. Просто хочу отдохнуть. Если ты хочешь пойти, иди один." "Х-хорошо... Но я не могу оставить тебя одну, так что потерпи немного. Мы скоро будем у особняка." Роэн выглядел как побитый щенок, которому отказали в прогулке. Вайолет намеренно сделала вид, что не заметила. Печально известная девушка из Эверетта, у которой репутация была разрушена и как в обществе, и в личной жизни, была по-настоящему вымотана.У Вайолет остались воспоминания о столице со времен ее дебюта три года назад, и она все еще замечала сходства между той столицей и нынешней. Она на мгновение закрыла глаза. Казалось, будто прошло не три года, а целых двадцать. Может, это было из-за Михаила?Вайолет не могла избавиться от раздражения, которое навалилось на нее вместе с усталостью. Пока она медленно шла, дворецкий особняка встретил их у входа. "Мы ждали вас, миледи и молодой господин." Вайолет тоже его помнила. Не выказывая никаких эмоций, дворецкий просто повел их внутрь, не говоря ни слова больше. Слухи о том, что Вайолет — злейшая злодейка века, все еще были живы в столице. Ну, ее репутация лишь недавно начала меняться, так что, вероятно, дурная слава тут все еще витает в воздухе. Тем не менее, дворецкий никак не показал, что в курсе этих слухов.Так было и три года назад? Вайолет вдруг поймала себя на том, что начала обращать внимание на чужие реакции, и медленно выдохнула. То, через что она прошла три года назад во время дебюта в столице... до сих пор оставалось кошмаром, который она не хотела вспоминать. Как дочь герцога, она принадлежала к числу немногих, кто имел столь высокий статус. Едва уловимое презрение рассыпалось под тяжестью ее положения, и те, кто шептался за ее спиной, могли лишь завидовать. Однако. "Вау! Высшее общество столицы не так уж и отличается от того, что у нас в имении!" А проблема была в том, что молоденькая Эйлин поехала вместе с Вайолет. Четырнадцатилетняя Эйлин заявила, что хочет быть рядом со своей старшей сестрой, что бы ни случилось. И поскольку герцог обожал свою младшую дочь больше всего на свете, он уважил ее желание. Хотя официального дебюта у девушки не было, ее пригласили в высшее общество столицы, и, несмотря на приличия, она повсюду следовала за Вайолет. "Все такие добрые. Я думала, здесь будет страшно..." Если ей казалось, что здесь страшно, то не стоило вообще ехать за Вайолет. Тем не менее, несмотря на то, что Вайолет изо всех сил сдерживала ярость, Эйлин оставалась такой же сияющей и беззаботной. Молодые лорды герцогства тоже прибыли в столицу, чтобы сопровождать Вайолет на дебют, но все они проявляли интерес только к Эйлин. Естественно, истерика Вайолет достигла пика. "Это она... та, из слухов..." "Тсс, потише. А то и тебя втянут!" В голове вспыхнули обрывки событий, но в целом у нее было множество подавленных воспоминаний о том времени. Она не хотела их вспоминать.Вайолет быстро закопала воспоминания о трехлетней давности. Жители столицы одновременно издевались над Вайолет и боялись ее, как злодейки. Но в то же время завидовали ей, ведь она была представительницей высшей аристократии. С другой стороны, Эйлин хвалили и носились с ней, как с принцессой, будто она жила в цветочном саду. Но при этом — насмехались и за ее спиной смеялись. "Вот почему она так ныла, что хочет вернуться домой пораньше." Насколько помнила Вайолет, Эйлин плакала каждый день, умоляя вернуться домой, как только закончится дебют. Эйлин была не дурочка — невозможно не понять, что столичное общество насмехается над тобой. И когда ей наконец разрешили вернуться в герцогство Эверетт, она не переставала плакать, моля уехать вместе с Вайолет. Так что, независимо от воли Вайолет, Эйлин тоже вернулась в родовое имение. Некоторые вещи стали яснее, когда она вспоминала то время. Вайолет перестала задерживаться на этих воспоминаниях. Они все равно были неприятны.Багажа у них было немного, так как было решено, что все необходимое проще привозить отдельно каждый раз. Слуги быстро внесли вещи внутрь особняка. Роэн протянул руку, предлагая Вайолет сопровождение. Она усмехнулась и тут же отказала.Перевод deabigail С вас оценка 10 - С меня глава

[[image:/storage/reader-images/3e4b5345e20a3d89f9bfd10acbf07c2f583676b4.png]]

До этого она тоже жила в этом особняке три года, но не заметить этого было невозможно. Несмотря на это, волна ностальгии накрыла Вайолет, когда она поднялась, но в этот момент...

"Миледи!"

С громким голосом кто-то подбежал к ней.

Появиться в таком виде перед высокородной особой было ужасно невежливо, тем более что человек, окликнувший Вайолет, был значительно ниже по статусу.

Однако Вайолет не стала упрекать служанку в самоуправстве. Единственной реакцией Вайолет было удивление.

"......"

"Боже, это действительно вы, миледи. Агх. Мне так жаль!"

Осознав свою ошибку, новоприбывшая служанка испустила вздох и замолчала.

Когда дворецкий спокойно проводил ее взглядом, служанка отступила назад, сохраняя должную вежливость.

Вайолет попыталась вспомнить, кто она такая, но в памяти не всплыло ни одного имени.

Тем не менее Вайолет вспомнила эту служанку. Тогда Михаил отругал Вайолет, заставив ее заплакать, и служанка тайком пришла к ней с закуской. Теперь служанка выросла.

Та девушка, которая тогда утешала юную герцогиню и говорила ей, что она не сделала ничего плохого, и сейчас была немного похожа на себя прежнюю.

С тех пор прошло десять лет. Вайолет снова оглядела особняк, удивляясь воспоминаниям.

Она не могла вспомнить всех, но нашла несколько знакомых лиц.

Были и такие, кто просто выполнял свою работу, не питая к ней ни малейшей враждебности или злобы.

Оценив реакцию Вайолет, Роэн мягко улыбнулся.

"Тебе нравится?"

"...Что нравится?"

Она не то чтобы не знала, что именно приготовил Роэн, но все равно сделала вид, что не заметила. Увидев жеманную реакцию младшей сестры, Роэн только рассмеялся.

"Я позаботился о том, чтобы тебе было максимально комфортно с людьми, которые здесь живут. Будет неловко, если они испугаются твоей дурной славы, верно?"

"Ты сделал что-то бесполезное".

"Но ты же не говоришь, что ненавидишь это".

"......"

Конечно, это просто так. Она не говорила, что ненавидит это.

Но Вайолет была тронута. Это эмоция, маленькая, как ноготь, но тем не менее острая.

Но она не хотела отвечать честно, поэтому просто промолчала.

Глаза Роэна мягко изогнулись, понимая, что ее ответ не был отказом.

Слуга, сопровождавший группу герцогской леди, быстро понял, как устала Вайолет, и посоветовал ей отдохнуть.

Согласно маршруту, ей предстояла долгая экскурсия по особняку. Однако Вайолет охотно согласилась с предложением сопровождающего.

Вскоре ее провели в комнату, в которой она никогда раньше не была.

Судя по всему, Роэн уже решил взять Вайолет с собой в столицу задолго до того, как спросил ее об этом, и распорядился провести масштабный ремонт в особняке, чтобы подготовиться к их приезду.

Остались ли у него вообще деньги после этого?

Вайолет собиралась прокомментировать это, но, учитывая состояние герцогства, конечно же, у него еще много чего осталось.

Роэн заговорил о новой мастерской и галерее в особняке, но его тут же выгнали из комнаты.

Вайолет была настолько измотана, что не могла даже говорить. Это была еще одна причина, по которой она старательно тренировала свою выносливость.

Правда, умственная усталость не была напрямую связана с физической, но ее слабая выносливость вызывала у нее внутреннее недовольство.

Все, чего ей хотелось здесь и сейчас, - это отдохнуть. Желание Вайолет было весьма кратковременным.

Вайолет взяла с собой лишь самые скудные вещи, а так как тренды быстро менялись, то и одежды она взяла немного. Поэтому сейчас ее шкаф был пуст.

Роэн с приятным выражением лица предложил Вайолет, что после долгого сна, который ей предстоит сейчас, ей стоит примерить новую одежду.

Вайолет догадывалась, что если она отправится за покупками с этим парнем, то, по сути, станет просто нарядной куклой.

"Я здесь не для того, чтобы посещать светские мероприятия, поэтому мне не нужна такая одежда".

"Но, Вайолет, тебе нужно хотя бы несколько платьев, соответствующих текущим трендам..."

"Тогда я просто буду покупать одежду, когда она мне понадобится. Сейчас я все равно никуда не пойду, так что это будет просто пустая трата денег".

"Но ведь банкет по случаю дня рождения наследного принца не за горами в следующем месяце?"

"...Мне действительно нужно идти?"

"Мхм, ну, само по себе присутствие не является обязательным... Если только Императорская семья напрямую не пришлет тебе приглашение".

"Тогда я отказываюсь идти. Я устала, поэтому хочу отдохнуть".

"Хорошо".

Роэн был огорчен отказом Вайолет. Конечно, рано или поздно ей пришлось бы подбирать одежду, но она только что закончила долгую поездку в карете.

Не желая, чтобы ее еще больше донимали, Вайолет медленно вздохнула.

Она приехала в столицу, но один за другим появлялись признаки того, что ее жизнь изменится не сразу. Возможно, она ничего не могла с этим поделать.

В конце концов, она была герцогской леди и, тем более, обязана была нести в себе статус отца и братьев.

Светское общение было ужасно утомительным, и поэтому она его ненавидела.

Была ли это внутренняя вражда или политическая борьба, ей не нужно было знать. На свете достаточно девушек, которые могли бы стать цветком высшего общества. Просто это так утомительно.

После этого Вайолет решила неделю подряд ничего не делать.

Роэн был занятым человеком. Он был занят еще до приезда в столицу, и стал еще более занят, как только переступил порог этого места.

С тех пор как его назначили следующим герцогом, многие хотели встретиться с ним.

Изначально он был близким другом кронпринца, но в последнее время игнорировал его приглашения, потому что принц был "утомительным".

Поскольку Роэн приехал в столицу, вполне естественно, что он был так занят.

Неизбежно, Роэн больше не мог игнорировать приглашения императорской семьи и других знатных семей, и пока Роэн отсутствовал, множество приглашений пришло и для Вайолет.

Перевод deabigail

С вас оценка 10 - С меня глава

Половину из них интересовала так называемая злодейка, а другая половина хотела укрепить свои связи с уважаемой дочерью Дома Эверетт.

В отличие от Роэна, Вайолет отказывалась от всех присланных ей приглашений. Ей не нужно было следить за своим имиджем, как это делал Роэн, и она знала, что ответ на любое из писем просто утомит ее.

Прежде всего, у нее не было платьев, которые подходили бы к моде в столице.

Политика и высшее общество мало чем отличались. Иногда общение было напрямую связано с политикой, а чаще же наоборот.

Что Вайолет делать в высшем свете, если она даже не собирается выходить на свадебный рынок?

Хотели ли эти люди последовать за ней или поиздеваться над ней, но люди, которые прислали приглашения и в результате были отвергнуты, начали говорить о Вайолет за ее спиной.

Когда человека, непосредственно причастного к этому, не было в комнате, все жители страны критиковали и говорили о нем плохо, даже если эта персона была дочерью герцога. Кроме того, она была печально известной злодейкой, так что все присоединялись ко всем упрекам.

Были люди, которые помнили Вайолет три года назад, но они совершенно не знали о новых слухах о Вайолет, в последние дни распространившиеся по поместью Эверетт.

Их любопытство к ней росло с каждым днем все больше и больше, и поэтому все слухи о ней вскоре стали странным образом преувеличены.

Но Вайолет это не волновало. Она знала, что ее имя иногда появляется в газетах или журналах, но не стала объясняться.

Поскольку она отказывалась от всех приглашений под теми или иными предлогами, Вайолет также не выполняла никакой работы.

Всякий раз, когда она была перед холстом в эти дни, с кистью в руке, ее голова просто была пуста.

Она всегда могла просто рисовать, не задумываясь, но это было бы пустой тратой холста и боли.

Это был ужасный спад.

Она предпочла бы пройтись по магазинам и купить одежду. Просматривая каталог известного бутика, она вдруг закрыла его.

Вполне естественно, что столичные тенденции в моде отличались от других территорий.

И самым большим изменением в моде за последние три года стало стремление выглядеть стройнее. Ожидалось, что женщины будут носить тугие корсеты только для того, чтобы талия выглядела как можно тоньше.

Дело не только в этом. Со всем вниманием к тому, чтобы сделать тело практически вылепленным, ожидалось, что бюст женщины также будет форменно выпячен. У Вайолет не было ни единого желания одеваться в таком стиле, даже если это было трендом.

Естественно, служанки пытались одеть Вайолет в такие наряды, но герцогская леди категорически отказывалась.

Она слышала, что эта тенденция началась около года назад, когда цветок высшего общества — юная леди графства Толофия — оделась так, чтобы показать свое тело.

Этот анекдот не имел значения для Вайолет, поскольку она не собиралась вступать в высшее общество.

Однако она не могла днями носить только простую одежду, которую привезла с собой из герцогства Эверетт, так что когда-нибудь ей придется купить одежду. В конце концов.

— …Мне скучно.

Хотя тут и там были некоторые проблемы, Вайолет жила по-своему хорошо.

— Вай? Вайолет, моя милая младшая сестра.

— Я слушаю, так что прекрати нести отвратительную чепуху.

Назвав имя герцогской леди, которая неплохо справлялась со своей жизнью, наследник герцога рассмеялся.

Поскольку она ничего не делала, кроме как время от времени читала газеты или какие-то книги, герцогская леди представляла собой образ безработного человека. Ну, во-первых, именно Роэн сказал, что его младшая сестра может делать все, что захочет.

— Теперь, если задуматься, мне кажется, что здесь маловато одежды, которая подошла бы тебе. Почему бы нам не пойти куда-нибудь вместе и не снять мерки для нестандартных вещей?

— …

— Вай?

— Я только что об этом и думала. Конечно, мне придется приспособиться, но столичная мода сейчас такая безвкусная.

— Безвкусная?

— Да, это просто стиль, который вернулся из двухсотлетней давности. Даже если прямо сейчас это в моде, просто смешно, как женские тела так нелепо искривляются.

— Ах, вижу.

Вайолет отнеслась к этому вполне серьезно.

Всякий раз, когда она рисовала, она часто использовала стиль деформации — в искусстве это должно было искажать предметы, а не изображать их реалистично. Однако было странно видеть, насколько искревляються тела настоящих людей.

— Ну, если ты так говоришь, значит, так и есть.

Поскольку Роэн вообще не имел ни малейшего представления о моде, он был убежден, что все именно так, как она сказала.

— Но все же нельзя носить одну и ту же одежду вечно. Если ты не против, почему бы не пойти со мной сегодня? Приготовить одежду, которую ты хотела бы носить.

— Хм…

— Если ты просто сделаешь одежду, которую готова носить, новой тенденцией, то этого достаточно. Скорее, есть предел слухам, которые я все еще могу держать под контролем, так что будет лучше, если ты сможешь примерить новую одежду, если это возможно.

— Я тебя позорю, брат?

— А?

— Я спрашиваю, стыдно ли тебе за меня из-за того, что я не слежу за тенденциями и просто ношу старую одежду.

— А? Нет, я совсем не это имел в виду!

Некоторое время после этого взволнованный, и только после того, как он немного успокоился, он заметил выражение лица Вайолет. То самое, которое она делала всякий раз, когда дразнила его. Она называла его «брат» только тогда, когда озорничала.

Это был титул, обозначающий, что она считала его своим членом семьи, но должен ли он был этому радоваться или огорчаться, что она назвала его так лишь шутки ради?

В растерянности Роэн вздохнул и сменил тему.

— Этот кронпринц прид… Нет, этот га… Нет. Скоро банкет в честь дня рождения Его Высочества. Ты можешь игнорировать все другие приглашения, но тебе придется посетить этот конкретный банкет.

— Ха.

— Или ты не питаешь никаких чувств к наследному принцу, да?

— Ни за что, не волнуйся.

Вспомнив, сколько раз Роэну приходилось скрежетать зубами из-за своего дорогого друга, он облегченно улыбнулся.

Глядя на то, как он улыбался, Вайолет вспомнила наследного принца.

Конечно, не присутствовать на банкете в честь дня рождения наследного принца было бы неразумно, поэтому пришлось принять контрмеры.

Вайолет медленно кивнула.

— У тебя есть какая-нибудь работа на сегодня, юный лорд?

— К счастью, сегодня у меня ничего не запланировано. Никаких проблем не возникнет, если я буду сопровождать тебя за одеждой и ювелирными украшениями.

— Хм…

По мере того как размышления Вайолет становились все длиннее, мерцание предвкушения в глазах Роэна становилось все ярче.

Однако на самом деле Вайолет глубоко думала о другом, а не о походе в магазин.

Кронпринц, кронпринц…

Раджаден Элифос К. Лидделл. Он родился в том же году, что и Роэн, и он был единственным законным принцем, поэтому он, естественно, стал наследным принцем.

В воспоминаниях Вайолет Раджаден был более блестящим человеком, чем Роэн, и вызывающе раздражающим умником.

Поскольку его светлые волосы выглядели так, словно каждая прядь была соткана из лучей золотого солнца, они сияли при любом освещении. И такие же золотые глаза под его волосами блестели, как у дикого зверя.

Она помнила его не очень ясно, но, безусловно, самыми четкими его чертами, которые она могла вспомнить, были эти надменные золотые глаза.

Она танцевала с ним во время своего дебюта, и он был более чем неприятным.

Поскольку все ее внимание было сосредоточено на Эйлин и на том, как она была тогда зла на девушку, воспоминания Вайолет о том времени были туманными.

Но есть одна сказанная им фраза, которую она отчетливо запомнила.

— Вы совсем как ядовитая роза, леди.

Какое ужасное воспоминание.

Когда выражение лица Вайолет нахмурилось, Роэн занервничал.

Все еще хмурясь, Вайолет спросила:

— Мне действительно нужно идти на какое-то там торжество в честь дня рождения того принца?

— Было бы здорово, будь это не так, но наша семья — часть имперской фракции, так что нам следует явиться.

— Ха-а.

Роэн снова вздрогнул, услышав вздох Вайолет.

Вайолет очень не хотелось видеть это отвратительное лицо, но в конце концов она ответила тоном, который явно выражал то, как хлопотно она себя чувствовала.

— Что ж, раз мне придется пойти, сейчас самое время примерить одежду. Если ты сейчас ничем не занят, давай прямо сейчас готовиться к выходу.

— Да? Тогда дай мне минутку…

Все лицо Роэна практически светилось. Однако его энтузиазм вскоре угас, когда в разговор между братом и сестрой вмешался дворецкий.

— Простите меня, молодой господин. Его Высочество кронпринц направил вам официальное письмо.

— Что?

— Это прямой вызов. Он просит вас прийти прямо сейчас.

— Сейчас?

— Да, сэр.

— Действительно, прямо сейчас?

— Да, сэр.

— Во дворец?

— Да, сэр.

Через мгновение Роэн выглядел так, будто издавал беззвучный крик.

Глядя на него таким, Вайолет цокнула языком. А так как у нее изначально не было никаких ожиданий, она еще раз щелкнула языком на Роэна, когда его наполовину вытащили из комнаты.

План выйти вместе был на грани успеха, но в итоге просто так рухнул.

В любом случае, не будет никаких проблем, если она просто пойдет покупать одежду одна. Но так как она предположила несколько наихудших сценариев, которые могут произойти, Вайолет вообще отменила прогулку.

Она попыталась вернуться к рисованию еще раз, но кисть просто казалась некомфортной в руке. Она даже не могла придумать, почему ей сейчас захотелось рисовать.

Было ли это побочным эффектом от комфортного ощущения? Должны ли художники всегда погружаться в депрессию, чтобы творить?

Блуждая среди бесчисленных мыслей, Вайолет вздохнула.

Если бы Мэри была рядом с ней, она, по крайней мере, могла бы слушать болтовню девушки. Пока ее не было, все казалось таким тихим.

С другой стороны, слуги особняка находили Вайолет довольно трудной задачей.

Слуги, знавшие, какой она была в молодости, смеялись за ее спиной, но не осмеливались заговорить с ней напрямую.

Думая о том, чтобы дистанцироваться от них, Вайолет встала со своего места. Прошла неделя, как она начала ничего не делать.

Увидев, что она готовится выйти из особняка, служанки тут же попытались надеть на нее корсет, но ничего у них не получилось.

Если бы что-то неприятное случилось, пока она ходила по магазинам, разве она не могла бы просто остановиться и сразу же вернуться домой?

С тем, как сильно он ждал выхода на улицу с Вайолет, Роэн определенно будет раздавлен, услышав об этом. Так или иначе, Вайолет приготовилась к поездке.

Касаемо ее нынешней одежды, она выбрала удобный наряд среднего класса.

Поскольку и Мэри, и Зило еще не прибыли в столицу, люди, которые должны были ее сопровождать, состояли из незнакомых лиц. Слуги также вежливо пытались помешать ей выйти, но, в конце концов, никто не смог пойти против упрямства герцогской леди.

Казалось, посмотреть на улицы столицы было хорошей идеей.

Если ей повезет, она сможет найти вдохновение для нового произведения искусства.

«Я все равно не думаю, что что-то произойдет».

Лучше что-то делать, чем тратить время на ничегонеделание.

Выход Вайолет был ужасно импульсивным.

Глядя на своего близкого друга, который держал рот на замке и демонстрировал только спокойствие, Роэн щелкнул языком.

Не было ничего, что наследный принц не мог бы сделать. Жалобы Роэна не могли уйти через его рот, а значит, и донести их до самого вовлеченного человека было невозможно.

— Ха-ха. Мой дорогой, единственный и близкий друг. Посмотри на свое лицо, все хмурое. Что-то не так?

— Как вы думаете, кто тому вина, Ваше Высочество?

— Не совсем уверен. Ты так соскучился по чаепитию со мной?

— …

Роэн изобразил милую и дружелюбную улыбку. Очень нежная улыбка была необходима, когда проклинал кого-то.

— Вы нашли время, чтобы поприветствовать меня, несмотря на свой напряженный график, поэтому я не знаю, что сказать, Ваше Императорское Высочество наследный принц.

— Ну же, спокойно, спокойно. Боже мой, должен ли я слушать такую натянутую вежливость от моего дорогого друга?

— Так почему вы зовете меня, когда так заняты?

— Ну-ну. Как только я это сказал, ты действительно пошел на это. Божечки.

— Вы непостоянны, Ваше Высочество.

Роэн просто сделал то, что ему сказали, но вот результат. Он чувствовал себя обиженным.

Кроме того, Роэну подали чай, который он ненавидел больше всего, так что было очевидно, что наследный принц его дразнит.

— Разве чай не пахнет так ароматно? Этот чай привезен из-за моря, и я слышал, что на его приобретение уходят немалые деньги. Императорской семье подают только лучшие чайные листья, так что пей, сколько хочешь.

— Зачем вы позвали меня сюда?

Не выдержав дальше, Роэн только повторил то же сасвой вопрос.

Роэн стер с лица полную улыбку и изобразил лишь выражение неодобрения. Тут же наследный принц расхохотался.

— Прошло много времени с тех пор, как мы в последний раз встречались друг с другом, так разве я не могу немного подшутить? Ты и члены императорской семьи такие унылые люди.

Как бы он ни ненавидел это, наследник герцога ничего не мог сделать против этой «шалости».

— Мы оба люди занятые, Ваше Высочество, но не говорите мне, что вы вызвали меня сюда только на чашку чая и небольшой перерыв?

— …Знаешь, ты меня иногда пугаешь, когда делаешь такое выражение лица.

— О, как я мог осмелиться причинить вам вред, Ваше Высочество наследный принц?

— Понял. Тогда можешь так не думать, потому что я позвал тебя сюда не просто так.

Когда Роэн снова улыбнулся, наследный принц, щелкнув языком, в конце концов поднял белый флаг.

Единственной реакцией Роэна на это было то, что он поднес чашку к губам и сделал глоток. Затем со спокойным выражением лица он поставил чашку обратно.

Чай был на вкус даже хуже, чем тот, который всегда подавала ему Вайолет.

— Я подумал, что было бы неплохо сначала встретиться с тобой, так как мы близкие друзья. Я имею в виду, если бы ты пришел навестить меня раньше, мне бы не пришлось вызвать тебя через императорский указ, не так ли?

— Я был занят.

— Занят, конечно же. Ты совсем забыл обо мне.

— Я был занят.

— Хорошо, хорошо, я понял. Я был неправ.

Поскольку человек, который должен был стать монархом страны, принес ему извинения, Роэн взял закуску со стола, уголки его губ растянулись в мягкой улыбке.

Увидев это, кронпринц снова цокнул языком.

— Ты знаешь, что обо мне ходят странные слухи?

— Нет. Меня не очень интересует Ваше Высочество.

Смелый ответ вызвал недоверчивое выражение лица кронпринца. Они были близкими друзьями, но недостаточно близкими, чтобы так неторопливо проводить время вместе за чаем.

— Ходит ложный слух, что мне нравятся мужчины.

— Понятно.

— А другая вовлеченная сторона — не кто иной, как ты. Люди шепчутся между собой: «О, так вот как обстоят дела между принцем Раджаденом и лордом Эвереттом».

— Кха-!

Внезапное психическое расстройство заставило Роэна подавиться глоткой чая, вызвав у него сильный кашель. Приступ продолжался еще некоторое время.

Тц. Раджаден протянул Роэну платок с золотой отделкой, но Роэн отказался.

— Но почему… Из всех слухов…

— На самом деле прошло некоторое время с тех пор, как начаались эти слухи. Еще когда мы учились в академии, так что прошло… кажется, около шести лет?

— И я не знал, что вы воспользовались этим слухом. Но я не понимаю, почему вы поднимаете этот вопрос сейчас.

— О, не сердись. В этом смысле ты меня тоже не особенно интересуешь.

Не в силах понять намерения наследного принца, Роэн нахмурился.

Кронпринц уже давно озвучил, как ему нужен Роэн в качестве помощника, объявив очень громко, что он сделает Роэна следующим премьер-министром, однако то, о чем он говорит с ним сейчас, было далеко не об этом.

— Вот почему я думаю взять себе супругу.

— ...Да-а-а.

Нет, пожалуй, недалеко. Это была тема, которая была настолько близка, насколько это возможно.

Роэн мельком бросил сочувствующий взгляд на наследного принца, у которого не было друзей. Поэтому он позвал сюда Роэна, потому что ему больше не с кем было поговорить о своей личной жизни.

Как бы то ни было, сочувствующий взгляд все еще был бесконечно холодным.

— Понятно. Поздравляю.

— Боже. Да, есть что отпраздновать. Я более чем счастлив услышать твои поздравления.

— Да-а-а...

Роэн обращался с наследным принцем так же, как Вайолет с ним. На мгновение его поразило серьезное осознание того, почему Вайолет была склонна отвечать ему с такой нерешительностью.

По своей природе люди, находящиеся наверху, относились к браку как к политическому инструменту. Судьба нации была в буквальном смысле поставлена на карту, когда дело доходило до женитьбы наследного принца, поэтому к этому вопросу нужно было подходить с особой осторожностью.

Роэн вкратце вспомнил кандидаток в супруги наследного принца. Если она уже была выбрана, то невозможно, чтобы Роэн еще не слышал об этом. Пока что были выбраны только кандидатки.

Вскоре зловещее чувство охватило Роэна.

Нет. Не может быть.

Прежде чем Роэн успел прищуриться, Раджаден взял на себя инициативу.

— Если подумать, я слышал, что ты официально стал наследником герцога. Я не знал, что ты вдруг заинтересуешься стать следующим герцогом — есть какая-то особая причина?

— Ты подбросил шпиона в дом моей семьи?

— Как может быть в этой Империи место, куда я не могу добраться?

— …

Когда кронпринц с гордостью признал, что подсадил к ним шпиона, выражение лица Роэна тут же скривилось.

Ему пришла в голову мысль, что сейчас его настроение будет таким же, как обычно у Вайолет. Конечно, Эверетты также подбрасывали шпионов в стены императорской семьи, но он чувствовал себя обиженным без всякой причины.

— Верно. Ты родился мужчиной, поэтому вполне естественно, что ты стоишь высоко и могущественно на вершине хотя бы раз. Ах, но не стремясь к трону, да? Я не желаю столкнуться с гнусной изменой во время моего правления.

— В наше время женщины также часто наследуют титулы, но я понимаю, что то, что только что сказал Ваше Высочество, было простой оговоркой. И я предполагаю, что последняя часть была просто шуткой.

— Ха-ха. Мой друг действительно строг. Ну, не то чтобы в жилах твоей семьи текла кровь императорской семьи. За исключением случая с материнской стороны, конечно.

— Прошло много времени с тех пор, как эта родословная размылась. Я даже не считаю себя родственником вам, Ваше Высочество.

— Тц. Ты правда скучный.

Хотя и с пристрастием произнося пугающие комментарии в тоне шутки, Раджаден просто снова цокнул языком.

Роэн отчаянно хотел ударить это ненавистное лицо.

— Но, правда, что на тебя нашло? Разве ты не отказался от должности министра финансов, не желая иметь ничего общего с должностью у власти? Ты говорил, что это только добавит тебе работы. Ах, верно. Поскольку ты уже преемник герцогства, что скажешь о том, чтобы занять пост министра финансов? В этой стране нет талантов, совсем нет.

— Отказываюсь. Империя наполнена человеческими ресурсами, доступными для вас, поэтому, пожалуйста, смотрите на людей еще внимательней.

— Тц. Совсем не весело, ты.

Повторив то же самое, кронпринц сделал глоток чая.

И Роэн только вздохнул, наблюдая, как Раджаден приятно пил неприятный напиток.

— Так в чем же причина?

— Поскольку Ваше Высочество уже подбросили шпиона в мой дом, вы уже должны знать причину. Я не понимаю, почему вы позвали меня сюда только для того, чтобы спросить.

— Я знаю об этом лишь приблизительно. Разве все не будет по-другому, если я услышу об этом непосредственно от моего дорогого друга?

— Все просто. Было решено, что Михаил, старший сын, не подходит на роль следующего герцога. Решение было принято не только ради герцогского поместья, но и для всей страны.

— Как прямо с твоей стороны говорить такое. Сэр Михаил… настоящий индивидуалист, да.

Наконец, коснувшись основной темы, Раджаден подпер подбородок одной рукой и рассмеялся. Это было нарушением придворного этикета, но Роэн не указал на это.

Раджаден по натуре был высокомерным человеком, и упоминание таких вещей, как закон или этикет, явно к нему не относилось.

Теперь, когда Роэн подумал об этом, Вайолет тоже считала его высокомерным.

Даже хуже, чем Роэн, Раджаден был более высокомерным человеком, производящим впечатление как тирана, так и мудрого правителя.

«Разве тирану не полезно слышать жалобы от своих подданных?»

Кратко подумав о том, какими качествами должен обладать монарх, чтобы называться мудрым правителем, Роэн отставил чашку. Чай по-прежнему был ужасен на вкус.

— Тем не менее, сэр Михаил был способным человеком, только он имел склонность говорить резко, — продолжил наследный принц. — Его личность была не так уж плоха, и он производил довольно приветливое впечатление. Какой позор. Он был идеальным кандидатом на должность командира рыцарей.

— Еще раз, это семейное дело. И кроме того, если бы мужчину, поднявшего руку на женщину, можно было бы назвать рыцарем, то многочисленные рыцари по всей стране только бы плакали.

Пока Роэн говорил спокойно, Раджаден удовлетворенно улыбался, беря в рот кусочек десерта. В этот момент Роэн слегка вздрогнул, уловив собственную ошибку, но было слишком поздно.

— Видишь? Как и ожидалось, если услышать напрямую от вовлеченного человека, результаты будут другими. Так говоришь, он поднял руку на женщину. Но знаешь, когда дело доходит до преступников, их не нужно идентифицировать как мужчину или женщину. Поскольку это будет считаться законным наказанием за преступление, разве это не должно иметь значения?

— Так причиной того, что он поднял руку, было только то, что другой человек — преступник — это то, что говорит Ваше Высочество?

— Ну, поправь меня, если я ошибаюсь.

— …Михаил действительно не подходил для того, чтобы стать следующим герцогом. Мало того, что он всегда находился под влиянием своих личных чувств, так он еще и слишком погружён в собственные убеждения.

— А ты, думаешь, не такой же?

— Пока я человек, я не могу утверждать, что я идеален. Ваше Высочество, что вы хотите сказать?

— Я просто хочу серьезно поговорить с моим близким другом, разве это плохо? Ха-ха, боже. Раньше я не понимал, но отец однажды сказал мне, как забавно ему дразнить герцога Эверетта. Но членов твоей семьи оказалось правда весело дразнить.

— …

Столкнувшись с реальностью неудачных отношений, передаваемых из поколения в поколение, Роэн глубоко вздохнул. Раджаден только усмехнулся, пережевывая новые закуски.

— Так.

— …

— Все началось с герцогской леди, поэтому мне интересно, что она за человек. Ты приехал с ней в столицу, верно? С твоей младшей сестрой.

Роэн подавился чаем.

Кха, кхах... Кха-кха!

При следующих словах Раджадена Роэн закашлялся, как будто в его горле застряла косточка.

Кронпринц протянул носовой платок.

Поскольку Роэн отказался принять предложенный ему носовой платок, он посмотрел на Раджадена. Если бы взгляды могли убить, что ж.

— Я никогда не ожидал, что ты станешь прикрывать печально известную злодейку.

— …Чего именно вы хотите, Раджаден?

— Так теперь ты, наконец, заговорил без формальностей?

Когда Роэн небрежно заговорил с Раджаденом, тот улыбнулся. И, увидев эту непроницаемую улыбку, Роэн нахмурился.

— Помнишь, когда я упомянул о привлечении супруги? — спросил Раджаден.

— Я действительно не хочу слышать конец этой истории, так что не не тратьте слова впустую.

— Твоя младшая сестра. Отдай ее мне.

— Вы с ума сошли?

Заставив благородного и грациозного молодого лорда произнести такое проклятие, кронпринц с удовлетворением взглянул на него.

Роэн тоже улыбался. Это была та самая улыбка, которую Раджаден называл пугающей.

— Знаешь, такое выражение лица будет преследовать в кошмарах.

— Тогда почему бы вам не вести себя более прилично, чтобы я его не делал?

— Ну, я тоже не шучу. Почему ты не спрашиваешь меня о моей причине? О том, почему я это говорю.

— Даже если я узнаю причину, этого абсолютно не может произойти. При всем уважении, Ваше Высочество, вы ударились головой? После всех этих многих лет страна находится на пороге гибели.

— Позволь мне сказать вот что — во всем этом мире есть только два человека, которые могут так плохо со мной обращаться. Один из них — ты.

— Какая честь.

Роэн разом опустошил свою чашку. Я допил свой чай, так что до свидания.

Говоря это, он собирался встать, но Раджаден заставил его остаться, удерживая над головой молодого герцога как насмешку имперский приказ.

С самого начала целью наследного принца была Вайолет. Значит, с самого начала эта встреча была несправедливой.

Роэн сердито смотрел на своего друга, чье поведение практически кричало о хитрости и самодовольстве.

С высокомерным выражением лица Раджаден ярко сиял.

— Ходит слух, что несравненный Роэн Э. Эверетт пал к ногам своей младшей сестры. Уважаемая дочь Дома Эверетт отклонила все приглашения от каждого дома, который их присылал, а молодой герцог мирится с таким ее поведением.

Если бы Роэн просто встал и ушел прямо сейчас, он задавался вопросом, какой имперский приказ отдал бы Раджаден. Будет ли это похоже на казнь?

Зная, какие мысли крутились в голове Роэна, Раджаден лишь улыбнулся и продолжил.

— Я также знаю герцогскую леди Эйлин. Прошло совсем немного времени с ее дебюта, и я слышал, что сэр Михаил особенно ею дорожит.

Золотые глаза, похожие на глаза зверя, резко блеснули.

— Но леди герцогства, которая отказывается от всех приглашений — это юная леди Вайолет, которая, по слухам, является злодейкой дома Эверетт. И кстати, разве ты не больше заботишься о своей кузине, герцогской леди Эйлин? Я помню те времена в академии, когда ты ею даже хвастался.

— …

— Выходит интересно, не правда ли? В то время одно лишь упоминание о сребровласой леди заставляло твое выражение лица настолько искажаться, будто ты давишься костью. Но теперь ты полностью пал к ее ногам.

— Поскольку вы подбросили шпиона, похоже, вы действительно все знаете. Но, Ваше Высочество. Я не совсем понимаю, как это может быть связано с позицией наследной принцессы.

— Я хочу взять Вайолет С. Эверетт в супруги, просто и ясно.

— Это с учетом политики?

— Что-то вроде того. Но я также лично заинтересован в ней.

Это была проблема, когда близкий друг, в конце концов, был властью выше тебя.

Что бы он здесь ни сказал, это касалось лично Вайолет, и последнее слово будет за ней. Но даже несмотря на это, он размышлял, сможет ли он пойти против воли своего правителя.

Но действительно. Это невозможно.

— Нет.

— У тебя тоже не все так плохо.

— Отклонено.

— Это потому, что я еще не отправил официальное предложение? Если это так…

— Точно нет.

— Почему ты так упорно мне отказываешь?

Когда Роэн отвечал даже не задумываясь, выражение лица Раджадена наконец дрогнуло. Когда эта улыбка исчезла, наследный принц недовольно усмехнулся над Роэном.

В ответ Роэн просто посмотрел в этот взгляд, не прикасаясь к закускам на столе. Он оставался совершенно спокойным.

— Зачем вы позвали меня сюда?

— Разве ты не услышал ничего из того, что я говорил до сих пор?

— Если вы хотите сделать предложение Вайолет, направьте свое предложение ей и сначала спросите ее мнение. Меня это не касается.

— …

— В первую очередь необходимо уважать ее мнение.

Хотя Роэн продолжал говорить спокойно, выражение его лица застыло, как решительная железная стена.

Внезапно узнав причину отказа, Раджаден тупо уставился на человека перед собой.

Тук, тук. Подперев подбородок одной ладонью, Раджаден слегка постучал пальцем по подбородку. И недоумевающим тоном спросил своего друга:

— Позволь мне все повторить. Это неплохая идея как для тебя, так и для твоей младшей сестры. Клеймо «злодейки» тоже не имеет значения. А что касается старейшин императорской семьи, то они не просто бы приветствовали, а даже встречали бы этот брак с распростертыми объятиями.

Затем он добавил.

— Кроме того, стать частью императорской семьи и оставить свое имя в учебниках истории нельзя считать бесчестным.

— …

То, что сказал Раджаден, не было ошибочным.

Возможно, это была бы хорошая возможность и для Вайолет, и для Роэна.

Вайолет заявила, что не выйдет замуж, но неизвестно, как долго их дом сможет защищать незамужнюю герцогскую леди.

Как бы он ни пытался это обдумать, ясно как день, что наследный принц был самым идеальным женихом.

Однако-

— Она не хочет.

— И в этом причина?

— Да, в этом причина. Поскольку Ваше Высочество подбросили в наш дом шпиона, знайте, ее подставляли. Это неправда, что она была старшей сестрой, которая только и делала, что изводила свою приемную младшую сестру, и на самом деле она не является «злодейкой Эверетт», как ее оклеймили люди.

Роэн продолжал свои объяснения.

— Все это время эта девчонка терпела годы унижений за все то, в чем ее необоснованно обвиняли. Посреди всего этого задыхаясь, единственное, о чем она еле просила, это исполнить ее желание не выходить замуж. Если это желание не будет выполнено, она, несомненно, бросит все это и исчезнет.

— Но, насколько мне известно, не за все ее действия ее обвиняли ложно…

— Сейчас ее репутация изменилась, но я не знаю, как все обернется. Здесь, в столице, она до сих пор известна как «злодейка», но если она станет членом императорской семьи… Нет, даже если она не станет частью императорской семьи… Даже если ее возьмут в жены в любом другом дворянском доме она все равно будет страдать от всех этих острых взглядов и гнилых слухов. Если она выйдет замуж, я не смогу ее защитить.

— Тем не менее, даже в вашем собственном доме она, кажется, не свободна от всех взглядов и слухов, о которых ты говоришь.

— …Если возможно, я только хочу, чтобы она делала то, что хочет.

Пока Роэн спокойно объяснял, Раджаден попытался его перебить. Однако Роэн твердо продолжал высказывать свое мнение.

В любом случае, поскольку Роэну удалось донести все, что он хотел донести, Раджаден вскоре все понял.

— Так или иначе, я вполне понимаю, что ты пытаешься сказать.

— Тогда...

— Я отправлю официальное предложение.

— Вы не поняли ни единого слова из только что мной сказанного?

Раджаден ослепительно улыбнулся Роэну. Все, чего Роэн сейчас хотел, это чтобы этот проклятый наследный принц направлял эту улыбку не на него, а на юных леди, которые, как правило, стекаются вокруг него.

— Вот почему я хочу, чтобы она была моей супругой. Она герцогская леди, которая, несмотря на все ложные обвинения, просто хочет, чтобы ее оставили в покое. У нее есть способность обратить вспять свою известность, и ей даже удалось привлечь тебя на свою сторону. Я тоже знаю первую леди герцога Дома Эверетт, потому что мы встречались раньше. Вопреки слухам, у нее довольно элегантный образ.

— …

— Императорская семья привлекает немало шакалов. Если один из этих шакалов схватит хотя бы одного члена императорской семьи, этот шакал больше не будет знать своего места и начнет буйствовать. В этом отношении, разве уважаемая дочь Дома Эверетт не идеальный кандидат с ее способностью контролировать людей ниже ее?

— …Нет, она не такая выдающаяся, какой вы ее рисуете.

— Ты сейчас слишком унижаешь свою младшую сестру. На самом деле, мое предложение не такое уж неожиданное.

— …

Хотя когда-то их интересы пересекались, теперь они провели две параллельные линии.

Роэн был твердо убежден, что это не тот путь, но Раджаден продолжал настаивать на том, что он верный.

Не зная, почему кронпринц был так настойчив в этом вопросе, Роэн с досадой глянул на него.

— Итак, вы говорите мне посадить Вайолет на самый одинокий трон только потому, что она наиболее достойна звания вашей супруги.

— Хотя это самый одинокий трон, он также является троном, в котором сосредоточена высшая власть.

— Нет, она точно не желает этой власти.

— Почему ты так думаешь? Я знаю, что есть не так много юных дам, достойных стать следующей Императрицей, но и тех, кто откажется от этой должности, тоже не так уж и много.

— Если она действительно хочет иметь власть, то она займет место герцога, а не трон Императрицы.

Это был неоспоримый факт. Нынешний герцог Эверетт питал особую слабость к своей дочери, поэтому, если бы Вайолет упомянула, что хочет стать следующим герцогом, он бы охотно отдал ей эту должность.

Раджаден мог понять, о чем говорил его друг, но этого было недостаточно, чтобы сломить его упрямо однонаправленный ум.

— Стать Императрицей или герцогом — это две разные вещи. Ты обеспокоен тем, что вокруг императорской семьи бродят шакалы? Есть много стариков, которые хотят сделать своих дочерей моими супругами. Однако я не собираюсь брать жену, ничем не отличающуюся от чужой марионетки. Я тоже не хочу брать наложниц. Нехорошо видеть, как без всякой причины проливается кровь императорской семьи.

— Раджаден.

— Ты знаешь об этом, так ведь? Когда несколько поколений назад Вдовствующая Императрица захватила страну. Или то время, когда Императоры древности убивали всех своих братьев и сестер и собственных отцов только для того, чтобы занять трон. Такие случаи часто встречаются в наших книгах по истории. Вот почему в настоящее время мой отец предпринял такие действия.

Именно по этой причине нынешний Император принял только одну Императрицу, и они произвели на свет только одного наследного принца и одну имперскую принцессу.

Раджаден также был полон решимости последовать примеру своего отца.

— Даже если я не могу дать ей свою любовь, я могу быть хорошим мужем. Я даже могу притворяться, что люблю ее, если она этого хочет.

— Раджаден!

Прямо сейчас все, чего она хотела, это все прекратить и просто спокойно и комфортно жить. Все, что она хотела, это быть счастливой.

Когда глаза Вайолет вспыхнули перед взглядом Роэна, он посмотрел в золотые глаза наследного принца.

Зеленые глаза встретились с теми золотыми, напоминающими глаза зверя.

— Я...

Прошло совсем немного времени с тех пор, как Роэн признал свою вину и извинился перед младшей сестрой.

— Я не хочу больше брать на себя грехи против нее.

— Этот ответ совсем не веселый.

— Сделаю вид, что ничего этого не слышал. Обратите внимание, что даже если вы отправите официальное письмо с предложением, оно будет возвращено отправителю.

Спасибо за чай.

Роэн встал со своего места самостоятельно, несмотря на то, что наследный принц не дал добро. Увидев это, Раджаден цокнул языком.

Не то чтобы Раджаден вообще не ожидал такой реакции, но, тем не менее, он был удивлен таким решительным отказом. Честно говоря, он был весьма ошеломлен.

— В таком случае…

— …

— Это означает, что Ее Светлость может дать мне свое разрешение, да?

Роэн уже почти вышел за дверь, но в тот момент, когда он услышал слова наследного принца, он остановился как вкопанный.

Смех, испорченный высокомерием, наполнил гостиную.

— До следующей встречи, друг мой, — сказал наследный принц.

— Пожалуйста, не зовите меня снова, если причина будет той же.

Поскольку Роэн даже не попрощался должным образом с членом императорской семьи, Раджаден широко ему улыбнулся.

Но, в конце концов, этот негодяй был не единственным.

«Я бы предпочел, чтобы она вышла замуж за скромного, невзрачного мужчину, который будет жить со своими новыми родственниками».

В тот день кронпринц с гордостью заявил, что будет преследовать герцогскую леди, а наследник герцога вызывающе поклялся, что помешает этим планам.

А Вайолет, та самая герцогская леди, о которой идет речь, и не подозревала об этом.

Работники особняка были весьма взволнованы импульсивным решением Вайолет отправиться на прогулку. Возможно, это из-за неявного понимания того, что приказы Роэна имеют приоритет над любыми приказами Вайолет.

Имея это в виду, были некоторые сотрудники, которые пытались отговорить Вайолет от выхода. Однако они вышли из этого диалога побежденными, ошеломленные тем, насколько она была настойчивее, чем они могли ожидать.

Однако Вайолет не волновал их шок. С другой стороны, те немногие, кто еще помнил, как Вайолет вела себя в детстве, могли только качать головой и бормотать себе под нос: «Конечно, конечно. Наша юная мисс все та же».

Находясь снаружи по собственной прихоти, Вайолет…

— Это все равно скучно.

…Снова почувствовала себя одинокой.

Рыцари эскорта, которые вышли ее сопровождать, оставались на определенном расстоянии, отказываясь приближаться.

Конечно, поскольку у них были отношения работодателя и работников, было правильно находиться не слишком близки друг к другу. Наоборот, в поместье Эверетт все было просто странно.

Чувствуя, как ее настигает прилив одиночества, Вайолет тихо вздохнула.

Хотя здешние сотрудники не издевались над ней, они не изо всех сил старались говорить с ней по-доброму.

Это отношения между работодателем и работником, так что, конечно, чего ей ожидать? Тем не менее, она без причины чувствовала сожаление.

И с этим пришло осознание того, что она привязалась к работником пристройки.

— …

Отношения, которые сложились у Вайолет до сих пор, были немногочисленны и далеки друг от друга, и из-за этого естественно, что было всего несколько человек, с которыми она действительно ладила.

Она была известна большинству как высоконосая герцогская леди, безжалостно топтавшая и контролирующая всех людей вокруг нее. Было неизбежно, что те же самые люди теперь смотрели на нее с настороженностью и изнеможением.

Бывали и такие моменты, когда даже люди, которые долгое время оставались с Вайолет, оборачивались и начинали тыкать в нее пальцем, говоря, что она безнадежная злодейка. Именно по этой причине у Вайолет не было существенных человеческих связей.

Но что она могла сделать с чем-то, что было не в ее власти?

Про себя бормоча это оправдание, Вайолет покачала головой.

Усталая в окружении, но одинокая без него. Как забавно.

Но несмотря ни на что, она ужасно устанет, если ее пригласят на светское мероприятие.

Раз так, то было бы лучше, если бы она сама рассылала приглашения другим людям, чтобы они приходили к ней. Кроме того, было много дворян, желающих укрепить свои связи с Домом Эверетт.

Просто Вайолет не очень-то была склонна к чему-то подобному, и проблема заключалась в том, что Вайолет было трудно получить то, что она хочет, и установить таким образом близкие отношения.

«Я просто хочу, чтобы рядом со мной был кто-то, кто, в ком я буду уверена».

Скорее, люди, которых она могла считать «своими людьми», все еще находились на пути в столицу, так что на данный момент она просто казалась изолированной.

Хотя была разница с ее обстоятельствами тогда и сейчас — в любое время она могла выбраться из невидимых стен этой изоляции.

— Купите наши яблоки! Свежие яблоки~!

Пробираясь по оживленным улицам рыночной площади, Вайолет медленно выдохнула.

По правде говоря, тот факт, что она не была очень хорошо знакома с людьми из высшего общества, был вызван ее собственным чувством оторванности от этого периода времени.

Пэрство, статусное неравенство, обедневшие, рабы, императорская семья.

Всякий раз, когда ее ошеломляло, насколько все это странно, она выходила на многолюдные улицы и ощущала жизнь вокруг себя. Слушать их разговоры было намного лучше, чем то, что обсуждалось на вечеринках или банкетах, заполненных аристократами.

— Ты слышал? На этот раз Его Высочество наследный принц…

— Черт возьми, ты негодник. Скажи что-нибудь осмысленное, ладно?

— Но ведь в этом есть смысл?

Но независимо от того, чувствовала ли Вайолет чувство разъединения или нет, в конце концов, это все еще был человеческий мир.

Тихо прислушиваясь к слухам, разносящимся по улицам, Вайолет молча кашлянула про себя.

— Ходят слухи, что назревает война.

— Ты что, витаешь в облаках или что? Просто закончи свою работу, ладно?

— Нет, но послушай! Ты ведь помнишь моего кузена, который живет в поместье Блейз?

Слух, который она только что услышала, был случайным.

«Блейз, да. Я слышала о нем раньше».

С чувством, как будто она вот-вот что-то вспомнит, Вайолет слегка нахмурилась.

Атмосфера в столице сильно отличалась от атмосферы в поместье Эверетт. Здесь, в столице, было тише, но здесь чувствовалась какая-то изысканность. Хотя и холодная, она почему-то казалась мягкой.

«Я никогда не считала поместье Эверетт своей родиной».

Вайолет ненадолго задумалась, не является ли место, которое она считала своим родным городом, сельской местностью.

Тем не менее, по сравнению с оживленной столицей, все остальное будет считаться сельским. Это была бессмысленная мысль.

— Эксклюзив, эксклюзив! Прочитайте все об этом! У нас появилось свежее интервью со звездой столицы! Берите свой экземпляр журнала!

Пока она долго осматривалась, ее внимание привлек один ребенок. С сумкой, полной журналов для продажи, мальчик, казалось, хорошо их продавал.

— Но она выглядит тяжеловатой.

Вне слышимости пробормотала Вайолет.

Он выглядел даже моложе Мэри. Заинтересовавшись, Вайолет подошла к мальчику.

Но один только вид элегантной Вайолет потряс его.

— Могу я купить один?

— А?

— Один журнал, пожалуйста.

Ошеломленный мальчик бросился выкапывать новый журнал, но из-за того, что он был слишком взволнован, все содержимое его сумки рассыпалось.

— Ох, позволь помочь.

— Н-не надо, мэм! И-и, пожалуйста, говорите более комфортно!

Было очевидно, что Вайолет дворянка, и мальчик ахнул, удивившись тому, что она говорит с ним уважительно. Так странно слышать, как кто-то более могущественный говорит так любезно.

Однако сама Вайолет говорила таким образом в знак уважения к другому человеку. Она слегка нахмурилась.

Спросив мальчика, сколько будет стоить копия, она дала ему больше указанной суммы. Что ж, это была наименьшая единица валюты, которая у нее была под рукой, но она также чувствовала себя плохо, потому что мальчик больше не сможет продать все упавшие на землю журналы.

Получив деньги, мальчишка раззинул рот. Он не смог бы заработать столько, даже если бы ему удалось продать все, что у него было.

Вайолет внутренне рассмеялась. Так или иначе, это был тип клишированной сцены, которая могла бы появиться в романе.

В столице была хорошая охрана, поэтому ей не нужно было беспокоиться о том, что мальчик потеряет эти деньги на обратном пути.

Или он может просто вернуть золотую монету издателю журнала и получить свою зарплату. В любом случае, это уже не касалось Вайолет.

Когда все это произошло, прохожие на улице не обратили на них внимания. Это умеренное равнодушие было характерно для Верхена.

Устроившись в удобном месте, где она могла спокойно посидеть и почитать, выражение лица Вайолет тут же исказилось. В свою очередь, когда рыцари увидели, что уважаемая дочь их герцогства сидит на скамейке, где сидели только простолюдины, они тоже нахмурились.

Вайолет прочитала весь журнал.

Так уж получилось, что этот журнал, который она купила, был специальным выпуском о Доме Эверетт. Конечно, это включало в себя сенсацию о «Вайолет С. Эверетт».

Она только что купила этот журнал из ниоткуда, но Вайолет не могла ни улыбаться, ни плакать по этому поводу. Она просто смотрела на обложку пустым взглядом.

Как оказалось, мальчик был так удивлен, увидев ее, потому что она была главной темой журнала, который он продавал.

В то время уже была изобретена камера, но она еще не была достаточно развита, и сделать даже один снимок было очень дорого. Образ Вайолет, каким его представили в журнале, был не совсем фотографией. Это больше похоже на чью-то интерпретацию того, как она выглядела.

Так ли выглядела ведьма из сказки? Красивая, но наполненная ледниковым холодом и суровейшей свирепостью. Чувствуя себя неловко, Вайолет посмотрела на небо.

«Я так выгляжу?»

Эта мгновенная тревога промелькнула у нее в голове. Хотя она выглядела злобно, образ передал определенную красоту, типичную для скульптуры ручной работы. Отчасти это было причиной того, что слухи о Вайолет поползли по столице.

В статьях писалось о доме Эверетт разное.

Скандал с бывшим наследником герцога Михаилом. Изгнание Эйлин.

О последнем надо было просто написать, что Эйлин отправили учиться за границу, но вместо этого в статье было написано: «В конце концов, ангел Эверетт был изгнан из Империи из-за колдовства Вайолет, злой женщины».

Помимо этого, также упоминалось, как Роэн стал новым наследником герцога и как эта Вайолет доминировала над Верхеном.

Сама Вайолет читала о том, как она, видимо, стала цветком высшего света и властвовала над всеми дворянами. Она щелкнула языком.

Статьи этого журнала были полны чистой лжи.

Самым шокирующим было прочитать об интервью с ней, которого она никогда не давала.

Не выдержав чтения слов, которые она якобы произнесла, Вайолет захлопнула журнал.

«Мне придется позже сказать Роэну, чтобы он предъявил иск этому журналу».

Что в этом было правдоподобного? Как смеют эти люди писать такую ложь. Они настолько нагло ушли вперед и написали это, потому что думали, что если на них подадут в суд, то испортится только изображение Дома Эверетт?

Вайолет поняла, почему мальчик смотрел на нее с таким страхом в глазах. Он мог потерять работу.

Это понятно. Но, конечно, это не касалось Вайолет.

Намереваясь сохранить этот журнал в качестве улики, Вайолет передала его одному из рыцарей сопровождения, а затем посмотрела на небо.

Из любопытства рыцарь открыл журнал. Он смотрел попеременно то на журнал, то на Вайолет, с недоверием на лице.

Жители столицы вообще были равнодушны к другим, но все же иногда поглядывали на Вайолет.

Было ли это из-за ее серебряных волос и фиолетовых глаз? Серебряные волосы не были обычным явлением.

Но Вайолет не заботились об их взглядах — она просто продолжала набивать лицо уличной едой. Рыцари сопровождения устроили большой шум, чтобы сначала они проверяли, есть ли яд в еде, но Вайолет отреагировала на это лишь тем, что набила их лица уличной едой. Теперь они ее сообщники.

Для дочери герцога она носила только простую одежду и была довольно легкомысленной. Однако этого было недостаточно, чтобы замаскировать ее под простую богатую простолюдинку; каждое действие и жест, которые она делала, несомненно, излучали грациозность и изящество.

Тем не менее, люди лишь думали, что она просто похожа на знаменитую герцогскую леди Эверетт.

Купив на улице фрукты и откусив их, Вайолет резко скривилась. Ужасно кислые, возможно еще не созревшие.

Думая, что ее отравили, рыцари подняли новую шумиху. Но, как и раньше, Вайолет просто засунула кислый фрукт им в рты.

Столкнувшись с озорством герцогской леди, рыцари чуть ли не плакали.

Тем не менее, поскольку они охраняли ее в нескольких шагах позади, не было похоже, что она совсем плохая.

Она совсем не стеснялась простых людей и даже относилась к ним с уважением.

Однако ее изящество и достоинство нельзя было скрыть, так что можно было только подумать, что это был акт благородства.

Она ела разные фрукты и другую уличную еду, покупала игрушки и безделушки, выглядящие странно. Она также заметила, что там было размещено расписание художественных выставок.

Прогуливаясь по улицам, она нашла малярную мастерскую, просмотрела там разные художественные принадлежности.

Но потом она внезапно остановилась.

Ее поразило осознание того, что это обычно то, чем обычно занималась главная героиня романа — прогуливалась по рынку и все такое.

— Мне стоит сейчас вернуться?

Верхен был хорошо управляемым городом, и улицы были чистыми. Не нужно было беспокоиться и о безопасности людей, потому что вокруг ходило много охранников.

Есть такое клише, когда главная героиня, недавно приехавшая из сельской местности, встречает бандита или что-то в этом роде.

Хотя вероятность того, что это случится с Вайолет, казалась низкой.

С ухмылкой на губах Вайолет вспомнила содержание романа, который недавно прочитала, убивая время на прошлой неделе.

Она совсем не ускользала из своего поместья, чтобы пойти на эту прогулку, и она также взяла с собой рыцарей сопровождения.

Так что может случиться?

— …

Но в итоге что-то случилось.

Пройдя немного дальше, все больше людей начали выходить на улицу, и в конце концов она отделилась от своих рыцарей. Когда Вайолет поняла, что теперь она одна, солнце уже клонилось к закату.

И, словно чтобы посыпать соль на рану, Вайолет еще больше заблудилась, так как теперь просто смотрела на ручей перед собой. Вполне естественно, что Вайолет начала беспокоиться.

— Где я?

Не слишком ли она беззаботно гуляла?

Вайолет впервые за долгое время захотелось выйти куда-нибудь, но теперь, оказавшись здесь, она тщательно оценила свое положение.

Медленно дыша, Вайолет подумала о слезах, которые сейчас, должно быть, проливает ее эскорт.

Она неплохо ориентировалась сама по себе, но заблудиться в месте, где все и вся было незнакомо, казалось довольно серьезной проблемой.

Должна ли она спросить у кого-нибудь дорогу?

Думая обо всех замечаниях, которые Роэн скажет отчитывая ее, Вайолет надавила на виски.

Роэн наверняка проведет расследование, почему она заблудилась.

К счастью, ранее она купила кучу странных безделушек. Она сможет отвлечь его этими подарками. Если это не удастся, то последним средством будет сказать, что она заблудилась, покупая ему подарки.

Пока Вайолет размышляла, позади нее раздался хриплый голос.

— Хэй, мисс. Вы заблудились?

— ?..

— Боже мой, вы, очевидно, почтенная благородная леди, верно? Что скажете, показать вам дорогу?

Даже не имея больше возможности спросить дорогу, Вайолет оказалась в этой новой головоломке.

Глядя на несколько грубоватых мужчин и наблюдая за ними, Вайолет медленно кивнула.

— Буду признательна, если вы покажете мне дорогу. Если нужно, я дам вам щедрую компенсацию.

— Замечательно! Мы можем быть очень хорошими проводниками, знаете ли. Куда вам нужно?

Они казались слишком искренними, чтобы быть головорезами, но они также выглядели слишком похожими на хулиганов, чтобы быть хорошими, добропорядочными гражданами. И все же они были здесь, заявляя, что проведут ее.

Возможно, потому что они чувствовали, что было бы неразумно связываться с ней. Вайолет теперь демонстрировала властную позицию, которую обычно не увидишь каждый день.

Она думала, что подобная ситуация может появиться только в романах.

Юноши, похожие на хулиганов, подошли к Вайолет с улыбками на лицах.

— Но могу я спросить, какова награда?

Пока Вайолет размышляла, можно ли доверять этим парням, между ними кто-то встал.

— Хм? У тебя была компания… укх!

— К-кто ты такой!

Черноволосый мужчина, которого она видела впервые. Появившись из ниоткуда, он быстро одолел остальных.

Его форма была необычной, поэтому было очевидно, что он формально учился владению мечом.

Вайолет также заметила знак императорской семьи на его плаще. Должно быть, он был частью имперской гвардии.

— Я слышал, что здесь было несколько случаев насилия, вымогательства и грабежей. Я отпущу вас сегодня, так что просто проваливайте.

— Я спросил тебя, кто ты!

— П-подожди! Посмотрите на его плащ! Этот парень рыцарь! Имперский рыцарь!

— Ч-что?!

— Ааа, бежим!

Вайолет изумленно смотрела, как прямо перед ней разворачивалась сцена. Почему-то диалог здесь казался довольно надуманным.

Как будто она смотрела театральную постановку. Это было слишком надуманно и нереально. Словно любовный роман, который она читала раньше, теперь был представлен как живое исполнение.

— Вы нигде не поранились?

Пока в ее голове витали такие мысли, хулиганы в панике разбежались, а черноволосый рыцарь повернулсяк ней и заговорил.

Вайолет медленно покачала головой.

— Я получила вашу помощь, не так ли?

— …Эм.

Хотя у мужчины было крупное телосложение, его лицо выглядело на удивление молодым. Был ли он примерно того же возраста, что и Каирн?

На мгновение вспомнив о своем младшем брате, Вайолет не могла не скривиться. И когда рыцарь увидел изменение ее выражения лица, он озадачился.

— …

— …

Произошел тонкий обмен.

Он хотел ей что-то сказать? Ему от нее что-то нужно? Поскольку он имперский рыцарь, даже у рыцаря на испытательном сроке не может быть низкой заработной платы.

Молодой рыцарь несколько раз открыл и закрыл рот, ничего не говоря. Вайолет тоже склонила голову набок, озадаченная.

— Вы…

— ?..

— Вы меня не помните?

Невинный взгляд был направлен на Вайолет.

— Где мы познакомились? — спросила Вайолет, глядя в его бледно-лавандовые глаза, мало чем отличавшиеся от ее собственных фиолетовых.

— …

Как только Вайолет это произнесла, он замолчал, и выражение его лица с каждой секундой менялось все больше и больше.

Теперь он выглядел таким несчастным, что Вайолет чуть не извинилась за то, что его не помнила.

— Нет, если вы не помните, ничего страшного.

— …

— Вы, кажется, заблудились, но если не возражаете, могу я вас проводить?

— Проводить?

— Ахм, я имею в виду. Я не подозрительный человек.

Смущенный рыцарь попытался достать что-то из внутреннего кармана пальто. Вайолет только что сказала, что уже знала, что он рыцарь.

Чувствуя себя неловко, он коротко кашлянул. Он показал ей свое удостоверение личности, и там было написано, что его зовут Адин и он принадлежит к Первому Имперскому Ордену Черного Волка.

Вайолет задумалась, где она могла встретить его раньше, и порылась в своих воспоминаниях.

Он был высок и был крепкого телосложения, но лицо у него было еще молодое. Его темные волосы отражали красный оттенок заката, и каким-то образом в его лиловых глазах скрывался дождь.

«Думаю, я его помню».

Лавандовые глаза, мало чем отличающиеся от фиолетовых глаз Вайолет. Где-то в своих воспоминаниях она смутно их помнила.

Однако она не могла вытащить точное воспоминание.

— …Если вас это не побеспокоит, пожалуйста. Я буду на вашем попечении.

Она знала выражение его глаз.

Эти глаза, как безмятежные озера — ужасно подавленные.

Не зная почему, Вайолет вдруг стало неловко смотреть на него. Ее взгляд скользнул вниз.

— Пожалуйста, говорите с комфортом, герцогская леди.

— Вы меня знаете?

— Все знают, что уважаемая дочь Дома Эверетт приехала в столицу.

— Нет, я спрашиваю, знаете ли вы меня лично. И я также хочу спросить, что вы имели в виду, спросив, не помню ли я вас.

— Если вы не помните, вам не нужно заставлять себя вспомнить. Это была просто мимолетная встреча.

Хотя Вайолет спросила его прямо, Адин тоже четко ответил.

Конечно, если бы он был кем-то из воспоминаний Вайолет, положение Адина не могло быть обычным.

— Сэр Адин, вы…

— …

— Вы очень высокий.

Поскольку Вайолет заговорила первой, она в конце концов замолчала и избегала смотреть на него. Это было неловко.

Когда Вайолет на мгновение замолчала, Адин немного занервничал, потому что не знал, что она собирается сказать. Но когда она наконец заговорила снова, он на мгновение расслабился.

«Такое лицо, я бы его точно запомнила».

Вайолет снова была предоставлена своим мыслям, пока они шли вперед, и она могла только гадать, настолько ли плоха ее память.

Мужчина, казалось, привык охранять людей. Вайолет подозревала, что этот парень тоже может занимать высокое положение.

— …

— …

В то время как их окружение постепенно менялось, пока они шли по улицам, им двоим было трудно снова заговорить.

Он просто неразговорчивый? Вайолет задумалась. Пытаясь оценить мужчину с прищуренными глазами, Вайолет увидела своих давно потерянных рыцарей сопровождения, бегущих прямо к ней. Они выглядели испуганными до безумия.

— Ты… Кто ты такой!

Затем они направили свои мечи на Адина.

Вайолет потеряла дар речи из-за ошеломляющей ситуации. Как будто Адин спас рыцарей сопровождения от утопления, но вот они, спрашивая, где их потерянные сумки.

Но независимо от ее реакции противостояние между рыцарями сопровождения и имперским рыцарем продолжалось.

— Имя, я спросил! И заяви о своей принадлежности!

— …

Его рот был заклеен или что?

Бросив взгляд на мужчину , который ничего не сказал, даже когда несколько мечей были всего в нескольких дюймах от его горла.

— Он рыцарь имперской гвардии, и именно он помог мне, когда я попала в беду. Даже если у вас нет манер, не могли бы вы воздержаться от грубости?

Только когда Вайолет сказала это, рыцари отступили и снова вернули мечи в ножны. Какой забавный поворот событий.

Можно было бы сказать, что Вайолет виновата в том, что ходит так свободно, но и рыцари сопровождения не должны были потерять из виду человека, которого они должны охранять.

Независимо от того, насколько многолюдно тогда было, их работа заключалась в том, чтобы оставаться рядом с ней, несмотря ни на что.

И все же они, далеки от признания своих ошибок, смешно выглядели, направляя свои мечи на человека, который спас их задницы.

Этих рыцарей, несомненно, следует подвергнуть более тщательной подготовке, как только они вернутся в особняк.

Тем не менее, Вайолет не хотела увеличивать свою несчастную известность. Она передаст Роэну задачу отругать этих рыцарей.

Так или иначе, похоже, рыцари до сих пор не заметили знака императорской семьи.

Вайолет обеспокоила очевидная степень мастерства рыцарей ее дома. Правда имперская метка была на плаще, который был у Адина на спине, а они стоял перед его лицом. Они ее и не могли увидеть.

— Кхм, кхм. Простите. Если вы не возражаете, могу я спросить о вашей принадлежности?

— Чёрный Волк.

— Черный Волк? Вы имеете в виду первый рыцарский орден?

— …

Когда недоразумение, возникшее у рыцарей герцогства с имперским рыцарем, прояснилось, они начали с ним дружелюбно болтать.

Он всегда такой тихий? — недоумевала Вайолет. Она украдкой следила за реакцией Адина, и ее первое впечатление о нем менялось.

Судя по го лицу, ему явно было не по себе. То есть неудобно из-за самой ситуации.

Глядя на холодное выражение лица мужчины, которого она видела впервые, Вайолет снова засомневалась.

— В любом случае, большое спасибо за помощь Ее Светлости. Вы получите солидную награду.

— …

Однако мужчину не волновали слова эскорта. И снова та же мысль пришла Вайолет. Это действительно было похоже на какую-то пародию — и тогда, и сейчас, когда они столкнулись с хулиганами.

— Вы сэр Адин из Черного Волка, так что, конечно. Если вам что-то нужно, мы сделаем все для этого необходимое.

— Нет, спасибо.

Мужчина продолжал общаться с рыцарями так, словно был камнем, но раньше, когда он разговаривал с Вайолет, он был очень осторожен в начале разговора. Он даже выглядел весьма решительным.

Или, может быть, это просто случай чрезмерной нервозности? Вайолет обдумывала единственный существенный фактор — свою дурную славу. Слава о ее деяниях стало настолько распространилась, что человек, с которым она едва подзнакомилась, скорее всего, нервничал.

— Если вы не против, мы можем вновь встретиться позже? — спросил Адин.

— Вновь встретится?

— Если это слишком…

— Ах. Нет, я просто немного удивилась, потому что вы не требуете немедленной награды. Этого действительно достаточно?

— Да, этого достаточно.

Другими словами, Вайолет спрашивала, действительно ли это все, что он хотел от Дома Эверетт, но его ответ оставался прежним — да, ему было этого достаточно.

Услышав ответ мужчины, Вайолет на мгновение задумалась. И кивнула.

— Тогда даю вам слово. Приходите ко мне в любое время, когда захотите. Я дам вам любую награду, которую вы пожелаете получить.

— …

На самом деле Вайолет неправильно поняла намерения мужчины.

При выводе, к которому пришла Вайолет, во взгляде мужчины на мгновение промелькнуло отчаяние. Глядя на подавленный взгляд мужчины, который так напоминал ее собственный, Вайолет не могла понять, почему свет в его глазах так колеблется всякий раз, когда он смотрит на нее.

— Что ж, тогда увидимся. Я пойду.

Эта встреча между Вайолет и Адином, черноволосым рыцарем, связанным с Орденом Черного Волка, была короткой.

Впоследствии, когда они вернулись в особняк, не стало секретом, что Вайолет встретило настойчивое нытье Роэна, а сопровождавшим ее рыцарям не только урезали жалованье, но они еще и получили наказание под видом «дополнительного обучения».

— …

— …

Это было неловко.

Все в гостиной сидели в тишине.

Хотя сама Вайолет сегодня отчасти осознавала собственные опасения, она не пыталась заполнить тишину идиотскими любезностями или бесполезными оправданиями.

— Верно, я услышал, что ты ушла куда-то одна и заблудилась…

— …

Роэн начал дискуссию со спокойной улыбкой на губах.

Это была первая новость, которую он получил, только вернувшись домой. До этого он с нетерпением ждал возможности поговорить за спиной наследного принца со своей младшей сестрой.

К счастью, Вайолет благополучно вернулась, иначе вся столица была бы перевернута.

В любом случае, Вайолет чувствовала себя обиженной.

— Все это время я просто сидела дома, поэтому мне захотелось выйти на улицу и немного осмотреть достопримечательности.

— И тогда ты заблудилась. И даже разделилась со своими рыцарями сопровождения.

— …

Вайолет продолжала смотреть Роэну прямо в глаза. Ясно, что это был взгляд, содержащий ее протесты, безмолвно настаивающие на том, что во всем виноваты рыцари сопровождения, не сумевшие последовать за ней, как то было нужно.

Но Роэн отклонил ее молчаливые протесты небрежной улыбкой.

— Если ты хотела выйти, почему не сказала мне? Я бы пошел с тобой.

— Я не твоя кукла, юный лорд.

— Я не это имел в виду, Вайолет.

Роэн вздохнул.

Среди всех, кто был в этой гостиной, единственными, кто чувствовал удушье от напряжения разговора двух братьев и сестер, были обслуживающие их служанки.

— Разве мы не договорились сходить за одеждой? Я ожидал, что мы отправимся вместе.

— Как бы то ни было, юный лорд.

В глазах Вайолет был вопросительный взгляд, когда она смотрела на Роэна.

— Ты расстроен?

Кхах.

— Не слишком ли «расстроен» сильно сказано?

— …

На лице Вайолет читалось недоверчивость.

Роэн не расстроился из-за того, что она чуть не попала в опасность, а просто из-за того, что она бросила его и сделала что-то самостоятельно.

— Я просто ненадолго вышла на улицу. Я даже не заходила ни в какие бутики.

— Я слышал, что ты также ела уличную еду, не сомневаясь в ингредиентах.

— …Хорошо.

— И ты даже кормила своих рыцарей сопровождения?

— …

По ходу разговора Вайолет все больше теряла дар речи. Здесь он серьезно отклонился от темы.

На мгновение она задумалась, следует ли ей указать, что она только пихала еду в рот рыцарям, не обязательно кормя их, а затыкая.

— Отлично. Не пойдешь ли ты со мной позже за одеждой?

— Конечно. Если того хочет моя младшая сестра.

Вайолет щелкнула языком, когда Роэн освежающе ей улыбнулся.

В любом случае, после того, как Вайолет «предложила» пойти в бутик с Роэном на примерку, она лишь откровенно вздохнула. Роэн же на это не обращал внимания.

— Ты вполне естественно притворяешься, что близок со мной, — прокомментировала Вайолет.

— Это один шаг к тому, чтобы по-настоящему сблизиться друг с другом. Кроме того, я действительно о тебе беспокоюсь.

— Ах, конечно…

Попытка Роэна притвориться, что он близок, была тяжким бременем.

Как она могла такое легко принять? Прошло совсем немного времени с тех пор, как он постоянно игнорировал ее и обманывал, но теперь, внезапно, он стал проявлять к ней такую привязанность в подобных действиях.

Воспоминания о прошлом глубоко врезались в ее кожу. Несмотря на попытки Роэна сблизиться с ней, Вайолет чувствовала себя с ним еще более неловко из-за того, насколько все это было незнакомо.

Когда воздух в гостиной сбросил прежнее напряжение, служанки наконец-то смогли свободно вздохнуть.

Вайолет снова цокнула языком.

— Кстати, Вайолет. Что ты думаешь о Раджадене, Его Высочестве наследном принце?

— ?..

Вопрос, который Роэн задал Вайолет, был таким неуместным. Глядя на Роэна, Вайолет попыталась угадать, какие намерения стояли за этим вопросом.

Однако выражение лица Роэна было настолько серьезным, что Вайолет поймала себя на том, что отвечает ему, сама того не осознавая.

— Он человек, что в скором определит будущее Империи.

— О? Тогда он тебя как-то интересует?

— Какие ужасные слова.

— Я знал это, не интересует, правда же? Какое облегчение.

И снова Вайолет начала сомневаться в Роэне, услышав его несколько расплывчатый ответ.

Спокойно глядя друг на друга, эта пара брата и сестры откровенно отвергала будущее солнце Империи, которое поведет страну в завтрашний день.

— Почему ты вдруг такое спрашиваешь?

— Ах. Я слышал, что императорская семья хотела бы отправить тебе официальное предложение. Я не совсем уверен, хочет ли тебя принять императорская семья в целом, или это просто личное желание наследного принца.

— Прошу прощения?

— Конечно, я отклонил предложение, но…

— Прошу прощения?

Когда он упомянул, что ее может хотеть либо императорская семья, либо наследный принц, улыбка на губах Роэна стала острее.

Вайолет, с другой стороны, все еще обрабатывала бомбу, которую он только что выпустил. Она прервала его на полуслове.

— Так ты говоришь, императорская семья… Нет, кронпринц хочет, чтобы я была его супругой?

— Думаю, да? Только учитывая тот факт, что он вызвал меня туда отдельно, похоже, тебя уже рассматривали как кандидата в его невесты.

— …Почему?

— Что именно?

— Нет, я просто не понимаю. Что они получат от того, что сделают меня супругой наследного принца?

Вопрос Вайолет был резонным. Но в то же время на это был очевидный ответ.

Роэн улыбнулся Вайолет.

— Иногда мне становится грустно, когда я вижу, как сильно ты изменилась. Чтобы ты задавала такой вопрос, чего именно тебе не хватает?

— …Молодой лорд.

— Верно, проще говоря, это вопрос политики. Почти наверняка на трон взойдёт нынешний наследный принц.

— …

— Однако у него много врагов. Нет, если быть точнее, сторонники аристократической фракции будут постоянно держать его в узде, и они могут как-то попытаться его подорвать. И достаточно того, что храм также держит его под контролем, так что…

— И какое это имеет отношение к предложению обо мне?

— Потому что ты Эверетт, Вайолет С. Эверетт. И два поколения назад наша линия предков смешалась с кровью императорской семьи. Кроме того, на силу и влияние нашей семьи нельзя смотреть свысока. Даже дом, из которого происходила наша мать…

— Сократи это объясните и скажи прямо. Я спрашиваю не потому, что слепа в своих обстоятельствах. Я просто спрашиваю, почему я.

Роэн привел полностью политические причины.

Однако Вайолет спрашивала, почему наследный принц хотел жениться на «злодейке», с не очень хорошим публичным о ней мнением.

Каким бы могущественным ни был Дом Эверетт, слухи будут преследовать ее до тех пор, пока она все еще считается злодейкой.

— …Ну, причина.

— Я не понимаю.

«Я, честно говоря, не уверен, но, возможно, он просто ожидает, что люди не смогут прикоснуться к тебе из-за слухов о том, насколько ты ужасна. Если нет, то, возможно, он думает, что ты создала этот фасад злодейки, а на самом деле ею не являешься.

— …

— Кроме того, и наследник герцога, и сам герцог на твоей стороне. И ты достаточно все знаешь о Доме Эверетт, так что не будет никаких проблем, если титул наследника герцога вместо меня получишь ты.

Несмотря на то, что на ее стороне не было ни одного человека, Вайолет доказала, что может подняться на вершину с помощью одних только своих умений.

Наследный принц хотел супругу, которая обладала бы властью и была способной.

Эйлин была прекрасна, но невыносимо слаба. Трон Императрицы не сможет удержать тот, кто вооружен одной лишь «добротой».

— Ты не можешь просто отказаться?

— Я не могу сделать ничего, с чем ты не согласна.

— Если так, то просто откажись, даже если они пришлют официальное письмо с предложением. Я этого не хочу.

Как будто то, что сорвалось с губ Вайолет, было ответом, который он хотел услышать все это время, Роэн просиял.

— Ха-ха. Как и ожидалось, тебе не нравится этот змей, верно?

— ?..

— Отвратительный негодяй, этот парень. Из-за него я не люблю людей, чьи намерения трудно прочитать.

— …

Один змей бранил другого змея.

Глаза Вайолет сузились еще больше. Однако Роэн этого не заметил.

— Послушай, Вайолет. Ты не поверишь, что я сегодня услышал от этого парня!

Однако, несмотря на ее реакцию, Роэн явно был в приподнятом настроении, когда подробно рассказывал своей младшей сестре о разговоре, который у него состоялся с наследным принцем.

Рассказывая эту историю, на его лице была тень печали.

Но Вайолет было не обмануть.

Как человек, умеющий скрывать свои истинные эмоции, словно змей, тон голоса и выражение лица Роэна были наигранными.

Поэтому она мило улыбнулась.

— Молодой лорд, ты отвратителен.

— Вайолет!

Роэн надеялся поговорить за спиной наследного принца вместе со своей младшей сестрой, но ему это не удалось. Теперь он смотрел на нее печальными глазами.

Вайолет посмотрела на него в ответ с еще большим отвращением.

Увидев, насколько Роэн зациклен на их «братско-сестринской связи», Вайолет встала со своего места.

В любом случае, это был очень спокойный день.

Через несколько дней Мэри приехала в столичный особняк. Некоторые из других сотрудников прибыли с Мэри, а некоторые из рыцарей Дома Эверетт — с Зило.

Мэри впервые приехала в столицу. С горящими глазами она то и дело суетилась, взволнованно говоря: «Я выехала из родного города всего второй раз за всю свою жизнь!»

Зило задавался вопросом, почему она настолько взволнована, когда она выезжала все-таки во второй раз в конце концов.

Судя по его изможденному лицу, он очень устал.

— Миледи!

Мэри, разумеется, досталась должность личной горничной Вайолет. И снова Вайолет заметила, насколько велики были навыки общения Мэри, что она не могла ничего сказать. Девушка очень быстро адаптировалась к новой среде.

Некоторое время также велась тонкая война нервов между существующими сотрудниками особняка и вновь прибывшими сотрудниками.

Между гордостью управлять особняком семьи в столице и гордостью управлять главным особняком семьи в герцогстве нельзя было относиться легкомысленно.

Однако, к счастью, эта война была улажена быстро. Все благодаря тому, что Вайолет приняла Мэри.

Работники особняка были шокированы, увидев, как Вайолет с удовольствием слушает болтовню Мэри.

Когда они поняли, что Мэри была любимой служанкой Вайолет, все они успокоились. Бесполезно теперь было сталкиваться с ней лбами без причины.

Таким образом, атмосфера в особняке быстро смягчилась. Возможно из-за того, что Вайолет обращалась с новыми сотрудниками, или, возможно, потому, что все они знали, что герцогская леди не будет по прихоти пользоваться своей властью.

Благодаря этому все сотрудники больше не считали Вайолет кем-то из другого мира.

И Вайолетт, которой было совершенно нечего делать, снова взялась за рисование.

Вместо того, чтобы постоянно пользоваться кистью, она иногда использовала другие инструменты, набрасывая или очерчивая какие-то наброски, чтобы ее мастерство не пролеживалось.

Также возобновились ее регулярные утренние тренировки с Зило. Зило все еще сожалел о том, что талант Вайолет тратился впустую, но Вайолет упорно отказывалась серьезно оттачивать свое мастерство.

Поскольку герцогская леди постоянно приходила в тренировочный зал рано утром, тренируясь вместе со своей служанкой Мэри, все рыцари в тренировочном зале не могли найти слов.

Даже если они пытались не обращать на нее внимания, в этой ситуации они не могли не улавливать ее присутствие совсем. Все они жаловались на то, как это было тяжко.

Но все же Вайолет лишь цокала языком на рыцарей за то, что они так скупились на утреннюю зарядку.

Как и ожидалось, люди должны двигать своим телом. Физическое состояние Вайолет улучшалось день ото дня, и некоторые другие люди стали следовать ее примеру и тоже начали разминаться по утрам.

Поскольку Роэн ненавидел двигаться, он мог только наблюдать за развитием ситуации.

Пока их дни проходили мирно, Роэн позвал портного.

— Это большая честь иметь возможность собрать личный гардероб, леди Эверетт, уважаемая дочь благородного и великолепного герцогского дома~!

Вайолет нахмурилась, слушая бесконечные комплименты. С таким бойким языком, как будто он тщательно обмазал маслом весь свой рот. Не было ни одного осведомленного о том, какой печально известной была репутация Вайолет.

— Тогда насчет одежды из бутика Лаурент~

На этот раз последовало непрекращающееся хвастовство портного.

Бутик, который выбрал Роэн, был лучшим в столице, так что похвастаться им точно стоило. Тем не менее, хвастовство было слишком глупым.

Долгое время в гостиной, в которой они находились, не было иных тем, кроме рассказов портного об истории и популярности его бутика, о том, какие их платья и модели до сих пор лидировали в столичных тенденциях.

Подводя итог, любой, кто мог их забронировать и вызвать его в свое имение, должен быть очень рад.

Конечно, услышав это, выражение лица Вайолет было далеко не радостным.

— Поскольку у Вашей Светлости высокий рост, этот дизайн подойдет вам идеально!

Горделивый портной показал дизайн, который набросал заранее.

До этого он слышал только слухи о герцогской леди, и сегодня он впервые встретился с ней лично.

Поэтому, показывая ей свои проекты, он взволнованно говорил.

— Я подумал, что Вашей Светлости должно подойти, если я добавлю больше украшений и изменю вот эту часть!

Конечно, эти слова прошли через одно ухо Вайолет и вылетели из другого.

— Это костюм клоуна?

— Простите?

— Я спросила, это костюм клоуна?

— Ну-у, хаха. Я так понимаю, вам не пришелся по вкусу этот дизайн?

Когда Вайолет задала этот вопрос, нахмурив губы, портной почувствовал, как начал потеть.

Действительно, взаимодействовать со злодейкой из слухов было непросто... Эту мысль практически можно было прочитать на его лбу, судя по тому, как он неумело скрывал свое выражение лица.

Вопрос Вайолет можно было бы посчитать грубым, но на самом деле она была серьезна.

Вайолет искренне задавалась вопросом, не предназначена ли одежда, которую сшил для нее этот портной, для циркового выступления.

Явно слишком тугой корсет служил только для того, чтобы выражать грудь и талию более сильно. Также слишком много внимания уделялось плечам и бедрам, а оборки на платье были во всеразличных странных местах…

Герцогскую леди, выросшую в окружении роскошной экстравагантности, интуитивно привлекала роскошная одежда. Тем не менее, это не означало, что она предпочитала одежду, обильно украшенную аксессуарами и драгоценными камнями.

— Тогда как насчет этого платья?

— Оно просто задушит меня до смерти. Дальше.

— Ах, хахаха… Если не подходит, то вот это. Этот дизайн определенно подчеркнет очарование Вашей Светлости…

— Слишком много украшений хуже, чем их отсутствие. Дальше.

Требования Вайолет было немного хитрыми. Роэн не особо разбирался в одежде, поэтому, сидя сбоку, просто наблюдал.

Не выдержав, портной взорвался:

— Ваша Светлость, похоже, мои замыслы не соответствуют вашим задумкам. Изначально платье должно подчеркивать женское тело так, чтобы оно соответствовало идеалу, делая его красивым для всех, но… не похоже, что Вашу Светлость это удовлетворяет.

— …

Услышав глупости, вышедшие изо рта портного, Вайолет только один раз подняла подбородок, бессловесный жест, оощряющий его продолжать говорить.

Поэтому портной продолжил:

— Здесь, в Верхене, стиль, к которому стремятся женщины, — это классическая красота — стиль, в котором естественная красота человека еще больше акцентируется за счет добавления множества красочных и привлекательных украшений. Никто не сможет оторвать глаз от такой красоты!

После этого портной продолжил еще одну из своих длинных тирад об идеологии бутика Лаурент.

И снова, подытоживая, Вайолет была похожа на деревенскую девушку, которая только что покинула глушь и попала в столицу. Она не знала, что здесь было в моде, в центре Империи, а наряды портного соответствовали высшим эталонам красоты.

Во-первых, этот портной был мужчиной, и не ему решать, каков «высший эталон красоты» для женского тела.

Вайолет нахмурилась.

Она слышала, что цветком высшего общества Империи была леди Толофия, но что такого она сделала для популяризации этого клоунского костюма?

«Кажется, прошло чуть меньше трех лет».

Хотя это было всего лишь мнение Вайолет. На самом деле, дизайн бутика Лаурент был не настолько плох, чтобы его можно было назвать клоунским.

— Конечно, я понимаю, о чем ты.

— Ваша Светлость! Тогда, как и ожидалось…

— То, что ты сейчас говоришь, это что моя точка зрения неверна, хм?

От спокойного голоса Вайолет лицо портногов в одну секунду просветлело, а в следующую помрачнело. Он посмотрел на Роэна и молча попытался попросить о помощи.

Однако Роэн лишь нежно улыбнулся ему.

— Это, ну, я не это имел в виду. Я лишь хочу сказать, что мода в Верхене, которой все следуют...

— Почему я должна следить за модой?

— Простите?

— Тогда позволь мне повториться. Есть ли причина, по которой я должна следовать столичным тенденциям?

— …

Надменный тон герцогской леди заставил портного вздрогнуть.

На самом деле, сказанное Вайолет нельзя было счесть неверным. За исключением имперской принцессы, среди всех леди, которым еще предстояло выйти замуж, Вайолет была самой высокой аристократкой среди своих сверстников.

Следуя из этого, для Вайолет было правильным не следовать тенденциям, а вместо этого возглавлять их.

Конечно, это было верно, если Вайолет влавствовала как цвет высшего общества.

— Так, эм, еще раз об этом платье…

Чувствуя себя потерянно, портной еще раз упрямо пытался объяснить его одежду. Но Вайолет только цокнула языком.

Это небольшое действие испугало портного, и он начал икать.

Сидя сбоку, Роэн восхищался поведением Вайолет. Действительно, она была талантом, о котором даже наследный принц мог только мечтать.

Даже если бы у нее не было защиты Роэна, Вайолет могла бы твердо стоять на своих убеждениях и передавать их одним лишь щелчком языка.

Тем не менее, портной, похоже, не собирался отказываться от своего дизайна.

— Отлично. Ты, там.

— Д-да?!

— Ты тоже шьешь одежду?

— Ах, да… я работаю помощницей лорда Лаурента.

Продолжая игнорировать слова портного, Вайолет поманила беспокойную девушку, стоящую в стороне.

Внезапно вызванная вперед, помощница выглядела очень растерянно. Она обошла на цыпочках портного, который затем посмотрел на помощницу, когда ту позвали.

— Ваша Светлость, этот ребенок еще не очень опытен!

— Я не спрашивала тебя. Имеешь ли ты право перебивать дочь герцога?

— Нет, вовсе нет, я не это имею в виду…

— Достаточно. Вайолет имеет право сама решать. Если она не спрашивает твоего мнения, то тебе лучше замолчать.

— И-извините?

До сих пор Роэн просто наблюдал за течением дел, но вскоре вмешался. Затем портной заткнулся. Всем очевидно, что он чувствовал себя обиженным.

— Помощница, да. Так, значит, ты помощница. Ты когда-нибудь шила одежду?

— Д-да… Хотя я еще молода, я уверена, что мои навыки так хороши, как и у всех остальных, потому что лорд Лауран хорошо нас обучил.

— Я поняла. Хорошо.

Помощница как-то похвалила портного своими замечаниями, но Вайолет это мало заботило. Глаза портного были полны недоверия.

Нет. Ни за что.

— Ты оставайся здесь. А тебя, Лаурент зовут, да? Можешь уходить. Я щедро заплачу тебе за то, что ты проделал весь этот путь сюда.

— П-простите?

— У тебя за это время испортились уши? Я сказала, можешь уходить. Сейчас.

— Н-независимо от того, что вы дочь герцога, вы не можете так поступить со мной!..

Наконец, осознав, как с ним обращаются, портной упорно запротестовал.

Даже если бы у кого-то были деньги, чтобы позволить себе его одежду, не каждый мог заполучить ее. Дворяне столицы строились в очередь, чтобы каким-то образом купить один из его проектов. У него сложилось впечатление, что такая высокая дворянка, как Вайолет из Дома Эвереттов, также была поражена им.

— Независимо от того, что вы дочь герцога, вы не можете обращаться с моим бутиком как!..

— Вайолет уже приняла решение. Разве для тебя не будет лучше, если ты просто уйдешь на своих двоих?

Когда Роэн сказал это, отчаявшегося портного вскоре вытащили.

— Эм, ну, я…

Оставшись в гостиной, юная швея внутренне рыдала, не зная, что делать.

Не обращая внимания на рыдания швеи, Вайолет велела одной из служанок принести ручку и бумагу.

Молодая швея не могла понять, в каком положении она сейчас находится. Ее наставник получил назначение сегодня здесь, в Доме Эверетт, но его выгнали и она осталась совсем одна.

Между тем, после того как молодая герцогиня получила от горничной ручку и бумагу, которые она просила, она начала что-то рисовать сама.

Затем она передала этот рисунок молодой швее.

— Ваша Светлость, это!..

— Можешь это сделать это?

— Тогда это личный дизайн Вашей Светлости…

Замолкая, швея все еще не могла понять свое положение. Она только уставилась на рисунок в ее руках.

Дизайн был простым: линии обнимали изгибы модели, спускаясь вниз, и грациозно расширялись, начиная с верхней части колена.

На нем не было никаких украшений, кроме фокуса в центре, который удерживал платье таким образом, что мягко образовывались складки. Несмотря на простоту дизайна, он не выглядел слишком скромно благодаря накладыванию нескольких слоев прозрачной ткани.

Возможно, из-за того, что это платье облегало тело, казалось, что в нем трудно двигаться, но по бокам платье было свободно, а под ним была ткань, чтобы носящему было легче двигаться.

Это был дизайн, который даже она никогда не представляла.

В стиле бюстье этого платья будут видны руки и плечи. Однако даже с шалью и прозрачной тканью подчеркивалась утонченная красота женского тела.

И не только это. Дизайн был стильный, похожий на цветок, поскольку он расправлялся внизу, а со складками под грудью грубые модели Вайолет выглядели так, словно перемещаться в них было легко по сравнению с платьем в стиле ампир, но при этом естественно подчеркивали изгибы носившего их.

Сейчас, когда в моде были корсеты, юная швея была совершенно поражена пиршеством новаторских дизайнов, которые ей показали. Теперь она могла понять, почему Вайолет считала одежду Лаурента клоунской по своей природе.

Не требовалось «подчеркивать» природную красоту тела — можно было быть достаточно красивым и без того, подтянув талию и подчеркнув грудь и бедра.

— Эмм, но Ваша Светлость, если вы хотите носить что-то подобное, люди могут…

Люди могут заметить лишний вес владельца.

Однако, не договорив до конца, юная швея закрыла рот.

Повернувшись к Вайолет, элегантно сидевшей в ужасно устаревшем платье, швея пришла к выводу, что герцогская леди обязательно справится с этим новаторским дизайном.

— Тогда почему бы нам не добавить вот такие украшения?

— Хм. Неплохо.

— Я думаю, что было бы уместно еще добавить немного кружева на эту часть. И цвет, который подойдет Вашей Светлости...

Наконец-то поняв, в каком положении оказалась, юная помощница начала проявлять свой талант. После того, как она также увидела несколько эскизов Вайолет, она добавила свои собственные идеи и начала создавать одежду, которая подошла бы герцогской леди.

Эта девушка была полна таланта.

— Фиолетовая ткань тоже подойдет Вашей Светлости, верно? Если мы также используем измельченный жемчуг, он будет излучать тонкий блеск, и вы будете похожи на красиво распустившийся цветок!

— Правда?

И она была полна страсти.

Она добавляла разные украшения, а также определенным образом преобразовывала вещи…

Вайолет тут же показала еще несколько набросков. Юная помощница превратилась в кивающую машину.

— Я не хочу носить неудобную одежду, поэтому хотела бы заказать более удобную.

— Ах, тогда мне нужно обработать некоторые из эскизов, которые уже показала Ваша Светлость, и сделать что-то из них?

— Я бы также хотела брюки.

— Брюки? Эм-м. Э?..

— Я заплачу тебе столько, сколько ты захочешь, так что сделай на свое усмотрение.

Заказ был состявлен быстро. Роэн удовлетворенно улыбнулся, наблюдая, как Вайолет разговаривает с молодой швеей, небрежно вытягивая финансы Дома Эверетт.

— Это пустая трата таланта, что ты помощница. Что думаешь о спонсорстве?

— П-простите? Спонсорство?

— Ты не сможешь сшить всю эту одежду сама, поэтому тебе понадобится команда. Скажи мне, если тебе нужна поддержка.

— А я смогу?

Тогда молодая швея помрачнела. Казалось, до нее дошло, что она берется за серьезное поручение.

Но в глазах и Вайолет, и Роэна ее таланта было достаточно.

— А ты не сможешь?

— Нет, я смогу! Я сделаю все в моих силах!

Хотя она немного боялась, это не означало, что она была напугана настолько, чтобы упустить эту возможность.

Наконец, похоже, они закончили укомплектовывать ее гардероб. Вайолет опустила шею, выглядя усталой.

— Кстати, Вайолет. Как ты придумала эти дизайны?

— Думаю, это внезапно всплыло в моей голове после того столкновения со смертью.

Вайолет ответила прямо. Не то чтобы она лгала.

Вспомнив, как Вайолет нырнула в озеро, Роэн ненадолго замолчал. Хотя он был слеп к моде и тенденциям, дизайн Вайолет тоже казался ему нетрадиционным.

— Верно. Тогда с твоей одеждой на пока покончено.

— Я лучше выпью кофе, чем чай.

— Стоит ли нам выбрать тебе туфли?

— Что?

Роэн ухмыльнулся.

Молодая швея была еще в гостиной и, слушая разговор брата с сестрой, тоже внутренне сомневалась.

По приказу Роэна в гостиную вошли еще несколько человек. Среди них были лучшие столичные сапожники, ювелиры и торговцы.

— Лучше все обсудить со всеми сразу, чем по одному, верно?

— …

Роэн позвал лучших из лучших в каждой области. И он заплатил большие деньги, чтобы привести их сюда.

— Я хочу отдохнуть.

— Давай, ты сможешь.

Когда Вайолет озвучила свою усталость, Роэн только улыбнулся и проигнорировал ее слова.

Какой смысл в примерке одежды, аксессуаров и обуви, если не будет пррисутствовать нужный человек?

Мастера, озадаченные ситуацией, вскоре с энтузиазмом и серьезностью обсуждали новые модели с юной швеей.

«Неужели все мастера действительно склонны к странностям?»

На самом деле, как «художник», Вайолет тоже не слишком отклонялась от сферы деятельности этих мастеров, но все же она была искренне удивлена.

Трое мастеров здесь не хотели упускать возможность зажечь свой художественный дух, а купец не хотел упускать возможность заработать немного денег. Все бурно обсуждали.

Единственное платье, которое ей действительно нужно было получить от этой примерки, было платьем для вечеринки, но и в нем она не нуждалась столь срочно. Так что было решено, что сначала она закажет повседневную одежду вместе с парой туфель.

Таким образом, четыре человека покинули гостиную только после захода солнца.

Вот так утомительный день Вайолет подошел к концу.

Приглашение пришло от маркизата Лешан.

При нормальных обстоятельствах приглашение было бы отклонено еще до того, как Вайолет увидела бы его. Но на этот раз в редком случае приглашение попало в руки Вайолет.

Прочитав письмо с респектабельным введением, Вайолет прищурила глаза.

Роэн попросил ее принять приглашение маркизата, и на то была причина.

Тем не менее, Вайолет ответила, что примет участие в чаепитии, которое устроит маркиза, как раз к тому моменту, когда будет готова необходимая одежда.

Тем временем черноволосый мужчина, что помог Вайолет, тоже прислал письмо.

Письмо мужчины почти разобрали другие горничные, но, к счастью, благодаря зорким глазам Мэри письмо благополучно дошло до Вайолет.

Как указано в письме, полное имя рыцаря было «Адин Эсир».

Столкнувшись с именем, которого она не ожидала, Вайолет даже еще раз проверила, кто был отправителем письма.

Адин Эсир. Этот человек был внебрачным сыном герцога Эсира, и он был известен не по иной причине, нежели Вайолет.

Герцогство Эсир было таким же престижным, как и Герцогство Эверетт, но, хотя он был ребенком этого дома, во всей Империи не было ни одного человека, который бы не знал, что он незаконнорожденный.

Между ним и нынешним герцогом было пятнадцать лет разницы в возрасте, но нет — Адин был незаконнорожденным сыном предыдущего герцога и свидетельствовал о позоре семьи.

После загадочной смерти предыдущего герцога Эсир сводный брат Адина стал главой семьи и теперь был нынешним герцогом. Несмотря на это, нынешний герцог не мог вычеркнуть имя своего младшего брата — позор семьи — из реестра.

Вайолет начала размышлять, почему у Адина не была указана фамилия в удостоверении личности, но отогнала эту мысль.

«Я когда-нибудь встречала его раньше?»

Вайолет порылась в своих воспоминаниях, пытаясь вспомнить, встречала ли она когда-нибудь раньше кого-нибудь с бледно-лиловыми глазами.

Перед тем как упасть в озеро, она посещала многочисленные банкеты. Не было бы странным подумать, что она могла встретить его на одном из таких мероприятий.

Когда-нибудь она сможет вспомнить. Вайолет подумала так и вскоре просто написала свой ответ на письмо. Она пообещала, что примет его и даст ему любую награду, которую он пожелает.

Тогда Вайолет задумалась. Он был молодым лордом герцогства, а также рыцарем императорской гвардии. Хотел ли он что-нибудь получить от Эверетт?

Но, что ж, пока она могла дать ему компенсацию, Вайолет больше не нужно было это обдумывать.

Она не хотела, чтобы ее мирное время нарушали сложны мысли.

Адин отправил ей еще одно письмо, в котором сообщил, что посетит герцогскую резиденцию в самое ближайшее время. Затем, как он и сказал, вскоре после этого он в одиночку посетил особняк.

Узнав, что его не будет рядом, когда придет гость, Роэн со слезами на глазах умолял Вайолет.

Хотя Адин был незаконнорожденным ребенком, он все еще был членом герцогского дома. Это было довольно немалым событием, чтобы сын герцога и дочь герцога вот так встретились.

Опасения Роэна были обоснованными, но, поскольку Вайолет все равно не собиралась выходить замуж, она просто отмахнулась от этих несущественных, по ее мнению, опасений.

Учитывая, что Адин был членом знатного дворянского дома и сыном герцога, он действительно был важным гостем. Однако он вел себя так, как будто не хотел раскрывать свою фамилию.

Вайолет решила не ворошить его болезненные раны. Поскольку он выглядел так, будто действительно не хотел иметь ничего общего со своей фамилией, она была готова уважать его желания так же сильно, как того хотел и он.

— Я не ожидал, что вы придете один. Надеюсь, ваш путь сюда был гладок?

— Все хорошо. Я польщен тем, что вы пригласили меня в свой особняк.

— Никаких проблем. Дом Эверетт не относится плохо к своим гостям. Пожалуйста, пройдите сюда.

Когда официальные приветствия закончились, Вайолет провела гостя внутрь.

На мгновение замявшись при виде Вайолет в легком домашнем платье, Адин быстро собрался с мыслями и последовал за ней.

Он не знал, что герцогская леди встретит его лично, поэтому из-за этого он довольно взволновался. Однако, поскольку большинство людей здесь не могли расшифровать его монохромное выражение лица из-за его краткости, никто этого не заметил.

— У меня не было возможности представиться и извиниться перед вами должным образом в тот день из-за беспокойности ситуации, в которой мы оказались. От имени Вайолет С. Эверетт я еще раз благодарю вас за то, что пришли мне на помощь, и приношу извинения за грубость, которую проявили к вам рыцари моего дома.

— Ну, все в порядке. Я тоже понимаю, что они всего лишь выполняли свои обязанности рыцарей.

В столовой был приготовлен великолепный обед и последовало радушное обращение с гостем.

Звук их столового серебра не раздавался эхом. Ни Вайолет, ни Адин не разговаривали, поэтому в столовой царила тишина.

— Вы уже подумали, о чем бы хотели меня попросить?

— Картины…

Первой закончила свою трапезу Вайолет, и она перешла прямо к делу, задав главный вопрос.

На это Адин осторожно заговорил.

— Хотя бы раз, я бы хотел увидеть ваши картины.

— Мои картины?

— Да. Но если это слишком сложно…

— О, это не проблема. Я всего лишь удивилась, узнав, что о моих картинах тоже распространились слухи.

Услышав ответ Вайолет, Адин замолчал. Увидев его реакцию, она внутренне цокнула языком.

Действительно, о том, что герцогская леди увлекалась живописью, говорили только те, кто хотел опорочить ее репутацию. Он ни за что не захочет больше говорить об этом.

Это напомнило ей о том, что она прочла о себе в том журнале. Когда герцогиня нахмурилась, рыцарь увидел это и снова заговорил.

— За этим не стоит никакого другого намерения. Если Вашей Светлости неудобно, вы можете отказаться…

— Все в порядке. Ну, как я уже сказала, не вижу в этом проблемы.

Нет ничего плохого в том, чтобы показать кому-то ее картины чуть раньше. Рано или поздно она все равно собиралась устроить художественную выставку.

После еды Вайолет впустила Адина в свою галерею.

Самой галереи было достаточно, чтобы показать все работы, которые она создала до сих пор. На самом деле ей не нужно было арендовать помещение для своей художественной выставки.

Вайолет только рисовала, не заботясь о том, как будут распоряжаться ее искусством, но когда она вошла в галерею, она была удивлена, увидев, что ее картины расположены более упорядоченно, чем она ожидала.

Пока Адин молча любовался картинами, Вайолет, напротив, удивлялась. Она никогда не приходила сюда сама, чтобы посмотреть на свои работы.

— …

Пока они оба рассматривали картины, молчаливый рыцарь ничего не говорил, а сама Вайолет нахмурилась.

Одежда, которую она носила сейчас, была в моде в прошлом. На дее дизайном лишь поработали дополнительно, и швея добавила к нему элементы собственного дизайна, чтобы сделать его более изысканным.

Но ее картины были другой историей. Они были слишком нетрадиционны для людей той эпохи.

Один взгляд на картины Вайолет, и люди согласно подумают, что это картины ведьмы.

— Я все еще недостаточно хороша, поэтому умею рисовать лишь такое.

Почему-то встревожившись, Вайолет первой нарушла тишину. Но Адин, долго рассматривая ее картины, медленно покачал головой.

— Нет, просто я… мне немного грустно.

Он говорил, словно медленно обдумывая. Это были слова, которые он тщательно подбирал, но тем не менее они были прямыми.

Вайолет быстро поняла, что пытался сказать Адин.

Картины Вайолет содержали такие чистые эмоции.

Сквозь неяркие краски холста изображалась нефильтрованная и безудержная депрессия. Большинство людей назвали бы эти картины причудливыми, но испытавшие ту же боль признали бы картины криками страдания.

— Хотя они излучают грусть и одиночество, я все же думаю, что они прекрасны, — добавил Адин, завороженно глядя на картины.

Услышав его старомодный способ показать свое восхищение, Вайолет ничего не сказала.

— Давным-давно Ваша Светлость однажды сказали…

Адин снова медленно заговорил, но прежде чем он успел закончить, рядом разразился громкий шум.

— Молодой господин, вы не можете! Пожалуйста, сюда нельзя!

— Отвали. Это мой собственный дом, и я могу идти, куда захочу.

Вайолет поморщилась. Этот голос был ей очень знаком, но это был тот самый голос, которого она больше никогда не хотела слышать.

Роэн уже давно зарекомендовал себя здесь, в Верхене, как «молодой герцог». Теперь не было обращаться к нему как к «молодому господину».

Значит, это должен быть он.

С мурашками, пробежавшими по ее спине, Вайолет обернулась и посмотрела назад.

БАХ! Бесцеремонно пнув дверь галереи, молодой человек издал непримиримый рев.

— Эй! Ведьма! Объясни, что здесь творится, а?!

Это был Каирн П. Эверетт, третий сын Дома Эверетт и тот самый человек, из-за которого Вайолет и была вынуждена уехать в столицу.

Среди трех братьев Каирн был самым вспыльчивым. Никто не мог сравниться с тем, насколько короток был его запал, и как только он что-то решил, он был подобен индивидуалисту, который будет идти своим путем, несмотря ни на что.

Он был слишком неприятным, чтобы называться «праведником», и слишком подлым ублюдком, чтобы называться «рыцарем».

Нынешний герцог и покойная герцогиня не были такими. Можно было только гадать, от еого этот парень это унаследовал.

Окунувшись в озеро и проснувшись с воспоминаниями о прошлой жизни, Вайолет часто думала о младшем брате.

У Ён Ха Юн также были братья и сестры, и один из них был надоедливым парнем, которого она могла называть «Оппа». И все же он и в подметки не годился Каирну.

Если Михаил иногда поднимал на нее руку, Каирн был тем, кто прямо обнажал свой меч и направлял его на шею Вайолет.

Вайолет прекрасно понимала, что если бы ситуация в то время была еще чуть более запутанной, то меч точно отрубил бы ей голову.

У Каирна был талант к фехтованию, и он был прост.

Простак, если можно так выразиться. Простак, если говорить о прямолинейности.

Всякий раз, когда младший брат наставлял меч на свою старшую сестру, старшая сестра делала все возможное, чтобы больше взбесить младшего брата. А поскольку доводы Вайолет были правдоподобны, Каирн не мог обрушить свой гнев прямо на нее. Вместо этого он уничтожал невинные объекты.

«Но это не значит, что он никогда меня не бил».

После краткого воспоминания Вайолет посмотрела на Каирна, который теперь держал ее за воротник. Он стал выше за то время, что они не виделись. Он явно излучал угрожающие, убийственные намерения.

— Объясни сейчас же, своими устами. Что, черт возьми, это происходит?!

— Я не совсем понимаю, о чем ты говоришь. И почему ты здесь, а не в поместье Эверетт?

— Ха. Ты шутишь, что ли? Ты... Что-то случилось с твоей головой? Думаешь, я буду стоять на месте, увидев все, что там произошло? Конечно, я приду за тобой по пятам!

— Ха-а.

Поистине невежественный простак. Побег в столицу оказался тщетным.

И только гляньте на это. Он ведет себя так перед гостем.

Вздох Вайолет стал глубже. Услышав вялый выдох Вайолет, Каирн крепче сжал ее воротник. Одежда Вайолет растянулась.

— Есть ли что-нибудь еще, что я должна объяснять? Ты, кажется, уже слышал все от отца.

— Как будто я в это поверил! Первое, что я услышал после возвращения домой, было то, что старшего брата лишили статуса наследника, Эйлин выгнали, и ходят слухи, что ты из всех людей стала жертвой! Но ты хочешь, чтобы я поверил чепухе о ведьме, которая отправилась в столицу с братом Роэном?!

Сама атмосфера и сила, окружавшие Каирна, источали хаос. Одного такого взгляда на него было достаточно, чтобы Вайолет поняла, что ничего из того, что она сейчас скажет, до него не дойдет.

Как ей разрешить это затруднительное положение? Рыцари явно беспокоились, не зная, как вести себя посреди этой схватки между детьми своего господина.

Мэри и Зило были единственными, кто пытался остановить Каирна.

Но пока Вайолет думала, сможет ли Зило остановить Каирна…

— Твой нрав совсем не изменился.

Ззззвеньк. Серебряный клинок был направлен на Каирна.

Несмотря на то, что ситуация действительно была чрезвычайно срочной, Каирн был третьим сыном Дома Эверетт. Он был сыном герцога, и после окончания академии под его командованием будет находиться рыцарский орден герцогства.

Таким образом, был ли кто-нибудь в этом особняке, принадлежащем Эверетт, кто мог бы направить на него меч?

— Ха? Адин? Какого черта ты здесь делаешь?

— Я пришел как приглашенный гость. Не лучше ли тебе остановиться, пока не стало известно, что Дом Эверетт так до чертиков ужасно обращается со своими гостями, Каирн?

Именно Адин Эсир взял на себя обязательство остановить Каирна. Хотя он был внебрачным ребенком, Адин Эсир все же был сыном герцога и был гостем Дома Эверетт.

— Вдобавок к этому твоему чертову раздражающему лицу, у тебя даже эта невыносимая паинька разыгралась, хах. Гость? Ты гость этой чертовой ведьмы? Как забавно, вот это ситуация!

Извергая одно резкое слово за другим, Каирн отпустил воротник Вайолет. Несмотря на это, Адин не убрал клинок, направленный на Каирна.

Рыцари, не решавшиеся остановить Каирна, теперь опасались гостя, который представлял угрозу для третьего молодого господина.

Казалось, что все взорвется у всех на глазах в любой момент от одного неверного движения. Однако, несмотря на то, что Каирн был тем, на кого было направлено лезвие, он был единственным, кто чувствовал себя непринужденно в этой ситуации.

— Не мог бы держаться подальше от наших семейных дел? Чертов несносный придурок. И ты, Вайолет. Если не объяснишь мне все сейчас же, просто знай, что это твой последний день.

«Даже если я объясню как следует, ты все равно вцепишься мне прямо в горло».

Вайолет ответила про себя.

Когда ситуация подошла к этому, Вайолет уже почувствовала приближающуюся мигрень, в тот момент, когда она собиралась вздохнуть…

Шлеп.

— Ты серьезно потерял свои чертовы мозги? — Адин бросил перчатку Каирну в лицо. — Если ты правда хочешь поговорить, ты выглядишь так, будто тебе нужно сначала остыть. И не похоже, что ты справишься сам, так что я тебе помогу.

— Ха. Ха-ха… Что это сейчас произошло? Ты серьезно? Вы двое заодно? Если нет, то неужели ты серьезно жалеешь эту ведьму…

— Я не верю, что из всех людей только ты можешь так говорить, учитывая, что вся твоя ценность зависит только от твоего положения сына герцога. Разве не поэтому ты до сих пор не закончил учебу, а только слоняешься по академии до сих пор?

— Что? Ты проклятый ублюдок! Просто потому, что ты окончил академию лучшим в своем классе! Знаешь что? Ладно, следуй за мной. Я сбью тебя с твоего чертова высокого положения!

Ситуация резко изменилась.

В абсолютной ярости, Каирн снял с лица брошенную перчатку и затопал по галерее, направляясь прямо к тренировочной площадке рыцарского тренировочного зала.

Простаки, конечно, быстро меняют свое отношение.

Находясь в присутствии своего гостя и спасителя, Вайолет не могла понять, как все дошло до этого. Прибежала Мэри, совершенно не понимая, что произошло, но она быстро привела Вайолет в порядок.

— Миледи, миледи! Что происходит?! Эээ... Это действительно третий молодой господин?

— Если спрашиваешь меня, является ли этим идиотом Каирн, то ответ — да. Если спрашиваешь, что именно происходит, то я понятия не имею.

После того, как воротник ее платья снова стал презентабельным, Вайолет бросилась к тренировочному залу.

Если репутация Эверетт пострадает, это проблема. Если Адин, гость, которого пригласила Вайолет, получит удар, это все еще проблема.

В этой ситуации, когда любой исход сулил проблемы, Вайолет еще больше встревожилась.

Лязг, дзинь. Лязг!

Дуэль, которая, вопреки всем ожиданиям, не принесла ничего, кроме проблем, проходила в честной манере.

Вайолет пришла сюда с намерением немедленно остановить их. Однако, она сама неосознанно остановилась и стала наблюдать за серьезной дуэлью.

— Они из одной альма-матер*.

Общительная Мэри вернулась в новостью, которую она от кого-то узнала. Вайолет совершенно не интересовалась своим младшим братом, но удивилась, услышав эту новую информацию.

(П/п: Альма-матер — образно означает учебное заведение, в котором человек получал или получает образование, т.е. Каирн и Адин учились в одной академии.)

— Вообще-то, миледи, я слышала, что они довольно близки?

Согласно информации, которую собрала Мэри, два дуэлянта были близки, учитывая, что они оба учатся в академии фехтования и оба были детьми герцогов.

Между незаконнорожденным и законнорожденным ребенком была большая разница, но Каирн был не из тех, кто так заботится о происхождении. Казалось, что они очень сблизились, пребывая на первом и втором местах по практическим навыкам.

— Третий молодой господин односторонне завидовал навыкам сэра Рыцаря. Вот почему они прославились в академии…

— Никогда такого не было, ты, тыква!

Каирн долгое время был сосредоточен на дуэли, но вдруг закричал, услышав слова Мэри. Он был немного далеко, но у него был хороший слух.

Испугавшись, Мэри спряталась за Вайолет.

— Миледи, у меня будут неприятности?

Вайолет покачала головой и пару раз погладила Мэри по волосам. Почувствовав облегчение, Мэри выглянула из-за спины Вайолет.

В глазах Вайолет эти двое совсем не казались близкими. В свою очередь, казалось, что у Каирна была односторонняя неприязнь к другому человеку.

Поскольку Адин оставался равнодушным к враждебности и гневу прямо перед ним, Вайолет медленно покачала головой.

Лязг. Шух. Дзинь!

Их мечи танцевали и снова и снова встречались в воздухе. Ускользнув от меча Каирна, когда тот пронесся прямо рядом с его лицом, Адин сделал шаг назад и повернул запястье, чтобы еще раз встретиться с мечом Каирна.

Вайолет и сотрудники, которые не слишком хорошо разбирались в фехтовании, просто с благоговением наблюдали за продолжавшейся дуэлью. С другой стороны, рыцари, хорошо осведомленные в этом вопросе, были поражены ходом боя.

— Мне было интересно, каким монстром он будет, раз он в Первом Имперском Ордене, но в самом деле, обладать всеми этими навыками в таком возрасте...

Как рыцарь сопровождения Вайолет, Зило был рядом с ней. Он восхищенно кивнул.

— Он настолько хорош? — невинно спросила Мэри.

— Да. Молодого господина тоже не сильно оттесняют, так что он тоже хорош. Но матч скоро закончится.

— Тогда кто победит?

— Полагаю, что…

Лязг!

В тот момент, когда Зило и Мэри обсуждали матч, он был решен.

Победа принадлежала Адину.

— Ха. Ты стал лучше за то время, что мы не виделись.

— Ты тоже. Видимо, ты не просто игрался в академии.

Как ни странно, атмосфера между двумя дуэлянтами стала теплее. Начало матча было ужасным, но теперь, когда конфликт был исчерпан, между ними как-то сложилась крепкая связь.

Горничные бросились вперед и вручили воду и полотенца. Вайолет, Мэри и Зило ничего не оставалось, кроме как недоверчиво смотреть, как эти двое улыбались друг другу.

Все были в шоке.

Пришел гость, и ему должны были оказать теплый прием. Вместо этого ворвался третий молодой господин и отказался соблюдать правила приличия. Из-за этого гость вызвал на дуэль третьего молодого господина, но итог всего этого был таков: дружба между ними стала крепка, как титан.

Вздохнув, Вайолет попыталась упорядочить в уме череду событий, но так и не смогла понять, что только что произошло.

В любом случае пришло время Вайолет сделать шаг вперед и внести свой вклад. Голова Каирна наконец остыла.

— И ты говоришь мне поверить в это?

— Я никогда не говорила тебе верить. По крайней мере, я была бы рада, если бы ты не показывал гостю такое ужасное поведение.

— Почему ты не настаиваешь на том, чтобы я тебе поверил! Это же значит, что ты просто лжешь, да?!

— Понять не могу, как ты пришел к такому выводу.

Вайолет спокойно объяснила все Каирну, который наконец успокоился. Конечно, Каирн все еще протестовал.

Вайолет попыталась отправить Адина обратно, но тот сказал, что может снова что-то случиться, поэтому находился здесь все время разговора брата и сестры.

Насколько это было возможно, Вайолет не хотелось углубляться в столь личную историю и признаваться в своем несчастье на глазах у других, поэтому она снова и снова пыталась отговорить Адина, чтобы тот ушел. Однако он вежливо настаивал на том, чтобы остаться. «Я единственный, кто может остановить этого парня», — вот что он сказал, и был прав.

Поэтому у Вайолет не было другого выбора, кроме как рассказать всю правду перед ним.

Объяснение Вайолет было просто сокращенной версией всего произошедшего, но Каирн сомневался даже в этом.

Другие сотрудники и рыцари, не знавшие всей истории, оставались бесстрастными, но Мэри выглядела так, будто ей было что добавить, пока Вайолет говорила.

— …Ха. Итак, ты сейчас говоришь, что Эйлин — ужасный человек.

— Опять ты делаешь поспешные выводы. Я никогда не говорила, что она ужасна.

Но да. Она ужасный человек, которого я больше никогда не хочу видеть, — сказала себе Вайолет, не озвучивая своих мыслей.

Явно раздраженный, Каирн бездумно пробормотал.

— Какая разница между тем и этим? Подводя итог тому, что ты только что рассказала, она притворялась хорошей, но все это время она изображала тебя плохим человеком, и показывала свое истинное лицо лишь перед тобой. Если она не ужасна, то какая еще?

— …

Выслушав простой вывод Каирна обо всем, Вайолет уставилась на него, потеряв дар речи. После всего, что он услышал, она не могла поверить, что именно таким было заключение.

Тем не менее, поскольку она не собиралась оправдывать свои прошлые злодеяния, Вайолет только вздохнула.

— Эй, ты ведь не лжешь?

— Я не знаю, сколько раз мне придется повторять одно и то же. Я уже сказала тебе — верить или нет, решение за тобой.

— Ха, хахаха! И я не знаю, сколько раз мне придется повторять один и тот же вопрос, пока ты не ответишь мне должным образом! В любом случае, если ты говоришь правду, то ты имеешь в виду, что ты здесь хороший человек, верно? Поскольку ты жертва.

И снова очередной скачок логики. Добро против зла, как будто их можно аккуратно разделить одним взмахом лезвия.

— Почему ты не говорила мне все это время?

— Что?

— Если все, что ты сказала — правда, почему ты мне ничего не говорила, а?! Если бы я хотя бы услышал: «Эта девушка злая», то я бы хоть послушал. Ты должна была сказать что-нибудь об этом!

— …

Услышав вспышку Каирна, Вайолет какое-то время не могла ничего сказать. Вместо этого она тихо вздохнула, подавляя эмоции, поднимающиеся внутри нее.

Мы все равно не смогли бы нормально поговорить, поэтому не поднимать этот вопрос было одним из способов справиться с этим.

— Что? Ты только что посмеялась надо мной? Ответь мне, почему ты ничего не сказала?!

— …Если бы я сказала.

— Если что-то подобное происходило, ты должна была сказать мне раньше. Все, что ты делала, это безрассудно злилась, так что ты!..

— Если бы я сказала что-нибудь, ты бы мне поверил?

— Что?

— Если бы я сказала тебе об этом раньше, ты бы мне поверил?

— О чем ты вообще…

— Каирн Пэрис Эверетт.

— …

Каирн замолчал, когда его назвали полным именем. Поняв, что настроение Вайолет необычно изменилось, он огляделся.

Мэри пристально смотрела на него, а молча слушавший Адин качал головой.

— Нет, я имею в виду. Дерь-! Я хочу сказать, эм…

— Если бы я заговорила, думаешь, что-нибудь изменилось бы, если бы кто-то мне поверил?

— Что ты...

— Неважно, насколько ты простак, Каирн, ты не можешь не знать. Михаил, или лорд Роэн, и уж тем более ты. Позволь спросить тебя вот о чем: ты бы мне поверил?

— …

Поскольку Каирн ничего не мог сказать в ответ, Вайолет рассмеялась.

Этот ее младший брат, каким бы глупым он ни был, всегда верил, что все будет так же просто, как раз-два-три. Однако бывали времена, когда что-то не получалось, как бы он ни старался.

— Верно. Я уже сказала свою часть сегодня, но ты все еще не можешь найти в себе силы мне поверить. Но даже если ты не веришь ни одному моему слову, Каирн, это не меняет того факта, что Михаил уже лишен титула наследника герцога, а Эйлин больше нет в Эверетте.

Затем Вайолет холодно произнесла:

— Значит, ты тоже. Уходи.

— Ах, черт возьми, я просто…

— Давайте притворимся, что сегодняшнего дня не было, и разойдемся каждый своей дорогой. И еще раз скажу: уходи.

— …Я просто. Мне жаль.

— …

— Я сказал, что сожалею об этом! ТАк что, гм. Что. Ведь ты любимица отца, и, в конце концов, и я с тобой… Нет, я имею в виду, сестра! Я не говорю, что это причина, по которой я был не прав по отношению к тебе, сестра. Я просто, эм, нет, я не пытаюсь винить тебя…

— …

— Угх, дерьмо, то есть. Я просто надеялся, что ты будешь вести себя лучше! Нет, я имею в виду… Ха-а. В любом случае, я тоже хочу извиниться. Я был ужасный по отношению к тебе. Прости.

Напряжение в воздухе еще больше рассеялось. Вайолет надеялась, что то, что она слышит, было просто слуховой галлюцинацией. Но, к сожалению, ситуация, с которой она сейчас столкнулась, не была ни иллюзией, ни желанной для нее.

— Ха-а. Я никогда не говорил, что не верю тебе. Я, э-э… Я имею в виду, если бы ты просто вела себя правильно, тогда бы я…

Каирн был простаком. Но каким бы простым он ни был, он быстро соображал, когда дело доходило до таких вещей. Нет, правильно будет сказать, что он быстро разобрался в этой конкретной ситуации.

— Ну, в любом случае. Если все, что ты сказала, правда! …Прости.

— Убирайся, — ответила Вайолет с искренним гневом, пронизывающим ее слова.

— Что?

— Немедленно убирайся с глаз моих , Каирн П. Эверетт.

— А... а?

В этом и была проблема.

Давнюю обиду невозможно было разрешить простым извинением.

— Иногда я даже завидую твоей простоте, — пробормотал Адин.

Дошло до того, что даже он озвучил свое мнение, когда до сих пор только наблюдал за происходящим в сторонке.

Все еще не понимая, в чем проблема, Каирн повысил голос, как будто был совершенно невиновен.

— Нет. Погоди. Почему? Я уже извинился. Но почему? Почему ты злишься на меня…

— Если ты не хочешь уходить, уйду я. Никогда больше не показывайся передо мной.

Независимо от того, был взволнован Каирн или нет, Вайолет ответила как всегда холодно.

Когда Вайолет поднялась на ноги, Мэри тоже вскочила, взглянув на Каирна.

— Ты виноват, Каирн.

— Почему? Я сделал что-то неправильно, поэтому я извинился, так?

— …

Наблюдая за тем, как ситуация улаживается, Адин медленно вздохнул.

Не обращая внимания на Каирна, Вайолет подошла к Адину.

— Я собиралась угостить вас сегодня, но я искренне извиняюсь, что вместо этого вы столкнулись с таким волнением. Если вы не возражаете, ничего, если вы притворитесь, что сегодняшнего дня никогда не было?

— Конечно. Как вам будет угодно, Ваша Светлость.

— Вы можете просто называть меня по имени. Есть ли еще что-нибудь, о чем вы хотели бы меня спросить?

— Я пока не могу называть вас по имени… Нет, неважно. Сегодня я также обнажил свой меч, так что я не в том положении, чтобы получать от вас какие-либо извинения.

Даже когда разговаривали его друг и его старшая сестра, Каирн фактически был исключен из разговора. Он протестовал, как будто чувствовал себя обиженным.

Тем не менее, и Вайолет, и Адин продолжали, как будто его здесь не было.

— Тогда, если вы не возражаете… Могу я смиренно попросить стать вашим партнером на следующем имперском балу?

— Партнером?

— Если это невозможно, конечно, вы вправе отказаться…

— О, нет, вы просто меня удивили. Не ожидала, что вы попросите меня стать вашим партнером. Конечно, я была бы рада, сэр. Если вы того желаете.

— Спасибо.

— Тогда, пожалуйста, напишите мне о бале позже.

Вайолет учтиво позаботилась о своем госте.

С другой стороны, Каирн снова попытался обратить на себя внимание. Вместо того, чтобы обращаться с ним как с третьим молодым господином дома Эверетт, с ним обращались как с незваным гостем, и его выпроводили вместе с Адином.

После того, как Вайолет вернула порядок в особняк своими командами, она сразу же направилась в свою комнату. Когда Каирна тащили по длинным коридорам особняка рядом с Адином, он постоянно выражал, насколько несправедливым он считал такое отношение.

— Я уже извинился, так в чем проблема?!

— Оставлю это на твое усмотрение. Но тем не менее, наличие извинений лучше, чем их отсутствие.

— Если кто-то делает что-то не так, разве не правильно извиниться?

— …Так могут говорить только люди, которые никогда не были недопонятыми. Каирн, любой может произнести слово «прости».

— Ууг, черт возьми. Какого хрена. Да о чем ты вообще…

В тот день Адин покинул особняк на своих двоих, в то время как Каирна выгнали из дома.

И у него не было другого выбора, кроме как убого сидеть на корточках перед главными воротами особняка Эверетт, пока не вернется Роэн.

— Что ты здесь делаешь? Нет, я скорее хочу уточнить, что ты делаешь здесь? — Роэн спросил, увидев Каирна, жалко сидещего на грязной земле

А Каирн просто ответил беспомощным тоном:

— Да не знаю. Что я здесь делаю?

Возможно, только благодаря удаче Роэн заметил Каирна у главных ворот, когда мимо проезжала его карета.

Если бы нет, то Каирн обязательно провел бы ночь, ютившись прямо здесь, на окраине владения его семьи. Дополнительным бонусом было бы то, что он, скорее всего, попал бы на первые страницы газет.

— Давай сначала зайдем внутрь. Сколько людей видели тебя здесь?

— Не знаю.

— Ха-а.

Роэн сразу понял ситуацию после скудного диалога. Глубоко вздохнув, Роэн с Каирном направились внутрь.

В этот момент он понял, что к его и без того загруженному графику придется добавить еще одну головную боль.

Вайолет хотела, чтобы Каирн скрылся из ее поля зрения, но отныне было решено, что он останется в Верхене до начала следующего семестра. Хотела того Вайолет или нет, она ничего не могла сделать, так как Каирн получил одобрение герцога.

Кроме того, Каирн взял отпуск в академии, никому об этом не сказав. Но Роэн все-таки узнал. Он схватил младшего брата за воротник и допрашивал, зачем он это сделал, но единственным ответом было…

— Мне сказали, что любой может сказать «прости». Поэтому я сделаю все, что в моих силах.

На этих словах Роэн догадался, что Каирн пытался сказать. Он снова прижал руку к своему пульсирующему лбу.

Роэн мог понять чувства Каирна. Но в то же время Роэн мог понять и негодование Вайолет.

Этот их младший брат был очень простым парнем. Несмотря на это, он был праведником и ненавидел несправедливость.

Было ли это из-за того, насколько он был прост? Тенденция быть индивидуалистом была присуща не только Михаилу, но и Каирну. Хотя ослепленные предубеждениями, любые действия, вытекающие из этих намерений, нельзя было назвать справедливыми.

— Вайолет это не понравится.

— А ты получил ее прощение, брат?

— …Нет.

Каирн сузил глаза. Почувствовав невысказанные слова «Какого черта, и ты тоже», Роэн кашлянул.

Каирн предполагал, что Роэн уже прощен, поэтому он пришел сюда, чтобы спросить, в чем секрет его получения. В конце концов, он цокнул языком.

Размышляя о том, какие из них были братья, Роэн спросил, нажимая пальцами на один висок.

— Позволь задать такой вопрос. Я знаю, ты не любишь так глубоко думать, но ты действительно без колебаний поверил Вайолет на слово?

— Ты думаешь, я идиот, да?

Действительно, Роэн смотрел на своего младшего брата именно так. Он ничего не сказал. Подумав, что он может разозлиться, Каирн тоже ничего не ответил.

Не то чтобы он не мог понять, что имел в виду его старший брат.

Он так долго видел и слышал одно, но как он мог так легко изменить свое отношение, словно просто махнуть рукой?

Это же относилось и к Роэну. Только после своего личного расследования, а также тщательного расследования герцога, Роэн, наконец, смог понять Вайолет. Каким бы простаком ни был Каирн, невозможно так легко изменить свое отношение.

— Брат, ты должен хотя бы раз вернуться домой. Посмотреть, как там обстоят дела. Кроме того, отец не идиот, так что могу ли я поверить ему на слово? Михаил здесь настоящий идиот.

— …

Роэн снова сузил глаза. Он сказал, что слышал о ситуации от герцога, но все равно негодовал от правды. Кто он такой, чтобы говорить, что он не идиот.

Поскольку Каирн действовал без колебаний, это означало только то, что он совсем не верил Вайолет.

Роэн уже был проинформирован помощником о том, что произошло в особняке во время его отсутствия. Он сдержал вздох, который вот-вот сулил сорваться с его губ.

Недаром Каирн даже не стремился стать наследником герцогства.

— Отлично. Я уверен, что тебе уже все объяснили, но у меня такое чувство, что тебе нужно дополнительное объяснение.

— Ах, конечно, да. Мне нужно объяснение. Отец только дал мне стопку документов, которые было слишком сложно читать, и, хотя Сестра является непосредственным участником, ее объяснения были дерьмовыми.

— Следи за словами.

— Кроме нас все равно больше никого нет.

Каирн, источник стресса Роэна в этот момент, громко расхохотался. У Роэна было предчувствие, что Вайолет никогда не примет Каирна.

С тех пор, по мере того, как Роэн подробно объяснял дела, кипящий гнев Каирна медленно рос и рос.

Объяснение Роэна было сильно саморефлексивным. Он говорил спокойно, но глаза его были полны стыда.

— Ты делал такое, но ты все еще здесь старший брат? Ха. Серьезно, эта семья…

— Согласно отчету, ты не один раз раз обнажал меч и направлял его на Вайолет. Ты даже поднимал руку… Ты не имеешь права ничего говорить.

— Это потому, что она первой ударила Эйлин!

— …

Оправдание Каирна снова заставило Роэна прищурить глаза. Тем не менее, Каирн не был слеп к своим проступкам. Он спокойно сел.

Затем, когда Роэн закончил говорить, Каирн громко стиснул зубы.

— Чтобы имперское герцогство Эверетт попало в руки этой проклятой старшей горничной, серьезно…

— Сложно сказать, что это удивительно. Все признаки были налицо. В любом случае, Каирн, если ты действительно хочешь извиниться, тебе лучше изменить свое отношение.

— Ха. Даже если ты не проклинаешь меня, просто заткнись! Так ты перерезал горло этой старшей горничной?

— Следи за словами.

В любом случае, Роэн уже с ней разобрался. Он усмехнулся.

Братья проболтали всю ночь.

— Разве я не сказала тебе отвалить?

— Отец разрешил мне быть здесь, так можешь ли ты говорить такое, сестра?

— …

Утро после вчерашней судьбоносной трапезы было наполнено напряжением до краев. Не имея иного выбора, кроме как взять на себя нечистую совесть грешника, Роэн, насколько это возможно, убил свое присутствие.

— Ха. Нет, подожди, я не это хотел сказать.

— …

— Но да, извини! Мои слова совершенно искренни, ну и что! Брат тоже из кожи вон лезет, чтобы получить твое прощение, так почему я не могу?

— …

Пока ее младший брат продолжал разбрасываться чепухой, Вайолет молчала. Каирн несколько раз почесал затылок и взял кубок, стоявший перед ним, чтобы смочить горло.

— …Я понял, что ошибался. Я имею в виду, гм… По крайней мере, дай мне шанс. Не слишком ли жестоко говорить, что я больше никогда не смогу появиться перед тобой?

Тук. Поскольку Вайолет только тихо ела, игнорируя мольбы Каирна, она отложила вилку. Услышав резкий звук, Роэн вздрогнул.

— Каирн.

— …Д-да?

— Не ты ли сказал вот что? «Никогда больше не показывайся передо мной. И перед Эйлин. Если ты не безмозглая дура, то поймешь, верно?» Это то, что ты мне сказал.

— Я?

— Тогда позвольте мне привести тебе еще один пример. В первый раз, когда ты вытащил меч и приставил его к моей шее, причиной было то, что я облила Эйлин холодной водой и оставила ее на два часа посреди зимы.

— Да, наверное.

— Не то чтобы я оправдывала свои действия, но да, я ударила Эйлин по лицу, потому что она нарушила этикет, но ты вытащил свой меч и снова направил его на меня. Я ясно тогда сказала, что это Эйлин начала первой, но тебя было невозможно переубедить.

— …

Каирн замолчал.

С тонкой улыбкой Роэн отодвинулся от Каирна так далеко, насколько мог. С другой стороны, сотрудники продолжали выполнять свои обязанности, как всегда бесстрастно.

— Скажи мне, что ты говорил каждый раз?

— Эм, я…

По мере того как допрос Вайолет продолжался, голос Каирна становился все тише и тише.

— «Я не хочу видеть твоего лица. По крайней мере, позволь мне чувствовать себя комфортно, хорошо?»

— …Прости.

— За что?

— …

— Ты продолжаешь извиняться, но, похоже, понятия не имеешь, почему. Ты даже не знаешь, о чем сожалеешь.

— …

— Позвольте мне спросить тебя еще раз. За что именно ты извиняешься передо мной?

— …

— Даже если ты осознаешь свои проступки, изменится ли прошлое?

На вопросы Вайолет Каирн снова не мог дать ответ.

— Конечно, как ты и сказал, я могу хотя бы дать тебе шанс. Но если я этого не сделаю, люди посмотрят на меня и сочтут меня «злодейкой, которая даже не может принять чьи-то искренние извинения».

— Сестра, я…

— Делай как пожелаешь. Ты все равно не будешь меня слушать.

Вайолет поднялась со своего места. Несмотря на то, что она сбрасывала бомбы правды одну за другой, она ушла, не обращая внимания на оставшихся, и вышла из столовой только с Мэри.

— Каирн.

— …Ууугх.

«Давай посмотрим, кто именно собирается довести свои слова до конца», — сказала про себя Вайолет.

Каирну определенно скоро надоест его выходка. Кроме того, к новому семестру ему придется вернуться в академию.

Самодовольно размышляя так, Вайолет поднялась со своего места с поднятым подбородком — бессловесная насмешка над Каирном, чтобы он поступал так, как ему заблагорассудится.

Все это время она понятия не имела, что Каирн уже взял отпуск.

Возможно, чересчур нетерпеливый, Каирн предложил быть рыцарем сопровождения Вайолет в качестве части своих извинений. Возможно, к настоящему времени Вайолет уже слишком устала от этого, неоднократно сопротивляясь его плану.

Хотя его действия назывались «миссией по сопровождению», на самом деле это было ближе к «преследованию», и поэтому Вайолет приходилось видеть это отвратительное лицо каждую минуту дня. Дошло до того, что Вайолет просто заперлась в своей спальне и никуда не выходила.

— Я же говорил тебе соблюдать умеренность

Только когда Роэн выступил посредником в ситуации, Каирн, наконец, позволил Вайолет вернуть себе ее личное пространство.

Однако, с точки зрения Каирна, было вполне естественно выкладываться на полную в этой миссии по сопровождению.

Из-за ее дурной славы определенно нашлось бы довольно много людей, которые насмехались бы над герцогской леди и пытались бы затеять с ней ссору.

Если что-то из этого случится во время его службы, Каирн немедленно накажет этих людей.

Это были отношения, сформировавшиеся на основе простого взаимопонимания, но из-за всех этих разговоров о репутации и стигматизации Вайолет слышала обо всем этом впервые.

Раньше она никогда не обращала на это внимания. Кто именно мог затеять с ней ссору или попытаться запятнать ее репутацию?

Юный рыцарь, которому еще только предстояло выйти из подросткового возраста во взрослую жизнь, просто пытался вернуть все на круги своя, до того, как все это произошло.

Если рассуждать обо всем простыми словами, то это был лучший вывод, к которому он пришел.

Однако Верхен не был поместьем Эверетт, и Вайолет находилась в таком положении, когда — даже если бы Каирна не было рядом с ней — никто не попытался бы затеять с ней ссору.

Вайолет была герцогской леди, которую особенно любил молодой герцог Роэн, собирающийся стать следующим главой герцогства.

Независимо от степени ее дурной славы, если кто-то осмелится с ней связаться, у него неизбежно будут проблемы.

Исходя из чего следовало, что действия Каирна были бесполезными. Роэн мог только признать сильную волю своего младшего брата.

— Я рекомендую тебе с этого момента делать ротацию для миссии сопровождения, а в свободное время идти вперед и тренироваться. А, и раз уж ты здесь, в особняке, я позвал репетитора, с которым ты будешь проводить уроки культуры. Я знаю, что ты, скорее всего, изучал свою долю гуманитарных наук в академии, но, честно говоря, тебе нужно пересдать эти курсы. Было очень трудно найти репетитора.

— …Что?

Именно так у Вайолет наконец-то появилось время отвлечься от созерцания лица Каирна.

И слава богу за это.

В любом случае, теперь, когда Вайолет избавилась от этого источника стресса, она быстро встала с постели.

Жизнь после этого была простой. Среди множества писем и приглашений, полученных Вайолет, ей пришлось отсеять лишь небольшую часть. Большая часть уже была отфильтрована слугами, затем остальные были дополнительно отфильтрованы самим Роэном.

Таким образом, ее дни были заняты сном, едой и физическими упражнениями. Время от времени она рисовала, а также ходила смотреть на людей. Кое-где она даже заводила мелкие разговоры.

Она часто выходила на прогулки и была дружелюбна к людям на улицах. Когда Каирн следовал за Вайолет в шаге от нее, он не мог не удивляться тому, насколько действительно изменилась его старшая сестра.

Обычно, когда один человек хочет подойти к кому-то другому, он должен сначала знать, как соблюдать надлежащую, безопасную дистанцию.

Каирн этого не знал, поэтому вызывал гнев Вайолет не один раз.

Мальчишка за всю свою жизнь никогда не осознавал чувства других людей, но теперь он, наконец, начинал понимать, как это делается.

Гнев Вайолет был безмолвен — как пепел от уже погасшего пламени. Тем не менее, этот гнев все равно оказался пагубным, поскольку тлеющие угли все еще отдавали жаром.

Одно неверное движение, и можно остаться со значительно обожженными руками.

Кроме того, Каирн снова осознал, что можно причинять боль одним лишь взглядом.

Прошло всего несколько дней, но этого времени было достаточно, чтобы люди узнали друг друга получше.

Вайолет достаточно хорошо знала Каирн, но Каирн мало что знал о Вайолет. До этого он думал, что его старшая сестра умеет только злиться и наказывать людей.

Теперь, однако, он узнал, что шуму она предпочитала тишину.

И она не так-то легко сердилась, если только кто-то не был груб с ней первым.

Разве не из-за этого она чуть не утонула в озере? Каирн задумался.

Каирн понятия не имел, что Вайолет начала меняться с того дня, как умерла и снова ожила. Глядя на спину своей старшей сестры, он озадаченно почесал затылок.

«Я до сих пор все понимал искаженно?»

Шли дни, а самоанализ мальчишки углублялся, а Вайолет внезапно начала готовиться к выходу в свет.

Хотя она проигнорировала множество приглашений и писем от многочисленных домочадцев, было одно исключение: она приняла приглашение маркизата Лешан.

Маркиза Лешан была компаньонкой Вайолет во время ее дебюта три года назад, а также была близкой подругой покойной герцогини.

Поскольку маркиза упомянула в своем письме, что хочет встретиться с дочерью своей доброй подруги и поболтать, Вайолет через силу поднялась с места.

В воспоминаниях Вайолет маркиза Лешан была тихой и элегантной женщиной.

Учитывая, что маркиза была компаньонкой Вайолет, она определенно должна была запомниться Вайолет — но нет. Возможно, это был побочный эффект ее предсмертного опыта, а воможно потому, что ее воспоминания о прошлой жизни все перемешали. Может, из-за того и другого.

Вайолет поняла, что в основном она вспоминает только неприятные вещи всякий раз, когда пытается покопаться в своих воспоминаниях. Это раздражало.

Каирн настаивал, чтобы он тоже последовал за ней на чаепитие, но Роэн, к счастью, его отговорил. Ибо неудобно будет не только Вайолет, но и тому, кто ее пригласил. Было бы довольно неловко, если бы пришел незваный сын герцога.

Дорога до особняка маркиза не заняла много времени.

Вайолет была единственной приглашенной.

С того момента, как она вышла из кареты, служащие маркизата старались обслуживать Вайолет с большой заботой и вниманием.

Каким-то образом почувствовав внутри себя щекотливое ощущение, Вайолет придала своему лицу нейтральное выражение.

— Приветствую вас, леди герцогства Эверетт. Прошло три года с нашей последней встречи? Надеюсь, вы хорошо проведете сегодня время.

— Спасибо за приглашение, мадам. И спасибо, что не забыли меня даже спустя эти три года.

— Что вы такое говорите, как я могла вас забыть? Давайте пройдем.

Их формальные приветствия, продиктованные вежливостью, теперь были в стороне. И роль проводника Вайолет перешла от дворецкого к маркизе.

Маркиза Лешан была красивой брюнеткой, выглядящей моложе, чем ей было на самом деле. Ее волосы были светло-коричневого оттенка.

Когда Вайолет и маркиза шли бок о бок, они казались воплощением сердечного отношения.

— Сегодняшнее чаепитие состоится в этом саду. Я также собиралась позвать дочь, но вам, возможно, это не понравилось бы. Хотя вы будете болтать только с этой пожилой леди, но я надеюсь, что вы будете чувствовать себя непринужденно.

— Конечно, мадам. Пожалуйста, не стесняйтесь также разговаривать со мной комфортно.

Маркиза повела Вайолет в ухоженный сад. Он был относительно небольшим, но сильно отличался от сада семьи Эверетт. Повсюду было желтое свечение, и почему-то это было похоже на сказочный сад.

— Это красивый сад. Он такой красивый, что мне даже хочется его нарисовать.

— О боже, правда? Фуфу, я лично слежу за его содержанием. Очень приятно слышать, что леди он нравится.

Маркиза еще раз удовлетворенно рассмеялась. Атмосфера была дружеской. Когда аккуратно одетый слуга вышел вперед, чтобы налить им чаю, в воздухе повеяло освежающим ароматом.

Воздух наполнился свежим ароматом чая, смешанным с пышным ароматом зелени вокруг них. Закуски, приготовленные к чаю, также были тщательно отобраны, чтобы удовлетворить предпочтения Вайолет.

И снова Вайолет осознала, насколько внимательна к ней маркиза.

— Кстати, леди, у вас совершенно уникальный наряд. Я мало что знаю о том, какую моду предпочитают молодые леди в наши дни, но все же.

— Ах. Просто столичный стиль одежды показался мне очень громоздким. В такой одежде трудно дышать.

— Конечно, я это тоже знаю. Моя дочь действительно такое не любит, как я полагаю? Как и ожидалось, возвращение к классике по-прежнему остается лучшим. Ваша одежда очень уникальна и утонченна. Могу я узнать, где вы ее приобрели?

Хотя маркиза призналась, что не разбирается в современных модных тенденциях, тем не менее выглядела очень заинтересованной в одежде.

Вайолет на мгновение замолчала, собираясь с мыслями. Она решила ответить умеренной смесью правды, и, пока маркиза слушала, она выглядела очень довольной.

— Правда же! Важно искать талантливых людей. Я вижу, что у юного герцога Эверетта уже заточен глаз на таких. Я должна быстрее связаться с молодой швеей и сделать несколько заказов, прежде чем ее имя станет известным.

Сначала маркиза впечатляла людей своей элегантностью, но она также была женщиной, владеющей остроумием и чувством юмора.

Так же ли три года назад Вайолет относилась к маркизе Лешан? Улыбаясь, она пыталась пробраться сквозь свои воспоминания.

— Фуфу, я рада видеть, что вы, кажется, немного изменились, леди. Вы уже были хорошенькой три года назад, а теперь стали еще красивее.

— А… Спасибо.

— Я говорю не только о вашей внешности. Сейчас вы выглядите более непринужденно, и по сравнению с тем, что было раньше, вы более свободно выражаете свои мысли с такой естественной улыбкой. Действительно, какая красавица.

Маркизе было бесконечно комфортно с Вайолет. Никто никогда не обращался с ней настолько приветливо, поэтому она не знала, как реагировать. Тем не менее, маркиза продолжала.

— Вы так похожи на свою бабушку по материнской линии. Вы ее помните, да? Графиня Блейз. Она уже была звездой еще до вашего рождения, леди, но она действительно была прекрасным человеком.

— Моя бабушка по материнской линии?

— Да, ваша бабушка по материнской линии. И мать Лили! Всякий раз, когда я приходила в дом Лили, ваша бабушка так любезно меня приветствовала.

— Лили?

— Боже мой, посмотри, какие привычки. Таким прозвищем я называла вашу мать. Знаете, это мое эксклюзивное прозвище, которое не разрешено использовать даже герцогу Эверетту.

Улыбнувшись, маркиза подмигнула. Поняв значение этого слова, Вайолет мягко ответила собственной улыбкой.

— Спасибо, что позволили услышать такую приятную историю. Я редко слышу о своей матери и моей большой семье по ее линии.

— О, я единственная, кто такое упомянул? Что же делать. Все болтливей становлюсь с возрастом.

— Нет, правда, я ценю это, потому что я мало что слышала о ней в Эверетте. Если вы не возражаете, могу я побольше узнать о моей матери?

— Конечно! Уверена, вы будете удивлены, узнав, какой Лили была в молодости.

Их чаепитие продолжалось в таком дружеском настроении.

Маркиза в основном рассказывала истории о покойной герцогине, которая была ее близкой подругой. У леди Блейз была слабая конституция, но она была очень активной. И, поскольку она также была более уверенной в себе, чем кто-либо другой, люди считали ее очень необычным человеком.

Маркиза переписывалась с покойной герцогиней незадолго до ее смерти. Рассказывая все эти истории, ее глаза увлажнились.

— Помню, как однажды получила от нее письмо, в котором говорилось: «Я не знала, что теперь у меня будет так много забот как у матери. Моя собственная мама раньше говорила мне, что, по ее мнению, у меня должна быть дочь, похожая на меня, но в самом деле — откуда же она знала, моя дочь оказалась очень похожа на меня!»

Чувствуя себя немного смущенной без всякой причины, Вайолет только отхлебнула чай и ничего не сказала.

— Она действительно была хорошей подругой. Она была таким хорошим человеком, она заботилась о многих людях, даже несмотря на то, что была явно больна. Даже сейчас я все еще очень скучаю по ней.

Поскольку маркиза рассказывала много историй о ее матери до замужества, Вайолет случайно услышала историю любви между матерью и отцом.

Слушая, она деловито жевала закуски.

В воспоминаниях Вайолет герцогиня всегда болела.

Она мало что помнила о своей матери, но помнила, как ей было тепло и уютно рядом с ней.

Поскольку теперь Вайолет была версией самой себя, которая могла вспомнить воспоминания своей прошлой жизни, даже воспоминания матери Ён Ха Юн, она подняла голову, когда маркиза произнесла следующие слова.

— Вот почему я так волновалась. Когда я была вашей компаньонкой три года назад, я слышала много слухов.

— Ах. Тогда я была незрелой, так что это естественно.

— Вы тоже о них слышали?

— …

— Охохо. Я не говорю, что это плохо. Три года назад вы были словно колючка, но вели себя очень хорошо. Я не могла сказать тебе этого раньше, потому что шипы вокруг тебя были слишком острыми.

Снова смутившись, Вайолет опять отхлебнула чай.

Маркиза Лешан грациозно улыбнулась.

— Поэтому мне правда приятно снова встретиться с вами. Я не просто так говорю. Вы понимаете, да?

— …Конечно.

Чувствуя беспричинное удушье, Вайолет медленно ответила с улыбкой.

И маркиза тепло улыбнулась в ответ.

Вайолет не доверяла людям.

Эти люди причиняли ей боль, и она всегда воздвигала вокруг себя стены, похожие на шипы, потому что не хотела пострадать. После того, как ее предавали снова и снова, ее сердце едва успевало исцеляться, но она все еще оставалась закрытой для других.

По правде говоря, не то чтобы рядом с ней вообще никого не было. Просто… Вайолет С. Эверетт никому не доверяла.

Вокруг Вайолет было много людей, которые хотели поговорить с ней, но она этого не замечала.

Вспомнив это, Вайолет быстро разобралась в своих чувствах и улыбнулась. Маркиза не могла не подозревать о ее сокровенных мыслях. Сцепив руки, она поставила локти на стол и положила подбородок на тыльную сторону пальцев.

— Очень, очень приятно снова вас видеть, правда. Лили, должно быть, теперь тоже чувствует облегчение от своих переживаний.

— Спасибо.

— Я слышала, что вы ладите со своей семьей в последнее время? И, о! Правда ли, что третий молодой господин недавно сидел как бездомный перед особняком Эверетт?

— …

— Хо-хо-хо. Значит, это правда, но это нормально. Для подростающих детей ссориться естественно.

Но если я дважды попаду в драку, я точно умру. Вайолет не стала добавлять эту мысль. Маркиза Лешан выглядела очень счастливой.

Веселая болтовня маркизы продолжалась. Вайолет слушала ее рассказы с улыбкой.

Пока они долго разговаривали, маркиза вдруг задала вопрос:

— Кстати, есть ли причина, по которой вы начали рисовать?

— Причина?

— Да, я слышала, что в последнее время вы посвятили себя искусству. Мне кажется, что вы стали намного веселее благодаря вашему новому увлечению.

Когда маркиза задала свой вопрос, Вайолет почувствовала, как ее зрачки начали дрожать, но вскоре улыбнулась.

Маркиза очень быстро сообразила. Вот только сейчас Вайолет была в ужасном упадке сил.

Долго размышляя, что ответить, Вайолет заговорила:

— Потому что я хотела убежать.

— Убежать?

— Мне нужно было что-то, чем я могла бы свободно заниматься. Что-то, что я могла бы делать, где я могла бы быть самой собой, во что бы не вмешивались другие.

— И именно поэтому вы обратились к живописи.

В тот момент, когда она ответила на вопрос маркизы, Вайолет как будто получила решение проблемы, которая давно ее беспокоила.

Теперь, когда ей не нужно было убегать, вполне естественно, что теперь она чувствовала себя непринужденно. И в ее прошлой жизни, и в настоящей жизни все еще было бесчисленное множество причин, по которым она начала рисовать, но эта конкретная причина оказалась самой важной.

Услышав ответ Вайолет, маркиза мягко улыбнулась.

— Так значит, вы чувствовали себя непринужденно?

— …Да.

— Какое облегчение. Но как ваша компаньонка и как подруга Лили, я должна посоветовать вам перестать рисовать. Знаете почему?

— Немного.

— Как уважаемая герцогская леди, вы не нуждаетесь в искусстве. В этой стране есть много людей, что все еще остаются консервативными и старомодными, и есть много аристократов, желающие стащить вниз тех, кто наверху. Многие люди стремятся осудить и опровергнуть действия, слова и все остальное, связанное с такой персоной, как вы. Даже используя такие простые вещи, как то, что вы носите. Вы отказываетесь от всех приглашений, потому что осведомлены об этом, верно?

— …

— Давайте подумаем. Ходят слухи, что дизайнера Лаурента выгнали из столичного особняка Эверетт. Так выходит, что леди Эверетт должна быть очень высокомерной.

— Правда?

Вайолет просто потягивала чай, нисколько не беспокоясь. Прищурившись на ее ответ, маркиза рассмеялась.

— Я понимаю, что вы не собираетесь входить в общественные и политические круги. Но все же будут времена, когда вам придется столкнуться с некоторыми людьми, даже если вы этого не желаете.

— Я ценю ваш совет, правда, но я в полном порядке.

Поставив чашку, Вайолет улыбнулась. Не то чтобы совет маркизы ничего для нее не значил. Просто она уже проходила через это бессчетное количество раз.

Маркиза тоже улыбнулась.

— С другой стороны, лично я хочу сказать вам, что вы должны делать все, к чему лежит ваша душа.

— Могу я спросить, почему?

— Конечно. Как я могу не знать истинной причины, почему столько шипов вас окружало три года назад? Это все потому, что вы не хотели оставлять никаких лазеек людям, желающим вам зла.

— …

— Но по сравнению с тем, какой вы были тогда, вы выглядите намного более непринужденно. Вы начали рисовать, потому что вам это нравится, так? Тогда этого достаточно. Какой смысл прислушиваться к мнению других людей?

— Это довольно нехарактерно радикальное замечание.

— Учитывая мою позицию, другого ответа нет. До замужества я была всего лишь дочерью виконта низкого ранга и пришла к пониманию, наблюдая за другими дворянами. «Ах, если я продолжу пытаться соответствовать стандартам этих людей, я останусь ни с чем из своего изначального «Я». Я принадлежу себе». Вы понимаете?

Хотя маркиза говорила деликатно, в ее словах было много серьезности. Вайолет внимательно посмотрела на улыбающуюся маркизу.

— Имя Вайолет С. Эверетт имеет немалый вес. Неважно, что говорят другие люди, ваше положение как герцогской леди никогда не изменится. Посмеют ли они сказать, что герцогская леди высокомерна — что за кучка идиотов, не так ли? Вы горды, потому что вы в позиции, где можете держать голову высоко поднятой.

— …Большое спасибо за эти слова.

— Боже. Дочь моей подруги мне как родная дочь. Всякий раз, когда у вас возникнет желание прийти в маркизат, не сомневайтесь и просто приходите, хорошо? Я брошу все и найду время только для вас.

Словно отвечая на любезность маркизы, Вайолет широко улыбнулась.

И маркиза тоже улыбнулась — это была приятная улыбка женщины по отношению к кому-то, кого она действительно считала дочерью.

После чая они вдвоем немного прогулялись по саду. Тем временем болтовня маркизы не прекращалась.

Несмотря на то, что Вайолет нравилось с ней разговаривать, она не могла не почувствовать некую усталость.

— Прежде чем я стала женой маркиза, я упоминала, что была дочерью низкорангового сельского виконта, верно? С Лили я познакомился только на балу дебютанток, и тогда мы стали близкими подругами. И так или иначе я стала встречаться с мужем, хотя и не без трудностей.

Когда история маркизы съехала к другой теме, она все равно была захватывающей. Слушая историю любви, Вайолет вспомнила любовный роман.

Маркиза продолжила свой рассказ, пока они шли через сад.

— Возможно, в этом причина, но это правда, что я не склонна подчиняться традициям. Как и этот сад, высаженный в соответствии с моими вкусами. Разве он не красив?

— Да, красив. Я думаю, что он очень красив в отличие от сада поместья Эверетт. И это ваша заслуга, мадам.

— Хо-хо-хо. Мой сын, этот негодяй, он все говорит, что сад выглядит неряшливо, но это ожидаемо. Я обустраивала его по своему усмотрению.

В разгар их долгого разговора появился человек. Это был мужчина, вежливо вставший перед ними.

— О боже, Алек?

— Я здесь поприветствовать тебя, мама. Надеюсь, ты в хорошем здравии. Могу я узнать, кто это?

— Ах, да, поздоровайся. Это моя гостья, леди Эверетт.

— Ооо, самый известный человек в столице в последние дни. Приветствую вас, восходящая звезда Дома Эверетт. Я Алек К. Лешан. Пожалуйста, не стесняйтесь называть меня Алеком.

Мужчина, приветствовавший ее согласно этикету, протянул ей руку. Затем Вайолет предложила свою руку, и мужчина естественно поцеловал ее тыльную сторону.

По спине Вайолет побежали мурашки.

— Могу я называть вас леди Вайолет? Ах, пожалуйста, простите мою грубость. Мама, я слышал, что сейчас в Титаро какая-то проблема.

— Что-о? Ах, я собиралась отдохнуть в первый раз за долгое время, но что поделать. Алек, не будешь ли ты так любезен и не поможешь осмотреться Ее Светлости на минутку?

Вздохнув, маркиза беспомощно улыбнулась и печально посмотрела на Вайолет.

— Извините, но это дело вне моего контроля. Я скоро вернусь, а вы с Алеком можете продолжить осматриваться в саду. Мне не хотелось так обращаться с леди Эверетт и дочерью моей подруги — я обязательно вернусь, как только закончу свою работу.

— Конечно, мадам. Пожалуйста, не торопитесь.

Когда маркиза ушла, молодой лорд и Вайолет остались вдвоем.

Пытаясь скрыть дискомфорт, Вайолет изобразила улыбку, слушая его речь.

— Для меня большая честь познакомиться с вами лично, поскольку вы герцогская леди, о которой я только слышал. Мне говорили, что у вас блестящие серебристые волосы, которые выглядят словно лунный свет, но на самом деле. Эти слухи не преувеличены. Даже легендарные феи не могут быть такими красивыми, как вы, леди Вайолет.

— …Спасибо за комплимент.

Угадывал он, о чем думает Вайолет, или нет, из Алека лился непрерывный поток похвал. Выслушивая эти невещественные слова, смущенная Вайолет натянуто улыбнулась.

— Моя репутация может быть незначительной по сравнению с вашей, леди Вайолет, но, возможно, вы слышали обо мне. Ха-ха. Несмотря на мой внешний вид, мне говорили, что люди отовсюду знают меня. Вы слышали о «Стрелке Рована»?

За этим последовал еще один постоянный поток, но на этот раз похвал в свой адрес. Не имея другого выбора, кроме как слушать, Вайолет узнала, что Алек К. Лешан овладел луком и стрелами в возрасте шести лет, и тогда его называли вундеркиндом. Кое-когда Вайолет бездушно что-то отвечала.

Явно бестактный, Алек радовался еще больше, несмотря на все менее восторженные ответы Вайолет.

— В любом случае, я был немного шокирован, когда впервые увидел вас, Ваша Светлость. Платье, которое на вас сегодня, такое уникальное. Конечно, вы прекрасно выглядите в платье, в котором не используется модный в наши дни корсет. Я подозреваю, что лунные феи распустили о вас гадкие слухи из зависти.

Слова Алека проходили через одно ухо Вайолет и вылетали из другого. Ее не интересовало, что говорил этот тщеславный молодой дворянин.

Вместо этого она решила остановиться на том, что сказала ей маркиза.

Имя «Вайолет С. Эверетт» имело достаточный вес, чтобы оправдывать ее поступки. Хотя люди попытаются подорвать это имя, уважение, которое оно к себе требовало, не изменится.

Пусть это и было то же самое уважение, которое она получила через свою кровь, которую она разделяла со своей отвратительной семьей.

За все девятнадцать лет имя Вайолет никогда не уменьшалось весе.

— Мне интересно, о чем думала мать, когда приглашала вас, леди Вайолет. Как и ожидалось, ее глаза не могут ошибаться. С такой красотой, как у вас, стоит также рискнуть получить такую дурную славу.

— …Что вы имеете в виду?

— Ха-ха, это комплимент. Поскольку вы дочь герцогства Эверетт, а я следующий в очереди после маркизата Лешан… Поскольку мы сверстники одного возраста, конечно, об этом ходят слухи.

— …

Забыв о сохранении нейтрального выражения лица, Вайолет холодно посмотрела на Алека. Тем не менее, он продолжал высказывать то, что хотел сказать.

— Другими словами, я буду готов нести клеймо и дурную славу, окружающие вас, леди. Вы же знаете, что скандал в высшем обществе губителен, да? Хм. На самом деле, не так много домохозяйств смогут справиться с вашей репутацией, но я могу с уверенностью заявить, что моя репутация не имеет себе равных. И с вашей красотой…

Хотя он замолчал, было ясно, что он хотел сказать: «Раз вы такая красивая, я могу вынести вашу славу порочной женщины. Кроме того, не будет ли вам трудно найти жениха получше, чем я? Давайте обручимся, хорошо?»

Вайолет ошеломленно моргнула пару раз. Она глубоко задумалась. Как такой сын мог появиться у такой милой маркизы?

Она не знала о ее обстоятельствах. На самом деле, Алек довольно хорошо все подытожил.

В высшем обществе найдется бесчисленное множество придурков, которые будут насмехаться над ней в лицо, каждый так любезно говоря ей, что по милости его сердца он готов жениться на такой злодейке, как она.

Тот факт, что она была Эверетт, никогда не изменится.

— Сэр Лешан.

— Да, леди Вайолет.

— Я не знаю, что именно вы имеете в виду, сэр, но я не собираюсь выходить замуж.

— Умм. Почему?

— Потому что я не чувствую в этом необходимости. Вне зависимости от того, встречу я хорошую пару или нет, я не хочу оставлять свою жизнь в чужих руках.

— Я считаю, что Дом Лешан — довольно хорошая для вас пара.

Теперь с горьким выражением на лице Алек смотрел на Вайолет так, как будто ему было стыдно. Его взгляд пробежался по ее телу вверх и вниз. Увидев это, Вайолет широко улыбнулась.

— Конечно, вы должны быть хорошим человеком, сэр. Я также знаю о репутации маркизата Лешан.

Осматривая Алека с ног до головы так же, как он это проделал с ней, Вайолет ухмыльнулась. Лицо Алека тут же покраснело от несомненно грубого поступка, но он ничего не мог сказать по этому поводу. Ведь именно он так поступил первым.

— Тем не менее, я леди герцогства Эверетт. Разве этого недостаточно для объяснения?

— Н-ну, если вы хотите подчеркнуть, что только семьи одного ранга…

— Я не знаю о чем вы подумали. Я имею право делать все, что хочу, или не делать того, чего не хочу.

Говоря спокойно, Вайолет рассмеялась. Даже если бы она решила стать чьей-то женой, она точно не выбрала бы Алека. Во-первых, это его лицо было ей совсем не по вкусу.

— Даже если я не выйду замуж, у меня не будет никаких проблем в жизни. И, сэр, я никогда не позволяла вам называть меня по имени.

— Но для женщины, родившейся в знатной семье, разве не величайшее счастье выйти замуж и прекрасно воспитать детей. Вам не кажется, леди Вай… то есть, герцогская леди?

— Счастье варьируется от человека к человеку. Кто еще может понимать о моем собственном счастье, кроме меня самой?

Выражение лица Алека еще больше исказилось, и, соответственно, улыбка Вайолет стала еще ярче.

Учитывая, что он больше не мог контролировать выражение своего лица, это был идеальный момент, чтобы вернуться домой.

Вайолет снова ухмыльнулась.

— Если дойдет до того, что вы будете готовы отказаться от своей фамилии так сильно желая меня, сэр, тогда я подумаю об этом еще раз.

— Как г-грубо…

Не должен ли он сначала научиться контролировать свои эмоции? Этот человек якобы был следующим главой семьи. Вайолет внутренне цокнула языком.

В этот момент прилетел незримый снаряд и попал Алеку точно в затылок. Затем кто-то подошел к упавшему Алеку.

— Опять несешь ерунду перед гостем?! Ты единственный позор этой семьи, тьфу. Ты просто каждый раз заставляешь маму плакать от горя.

Невидимый снаряд оказался печеньем. И Вайолет посмотрела на могущественного человека, которому удалось сбить Алека с ног этим самым печеньем.

Это была женщина со светло-каштановыми волосами, похожая на маркизу Лешан. Она была очень возмущена.

И на высокой женщине были брюки, а не платье.

«Кто это?»

Вайолет тихо стояла в стороне, изучая стоявшую перед ней женщину. От нее исходила такая острая атмосфера, так непохожая на маркизу.

Алесия А. Лешан, второй ребенок маркиза Лешан.

— К-какого черта ты…

— Кто кого здесь спрашивает? Мама велела мне поздороваться и представиться ее гостье, но я сразу же услышала, как кто-то здесь разгоняет горячий воздух, и подошла. Это ты устроил неприятности в Титаро, так почему мама за тобой убирается? Серьезно. Просто знай, что однажды ты умрешь от моих рук.

— Почему ты обвиняешь меня! Подожди, это…

— Тебе лучше пойти и исправить все прямо сейчас. Отец едва сдерживается, чтобы не убить тебя.

— Хаа… Ваша Светлость, полагаю, что это все время, которое у нас есть на сегодня. Давайте продолжим нашу беседу в другой раз.

Алек поджал хвост между ног и убежал. Тем не менее выражение лица Вайолет не изменилось.

Алесия смотрела на Вайолет с видимым недовольством.

Вайолет была под впечатлением, что их семья была элегантной. Всего за один взгляд на стоящую перед ней юную благородную леди Вайолет исправила свое первоначальное представление о Доме Лешан.

— Вам, должно быть, было нелегко с этим идиотом. Не беспокойтесь ни о чем, что бы он ни сказал — в любом случае наша семья не намерена обручать вас с моим братом.

— Конечно. Я об этом и не беспокоилась. Даже если ваша семья пришлет официальное предложение, оно только вернется вам обратно.

Когда Вайолет говорила тихим тоном, у нее была защитная улыбка.

Алесия даже не пыталась сохранить лицо.

— Вы совсем не такая, каким о вас ходят слухи. Как и ожидалось, я думаю, слухам нельзя доверять?

Вайолет подумала: «Так, кажется, не только растения у маркизы росли свободно, но даже дети».

По ее мнению, их воспитывали даже слишком свободно. Внезапно она поняла, что был один такой же ребенок, которого слишком свободно воспитывали и в ее собственной семье.

Тем не менее, бесспорно, что Алесия была лучше Каирна.

Эверетт и Лешан, возможно, Асир тоже. Все они считались великими дворянскими семьями, но, с другой стороны, они также могли быть худшими из худших.

С этой идеей, которая была очень близка к правильному ответу, Вайолет посмотрела прямо на женщину, стоящую перед ней.

— Тем не менее, я надеюсь, вы не будете ожидать, что я вижу вас в хорошем свете, герцогская леди. Я даже не могу сказать, почему мать защищает вас, но!..

Голос Алесии оставался ровным, но в нем определенно чувствовалась злоба. Вайолет уже к такому привыкла.

Если Алек скрывал тот факт, что смотрел на нее свысока, то Алесия, с другой стороны, была открыта в своих чувствах.

Пока Вайолет думала о том, поочему Алесия так к ней относится, она ответила небрежным тоном.

— Мадам, скорее всего, заботится обо мне, потому что я дочь ее близкой подруги. Не знаю, почему вы мне это высказываете, юная леди, но я согласна с вашими словами, которые вы «не можете сказать».

— Ха! Значит, вы показывали этот свой фасад моей матери? Она человек с чистым сердцем, так что это могло сработать. Последние три года она только и говорила, как ей вас жаль!

Вайолет еще раз пересмотрела свою оценку. Сейчас она больше не знала, была ли Алисия лучше Каирна, но она стала более уверенной, что у этих двоих было много общего.

— Я не буду спрашивать, почему вы вдруг изменили свое поведение. Но все же я не думаю, что истинную природу человека легко изменить, особенно если этот человек однажды дал пощечину бедной девушке, которая простояла два часа на улице в холодный день.

— Ах.

Только тогда на лице Вайолет появилось какое-то волнение, она пару раз моргнула. Она нашла причину враждебности этой молодой женщины.

Инцидент, о котором она говорила, произошел во время дебютантского бала три года назад.

Тогда Вайолет совершенно не говорила Эйлин ждать ее, но девушка намеренно провоцировала ее, одеваясь в тонкую одежду и выдвигая нелепые требования.

Не собираясь объясняться, Вайолет медленно вздохнула.

— Вы действительно очень похожи друг на друга.

— О чем вы?

— Просто мысли вслуъ, леди. И вы можете думать, как хотите. Даже если я попытаюсь объяснить, вы все равно будете продолжать думать, что я плохой человек.

— Вы серьезно имеете в виду то, что говорите?

— Если то, что я говорю, не то, что я имею в виду, то я бы хвалила вас за ваши великие способности, леди. Не могу поверить, что вы умеете читать мысли. Могу я сначала вежливо поприветствовать вас, как выдающегося представителя Черного Волка?

— Ха, ничего себе!.. Какие забавные вещи вы говорите. Да, хорошо. Давайте поприветствуем друг друга? И я была бы очень признательна, если бы вы обращались ко мне «Дама», а не «Леди».

Началась война нервов. Вайолет не стала уклоняться от взгляда светло-голубых глаз.

— Это формальный титул, поэтому было бы неправильно называть кого-то так, если он еще не посвящен в рыцари. Если придет день, когда вы будете посвящены в рыцари, леди, я выполню ваше желание.

— …

Светло-голубые глаза, ощетинившиеся спокойным гневом, смотрели прямо в фиолетовые глаза. Хотя Вайолет не собиралась смотреть на нее свысока, Алесия чувствовала, что над ней издеваются.

— …Тогда почему вы не уточнили?

— Уточнила что?

— Легко объяснить, почему я лично проявляю враждебность по отношению к вам, герцогская леди. Я не идиотка, я могу хотя бы сказать причину. Но с вашей стороны нет никаких объяснений.

— …Я просто научилась не обращать внимания на людей.

В тишине глаза Вайолет потемнели. Алесия нахмурилась.

— Вы не обращаете внимание на людей, говорите. Значит ли это, что с людьми не стоит иметь дело?

— Это непростая задача — попытаться убедить кого-то, кто уверен в правоте своих убеждений. Они не изменят так просто свое мнение.

— …

В своей жизни Вайолет ни разу не видела, чтобы человек изменил свое мнение только потому, что с ним разумно поговорили. Она улыбнулась.

Это была пустая улыбка.

Чувствуя эту пустоту, Алесия хотела что-то сказать, но снова закрыла рот.

— И, леди Лешан, вы, кажется, немного заботитесь о своей семье. Я бы посоветовала лучше следить за своими действиями.

— Что вы имеете в виду?

— Я говорю это только потому, что вы напоминаете мне моего младшего брата.

Она имела в виду то, что и сказала. Алесия и Каирн были совершенно одинаковы. Алесия мыслила очень похожим с ним путем, и у них даже был одинаковый темперамент.

Вайолет снова заговорила:

— Если я останусь здесь подольше, не похоже, что мы вдвоем приятно проведем время, так что я попрощаюсь. Могу я попросить вас передать мадам мое прощание? Я понимаю, что она занята, и я бы не хотела отнимать у нее время только для того, чтобы попрощаться.

— …Я покажу вам дорогу.

— Нет нужды, леди.

— Нет, вы пришли сюда в гости к моей матери, и она велела мне составить вам компанию вместо нее. Я не хочу ужасно обращаться с нашей гостьей.

В конце концов, Алесия определенно была умнее Каирна. По крайней мере, она умела использовать свою голову.

В этом отношении Вайолет еще больше понизила свою оценку Алесии. Несмотря на то, что она казалась умеренно рациональной и умела пользоваться головой, она была упрямо безрассудной в своих действиях.

Алесия сначала отправила сообщение маркизе, а затем проводила Вайолет.

Атмосфера между ними была пустынной.

— Вы можете не отвечать, но я хотела бы спросить еще раз. Почему вы сделали то, что сделали в тот день?

— В тот день?

— В день, когда вы оскорбили свою младшую сестру, леди Эйлин.

— Ах.

Пока они шли к главным воротам, Вайолет улыбнулась Алесии.

— Я сделала это, потому что хотела. Особой причины нет.

Увидев нежное выражение лица Вайолет, Алесия была настолько ошарашена, что расхохоталась.

— Как и ожидалось, вы просто разыгрываете фарс. Вы мне не нравитесь.

— Никогда не думала, что кто-то скажет мне это в лицо. Боюсь, я не могу сказать, что вы мне не нравитесь, леди.

— …Надеюсь, мы больше никогда не увидимся.

— К сожалению, ваше желание вряд ли сбудется. Мадам, кажется, я нравлюсь.

— …

Светло-голубые глаза Алесии содержали в себе множество эмоций. Большинство из них были явно негативными, но Вайолет их проигнорировала.

Вайолет не испытывала неприязни к Алесии. Эта юная леди слишком напоминала ей Каирна.

Конечно, Вайолет откровенно ненавидела Каирна. Сколько именно лет он поднимал на нее руку? Как она могла полюбить его только потому, что они одной крови?

Но, несмотря на все это, она все еще могла похвалить единственное искупительное обстоятельство своего младшего брата — его отвращение к несправедливости.

В случае с Алесией, в отличие от Каирна, она была сердита на несправедливость, которую проявила Вайолет. К такому выводу она пришла после тщательного размышления.

Вайолет была не против личности Алесии.

— Тогда увидимся в следующий раз, леди. Я надеюсь, что ваше заблуждение может до того момента разрушится.

— Хах, да что вы…

Уважаемая дочь герцогства Эверетт села в роскошную карету. А женщина, которая осталась стоять там, могла только выглядеть сбитой с толку.

Было вполне естественно почувствовать себя потерянно, услышав такое. Вайолет говорила, что надеется, что «неправильное представление о ней» разрешится, но ничего не делала, чтобы этому посодействовать.

После визита в резиденцию маркизата Лешан Вайолет стала компаньонкой маркизы за чаепитием. И, как и прежде, динамика между ними не изменилась — маркиза все продолжала болтать, а Вайолет слушала.

В любом случае, Дом Лешан находился седи знати. Возможно, поэтому маркизе было что рассказать.

Маркиза рассказала ей о том, как леди из дома Толофия стремилась к положению супруги наследного принца, о том, как слухи о самой Вайолет распространяются в высших кругах, и о рассказах нескольких молодых дворян.

Маркиза также рассказывала Вайолет о том, что она слышала от других частных дворянских собраний.

— Я лишь случайно это услышала, так что словам нельзя полностью доверять.

В обществе всегда ходили слухи неоднозначного происхождения. Слушатель должен был отличать правду от лжи.

Независимо от того, содержат ли эти слухи похвалу или насмешку, они все одинаковы.

Одна такая женщина, которая чуть не погибла в озере из-за слухов, только тихо улыбнулась.

Нехорошо было обсуждать кого-то в отсутствие этого самого человека. Тем не менее, Вайолет знала, что болтовня маркизы была в некотором роде ее проявлением внимания к Вайолет.

Информация была силой. Маркиза надеялась, что Вайолет не отстанет в плане новостей о высшем свете.

— Верно, вы слышали об отношениях между леди Арсен и лордом Хортусом? Разве они не заставляют ваше сердце трепетать? Это напоминает мне о времени, когда я встречалась еще до своего замужества. Ах, юная любовь. Я очень надеюсь, что Алесия тоже скоро найдет себе пару.

…Иногда казалось, что маркиза просто старая душа, жаждущая поболтать. Но в любом случае.

С того дня Алесия не показывалась перед Вайолет. Конечно, маркизе хотелось, чтобы они с ее дочерью сдружились, поскольку они были ровесницами, но принждать их к дружбе она не могла.

— Вы и сегодня очень красивы, герцогская леди.

А вот Алек каждый раз настойчиво показывал свое лицо. То, как он пытался выделиться в глазах Вайолет, тоже было весьма жалким.

Увидев, как ведет себя ее сын, маркиза упомянула его.

— Он даже не колеблется, прежде чем говорить такие смущающие вещи. Я знаю, что он мой сын, но… Никогда не выбирайте его, хорошо? Хаа, я бы хотела, чтобы моя невестка была кем-то вроде вас…

Далее последовали жалобы маркизы на то, каким вырос ее сын.

Однако Вайолет задумалась. Как на самом деле правильно воспитывать кого-то в большой дворянской семье?

Тонкая улыбка появилась на губах Вайолет.

До банкета в честь дня рождения наследного принца оставалось менее пятнадцати дней, и деятельность Вайолет больше не ограничивалась только встречами с маркизой.

Она снова начала рисовать. Кисть в ее руке была гибкой, а ее мазки гладкими и мягкими прикосновениями растекались по белому холсту.

Вайолет нравилось это ощущение.

Однако ей еще предстояло полностью преодолеть свой застой.

Она не знала, что рисовать.

Было так много пейзажей и сюжетов, которые она хотела изобразить, но не могла заставить себя излить ни один из них на холст.

Кроме того, рядом с Вайолет было два человека, не дающих ей тишины и покоя. Хотя они были ее братьями, с которыми она разделяла кровные узы, Роэн и Каирн были для нее заклятыми непримиримыми врагами.

— Ух ты. Как такое можно было придумать? Только ведьма способна на что-то подобное. Если бы я был на твоем месте, я бы никогда не показывал такое искусство миру — ай! Почему ты ударил меня!

— Даже если я повторю это в тысячу раз больше, ты все равно будешь продолжать так болтать.

— Ну и что? Ты же тоже думаешь, что картины сестры в любом случае странные.

— …

Вайолет очень хотелось, чтобы Роэн и Каирн убрались из ее галереи.

— Это действительно уникальный стиль.

— Слушай, так и знал. Ты говоришь, что он уникален, но под этим ты имеешь в виду «странный», так почему ты указываешь на меня?

— Ты и вправду даже не думаешь, что твой рот — проблема, ага? И, прежде всего, что ты подразумеваешь под «ведьмой». Ха-ха. Любимый младший брат, похоже, тебя нужно хорошенько отлупить.

— Э? Прошу прощения? Прости меня, мой дорогой старший брат? Старший брат?

— Ах, это напомнило мне. Сэр Адин сказал, что завтра он будет свободен, потому я пригласил его к нам. Он будет для тебя хорошим соперником в спарринге.

Разговор этих двух братьев протекал действительно свободно.

Вайолет размышляла, зачем им при ней так болтать, но не могла найти ответа.

— Из всех людей, почему это должен быть этот приду-!

— В энный раз повторяю, следи за языком. Он все еще сын герцога.

Сначала Роэн опасался Адина, но после того, как они встретились, у него осталось хорошее впечатление.

Адин Эсир был членом Первого Ордена Черного Волка, и в последнее время он часто переписывался с Вайолет.

Письма, которые он посылал ей, состояли из коротких и лаконичных предложений, и это было очень похоже на его манеру. Вайолет тоже со своей стороны постоянно отправляла ответы.

Сначала Роэн холодно улыбался, соглашаясь с тем, что рыцаря нужно тщательно изучить, но в конце концов он остался доволен своими выводами.

Скорее, дело дошло до того, что Роэн благодарил его, что тот остался друзьями с таким оболтусом, как Каирн, во время их пребывания в академии.

Вайолет цокнула языком, глядя на Роэна, который, как обычно, проверял биографию других людей, словно рутинная привычка.

Конечно, как обычно, Каирн взбесился.

— Это же я тут твой младший брат? Не тот парень!

— Мм, довольно неприятная вещь, да. Я действительно хочу, чтобы сэр Адин был моим младшим братом.

— Что? Ты серьезно сошел с ума? Эй, эй! Ведьма!

Пока Вайолет просматривала свои прошлые работы, она просто небрежно проигнорировала волающего Каирна. Игнорировать его было просто стандартной практикой в такие моменты.

— Уф, черт возьми, сестра! Эй, старшая сестра!

— Я уже не раз говорил тебе следить за своей речью, но ты упрямо отказываешься исправляться.

— И почему ты меня сейчас отчитываешь? Почему никто в этой семье никогда не встает на мою сторону!

Вайолет никогда бы не ответила ему, если бы он почтительно не назвал ее «сестрой», поэтому он снова закричал. Вайолет только фыркнула и оставила младшего брата позади себя.

— Нужно было с самого начала использовать правильное обращение. В любом случае, я не принимаю чью-либо сторону. Уйдите и ведите свою братскую битву где-нибудь в другом месте.

Другими словами, она не принимала сторону тех, с кем у нее были общие кровные узы.

Роэн подумал, что по-своему сблизился с Вайолет, но, услышав ее, выглядел грустным.

Вайолет только посмеялась над его поведением.

— Не могу поверить, что ты злишься из-за такой мелочи. Ты совсем незрелый, сэр.

— П-почему ты так со мной разговариваешь! Ах. Эй, ни за что… Сестра, тебе тоже нравится этот сопляк Адин больше меня? Серьезно? Правда, что ли?

— …

Когда Вайолет не ответила, Каирн так расстроился, что даже не смог разозлиться. Это была его собственная карма.

— Вайолет, почему бы тебе не пойти завтра на выставку? Сэр Адин сказал, что у него все-таки есть время.

— Брат, ты друг этого Адина? Почему ты кажешься таким приятелем с ним, а?

— Что это будет за выставка?

— Выставка в национальной галерее. В ознаменование дня рождения наследного принца любой желающий может принять участие, если заплатит небольшую плату за вход.

— Эй? Меня здесь что ли нет? Прошу проще-ения?

— Звучит неплохо.

— Правда? Тогда я дам ему знать и все подготовлю.

— Кажется, ты с ним сблизился.

— Нет ничего плохого в идее подружиться со следующим рыцарем-командующим имперской гвардии. Конечно, это и для твоего же блага.

Роэн небрежно улыбнулся, но, увидев это, Вайолет прищурила глаза, пытаясь оценить, насколько искренним было выражение его лица.

Между тем, поскольку Каирна все еще не впускали в разговор, он сердито топал ногами.

— Серьезно! Почему мне кажется, что вы, ребята, доверяете этому придурку больше, чем мне!

— Ты спрашиваешь, потому что правда не знаешь?

— Ты спрашиваешь, потому что не знаешь, действительно?

Голоса Роэна и Вайолет раздались одновременно. Выражение лица Вайолет исказилось от недовольства, а Роэн слегка поджал губы.

Он добавил еще немного объяснений для их глупого младшего брата.

— Ты все еще не можешь контролировать свои эмоции, и поэтому еще не закончил академию. Быть честным — это неплохо, но проблемой становится то, когда у тебя нет ни капли контроля над импульсами, несмотря на твой высокий статус и выдающиеся навыки. Если ты действительно разозлишься, никто не сможет тебя остановить.

— И что, черт возьми, с этим не так?

— Все просто. Если ты когда-нибудь обезумеешь, единственный, кто сможет тебя остановить, — это сэр Адин.

— Хорошо, но почему?!

— Потому что сэр Адин — единственный, кто может защитить Вайолет, если ты когда-нибудь решишь изменить свое мнение о ней и снова напасть на нее.

Так же, что произошло в тот день.

Улыбнувшись, Роэн не стал произносить последнее вслух.

Быстро сообразив, Вайолет сразу смекнула, что пытался сказать Роэн, но Каирн все еще не понимал. Потому он еще больше возмущался.

Каирн поклялся быть ее охранником, чтобы искупить свои проступки, но, в конце концов, ему так и не удалось избавиться от своих привычек. Это было очевидно из произошедшего чуть раньше, когда он без колебаний все еще называл Вайолет «ведьмой».

Даже если бы кто-то сказал, что это просто «поддразнивание» между братьями и сестрами, слово «ведьма» имело ужасный смысл, и которое Каирн не имел права говорить Вайолет.

Роэн заботился о своем младшем брате, но в него не верил. Поскольку использование людей было для него второй натурой, Роэн был не склонен к легкому доверию к другим.

В итоге Каирн не получал никакого доверия ни от старшего брата, ни от старшей сестры. Единственная причина, по которой его до сих пор не выгнали из особняка и не отправили обратно в поместье Эверетт, заключалась в том, что Роэн и Вайолет знали темперамент Каирна как свои пять пальцев.

Как человек, который был больше похож на индивидуалиста, чем кто-либо другой, даже если его выгонят, Каирн просто поползет обратно в Верхен, пусть и не имея ничего, кроме своего меча.

— Тц. Я даже не могу говорить… Даже если я могу, то все, что я говорю, плохо, ха!

В конце концов, Каирн выбежал из галереи.

Озадаченный, Роэн посмотрел на Вайолет, которая равнодушно отвернулась и осматривала свои картины.

Не то чтобы она не могла понять чувств Каирна, но Вайолет было довольно смешно. Посмотрите на него, как он убегает.

На самом деле, она тоже чувствовала себя немного приподнятой.

Каирн, этот простак, вернулся, как только наступил вечер. Затем он уверенно рассказал о маршрутах, по которым Вайолет придется идти на завтрашнюю прогулку.

Вайолет подивилась толстой железной пластине, которую ее младший брат надел себе на лицо.

— Вы стали очень заняты в последнее время, миледи.

— Ничего не поделаешь. При нормальных обстоятельствах я была бы занята больше, чем сейчас.

— Хмм… Конечно, раз уж это вы, миледи…

Мэри дулась, потому что у нее оставалось все меньше и меньше времени на болтовню с Вайолет. Тем не менее, Вайолет лишь тихонько усмехнулась, оставив свои волосы на попечение Мэри.

Мэри становилась ловчее с каждым днем и теперь была достаточно опытна в этой задаче. У Вайолет было предчувствие, что у этой маленькой девочки есть дар быть косметологом.

— Почему бы тебе серьезно не научиться парикмахерскому искусству, пока меня нет?

— A? Вам сейчас не нравятся ваши волосы, миледи?

Завязался небольшой разговор.

Вайолет довольно рассмеялась, решив, что она действительно отправит Мэри в известную парикмахерскую для обучения.

Искать таланты для нее всегда было весело.

— Как и ожидалось! Миледи всегда так хорошо выглядит во всем. Возможно, я действительно в вас влюблена!

— Правда? Тогда, Мэри, что ты скажешь насчет того, чтобы пожениться, ты и я?

— Боже мой. А вы хорошо шутите.

Мэри притворилась смущенной, рассмеявшись над словами Вайолет, которые она произнесла полушутя. Глядя на девушку, которую она уже считала словно младшей сестрой, Вайолет рассмеялась.

Для этой прогулки Вайолет решила надеть брюки.

До сих пор считалось, что брюки предназначены исключительно для мужчин. Многие люди чувствовали себя неловко, видя женщин в брюках вне занятий спортом или верховой ездой.

Однако с ее серебристыми волосами, собранными в хвост, поскольку Вайолет теперь была одета в пальто и белые брюки, никто не мог отрицать, что она выглядела просто великолепно.

— Ну, вот и все!

Мэри, которая прыгнула бы в костер, прикажи ей то Вайолет, широко улыбнулась.

Другие горничные, с другой стороны, не были в восторге от решения Вайолет надеть брюки. Тем не менее, они не могли отрицать, что были впечатлены внешним видом Вайолет в момент, когда увидели ее одетой.

— Вы такая красивая, миледи.

Она была не просто красивой, а действительно красивой. Слова, произнесенные горничной, больше всего подходили Вайолет.

На лацкане Вайолет блестела брошь, украшенная фиолетовыми драгоценными камнями. Кроме того, одежда, которую она носила, идеально сидела по линии ее тела, и это можно было объяснить мастерством сшившей ее швеи.

«Неплохо».

Она задавалась вопросом, стоит ли ей так нарядиться и на празднование дня рождения наследного принца. В первый день она могла надеть платье, а во второй день — костюм…

Мысли Вайолет отклонились не туда.

В мире, где жила Вайолет, существовали боги; магия и алхимия были достаточно развиты, а разработка магических инструментов только начиналась. По сравнению с тем, как все было в ее предыдущей жизни, некоторые детали для нее выглядели устаревшими, но были и инновационные.

Здесь гендерные стереотипы были старомодными, поэтому, если Вайолет пройдется по улице в брюках, на следующий день в выпусках газет появится статья с таким заголовком:

[Злодейка из дома Эверетт стремится стать следующим герцогом?]

Конечно, что-то подобное будет головной болью Роэна, а не ее, поэтому об этом она не беспокоилась.

Выйдя на улицу первым, Каирн похлопал появлению Вайолет. К несчастью для Роэна, его вызвали в другое место, поэтому он не смог увидеть чудесную внешность своей сестры.

— О, Ведьма. Ты выглядишь круто.

— Ведьма, зачем же так говорить! Пожалуйста, следите за своим языком!

— Что плохого в том, чтобы называть ее ведьмой, когда она таковой является? Полагаю, ты просто не знаешь ее настоящую личность…

— Но Миледи все же ангел? Да что вы вообще о ней знаете? Ха.

Как ни странно, Каирн и Мэри в последнее время стали довольно близки. Хотя Каирн был третьим молодым господином в этом доме, его все равно не слишком заботило социальное положение людей, поэтому было вполне естественно, что он не видел никаких недостатков в поведении Мэри, даже если она обращалась с ним как сейчас.

Вайолет также слышала, что у Каирна было больше друзей-простолюдинов, чем аристократов.

Поначалу Мэри боялась Каирна, но теперь дошло до того, что ей стало достаточно комфортно рядом с ним, чтобы кричать на него напрямую.

Кто-то мог бы сказать, что такой поступок унизителен для аристократа и что это вопрос чести, но поскольку Каирн и Вайолет ей то позволяли, никто не мог ничего возразить.

— Серьезно, во всей этой семье нет никого на моей стороне.

— Говорили бы вы вежливо, молодой господин, я могла бы подумать о том, чтобы угостить вас чашкой вкусного пудинга.

— Нет, я имею в виду, сколько, по-твоему, мне лет…

— Так вы не любите пудинг?

— …Люблю.

— Тогда, пожалуйста, не называйте Миледи ведьмой. Обращайтесь к ней как подобает!

Теперь Мэри даже приручала Каирна.

Видя беспомощные улыбки на лицах других горничных, возможно, с мыслями, что ничего тут не поделать, Вайолет покачала головой.

— И все же, сестра. Пойдем?

Каирн протянул руку Вайолет в соответствии с этикетом. Обычно он такой грубый и безрассудный, но всякий раз, когда ему приходилось вести себя вежливо, он представлял собой образ элегантного сына герцога.

Вайолет улыбнулась.

— На самом деле, я не хочу, чтобы ты сопровождал меня, сэр, поэтому мне придется отказаться.

Это был холодный отказ.

В то время как лицо Каирна покраснело после резкого ответа, Мэри хихикала рядом с Вайолет. Остальные горничные пытались сдержать смех.

— А? Эй! Подожди меня!

Каирн на мгновение запнулся, переживая горе от того, что его отвергли, но вскоре поспешил за своей старшей сестрой, успевшей удалиться вперед.

— Прошло немало времени, сэр. Слышала, что сегодня у вас выходной на работе, так что спасибо, что уделили мне время.

— Ни в коем случае, этот парень пришел только потому, что ты ему сказала. Не похоже, чтобы у имперского рыцаря было время ходить гулять и много тусоваться с другими людьми.

Брат и сестра произнесли свои приветствия.

Вайолет тихо вздохнула, наблюдая за грубыми словами и действиями Каирна. С другой стороны, Каирн чувствовал, что его несправедливо обвиняют, но на самом деле здесь его никто не слушал.

— Да, прошло много времени.

— Вы не чувствуете себя некомфортно? Вам не о чем беспокоиться, если это из-за этого дурака.

— Вовсе нет, просто… Ваша Светлость настолько красива, что я на мгновение забыл, как говорить.

Слова Адина были совершенно искренними. Изначально он сохранял выражение лица беспристрастным и отчужденным, но когда Каирн в этот же момент увидел застенчивость на лице друга, он остолбенел.

Поколебавшись поначалу, Адин в рыцарской манере подал руку и вежливо предложил Вайолет сопровождать ее.

— Спасибо большое, что пригласили меня сегодня, — сказал Aдин.

— Ох, ну что вы. Не я пригласила вас, сэр, а брат Роэн. Тем не менее, не так уж часто выпадает шанс построить такую дружбу.

Их разговор тек гладко, как вода. И, естественно, Вайолет приняла предложение Адина сопровождать ее.

В стороне, совершенно сбитый с толку, Каирн просто смотрел на незнакомое поведение этих двоих.

— Значит, это он спас Миледи. Он так красив.

— Что? Только не говори мне, что тебе правда нравится такое лицо?

— О, небеса. Я просто говорю правду. Вы тоже красивый, молодой господин.

— Нет, что?

Прежде чем Вайолет успела это осознать, Мэри и Каирн уже действительно хорошо ладили, и их разговор тоже протекал гладко. Она собиралась предупредить Мэри, что все, что она говорит, будут слушать окружающие, но решила оставить это на другой день.

В любом случае, Адин был приглашен сегодня по ряду политических причин — то ли для того, чтобы продемонстрировать дружбу Вайолет с ним, то ли для того, чтобы убедиться, что формируются связи со следующим рыцарем-командиром имперской гвардии.

Вайолет прекрасно это осознавала, но не собиралась танцевать под дудку Роэна. Каирн был не из тех, кто глубоко задумывался об обстоятельствах вокруг, поэтому он ничего не знал о происходящем.

Взгляд Адина ни разу не отклонился от Вайолет. Это не был оценивающий или пристальный взгляд, но в нем было немного привязанности.

— Ах, эта одежда мне не идет, да? Тем не менее я решила надеть брюки, подумав, что они будут удобнее юбки.

— Нет, я прошу прощения, если мой взгляд был неприятен. На самом деле, вам очень, очень идет, так что…

Когда Адин смотрел на Вайолет, как будто он был полностью очарован, в его взгляде слились воедино различные эмоции. Никто не заметил.

Ну, кроме одного конкретного человека.

«Этот придурок, не говорите мне…»

Несмотря на внезапное для них намерение пройтись по выставке, они поняли, что на ней присутствовало довольно много людей.

Первоначально Вайолет также сопровождало бы больше рыцарей эскорта и сопровождающих, но она решительно сократила их число вдвое.

Чрезмерное количество рыцарей эскорта и сопровождающих только привлечет ненужное внимание.

Каирн вскочил и уверенно заверил, что никто другой не будет ему в подметку с точки зрения мастерства, но его тут же проигнорировали.

В результате они двигались вместе лишь небольшой группой, состоящей из Вайолет, ее служанки, сына Дома Асир и сына Дома Эверетт. Поскольку они были частью высокой аристократии, к ним неизбежно были прикреплены рыцари, но они двигались отдельной группой, дабы не привлекать внимания.

Что ж, вид герцогини Дома Эверетт и внебрачного сына Дома Асир вместе не мог избежать становления предмета споров. И люди, конечно, обожали слухи.

Слух мог послужить фатальной слабостью. Но с другой стороны, он также мог служить и оружием.

Роэн явно нацелился на второе.

Рыцарь проводил Вайолет в карету. Каирн пытался сопровождать Мэри, но она отвергла его.

И из-за суеты о наследничестве герцога были приготовлены две кареты.

И несмотря на то, что он собирался ехать в карете один со своим другом, Каирн без каких-либо колебаний сел во вторую карету.

Ну, это не значит, что он ничего не сказал. Он пожаловался, что было бы быстрее и гораздо лучше, если бы они просто поехали верхом.

Адин очень привык игнорировать своего близкого друга.

Таким образом, две кареты отправились отдельно. На самом деле Вайолет хотела вести себя как можно скромнее во время этой прогулки, но кареты определенно не помогали, поскольку они неизбежно создавали впечатление, что люди внутри были богачами.

Наконец получив шанс побыть наедине со своей леди, как ей хотелось, Мэри с удовольствием принялась болтать.

— Я только слышала о нем, но не ожидала, что он окажется таким джентльменом! И это неудивительно, ведь у него такая же аура, что и у вас, Миледи. Как вы сблизились?

— Ну, так получилось. Я встретила его случайно — заблудилась и попала в беду, а он меня спас.

— Он вас спас? Как?

— Ммм… Как бы сказать, это немного сложно объяснить. Хочешь услышать подробности?

— Да, пожалуйста!

Поскольку Мэри была девочкой в очень подвижном возрасте, она покраснела и выслушала историю Вайолет.

Погладив Мэри по голове, Вайолет объяснила, умеренно преувеличив некоторые вещи и опустив некоторые другие детали.

— Поэтому я решила пригласить его в качестве моего партнера на следующий банкет.

— Кьяаа! О боже мой, боже мой! Он как рыцарь из романа! Может быть, этот красивый рыцарь действительно испытывает к вам чувства, Миледи? Я так и знала, он в вас заинтересован! Конечно, это вполне естественно, потому что Миледи самая красивая и милая. Никто не сможет устоять и не влюбиться в вас!

— Ты сильно преувеличиваешь. Но, думаю, приятно понимать, что ты обо мне высокого мнения.

— О, вы совершенно слепы к своему обаянию, Миледи! Особенно сегодня. Никто не может не влюбиться в вас безумно, разве вы не понимаете?

На волнение Мэри Вайолет тут же твердо ответила. Однако Мэри быстро опровергла это утверждение, оставаясь при этом верной своему убеждению.

Прежде чем ответить Мэри, мысли Вайолет на мгновение заблудились в другом месте.

Объективно говоря, Адин Асир был хорошим человеком. Он был способным и серьезным, и, возможно, именно поэтому он не был из тех, кто торопится в своих словах.

Но эта его серьезность в юном возрасте могла стать ему и ядом.

Вайолет не собиралась рассказывать посторонним свою историю. По крайней мере, не там, где присутствовали работники и жители других поместий.

Копаться в своих слабостях ничем не отличалось от того, чтобы снова вскрывать старые раны. А если эта слабость превратится в слух, она не знала, как далеко он распространится.

Если бы она могла вернуться в тот день, даже если бы ей пришлось лично ударить Каирна молотком по голове, она бы не рассказала ему свою историю.

Если говорить максимально кратко, тот факт, что это была слабость Дома Эверетт, от этого не изменится.

Несмотря на это, Адин ничего не сказал. Поскольку само существование этого мужчины было слабостью Дома Асир, в тот день он вел себя так, словно сам воздух. И он сделал вид, что не услышал этой истории.

Роэн высоко ценил не только способности и поместье Адина.

— Миледи, вы правда не верите, что он в вас влюблен? Даже когда из его взгляда будто сочится мёд?

— Мэри, невежливо спекулировать на чьих-то чувствах так небрежно.

— Боже мой, моя дорогая леди! Вы так медлительны, когда дело касается вас самих! Действительно, правда, я вам говорю. Я видела это своими глазами!

— Ах, если подумать.

— Как и ожидалось, вы это почувствовали, да? Кьяаа~! Это совсем как любовный роман, о боже!

— Он спросил меня, не помню ли я его. Полагаю, мы уже встречались.

Мэри ахнула.

— Тогда разве он не обожает вас еще с тех пор, миледи? Разве это не похоже на роковое воссоединение?

— У тебя разыгралось воображение, Мэри.

Можно было бы продолжить обычный разговор. Закрыв глаза, Мэри улыбалась так, словно уже окунулась в собственное воображение.

Вайолет полностью опровергла предположение Мэри.

Даже если Мэри была права насчет того, что рыцарь испытывает некоторую близость к Вайолет, и если он действительно встретил Вайолет из прошлого, ему ни за что не понравилась бы «эта герцогская леди».

Ее воспоминания о многолетней давности были смутными, но она знала, что прозвище «злая женщина», которое ей присвоили, было дано ей не просто так.

Учитывая, какой она была в прошлом, не было причин, по которым она бы нравилась людям.

Пораженная осознанием того, насколько ужасным человеком она была и что она никому не нравилась, ее охватило внезапное чувство беспокойства.

Если Адин испытывал к ней антипатию, а не близость, тогда… Нет, если он помнил ее только из-за таких негативных эмоций…

Это было скорее вероятно, чем нет.

Не имея возможности полностью вспомнить свое прошлое, Вайолет расстроилась.

— Миледи? В чем дело?

— Ничего, мне в голову пришла одна мысль…

— М-могу я принести вам воды? Прошу прощения! — Мэри позвала кого-то.

Тем временем колеса другой кареты катились все так же умеренно.

— Эй. Тебе нравится моя сестра?

— …

В следующей карете у двух сыновей высших аристократов шла удушающая напряженная потасовка.

Каирн задал этот вопрос, нисколько не соблюдая приличия, тогда как Адин просто промолчал. Каирн жаловался на то, насколько обиженным он себя чувствует.

— Ух, мне уже достаточно грустно, потому что меня игнорируют дома, но и ты тоже так со мной поступаешь?! Какого черта все меня игнорируют!

— Если хочешь пожаловаться на несправедливость, которую чувствуешь, оглянись на свое собственное поведение. Вежливость — это улица с двусторонним движением.

— Мы одного возраста, но почему ты продолжаешь говорить так старомодно, а? Даже самый хитрый человек в моей семье не говорит так, как ты!

— …Ха-а.

Увидев, что его друг вздохнул из-за него, Каирн еще болье взбесился.

Хотя они друзья, их личности слишком сильно расходились. Не зная, как именно они стали близкими друзьями, они продолжали вести неразговорный разговор.

— Итак, тебе нравится моя сестра?

— Я не понимаю цели твоего вопроса.

— Тогда позволь мне объяснить тебе, а? Есть ли у Адина Асира чувства к Вайолет С. Эверетт – вот что я спрашиваю!

— …

— Ты не собираешься отвечать?

— Почему ты так зациклен на этом вопросе…

— Я спрашиваю, потому что хочу знать ответ! Тебе нравится моя сестра, не так ли?

Поскольку ему не дали ответа, Каирн сам ответил за Адина, который ничего не мог сделать, кроме как вздохнуть.

Были времена, когда Каирн обладал животной интуицией, и вопросы с ответами, которые он задавал, были совершенно точными.

В такие моменты его шестое чувство немыслимо раздражало.

Адин на мгновение задумался, прежде чем ответить.

— …Да.

Это был короткий и простой ответ. И по иронии судьбы тот, кто задал вопрос, удивился такому простому ответу.

— Но почему?

— По какой причине ты вообще меня спрашиваешь?

— Нет, я имею в виду, разве не странно, что тебе нравится эта ведьма? Тебе, действительно?

— Это ты странный, спрашивать с такой убежденностью.

— Это, ну… Ха. Как бы это сказать... Наверное, это правда, что у нее красивое лицо. Ведь она похожа на маму. Но разве не странно влюбиться, просто взглянув на чье-то лицо?

Адин прищурился. Несмотря на то, что ему снова и снова делали выговоры, Каирн все еще отказывался исправить свой язык.

Каждый раз, когда он слышал, как Каирн называл свою старшую сестру «ведьмой», Адин хотел заставить его остановиться.

Столкнувшись в тот момент с безудержным убийственным намерением, Каирн пожаловался на очередную несправедливость.

— Какого черта, что это за взгляд, а? О чем ты вообще думаешь… Эй! Эй?! Да, ладно, неважно, у тебя действительно странный и злобный характер, а? Ты притворяешься нормальным перед другими, но ты же на самом деле просто ужасный человек?

— Это называется обычной вежливостью.

— Ах, ладно, не об этом речь! Я прошу тебя об одном и только об одном — что же ты, черт возьми, в ней видишь, что влюбился! Если она тебе нравится только за ее лицо, я советую тебе остановиться прямо сейчас!

Словно пытаясь прочитать Каирна, Адин продолжал смотреть на собеседника прищуренными глазами.

Столкнувшись с бледно-фиолетовыми глазами Адина, Каирн без всякой причины почувствовал себя неловко. Он кашлянул в руку. Он не мог правильно выразить то, что хотел сказать, и казалось, что его желудок вот-вот взорвется от разочарования.

В любом случае, заключил Адин. Если это Каирн, то он определенно мог бы подойти к Вайолет и сказать: «Эй, Ведьма. Ты нравишься этому придурку».

Адин это не продумал. Он мгновенно пожалел, что признался в своих чувствах в присутствии этого парня.

С другой стороны, Каирн П. Эверетт никогда бы даже не подумал кого-то шантажировать.

— …

— Какого черта. Похоже, тебе есть что сказать.

— …

— Не хочешь говорить? Ты мой друг, но если серьезно, ты меня расстраиваешь в такие моменты.

— …

— Ха. Блин, ладно, ладно. Я говорю это, потому что это ты. Просто забудь.

— Я не понимаю хода этого разговора.

— Серьезно, ладно? Я говорю тебе, потому что это ты. Вы двое не поладите. Будь то твоя личность или что-то еще… К тому же. Разве ты не ненавидишь дворян? Я не зря называю ее ядовитой ведьмой.

— …

— Кроме того, ты редко выражаешь свои эмоции, поэтому люди часто слышат двусмысленность в твоих словах. Даже если вы двое каким-то образом сойдетесь, позже обязательно возникнут проблемы.

— Разве это не подразумевает, что мы «каким-то образом сойдемся»?

— И к чему это ты клонишь?

— Давай просто скажем, я ослышался. Все, что я здесь сегодня услышал, было просто какой-то чепухой из-за каких-то слуховых галлюцинаций.

— Что? Скажи что-нибудь разумное, ха! — снова воскликнул Каирн, но Адин на него уже не смотрел.

Не в силах ничего сказать, сын герцога Эверетта почесал голову и отвел взгляд к небу за окном кареты.

Поскольку третий молодой господин не мог правильно высказать свое мнение из-за своих плохих коммуникативных навыков, он попытался каким-то образом продолжить излагать то, что хотел сказать.

— Просто... Ты не можешь. Во-первых, сестра… должна хотя бы встретить кого-то, кто умеет правильно выражать свои чувства.

— Выходит, ты умеешь пользоваться своей головой, да.

— А? Какого черта ты во мне видишь?! В любом случае, я также не могу честно выражать свои чувства, и у меня такой характер, поэтому я не могу правильно подобрать слова, но, по крайней мере… По крайней мере, я знаю, что я сделал не так. Учитывая, насколько она железна, я знаю, что ей нелегко меня простить. Так что, я пытаюсь сказать… Ух, не знаю. В любом случае. Ей нужно встретить хорошего человека.

— Есть немало вещей, которые я хотел бы исправить, но ладно, давай оставим все как есть.

— Что-что?

— …

— Эй, ну привет?!

Когда Адин отвел взгляд в окно, Каирн снова изверг изо рта огонь.

Те, кто не страдал, никогда не смогут полностью понять тех, кто страдал. Это было ясно, и подтверждением был тот факт, что Каирн назвал Вайолет «ядовитой».

Конечно, по-своему, но скорее всего он сам пришел к такому выводу.

Можно сказать, что Каирн беспокоился о Вайолет исходя из минимальной совести, которую можно иметь по отношению к своей семье.

Однако произнесенные им слова были лишены необходимого внимания к другому человеку.

После того, как Адин привел свои мысли в порядок, глядя на чистое голубое небо, он медленно открыл губы и заговорил.

— Можешь расслабиться. То, о чем ты беспокоишься, не произойдет.

— Значит, если я не ослышался раньше, ты не думаешь признаться ей, верно?

— Будь то исповедь или какой-то другой поступок, для таких грандиозных дел не надо переутомлять свой мозг. Я… просто хочу, чтобы она была счастлива.

— Я серьезно не могу тебя понять.

— Я никогда не просил твоего понимания, — улыбнулся Адин.

Столкнувшись с этой улыбкой, Каирн подумал...

Какая ужасная, кошмарная улыбка.

Эта улыбка напомнила ему улыбку Вайолет.

— Ты меня ранее спросил. Почему она мне нравится, несмотря на мое отвращение к дворянам.

— Ха, блин, серьёзно. Да, да, это я и спросил.

— Она внушила мне цель, которой я хочу достичь. Поэтому я тоскую по ней, но это чувство не перерастет ни в что большее.

Сопровождая слова улыбкой, от которой сердце любого увидевшего упадет на землю, Адин произнес их с серьезным значением.

Наивный Каирн собирался спросить в ответ: «Если это не любовь, то что же тогда?»

Однако он инстинктивно почувствовал.

Что бы он ни спросил, Адин больше не ответит здесь ни на какие вопросы.

Та короткая встреча, которую девочка не могла вспомнить, стала поворотным моментом в жизни мальчика.

Той девочки здесь больше не было. Больше не было и того ужасно гордого и высокомерного человека.

Однако тоска, сформировавшаяся тогда в сердце мальчика и которая теперь была слишком ужасной для того, чтобы ее можно было еще назвать «тоской», продолжала тяготить его сердце.

— Не знаю, о чем ты думаешь, но ладно. Что ж, остновимся пока на этом.

Кареты, перевозившие разные мысли, вскоре доехали до картинной галереи.

Первым выйдя из своей кареты, Каирн протянул руку, чтобы предложить свое сопровождение. Вайолет просто пристально взглянула на эту руку и самостоятельно вышла из кареты.

Каирн проворчал, чувствуя себя неловко. Вайолет обращалась с ним так, словно он был просто воздухом. Затем вышла Мэри.

Как будто это было вполне естественно, Адин предложил сопровождение Вайолет. На этот раз Вайолет не отказала в вежливой просьбе рыцаря.

— Похоже, вы хорошо знакомы с обязанностями по сопровождению, сэр, — сказала Вайолет немного поддразнивающим тоном.

— …Я был сопровождающим не очень часто.

Каирн был совершенно сбит с толку. Видеть свою сестру и друга такими было чем-то неслыханным.

Особенно выражение, которое только что появилось на лице Адина.

— Что-то случилось? — спросила Мэри.

— Мне просто интересно, не подводят ли меня мои глаза.

— Эм. Если вы хотите косвенно сказать, что миледи прекрасна, то с вами все в порядке, молодой господин.

Мэри просияла. Тем не менее Каирн был серьезно обеспокоен.

Адин, которого он считал грубым и отчужденным, сейчас так ярко улыбался.

Мысль о том, что его старшая сестра и близкий друг ладят, внезапно пришла ему в голову, и от этого по его коже мгновенно побежали мурашки. Он потер руки.

Тем временем, стоя рядом с ним, Мэри задалась вопросом, нет подхватил ли он какое-нибудь кожное заболевание. Она осмотрела свою сумку и проверила, взяла ли с собой баночку с мазью.

Выставочный зал, открытый в честь дня рождения наследного принца, на удивление оказался тише, чем ожидалось.

Потому ли, что он был открыт уже давно, или потому, что лишь немногие люди хотели повысить свою художественную грамотность? Опять же, возможно, ей просто повезло.

Именно благодаря этому Вайолет смогла прогуляться по выставке более неторопливо, чем она изначально планировала.

Картины, выставленные по всему залу, повергли ее в приятный шок.

Даже если она изначально видела картины каждый день, смотреть на работы других людей было совершенно другим опытом по сравнению с просмотром только своих собственных работ.

Если произведения Вайолет содержали чистые эмоции, то представленные здесь картины излучали красоту и технику художников.

Учитывая, что Вайолет жила не просто как дворянка, но как дочь герцога, она повидала за свою жизнь много картин. В ее семье было несколько ценных картин, и многих художников приглашали нарисовать образ Вайолет для портретов.

Художники этих картин привносили в свои работы невероятную живость, используя цвета и свет. А тонкими мазками они мастерски изображали детали.

В отличие от картин Вайолет, на которых были изображены только абстрактные вещи, картины в этом выставочном зале отображали только красоту этого мира.

Так начиналась блестящая карьера художника.

Вайолет ощутила чувство упадка.

Она пришла на эту выставку в надежде найти подсказки, которые помогут положить конец ее спаду, но ей казалось, что просмотр всех этих экспонатов только продлит этот упадок.

В мире, где были разработаны фотоаппараты, художник стал стремиться к абстрактной красоте, а не к сложным и реалистичным изображениям.

Камеры были широко распространены в мире, где жила Ён Ха Юн.

Однако фотоаппараты этой эпохи по-прежнему оставались исключительной собственностью богатой знати. Потому картины, которыми все восхищались, стремились передать красоту наиболее детально и реалистично.

Несмотря на то, что даже солнечные лучи были прекрасно изображены на картине перед ней, Вайолет подумала, что сам холст несет в себе частичку природы.

Люди говорят, что мир был самым прекрасным творением Бога.

Будучи герцогиней, Вайолет ни разу не попыталась запечатлеть красоту Божьего творения.

То ли ночной город, то ли закат, то ли чей-то портрет — все они тоже были прекрасны.

Картины отражали следы эпохи, в которой жил художник, и все заботы, которые у него были, в целости и сохранности. Будучи сама художницей, Вайолет также знала об этом факте.

— Ого, у нас дома тоже есть эта картина.

— О-о, правда?

— Ты же служанка дома Эверетт? Она висит в кабинете отца.

— Ух, но я эксклюзивная горничная миледи, так с чего бы мне… я никогда не была в кабинете Его Светлости!

Мэри и Каирн, не особо разбиравшиеся в искусстве, говорили только о вещах, не связанных с картинами.

Если бы в выставочном зале было больше людей, их бы кто-нибудь попытался успокоить.

Оставив их позади, оценивая картины, Вайолет осознала свое высокомерие. Учитывая те проблемы, которые у нее были, она просто ныла.

Ее жизнь как герцогини можно было считать неудачной, но ее жизнь ни в коем случае не была самой несчастной на свете.

Ее хлопоты были ничтожны по сравнению с трудами художников, создававших эти картины.

Чем больше Вайолет думала об этом, тем больше смирялась. Жалость к себе ничего не даст.

Почему они взялись за кисть? Почему они рисовали такие пейзажи? Что они чувствовали, когда рисовали?

Вопросы за вопросами следовали один за другим. Поскольку она знала о техниках рисования, которые она могла использовать, и о тех, которые не могла, Вайолет с трепетом смотрела на произведения.

В то же время ей хотелось знать.

Какую жизнь они прожили, занимаясь искусством и став художниками?

— Миледи, похоже, у вас хорошее настроение.

— У меня? …Так выглядит со стороны?

— Вы очень сосредоточены. У вас такое же выражение лица, как когда вы рисуете.

В глазах Мэри рисовавшая герцогиня сама была подобна картине. Когда солнечный свет струился сквозь окна и освещал ее, зрителю казалось, что он не может осмелиться приблизиться к ней.

Не в силах держать рот на замке, Каирн холодно обратился к Вайолет.

— Но разве все эти картины не одинаковы? Почему ты вообще так реагируешь?

— Любой, кто не умеет пользоваться мечом, скажет то же самое о твоих навыках фехтования. Ты сможешь увидеть только то, что уже знаешь.

— Нет, но ты серьезно сравниваешь искусство и фехтование? Разве искусство не просто искусство? Можно просто заплатить художникам деньги и попросить их нарисовать что угодно.

— …Третий молодой господин такой дурак.

— Полностью согласна.

Картины, выставленные в этом зале, находились в коллекции императорской семьи и поэтому имели неоценимое значение. Ни на одну из них нельзя было установить цену.

Даже способ Каирна ценить искусство был упрощенным. Он не был наделен ни единой нитью художественного совершенства.

Не говоря ни слова, в глазах Адина отчетливо прочитался единственный вопрос.

«Неужели он действительно сын благородного человека, этот скот?»

Мэри ответила тем же, вздохнув.

«Я тоже не знаю…»

Прямо тогда, пока группа лениво обсуждала разные идеи…

— Ой?

Мэри увидела чрезвычайно великолепного человека.

— Что?

— Разве тот мужчина не великолепен? Я никогда не видела никого, кто был бы настолько ослепителен- ах?

Когда Каирн проследил за взглядом Мэри, он был шокирован. Яркий золотистый человек подошел к Вайолет, и все, что Каирн сумел сделать, это резко схватить Мэри за затылок и заставить ее поклониться вместе с ним.

— Поклонись, идиотка!

— Что? Почему?

— Ты серьезно не знаешь? Разве ты не гражданин этой Империи?

— А?

Они яростно перешептывались друг с другом. Каирн обычно не обращал внимания на других людей, но когда он понизил голос и заговорил настолько тихо, Мэри тоже принялась шептаться.

Мэри все еще не могла понять ситуацию, но сделала, как ей сказали. Рядом с собой она увидела, как Адин упал на пол и встал на колено, опустив голову.

Сколько людей в этой Империи могли заставить их поклониться, если Каирн был сыном герцога, а Адин, несмотря на незаконное происхождение, был официально признанным дворянином?

Поглощенная любованием картинами перед, единственной, кто не замечал суматохи вокруг, была Вайолет.

— Вам нравится эта картина, леди?

— ?..

Из задумчивости ее вывел сладкий мужской голос. И, когда она на него оглянулась, то увидела, что обладателем этого сладкого голоса был довольно импозантный мужчина.

— Приветствую восходящее маленькое солнце Империи.

Хоть и опешив, Вайолет рефлекторно поприветствовала его с уважением. Мужчина засмеялся.

— Ха-ха, не обязательно здороваться со мной с такой излишней вежливостью, я пришел сюда лишь немного прогуляться. Эй, ребята, вы можете просто поднять головы.

Перед ними появился сам наследный принц Империи.

Наследный принц Раджаден был великолепным человеком. И дело было не только в том, что он носил довольно роскошную одежду.

Неотъемлемый свет, который он излучал, выражение его лица, его атмосфера. Всё в совокупности делало его великолепным.

Для Вайолет было подвигом отвлечься на картины, когда такой блестящий человек был прямо рядом с ней.

Поняв намерения наследного принца, Вайолет лишь небрежно улыбнулась. Трое человек, которые только-только подняли головы, украдкой переглянулись. Они не могли понять, что же здесь происходит.

— Я здесь ненадолго с секретной инспекцией. Ведь это выставка, приуроченная к моему дню рождения. Кроме того, я хотел увидеть реакции.

— Это большая честь, Ваше Высочество. Я не ожидала встретить вас, не будучи во дворце, поэтому я недостаточно подготовилась, чтобы как следует вас поприветствовать. Пожалуйста, простите мою оплошность.

— Правда, не обязательно так формальничать. Ах, у меня что, такой суровый имидж?

Раджаден весело засмеялся, пошутив.

Обладая высочайшим авторитетом, пока другие не имели права сказать, насколько некомфортно им было в его присутствии, он живописно улыбнулся.

— Вы там, тоже подойдите поближе. Вы меня уже знаете, но я представлюсь. Я Раджаден Элифос К. Лидделл.

— Приветствую маленькое солнце Империи. Я Адин из Дома Асир, Ваше Высочество.

— Приветствую маленькое солнце Империи. Я Кэрн П. Эверетт, Ваше Высочество.

— З-здравствуйте, приветствую маленькое солнце Империи…

Простолюдинка Мэри не знала, как правильно поприветствовать королевскую особу, и поэтому заикалась. Независимо от того, был ли наследный принц искренен, когда сказал, что нет необходимости быть формальным, он действительно не придрался к ее поведению.

— Пожалуйста, простите нас за то, что мы не смогли поприветствовать вас своевременно.

— Да, но правда — неужели у меня такой суровый образ? Кхм, во всяком случае. Я не ожидал встретить будущих лидеров, которые возглавят усилия по обеспечению безопасности Империи. Рад вас всех видеть, — улыбнулся Раджаден и протянул руку.

Возможно, не в силах больше терпеть это, Каирн тихонько отступил назад. Это неизбежно привело к тому, что наследный принц оказался лицом к лицу с Адином.

— Я не заслуживаю вашей похвалы, Ваше Высочество.

— Не могу согласиться. Я довольно много слышал о ваших подвигах еще со времен твоей учебы в акаемии. И, конечно же, молодой лорд Эверетт? О вас я тоже много слышал от Роэна.

— Д-да? Э... Спасибо. — ошеломленно ответил Каирн на лесть Раджадена.

Роэн ни за что не стал бы хвалить Каирна, но тот сейчас не мог об этом задуматься.

Вайолет цокнула языком.

«Ты правда не понял? Он спрашивает, чем же ты таким занимаешься, раз еще не закончил учебу».

Хотя ей было немного жаль своего младшего брата, Вайолет проигнорировала отчаянную мольбу в его глазах.

— Ха-ха, должно быть, это судьба, что мы здесь встретились, так почему бы нам не воспользоваться этой возможностью, чтобы ненадолго поговорить? Приятно встретить здесь будущего командира рыцарей.

— А?..

В воздухе раздался хитрый смешок.

Даже после окончания академии, Каирн станет рыцарем, принадлежащим к рыцарскому титулу дома Эверетт, а не к императорской гвардии. Таким образом, после этого замечания он выглядел еще более озадаченным.

В конце концов, Вайолет ничего не оставалось, кроме как выступить вперед. Ее младший брат, скорее всего, рано или поздно споткнется о свои слова и допустит ошибку.

— Приглашение Вашего Высочества — большая честь, но, к сожалению, мне придется отказаться. Моя горничная тоже входит в мою группу. Простите меня за то, что я не смогла официально подготовить ее к этому событию.

— В любом случае, я не очень люблю формальности, так что все в порядке. Ты там, девочка, тоже можешь вести себя более непринужденно.

— У-ум, да? Д-да, Ваше Высочество. Это честь…

Мэри, казалось, была на грани слез. Теперь она прекрасно понимала, насколько необычной была эта ситуация.

— Моя горничная — простолюдинка и чувствует себя некомфортно рядом с вами. Не могли бы вы просто уйти?

— Хм-хм, нет уж. Ты тоже член знатного дворянского дома, так почему ты не можешь просто поддержать со мной дружеские отношения?

Началась безмолвная война нервов.

— Ой, не будьте столь холодны. Мне было очень трудно улизнуть. Мой будущий помощник слишком ворчалив. Даже сейчас мне пришлось бросить всю работу, чтобы сбежать.

— Будущий помощник?

— Ах, вы не знали? Я говорю о вашем старшем брате.

— …

Выражение лица Вайолет слегка исказилось.

Вот наследный принц, столь откровенно избегающий наследника герцога — другими словами, следующего герцога Эверетта, — которому вскоре предстоит править огромной территорией. Была большая разница между этим и простым «будущим помощником».

Вайолет вздохнула. Она поняла, почему Роэн так фыркал на этого принца.

По ее воспоминаниям, он был всего лишь высокомерным человеком у власти. Но как же вместо этого появился этот странный, своеобразный человек?

Без колебаний назвав наследного принца чудаком, Вайолет улыбнулась.

Этот человек сделан из того же теста, что и Роэн.

Раджаден присоединился к их группе.

Это загадка, но, возможно, просто потому, что она была такой общительной, Мэри вскоре расслабилась, несмотря на то, что совсем недавно ей было с ним очень неуютно.

И благодаря тому факту, что Роэн часто упоминался вскользь во время разговора, Каирн быстро вернулся к своей истинной личности — быть дураком.

Вайолет уже могла представить, какую головную боль это принесет Роэну. Она вздохнула.

С другой стороны, Адин остался прежним. Ведь изначально он был тихим и стоическим человеком.

Только Вайолет была занята попытками взвесить намерения Раджадена.

— Ух, никогда не думала, что когда-нибудь встречу такого выдающегося человека в своей жизни.

— Разве ты не служанка герцогской резиденции? А что насчет меня, ты не находишь меня пугающим? Я тоже лорд, не так ли?

— Ну, ну, я служанка низкого ранга… Я не знаю, сколько раз мне еще предстоит встретиться с кем-то, кто находится на вершине иерархии. И, хм, лорд…

— Что, что. Почему это ты замолчала?

К счастью для них, Раджаден оставался рядом с Вайолет. Именно благодаря этому Мэри и Каирн смогли хотя бы перевести дух, и их пререкания продолжились.

— Теперь, когда уж вы упомянули об этом, вы тоже высокопоставленный человек, молодой господин.

Когда Мэри это поняла, у Каирна возникло сильнейшее желание громко закричать, но он был вынужден понизить голос из-за своей вспышки.

— Тогда кем ты меня видела все это время?

— Бездомным…

Поскольку он лишь получал то, что заработал, Каирн ничего не мог на это сказать.

«Я вас слышу».

Слушая ровный поток их голосов, Вайолет вздохнула. Они шептались между собой, но она не могла не слышать весь их разговор.

Что именно ей теперь делать? Каирн, возможно, и выйдет сухим из воды, но Мэри не сможет избежать выговора.

— Они интересная пара друзей, не так ли?

— Да-а...

— Герцогская леди, вы чем-то обеспокоены?

— Это не то поведение, которое они должны демонстрировать маленькому солнцу Империи.

— Но мне кажется это приятно видеть. По правде говоря, это идеально. Дворяне и простолюдины должны иметь возможность открыто взаимодействовать, и чтобы никто не видел в этом недостатков. Я просто хочу, чтобы эти болваны в парламенте открыли глаза.

Наследный принц цокнул языком, однако Вайолет намеренно сделала вид, что не услышала только что им сказанное. Она совершенно не собиралась вмешиваться в политику.

— В любом случае, мне приятно на такое смотреть. И, может быть, я даже больше доволен, потому что вы тоже, похоже, отличаетесь от циркулирующих о вас слухов, герцогская леди.

— Я тронута вашими словами.

Раджаден говорил легко. Трудно было сказать, был ли он искренен, потому что он говорил это легкомысленно.

В конце концов она отреагировала более-менее бездушно в ответ.

— Я слышал, вас не интересует общественная деятельность?

— Потому что мне нет места в высшем обществе. Для меня оно уже не так уж много значит.

— Ха-ха, довольно интересно слышать это от вас. Вы действительно очень изменились.

— Вы помните, какой я была раньше?

— Хм. Неужели вам так кажется, герцогская леди?

— …

Это был скучный разговор. Тем временем Адин просто шел за ними, как будто был рыцарем на дежурстве по сопровождению.

Когда Каирн пошел дальше за Адином, Каирн прекратил болтать с Мэри и задумался про себя.

«Ты идиот».

Если бы, в конце концов, ему пришлось бы выбирать между наследным принцем и его другом, его друг выиграл бы с большим преимуществом.

Каирн щелкнул языком.

От одного мужчины, у которого не было абсолютно никакого опыта свиданий, к другому, Каирн просто внутренне оскорблял Адина.

Наследный принц продолжал сопровождать их группу. Он настойчиво уговаривал Вайолет, предлагая ей пойти с ним в самый известный ресторан столицы.

Ходил также слух, что человеком, открывшим это заведение, был повар императорского дворца в отставке, и обедать там разрешалось только аристократам.

— Верно. Это ресторан, который открыл шеф-повар, который когда-то работал во дворце моей матери, так что мы знакомы. Могу поспорить, что блюда там на вкус просто райские.

Наследный принц подтвердил своими словами правдивость этих слухов.

— Более того, я беспокоюсь за нашу милую леди. Должен ли я сегодня показать свое лицо и попросить их проявить снисходительность и позволить ей войти?

— В-Ваше Высочество не беспокойтесь обо мне. Я могу подождать снаружи!..

— Нет, так нельзя. Я слышал, что ты самая близкя подруга герцогской леди, поэтому я не могу показать себя с неприглядной стороны, не думаешь?

Как будто он говорил о человеке, в которого влюблен.

Конечно, Вайолет предположила, что его действия были политически мотивированы.

— Мэри и я предпочли бы отложить это дело. Будет лучше, если вы трое сможете провести приятный долгий разговор вместе…

— Как доблестно с вашей стороны, герцогская леди.

Услышав замечание наследного принца, Каирн посмотрел прямо на Вайолет, молча умоляя ее с этим разобраться.

Закрыв глаза, Вайолет улыбнулась. Общение было очень раздражающим.

— Извините, не позовете ли хозяина?

В конечном итоге все сложилось в пользу наследного принца.

Мэри ела вместе с рыцарями, которые охраняли четырех дворян, в то время как Вайолет внезапно оказалась в затруднительном положении, обедая вместе с наследным принцем, герцогом-лордом №1 и герцогом-лордом №2.

Не будет преувеличением сказать, что будущее Империи сидело здесь за одним столом.

— Могу ли я порекомендовать это блюдо?

— Да.

— Сестра, можно мне выпить алкоголь?

— …

Он должен спросить об этом себя, правда.

Всего лишь один взгляд Вайолет заставил Каирна надуться.

За столом было тихо, как затишье перед бурей. Благодаря тому, что все научились образцовому этикету, звука посуды вообще не было слышно. Можно сказать, что это было идеальное место, чтобы у Вайолет начался приступ несварения желудка.

Даже Адин, внебрачный ребенок, и Каирн, не имевший ни грамма аристократической грации, обладали безупречными манерами за столом.

В этот момент Вайолет вспомнила о своей кузине, уехавшей в далекую страну. И все же бессмысленно было думать о ком-то, кто уже ушел.

— Фуфу, кажется, еда всем понравилась.

— Да.

Когда впоследствии наследный принц спросил: «Почему вы такие тихие?» Вайолет просто ответила с улыбкой. При этом улыбка наследного принца в ответ стала шире.

Тем не менее, пока Раджаден продолжал задавать вопросы людям, сидевшим вокруг стола, только Адину ничего не оставалось, как ответить.

— Вы останавливались во дворце?

— Да.

— Ха-ха, если вас кто-то беспокоит, сразу скажи мне. Всеобщая гордость у чиновников там неоправданно высока.

— Нисколько. У меня все хорошо, потому что все были добры.

Какое унылое настроение.

Когда разговор, наполненный только формальностями, подошел к концу, наследный принц сменил тему.

— Как вы знаете, герцогская леди, скоро в честь моего дня рождения состоится банкет.

— Да.

— Даже если уважаемая дочь герцогства Эверетт имеет склонность ограничиваться своим домом, она не может быть исключена из вечеринки. У вас уже есть партнер?

— …

Не издав ни звука, Вайолет положила вилку на стол. На короткое мгновение Адин вздрогнул, словно опешил, но никто этого не заметил.

Возможно потому, что все взгляды были сосредоточены исключительно на Вайолет.

— Прошу прощения, но кое-кто уже попросил меня стать его партнером.

— Хм? Уже?

— Да. Я приду на банкет вместе с ним.

Раджаден прищурился на Вайолет, однако она выглядела так, будто не собиралась вдаваться в подробности.

Насколько было известно наследному принцу, Вайолет общалась только с Адином и членами маркизата Лешан, так где же именно она нашла партнера?

— Может ли быть, что это ваш старший брат? — вкрадчиво спросил Раджаден.

— Нет, это не лорд Роэн.

— Хм. Понятно. Как жаль. Я хотел иметь честь провести это время с вами, словно благословленной самой богиней луны.

— …

Раджаден был человеком, хорошо умевшим пользоваться своим лицом. Яркая улыбка вскоре озарила стол. Вайолет просто ответила на эту улыбку пустым выражением лица.

«Только посмотрите. Кажется, ты так уверен в своем лице, но это не сработает».

Когда улыбка на лице наследного принца стала гуще, Вайолет просто промокнула губы салфеткой. Она успешно заблокировала его попытку.

— Тогда, боюсь, мне придется искать другую возможность в будущем. Во всяком случае, я слышал о третьем молодом господине Эверетт.

— А? Простите?

— Слышал, что ваши подвиги были выдающимися. Несмотря на стойкое сопротивление герцога, вы подчинили всех этих монстров ради того, чтобы в одиночку добраться до столицы.

— Ак! Что? Простите?

Когда вскоре на него был направлен пристальный взгляд, Каирн вскрикнул. Вайолет прищурилась.

Холодный пот начал стекать по спине Каирна, когда он увидел холодный взгляд Вайолет и блестящую улыбку Раджадена.

— Храбрость — это хорошо. Действительно. Однако я бы предпочёл, чтобы в следующий раз вы присоединились к официальной команде по покорению. У вас слишком большой талант, чтобы его растрачивать впустую.

Пока Раджаден продолжал, зрачки Каирна безжалостно затряслись.

Дело не в том, что он решил скрыть то, что он сделал, просто он никогда этого не раскрывал. Когда он прибыл в столицу, он взял с собой только один меч. Судя по всему, именно его он использовал, чтобы заранее подчинить себе монстров.

«Хвастаешься своей проинформированностью, как я погляжу».

Независимо от того, совершил ли это сын герцога, это был выдающийся поступок. Тем не менее, даже если бы слухи о неизвестном юноше, сделавшем такой подвиг, распространились по всему месту, не было бы никакой возможности убедиться, что это действительно третий сын Дома Эверетт.

В конце концов, однако, сегодня Каирн оказался в руках наследного принца. И поскольку Вайолет до сих пор ничего не знала о том, чем занимался Каирн, ее мысли текли в другом направлении по сравнению с мыслями трех других человек, сидевших за столом.

За этим последовал непрерывный поток анекдотов о постоянных инцидентах с Каирном.

Судя по всему, он стал причиной одного такого инцидента в академии, который был засекречен. Был еще один случай, в котором каким-то образом был замешан Адин, и тогда существовала реальная вероятность того, что ни одному из них не позволят выпуститься. И, как оказалось, произошел еще один инцидент, в котором участвовали и Михаил, и Роэн.

Вайолет не совсем интересовали дела младшего брата, поэтому все, что она делала на протяжении всего этого пересказа — это спокойно ела свой десерт.

— Тем не менее я считаю, что было бы хорошо призвать вас в армию. Эта страна всегда страдает от нехватки талантов. Могу сказать, что даже простолюдинам должна быть предоставлена точка опоры, с помощью которой они смогут подняться на высокие должности благодаря своим заслугам.

— Есть много людей, которые не могут получить такой шанс, даже если у них есть к этому талант. Начиная с базовой системы образования…

— Вот почему я этим и обеспокоен. Есть много тех, кто выступает против идеи даже просто увеличения количества школ, боже мой.

Прежде чем Вайолет это осознала, разговор перешел в сторону политики. Возможно, потому, что эта тема его интересовала, Адин тоже то тут, то там участвовал в обсуждении.

Поскольку у человека есть уши, чтобы слушать, то, возможно, и говорить можно, поскольку у него есть еще и рот.

Вайолет наблюдала за Раджаденом. По одному только выражению его лица она могла видеть тихий подтекст: «Раз у тебя есть уши, предназначенные для того, чтобы слушать, то почему бы тебе не послушать?» Насколько вы все глупы, а?

Наследный принц был не единственным, у кого была такая привычка.

Ходят слухи, что в жилах членов императорской семьи текла божественная кровь.

По иронии судьбы, они находились в прямом конфликте с храмом, хотя и утверждали, что принадлежат к благочестивому происхождению. Тем не менее, они таким образом провозгласили это в учебниках истории как факт.

Политика, которую сейчас продвигал Раджаден, могла стать основой для восстания оппозиции гораздо раньше. То есть, если бы не его предположительно божественная кровь.

— В любом случае, именно поэтому я возлагаю большие надежды на вас двоих, брата и сестру. И я также хочу передать привет Роэну.

— А? Ха-ха… Ну, мой старший брат потрясающий, правда? Хм, конечно. Я ему передам.

Каирн, будучи рыцарем не императорской гвардии, а своей семьи, неловко засмеялся отвечая.

Герцогство Эверетт принадлежало Империи, поэтому независимо от того, был ли он рыцарем императорской семьи или рыцарем своей собственной, Раджаден считал их всех одинаковыми. Он довольно рассмеялся в ответ.

Про себя Вайолет прокомментировала язвительным тоном.

Какой беспорядок.

— И еще, сэр Адин. Пожалуйста, простите меня за то, что я могу разговаривать с вами подобным образом только в уединенном месте, — сказал наследный принц, повернувшись к другому рыцарю. — Именно благодаря вашему присутствию я смог продвинуться вперед во всем этом.

— Я не заслуживаю вашей похвалы, Ваше Высочество.

— Ну же, именно поэтому вы мне и нравитесь.

На первый взгляд это был обычный разговор. Однако основной эмоцией, присутствующей здесь, была жуткая жадность. Даже можно было назвать это «собственничеством».

Раджаден был не из тех людей, с легкостью претендовавших на кого-то как на «своего человека», но лишь немногие обращали на это внимание.

Вайолет поправила свою оценку Раджадена.

Он, казалось, был наполнен качествами этой особой двойственности: святой для своих подданных, но тиран для своих подчиненных.

«Если подумать, однажды я услышала слух, что Его Высочество предпочитает мужчин».

Вайолет прекрасно осознавала, что предметом этих слухов был не только наследный принц — он был в паре с ее старшим братом Роэном.

Что ж, она слегка отогнала свои мысли. Не было причин интересоваться сексуальной ориентацией других людей. Они могли бы просто жить своей жизнью, а она — своей.

После этого планов у группы больше не было, потому что как только они закончили трапезу, в ресторан ворвались рыцари. Это были рыцари императорской гвардии, прибывшие поймать беглого наследного принца, ускользнувшего на одиночную инспекцию без единого сопровождающего его рыцаря.

— Было приятно поговорить сегодня со всеми вами. Надеюсь вскоре увидеть вас снова.

Наследный принц, чьи мысли невозможно было прочесть, просто улыбнулся. С таким невинным и чистым выражением лица казалось, что он абсолютно невиновен. Из-за этого страдали только его подчиненные.

— И, к сожалению, мне не удалось обеспечить себе место рядом с вами в качестве вашего партнера на предстоящем банкете, но я буду с нетерпением ждать следующей возможности.

Оставив эти напутственные слова, наследный принц наконец отправился в путь. Сбитая с толку, Вайолет уставилась в направлении, где он исчез.

Какова именно была цель их сегодняшней встречи?

Хотел ли он сблизиться с человеком, который станет следующим рыцарем-командиром?

Или он хотел поглумиться над третьим сыном дома Эверетт?

Если причина была ни в том, ни в этом, то не потому ли, что он хотел встретиться с ней?

Полностью исключив возможность того, что все это было сделано с единственной целью — предложить ей стать его партнершей, Вайолет задумалась.

Следовало отметить, что с наследным принцем было непросто встретиться, даже подав заявку на аудиенцию. И все же он появился и исчез таким же странным образом.

— Я не думал, что вы откажетесь.

— Сэр Адин?

Ровный баритон вывел Вайолет из задумчивости. Когда она повернулась и посмотрела на него, Адин слабо улыбнулся.

— Ах, меня ведь уже кто-то пригласил. Конечно, я бы отказалась.

— Однако это Его Высочество наследный принц…

— Вы случайно не думаете, что это мой упущенный шанс? Или полагаете, что мне не следовало так отвергать Его Высочество?

— С-совершенно нет! Я, ну, потому что это вы, так что…

— Тогда неважно. Со мной действительно все хорошо.

— Спасибо.

Адин снова улыбнулся. Улыбка черноволосого красавца задержалась между впечатлением милого мальчика или приятного молодого мужчины.

Если Раджаден был человеком, подобным солнцу, то Адин был человеком, достойным уподобления меланхолической ночи. И лично Вайолет предпочитала кого-то вроде Адина, а не Раджадена.

«Могу поспорить, ты красивый когда плачешь».

С такой ужасной мыслью, промелькнувшей в ее голове, их прогулка закончилась.

Роэн не скрывал своего дискомфорта от встречи Вайолет с наследным принцем. Конечно, его реакция была понятна. Во время исчезновения принца именно Роэн был обременен всеми его оставленными обязанностями.

На протяжении долгих разглагольствований и жалоб Роэна, все проходило через одно ухо Вайолет и Каирна, а с другого вылетало. Роэн говорил красноречиво, но можно было точно сказать, что он ругался на наследного принца.

Если такое услышат, никто не смог бы возразить, если бы Роэна забрали за неуважение к императорской семье.

— Он намыливал свои слова всевозможным сахаром, когда просил меня быть его помощником, пока нынешний герцог не предоставит мне эту должность, но… чтобы так подло передать мне свои обязанности, отлынивая куда-то…

— Да.

— Он, должно быть, тиран. Если не тиран, то он не лучше сумасшедшего…

В этот момент он больше не притворялся элегантным. Согласившись на упоминание о «сумасшедшем», Вайолет отпила чай из чашки, не отреагировав внешне.

Среди потомков Императора не было других мужчин, поэтому Империя рухнет, как только что-нибудь случится с наследным принцем.

Поэтому, учитывая обстоятельства, было удивительно видеть, как он гуляет без эскорта. С точки зрения Вайолет – будь то Роэн или наследный принц — подонок есть подонок.

— Разве проблема не в том, что ты на все соглашаешься?

Поставив чашку на стол, Вайолет произнесла это так, словно считала Роэна жалким. В ответ Роэн закрыл лицо руками и вскрикнул.

— Но если я не хочу, чтобы меня забрали на основании неповиновения и измены императорской семье, у меня нет другого выбора, кроме как делать то, что велят.

— О, какой кошмар.

Какой по-настоящему жестокий босс. Будь ты проклят, если что-то сделаешь, будь ты проклят, если не сделаешь.

Долгое время после этого Роэн, который обзавелся не тем другом, разглагольствовал о том, что он не может отказать Раджадену. И привел при этом много причин.

А Вайолет, у которой была не та семья, ответила, что Роэн все равно что-то от этого получает, потому что он выбрал это для себя. Если бы он захотел, то мог бы завести других друзей.

— Если он все равно собирался позвать меня туда рано или поздно!.. Нет, он, видимо, нарочно поручил мне всю работу, даже если она не соответствует моей должностной инструкции, но этот проклятый негодяй!..

Роэн продолжал возмущаться.

— Эй, я никогда не видел брата таким злым, — прошептал Каирн Вайолет.

— Что ж, теперь увидел.

— Вайолет! Пожалуйста, не будь ко мне так строга. Я так стараюсь для тебя, но если ты такая суровая, эй…

— Прекрати, пока я не швырнула в тебя чашку.

— Ммм.

Его маленькое выступление дальше этого не продолжилось. Поскольку он не смог вызвать сочувствия у своей младшей сестры, его выражение лица стало серьезным.

— Что ж, в любом случае, он не тот человек, который сделает что-то, не подумав об этом заранее. Если он подошел к вам там, скорее всего у него была какая-то цель. Будьте осторожны.

— Какая цель? — спросил Каирн.

— Честно говоря, он очень настойчиво уговаривал Каирна, — задумчиво произнесла Вайолет.

— Что? Меня?

— Возможно, и так, но я думаю он больше заинтересован в том, чтобы принять тебя в качестве своей супруги. Тем не менее, вам обоим следует сохранять бдительность.

— Супруги? Его?

— Я еще не уверен, но пока будь осторожна.

— Что? О чем вы говорите? Простите меня? Можете ли вы так любезно объяснить, чтобы я смог понять?

Поскольку глупец не мог уследить за происходящим разговором, он вскоре выразил свой протест. Старший брат и старшая сестра отказались от каких-либо объяснений, словно молча сговорившись.

Разговор, последовавший за этим, был не таким уж важным. Вайолет просто подумала, что Роэн в тот момент был похож на ее настоящего отца.

Так сказать, это выглядело как типично тривиальный обмен мнениями между семьей.

— Право, я не знаю, что с ним.

— Ну да, не обращай на меня внимания, я думаю, что это у брата какие-то проблемы с головой, — ответил Каирн.

— Хаа. Мне не следовало приходить сюда.

Попивая чай, Вайолет слушала эти бессмысленные разговоры. И совершенно неожиданно она поняла, что уже не чувствует себя так неуютно, как раньше, со своими братьями.

Это было огромное событие.

— Ничего, если я медленно ускользну?

— А? Почему? Просто останься тут.

— Это бессмысленная трата времени.

— …Тогда, сладких снов.

— Еще слишком рано ложиться спать. Ну тогда пока.

Даже после того, как Вайолет покинула свое место, разговор между Роэном и Каирном продолжился. Об этом наследном принце еще многое можно было сказать.

Вместо мужчины, похожего на солнце, которого она встретила днем, мысли Вайолет переместились в другое место.

Сейчас для нее важнее всего было рисование.

— Я не знала, что на свете существует такая вкусная еда! Да, конечно, наш шеф-повар в столичном особняке тоже потрясающий! И шеф-повар усадебного особняка тоже… Но все равно еда, которую мы ели в ресторане, действительно…

— Я поняла.

Сегодня утром, помогая Вайолет одеться, Мэри болтала в чрезвычайно приподнятом ннастроении. Чувствуя радость Мэри, Вайолет улыбнулась.

Болтовню этой милой служанки всегда было приятно слушать.

— Как им удалось добиться такого вкуса?

— Вероятно, разница в ингредиентах. Их припасы, скорее всего, поступают из того же источника, что и в императорский дворец.

— Как такая еда может существовать…

— Мастерство шеф-повара в герцогской резиденции не уступает. Хочешь, я позже свожу тебя в аналогичный ресторан?

— П-правда?! Мне правда можно?

— Если хочешь.

Хотя Мэри придется сидеть за отдельным столом из-за разницы в статусе, у нее не было никаких жалоб.

Вайолет погладила Мэри по голове. Девочка казалась для нее младшей сестрой.

Это тоже было приятно. Вспоминая расположение знаменитого столичного магазина десертов, Вайолет говорила ровным, но добрым тоном.

— Мэри, давай закончим приготовления.

— Да!

Личные дела предполагалось хранить отдельно. Быстро закончив одевать Вайолет, Мэри перешла к прическе и макияжу.

Внезапная встреча с наследным принцем застала ее врасплох, но, в конце концов, конечной целью Вайолет было рисование.

Верно. После посещения выставки мотивация Вайолет стала более четкой.

Вайолет втайне думала, что картины этого мира прямолинейны и шаблонны. В этом мире, где присутствие Бога было ощутимо, а потому божественная вера людей была сильна, миф о сотворении мира имел прочную почву.

И в эту эпоху, в которой она жила, Священные Писания интерпретировались и считались истинной волей Бога. Именно из-за этого художники стремились создавать произведения искусства, посвященные Богу, и все казалось таким строгим и старомодным.

Картины создавались не ради заработка — только для того, чтобы восхвалять и превозносить этот мир, созданный Богом.

Так, в конце концов, разве от Бога нельзя уйти даже через искусство?

Но картины на выставке были другими. Они обязательно будут разными.

Вайолет прямо столкнулась со своими непонятными чувствами.

Глубокое чувство неполноценности.

Ощущение беспомощности, мысль: «Я не смогу создавать такое искусство, даже если умру и возрожусь».

А поскольку она уже пережила две смерти, она решила, что эта ее мысль вполне точна.

Это были те чувства, что уже разрешились после ее разговора с маркизой, но проросли вновь. Этот грубый комплекс неполноценности полз по ее ногам, словно виноградная лоза, медленно, но верно ее сковывая.

Вопрос «Что мне рисовать?» с тех пор перешел к вопросу: «Зачем я вообще рисую?»

У Вайолет больше не было причин рисовать.

Итак, подумала она, почему я должна держаться за это тяготящее чувство?

Раздумывая о всяком, Вайолет внезапно направилась в галерею еще до того, как успело взойти солнце.

Поскольку единственным источником света был тусклый рассвет, ее картины казались для нее чужими. Они были настолько несопоставимы, словно это были картины, которых не должно было существовать в этом мире.

Никто здесь по-настоящему не оценивал ее картины.

Что касалось самой Вайолет, она полагала, что это чувство неравенства возникло из-за остатков «Ён Ха Юн» внутри нее.

Она не могла сказать, что скорбит, но ее переполняла скорбь о маленькой, только что разбившейся жизни.

Картины здесь были кульминацией жизни Вайолет и Ён Ха Юн — разбитые на куски, снова собранные вместе, смешанные друг с другом и, таким образом, нарисованные.

И все же эти картины ощущались так, будто они принадлежали незнакомцу.

«Недаром люди говорят, что из-за этих картин меня могли когда-то отдать под суд ведьм».

Вайолет горько улыбнулась, вспоминая все слова, шептавшиеся за ее спиной людьми, видавшими ее картины.

В таком случае лучше было вернуться к своим корням и рисовать, как она всегда и делала. Вайолет тоже это знала.

Однако было легче сказать, чем сделать.

С тех пор, как к ней вернулись воспоминания о прошлой жизни, Вайолет изменилась. Вместо плавного слияния двух личностей от самого существования «Вайолет С. Эверетт» возникало ощущение несоответствия.

И пока у нее были воспоминания о Ён Ха Юн, она ничего не могла поделать, кроме как чувствовать, что она стала чужой самой себе.

Незнакомка.

Как только Вайолет это осознала, ее охватило чувство одиночества. Непонятные эмоции грызли ее, и в самом конце все, что осталось, — это темная бездна.

Вайолет поняла, что никогда не сможет стать частью этого мира полностью.

«Он не мой, я здесь никогда не была».

Она никогда не сможет слиться с этим миром. «Воля» Вайолет больше не будет полностью принадлежать ей.

Вайолет заботилась о своих людях, но, в конце концов, она всегда и будет идти с ними по параллельной линии. Она не сможет заставить себя принять этику и законы этого мира, но ей придется существовать с этими жалкими и незначительными воспоминаниями, проживая в теле герцогской леди.

Дошло даже до того, что невозможно было понять, принадлежали ли ее картины «Ён Ха Юн» или «Вайолет».

Может из-за ее волнения, или потому что приближался рассвет, но Вайолет говорила это серьезно.

Размышляя обо всем ее беспокоившем, Вайолет больше не могла рассматривать этот вопрос как простое нытье.

Поскольку она не могла уснуть глубоким сном с темного вечера и до позднего утра, первым, что Вайолет сказала Мэри, было:

— Пойдем в магазин товаров для рисования.

Мэри удивилась.

И подумала про себя: «Что происходит с Миледи? Не верится, что она выходит из дома два дня подряд».

В любом случае Мэри считала, что это хорошо, поэтому быстро сообщила Роэну эту новость.

Услышав об этом до того, как смог позавтракать, Роэн засмеялся и ответил.

— Нет.

По словам Роэна, любые выезды следует назначать заранее, поскольку все они проходят по определенному графику. В результате, к своему огорчению, Вайолет стала слушательницей одной из лекций Роэна: если будешь действовать импульсивно и бесцельно, твоя жизнь обязательно разрушится!

— Не имеет значения. Я все равно ничего не делаю, и чем бы я ни занималась, в мои дела будут совать свой нос и вынюхивать всякую сплетню, несмотря ни на что.

— Даже так. Нельзя.

Вайолет бросила на него явно раздраженный взгляд.

Роэн вздрогнул. Однако он стоял на своем и не сдавался.

Этот чертов контролирующий фрик.

Прежде чем Вайолет успела возмутиться еще раз, Каирн первым заговорил.

— Ага, а я с ней согласен. Разве не все равно? Честно говоря, нет никакой разницы, выйдет ли сестра гулять или работать. Разве ты не рисуешь дома, потому что больше тебе нечего делать? Кого волнует, если ты будешь баловаться, когда захочешь?

Это звучало так, будто он встал на ее сторону, но в то же время довольно бесцеремонно. В любом случае ты не работаешь, так что развлекайся в свое удовольствие.

Не говоря ни слова, Вайолет ущипнула младшего брата.

— Ай! Эй, я же помогаю тебе! — Каирн вскрикнул от гнева.

— Ты не можешь выйти, и это конец разговора. Вайолет, подумай о своем положении. Ты не можешь просто идти куда хочешь и когда хочешь.

— Кстати, я думал, ты хотела, чтобы тебя заперли дома.

— Я займусь организацией официальной прогулки, так что подожди несколько дней. Если хочешь выйти инкогнито, это я тоже могу организовать.

— Тьфу, серьёзно, у всех в этой семье проблемы с темпераментом… Не важно! Сестра в любом случае не поднимает шума в высшем обществе, и вряд ли сегодня что-то произойдет. Или, дай угадаю? Ты завидуешь, что я могу отправиться на прогулку с сестрой вместо тебя?

— Вижу, ты любитель болтать. И все же может произойти много неожиданностей.

— Я все равно пойду с сестрой, так что проблем не возникнет.

— Ты — самая большая проблема.

Разговор потек, как вода, и тема, естественно, сменилась на следующую.

Честно говоря, Роэн не ошибался.

Однако Вайолет была раздосадована.

— Уууу, ладно, ладно. Давай напишем соглашение или что-то подобное. Можешь выгнать меня, если я вообще создам какие-либо проблемы. Звучит же достаточно хорошо? А? Просто дай мне один меч и вышвырни меня. Но! Даже если мы напишем такой контракт, я все равно не буду устраивать никаких инцидентов!

— …Хм.

Каирн говорил со всей искренностью. В этот момент он кричал за себя, а не за Вайолет.

В голове Вайолет пронеслась мысль.

«Если тебе дать меч и вышвырнуть, мне сдается, что ты подашься в наемники».

Роэн же выглядел так, будто думал о том же.

— Даже в этом случае, запрещаю.

— Какого черта. Почему ты продолжаешь это повторять? Ты уже герцог? Потому что ты дорогой молодой герцог этой страны?

Каирн повысил голос. Тем временем, пока два брата пребывали в разгаре ссоры, Вайолет закончила завтрак и тихо отложила вилку.

— Поскольку твое время драгоценно, молодой лорд, скажу кратко.

— …

Почувствовав удар молнии в самое сердце, Роэн закрыл рот и ничего не ответил. Каирн тоже выглядел удивленным.

Ты действительно собираешься сказать, что пойдешь на прогулку без меня? Вот, что он думал.

Однако Вайолет проигнорировала обиду за предательство в глазах младшего брата.

— Честно говоря, я ошарашена тем, как настойчиво ты продолжаешь притворяться, что заботишься обо мне, хотя на самом деле это не так, молодой лорд. Я постараюсь понять твои намерения, но, пожалуйста, воздержись от такого отвратительного поведения.

— От-отвратительного…

— Кроме того, даже если ты наследник герцогства, я не обязана подчиняться твоим приказам. Ты забыл, что все окончательные решения принимает Его Светлость?

— Е-Его Свет…

— Надеюсь, что ты воздержишься от такого поведения. Я достаточно способна справляться с незапланированными ситуациями.

— Но что ты будешь делать, если на этот раз к тебе снова прицепится наследный принц?

— Тогда Ваша Светлость несет ответственность за то, чтобы помешать твоему близкому другу это сделать.

— …

Роэн сжал губы. Это было неявное заявление о капитуляции.

Каирн еще раз почувствовал несправедливость. Он все это время повышал голос и пытался уговорить старшего брата, но посмотрите сейчас на Роэна, который в мгновение ока закрыл рот.

Потому что сестра — любимица брата, да?

Слова задержались на кончике его языка, но он не мог произнести их вслух. Во-первых, потому что очевидно, что такой фаворитизм имел место. А во-вторых, даже если это было правдой, ему нечего было сказать.

И вот как Вайолет решила выйти. Роэн тяжело вздохнул, беспокоясь о своей сестре, обзавевшейся элементами импульсивности с тех пор, как она умерла и снова ожила.

Однако, какой бы импульсивной она ни была, Вайолет все равно была лучше Каирна.

Сегодняшним местом назначени Вайолет была студия.

Эту студию возглавляли известные художники, а портреты там часто заказывали высокопоставленные аристократы. Это было подходящее место для сегодняшней цели Вайолет: увидеть работы других людей.

— Посмотрите, разве ее теперь возможно узнать?

— Правда?

Вайолет попросила горничных одеть ее незаметно и надеть шляпу в тон. Так что ее серебристые волосы были спрятаны под широкополой шляпой, а платье было настолько простым, насколько это возможно…

— Ммм. Но в ней все еще сохраняется определенная атмосфера.

— Да?

Судя по всему, эту «особую атмосферу» все равно не удалось скрыть даже после всех этих усилий.

В конце концов, Вайолет просто решила продолжить свой выход, как есть. Под видом ее охраны Каирн тоже последовал за ней.

Вайолет собиралась помешать ему, но вскоре просто решила оставить его в покое. Учитывая то, что произошло во время ее последней прогулки, было неплохо держать кого-нибудь рядом.

— Почему эти болваны преследуют нас? Здесь есть я. Я настолько ненадежен?

— Да, ты ненадежен.

Каирн с гордостью заявил, что сегодня он будет лично охранять Вайолет, но к свите все равно добавились другие рыцари сопровождения.

Это было вполне естественно, поскольку Каирн тоже находился в такой позиции, что его нужно было охранять. Вайолет просто посмотрела на своего младшего брата, думая, что он действительно невероятный простак.

В студии действовала система ученичества, а само помещение было во многом загромождено. Все они имели единственную цель — научиться рисовать, ученики известных художников здесь казались занятыми и безумными.

Случайные пятна краски, своенравные мольберты. Следуя за Вайолет, Мэри была потрясена, увидев это зрелище.

— Я думала, это просто у миледи привычка не убираться, но, полагаю, это обычное дело для художников.

Раньше Мэри просто думала, что Вайолет слегка ленива и неопрятна, но она ничего не могла сказать, осматривая студию.

Возможно, это потому, что они все были заняты, или, возможно, потому что Вайолет не выглядела важной персоной. Несколько пар глаз устремились за ней, но большинству из них было все равно.

В любом случае картины, висевшие на стенах студии, оказались не так хороши, как ожидала Вайолет. Конечно, это вполне естественно, поскольку они были либо незакончены, либо написаны начинающими художниками, либо и то, и другое вместе.

С другой стороны, картины, которые она недавно видела в выставочном зале, были национальным достоянием. Было бы несправедливо сравнивать работы неизвестных молодых художников с этими выдающимися произведениями.

Тем не менее, на них было интересно смотреть. Эти картины были полны жизни.

— Ух ты.

В студии было тихо, но оживленно. Нет, правильно было бы сказать, что она была полна жизненных сил.

Сцена перед глазами была так похожа на то, что она когда-то видела в своей предыдущей жизни. Вспоминая, Вайолет мягко улыбнулась.

«Такое ощущение, словно они заняты подготовкой к выпускным работам».

Это спокойствие и жизненная сила были так свойственны энергичным молодым художникам.

С восхищением оглядываясь по сторонам, Мэри, видимо, была охвачена благоговейным страхом. Ибо в отличие от Вайолет, имеющей некоторый опыт в этой области, Мэри была совершенно невежественна. Для нее все было так увлекательно и удивительно.

— Вы пришли осмотреться, леди?

В этот момент юноша начал водить Вайолет. Его глаза быстро пробежались по одежде Вайолет и Мэри. Он также кратно осмотрел и Каирна, но было трудно прочесть их.

Молодой художник был быстр в расчетах, но все же был искренен. Поскольку они были здесь, он решил сначала помочь им осмотреться.

Он общительно улыбнулся и продолжил говорить.

— Может, вы здесь, чтобы попросить портрет? Так уж получилось, что здесь, в нашей студии…

В конце концов, большинство аристократических молодых лордов и барышень посещали ателье с целью заказать себе портреты. Молодой художник просто предположил, что эти люди пришли сюда еще и по этой причине.

Далее мальчик красноречиво рассказал, как художники их студии способны увековечить истинную сущность своего героя в портрете, стараясь подчеркнуть красоту субъекта, чтобы продемонстрировать его с лучшей стороны.

— Понятно.

— Ха-ха, смщает это говорить, но у моего учителя твердая философия красоты. Он говорит, что если мы не вкладываем душу в картины, которые создаем, то мы не посмеем назвать их искусством…

Не торопясь, Вайолет рассматривала картины, слушая экскурсию. Куда бы ни касался ее взгляд, мальчик добавлял всему объяснение, словно куратор.

Законченная картина, незаконченная картина, законченная картина, которой все еще чего-то не хватало, картина настолько красивая, что невозможно было поверить, что она была написана учеником, но достойная немедленного показа на выставке.

Между оценкой произведений искусства, глядя на них собственными глазами, и оценкой, слушая добавленные детали, опыт совершенно разнился.

— Мой учитель правда замечательный человек. Как можно создавать такие удивительные творения? Я хочу узнать больше, но учитель всегда так занят… Но все равно мне очень повезло! Лишь немногие из нас были выбраны в качестве его учеников. Ах, когда я впервые увидел картины учителя…

Возможно неосознанно, но мальчик начал хвалить своего учителя. Может, потому что он изначально был разговорчив, но слова, слетающие с его губ, никак не заканчивались.

Далее он рассказал, насколько хороши ученики этого же учителя с такой впечатляющей техникой.

Сам он на даный момент был в отъезде по заказу портрета высокопоставленного дворянина. Отчего, пока руководитель студии отсутствовал, именно ему покорно поручили проводить для гостей экскурсии. Большая часть из сказанно было информацией, которую на самом деле не нужно было говорить.

— Вау, действительно? Вообще-то, миледи тоже…

Для болтуна другой болтун подходил идеально. Когда Мэри с энтузиазмом отреагировала на его замечания, молодой художник еще больше зажегся и стал еще более разговорчив.

Каирн был единственным неуместным человеком в этой обстановке.

Думая, что страсть мальчика достойна восхищения, Вайолет внезапно спросила:

— Когда ты начал рисовать?

— Простите?

— Просто любопытно, почему ты любишь рисовать, — Вайолет, охваченная импульсивностью, снова поинтересовалась.

Мальчик этого не ожидал, поэтому, взволнованный, огляделся по сторонам, прежде чем застенчиво ответить.

— Нет серьезной причины! Я не помню, как это началось, но сейчас это моя работа. Я хочу продолжать это делать, и я рад, что могу.

Его ответ был далек от того, что хотела услышать Вайолет.

— Я понимаю.

На самом деле именно Вайолет действительно не знала ответа на этот вопрос. Она тихо вздохнула.

Тем не менее мальчик продолжил.

— Если я просто буду делать то, что велено, мне будет не так уж сложно зарабатывать на жизнь. Честно говоря, я не могу многого себе позволить, так как нахожусь на дне бочки, но это весело и увлекательно — иметь возможность рисовать свои собственные произведения. Временами становится трудно, когда приходится выполнять много поручений, но я очень хочу научиться всему, чему смогу.

Это была очень светлая перспектива. Скорее, это была слишком блестящая перспектива, чтобы говорить о том, что на карту поставлены его средства к существованию.

Но самое главное, этот ответ только вызвал беспокойство со стороны Вайолет. Ей, например, не нужно было беспокоиться о хлебе.

Тем временем мальчик продолжил свой яркий ответ.

Он рассказал, что родился в большой семье в маленькой сельской деревушке. Когда он был моложе, он трудился на ферме и отвечал за корм для животных. Именно там он начал рисовать на земле картинки простыми ветками.

И после этого он продолжил рисовать, потому что ему нравилось слышать похвалы и комплименты в его адрес от родителей, братьев и сестер. И приехал в столицу, несмотря на сопротивление своей семьи.

Вайолет не могла им не восхититься.

«Он такой же, как и Мэри».

У них были не только схожие личности, но и схожее семейное происхождение. Пока Мэри рядом с ним сочувственно отвечала, молодой художник энергично продолжал свой рассказ.

Поскольку в сутдии было очень тихо, разговор этих двух разносился по всему помещению, даже несмотря на то, что они говорили приглушенным голосом.

Взгляды метались к ним, но ни Вайолет, ни мальчик не обращали на них внимания.

Наконец он солнечным голосом закончил свой увлекательный рассказ.

— Есть еще много вещей, которые мне кажутся трудными, но я все еще в лучшем положении. Дома я не мог позволить себе ни одного листа бумаги. Это действительно привилегия, что я могу рисовать здесь столько, сколько захочу.

Мальчик передавал свои чистые, искренние чувства. Вайолет посмотрела в его невинное лицо и спросила:

— Если не возражаешь, можешь показать мне свои картины?

— Простите? Мои картины?

— Да. Услышав твою историю, мне стало интересно взглянуть на твои картины.

— Ах, ум… Я все еще только любитель, вы не против?

Вайолет не ответила. Мальчик подвел Вайолет к своему месту в углу студии.

Картины излучали атмосферу неопытности. Были намеки на то, что он пытался сохранить свою дорогую краску, и следы нескольких слоев, из-за которых он не мог добиться желаемых форм. Далее, было ясно видно его попытки рисовать так, чтобы сохранить хотя бы один лист бумаги, также как и следы его доблестных усилий и неудач после опробования новых техник.

Действительно, это было похоже на любителя. Может быть, потому что он обычно выполнял случайные работы и поручения, но у него был талант изображать фоны и пейзажи. Эти детали были сложными и превосходными, но не более того.

Тем не менее Вайолет молча восхитилась его картинами.

— Мне еще много нужно усовершенствовать, но я хочу упорно учиться и стать таким же известным художником, как мой учитель.

— Ты занимаешься искусством, потому что хочешь сделать себе имя?

— А, не обязательно. Но приятно, когда тебя признают. Если всем понравится мое искусство и если я смогу услышать их похвалу…

Говоря это, мальчик выглядел воодушевленным, словно глядя на приятный сон.

Вайолет слегка улыбнулась.

— Ты этого добьешься.

— Спасибо!

Хотя это была маленькая-маленькая мечта, стоило посмотреть, как далеко она сможет взлететь.

— Возьми это в качестве спонсорства.

— П-простите?

— Ах. Полагаю, ты не хочешь просто так получить деньги? Тогда позволь мне купить эту картину.

— Извините?

Глаза мальчика расширились, как блюдца, когда Вайолет протянула ему золотую монету. Подняв глаза, молодой художник прямо встретился взглядом с женщиной в шляпе. И вытаращил глаза.

Знакомое многим отстраненное выражение лица молодой женщины — словно реинкарнация богини луны.

И фиолетовые глаза, похожие на драгоценные камни.

— Ге… Ге-ге-герцогская леди?..

— Шшш.

Из-за сильного заикания мальчика трудно было как следует раслышать его слова. Указательный палец леди в перчатке коснулся губ мальчика, заглушая его, и, поняв что происходит, мальчик совершенно побледнел.

Вайолет одарила его слабой улыбкой.

— Честно говоря, я пришла сюда осмотреться, потому что в последнее время у меня много забот. Но поскольку мои проблемы — это мои собственные проблемы, мне следует это переосмыслить… Тем не менее, было весело послушать чужие истории.

Кив, кив. Мальчик энергично затряс головой вверх-вниз.

Эта золотая монета была для него слишком велика. Ему пока не придется беспокоиться о деньгах, он сможет просто покупать холсты и рисовать все, что захочет.

Получить такую спонсорскую поддержку было слишком легко и неожиданно, поэтому естественно, что молодой художник был шокирован.

— Ге… то есть, эта леди купила мою картину.

Молодой художник, все еще в каком-то оцепенении, продолжал отчитываться перед своими соучениками. Вполне вероятно, что часть недавно полученной спонсорской помощи вскоре отберут его старшие коллеги.

«Придется тайно дать ему еще одну золотую монету».

Вайолет улыбнулась и еще раз оценила картину.

Искусство не должно быть совершенным, чтобы его ценили. Если бы чьи-то ожидания были слишком высокими, они бы никогда не оправдались. Достаточно было просто насладиться моментом в полной мере и довольствоваться тем, что есть здесь и сейчас.

Она не была обязана рисовать, так что не было необходимости отягощаться таким. До сих пор Вайолет думала о рисовании только как об «обязанности».

Это чувство чуждости самой себе, спящее глубоко в ее подсознании, заставило ее привязаться к живописи.

Хотя, во-первых, ей не обязательно было это делать.

«Нужно делать это в свое удовольствие. Столько, сколько я хочу».

Вайолет в конце концов пришла к такому выводу, опираясь на самые простые и фундаментальные основы. Она слегка улыбнулась.

— Б-большое спасибо за сегодня!

— Ничего. Я купила картину только потому, что меня впечатлили работы молодого художника. Я вернусь в следующий раз, если можно.

— Это было бы честью, леди…

После того, как она тайно дала ему еще одну золотую монету, другие художники в студии украдкой покосились на нее. Похоже, они задались вопросом, смогут ли они также получить от нее спонсорство или хотя бы запрос на портрет.

Но поскольку другие ученики этой студии уже упустили свой шанс, Вайолет улыбнулась только молодому художнику, который сейчас кланялся перед ней.

— Я отлично провела время. Я приду снова.

— Д-да. Пожалуйста, приходите…

Было немного комично видеть, как он наивно имитирует этикет. На мгновение Вайолет подумала, что деньги действительно решают все на свете.

— Ах, точно. Желтый и красный… Ты часто используешь эти два цвета, но, кажется, предпочитаешь передавать в своих картинах холодные атмосферные тона, поэтому было бы лучше сократить использование этих цветов. Неприятно ли слышать такое от незнакомца?

— В-вообще нет! Я благодарен за совет.

— ?..

Только вежливо ответивший мальчик знал о личности Вайолет.

Но другие подумали: «Кто ты такая, чтобы указывать, что нужно делать художнику?» Множество пар глаз начали поворачиваться к ней.

И вместе с этим они тоже уловили личность Вайолет, их взгляды наполнились недовольством. Естественно, она была темой сплетен, но был ли смысл болтать за чьей-то спиной, когда она сама об этом не особо задумывалась?

Кроме того, в будущем этот мальчик станет великим мастером в истории искусств, вспоминая время, когда он нашел свою музу, «самого прекрасного человека», которого он когда-либо встречал.

Но это, конечно, будет гораздо позже.

Красные фрукты жадно блестели под слоем мягких взбитых сливок. Возможно, из-за меда на ней, но клубника сияла так сочно, что очаровывала всех, кто на нее смотрел.

— Вау-у! Не могу поверить, что в мире существует такая вкусная еда…

Выполнив свою главную цель на день, Вайолет отвела Мэри в знаменитый магазин десертов. Каирн, которого воспринимали не более чем за золотую рыбку, последовал за ними с несчастным видом. Тем не менее, он наблюдал за тем, как ведет себя его старшая сестра, даже не задумываясь.

— В любом случае, дома ты можешь есть подобное столько, сколько захочешь.

— Но еда становится еще вкуснее, если ею угостила миледи! — смело ответила Мэри.

Вайолет рассмеялась.

Такие десерты могли достать только высокопоставленные люди особняка и работники кухни.

Было хорошо известно, насколько Мэри была близка с Вайолет, но, учитывая, что технически она все еще была служанкой низкого ранга, у нее не было возможности достать нечто подобное столь же легко.

— Просто скажи мне, если хочешь еще. Я, конечно, тоже хочу немного съесть, но я еще поделюсь.

— Не стоит, все хорошо… ах! Эта клубника такая вкусная!

Мэри снова рассмеялась, отказываясь от предложения Вайолет. После чего Вайолет она не настаивала.

Молча она вспомнила девушку, которая когда-то боялась ее, но все же предложила своей леди очень сладкий десерт.

Улыбка на губах Вайолет долго не исчезала.

— Тогда примите это в качестве спонсорской помощи.

— Д-да?

— А. Просто так принять будет немного неловко? Тогда будем считать, что я купила ту картину.

— Что-о?

Когда Вайолет протянула ему золотую монету, глаза юноши расширились. Встретившись взглядом с женщиной в шляпке, юный художник лишь разинул рот.

Благородный облик, о котором ходили слухи, словно перерождение лунной богини.

Пурпурные глаза, подобные драгоценным камням.

— Г-г-г-г-госпожа герцогиня?

— Ш-ш-ш.

Из-за того, что он слишком сильно заикался, его слова не разнеслись по студии. Осознав, что палец в перчатке коснулся его губ и тут же отнялся, юноша окончательно растерялся.

Вайолет, глядя на него, слегка улыбнулась.

— На самом деле, сегодня я пришла просто посмотреть, потому что у меня было много переживаний. Мои проблемы — это только мои проблемы, так что мне нужно ещё подумать… Но было довольно интересно послушать чужую историю.

Юноша яростно закивал.

Золотая монета была для него слишком большой платой. Настолько, что на какое-то время можно было не беспокоиться о деньгах на холсты и краски.

Для спонсорской помощи это было слишком скромно, но неудивительно, что юноша был так потрясён.

— Госпожа, нет, леди купила мою картину.

Изумлённый юный ученик побежал доложить остальным. Наверняка часть денег у него отберут старшие товарищи, и ему почти ничего не останется.

'Нужно будет тайком сунуть ему ещё одну монету'.

Вайолет с улыбкой вновь принялась разглядывать картины.

Не было нужды рисовать лишь идеальные картины, которые удовлетворят тебя самого. Если идеалы слишком высоки, их никогда не достичь. Нужно просто делать всё возможное, наслаждаться и быть довольным моментом.

Это не было обязанностью, так что и давить на себя не стоило. Вайолет думала о рисовании лишь как о «долге».

Ведь ощущение себя чужой, затаившееся глубоко в подсознании, заставляло её цепляться только за живопись.

Хотя с самого начала в этом не было никакой необходимости.

'С удовольствием. Столько, сколько хочется'.

Вспомнив эту простейшую истину, Вайолет слегка улыбнулась.

— О, сегодня я вам очень благодарна!

— Что ты. Я всего лишь купила картину юного художника, которая мне понравилась. Если не против, я приду ещё.

— Это че-честь для меня…

Когда она тайком сунула ему ещё одну золотую монету, другие художники, находившиеся в студии, стали с любопытством поглядывать в их сторону. Похоже, они надеялись получить заказ на портрет или спонсорскую помощь.

Но Вайолет, уже потерявшая к другим ученикам всякий интерес, лишь улыбнулась, кивнув юному художнику.

— Я ценно провела время. Приду к вам позже ещё раз.

— Да, да-а. Счастливого пути…

Его неуклюжая попытка изобразить этикет выглядела забавно. Вайолет на мгновение задумалась об этом мире, где в конечном счёте всё решали деньги.

— Ах, точно. Жёлтый и красный… У тебя есть склонность часто использовать тёплые тона, но если хочешь нарисовать картину в холодной атмосфере, лучше использовать их поменьше. Наверное, неприятно слышать такое от незнакомого человека?

— Н-нет! Спасибо вам.

— …?

Лишь юноша, догадавшийся, кто такая Вайолет, ответил ей с предельной вежливостью.

«Кто она такая, чтобы с порога критиковать чужие картины?» — такие взгляды были устремлены на Вайолет.

Личность Вайолет, которую провожали полные недовольства взгляды, была раскрыта. Разумеется, она стала темой для сплетен, но какой смысл в пересудах, которых не слышит их объект?

А много позже этот юноша станет великим мастером, оставившим след в истории искусства, и скажет, что его музой была «прекраснейшая из женщин», но это случится гораздо, гораздо позже.

На пышном облаке взбитых сливок соблазнительно блестела красная ягода. Возможно, из-за того, что её полили мёдом, клубника особенно ярко сверкала, завораживая одним своим видом.

— Ха-а-а-ах. Не могу поверить, что на свете бывает такая вкуснятина…

Закончив свои дела, Вайолет привела Мэри в знаменитую десертную. Каирн, прилипший к ним, как рыбка-прилипала, выглядел недовольным, но безропотно наблюдал за действиями сестры.

— Ты ведь можешь есть такое в особняке, сколько захочешь.

— Мне больше нравится, когда вы, миледи, иногда угощаете меня в качестве награды! — бодро ответила Мэри.

Вайолет улыбнулась.

В особняке подобные десерты могли есть только высокопоставленные особы и слуги, работающие на кухне.

Хоть Мэри и была ближайшей служанкой Вайолет, она всё же оставалась простой горничной, которой такое лакомство было недоступно.

— Если захочешь, скажи. Я попрошу принести, сказав, что это для меня.

— Мне правда не нуж… Ах! Эта клубничка такая вкусная!

Мэри снова отказалась, смеясь. Вайолет больше не настаивала.

Возможно, ей вспомнилась девочка, которая когда-то, пусть и со страхом, но протянула своей госпоже сладкий десерт.

Улыбка, застывшая на губах Вайолет, не спешила исчезать.

Пока Мэри с наслаждением ела десерт, а Каирн тыкал вилкой в торт, который даже не пробовал, Вайолет погрузилась в свои мысли.

В этих мыслях присутствовал один невыносимо раздражающий человек, сияющий золотом, так что Вайолет невольно вздохнула.

Во встрече Раджадена и Вайолет было много напускного. Если он прибыл с инспекцией, то ему вовсе не обязательно было приходить на выставку.

Но если спросить, хотел ли он встретиться с Вайолет, ответ тоже будет неоднозначным. Если бы он действительно желал встречи с ней, то мог бы просто отдать приказ. Как бы ни были сильны Эверетты, они не смогли бы отказать в приглашении императорской семьи.

Прогуливаясь по выставочному залу, она вспомнила разговор с наследным принцем.

'Говорят, ты рисуешь?'

'Лишь наслаждаюсь хобби в меру своих скромных способностей'.

'Ха-ха, я слышал, это далеко не уровень хобби. Похоже, его светлость герцог много чего рассказал моему отцу'.

— небрежно бросил наследный принц. При этих словах Вайолет представила своего сурового отца. Картина никак не складывалась.

'Скоро тебе придёт приглашение'.

'Что-о?'

'Просто предупреждаю заранее, чтобы ты не удивлялась. Если, если вдруг, говорю'.

Наследный принц почему-то замялся. Вайолет смирно ждала, гадая, какое же взрывное заявление сейчас вырвется из его уст.

'Если встретишь мою сестру, постарайся не слишком её ненавидеть'.

'…?'

Последующие слова были довольно неожиданными. Выражение лица принца в тот момент было настолько горьким, что Вайолет чуть было не ответила, что так и сделает.

'Ах, я просто хотел сказать, чтобы ты хорошо к ней отнеслась. Мне кажется, было бы здорово, если бы вы с моей сестрой поладили'.

Наследный принц, мгновенно вернув себе обычное выражение лица, раскатисто рассмеялся. Вайолет не придала его словам особого значения.

У императора и императрицы было двое детей. Сейчас он правил страной мирно, но когда-то этот человек, обезумев от жажды крови, убил всех своих братьев и семью, чтобы взойти на трон. Он любил лишь одну женщину, и у них родилось двое прелестных детей.

Однако никто не знал о существовании принцессы. Было известно лишь то, что она родилась, но ни её точный возраст, ни день рождения, ни внешность, ни имя не разглашались.

Императорская семья замалчивала её, стирая само её существование.

Из-за этого порой вспыхивали нелицеприятные слухи. Говорили, что это дитя от измены императрицы, что с ребёнком что-то не так, что её прячут, опасаясь, что трон достанется не наследному принцу, и так далее.

Эти домыслы быстро угасали под давлением императора, но многое о принцессе до сих пор оставалось загадкой.

Неудивительно, что слова Раджадена вызвали у Вайолет вопросы.

«Не ненавидеть её» — значит ли это, что император не ненавидит этого ребёнка и скрывает её по другой причине?

Пока Вайолет была погружена в подобные размышления…

— О боже. Что за день. Я пришла сюда, потому что это место считается изысканным и престижным, но тут такое…

— Подумать только. Говорят, нынешние нувориши ведут себя без стыда и совести, и это как раз тот случай. Как вообще в таком месте может оказаться простой булыжник?

— Что вы. Если бы это были действительно богатые люди, они бы оделись куда пышнее, леди.

Донеслись чьи-то голоса.

Они тихо переговаривались между собой, но не настолько, чтобы нельзя было расслышать содержание беседы.

Мэри, словно совершенно не обращая внимания, соскребала вилкой последние остатки крема с торта. Глядя на это, кто-то снова заговорил:

— Как вульгарно. Вот что значит невоспитанные простолюдины.

Полностью выкинув Раджадена из головы, Вайолет искоса взглянула в сторону. Несколько женщин в очевидно дорогих нарядах пили чай и болтали.

— Леди Мериэль, такие слова — это грубость.

— Ах, леди Толопия, какая же вы добрая. Фух. Я выбрала это место для нашей сегодняшней встречи, потому что слышала, что десерты здесь так хороши. Право слово, простите меня все.

Если бы Мэри не обращала внимания на сплетни, Вайолет тоже собиралась их проигнорировать. Но тут прозвучало неожиданное имя, и Вайолет слегка приподняла голову.

— Я правда не в обиде. Разве желание съесть что-то вкусное — это преступление?

— Ох. Ваши слова напомнили мне о моей горничной. Нужно будет купить ей сегодня десерт на обратном пути.

Леди из графства Толопия.

Лисица, что правила в высшем свете как королева, вернувшая в моду корсеты, забытые сотни лет назад.

Женщина, которую называли цветком высшего общества.

Вайолет незаметно окинула их взглядом. Капор наполовину скрывал её лицо, но в то же время мешал другим узнать её.

Густые русовато-розовые волосы и бирюзовые глаза. Это было всё, что Вайолет смогла разглядеть, но и этого хватило, чтобы испортить ей настроение.

'На кого-то похожа'.

Вспомнив неприятного ей человека, Вайолет тяжело вздохнула. 'Пожалуй, стоит запомнить её как личность, за которой нужно присматривать'. Мэри, не подозревая, что за её спиной судачат, смеялась, испачкав уголки губ кремом.

— Правда очень вкусно!

— Да? Тогда на обратном пути купим несколько штук. А то кое-кто может и обидеться.

Вайолет протянула платок. Получив платок из дорогой ткани, Мэри растерянно моргнула, а когда Вайолет сама вытерла крем с её щеки, застыла как изваяние.

Её лицо, залившееся густым румянцем, стало похоже на помидор. Прежде чем Мэри успела что-то сказать, Вайолет снова улыбнулась.

От улыбки госпожи Мэри не знала, куда себя деть, и скорчила плаксивую гримасу.

— Эй, ты чего так ешь, что всё размазываешь?

— Уф-ф, а вот вы, молодой господин… всё съели аккуратно.

Заметив, что Вайолет собирается вставать, Каирн тут же вскочил первым. К счастью, он, похоже, ничего не заметил.

— Ох? Этот цвет волос и глаз, это же точно…

— Эй, да нет, наверняка совпадение.

— Наверное? Ах, о третьем сыне Эвереттов ходят только самые восхитительные слухи.

Услышав эти слова, брови Вайолет коротко дёрнулись. Каирн, встретившись взглядом с сестрой, покачал головой.

Он делал вид, что не слышит.

— Может, потихоньку пойдём?

— Пожалуй. Закажешь подарок для нашего братика?

— Ого, в его отсутствие называешь его «братиком». Услышал бы он это, так от радости в обморок бы упал.

— Ха-а.

— Эй, что? Что это за вздох!

Каирн подскочил от вздоха Вайолет, но она, проигнорировав его, поднялась с места. Мэри встала следом и начала собирать вещи.

Пока Каирн, не в силах сопротивляться напору сестры, пошёл заказывать дополнительные десерты, Мэри без умолку болтала о том, какими вкусными были здешние пирожные.

— Вот как.

Вайолет небрежно поддакивала, но прислушивалась к разговору за соседним столиком.

— Право, некоторые совершенно не знают своего места…

— В этот раз леди Толопия…

— Кстати, вы слышали историю о помощнике его высочества наследного принца?

Голоса были негромкими, поэтому слова доносились обрывками, но понять суть было нетрудно.

Примечательно было то, что леди из графства Толопия в основном молчала, вступая в разговор лишь для того, чтобы умерить сплетни.

— Кстати, все уже нашли себе партнёров?

— Ах, скоро же бал в честь дня рождения его высочества наследного принца. Я, конечно…

'Почему они так много болтают?'

В тот момент, когда Вайолет собиралась сказать «оставь себе» Мэри, которая не знала, что делать с зажатым в руке платком, вернулся Каирн.

— Теперь сразу домой?

— Не знаю. Может, ещё немного погуляем.

— Что? Пожалуйста, пошли домой. Я устал…

— Если устал, можешь один идти домой.

— А-а, нуна! Пожалуйста!

Под аккомпанемент воплей Каирна Вайолет неторопливо собралась и встала.

Вайолет вдруг подумала, что если бы это был роман, леди из графства Толопия непременно оказалась бы злодейкой.

Вайолет С. Эверетт — финальный босс и серый кардинал. Леди Толопия — злодейка. А главной героиней, разумеется, была бы Эйлен.

Вероятно, Эйлен, приехав в столицу, подверглась бы унижениям со стороны леди Толопии.

Едва она бы справилась с этим и восстановила свою репутацию, как появилась бы Вайолет, и жизнь Эйлен полетела бы в тартарары, но та с трудом преодолела бы все невзгоды, и в итоге злодейку бы изгнали.

Если бы, конечно, это был роман.

Разумеется, в жизни Вайолет главной героиней была она сама. Так что эта мысль была не более чем пустой фантазией.

— Нуна, мы что, правда опять пойдём по магазинам? А?

— Кстати, я хотела бы купить себе новые туфли.

— У-у-у, ладно.

— Ах, хотя, может, лучше всего будет купить новую одежду моему милому братику.

— …

Лицо Каирна побледнело. Вайолет легко рассмеялась.

— Хм. Уж лицом-то наш молодой господин прекраснее всех на свете.

— Он очень похож на матушку. Хоть я и сказала это в шутку, но идея кажется забавной, так что пойдём в универмаг.

— Да-а-а!

До самого конца она делала вид, что не замечает взглядов и пересудов, следовавших за ней по пятам.

Пока столица гудела в преддверии бала в честь дня рождения наследного принца, Вайолет проводила время в спокойствии.

Все только и говорили о том, кто какое платье наденет, какие подберёт драгоценности и с кем пойдёт в паре — изо дня в день одна и та же тема.

В доме маркиза Решана, похоже, было не иначе — оттуда пришло письмо с рекомендацией ювелира. Вайолет отправила в ответ лишь короткое «спасибо».

Высшее общество в конечном итоге было брачным рынком, а потому не могло не быть тесно связано с политикой. Это было место, где циркулировали всевозможные слухи, так что управлять высшим светом было равносильно управлению частью аристократического общества.

Отсутствие у Вайолет каких-либо амбиций объяснялось просто.

Ей просто не были важны ни аристократическое общество, ни их оценки. А зачем обращать внимание на то, что не имеет значения?

Вместо этого она, вернувшись к истокам, рисовала. Это были скорее наброски, а не картины, которые она стремилась завершить.

Этюды Вайолет в незаконченном виде были разбросаны по всей мастерской, но их вскоре собрали и развесили в галерее. Незавершённость гармонировала с её стилем, создавая картины с особой, загадочной атмосферой.

Роэн, несмотря на свою занятость, обязательно находил время, чтобы устроить ужин. Его жизнь, хоть он и не был ещё официальным адъютантом, а к нему уже относились как к таковому, была не менее загруженной, чем у герцога, но он всегда выкраивал время.

Роэн понял. Понял, почему его отец, пусть и насильно, продолжал устраивать эти донельзя чопорные ужины, почему он настаивал на том, чтобы семья собиралась вместе за трапезой.

Он испытал слабую жалость к герцогу, оставшемуся в замке.

— Брат, неужели ты и в этом, как зануда, будешь походить на отца?

— Окажись ты на моём месте, посмотрел бы я на тебя.

— О-о, мне что, разорить семью герцогов?

— …

— Ха-а.

Ужины редко заканчивались мирно. Разговоры всегда были чересчур колкими, но братья, препиравшиеся вполсилы в шутку, не обращали на это внимания.

Вайолет размышляла, почему её постоянно приглашают на эти ужины. Однако вопрос вскоре перетёк в «а почему я прихожу, раз меня зовут?», и она отбросила эти мысли.

Это было мирное время.

Наследный принц официально пригласил Вайолет стать его партнёршей.

Императорская семья и семья герцога. Появление двух семей, обладающих безграничной властью, вместе на балу, да ещё и в честь дня рождения принца, могло вызвать куда больший резонанс, чем можно было предположить.

Вайолет подумала, нет ли здесь политического расчёта, но тут же оставила эту мысль. Это была забота Роэна.

Всё равно она уже отказалась.

Официальное приглашение было отклонено на уровне Роэна.

— Он, должно быть, собирается использовать тебя как приманку.

— Приманку?

Вайолет не спрашивала, но Роэн специально выделил время, чтобы всё объяснить.

— Внимание людей и так уже приковано к тебе. Как думаешь, что случится, если «Вайолет С. Эверетт» станет партнёршей наследного принца?

— На меня повесят клеймо будущей кронпринцессы.

— Верно. И в высшем свете будут судачить только о тебе. Ты ведь и сама это понимаешь, не так ли?

— Хлопотно.

— «Я дам тебе место кронпринцессы, так что будь послушной приманкой» — таков, должно быть, его расчёт. Хотя я и не могу до конца понять, что на уме у этого хитрого змея.

'Змей оценивает змея', — безмятежно подумала Вайолет. 'Наверное, это похоже на то, как скандалом со знаменитостью прикрывают коррупцию политиков'.

— Тогда как насчёт того, чтобы пойти со мной? Так ты сможешь избежать пересудов.

— А разве я должна беспокоиться о каких-то пересудах?

— …Нет.

Появление Вайолет и Роэна вместе не избавит её от сплетен.

В лучшем случае поползёт слух, что злодейка сблизилась с семьёй. В худшем — что ведьма заключила сделку с дьяволом и околдовала родных. А может, и ещё более грязные слухи.

В конечном счёте, тот факт, что Роэн был для Вайолет лучшим вариантом, не менялся.

— Так с кем ты идёшь?

— С сэром Адином. Он уже дал согласие.

— …Что?

Роэн выронил газету. Ему нравился Адин, но, несмотря на это, с его происхождением было много проблем.

Казалось бы, что такого в незаконнорождённом, но для тех, кто верил в существование голубой крови, это была большая проблема.

Злодейка и бастард. Два разных постыдных секрета двух герцогских семей.

Связь, о которой никто не знал, где они встретились и почему стали партнёрами. Нетрудно было представить, какие сплетни начнут распускать любители почесать языками.

— Обязательно идти именно с ним?

— А есть причины этого не делать?

— Причины не делать…

Роэн тут же замолчал. Даже если сплетники начнут судачить, это не нанесёт удара ни Эвереттам, ни Эширам. Нет, скорее, им придётся быть осторожнее, чтобы не попасть в немилость к герцогским семьям.

Такова была безграничная власть. Роэн, решивший защищать сестру, больше не возражал.

— Вайолет.

— Да.

— Бал ведь длится семь дней.

— Полагаю, что так.

— Значит, нет нужды все семь дней появляться с одним и тем же партнёром?

— …

Роэн начал ныть.

Вайолет прищурилась. 'Что вы имеете в виду?' — читалось в её взгляде. В ответ Роэн лучезарно улыбнулся.

— Не уделишь ли ты мне хотя бы один вечер?

— Нет.

— Всего один.

— Нет.

— Просто появиться вместе на входе…

— Отказываюсь.

— …Нельзя?

— Да. Нельзя.

— …Точно?

Его просьба, разумеется, была отклонена.

Вайолет не собиралась присутствовать на балу все семь дней. Каждый день менять наряды — это одно, но ведь придётся целый день следить за собой, чтобы выглядеть безупречно. И так на протяжении всего бала. Слишком хлопотно.

А появиться в растрёпанном виде не позволяла гордость, так что лучшим выходом было просто не присутствовать.

— …Понял.

— Вы ведь тоже пользуетесь популярностью.

— Просто нет никого, кто бы меня особо интересовал.

— Какая жалость.

Роэн сказал то, от чего заплакали бы многие леди. Он, как и его мать, был очень красив, и его лицо заставляло трепетать сердца многих девушек.

А учитывая, что внешне он казался добрым, и говорить было нечего.

Вайолет, не имея ни малейшего желания вмешиваться в любовные дела брата, больше ничего не добавила.

Каирн, узнав обо всём позже и как бы невзначай, пришёл в ярость. Он возмущался, почему всё решили без него.

Вайолет ответила Каирну ледяным взглядом. У неё не было причин терпеть истерики своего непутёвого младшего брата.

Хотя могло показаться, что она находится в состоянии холодной войны с Роэном, на самом деле их отношения в какой-то степени наладились. Иначе она не смогла бы так безмятежно с ним разговаривать.

Но что насчёт Каирна? Односторонние, грубые извинения и своевольные попытки загладить вину. Разве Каирн хоть раз извинился как следует? Осознав, в чём именно он был неправ?

Нынешние тёплые на вид отношения были лишь фасадом, за которым скрывалась трещина.

Каирн тоже знал об этом, но всё равно был обижен.

Каирн не окончил академию. Он не получил официального диплома и был всего лишь молодым господином, не удостоенным даже титула «сэр». Конечно, если этот молодой господин — отпрыск герцогской семьи, это меняет дело, но факт оставался фактом.

По сути, это означало, что у него даже не было права присутствовать на балу в честь дня рождения.

— Тц, только меня и ненавидит…

Вайолет не обращала внимания на младшего брата. Её обида и ненависть были слишком глубоки, чтобы испытывать к нему сочувствие.

Так шло время, и начался бал в честь дня рождения наследного принца.

Всё внимание было приковано к наследному принцу, будущему правителю.

Единственный наследник страны, человек, подобный солнцу, тот, кого называли обладателем величайших качеств для того, чтобы стать святым правителем, потомок бога солнца.

И чем больше внимания было приковано к нему, тем чаще упоминались «кандидатки в кронпринцессы».

Особенно потому, что возраст его помолвки давно миновал.

Самой вероятной кандидаткой в кронпринцессы считалась леди из графства Толопия, но теперь это было в прошлом.

Потому что вернулась злодейка, окружённая густыми слухами.

Говорили, что герцог Эверетт и молодой герцог души не чают в этой злодейке. Что именно поэтому она так высокомерна и ни с кем не считается.

Говорили, что именно по этой причине она совершенно не появляется в высшем свете. Потому что место кронпринцессы уже за ней.

Внимание, прикованное к ней, было колоссальным. История о том, как леди Эверетт выгнала главную швею из престижного бутика, до сих пор время от времени всплывала в разговорах.

Высокомерная леди-герцогиня, не умеющая разбираться в людях.

Какова же она на самом деле? Если она прогнала главную швею из «Лорана», то в каком же смешном виде появится сама Вайолет С. Эверетт?

Пока ожидания людей росли…

— Бал начинается вечером, а голодать с обеда — эту дурную привычку нужно искоренить.

— Ну что вы, миледи. Так ведь наряд лучше сидит.

— Всё это дурные привычки, дурные.

Протестуя против дурных привычек, Вайолет щедро наносила на себя дорогое косметическое зелье от алхимика.

Она думала: стоит ли вообще посещать бал, ради которого приходится перебиваться лёгким салатом на завтрак и обед, а ужин пропускать, чтобы живот не выпирал?

Но способа вернуть приглашение из императорского дворца не было, так что присутствовать было необходимо.

Слуги проигнорировали слова госпожи, утверждавшей, что ей хватит и простой еды. Даже зная, что она отличается от слухов, и зная, что она носит одежду, далёкую от столичной моды. Их воля была непреклонна: как бы то ни было, это «наша миледи», и она не может выглядеть плохо.

От обеда силуэт не мог так уж сильно испортиться. Да и Вайолет никогда много не ела.

Поэтому ей было грустно и обидно. Что бы ты ни делал, здоровье важнее всего, а если нет здоровья, то какой во всём этом смысл?

— Ах, миледи. Я тут тайком принесла печенье, хотите?

— Мэри!..

И тут Вайолет снизошла маленькая рука помощи. Мэри широко улыбнулась.

Это было всего несколько кусочков несладкого печенья, но Вайолет была рада и этому.

Иногда облик Вайолет создавал впечатление чего-то нечеловеческого. Но только Мэри знала, насколько она была человеком.

Богине не нужна еда, а человеку нужна. Суждение Мэри было мудрым.

— Я так и знала, что ты там на кухне что-то замышляешь…

— А, а-а?

— Мэри. Пусть ты и личная горничная миледи, и пусть миледи дорожит тобой больше всех, но на этот раз я не могу этого простить.

— Что-о-о?

Старшая горничная утащила Мэри. Вайолет к тому моменту уже съела всё печенье.

Так высокомерная леди-герцогиня, не умеющая разбираться в людях, проводила своё вполне человеческое время.

Наряд, созданный упорством слуг, был воплощением почти садистской красоты.

Как бы Вайолет ни старалась не обращать внимания, в аристократическом обществе о ней ходили слухи. А много ли найдётся тех, кто будет рад сплетням о своей госпоже?

Они хотели, чтобы люди хотя бы узнали, как прекрасна их хозяйка.

Наряд, созданный при полной поддержке молодого герцога, с вложением огромных денег и усилий, не мог не быть прекрасным.

Конечно, другие аристократки тоже могли позволить себе подобный уровень убранства. Но красота Вайолет была совершенно иного порядка.

Глядя в зеркало, Вайолет заново осознала, что была «злодейкой».

Скромная, но элегантная красавица, к которой постоянно притягивается взгляд, — это главная героиня.

А ослепительная красота, подавляющая других одним своим видом, — это прерогатива злодейки.

— Ха-а-а.

Кто-то невольно выдохнул с восхищением. Вайолет, искоса взглянув, надела на шею последнее украшение.

Платье, сшитое юной швеёй, идеально сидело на Вайолет.

Что ж, пришло время идти на войну.

— Леди Сенечия, вы слышали тот слух?

— Какой слух?

— О том, как молодой господин Вольфганг бросил свою невесту ради какой-то уродины…

— Ах. Вы об этой истории. Но то, что слышала я, немного отличается.

— А? Леди Сенечия, а что же слышали вы?

— На самом деле та женщина…

Бал, начинающийся с наступлением вечера.

Собрание под сиянием роскошных люстр началось с того, что люди хвастались своими нарядами и драгоценностями.

Место, где твоя ценность повышается, только если ты унизишь кого-то другого и возвысишь себя.

Слухи, передаваемые из уст в уста, были настолько многочисленны, что не будет преувеличением сказать, будто все они — ложь.

Хотя официальное начало бала было вечером, те, кто любил развлекаться с самого обеда, уже вовсю вели оживлённые беседы.

— Ах, кстати, говорят, в этот раз придёт и «та самая леди-герцогиня».

— Та самая?

— Ну да, вы же знаете, леди.

— Слухов много, но какова она на самом деле…

— Действительно, всё, что мы слышали, — это пересказы, так что трудно сказать.

— Кстати, я тут кое-что вспомнила. Вы ведь знаете, леди Лайлак? О первой и второй дочерях Эвереттов.

— Я слышала, что вторая леди-герцогиня уехала учиться за границу.

— А вы знаете? У этой второй леди-герцогини кровь на самом деле…

— Что-о?! Как такое может быть…

— Фух. Я и сама узнала об этом случайно, так что не уверена. Но, кажется, я могу понять злодейку из Эвереттов…

— Действительно, может быть и так. Но всё равно, как можно…

Пока они, прикрывая рты веерами и делая вид, что ведут себя благородно, без умолку обсуждали других…

— Прибыли леди Вайолет С. Эверетт из дома Эверетт и сэр Адин Эшир из дома Эшир!

В одно мгновение наступила тишина.

В тот момент, когда все смогли воочию увидеть предмет слухов, они осознали, что и имя, названное вместе с именем Вайолет, было не из простых.

Те, кто из-за толпы не смог разглядеть Вайолет, в один голос зашептались:

— Адин Эшир? Тот бастард из дома Эшир?

Шёпот стих в тот миг, когда люди увидели Вайолет.

Если бы шёлк соткали из лунного света, были бы у него такие волосы? Кожа, щедро умащённая косметическим зельем, была гладкой, как очищенное яйцо, и прекрасной, как нефрит.

Ослепительная роскошь, подавляющая одним своим видом.

Глаза, расположенные под вздёрнутыми уголками, сияли, как аметисты. Длинные ресницы отбрасывали тень, и как тут было не выдохнуть с восхищением?

Атмосфера озера под лунным светом. И эта атмосфера идеально подходила к бесстрастному лицу Вайолет.

Что уж говорить, если даже надетые на ней драгоценности меркли на фоне красоты своей хозяйки.

К тому же, её платье было необычным.

Наряд, сшитый из дорогой заморской ткани, на которую не поскупились, был далёк от нынешней моды высшего света.

Некоторые ахнули при виде силуэта, который без корсета подчёркивал все изгибы тела. Кроме центрального камня, собиравшего складки, на платье не было почти никаких украшений, но сама ткань сверкала, словно её посыпали измельчённым жемчугом, и оттого выглядела роскошно.

Несколько слоёв полупрозрачной ткани были наложены друг на друга, поэтому, когда воздушное платье колыхалось, возникала иллюзия бегущих волн.

Платье-русалка было сшито по дизайну Вайолет с добавлением идей юной швеи, поэтому двигаться в нём было не так уж и сложно.

— Боже, что за бесстыдство.

Кто-то подал голос. Это был пожилой аристократ средних лет. С его слов зал тут же снова наполнился шумом.

Платье Вайолет было вызывающим. Поэтому было естественно, что её будут осуждать.

Однако, увидев её, никто не смог произнести ни слова хулы. Хотя нет ничего приятнее, чем унизить высокопоставленную особу.

— Ха, не ожидала, что она появится под руку с бастардом из дома Эшир.

— И я о том же. А что это за наряд? Такое бесстыдство, что мне самой стыдно смотреть.

Посыпались всевозможные сплетни. Их взгляды, хоть они и делали вид, что это не так, были прикованы к Вайолет.

Однако сама Вайолет, оказавшаяся в центре всеобщего внимания…

'Всё-таки фасон «русалка» неудобен. Хорошо, что завтра я надену другое платье'.

…думала о чём-то подобном.

Это было настолько же красивое, насколько и неудобное платье. Даже несмотря на то, что по бокам были сделаны разрезы, прикрытые тканью, оно всё равно было неудобным. Какое счастье, что были приготовлены и другие наряды.

Адин вёл её под руку умело. Это было результатом многократных тренировок. Благодаря этому Вайолет могла без труда передвигаться по залу.

Вайолет знала об осуждении и зависти, направленных на неё. Но в то же время она знала и о восхищённых взглядах.

Люди с глазами, полными любопытства, хотели во что бы то ни стало заговорить с ней.

Она сделала вид, что не замечает. 'Они меня ругают, но, похоже, хотят заговорить'. Насмешка злодейки не донеслась до людей.

Никто не решался подойти, отчего кое-кто другой понурился.

— Простите. Из-за меня…

— За что сэру извиняться? Скорее, это мне жаль, что из-за меня вы выслушиваете всякие гадости.

— Нет. Уверен, само моё существование бросает тень на вас, леди-герцогиня.

— Что вы. Где ещё найдёшь такого замечательного человека, как сэр?

Вайолет едва заметно улыбнулась. Увидев её улыбку, Адин поспешно отвёл взгляд.

Несколько человек, ставших свидетелями улыбки злодейки, тоже ахнули, резко затаив дыхание.

В словах Вайолет была искренность. Объективно говоря, он был замечательным человеком. Разве он не доказал свои способности, став членом императорской рыцарской гвардии?

— …И всё же.

Несмотря на это, самооценка Адина была поразительно низкой. Вайоолет задумалась, что же так подточило этого мужчину.

А в другом углу бального зала…

— Ах, право слово. Надеть такое вульгарное платье.

— Похоже, слухи были не напрасны. Насколько же у неё нет вкуса.

— Но, может, это и к лучшему. Разве такой женщине пристало носить платья от швеи «Лорана»?

— Мне так жаль леди из графства Толопия.

— Я в порядке, так что, прошу вас, прекратите, — с улыбкой сказала женщина, до этого молча слушавшая разговоры.

Может, потому, что она была немного невысокого роста, окружавшие её женщины казались её свитой.

— Но разве вам не обидно! Если бы не эта женщина, вы бы, леди!

— У его высочества, должно быть, были на то свои причины. Я правда в порядке.

— Ходили слухи, что у второй дочери Эвереттов сомнительное происхождение, но, похоже, на самом деле оно сомнительное у первой.

— Ах, кстати, говорят, ни у кого из четы герцогов Эверетт нет серебряных волос…

— Строила из себя благородную, а в итоге, похоже, рыбак рыбака видит издалека.

Разговор тонул в общем шуме, рассыпаясь на части. Звуки их беседы порой рассеивались в музыке бала, словно тихая песня.

И посреди всего этого лишь светловолосая женщина с элегантной улыбкой спокойно слушала разговоры.

'Какие же они глупые, не знают, кто может их услышать'.

Вайолет, державшая ухо востро, вздохнула. Разговор группы леди был негромким, но и не настолько, чтобы его нельзя было расслышать.

'Говорят, она и корсеты вернула в моду, так что, похоже, она не так проста'. Вайолет, решив, что леди Толопию стоит остерегаться, снова медленно выдохнула.

Выражение лица Адина, который благодаря своему превосходному чутью услышал даже то, чего не расслышала Вайолет, становилось всё мрачнее.

— Я всё-таки доставляю вам неудобства.

— Сэр считает, что слухи правдивы?

— Д-да?

— Слухи о моих серебряных волосах.

— Н-не может быть. Я лишь…

— Всё в порядке. Я спросила, зная ответ.

Вайолет улыбнулась, прищурив глаза. Лицо Адина залилось густым румянцем.

Какая разница, что там за слухи? Вайолет, не обращавшая внимания на сплетни о своих серебряных волосах, улыбнулась.

— Это неправда, так что не имеет значения. И самое главное, какое имеет значение происхождение сэра?

— …

— Своё нынешнее положение вы, сэр Адин, заслужили исключительно своими способностями.

Улыбка снова коснулась его. На этот раз лицо Адина не покраснело.

Он лишь спокойно улыбнулся в ответ.

Пусть Вайолет этого и не помнила.

Благородство, не позволяющее никому встать над ней.

Такой была Вайолет С. Эверетт.

И в первую их встречу, и сейчас.

Она была прекрасна до удушья. Настолько, что сама мысль о том, что он смеет хранить её в своём сердце, казалась греховной.

— Если позволите, могу я пригласить вас на танец?

Пока Адин мысленно закапывался всё глубже, к Вайолет кто-то подошёл.

— В таких случаях, не будет ли вежливым сначала представиться?

— Ах, прошу прощения. Я Рат Рахен, второй сын дома Рахен. Если позволите, удостоите ли вы меня чести стать вашим первым партнёром в танце?

Это был мужчина с вкрадчивым голосом, который, судя по всему, был уверен в своей внешности.

Вайолет улыбнулась. На самоуверенном лице мужчины появилась трещина.

— Мне очень жаль, но как же быть? Я ещё не танцевала даже со своим партнёром. Если не возражаете, давайте отложим на следующий раз.

Мужчина, не сумев ничего ответить на мягкую улыбку Вайолет, пробормотал что-то невнятное и удалился. Глаза Адина расширились.

Не один лишь Рат Рахен крутился возле неё. Было множество тех, кто не решался заговорить, но выжидал удобного случая, или тех, у кого не хватало смелости даже на это, и они просто бродили неподалёку.

— Я не самый подходящий партнёр для танца…

— Я сказала это, чтобы отказать ему, так что нам не обязательно танцевать. Ах, или это другое? Вы не хотите танцевать со мной?

— …

— Неужели правда?

Лицо Адина, который не смог ответить, постепенно заливалось румянцем. Вайолет всерьёз задумалась, не отказали ли ей.

— Кажется, собирается толпа, так что давайте отойдём в угол… сэр?

Она повернула голову и увидела, что рыцарь с обострённым чувством неполноценности мгновенно исчез. Пока Вайолет ошеломлённо смотрела в пустоту, те, кто не мог подойти к ней из-за партнёра, разом сократили дистанцию.

— Приветствую леди Вайолет С. Эверетт из дома Эверетт. Я Чаюно из Тромиля. Не знаю, помните ли вы меня…

— Чейз из Киши. Ха-ха, возможно, вы слышали обо мне от сэра Роэна, мы в дружеских…

— Джениел из Кемоса. Леди-герцогиня…

Щит в виде партнёра, похоже, был куда мощнее, чем она думала. Вайолет подумала, что, может, стоило сделать Роэна своим партнёром и использовать его как щит.

На Вайолет были направлены взгляды, полные восхищения, или же откровенного презрения.

Когда-то были времена, когда она считала людей, смотревших на неё с восхищением, своими союзниками. Но это было в далёком прошлом.

Вайолет снова улыбнулась. Она подумала, что ей повезло быть такой истеричной особой.

— Не желаете бокал? Этот напиток с низким содержанием алкоголя и газированный, так что даже дамы могут пить его без опасений.

— Ах, благодарю.

— Это вино сделано из винограда, выращенного в наших краях, так что за вкус я ручаюсь.

Вайолет, приняв бокал, неловко улыбнулась.

'С какой стати я должна доверять тебе и пить это?' — её безмолвный крик замер где-то в горле.

— Почему же вы не пьёте сразу?

— Такой напиток, достойный похвалы, жаль пить сразу. Я собираюсь попробовать его, когда он раскроется в полной мере.

Мягкая, но лишённая эмоций улыбка скользнула по залу. Печально, когда не можешь принять доброту за чистую монету, но Вайолет была очень осторожна.

— Да, моя сестра немного, нет, очень слаба к алкоголю. Так что этот бокал заберу я.

— Кто смеет… ох! Молодой господин герцог!

— Виноград из земель Чейза славится своим вкусом. Думаю, мне не нужно представляться?

Молодой господин, хваставшийся знакомством с Роэном, застыл на месте, как только тот появился. Вайолет цокнула языком.

Роэн, мигом осушив бокал, со свежей улыбкой протянул его слуге.

— Я хотел бы ненадолго забрать свою сестру, чтобы мы могли укрепить братско-сестринские узы. Вы не против?

— К-конечно.

— Если позволите, позже мы могли бы немного поговорить об Овене…

— Ах, не беспокойтесь. Я прекрасно знаю, о чём вы хотите поговорить. Я лишь хочу ненадолго пообщаться со своей сестрой.

Роэн увёл Вайолет. Она, никак не отреагировав, последовала за ним.

'А вот Ён Ха Юн пила как сапожник'. На миг промелькнуло лёгкое сожаление об алкоголе. Сама Вайолет никогда не напивалась допьяна, так что не знала, слаба она к выпивке или нет.

— Рекомендую не пить то, что дают другие. Не знаю, найдётся ли смельчак, способный на дерзость на балу в честь дня рождения наследного принца, но ты ведь знаешь? Что есть всякие грязные типы.

— Разве в наши дни ещё есть люди, которые пытаются жениться таким способом?

— Их полно. Особенно на таких девушках, как ты, Вайолет.

— Я всё равно не собиралась есть то, что дают другие, так что неважно.

— Неожиданно. Я думал, ты будешь есть, раз уж так жаловалась, что тебя морят голодом.

— Сэр, за кого вы меня принимаете?

— Кхм.

Они обменялись парой обыденных фраз. В любом случае, Роэн действительно помог, так что Вайолет быстро смягчилась.

Как же печально, что без помощи братьев она так уязвима.

— Вы сегодня поздно.

— Ах, да, были дела, пришлось ненадолго отлучиться. Ты что, ждала меня?

— Что вы. Должно быть, вы счастливы. Похоже, вы в полной мере наслаждаетесь желанной властью молодого герцога.

— Не язви. Где Каирн?

— Мне жаль, что мои слова, сказанные со всей искренностью, прозвучали для вас как язвительность. Разве Каирн пришёл не с вами, сэр?

— Ха-а-а.

Роэн с видом головной боли глубоко вздохнул. Вайолет, догадавшись о ситуации, цокнула языком.

Где и что натворит свободолюбивый Каирн? Вздохи брата и сестры стали глубже.

— У меня есть одно предположение, но…

— Но?

— Остаётся надеяться, что всё обойдётся. В крайнем случае, можно просто вычеркнуть его из семейного реестра.

— …

Вайолет загадочно улыбнулась. Она знала, что Роэн говорил серьёзно.

Каирн был не из тех, кто стал бы горевать, лишившись фамилии, так что, возможно, это было бы к лучшему для них обоих.

— Ладно, с этим разобрались. А где твой партнёр?

— Вот именно.

На этот раз Роэн задал печальный вопрос. Улыбка на губах Вайолет едва заметно дрогнула.

Роэн покачал головой.

— Вот так дела, не заботиться о своём партнёре. Какой плохой кавалер. Если позволите, удостоите ли вы меня чести сопровождать леди?

— …

— Это была шутка, не стоит делать такое лицо.

Причина, по которой Адин исчез, была неясна, а потому невозможно было знать, о чём он думает. Так считала Вайолет.

Роэн, глядя на сестру, улыбнулся.

— Шучу. Ты сама должна позаботиться о своём партнёре, не так ли? Думаю, он где-то на балконе.

— На балконе?

— Интуиция подсказывает. Ах, меня там зовут. Ты уже не ребёнок, справишься сама, верно?

— …

Роэн повернулся на зов. Вайолет прищурилась ещё сильнее.

'Говорит так, будто хоть раз обо мне заботился…' — Роэну показалось, что он расслышал это бормотание, и он лишь улыбнулся.

Вайолет с самого детства со всем хорошо справлялась сама.

Занятой молодой герцог снова отправился по делам. Высший свет и политика были неразрывно связаны, так что ничего не поделаешь.

Вайолет, проводив взглядом Роэна, направилась на поиски Адина. Вернее, собиралась направиться.

— Ой, простите!

Если бы кто-то не попытался провернуть с ней дешёвый трюк.

У каждого человека есть своя сцена. Для Вайолет такой сценой был бал. Пусть сейчас она стала затворницей, почти не выходящей из комнаты, по своей натуре она была из тех, кто правит. Особенно на таких приёмах.

'Какой дилетантский ход'.

Коротко вздохнув, Вайоолет увернулась от леди, пытавшейся в неё врезаться. Благодаря утренним тренировкам её рефлексы были превосходны. Не достигнув цели, женщина потеряла равновесие и упала.

— Вот как. В таком людном месте нужно быть осторожнее, леди.

— …

Когда Вайолет произнесла это, делая вид, что проявляет великодушие, лицо женщины вспыхнуло. Бокал разбился, вино разлетелось во все стороны. Слуги тут же подбежали, чтобы убрать осколки.

— Вы не собираетесь вставать?

Женщина, стиснув зубы, всё же поднялась сама. Вино, которое должно было испачкать новое платье Вайолет, не выполнило своей роли и лишь испортило наряд своей хозяйки.

— Какая жалость. Ваше платье в таком плачевном состоянии. Грустно, когда в такой прекрасный день остаются лишь плохие воспоминания, не так ли? Я закажу вам новое платье от имени моей семьи.

— Н-не нужно!

С каждым её благородно произнесённым словом лицо женщины то вспыхивало красным, то мертвенно бледнело, меняя оттенки.

'Знакомое лицо'.

Вайолет, изображая улыбку, внимательно рассмотрела лицо женщины. Было заметно, что та ещё совсем юна.

Она быстро выскользнула из зала. Кончики её ушей покраснели — видимо, ей было невыносимо стыдно оказаться в центре всеобщего внимания.

Увидев, что она хромает, Вайолет цокнула языком. Зло всегда возвращается к тому, кто его совершил.

Это был ход дилетанта. Интриги в высшем свете должны быть куда более коварными. Либо же нужно просто давить неоспоримой властью.

В конечном итоге, это был лишь способ «отрезать хвост», подставив пешку.

Проигнорировав обращённые на неё взгляды, Вайолет невозмутимо оглядела зал.

По правде говоря, Вайолет даже испытала некоторый интерес к тому, что с ней произошло нечто подобное.

— Какая досада, леди Серчия допустила оплошность. Вы в порядке?

На место сбежавшей женщины подошла другая, с густыми золотистыми волосами, и ласково улыбнулась, прищурив глаза.

Только тогда Вайолет поняла причину своего дежавю и мысленно цокнула языком.

'Это те девицы, что поливали меня грязью в десертной'.

И явилась не какая-то мелкая сошка, а сам финальный босс собственной персоной.

Густые, как мёд, золотистые волосы и голубые глаза, напоминавшие ясное, чистое небо. Бледная до прозрачности кожа делала её краски ещё более заметными — не будет преувеличением назвать её красоту кукольной.

'Эйлен выглядит куда живее'. Вайолет, невольно сравнив женщину с Эйлен, надела на лицо маску.

Финальный босс то ли был бесстрашным, то ли упивался самим собой, но продолжал мягко улыбаться.

Но какой в этом толк? По сравнению с Вайолет она была всего лишь юнцом.

Не собираясь поддаваться на дешёвые уловки, она смерила взглядом леди из графства Толопия.

Женщина, провозгласившая себя цветком высшего света, и впрямь обладала кукольной, миниатюрной красотой. Внешность, в которую были вложены деньги. Особенно её роскошное платье, увешанное украшениями, но форма груди, талии и бёдер казалась немного странной.

'Ах, вот откуда эта кукольная красота'.

Наверное, она носит такой корсет, потому что не считает человеческое тело человеческим телом.

Хотя от этого человек не станет куклой.

Как бы то ни было, она была женщиной, которой очень шёл корсет. Неудивительно, что она вернула его в моду.

Наступила неловкая тишина, которую не нарушала ни Вайолет, ни леди Толопия. Можно ли это назвать битвой взглядов?

Всё равно это выглядело по-дилетантски. Вайолет, улыбнувшись одними глазами, сказала:

— Если вы не собираетесь приветствовать меня, могу я вас покинуть? Я ищу одного человека.

Это означало: если не собираешься здороваться первой, то уступи дорогу.

Вполне естественно, когда человек более низкого ранга первым приветствует того, кто выше. Женщина, именуемая цветком высшего света, ожидала, что в месте, где она царит, оппонентка первой окажет ей почтение.

Вайолет же не видела никакой необходимости приветствовать её. Отсюда и возникла эта ситуация.

Едва заметная дрожь в уголке губ, но лицо женщины осталось бесстрастным, когда она заговорила:

— Прошу прощения. Меня зовут Ардия Рубль Толопия. Мне показалось, что моя подруга только что совершила ошибку, и я подошла узнать, всё ли в порядке.

— Вот как. Ещё немного, и случилось бы нечто ужасное. К счастью, моё платье не промокло. Похоже, здесь есть те, кто не привык к туфлям, им стоит быть осторожнее.

— Вы, леди-герцогиня, так уверены в себе и так добры.

Вайолет улыбнулась.

'Такие уловки не сработают, так что смирись'.

Леди Толопия ответила взглядом.

'С чего бы это?'

Неловкий шум утих. Вайолет в принципе была не из тех, кого можно было запугать подобной суетой и вниманием. Если бы это было так, она бы давно сошла с ума ещё в замке Эверетт.

Хотя, возможно, она уже сошла с ума.

Что бы она ни думала и как бы ни поступала, сила имени Эверетт была поистине велика.

Ардия Рубль Толопия снова улыбнулась.

— Что ж, я много слышала о вас, но это первый раз, когда слухи уступают действительности. Рассказы о ваших серебряных волосах, подобных волосам лунной богини, не были преувеличением.

— Ах, мне часто говорят, что я похожа на бабушку по материнской линии.

— …

От ответа Вайолет леди Толопия лишилась дара речи.

'Да, я похожа на бабушку. А ты знала? Что моя бабушка, бывшая графиня Блейз, была дочерью принцессы?'

Лицо Толопии становилось всё бледнее. 'Она и так похожа на куклу, а тут ещё и последние краски сходят с лица', — мысленно восхитилась Вайолет.

— В-вот как.

— Цвет ваших волос тоже очень красив. Словно у куклы.

— …Спасибо.

Сколько бы леди Толопия ни источала ауру злодейки, ей было не одолеть злодейку-оригинала.

Особенно Вайолет, которая стремилась к совершенству, чтобы к ней нельзя было придраться.

— На этом всё? Если у вас есть что сказать, прошу вас, изложите это в письме.

— Не знаю, что ты о себе возомнила, но посмотрим, сможешь ли ты и дальше так себя вести.

Когда Вайолет, закончив фразу, двинулась дальше, до её ушей донёсся тихий шёпот.

Исполненные амбиций слова той, что метила в кронпринцессы, а то и в императрицы, вызвали лишь подобные мысли.

Какой смысл, даже если, родившись женщиной, ты взойдёшь на самый высокий пост и получишь самую благородную власть?

Неужели это место, которое стоит добиваться, рискуя жизнью?

Власть, добытая с помощью красоты как оружия для манипуляции другими, — это всего лишь мыльный пузырь, который лопнет, как только красота исчезнет.

Чувство, которое Вайолет испытывала к леди Толопии, было сродни жалости.

— Его высочество наследный принц!