Я могу с уверенностью заявить, что моя сводная сестра — это абсолютно чужой человек.

Для парня-подростка, который учится во втором классе старшей школы, это, несомненно, величайшее несчастье, но для семьи — великое благо. Например, посмотрите на отношения сводных братьев и сестер в манге, лайт новеллах и играх. С отсутствием кровной связи в качестве оправдания, сестра становится главной целью любовных интересов главного героя, и в итоге они начинают встречаться. Если вы воспримете эту логику за истину, то определенно испытаете много боли и страданий на этом пути, и в самом конце вам только скажут что-то типа: «Защищай свою младшую сестру». Именно тогда вы и станете протагонистом истории.

В реальности все совершенно по-другому. Если бы вы спросили, в чем именно отличие этой воображаемой сводной сестры от настоящей, то в ответ я привел бы следующий пример. Представьте, я возвращаюсь домой с работы на полставки в некоем книжном магазине и сталкиваюсь с моей сводной сестрой, сидящей на диване в гостиной и пьющей горячий шоколад. Наш разговор был бы примерно таким:

— Я дома, Аясэ-сан.

— С возвращением, Асамура-кун.

Вот и все. Теперь-то поняли? Здесь нет ни сладкого и очаровательного «Онии-чан», ни холодного и жестокого «А? Можешь, пожалуйста, больше со мной не разговаривать, противный старший брат?..»

Реальный наш разговор настолько же плоский, как этот пол, абсолютно пустой, приветствие и ничего более. Мы оба просто сосуществуем, не сильно отдаляясь друг от друга, но и не чрезмерно сближаясь.

Между мной и моей сводной сестрой нет ни флирта, ни душераздирающих отношений, никаких чрезмерных стимулов или даже уважения, ничего подобного. После 17 лет, прожитых в совершенно разных условиях, внезапно нам сказали, что с завтрашнего дня мы станем семьей. Никаких особых эмоций или чувств, которые нужно было бы сдерживать, от этого факта у нас не возникло. Во всяком случае, уровень знакомства у любых других двух человек, которые по совпадению были одноклассниками в течение двух лет, и то будет выше, чем у нас.

Меня зовут Асамура Юта. Я самый обычный семнадцатилетний ученик второго года старшей школы. Если меня спросят, зачем мне сводная сестра в таком возрасте, то ответ на этот вопрос будет довольно прост. Дело в том, что мой старик слишком полон жизни. Я могу только от всей души уважать его храбрость, которая нужна для повторной женитьбы… в его-то возрасте.

В момент обретения мною детского самосознания, я начал наблюдать практически каждодневные ссоры моих родителей, поэтому, услышав от моего старика, что тот хочет развестись, я мог только согласно кивнуть на это. Этот идиот даже извинился передо мной, сказав, что всему виной его неспособность совладать с ситуацией, хотя я знал, что моя мать изменяла ему. С тех пор я проживал свои дни, не питая больших ожиданий от девушек, с которыми общался.

Новость о его женитьбе настигла меня, когда я собирался выходить из дома, взяв ключи от велосипеда и натянув кроссовки.

— Твой отец решил снова жениться.

— А?

— Моя невеста очень терпимая и очаровательная сестрица, так что вы хорошо с ней поладите, верно?

— Я не могу сказать, что она за человек, опираясь лишь на названные тобою параметры.

— Параметры... Ну... если сверху вниз… то 92, 61, 90.

— Папа... Я не просил тебя называть параметры тела… Вместо этого ты бы лучше подумал о том, что я чувствую, когда слышу об этих трех цифрах моей предполагаемой новой мачехи, даже перед тем, как я просто с ней познакомлюсь?..

— Ты, должно быть, счастлив обзавестись такой стильной мачехой, не так ли?

— На самом деле... нет.

— Не может быть!.. Я заранее проиграл твоим ожиданиям… ты действительно парень-подросток? Я думал, что в таком возрасте…

— Эй! У тебя определенно ужасные мысли о собственном сыне.

Часто людям приходят в голову странные мысли, когда я говорю, что у меня нет особых ожиданий по отношению к девушкам, но я все еще испытываю определенное волнение при виде них, например, когда замечаю девушку в купальнике у бассейна…

Тем не менее, даже услышав о ее параметрах, я точно не могу почувствовать что-то по отношению к человеку, который вскоре может стать моей мачехой и новой любовью моего старика, правда?

— Так или иначе, как ты вообще с ней познакомился, тебе же уже за 40. На работе или что-то вроде этого?

— Она работает в заведении, куда меня затащил начальник. Увидев, что я сломлен и пал духом… она хорошо позаботилась обо мне, ну ты понимаешь.

— Разве ты не обманываешь себя…

Я не хочу рассуждать в духе: «Все люди с активной ночной жизнью — плохие», но когда мой старик, который уже прошел через многие ужасные вещи из-за женщины, рассказывает мне об этом, я не могу быть стопроцентно уверенным в успехе его новой любви...

— Все в порядке. Акико-сан абсолютно не такая. Ахахаха!

Он сказал фразу, которую так уверенно может сказать только обманутый человек. Мне остается только вздыхать.

Такие перспективы меня совсем не радуют, но тем не менее...

— Если ты счастлив, то я тоже. У меня нет никаких возражений.

Вот что значит отсутствие всяких ожиданий. Поскольку у меня нет больших надежд на эту новую жизнь с мачехой, то даже если меня обманут, и я попаду в беду, то не испытаю настоящей печали или же боли.

— Не все так просто. В конце концов, у тебя теперь будет младшая сестра.

— А? Младшая сестра?

— Ага. Она дочь Акико-сан. Я видел ее на фото, очень милая девочка.

Похоже, и мой старик, и эта женщина вступают в брак не в первый раз. Думаю, это была одна из причин, по которой они сошлись.

— Вот, смотри. Симпатичная, правда?

— Ну да… я думаю, это так.

Он энергично достал свой смартфон, показывая мне картинку. Там я увидел девочку, которая сейчас, наверное, учится в начальной школе. Похоже, у нее на коленях лежала переведенная иностранная книга, предназначенная, вероятно, для детей ее возраста. Видимо, ей было неловко фотографироваться, так как она выглядела слегка взволнованной.

— Поздравляю тебя с этим. Ты теперь Онии-чан.

— Я не знаю, чего ты ждешь от меня… Что ж, она определенно милая, так что, думаю, все не так уж и плохо.

Было бы немного утомительно, окажись моей будущей младшей сестрой девушка примерно моего возраста, но если она в таком возрасте, тогда все должно быть в порядке. И нет, я не лоликонщик. Просто рад, что мне не придется быть предельно внимательным в ее отношении, ведь она так далека от меня по возрасту. Я действительно думаю, что она милая, но опять же, повторюсь. Я. Не. Лоликонщик.

— И-и… у нас будет общая встреча сегодня в 21:00. Ты же можешь встретиться с нами после работы?

— Воу… это слишком внезапно…

— Ну… я хотел тебе сказать, но у меня не было и шанса… Ты все время то на учебе, то на подработке… в таком ключе прошел целый месяц, и… вот мы и…

— Должен же быть предел тому, насколько ты можешь откладывать ТАКИЕ важные новости?!

— У меня нет оправданий, ха-ха-ха …

Вот такой он — мой старик. Совершенно ненадежный, к тому же достаточно легковерный, чтобы слепо доверять людям. Ну и как тут мне не волноваться?

— Понял, я приду. Скажи спасибо, что я не какой-то бандит, который проводит ночи где попало.

— Я никогда не беспокоился об этом. В конце концов, я полностью доверяю тебе.

Серьезно, как можно так легко доверять другим.

Мачеха, младшая сестра, новая семья. Эти слова заполонили мою голову во время сегодняшней работы на полставки под присмотром моей красивой старшей. Согласно Заке Девора, многозадачность — это вершина глупости, и только сосредоточив внимание на чем-то одном, вы добьетесь положительных результатов. Помня это утверждение, сегодня я сосредоточился исключительно на своем первом контакте с моей предполагаемой новой младшей сестрой, поэтому совершил несколько ошибок на работе, за что меня по итогу ругала старшая. А ведь именно она порекомендовала мне ту книгу…

[П/П: Книга, о которой идет речь, была написана в 2015 году. Оригинальное название: «Singletasking: Get More Done – One Thing at a Time».]

В любом случае, когда моя смена наконец закончилась, она похлопала меня по плечу и воскликнула: «Иди и покори их, Онии-чан!» Это заставило меня понять, что в глубине души та была довольно добрым человеком.

Ночь опустилась на Сибую. Мне потребовалось несколько минут, чтобы добраться до станции Дугензаки на велосипеде после моей работы на пол ставки, и я, наконец, добрался до семейного ресторана, о котором говорил мой старик. В это время здесь всегда было ужасно многолюдно, и несколько групп девушек уже стояли перед зданием. Судя по их словам, они жаловались на парней, с которыми сейчас встречались.

— Его одежда такая безвкусная, он совершенно не знает, как ухаживать за женщиной, — сказала одна из этих девушек. Ее тело было загорелым, одежда яркой, а волосы уложены в чудную прическу. Эм, леди? Ты и сама выглядишь весьма отстойно, если тебе интересно мое мнение, или как насчет того, чтобы вместо этого разговора с подругами, сказать все это своему парню в лицо?

Решив, что если я выскажу ей свое мнение, то это не принесет никакой пользы ни одному из нас, я просто проскользнул мимо этой группки и проверил сообщение в LINE от моего старика, чтобы найти наше место. Я бы предпочел не вступать в слишком тесный контакт с такими яркими людьми, как та дама, не говоря уже об их высоких ожиданиях по отношению к другим людям. Сейчас меня ждет встреча со своей младшей сестрой из начальной школы. Опять же, не лоликонщик я! Я просто хочу убедиться, что она не вырастет такой.

— Эй, Юта! Мы здесь!

Мой старик, скорее всего, видел, как я оглядывался внутри заведения, и он позвал меня, подняв руку. Чувствуя себя неловко, поскольку теперь половина других клиентов смотрела на меня, я быстро направился к столику.

Росток мучающего меня дискомфорта уже был посажен.

Чем дольше я шел вперед, тем больше он рос, и к тому времени, когда я встал рядом с сиденьем моего старика, чтобы должным образом увидеть лица новых членов моей семьи, этот росток начал расти в геометрической прогрессии, вскоре распустившись в прекрасный цветок. Простите, но что, черт возьми, здесь происходит?

— Приятно познакомиться. Так ты Юта-кун. Извини, что позвали тебя сюда сразу после твоей работы на полставки.

— Н-нет, все в порядке. Я Асамура Юта. Значит, вы и мой отец…

— Да, меня зовут Аясе Акико. Фу-фу-фу, я много слышала о тебе от Тайчи-сана, но ты действительно выглядишь очень надежным.

Женщина, назвавшая себя Аясе Акико, заговорила с основательно сбитым мною с толку и нежно улыбнулась, когда упомянула моего старика. По ее выражению лица и взгляду я почувствовал в ней очарование взрослого человека. В основном, она была именно такой, какой описал ее мой старик. Сначала я подумал, что она из тех людей, которые предлагают свои услуги ночью в специальных кварталах. Но, увидев вживую Акико-сан, я перестал мыслить в этом ключе.

Однако сейчас это неважно. Причина, по которой я заикался в своих словах — человек, который украл мой взгляд и внимание, — сидела рядом с Акико-сан. Я действительно вижу сходство с человеком на картинке. Она, наверное, та девочка, которая станет моей младшей сестрой. Проблема в том, что она выглядела совершенно иначе, чем я ее представлял.

— Давай, представься.

— Ладно.

По настоянию матери, девушка, у которой был довольно высокий рост, длинные и почти блестящие светлые волосы, а одно из ушей украшал серебряный пирсинг, одарила меня странной улыбкой.

— Приятно с Вами познакомиться. Меня зовут Аясэ Саки.

— А, ага. Асамура Юта, очень приятно.

Она вежливо поприветствовала меня, слегка наклонив ко мне голову.

Что, черт возьми, я здесь вижу?

Я определенно вижу сходство. Если бы кто-нибудь сказал мне, что это та же девочка из начальной школы, которую я видел на той фотографии, я бы определенно согласился. Только с одним маленьким уточнением: я согласился бы, что именно так она выглядела лет десять назад! Совершенно ошеломленный, я смотрел на Аясэ Саки, сидевшую передо мной. Ученица начальной школы? Ага, щас, она уже взрослая девушка!

У нее была весьма модная прическа, да и цвет у волос был довольно ярким. Запястье украшал браслет, а на шее был закреплен чокер. Ее одежда не была слишком вульгарной, открыто обнажая при этом одно плечо. Из-за света внутри заведения было трудно оценить ее макияж, но я подумал, что он, наверняка, также был под стать композиции.

[[image:/storage/reader-images/572386ebb9886b6c3ba41ea2c8b333191c45922a.png]]

Словом, это была стильная старшеклассница, представитель мира экстравертов, в который я никогда не вступал. Тем не менее, способ приветствия и манера поведения этой девушки делали ее довольно взрослой и здравомыслящей, что только усиливало чувство неловкости, мучившее меня. А пока я решил сесть рядом со своим стариком и расспросить его о ней поподробнее

— Эй, старик, это действительно та младшеклассница?

— Ну да… то есть… я тоже впервые встречаюсь с ней… Я понятия не имел. У меня было только то фото.

— Как ни крути, она определенно моего возраста.

— Так и есть. В этом году ей исполнилось 17, и она тоже ученица второго года старшей школы.

— И ты называешь ее моей младшей сестрой?

— Ну... твой день рождения на неделю раньше ее.

— Неделя значит, да?..

Старше всего на неделю? Какая разница, мы ровесники. Сформировавшийся в моей голове образ милой младшей сестры, с которой не нужно быть чрезмерно внимательным, разбился на тысячи мелких осколков.

— Мне очень жаль, что это так вас запутало. Саки просто не позволяет мне фотографировать ее сейчас, когда она выросла, поэтому у меня была только старая фотография,— догадавшись или, что более вероятно, услышав мой разговор со стариком, Акико-сан положила руку себе на щеку и взглянула на свою дочь.

Поскольку я сам не большой поклонник того, чтобы меня фотографировали, то могу понять Аясэ-сан. Однако мне трудно внять намерениям Акико-сан. Зачем она показывала моему старику фотографию своей дочери десятилетней давности?

— Мне часто говорят, что у меня резкий взгляд, поэтому мне немного неловко фотографироваться.

— Ха-ха, это так.

Саки Аясэ-сан обеспокоенно улыбнулась, но в моих глазах она выглядела красавицей мирового масштаба. Будучи обычным парнем, каких полно вокруг, я попросту не видел недостатка, описанного ею. Но это был всего лишь мой личный взгляд на ситуацию, поэтому я промолчал. Не хотелось бы показаться ей навязчивым.

— Но я чувствую облегчение,— Саки Аясэ-сан положила руку себе на грудь.

— О чем вы? — спросил я в ответ.

— Я немного волновалась. Вдруг ты бы оказался страшным человеком.

— Хм, кто знает? Мне кажется, по-настоящему страшные люди хорошо умеют притворяться добряками.

— Я много чего узнала о тебе от Тайчи-сана сегодня. Ты работаешь неполный рабочий день, чтобы заработать денег на учебу в университете, верно? Поэтому я подумала, что ты будешь прилежным человеком.

— Не прошло и десяти минут с начала смены, как моя старшая по работе отругала меня за то, что я снова напортачил.

— А у вас хорошие оценки?

— Существует очень много умных преступников.

— Ахаха,— Саки Аясэ-сан прикрыла рот рукой и рассмеялась.

Наши родители наблюдали за этим коротким разговором с радостными улыбками. Кажется, первый контакт с моей будущей сводной сестрой сложился просто отлично. Конечно, симуляция, через которую я прошел в своей голове, сильно отличалась от реальности, но, думаю, я отлично справился, учитывая обстоятельства. Кажется, у меня получится хорошо с ней поладить.

Мы потратили немного времени на разговоры о различных вещах и планах на будущее, а затем, в 10 часов вечера, решили разойтись, так как завтра нам надо было рано вставать. Мой старик и Акико-сан решили сходить в туалет перед прощанием, поэтому Аясэ-сан и я вышли из ресторана пораньше, решив подождать родителей на улице.

Даже в столь поздний час Дугензака не спит. Глядя на пьяных мужчин и женщин, громко снующих вокруг нас, я бросил быстрый взгляд на стоящую рядом младшую сестру. Из-за своей яркой внешности, она очень хорошо сливалась с людьми, гуляющими в данный момент по Сибуе. Она принадлежала к тому типу девушек, с которым в обычных обстоятельствах я никогда не захотел бы вступать в контакт. Но, судя по разговору в семейном ресторане, она, кажется, намного умнее, чем встреченные мною несколько часов назад женщины.

Внешний вид — это всего лишь оболочка. Он не имеет ничего общего с личностью и уровнем этикета. Было бы здорово, если бы я мог выразить причину своего комфорта такими простыми словами. Однако это не единственная причина, по которой я испытываю это чувство рядом с ней. Но другие причины я просто не мог для себя определить.

— Эй, Асамура-кун, я хотела бы кое-что обсудить с тобой до того, как наши родители вернутся.

— Что-то, что вы не можете сказать при них?

— Правильно. Это те слова, что я могу сказать только тебе одному.

— Мне удалось завоевать такое доверие после одного короткого разговора? Неужели я и вправду такой потрясающий?

— Судя по твоему юмору, манере речи и выражениям, я не чувствую в тебе ничего опасного. Вот почему, как мне кажется, ты поймешь то, что я сейчас тебе скажу.

— А-а-а…

В этом есть смысл. По сути, она из того же типа людей, что и я. Вот почему я чувствовал, что что-то не так. Если так подумать, она уже приняла тот факт, что я стану ей братом, потому и начала говорить со мной более непринужденно.

— У меня не будет больших ожиданий от тебя, поэтому я хочу, чтобы ты также не ожидал ничего особого от меня.

— Ты должен понимать значение этого, правда?— добавила она. Ее взгляд был прикован ко мне, пока она ждала моего ответа. Конечно, мой ответ был предрешен. Любой другой человек отказался бы от чего-то подобного, но для меня это был тот тип человеческих отношений, который я ценю больше всего.

— Для меня это, наверное, впервые,— сказал я с улыбкой.

— Ага, для меня тоже.

— Тогда... давай продолжим такие отношения, Аясэ-сан.

— Спасибо, Асамура-кун.

Так начались мои отношения с моей новообретенной младшей сводной сестрой.

Продолжение следует...

Работала над переводом (команда RanobeList):

Не забудьте вступить в нашу группу ВК: https://vk.com/ranobelist

[[image:/storage/reader-images/5a149064aeb6d3def5f2f9b85cac50adee622d76.png]]

Я могу с уверенностью заявлять, что

младшая сводная сестра — это никто иная, как чужой человек. Для подростка,

который учится на втором году старшей школы, это, несомненно, глубокое

несчастье, но для всей семьи — величайшее событие. Взгляните, например, на

неродных сестёр в мангах, ранобэ или играх, в которых для них мужской

протагонист становится главной романтической целью, после чего у них обоих начинают

развиваться романтические отношения. Если бы я проводил свои дни в поисках её

внимания, то не обрёл бы ничего другого, кроме как принятия роли старшего брата,

который обязан оберегать младшую сестру.

В реальности совершенно другая картина.

Большинство мужчин на земле мечтают получить младшую сводную сестру, однако они

далеки от истины. Например, взять мой обычный разговор с ней, когда я вернулся

с подработки домой, увидев, что она сидит на диване и пьёт горячее какао.

— С возвращением, Асамура.

— Я дома, Аясэ.

И ничего более. Надеюсь, вы меня

поняли? Здесь нет никакого очаровательного «братик», ни колкого с холодным

взглядом: «Фу, от тебя воняет! Не разговаривай со мной, сводный брат». Несмотря

на то, что вы всё ещё остаётесь друг с другом незнакомы, вам всё равно, хотите

того или нет, придётся идти с ней на контакт. Не ждите, что она будет ластиться

к вам как домашний котёнок или, напротив, не начнёт оскорблять вас направо и

налево… И всё по той простой причине, что эти оба варианта никак не связаны с

реальностью.

Между мной и сводной сестрой нет

никаких сердечных переживаний, ни флирта, ни какого-либо бешеного сердцебиения

или уважения: просто невозможно испытать особые чувства к человеку, с которым я

был обязан жить после одинокой семнадцатилетней жизни, приговаривая, что отныне

мы обязаны быть вместе. К тому же я не могу сказать, что сразу же на следующий

день мы станем семьёй и наши чувства друг к другу с того же воспылают словно

солнце. Наверное, я бы испытал более сильные чувства к своей одноклассницей, с

которой уже провёл два года в старшей школе.

Меня зовут Юта Асамура, и я обычный

семнадцатилетний подросток, который учится на втором году обучения старшей

школы. Если кто меня спросит, зачем мне сводная сестра в таком возрасте, то я

отвечу, что мой старик до сих пор «живой» даже в таком солидном возрасте, но

всей душой я только рад за него, что он снова женился.

Я рос в семье, в которой не было и дня

без скандала. Когда мой старик сказал мне, что собирается развестись с моей

родной мамой, добавив, что он был никчёмным взрослым, я с пониманием отнёсся к

этому факту, но с холодной головой сказал ему, что я и сам понимал, что у

матери был роман с другим мужчиной. С тех самых пор я не испытывал никаких

чувств к женщинам, пока на днях мой старик не сообщил мне одну новость. Тогда я,

уже успев натянуть на себя кроссовки и взять ключи от припаркованного

велосипеда, собирался выходить на подработку в книжный магазин.

— Я снова решил жениться.

— А?

— Ты не против? Она очень

очаровательная женщина с большим сердцем.

— Я не знаю. Ты ведь мне описываешь её

одними прилагательными.

— Сверху-вниз — 92, 61, 90.

— Зачем мне цифры?.. Неужели ты

думаешь, что твой сын хочет получить именно такую информацию о своей новой

матери?

— Разве ты не рад, что теперь у тебя

будет такая красивая мама?

— Если честно, нет.

— Что?.. Я полагал, что у подростков

намного возбуждённое сознание… Правда, ты всегда был таким холодным, но…

— Эй…

Я похлопал его по плечу, сказав, что

это было грубо по отношению к собственному сыну.

Меня довольно часто неправильно

понимают, когда я говорю, что ничего не чувствую по отношению к девушкам, и

дело вовсе не в том, что они меня совсем не привлекают — наоборот, я могу

возбудиться, если увижу их в купальниках во время уроков плавания… да даже

когда увижу их голыми. К тому же я не был таким мерзавцем, чтобы начать

вожделеть взрослую женщину своего отца — ту, которая могла бы стать моей мамой.

— Но как ты вообще с ней познакомился в

свой четвёртый десяток лет? У себя на работе?

— Она работает в заведении, куда

затащил меня мой начальник после работы. Она позаботилась обо мне, когда я

напился до чёртиков.

— И ты даже не подумал, что она могла

обмануть тебя?..

Я не хочу разбрасываться предрассудками

в духе: «Все люди, работающие в ночных увеселительных заведениях — сплошь и

рядом одни преступники и мошенники», — но зная прошлый его опыт с бывшей женой,

я бы не был удивлён, если бы мне снова пришлось преодолевать те же испытания.

— Не волнуйся… Акико вовсе не такая

женщина, ха-ха-ха! — произнёс он так уверенно эту фразу, словно он и не был

против быть вновь обманутым.

Даже когда он так растерянно

рассмеялся, спорить я с ним не стал.

— Я не стану возражать твоему решению,

и просто продолжу жить так, словно ничего и не случилось.

Это и значит, что надежда на лучшее

умирает последней, но какой бы она не была и какие бы она невзгоды нам не принесла,

я не переживал, что мы будем жить в несчастии. Даже если окажется, что она нас

обманывала, когда заставила моего старика жениться на ней, то я подумал, что

пускай происходит то, чего мы и заслужили.

— Я не думаю, что теперь будет всё

просто, — вставил он. — Теперь у тебя появится младшая сестра.

— Что? Младшая сестра?

— Да. У Акико есть дочь. Она показывала

мне её фотографию, и она очень миленькая.

Получается, что эта женщина тоже была

разведена, как и мой старик. Они оба пережили неудачный брак, и, наверное, это

осознание помогло им сблизиться друг с другом.

— Вот, смотри. Прелесть, не находишь?

— Ну… есть немного.

Он выглядел очень взволнованным, когда

доставал свой смартфон из кармана, чтобы показать мне фотографию маленькой

девочки, которая по виду училась в начальной школе. На её коленях лежал какой-то

зарубежный фантастический роман, который был переведён на японский для детей. Я

заметил по выражению лица этой девочки на фотографии, что ей было очень неловко

фотографироваться.

— Поздравляю. Теперь ты — старший брат!

— сказал он мне с ехидной улыбкой.

— И зачем ты показываешь мне большой

палец?.. Ну да, есть в ней что-то очаровательное. Я не буду возражать, если она

будет рядом.

Ведь если бы она была примерно моего

возраста, то из-за неё у меня бы были проблемы, но всё сложилось совсем иначе,

поскольку она всё ещё была в начальной школе. И нет, вовсе я не любитель

маленьких девочек. Это правда, что она мне понравилась, но не до такой

извращённой степени, понятно? В любом случае она была очаровашкой, и я был рад,

что она была младше меня примерно на десять лет: мне не нужно было ходить

вокруг неё как в скорлупе.

— У нас запланирована сегодня встреча в

девять часов вечера в «Роял Хост», — сказал мой старик. — Ты сможешь подойти к

нам после подработки? Это тот ресторан рядом с твоим книжным магазином.

— Уже сегодня?

— Ха-ха-ха. Нет, просто я собирался

тебе это сказать уже целый месяц, но я даже не заметил, как быстро пролетело

время, словно это было вчера.

— Целый месяц?!

— Ха-ха-ха, прости, — почёсывал он свой

висок пальцем, при этом беззаботно улыбаясь мне. На первый взгляд он мог

показаться ненадёжным взрослым, но внутри него скрывался доброй души человек.

— Хорошо, я подойду к этому времени.

Только будь благодарен мне, что твой сын не какой-то там хулиган.

— Я верю тебе. Да и не об этом я беспокоился

с самого начала.

Серьёзно, ну вот насколько нужно быть

таким добродушным?

Новая мама, младшая сестра и, конечно

же, новая семья… Эти слова окутали мою голову во время работы на неполный

рабочий день под присмотром — настоящей

красотки — студентки, которая отчитывала меня за лодырничество. Если исходить

из книги Деворы Зак, многозадачность — это вершина глупости, и только

сосредоточившись на чём-то одном, можно добиться результата. В данном случае я

сосредоточился на встрече с моей новой младшей сестрой, которая, как оказалась,

всё ещё учится в начальной школе, и потому на меня часто ругалась старшая — та

самая красотка, — что моя голова забита вовсе не рабочими обязанностями. Стоит

заметить, что это именно она посоветовала прочитать эту книгу. И как только моя

смена окончилась, она похлопала меня по спине и сказала: «Покажи им, старший

брат!» Я всегда это знал, что в глубине души она очень добрый человек, который

переживает за меня.

В Сибуе наступил поздний вечер. Двигаясь

на велосипеде вверх по холму Догендзаки, путь до ресторана занял у меня

несколько минут. За такое короткое время я доехал до места встречи, о котором

мне сказал старик сегодня днём. В такое время суток здесь было очень

многолюдно, и перед заведением уже стояло несколько групп девушек. Как мне

удалось понять из их упрёков, все они, похоже, жаловались на своих парней. Одна

из них — с глубоким тёмным загаром и крайне радикальной причёской, одетая в

броский наряд, — говорила, что у её парня совсем не было вкуса в моде, было

мало опыта в общении с девушками и что он не мог понять её сердца. Мне хотелось сказать ей: «Извините, но вы

сами-то на себя в зеркало смотрели, прежде чем говорить такое? Может быть, вам

стоит сказать об этом ему напрямую, нежели жаловаться куда-то в пустоту?» Но я

прошёл мимо неё и сверился с сообщением моего отца в LINE, в котором он сообщил мне номер столика, за которым он

сидит вместе с моей будущей матерью и младшей сестрой. По возможности я бы не

хотел и рядом находиться с той размалёванной девушкой, которая ждёт от своего

парня невыполнимого. И я был рад тому факту, что меня ждёт встреча с младшей сводной

сестрой, которая всё ещё училась в начальной школе… Но я хочу вновь

повториться, что я вовсе не из таких людей. К тому же я не хотел возлагать на

неё больших надежд, но молился внутри себя, чтобы она не выросла точно такой же

девушкой, которую я увидел у входа в ресторан.

— Эй, Юта! Мы здесь.

Мой старик, судя по всему, заметил, что

я стою на месте и оглядываюсь по сторонам, поэтому он позвал меня, махая мне

рукой. Я опустил голову и смотрел себе под ноги, так как из-за его громкого

голоса все посетители начали смотреть на меня. Именно в этот момент во мне

посеялось семя дискомфорта.

С каждым новым шагом, с каждым новым

взглядом на мою мачеху и сводную сестру, которые сидели напротив моего старика,

это семя пускало новые корни. К тому моменту, когда я уже был у столика, моё

беспокойство расцвело как цветок.

Что-то здесь было не так. Что здесь

происходит?

— Здравствуйте! Ты, должно быть, Юта?

Прости, что тебе пришлось прийти сюда сразу после работы.

— Н-нет, что вы. Я Юта Асамура. А вы,

получается…

— Да, меня зовут Акико Аясэ. Хи-хи, Таити

многое о тебе говорил. Боже, ты так хорошо выглядишь, — женщина, назвавшая себя

Акико Аясэ, обратилась к недоумевающему мне с мягкой улыбкой на лице,

беззаботно к тому же обращаясь к моему отцу по его имени.

Смотря на её лицо, я увидел в ней

детскую невинность, но её острый взгляд полностью говорил мне о том, что она

было до боли очаровательна. Мой старик ничуть не преувеличивал, когда он мне

описывал её даже в таких деликатных подробностях. Мне казалось, что перед собой

я увидел прекрасный одуванчик, который расцвёл посреди бетона и асфальта.

Помимо неё, больше всего меня смущала

не эта великолепная женщина. Рядом с ней я увидел молодую девушку, на которую

смотрел больше, чем на неё саму. Её лицо мне было знакомо, потому что такое же

я видел и на той фотографии, которую показывал мне мой старик. Я сообразил, что

эта, должно быть, та самая девочка, которая должна стать моей младшей сводной

сестрой.

Вопреки всем моим мыслям в голове, эта

девушка оказалась совсем не такой, какой я ожидал её увидеть.

— Ну же, представься.

— Угу.

Девушка выпрямилась, став похожей на

идеально вырезанную деревянную статуэтку. Затем она провела пальцами по ярко

окрашенным волосам, благодаря чему я заметил на её ушах серёжки, которые

сверкнули мне тусклым серебром.

Девушка улыбнулась мне:

— Приятно познакомиться. Меня зовут Саки

Аясэ.

— Эм… Ах, да. Я Юта Асамура.

Глядя на неё, и я сам не осознал, как

мне получилось выпрямить спину.

…Она совершенно не выглядела как та

девочка на фотографии, но я не стану спорить с тем, что с ней и той девочкой на

фотографии были различия. Если бы мне кто-то сказал, что это был один и тот же

человек, то я бы не стал с ним даже спорить… но при условии, что именно так она

будет выглядеть через десять лет!

Я смотрел на Саки Аясэ как на призрака.

Младшеклассница? Да она уже почти бизнес-леди! Её длинные волосы были аккуратно

уложены, но такой светлый цвет сам по себе был довольно необычным. На её запястье

был закреплён браслет, уши были проколоты, а на шее — чокер. Её кофта

прикрывала только одно плечо, но я бы не назвал этот вид слишком вульгарным или

неприличным. Из-за освещения внутри ресторана я с трудом мог оценить её макияж,

но, скорее всего, она была полностью накрашена.

В общих чертах, она выглядела как

стильная девушка, которая следует последнему писку моды, как самая прекрасная

старшеклассница, с которыми мне, как я думал, никогда не придётся иметь дело. В

то же время она казалась взрослее своего возраста и рассудительной — слишком уж

дружелюбной для первой встречи. Мне было нелегко находится в её компании,

словно мы находились в двух разных измерениях.

Когда я сел на диван, я не понимал, как

мне поддерживать этот нелёгкий разговор.

— Эй, она совершенно не та девочка, которую

ты мне показывал.

— Я тоже удивился, когда увиделся с

ней. У меня была только одна фотография.

— Боже… Она уже моя ровесница.

— Так и есть. Ей исполниться семнадцать

в этом году, и она учится на втором году старшей школы.

[[image:/storage/reader-images/df3cacca4786dc4f0566766ea4507c7338f61bfb.png]]

— Звучит так, будто она никакая не

младшая сестра.

— Но ты старше её на одну неделю.

— На неделю…

Одна неделя не меняет погоду. Как бы он

это не говорил, мы были одного возраста. Образ маленькой и покладистой младшей

сестры в моей голове разбился вдребезги.

— Мне так жаль, что ввели вас в

заблуждение. Просто, когда Саки начала расти, она никогда не разрешала мне

фотографировать её, поэтому у меня была только старая фотография, — словно

подслушав наш разговор, Акико приложила ладонь к щеке и посмотрела на свою

дочь, не зная, как ей следовало поступить иначе.

Мне и самому было неприятно

фотографироваться, так что я понимал Саки Аясэ. Но чего я отказывался понимать,

так это почему Акико-сан показала моему старику фотографию своей дочери в

детстве? У меня сложилось такое впечатление, словно она не понимала всю

неопределённость ситуации.

— Я не фотогенична. На фотографиях у

меня всегда злобный взгляд, — сказала Аясэ.

— А-а, вот как.

Саки… слишком близко для только что

познакомившихся людей… Аясэ улыбнулась так, словно смутилась собственным

словам. И даже, когда она вот так улыбалась, у неё было очаровательные черты

лица, которые подходят под общепринятые стандарты красоты. Сам себя я прекрасно

понимал, почему такой невзрачный парень, как я, не любит фотографироваться, но

почему не любила она — тоже оставалось вопросом. Но все эти претензии я решил

оставить при себе: я не собирался навязывать ей свои предрассудки, что должно

нравиться и не нравиться красивым девушкам.

— Это такое облегчение…

— О чём ты? — спросил я её.

— Я боялась, что мне придётся делить

квартиру с каким-то хулиганом.

— Не знаю. Я думаю, что и хулиганы

внешне выглядят слишком хорошо.

— Я многое узнала от твоего отца, что

ты копишь деньги для поступления в университет на подработке. Я подумала, что

ты, наверное, порядочный человек.

— Буквально десять минут назад мой

старший коллега отругал меня за безответственность.

— Твой отец так же говорил, что ты

хорошо учишься.

— Многие хулиганы умны.

— Аха-ха-ха, — приложила ладонь ко рту

Аясэ, немного похихикав.

Наши родители наблюдали за этим

коротким разговором и с облегчением улыбнулись. Похоже, что первый контакт с

моей будущей сводной сестрой был пройден, и эта встреча кардинально отличалась

от той, которую я постоянно симулировал у себя в голове, но благо я смог

вовремя адаптироваться к таким переменам. Наверное, благодаря этому разговору,

у нас могут сложиться хорошие и нейтральные отношения.

Мы просидели за столиком до десяти

часов вечера, разговаривая о разных вещах и планах на будущее, и только потом

решили расходиться по домам, так как завтра утром нам нужно было рано вставать.

Перед прощанием мой старик и Акико-сан остались в ресторане, чтобы расплатиться

за счёт, а я вместе с Аясэ вышел из ресторана, где мы оба хотели их подождать.

Даже в такую позднюю ночь Догендзака

продолжал жить своей жизнью. Любуясь её пейзажами, — подвыпившими мужчинами,

женщинами в вульгарной одежде и мужчинами-зазывал, приглашающих посетить их

магазин, который они представляют своей униформой — я посмотрел на свою сводную

сестру, которая стояла рядом со мной. Своим ярким видом старшеклассницы она мне

очень напоминала этих людей, которые прогуливались по Сибуе в этот самый момент;

именно с такой девушкой, как я думал, я никогда не буду иметь делать, но тот

разговор за столиком дал мне понять, что она была очень умна.

Нельзя судить книгу по обложке, и

характер человека никак не был с этим связан. Впрочем, это было довольно

неплохо, если бы всё было так просто. Тем не менее, за этим же дружелюбным

разговором я почувствовал нечто большее, чем просто неловкость, которую мне

было трудно описать, и спустя время я понял, что скрывалось за этой «обложкой».

— Эй, Асамура. Я бы хотела поговорить с

тобой, пока наши родители ещё не вышли.

— Поговорить о том, чего не можешь

сказать при них?

— Да. Только тебе я могу это сказать.

— Мне удалось завоевать твоё доверие

после недолгого разговора? Неужели я настолько тебя удивил?

— По тому, как ты говоришь, как шутишь

и по твоему выражению лица я могу сказать, что ты довольно спокойный человек.

Поэтому я думаю, что ты поймёшь то, что я собираюсь тебе сказать.

— Ох…

Я безоговорочно понимал, что она

собиралась сказать, поскольку мы были похожи. Это, наверное, и объясняло мне

причину, почему мне было неловко находится в её компании.

То, что она собиралась сказать мне,

скорее всего, и стало первым толчком в наших отношениях как брата и сестры.

— Я ничего от тебя не жду, и хочу,

чтобы ты тоже ничего не ожидал от меня. Ты ведь прекрасно понимаешь, что я имею

в виду?

Я понимал, что неотрывно смотрю прямо

ей в глаза, когда она молча ждала моего ответа. Конечно, мой ответ был

однозначным. Возможно, для кого-то её слова прозвучали как «держись от меня

подальше», но для меня это было самое честное предложение, которое я мог себе

только представить.

— Мне приятно слышать это, — ответил я

с облегчённой улыбкой. — Наконец-то теперь я могу расслабиться.

— Да, и я тоже.

— Тогда мы будем придержаться этих

отношений, Аясэ.

— Спасибо, Асамура.

Вот таким образом я, Юта Асамура, и моя

сводная сестра Саки Аясэ начали отношения сводных брата и сестры.

[[image:/storage/reader-images/7ec0daf66ad45109717390be6798262e7628a6a8.png]]

[[image:/storage/reader-images/f55c12046d248d574fe5db7bba01a90c5b496de9.png]]

[[image:/storage/reader-images/f96f402db3691df4b51ee1d6846754e666e78188.png]]

[[image:/storage/reader-images/6a0d53f792eb25622fd71e701594778a8296c707.png]]

[[image:/storage/reader-images/1f8784b19766a6b195e0c636c605a6f83002476e.png]]

Глава 1

7-е июня (воскресенье)

— Добро пожаловать в наш дом!

...Нет, не так.

— С сегодняшнего дня мы будем жить под одной крышей, да! Хм, это

звучит немного жутковато…

Уголком глаза увидев бесчисленные картонные

коробки и новые предметы мебели, я посмотрел на свое отражение в зеркале и

повторил про себя те же фразы.

Это

происходило приблизительно в пять вечера. Я стоял в одной из комнат

квартиры, которую мы снимали на третьем этаже дома, расположенного в жилом

районе с наилучшей репутацией во всей Японии (небольшое преувеличение). Это

была четырехкомнатная квартира.

[П/П: На самом деле там написано 3LDK, что означает 3 комнаты + гостиная + кухня.

Нам ближе понятие четырехкомнатной квартиры, так как на просторах СНГ не особо

было принято отдельно выделять зал или гостиную до недавних времен.]

Для меня и моего старика она определенно была

слишком большой, но теперь эта квартира наверняка окажется маленькой.

Последние пять минут я отрабатывал выражение

лица и слова, которые я должен был сказать, чтобы поприветствовать новых членов

своей семьи.

Откровенно говоря,

вся эта предпосылка просто смешна. Я одобряю, что мой старик позаботился об

уборке и подготовке комнаты, которая будет использоваться им и Акико-сан.

Однако зачем было отправлять меня, подростка, готовить комнату для незнакомца,

который с сегодняшнего дня станет моей младшей сестрой. Это определенно не то решение, которое следовало принимать в нашей ситуации.

— Странно… куда оно делось?

— Что случилось?

Мой старик в панике ходил по коридору,

поэтому я окликнул его.

— Ах, как вовремя. Ты где-нибудь видел

освежитель воздуха?

— Должно быть, он в гостиной. Я вчера

использовал его на занавесках.

— Ах, вот как! Спасибо!

Я услышал нервный звук тапочек, идущих по

коридору в сторону гостиной.

— Почему ты так паникуешь?

— Я снова осматривал ту комнату, но, когда я

начал убираться, запах меня так сильно беспокоил… Не хотелось бы, чтобы они думали, будто у нас дома чем-то

воняет, понимаешь…

— Ты что, старшеклассница?

— Когда ты доживешь до моего возраста, это станет

и для тебя критичным моментом, понятно?! Ты поймешь, что я имею в виду, лет

через двадцать, Юта!

— Я был бы крайне признателен, если бы ты

немного больше был уверен в собственном сыне, старый пердун.

Наблюдая, как он идет обратно в спальню со

сгорбленной, словно у провинившегося кота, спиной, сжимая освежитель воздуха в

руках, я вздохнул. Если тебя это так беспокоит сейчас, то почему бы тебе просто

не заниматься уборкой каждый день? С другой стороны, это, вероятно, было бы

слишком жестокой просьбой по отношению к постоянно занятому служащему вроде

него.

— Моя комната в порядке… да?

Благодаря словам моего старика, я почувствовал

себя немного обеспокоенным.

Я пообещал Аясэ-сан, что мы не будем ничего

ожидать друг от друга, но мне все же не хочется, чтобы она страдала от сильного

зловония в комнате старшеклассника. При этом я регулярно забочусь о чистке

своих простыней, так что, если мой нос не обманывает меня, все должно быть в

порядке.

Пока я был удовлетворен результатами своей

работы, меня выдернуло из собственных мыслей, когда раздался звонок в дверь.

— Ну... вот они и здесь.

— Юта ~ Ты можешь открыть дверь вместо меня?

— Ага-ага.

Поскольку мой старик все еще был занят

удалением возможного запаха из спальни, я один направился к двери.

— Извините за ожидание?

— Мы пришли ~

Я постарался быть предельно милым. С

дружелюбной улыбкой я открыл входную дверь, чтобы эффектно застыть. Меня

приветствовала Акико-сан, в обеих руках державшая несколько сумок из

универмага. Я видел, как пищевые ингредиенты и другие предметы первой

необходимости почти что выпадали из пакетов, что сильно шокировало меня.

— Эм, Акико-сан, что это…

— Мы будем жить у вас с этого дня, поэтому я

купила всякого разного ~

— Но так много?.. Вам действительно не нужно

было…

— Не нужно быть благодарным, это не то, что

стоит внимания.

Я услышал слегка раздраженный голос. Позади

Акико-сан стояла Саки Аясэ-сан (ее руки тоже были забиты пластиковыми

пакетами).

— Мама просто не умеет говорить «Нет». Поэтому ее практически заставили купить все

эти рекомендованные консультантами вещи.

— Ах, вот почему…

— Эй, это звучит так, будто я никчемный

взрослый ~

— Да ладно, а я что, ошибаюсь?

— Э-э! Это совсем не так, верно, Юта-кун?

Она обратилась ко мне за поддержкой. Честно

говоря, я не очень понимаю, как она так легко противостоит принятию ответственности, но, когда она

показывает мне это по-детски надутое выражение лица, все жалобы просто вылетают

из моей головы.

Но врать мне как-то не хотелось. Тем более,

что Саки Аясэ-сан холодно смотрела на меня, как будто говоря мне не баловать ее

мать. На самом деле, это непросто… быть меж двух огней.

— Не стойте в дверях, проходите. Дайте я

помогу вам донести пакеты.

Следовательно, я просто решил проигнорировать

это. Один мудрый человек однажды сказал, что для достижения счастья в одиночку,

вам нужна способность игнорировать некоторые вещи. Акико-сан, похоже, это нисколько не беспокоило, и она просто улыбнулась мне,

передавая пластиковые пакеты.

— Спасибо. Ты действительно надежный человек.

— А-ха-ха.

Я неопределенно улыбнулся ее словам

благодарности и отвернулся.

Я предложил ей и Саки Аясэ-сан новые домашние

тапочки, которые недавно купил, и пригласил их войти. Когда мы прошли в

гостиную, Акико-сан изумленно воскликнула.

— М, цитрус, какой приятный запах.

— Ха, а у вас тут довольно чистенько. Саки

Аясэ-сан посмотрела на пол и на мебель и удовлетворенно вздохнула.

— Ну, мы просто по-быстрому все почистили.

Обычно тут не…

— Все действительно так, как сказал мне

Тайчи-сан. Вы действительно любите убираться.

— …Говорят, что чистота — залог здоровья.

Я проглотил свои предыдущие слова, которые

собирался выпалить.

Это было опасно. Судя по всему, этот мой

идиотский старик вел себя как святой, ухаживая за Акико-сан. Зная, что он

раньше пережил с женщинами и что такая ложь может очень быстро привести к краху

всего, я решил действовать во имя счастья моего отца и промолчал о том, что он фактически лгал ей.

Тем не менее, Саки Аясэ-сан посмотрела на меня

крайне недоверчиво.

— У вас действительно всегда так чисто?

— Конечно. Каждая частица пыли заслуживает

уничтожения — это девиз нашей семьи.

— Какой жуткий семейный девиз.

Я ни в коем случае не лгал. Я просто выборочно

изменил несколько слов из девиза, о котором всегда говорила моя деревенская

бабушка. Я до сих пор помню, как она мне улыбалась.

— Думаю, что это подходит Тайчи-сану, — Акико-сан хихикнула. — Он всегда выглядит стильно и привлекательно, но подумать только,

что он еще содержит свой дом в такой чистоте.

— Стильный… мой старик?

— Верно. В первый раз, когда он пришел в

заведение со своим начальником, твой отец выглядел довольно простым и

бесхитростным, но во второй раз уже был при параде и парфюме, даже бренд

галстука сменил

на такой, какой заставлял его казаться

первоклассным бизнесменом.

— А-а.

Это напомнило мне, что было время, когда он

вкладывал много денег в одежду и одеколоны. Я думал, что это было просто для того, чтобы

лучше вписаться в мир взрослых, но кто бы мог подумать, что это было просто для

того, чтобы произвести впечатление на женщину, которая его интересовала.

— Хэй, Акико-сан, Саки-чан!

Мой старик только что вышел из спальни. К

моему шоку, он все еще держал в руке контейнер с освежителем воздуха.

— Эй, ты…

Убери этот предмет, что у тебя в руке, прямо

сейчас! Я изо всех сил стараюсь создать тебе хорошее впечатление, а ты сам все

портишь!

Я пытался передать это простым зрительным

контактом. Однако это совсем не сработало, так как мой старик просто улыбнулся,

как будто практиковался перед зеркалом, и сказал следующее.

— Добро пожаловать в наш дом! М-мы будем жить

теперь под одной крышей, так что давайте постараемся!

Ужасно. Никак не могу припомнить более

постановочной и преисполненной фальшью речи, чем та, что сейчас сошла с уст

моего старика. Он был очень плох в подборе слов для своего приветствия и даже прикусил

язык, а на его выражение лица было больно смотреть.

— Я очень рада такому теплому приему ~ Вот, я

принесла подарки!

— Разве это не сырая ветчина? Замечательно,

давайте позже устроим вечеринку!

…Что ж, я думаю, они все-таки хорошая

пара. Акико-сан даже не потрудилась обратить внимание на освежитель воздуха в

его руке, и он, естественно, принял гору еды, как будто это было само собой

разумеющееся.

— Эй, Асамура-кун.

— Хм?

— Я хочу увидеть свою комнату. Не мог бы ты

показать мне ее?

— А-а, да, конечно.

Саки Аясе-сан и я оставили багаж и сумки с

покупками в гостиной, после

чего мы отправились в

ее новую комнату.

— Ну вот и она…

— Хах, так вот она какая…

— Я приготовил шторы и кровать, но не знал,

какой цвет вы предпочитаете для простыней, поэтому, если вы захотите их

поменять, то не стесняйтесь сказать мне об этом. Я поставил стол у окна, но,

если вы захотите его переместить, просто дайте мне знать.

— Спасибо. Ты действительно подготовил все…

ох, — она быстро прошла мимо меня, выйдя на

середину комнаты.

Ее тон был довольно безразличным, но глаза

были полны любопытства, как у кошки на ночной прогулке. Теперь передо мной

стояла совершенно нормальная девушка. Добавив к этому ее роскошные волосы и

одежду, получалась прекрасная картина, которая не могла не заворожить меня.

Даже не знаю: шампунь это был, или духи, или может даже излишне бурное

воображение девственника (меня), но сладкий аромат наполнил собою всю комнату.

— Она действительно большая, — девушка обернулась.

— Разве? Думаю, она вполне обычная.

— Раньше мы жили в довольно маленькой

квартире. В одной комнате было всего около шести татами, а у меня даже не было

собственной комнаты.

[П/П: Примерно 10 квадратных метров. Да,

это вся жилая площадь. Обычно такие квартиры называют студенческими. В японской

терминологии это что-то среднее между 1K и 1DK, скорее всего, первый вариант.

Общая площадь такой квартиры составит примерно 15-20 квадратных метров, там

будет маленький кухонный юнит, отдельный туалет и небольшая комнатка, площадью

как раз в 10 метров. И нет, это не студия, студия не имеет планировки и обычно

нужно ее самому делать. Такие комнаты можно назвать забавы ради «маленькими

человейниками».]

— Вы спали в одной комнате?

Тогда понятно, почему их мебель довольно

новая.

— На самом деле нет. Обычно я спала одна. В то

время мама как раз была занята ночной работой, поэтому наши ритмы жизни были

практически полностью противоположны.

— Думаю, это было намного приятнее, чем

внезапно начать жить с двумя мужчинами… Я сожалею.

— … Это нормально, но есть одна вещь, которая

меня искренне беспокоит…

— Какая же?

— Это...

— А?

— Почему ты так любезен со мной? Конечно, если

это какие-то личные или религиозные убеждения, тогда ничего страшного.

Я не принадлежу к какой-то подозрительной

секте. Я просто полагаюсь на общественные правила использования вежливой речи

по отношению к человеку, которого почти не встречал, эта привычка, кажется,

всегда была со мной.

— Даже если вы спросите меня о причине…

— Мы ровесники, так почему бы тебе просто не

расслабиться? Мне не нужно, чтобы ты был настолько внимательным или что-то в

этом роде.

— Я делал это именно потому, что мы одного

возраста…

— А? Разве не странно быть настолько вежливым

по отношению к однокласснику или другу?

— Это логика силы, и она мне не подходит.

Вы должны помнить, что за 17 лет своей жизни я

почти не контактировал с девушками. Особенно с таким ярким типажом, как Саки

Аясэ-сан. Она сказала, что все нормально, но для человека с таким прошлым, как

у меня, преодолеть это препятствие будет непросто.

— В самом деле? Что ж, я не собираюсь

указывать тебе, что делать, Асамура-кун. Я просто не хотела, чтобы ты был

слишком внимателен ко мне.

— На самом деле я не планировал этого делать…

А-а-а, — в середине предложения я кое-что придумал.

Мы пообещали друг другу не иметь никаких

ожиданий. Это произошло в день моей первой встречи с Саки Аясэ-сан. Я подумал

об этом и спросил девушку:

— Я чувствую, что было бы лучше подтвердить

это прямо сейчас. Вы бы предпочли, чтобы я перестал так вежливо говорить?

— Честно говоря, это позволило бы мне немного

расслабиться. Я не такой человек, который заслуживает настолько много уважения.

— Хорошо, тогда я перестану.

Аясэ-сан от удивления широко раскрыла

рот.

— Это было быстро.

— Что ж, относиться к тебе как к давнему другу

будет невозможно, но... раз уж ты просишь об этом. Не говоря уже о том, что мне

так тоже будет удобнее.

— Понимаю. Я тоже так подумала, — Аясэ-сан улыбнулась.

Обычно ее тон и выражение лица всегда были

сухими и довольно холодными, но впервые я почувствовал, что вижу, будто бы они

немного смягчились.

[[image:/storage/reader-images/e34fa50295304db1f6afe2c41f2ffd105b80b373.jpg]]

— Очень помогает то, что мы можем

приспособиться настолько легко.

— Приспособиться, да? Ну... в целом, так и

есть.

Это то, что мы с Аясэ-сан только что сделали.

Во-первых, Аясэ-сан подумала о том, что я могу быть частью какой-то религиозной

секты, которая использует вежливое обращение, и предложила мне отказаться от

него, потому что ей это не нужно. Затем я понял, что она хотела, чтобы я не

говорил так вежливо, и когда я согласился, показалось, будто бы ей стало спокойнее

и легче.

Так это и есть нормальный разговор и общение,

которое можно найти где угодно? Я не знаю. Но для меня такие корректировки

произошли впервые. В большинстве случаев люди, с которыми вы разговариваете,

требуют понимания и сочувствия.

«Если не объяснишь, я не пойму твоих чувств!»

«Почему ты не понимаешь, что, говоря так, ты

меня злишь!»

И так далее.

Люди просят невозможного, учитывая, что вы не

можете заглянуть им в голову. В таком случае, почему бы не раскрыть свои карты

с самого начала? К

примеру:

«Сказав то или это, вы меня рассердите».

«Я дорожу тем и этим».

«Понятно, я учту это».

Не ждите, что другой человек поймет вас, лучше

ищите способы предупредить возникновение возможных конфликтов.

— Если бы только все могли быть такими сухими

и прямолинейными при взаимодействии с другими людьми... Так же, как мы с тобой,

Асамура-кун.

— Скажи это еще раз.

Я не понимаю, почему ей так не нравится

вежливая речь. Но пока я знаю, что она такое не жалует, я могу приспособиться и

заставить ее чувствовать себя более комфортно. Это весьма расчетливое решение.

Если бы все люди честно подстраивались под чувства друг друга, мир стал бы

лучше, но, к сожалению, общество так не работает.

— Когда я подхожу к своим друзьям в школе с

таким предложением, они просто смеются надо мной, спрашивая: «Это что, какой-то

контракт?» И просто игнорируют меня.

— Звучит довольно печально.

— Ага. Вот почему я разорвала отношения со

всеми, кроме одного человека.

— О-о… это по-настоящему сурово.

Не могу судить, смелая она или просто

безразличная. Но то, что она сказала мне это с улыбкой, придало фразе странное

ощущение правдоподобия.

— Я отвергаю только тех, кто действительно

этого заслуживает, или же не интересен мне. Это такая трата времени — иметь

дело с людьми, в диалоге с которыми я могу наступить на мину и заставить их

сердиться на меня.

— В самом деле… Кстати о пустой трате времени,

простое стояние здесь бессмысленно. Могу ли я помочь тебе с твоими вещами?

— Как мило с твоей стороны.

— Раннее создание долговых обязательств поможет

мне в долгосрочной перспективе. Для меня это абсолютно беспроигрышный вариант.

— Мощно...

— Не дразни меня, ладно…

— Я пыталась похвалить тебя. Ладно, с чем же

ты бы мог мне помочь…

Аясэ-сан оглядела комнату, ища что-то.

— Во-первых, я хотела бы кое-что выложить. У

тебя есть нож?

— Конечно есть.

Я очень быстро вернулся в свою комнату, взял

резак и, вернувшись, подошел к картонной коробке, на которую она указывала.

— А, просто отдай его мне, я сделаю это сама.

— Не волнуйся, я же сказал, что помогу.

— Нет, проблема не в этом. Там…

Я слышал голос Аясэ-сан за моей спиной, но мои

руки уже двинулись, чтобы разрезать пленку. Вскоре после этого картон медленно

раскрылся, обнажив белую ткань. В тот самый момент я пожалел, что не

прислушался к словам Аясэ-сан.

— … Моя одежда.

— Я действительно хотел бы, чтобы ты сказала

мне это заранее!

Я повернулся спиной к только что увиденным

мною предметам и спешно отдалился от них на некоторое расстояние.

Конечно, Аясэ-сан сразу же рассмеялась, увидев

такую невинную реакцию.

— А-ха-ха, не надо относиться к нему как к проклятому

объекту. Это довольно неприятно, понимаешь?

— Яд для глаз, так ведь говорят? Для

мальчика-подростка моего возраста это буквально яд во многих смыслах.

— Только если бы я была в них секунду назад.

После стирки это почти то же самое, что носовой платок, не так ли?

— Перестань играться с ними, молю тебя.

Даже если я знаю, что объект, которым она

машет, представляет собой просто белую ткань, это все равно заставляет меня

чувствовать себя странно.

Я думал, что мы оба находимся на одном уровне,

когда дело касалось наших ценностей в человеческих отношениях, но я думаю, что

между нами все-таки есть огромная пропасть.

— Хорошо, пока я разбираюсь с нижним бельем,

не мог бы ты повесить мою форму на вешалку?

— Я чувствую, что униформа тоже способна

простимулировать меня.

— Не думай об этом, ладно? Все равно ты только

этим и можешь сейчас мне помочь. Просто игнорируй свои сомнения и делай, что

говорят.

— Д-да. Я спокоен.

«Спокойный и собранный». Прогоняя эту фразу в

голове, я взял ее форму.

Рубашка, юбка, кардиган — все это было

настолько мягким, что мои чувства невольно начали обостряться.

— А?

Моя рука остановилась.

Зеленый галстук школьной формы попал в поле

моего зрения, и меня охватило чувство дежавю.

— Это… Аясэ-сан, ты ходишь в школу Суйсей?

— Ага, правильно. Ты шокирован, увидев такую

​​яркую девушку, как я, посещающую подобную ​​школу высокого уровня?

— Да я не об этом… Я тоже учусь в ней.

Одна из многих ведомственных школ района

Сибуя, а также школа с практически университетской системой занятий. Там строго

относятся к учебе, но пока вам удается держать свои оценки достаточно высокими,

вы получаете разрешение даже работать неполный рабочий день, и из-за этой

гибкости я выбрал эту школу.

Подумать только, младшая сестра, которую я

случайно получил после повторного брака отца, оказалась моей ровесницей и даже

ходила в ту же школу, что и я. Что за ирония судьбы? Хорошо хоть, что она не из

того же класса, что и я. Насколько неловко было бы, если бы это было так.

Мне было любопытно, как отреагирует Аясэ-сан,

и, как оказалось, она о чем-то задумалась.

— Значит, Асамура-кун тоже из Суйсей… Хм…

— …Мне вроде как неудобно. Мой старик ничего

не говорил об этом...

— Все хорошо. Мама тоже молчала об этом. Тебе не

нужно извиняться.

— Как же неудобно, правда? Я постараюсь вести

себя в школе так, как будто мы не знаем друг друга.

— А? Нет, меня это полностью устраивает. Я

имею в виду, если тебе так удобнее, то пусть будет так.

— Что ты...

Мои слова были прерваны звонком телефона в

кармане. Мне было интересно, кто мог позвонить в такое время, но на экране

мобильного было одно слово — «Работа».

— Подними трубку, я не против. Я не хочу

мешать тебе или что-то в этом роде.

— Мы действительно ладим, да.

Я сказал это, положительно оценив ее реакцию,

и вышел из комнаты, чтобы принять звонок.

Поскольку звонили в такое время, я подумал,

что это произошло из-за того, что в нашем графике смен образовалась дыра, и они

нуждались в том, чтобы кто-нибудь вышел на работу, дабы им помочь. Собственно говоря, все было именно

так, поэтому я, как обычно, согласился.

Прервав звонок и вернувшись в комнату, я

обнаружил, что Аясэ-сан была сосредоточена на своей работе по складированию

вещей. Заметив меня, она медленно обернулась.

— Что они сказали? — равнодушно спросила она.

— Я им нужен на работе. Извини, что не могу остаться и помочь.

— Ничего страшного, это с самого начала было

только моей проблемой.

Поскольку это была срочная ситуация, Аясэ-сан

не подавала никаких признаков недовольства. Несмотря на то, что она девушка

моего возраста, красавица и выглядит как человек, с которым мне даже говорить непозволительно, причины, по которым я могу поддерживать такой спокойный разговор

прямо сейчас, вероятно, были

спокойная атмосфера вокруг нее и очень утонченное отношение. Она ощущается не девушкой моего возраста, а, скорее, взрослой.

— Тогда я пойду.

— Ага, береги себя.

С довольно сухим прощанием она вернулась к

своей работе. Ее вид был как нельзя далек от того, что люди представляли себе,

когда слышали словосочетание «младшая сестра». Однако от этого мне было только

спокойнее, и я спокойно покинул комнату.

Книжный магазин находился недалеко от вокзала

Сибуя. Выйдя у

статуи Хатико, нужно пройти через

перекресток, полный туристов и блогеров, снимающих все вокруг и

фотографирующихся рядом с вами, и вы выйдите как раз к магазину.

Когда вы попадете в это восьмиэтажное здание,

где всякая реклама мобильных игр звучит вокруг вас, знайте, где-то там я

работаю как сотрудник книжного магазина.

С детства я любил книги, будь то японская

детская литература или ее заграничный аналог, я перепробовал практически все

жанры. Я не просто читал, я

практически ел эти книги. Я грыз их, пока не переваривал. Вот почему работа в

таком месте, где меня окружали всевозможные новинки, была для меня раем.

Книги прекрасны. Они показывают вам жизни

самых разных людей. Дают опыт, который Асамура Юта никогда не смог бы

приобрести сам. Конечно, речь не только о сказочных историях. Еще есть

автобиографии и книги по бизнесу. Когда вы читаете много книг, ваша голова

наполняется знаниями и опытом.

Ограниченность, чрезмерная гордыня,

высокомерие и самовлюбленность. Читая книги и получая метазнания, вы можете

избавить себя от страданий из-за этих смущающих черт личности, и, вероятно,

именно так я и смог избежать их приобретения; благодаря книгам.

Мозг среднего взрослого человека весит

примерно 1400 грамм. Вы могли бы подумать, что это достаточно много и что там

обязательно найдется место для здравого смысла. Но, как по мне, немногие

обзаводятся подобным качеством, что меня сильно беспокоит.

Если бы я даже не читал в детстве никаких книг, то все-равно

полюбил бы их.

Восемь вечера. Я начал работать примерно в

18:00, и эти два часа пролетели ужасно быстро, ведь именно на это время приходится

наибольший приток клиентов в выходные дни. К тому времени, когда количество

клиентов уменьшилось, и я подумал, что наконец могу перевести дух,

сосредоточившись на беглом осмотре книг на полках, я стал свидетелем некоторой

сцены.

— Ух ты, леди, вы полностью в моем вкусе. Я влюбился с первого взгляда.

— Вы ищете книгу?

— Эх, как ты можешь быть такой милой? Как

насчет того, чтобы перекусить после того, как работа закончится? Когда ты

закончишь?

— Я не помню такого названия, не могли бы вы рассказать мне поподробнее?

— О чем ты говоришь, лол. Ты такая забавная,

ха-ха.

Яркий мужчина преступного вида изо всех сил

старался добиться внимания нашей сотрудницы. Он даже не заметил иронии девушки,

поэтому

нисколько не съежился.

Это что-то вроде типичного явления здесь, в Сибуя, но увидеть это своими

глазами, не говоря уже о необычной окружающей обстановке для такой сцены, было

редкостью.

Та девушка, которую пытался склеить мужчина,

была идеальным примером Ямато Надесико* с длинными черными волосами. Начитанная девушка, чистая и

правильная — эти черты, в совокупности со сладким ароматом, исходящим от

девушки, переводили ее в совершенно другую лигу в сравнении с обычными

представительницами женского пола. Даже во время этой жалкой попытки склеить

ее, она продолжала нежно улыбаться, никак не реагируя на фразы говорящего. Это

был пример безупречного обслуживания клиента. Однако ее глаза совсем не

улыбались…

[П/П: Ямато Надесико

— идеальный пример японской жены с длинными красивыми волосами, которая,

ко всему прочему, является преданной мужу умелой домохозяйкой.]

Я действительно не хочу никаких проблем, но…

С этими мыслями я направился к источнику шума,

держа в руке папку с какими-то списками.

— Семпай, есть кое-что, с чем мне понадобится

ваша помощь.

— Да? С чем?

— Все дело в списке новых поступлений. Я не

знаю, как проверить его содержимое на компьютере.

— Понятно, я сейчас буду.

— Что... эй!

Кажется, девушка поняла мою игру и ушла

оттуда, оставив позади растерянного мужчину. Он попытался дотянуться до ее

тонкого запястья, но его рука наткнулась на папку в моей руке.

— У вас есть еще какие-то вопросы к моей

Семпай?

— А?

Конечно, мы не в таких отношениях. Это был

простой блеф, чтобы заставить этого человека сдаться. Замерев с открытым ртом,

через пару мгновений этот мужчина хлопнул в ладоши и извинительно опустил голову.

— Я не очень хорошо умею читать настроение,

так вот! Разумеется, что у такой красавицы обязательно будет парень.

— Ага. Ну да.

Честно говоря, я был сбит с толку. Судя по

всем типам плохих парней, которые появлялись в прочитанных мною книгах, я

полагал, что он станет агрессивным, оскорбит нас или что-то в этом роде, но по

факту этот мужчина довольно легко отстранился. С другой стороны, возможно это

лишь исключение, подтверждающее правило.

— Парень, тебе лучше дорожить ею. Будь

счастлив!

Сказав эти слова одобрения, он вышел из магазина.

Теперь, когда шум стих, в магазин вернулась

тишина.

Понимая, что мы привлекли внимание других

клиентов, я попытался скрыть покрасневшие уши, посмотрев в пол, и вернулся на

кассу.

— Спасибо, Кохай-кун. Ты действительно помог

мне с этим. Кроме того, если этот парень собирался так легко сдаться, почему он

вообще был таким упертым в своих ухаживаниях… Верно, мой дорогой Бойфренд-кун?

— Пожалуйста, перестаньте.

— Неужели наша любовь длилась всего минуту?

Как грустно.

Когда мы снова остались только вдвоем, ее

притворная улыбка исчезла, вместо нее она просто высунула язык в дразнящей

ухмылке. Она только сейчас повесила табличку с именем с правой стороны своей

рабочей формы, до этого придерживая ее у уголка губ, поддразнивая меня. Там я

мог прочитать ее имя — Ёмиури Шиори.

— Разве мы не должны носить табличку с именем

в рабочее время?

— Это особый подход.

Ёмиури-семпай прижала палец к губам и

подмигнула мне, как будто она говорила мне держать это в секрете.

— Правила нужны для того, чтобы организация работала гладко,

верно? Если бы он рассказал о моем имени другим, у нас скоро появилось бы

множество подобных ему людей.

— Ну... в этом есть смысл.

[[image:/storage/reader-images/bb86dc0a291d45d63c3b1323230ecf850cdff4df.jpg]]

Она явно была не тем человеком, который

позволял другим играть с ней. Честно говоря, я думаю, что креативность и мудрое

мышление Семпай — ее самые очаровательные стороны, но полагаю, что большинство

мужчин в этом мире, очевидно, не согласятся со мной.

— Это уже третий раз за месяц, эх...

— Сейчас только седьмое число, так что с этим

инцидентом мы выходим на темп раз в два дня.

— Третий раз на работе... Как я могу теперь

сосредоточиться?

Ёмиури-семпай спряталась от глаз посетителей

за кассой, испустив подавленный вздох.

— Вот бы они перестали делать это в магазине.

Когда я пытаюсь помочь, ты сразу меня дразнишь…

Впрочем, я уже к этому привык.

— Как всегда, большое спасибо. Ты

действительно надежный, Кохай-кун.

— … Мне жаль, я не хотел, чтобы ты чувствовала себя обязанной мне.

— Все хорошо. Ты мне действительно очень

помогаешь, и я чувствую себя обязанной.

Она засмеялась и похлопала меня по плечу.

Случайному прохожему Ёмиури-семпай может

показаться традиционной и правильной Ямато Надэсико, но, оставаясь со мной

наедине после смены, она часто шутит и дразнит меня, как, например, сейчас, или

использует довольно свободный тон. Сначала я был немного растерян из-за ее

привлекательной внешности, но как только вы привыкаете и понимаете, что она за

человек, с ней весьма легко поладить.

— Я вижу, ты так же популярна, как и всегда.

Наверно потому, что ты такая красавица.

— Кохай-кун… Если ты продолжишь хвалить меня

так естественно, то можешь в конечном итоге стать таким же человеком, как тот

мужчина.

— Не пугай меня так, ладно?

— Ну, я не думаю, что это из-за моей

внешности. Разве я выгляжу достаточно легкодоступной, будто меня стоит лишь

немного подтолкнуть?

— Ну выглядит действительно так…

Из-за того, что она сказала это четко и прямо,

я не мог подобрать слов.

Конечно, Семпай выглядит невинно, но, полагаю,

она достаточно взрослая. В Сибуя есть то, что можно назвать еретическим

прикосновением, из-за которого такие люди, как тот парень, могут неправильно

понять манеру поведения Семпай... Я не могу представить, как много мужчин здесь

нацелены на поиск девушки, не имеющей большого опыта общения с мужчинами,

которую можно привлечь всего лишь легким флиртом.

— Скажи, Кохай-кун. Все это время я улавливаю

от тебя какой-то женский запах. У тебя появилась девушка или что-то в этом

роде?

У Семпай есть легкие садистские наклонности.

— Не надо так шутить, пожалуйста… Но разве я

действительно так сильно пахну?

— Воняешь на всю комнату. Сколько часов вы

флиртовали, чтобы накопить столь насыщенный аромат?

— Позвольте мне уйти пораньше. Я пойду домой и

приму душ.

— А-а, я просто пошутила. Не оставляй меня

одну.

Я понюхал одежду и притворился, будто иду

домой, когда Ёмиури-семпай прижалась ко мне. Прямо сейчас в магазине только она

и я. Хотя мы преодолели пик шторма, заставлять ее работать в одиночку было бы слишком жестоко. Тем не

менее, я просто притворялся и не собирался возвращаться домой раньше

положенного.

— Просто… ты рассказывал ранее о своей

ситуации, поэтому мне было интересно.

— А-а…

Теперь, когда она упомянула об этом, я

действительно вспомнил, что просил у нее совета. После того, как я узнал, что

моя предполагаемая младшая сестра на самом деле была девушкой моего возраста, я

не знал, как мне обращаться с ней и как следует вести себя. Поскольку Ёмиури-семпай

— единственная девушка в моем окружении, с которой у меня получается легко

разговаривать, я попросил ее дать несколько советов. Конечно, меня просто

подразнили, высмеяли и не дали никакой полезной информации.

— Я ничего не могу сказать, зная только то,

что это девушка. У всех людей разные личности, хобби и ценности.

Это было ее мнение, и оно имело для меня

смысл, так что я даже не мог пожаловаться.

— И какая она? Миленькая?

— Я стараюсь не рассматривать ее с такой

позиции.

— Я знаю, что ты не из такого рода людей. Я

говорю о твоей объективной точке зрения.

— Объективно… она довольно красива, да.

Я ответил максимально честно.

Мне было довольно трудно это сказать. В конце

концов, с сегодняшнего дня она будет моей семьей, поэтому, когда я говорю о ней в

таком ключе, чувство вины наполняет мою грудь, заставляя чувствовать себя

неловко. Что касается человеческих взаимоотношений, она из тех, кто разделяет

со мной многие мысли, но она живет в таком мире, с которым я никогда не думал,

что пересекусь.

У нее отличный стиль, милое и очаровательное лицо,

красивые светлые волосы, а одежда и аксессуары, которые она носит, идеально

дополняют ее образ. Она явно отличалась от фонового персонажа вроде меня,

который привык к более незаметному существованию. Вместо того, чтобы радоваться

любому комплименту, который я мог ей сказать, она, вероятно, сочла бы меня

отвратительным.

— У-фу-фу, живешь с такой красавицей, тебе повезло.

— Ничего не случится.

— Ничего-ничего?

— А нельзя ли обойтись без этих твоих грязных

шуточек? Это действительно твоя дурная привычка.

— Все это время я училась в школах только для

девочек, так что тут уже ничего не поделаешь.

— Моя оценка школ только для девочек

неимоверно падает…

— Это правда.

— …Серьезно?

— Что ж, тебе решать, верить или нет…

понимаешь?

Она говорила о школе только для девочек словно

о какой-то городской легенде, подмигивая мне.

В сердце я решил ей не верить. Мне хотелось

сохранить в нем образ, свойственный юри-манге, который проявлялся в школах

только для девочек.

— Ну, сам я все-таки парень, поэтому у меня в

голове возникают подобные мысли. Но, честно говоря, у меня даже нет времени

обдумывать все эти стремные и неправильные идеи.

— Хм?

— Просто задумайся над этим. Я живу под одной

крышей с членом семьи моего возраста и другого пола. Это слишком сложно для

меня, у которого никогда раньше не было опыта такого рода.

— Так в твоих глазах я даже не девушка?

— В конце концов, в душе ты мужчина.

— А-ха-ха! Эй, разве это не слишком жестоко?! То

есть, я понимаю, почему ты так говоришь, но все же!

— Ты для меня как друг, или как надежный

старший товарищ.

А еще она всегда отпускает эти свои грязные

шутки…

— А-ха-ха… Хорошо, я поняла. Из этого разговора я

поняла, что ты ужасно плохо умеешь общаться с девушками.

— … Я, пожалуй, воздержусь от комментариев.

Не то чтобы я мог что-то с этим поделать.

— Честно говоря, я в растерянности. Какие

отношения подошли бы нам как брату и сестре? Насколько внимательным я должен

быть к ней? Эти заботы заполняют мою голову, у меня даже нет времени

наслаждаться этой ситуацией.

— Просто веди себя как обычно, Кохай-кун.

— Разве меня не будут ненавидеть из-за этого?

— А ты ненавидишь мою естественную манеру

поведения?

— … Вовсе нет.

— Ну вот!

— Но ты же красавица, Ёмиури-семпай… Твое

естественное поведение и мое нельзя даже сравнивать.

— У тебя такая ужасная самооценка. Ты мне

очень нравишься, Кохай-кун.

— Ты странная...

— Теперь ты говоришь противоположные слова, но

имеешь в виду то же самое. Мне это нравится. Чувствуется талант.

— Я говорю именно то, что имею в виду.

В середине разговора ее лицо преисполнилось

критицизмом, когда она кивнула самой себе. По ее словам, она, как начитанная

девушка, находится в постоянном поиске красивой риторики в повседневных

разговорах. Я не понимаю, как это связано с тем, что она постоянно ​​отпускает какие-то

сальные мужские шуточки, но я проглотил это свое сомнение.

Я чувствовал себя немного озадаченным при

мысли, что какой-то мужчина средних лет спит внутри такой начитанной красавицы,

как она. Ёмиури-семпай ушла со словами: «Да где же она…»

только для того, чтобы вернуться с книгой в руке.

— Вот, я рекомендую тебе это.

— «Наука о мужчине и женщине»?

— Это психологическое исследование, основанное

на опросных данных и советах о том, как ладить с другими людьми, особенно если

они принадлежат к противоположному полу. Это станет отличной базой знаний,

верно?

— По крайней мере, звучит интересно.

Я быстро пролистал страницы книги и сказал

это. Просто взглянув на содержание, я понял, что эта книга, несомненно будет

для меня полезной.

Согласно ей, вам нужно понять другого

человека. После этого нужно разобраться в себе. Для этого вам нужно получить

объективное представление о себе. Я раньше читал нечто подобное в других

книгах.

Я решил попробовать увидеть себя в объективном

свете, и такой опыт не является чем-то совершенно новым для меня. Однако была

одна часть в содержании этой книги, которая действительно привлекла мое

внимание.

— Если вы хотите научиться воспринимать себя

объективно, начните вести дневник!

Это метод, которым я могу сразу начать

пользоваться. Просто прочитав это, я уже почувствовал интерес. Ёмиури-семпай,

очевидно, уловила это и расплылась в дьявольской ухмылке.

— Я знаю человека, которому эта книга

действительно помогла.

— Ты использовала эту книгу раньше?

— Звучит убедительно, не правда ли? Я имею в

виду, мы с тобой довольно давно знаем друг друга и хорошо ладим, так что все

будет хорошо.

— Да, это довольно убедительно.

Одна реализация потребует более сотни выводов.

Чем верить сальным проповедям о диетах, лучше поверить бывшему толстяку, который

перенес строгие тренировки. В итоге я решил купить эту книгу.

По окончании смены, когда я переоделся обратно

в свою форму, то купил книгу у Ёмиури-семпай, смена которой длилась до

полуночи. В отличие от меня, старшеклассника, которому разрешалось работать

только до 22:00, она все еще застряла там. Я взял у нее книгу, сунул в сумку и,

собираясь уходить, снова обернулся.

— Если какой-то парень, как прежде, попытается

к тебе снова приставать, звони мне в любое время. Мой байк готов к езде в любое

время.

На секунду Ёмиури-семпай казалась сбитой с

толку. Однако это выражение быстро изменилось, когда она показала счастливую

улыбку.

— Как надежно ~ Тогда я позвоню тебе, а потом в полицию.

— Сделай наоборот, пожалуйста.

Если вы собираетесь позвонить в полицию, то

даже не связывайтесь со своим Кохай-куном.

К тому времени, как я добрался до парковки

около моей квартиры, было уже десять вечера. По дороге домой я балансировал

велосипед одной рукой, второй ища приложения, которые можно было бы

использовать для ведения дневника, поэтому дорога заняла больше времени, чем

обычно. Я остановил свой любимый байк на велопарковке, поднялся лифтом на

третий этаж, где меня снова охватило чувство вины.

Обычно я просто приходил домой, когда мне было

удобно, но не помню, чтобы рассказывал Акико-сан или Аясэ-сан, как долго я буду

отсутствовать на моей работе с частичной занятостью. Я надеюсь, что мой старик

дал им правильное объяснение, но я не могу не ожидать каких-либо неприятных

последствий.

Помня о шансах, что моя семья уже спит, я

осторожно открыл дверь и как можно тише направился в гостиную. Я видел свет,

пробивающийся сквозь затененную стеклянную дверь, значит, кто-то еще не спал.

Чувствуя напряжение в своем теле, я направился внутрь. Как оказалось, Аясэ-сан

сидела одна на диване.

Я решил, что это горячий шоколад или что-то в

этом роде, так как из чашки, которую она держала, шел слабый пар. Она смотрела

на свой телефон, ничего не выражая лицом, вероятно, просматривая социальные сети.

Может, даже переписывалась с кем-то. Друзья? Парень? Будучи такой красивой

девушкой, с которой легко разговаривать, такое было бы вполне возможно:

— Я дома.

— А? Ну да.

Она оторвалась от телефона, что немного

взволновало меня.

Вместо того, чтобы просто расплывчато

ответить, казалось, она была застигнута врасплох, не зная, что сказать. Как

будто иностранец спросил у нее дорогу в районе, с которым она не слишком

знакома.

— … Аясэ-сан?

— Извини, я просто не привыкла это слышать,

поэтому не знала, как ответить.

— А-а… верно. Потому что вы вели совершенно другой образ жизни.

Она упомянула, что, поскольку Акико-сан всегда

работала по ночам, их время сна никогда не совпадало. Когда я впервые услышал

это, то просто подумал: «Думаю, такие семьи тоже существуют». Но поняв, что

именно это означает, я почувствовал, как у меня сжалось сердце.

— И к чему это серьезное выражение?

Аясэ-сан криво усмехнулась.

Похоже, внутренние мысли отразились на моем

лице.

— Все нормально. Со мной не обращались ужасно

или что-то в этом роде. Когда я уходила в школу, она приходила домой, немного

спала и заканчивала свои домашние дела, а когда я возвращалась домой, она уже

уходила на работу. Для нас это было обычным делом.

— Несмотря на твои слова, кажется, ты все же

принимаешь это довольно близко к сердцу.

— В конце концов, мы же мать и дочь. Сегодня

мы вместе прошлись по магазинам спустя долгое время, это было довольно весело.

По крайней мере, она так сказала, но в ее

голосе не было особой интонации, никакого выражения не возникло на ее лице.

Я просто слушал ее рассуждения, поскольку она

говорила о прошлом ужасно сухим тоном. Причина, по которой я не чувствую от нее

одиночества, возможно в том, что она уже к нему привыкла. Мы говорим об одном

родителе и одном ученике старшей школы. Я знаю, что не из тех, кто общается на такие темы, но

лично я бы не особо переживал из-за того, что какое-то время не могу видеться с

родителями.

Что еще более важно, похоже, я побеспокоил ее,

когда она была занята своим телефоном. Чувствуя себя жалким и виноватым, я

хотел уйти и спрятаться в своей комнате.

— Я думал принять ванну, а потом лечь спать…

— Валяй. Я не против быть последней в обоих

этих действиях. Я всегда довольно поздно ложусь.

[П/П: Японцы очень сильно экономят на воде, и у них нормально, если

вся семья принимает ванну с одной водой, так как перед ванной они принимают

душ, а ванная — это просто способ расслабления.]

— Хорошо, понял.

Когда я шел в свою комнату, готовясь к ванне,

я думал о последних словах Аясэ-сан. Она сказала, что не против принимать ванну

последней. Она также не против ложиться спать последней. Я имею в виду, что это

имеет смысл, если задуматься. Ей совершенно не нужен парень, которого она едва

встретила, не говоря уже о том, чтобы жить вместе с ней, пользоваться в ванной

водой, которую она только что использовала, и, отправляясь спать первой, она

делает себя беззащитной перед этим парнем-подростком. Если так подумать, то чем

дольше я буду в ванной, тем длиннее становится ее ночь.

— Думаю, мне следует поторопиться и побыстрее

закончить.

Приняв это решение, мне потребовалось всего

десять минут, чтобы принять ванну, хотя обычно это занимает тридцать минут,

остальные двадцать минут я использовал, чтобы слить ванну и наполнить ее свежей

теплой водой. Я еще не знаю, как себя вести с ней, но, по крайней мере, хочу,

чтобы она чувствовала себя максимально комфортно.

В результате, хотя вы могли ожидать этого,

прочитав слишком много ромкомов, в эту первую ночь, когда мы спали под одной

крышей, не произошло никакого захватывающего события, заставляющего сердце

биться чаще. Как я уже говорил в прологе этой истории, повседневная жизнь со

сводной сестрой сильно отличается от того, что показано в подобных

произведениях.

При этом я не то чтобы не осознавал, что

представитель противоположного пола спит фактически в нескольких метрах от

меня, поэтому мне было тяжело спать.

Когда я проснулся на следующее утро, Аясэ-сан

уже приготовила себе завтрак сама, и сидела в гостиной, так что и здесь ничего

такого не случилось. Однако:

— Доброе утро. Как спалось?

Она спросила меня.

— Доброе. Вполне неплохо.

— Вот как. Ванна была отличной, спасибо

большое.

Я мог почувствовать обаяние Аясэ-сан даже в

таких сухих разговорах, и, хотя, возможно, я и обманываю сам себя, но мне

показалось, что наши отношения не так уж и плохи.

Продолжение следует...

Работала над переводом (команда RanobeList):

Не забудьте вступить в нашу группу ВК: https://vk.com/ranobelist

[[image:/storage/reader-images/e7e6a0c8690e826ee6d5dfd2ad8406cf9a32c485.png]]

8 июня (Понедельник)

Конечно, ни о каком совместном походе в школу с Аясэ-сан не

могло быть и речи. Узнав, что мы оба учимся в одной школе, она посоветовала

этого не делать, чтобы в школе не распространились странные слухи. Естественно,

это был абсолютно правильный выбор. Мой старик и Акико-сан, казалось, думали в

том же ключе, поэтому отказались от таких вещей, как изменение фамилий.

Поскольку это вызвало бы переполох в школе, да и получение новых документов

было бы весьма затруднительной процедурой, меня подобный расклад устраивал.

Таким образом, мы с

Аясэ-сан вышли из дома в разное время и по отдельности пошли в школу.

Мир основан на конкуренции. Чтобы выжить в нем, нельзя ни

жаловаться, ни хвастаться, а нужно лишь стремиться всегда показывать

стопроцентные результаты.

Это девиз нашей школы. В нем говорится, что результаты предпочтительнее,

чем усилия, а это означает, что,

если вы можете поддерживать свои оценки на достойном уровне или демонстрировать

отличные результаты в своей клубной деятельности, вам полагаются всякие

дополнительные привилегии, вроде работы на неполный рабочий день. Восхищаясь

такой свободой, я решил сдать вступительный экзамен в эту школу, в Суйсей. Эта

школа довольно высокого уровня, но я фактически не стремлюсь к поступлению в

какой-то престижный университет и не преследую какую-то иную цель подобного рода.

Я просто хочу поступить в относительно хорошее место.

То есть я поступил совсем не потому что хотел достичь чего-то

или стремился к чему-то великому, мне просто хотелось, полагаясь на свои

знания, избежать любых проблем в своей жизни. Когда я учился в начальной школе,

мне посоветовали пойти в подготовительную школу. Это произошло до того, как мой

старик развелся. Человек, являвшийся моей матерью, пытался вырастить из меня того, кто имел бы

большее социальное влияние, чем мой отец, поэтому я посещал в то время довольно

известную подготовительную школу.

Только для того, чтобы я почувствовал себя обескураженным во

время присутствия на пробных занятиях.

Сидя там с другими детьми, которые учились так, будто от

этого зависела их жизнь, мне было довольно проблематично поспевать за ними на

занятиях. Все пришло к тому, что я сломался от давления. Я впервые за всю свою

жизнь осознал, что страдаю от коммуникативного расстройства. Чтобы

противостоять этому в настоящем, мне пришлось усердно учиться и повышать свои оценки. Сейчас, когда я хожу в эту

высокоранговую школу, мои оценки находятся в верхней половине списка, но в

школе средней руки я точно был бы на вершине списка.

[П/П: В Японских школах после экзаменов

вывешивается результативная таблица всех, кто сдавал экзамен, с количеством

набранных ими баллов.]

Дело не в том, что я ставил перед собой высокие цели, мне

просто не хотелось ходить на подготовительные курсы. Благодаря приложенным усилиям, мне удалось избежать этих

курсов. Единственная причина, по которой я пошел работать на неполный рабочий день,

помимо моих хороших оценок, — это желание показать моему старику, что ему не нужно

беспокоиться обо мне, поскольку это слишком утомительно для него. Вот почему я

не чувствую, что сделал что-то великое. Ничего, что заслуживает восхищения,

потому что я упорно трудился не для достижения какой-то великой цели.

И мой верный друг — Мару Томокадзу — был, в большей степени,

таким же.

— Эй, Асамура. Утречка.

— Хэй, Мару. Только с утренней тренировки?

Это произошло рано утром в нашем классе. Занятие начнется

через десять минут, а Мару уже занял свое место передо мной. У него был вид

умника в очках, другие его отличительные черты: коротко подстриженные волосы и

хорошо просвечивающий живот. На первый взгляд, его можно было бы назвать

толстяком, но это выражение не совсем правильное. Когда я узнал, что его тело покрыто

не жиром, а мускулами, то чуть не упал со стула. Нельзя судить людей по их

внешнему виду.

[[image:/storage/reader-images/3e8daef8a3df14eb412f7afa48cc9cb9bf6dd2a4.png]]

— Конечно. Ни дня без тренировки. — сказал он с кислым

взглядом.

Мару на самом деле является членом бейсбольного клуба, и,

как можно было бы предположить по его фигуре, он кэтчер. Естественно, он увлечен

своим клубом, но даже самые увлеченные люди иногда жалуются на свое любимое

занятие.

— Этот клуб похож на черную компанию, понимаешь? Ежедневный

ранний подъем, куча сверхурочных тренировок. Конкуренция, зависть. Возраст не

имеет значения, главное — мастерство. Проходя через все это, ты уже будто

участвуешь в какой-то игре...

— И ты проиграл?

— О, а ты у нас остроумный, да? Если вы пойдете в

бейсбольный клуб без чистой любви к спорту — несомненно проиграете. Я привык к

полному истощению и до вступления в этот клуб, но… ну, я уже и не жду, что другие

поймут, через что я прохожу.

— Ой, это кажется мне слишком сложным.

Мару снял очки и достал из сумки чехол. Внутри у него была

другая пара, которую он надел. Одна пара предназначена для занятий спортом,

другая — для учебы. Как будто он меняет свою экипировку в RPG. Очевидно,

однажды его очки были повреждены во время тренировки, поэтому он начал

использовать две пары одновременно.

— Вот так вот. Как продвигается твоя новая жизнь? — Мару, не

колеблясь, сменил тему.

Конечно, я рассказал своему близкому другу о повторном браке

отца и о новой семье. Честно говоря, в школе у ​​меня почти не было друзей.

Пройдя через эту адскую академическую школу, мой уровень общения с незнакомцами

достиг дна.

Но что касается Мару Томокадзу, он всегда сидел рядом со

мной в классе, и наши интересы в манге и аниме совпадали превосходно, так что

мы, естественно, стали друзьями. Вы можете подумать, что это странно, что он

член спортивного клуба и отаку одновременно. Судя по всему, Мару подсел на

популярную бейсбольную мангу и хотел попробовать повторить движения из нее сам,

что заставляет меня относиться к нему как к отаку. Я имею в виду, что есть те

отаку, на которых так повлияло спортивное аниме, что они начинают ходить в

спортзал, верно?

Но, конечно, сейчас речь шла о том, что в моей семье

случилось пополнение.

— Как, э… Сказать это одним предложением… Это отличается от

того, что я себе представлял.

— У тебя ведь теперь есть младшая сестра, верно? Ублюдочный

Онии-чан.

— Не используй это как оскорбление… И даже если ты называешь

ее младшей сестрой…

— Не можешь не волноваться, потому что вы не кровные родственники?

— Я не могу даже рассматривать ее как младшую или сводную

сестру.

Я сказал это и вспомнил лицо Аясэ-сан. Она больше похожа на

«Девушку», чем на младшую сестру.

— Довольно непристойный способ сказать это.

— Это единственный способ сказать подобное. Честно говоря, я

понятия не имею, как с ней себя вести.

— Хм, понятно. Девушка, не так ли. Похоже младшеклассницы ныне растут довольно быстро...

— Младшеклассница? О чем ты?

— Мы ведь говорим о твоей младшей сестре? — Мару в

замешательстве моргнул.

Я сбит с толку, эй… ой, подожди секунду. Я раньше думал, что

она была младшеклассницей или ученицей средней школы, потому что именно так это

выглядело на картинке, которую показал мне мой старик. С тех пор, как я впервые

встретился с ней, я ни разу не говорил об этом с Мару.

— Нет, моя младшая сестра… — я начал говорить издалека, но

все равно осекся.

Она не в начальной школе, а на самом деле в старшей, как и

я. Не говоря уже о том, что она ходит в ту же самую школу и на том же учебном

году, что и я. Не знаю, в каком классе она учится, но она красивая девушка —

сказав это, я только бы простимулировал любопытство этого парня. Катастрофа

была бы предрешена заранее. Дело не в том, что я не доверяю ему, я просто не могу нарушить свое

обещание, данное Аясэ-сан. Я человек, который не болтает без надобности.

— Твоя младшая сестра… что?

— Моя младшая сестра… отличается от того, что я себе

представлял. Не то, что я знаю из 2D-материалов.

— Ну да. Ты уже не можешь отделить реальность от 2D?

— Что значит «уже»? Звучит так, будто я всегда был близок к

тому, чтобы вот так потерять себя, так что ли?

— Но это ведь правда, не так ли?

— Это не значит, что ты можешь просто говорить все, что

захочешь.

— Что ж, таков мой персонаж.

Ох... Я знаю Мару уже больше года, поэтому прекрасно

понимаю, что его язык острый, как нож. Он порой довольно сильно ранит даже в

самых безобидных ситуациях.

— В любом случае, я не так возбужден, как ты думаешь. Во

всяком случае, это довольно утомительно, и трудно понять, какое чувство

дистанции нужно соблюдать.

— Так я и думал.

— В любом случае, сменим тему... ты знаешь студента по имени

Аясэ Саки?

— Мм? Я имею в виду, что слышал о ней, но почему ты изрек

это имя? — конечно, поскольку это произошло ни с того ни с сего, Мару

прищурился.

Информационная сеть в спортивных клубах шире, чем вы можете

себе представить. Когда мы говорим о девушках, особенно о красавицах, как Аясэ-сан, то они, несомненно, будет довольно

обсуждаемой темой. Поскольку меня не интересуют слухи и все такое, я никогда особо

не задумывался об этом, но раньше Мару рассказывал мне истории и слухи о

девушках, о существовании которых я даже не подозревал, так что я решил, что

стоит попробовать.

— Аясэ, да? Хм… Почему ты вообще спрашиваешь о ней?

— Ну, знаешь, я просто… Она красавица, да?

— Даже не пытайся.

— А?

— Как твой друг, я говорю тебе, что ты зря тратишь время и

силы.

— Подожди секунду. О чем ты?

— Не в моих интересах стоять на пути чужой любви, но…

— Не помню, чтобы просил у тебя любовного совета.

Я не знал, зачем он вообще это начал, поэтому быстро прервал

его.

— Я ошибся? Я полагал, что тебе понравилась Аясэ или что-то

в этом роде.

— Ты с ума сошел? Красотка, подобная Аясэ-сан, даже не

взглянула бы на такого парня, как я, никаких шансов.

Она привлекательна, как кукла ручной работы с

очаровательными светлыми волосами, а я из тех парней, которые смотрят на себя в

зеркало, чтобы еще раз осознать, насколько скучно они выглядят. Серьезно, кто бы мог даже

подумать о таком? Я недоверчиво вздохнул. Когда я это сделал, Мару посмотрел на

меня так, будто ему есть на что пожаловаться.

— Нет, все наоборот. Если ты начнешь встречаться с Аясэ,

твоя собственная репутация упадет.

— … Ха-ха, хорошая шутка.

— А я и не шучу.

— О

чем ты? Должен быть предел того, насколько далеко ты можешь зайти в этом

заблуждении.

— Я имею в виду… согласен, что у нее есть стиль. Но ходят

также некоторые слухи... понимаешь, — он сказал это с кислым видом, — я не

очень люблю разговаривать о людях за спиной, но другое дело, если мой верный

друг нацелился на нее. Как говорится, незнание — это благо, но теперь я не могу

оставлять тебя в неведении.

— Не мог бы ты тогда рассказать мне больше об этих слухах?

Конечно, я ни в коем случае не влюбился в Аясэ-сан, но

объяснение чего-либо, касающегося этого, заставило бы меня раскрыть тот факт,

что мы на самом деле сводные брат и сестра. Поскольку это было бы еще более

раздражающим, я просто позволил ему оставить при себе это недоразумение и решил

выслушать его. Мару быстро осмотрелся и прошептал, приблизив ко мне лицо.

— Аясе, ты знаешь… Очевидно, она… занимается этим…

проституцией.

— …Ха?

— Светлые волосы, пирсинг, всегда в злобном настроении, не

подпускает к себе людей. Она, наверное, такая девушка, которая выделяется

больше всего среди других своей легкомысленной атмосферой. Есть даже очевидцы,

которые видели, как она выходила из подозрительных зданий в Сибуе.

— Ха, я никогда бы не подумал, — не отрицая и не принимая

этого, я только кивнул.

Я могу понять, почему такой стереотип ассоциируется с ней,

просто глядя на ее внешний вид. За те несколько раз, что я разговаривал с ней,

она не производила впечатления человека, способного на такое, но я явно

недостаточно хорошо знаю ее, чтобы твердо опровергнуть этот слух.

— Я должен сказать, что ты довольно редко веришь таким

очевидцам, Мару. Обычно ты первым сомневаешься в подобных слухах.

— В бейсбольном клубе есть парень, который ей признался.

— Э? Хотя все ее избегают?

— Слухи есть слухи, но внешность есть внешность. Она

довольно популярна. Хотя это выше моего понимания.

— Ясно.

— Позже он слово в слово пересказал мне ее фразу.

— … Прошу прощения?

— «Я в точности такая, какой меня представляют в слухах. Я

не собираюсь встречаться ни с кем», — сказала она.

Мару пытался копировать ее манеру говорить, пока

пересказывал мне это.

Было ясно, что Аясэ-сан произвела на Мару не самое лучшее

впечатление.

— Каковы шансы, что член клуба просто это выдумывает?

— Точно не могу сказать, но, наверное, ноль. К тому же это

происходит не в первый раз. Другие клубы тоже говорят нечто подобное.

— То есть мнение может быть субъективным, но цифры говорят

​​об объективности.

— Ну как-то так.

Нет никакой гарантии, что то, что они все говорят, является

абсолютной правдой, но, по крайней мере, можно с уверенностью сказать, что

Аясэ-сан действительно так отреагировала на признание.

— Мм… Пандора…

Мне казалось, что я открыл ящик Пандоры. «Для начала, вам

следует объективно взглянуть на другого человека…» — так сказано в «Науке о

мужчине и женщине». И я подумал, что это будет лучшим вариантом, чтобы начать

выяснять, какой уровень дистанции я должен иметь по отношению к Аясэ-сан, но

теперь я вижу еще больше проблем, о которых нужно беспокоиться.

Верны ли эти слухи? Если да, то знают ли об этом Акико-сан и

мой старик? Если нет, должен ли я сообщить об этом?

… Нет, не надо. Не в моих интересах верить слухам, не

имеющим никаких доказательств. В то же время, даже если бы эти слухи были

правдой, я не могу ее отговорить. Конечно, теперь, когда Аясэ-сан стала моей

семьей, в этом есть некоторая раздражающая сторона, но даже если эти слухи

подтвердятся, я никогда не буду пытаться отчитать ее. Главное, чтобы никто ни к

чему ее не принуждал.

— Итак, Асамура, а что насчет твоих карт?

— … О чем ты?

— Я открыл тебе все свои карты. А теперь покажи мне свои.

Почему ты вдруг вспомнил об Аясе?

— Ах, что ж, я оставлю это на твое воображение.

— Хм? Эй, не оставляй меня вот так в неведении.

— Я не говорю тебе не потому, что не хочу. Я просто не могу

тебе ответить. Просто, пожалуйста, давай закончим на этом.

— Не смей думать, что можно просто использовать какую-нибудь

фразу из манги, чтобы сбить меня с толку… Господи, вот что я получаю за то, что

предоставляю тебе информацию, — пожаловался Мару, но я позволил ему выпустить

пар.

Вот чем хорош Мару Томокадзу. Он всегда точно знает, когда

следует остановиться. Мой взгляд скользнул от его затылка к оконному стеклу

рядом со мной. Мое собственное лицо, лежащее на ладони, отражалось в стекле, а

мои мысли были о Аясэ-сан.

Я действительно рад, что мы не учимся в одном классе. Если

бы я был в той же среде, что и она сейчас, я бы, наверное, волновался до такой

степени, что не смог бы сосредоточиться на уроке. Конечно, я все равно встречусь

с ней, как только вернусь домой, но пока что можно отложить это. Думаю, в этом

и заключается человеческая суть.

То, что я хотел отложить, произошло вскоре после этого. А

именно через два часа. Судьба всегда жестока и безразлична. В понедельник третьим уроком у нас

была общая физкультура с другим классом, что было весьма некстати. В это время

в старшей школе Суисей проходит спортивный фестиваль по играм с мячом, поэтому,

чтобы подготовиться к нему, уроки физкультуры проводятся одновременно у двух разных

классов. Конечно, первое такое занятие случилось сегодня.

— Вот, получай! Секретный удар — Великое Служение Эфира!

Ора!

Я оказался на теннисном корте школы. Под пепельным небом

кто-то выкрикивал секретную технику, название которой будто пришло прямиком из

манги, громким и прямолинейным голосом. Обладательницей этого голоса была

девушка, одетая в спортивную форму. Она собиралась взмахнуть ракеткой.

У нее были ярко-рыжие волосы и небольшой рост, что делало ее

похожей на маленького хомячка. Хотя она девочка из другого класса, даже я знал

ее имя — Нарасака Майя. Чтобы не оскорбить ее чувства, следует назвать эту

девушку энергичной, но всем она была известна как назойливая староста класса.

Добавьте сюда ее энергию, которая могла бы содержаться только в миллионе

энергетических напитков, способность заботиться о других людях, а также ее

довольно симпатичную внешность, и станет очевидно, что она весьма популярна и у

нее много друзей. Норми, стоящая поверх других норми.

[П/П: Норми — нормальный человек.]

[[image:/storage/reader-images/6907350885feb7a7cf9cbc5b63fee178e950771a.png]]

Конечно, Нарасака-сан известна и в нашем классе, и,

поскольку она иногда заходит к нам, я не мог просто игнорировать ее

существование, как бы сильно я не избегал популярных людей.

Все, то есть зрители, наблюдатели и даже ее противник, все

смотрели в облачное небо, чтобы проследить за отбитым ею мячом, ожидая, когда он снова

полетит вниз. Прошла секунда, две секунды, три секунды.

— Эй, что ты делаешь?! Этот мяч улетел куда-то в сторону,

понимаешь?!

Противник Нарасаки-сан, другая девушка, была ошеломлена этим

хоум раном, и она закричала от недоверия.

— Ахаха, прости, прости!

— В самом деле… что это была за безумная подача?

— Просто я подумала, что это будет круто, хе-хе!

— Даже не вздумай говорить «хе-хе» мне! Проклятая девка!..

— Нет ~ Не делай так ~

Нарасака-сан попала в захват головы: другая девушка стала

тереть ее виски своими кулачками. Две симпатичные девушки, играющие так,

несомненно, были фантастическим зрелищем. Фактически, все парни в моем классе

были полностью сосредоточены на лицезрении этой сцены. Однако я был другим. Я

даже не взглянул на эту небесную сцену с двумя красотками, а мой взгляд был

направлен в другую точку.

Одинокий человек стоял в углу теннисного корта, в месте, где

она почти не выделялась, прислонившись к металлическому забору за пределами

корта. У нее не было даже теннисной ракетки, я мог видеть шнур наушников,

доходящий до ее ушей из карманов ее джерси. Она просто слушала что-то, глядя на

пустоту над собой — это была никто иная, как Аясэ-сан.

Никогда я не видел, чтобы кто-то так откровенно расслаблялся

на уроке. На секунду я подумал, что она сделала что-то плохое и учитель

поставил ее туда в наказание. Больше никого это не беспокоило, так как ни

ученики, ни учитель не обращали на нее никакого внимания, не говоря уже о том,

чтобы предупредить ее.

«Старшеклассница, которая стояла в стороне от своего класса

и, по слухам, занималась темными делишками», — если вы сфотографируете ее сейчас и назовете фото подобным

образом, то название будет идеально соответствовать снятому.

С одной стороны, у вас были ученики, радостно играющие в теннис, а с другой

— я, медленно приближающийся к Аясэ-сан. Я сел у противоположной стороны забора

и вел себя так, будто сделал перерыв.

— Пропускаешь занятия? — окликнул я ее.

Аясэ-сан с сомнением сняла наушники и приоткрыла глаза.

— Это меня удивило. Почему ты просто так со мной

разговариваешь?

— Я имею в виду, что знакомое лицо пропускает занятия,

конечно, я пришел бы проверить, почему это

происходит.

— Ха, так ты здесь как старший брат, читающий нотации.

— Нет, не совсем. Я не настолько хороший человек, чтобы

иметь на это право. Я был просто удивлен, увидев, что ты тоже выбрала теннис,

Аясэ-сан.

— Майя заставила меня это сделать. Она хотела поиграть в

него. Опять же, это не единственная причина.

— Майя… имеешь в виду Нарасаку-сан, верно? Вы с ней разве

близки? — я посмотрел на корт и увидел рыжую девушку, гонявшуюся за мячом.

Она действительно выделяется.

— Конечно. С другой стороны, я не думаю, что есть девушка,

которая не ладит с ней.

— Сотня друзей, как говорится, ага.

В одном классе около 20 девочек. Сложив все 8 классов

вместе, вы получите 160. Какое устрашающее число.

— Я не думаю, что у Майи так много подруг, по крайней мере

тех, с которыми она может расслабиться. Похоже, она может ладить со всеми, даже

если они не друзья.

— Ах, кажется, я понял, — меня такое объяснение вполне удовлетворило.

— Асамура-кун, почему ты решил заняться теннисом?

— М-м,

мне правда нужно тебе отвечать? Это не то, за что ты меня похвалишь.

— Ничего страшного, у меня тоже есть еще одна жалкая

причина.

Что происходит? Это не какая-то карточная игра, в которой мы

пытаемся выиграть друг у друга по принципу: чья причина более жалкая, тот победил. Но поскольку ее

взгляд пронзал меня подобно стреле, я не видел другой опции, кроме как

объяснить ей это.

— Потому что здесь матчи проходят в формате «1 на 1».

Мару участвовал в футболе, баскетболе и других командных

играх. В нашем теннисе нет парного формата, поэтому вы сражаетесь только в

одиночку.

— Я действительно не хотел играть с другими, поэтому выбрал

теннис.

Тех людей, которые думают: «О чем этот парень вообще говорит?» — я

поздравляю от всей души. Пожалуйста, живите счастливо. Что касается меня, то я

не умею полагаться на других и жить в соответствии с ожиданиями других. Просто подумав,

что я могу тянуть команду на дно, меня тошнит. «Если бы я мог прожить свою жизнь без этих мучительных мыслей, насколько

все было бы легко» — я иногда думаю так про себя.

— Ха… Мы действительно похожи.

Поскольку она проявила сочувствие к моим жалким словам, это

стало похоже на признание того, что она сама была такой же одиночкой.

— Аясе-сан тоже?

— Да. Триггером была Майя, но я все равно не хотела играть в

командах. Ты, наверное, уже догадался, но я держусь на расстоянии от других

девушек.

Несмотря на то, что это было что-то грустное и печальное,

Аясэ-сан говорила своим обычным сухим голосом. Я так и думал, поскольку никто

не обращал на нее внимания, несмотря на то, что она пропускала занятия, слушая

музыку. Она полупрозрачная что ли? На секунду я усомнился в своем зрении, но я

прекрасно мог различить ее тело, даже слабый аромат духов доносился до моего

носа. Осознав это, я смутился и снова отвернулся.

— А ты, получается, не вписываешься в свой класс?

— Удивлен?

— Что ж, если говорить о такой стильной девушке, как ты, я

думал, что ты будешь центром класса.

— Обычно люди так и думают, да, — Аясэ-сан кивнула. — Но я другая.

Я уверен, что главной причиной этого должны быть слухи, не

говоря уже о том, что именно они говорили. Большинство людей в этой школе, по

крайней мере, сомневались в ней из-за них.

— При всем при этом… это не так уж и плохо… Я тоже не особо

забочусь о фестивале. Похоже на пустую трату времени. Если они игнорируют меня,

я могу использовать время для себя.

— Чтобы слушать музыку?

— А? Ну да, — Аясэ-сан выглядела слегка взволнованной и

отвернулась.

Она что-то скрывает. В ее реакции явно было что-то

необычное, но я не хотел быть грубым и слишком навязчивым, поэтому промолчал.

Другой человек скажет вам, если он чувствует себя готовым к диалогу. Если вы

попытаетесь выжать из него что-то, в конце концов, вас просто возненавидят.

— На этот раз я точно это закончу! Непревзойденная

убийственная техника! Super Ether Serve!

— Название даже не поменялось, лол.

Я снова услышал голос Нарасаки-сан, за которым последовал

ответ той девушки. Как громко звучали их голоса. Но поскольку я снова подумал о

Нарасаке-сан, то повернулся

к Аясэ-сан.

— Разве ты не собираешься тренироваться с Нарасакой-сан? Я

думаю, что она пригласила тебя, чтобы вы могли сыграть вместе… или, скорее,

друг против друга.

— Не-а.

— Это было быстро, ну ладно.

— В конце концов, я не нужна ей. Майя пригласила меня, зная,

что я все равно буду отлынивать. Думаю, именно эта доброта делает ее такой популярной.

Похоже, такое поведение на занятиях и ее холодные слова

играли только в пользу слухов, но, тем не менее, атмосфера, которую она источала в беседе со мной, и ее реакция полностью опровергли эти слухи в

моих глазах. Что такое настоящее «Я»

Аясэ Саки? Чтобы ответить на такой вопрос, я все еще недостаточно хорошо ее

знаю.

Когда я пришел из школы, Акико-сан уже собиралась уходить.

— Хэй, Юта-кун.

— А… да… я вернулся.

— Добро пожаловать домой ~ Я приготовила тебе ужин ~

— Спасибо вам большое… Но в этом не было необходимости, вы

ведь собираетесь уходить на работу, верно?

— Верно, я только что переехала, но не могу даже немного

расслабиться ~ — моя мачеха положила руку на щеку, демонстрируя обеспокоенную

улыбку.

На ней было что-то вроде дорогой одежды, обнажающей плечи, и

исходящий от нее аромат духов был достаточно сильным, чтобы у меня закружилась

голова. Это было похоже на бабочку, распространяющую свое очарование на всех

вокруг. Если бы кто-нибудь сказал мне, что с этого момента она направляется

работать в ночной город, я бы сразу поверил.

— Поскольку мой старик всегда был занят на работе, я просто

ем все, что могу найти на ужин, поэтому вам не нужно готовить еду прямо перед

работой.

— Когда были только я и Саки, у нас тоже такое было почти

нормой, но теперь, когда мы начали жить вместе, я подумала, что с таким же

успехом могу... ~

— Я бы не хотел, чтобы вы переутомились, поэтому,

пожалуйста, не заставляйте себя.

— Что ж, возможно, мне придется положиться на твою доброту с

завтрашнего дня… Саки тоже умеет готовить, так что я могу оставить все вам ~

Услышав эти слова, я почувствовал, как у меня подергиваются

уши. Я представил, как готовит Аясэ-сан, и инстинктивно подумал, что это не

совсем соответствует ее образу. И когда я подумал о ней, слухи всплыли в моей

голове. Может, поэтому я случайно выпалил следующие слова.

— Кстати, а куда вы направляетесь работать?

— В торговый район Сибуя ~

— … Где и кем вы там работаете?

— Ах, у тебя что, только что возникли какие-то странные

идеи? Ну блин ~ — по-детски надула губы Акико-сан.

Честно говоря, она была прямолинейна. Я не планировал этого

говорить, но легкое сомнение все же появилось в моей голове.

— Это просто нормальный бар, никакого неприличного

обслуживания. Не говоря уже о том, что я общаюсь с клиентами через барную

стойку.

— Вы не имеете дело с клиентами напрямую?

— В некотором смысле. В конце концов, я же бармен. Акико-сан

показала мне жест, будто она встряхивает стакан.

Даже я мог сказать, что она привыкла к этому, поэтому я

согласился с ее словами.

— Мне очень жаль, что я неправильно понял. Это просто…

— Ничего не поделаешь, это звучит немного подозрительно ~ Не

говоря уже обо всех стереотипах, которые приходят в голову, когда я упоминаю,

что работаю по ночам. Ты же еще школьник, поэтому было бы немного неправильно,

если бы ты знал, какое широкое разнообразие заведений предлагает ночной город.

— Это правда, да.

Теперь, когда я думаю об этом, мой старик ни за что не мог

попытаться расположить к себе женщину в каком-нибудь борделе или хост-клубе. Он простой,

нормальный, честный и легковерный. Он не выбрал бы себе женщину в каком-то подозрительном месте. Прошло десять

лет с тех пор, как я обрел самосознание, и все это время я наблюдал за ним,

поэтому могу сказать это с уверенностью.

— В любом случае, мне нужно идти, Юта-кун. Пожалуйста,

позаботься о Саки.

— Угу. Позабочусь.

Акико-сан нежно махнула мне рукой, пока шла по коридору

квартиры. Она была похожа на бабочку, направляющуюся в ночной город? НЕТ. Она больше походила на

чихуахуа, гуляющего в высокой траве в общественном парке. В очередной раз мне

показали, насколько неуместными могут быть стереотипы, и, честно говоря, они

часто бывают такими. Я смотрел, как Акико-сан исчезает в лифте, и открыл дверь

в свой дом.

В моем доме — в моей собственной комнате, если быть более точным,

я должен иметь возможность расслабиться и быть самим собой, и все же я не могу

не напрягаться. Скорее всего, потому что территория за стеной превратилась в

чужую.

Коридор, гостиная и ванная больше не были безопасным местом для меня и моего

старика. Думать в таком ключе казалось плохим тоном, поэтому я сосредоточился

на справочнике, лежащем на столе передо мной. В конце концов, учеба важнее.

Когда я снова посмотрел на время, прошел целый час. К

реальности меня вернул звук открывающейся двери. После этого шаги пошли по

коридору, войдя в комнату рядом с моей.

— С возвращением, — я слабо поздоровался, но ответа не

последовало.

Имеет смысл, она никак не могла услышать меня через стену.

Так как у меня и так не было никаких срочных дел, я просто сказал себе забыть

об этом и повернулся к своему столу.

Через стену я услышал шаги, идущие по полу, а также звук

падения школьной сумки на пол. После этого шкаф открылся, и я мог уловить

слабый шорох одежды…

Ах, нехорошо. Не стоит слишком зацикливаться на звуках, это

было бы довольно мерзко с моей стороны, правда. Я сказал себе это и подождал,

пока Аясе-сан исчезнет из моей головы.

— Асамура-кун, могу я войти? — однако, как только моя голова

освободилась от грешных мыслей, Аясэ-сан материализовалась перед моей комнатой

и постучалась в дверь.

— А, да, конечно…

На секунду я проверил внутреннюю часть комнаты и дал

разрешение, не увидев ничего опасного в обозримом пространстве.

— Прошу прощения за вторжение.

— Т-так что случилось?

— Ах, ты учишься. Вижу, ты много занимаешься. У нас даже не

сезон экзаменов.

— Думаю, мои усилия по учебе сопоставимы с таковыми у любого

другого школьника.

Я не всегда дома учусь или что-то в этом роде. Я обычно

читаю мангу или играю в игры. Но я обычно это делаю либо посреди комнаты, либо

на кровати. Поскольку это было не совсем то зрелище, которое я хотел бы

показывать другим людям, и поскольку я чувствовал Аясэ-сан по ту сторону стены,

я просто занимался учебой.

— Хочешь попасть в хороший университет?

— Я не думаю, что люди будут стремиться в плохой.

— Да, в конце концов, ты учишься и подрабатываешь

одновременно.

— Неужели это так странно?

Я не думаю, что работающий ученик — это такое уж редкое

явление.

— Я имею в виду, что ты вкладываешь время, чтобы

зарабатывать деньги, но ты также вкладываешь время в учебу, чтобы достичь

лучших результатов. Вот почему я просто подумала, что делать и то, и другое одновременно, наверное,

довольно сложно.

— Ты думаешь о несколько сложных вещах. Я никогда особо не

думал в таком ключе.

— Хм… И да, кстати.

Казалось, что ей трудно что-то сказать, потому что она

отвела глаза и начала играть прядями своих длинных волос. Может быть, из-за

света или по другой причине, но ее щеки казались более красными, чем обычно.

Только благодаря тому разговору я мог сказать, что слухи о ней в школе казались

чепухой. Я бы сказал, Sector Clear.

[П/П: Дословный перевод — “сектор чист”.

Фраза из Counter Strike, как и фраза несколько ниже, означающая ровно обратное.]

Казалось, Аясэ-сан потребовалось несколько секунд, чтобы мысленно

подготовиться, когда она заговорила с решимостью в глазах.

— Ты, случайно, не знаешь никакой хорошо оплачиваемой работы

на неполный рабочий день, а?

— Sector NOT clear!

— А?

— Ах, нет, ничего… — бездумно ответил я с сожалением.

По крайней мере, это было что-то неясное. Если бы я

закричал: «Проституция!», то со мной было бы покончено.

— Я хочу денег, но не хочу тратить слишком много времени.

Может быть, час или два в день, и получать за это около 10 000 иен.

— С нормальной работой ты, вероятно, этого не получишь, —

ответил я спокойно.

На данный момент я решил сохранить каменное лицо и вел себя

так, как будто ничего не знал о слухах.

— Понятно. Предполагаю, что продажи — единственный вариант.

Как ты можешь так сразу пробить мою броню? Возможно, мы не сильно

близки, но ты все еще моя младшая сестра, и я действительно не хочу слышать,

что именно ты продаешь, через два дня после того, как мы стали семьей.

— Если хочешь зарабатывать деньги, продавай себя — так

написано в одной книге.

Что за книга, ой. Почему эта книга вообще была доступна для

старшеклассников? С другой стороны, я видел такие книги и на своей работе с

частичной занятостью, так что не могу жаловаться.

— Гм, Аясэ-сан, я понимаю, что это может быть плохим тоном,

но…

— Конечно, продолжай. В конце концов, я подняла этот вопрос.

— Я думаю, тебе следует больше дорожить своим телом.

— Почему ты уделяешь этому внимание? Есть и другие люди

моего возраста, которые тоже этим занимаются.

— Другие люди не имеют к этому никакого отношения. Важнее

то, что делаешь именно ты.

— Я должным образом забочусь о себе. Вот почему я хочу

заработать много денег — стоя передо мной, который пытался убедить Аясэ-сан с

помощью логики старика, она была на удивление серьезна.

Платные свидания, свидания за подарки, девушки со скрытыми

аккаунтами. Я думал, что все девушки, которые были вовлечены во что-то

подобное, делали это от скуки или потому, что могли. Однако мне показалось, что

Аясэ-сан явно намеревалась сделать это, поскольку в ее словах была сила и

уверенность, которых я раньше не видел.

При этом, как бы решительна она ни была, я все равно не могу

это игнорировать. Тем более теперь, когда она стала моей младшей сестрой. Когда

я подумал о просьбе Акико-сан позаботиться об Аясе-сан, я почувствовал себя

виноватым из-за того, что не давил сильнее.

— Сможешь ли ты сказать то же самое перед Акико-сан?

— … Смогу ли я? Во всяком случае, она, вероятно, похвалит

меня за то, что я стала взрослой.

— Это как-то слишком извращенно для родителя.

— А разве у вас с отцом было по-другому? Я подумала, что

твой отец был счастлив, когда ты начал делать это сам, Асамура-кун.

— Если бы это было так, это было бы настоящей проблемой. Это

правда, что мой старик большую часть времени беспомощный парень, но, если бы его ребенок так поступал,

ему бы точно было грустно. Кроме того, когда это стало тем, чем я тоже занимаюсь?

— Э? А разве ты не ходил туда вчера? Я говорю о твоей

подработке.

— … Подработке?

— Ага, подработке.

Между нами двумя возникло странное молчание. Мы оба,

очевидно, пытались понять, когда мы перестали разговаривать друг с другом,

прослеживая ту нить нашего разговора, которая привела к возникновению этой

тишины.

— Как ты думаешь, о чем я говорю? — сказала Аясэ-сан, сузив

глаза.

— Секс-услуги с большой суммой денег или что-то в этом роде.

— …Хм?

Голос Аясэ-сан внезапно похолодел до отметки абсолютного

нуля.

— А, понятно. Значит, ты думал, что я занимаюсь

проституцией.

— Мне так жаль! Я действительно так думал!

Убедившись, что мы разговаривали о разных вещах, мы поняли,

что мы оба проголодались, и перешли к обеденному столу. Мы нашли традиционную

еду, которую Акико-сан приготовила перед отъездом, а именно жареные овощи с

мисо-супом, и разогрели ее на наших тарелках. После того, как мы оба сделали

первый глоток мисо-супа, Аясэ-сан начала разговор с этих слов. Поскольку у меня

не было оправданий, я мог только хлопать в ладоши и опускать голову.

[П/П: Одна из традиционных японских форм

извинения: сложить руки,

как в молитве, с хлопком, и поклониться.]

Аясэ-сан, казалось, это не устраивало, и она только тяжко

вздохнула на мои потуги.

— Подними голову, ладно? Я знаю об этих слухах. Когда ты так

выглядишь, люди склонны в тебе ошибаться. С другой стороны, я сама частично

виновата, потому что использую эти слухи, чтобы избежать раздражающих взглядов.

— Аясэ-сан…

Не было ощущения, что она вела себя жестко. Это безразличие,

вероятно, привело ко всем неправильным представлениям о ней у сверстников и к

неверному направлению слухов. Но что-то не складывается. Она четко заявила, что

осознавала, что ее внешний вид вызывает подобные недоразумения. Итак, почему

она до сих пор так одевается?

Она, должно быть, догадалась, что у меня были подобные

сомнения, когда она остановила руку, чтобы поднести ко рту еще несколько

овощей.

— Я понимаю, о чем ты думаешь. Зачем мне носить эту одежду,

несмотря на то, что я знаю, как она повлияла на мой имидж.

— Ну да… мне было немного любопытно по этому поводу.

— Это мой боевой режим.

— А?

— Никто не пойдет на поле битвы без оружия и доспехов,

верно? Это мое оружие, чтобы выжить в обществе.

Она приложила палец к мочке уха, демонстрируя лучистый

пирсинг на нем.

Даже для девушек, стремящихся выглядеть стильно, дырка в

ушах — территория, на которую не многие решаются войти. В средней школе твои

одноклассники будут рассматривать тебя как героя, а взрослые и учителя — как

преступника — это действительно загадочное противоречие. Этот металл размером

всего в миллиметр, но при этом обладает такой большой мощностью. Думая об этом,

я пробормотал следующие слова:

— Это повышает твою защиту? Или это похоже на двойную атаку?

— Пф…

ты говоришь кое-что интересное, — она смеялась надо мной.

Я имею в виду, что скорость моего мышления отставала, и я

просто бормотал удобные игровые термины, которые всплывали у меня в голове.

— Ну, типа того. Цель — достичь и нападения, и защиты.

— Звучит опасно. Знаешь, в этом мире, в котором мы живем,

сейчас царит мир.

— Тем не менее, сражения ведутся там, где вы их не видите.

Аясэ-сан казалась героиней, вовлеченной в войну,

происходящую на темной стороне мира.

С этого момента я был брошен в мир битв сверхдержав, кровь

омывалась кровью... конечно, это не так, поскольку я знал, что она просто

использовала риторический ответ.

— Саки и Юта-куну. Разогрейте это и съешьте вместе.

Ранее я удалил эту записку с пластиковой пленки на жареных

овощах, и теперь взгляд Аясэ-сан переместился на эту бумагу.

— Ты сегодня встретил маму?

— Да, как раз, когда я вернулся со школы.

— Она была действительно очаровательной, не так ли?

— Ну да, я думаю, — я ответил неловко.

Даже если она стала моей матерью сейчас, я не совсем

понимаю, как хвалить ее перед моей сводной сестрой, которая по совместительству

ее биологическая дочь. Из-за этого Аясэ-сан пристально посмотрела на меня, а

затем усмехнулась. Затем она заговорила так, будто собиралась рассказать мне

историю о привидениях.

— Но она всего лишь выпускница средней школы.

— Да неужели?

Обычность сказанного немного удивила меня, из-за чего я

ответил сухо. Аясэ-сан подозрительно взглянула на меня.

— Ты ничего об этом не думаешь?

— … Я не?

— Закончила только среднюю школу, красотка, ночная жизнь,

что если бы у тебя были согласованы все эти три условия?

— Тогда я бы подумал о ней как о выпускнице средней школы,

красавице и как о ком-то, кто работает в ночном бизнесе?

Я действительно не понимаю, чего она от меня хочет. Конечно,

у меня есть определенные мысли, когда я слышу эти отдельные слова, но ничего особенного

не приходит в голову, если сложить их вместе.

— Хм, Асамура-кун, у тебя довольно плоское мышление. —

сказала Аясэ-сан и поднесла ко рту еще несколько овощей.

Интересно, почему я вижу проблеск счастья в ее обыденно

безраличном выражении лица. Может, она издевается над этим унылым девственником

перед ней. Я недостаточно хорошо знаком с девичьим сердцем, чтобы полностью это

отрицать.

— Я думаю, что такая позиция довольно удивительна.

— Я очень ценю твою доброту по отношению к девственникам.

Поскольку она выражает свои мысли честно, мне не нужно быть

менталистом, чтобы понять ее собственную позицию, и это упрощает общение.

На мгновение выражение ее глаз стало мрачным. Может быть,

слово «девственник» как-то огорчило ее. Однако следующие слова, сошедшие с ее

уст, были более серьезными, чем я ожидал.

— Я знаю другие, куда менее плоские мнения. Как выпускница

средней школы, красавица и работница ночного бизнеса, она в основном глупа и

использует свою внешность как средство незаконного заработка — что-то в этом

роде. Я много раз видела, как с мамой так обращались и обижали ее подобным

образом много раз.

— Что за вздор.

Конечно, в нашем обществе есть тенденция связывать

академические заслуги и внешность. Однако нет никакой гарантии, что так можно

истинно определить способности и личность человека. Даже если макро-точка

зрения может быть верной, вы сможете найти много различий, если погрузитесь

глубже в микро-территорию. Просто потому, что многие люди часто бывают такими,

как о них думают, не стоит пытаться всерьез оценивать так отдельных людей. Тех

людей, которые даже этого понять не могут, лучше всего игнорировать, поскольку

именно они не представляют никакой ценности.

Так сказано в книге, которую я позаимствовал у Ёмиури-семпай. Влияние книг очень

велико. Даже простой школьник, вроде меня, может говорить так, как будто у меня

на плечах и в голове лежит жизненный опыт другого человека.

Услышав эти слова от меня, лицо Аясэ-сан слегка покраснело,

и она посмотрела на меня глубоко признательным взглядом.

— Верно, это вздор.

— Д-да.

— Не говоря уже о том, что комментарии и взгляды, подобные

этим, несправедливы. Это логичное развитие событий, от которого нельзя сбежать.

— Например?

— Когда вы умны, но не привлекательны, вас называют жуткой,

но образованной женщиной. Если вы не умны, но очень привлекательны, к вам будут

относиться как к бизнес-леди, которая использовала свое тело, чтобы достичь

своего нынешнего положения. Все они просто предполагают, что вы использовали

свое тело, чтобы добраться туда, где находитесь, а когда вы честно работаете,

вас высмеивают и жалеют из-за того, что у вас нет человека, на которого можно

положиться.

— Ах, понятно… я понял, о чем ты.

— Я уверена, что с парнями что-то подобное тоже бывает.

— Конечно. Если вы попытаетесь приблизиться к девушке, к

которой испытываете чувства, вас будут называть отвратительным, обвинять в

сексуальных домогательствах, обвинять в преступлении, но если вы решите

отказаться от любви, вас будут высмеивать за то, что вы девственник.

— Это определенно звучит крайне предвзято. Твой собственный

опыт?

— Прочел об этом в социальных сетях. Прочитав тогда это, я

пожелал никогда не иметь такого опыта, понимаешь? Похоже, это довольно

болезненно. Я бы предпочел, чтобы меня не высмеивали из-за подобного.

— Ясно, я, вроде как, поняла.

Слушая мой мыслительный процесс, который по содержанию

походил на одну из самых известных басен Эзопа «Лиса и виноград», Аясэ-сан

немедленно выразила сочувствие. Она, вероятно, поняла, что мы оба разделяем

схожие мнения, поскольку ее голос и выражение лица немного смягчились.

— Вот почему я использую это вооружение.

Мы вернулись к исходной теме.

— Стань стильным до уровня, на котором никто не сможет

пожаловаться на отсутствие оного. Вести себя перед посторонними подобно

холодной красавице, формируя сильную личность. Точно также начать получать

образование в школе, чтобы стать сильной личностью. Это первый шаг. Всех этих

людей, которые продолжают жить в соответствии со своими стереотипами, я сразу

заставлю их замолчать, понимаешь? — она говорила своим обычным равнодушным

тоном, но в ее голосе было сильное волнение.

— Полная противоположность мне.

Я подумал, что это надоедает, когда на меня навязывают роль,

и просто сбежал от этого. В отличие от меня, Аясэ-сан была готова плюнуть в

лицо всему миру. Однако я чувствовал опасность, исходящую от этой позиции.

— Тебя это устраивает? Звучит утомительно.

— Если я смогу доказать свое превосходство в обмен на

выносливость, тогда это прекрасно.

Кому доказать? Это сомнение возникло у меня в голове, но я не

хотел, чтобы меня считали каким-то любопытным ублюдком, поэтому проглотил его.

Однако я подумал, что причина, по которой она придерживалась таких ценностей,

неподходящих ее возрасту, могла быть связана с влиянием ее настоящего отца,

бывшего мужа Акико-сан. Если это так, то я хотел бы избежать наступления на эту

мину.

Даже я бы не стал бы терпеть того, кто попытался бы узнать о

моей настоящей матери, поэтому было бы логичным не делать то же самое с другим

человеком.

— Разве мы не одинаковые, Асамура-кун?

— Я не такой сильный, как ты, Аясэ-сан. Я не хочу бороться

со взглядами общества.

— Но в основе всего этого лежит то, что ты не хочешь, чтобы

другие ожидали от тебя чего-либо, поскольку у тебя самого нет никаких ожиданий

от окружающих, верно?

Это правда. Вот почему, когда мы впервые встретились в

семейном ресторане, мы сразу сошлись своими личными позициями.

— Взгляды других, ожидания других, чтобы освободиться от

них, тебе нужна сила, чтобы жить самостоятельно.

— Понятно. Мне кажется, я понимаю причину, по которой ты

ищешь хорошо оплачиваемую работу.

— Ха, у тебя хорошая интуиция.

— Я имею в виду, что со всеми этими намеками даже такой

тупой человек, как я, смог бы это понять, — я пожал плечами и продолжил. — Это

для того, чтобы ты могла жить независимо, верно?

— Правильно… И извини, — сказала Аясэ-сан и с горечью закрыла глаза.

Я не буду спрашивать, почему она там извиняется. Для

Аясэ-сан, которая до сих пор не работала даже на неполный рабочий день, причина

того, почему она теперь внезапно искала хорошо оплачиваемую и легкую работу,

как раз в то время, когда она начала жить вместе с нами, была понятна. Не было

смысла копать глубже и задавать вопросы, необходимые для того, чтобы это стало

очевидным.

Не полагаясь на других, не ожидая ничего от других, все это

было для того, чтобы она могла стоять на собственных ногах. Причина, по которой

она впала в такое отчаяние, заключалась в том, что незнакомцы, на которых она

теперь вынуждена полагаться, внезапно вошли в ее жизнь, сразу после того, как

она решила жить самостоятельно.

— Честно говоря, нет такой работы с частичной занятостью,

которая позволила бы легко зарабатывать деньги. Не могу сказать, что моя работа

в книжном магазине хорошо оплачивается.

— Понятно… Аясэ-сан кивнул с сожалением на лице. Тогда,

думаю, я могу только сдаться.

— Ты больше не собираешься вникать в это?

— Если я трачу время на поиски чего-то, у меня остается

меньше времени на учебу. Так или иначе, я приехала сюда, не имея намерения

работать неполный рабочий день, так что у меня нет никаких подсказок. Конечно,

потратив много времени, я могла бы что-нибудь найти, но соотношение затрат и

качества здесь кажется мне слишком ужасным. Я вовсе не гений, поэтому мне,

вероятно, придется пожертвовать либо оценками, либо неполной занятостью.

— Хм. Вот почему ты обратилась ко мне, у которого был опыт в

этом деле, чтобы попытаться исправить твой недостаток информации.

Не то чтобы я мог хвастаться своим количеством друзей, но,

судя по тому, что я слышал, у меня с этим все получше, чем у Аясэ-сан. У нее

есть Нарасака-сан, но в остальном у нее все довольно плачевно.

— Я мог бы помочь тебе с этим.

— Серьезно?

— Да, в школе у ​​меня есть друг, который знает разного рода

информацию.

Опять же, он мой единственный друг.

— Мой старший на работе тоже может что-то знать. У меня

завтра работа, я попробую что-нибудь узнать.

— Спасибо. Но было бы довольно неправильно, если бы ты так

много сделал для меня.

Аясэ-сан сделала глоток мисо-супа, сказав об этом.

— Мисо-суп.

— Э?

— Я хочу, чтобы ты делала мисо-суп каждый день.

Когда мы сидели за обеденным столом, я смотрел на девушку

передо мной, которая недавно была для меня чужой. Глядя на нее, эти слова сошли

с моих уст прежде, чем я успел подумать. Аясэ-сан прижалась губами к миске и

недоуменно моргнула.

— Признание в любви?

— Нисколько.

[П/Р: У японцев «Хочу, чтобы ты каждый

день готовила мне мисо-суп» равнозначно нашему «Хочу каждый день есть твою

еду», то есть это такое необычное признание в любви.]

Я не могу ее винить, поскольку мои слова действительно были

сильно похожи на предложение, как бы вы на это ни смотрели. Я имею в виду,

Акико-сан сказала, что будет сложно готовить еду каждый божий день. Это

значило, что я должен был делать это сам, и, поскольку до сих пор я жил только

со своим стариком, я довольствовался едой из мини-маркета. Вот почему я

подумал… есть ли у меня вообще время для приготовления еды, когда у меня есть

учеба, моя работа на неполный рабочий день, и при этом я еще хочу немного

времени для себя. Кроме того, сколько лет прошло с тех пор, как я ел домашний

мисо-суп, он намного вкуснее, чем магазинный.

Все эти мысли смешались в моей голове, и я в неосознанно

пробормотал ту фразу.

— Ну, я не против. Я не ненавижу готовить еду и могу

сказать, что у меня это неплохо получается. Во всяком случае, затраты по

сравнению со сбором информации практически равны нулю.

Похоже, она не против.

— Итак, я буду искать информацию о том, где бы могла

заработать хорошие деньги при небольших затратах во времени.

— А я буду готовить для тебя...

Несмотря на то, что мы знали, что это дурной тон, мы оба

указали друг на друга и подтвердили этот контракт.

Продолжение следует...

Над переводом работала команда RanobeList.

[[image:/storage/reader-images/ab230dfff02d096d0d196ac978098c867d1086cf.png]]

9 июня (вторник)

Утро. Естественно,

такого драматического события, как, например, подъем под «Доброе утро,

братик!», не произошло. Даже прошлой ночью Аясэ-сан пошла принимать ванну вслед

за мной и легла спать только после того, как я уже заснул. Бьюсь об заклад, она

еще и проснулась раньше меня.

— У нас большие

проблемы, Юта!!!

Выйдя в коридор, я

наткнулся на клоуна, измазанного кремом для бритья. Нет, поправка, это мой

старик, упорно пытающийся привести себя в порядок перед работой. Его глаза были

широко раскрыты, даже залиты кровью, когда он отчаянно указывал на гостиную.

— Что случилось?

— Я только что

брился!

— Да… Это

заметно...

— А потом я услышал

какие-то подозрительные звуки из кухни, поэтому зашел проверить, но там...

— Ага?

Он что, стал

свидетелем убийства? Едва я подавил такие возражения, как мой старик продолжил

дрожащим голосом.

— С-Саки-тян… Она

готовит завтрак!

— Ты так говоришь,

будто это что-то необычное.

— Потому что это

так! Никогда бы не подумал, что мне будет готовить завтрак собственная дочь!!!

— я увидел, как в глубине его глаз начали скапливаться слезы.

Я понимаю, что он

счастлив, но не стоит ли ему перестать разбрызгивать всюду этой пеной?

— Прекрасно… Может

тебе все-таки стоит закончить с бритьем?

— Как холодно с

твоей стороны. Если бы только ты мог быть таким же милым, как Саки-чан.

— Милым… как

Аясэ-сан? — я представил себе ее

обычно сухое прохладное лицо и в замешательстве склонил голову.

Конечно, у нее

симпатичное лицо. Оно определенно принадлежит к высшему классу. Но иметь

красивое личико и быть милым — две разные вещи, как по мне.

… Думая о чем-то подобном,

я толкнул своего старика обратно в ванную комнату и направился в гостиную, где

мой нос почувствовал какой-то восхитительный запах.

— Это что, яичница?

— спросил я.

— Весьма ортодоксально,

правда? Я подумала, что тебе

не на что будет жаловаться, если это будет что-то настолько простое, — равнодушно ответила

Аясэ-сан.

— Может быть, но

могу я кое-что спросить?

— Звучит так, будто

я сейчас услышу твою жалобу, но вперед, спрашивай.

— Почему ты

готовишь завтрак?

Вчера она не

готовила завтрак. Я всегда думал, что утром вполне достаточно чая и тостов,

никогда не видел

нужды в приготовлении чего-либо эдакого.

— Я готовлю, потому

что это часть нашего контракта.

— А, ты о

вчерашнем? Я думал, речь шла только об обеде.

— Ну... в общем-то

да, но я подумала, что могу с таким же успехом приготовить и завтрак. Когда

речь идет о взаимовыгодных отношениях, я считаю, что лучше больше отдавать.

— Понятно…

Как прямолинейно...

или, можно сказать, даже сухо. Аясэ-сан была в фартуке поверх униформы, в руке

у нее была сковорода. Возможность увидеть, как твоя младшая сестра готовит для

тебя, — это нечто такое, чего желал бы любой парень в мире. Однако, как всегда,

реальность была совершенно иной, чем вы могли бы себе представить.

Я чувствовал себя

немного виноватым из-за того, что готовит одна только Аясэ-сан, поэтому начал

думать, чем бы помочь ей, и решил, что вытру обеденный стол. Аясэ-сан взглянула

на меня из кухни и заговорила.

— …Благодарю, — выразив свою благодарность

немного более неловко, чем обычно, она принесла три тарелки с яичницей.

Я подумал, что

теперь, когда мы одна семья, в благодарностях нет нужды, но полагаю, что

политика Аясэ-сан все же требует, чтобы она меня благодарила. После яичницы

девушка принесла белый рис и мисо-суп, от которых столовая наполнилась приятным

и комфортным ароматом.

— Когда ты это

приготовить успела?

— Вчера вечером

перед сном… Ну, это не так уж и сложно.

Она сказала, что в

этом нет ничего особенного, но,

по-моему, это очень

даже напряжно, поэтому мне было трудно сказать что-то в ответ. Аясэ-сан и я

сели за обеденный стол лицом друг к другу, хлопнули в ладоши и поблагодарили за

еду, затем мой старик вошел в комнату, полностью одетый. Он сел с нами за

обеденный стол и пробежался глазами по еде.

— Я сейчас заплачу…

— Ахаха, ты

преувеличиваешь,

— Аясэ-сан улыбнулась.

Я мог видеть другое

выражение лица, по сравнению с обычным сухим и прохладным, которое она мне

показывает. Наверное,

дело в том, что в дальнейшем ей сильно придется полагаться на моего старика.

Глядя на выдерживаемое расстояние или на манеру ведения разговора, мне кажется, что я имею дело

вовсе не с младшей сестрой, а с женой, которая только начала жить с нами.

В конце концов, мой

старик продолжал болтать о том, какая вкусная эта еда, и быстро покинул дом,

закончив завтракать. На самом деле, он очень любит быстро есть. Я, честно

говоря, причисляю и себя к быстрым едокам, но на этот раз мне потребовалось

немного больше времени.

— Не понравилось?

Не знаю почему, но

Аясэ-сан бросила на меня тревожный взгляд, приходя к какому-то собственному

выводу на основании моей скорости поедания.

— Да нет.

— Не нужно быть

вежливым. Я постараюсь исправить блюдо, если оно невкусное.

— Нет, серьезно,

все очень вкусно.

Предполагаю, что

она, вероятно, сделала все по рецепту, совсем не используя никаких странных

приправ, следя за тем, чтобы все было точно на своем месте, и вкус поэтому был

идеальным. Не будь он таким безупречным, этот завтрак идеально бы

соответствовал другому такому, приготовленному стереотипными младшими сестрами

из аниме или манги, но, опять же, здесь все было не так.

Если он хорош, то

почему мои палочки для еды движутся медленнее, чем обычно? Причина была проста,

и я объяснил ей ее, поднося ко рту немного риса.

[[image:/storage/reader-images/3aa6a60d834e678ece7218a36f6d0b6333335486.png]]

— Просто я привык

есть яичницу с соевым соусом… как-то так.

Вот и вся причина.

Яичница, которую приготовила Аясэ-сан, была приправлена солью и перцем, без

использования каких-либо других ингредиентов. Конечно, соль и перец не являются

чем-то мне неприятным, поэтому я могу спокойно съесть и эту яичницу, но, когда

вы позволяете яичнице впитать соевый соус, она становятся более легкоусваиваемой, и я к

этому привык.

— Яичница с соевым соусом… Я никогда не

думала об этом… — пробормотала Аясэ-сан.

Во всяком случае,

меня удивило, что она ела яичницу только с солью и перцем. Выражение лица

Аясэ-сан не сильно изменилось, но ее голос звучал так, будто она была слегка

подавлена.

— Извини, я даже не

подумала о твоих вкусах, а просто приготовила ее так, как если бы яичницу ела

я.

— Нет-нет-нет, тебе

не за что извиняться. Во всяком случае, мне жаль, что я не сказал тебе заранее,

но все же, это выглядит так, будто я опять на что-то жалуюсь.

— Я спрошу о твоих

предпочтениях в следующий раз.

— Да, я в свою

очередь постараюсь предоставить тебе правильную информацию.

После этого

наступило молчание. Мы просто два человека, которые пытаются уютнее ужиться

друг с другом. Честно говоря, это было неплохо. Со стороны наш разговор может

показаться безличным и роботизированным. Но лично я чувствовал облегчение и

расслабление от этого.

Проведя вместе

время утром, мы с Аясэ-сан снова вышли из дома в разное время. Это была мера

предосторожности, чтобы не допустить появления в школе странных слухов, а также

того, что мы не будем слишком близко друг к другу. Хотя мы практически семья,

она по-прежнему принадлежит к противоположному полу и к тому же моя ровесница. Одно

дело — быть внимательными друг к другу в доме, но осознавать это и снаружи, на

мой взгляд, могло быть довольно утомительным.

Нужно дорожить своим временем. Поскольку

мы оба придерживались этого мнения, я чувствовал, что и в будущем мы сможем

прекрасно ладить.

— Как думаешь, что

лучше: заниматься крипто-валютой

или ютубингом?

— Я думаю, что

лучше бы тебе прекратить размышлять о подобном.

Была перемена перед

началом следующего урока. Представ перед вопросом, который я задал своему

верному другу — Мару — он сделал холодное и резкое заявление.

— Довольно быстрый

ответ для кэтчера бейсбольного клуба.

— Все бы так

отреагировали. Откуда у тебя вообще мысли об этом, Асамура?

— Я просто ищу

способы эффективного заработка денег с минимальными временными затратами.

Я тщательно

подбирал слова, передавая только минимум необходимой информации. Я не могу

нарушить свое обещание, данное Аясэ-сан, и не могу рассказать ему о разговоре,

который у меня был с ней, поэтому мне пришлось действовать крайне осторожно.

Конечно, этого было недостаточно, чтобы убедить Мару, поскольку он

подозрительно взглянул на меня.

— Асамура… тебя

преследуют коллекторы или что-то в этом роде?

Почему ты сразу

прорабатываешь наихудший сценарий?

— Я не замешан в

чем-то подобном. Я имею в виду, что в какой бы крупной корпорации или бизнесе

вы ни работали, в наши дни это никогда не бывает по-настоящему безопасно, а

быть государственным служащим, в свою очередь, довольно сложно. Поэтому я

подумываю заработать как можно больше денег прямо сейчас.

— Пытаешься в

юности обеспечить себя на всю жизнь?

— Если возможно, я

бы предпочел отказаться от платных свиданий.

— Это было в твоем

списке вариантов?.. Хм? — Мару посмотрел на меня с сомнением. — Вчера ты

спрашивал меня об Аясэ, сегодня ты ищешь какую-нибудь неофициальную работу на

полставки… Не хочешь рассказать мне об этом поподробнее?

— Нет, это не то,

что ты думаешь, — я сразу же опроверг его мысли.

Поскольку я сделал

это до того, как он успел закончить свое предположение, это, вероятно, могло

усугубить его сомнения, но я не мог усидеть на месте, не отклонив его сразу же.

Мару смотрел на меня, пока я сглатывал слюну, а затем медленно проговорил:

— Откажись от

этого. Не существует никого, кто желал бы снять проститутку-мужчину. Да блин,

хотя бы просто посмотри на себя в зеркало, чувак.

— … Уф, — я вздохнул с облегчением.

Я чувствовал, как

все напряжение в моем теле исчезает до такого уровня, что я даже не разозлился

из-за его грубых мыслей по поводу меня. Спасибо за то, что временами проявляешь

такую ​​тупость, Мару.

— Ты сейчас потешался надо

мной в своей голове, верно?

— Нисколько, —

уверенно солгал я.

Хотя нет, не

солгал. Я не смеялся над ним, а благодарил его. Осмелюсь сказать, что

стереотипы — это опасная вещь. Будучи носящим очки кэтчером в бейсбольной

команде, мой дорогой друг, казалось бы, должен быть хорош в наблюдении и

обладать к тому же большими способностями к угадыванию. Тем не менее, он даже

не смог предположить, что Аясэ-сан — моя младшая сестра. Так я понял, что

школьница, по слухам занимающаяся проституцией, и новообретенная сводная сестра

никак не коррелируют между собой.

— В любом случае… —

начал Мару, подняв палец, знаменуя старт своей лекции. — Прежде всего, даже не

думай, что ты можешь заработать большие деньги за короткий промежуток времени,

будучи ютубером или занимаясь крипто-валютой. Это наивно.

— С-серьезно?

— Конечно. Чтобы

добиться успеха, тебе нужно будет потратить просто безумное количество времени.

Ты же не можешь начать играть в бейсбол без должного понимания сути игры?

— А-а, понятно, я думаю, это имеет

смысл.

Поскольку это

говорил Мару, который давно занимается бейсболом, это прозвучало до странности

убедительно. Однако в то же время, когда я нашел смысл в его словах, мое

внимание привлекло еще одно противоречие.

— Но пускай есть

люди, которые тратят десятки лет на то, чтобы заработать много денег, есть и

те, кто может добиться этого всего за год, верно? В чем их различие? Не думаю,

что лишь только вложенное время.

— Поскольку я не из

тех, кто зарабатывает баснословные суммы денег, я не могу сказать тебе этого,

но, возможно, за этим стоит какая-то уловка.

— Уловка, да…

— Может быть это

просто такое мировоззрение. Оба моих родителя — фанаты истории, поэтому мне

рассказывали всевозможные истории от периода Сражающихся царств до

Троецарствия, так что я получил много знаний об этом, но…

— Да… иногда ты

говоришь, как Чжугэ Лян.

[П/П:

Чжугэ Лян - https://en.wikipedia.org/wiki/Zhuge_Liang]

В течение года, что

мы с Мару общаемся, я понял, что он отличный тактик. Во время прошлогоднего

спортивного фестиваля он собирал информацию о других классах и инструктировал

людей. Благодаря этому, нашему классу легко удалось занять первое место. Это

также может быть причиной того, почему он занимает позицию кэтчера в своем

клубе.

— Честно говоря,

это не так уж и важно, но… Ну... я вбил в себя основы ведения войны.

— Например?

— «Информация и

знания — ваше самое сильное оружие».

— «Познай врага

своего, познай самого себя и не убоишься сотни битв?»

— Что-то вроде

того. Солдаты врага, географическое положение, оружие, которое они любят

использовать, и количество, которое они имеют, реальный боевой опыт — все это звучит как мелкие детали,

но вместе взятые, те становятся сильным оружием. Правда, даже в этом случае,

умные солдаты с топорами не могут победить огнестрельное оружие.

— Понятно, ты

сравниваешь это с зарабатыванием денег… Ты говоришь, что мне не хватает знаний

о деньгах?

— Наверное. Мне

кажется, что чем больше ты знаешь о том, как работает общество и какова

ситуация на рынке, тем выше твои шансы на успех? Но на деле я ничего в этом не

понимаю.

Он говорил со

знанием дела, только чтобы сломаться в последний момент...

Он дает весьма

хорошие советы, прикрепляя их личными примерами, но слишком боится брать на

себя ответственность. Я внимательно слушал все, что мне говорил мой друг, и

мысленно делал заметки на потом.

Когда занятия

кончились, я сел на велосипед и направился прямиком в книжный магазин, в

котором подрабатывал. Расположенный прямо перед вокзалом станции Сибуя, он был

популярным местом среди молодежи, служащих и деловых людей, поэтому час-пик в

нем был примерно с 18 до 19 часов. Однако, как только вы преодолеете его, все,

как правило, немного успокаивается, и количество людей в смене сокращается

примерно до четырех.

Примерно в 20:00 у

двоих из нас начался часовой перерыв, так что я и Семпай остались одни. Говоря

о ней,

она стояла за кассой и зевала, в то время как я… вел себя так, будто работал с

полками, а на деле искал книгу, которая мне была нужна.

Во-первых, мне

нужны знания о деньгах. Об экономике, ведении бизнеса и капитализме. Честно

говоря, названия у книг довольно схожи, поэтому я не могу их различить,

следовательно, я выбрал что-то, что звучало в некоторой степени достоверно.

Можно было бы еще взять несколько журналов, которые могли бы дать мне

информацию о подходящих рабочих местах. Все же мне не хотелось наткнуться на

какого-нибудь сомнительного работодателя. Конечно, те места, что в журналах,

тоже не самые надежные, но лучше быть начеку хоть так, чем совсем без охраны.

… Хорошо. Я взял

книги с собой и направился к кассе. А там:

— Эй, ты же на смене,

не лучшее время, чтобы книги для себя откладывать.

Вместе с этим

предупреждающим высказыванием, кто-то ткнул меня пальцем в плечо.

Конечно, это была

Семпай.

— Ах, мне очень

жаль.

— Шучу, это правило

никого не волнует, так что не обращай на меня внимания. Менеджеру магазина,

кажется, все равно. Пока ты не откладываешь себе какой-нибудь суперпопулярный

роман, все должно быть в порядке ~. Просто думай об этом рационально, хорошо? — Семпай

засмеялась.

Она может выглядеть

как Ямато Надесико, но большую часть времени эта девушка не соответствует своему внешнему

образу. Я до сих пор помню, как она всегда жаловалась, что, стоило ей перестать

вести себя чопорно и прилично, количество признаний в ее адрес резко падало.

Если ты настолько

легкомысленная девушка, то иди покрась себе волосы и начинай производить

правильное впечатление на других людей. В определенном смысле она полная

противоположность Аясэ-сан, что довольно нелепо. Стереотипы идут по пути

разрушения, ага.

— Итак, Кохай-кун,

что ты пытался отложить?

— Разве тебе можно

так вторгаться в мою личную жизнь?

— Хм… какая

реакция… Это непристойная книга?

— Я бы не осмелился

покупать порно-журналы в тот период жизни, когда я изо всех сил пытаюсь

поладить со своей младшей сестрой… Кроме того, мне еще даже нет 18, так что я

все равно не могу их купить.

— Тогда просто

покажи мне… это!

— Ах.

Она украла у меня

книги, когда я ослабил бдительность.

— Хм… Мм? — она

взглянула на обложки различных книг и на ее лице показалось выражение

любопытства. — Я и не думала, что ты так сильно увлекаешься накоплением

богатств. Ты всегда был таким?

— Нет, не совсем, —

я сразу же отверг подобные предположения.

При этом раскрытие

личного желания Аясэ-сан показалось мне дурным тоном, поэтому я решил раскрыть

только самые важные детали.

— Закончив старшую

школу, мне хочется переехать и жить одному. Вот почему мне нужно заработать как

можно больше.

— Но разве тогда тебе стоит работать здесь

неполный рабочий день?

Черт возьми, ничего

не могу сказать в ответ на это…

— Гм, ну... Денег пока

хватает, и мне нравится здесь работать, потому что я люблю книги, даже если

зарплата не такая большая.

— Хах, понятненько.

— Получив новую

сестренку в таком возрасте, я не хочу оставаться в доме своей семьи. Не хочу

сейчас слишком сильно их обременять.

— Я понимаю, — прокомментировала она

безразличным тоном с пустым выражением лица.

— Ты сомневаешься

во мне?

— Я понимаю, что ты

хочешь стоять на собственных ногах, но не понимаю, причем тут твоя младшая сестра? — она говорила довольно серьезным

тоном.

Я и сам был в таком

состоянии, когда услышал это от Аясэ-сан.

— Дело в моих

собственных чувствах, верно?

— Я имела в виду,

что ты сам не согласен со своей логикой.

— Разве? Как я могу

быть не согласен?

— Я имею в виду,

что это не имеет смысла.

— А?

Слова, исходящие из

уст Семпай, застали меня врасплох, и мои глаза широко раскрылись.

— Чтобы ты не

беспокоил других, такие рассуждения… Я не думаю, что ты сможешь стать

человеком, который зарабатывает много денег, просто читая все эти книги.

— Мне очень жаль,

но мы перепрыгнули так много логических шагов, что я вообще ничего не могу

понять. Не могли бы вы сказать это словами, которые я мог бы воспринять,

Семпай?

— Сестра твоего

возраста — это очень даже неплохо. И образ жизни, который не основан на этом

факте, — это как если бы ты связал самому себе руки и ноги, — она сказала это совершенно

безучастно, но в ее голосе был резкий тон.

На самом деле

Аясэ-сан — та, кто хочет жить, не полагаясь на меня или на моего старика, но,

поскольку я и сам согласился с ее идеями, слова попали прямо в мое сердце.

— Как ты думаешь,

зачем людям нужны деньги?

— Потому что без

них нельзя жить?

— Так ли это на

самом деле?

— Это риторический

вопрос? Я хочу сказать, что без них никуда. Одежда, еда, убежище — это три

основных потребности нас, людей, и каждая из них сейчас требует денег.

Это капитализм.

— М-м, понятно. Тогда давай доведем

это до крайности. Ребенок, который не может заработать денег, его ведь не

бросят попросту умирать?

— Это действительно

слишком экстремальная крайность.

— Но все-таки,

ребенок может жить, даже не зарабатывая денег, верно?

— Потому что

родители оплачивают его расходы, да.

— Правильно, потому

что ему помогают… Так почему взрослые не могут так жить? Разве это не

нормально?

— Я так не думаю.

Я уверен, что, если

бы все начали просить о такой помощи, общество рухнуло бы. Взрослые должны

защищать детей, и как только вы заработаете первые собственные деньги и сами

встанете на ноги, общество начнет защищать ваши интересы.

— Я имею в виду,

что есть много взрослых, которые хотят снова стать детьми, верно?

— Я не думаю, что

тебе следует обобщать всех.

В социальных сетях

я вижу, как люди относятся к 2D-персонажам, как к своим мамам и тому подобное.

Но даже если такие прецеденты имеют место быть, не следует просто обобщать, мол

это относится к каждому взрослому человек… Или, по крайней мере, я надеюсь, что

это так.

— Я никогда не

говорила о всех~.

Но тот факт, что такой специфический контент продолжает появляться во все большем и большем

количестве, объясняется тем, что есть люди, которые действительно нуждаются в

нем, верно?

— Это… правда, да.

— Поначалу каждый

из нас был ребенком, но взрослея, мы лишаемся своего положения. А это разве не

жестоко?

— … Полагаю, что

так.

— Это еще одна

крайность, но если кто-то предоставит тебе одежду, еду и место для сна… если

кто-то окажет такую степень поддержки, то ты ведь сможешь жить без денег,

верно?

— Значит, основной

доход отличается от просто денег?

— Мммрр, ты такой

умный ~

— Прекрати уже.

Я не ожидал, что со

мной будут обращаться как с мальчиком, который использует слова, которые выучил

недавно. Не говоря уже о том, что я слышал об этом термине из книги, которую

дала мне почитать Семпай, поэтому не думаю, что она имеет право так обращаться

со мной. Но девушка просто улыбнулась, не беспокоясь о моих мыслях.

— Если вы не можете

жить самостоятельно, вам просто нужно попросить кого-нибудь о помощи. По

крайней мере, я так думаю.

— Даже если ты

станешь для них обузой?

— В мире есть люди,

которым нравятся такие девушки, понимаешь?

— Может и да, но в

целом…

— Наверное, такие

просто не в твоем вкусе, Кохай-кун.

— …Я действительно

не понимаю.

По крайней мере, я

не думаю, что Аясэ-сан нравятся мужчины, которые хотят стать кому-то обузой… Не думаю, но я ее почти

не знаю, так что это вопрос, на который у меня нет ответа.

— Во всяком случае,

так работают деньги. Если они у вас есть — отлично, а если нет, то вам нужно

искать кого-нибудь, кто вам поможет. Если вам помогут, ищите тех, кому

понадобится уже ваша помощь. Думаю, лучше помнить об этом, чем читать такие

сомнительные книги.

— Я сомневаюсь.

— А ведь в любой

компании мира компетентных сотрудников будет больше, чем президентов.

— Это чертовски

крутое заявление.

— Это правда.

Просто так уж получилось, что богатые президенты компаний умеют спасать себя

сами, вот и все, молодой человек.

— Это довольно

глупо, когда ты ведешь себя так, будто говоришь все это исходя из собственного

опыта.

— Цветок студентки

университета всегда привлекает папиков.

— Э? — я

подсознательно замер.

Конечно, дело не в

том, что я испытывал к ней какие-либо чувства, но поскольку она всегда работала

в ту же смену, что и я, я знал о ней довольно много вещей. Однако… шок — это

все же шок. Точно так же, как то, что произошло, когда я услышал о слухах, что

Аясэ-сан может продавать свое тело. Может быть, я не понимаю, потому что я все

еще девственник.

Однако после

нескольких минут моих мучений, Семпай улыбнулась мне.

— Шучу ~

— Ведьма.

Моя уважительная

манера речи полностью испарилась.

— Этим занимается моя подруга из универа.

Кажется, что люди с большими деньгами умеют оказывать помощь другим. Кроме

того, всякий раз, как я встречаюсь с ней, она носит с собой какой-то новый

брендовый предмет гардероба. Честно говоря, это потрясающе: одежда, сумочки и

всякое такое.

— Вау...

Мне казалось, что я

взглянул на темную сторону студенческой жизни.

— В любом случае,

прежде чем полагаться на такие книги, почему бы не положиться в первую очередь

на свою семью? — она подмигнула мне и начала помогать клиентке, которая только

что вошла.

В конце концов, я поехал домой в тот день,

не купив ни одной книги, будучи под впечатлением от поддразниваний Семпай.

— Я вернулся,

Аясэ-сан.

— Добро пожаловать

домой, Асамура-кун.

Как всегда, моя

сводная сестра поприветствовала меня по возвращении домой, мой нос щекотал

возбуждающий запах пищевых ингредиентов. Войдя в гостиную, я заметил, что

Аясэ-сан готовит на кухне. Не знаю, пришла ли она только что домой или просто

не удосужилась переодеться, но она носила фартук поверх униформы и помешивала

содержимое горячей кастрюли.

— Хорошо поработал.

Хочешь поесть прямо сейчас?

— Спасибо. Я

приготовлю тарелки.

— Ах, не надо, должно

быть, ты устал после работы, —

сказала Аясэ-сан, когда я достал несколько тарелок.

Вместо того, чтобы

быть братом и сестрой, это больше похоже на то, будто мы молодожены… Боже, это

звучит так жутко. Я проигнорировал свои проклятые мысли и закончил подготовку к

ужину с Аясэ-сан, сев за обеденный стол к ней лицом. Сегодняшним основным

блюдом было карри. Было использовано много овощей, поэтому он выглядел подобно

весьма полезному карри. Вдобавок, она даже приготовила салат. Когда я поднес ко

рту овощи со специями, мои глаза широко открылись.

— Очень вкусно!

— Рада это слышать.

Честная похвала

сорвалась с моих губ. Откровенно

говоря, карри был достаточно вкусным, чтобы его можно было описать только этим

самым словом. Это не было чем-то вроде любительского следования рецепту с

использованием простых ингредиентов.

Если бы вы не

использовали различные специи и не проводили подробных расчетов при варке

овощей, вы бы не сделали их настолько удобоваримыми, чтобы их можно было

разломать за один укус. То же самое и с рисом, так как он очень плавно брался

ложкой.

Аясэ-сан, как всегда,

проявила спокойную реакцию, но я подумал, что она не против моей похвалы,

потому что уголки ее рта немного приподнялись, а она поднесла ко рту немного

карри. В ту секунду, когда пряность коснулась ее языка, ее брови слегка

дернулись, и я понял, что даже у нее могло быть человеческое выражение лица.

— Я не думал, что у

тебя получится такое классное карри.

— Понятно. Опять

же, я бы дала ему 70 баллов.

— Ты все еще можешь

подняться выше?

— У меня не было

много времени, чтобы приправить мясо, так что я все еще могу его улучшить.

Извини за это.

— Приправить мясо…

— я просто безучастно пробормотал слова, которые только что услышал.

— Эм, что? Тебе

нужно, чтобы я это объяснила?

— Я ничего не знаю

о кулинарии… Большее, что я понял, это то, что ты готовишь мясо с обеих сторон.

С моей точки

зрения, знание кулинарии этой девушки заставляет ее казаться пришелицей из

другого мира.

— Что ж, ладно, — сказала она, и

начала свое объяснение. — Когда ты покупаешь мясо на рынке, вкус у него немного

неприятный, или может иметь сильный запах. С солью, перцем или чесноком вкус

становится намного лучше.

— Ох… драгоценное

знание.

— Простые вещи,

которые я узнала в интернете. Большинство рецептов я выучила на специальных

сайтах, —

она заявила, что большую часть своих рецептов она выучила сама, без чьей-либо

помощи.

Это действительно

показывает, что ее желание жить независимо было не просто для галочки.

Задумавшись так далеко, у меня было несколько собственных слов.

— О том, как быстро

и легко можно заработать деньги.

— Понятно...

значит, ты уже разобрался с этим.

— Ага. Но я ничего

не нашел. Извини, хотя тебе уже дважды приходилось готовить для меня еду.

— …Понятно. Что ж,

я знала, что это будет не так уж просто, — Аясэ-сан мягко опустила плечи в знак поражения, но ее

разочарование было не таким сильным, как я предполагал.

Я почти уверен, что

она пробовала собирать информацию самостоятельно, прежде чем спросить меня, и

поняла, что возможность найти такую ​​работу была бы слишком удобной, чтобы

быть правдой.

— Я недавно узнал

об особом качестве людей, которые в конечном итоге становятся богатыми.

— Ха, это звучит

очень интересно.

— Даже мне стало

любопытно, когда я об этом услышал.

Затем я объяснил ей

то, что сказала мне Семпай, в частности о том, как важно полагаться на других.

Выслушав меня, Аясэ-сан начала излучать любопытство.

— Значит у тебя

есть девушка, с который ты так близок, Асамура-кун.

— Эх, вот что ты

извлекла из этого?

— Ах, прости. Это просто

было весьма неожиданно с твоей стороны.

— А теперь ты

издеваешься надо мной.

— Я сказала, что

мне очень жаль, ладно?..

Когда я

продемонстрировал свое недовольство по поводу того, что со мной обращаются как

с девственником, Аясэ-сан криво улыбнулась. Конечно, мой физический контакт с

девушками пока находится на колоссальном нуле, так что она тоже не ошиблась.

— Я была уверена,

что ты ненавидишь девушек или что-то в этом роде.

— Нет, не совсем.

Почему ты вообще так думаешь?

— Поскольку наши

ситуации очень похожи, я решила, что так оно и есть.

Понятно, Аясэ-сан

ненавидит девушек… Конечно, я не собираюсь так шутить. Судя по ее выбору слов,

она, вероятно, видела, что ее родители не ладят. У нее никогда не было сильной

привязанности к своему настоящему отцу, и она думает о чем-то похожем касаемо

меня с моей настоящей матерью. Половина из этого верна, так как я действительно

плохо общался с моей настоящей матерью.

— Но это не то же

самое. То, что тебе плохо с одним человеком, не означает, что ты начинаешь

ненавидеть всех представителей его пола.

— Поняла. Честно

говоря, это здорово, — сказала Аясэ-сан, восхищаясь моими словами, и продолжила

легким тоном. — Мне это по душе.

— … Что именно?

— Вы двое. У нее

отличный стиль, с ней комфортно находиться рядом, и она девушка постарше тебя,

верно?

— Это правда, да…

— Я думаю, вы двое

хорошо друг другу подходите.

— Э?

Поскольку она

сказала мне это с дразнящей улыбкой, я не мог не напрячься. Это правда, что

Семпай очаровательная красавица с большой грудью и к тому же старше меня, но я

никогда не могу сказать, о чем она думает, и не могу ослабить бдительность

рядом с ней. Я чувствую, что могу быть самим собой с ней, но, когда я уже

вымотан, разговаривать с Семпай

может быть немного сложно.

— Почему ты скорчил

такую гримасу? Судя по тому, что я слышала, она умный и замечательный человек.

— Что ж, я не стану

отрицать этого… — я замолчал.

Я не могу сказать

ей, что мучаюсь, просто встречаясь с ней, потому что это сделало бы меня полным

засранцем в ее глазах.

— Ах, ну что

поделать, — Аясэ-сан отложила ложку. — То, что она говорит, весьма логично, но

я все еще хочу стать независимой.

— Кажется, ты

сильно торопишься. Ты так сильно не хочешь полагаться на меня или моего

старика?

— Нет, вы двое

хорошие люди, и я уверена, что вы мне поможете, если я попрошу о помощи. Но… —

она сделала паузу. — Все было бы проще, если бы вы двое были плохими людьми.

— Что ты…

— Прости. Я не

должна так говорить… Спасибо за еду, — ее глаза широко открылись, и, хотя у нее

еще оставалось немного еды, она взяла тарелку и покинула стол.

Мне захотелось

позвать ее, когда она практически убежала на кухню, но я остановился. Прошло

немного времени с тех пор, как мы стали семьей, но я мог сказать, что она не

хочет больше говорить на эту тему, даже с моим нулевым опытом в отношениях с

женщинами.

Чувствую, что сегодня вечером мне снова придется лечь спать с

мрачными мыслями. Смирившись с этим, я доел карри. Ага, это действительно было вкусно, хотя мне

немного не хватило специй.

— Интересно, смогу

ли я сегодня заснуть…

Но вопреки всему я

смог нормально уснуть. Причиной тому была Аясэ-сан, которая зашла в мою

комнату, когда я уже лежал в постели.

— Это?

— Моя ароматическая

свеча и маска для сна. Я волновалась, что ты не сможешь заснуть из-за того, что

я сказала ранее.

Какая

внимательность. Хотя она говорила сухо и никогда не показывала свои чувства, я

мог видеть ее симпатию и доброту под этой маской, и мне казалось, что я узнал

Аясэ Саки с еще одной стороны.

Продолжение следует...

Работала над переводом (команда RanobeList):

Не забудьте вступить в нашу группу ВК: https://vk.com/ranobelist

[[image:/storage/reader-images/cea54977b4329b1b4fa0b6da24cf766ad6c3fb52.png]]

10 июня

(среда)

Причина, по

которой я никогда не описываю в своем дневнике утренний путь в школу,

заключается в том, что во время него не

происходит ничего необычного. От такого любой читатель мог бы помереть со

скуки. Другими словами, если я упоминаю здесь свой путь в школу, как, например,

сейчас, то это означает, что что-то стимулировало мои воспоминания об этом до

уровня, на котором я считаю сей инцидент достаточно важным, чтобы сделать

запись о нем.

Как вы,

наверное, уже догадались, сегодня такое запоминающееся событие случилось именно

во время моего утреннего похода в школу.

Как правило,

я добираюсь до школы двумя способами: пешком или на велосипеде. Идти пешком от

дома до старшей школы Суисэй не так уж и долго, так что можно не торопиться,

но, когда у меня работа сразу после школы, я пользуюсь велосипедом. Однако есть

исключения, например, когда погода плохая, или мне хочется прогуляться.

Если есть

предупреждение о тайфуне, либо во время снежных или дождливых

дней, да даже при неблагоприятном прогнозе погоды, я

иду пешком. Был один случай, когда я поехал на велосипеде, несмотря на то, что

дождь шел уже несколько часов, и на следующий день серьезно заболел. Не

хотелось бы повторить ту же ошибку. С тех пор я перестал так сильно полагаться

на свой велосипед и всегда брал с собой зонтик в дождливые дни.

Сегодняшний

прогноз погоды утверждал, что вероятность дождя была на уровне 60%, и под облачным

небом я быстро направлялся в школу, но мой взгляд остановился на одной точке.

Среди людей, ожидающих на перекрестке зеленый свет, ярко выбивались сверкающие

светлые волосы — то была Аясе-сан. Я мог сказать это даже по ее спине.

В ушах у нее

были наушники, а шнур тянулся к ее одежде. Она, наверное, слушала музыку через

смартфон в кармане. У нее был похожий вид во время того урока физкультуры, так

что, может быть, она просто любит музыку? Наверное, все живые существа, которых

называют девушками, любят слушать музыку. Они как будто другая раса, чего я,

откровенно говоря, не могу понять. В чем я был уверен, так это в том, что она

наверняка не будет слушать опенинги аниме

или западные песни.

На секунду

мне захотелось окликнуть ее, но я тут же отбросил эту мысль. Причина, по

которой мы выходим из дома в разное время, заключается в том, чтобы убедиться,

что никакие странные слухи о наших семейных отношениях не распространятся по школе. Это должно было защитить нашу нормальную жизнь до

брака родителей. Вот почему я решил соблюдать наши правила и не окликать ее по

дороге в школу, так как другие ученики могли бы нас заметить.

На светофоре

загорелся зеленый. Люди не двигались, и я

тоже стоял неподвижно. Только Аясе-сан двинулась вперед.

— Аясе-сан!

— А?!

Звук рева

двигателей полностью исчез из моей головы, так как я совершенно забыл о нашей

сделке. Я не мог позволить себе медлить. Если я опоздаю на секунду, и что-то произойдет… даже эта мысль пришла мне в голову только после того, как

я уже начал действовать.

— !!!

Я яростно

дернул ее за руку и потянул за собой. Поскольку мое тело было довольно слабым,

я не смог устоять на ногах из-за веса девушки. В результате я и Аясэ-сан упали

на землю прямо перед пешеходным переходом. Перед нашими глазами проносились

большие машины, получившие зеленый свет по сигналу светофора. Я видел, как ее

смерть произошла бы у меня на глазах. Стоило мне хотя бы на секунду опоздать,

она бы уже была мертва.

— …

— …

Мы с Аясэ-сан

смотрели друг на друга, не произнося ни слова. Казалось, что время идет

медленнее, чем обычно. Я буквально чувствовал, как пот выступил из каждой поры

моего тела. Когда другие люди вокруг нас показали обеспокоенные взгляды, я

встал и потянул Аясэ-сан за руку.

— Ты можешь

отойти со мной на секундочку?

— Э… да.

Мы

проскользнули мимо других людей вокруг нас и вошли в глухой пустой переулок.

То, что я собираюсь сделать, будет чем-то постыдным для Аясе-сан. Вот почему я

решил не показывать это посторонним, а сделать все в уединенном месте. Я

посмотрел налево, потом направо, проверяя, нет ли поблизости других людей, и,

закончив, повернулся к Аясэ-сан.

— Только

что, — я говорил спокойным, но ясным тоном.

Я ей

ненастоящий старший брат, и не в том положении, чтобы читать Аясе-сан нотации,

будто я был кем-то лучше ее. Вот почему, когда я услышал слухи о платных свиданиях и увидел, что она прогуливает занятия,

я не стал ничего говорить. Сомневаюсь, что и Аясе-сан было бы не безразлично

то, что я бы сказал. Я думал, что она не желает таких отношений. Однако сейчас

совершенно другая ситуация.

— Я не могу

игнорировать тот факт, что ты вот так глупо можешь умереть. Пожалуйста, будь

осторожнее!

— … Прости.

На мое

спокойное и логичное заявление Аясе-сан ответила обескураженным выражением лица,

а ее голос зазвучал тише, чем обычно. Наблюдая за этой

реакцией, я лишь вздохнул:

— … Прости

меня. Я не хотел показаться тебе высокомерным или что-то в этом роде.

— Н-нет, это

явно моя вина, так что все в порядке.

— Почему ты

так просто вышла на дорогу? Машины ехали к нам с таким громким шумом, и никто

вокруг тебя даже не двигался.

— Я была

слишком сосредоточена на том, что я слушала.

Извини.

— Слушала? А-а, музыку? Ты ведь и раньше так делала, верно? Я не собираюсь

говорить тебе прекратить, но

чувствую, что было бы лучше воздержаться от этого, по крайней мере, когда ты

идешь в школу, — после всего, что уже было мною сказано, я все еще продолжал

говорить лекторским тоном.

Что ж, она

чуть не умерла там, так что, полагаю, это должно быть мне дозволено.

— Музыку… ну…

Тут

Аясе-сан, похоже, что-то поняла, когда подняла руки к своим ушам. Поняв, что

чего-то не хватает, она запаниковала и начала искать наушники, шаря руками по

всему своему телу. Поняв это, я также стал осматривать ее. Один наушник все еще

торчал у нее из уха, а другой болтался в кармане. Из этого наушника я и услышал

«музыку». Скорее, я услышал иностранную речь, говорящую английские фразы с

переводом.

— Это

разговоры на английском?

— … Ну и что

с того? — она прикрыла карман и сердито посмотрела на меня.

Почему-то ее

лицо вдруг стало свекольно-красного цвета.

— Не думаю,

что это так уж важно, но… Ты что, стесняешься этого?

— …

[[image:/storage/reader-images/ef20ef4a9882b135fa118939e504ce3908b46b66.png]]

Я видел, как

плечи девушки затряслись, но все это смущение

быстро исчезло с ее лица. Она вышла из переулка, внимательно огляделась по

сторонам, а затем перешла через дорогу по пешеходному переходу. Аясе-сан,

казалось, успокоилась, но ее уши все еще были немного красными.

— Так ты хочешь

попрактиковаться в английском?

— …Почему ты

преследуешь меня?

— Может,

потому что я тоже иду в школу?

Даже без

каких-либо скрытых мотивов мне нужно было идти за ней, чтобы добраться до

школы. Тем не менее, у меня действительно был скрытый мотив. Может быть, это

потому, что она едва избежала смерти, и мое сердце все еще колотилось от этого

факта, потому моя способность к спокойному мышлению полностью исчезла, но я не

мог удержаться от желания увидеть выражение лица Аясе-сан. Возможно, это просто

так называемый эффект подвесного моста, но я не мог успокоить любопытство,

горящее внутри меня.

[П/П: Эффект

подвесного моста — любопытное психологическое явление, которое выражается тем, что совместное переживание стрессовых ситуаций

способствует возникновению более сильных чувств по отношению к людям, вместе с

которыми эти ситуации были пережиты.]

Аясе-сан, со

своей стороны, казалось, не была сильно против этого, так как коротко сказала

мне: «Конечно, делай, что хочешь» — и продолжила

идти в прежнем темпе.

— Это всего

лишь часть моих занятий.

— Эм, о чем

ты говоришь?

— Разве ты

не спрашивал меня о том, что я слушаю? Учебные материалы по английскому

разговорному языку.

Она снова

уставилась на меня. Я думал, что Аясе-сан

просто проигнорирует эту тему, но, очевидно, ей стало интересно поговорить об

этом.

— Ты

готовишься к экзаменам?

— И это

тоже, но и думать о будущем надо ведь, наверное?

— Учитывая

будущие рабочие места, хах.

— Ну,

ты же не будешь всю жизнь сидеть дома.

[П/П: Тут отсылка

к печальной ситуации с работой в Японии. Порой там

бывает с поиском работы даже хуже, чем у нас.]

Если бы я

сказал это Ёмиури-сэмпай, та наверняка снова подразнила бы меня, но,

когда Аясе-сан сказала эти слова, это прозвучало как-то странно правдоподобно.

— Но почему

ты так смущаешься из-за этого?

— Как будто

я лебедь, пытающийся выглядеть достойно, но делающий трепещущие шаги под

поверхностью воды. Конечно, я бы смутилась.

— А-а…

так это тоже оружие?

— Ага.

Чтобы стать

сильной девушкой, способной жить самостоятельно, она вооружилась внешностью

светловолосой красавицы преступного вида. Вот что она говорила мне раньше. Я

думаю, что она слушала этот же материал во время того урока физкультуры ранее.

Я имею в виду, что мне не нравится идея пропускать занятия, но, с точки зрения

оценок и подготовки к экзаменам, физкультура практически бесполезна, и,

поскольку она также не в восторге от спортивного фестиваля, участие в нем,

вероятно, просто пустая трата времени для нее.

Вероятно,

поэтому она использовала время физкультуры, чтобы учиться, используя обучающие

аудиоматериалы, все для того, чтобы стать совершенным и сильным человеком,

который преуспевает как в учебе, так и на работе. Чем больше я начинаю узнавать

ее, тем больше мне кажется, что в моей голове складывается пазл, и получается более ясная картина.

Мы уже

отошли от главной улицы с рядами зданий, оставшихся за нашими спинами, когда

показалась наша знакомая школа. Количество взрослых людей или людей в деловых

костюмах вокруг нас начало постепенно уменьшаться, так как больший процент

окружающих носил школьную форму, как и мы. Яркая внешность Аясе-сан привлекала

к нам взгляды многих учеников.

— Только

никому не говори об этом, ладно?.. Увидимся, — сказала Аясе-сан и ускорила шаг.

Может быть,

глаза зевак стали слишком назойливыми по ее мнению, или, принимая во внимание,

какой доброй та всегда была, она, вероятно, не

хотела мне причинять какие-либо хлопоты. Как бы то ни было, будем двигаться

дальше, помня об обещании. В школе мы должны быть друг другу чужими людьми.

— Ага,

понял, — ответил я в спину Аясэ-сан.

Я не ожидал

никакого ответа. Естественно, в хорошем смысле.

Когда я

осознал все то, что произошло этим утром, меня вдруг охватило чувство

усталости, будто уже прошел целый день. К сожалению, это была не рукотворная

история, а жестокая реальность. Автор сейчас увидел бы, что этого события

достаточно на целый день, и быстро перескочил бы на следующую главу.

Увы,

лично я еще не освободился. После этого изматывающего инцидента мои и Аясэ-сан

чувства были полностью проигнорированы, так как мы были вынуждены снова сойтись

друг с другом.

Настало

время для занятий физкультурой. Сегодня мы опять готовились к фестивалю на том

же теннисном корте. Однако есть одно отличие от прошлой тренировки.

—

Раааааааааааааааа!

— Майя, ты

бьешь слишком высоко.

С соседнего

корта я услышал пронзительный крик Нарасаки-сан и холодный ответ студентки,

которая была моей недавно обретенной сводной сестрой.

По сравнению с прошлым разом, когда она просто прислонилась к металлическому

забору, слушая музыку — или, скорее, обучаясь, — Аясе-сан теперь проводила матч

с Нарасакой-сан.

Я не знаю,

какой триггер привел ее к тому, что она и в самом деле играла со своей

подругой, но теперь она была должным образом одета в спортивную одежду,

демонстрируя некоторые искусные приемы с ракеткой.

— … грааа…

мура.

Ее длинные светлые

волосы были стянуты в пучок, и конский хвост, который получился в результате

этого, раскачивался влево и вправо, следуя за каждым ее движением. Ее

обнаженные руки и бедра были на виду. Мышцы напрягались с каждым взмахом

ракеткой, не выдавая никаких ненужных движений, когда она возвращала мяч резким

ударом.

— Хэй…что

за… самура.

Для такого

любителя, как я, было невозможно угадать, была ли она на уровне любителя или

вошла в профессиональную лигу, но Аясе-сан действительно привлекла

много внимания со стороны аудитории вокруг нее. Конечно, поскольку я сам на нее

глядел, то и жаловаться на это права не

имел, но думаю, что у нас должны быть раздельные занятия по физкультуре для

парней и девушек, так как это отвлекает. Я попытался отвести взгляд, но ее игра

была так очаровательна, что я мог только продолжать смотреть...

— Эй,

Асамура!

— А?.. Да!

Вместе с

разъяренным голосом моего друга, я краем глаза увидел быстро приближающуюся ко

мне круглую тень, и, когда я поднес ракетку к лицу, мяч отлетел от нее и ударил

меня прямо в лоб.

— На что ты

смотришь? Это не бейсбол, но попадание мяча все равно довольно опасно.

[П/П Ребята, судя по всему, играют в

софт-теннис, этот вид спорта довольно популярен в японских школах, про него

даже аниме сняли.]

Подбежавшим

ко мне студентом был мой друг, Мару Томокадзу, он подобрал мяч у моих ног и

легонько постучал себя ракеткой по плечу. Он снова ведет себя как какой-то

крутой ублюдок...

Кстати, если

вам интересно, почему Мару оказался здесь, хотя раньше он занимался другими

видами спорта, то дело в том, что участники спортивных клубов договорились

использовать корт совместно, поэтому один раз из двух Мару приходит играть сюда

вместо своей обычной площадки. Конечно, он ограничен тем, что может играть здесь только один раз в неделю, но это все же лучше, чем вообще не

играть, поэтому он в принципе рад был быть здесь.

— Извини, я

просто погрузился в свои мысли.

— Ага,

очарованный ее игрой, понимаю.

— Тебя

возненавидят, если ты вот так будешь говорить правду.

— Возможно,

но такова жизнь. Мне плевать на тех, кого это беспокоит.

Этот кетчер…

порой он излучает флюиды сильного человека. Мару бросил взгляд на девочек,

играющих в теннис, особенно на одну из них.

— Аясе? Я же

говорил тебе сдаться, не так ли?

— Так и

есть...

Это правда,

что я смотрел на Аясе-сан, но она все еще моя младшая сестра. Я произнес эти

слова так, будто она не была кем-то, кто меня интересовал, но, очевидно, Мару

неправильно понял это.

— Значит,

Нарасака. Неплохо, надо сказать.

— Опять же,

дело не в этом.

— О, не

беспокойся об этом, юный Асамура. Я настоятельно рекомендую тебе Нарасаку. Она

энергична, добилась общественного признания, имеет хорошие оценки и легко может

попасть в университет Васэда. Как личность, она представляет большую ценность

для человеческого общества.

[П/Р: Университет

Васэда широко известен как один из двух наиболее престижных частных

университетов Японии (второй — Университет Кэйо). Территориально он расположен

в северной части токийского района Синдзюку.]

— А ты не

слишком ли хорошо осведомлен, а?

— Я получаю

много информации о ней, хоть и явно другой по сравнению с Аясе. Если бы здесь и

была какая-то проблема, то только лишь в том, что слишком многие охотятся за

ней, так что у тебя, вероятно, нет и шанса.

Было ли это

просто мое воображение, или Мару болтал слишком быстро, когда говорил о

Нарасаке-сан? Я действительно не могу прочитать его искренние чувства, скрытые

за этими очками. На секунду мне показалось, что он влюблен в нее, но я

действительно не могу представить, чтобы этот парень пытался ухаживать за

девушкой, поэтому решил перестать думать об этом.

— Я

действительно не смотрел на нее таким взглядом, но, даже если бы и смотрел, не

думаю, что смог бы выиграть эту войну.

— Хах,

наверное, да.

— Я так и не

дождусь дружественной поддержки?

— Нарасака

хорошо умеет присматривать за другими. Я имею в виду, она ведь даже играет в

теннис с этой Аясе.

— Думаю, что

в ее вкусе надежные парни.

— Нет, как

раз наоборот. Думается мне, в ее вкусе именно ни на что не годные мужчины.

— Так ты

хочешь сказать, что у меня есть шанс?

— …Ты сейчас

серьезно? — Мару посмотрел на меня с явным сомнением.

Я думал, что

был сейчас честен с самим собой, поэтому не знаю, почему он так отреагировал.

— Асамура.

Ты не такой уж плохой человек, каким себя считаешь.

— Значит, я

еще хуже, чем думаю?

— Чертов

пессимистичный ублюдок!..

Мару громко

вздохнул в ответ на мою кривую улыбку. За этим последовала фраза, которую можно

было бы услышать скорее от заботливой домохозяйки, чем от него.

— Учитывая

твой возраст, ты определенно выделяешься своим умом. Ты довольно смышленый

парень.

— Ха, это

действительно отвратительно, когда тебя хвалят вот так, прямо в лицо.

— Не

беспокойся. Я просто объяснял тебе, почему Нарасака даже не потрудилась бы

посмотреть в твою сторону. Если уж на то пошло, я сейчас тебя оскорбил.

— Не мог бы

ты сказать мне это как-то по-другому?..

Я всегда

ценил прямоту Мару, но бывают моменты, когда немного сдержанности не повредит.

Не говоря уже о том, что шансы, которые у меня есть с Нарасакой-сан, даже не

имеют для меня значения, так как меня она совершенно не интересует.

— … М.

Мои глаза

блуждали по двум девушкам, о которых мы говорили. Аясе-сан, видимо, поймала мой

взгляд и уставилась на меня издалека. Однако это произошло лишь на мгновение,

затем она снова быстро отвернулась. Как умно, любой длительный зрительный

контакт вызовет сомнения у других студентов, поэтому она сводит их к минимуму.

Однако был один человек, который уловил даже этот слабый момент. Им оказалась

Нарасака Мая.

Я понимал,

как она умеет так хорошо заботиться о других. В основе этого была ее

способность читать настроение. Краем глаза она

уловила движение Аясе-сан, проследила за ее взглядом и увидела, что я смотрю на

них. После этого она мягко наклонила голову, словно спрашивая о чем-то. Да уж,

воистину она милашка. Понятно, почему Мару так высоко отзывался о ней.

Но я не мог

смотреть туда вечно. Ведь так я разрушаю тактичный поступок Аясе-сан. В панике

я посмотрел в противоположную сторону.

— Что

случилось? Ты прекратил на нее смотреть.

— Серьезно,

перестань уже.

— Хм, ну, ты

ведь тоже мужчина, не так ли, Асамура?

— Я

чувствую, что твое утверждение звучит слишком двояко.

— Ммм…

Сложное плотское желание старшеклассника.

— Такой

выбор слов делает все еще хуже!

— Никак не ожидал, что ты будешь полон такой страсти, но не

волнуйся. Пока ты держишь это в своей голове, я не буду тебя осуждать.

Я вздохнул и

пожал плечами.

— Ладно,

ладно. Спасибо, что разрешил недоразумение, правда.

В любом

случае, обе девушки поймали мой взгляд, так что я даже не могу ничего

возразить.

— Ты уже

закончил?

— Ах да,

давай потренируемся.

Каким-то

образом мне удалось вернуться в нужное русло, и я использовал оставшееся время,

чтобы сосредоточиться на своей тренировке. Поскольку им нужно больше времени на

переодевание, класс девочек закончил немного раньше, и в следующий раз, когда я

взглянул на теннисный корт, все, что я увидел, был один лишь забытый желтый

теннисный мяч.

Вместе со

звонком, словно небо больше не могло терпеть, на площадку ринулись маленькие

капли воды, быстро окрашивая землю коричневатым цветом.

— Серьезно?

Эй, давай, побежали, Асамура. — крикнул мне Мару.

— Что значит

«серьезно»? Сегодня утром был прогноз 60%, так что это не так уж и невероятно.

Тем не

менее, я тоже не хотел оказаться промокшим, поэтому, сказав это, сразу же

побежал к зданию школы.

— 40% — это

более чем достаточно, чтобы сделать ставку! Как ты думаешь, сколько отбивающих

со статистикой 40% существует в этом мире?!

— Я

чувствую, что эта логика здесь неприменима.

Или он

говорит о бейсбольном клубе, делающем ставки во время игры? Я понимаю, что это

может быть одна и та же математика, но смысл ценностей может полностью

отличаться в зависимости от вашей точки зрения.

— Асамура,

поторопись! Он становится все сильнее!

Как раз перед

тем, как хлынул ливень, мы едва успели забежать в здание школы. Мару обернулся,

глядя в небо.

— Ради всего

святого. Похоже, сегодня у меня будет силовая тренировка мышц…

Он вздохнул,

но тут же чихнул.

Земля вокруг

здания школы уже стала темно-коричневой, так как дождь лил нещадно. Стук дождя

в окна становился все громче и громче.

— Сейчас

июнь, так что это обычно дело.

— Даже если

сейчас сезон дождей, 40% — это все равно 40%. Я хотел бы попасть в эти 40%.

— Ой, да

ладно тебе! Ну ладно, можешь пропустить тренировку сегодня.

Я наблюдал,

как Мару жалуется, хотя что-либо изменить было уже вне его сил. Честно говоря,

я так рад, что у меня с собой есть зонтик, ведь я смогу добраться домой, не

промокнув до нитки.

Именно так я тогда и думал.

Занятия

подошли к концу, но дождь, конечно, не прекратился. Именно этого я и ожидал.

Конечно, меня это нисколько не радует, но, когда вы хотите, чтобы что-то ни за

что не произошло, оно почти всегда случается. Мир пронизан Законом Мерфи.

К счастью,

сегодня у меня был выходной, так что мне не нужно было ехать в Сибую. Во всяком

случае, идти прямо домой, без дополнительных остановок, было для меня, пожалуй,

лучшей идеей. Я принял это решение, пока шел к шкафчикам для обуви. Однако

вдруг мною была замечена знакомая фигура. Одна девушка смотрела в дождливое

небо. Поскольку она стояла под серым небом, ее яркий цвет волос выделялся еще

больше.

Это была

Аясэ-сан, верно?

Неужели она

забыла зонтик? Ни в коем случае, в прогнозе погоды говорилось же, что сегодня

вероятность дождя составляет 60%. Была ли она также частью фракции, верящей в

40 % шанс? Подожди, она вышла из дома раньше меня, поэтому, когда я смотрел

прогноз погоды, она уже вышла. Я смотрел на нее издалека и размышлял, что же

делать. Я посмотрел налево, потом направо и убедился, что никого нет. Похоже,

все решили разойтись по домам как можно быстрее. Как удачно.

Я открыл

свою студенческую сумку и достал складной зонт. Он мне нравится, поскольку

легко помещается в мою сумку, и я могу

спокойно выбрать: хочу ли я взять его с собой или нет, так как он почти не

ничего не весил. Как говорил один мудрец: «Жизнь — это непрерывная череда

выборов».

Чтобы не

застать ее врасплох, я подошел к ней более громкими шагами, чем обычно.

Примерно в трех шагах от нее я остановился. Это достаточно удобное расстояние,

верно? У меня не хватает смелости похлопать ее по плечу. Мы ведь с ней не

одного пола, так можно ли вообще мне прикасаться к ее телу? Если бы она

закричала, моей школьной жизни пришел бы конец. Я прокашлялся и заговорил:

— Если ты

забыла свой зонтик, мы можем разделить мой?

Ее плечи

слегка дернулись. Когда она обернулась, ее золотистые волосы развевались на

ветру. Сквозь редкий солнечный луч, пробившийся через пасмурное небо, ее

пирсинг на мгновение ярко засиял. Ее глаза медленно переместились на мое лицо.

Это было похоже на медленную загрузку компьютера, когда на лице Аясе-сан

появилось хоть какое-то выражение.

— А? — ее

глаза широко раскрылись.

Почему ты

так потрясена?

— Ты что,

забыла обо мне?

— О чем ты

говоришь?..

— Это моя

фраза, — на секунду я действительно забеспокоился.

— Так в чем

же дело? Не ожидала, что ты снова окликнешь меня в школе.

— А, ну, ты

же знаешь...

Я видел, что

она не сердится. Во всяком случае, она казалась немного сомневающейся.

Благодаря тому, что последние несколько дней я много общался

с Аясэ-сан, я стал лучше понимать, что означает каждое выражение ее лица или

его отсутствие. Конечно, я намеревался сдержать свое обещание вести себя в

школе как незнакомец, но это не означало, что я мог просто игнорировать ее,

практически сидящую под дождем. В конце концов, мы все еще брат и сестра.

Но, в

общем-то, она тоже умна, так что должна это понимать.

— Так в чем

же дело?

Она

спрашивала у меня подобное, вероятно, из-за того, что произошло утром, и это

говорило о том, что она все еще чувствовала себя немного неловко. По крайней

мере, мне хочется так думать.

— Ты забыла

зонтик? — спросил я ее еще раз.

— А, да…

Конечно.

— 40% шанс,

да?

— Что? —

Аясе-сан наклонила голову, но быстро забыла об этом и опустила взгляд на зонтик

в моих руках.

— Мы как бы

должны вернуться в одно и то же место, вот я и подумал…

Аясе-сан

слушала меня, и на ее лице появилось сложное выражение.

— А… нет,

все в порядке. Я все равно жду друга. У нее какие-то дела в клубе, так что она

скоро вернется. Мне ничего не нужно...

— Тогда… — я

оборвал ее. — Используй этот зонт. Если я побегу домой, то вернусь, не

промокнув до нитки.

«Мне не нужен

зонтик» — наверное, хотела сказать она, но я просто кинул ей свой зонт, надел

ботинки и выскочил под дождь.

Наверное, я

слишком сильно вмешивался. Может быть, теперь она считает меня раздражающим. Я

имею в виду, она сказала, что ждет подругу. Может быть, они собирались

поделиться зонтиком. Но они все равно могут промокнуть в процессе. В конце

концов, женский зонтик довольно маленький.

Лицо

Аясэ-сан, когда я отдавал ей зонтик, всплыло в моей голове. Она выглядела

потрясенной, как будто не ожидала этого. Вот я и подумал, что мое вмешательство

стоило того, чтобы просто увидеть это выражение. Это было еще одно выражение

лица Аясе-сан, которого я раньше не видел.

«Может быть, именно так мы постепенно

начинаем становиться братом и сестрой, постепенно находя точки соприкосновения

друг с другом» — вот о чем я думал, когда бежал под дождем.

Сильный

июньский ливень быстро промочил мою школьную форму. Холодная жидкость, не

похожая на пот, стекала по моей спине, попадая в ботинки, заставляя мои ноги

чувствовать тяжесть, и всякий раз, когда я делал шаг по земле, ощущение сырости

преследовало меня. За серебристо-серым занавесом я наконец-то увидел свой дом,

что позволило мне вздохнуть с облегчением.

Я открыл

замок, прошел мимо комнатушки уборщика и поднялся на лифте на третий этаж. Идя

по коридору, пока вода стекала с моего тела, я,

наконец, увидел знакомую дверь нашей квартиры. Я открыл ее, вошел

внутрь и включил свет. Вокруг меня все заполнилось оранжевым цветом, когда я,

наконец, пробормотал:

— Я дома…

а... да, конечно.

Разумеется,

ответа не последовало. Вместо этого болезненная тишина царапала мои уши. А ведь

я знал, что ни моего старика, ни Акико-сан обычно не было дома в это время. Я

думал, что уже привык к этому, и все же, стоя сейчас здесь, был немного в

замешательстве. Я понял, что чувствую себя одиноко из-за того, что не получил

никакого ответа.

Поставив

сумку на обеденный стол, сразу же отправился набирать ванну. Я повернул кран, и

из него сразу пошла горячая вода. Оставил его набирать ванну примерно на 15

минут. Тем временем я повесил форму на вешалку и сунул мокрую одежду в

стиральную машину. Я добавил моющее средство и кондиционер для ткани, дальше

пусть машина сделает свое дело. Я услышал звук воды, текущей внутри, и машина

начала урчать.

— О, чуть не

забыл.

Мне нужно

приготовить нижнее белье, иначе мне пришлось бы возвращаться в свою комнату с

одним полотенцем вокруг талии. Обычно эта маленькая деталь не имеет значения,

но сейчас мне нужно помнить об этом. Интересно, как к этому относятся настоящие

братья и сестры? Их это вообще волнует? Нет, наверное, волнует. Их,

конечно же, это волнует… Верно же?

Я подождал,

пока ванна наполовину наполнится горячей водой, и залез внутрь. Я оставался в

таком положении еще несколько минут, просто отодвинувшись от крана, затем

закрыл кран, как только вода достигла моих плеч. Моя кожа немного болела, потому

что вода все еще была слишком горячей, вероятно из-за того, что я бежал под

холодным июньским дождем.

*Измученный вздох*

В оцепенении

я начал думать о просьбе Аясэ-сан. Высокооплачиваемая работа на полставки, да.

Поскольку она была настроена готовить и завтрак,

и ужин, следуя принципу «и тебе и мне», мне тоже нужно найти для нее

какую-нибудь работу.

«Когда речь

идет о взаимовыгодных отношениях, я считаю, что лучше больше отдавать» — слова

Аясе-сан всплыли у меня в голове. Услышав их, я не мог не постараться чем-то

помочь ей, я искренне сопереживал Аясе-сан. Именно поэтому мне нужно срочно

что-то для нее найти.

— Хм… — я

положил руку на лоб и еще сильнее задумался.

В наши дни

открытие нового бизнеса может стать хорошей отправной точкой. Вместо того,

чтобы быть работником самому, использование других таких же работников является

наиболее выгодным занятием — это то, что я читал на обложке книги ранее. Так

что в принципе, что-то вроде ютубинга или крипты!.. Нет, это звучит как бред.

Успокойся. Возможно из-за того, что я все еще школьник, мне ничего не приходит

в голову, когда я думаю о начале нового бизнеса. Я ничего не знаю об обществе.

Знать об обществе и знать рынок,

да…

Все именно

так, как сказал Мару. Есть слишком много вещей, которых я не знаю. Я чувствую,

что найти для нее работу сейчас совершенно невозможно. Но в таком случае я не

могу просто позволять Аясе-сан продолжать готовить для меня еду, так как это

помешает всему этому быть справедливым.

Конечно, я

не умею готовить, как она. Почему-то в моей голове всплыла фигура Аясе-сан в фартуке. Эмоция, которую я испытал, увидев ее…

Восхищение? Нет, не совсем, но и не возбуждение тоже. Во всяком случае, это

было… идеально. Вот и все.

Ее

зачесанные назад волосы были стянуты резинкой у самой шеи, взгляд,

сосредоточенный перед собой, и нож, ритмично двигающийся вверх и вниз. Время от

времени она поправляла волосы, убирая их за ухо. Ее беглые жесты повторялись

снова и снова, словно рассказывая историю. На самом деле она, должно быть,

готовила у себя дома, в то время как я просто ходил в магазин за готовым

обедом. И мне кажется, что она готовила не только для себя.

Ни я, ни мой

старик не умеем готовить. Вот почему я никогда не чувствовал необходимости

учиться этому. Но то же самое нельзя было сказать об Акико-сан. Глядя на еду,

которую она приготовила в первый день, когда она переехала к нам, я понял, что

она часто готовила еду для своей семьи. Я не собирался как-то переосмыслить

свое к ней отношение, основываясь на ее навыках готовки. Даже если бы Акико-сан

плохо готовила, мне было бы все равно.

Зная, что

Аясе-сан придется покупать готовую еду в магазине, Акико-сан старалась готовить

для нее несмотря ни на что. Поскольку она не хотела беспокоить свою

занятую мать, Аясе-сан научилась готовить сама. Наверное, так оно и было.

Наблюдение и

мыслительный процесс. Совмещая их, можно довольно хорошо понять любого

человека. Конечно, только если вы считаете это необходимым.

—

Вооружение, да…

Когда я

убегал, она продолжала бороться.

Я действительно хочу найти для нее

хорошо оплачиваемую работу на полставки…

В конце

концов, мои мысли вернулись к этой теме, но у меня все еще не было

никакого плана дальнейших действий. Во всяком случае, моя голова уже начала

пухнуть от всех этих мыслей. У меня закружилась голова.

Вот почему я

вылез из ванны. Я вымыл мокрые волосы шампунем, затем все

тело и вышел из ванной. Стиральная машина в данный момент находилась в режиме

сушки. Пока просто позволю ей поработать.

Я надел

легкую домашнюю одежду и решил пока оставить свои мысли на потом. Я вышел в

коридор, и свежий ветерок из кондиционера ударил по моему дымящемуся телу. Мое

настроение значительно улучшилось, и я даже напевал, когда вошел в гостиную,

где, наконец, понял, что даже не включал

кондиционер, когда вернулся домой.

В гостиной,

повернувшись ко мне, стояли две девушки. Одной из них была Аясэ-сан, а другой…

Нарасака-сан? Почему?

На секунду в

голове у меня помутилось.

Что, разве я только что не…

О нет, я просто напевал, находясь

прямо перед ними!

Меня

охватило острое чувство стыда, но моя защитная операция не успела закончиться

вовремя, так как вся моя голова уже горела. Наверное, я сильно покраснел. Не

говоря уже о том, что это не только Аясэ-сан. Супер незнакомый

человек, Нарасака-сан, увидела меня таким. О господи, я хочу умереть.

Пожалуйста, убейте меня. Мои ноги примерзли к земле, и я не мог пошевелиться.

В то же

время рот Аясэ-сан был широко открыт, издавая сбитое с толку:

— А.

— Извините,

— сказала вдруг Майя. — Я хотела посетить

Саки, чтобы поиграть.

— Я хотела

посоветоваться с тобой заранее, но у меня не было твоего контакта в LINE,

Асамура-кун.

Вот почему

она не могла предупредить меня. Аясе-сан подошла ко мне, хлопнув в ладоши и

извинившись. Какое редкое зрелище. Может быть, это потому, что она была перед

своей хорошей подругой. Нарасака-сан тоже казалась удивленной, но тут же

улыбнулась.

— О, это же

тот самый Онии-сан, о котором ходят слухи! Ты действительно Асамура-кун из

соседнего класса!

Какой

энергичный голос.

— Эй! Эй, ты знаешь обо мне? Ты слышал обо мне от Саки?

- Э-э… ну…

— что я вообще должен ответить на это? — Я слышал, вы в хороших отношениях.

На данный

момент я дал несколько честный ответ. На секунду после моих слов цвет глаз

Нарасаки-сан помутнел. Мне кажется, что она сказала очень тихим голосом что-то

вроде: «А… в хороших отношениях, да». Но я видел лишь то, как шевелятся ее губы. Это выглядело так, как будто она была чем-то

обеспокоена? Я не думаю, что Аясэ-сан смогла это увидеть. Однако это выражение

тут же исчезло, и вернулась ее обычная

улыбка.

— Вот

именно! Мы очень близки! Вот почему, давай тоже поладим, Асамура-кун!

— Хорошо… давай поладим. Ты добралась до дома сухой?

Выглянув

наружу, я увидел, что дождь все еще льет как из ведра. Это не было похоже на

грозу, но капли дождя бежали по оконному стеклу.

— Мы в

полном порядке! У нас обеих был зонтик!

— Это так.

— Хотя Саки

и сказала, что забыла свой.

— Вообще-то

он был у меня в сумке, просто я его не увидела.

Похоже,

она решила не говорить, чей это был зонт. Я рад, что это был всего лишь

складной зонт, по которому нельзя сказать, принадлежал ли он парню или девушке.

— Ах...

какая ты неуклюжая!

— Слыша это

от тебя, я чувствую головокружение из-за психогенной реакции.

— Зачем ты

употребляешь столько сложных слов! И вообще, это выражение разве используется в

современном языке?

— Разве это

так странно?

— Так и есть!

Но все равно, — Нарасака-сан запрыгнула на диван.

Из-за этого

резкого движения ее юбка задралась, на что Аясе-сан вздохнула.

— Майя! Трусики!

— Ах! —

Нарасака-сан лихорадочно поправила видимость своего нижнего белья.

После этого

она пристально посмотрела на меня.

Я ничего не видел!..

— Саки. Этот

дом. Он опасен.

— Почему ты

сейчас говоришь как робот?

— Там

мужчина!

— Ну...

Асамура-кун точно не похож на женщину.

— Это

мужчина! Это мужчина, я точно тебе говорю!

— Ну и что с

того?

— Это

опасно! Ты даже не можешь ходить по дому в одних трусиках!

— Я бы все

равно так не ходила. Ты что, дома этим занимаешься?

— Нет, конечно! В конце концов, я же леди, — она сказала это очень

уверенно. — И все-таки сейчас ты говоришь по-другому.

— Т-ты о

чем?

— Сейчас ты

обращаешься ко мне на «ты», — сказала Нарасака-сан с улыбкой.

— !!! —

Аясе-сан прикрыла рот рукой, но было уже слишком поздно.

Она

полностью потеряла бдительность и начала краснеть.

— Как твой

отец, я очень счастлива.

— Ты не мой

отец, ясно? — возразила Аясе-сан.

Понятно,

значит, она обычно обращалась к ней на «Вы».

— Тебе

потребовалось много времени, чтобы начать называть меня так~.

— Неужели?

— Да, все

так и было~.

— Не помню

такого!

— Зато я

хорошо помню!

— Можешь забыть

об этом.

— Не хочу! —

радостно воскликнула она.

Думаю, она

была счастлива не из-за того, что Аясе-сан начала так к ней обращаться, а из-за

того, что увидела в ней проблеск ее истинных чувств. В нашем мире люди,

сближаясь, дают друг другу прозвища, чтобы показать

таким образом свою дружелюбность. Но не всегда человеку нравится прозвище,

которым его одарили, он может даже оскорбиться.

Мы с

Аясэ-сан формально обращаемся друг к другу, потому что сами подсознательно к

этому пришли. Так мы не

оскорбляем друг друга, и это позволяет легче и непринужденнее разговаривать.

Нарасака-сан, в свою очередь, тоже не была похожа на человека, способного

совершить такую ошибку. Или похожа? Я не достаточно хорошо знаком с ней, чтобы

действительно подтвердить или опровергнуть это.

Просто, если

бы Нарасака-сан была таким человеком, я действительно сомневаюсь, что Аясе-сан

пригласила бы ее в свой дом. Вот как я могу судить, что она надежный человек.

Наблюдение и мыслительный процесс — вместе они сильнее всех.

— Что еще

важнее! Онии-чан Саки, скажи ей!

—

О-Онии-чан?

Ей стоило

называть меня если не Асамура-кун, то хотя бы Онии-сан. Мне хочется взять назад

свое предыдущее заявление.

— Чего ты

смущаешься, Онии-чан?

— Во-первых,

я не твой старший брат, Нарасака-сан…

— Да ладно,

мы же хорошие друзья, так что зови меня просто Майя.

— Не буду!

Кроме того, мы с тобой все еще незнакомцы, верно?

— Не

утруждай себя мелочами, Онии-чан! Ты, должно быть, счастлив, что я так тебя

называю, Онии-чан!

— Ни в

малейшей степени.

Я думаю, что

есть люди, которые действительно наслаждаются этим. Но я не чувствовал ничего

особенного. Хотя Нарасака-сан поистине выглядит как какое-то маленькое милое

животное, просящее внимания. Кроме того, я не ожидал, что Нарасака-сан будет

такой напористой. Похоже, у нее не было чувства такта, иначе она не смогла бы

так раздражать старшего брата своей подруги.

— …

Остановись…

Я услышал

слабый голос. Аясе-сан опустила голову и что-то пробормотала.

— Хм? Что

случилось, Саки?

— …щает.

— Я тебя не

слышу ~

— Это

неловко, так что кончай уже! Всякий раз, когда я слышу твое «Онии-чан», у меня

по спине бегут мурашки! Умоляю тебя, прекрати уже!

— О боже,

значит, ты сломалась первой.

А, я,

кажется, понял.

— Значит, по

сути, ты хотела подразнить меня и заставить Аясе-сан тоже смутиться, верно?

— А-ха-ха!

Хорошо подмечено!

— Прекрати

так говорить и не показывай на меня пальцем. Вернее, не указывай пальцем на

людей вообще.

— Ну, я

думаю, что могу пока что перестать играть с тобой,

Онии-чан.

— Навсегда,

пожалуйста.

— Это будет такой

потерей... Эй, Саки, давай вместе называть его «Онии-чан», ладно? Давай... на

раз, два…

— Никогда!!!

— Даже

несмотря на то, что это было бы лучшим способом, чтобы по-настоящему поладить с

ним? Ты не используешь свое положение соответствующим образом!

— Разве

можно вообще так делать? Что ты там делаешь к слову?

Нарасака-сан

открыла свою спортивную сумку под столом и достала что-то.

— Давай

поиграем в это!

— Игровая

приставка?

—

Нарасака-сан, приносить игры в школу, это…

— Не

запрещено. Тебе просто нельзя в них играть.

Разве это не

одно и то же? Но когда я спросил ее, она заявила, что пока ты не играешь во

время урока, ты можешь носить приставку в своей сумке. Даже игра между

занятиями была чем-то, что случалось часто, пока кто-то стоял на стреме. Что касается

самой игровой консоли, то она была популярной и из числа новинок.

— Саки, ты

же сказала, что у тебя нет такой, верно?

— Да, такой

нет.

— Я хотела

поиграть вместе. Итак, могу ли я подключить ее к телевизору? — сказала она,

указывая на 50-дюймовый экран телевизора напротив дивана.

— … Конечно.

— У меня

есть несколько игр, в которые мы можем играть вместе. У вас здесь есть

интернет? — Нарасака-сан посмотрела на меня.

Я решил, что

она спрашивает у меня пароль Wi-Fi. Поскольку передача пароля Wi-Fi была в

значительной степени стандартной процедурой при посещении чужого дома, я не

сильно колебался и дал свое согласие. Аясе-сан протянула ей записку с паролем,

и, расставив все по местам, Нарасака-сан вернулась к дивану и посмотрела на

меня.

— Хочешь

поиграть с нами, Асамура-кун? — сказала она и достала джойстик.

Не говоря

уже о двух, она фактически подготовила три контроллера. Это для меня? Наверное,

это одно из проявлений ее яркой личности. Как и говорил Мару, она была очень

внимательной и заботливой. Вероятно, она с самого начала хотела, чтобы я

присоединился. Я снова посмотрел на Аясе-сан, спрашивая ее, что делать, через

зрительный контакт.

— Ха… ну,

дождь не прекращается, так что присоединяйся к нам, Асамура-кун. — Аясе-сан

отодвинулась в угол дивана, освобождая место.

— О, так ты

хочешь, чтобы твой Онии-чан был рядом, как я погляжу.

— Да мне в

принципе неважно. Тогда не могла бы ты освободить там место? — Она вернула свою

талию в прежнее положение.

— Просто

сядь между нами! Асамура-кун, давай, два цветка в обе руки, как говорится!

— Я бы

предпочел угол…

— Нет, не позволю. Я не дам тебе

сорваться с крючка!

— Почему ты

ведешь себя так, будто наш диван вдруг стал твоим, Майя? Аясе-сан вздохнула в

сторону Нарасаки-сан, которая вцепилась в диван.

— Я все понял...

Не видя

другого выхода, я сел на середину дивана. Вы должны иметь в виду, что раньше

здесь жили только я и мой старик. Этот диван не такой уж и большой. Обе

девушки, слева и справа от меня, были практически в нескольких дюймах от того,

чтобы прикасаться ко мне. Как я могу оставаться спокойным? Конечно, всему есть

предел.

— Ты очень

хорошо пахнешь, Асамура-кун. Значит, это запах шампуня семьи Асамура. Это

должно означать, что и Саки тоже…

— Как будто

мы будем пользоваться одним и тем же шампунем. Здравый смысл... когда-нибудь

слышала о нем?

Значит, это

должен был быть здравый смысл. Мне никогда не приходило в голову использовать

другой шампунь и мыло, я всегда использовал то же самое, что и мой старик. Думаю, мне следует иметь это в виду в

следующий раз, когда я пойду за покупками.

[[image:/storage/reader-images/d23814e9e7d591312f8337da3c2646baf2d136b0.png]]

— Я сама

покупаю себе такие вещи. В конце концов, я старшеклассница, — сказала Аясе-сан, словно

прочитав мои мысли.

— Тогда

давайте приступим! — сказала Нарасака-сан и включила джойстик.

Когда я

сосредоточился на экране, заиграла радостная музыка. Несмотря на то, что это

должен был быть знакомый мне диван, это, должно быть, самый неловкий опыт,

который у меня был на нем до сих пор. В то же самое время, когда я думал об

этом, то вспомнил слова Аясэ-сан. «Наш

диван», — сказала она. Эти слова меня немного обрадовали.

Когда

игровая консоль загрузилась, она стала искать новейший патч игры. Но найти

ничего не удалось, и игра началась.

— Это…

что-то страшное? — спросила Аясе-сан, и в ее голосе послышалось легкое

напряжение.

— Это совсем

не страшно~. Это очень мило! Как головоломка! Вы управляете этими хлопающими

людьми и, держась за руки, добираетесь до цели.

Нарисака-сан

указала на экран, особенно на персонажа, который выглядел так, будто у него не

было костей. Персонаж Нарасаки-сан, управляемый ее джойстиком, был подброшен в

воздух, перевернут там вверх тормашками и притянут гравитацией прямо к шипам,

расположенным на земле. Кровь хлынула из

тела, когда персонаж с криком упал вглубь карты.

— Видишь,

вот как они умирают.

— Значит,

это игра в жанре хоррор.

— Опять же,

это не так! Ты можешь спокойно пройти эту стадию без крови. Это страшно, только

если ты потерпишь неудачу. Давай, Асамура-кун, держи джойстик!

— Л-ладно,

— мне дали контроллер.

— Слушай. Мы

должны работать вместе. Это будет наша первая совместная операция!

— Я вообще

ничего не понимаю.

— Забудь об

этом! Поехали!

Мы умирали

тысячу раз. Это первый раз, когда я играю в эту игру, так что я ни за что не

буду хорош в ней. И все же Нарасака-сан радовалась каждый раз, когда мой

персонаж падал насмерть. Она даже потрясла меня за плечи в какой-то фальшивой

попытке подбодрить, пытаясь заставить меня потерпеть еще большую неудачу.

Честно говоря, страшно, насколько она приблизилась ко мне. Она больше похожа на

мою младшую сестру, чем моя настоящая сводная сестра.

— Ха, это

было весело!

К тому

времени, как мы закончили, дождь прекратился, и Нарасака-сан отправилась домой,

по-видимому, удовлетворенная.

— Извини,

что она такая надоедливая, — сказала Аясе-сан, вернувшись

после того, как проводила ее до выхода из квартиры.

— Нет, все в

порядке.

— Эм… — она,

казалось, колебалась, пытаясь что-то сказать,

заставляя этим меня немного нервничать.

— Не могли

бы мы… добавить друг друга в LINE? Чтобы убедиться, что что-то подобное не

повторится снова?

— А-а, да,

конечно.

У меня не

было никаких возражений. На самом деле все это было сделано для того, чтобы

избежать возможных несчастных случаев. В конце концов, мы же семья, и в этом

нет ничего странного. Открыв список друзей, я увидел иконку Аясэ-сан. В

качестве картинки она использовала стильную чайную чашку. По ней даже нельзя

было определить, парень это или девушка, что, если честно, было очень на нее

похоже.

— Думаю, это

тоже вооружение…

— Ты что-то

сказал?

После того,

как мы закончили обмен контактами, Аясе-сан пошла на кухню, откуда она теперь

позвала меня.

Звук удара

кухонного ножа о разделочную доску на мгновение прекратился.

— Нет,

ничего особенного.

— Ладно,

ужин скоро будет готов.

— Понял.

Резкий звук возобновился,

когда нежный запах супа мисо защекотал мой нос. Я вспомнил все, что произошло

за сегодня. Несмотря на то, что день начался с того, что я столкнулся с

Аясэ-сан по дороге в школу, он по-прежнему был полон событий.

Я видел

Аясэ-сан во время тренировки, когда она играла с Нарасакой-сан. Несмотря на то,

что у меня был зонтик, я промок от дождя. Момент, когда эти две девушки

услышали мое напевание, был определенно худшим за сегодняшний день, и даже

после этого, когда мы играли в игру вместе, мне было трудно найти там что-то

поистине хорошее.

И все же, я

почувствовал странное удовлетворение, когда выключил экран своего телефона, как

будто собрал много хороших воспоминаний за сегодня.

Продолжение следует...

Работала над переводом (команда RanobeList):

Не забудьте вступить в нашу группу ВК: https://vk.com/ranobelist

[[image:/storage/reader-images/20750010ee6084907d606b767fa33ccbbad9fc59.png]]

Утро. Вместе с Акико-сан, вся наша семья

сидела за кухонным столом. Поскольку она вернулась домой вчера поздно вечером

или, скорее, уже сегодня утром, то все еще должна была спать в это время.

— Летнее солнцестояние не за горами, не

так ли ~ — сказала она, зевнув.

Очевидно, она проснулась из-за слишком

яркого солнечного света. В таком случае, я думаю, было бы неплохо установить в

спальне более плотные шторы. Поскольку мой старик, вероятно, никогда бы даже не

подумал об этом, надо поговорить с ним позже на эту тему.

— Чуть позже я пойду еще немного посплю,

— сказала Акико-сан, продолжая что-то делать на кухне.

В то же время, поскольку моему старику не нужно было рано уходить на работу, он

мог неторопливо читать газету на своем планшете. Следовательно, сегодня мы

будем завтракать вчетвером.

— Держи, старик, позаботься об этом.

— Хорошо.

Я протянул ему тряпку, чтобы тот вытер

стол. С ухмылкой он вытер свою часть стола, а также часть Акико-сан. После

того, как все было идеально чисто, Акико-сан и Аясэ-сан начали накрывать стол

для завтрака. Возможно, потому что они обе сегодня готовили, на столе у нас

было больше разнообразия. Акико-сан приготовила ролл из омлета на специальной

сковороде (принесенной ей же, так как мы подобным не располагаем), в ней она закручивала внушительный пласт омлета с

помощью длинных палочек для еды. Это выглядело подобно работе мастера, ведь

внутри готового омлета я даже не видел следов яиц. Аясе-сан, пробуя мисо суп,

также смотрела на произведение искусства Акико-сан.

[П/П:

В данном случае имеется в виду квадратная длинная сковорода. Называется она

— Tamago pan. А блюдо, приготовленное Акико, называется тамагояки, или яичный

ролл.]

После того, как все члены семьи хлопнули в ладоши, сказав: «Спасибо за

еду», мы приступили к завтраку. Конечно, сначала все потянулись за роллом из

омлета от Акико-сан. В тот момент, когда я откусил от него кусочек, мой рот

наполнил сочный вкус соуса. Он был не таким, как я его себе представлял… Что

это?!

— Очень вкусно. Но… подождите, это… разве

это не… омлет?!

— Это особенный японский стиль.

Несмотря на то, что эти роллы сделала

Акико-сан, Аясэ-сан дала мне ответ.

— Ролл из омлета в японском стиле?

— Ролл из омлета, как правило, по вкусу напоминает обычное яйцо, не так ли? Если хочешь

соли, просто добавь ее, а те, кто любит сладкое, могут добавить в смесь немного

сахара.

— Сахар?

— Ты что, не любишь сладкую пищу? Если

так, то я не буду добавлять его в следующий раз.

— Ах, нет, меня все устраивает. Просто оказывается

можно приготовить даже сладкий омлет, да?

— …

— Хм?

Даже если ты будешь смотреть на меня, как

на какого-то инопланетянина, я не смогу дать другого ответа…

— …Ты ведь ходишь на уроки кулинарии,

верно?

— А-ага. Но мы никогда не делали ролл из омлета.

Всегда была только яичница.

— Хм. Но да, ролл из омлета в японском

стиле можно легко приготовить. Нужно всего лишь добавить бульон к яичной смеси.

[П/Р: Имеется в виду бульон из рыбы и водорослей, крайне распространенный в Японии.]

— Суповой бульон… такой же, как для супа с лапшой?

— Мы делаем его с белым соевым соусом,

мирином и сахаром.

[П/Р: Мирин — это сорт сладкого рисового вина, что-то вроде сакэ.]

Она осмотрела кухню, взглянув на специфическую белую миску, похожую на суповую. Понятно, поскольку

обычно мы использовали только соль, соевый соус и сахар, она, точнее,

Акико-сан, вероятно, принесла это с собой.

— Вот почему на вкус он больше похож на

бульон, чем на яйцо. Конечно, иногда он немного соленее. Если хочешь сделать

его более сладким, то используй мирин. Ты также можешь использовать и

традиционный соевый соус, но тогда омлет не сохранит свой желтый цвет.

— Вы действительно много знаете о

готовке.

— Ой, да перестань. Саки-чан тоже может

его приготовить. Может, ты приготовишь что-нибудь для Юта-куна, раз уж ему так

понравился вкус?

— Я не могу приготовить это так хорошо…

— А я лично люблю простую яичницу.

— … Понятно. Я приготовлю тебе

как-нибудь.

По сути, за моей беседой с Аясэ-сан

скрывался следующий несказанный диалог:

— Тебе не нужно делать ничего сверх нашего

контракта. Не стоит беспокоиться.

— Хорошо, но я сделаю немного, если у

меня будет время.

В результате наши собственные желания и

мнения прекрасно совпали. Гораздо лучше, чем использовать какой-то секретный

кодированный язык, поскольку он значительно усложняет диалог.

Совершенно не распознав наш диалог, мой

старик просто бесконечно хвалил еду Акико-сан. Как по мне, называть ролл из

омлета самым вкусным блюдом во всем мире — это как-то слишком самоуверенно. Ты

так пытаешься с ней флиртовать? Не смотря на наше присутствие? Можешь

перестать? Ты полностью разрушаешь мою мотивацию на сегодня.

Я искал способ, каким можно было

направить разговор в другое русло, когда вдруг кое-что вспомнил.

— Ой, точно, на этой неделе моя очередь

быть ответственным за стирку, могу ли я взять в стирку одежду Акико-сан и

Аясэ-сан?

— Ах, это…

Аясэ-сан начала что-то говорить, но, в конце концов, замолчала.

Я в замешательстве склонил голову.

Аясэ-сан редко может так плохо справляться с собственной речью. Я случайно

сказал что-то плохое?

— Что ж, если ты не возражаешь, то я хотела бы позаботиться о стирке вместе

с тобой, Юта-кун,

— вмешалась Акико-сан.

— А? Нет. Я не могу этого принять.

После того, как мы решили жить вместе вчетвером,

мы разделили работу по дому. Там уже, конечно, многое изменилось, но я не могу просто взять и возложить на нее еще больше

ответственности…

— Но делать это для четырех человек

должно быть сложно, не так ли? — Акико-сан надавила на меня еще больше.

В какой отчаянной ситуации она казалась,

даже я начал кое-что понимать. Теперь, когда я думаю об этом, когда мужчина

заботится о женской одежде вплоть до ее стирки, разве это не странно? Но

поскольку я был так занят, пытаясь не обременять никого сверх меры, то

полностью забыл об этом. Это плохо. Прежде, чем я смог забрать свои слова

назад, Аясэ-сан была вынуждена объяснить все мне:

— Оставить Асамуре-куну даже мое нижнее

белье — это немного… ну… а-а... еще они нуждаются в особом обращении по

сравнению с обычной одеждой. Ты знаешь, что нужно положить и в какую сетку для

стирки?

— Которую во… что? — промямлил я,

посмотрев ей в глаза, чтобы извиниться за то, что заставил ее сказать это.

— Если ты постираешь бюстгальтеры просто

со всеми вещами, они изменят форму, и крючок может зацепиться за другую одежду,

верно? Поэтому для бюстгальтеров есть специальная сетка для стирки. Когда у вас

есть симпатичное нижнее белье, мелкие украшения на нем могут цепляться с другой

одеждой…

Даже посреди этой неловкой атмосферы Аясэ-сан

тщательно объяснила мне проблему. Благодаря этому я понял, насколько сложна

стирка женской одежды.

— Кроме того, разве ты не разделяешь

одежду по цвету? Ты ведь кладешь одежду с трехмерными объектами в другую сетку,

верно? Иначе бы они стерлись.

— Ты имеешь в виду трехмерные объекты,

такие как рисунки или логотипы, наклеенные на ткань?

— Ага, именно это.

— Ах, вот почему они постепенно

отслаиваются после каждого цикла стирки.

Услышав мои слова, Аясэ-сан схватилась

голову. Однако она быстро взяла себя в руки и объявила.

— С таким уровнем знаний я не могу

доверить свою одежду тебе, Асамура-кун, поэтому я постираю ее сама.

— А, ну да… понятно.

Почувствовав неловкую атмосферу,

Акико-сан с нежной улыбкой заговорила.

— Я все равно забочусь об одежде

Тайчи-сана, так почему бы мне не постирать твою тоже, Юта-кун?

Слушая эти слова, я представил, как она

роется в моей корзине для белья. Акико-сан будет… стирать мое белье? … Ни за

что!

— … Я действительно понимаю, как тебе

было неловко, Аясэ-сан.

— Серьезно? — она вздохнула.

Да, я понимаю, как это бывает. Извини за

это.

Когда я открыл входную дверь, меня сразу

же встретил рев дождя, бьющего по окнам и перилам.

— Мы пойдем вместе, — сказала Аясэ-сан и

вышла со мной из дома, оставив меня в замешательстве относительно того, что

произошло. До сих пор она всегда настаивала на том, чтобы уйти первой. Я имею в

виду, поскольку она моя сводная сестра, и даже моя младшая сестра, ходить

вместе в школу — это не что-то странное… или это не так? Я чувствую, что было бы

странно, если бы братья и сестры ходили вместе в школу и из нее. Или я просто

слишком глубоко об этом задумываюсь?

— Есть кое-что, о чем я хотела

поговорить, — когда мы спускались вниз на лифте, Аясэ-сан внезапно сказала это.

Я понял. Вот почему мы сегодня идем в

школу вместе. В этом был смысл. Конечно, я понятия не имел, какой, но это было

очень похоже на Аясэ-сан.

— Я хотела извиниться.

— … Извиниться?

Из-за чего? Я думал о наших разговорах

сегодня утром. Она сделала что-то, за что стоило извиниться? Это я должен был

извиняться после того, как был настолько бестактным сегодня утром…

Но Аясэ-сан молчала даже после того, как

мы вышли из дома. Мы шли по почти пустой улице, наши зонтики выстроились в

линию, чтобы защитить нас от дождя. Это было идеальное время для того, чтобы поговорить о чем-то более личном,

по крайней мере, пока мы не добрались до школы.

Линия зданий была подчеркнута дождем,

резко падающим на нее. Мы оба должны были быть осторожны с проезжающими

машинами, чтобы они не промочили нас из дождевых луж на обочине дороги. Однажды

уже остановившись из-за этого, Аясэ-сан вновь медленно пошла, ее лицо немного

напряглось.

— Я терпеть не могу ничего

дискриминационного, даже подсознательно дискриминационного. Вот почему мне

очень жаль, — сказала она с серьезным выражением лица.

Я посмотрел на нее, и мог сказать с

уверенностью, что она видела в этом важный разговор. Девушка сделала глубокий вдох и выдохнула.

— Не исключено, что ты все-таки носишь

белье дорогого бренда.

Однако это практически невозможно.

— Хотя я всегда стараюсь не думать

гендерными стереотипами…

— Подожди, Аясэ-сан.

— Асамура-кун, я вижу, как ты заботишься

о своем теле. Еще вчера ты сразу же положил промокшую одежду в стиральную

машину. Я не видела, чтобы ты наносил блеск для губ или тональную основу, но,

похоже, ты относишься к тому типу людей, которые очень чувствительны к этому.

— Успокойся, Аясэ-сан, — я встал перед

ней.

Чтобы остановить эти буйные мысли, мне нужно было остановить

ее движение, чтобы она могла сосредоточиться только на мне. После этого

Аясэ-сан остановилась и посмотрела на меня из-под зонтика.

— … Ладно, я успокоилась.

— А, ладно.

— Даже если ты любишь женскую одежду, это

не значит, что ты все-таки носишь ее на самом деле.

Нехорошо, ее мысли совсем не

остановились.

— Просто сделай глубокий вдох и подумай

об этом. Ты ведь видела раковину у нас дома?

— Хм…

Аясэ-сан погрузилась в свои мысли.

— Гм… ну, я видела крем для бритья и

бритву. Никакой косметики для женщин я не нашла… вроде бы.

— Верно?!

— Но у твоих бровей такая великолепная

форма!

— Хм?

— Ты, должно быть, каким-то образом о них

заботишься. Расчески я не видела, но, может быть, ты вместо этого ходишь в

салон красоты…

В барбершоп, да.

— Ты действительно думаешь, что такой

парень, как я, будет ходить в салон красоты? Даже если мы живем в городе

молодых — Сибуе — это не значит, что все здесь одержимы косметикой и брендами.

Вместо этого я коплю деньги на книги.

— А? Тогда твои брови естественные?

— Ага.

Аясэ-сан уставился на меня.

— Я не могу поверить в это. Так завидно…

— Это действительно настолько важная

деталь?

— … Как досадно… — с этими словами

Аясэ-сан снова двинулась в путь.

Я промолчал и пошел за ней.

— Послушай, — заговорил с ней я.

— Чего?

— О том, что ты только что говорила. Ну,

эти... гендерные роли и все такое.

— Ага.

— Гендерные роли таковы, что являют собой

правильное исполнение роли в зависимости от пола.

Проще говоря, мужчины ведут себя как

мужчины, а женщины — как женщины. Вот что означают гендерные роли. Какое-либо

действие похожее действие того или иного пола, к сожалению, определяется

всеобщими галлюцинациями и воображением, называемым «общественное мнение», и

мы, маленькие люди, не можем повлиять на эту логику.

— Верно. Но нет установленного предела,

что может быть только два пола, не так ли?

— Ну, в принципе, да.

Конечно, я знал об этом. Пока вы читаете

книги, вы узнаете обо всем, хотите вы того или нет. И в последнее время это

часто попадает в новости. Я читал, что в Facebook вы можете выбрать свой пол из

58 разных. В конце концов, это стало недавним трендом.

Кроме того, вы уже не можете просто

обозначить мужчину или женщину, просто следуя коду ДНК. Очевидно, Аясэ-сан

думала о том же, о чем и я.

— Дифференциация человечества происходит

с использованием хромосом, верно…

— Х-хромосома и Y-хромосома.

— Ага. Есть X- и Y-хромосомы, и, смешав

их вместе, вы получите пол. XX означает, что это девочка, а XY означает, что

это мальчик. Это единственная хромосома из 46 человеческих хромосом с

вариациями X и Y. Какой же это процент от всего общего генома человека? — с

сожалением сказала Аясэ-сан.

— Что ж, ясно, что разница не такая уж и

большая.

— Из-за этой небольшой разницы мы

вынуждены играть свою роль.

Среди проливного дождя до моих ушей

доходил только ее голос.

— То же самое и с самоидентификацией.

Есть люди, чей пол, переданный им через гены, отличается от их настоящего, и

это постепенно привлекает внимание общественности.

Я немного понимал логику, о которой говорила Аясэ-сан. Но я

родился мальчиком, и в моем представлении я тоже парень, поэтому мне немного

сложно полностью это понять.

— То же самое и с любовью. Мужчины любят,

женщины тоже любят, оба любят, и оба не любят. Романтические чувства ненормальны,

не предусмотрены природой… с

этим можно как соглашаться, так и не соглашаться. Вернемся к одежде. Согласно

логике, если вы генетически девушка, видите себя девушкой и любите мужчин, то

должны одеваться по-женски. Но когда дело касается одежды противоположного

пола… в основном мужской одежды, женщинам нередко она нравится. В то же время

нет ничего странного, если бы мужчине было интересно носить женское белье.

— Ну, наверное, да...

— И все же, в тот момент я полностью проигнорировала

эту возможность, — сказала

Аясэ-сан печальным тоном.

Это то, о чем я думаю? Макро-точка зрения

может быть правильной, но вы увидите шероховатости, когда погрузитесь глубже в

микро-территорию? Тот факт, что половина человечества такая, означает, что этот

человек тоже должен быть таким — в конце концов, это очень ошибочное мышление.

Даже если бы я был мужчиной, который

носил женское нижнее белье каждый день, ничего бы не изменилось, будто бы от

этого мы бы стали сестрами, стирающимися вместе. Аясэ-сан, вероятно, не

беспокоит мысль о том, чтобы ее нижнее белье стирала ее мать. Однако в тот

момент, когда она подумала о том, как я стираю ее нижнее белье, ее биологически

индуцированное чувство стыда взяло верх.

Обычно я забываю об этом, думаю что-то

типа: «А, понятно, здесь нет никакой проблемы». Но Аясэ-сан, похоже, это

беспокоит. Столкнувшись с гендерными стереотипами, которые постоянно

навязываются другими людьми, она хочет тщательно во всем этом разобраться,

чтобы выработать свою позицию. Для меня, человека, который привык плыть по

течению, ведя себя равнодушно, это все выглядело чересчур ярким...

— Что ж, раз уж на то пошло, я также

должен извиниться. Мне стало неловко, когда я представил, что Акико-сан стирает

мое нижнее белье.

— Проблема не в том, что чувствуют другие

люди. Я не могу простить себя. Вот почему я хотела извиниться.

— Хммм…

Я задумался об этом на секунду. Можно

согласиться с ее суждением, но это усердие, вероятно, только заставляет ее

излишне страдать. Интересно, есть ли более удобный способ мышления, который не

отрицал бы ее идеи.

Вдалеке виднелись школьные ворота. Это

означало, что число студентов вокруг нас скоро увеличится, и мы не смогли бы

продолжать диалог.

— … Это похоже на рефлекс, верно?

— Рефлекс?

Иногда я вообще не могу понять, о чем

думает Аясэ-сан. С другой стороны, это само по себе довольно весело.

— Например, когда ты действуешь раньше,

чем думаешь.

— Ах, это. Когда ты ударяешь по колену, а твоя нога непроизвольно дергается,

что-то в этом роде?

— Точно.

Бывают моменты, когда люди действуют

раньше, чем их мозг успевает это обдумать. Когда что-то летит к вам в лицо, вы

рефлекторно закрываете глаза. Когда вы касаетесь чего-то горячего, ваша рука

дергается прежде, чем вы даже задумаетесь об этом.

— Люди эволюционировали, чтобы позволить

своему мозгу управлять их сознанием. И все же: «Почему внутри нас есть этот

механизм?» — я часто спрашиваю себя об этом.

Я посмотрел на Аясэ-сан.

— Это… если бы люди тратили время, чтобы подумать во

время чрезвычайной ситуации, у них было бы меньше времени на действия, верно?

— Ага. Когда ваша жизнь в опасности, тело

реагирует быстрее, чем мозг может это обдумать. Я согласен с тем, что нам, как

и всем живым существам, нужен этот механизм.

— Что это… ах!

Мудрая Аясэ-сан пришла к выводу прежде,

чем я смог все ей объяснить.

Однако я все же решил довести дело до

конца.

— По сути, это как макрос или быстрая

клавиша в приложении, — сказал

я, и Аясэ-сан хихикнула.

— Какой интересный пример.

— Он прост в понимании, поэтому я люблю

его использовать. Но иногда бывают случаи, когда даже макрос ничего не может

сделать. Если вы не знаете об этой фундаментальной логике, то не сможете

добавить к ней новую составляющую.

— Верно.

— «Я просто случайно сделал это» — так

обычно говорят люди о своих рефлексах, я думаю, что это нечто такое, с чем

ничего нельзя поделать. Я уверен, что даже от рефлекторного действия есть

какая-то польза.

— Но предрассудки все-таки порождают

дискриминацию, верно?

— Можно просто исправить свое мнение. Ты

задумалась над своими действиями. Поэтому я не думаю, что тебе нужно

беспокоиться об этом больше, чем необходимо. Я чувствую, что ты сможешь стать

человеком, который сможет многому научиться на этих рефлексах и станет только лучше,

— сказал я с легкой улыбкой.

Только сейчас я понял, что Аясэ-сан

больше не идет рядом со мной. Я обернулся и увидел, что она замерла в трех

шагах позади меня.

— Аясэ-сан?

Поскольку ее лицо было опущено вниз, я

немного забеспокоился и окликнул ее.

— Асамура-кун, ты… — ее голос чуть не

исчез под проливным дождем. — Ты слишком

хорошо меня понимаешь.

Что… она сказала? Аясе-сан подняла голову

и просто убежала от меня, даже не обернувшись. Она прошла через школьные ворота

и быстро исчезла из виду.

— Что случилось, Асамура? — Пока Мару не

похлопал меня по плечу, я стоял неподвижно, просто глядя в том направлении,

куда она убежала.

Плечо, по которому он меня похлопал, было

странно холодным, даже можно сказать, было мокрым. Тем не менее, мой разум был

занят только спиной убегающей Аясэ-сан, которую я видел прямо перед тем, как

она исчезла.

Даже когда прозвенел последний звонок,

дождь не прекратился. Сегодня среда, день, когда мне нужно идти на работу.

Следовательно, мне пришлось бы сначала вернуться домой, а затем пойти в книжный

магазин у станции. Это во много раз более раздражающе во время дождя. Может,

мне стоило принести одежду в школу и прямо оттуда поехать на работу.

Я смотрел в окно, любуясь проливным

дождем. Конечно, мне не так уж и не нравится июньский дождь. В конце концов, он

создает ощущение лета. Просто в дождливые дни я люблю не брать с собой слишком

много багажа. Поэтому униформу с работы я всегда оставляю дома. Оставлять ее

прямо на рабочем месте и переодеваться там тоже нельзя, так как у нас такая

политика: «Стирайте ее сами, когда она грязная», вот я и беру ее всегда с собой

домой.

Впереди я видел шкафчики для обуви. Когда

пробирался туда, мой взгляд подсознательно перемещался влево и вправо. Когда я

осознал свои действия, то покачал головой. Нет-нет-нет, она ни за что не

останется здесь и сегодня. Ведь у нее был с собой зонтик.

— Она, наверное, уже ушла домой, — сказал я и раскрыл большой зонт в руках.

Большой черный круг заполнял пространство

надо мной, блокируя все, что оттуда могло на меня упасть. Я положил зонт себе

на плечо и вышел на улицу. Я взял с собой другой зонт, не вчерашний, так как с

тем вчера ходила Аясе-сан и я не хотел, чтобы люди подумали неправильно. А

может мне и не стоит так волноваться, в конце концов, мы брат и сестра.

А ведь с тех пор не прошло и недели. Хотя

мне кажется, что я начинаю понимать Аясэ-сан все лучше и лучше. Но ее слова,

сказанные сегодня утром, все еще сидели в моей голове. Из-за капель дождя,

бьющих по зонтику, я вообще не мог сосредоточиться на своих мыслях.

Вскоре после этого я вернулся в свою

квартиру. Оказавшись внутри, неприятные звуки дождя быстро исчезли. Я поставил

зонтик сушиться и вздохнул. Хотя мое тело немного остыло, у меня не было

времени принять ванну. В конце концов, мне нужно было идти на работу. Поэтому я

направился к себе, минуя при этом комнату Аясэ-сан.

Мне не хотелось заглядывать внутрь, но,

поскольку дверь была приоткрыта, я мог проверить ситуацию внутри. На кровати

беззащитно валялось цветное белье и одежда, разложенная для просушки. Думаю,

это имеет смысл во время дождя. Обычно я складываю все вместе и даю высохнуть,

но, в зависимости от типа одежды, она может повредиться, поэтому есть люди,

которые сушат ее вот так.

Я и подумать не мог, что когда-нибудь

увижу такие пейзажи в своем собственном доме. Мне нельзя было продолжать

смотреть на это. Поскольку белье сохнет, очевидно, что Аясэ-сан вернулась

домой, и было бы ужасно, увидь она меня.

— Асамура-кун? Ты уже дома?

— А!

Сзади раздался голос, заставивший меня в

шоке выпрямить спину. Я обернулся.

— Что не так?

— В-вообще ничего.

— Серьезно? Ну, тогда ладно. — Аясэ-сан посмотрела на

меня с сомнением.

— Мне нужно на работу, поэтому я,

пожалуй, пойду.

Я слегка махнул рукой и направился в свою

комнату.

Я все еще чувствовал пристальный взгляд

Аясэ-сан, прикованный к моей спине, но у меня не хватило смелости обернуться. Я

почему-то почувствовал себя вором нижнего белья, хотя всего лишь случайно

заметил его краем глаза, а она сама сказала, что белье после стирки, по сути,

как носовой платок, поэтому мне не нужно чувствовать вины за это… верно?

Я запихнул в сумку рабочую форму и

вылетел из дома, направляясь на работу, даже звуки дождя не заглушали биение

моего сердца.

Я планировал полностью погрузиться в

работу. Хотел стереть все свои воспоминания о предыдущем инциденте. Особенно ту

синюю ткань, что мне довелось увидеть. Я надел форму, прикрепил бэйдж с именем

и принялся за работу. Сегодня я занимался инвентаризацией. Мы получили

несколько новых новелл, которые вышли на днях, и их нужно было расставить по

полкам, убрав оттуда те, что не продавались.

Завтра, в пятницу, мы получим несколько

популярных книг, поэтому нам нужно подготовить все полки для новых поставок.

Это значит, что мне надо слегка проредить их. Хотя мы и получаем приблизительные

прогнозы относительно того, как книга будет продаваться, от издателя, нет

никакого способа точно определить поведение самих покупателей. В результате вы

почти никогда полностью не распродаете поступающие книги. В следующую поставку

будет то же

самое. Всегда есть книги, которые остаются не проданными.

Ах, прямо как эта…

Проверяя отдел с ранобэ, я взял с полки

один том. Я был заинтересован в нем с тех пор, как он поступил в продажу. Не

думаю, что он был нацелен на то, чтобы стать типичным ромкомом с гаремом, но на

его обложке было целых 48 девушек, так что, думаю, в итоге получился именно такой ромком. Думаю, вам не удалось написать

нечто оригинальное, дорогой автор.

Даже если издатель и автор предполагают,

что ранобэ станет хитом, все равно есть шанс, что оно вообще не будет

продаваться. Многие клиенты очень консервативны. Я положил эту новеллу в другую

стопку и продолжил сортировку.

— Ты снова откладываешь их для себя ~

Когда я обернулся, то увидел Семпай, что стояла

за мной.

— «Рано

или поздно их все равно раскупят, так что, пока мы можем получить прибыль, все

в порядке» — вероятно, так думало начальство, когда решило оставить их на

прилавках.

Для сетевых книжных магазинов это была

привычная тенденция, но я все же не думаю, что люди будут скупать такие

специфические книги. Ну,

так или иначе, они мне нравятся, так что все в порядке.

— А ведь наверняка есть люди, которые

скупают новинки такого рода ежемесячно ~

— Интересно, существуют ли такие люди? — Семпай

посмотрела на меня с ухмылкой.

— Эй, ты сейчас на меня намекаешь?

— Хе-хе. Что более важно, Кохай-кун,

разве ты не слишком увлечен своей работой?

— Как будто обычно я отношусь к своей

работе халатно. Я работаю так же, как и всегда.

— Действительно?

— Я что, веду себя странно или что-то в

этом роде?

— Да нет, просто случайно увидела

молодого человека, сосредоточившего все свое внимание на работе, поэтому я

подумала, что у него что-то могло случиться?

— Вы говорите, как какой-то отстраненный

наблюдатель.

— Звучит неплохо. Я хотела бы немного

понаблюдать как посторонний человек. Так я могла бы забыть обо всех проблемах в

этом мире.

*вздох*

Когда ты так вздыхаешь, я не могу не чувствовать себя

более любопытным, ты это знаешь.

— Что насчет вас, сэмпай? Что-то

случилось?

— Заинтересовался?

— Если в принципе есть что-то, что могло

бы меня заинтересовать, то это определенно оно.

— Отличный ответ ~ Вот что мне в тебе

нравится ~

— Опять же, не могли бы вы перестать

говорить вещи, вызывающие недопонимание?

В самом деле... несправедливо так улыбаться мне,

когда ты это говоришь.

— Я в порядке. Мне достаточно знать, что тебе не все равно ~

— Это разве так работает?

— Вот именно так это и работает.

— Да?

— Позаботься о своей милой сестренке.

— Э-э?!

— Если ты рассердил ее, купи ей

что-нибудь сладкое по дороге домой.

— Я-я не рассердил ее.

Ну, по крайней

мере, пока.

— Тогда что ты сделал?

— Вообще ничего.

— Нифево вообфе? Это довольно

экстремально.

— Послушай, у нас уже раньше была такая

же грязная шутка, давай не будем тратить на это еще больше страниц…

— А-ха-ха. Что ж, ты не можешь игнорировать ее

чувства, поэтому, если не позаботишься об этом сейчас, она может взорваться

позже.

— …

Поскольку я не мог больше ничего сказать,

то просто быстро ушел, чтобы снова сосредоточиться на своей работе, провожаемый

ухмылкой Семпай.

— Этот человек просто… Фух… — я снова

повернулся к полкам.

Даже во время такой простой работы, что я

делаю сейчас, нужно все равно

обрабатывать любые запросы клиентов, если они есть. Пока вы носите здесь

униформу книжного магазина, клиенты всегда будут приходить к вам и просить

помощи. Большинство из них спрашивают, где находится книга, что звучит довольно

просто на первый взгляд, но они, как правило, делают это, даже ничего толком не

зная о ней. Они не говорят вам ни издателя, ни автора, не уточняют жанр, и все

же просят вытащить нужную книгу из рукава.

Даже если вы скажете мне что-то вроде:

«Это книга, в которой происходит много убийств», все, что я смогу ответить вам:

— С этой небольшой информацией я не могу

найти то, что вам нужно, как бы серьезно я ни хотел помочь. Под ваши наводки

подходит слишком много разных книг. У вас нет более точных подсказок?

— Дело расследует кошка.

— Что? Кошка?

Я пошел просить Семпай о помощи, и она

сразу же направила покупателя к нужной книге.

— Этот довольно популярная книга.

Странно, что ты о ней не знаешь.

— Это действительно так?

Сказать по правде, такое вообще не в моем

вкусе.

— Я бы растерялась, если бы они сказали,

что это собака.

— А что, есть что-то подобное?

— Конечно, что-то вроде этого тоже есть.

Вау, снимаю перед вами шляпу, авторы детективов.

Вы уловили суть. Заботясь о предварительных

заказах на новые выпуски, пропавших дополнениях к журналу или, например, о потерявшихся в магазине детях,

сотрудникам всегда есть чем заняться. Выполняя такую повседневную работу, я

незаметно для себя закончил смену. Переодевшись, я попрощался с Семпай и покинул

магазин.

Дождь, наконец, прекратился, и я, благодаря ясному небу,

таки увидел луну между рядами зданий. В зависимости от сезона вы всегда видите

луну по-разному. Летом, когда солнце стоит высоко, полная луна остается низкой,

а зимой все наоборот. Поскольку мы находимся в период летнего солнцестояния,

полная луна не такая высокая, что создает впечатление, будто она застряла между

зданиями.

В воздухе все еще оставалось тепло,

поэтому прохладный ветерок был мне приятен. Когда я шел по улице, телефон в

заднем кармане завибрировал. Когда я вынул его, то увидел, что пришло новое

сообщение в LINE. Мне даже не пришлось смотреть отправителя, чтобы понять, что

это от Аясэ-сан. Это было ее первое сообщение ко мне.

— Ты это видел, верно?!

Мне показалось, что мое сердце

остановилось на секунду. Это было худшее, что могло произойти. Можно было

понять, о чем она говорила, даже без лишнего контекста. Я загрузил приложение и

подтвердил остальную часть сообщения. Подводя итог, все обстояло следующим

образом.

Ей было интересно, что я мог делать перед

ее комнатой, и, в конце концов, она пришла к выводу, что я мог только

смотреть на нижнее белье в ее комнате. Она действительно думает о чистом нижнем

белье, как о носовом платке после стирки, но, поскольку на этот раз я умышленно

мог это делать, она хочет подтвердить, что я видел его, кажется.

Перед приближающимся допросом и

возможными пытками я отправил ей короткое сообщение с объяснением и поспешил

домой. Увидев на входе только ее туфли, я вздохнул с облегчением от того, что

наши родители еще не вернулись домой. Когда я снова поднял голову, то увидел,

что Аясэ-сан смотрит на меня.

— Я вернулся, Аясэ-сан.

— С возвращением, Асамура-кун.

Хотя мы говорили одно и то же, но

интонация была совершенно иной, чем раньше.

— Не стоит просто мерзнуть у входа.

— А, да…

Я сказал ей свое оправдание, но мне

интересно, поверит ли она мне…

— Сначала вернись в комнату.

— А? В какую комнату?

— Тебя все еще интересует моя комната?

— Я буду ждать в своей комнате, большое

спасибо.

В такое время, конечно, лучше не спорить.

Я пошел в свою комнату, опустил спину и сел на пол, ожидая Аясэ-сан.

— Почему ты так сидишь на полу?

— Ну, мне просто захотелось это сделать.

[П/П

Имеется в виду популярная коленопреклоненная поза в Японии для извинения —

поза догеза.]

Я не мог сказать ей, что готовился упасть

перед ней ниц. Не знаю, простит ли она меня тогда.

— Вот.

Я поднял голову и увидел перед собой

дымящуюся чашку.

— А?

— Горячий шоколад. Я выпью его, если ты

не хочешь.

— Н-нет, я… возьму… — сказал я и взял

чашку.

Я предпочитаю кофе, но сейчас меня радует

что-нибудь теплое. Погодите, это то, что я думаю? Я взглянул на лицо Аясэ-сан,

и, как и ожидалось, ее глаза горели гневом.

— Итак, о

том, что ты мне написал.

— Да…

— Дверь оказалась наполовину открытой, и

твои глаза были прикованы к тому, что было внутри. Потом, когда я окликнула

тебя, ты убежал, все верно?

— Так и было.

— Потому что могло показаться, что ты

собираешься зайти внутрь, чтобы что-то украсть?

— Ну, я… думаю…

— Даже если они твоей младшей сестры?

— Это правда, но… — мои слова застряли у

меня в горле.

Если бы речь шла о моей настоящей младшей

сестре или матери, тогда было бы неловко, но все же терпимо. Однако в данном

случае… ничего не поделаешь. Это всего лишь 5-й день с тех пор, как мы стали

братом и сестрой. Когда в моей голове возникла эта отговорка, выражение ее лица

немного расслабилось.

— Извини, это было немного несправедливо.

— Эм.

— Конечно, по закону мы брат и сестра, но

это не значит, что ты должен внезапно начать вести себя как настоящий старший

брат, как только закон вступит в силу — ну, по крайней мере, не разумом точно.

— … Да, я, кажется, понимаю…

Мы живем под одной крышей и, по крайней

мере, ведем себя как брат и сестра, как семья. От нас ожидают, что мы сделаем

это, и мы не можем предать эти ожидания, и у нас нет никаких планов по поводу того,

чтобы предавать их. Потому

что это будет беспокоить моего старика и Акико-сан. При этом мы не можем вести

себя, как брат и сестра, которые прожили вместе все свои 16 лет. Мыслительный

процесс человека — это не какой-то код, который можно редактировать, или

программа, которую можно переписать.

Это факт, что неделю назад мы были

совершенно незнакомыми друг другу людьми. Аясэ-сан говорит, что понимает это. В

конце концов, она всегда старается быть справедливой.

— Но теперь мы в расчете. Давай просто

забудем об этом, ладно?

— В расчете?

— Я думаю, что очарование нижним бельем

было еще одним типом рефлекторных действий. Сегодня утром я рефлекторно

произнесла эти слова. Поэтому, я думаю, что мы в расчете. Думаю, что ты из тех

людей, которые тоже могут учиться на этих рефлекторных действиях, точно так же,

как ты можешь думать, что я также способна на это.

— Я рад слышать, что...

— Кстати.

— Хм?

— Получается, что мое нижнее белье было

достаточно заманчивым, чтобы полностью очаровать тебя, верно?

— Я никогда этого не говорил, нет.

— Тогда это совсем не очаровательно, не так ли? Хм.

— … Ты, случайно, не дразнишь меня?

— Кто ж знает. Но я не могу оставить эту

неспокойную атмосферу, не так ли?

— Ну, наверное.

— Ты… ведь испытываешь желание хранить

часть моего нижнего белья, верно?

— Ум-м… ну, честно говоря, было бы ложью, если бы

я сказал, что у меня нет таких плотских желаний… но я не собираюсь ничего такого делать

только из-за своих рефлекторных желаний.

— Хм… значит, у тебя действительно есть такие

желания.

— Было бы довольно неприятно, если бы я

это сделал. Но иметь их и действовать в соответствии с ними — это разные вещи, — сказал я с максимально серьезным

выражением лица.

— Ха. Правильно, извини за то, что дразнила

тебя. Давай пока оставим все как есть.

— Большое спасибо…

Я искренне поблагодарил ее и понял, что

она пыталась сказать. Вы не можете избавиться от эмоций, которые у вас когда-то

были. Даже если это было просто недоразумением. Ее гнев на меня, увидевшего ее

нижнее белье, не мог просто взять и пройти. Вместо того чтобы сорваться на мне,

она объяснила, почему злилась, оставаясь при этом предельно спокойной. Какой потрясающий

контроль над гневом. Приспосабливаемость, да? Я еще далек от ее уровня.

— Но я рада.

— Хм?

— Я не хотела, чтобы ты подумал, якобы

дизайн белья странный. Тогда мне, возможно, пришлось бы его выбросить.

— … Я чувствую, что начинаю понимать,

какой у тебя тип личности, Аясэ-сан.

— Действительно?

— Да, немного.

Слушая мои слова, Аясэ-сан слабо

улыбнулась.

Продолжение следует...

Работала над переводом (команда RanobeList):

Не забудьте вступить в нашу группу ВК: https://vk.com/ranobelist

[[image:/storage/reader-images/db91ce7f3a1df693d7b8c09b33c28b94dc9d1ee8.png]]

12 июня (пятница)

С самого утра Аясэ-сан

избегала меня. По крайней мере, я так думал, хотя и не понимал почему. Еще до

того, как я добрался до обеденного стола, чтобы позавтракать, Аясэ-сан уже

ушла, не сказав мне ни слова. Ничего не понимаю. Последним, что я видел прошлой

ночью, была ее улыбка. В тот момент мне

казалось, что мы стали близки, как никогда

прежде. Чем больше я думал об этом, тем меньше в этом было смысла.

Если бы все еще шел

дождь, мы могли бы вместе пойти в школу, что позволило бы мне спросить ее о

причине такого поведения, но, естественно, погода меня подвела, так как на

улице было ясно. Крутя педали на велосипеде, я смотрел на ясное небо в этот

12-й день июня. Оно было синим,

что весьма необычно для этих дней. Прекрасная погода в

сезон дождей… расскажу кому — не поверят.

Вращая педали, я

попытался отвлечься на размышления о происхождении выражения: «Хорошая погода в

сезон дождей».

[П/А: Есть небольшой абзац,

в котором автор объясняет японское происхождение этого высказывания. Мне нужно

было бы добавить 5 разных сносок, чтобы хотя бы примерно

объяснить это, так что позвольте слегка переписать текст.]

Думал об этом для того,

чтобы моя голова не была забита мыслями об Аясэ-сан. Я даже не пытался сбавить

скорость по дороге в школу. Все еще были заметны следы дождя на рядах деревьев,

мимо которых проезжал мой велосипед. Капля воды с ветки дерева удачно упала

прямо мне на лицо. Благодаря этому ощущению холода, мои мысли начали медленно

проясняться.

Может, она все еще

злится из-за вчерашнего инцидента с нижним бельем. Размышляя о такой

вероятности, я подумал, что ее тип личности заставил бы Аясэ-сан прямо сказать

мне, что она все еще злится. К сожалению, это еще больше сбивало с толку.

Пребывая в подобных размышлениях, я добрался до школы. Глянув на небо,

обнаружил, что там нет ни единого облачка.

Если не ошибаюсь,

вторым уроком у нас была совместная физкультура. Конечно, там нас ждет очередная тренировка

к спортивному фестивалю. Как и раньше, она пройдет на теннисном корте. Значит,

я снова столкнусь там с Аясэ-сан.

Первым уроком у меня

был современный японский, но, как и следовало ожидать, я не мог ни в малейшей

степени сосредоточиться на нем. Даже не помню, о чем вообще шла речь на том

занятии. В конце концов, наступил второй урок, и, когда все собрались, я

обратил свое внимание на девушек.

— Кья-а-а!

Как всегда,

Нарасака-сан была в отличной форме. Как и мяч, который на огромной скорости

полетел прямо на соседнюю площадку.

— Майя!

— О-о, это хоум-ран!

— Идиотка!

[П/Р: Хоум-ран — это сильный

дальний удар в бейсболе, после которого мяч летит за пределы поля и его

невозможно словить.]

Не

помню, чтобы в теннисе был такой тип удара. Ну, так или иначе, я не смог найти

Аясэ-сан в группе занимающихся девушек. Ведь та снова прислонилась к

металлическому забору в углу теннисного корта, слушая что-то в наушниках.

Единственное отличие от того, что было раньше, заключалось в том, что она не

смотрела в пустоту, как тогда, а сосредоточенно думала о чем-то с закрытыми

глазами.

Ну вот, теперь мне еще

любопытнее. Я хотел позвать ее в конце урока, но перед тем, как я сделал это,

Нарасака-сан захотела что-то у меня спросить.

— Привет, Онии-чан.

«Ты что, и в школе будешь так меня называть?». Я

почувствовал побуждение возразить, но следующая ее реплика подавила во мне этот

порыв.

— Что-то случилось с

Саки?

На секунду я потерял

дар речи. По сути, ей было очевидно, что Аясэ-сан вела себя не так, как обычно.

— Нет, я ничего не

знаю.

— Понятно. — Скрестив руки, она пошла к главному

зданию.

Девочки, ожидающие ее,

бросили на меня несколько взглядов. Чтобы вы там ни думали, между нами ничего

нет, понятно?

— Привет, Асамура.

— Хм? А, Мару.

Обернувшись, я увидел

моего друга — Мару Томокадзу.

— Что это за

безжизненный ответ?

— Я просто измучен

физкультурой.

— Ты даже не запыхался,

а твоя одежда нисколько не загрязнилась.

— Тебе следует

присмотреться чуть лучше.

Ах да, похоже, Мару

сегодня усиленно тренировался в софтболе. Он был весь в поту и грязи.

— Что ты на меня

смотришь? Тебе что, нравится мое тело или что-то в этом роде?

— Я просто подумал, что

стирать твою одежду, должно быть, будет довольно мучительно.

— Хм, и правда. Знаешь,

если бы ты заплатил мне 10 тысяч, я бы одолжить

тебе свое тело.

Заплатил бы…

Эй,

подожди!

— О-о чем ты вообще?!

— Я мог бы выполнять

всякую изнурительную рутинную работу за тебя. От протечки в потолке до

постройки маленькой будки для твоих щенков. Думаю, это выгодная для тебя сделка, верно?

— А, вот что ты имел в

виду.

— Асамура, а ты о чем

подумал?

Ты действительно не

понимаешь?

— Мне неприятно тебе

это говорить, но, поскольку мы живем на третьем этаже, протечки нам устранять

не требуется, и у меня нет желания заводить щенков.

— Понятно, как жаль. Я

подумал, что это принесет мне немного наличных.

— Разве это не

полностью отличается от того, что ты говорил мне раньше?

Разве не ты говорил мне

ранее, как это важно: знать общество и рынок, чтобы зарабатывать деньги?

— Эй, остынь, Асамура.

Знаешь, я же сказал тебе, как ты говоришь, ранее: мне нужны деньги! День

рождения все-таки близок.

— Чей?

Он вдруг затих.

— То есть ты пытаешься

собрать немного денег на подарок кому-то на день рождения?

— Если мы не поспешим,

то не успеем к следующему уроку. — Он

повернулся ко мне спиной и пошел вперед.

Понятно, значит, у Мару

есть кто-то, на кого он хочет потратить деньги. Только подумать, Мару, вот уж

не ожидал.

В конце концов, мне так

и не выпала возможность поговорить с Аясэ-сан в школе. Конечно, я пытался

связаться с ней через LINE, но…

Она даже не добавила

стикер (хотя Аясэ-сан, похоже, не из тех, кто их обычно добавляет), а просто

дала мне сухой ответ. После того, как закончился последний урок на сегодня, я

снова направился на свою подработку. Семпай, как всегда, дразнила меня, но

ничего важного не произошло, и я снова отправился домой.

Я открыл дверь в дом.

Нежный запах мисо-супа доносился до меня из кухни, щекоча нос. Аясэ-сан уже

была дома.

— Я вернулся. — Сказал я и пошел по коридору в направлении

своей комнаты.

— С возвращением… ужин

готов.

Мне кажется, что у

голоса Аясэ-сан

сегодня немного иная интонация…

Может, нет? Наверное, я слишком много об этом думаю.

— Сегодня на ужин

сашими?

Я посмотрел на стол и

заметил на нем синюю тарелку с белым гарниром, а также красную внутреннюю

мякоть рыбы, предположительно тунца.

[П/П: Я честно не нашел что

за рыбка такая — victorfish — на картинках часто попадается обычный тунец.]

— Ага. Мелко

нарезанный.

— Что ж, в конце

концов, свежее мясо самое лучшее.

Похоже, сегодня у нас

будет классический японский ужин. В суп мисо входил картофель, нарезанный

полумесяцем, с морскими водорослями. Я уверен, что это отлично согреет мое

тело. Данное блюдо идеально подходит для сезона дождей. В маленькой миске также

было много огурцов. Пока Аясэ-сан раскладывала еду на обеденном столе, я вытер

остальную часть стола и приготовил теплый чай.

— Спасибо за еду!

Я начал с мисо-супа.

Осторожно взболтав поверхность палочками для еды, поднес край миски ко рту.

Стоило носу уловить его запах, мои губы почувствовал вкус этого блюда.

— Да, твой мисо-суп

действительно восхитителен, Аясэ-сан.

— … Понятно.

— Как бы это правильнее

сказать, я могу распробовать даже бульон. Это действительно вкусно.

— Конечно, это все-таки

мисо-суп, — сказала она слегка обеспокоенным тоном.

— Ну не только.

Не то чтобы я сам

никогда не готовил. Но для меня никогда не было возможным приготовить настолько вкусный мисо-суп. Бессмысленно

даже надеяться, что кто-то вроде меня сможет приготовить что-то на таком

уровне. Спустя некоторое время после окончания моих попыток по готовке

чего-либо я узнал рецепт мисо-супа. После смешивания мисо его нужно отварить.

Вот так вы и создаете аромат. Этот запах в основном исходит от продуктов

брожения и спирта. Логично, что при кипячении он немного испарится, что

повлияет на вкус. Это просто физика. Если бы я знал об этом заранее, то,

возможно, сохранил бы интерес к кулинарии…

— А теперь давайте

перейдем к главному блюду сегодняшнего вечера.

— Какое преувеличение.

— Нет, это не так, оно

действительно выглядит очень вкусно.

Я положил немного

имбиря на тунца и взял этот своеобразный бутерброд палочками для еды, добавив

на него немного соевого соуса. Все это я засунул в рот и осторожно прожевал.

Мясо было немного эластичным, и чем больше я жевал, тем сильнее ощущался вкус

на языке.

— Очень вкусно.

Затем я добавил к этому

вкусу немного риса.

— Здорово. Аясэ-сан, ты такой

отличный повар.

— Слушай, все, что я

сделала, это просто нарезала рыбу,

но спасибо. Я купила ее на распродаже, так что…

— Ох. Получается, ты

специально после школы пошла на эту распродажу, чтобы купить рыбы…

— Я стремлюсь к

максимальной экономии в этом плане.

Ах да, если я правильно

помню, поскольку Аясэ-сан была назначена ответственной за приготовление еды,

она получает определенную сумму денег от моего старика. Если она ходит на распродажи, я

думаю, она имеет право оставить

сэкономленные деньги себе.

Мне

вспомнилось кое-что, о чем хотелось спросить ее раньше.

Однако если подумать, это, по-видимому, только послужило спусковым крючком для

того, что произошло позже.

— Почему ты так сильно

хочешь сэкономить?

Услышав мой вопрос,

Аясэ-сан прекратила орудовать своими палочками. Они колебались над рыбой,

кружась взад и вперед. Конечно, я не собирался говорить ей, что это плохие

манеры, поскольку она явно не смущалась по поводу того, какой кусочек ей взять,

а скорее думала, что мне ответить.

— Думаю, я уже говорил

тебе об этом раньше, но для того, чтобы освободиться от влияния и ожиданий других людей, мне нужны силы,

чтобы жить самостоятельно.

— Так деньги — это

сила?

— А разве нет?

— Нет, я так не думаю.

Это факт, что без денег

невозможно жить свободно. При этом деньги — это еще не все. Даже я мог сказать,

что это был очень узкий взгляд на вещи.

— И все же, я просто не

могу заработать достаточно денег… — она вздохнула.

Аясэ-сан наклонилась вперед, ее длинные волосы

упали на передник. Она отложила палочки для еды и поправила волосы.

— Я ищу

высокооплачиваемую подработку, но… — проворчал я.

— Ничего страшного, я и

не ожидала, что ты сразу найдешь ее, — сказала она. Но, в конце концов, пока

только я получаю выгоду от нашего с ней соглашения, и я не могу этого вынести.

— Если есть что-то, с

чем бы тебе нужна была моя помощь, то просто скажи мне это. Или ты, например,

можешь как-то сократить время

готовки.

— Я…

— 30 минут утром и

целый час ночью, так ведь?

— после моих слов Аясэ-сан глухо рассмеялась.

— Так ты все-таки

заметил.

— В конце концов, любой

бы заметил.

Когда Аясэ-сан готовит

еду, она постоянно смотрит на часы. Сомневаюсь, что это связано только с

кулинарией. Добавить тот факт, что она хотела получить информацию о

высокооплачиваемой, но не сильно затратной по времени подработке для того,

чтобы у нее было больше времени для учебы.

— В любом случае, даже зная рецепт, я не планирую тратить

больше времени, чем необходимо. Здесь уже нечего сократить. — Она выдавила из себя это выражение,

которое, вероятно, означало в ее голове: «Я плохой человек».

— Не совсем.

Однако когда я произнес эти слова, выражение

лица Аясэ-сан стало удивленным.

— Почему же?

— Я имею в виду, что,

постоянно повторяя что-то, ты становишься лучше, не так ли? Это означает, что

ты можешь выполнять больше работы одновременно, чем раньше, и качество того,

что ты делаешь, также может повыситься.

— … Почему это?

— Даже если у тебя

будет тот же самый час, ты сможешь создать что-то еще лучше — в нашем случае у

тебя есть шанс сделать еду еще более вкусной. Другими словами, добавочная

стоимость растет. И, поскольку у меня есть соглашение с тобой, мне также нужно

повысить свою добавочную стоимость. В противном случае это будет

несбалансированным соглашением.

— Это…

— Ситуация такова.

Прямо сейчас мне нечего тебе дать, Аясэ-сан. Рано или поздно я банально не смогу

за тобой угнаться.

— Если ты прав, то

разве не все семьи в этом мире такие же? День за днем разрыв в этих

«стоимостях» между отдельными членами семьи растет все больше и больше.

— Именно потому, что

они такие же, да, так и есть.

Это не просто

кулинария. Есть стирка, уборка, шитье. Чем больше вы выполняете эти

обязанности, тем лучше у вас будет получаться. Вот почему ваша зарплата растет

пропорционально времени, отработанному вами в компании. Это продолжается до тех

пор, пока ваша работа не станет более небрежной и медленной из-за вашего

старения. Семейные дела точно такие же.

— Моя мама долгие годы

готовила мне еду, но я ей не вернула за это ни йены.

— Ценность этих

действий не заметна, пока кто-то не начнет делать это за вас. Пока кто-то молча

выполняет тяжелые вещи, эта тяжесть не будет воспринята другими. Только получая

что-то за содеянное, вы понимаете, насколько это действительно важно. Это очень

неприятная суть вещей.

Поскольку я читал много

книг на такие темы, как «Труд» и «Зарабатывание денег», эти сложные мысли

продолжали вырываться из моего рта. Если я не буду осторожен, то могу начать

считать, что стал умнее, хотя это всего лишь заимствованные знания.

— Мы с тобой, Аясэ-сан,

заключили соглашение об обмене готовки и поиска высокооплачиваемой подработки,

верно? Теперь я понял, насколько выросла ценность твоей готовки, а это значит,

что мне нужно найти способ повысить ценность своих услуг.

Аясэ-сан молча, похоже,

о чем-то думала. Я не мог больше сдерживаться, поэтому просто выпалил это. На самом деле, у меня было решение,

но оно было не самым приятным.

— … Еда остынет, так

что давай пока поедим. Я уже начала набирать

горячую воду

для ванны.

— Ладно.

Однако, прежде чем я

смог это сказать, меня попросили вместо этого быстрее шевелить палочками для

еды. Все время, пока мы ели, Аясэ-сан казалась погруженной в свои мысли, даже

не глядя на меня. Я полагаю, в тот момент она и придумала то неблагоприятное

решение.

Мне разрешили первым

принять ванну. Закончив, я немного добавил горячей воды. Затем переоделся и вернулся в свою

комнату. Там решил

поваляться на кровати и почитать книгу. Конечно, нужно еще сделать домашнее

задание в школу, но нет причин для спешки, так как у меня еще остались суббота

и воскресенье. Прямо сейчас мне хотелось сосредоточиться на легком романе с

бесчисленным множеством красивых девушек на обложке.

… Я думал, что это

всего лишь графоманская

работа, но оказалось довольно интересно, хотя...

действительно ли главному герою нужно встречаться

со всеми своими одноклассницами? И…

— Ау!

Задумавшись, я случайно

уронил книгу, в результате чего

та упала мне прямо на лицо. В ответ я испустил потрясенный возглас. Это меня

удивило.

— Ну, может, тогда мне все же лучше пойти

спать…

Судя по всему, мое тело

было истощено. Я посмотрел на часы, но было еще не так поздно. Обычно мой

старик возвращался в это время, но сегодня еще не было никаких признаков того,

что кто-то вернулся домой. Поскольку сегодня пятница, он мог пойти выпить пива

где-нибудь с коллегами. Я просто надеюсь, что он не

опоздает на последний поезд.

*Щелк*

Освещение в моей комнате

внезапно погасло.

Я мог видеть лишь свет,

проникающий в мою комнату через небольшую щель в двери, когда та на мгновение

открылась. А потом воцарилась тишина. Кто-то вошел в мою комнату. Что ж, это,

должно быть, Аясэ-сан.

Сомневаюсь, что вор случайно бы выбрал нашу квартиру.

Но что ей нужно в моей

комнате? Даже свет выключила. Может она комнаты перепутала? Я собирался

приподнять свое тело, чтобы сказать ей: «Аясэ-сан, это моя комната», но эти

слова так и не прозвучали.

— Асамура-кун, ты не

спишь, да?

Аясэ-сан подошла ко мне

с этими словами, а сладкий аромат ее геля для душа защекотал мой нос. Однако

не это было причиной моего шока. В конце концов, я уже ощущал этот аромат несколько

раз. Она принимала ванну последней и ложилась спать последней. Это Аясэ-сан

сама так решила, но это не значит, что я никогда ее не видел после принятия

ванны. Были также случаи, когда я шел ночью за чашкой воды и сталкивался с ней

в ее ночном белье.

Конечно, это уже было

довольно стимулирующим фактором для старшеклассника вроде меня, но

приближающаяся ко мне Аясэ-сан была какой-то другой. Я слышал шелест одежды,

после чего та

падала на землю. Она, очевидно,

снимала ее. Поскольку свет был

выключен, я почти ничего не видел. Были подчеркнуты только линии тела Аясэ-сан.

Чем больше она

приближалась ко мне, тем лучше я мог видеть ее красивую грудь, тонкую талию,

длинные изящные руки, спускающиеся с ее

обнаженных плеч. Больше не было ночного белья, способного

скрыть ее красивое тело. Для тех, кто еще не понял, на Аясэ-сан было только

нижнее белье. Мой взгляд был прикован к ее талии, которая двигалась влево и

вправо при каждом ее шаге.

— Эй, Асамура-кун, я бы

хотела кое о чем поговорить.

Аясэ-сан остановилась в шаге от кровати.

— О-о чем поговорить? —

я ошеломленно выдохнул.

Аясэ-сан сделала

последний шаг и положила руки мне на талию. Она посмотрела мне в лицо и

встретила мой взгляд.

— Не хочешь ли ты… купить мое тело? — она

сказала мне это на достаточно близком расстоянии, чтобы я мог чувствовать ее

дыхание.

Благодаря слабому освещению я мог видеть лицо

Аясэ-сан.

— … Ха?!

На секунду моя голова

опустела. Что за черт?!

[[image:/storage/reader-images/fde2878d81851f2f12e717627493fbaa345aeda3.jpg]]

— Эй, ну что ты

скажешь?

— … Что ты имеешь в

виду?

— Именно то, что я

сказала. Я спрашиваю, не купишь ли ты мое тело за

деньги.

— …

— Из-за того, что

случилось ранее, я поняла, что мое тело достаточно хорошо, чтобы возбуждать

тебя, и… ну… нам не нужно идти до самого конца. Ты можешь использовать его как

захочешь.

— Эй-эй-эй…

— Рационально подумав

об этом, вот к чему я пришла.

Ты называешь это

рациональным?!

— Выслушай меня.

— Ладно…

Мой разум и рациональность

чуть не пошли вниз по склону в ад,

но мне с трудом удавалось удержать их при себе.

— Мы учимся в старшей

школе, верно?

— … Ага.

— Вот поэтому, знаешь

ли, есть неловкие поступки, которые ты не можешь сделать в одиночку, согласен?

Неловкие поступки,

которые ты не можешь сделать в одиночку? Она говорит о таких вещах, которые…

ну, вы знаете, требуют гениталий,

как мужчины, так и женщины? Ну, похоже, да…

Нет, я не могу этого

отрицать. Я не святой или что-то в этом роде, я здоровый старшеклассник,

поэтому скрывать это было практически бессмысленно, но все равно не ожидал, что

буду говорить об этом с девушкой

моего возраста.

— Теперь, когда мы

живем под одной крышей, есть вероятность, что мы можем столкнуться друг с

другом и попасться на месте преступления.

— Я не хочу об этом

думать, но это не невозможно.

— Вот я и подумала. Так

как было бы неприятно быть пойманным с поличным, разве не было бы более удобно

для нас заботиться о нуждах друг друга через определенные промежутки времени с

разрешения обеих сторон?

— Как ты вообще пришла

к этой мысли…

— Когда ты так высоко

оценил мою готовку, Асамура-кун…

Встретив эту внезапную

смену темы, я был сбит с толку. Почему мы вдруг заговорили об ужине?

— …Я думала об этом.

Если бы я попросила денег взамен на приготовление еды, я могла бы заработать,

работая не так много.

— В этом есть смысл.

Я тоже думал об этом.

Думаю, мы оба пришли к этому довольно неблагоприятному способу урегулирования

проблем.

— Хотя это не так

много, это могло бы сократить мои расходы до минимума.

— Звучит как хорошая

идея.

И все же Аясэ-сан

покачала головой.

— Я не хотела бы

зарабатывать на этом деньги. Так как получила бы слишком много от этого, что

сильно нарушило бы баланс между компромиссами. Но мне нужны деньги. Вот почему

я придумала что-то стоящее, что могло бы окупить затраты и принести мне деньги.

— Значит, ища

высокооплачиваемую работу, ты решила заняться ночной деятельностью (проституцией) с

членом своей семьи?

Она кивнула. Ее ход

мыслей чрезмерно опасен.

— Если бы мы

действительно это сделали, то я уверена, что потом нам было бы немного неловко,

но вместо того, чтобы делать это с кем-то, кого я не знаю, я решила, что было

бы намного удобнее пройти весь путь с таким добрым человеком, как ты,

Асамура-кун.

Так она даже подумывала

сделать это с незнакомым мужчиной.

— Поступая так, я бы не

расстроилась, если бы попросила слишком много денег.

Я услышал звук чего-то

хлопающего в моей голове. Затем поднял верхнюю часть тела, опираясь на руку. В

результате ее плечи дернулись от шока. При виде этой реакции мою грудь

наполнило сильное чувство вины, когда я сказал это.

— Это тип женщин,

которых я ненавижу больше всего, Аясэ-сан.

— Э…

Ненавижу клевету и

ругань. Независимо от причины, я не хочу причинять боль другим своими словами,

и мне больно даже думать о том, что я

говорю это. Однако я должен сделать это,

должен остановить бесчинства Аясэ-сан прямо сейчас.

Лицо моего старика и

Акико-сан всплыло у меня в голове. После всего, через что он прошел, когда он

был предан своей бывшей женой и впал в депрессию, могу ли я просто отвернуться

от этого? Нет. Я почувствовал облегчение, когда увидел его блаженное лицо, и

хочу поддержать его прямо сейчас.

Что касается Акико-сан,

я не знаю, через что она прошла, но, вероятно, были какие-то проблемы с ее

бывшим мужем, поэтому они развелись. Однако прямо сейчас казалось, что она жила

счастливо. Если бы я согласился с идеей Аясэ-сан, ее просьбой и тем, что

последовало бы после этого, то вновь принес бы несчастье этим двум. Я не могу с

этим согласиться.

Мы сказали, что ничего

не ждем друг от друга. Мы подтвердили эту позицию при первой встрече и с тех

пор более-менее сохраняли чувство дистанции. В каком-то смысле я не ожидал, что

Аясэ-сан сделает что-то подобное. Это, возможно, также привело к этой ситуации,

а значит, что я, в некотором роде,

нарушил обещание. Однако если говорить о первом прорыве, это была Аясэ-сан.

— Используй свою

внешность как оружие, разве ты не это сказал?

Я не знаю, почему

Аясэ-сан была одержима тем, чтобы не воспринимать себя как женщину, из-за чего

та сосредоточилась на том, чтобы обрести независимость, но то, что она делала

прямо сейчас, было полной противоположностью всех ее идеалов. Сейчас она была именно той

женщиной, которую можно было бы назвать «с низкой социальной ответственностью».

Я понимаю логику Аясэ-сан. Но...

Это напоминает мне, что

оплачиваемые свидания и ночная работа

подобны эфемерным действиям.

Вы

предполагаете,

что люди, которые этим занимаются, заняты этим только из-за быстрых денег, но

есть даже умные девушки, которые в конечном итоге начинают делать это, по

крайней мере, я слышал о подобном. Для них было бы нестранно иметь в голове те

же мысли, которые сейчас озвучила Аясэ-сан.

Однако это было слишком

просто. И это противоречит ее собственным убеждениям. Те, кто порождают в себе такие

противоречия и беспокоят

ими других людей, мне они не нравятся. Если бы она была какой-то

незнакомкой, я бы мог это проигнорировать, но как семья, как старший брат, я не

могу просто оставить ее в покое. Я накинул ей на плечи полотенце, чтобы она не

замерзла.

— Это не так. Если ты

не найдешь способа доказать свое превосходство, не имеющее отношения к тому,

что ты мужчина или женщина, тогда в этом нет никакого смысла, верно?

— Но это был бы

жизнеспособный вариант, даже если бы я была мужчиной. Вот почему вооружение и

все остальное не имеет значения.

Значит, она бы делала

то же самое, будь она моим младшим братом? На секунду я представил Аясэ-сан в

таком амплуа, но это само по себе создало бы множество проблем, поэтому быстро

выбросил эту мысль из своей головы.

— Я не приемлю здесь

никакого софизма.

— Мне очень жаль.

Может быть, это потому,

что я предупредил ее холодным тоном, но Аясэ-сан отреагировала удрученно.

Отсюда я заметил беспокойство и сожаление. Несмотря на то, что я понял, что она

была полной противоположностью того человека, за которого ее выдавали слухи, сейчас она почти действовала в

соответствии с ними. Теперь я понимаю, что она была готова на все ради своего

желания.

Я так рад… так рад, что

она решила начать с меня.

— Пока ты понимаешь

это, все будет в порядке. Кроме того, я не против,

ну, заплатить за приготовление еды. Есть только одна проблема…

Вот почему я подумал об

этом, как о неблагоприятном решении.

— Проблема?.. — Аясэ-сан

осторожно наклонила голову.

— Если мы будем

поддерживать такой денежный обмен внутри нашей семьи, то мы получим ситуацию,

весьма уязвимую к внешним факторам.

— … Что ты имеешь в

виду?

— Наши родители очень

заняты, поэтому они не могут все время ходить по магазинам. За исключением

дорогой мебели или электронного оборудования, нам нужно ежемесячно откладывать

деньги на мелкие вещи.

— Верно…

— И я сам работаю на

подработке. Я определенно могу заплатить тебе за еду. Но подумай об этом. Если

мне придется прекратить работать, потому что я заболею или что-то в этом роде,

и я больше не буду получать свою ежемесячную зарплату, то ты тоже не получишь

больше денег. Однако разве с этого дня ты действительно сможешь перестать

готовить? — я продолжил. — Пока твой источник дохода исходит из семьи, неясно,

действительно ли ты сможешь получить надлежащую плату за свой тяжелый труд по

дому.

— Правильно… Я никогда

не думала об этом.

— Конечно, оплата от

семьи может иметь свои достоинства. Тебя точно не обманут в процессе. Когда ты

получаешь деньги извне, тебе постоянно нужно быть осторожным, чтобы тебе не

платили меньше того, что ты заслуживаешь. Но, даже если она не так хорошо

оплачивается, я все же думаю, что лучше получить объективную оценку от

постороннего и попросить надлежащую оплату в этом контексте.

Аясэ-сан промолчала, вероятно, обдумывая мои слова.

— Это все, что я могу

тебе посоветовать. Конечно, я помогу тебе кое-что найти, но не более того.

— Хорошо… прости меня.

— Все в порядке. — Я

принял извинения Аясэ-сан.

Нет причин читать ей

лекции дальше, когда она увидела ошибку своего собственного пути.

— Но есть кое-что, что

нам нужно обсудить.

— Эм?!

— Честно говоря, я не

думал, что ты относишься к тому типу людей, которые поступают так, Аясэ-сан!

— Это… я тоже не

думала.

— Я думаю, что весь

этот инцидент произошел потому, что я никогда не понимал тебя, Аясэ-сан. Вот

почему я хочу узнать о тебе больше.

— … Верно. Я не люблю

говорить о прошлом, но я уже побеспокоила тебя вот так… — Аясэ-сан закрыла

глаза и задумалась.

Вздохнув, она

рассказала о своем прошлом. Это случилось, когда она была еще маленьким

ребенком.

Отец Аясэ-сан казался

отличным предпринимателем. Однако из-за того, что того предали его друзья, он

потерял компанию, начал страдать комплексом неполноценности и держаться

подальше от жены и дочери.

— Комплекс

неполноценности?

— Вспоминая это, мой

отец, кажется, мог ревновать мою мать. Мама всегда говорила, что, будучи лишь

выпускницей средней школы, она могла полагаться только на заведения ночного

бизнеса в плане работы, но, если верить ее коллегам, она была довольно

популярна.

— Акико-сан, кажется,

прекрасно умеет общаться с людьми. В конце концов, она позитивный человек.

— Да… Я думаю, мой отец

тоже всегда был добрым человеком. Но после потери своей компании он изменился.

Он начал держаться на

расстоянии от жены и дочери и проводить время с другими женщинами. По сути, ее

отец практически перестал любить Аясэ-сан и Акико-сан. Он перестал вкладывать

деньги в свою семью, заставляя Акико-сан платить за все, в чем нуждалась

Аясэ-сан, что привело к ее недовольству своим отцом. Также, поскольку его жена

работала в ночном бизнесе, он всегда подозревал, что у нее может быть другой

мужчина, даже высмеивал ее за это.

— Пускай с ним и

обошлись нечестно, это не отменяет того факта, что он заставил маму пройти

через столько всего.

Это объясняет, почему

она ненавидит идею о том, что половая принадлежность может влиять на мнение

окружающих.

— Понятно…

Аясэ-сан посмотрела на

меня.

— Асамура-кун?!

— А, ну, я просто

подумал, насколько же мы похожи.

— То же самое было и с

твоей семьей, Асамура-кун?

— Да, мой старик

какое-то время страдал гинофобией. Я был потрясен, увидев, что он снова

женился. Может быть, это благодаря Акико-сан.

— Гинофобия? Он?

— Ага.

— Ясно…

[П/П: Гинофобия — вид

социофобии, когда мужчина боится женщин и отношений с ними.]

— То же было и с тобой,

Асамура-кун? — Я услышал ее слабое бормотание, но решил проигнорировать его.

— Ах, вот почему ты

держался на таком странном расстоянии от мамы… — пробормотала она.

Очевидно, она поняла,

что я держусь на некотором расстоянии от Акико-сан.

— Мы действительно

похожи.

— Верно.

— Даже плохие части

наших историй довольно схожи.

Я криво улыбнулся, не в

силах отрицать ее слова.

— Что ж, нам еще

предстоит пройти через это все. Как старший брат и младшая сестра.

— … Как старший брат и

младшая сестра?

— Ага.

Аясэ-сан усмехнулась и

сняла полотенце с плеч.

— С этого момента,

пожалуйста, относись ко мне хорошо, Асамура-кун.

— Ты тоже Аясэ-сан. Может, тебе следовало бы начать обращаться ко мне Нии-сан

~

— Ни за что.

— Эх…

Какая жалость. Но не нужно

торопиться. Мы будем братом и сестрой довольно долгое время.

— Я не собираюсь идти

дальше этого, Асамура-кун, — Аясэ-сан положила полотенце на кровать и с улыбкой

подошла ко мне. — Нет. Ни за что.

Эти слова, сошедшие с

покрасневших губ Аясэ-сан, ударили мне по лицу ее теплым дыханием. Я уже понял,

черт возьми. В конце концов, мои совместные дни с этой красивой, но страшно

опасной сводной сестрой только начинались.

Продолжение следует...

Работала над переводом (команда RanobeList):

Не забудьте вступить в нашу группу ВК: https://vk.com/ranobelist

[[image:/storage/reader-images/233089ea01a663a9ed4f38b4309876775883de22.png]]

13

июня (суббота)

Обеденный

стол был накрыт белой скатертью. Утренний солнечный свет, льющийся из окон,

рисовал круги под плитами. На тарелках лежали яичницы в форме полной луны. Это

блюдо было приготовлено для каждого: моего старика, Аясэ-сан, и…

—

Осторожнее.

Услышав

слова Аясэ-сан, которая вытирала стол, я поспешил убрать свою руку, которая ей

мешала.

—

Это тебе, Асамура-кун, — сказала она и поставила передо мной тарелку.

На

этой синей тарелке был ролл из омлета. Когда я ткнул в один конец палочками,

омлет развернулся, приняв более удобную для поедания форму.

—

Это… ролл из омлета в японском стиле?

—

Мне показалось, что он тебе понравился. Поскольку сегодня суббота, у меня было

свободное время на его приготовление. Но ничего особого не жди. — Аясэ-сан,

похоже, слегка нервничала.

—

Я рад, большое спасибо.

—

Домашняя еда от Саки-чан. Как мило. Эй, Юта ~ Дай мне тоже

немного попробовать, ладно? — Сказал мой старик, но Аясэ-сан прервала его.

—

В самом деле... завидовать не хорошо!

—

Нет-нет-нет, это выглядит просто великолепно, так что прошу, Юта ~

Поскольку

он с таким нетерпением смотрел на то, что приготовила мне его падчерица, я

положил пару кусочков своего омлета на его тарелку. Но у

него на ней ведь

тоже омлет...

*Зевок*

— Ой, вы все такие

нетерпеливые.

Услышав

сонный голос, владельца которого сегодня мне видеть еще не доводилось, я

обернулся. За мной стояла Акико-сан, надевшая халат поверх ночного белья и потиравшая заспанные глаза.

Очевидно, она еще не успела сделать прическу, так как некоторые пряди волос все

еще были завиты. Это придавало Акико-сан, мягко говоря, расслабленный вид.

—

Который сейчас час… — она повернулась к часам в столовой, затем ее глаза резко

распахнулись. — Э-э, не может быть…

Поскольку

сегодня была суббота, мы завтракали позже обычного. Моему старику не нужно было

рано уходить на работу, а у нас с Аясэ-сан не было занятий в школе. Конечно,

это не касалось Акико-сан, которая всегда приходила домой поздно утром,

испытывая сильнейшее желание спать.

—

Можешь еще поспать, Акико-сан. Ты вчера поздно пришла домой, не так ли?

—

Тайчи-кун… ах, Саки-чан, мне жаль, что я позволила тебе сделать все это самой ~

—

Все в порядке. Что еще более важно, мама… твоя внешность сейчас слишком

возбуждающе действует на Асамуру-куна, подумай также о чувствах отчима...

—

Э… — ее взгляд упал на свой внешний вид, сразу после этого она вскрикнула и

убежала обратно в спальню.

—

А-Акико-сан! Подожди, нам нужно кое о чем поговорить! — Мой старик погнался за

ней.

—

Ради всего святого… этот старик…

—

Хм. Похоже, она, наконец, сбросила эту маску.

—

Серьезно?

—

С другой стороны, она заслуживает похвалы за то, что продержалась так долго.

Могу

ли я просто согласиться с таким беспечным утверждением?

—

К слову, если быть совсем уж честной, она проявляет такую небрежность только

сразу после того, как просыпается.

Понимаю. Что ж, я тоже не умею вставать по

утрам.

—

Может быть, это из-за затемняющих штор?

—

Наверное.

Вчера

нам, наконец, доставили затеняющие шторы. Они не только хорошо защищают от солнечного

света, но и, кажется, блокируют внешние звуки, а еще обладают изоляционными

свойствами. То есть летом они делают комнату прохладнее, а зимой — теплее.

Благодаря этому Акико-сан сможет спать подольше. Мой старик

очень сильно ждал их, постоянно говоря: «Если это способно защитить

здоровье Акико-сан, то не жалко будет отдать любые деньги».

*Кечанк*

Два

тоста вылетели из тостера. Аясэ-сан повернулась к нему и положила их на

тарелку.

—

Скажи мне, если ты хочешь добавки.

—

Нет, этого более чем достаточно, — отказался я.

Похоже,

сегодня у нас будут тосты вместо риса. Аясэ-сан положила внутрь еще два

ломтика, что должны быть идеально готовы к тому времени, когда мой старик

вернется.

—

Ролл из омлета и тосты — довольно странная комбинация.

—

Это совсем не странно, Аясэ-сан.

Добавить

еще немного салата в глубокой тарелке и суп консоме — тогда

у

вас будет идеальный завтрак. Хотя жаль, что нет мисо-супа. Но, я думаю, она

добавила бульон в этот ролл из омлета в японском стиле.

—

Ох, вкуснотища.

—

Снова преувеличиваешь.

—

На самом деле ни разу. Ролл из омлета Акико-сан был действительно восхитителен,

но и твой совсем не уступает.

—

Действительно?

—

Ага.

—

Что ж, думаю, тогда я приготовлю его снова.

—

Когда у тебя будет время.

—

Когда у меня будет время.

Наши

слова практически совпали, оставив нас обоих в неловком молчании. Некоторое

время мы продолжали молча завтракать. Этот старик сильно задерживается. Мы уже

закончим к тому времени, как он вернется.

—

Думаю, уже прошла одна неделя.

—

Хм?

—

Ты же говорила об этом, верно? Поскольку вы приехали в воскресенье, завтра

будет первая полная неделя, которую вы проведете с нами здесь.

—

Ну и что? Нам что, нужно как-то отметить это первую

неделю?

—

Честно говоря, звучит неплохо.

—

Серьезно?

Аясэ-сан

посмотрела на меня глазами, в которых отражался немой вопрос: «О чем ты

говоришь?» — на это я лишь рассмеялся.

—

Как только старик осознает, что прошла неделя, он все равно поднимет эту тему.

—

Полагаешь, так и будет?

—

Ему всегда нравились такие вещи. Но, возможно, нам следовало бы оставить этих

двоих наедине.

Поскольку

мой старик и Акико-сан оба раньше были женаты, по их

логике они не имели права проводить какие-то церемонии или иметь что-то вроде

медового месяца.

—

Ах, это звучит прекрасно.

—

Правда?

—

Что это вы двое могли бы здесь такое обсуждать?

В

этот момент вернулись те двое, о которых и шла речь.

—

Вообще ничего, не обращайте на нас внимания.

Я

просто позже скажу ему, чтобы он пригласил Акико-сан на ужин. В этот момент

Аясэ-сан положила два ломтика тоста на тарелку и поставила ее перед моим

стариком.

—

Саки, я…

—

Один тост, я знаю, — сказала Аясэ-сан Акико-сан.

Она

положила в тостер еще два тоста. Думаю, последний кусок в таком случае должен

быть для нее. В отношении «компромисс-отдача» ее доля компромисса всегда должна быть

больше и она всегда должна получать свое в последнюю очередь. Понятно, даже в

таких мелких деталях это соблюдается…

—

Тебе достанется только один тост, Аясэ-сан?

—

Я не могу много есть по утрам.

—

Постараюсь запомнить это.

—

Спасибо.

В

конце концов, важно приспосабливаться друг к другу.

—

Вы двое определенно поладили.

—

Они как настоящие брат и сестра.

—

Я рад это видеть.

Акико-сан

и мой старик прищурились. Я рад слышать, что они так думают. В конце концов,

прошлой ночью все было очень близко к краху.

Когда

мы закончили поздний завтрак, за окном ярко светило солнце. Белые облака

проплывали по голубому небу, еще раз сообщая нам, что жаркие летние деньки уже

не за горами. Температура тоже повышалась, хоть и не настолько, чтобы включать

из-за нее

кондиционер, поэтому я открыл окно.

Это

были несколько ясных дней в середине сезона дождей. Ветер, дующий из открытого

окна, приносил нам четверым приятное чувство прохлады, наполняя комнату освежающим

летним ароматом.

7 июня

(воскресенье)

Когда я сказала,

что я всё поняла, я и правда всё поняла. Уже при встрече с ним я поняла, что он

не только неплохой человек, но и внимательный. Он даже налил мне новую горячую

воду, чтобы я не мылась в той же воде, в которой мылся он.

И да, я не

ожидала, что он тоже учится в Суисэй.

8 июня

(понедельник)

Асамура окликнул

меня в школе. Вопреки моим ожиданиям, он — очень простой и спокойный человек.

Мне не нравится мысль о том, что он просто принимает слухи обо мне за чистую

монету, но я с этим ничего не могу поделать. В конце концов, я знаю, как

выгляжу в глазах других учеников.

Я разозлилась… И

он понял, что я разозлилась. Возможно, он первый человек в моей жизни, который

готов подстраиваться под меня.

9 июня

(вторник)

Памятка: Асамура

любит яичницу с соевым соусом.

С сегодняшнего

дня я буду готовить ужин… и завтрак. Асамура из кожи вон лезет, чтобы найти для

меня высокооплачиваемую работу на неполный рабочий день, а я буду обеспечивать

его домашней едой. Он извинился за то, что не смог ничего найти, но я знала,

что это будет не так просто, не говоря уже о том, если бы я попросила об этом

какого-нибудь незнакомца. Эх, если бы я сама могла это сделать...

10 июня (среда)

Угх, так

неловко... Подумать только, что он мог услышать. Я не хочу выглядеть неумёхой,

поэтому стараюсь держать в секрете свои старания.

Мая пришла к нам

в гости. Она шумная, как всегда. Мы втроём играли вместе и много смеялись. Давно

я так не смеялась.

Мы обменялись

контактами LINE. Это очень

похоже на Асамуру — на иконке его профиля была фотография с каким-то пейзажем

вместо его лица. И спасибо ему... за зонтик.

11 июня

(четверг)

Мне нужно быть

более внимательной, когда я сушу бельё в своей комнате! Нижнее бельё — это

такой же предмет одежды, как и всё остальное. Как ты мог быть так очарован ими,

Асамура... К счастью, он не пытался их украсть, но... он сказал, что, даже если

бы украл, и так не будет ничего с ним делать. Он признал, что у него есть

подобные желания, но заявил, что держать их в голове и действовать — это разные

вещи. Я была согласна с его словами.

Всякий раз,

когда я слышу его мнение, я понимаю, что всегда сопереживаю ему. Возможно,

поэтому я чувствую себя так спокойно. Асамура опасен. Он слишком хорошо меня

понимает.

12 июня

(пятница)

Асамура впервые

разозлился на меня. Я даже рассказала ему об этом, но мне не хотелось

вспоминать об этом снова. И всё же, похоже, он не впервые на меня так

разозлился, но я не спросила, на что именно.

Мы много

разговаривали, но есть вещи, о которых я не могла ему рассказать. Я была готова

продать ему своё тело... потому что боялась оказаться в долгу перед Асамурой.

13 июня

(суббота)

Вечером мы с

Асамурой ужинали вдвоём, пока оба наших родителя ушли в ресторан. Асамура был

тем, кто придумал отметить неделю, как мы стали одной семьёй, и это ещё раз

доказывает, что он внимателен даже к незначительным мелочам. Именно поэтому я

не могу называть его «старший брат»: как только я начну называть его так, я

точно буду полагаться на него постоянно. Это то, чего я не могу себе позволить.

Прости, Асамура.

Но... всякий

раз, когда я называю его Асамура, в глубине моего сердца поднимается другое чувство,

отличаемое от того, если бы я называла его «старшим братом». Это чувство,

которое я никогда не испытывала, и также не могу дать ему определение. Я только

поняла, что осознал Асамура. Это заставляет меня чувствовать себя неуверенно —

порой даже мрачно.

Даже когда я

ложусь спать, я не могу спокойно уснуть. Если я не буду слушать спокойную

музыку, чтобы дать своим клеткам мозга отдохнуть, то весь день я буду

чувствовать тяжесть в руках и ногах. Я не могу заснуть без музыки, и как мне

надеяться стать независимой, когда я даже с этим не могу справиться? Я чувствую

себя жалкой.

...Да что же это

за чувство такое?

[[image:/storage/reader-images/abf04c674dc7e49201f11f4c1dbca78cc03b8d30.png]]

Большое спасибо за то, что вы приобрели эту

версию истории «Повседневная жизнь со сводной сестрой». Я являюсь автором как

версии для Ютуб-канала, так и этой новеллы — к вашим услугам, Микава Гоуст. Моя

основная профессия — написание таких новелл, как тот, который вы сейчас

читаете, но на этот раз я бросил вызов другому способу работы, который может

вторгнуться в вашу личную жизнь.

Содержание этой новеллы не было резким или

драматичным, просто изображая дни, проходящие для наших героев Юты Асамуры и

Саки Аясэ, и какие изменения мы можем в них обнаружить. Конечно, все материалы,

которые вы можете найти на канале Ютуб-канале, важны для мира героев, но есть и

некоторые другие события, которые я хотел показать в этой версии, в отличие от

версии на Ютуб-канале, что эти двое стали ближе, чем мы могли подумать.

А теперь мои благодарности. Уважаемые:

иллюстратор, Хитэн-сан; Накасима Юки-сан, озвучивающий Аясэ Саки; Амасаки

Кохэй-сан, озвучивающий Асамура Юту; Судзуки Аю-сан, озвучивающую Нарасаку Маю;

Хамано Дайки, озвучивающий Мару Томокадзу; видеорежиссёр Отиаи Юсукэ; а также

все важные сотрудники Ютуб-канала и редакторы этой версии, я выражаю вам

огромную благодарность. Эта книга появилась на свет благодаря всем вам!

Наконец, всем читателям и поклонникам

видеороликов, я буду рад, если вы продолжите поддерживать «Повседневная жизнь

со сводной сестрой» и дальше!

[[image:/storage/reader-images/15fb7768d5f4ada01a451efe58ce419d509a99f1.png]]

7

июня (воскресенье)

Когда

я сказала, что чувствую облегчение, это действительно было так.

Просто встретившись с ним в тот день, почувствовала,

что

он был неплохим человеком.

В

то же время этот юноша показался мне довольно внимательным.

Он

готов даже налить новую горячую воду в ванну после того, как закончит с ней

сам.

Однако

я не ожидала, что он тоже будет учиться в Суисэй.

8

июня (понедельник)

Асамура-кун

окликнул меня в школе.

Вопреки

моим ожиданиям, он оказался очень прямым и честным

человеком.

Плохо, что Асамура-кун так просто принимает

слухи обо мне за чистую монету, но я знаю, что с этим ничего не поделать. В

конце концов, мне известно, в каком свете меня видят другие.

Я

была рассержена. Тем не менее, он согласился с тем, что у меня были причины

сердиться.

Возможно,

Асамура-кун был первым встреченным мною человеком, который хотел

по-настоящему приспособиться ко мне.

9

июня (вторник)

!Запомнить!

Асамура-кун любит яичницу с соевым соусом.

С

сегодняшнего дня я буду готовить еду.

Асамура-кун

изо всех сил старается найти для меня высокооплачиваемую

подработку, поэтому я буду готовить для него завтраки и ужины.

Он

извинился за то, что не смог ничего найти, но я знала, что это будет не так

просто.

Главное,

что мне не надо просить помощи у незнакомцев.

Если

бы я только могла это сделать…

10

июня (среда)

Ум-м,

так неловко…

Подумать

только, он это услышит.

Я

не хочу выглядеть жалкой, поэтому стараюсь держать свою тяжелую работу по дому

в секрете.

Майя

пришла к нам в гости. Она такая же шумная, как и всегда.

Мы

втроем играли и много смеялись. Как давно я так не смеялась…

Обменялись

контактами в LINE.

Это

очень похоже на Асамуру-куна: использовать в качестве аватарки фотографию

пейзажа.

Спасибо…

за зонт.

11

июня (четверг)

Мне

нужно уделять большее внимания дням, когда я сушу нижнее белье в своей комнате,

ага.

Нижнее

белье такой же предмет одежды, как и любой другой. Как ты мог быть очарован

этим, Асамура-кун…

К

счастью, он не попробовал сделать с ним ничего странного.

Но…

Он

сказал, что ничего не сделает. Однако признал, что у него есть такие желания,

заявив, что иметь их и действовать в соответствии с ними — это совсем разные

вещи.

Я

не могу с этим не согласиться.

Всегда,

когда слышу его мнение, я начинаю ему сопереживать. Наверное поэтому чувствую

себя так расслабленно рядом с ним.

Асамура-кун

опасен.

Он

слишком хорошо меня понимает.

12

июня (пятница)

Асамура-кун

впервые разозлился на меня.

Под

влиянием момента я даже сказала ему об этом. Хотя мне не хочется вспоминать об

этом снова. Тем не менее, похоже, что он испытал нечто схожее с моими

чувствами. Я не спрашивала, что именно.

Мы

много разговаривали, но кое-что я не смогла ему сказать.

Я

был готова продать свое тело, потому что боялась

оказаться в долгу перед Асамурой-куном.

13

июня (суббота)

Вечером

мы с Асамурой-куном ужинали вдвоем, так как мама и отчим пошли в ресторан.

Это

Асамура-кун придумал. Еще раз убеждаюсь, что он внимателен даже к самым мелким

деталям.

Именно

поэтому я не могу называть его Нии-сан.

Как

только начну его так называть, определенно стану все время на него

полагаться.

Это

единственное, чего я не могу себе позволить.

Мне

очень жаль, Асамура-кун.

Но…

всякий раз, когда я называю его Асамура-кун, глубоко в моем сердце начинает

подниматься другая эмоция, отличная от той, которая была бы, называй я его

Нии-сан.

Никогда

не испытывала такого чувства, поэтому мне трудно его описать.

Я

только осознала, что очень хорошо понимаю Асамуру-куна.

Это

заставляет меня чувствовать себя неуверенно, даже мрачно.

В

последнее время даже не могу нормально спать, страдая от проблем со сном.

Если

я не слушаю спокойную музыку, чтобы

успокоить клетки мозга, мои руки и ноги не расслабляются. Не могу заснуть, не

слушая музыку... как я могу даже надеяться стать независимой, будучи

такой?

Чувствую себя жалкой.

Что

это за чувство? В самом

деле…

[[image:/storage/reader-images/b80a7b3d0089576fb2018a39eb1779ae1307e72a.png]]

Продолжение следует...

Работала над переводом (команда RanobeList):

Не забудьте вступить в нашу группу ВК: https://vk.com/ranobelist

[[image:/storage/reader-images/3be29e8adbef1fbd0b82d37708b95a9ff4ef7228.png]]

Послесловие автора

Большое

спасибо за то, что вы приобрели новеллу «Дни с моей сводной сестрой». Я —

Mikawa Ghost — являюсь автором, как этого романа, так

и его Youtube-версии. Моя основная работа — писать романы,

подобные тому, что вы сейчас читаете, но на этот

раз

мною был брошен вызов другому типу работы, который может взбудоражить вашу

личную жизнь.

Содержание

этого романа не было резким или драматическим, а просто отражало дни, прожитые

нашими персонажами — Асамура Ютой и Аясе Саки, а также изменения, произошедшие

с ними.

Конечно,

контент, который вы можете найти на платформе Youtube, важен для повествования,

но есть и другие наработки, которые я хотел показать в этой новелле. Их целью

было сделать героев более близкими, чем в Youtube-версии.

Теперь

к благодарностям. Дорогой иллюстратор Hiten-сан, Накашима Юки-сан, озвучивающая

Аясэ Саки, Амасаки Кохей-сан, озвучивающий Асамуру Юту, Судзуки Аю-сан,

озвучивающая Нарасаку Майю, Хамано Дайки-сан, озвучивающий Мару Томокадзу,

режиссер Очиай Юсуке, а также весь штаб Youtube-канала и весь

редакторский состав этой новеллы, большое спасибо вам всем!

Эта книга появилась на свет только благодаря вашим

усилиям!

Наконец,

читатели и поклонники видео-версии, я был бы

рад, если бы вы и в будущем продолжали поддерживать «Дни с моей сводной

сестрой»!

Послесловие

иллюстратора

[[image:/storage/reader-images/c0bbca95ed5cd078053c7e92aa89d9de0e34dc59.png]]

Послесловие Pall1:

Фух. Ну вот и закончился первый том.

Впереди еще второй и третий, который выйдет на английском совсем уже скоро

(анлейторы обещают со дня на день). Большое спасибо за то, что читаете мои

переводы. Еще большее спасибо за то, что читаете и не комментируете, не ставите

оценки, а также за то, что не донатите. У переводчика от этого поднимается

мотивация (табличка с сарказмом). А если серьезно, большое спасибо за

комментарии, поиск опечаток и ошибок. Надеюсь, вам все же понравился этот

любительский перевод. Кстати, я ищу редактора на этот тайтл, а также великого

гуру по работе с изображениями, для нанесения перевода на иллюстрации, так как

сам я этого делать не умею.

Также выполняю на заказ переводы для

вас или вашей команды.

*минутка саморекламы чек*

И да. Второй том начнет выходить со

следующей недели, но, наверное, будет доступен по подписке на каком-нибудь

бусти или на чем-то типа того, если я с этим разберусь. Также планирую оформить

томик в формате fb2, отредактированный и с иллюстрациями. Напишите, пожалуйста:

было бы вам интересно такое прочитать?

Ну, увидимся. Pall1. 18.07.2021 UwU

Послесловие demon_da0s_sama:

Доброго времени суток, на связи

новоиспеченный редактор сего тайтла. Пытался как-то покрасивее оформить текст и

распутать дебри философствований, которыми ну просто сквозили отдельные главы.

Надеюсь, получилось неплохо.

Хотел

бы поблагодарить Pall1 за приглашение в данный проект и вас, дорогие читатели,

за то, что решили уделить ему свое внимание, пускай данная версия перевода уже

третья по счету (но абсолютно точно самая лучшая). Редактура второго тома будет

начата немедленно, а третий начнет выходить лишь по ее окончании.

Ждите с нетерпением.

demon_da0s_sama. 09.12.2021

Продолжение следует...

Работала над переводом (команда RanobeList):

Не забудьте вступить в нашу группу ВК: https://vk.com/ranobelist

[[image:/storage/reader-images/760dea14da423886bd93327866f7bfcd661935c6.png]]

[П/А: Технически

этот рассказ не из первого тома, я просто включил его сюда для упрощения

компиляции и потому, что он вышел до фактического выпуска второго тома. Это

короткая история из Kadokawa Light Novel Festival Memorial Book, и у меня есть

разрешение от пользователя u/mianghuei загрузить перевод сюда, чтобы поделиться

им с вами.]

Когда наступает сезон цветения сакуры, я,

Аясэ Саки, всегда задумываюсь об одном: почему все так рады новым начинаниям?

Во время нового школьного семестра, когда слышу радостный и пронзительный смех

других учеников, мне кажется, что я просто наблюдаю за ними из другого мира

через стеклянное окно, несмотря на то, что нахожусь с этими людьми в одной и той же реальности.

Новые условия приносят больше хлопот, чем

наслаждений. В конце концов, если ваше окружение очистится, вы будете вынуждены

заново показывать окружающим, что вы за человек.

Я посвятила свое время тому, чтобы стать

сильнее и независимее, дабы меня не недооценивали. Мне хочется иметь

возможность прожить свою жизнь в одиночестве. Вот почему я никогда не

стремилась заводить друзей, позволяя окружающим думать, что со мной трудно

поладить, чтобы они оставили меня в покое из страха или раздражения. В конце

концов, для меня так намного проще. Однако с приходом весны мне приходится

делать все заново. Вот почему я терпеть не могу этот сезон цветения сакуры.

— Смотреть на цветение сакуры, да?

Пройдя через школьные ворота, я оказалась посреди больших вишневых деревьев,

которые будто приветствовали прибывших учеников своим видом. Взглянув на них,

вспомнила разговор с мамой:

— Один из завсегдатаев бара пригласил

меня на просмотр цветения сакуры. Не хочешь к нам присоединиться, Саки?

— Хм… нет,

спасибо. Не думаю, что я была бы в восторге от подобных вещей, даже если бы

вокруг были другие взрослые.

— Ой, какой позор. А я хотела представить

ему свою дочь, которой всегда хвастаюсь.

— Похоже, ты сильно близка с этим

человеком.

— О боже. Хотя это не то чтобы не похоже

на правду.

Очевидно, что она намеренно уклоняется от

ответа. В последнее время я поняла, что мама довольно часто говорила об этом

мужчине. Хотя мне

и моей маме не удается проводить

много времени вместе из-за расхождения в наших распорядках дня, и нам с трудом удается найти время хотя бы для

совместного приема пищи, мы стараемся рассказывать друг другу о том, что

происходит в наших жизнях. Мама рассказывает о том, что происходит у нее на

работе, включая разные нетипичные ситуации, а я, соответственно, о своей школе,

о том, как продвигается моя учеба. Порой мы даже разговариваем о том, какая

холодная погода в последнее время, или о цветении сакуры. В общем, это были

довольно обычные, безобидные разговоры.

После того, как они с папой начали жить

отдельно, и особенно после развода, она вообще почти не говорила ни о каких

мужчинах. Мне казалось, что она на время отказалась от отношений, но, судя по

всему, произошли какие-то изменения, о которых я и

не подозревала. Но пускай меня и радовали эти изменения, и я чувствовала искреннюю радость от того, что ей

наконец-то стало лучше, вместе с этим меня

охватывало чувство одиночества, как будто я была оставлена позади.

Проходя под сакурой, я остановилась. На

лестнице рядом со входом,

в тени было расположено немного более темное место. Я могла видеть там

одинокого студента, который стоял спиной к стене, его спокойные глаза были

прикованы к книге в руках. У него были черные волосы и среднее телосложение,

полная противоположность типичным ярким старшеклассникам. Вместо этого он

казался спокойным и собранным.

Даже когда другие студенты проходили мимо

него, весело болтая, он никак на них не реагировал. Просто продолжал читать.

Это выглядело так, будто он был отделен от внешнего мира невидимой, но толстой

стеклянной стеной.

— Словно товарищ по оружию, — пробормотала я.

Однако мой голос до него не дошел. К

счастью, должна я признать. Если бы какая-то случайная девушка вдруг сказала

что-нибудь подобное, он бы наверняка озадачился. В худшем случае его могла бы

даже посетить мысль, что я к нему пристаю.

Во-первых, обращение к этому человеку

было бы поступком, противоречащим его желаниям. Он четко провел черту между

собой и всеми людьми, которые будут рады новым встречам в этом новом сезоне.

Этот парень, должно быть, похож на меня, не

желающую каких-либо дружеских отношений с людьми, способными нарушить мою зону комфорта. Но просто от знания того факта,

что существует человек с похожим суждением, я стала чувствовать себя немного

лучше.

В конце концов, я прошла мимо него ко

входу, не сказав ему ни слова. Естественно, его имя мне неизвестно, да и

сомневаюсь, что хорошо запомнила его лицо. Даже если мы снова столкнемся

друг с другом, уверена, что не узнаю этого парня.

Типично для сезона цветения сакуры, это

было время новых встреч. На тот момент никто не знал, что то была первая

встреча двоих, которые в конечном итоге стали сводными братом и сестрой.

Сводная сестра — это не кто иная, как

незнакомка. Накопленный мною опыт подтверждает этот факт.

Наши родители неожиданно решили

пожениться. В результате мы были практически вынуждены вступить в отношения

брата и сестры, не имея при этом ни кровного родства, ни, хотя бы, совпадения в

наших датах рождения. Так что нету ничего удивительного в том, что, даже

породнившись, мы остались друг другу чужими.

[П/Р: У многих братьев и

сестер приблизительно совпадают даты рождения. Хотя главные герои попадают под

это правило, но можно списать это на то, что они все-таки родились в один год,

а кровные брат и сестра не могут родится в один и тот же год с недельным

интервалом.]

Однако теперь, когда прошел месяц с тех

пор, как мой старик и Акико-сан решили пожениться, и мы вчетвером начали жить

вместе, я начинаю понимать, что эта странная ситуация, в которой сводная сестра

воспринимается мною как незнакомый человек, больше не может продолжаться. Мне

нельзя больше так ее воспринимать, ведь мы уже довольно долго живем в одной

квартире. При этом, если бы вы спросили меня, какие отношения у нас с ней, я бы

сильно озадачился, пытаясь придумать для вас ответ.

Школа на сегодня закончилась, и я пришел

домой, повернув дверную ручку так же, как и всегда.

— С возвращением, Асамура-кун.

— Я дома, Аясэ-сан.

Сразу после открытия двери моя сводная

сестра поприветствовала меня теми же словами, которыми она это делала в течение

последнего месяца. Из-за разницы в возрасте всего в одну неделю я был старшим

братом, а она — моей младшей сестрой. Естественно, эта иерархия практически не

имела отношения к нашему взаимодействию, поскольку мы фактически незнакомы друг с другом, но, по крайней мере, нам удается обходиться

без излишних формальностей.

Не было ни очаровательного: «С возвращением,

Онии-чан ~», ни словесных оскорблений вроде: «Разве ты не можешь не

делать такое отвратительное лицо, отстойный старший братец?!»

И, должен признаться, я этому рад. Однако

в последнее время после обмена приветствиями мы можем обменяться еще парой фраз.

Например, что-то вроде:

— С этого дня опять будешь ходить на

подработку?

— Угу, ты ведь тоже вновь приступаешь к своим

обязанностям, Аясэ-сан?

— Ага, — коротко ответила она.

Конечно, как ни крути, это всего лишь

обычный повседневный разговор, но он показывает, что в отношениях между нами

двумя произошла перемена, пусть и небольшая.

За неделю до экзаменов, в конце семестра,

я взял отпуск. Что касается Аясе-сан, мой старик и Акико-сан сказали ей

воздержаться от приготовления еды на время экзаменов, или, скорее, они

потребовали от нее сделать это. Сегодня наши экзамены подошли к концу, и мы

только что подтвердили сей факт этим небольшим обменом фразами.

Это заставило меня задуматься над тем,

что у меня теперь есть младшая сводная сестра, которая является и незнакомкой,

и в тоже время членом моей семьи. Кто-то может думать по-другому, но для меня

месяц — это довольно большой промежуток времени. В этих обстоятельствах так точно.

Например, будь мы влюбленной парочкой,

которая прожила вместе месяц, то начали бы видеть многие отрицательные стороны

друг друга, и наши отношения, возможно, начали бы становиться более неловкими,

что, с другой стороны, помогло бы нам лучше узнать друг друга… и мы стали бы

даже ближе, чем раньше. Это примерно тот уровень изменений, который я ожидал бы

увидеть через месяц.

Конечно, я никогда не жил со своей

любимой. Это просто вывод, сделанный мною на основе знаний, полученных через

чтение различных книг.

Ну а как бы это было, будь она моей

настоящей кровной сестрой? Очевидно, за месяц ничего серьезного не изменится.

Это определенно правильный ответ. Если бы мы в конечном итоге провели вместе

десятилетия, то какие-то изменения определенно бы возникли. Но один месяц?

Слишком малый срок. За такой срок ничего особо не поменялось бы.

Младшая сводная сестра не та девушка,

которая могла бы раздражать меня и вызывать стресс просто будучи со мною рядом,

но она также и не та, с которой я знаком до такой степени, что кажется, будто

она всегда была рядом, словно воздух, которым я дышу. Мною было прочитано

достаточно много книг на эту тему, и все же я до сих пор не могу придумать

выражение, которым можно было бы описать это чувство дистанции, которое у нас

есть. Но это не отменяет его наличия.

Я пошел в свою комнату, чтобы

переодеться, когда меня окликнула Аясэ-сан:

— Я купила на распродаже сегодня дешевую

курицу, поэтому приготовлю курицу юринчи.

[П/А: Курица юринчи — жареный

цыпленок по-китайски с нарезанным зеленым луком, сладким уксусом и соевым

соусом.]

Название этого блюда свидетельствовало о

его китайском происхождении, поэтому я высунул свою голову из комнаты, хотя

даже не успел снять школьную форму.

— Ты сможешь приготовить это дома?!

— Конечно,

— Аясэ-сан улыбнулась мне. — Это даже не займет много моего времени.

— Ты серьезно?!

Так как мне и моему старику было лень

подумать даже о доставке еды, мы просто жили за счет ланч-боксов в

мини-маркетах, поэтому я не знал, что такое по-настоящему изысканное блюдо. В

результате мои кулинарные познания полностью базировались на лекциях о готовке

на уроках по домоводству.

— Ну, это всего лишь курица юринчи, так

что не беспокойся. Я не буду сильно напрягаться.

По сути, она пыталась сказать, что для

нее это не будет слишком большим бременем.

— Ну тогда все в порядке. Если ты так

говоришь.

Если она посчитает это нужным, Аясэ-сан

выйдет за рамки возможного и разумного, даже если на самом деле ситуация к

этому ну никак не располагает. За один месяц, прожитый вместе, мы многое узнали

друг о друге. Это напомнило мне ночь, примерно месяц назад, когда ей в голову пришла

идея о продаже мне своего тела за деньги. Честно говоря, это было ужасно.

— Не стоит ли тебе поторопиться? Еще на

подработку опоздаешь.

— А-а. Тогда я пойду. Ах, да. — Открыв

дверь, чтобы уйти, я обернулся в последний раз.

—

Ты сможешь научить меня, как это готовить? Я бы хотел попробовать.

— … Не надо себя заставлять, хорошо?

Я горько улыбнулся. Она определенно

видела меня насквозь. Современное общество построено на контрактной системе. К

сожалению, хотя Аясэ-сан готовила для нас еду, я пока не смог найти ей

высокооплачиваемую подработку, а это и есть моя часть сделки. Аясэ-сан сказала,

что она привыкла давать больше, чем получать, но мне кажется нужным показать

хоть какие-то результаты со своей стороны.

Размышляя о том, что можно сделать, я

начал свой путь в город Сибуя летним днем, когда солнце все еще находилось

высоко в небе. Цикадам, казалось, также напомнили об их обязанностях, и те

щебетали, чтобы создать звуковую среду, соответствующую сезону. Сквозь проемы

между зданиями я мог видеть кучевые облака красно-алого цвета.

Сводная сестра — это всё равно чужой мне человек. Этот

жизненный опыт, который я накопил за месяц проживания с ней под одной крышей, полностью

говорит о правдивости моих слов.

Оба наших родителя решили пожениться и нас насильно

заставили стать братом и сестрой. Думаю, что говорить про совместное проживание

с самого рождения, даже не говоря о том, что не были довольно близки друг с

другом, говорить будет бессмысленно, однако, по моему мнению, мы всё равно

останемся друг для друга чужими людьми, и это вполне естественное развитие

отношений, которое просто неминуемо должно было произойти. Начиная с того

момента, когда мой старик и Акико-сан решили поженится, прошёл уже месяц, и

тогда я начал чувствовать себя виноватым, что воспринимаю сводную сестру за чужачку,

и я просто физически не могу относиться к ней как к сестре, даже когда мы оба

живём в одной квартире. Если бы меня спросили, какие у нас отношения, то я бы

даже не знал, что и ответить.

Занятия в школе подошли к концу. Я подошёл к жилому дому

и, стоя уже напротив входной двери своей квартиры, повернул её ручку так же,

как делал это всегда.

— С возвращением, Асамура.

— Я дома, Аясэ.

Открыв дверь, я сразу же услышал голос сводной сестры,

которая поприветствовала меня теми же словами, с какими она приветствовала на

протяжении этого месяца. Из-за разницы в возрасте в одну неделю я являлся её

старшим братом. Конечно, такая иерархия с разницей в неделю никак не влияла на

наше общение, поскольку в должной степени мы вообще не были знакомы друг с

другом, потому нам и не были нужны знаки почтения. Я не надеюсь услышать от неё:

«С возвращением, братик» — или даже колких слов, например — «Ты можешь не

смотреть на меня так, дерьмовый старший брат?!» И это даже облегчает, должен

признаться, однако в последнее время, в конце после приветствия по возвращению

домой, мы добавляем ещё несколько слов… Например, как делаем это сейчас:

— Ты сегодня идёшь на подработку?

— У тебя она сегодня тоже, да?

— Угу, — коротко ответила она мне.

С какой

стороны не взгляни на этот вполне обыденный разговор, он не казался мне таким

уж обычным, потому что между нами произошли некоторые перемены, хоть и

небольшие.

Во время

экзаменов в школе я взял на работе отгул, ну а что касается Аясэ, то мой старик

и Акико-сан сказали ей воздержаться от приготовления завтрака и ужина на это

время — вернее, настоятельно попросили её.

За этим

недолгим общением мы поняли, что сегодня с экзаменами в школе было покончено.

Этот момент заставил меня призадуматься, что теперь у меня есть сводная сестра,

которая будто чужой мне человек и одновременно член моей семьи. Возможно, мне

просто кажется, что прошло не так уж много времени, но, в зависимости от

обстоятельств, месяц — это всё равно длинный срок. Например, если бы мы были любовниками, которые прожили под одной крышей тот

же месяц, начали бы видеть в друг друге все негативные стороны, и наши

отношения, наверное, стали бы настолько неловкими, что помогло бы нам лучше

понять друг друга. Тогда бы мы точно смогли сблизится настолько, насколько это

было бы возможно. Примерно такие я представлял себе изменения, длинной в целый

месяц, но, что должно быть вполне очевидно, мы никакие не любовники, потому что

это всего лишь вывод, который я вынес из книги. Ну а что бы было, если бы она всё-таки была моей родной сестрой? Как только

задумался об этом, я пришёл к выводу, что за один месяц ничего бы кардинального

не изменилось. Если бы мы прожили с десяток лет вместе, то изменения были бы

видны налицо, но за такой короткий срок никаких серьёзных изменений даже и не

наблюдалось.

Младшая сводная сестра — это не та девушка, из-за которой

я начинаю испытывать стресс или просто раздражаться её нахождением рядом со

мной, и не та, с которой бы я жил вместе и делил с ней один и тот же воздух,

которым дышу. Я бы даже сказал, что за всё это время прочитал огромное

множество различных книг, связанных с моей проблемой, и ни из одной я не могу

дать точное объяснения моим чувствам, которые я ощущаю.

Когда я шёл в свою комнату, чтобы переодеться в рабочее,

Аясэ окликнула меня:

— Сегодня я купила курицу на распродаже. Так что на ужин

у нас будет юринити*

*Обваленная в панировке

и обжаренная курица во фритюре.

Как я подумал, название этого блюда родом из Китая,

поэтому я высунул голову за дверь из своей комнаты ещё до того, когда я успел

снять с себя школьную форму.

— Ты будешь готовить его сейчас?

— Ну да, — Аясэ криво улыбнулась мне. — Много времени мне

не потребуется.

— Ты серьёзно?

Я вместе со своим стариком жил за счёт ланч-боксов,

купленных в супермаркетах, и, не балуя себя изысканной кухней, мы даже не

утруждали себя доставками из заведений. Даже когда в школе у меня были уроки

домоводства, мои кулинарные познания до сих пор не сделали даже маленького

прогресса.

— Ну, это всего лишь простая жареная курица, так что

расслабься. Я справлюсь, вот увидишь.

Другими словами, она хотела сказать мне, что для неё это будет

не слишком тяжёлой задачей.

— Ну, ладно, как скажешь…

Если Аясэ зажать в рамки, она всегда выйдет из них, даже

когда большего от неё и не требуют. Несмотря на то, что мы прожили целый месяц вместе,

я многое узнал о ней. Забегая далеко вперёд, это напомнило мне о событии одним

вечером, которое случилось около месяца назад, когда в её голову пришла идея,

как получать огромные деньги. Тогда она сказала мне, что будет продавать мне

своё тело за большую сумму. Честно сказать, слышать это было довольно ужасно,

чем рассказывать.

— Тебе и вправду стоит тратить своё время на это?

— А-ах, да. Тогда не буду тебя отвлекать… — и как только

я закрыл за собой дверь, я вновь её открыл, чтобы кое-что спросить. — Слушай, а

ты не могла бы научить меня готовить эту курицу? Я бы хотел сам попробовать.

— …Не нужно заставлять себя, ладно?

На этот раз криво улыбнулся я. Она всё-таки может видеть

меня насквозь.

Современное общество заключает между собой контракты. К

сожалению, Аясэ готовила ужин для целой семьи, ну а я, как другая сторона «контракта»,

не мог найти для неё работу на неполный рабочий день с высокой заработной

платой. Она сказала, что всегда любит больше давать, чем брать, но даже при

этом мне всё равно нужно показывать ей хоть какие-то результаты.

Размышляя, что же мне сделать, высоко в небе светило

солнце, и я шёл по летней улице в район Сибуя. Цикады, словно вспомнили о своей

работе, начали стрекотать, тем самым наполняя летний городской пейзаж своим трещанием,

которое соответствовало этому сезону года. Сквозь пространства между зданий я

видел кучевые облака, которые были окрашены в багрово-красные цвета.

[[image:/storage/reader-images/3ee4a6dfac4d0de28bbae4844aba6544fca807ff.png]]

[[image:/storage/reader-images/58b9a47ab9053ce99892d1b2151ec06d2a287d96.png]]

[[image:/storage/reader-images/6e5fd40bda0aec0c156bc6daf8b0500b39abdb6a.png]]

[[image:/storage/reader-images/ea474d8977eb6469187d79e61d1891d324794f49.png]]

[[image:/storage/reader-images/b98c22891b2a67d9ffff4f10fb78117bf16b28ec.png]]

[[image:/storage/reader-images/d7764a00665b7162b230ce1d33e324ed6f2850a1.png]]

16 июля (четверг)

Этим летним утром мое все еще сонное тело

казалось мне покрытым тонкой невидимой мембраной. Мои чувства притупились из-за

жары и влажности. Словно марионетка, двигавшаяся в такт работе кондиционера и

лишенная каких-либо эмоций, я монотонно протирал этот белый деревянный

обеденный стол. Снова и снова.

Как это часто бывает, моих родителей

сегодня утром не было дома. Аясэ-сан пришла из кухни с двумя тарелками в руках

и поставила их на стол, который я только что закончил вытирать. Вместо обычного

белого риса на этих тарелках были странные тосты.

— … Хлеб с отварной зеленью со вкусом

сои?

— Французские тосты, — Аясэ-сан

равнодушно назвала мне настоящее название блюда.

[П\П: В русской кухне это блюдо известно как гренки (или

же мокрые гренки). Готовится очень просто.]

Все еще не понимая, что это значит, я

просто растерянно пробормотал в ответ: «Понятненько». Конечно, мне известно,

что такое французские тосты. Раньше я их не ел, но знал об их существовании

благодаря тому, что они появлялись в некоторых прочитанных мною книгах. При

этом трагичность ситуации заключалась в том, что даже если я и знал этот

термин, то все равно никак не смог бы им воспользоваться в реальном мире,

поскольку никогда не видел гренок вживую.

— Судя по названию, это какое-то

французское блюдо?

— На самом деле оно родом из Америки.

— Ты действительно много знаешь о

подобном, Аясэ-сан.

— Я когда-то прочитала этот факт о

гренках в меню семейного ресторанчика, в котором обедала.

Вероятно, это было одно из тех сезонных

меню, в которых подробно описано каждое из подаваемых блюд. Но происхождение блюда в этот момент не имело большого

значения.

— Да как их вообще есть то?

— Я положила для тебя приборы. Разве ты

их не видишь?

— Ножом и вилкой?

— Ага. Но, если хочешь, ты можешь есть их

руками или палочками для еды. Не похоже, чтобы кто-то наблюдал за твоими

манерами. Мы же дома. — Пусть Аясэ-сан и говорила так, но я еще не мог полностью

воспринимать ее как члена моей семьи. Мне было бы ужасно неловко, увидь она мое

неприглядное поведение во время приема пищи.

Я все еще воспринимаю Аясэ-сан как

незнакомку, не говоря уже о том, что та является моей одногодкой. К тому же она

слишком красива, так что я не могу просто взять и показать ей неприглядную

сторону себя.

— Резать хлеб, как будто это какой-то

бифштекс, кажется странным, разве не так?

— Действительно? Это не так уж и странно,

если представить, например, что это то же самое, как резать торт.

— Теперь, когда ты упомянула об этом…

Возможность смотреть на вещи со всех сторон

— это действительно впечатляющий умственный подвиг. Прекратив философствования,

мы сосредоточились на еде. Я почувствовал вкус яиц и соли, которые вместе

оказались весьма сладкими. Мой речевой аппарат пытался правильно передать мое впечатление от еды, когда Аясэ-сан

взглянул на меня.

«А?»

— подумал я про себя.

Посмотрев на Аясэ-сан, которая сидела за столом прямо напротив меня, я обнаружил нечто странное. На лице

девушки, как всегда, было безэмоциональное выражение. Однако навыкам Аясэ-сан в

обращении с ножом и вилкой не хватало ее обычной утонченности. Это заставило

меня подумать, что, возможно, она была обеспокоена чем-то, что отвлекало ее

внимание от еды.

— Что-то не так?

— А?

— Ну, ты, похоже, что-то обдумывала.

— … Как проницательно. — Аясэ-сан горько

улыбнулась, глядя на календарь, висящий на стене.

Это был календарь, который Акико-сан

принесла с собой, когда они переехали к нам. На нем была изображена играющаяся

кошка, которая, вероятно, должна была успокоить взгляд человека, смотрящего на

нее. Думаю, она получила его в качестве подарка, когда пришла работать в бар, в

котором до сих пор работает. Поскольку и мой старик, и я использовали календари на своих смартфонах, у нас никогда не

было дома ни единого классического, но в прошлом месяце Акико-сан поставила его рядом с

обеденным столом со словами:

— Эта стена выглядит такой одинокой…

Аясэ-сан взглянула на этот символ того,

что в нашем доме живут женщины, и сказала:

— Я думаю, это сегодня, верно?

— Что именно «сегодня»?

— День, когда объявляют результаты

итоговых экзаменов. Думаю, у моего класса результаты будут сегодня.

— Ах да, они еще не закончили их

объявлять.

— Ага. Хотя остался только один предмет.

Естественно, того факта, что у нас обоих

появилась новая семья и последовавших за этим изменений в нашем образе жизни

было недостаточно, чтобы избавить меня и Аясэ-сан от обычной школьной жизни в

старшей школе Суйсэй. Нам все еще нужно было сосредоточиться на экзаменах,

которые, как и обычно, проходили в начале июля. Естественно, Аясэ-сан и я не

обращали особого внимания на учебу друг друга. Каждый из нас сосредоточился

исключительно на себе. Мы пообещали друг другу не быть слишком назойливыми и не

слишком дистанцироваться друг от друга, поэтому, конечно, я и Аясэ-сан ничего

не знали о результатах экзаменов друг друга, да и попыток узнать про них нами

не предпринималось. По крайней мере, до сегодняшнего дня.

— Эй, Асамура-кун, могу я задать грубый

вопрос?

— Ну давай. Будь это какой-то неудобный

для меня вопрос, не думаю, что ты вообще бы захотела его задавать.

Тот факт, что она попросила разрешения,

прежде чем спросить меня о чем-то, позволил сделать вывод, что ничего неловкого

для себя я не услышу. К этому заключению мне удалось прийти благодаря тому, что

до сего момента мы с Аясэ-сан уже успели прожить вместе некоторое время.

— Как ты сдал экзамены?

Ее вопрос был даже более нормальным, чем

я ожидал. С другой стороны, это вполне могло бы быть деликатной темой для

других людей, что еще раз заставило меня понять, насколько внимательна к

мелочам Аясэ-сан.

— Гм… 81 балл по истории Японии, 92 по

математике I, 88 по математике II, 70 по физике, 85 по химии, 90 по английскому

языку, 79 по английскому разговорному, 96 по современному японскому языку и 77

по классическому японскому… так… итоговый общий балл, кажется, 758…

— Это потрясающе, Асамура-кун. Твои

оценки действительно хорошие.

— Спасибо. Рад это слышать. Но лично я

считаю, что мне нужно поработать над несколькими предметами, такими как физика

и химия.

— Думаю, что иметь 96 баллов по

современному японскому языку — это уже само по себе удивительно.

— А что насчет тебя, Аясэ-сан?

— У меня 100 баллов по истории Японии, 80

по математике I, 86 по математике II, 89 по физике, 81 по химии, 84 по

английскому языку, 80 по английскому разговорному и 90 по классическому

японскому языку.

— Значит, у тебя больше 80 по всем

предметам! Твои оценки намного лучше, чем у меня.

— Пока что да.

— У тебя остался только один предмет,

верно? Даже если твоя оценка по современному японскому будет ниже, чем по

остальным предметам, твой итоговый общий балл определенно должен быть выше

моего.

— Надеюсь. Я не очень хороша в нем.

По сравнению с ее обычным сухим и

равнодушным тоном, я почувствовал в голосе моей сводной сестры немного смутной тревоги,

затем Аясэ-сан снова вздохнула.

— Если возможно, я хотела бы начать

подрабатывать на этих летних каникулах, но, в зависимости от моих оценок по

современному японскому, мне, возможно, придется уделять больше времени учебе.

— Прости. Это все потому, что я не смог

найти для тебя высокооплачиваемую работу с частичной занятостью.

— Тебе действительно не нужно извиняться

за это, Асамура-кун.

— Нет, это были условия нашего

соглашения.

В те дни, когда наши родители не

работают, мы с Аясэ занимаемся завтраком и ужином. Если позволяет время, моя

мачеха, Акико-сан, готовит нам еду, но в целом мы сами несем ответственность за

наше пропитание. Аясэ-сан пытается жить независимо, чтобы на нее не смотрели

свысока только потому, что она девушка, потому пытается хорошо учиться, дабы

поступить в престижный университет.

В то же время, поскольку она не хочет

быть обузой, когда дело доходит до финансов нашей семьи, девушка хочет

высокооплачиваемую работу с частичной занятостью, которая не отнимет слишком

много ее драгоценного учебного времени, поэтому та попросила, чтобы я помог ей

найти информацию, предлагая взамен готовить для меня завтраки и ужины. Однако,

как бы не было больно мне это признавать, мною не достигнуто каких-либо

значимых результатов в этом начинании за последний месяц. Уверен, что Аясэ-сан

из-за своей чуткости и внимательности не хочет, чтобы я чувствовал себя

виноватым, так как еще не высказала ни единой жалобы на это. И в этот раз

единственное, что она сделала — это просто горько улыбнулась.

— Я знаю, что моя просьба к тебе

эгоистична. Но я и сама не то,

чтобы не ищу нормальную работу с частичной занятостью.

— Тогда я сам могу позаботиться о своей

еде.

— Хм? Да не нужно…

Таковы были условия нашего контракта, так

что, насколько я мог судить, это был очевидный ответ с моей стороны, но

Аясэ-сан, похоже, как-то зациклилась на этом.

— Я могу продолжать это делать.

— Но…

— Готовить довольно весело, к тому же это

помогает мне расслабиться. Хорошая смена ритма.

Есть психологическая реакция, называемая

нормой взаимности. Если кто-то что-то получает, он чувствует побуждение либо

вернуть это, либо отдать что-то не менее или даже более ценное. Если вы

получаете что-то от человека, то тоже даете ему нечто, а если вы получаете от

кого-то что-то взамен, то опять стремитесь возместить ему это. Повторяя это

снова и снова, человеческие отношения постепенно образуют цикл.

Я прекрасно понимаю, что недостаточно

привлекателен и обаятелен с точки зрения нормального человека, чтобы быть

осыпанным безграничной любовью, и, если кто-то слишком дружелюбен со мной без

какой-либо причины, сразу же сомневаюсь в его намерениях. Даже если за этим не

стоит никаких скрытых мотивов, мне все равно некомфортно, когда не удается

как-то возместить полученное.

Поскольку Аясэ-сан похожа на меня, она

должна знать, что я чувствую и как усиленно думаю о том, как можно уравновесить

наши отношения.

— Тогда у меня есть идея, — она подняла

руку, как будто находилась в классе. — Теперь, когда мы искали вместе работу

целый месяц, наши шансы найти что-либо, скорее всего, безнадежны. В этом ты со

мной согласен?

— Ага. Я не хочу этого признавать, но

пока мы не полагаемся на аморальные и незаконные методы, думаю, что это

безнадежно.

— Чтобы поступить в университет, в

который хочу, мне нужно накопить деньги, поэтому во время летних каникул

необходима подработка, независимо от того, сколько времени это потребует от

меня. Я, вероятно, буду вынуждена пожертвовать сном, чтобы у меня было больше

времени на учебу.

— Разве недостаток сна не снизит твою

академическую эффективность?

— Верно. Вот почему у меня есть

предложение. Ты можешь помочь мне найти идеи, которые могут повысить

эффективность моей учебы?

— Повысить эффективность учебы, да? Что-то

вроде хороших учебников или создания среды, позволяющей комфортно учиться?

— Я оставлю методы на твое усмотрение.

Могу попросить твоей помощи?

Никогда не думал, что столкнусь с такой

эгоистичной просьбой от своей сводной сестры. Хотя это отличается от

стереотипов, когда старший брат вынужден мириться с эгоистичной младшенькой, я

все же чувствовал странный долг согласиться с этим.

— Понял. Не знаю, смогу ли я найти

что-нибудь хорошее в ответ на эти французские тосты, но постараюсь изо всех

сил.

— Спасибо. С нетерпением жду этого.

Она говорила неискренним тоном. Просто

сухим голосом с холодным выражением лица. И снова во мне возникло чувство, что независимо

от результата, она не станет жаловаться или обвинять меня. Когда я увидел, что

Аясэ-сан сделала такое лицо, то захотел изменить его выражение в лучшую

сторону. Мне нужно найти идеи повышения эффективности ее обучения. Размышляя

над этим, я наслаждался сладким вкусом французских тостов, которые были моим

предварительным вознаграждением.

Проведя столь радостное утро, мы двое

вместе пошли в школу, как дружелюбные брат с сестрой. Конечно, это ложь,

подобному место в лайт-новеллах или манге.

Вместо этого я пошел в школу один. Но мне

не

было ни печально, ни

грустно от этого факта. Видимо, я уже привык к таким отношениям со своей

сводной сестрой.

Аясэ-сан и я еще никому не рассказывали в

школе, что мы сводные брат и сестра. Там мы ведем себя так, будто не знакомы

друг с другом. Единственное исключение — Нарасака Майя — лучшая подруга Аясэ-сан. Я даже держал

это в секрете от Мару Томокадзу, одного из моих немногих друзей. Дело не в том,

что между нами нет доверия, но в бейсбольном клубе, в котором он состоит, ходят

странные слухи об Аясэ-сан, поэтому я бы не хотел, чтобы он беспокоился обо

мне, если это когда-нибудь просочится.

— Эй, Асамура. Тебе не следует лазить по

порносайтам, пока ты находишься в школе, понятно?!

Этот самый Мару Томокадзу окликнул меня с

дразнящей улыбкой на своем надменном лице. Я сидел в спокойной атмосфере класса

прямо перед началом уроков. Поскольку подготовка к занятиям была давно

завершена, мне оставалось лишь сидеть в интернете, изучая материал.

— Мару, ты знал, что оскорбления, которые

ты наносишь другим людям, на самом деле являются отражением твоей собственной

незащищенности?

— Черт возьми, что это значит?

— В тот момент, когда вам в голову

приходит идея обвинить кого-то в чем-то, на самом деле это просто означает, что

вы сами собираетесь поступить так же.

— Это довольно интересный вывод.

— В принципе, ты сейчас просто признался

в посещении порносайтов в школе, Мару.

— Это довольно резкое обвинение, бро.

— Так ты что… их совсем не посещаешь?

— … Я… иногда посещаю.

Судья, я признаю виновным обвиняемого

Мару. С другой стороны, стоит отдать ему должное за то, что он честно признал

это, избавляя меня от необходимости продолжать этот фарс. Сие действие

показывает, что он действительно отличный парень.

— Я бы не осмелился смотреть подобные

вещи в школе. Просто кое-что изучал.

— О, проверяешь вышедшие аниме? Вчерашние

серии были действительно отличными. Эпизод «Project DJ Mic» был поистине

божественным.

— Ах, да. Я смотрю, ты втянулся в это,

да?

— У них такое прекрасное чувство стиля,

когда речь идет о тематических песнях и саундтреках. Даже есть фоновая музыка

из игр 90-х. Это вызывает такую ностальгию.

— 90-е, да? Это же такая древность.

— Это так, но в ответ на подобные

высказывания они говорят: «Не пренебрегайте старым». Эти ребята используют

песни, созданные с использованием популярных в то время техник и звуков. В то

же время они больше сосредоточились на самой музыке, чем на исполняющем ее

артисте, что в наше время весьма редкое явление.

Мне было очевидно, что Мару постепенно

все больше и больше становился аниме-задротом. Я тепло посмотрел на своего

друга-отаку и ответил ему, чтобы он не жаловался на мое отсутствие интереса:

— Понятно, значит, твое сердце анимешника

трепещет от прекрасной музыки, да?

— Точно. Они не устраняют частотную

модуляцию волны полностью, а вместо этого осовременивают ее. Не говоря уже о

том, что в музыке BGM не используются тексты на японском,

поэтому вы не столкнетесь с каким-либо языковым барьером. Текст легко

пересекает океан и распространяется по всему миру. Я почти уверен, что люди,

стоящие за D Mic, — настоящие гении.

— Это довольно неожиданно.

— Почему?

— Видеть, как мой друг увлекается музыкой

и всем этим. Я знал, что ты разбираешься во многих разных жанрах, но разве твои

вкусы не слишком разнообразны?

— Тебе так кажется только потому, что мы

говорим о вещах, о которых я много знаю.

— Теперь, когда ты упомянул об этом…

— Я просто беру в свои руки бразды

правления в разговоре. Конечно, можешь считать меня всезнающим божеством, когда

дело касается разговоров, которые инициируются мною.

— Это какая-то уловка мошенника?

— По сути это одно и то же. Тип

преступления, который вы в конечном итоге совершите, зависит только от

используемого вами трюка.

— А как ты им пользуешься?

— Чтобы сделать беседу как можно более

приятной для меня, конечно же.

— Так миролюбиво, — саркастически ответил

я Мару, когда он с самодовольной ухмылкой открыто болтал об абсолютной ерунде,

как будто тот был правителем планеты.

Мне хотелось продолжить этот ход мыслей и

прямо сказать ему, что его логика — полная чепуха, но это было бы слабым

возражением, поэтому отказался от этой затеи.

— Даже если я не могу назвать тебя

всемогущим, ты довольно умен, Мару. Твои оценки на экзаменах в конце семестра

должны быть довольно впечатляющими.

— Так ты понял это? Понимаешь, я все

время держал это в секрете, но на самом деле я гений.

— Так и знал.

Поскольку Мару вел себя слишком

самоуверенно, я решил спросить его результаты, но цифры, которые он мне назвал,

оказались неожиданно высокими. 90 баллов по современному японскому языку, 92 по

классическому японскому, 94 по истории, 96 по математике I, 92 по математике

II, 90 по физике, 82 по химии, 90 по английскому языку и 94 по английскому

разговорному — всего в сумме 820 баллов. Выслушав их все, я мог лишь сокрушенно

вздыхать перед этим самозванным гением.

— Разве это не безумие? 90+ баллов почти

по всем предметам.

— Я просто умею плыть по течению.

— Не думаю, что этого тебе бы хватило. У

нас все же школа довольно высокого уровня, которая готовит своих студентов к

поступлению в университет, что делает наши экзамены намного сложнее, чем в

других школах поблизости. А ты к тому же активничаешь в бейсбольном клубе, еще

и просмотром аниме увлекаешься. Какими читами надо обладать, чтобы при всех

твоих делах еще и в учебе преуспевать?

— Я ничего такого не использую.

Конечно, очевидно, что никаких читов или

чего-то подобного не было, но все же хотелось верить, что у него есть какая-то

секретная техника, способная помочь и мне. Если бы Мару знал какой-то удобный

метод повышения академической эффективности, и, расскажи он мне о нем, я мог бы помочь Аясэ-сан. Впрочем,

наш мир не так прост.

Что касается Мару, тот, казалось, видел

меня насквозь. Он пристально смотрел на меня сквозь линзы очков, затем

вздохнул, как мудрец, равнодушно отвечающий на вопрос любознательного человека:

— Хотя… есть один главный фактор в моем

успехе.

— Какой же?

— Основная причина заключается в том, что

я сплю недолго.

— Твоя конституция позволяет тебе

чувствовать себя здоровым и бодрым несмотря на то, как мало ты спишь, верно?

Помню, что слышал это от тебя когда-то.

— Типа того. Но я был таким с тех пор,

как себя помню. Поскольку это во многом было определено моими генами, мне не

стоит рекомендовать свой метод кому-либо.

— Не думаю, что кто-то сможет это

повторить, да… Погоди, ты что, даешь мне рекомендации?

— Но ведь тебе хотелось узнать о моих

уловках в учебе, верно?

— Твой уровень проницательности ужасает.

— Ха-ха, это было очевидно. По крайней

мере, так бы сказал читающий мысли эспер с мирной улыбкой на лице.

Вот почему кетчеры из бейсбольного клуба — фрики…

поголовно. Я знаю, что это довольно плохое предубеждение, но тем не менее.

— Что ж, скрывать что-либо от тебя в

любом случае бессмысленно, так что буду честен. На самом деле я всегда ищу

способы повысить свою эффективность, когда дело доходит до учебы. Но методы,

которые работают только для гениев, мне не очень помогут.

— Не торопись с такими выводами, юный

Асамура. Я еще не поведал тебе о главном, — высокомерно сказал Мару. Он достал

свой смартфон и открыл музыкальное приложение.

— Музыка?

— Точно. Это моя секретная техника фокусировки.

По сути, одна из тех сверхлегких мер, которые ты так отчаянно ищешь.

— Звучит как-то не очень.

— Это действительно помогает, знаешь ли.

Люди действуют согласно своим привычкам. Когда я слушаю эту музыку, клетки

моего мозга говорят мне учиться, и, взяв ручку, не остановлюсь, пока не буду

удовлетворен или не измотан. Игнорирование учебы во время прослушивания

вызывает у меня дискомфорт.

— Понятно… так это такая разновидность

самовнушения, что-то вроде лайфхака. Я полагаю, что расслабляющая музыка и

окружающая атмосфера действительно могут оказывать благотворное влияние.

— Зависит от человека. Лично я лучше

всего сосредотачиваюсь, когда слушаю клубную музыку или хэви-метал.

— Не думаю, что это сработает для

большинства людей…

— У каждого есть свой тип фоновой музыки,

который они используют, пытаясь сосредоточиться. Тебе просто нужно найти то,

что тебе больше всего подходит, Асамура.

— Что?.. А, да. Буду искать то, что мне

подходит.

На секунду я был застигнут врасплох, но

все же смог дать нормальный ответ.

Думаю, даже проницательный кетчер из бейсбольного клуба не догадается, что

я на самом деле спрашиваю об этом ради Аясэ-сан, а не для себя. С другой стороны, использование

какой-то фоновой музыки во время учебы, скорее всего, уже придумала и сама Аясэ-сан,

поэтому сомневаюсь, что рассказ об этом принесет ей пользу. В конце концов, это

только отправная точка.

Ради Аясэ-сан мне нужно собрать еще

больше информации. Собирая душевную решимость сделать это, я дал расплывчатые

ответы моему хорошему другу, который продолжал рассказывать о том, насколько

хорош Project DJ Mic.

К слову… об этом… каким был окончательный результат Аясэ-сан

в современном японском?

Когда я подошел к входной двери своего

дома, держась за дверную ручку, мне в голову пришел этот вопрос. Однако сразу был мною

отброшен.

Не то чтобы мне не было любопытно узнать ее результаты, но навязывать ей свое

любопытство было определенно плохим тоном. Лучше подожду, пока Аясэ-сан не

решит сама рассказать мне.

— Я дома, — открыв дверь и увидев у входа

пару женских туфель, которые подтвердили, что кто-то уже был дома, повысил

голос.

Поскольку сегодня у меня не было работы

на неполный рабочий день, и я держал путь домой никуда не сворачивая, то, по

идее, должен был вернуться домой довольно быстро, но Аясэ-сан и сегодня

обогнала меня. Интересно, это ее занятия закончились рано или она очень сильно

спешила домой? Я не мог не усмехнуться, представив в уме Аясэ-сан, спешно

идущую домой.

Так как мне не приходилось беспокоиться о

моей работе на

неполный рабочий день,

я немедленно направился в свою комнату, где собирался изучить лучшие работы

BGM, но дверь в коридоре, мимо которой проходил несколько секунд назад,

распахнулась. Обернувшись, увидел, что моя сводная сестра стремительно

приближалась ко мне.

— Асамура-кун.

— Я вернулся. Аясэ-сан, что-то не так?

Мой голос звучал весьма взволнованно,

когда Аясэ-сан подошла ко мне так близко, что мы чуть не столкнулись друг с

другом.

Ее красивые глаза были прямо перед моим

носом. Очаровательное, будто рукотворное лицо моей сводной сестры, сразу

заставило меня напрячься.

— Научи меня современному японскому.

— Ты что, шутишь?

Она говорила со своим обычным спокойным

выражением лица, но в ее голосе определенно чувствовались нотки неуверенности.

Я обнаружил, что рефлекторно выпалил эту фразу в ответ.

[[image:/storage/reader-images/022d315d0e02be451f836f39495251fe1a227c8c.jpg]]

Не то чтобы я сомневался в ее

серьезности. Секунда была потрачена мною на расшифровку истинного значения ее

слов и осознания правды, что стояла за ними. В результате из моего рта

вырвалась совершенно нелепая реакция. Мои ожидания были превышены, поэтому я

прямо спросил ее об этом. Мне показалось, что ходить вокруг да около будет

более грубо, чем что-либо еще, поэтому я спросил ее честно и прямо.

— Сколько баллов ты набрала?

— 38…

— Это… довольно серьезный результат.

— Я чувствовала, что это произойдет. У

меня всегда было плохо с этим предметом, поэтому ничего удивительного, что я

провалилась вновь.

— Даже если у тебя такие высокие баллы по

всем остальным предметам? С другой стороны, есть вещи, в которых люди от

природы хороши или плохи.

— Я даже не могу понять, что чувствуют

персонажи, фигурирующие в этой истории, — сказала она, отводя взгляд.

Я не мог не моргнуть в замешательстве,

когда она это сказала.

— Поскольку современный японский язык

просит от тебя определить значение предложений и ответить на вопросы по этому

поводу, не думаю, что тут нужно понимать чувства персонажей?

— В романах смысл текста в основном

соответствует чувствам персонажей, которые в нем появляются, верно?.. Ну, я

знаю, что зациклилась на отдельных деталях, причем даже не на особо важных.

— Даже если это так, не понимаю, как у

тебя могут быть такие проблемы. Ты всегда так внимательна к другим людям.

— Разве это так?

— Да, это мне в тебе и нравится. Ты

понимаешь мою позицию, мое мнение и пытаешься соответствующим образом

приспособиться к ним.

— Все наоборот, Асамура-кун.

— Наоборот?!

— Я не понимаю чувств других людей,

поэтому мне нужно приспосабливаться к ним.

— … Думаю, это имеет смысл.

Как я уже упоминал ранее, мне сложно и

исключительно трудно иметь дело с людьми, у которых внезапно меняется

настроение, и это побуждает меня постоянно выяснять, как они себя чувствуют.

Это, конечно, результат того, что я снова и снова наблюдал, как с моим стариком

играются

женщины.

Мне постоянно приходится угадывать намерения других людей. Поддерживать такое

неуверенное общение — все равно, что бросать кости с десятипроцентным шансом

разрушить ваши отношения. Это просто игра, основанная на чистой удаче.

Именно поэтому я испытал сильное облегчение,

когда она предложила ничего не ждать друг от друга, а просто жить вместе,

постепенно приспосабливаясь друг к другу. Я и Аясэ-сан оба постепенно раскрываем себя друг

другу, будто играя в карточную игру. Разыгрывая каждую карту по очереди, мы

можем продолжать ее вечно, не причиняя друг другу вреда.

Хотя это определенно своего рода форма

внимания к другому человеку, если посмотреть на ситуацию под другим углом, это

просто жесткая и требовательная стратегия — пытаться говорить друг с другом

так, чтобы не задеть чувства собеседника.

— Честно говоря, это может быть очень

плохо. Я знала, что будет сложно, но все оказалось намного хуже, чем я ожидала.

— 38, да?.. Нижняя планка для

современного японского составляет 40 баллов, так?

— Верно. Пересдача 21-го числа, прямо

перед летними каникулами. Если я не сдам ее с более чем 80 баллами, мне

придется посещать дополнительные занятия во время летних каникул.

— Дополнительные занятия, не относящиеся

к вступительным экзаменам в университет. Этого я бы хотел избежать.

— Верно. Вот почему я хочу пересдать этот

экзамен несмотря ни на что. Асамура-кун, твоим лучшим предметом был современный

японский язык, верно?

— Да, благодаря моему увлечению чтением

книг. Так вот почему ты хочешь, чтобы я тебя учил?

— Неужели я прошу слишком многого?

— Конечно нет. Я все еще в долгу перед

тобой за все, что ты сделала, поэтому хочу отплатить.

— Приятно слышать, — Аясэ-сан облегченно

улыбнулась мне.

Мне было видно, как напряжение исчезает с

ее плеч, затем она коротко сказала: «Тогда я буду ждать в гостиной» и вышла из

моей комнаты.

Я не мог не подумать: «Да, это очень похоже на нее. Вместо того,

чтобы терять спокойствие и дуться в постели, никому не сказав, она активно

пыталась исправить ситуацию и действовала соответственно».

Но именно поэтому меня мучило чувство

дискомфорта. Почему она игнорировала эту проблему до сих пор? Это определенно

должно было доставить ей неприятности. А ведь обычно она была на передовой,

пытаясь улучшать себя и свои знания заранее. Это сомнение осталось в моей

голове, но ко мне быстро пришло осознание, что зря трачу на это время. Перестав

думать об этом, я оставил свои учебники на столе, взяв с собой только

письменные принадлежности и смартфон, и отправился к своей сводной сестре.

Войдя в гостиную, я сразу же заметил

Аясэ-сан, сидящую за столом в окружении тетрадей и заметок. Перед ней лежали

даже открытые листы с ответами. В левой руке она держала ручку, глядя на

предметы перед собой. Кстати, я слышал это от нее самой, но Аясэ-сан и в самом

деле левша. В результате давления родителей она в конечном итоге стала держать

палочки для еды правой рукой, но поскольку она привыкла писать левой, она не

смогла переучиться и здесь.

Если бы это была какая-то манга, она бы

пригласила меня в свою спальню, где произошло бы какое-то эротическое событие,

но это реальность. Это была совершенно нормальная ситуация, и Аясэ-сан была

сосредоточена исключительно на стоящих перед ней проблемах, своим видом говоря

мне, что даже мысль о чем-то большем, чем учеба, была совершенно нелепой.

Поразмыслив над этим секунду, я сел за противоположную сторону стола, лицом к

Аясэ-сан.

— Ты не будешь сидеть рядом со мной?

— Думается мне, что было бы немного странно,

сделай я это.

— Когда мама и папа дома, мы всегда сидим

рядом, верно?

— Я чувствую, что условия этой ситуации

совершенно другие, если уж их так сравнивать.

— Действительно?

— Действительно! — ответил я без

колебаний и на самом деле был в этом совершенно уверен. Но при виде ее пустого

и сухого выражения лица, меня начали терзать сомнения.

Я пытался быть внимательным, показывая

ей, что не буду использовать эту возможность для каких-либо неприличных идей

или фантазий, но, возможно, это уже был перебор. Похоже, что не демонстрировать

никакого осознания того, что она является представителем противоположного пола,

было бы к лучшему, но рассматриваемый человек слишком привлекателен для меня,

чтобы на самом деле это осуществить.

Естественно, я не просто излагаю свои

личные интересы, это реальность, основанная на объективном обсуждении. Несмотря

на все эти ужасные слухи, ходящие в школе, все еще есть много парней, которые

безбоязненно признаются ей. Это, безусловно, должно быть достаточным

доказательством, чтобы оправдать мой вывод.

Воспоминания о прошлом месяце все еще

свежи в моей памяти. Она пришла к довольно странному выводу, рационально

обдумывая способы быстрого и легкого заработка. Я все еще помню ту сцену, когда она приближалась ко мне в одном нижнем

белье.

Естественно, в моей повседневной жизни,

особенно с ней рядом, меня не посещают эти мысли (потому что, продолжай я думать об этом 24 часа в сутки, 7 дней в

неделю, то был бы ничем иным, как обезьяной, движимой лишь плотскими желаниями

и похотью), но, когда остаемся только мы вдвоем, в такие моменты, когда наше

расстояние сокращается до определенного порога, эти воспоминания просто сами

собой возвращаются. Ничего не могу с этим поделать.

— Эй, несмотря на обещание забыть об

этом, почему это все еще проблема для тебя?

— А, правда?

Казалось, что мои мысли читаются

Аясэ-сан, и я ошарашенно ей ответил.

Не помню, чтобы что-то обещал. Я только

поклялся себе, что постараюсь изо всех сил забыть, но Аясэ-сан не должна ничего

об этом знать. Думая, что что-то не так, я взглянул на Аясэ-сан, которая

смотрела на меня, явно сбитая с толку.

— Конечно. С другой стороны, в целом он

был довольно коротким и резким, поэтому его, может быть, немного сложно

запомнить.

— Мне очень жаль, Аясэ-сан. Понятия не

имею, о чем ты говоришь.

— Приди в себя! Вы хорошо владеете

современным японским языком. Верно, Асамура-сенсей?

Когда она сказала это, я понял, что она

указывала на определенную часть листа вопросов перед ней, что помогло мне

понять происходящее.

— … Я понял. Тема изменилась без моего

ведома.

— Серьезно? Я говорила об этой проблеме

все это время.

— Извини, я просто ненадолго ушел в себя.

Давай начнем с начала, ладно?

Похоже, она уже начала учиться. Меня не

упрекали за непристойные видения и воспоминания, заполнившие мой разум, а

вместо этого спросили по поводу учебы.

— Спасибо. Тогда касаемо этого вопроса…

— Ах, подожди. Я хочу начать с

предложения другого способа обучения. Могу ли я?

— Конечно. Все, что поможет улучшить мои

оценки, будет только приветствоваться.

— Тогда я хотел бы проверить, с какими

частями современного японского языка у тебя возникают проблемы. Могу я увидеть

твои тесты?

— Ага. Вот. — Аясэ-сан без колебаний протянула мне

бумаги.

По сравнению с ее внешним видом, со

светлыми волосами и пирсингом в ушах, она была честной и порядочной ученицей.

Видеть эту бумагу с гигантской красной цифрой 38 было действительно необычным

зрелищем. Очевидно, виной этому не было невезение или недостаточное усердие. Я

полагал, что должно быть гораздо более глубокое объяснение того, почему она не

могла получить те баллы, которые обычно получала, и именно поэтому мною был

тщательно изучен каждый уголок листа, дабы найти эту причину. И она была

обнаружена.

— У тебя все в порядке, когда дело

касается понимания прочитанного и кандзи, используемых в статьях и официальных

бумагах. Но ты теряешь много баллов, когда дело касается понимания прочитанного

в художественных произведениях.

— … Да, с этим у меня действительно

проблемы.

— Наверное, ты впервые получила такую

плохую оценку, верно? Поскольку распределение баллов в большей степени

ориентировано именно на понимание прочитанных художественных произведений.

— Верно. Опять же, я это осознаю, — она

пожала плечами. — Но мне не удается придумать способ с этим справиться.

— Значительная часть твоих верных ответов

расположена вначале, когда идут вопросы статейного и документального

содержания, затем идут два вопроса, связанные с романами. На них ты не

отвечаешь, но позже, когда появляется еще один вопрос про документы, ты не

отвечаешь и на него. Дело в том, что ты до этого потратила все свое время на

вопросы, связанные с романами?

— Ты говоришь так, будто был там, когда

это произошло.

— Так я ошибаюсь?

— Попал в яблочко. Грубо говоря, ты ударил

ножом по моему больному месту, отчего я чувствую некоторый дискомфорт.

Болезненная реакция просматривалась даже

через ее обычно безразличное лицо.

— Извини, я был немного бестактен.

— Прощаю. С другой стороны, я попросила

тебя учить меня, и ты серьезно относишься к этому, поэтому я не должна так

дуться. Мне жаль…

— Все хорошо, теперь мы в расчете.

Мы по-прежнему выполняем обещание, данное

нами, когда мы только стали семьей. Ничего не игнорировать, не ходить слишком

много вокруг да около, постоянно приспосабливаться друг к другу, стараясь

моментально исправлять малейшие ошибки. Это установленные нами правила. Мы не

показываем изменения в наших эмоциях только с помощью выражения лица, а сразу

же словесно выражаем свой дискомфорт или недовольство, что, честно говоря,

сильно облегчило нам жизнь.

— И самой большой проблемой был «Санширо»

Нацумэ Сосэки. Ты не смогла правильно ответить ни на один связанный с ним

вопрос и впоследствии это привело к появлению множества пустых мест в твоих

ответах.

[П/Р: «Санширо» — роман японского прозаика, вышедший 1973

году и считающийся классикой японской литературы.]

— Все так…

— Тебя не беспокоило это?

— Я тратила слишком много сил, чтобы

ответить на него. Помню, мне казалось, что этот был намного труднее, чем другие

вопросы.

— То есть ты не осознавала, что это была

критическая для тебя часть, как я погляжу.

При сдаче экзамена крайне важно

установить ритм ответов на его вопросы... Пока вы человек, отмечающий правильные

ответы с помощью рук, ваше психическое состояние может существенно повлиять на

результаты. Если вы легко преодолеваете препятствия, ваш мозг вступает в

состояние экстаза, а ваша рука начинает двигаться быстрее, и, естественно,

вопросы даются быстрее.

С другой стороны, если вы застряли в

одной части, то ваша рука останавливается, а вместе с ней и мозг с

мыслительным процессом,

что в дальнейшем вызывает прилив стресса, который приводит к падению вашей

способности думать и решать задачу рационально. Другими словами, чтобы добиться

наивысших результатов на экзаменах и тестах, нужно стабилизировать собственное

психическое состояние и решать вопросы и задачи, не нарушая свой ритм.

По крайней мере, это то, что я читал в

книге раньше. Поскольку на меня так легко повлиять информацией из книг, экзамены сдавались

мною именно так, как в ней

было написано. Сначала классифицирую задачи на те, которые могу решить сразу,

которые требуют немного времени на размышление и которые очень затратны во

временном плане,

а затем создаю на основе классификации свой удобный ритм и приступаю к тесту.

— Поскольку ты очень логичный и умный

человек, Аясэ-сан, я думаю, что если ты не полностью понимаешь вопрос или

проблему, то, вероятно, чувствуешь себя некомфортно. Быстро справляясь с

задачами, на которые легко можешь ответить, с большой вероятностью

зацикливаешься на других, где быстро ответить не получается.

Если это предположение верно, то оно

могло бы объяснить, почему она так плохо сдала тест по современному японскому,

без необходимости исправлять что-либо еще. Ее голова решила, что именно так нужно

решать проблемы,

но это неправда.

— Я поняла, — Аясэ-сан кивнула. — Когда

дело доходит до других предметов, я чувствую, что подсознательно мгновенно

решаю многие вопросы.

— По сути, когда дело доходит до

современного японского языка и, в частности, при анализе романов, есть причина,

по которой ты не можешь с этим справиться.

— Причина?..

— Если мы обнаружим ее, то сможем разработать меры по

устранению. Во-первых, давай рассмотрим «Санширо» и попытаемся выяснить, где у

тебя возникла проблема.

Я проверил раздел, который был у них на

экзамене. Поскольку сделать всю книгу частью вопроса было бы слишком, им

задавался вопрос только по конкретному отрывку из «Санширо». Среди всех

произведений известного автора эпохи Мэйдзи Нацумэ Сосэки, у этого романа

наиболее сильно преобладает его романтический стиль, что делает работу весьма

популярной среди современных школьников.

Книга предельно понятна даже для людей,

которые не слишком хорошо разбираются в литературе, поскольку она рассматривает

проблемы обывателя и реальность в качестве основной темы.

Сочувствие — вот что отличает ее. На момент написания книгу можно было даже назвать модной. По сути, она не так уж

отличается от типичного современного любовного романа.

Если бы вам пришлось назвать конкретные

особенности, то это было бы принятие и искренность по отношению к тому времени,

в котором книга была написана, что даже делает ее

материалом, используемым для исторических исследований. Проблемы, связанные с

ней, были рассмотрены во многих студенческих работах. Также эта книга

используется как учебный роман. Конечно, это был не единственный пример такого

явления, но стать учебным романом — это большой подвиг в мире литературы. Если

честно, это достойно уважения.

— Откровенно говоря, это было довольно сложно. Хотя… судя по тому, что я видела, у всех других

людей из моего класса не было проблем с этим.

— «Санширо» — довольно продвинутая книга,

и она противопоставляет собственную свободу в любви нормам к любви того

времени, которое кишило политическими браками. В то время, когда произведение было написано, оно воплощало собою новый взгляд на любовь, но в наши дни

люди находят в нем множество других аспектов, которые легко понять.

— Действительно?.. Интересно, что же это

там так легко понять?

Должно быть, это было подсознательно,

когда Аясэ-сан нежно прикусила свой палец в задумчивости.

— Я думаю, было бы быстрее, попытайся ты

выразить словами то, что именно не поняла, Аясэ-сан. Можешь мне что-нибудь

сказать?

— О чем думает главный герой Санширо и о

чем думает главная героиня Минеко. Не говоря уже об их мыслях, я не понимаю,

почему они поступают именно так.

— Во-первых, ты знаешь, что Санширо

испытывает чувства к Минеко, верно?

— Действительно? — Аясэ-сан в

замешательстве моргнула.

Она выглядела так, будто искренне не

ожидала этого, но я должен был сделать это прямо сейчас. Почти уверен, что даже

без такого большого опыта чтения, как у меня, нормальный человек сможет понять

это, прочитав книгу даже небрежно. Особенно такая девушка, как она, чьи

результаты даже превзошли мои по всем другим предметам, кроме современного

японского. Это слишком неестественно.

— Если ты застряла там, это значительно

усложняет ситуацию. Хм. Как мне это тебе объяснить?

— Чувства… То есть, она ему нравится в

романтическом смысле, не так ли?

— Точно. Хотя произведение идет немного

дальше в выражении этого, делая чувство немного большим, чем оно есть на самом

деле. Взгляни на моменты, где к главной героине подходят другие мужчины. Ты

можешь понять, что главный герой злится, не так ли?

— Ревнует… То есть он ненавидит мысль о том, что Минеко

разговаривает с другим мужчиной?

— По крайней мере, так я это вижу.

— Но он же не говорит ей остановиться,

верно? Мог

бы просто сказать, что ему

не нравится эта идея.

— Ну, такая уж у него неуверенная и неуклюжая личность, которая

не позволяет ему этого делать. Кроме того, когда вы разговариваете с человеком,

к которому испытываете чувства…

я думаю, что психологические препятствия и истощение намного сильнее в таком

разговоре.

— Хранить свои искренние чувства в

секрете, даже не говоря о них. Я действительно этого не понимаю. Может быть,

потому что я вообще этого не испытывала.

— Давай представим ситуацию, когда ты не

можешь открыто заявить о своих искренних чувствах. Например, первая любовь.

Были ли у тебя случаи, когда твое сердце было в таком смятении из-за

романтических чувств, что ты не могла найти нужные слова, чтобы выразить себя?

— Нет. Для начала надо сказать, что у

меня нет никакого опыта в любви.

— Понятно…

— А что насчет тебя, Асамура-кун?

— … Теперь, когда ты упомянула об этом,

думаю, что и у меня тоже.

В детском саду, я, кажется, признался в

любви воспитательнице. Правда известно мне об этом стало от моего старика, так что не факт, что

это действительно произошло. Таким образом, тот момент не считается. Из начальной школы мне

мало что запомнилось. Единственное, что я помню, это то, что мои родители

большую часть времени ссорились, что заставило меня никогда не мечтать о

романтических отношениях с девушкой, которые могут привести к браку и созданию

семьи.

— Хм, так ты никогда не влюблялся.

— … Это разве плохо?

— Не совсем. Я просто подумала, что, если

у тебя не было никакого опыта в любви, как и у меня, это означает, что мой балл

по современному японскому ужасен не из-за отсутствия любовного опыта.

— Да, сомневаюсь, что возможные различия

между мной и тобой могут быть причиной твоего низкого балла.

Может, это просто мои склонности отаку? Я

не помню, чтобы когда-либо действительно представлял себе встречу с девушкой в

реальности, но мысль о том, что героиня манги или романа, который читаю (даже

аниме, которое смотрю), довольно милая и очаровательная, была для меня чем-то

естественным. Выглядит

так, будто я

восполняю недостаток реалистичного опыта вымышленным.

В таком случае было бы уместно

предположить, что это накопленные знания привели к формированию моей высокоразвитой

способности улавливать изображение романтических чувств в определенных рукописных творениях. Но этот вывод не поможет мне повысить

ее способность к обучению до уровня, при котором сдача дополнительного экзамена

станет возможной. Напротив, если я скажу ей это, то не смогу с достоинством

зваться частным репетитором. Мой единственный выбор — придумать конструктивный

метод, который поможет Аясэ-сан.

— Тогда давай откажемся от понимания их

эмоций. Если ты не можешь понять их, то нет смысла тратить на это время.

— Так что, мы вместо этого начнем

угадывать ответы?

— Не совсем. Подтверди содержание того,

что написано на бумаге, как единый поток информации, и ответь чисто

механически. По сути, ты должна изменить свое восприятие вопросов.

— Изменить мое восприятие? Почему?

— Если ты будешь заставлять себя отвечать

на вопросы, требующие от тебя чтения и понимания человеческого сердца, это

приведет к неприятностям. Сравни это с математикой, где ты применяешь

математическую формулу для решения задачи, работая над ней, как над

головоломкой. Аясэ-сан, у тебя были неплохие результаты по истории, верно?

Значит ты должна уже была сталкиваться с этим?

— Ну… В таком случае надо просто все

выучить наизусть. Да и нравится мне история.

— Дело в том, что если ты поместишь

контекстную нить на исторический фон, описанный в произведениях, вопросы по

которым задаются на экзамене, и свяжешь их вместе, тогда будет легче понять,

что именно в них написано. Если ты, хорошо понимая историю, привьешь себе

правильный образ мышления, то он, возможно, поможет понять, о чем тебя спрашивают в

тесте.

Конечно, это легче сказать, чем сделать.

Однако учитывая ее характер и баллы на других экзаменах, стоит рассмотреть эту

возможность.

— Да, это может быть лучшим вариантом для

меня.

— А пока давай потренируемся на

«Санширо». Не знаю, будут ли они использовать его

снова для дополнительного экзамена, но вопросы, в принципе, должны

соответствовать аналогичной схеме, поэтому если у тебя есть собственный способ их

решения, то тебя можно назвать готовой к экзамену.

— … Я действительно смогу это сделать?

Она говорила равнодушным тоном, но в ее

голосе присутствовало определенное сомнение.

Я мог сказать это, потому что стал лучше понимать ее

как человека, поэтому осознал, что в ту секунду, когда она это произнесла, Аясэ-сан явно проявила тревогу.

Конечно, в этом есть смысл, поскольку девушка прекрасно понимает, что это один

из ее самых проблемных предметов. Но в то же время эта самая реакция служит

подтверждением, что, в конце концов, все получится.

Аясэ-сан не настолько наивна, чтобы

предполагать, якобы все обернется в ее пользу только потому, что она придумала

способ справиться со своими проблемами. Напротив, моя сводная сестра из тех

людей, которые непрерывно работают, чтобы достичь своей конечной цели.

— Ты справишься, Аясэ-сан.

— Ага. Я верю в тебя, Асамура-кун, и буду

стараться изо всех сил.

Конечно, я ничем не могу подкрепить свои

советы, чтобы в них было проще верить. Однако в реакции Аясэ-сан не было видно

сомнений. Вместо этого она сказала это так, как будто действительно мне верила,

и приступила к анализу исторического фона и комментариев относительно

«Санширо». Теперь, когда план был приведен в действие, все, что оставалось —

это реализовать его.

По итогу ее сосредоточенность на работе меня

почти поразила. Аясэ-сан ни разу не моргнула, просматривая все, что связано с

«Санширо», как машина,

монотонно обрабатывая информацию из интернета. Что ж, это уже преувеличение с

моей стороны, но ее преданность делу заставила меня вообразить нечто подобное.

Пока она училась, я порой поднимался,

чтобы принести нам напитки или поискать чего-нибудь в телефоне, но она ни разу

не взглянула на меня. Аясэ-сан просто сосредоточилась на поставленной задаче.

Если вы подумаете о шаблонных событиях, что происходят в художественной

литературе, то это будет младшая сестра, которой сложно дается учебный процесс,

и она своими вопросами проведет вас через ад и обратно. Или, в обратной

ситуации, она, наоборот, начала бы вам немного помогать, потому

что не могла сидеть спокойно в течение длительного периода времени. Но

настоящая младшая сводная сестра прямо сейчас передо мной страстно занималась

учебой.

Даже в этом случае, без какого-либо фан-сервисного

развития, мне очень нравилась эта спокойная атмосфера, царившая между нами. Было приятно просто слышать

звук ее карандаша, царапающего бумагу.

По итогу можно с уверенностью утверждать,

что этот метод изучения принес колоссальные результаты. После того, как она

закончила изучать всю информацию о «Санширо», которую смогла найти, я задал ей

те же вопросы, какие были на экзамене, и Аясэ-сан ответила правильно на все из

них. Моя сводная сестра действительно умная. Как только она находит способ

решения проблемы, то сразу начинает делать все возможное.

— Поздравляю. Если ты используешь этот

самый метод для всех романов, которые могут присутствовать на экзамене, тебе

совсем не нужно будет бояться.

— Спасибо. Ваше обучение действительно

помогло, сенсей.

— !.. Ах, ну, это не было таким уж

большим делом.

На мгновение моя голова опустилась, и я

вернулся к вежливой речи. Уголки ее рта немного приподнялись, когда она

поблагодарила меня, что застало меня врасплох.

— Ты только что улыбнулась?

— Наверное. Я и сама не уверена. —

Аясэ-сан пожала плечами, будучи немного сбитой с толку.

Как ни странно, этот таинственный жест,

смысл которого я не мог понять, очень напоминал тот, который сделала бы главная

героиня из «Санширо». Того самого «Санширо», из-за которого Аясе-сан раньше так

тяжело переживала.

Продолжение следует...

Работала над переводом (команда RanobeList):

Не забудьте вступить в нашу группу ВК: https://vk.com/ranobelist

[[image:/storage/reader-images/22f82a1286bf274153eb5244a5f6a0291d9ae90c.png]]

17 июля

(пятница)

Утро.

Я встал с кровати с все еще сонной головой и вышел из комнаты. Пока шел по

коридору к ванной, ко мне пришло осознание, что тело подсознательно старается

идти как можно тише, чтобы не побеспокоить других членов моей семьи. Это одно

из многих изменений, с которыми я свыкся после появления у меня сводной сестры

— утренний распорядок.

Когда раньше

только мы с моим стариком жили здесь, мне не приходилось беспокоиться о

подобном. Я просто небрежно шел по коридору с мятыми волосами после сна,

затуманенными глазами и в растрепанной пижаме. Однако сейчас мне нельзя быть

таким беспечным.

Теперь я

должен помнить… как об Аясэ-сан, так и об Акико-сан. Поскольку технически мы

все еще были не сильно знакомы, а они к тому же были женщинами, чертовски

уверен, что у меня не хватило бы смелости или уверенности, чтобы позволить себе

показаться перед ними в сколь-либо постыдном виде.

Убедившись,

что ванная действительно пуста, я посмотрел на свое лицо в зеркало, затем

прополоскал пересохшее горло, умыл опухшие щеки и подбрил небольшие щетинки на

начавшей свой медленный рост бороде.

Идеально —

было бы немного громко сказано, но, по крайней мере, мне больше не нужно

бояться показывать себя перед другими. Поэтому я уверенно направился в гостиную.

—Доброе

утро, Аясэ-сан.

Конечно,

каждое утро, как и всегда, она уже была ко всему отлично подготовлена. В ее

прическе не было ни единой торчащей пряди, а макияж был нанесен с особой

тщательностью, без единого изъяна. Она уже была в нашей школьной форме, тщательно

выглаженной и без лишних складок, с фартуком поверх нее для защиты. Как всегда…

не припомню, чтобы моя идеальная сводная сестра показывала свою неприятную

сторону.

Я уверен,

она поздно ложилась, читая свои материалы по современному японскому и романы,

чтобы собрать всю достоверную информацию, и, тем не менее, Аясэ-сан предстала

передо мной в то же время и с той же внешностью, что и каждое утро. Это вновь

напомнило мне о ее безмерной самодисциплине. Вдобавок рабочие тетради и

смартфон моей сводной сестры лежали на обеденном столе, как будто пару

мгновений назад она все еще занималась.

Когда я

окликнул ее, Аясэ-сан медленно подняла голову, вставая из-за стола, как будто

это было чем-то само собой разумеющимся.

— Доброе

утро, Асамура-кун. Могу я сегодня сделать что-нибудь быстрое, например,

яичницу?

— А, сегодня

мне не нужен завтрак. Я просто сделаю себе тост.

— М-м, а

почему?

— Ты ведь

хочешь сосредоточиться на учебе, верно?

Краем глаза

я увидел на раковине две тарелки, которые выглядели так, будто их только что

вымыли. Одна из них, вероятно, принадлежала моему старику, который приготовил

сегодня утром себе быстрый завтрак, так как ему нужно было уехать раньше всех.

Другая, естественно, принадлежала Аясэ-сан. Она, вероятно, не хотела меня

ждать, поэтому съела что-то легкое в приготовлении, сразу после этого приступив

к занятиям.

— Но мы ведь

договорились…

— Прямо

сейчас мой долг намного больше твоего. Если ты хочешь сосредоточиться на

подготовке к пересдаче, нет никаких проблем.

Я ответил

так, чтобы не вступать с ней в спор.

На самом

деле, если она провалится, ей придется брать дополнительные занятия, что

сократит время, которое можно будет потратить на поиск подработки, а также от

этого упадет общая эффективность ее обучения. Поэтому условие нашего соглашения,

заключающееся в том, что она готовит для меня еду, должно быть временно

отменено и мне следует самому озаботиться своим пропитанием.

Аясэ-сан,

должно быть, поняла, что я не хочу излишне обременять ее, поэтому не стала

возражать.

— Спасибо.

Тогда я с радостью приму это предложение.

— Не за

что... или что-то типа того, но серьезно, это не так уж и важно.

— … Хорошо,

— Аясэ-сан слегка улыбнулась и снова села за стол.

Наблюдая

довольным взглядом, как моя сводная сестра вернулась к учебе, я направился на

кухню. Все в порядке! Хоть в этот раз я сделаю все возможное. Думаю, мне просто

нужно использовать свою секретную технику — бутерброд с плавленым сыром.

Хе-хе-хе.

Мое

настроение поднялось, когда я делал вид, что испытываю радость от такой мирской

задачи. Думаю, парни-старшеклассники и в самом деле довольно просты в поисках

счастья. Опять же, может быть, и девушки такие же? Думаю, мне придется спросить

Аясэ-сан об этом в другой раз. То есть тогда, когда она не будет занята учебой.

Тост

оказался идеальным. Сыр был красивого золотистого цвета. Как и ожидалось от

моих непревзойденных навыков приготовления тоста с сыром. Даже когда я боролся

с плавленым сыром, бесконечно вытягивающимся из границ тоста, Аясэ-сан не

отвлекалась от задачи, которая стояла перед ней. И снова не могу не восхититься

ее внимательностью. Может ли академическая эффективность моей сводной сестры

быть еще больше? Я чувствую, что применение любой фоновой музыки для улучшения

ее сосредоточенности лишь напрасно побеспокоит Аясэ-сан.

— М-м-м…

К тому

времени, когда большая часть тоста уже ушла в мой желудок, и я был в настроении

выпить кофе, Аясэ-сан вытянула руки над головой, издав довольно

многозначительный возглас. Нет, подождите, мне это просто показалось подозрительным.

Сама она определенно не собиралась так поступать. Мне очень жаль, Аясэ-сан.

Проблема в

том, что из-за того, что она носит тонкую летнюю форму, когда она вот так

вытягивает руки, ее рукава немного опускаются, и я вижу белую кожу своей сводной

сестры.

Очевидно,

мне не стоит так на нее смотреть. Это было бы просто грубо — по крайней мере, я

пытался так думать, пытаясь успокоить свое дыхание. Чтобы помочь себе

успокоиться, мною была предпринята попытка завязать разговор:

— Закончила?

— Ага. Но мне

уже нужно убегать в школу.

— Довольно

рано.

— Будет

намного эффективнее, если ты пойдешь позже меня. Я уже поела и успела

подготовиться.

Здесь

подразумевается, что она выйдет из дома первой. Выходить из дома в одно и то же

время, чтобы вместе пойти в школу… подобное заставило бы нас слишком сильно

выделяться, и моя эффективная сводная сестра хотела этого избежать.

— Что ж, это

все же имеет смысл. Аккуратнее по дороге.

— Ага, до

скорого~.

— … А,

подожди секунду!

Когда она

уже собрала свои вещи и собиралась выйти из гостиной, я окликнул ее.

— Чего? —

Она обернулась ко мне.

— Я про

учебу по дороге в школу…

В прошлом

месяце она практиковалась в аудировании английского языка по дороге в школу, и

ее чуть не сбил грузовик. Мне не нравится идея предупреждать Аясэ-сан из-за

прошлых ошибок, но я не мог не беспокоиться о ней, даже если это казалось

слишком назойливым.

— Больше так

не буду, — сказала она, снова поворачиваясь вперед, после этого ее лицо немного

покраснело, будто… она сердится на меня? — Я больше не совершу ту же ошибку.

— Рад это

слышать. Извини, что придираюсь к тебе.

— Не

беспокойся об этом. Увидимся, — она отвела взгляд и вышла из гостиной.

Казалось,

Аясэ-сан пыталась от меня сбежать. Думаю, мне не следовало этого говорить.

Слабый горьковатый привкус кофе все еще оставался на моем языке, когда я

размышлял о своем неудавшемся разговоре. Этот инцидент был плохим воспоминанием

для Аясэ-сан, ведь ей было неловко, когда другие видели, как она усердно

работает. Я не могу винить ее за такую ​​реакцию.

Думаю, мне

еще далеко до достойного старшего брата. Я быстро проглотил остаток своего

кофе, словно пытаясь смыть горечь еще большей горечью. Потом до меня кое-что

дошло.

— Вначале

она никогда не позволяла мне видеть, как много работала, верно?

Чем Аясэ-сан

занималась последние несколько минут? Какая у нее была внешность вчера? Хотя я

всегда был прямо перед ней, изменение было настолько незначительным, что оно

даже не было замечено мною, но по сравнению с тем, когда мы впервые

встретились, она постепенно показывала мне все больше и больше своих сторон,

даже слабых. Это всего лишь небольшой шаг, но я чувствую, что мы стали ближе

как брат и сестра.

Несмотря на

то, что это было почти начало летних каникул, школа такого высокого уровня, как

наша, не давала нам расслабиться. Под предлогом того, что мы все равно не

сможем запомнить все это, учителя заставляли нас исписывать свои рабочие

тетради, останавливая занятия только тогда, когда класс был полностью изможден.

После этого начиналось наше самообучение и практика, а в худшем случае все

сводилось даже к пустым нравоучениям. В целом, это создавало атмосферу, не

способствующую хоть сколь-либо прилежному обучению.

Вот почему

никто не заметил, что я использую свой смартфон под столом с целью поиска в

огромном океане Интернета любой рабочей фоновой музыки, которую можно было бы

отправить Аясэ-сан, которая, вероятно, была единственным человеком,

действительно учившимся в этой школе в этот час. Время шло, и вскоре наступил

перерыв на обед. Закончив есть купленную ранее булочку, я молча встал из-за

стола. Мару услышал, как мой стул двинулся позади него, и повернулся ко мне.

— Эй, куда

собрался, Асамура?

— В

библиотеку, — я дал максимально расплывчатый ответ.

Честно

говоря, вообще не планировал туда идти, но в случае ответа: «Собираюсь немного

побродить по школе», — он стал бы приставать ко мне из-за своего бесконечного

любопытства, поэтому мною была придумана эта ложь во благо.

— Понял, —

ответил Мару, снова опустив взгляд в свой смартфон.

Так обычно у

нас и было во время перемены. Хотя мы оба действительно дружим, но не всегда

разговариваем друг с другом, не говоря уже о том, чтобы действовать как-то еще

более навязчиво. Я и Мару уважаем личное пространство друг друга, а потому

проводим много времени в одиночестве. Поскольку нам обоим не нравится, когда

нас окружают другие люди, вероятно, именно поэтому мы смогли стать хорошими

друзьями.

Я вышел из

класса и направился в библиотеку. Конечно, это не был мой конечный пункт

назначения. Просто шел по коридору к указанной библиотечной комнате. Сэмпай на

работе однажды порекомендовала мне книгу, в которой говорилось, что люди

придумывают лучшие идеи во время прогулки, а не просто сидя на стуле.

Прочитав об

этом, я пробовал так делать. Как вы, наверное, догадались, на меня ужасно легко

повлиять. В поисках хорошей фоновой музыки я безмолвно надеялся, что мне вдруг

придет в голову какая-нибудь отличная идея. Так мои ноги шли по коридору на

автопилоте. Когда я подошел к библиотеке, кто-то внезапно похлопал меня по

спине.

— Эй! Что

случилось, онии-чан?!

— …!

Я был так

удивлен, что на секунду забыл, как дышать. Обернувшись, увидел знакомое лицо.

Она тепло улыбнулась мне, исполненная любопытства. Ее светлые волосы были

уложены легко завитыми локонами, что придавало ей стильную атмосферу. Она

победительница тайного конкурса популярности прошлого учебного года, а также

одноклассница Аясэ-сан — Нарасака Мая. И единственная ученица нашей школы,

которая знает, что мы с Аясэ-сан — сводные брат и сестра.

Эта девушка

производила впечатление кошки, которая любит дразнить свою хозяйку, прячась в

комоде, когда смотрела на меня с несколькими книгами в руке. Похоже, она только

что вышла из библиотечной комнаты.

— О, это ты,

Нарасака-сан. Я думал, тут кто-то вроде Торимы.

[П/А: Торима — демон,

приносящий несчастья домам или людям, мимо которых проходит.]

— Что это

должно означать?! В этой школе не может быть ничего подобного.

— Никогда не

знаешь, когда ты можешь столкнуться с одним из них, что и делает их такими

опасными, не так ли?

— Э-э, я не

думала, что ты в такое веришь~. Мистика и подобное…

— Ты всегда

такая, Нарасака-сан?

— Конечно.

— Даже по

отношению к Аясэ-сан? Я вообще этого не замечаю.

— Ага! И с

Саки тоже! Она всегда называет меня раздражающей, но втайне этому рада.

Вряд ли это

так.

— Я могу

сделать вывод, что она действительно находит тебя раздражающей.

— Чем больше

раздражает, тем глубже любовь! Так вроде говорится.

— Никто так

не говорит. Кроме того, если будешь придерживаться этого типа мышления и

дальше, тебя арестуют за сексуальные домогательства.

— А? Почему

я, девушка, слышу лекцию о сексуальных домогательствах от парня?!

—

Сексуальные домогательства работают, знаешь ли, в обоих направлениях.

— Хм-м. Ты

говоришь так же, как Саки, Асамура-кун.

Если кто-то

уже говорил тебе это, почему не обдумала все как следует?!

— Кроме

того, ты шел, глядя в свой телефон, Асамура-кун! Виновен! Виновен!

— М-да.

Теперь ты перекладываешь вину.

— Эй, мы же

не в классе. Ты не должен выглядеть таким всезнайкой! — Нарасака-сан надулась.

Внезапные

атаки, внешность, непредвзятость и мысленная установка игнорировать каждую

жалобу и предупреждение. Всего этого должно хватить, чтобы кто-нибудь ее

возненавидел, и все же я вообще не могу ощутить гнев. Это из-за ее маленького

роста или из-за манеры речи?! Я не знаю, но, вероятно, всему виной собственная

харизма девушки. Если бы кто-то другой попытался осуществить то, что она

делает, то получил бы электрошокером в живот. Хотя, возможно, в этом секрет ее

популярности среди парней.

— Ты читаешь

книги? — Я чувствовал себя немного виноватым, постоянно дразня ее, поэтому

поднял другую тему.

Судя по

обложкам книг, о которых шла речь, это были романы, ориентированные на женскую

аудиторию.

— Эти? В

библиотеке есть самые свежие релизы, которые я с нетерпением ждала. Летние

каникулы тоже уже близко!

— Ты из тех,

кто предпочитает не покупать книги, да?

Работая

неполный рабочий день в книжном магазине, мне бы действительно хотелось, чтобы

она купила их, но, полагаю, каждому свое. У людей разные обстоятельства и

разные возможности, которые диктуют, что они могут покупать, поэтому я не

чувствую себя слишком комфортно, навязывая им свои собственные ценности.

—

Экзаменационный период — это всегда время тотального самоконтроля, поэтому

теперь мне хочется просто прочитать их все! Ты понимаешь меня?

— Кажется,

да. Судя по твоему поведению…

— У меня нет

никаких дополнительных экзаменов или переэкзаменовок!!! Я нигде не получила

плохой оценки~.

— Понял…

— Я набрала

808 баллов! Как тебе такое~?

— Э?.. — Я

испустил ошеломленный вздох.

[[image:/storage/reader-images/5956de1097b7299a7d224fda36f123c44a43d32a.jpg]]

В результате

выражение уверенности и высокомерия Нарасаки-сан быстро стало недовольным.

— Ах! Ты

только что был шокирован! Не ожидал, что я наберу в среднем 90 баллов, не так

ли?!

— … Мне

очень жаль, но ты абсолютно права. Каюсь, грешен.

— Это

довольно неприятно, знаешь ли. Я ведь нахожусь в верхних рядах по нашему

потоку, ты же должен знать это~.

— Я не

должен судить людей по впечатлению, которое они производят. Позже подумаю над

этим.

— Это

впечатление в основном сводится к тому, что я идиотка, верно?! Асамура-кун, ты

что, пустоголовый?

— Я не…

Имею в виду,

что это звучит как слабое оправдание. Когда она произносит слово

«пустоголовый», я вообще не могу ответить. Нарасака-сан воспользовалась

возможностью, которую дало ей мое молчание, чтобы приблизить свое лицо к моему.

— Если тебе

неловко, то скажи мне одну вещь~.

— А? Я имею

в виду… да?

— Гуляя и

вот так глядя в свой смартфон, ты ведь флиртовал с Саки через мессенджер,

верно?!

— Гм, нет.

— А, правда?

Саки тоже весь день говорила по телефону. Я действительно завидовала. Думала,

что вы двое отлично ладите.

— Какое

ужасное недоразумение.

Я почти

уверен, что она просто перечитала эти лайт-новеллы. Кроме того, как

Нарасака-сан вообще пришла к такому нелепому выводу, несмотря на то, что знает,

какие у нас отношения? Любовь не может расцвести между двумя людьми, которые

только что стали сводными братом и сестрой, по крайней мере, в реальном мире.

— Я кое-что

искал.

— Правда?

— Вот.

Смотри. Доказательство.

Поскольку Нарасака-сан

казалась совсем не удовлетворенной, я показал ей экран своего смартфона.

— Фоновая…

музыка?! Зачем тебе это искать?!

— Гм,

понимаешь… — Я немедленно перешел на вежливую речь, пытаясь придумать

оправдание, но быстро передумал.

— Я хотел

найти ее для Аясэ-сан.

— Для Саки?

Я объяснил

ей детали. Пообщавшись несколько раз с Нарасакой-сан, мною было получено

осознание, что она склонна к недопониманию. Если я сохраню это в секрете или

попытаюсь как-то отговориться, она снова все неправильно воспримет. А открыв

сейчас ей эту скучную правду, можно гарантировать, что ее «любопытство» в

будущем не коснется меня.

Конечно, я

не упомянул о том, что Аясэ-сан работает усерднее, чем кто-либо другой, дабы

исправить свои недостатки, и просто сказал, что она хотела повысить свою

академическую эффективность. Таким образом, мною было уважено и ее желание.

— Хм-м… Ты

ищешь музыку для Саки. Хм-м, — ухмыльнулась Нарасака-сан.

— Я думаю,

тебе нужно лучше выражать свои истинные чувства, чтобы создать более

благоприятную атмосферу для разговора с другими людьми.

— Ох, так

уверенно говоришь, Асамура-кун. Звучит так, будто ты очень уверен в своих

коммуникативных навыках, а?

— … Мне

жаль,

Она ударила

меня по самому больному месту. Поскольку я сам практически вырыл себе могилу, то

решил перед ней извиниться вместо того, чтобы отпираться и посыпать свою рану

солью.

— Знаешь,

ты, похоже, отличный онии-чан. Не нужно так смущаться. С гордостью держи голову

высоко.

— Не думаю,

что заслуживаю этого звания только потому, что немного помогаю ей…

— Уф, как

честно~. Я и сама отличная онее-чан просто потому, что готовлю еду, знаешь ли.

— У тебя

ведь есть младший брат, верно?

Кажется, я

слышал что-то подобное от Аясэ-сан раньше.

— Да, так и

есть. Их дофига.

— Дофига? У

вас, должно быть, очень большая семья.

— Ага, сотня

человек или около того.

— Чего?

— Шучу~. Мы

нормальная семья.

Сколько же у

нее младших братьев? Мне было очень любопытно и хотелось спросить, но уже

разогнавшийся поезд мыслей Нарасаки-сан не стал меня ждать. Она сменила тему

прежде, чем я успел что-то сказать.

— Но ты

действительно довольно прямолинейный. Ищешь хорошую музыку средь множества

других? Это очень прямолинейно.

— Разве это

не нормально?

— Хм? —

Словно не понимая моих слов, она в полном замешательстве склонила голову.

… О боже,

эта девушка серьезно об этом задумалась?

— Я имею в

виду, как еще можно выбирать музыку, если не просматривать варианты? — спросил

я у нее.

— Хм-м. Я

никогда об этом не задумывалась. Обычно просто выбираю себе что-нибудь из

популярных песен, руководствуясь своей интуицией.

— Просмотр

раздела рекомендаций, конечно, полезен, но…

Новомодные

музыкальные приложения и потоковые сайты часто предлагают созданный искусственным

интеллектом список рекомендаций на главном экране, показывая композиции,

похожие на прослушанные вами ранее, или те, которые вам раньше нравились, ну

или просто подбирает что-нибудь на основании истории ваших поисковых запросов.

Даже такой антисоциальный человек, как я, который не сильно следит за СМИ и

трендами, время от времени использует функцию рекомендаций.

[П/П: СМИ — масс-медиа,

средства массовой информации. Но здесь имеются в виду не новостные сайты, а

что-то типа групп в соцсетях.]

— Но это

ведь еще не все, правда? Ты же и сама ищешь музыку, не…

— Нет, не ищу!

— А-а,

понятно… серьезно?..

Поскольку

она проявила глубокое замешательство и неодобрение в ответ на мои собственные

ценности и идеи, я мог только вздохнуть и пораженчески опустить плечи. У

каждого существует свой образ мыслей и действий, а посему у меня нет права

винить ее за это, но не чувствовать себя немного смущенным этим тоже не

получалось.

— Кажется,

ты немного разочарован.

— Знаю, что

не имею на это никакого права, но так иногда бывает, когда твои ценности не

совпадают с таковыми у другого человека.

— Что ж, я

более чем довольна всеми рекомендациями, которые получаю, знаешь ли~. Во всяком

случае, мне больше любопытно, почему это ты так стараешься искать музыку

самостоятельно.

— Слушая

только то, что мне рекомендуют, создается ощущение, что я лишен собственной

воли.

— Ха~...

— … Я знаю,

что у меня довольно извращенный образ мышления.

Так что не

смотри на меня таким невинным взглядом.

Такое

ощущение, будто я вампир, купающийся в солнечном свете. Не имея возможности

смотреть ей в глаза, закрываю лицо и поднимаю взгляд на потолок. Однако ее

реакция на это застала меня врасплох.

—

Замечательно! Мне такое нравится!

— Ты

издеваешься надо мной, не так ли?

— Нет,

конечно! Думаю, это замечательно, что у тебя такое представление о себе!

— … Спасибо

Редко можно

встретить человека, способного так легко хвалить других. Это заставляет меня

задаться вопросом: «А все ли общительные люди в мире такие?» Когда дело доходит

до манги, аниме и игр, любой нормальный или общительный человек, который

появляется в произведении, всегда имеет какой-то грязный секрет, который в

дальнейшем обращает его в «плохого парня».

Плохие

парни, которые пытаются подцепить героинь, лидеры девичьих групп, которые

всегда издевается над хорошенькими девушками — вы всегда наблюдаете такие злые стереотипы

в различных произведениях и в СМИ. Конечно, мне понятно, что эти персонажи

очень важны для сюжета. Даже если такие люди действительно существуют на самом

деле, пока я смотрю на Нарасаку-сан, которая тоже явно открытый и общительный

человек, не могу не подумать, что существуют в нашем мире люди, которые

действуют исключительно из добрых побуждений. Она милая, умная и добрая к

другим. Независимо от того, по каким параметрам ее оценивать, Нарасака-сан

практически идеальна.

— Я бы

хотела послушать и другую музыку!

— Ох!

Получается,

в ней проснулся интерес к ориентированному на потребителя методу прослушивания

музыки? Замечательно.

— Я проверю

все найденные тобой треки, Асамура-кун, так что расскажи мне о них подробнее

позже!

— Ты ведь

просто меняешь того, кто рекомендует тебе музыку? Я тебе не искусственный

интеллект, рекомендующий новые треки, окей?

— Но ведь

самой их искать — это так сложно, понимаешь~?

Похоже, что

с самого начала здесь и не пахло какими-либо общими интересами. Блин, это печально.

Единственная разница в том, получаете ли вы рекомендации в цифровом виде или

физическом. В конце концов, ее все еще интересует чужое мнение. Но я

единственный, кого это действительно обескураживает, поскольку затронуты лишь

мои личные чувства. Ну, сколько людей столько мнений, да?

После школы

я отправился на свою подработку в довольно меланхоличном настроении. Каждому, у

кого в пятницу была поздняя смена (практически в любое время после 18:00),

пришлось бы пройти через абсолютный ад. Переодевшись в форму и войдя в

помещение, я столкнулся с менеджером и другими сотрудниками, которые выглядели

как солдаты, собирающиеся отправиться в бой. Было только одно исключение —

Шиори-семпай, которая заметила, что я вошел в комнату, направилась ко мне с

нежной улыбкой, помахав при этом рукой.

Мы

собираемся направиться на самый глубокий уровень ада, но она ведет себя так,

будто вышла на ночную прогулку в магазин. Это город, который никогда не спит,

город молодежи. Сибую называют так не без причины; здесь всегда происходят

какие-либо происшествия, 24/7. Конечно, это не просто предрассудки или слухи,

но люди почему-то до сих пор приходят сюда волнами.

Не считая

субботы, конечно. Тогда город украшается пейзажем толп молодых людей, гуляющих

по улицам, но по понедельникам и пятницам это место — настоящий ад. Понедельник

— величайший день недели для журнальной индустрии, потому что выходят новые

выпуски всяких модных журналов, и мы, как книжный магазин, больше всего

«страдаем» от этого.

Что касается

пятницы, то для нашего магазинчика обстоятельства особенно критичны. Помимо

того, что это город молодежи, здесь также находится рядом друг с другом большое

количество офисных зданий с множеством известных ИТ-компаний, что делает город

одним из немногих офисных центров во всей стране.

Во второй

половине 90-х, когда аренда офисного здания была еще дешевой, множество новых

стартапов и молодых компаний переехали в пригород, превратив его в Горькую

Долину, напоминающую своего Кремниевого собрата в Америке.

[П/А: Горькая Долина =

Сибуя. Если вас интересует дополнительная информация по этому поводу, можете

ознакомиться с этой статьей:

https://itspyworld.blogspot.com/2019/12/bit-valley.html]

Ее еще

называют Долиной Бит.

После

переезда эти компании и предприятия добились успеха и выросли до своего

нынешнего размера, по крайней мере, так сказано в книге, рекомендованной мне семпай.

В любом случае, наш магазин часто посещают многие сотрудники этих компаний по

дороге домой с работы. Как известно, каждую пятницу сие заведение заполнено до

краев.

Даже когда

мы заняты, нам все равно нужно делать все возможное, чтобы всегда быть

дружелюбными по отношению к клиентам. Когда магазин забит до отказа, нужно

остерегаться возможной кражи. Даже если в нем крайне шумно, мы должны следить

за тем, чтобы он оставался чистым и привлекательным. После того как до нашего

сведения в очередной раз были доведены корпоративные идеалы на планерке,

началась наша сегодняшняя битва.

— Хах… снова

сегодня на кассе, да?

— Разве ты

не несчастен, кохай-кун?

Семпай,

заметив, что я, идя к кассе, вздыхаю, похлопала меня по плечу.

— Конечно,

чем больше здесь людей, тем больше будет проблемных клиентов.

— Эй. Тебе

действительно нужно говорить так о наших уважаемых клиентах?

— Я

практически уверен, что слышал, как ты жаловалась на это раньше. Прямо на

глазах у покупателя.

— Понятия не

имею, о чем ты говоришь~,—

семпай

приложила указательный палец к губам, как бы говоря мне хранить это в секрете.

На секунду я

задумался, о чем это она, но, увидев, как другие сотрудники смотрят на нас с

сомнением, в моей голове что-то щелкнуло. Сегодня здесь были не только мы двое,

поэтому наше обычное поведение было запретным. Как всегда, она симулирует свою

неосведомленность.

У нее были

длинные черные волосы, свойственные Ямато Надесико, образ которой девушка часто

заимствовала. Девять из десяти человек подумали бы, что семпай — чопорная и настоящая

японская красавица, но это серьезное недоразумение. Внутри она практически

старик, который любит рассказывать сальные анекдоты. Конечно, поскольку семпай любит книги, чтение —

одно из ее самых больших увлечений, и ее вполне можно считать начитанной

девушкой, но, честно говоря, ужасно, насколько ошибочен этот стереотип.

— Ты

действительно не показываешь другим людям свое настоящее «я», не так ли?

— Я слишком

много раз разочаровывалась у себя в университете. Ты единственный, кто знает

обо мне все, кохай-кун.

Знал об этом?

— Не могла

бы ты прекратить говорить такие странные вещи?

— Но я

просто говорю правду!

Она сразу

начала меня дразнить. С другой стороны, причина, по которой семпай так относится ко мне,

была с самого начала моей ошибкой, поэтому и жаловаться бесполезно. Знаю, что

это звучит странно, но меня не интересует противоположный пол, и для нее

Асамура Юта, вероятно, тот человек, с которым она может поладить легче всего из

всех других мужчин в ее окружении.

Даже если

она покажет мне настоящую себя, я не расстроюсь и не разочаруюсь в ней, а также

не буду на нее злиться, если семпай

захочет подразнить меня, дабы выпустить стресс. Весьма удобное положение. Оно,

вероятно, самое простое объяснение того, почему у нас сложились такие

отношения: мы коллеги, которым комфортно друг с другом.

— Кроме

того, почему ты такая расслабленная? Раньше ведь всегда ненавидела работать в

час пик в пятницу.

— Хе-хе-хе~. Дело в том, что я сегодня

отвечаю за обслуживание торговых площадей и размещение товаров.

— Ах,

нечестно.

Теперь

понятно, почему она такая безразличная. Размещение товаров в основном означает

обеспечение достаточного места на книжных полках в торговой зоне для книг и

журналов, которые прибудут завтра. Это наша обычная практика — позаботиться обо

всем накануне вечером, чтобы с утра сразу же можно было разместить самые свежие

поставки. Данная мера предотвращает обращения любых клиентов только по поводу

того, что они не смогли найти книгу или журнал. Это немного увеличивает

продажи, но удобство магазина вообще не имеет значения. Для нас, работающих

здесь неполный рабочий день, самое важное то, что нас не прикрепляют к кассе.

— Это совсем

не несправедливо. Подготовка к новым поступлениям — еще одна часть нашей

работы.

— Что ж, я

понимаю, что у размещения товаров есть свои трудности… Семпай, не хочешь

поменяться со мной?

— Почему ты

говоришь что-то настолько жестокое?!

— Это и есть

доказательство того, что это несправедливо.

Если

взвесить обе эти обязанности, стоять за кассой будет намного хлопотнее. Я

полностью ее понимаю. В результате семпай начала напевать себе под нос, вытащив список новых

поступлений из-за кассы и направившись к торговому залу. Накладываю на вас

неснимаемую ультра межгалактическую порчу 666 666, мой семпай.

Без

энтузиазма ворча про себя, я направился к кассовому аппарату. Как вы понимаете,

следующие несколько часов были адом. Покупатель, покупатель, покупатель,

оплата, оплата, оплата. Запрос, запрос, запрос. Мне казалось, что моя голова

кружится от перегрузки информации, но у меня уже была своя собственная

стратегия, помогающая справиться с этим.

Вход в

состояние полного транса. Подобно сборщику деталей на конвейерной ленте, я

сохранял выражение лица, лишенное каких-либо эмоций, и относился к каждому

покупателю абсолютно безразлично. Может показаться, что я был немного невежлив

по отношению к ним, но у меня был навык, способный имитировать надлежащее

обслуживание клиентов даже в этом состоянии, и к концу дня на меня не подали ни

единой жалобы. И вот, в конце концов, часы подошли к отметке 9, и мне пора было

идти домой.

— Я ухожу.

— А, ты уже

идешь домой? … Ой, уже так поздно, а? По пятницам время всегда летит незаметно.

— Ага.

— Думаю, я

тоже сделаю перерыв. Кохай-кун, когда переоденешься, иди в комнату отдыха.

— А, что?

Почему?

— Потому что

мне скучно.

— Э-э…

— Давай же.

Кушать в одиночестве — это слишком скучно. Позволь мне использовать весь твой

пикантный опыт общения с младшей сестрой в качестве гарнира.

— Не

приукрашивай чужую жизнь больше, чем она есть на самом деле, окей?

Семпай

умоляла меня со слезами на глазах, и мне оставалось лишь смиренно вздохнуть.

Думаю, я не такой уж и упертый, как мне казалось.

— Понял.

Однако у меня нет интересных историй, которые я мог бы тебе рассказать, так что

вместо этого выслушаешь от меня кое-что другое, хорошо?

— Ого?

Звучит очень интересно.

Я, по

крайней мере, сделаю эту ситуацию выгодной для нас обоих. Это самое сильное

сопротивление, которое могло быть оказано мною в этой ситуации.

В задней

части книжного магазина были кладовая, офис, мужская и женская раздевалки, а

также комната отдыха. Это место находилось довольно далеко от реальной торговой

зоны, поэтому любые голоса или фоновая музыка были здесь неслышимы. В помещении

располагался монитор, в котором можно было увидеть внутреннее помещение

магазина через камеру видеонаблюдения. Когда я зашел в комнату отдыха,

переодевшись в удобную повседневную одежду, сразу заметил семпай, прилегшую на стол и

похожую на растаявшее мороженое.

[[image:/storage/reader-images/23296a1e1ee9a919017d96220c36d3bf88d1a42a.jpg]]

— Растаяла,

да?

— Конечно!

Плотность народа внутри магазина делает наличие кондиционера полностью

бесполезным.

— Воздух

тоже кажется довольно спертым. Но ты сбежала с кассы, так что не имеешь права

жаловаться, знаешь ли.

— Э-э, я не

сбегала от этого~.

— Знаю,

просто шучу.

— Ты такой

дерзкий, кохай-кун.

Знаешь ведь, что нужно быть добрым по отношению к девушкам, верно?

— Я

сторонник гендерного равенства.

Она может

показаться стильной и красивой японской сестричкой, но семпай иногда может вести себя

совсем как избалованный ребенок, поэтому и относиться к ней стоит

соответственно. Если кто-то постоянно переключается между двумя настроениями, я

могу действовать только соответствующе. Если отнестись к ней слишком серьезно,

то меня будут поддразнивать и поддразнивать, поэтому мне нужно быть осторожным

с этим. Это важная запись, хранящаяся в моих мысленных инструкциях по общению с

семпай,

которым я и следовал прямо сейчас, когда сел на стул лицом к ней.

…

Воспринимать ее поведение «как есть» — это нормально, так что мне не нужно об

этом помнить.

— Разве ты

не недооцениваешь физическую нагрузку при размещении товара? Это же тоже

сложно.

— Я знаю об

этом. А также знаю, что тебе гораздо удобнее заниматься этим, понимаешь?

— Нет-нет-нет,

это довольно сложно, как ты не понимаешь? Ты должен приседать, вставать,

приседать, да еще и с тяжелыми книгами в руках. Это ведь портит мои бедра,

почему ты мне не веришь?!

— Какое

преувеличение…

— Это

правда. Я чувствую себя такой истощенной, словно утром после бурной ночи в

постели страстного любовника… мои ноги все еще дрожат от всех этих кульбитов.

— Я не буду

огрызаться, даже если ты будешь приводить странные примеры.

— Тск,

скука. — Семпай мило притворилась, что щелкает языком.

Она как

всегда намеренно вводит в заблуждение. Я достаточно с ней пообщался, чтобы

понять, что есть ловушка, а что нет. Если моя реакция на такую ​​грязную шутку

будет слишком серьезной, она поддразнит меня и скажет: «Ты слишком много

думаешь об этом~.

Что именно ты осознаешь, кохай-кун?»

Если я из

любопытства спрошу ее: «А что, у тебя уже есть такой опыт?» — она просто молча

и многозначительно улыбнется мне. По сути, любая реакция означает мой проигрыш.

В такой ситуации лучше полностью игнорировать ее.

— Я имею в

виду, если это так сильно сказывается на твоих бедрах, то почему бы тебе не

прибегнуть к массажу? Я слышал о нем в учреждении, в котором работает

Акико-сан, так что могу научить тебя.

— Акико-сан?

— Ах, да.

Она моя мачеха, мать моей сводной сестры.

— А,

понятно-понятно.

Мы постоянно

говорили о моем новом образе жизни, вызванном появлением сводной сестры, но