Посреди февраля маленькие снежинки медленно падали с темного неба, дополнительные занятия едва подошли к концу.

Молодой студент, посвятивший свое время учебе, как и многие другие в стране, теперь мог наконец вернуться домой; в молодом человеке не было ничего особенного: стройное телосложение, черные и слегка волнистые волосы, очки, скрывающие проблемы со зрением, и длинные темные круги под глазами – результат долгих часов учебы.

«Ааааа...» - выдохнул молодой человек в свои руки, стараясь получить немного тепла; он нес маленькую сумку с одним лишь гамбургером на ужин. «Дни становятся все длиннее и длиннее, а я – все более занятым, осталось всего несколько месяцев, чтобы наконец окончить школу... Я в мгновение ока стану студентом колледжа, и тогда смогу немного больше наслаждаться жизнью».

«*Вздох*... почему все должно быть так сложно?» – молодой человек спрашивал себя, пока шел и проверял свой телефон в поисках информации о следующих нескольких днях учебы: приближались университетские экзамены.

Зссс Зссс

Странный звук и удивительная волна тепла остановили молодого человека, его внимание привлекла толпа кричащих людей.

Ноги молодого человека сами медленно подвели его ближе к этому месту, где стоял двухэтажный дом, охваченный огнем. «Какая жалость....» - сокрушался молодой человек, возвращаясь к телефону, чтобы отправить несколько сообщений, как вдруг услышал:

«Хм?». Услышав голос так близко, но в то же время так далеко, молодой человек обернулся, чтобы еще раз увидеть пламя; он огляделся, однако не заметил ничего подозрительного. «Вот и нехватка сна проявляется».

«Опять!». Юноша повернулся в попытке найти обладателя голоса, зовущего его; это было словно шепот прямо на ухо, но в то же время будто человек звал его издалека.

Молодой человек снова услышал голос, но теперь уже он смог определить направление, откуда доносился голос; это оказалось нетрудно, ведь все его внимание уже было сосредоточено в той стороне. Да, это из огня.

«Это ... девушка», - прошептал мужчина сбоку от молодого человека, не отрывая своего внимания от пламени.

«МОЯ ДОЧЬ!» - раздался еще один душераздирающий крик мужчины со слезами на глазах, который пытался проникнуть в здание, но был остановлен двумя людьми; мужчина протянул руки, пытаясь дотянуться до чего-то, но лишь помахал ими в воздухе; окружающие поняли: этот человек был отцом девушки в пожаре.

Никто не вошел, потому что все боялись, а ещё потому, что девушка, должно быть, уже погибла или от пламени, или от угарного газа; однако молодой человек знал, что это не так, не могло этого быть, ведь он слышал её.

Юноша все еще не понимал, что происходит у него в голове, но у него не было времени на раздумья – сердце начинало биться быстрее с каждой секундой. Его руки дрожали, и по какой-то причине он не мог перестать улыбаться.

Наконец он сделал первый шаг – шаг, который определит его будущее, его великое будущее в мире; он, наконец, вбежал в пламя и услышал крики окружающих людей, кричащих, чтобы он остановился.

«Войти в главную комнату было легко, повсюду горело пламя, но я все еще мог различать разные места; я не знал планировки, но почему-то ориентировался хорошо, словно по карте».

Он знал, где была девушка, он видел ее на втором этаже за стеной, словно силуэт, окутанный светло-голубым, как будто она была внутри видеоигры с возможностью отслеживания.

«Туда». Юноша последовал за странными светло-голубыми точками на полу, лестница исчезла; сейчас размышления не занимали его: у парня банально не было времени остановиться, чтобы подумать, и он просто сделал несколько шагов назад, чтобы прыгнуть и удержаться за балку наверху. Будучи молодым студентом, он знал, что спорт необходим, его тело было твердым, как скала, и достаточно было одного прыжка, чтобы подняться на второй этаж.

Уже на втором этаже двигаться было немного сложнее: все сделано из дерева, поэтому конструкции были неустойчивыми, не говоря уже о том, что все наполнилось дымом. «Где ты?»

Ответа не последовало, и молодой человек запаниковал, представив, что девушка, искавшая помощи, возможно, сейчас мертва; он быстро обошел вокруг, пытаясь найти девушку, но безрезультатно.

«Где она?» – юноша спрашивал себя, пытаясь задержать дыхание и прикрыться от пламени; в момент отчаяния он, наконец, снова увидел ее, снова окутанную этой светло-голубой аурой. «Там...». Он не удивился, у него действительно не было времени удивляться, прямо сейчас у него есть чем заняться.

Девушка с закрытыми глазами стояла в углу комнаты за телевизором. «Иди сюда», – сказал молодой человек, поднимая девушку, чтобы начать героическое освобождение; выбраться из комнаты было несложно, но теперь спуститься на второй этаж казалось невозможным: выхода не было, и прежнее странное чувство или сила, казалось, не помогали ему; первым в глаза молодому человеку бросилось окно, и оно стало его целью; теперь он мог видеть толпу, смотревшую на него со страхом. Юноша указал на девушку на его руках, и люди сразу поняли, чего он хотел.

Все люди заняли позицию, чтобы поймать девушку, которую собирались бросить; невозможно было угадать, хорошо ли закончится всё или нет, но не было времени думать о чем-то другом, ей нужна была помощь, а дым явно не шёл девушке на пользу.

«Погнали», - решился молодой человек, бросая девушку, когда пол под его ногами уступил место огню. «Ах!» – воскликнул он, прежде чем упасть в огонь вместе со всем вторым этажом.

Девушка, нуждающаяся в спасении, уже была снаружи, но теперь он сам стал жертвой: обломки похоронили его, и огонь начал пожирать его.

Крики боли были не более чем еще одним источником топлива, таким же, как его одежда, волосы и даже кожа.

Молодой человек чувствовал, как горит его тело, он чувствовал, как горит его кожа, и он начал терять чувствительность; кислорода стало не хватать из-за дыма, и зрение юноша становилось все более расплывчатым.

«А… ю… да», – простонал молодой человек в последний раз, и благодаря странной способности он увидел, как множество людей, окутанных небесной аурой, бежали к нему, но было слишком поздно: тьма прогнала весь свет в его видении, и огромная боль в его теле быстро исчезла.

Не было никакого способа позитивно отнестись к происходящему, но он принял все стоически; это была нормальная тема среди юношеских разговоров – смерть, наконец, приближалась к его двери, конец близок...

Далеко от пожара и от этого города, где ни люди, ни сама погода не могли оказать никакого влияния, в старом особняке, почти забытом под лунным светом.

«Ух... ммм... тьфу», - сокрушался молодой человек посреди ночи в роскошной, но потрепанной комнате.

«Аа!». Юноша открыл глаза посреди темноты, вскрикнув; он тут же сбросил одеяло и сел в постели. «Уф… уф… уф», – дыхание молодого человека было взволнованным, а на его лице выступил пот из-за психологического воздействия того, что он увидел во сне.

Из ниоткуда появилась человекоподобная фигура худощавого телосложения с ушами как у летучих мышей и выпученными глазами. «Мастер Розье!» – воскликнула фигура, домовой эльф, принадлежащий семье Розье.

«Ворона...» - произнёс юноша, вздохнув и посмотрев на эльфа рядом; сам эльф выглядел обеспокоенным и испуганным, он передал стакан с водой своему хозяину.

«Всего лишь сон, мастер Розье, это всего лишь очередной сон. Вот, выпейте, это поможет справиться с кошмаром».

«Этот был другим, этот не похож на предыдущие, я все помню... Я чувствовал все, - молодой Розье обхватил себя руками, - как будто я был другим человеком, у меня было другое имя, и все было по-другому... я... я… Я думаю, мне нужно отдохнуть, мне нужно снова заснуть».

«Конечно-конечно, мастер Уильям должен отдохнуть, Ворона только мешает сну молодого мастера, Ворона исчезнет прямо сейчас». Эльф лишь щёлкнул пальцами и тут же исчез, а вместе с ним и свеча, из-за чего темнота вернулась.

Юноша сел на край кровати и коснулся волос, затем лица и, наконец, груди. «Снова тот же сон, – сказал он себе. – Я больше не обычный студент, я больше не горю, теперь я Уильям, Уильям Асмодей Розье».

POV Уильям

Каждую ночь меня преследуют воспоминания о моей смерти, я здесь всего четыре месяца с тех пор, как я перевоплотился или хорошо унаследовал воспоминания о своем предыдущем "я", я имею в виду свою прошлую жизнь обычного студента в 21 веке.

В первый день, когда я проснулся в этом новом теле, я был напуган и пытался вести себя нормально, но Ворона быстро обнаружил меня; я не углубляясь объяснил ситуацию, сказав, что мне виделись сны о другой жизни, в какой-то степени это правда; дело в том, что моя смерть была болезненной, и я всегда вспоминаю об этом, когда сплю.

Теперь меня зовут Уильям Розье, я сын Эвана Розье, одного из приспешников (пожирателей смерти) Волан-де-Морта, и да, я нахожусь в фантастическом мире Гарри Поттера. Я не был прям поклонником саги, но кое-что знаю.

Кое-что – это семья и моя магия, я все еще не чувствую внутри себя ничего особенного, и это в основном потому, что я ребенок (так я думаю); я действительно не понимаю всего, что происходит, я не могу привыкнуть к этому огромному замку и неблагополучной семье; я младший из пяти детей, все талантливы в магии, но я чувствую большой разрыв между нами предположительно из-за моего очевидного отсутствия магии.

«Не думаю, что смогу снова заснуть… Наверное, мне нужно сходить в ванную». Из-за прежней жизни было невозможно привыкнуть к использованию переносного туалета, которым обязательно нужно было пользоваться в подходящей ванной комнате; из-за размеров замка мне было трудно попасть туда в первые несколько дней, но вскоре я обнаружил... Нет, скорее я заново открыл ту редкую способность, которая появилась в моей прошлой жизни незадолго до моей смерти.

Когда я использую её, всё вокруг меня становится видимым, и я даже могу видеть то, что находится по другую сторону стен, как если бы у меня было зрение летучей мыши или, скорее, один из тех навыков в видеоиграх, когда ты обнаруживаешь предметы в окружающей обстановке. Конечно, я вижу только на десять метров вокруг, но это уже более чем достаточно; я решил назвать это мысленным взором.

Правда, когда мысленный взор пробудился в этом мире, я был очень удивлен: в своей предыдущей жизни я никогда не слышал о чем-то подобном у человека и даже не видел такого в фильмах, в том числе и в мире Гарри Поттера, поэтому я могу предположить, что это моя собственная способность.

Можно сказать, что моя жизнь не так уж плоха или даже хороша в каком-то смысле, она немного лучше, чем моя предыдущая жизнь; я ребенок – это минус балл, однако мне больше не нужно отрабатывать дополнительные смены в бургерной, что является плюсом; теперь в моем доме больше людей – это плюс балл, люди вокруг меня довольно жуткие и злые – минус балл.

Да, я живу в одном из старейших волшебных домов в Англии, как я уже говорил, в доме Розье, который, безусловно, широко известен благодаря самым тревожным событиям в истории магии. Винда Розье, последовательница Геллерта Грин-де-Вальда, Эван Розье и сам Розье были на стороне Волан-де-Морта во время первой магической войны.

Семья Розье важна, но не очень знаменита, и сам Розье не очень ласков с семьей; я его внук, но с момента реинкарнации я не видел его ни разу, и, по словам Вороны, он не должен привлекать много внимания: он не очень приятный человек.

У моей матери, с другой стороны, ледяной взгляд, она высокая и стройная женщина, очевидно, чистокровная ведьма, происходящая из семьи Паркинсонов – другой семьи, принадлежащей к «Священным 28»; ее зовут Эбби Розье, урожденная Паркинсон.

Моего старшего брата, первого сына семьи Розье, зовут Маркус Розье, он недавно окончил Хогвартс и руководит семейным бизнесом; если я не ошибаюсь, он выпустился с отличием.

Далее идет моя сестра, Лесли Розье, волшебница-пятикурсница, специализирующаяся на превращениях, и страшный гений в области чар; моя мать всячески ей благоволит.

Затем следуют близнецы Джессика и Дамиан Розье; как я уже сказал, они близнецы, и оба хорошо играют в квиддич, они также хороши на уроках зелий.

Наконец, я, пятый в семейной ветви и последний из детей. У меня еще нет магического таланта, но у меня есть мысленный взор – хоть что-то... Да, я просто утешаю себя.

«Я все еще ничего не чувствую, если все продолжится в том же духе, я стану сквибом». Уильям посмотрел на свою ладонь, медленно закрывая её, выражение его лица было не очень вдохновленным, а иногда и жалостливым; прошло пять недель с тех пор, как ему снился огонь, и он бесчисленное количество раз пытался проснуться или почувствовать магию, но каждый раз у него ничего не выходило, как будто магия избегала его.

Уильям терял хладнокровие: приближался крайний срок прибытия писем, а у него самого вообще не пробудились магические способности, это попахивало провалом.

Внутри особняка Розье находилась библиотека, и Уильям прочитал каждую книгу оттуда в поисках ответа, но безрезультатно.

«...Наверное, я не буду волшебником...» – пробормотал Уильям себе под нос, растянувшись на полу своей комнаты и уставившись в потолок.

«Я перепробовал все – от магических кругов до зелий, но ничего, совсем ничего. Мало того, что я напрасно потерял все свои достижения в первой жизни, пожертвовав собой, чтобы спасти девушку, так ещё я попал в мир магии, но без возможности использовать ее по-своему, я просто колоссальный неудачник.»

«Я лишь хотел магические способности, но что я получил?». Уильям посмотрел на свою ладонь, и его поле зрения расширилось – все показалось неосязаемым, даже стены будто невидимые. «У меня есть лишь способность видеть больше, чем обычные люди.... но это бесполезно».

В своём поле зрения Уильям видел одного из домашних эльфов замка Розье; в этом не было ничего необычного, но каждый раз, когда эти маленькие гуманоиды исчезали, они оставляли за собой небольшой след света, которые в итоге оказывались частицами серебристого цвета.

Удивленный тем, что он увидел, Уильям вышел из комнаты и выбежал, используя свой мысленный взор, чтобы увидеть все вокруг себя; когда он добрался до кухни, он заметил, что частиц гораздо больше. Домовым эльфам приходилось проходить через кухню несколько раз в день, так что в ней оставались следы их ауры, и Уильям мог видеть это.

«Магия», - взволнованно пробормотал Уильям, наблюдая, как частицы медленно исчезают, сливаясь с окружающей обстановкой. Домашние эльфы были окутаны серебристой аурой, а люди, как и в случае с девушкой в ее предыдущей жизни, были окутаны светло-голубой аурой. Уильям не был идиотом и мог легко прийти к такому выводу, но теперь у него появилось еще одно сомнение.

«Какого цвета аура волшебников?» – спросил он себя, подперев рукой подбородок; было нетрудно ответить на этот вопрос, так как, к счастью, в доме находился еще один волшебник, старый Розье, также являвшийся хозяином дома.

Пребывавший в иллюзии и волнении от того, что он волшебник, Уильям двигался по коридорам замка в направлении своей цели; когда он достиг цели, его шаги стали тише, а скорость значительно снизилась; никто не мог его винить, в конце концов, он шпионил за бывшим темным волшебником, не многие мракоборцы осмеливались это делать, но Уилл об этом не знал.

«Может ли он уловить мой мысленный взор? Знает ли он вообще, насколько я близок? Что произойдет, если он поймает меня прямо сейчас?» – вот какие вопросы витали у юноши на уме в поисках надежды на светлое будущее.

Он расширил свое поле зрения, он должен был увидеть старика, но у его мысленного взора имелись ограничения; он знал это, но он никак не мог понять, чего ожидать от старика. Он мог ходить кругами по комнате, но не было никакой гарантии, что он окажется где-нибудь рядом со стенами, в конце концов, он был старым хитрым лисом.

Уильям в ярости сжал кулаки и приложил все усилия, чтобы немного расширить поле зрения, всего на пару метров, чтобы увидеть ауру; зубы Уильяма заскрежетали, прежде чем поле расширилось, но потребовалось всего пару сантиметров, чтобы увидеть.

Он не мог видеть все тело старика, но, по крайней мере, одна из его ног находилась в зоне видимости, и этого было достаточно; теперь он мог видеть ауру красного цвета, исходящую от тела старика.

Мысленный взор закрылся по инерции, и Уильям почувствовал, как в нем нарастает усталость, к тому же его тело было покрыто потом: ему впервые удалось заглянуть за пределы с помощью мысленного взора.

К тому времени, как он добрался до комнаты, он немного пришел в себя, и головокружение прошло; теперь, по крайней мере, он не боялся упасть, плюс у него была более важная миссия и не оставалось времени на отдых.

Уильям сел на пол, скрестив ноги, закрыл глаза и снова расширил поле зрения, на этот раз с другой конкретной целью.

С тех пор как он прибыл в этот новый мир и обнаружил свою редкую способность, он начал экспериментировать, но смог обнаружить немного: Уильям мог видеть только то, что хотел, и прямо сейчас это оказалось необходимо.

«Магия...» - пробормотал Уильям, медленно представляя в уме красные частицы, которые он видел у старика.

«....»

«...»

Как и хотел Уильям, эти частицы теперь виднелись вокруг него, словно они были крошечными снежинками или пылью в солнечном свете.

На лице Уильяма расцвела широкая улыбка, подчеркивавшая его темные глаза; он был счастлив, это первый раз, когда он улыбнулся с тех пор, как начал свою вторую жизнь.

Уильям не знал, что теперь делать, он понятия не имел, какой шаг предпринять, так как не было руководства для его способностей и ничего подобного не упоминалось в фильмах, это было просто волшебство.

Не дожидаясь больше, Уильям протянул руку к частицам, пока не коснулся одной из них кончиком пальца, и, как мушки к фонарю, все частицы устремились в него. Уильям почувствовал, как внутри у него потеплело, и он наконец-то смог ощутить магию. Первый контакт Уильяма с магией за две жизни.

Как только Уильям закончил накапливать магию в своем теле, он почувствовал усталость; он много раз использовал свой мысленный взор за короткий промежуток времени, и накапливание магии из окружения, чтобы пробудить свои собственные способности, превзошло все ожидания; не существовало свидетельств подобного у других волшебников, но Уильяма это не волновало, и тем более его не волновала его усталость; ведь в конце концов он достиг желаемого и получил самое важное в этом мире – магические способности.

Он не хотел называть себя полноценным волшебником, однако юноша уже был на шаг ближе – на стартовой линии, как и все персонажи оригинальной работы, не говоря уже о том, что он жил в ту же эпоху, что и золотое трио.

Уильям не был заинтересован в борьбе с Волан-де-Мортом и его приспешниками, а скорее хотел познать мир; прожив в обычном мире практически два десятилетия, теперь он находился в фэнтезийном мире, юноше хотелось открыть и узнать все; Уильям был взволнован, да и как он мог не волноваться, ведь он вскарабкался на первую ступень лестницы к своей мечте.

Глаза выдавали его счастье Уильяма, и, наконец, они закрылись, показывая, что молодой волшебник улетел в мир грёз, поглощённый мечтами о своем будущем.

Время шло своим чередом, и, наконец, наступило утро, тело и разум Уильяма вернулись в оптимальное состояние; первое, что сделал юноша, – это проверил магию внутри себя, и для этого он сделал базовое упражнение.

Сначала он расширил область мысленного взора и указал на стакан на столе, используя магию внутри себя, слегка поднял его в воздух; это заклинание невысокого уровня, но Уиллу было необходимо убедить себя, что теперь у него есть магия и все, что происходило раньше, не сон.

Именно в этот момент в комнате появилась домовая эльфийка Ворона с испуганным выражением лица, она дрожала и смотрела на Уильяма.

«Ворона!» - воскликнул Уильям при виде домового эльфа.

«Молодой мастер, я принесла плохие новости, ужасные новости, Ворона старалась, чтобы ее эксперименты не просочились наружу, она действительно старалась, чтобы ее действия не привлекали внимания, но...»

«Но?» - спросил Уильям с некоторым страхом.

«Лорд Розье хочет видеть вас, молодой господин, он хочет, чтобы вы пришли в его покои, это он сказал Вороне, молодой господин», - Ворона говорила тихим голосом и закрывала испуганно лицо, отступая маленькими шажками.

Уильям вздохнул, глядя в потолок, мысленно готовясь увидеть владельца замка и своего собственного дедушку; это будет первый раз, когда он увидит его с тех пор, как он переродился, но что-то подсказывало ему, что это связано с его пробуждением магии, что было бы плохой новостью.

Ничего не сказав Вороне, он направился в кабинет лорда Розье; добраться туда было нетрудно, и когда он открыл дверь, то увидел сидящего на своём месте старика; конечно, пусть Уильям и называл его стариком из-за разницы в поколениях, его внешность совсем не походила под определение «старика»; лорду Розье было самое большее шестьдесят лет, но внешне он был похож на человека за сорок.

Уильям на мгновение остановился у двери, когда услышал голос изнутри: «Войдите».

Дверь медленно открылась, представляя фигуру мальчика, а с другой стороны лорд Розье просматривал свои бумаги «Дедушка...»

«Тебе не нужно ничего говорить, ты все равно не поймёшь», - лорд Розье поднял письмо из своих бумаг. «Похоже, я ошибался насчет твоей судьбы; раз Хогвартс написал тебе письмо, значит, они почувствовали твою магию, и это объясняет твои действия в последние дни».

-------------------------------------------------- -------------------------------------------------- ---------

ШКОЛА ЧАРОДЕЙСТВА И ВОЛШЕБСТВА ХОГВАРТС

Директор: Альбус Персиваль Вулфрик Брайан Дамблдор

Уважаемый мистер Розье,

Мы рады сообщить вам, что вы получаете место в Школе чародейства и волшебства Хогвартс. Пожалуйста, обратите внимание на список необходимого инвентаря и книг. Занятия начинаются 1 сентября.

Искренне ваша,

Минерва МакГонагалл,

Заместитель директора

Униформа. студентам первого курса понадобятся:

-Три простых рабочих мантии.

-Остроконечная черная шляпа для повседневной носки.

-Пара защитных перчаток.

-Зимнее пальто.

-Книги

Все студенты должны иметь копии следующих книг:

-«Уставная книга заклинаний» Миранды Гошок.

-«История магии», Батильда Бэгшот

-«Магическая теория», Адальберт Ваффлинг

-«Руководство для начинающих по преобразованиям», Эмерик Свитч

-«Тысяча Волшебных Трав и Грибов», Филлида Спор

-«Магические Фильтры и Зелья», Арсениус Джиггер

-«Фантастические твари и где они обитают», Ньют Скамандер

-«Темные Силы. Руководство по самозащите», Квентим Тримбл.

Основной инвентарь:

-Волшебная палочка

-Котел.

-Телескоп.

-Медные весы.

-Студенты также могут взять сову, кошку, крысу или жабу.

РОДИТЕЛЯМ НАПОМИНАЕМ, ЧТО ПЕРВОКУРСНИКАМ НЕ РАЗРЕШАЕТСЯ ИМЕТЬ СОБСТВЕННЫЕ МЕТЛЫ.

-------------------------------------------------- -------------------------------------------------- --------

«Школа волшебства?» – удивленно спросил Уильям, не отрывая глаз от письма.

«Удивлен?» - произнёс лорд Розье, глядя на внука. «Я тоже был удивлен, ведь сквибы не могут попасть в Хогвартс, но я чувствую магию вокруг тебя. Мне не нужны объяснения, это наилучший возможный результат. Семья Розье имеет великое наследие, и его нельзя прерывать, каждый в основной ветви должен быть достоин фамилии».

«Я понимаю», – Уильям не мог сказать многого, но он был действительно удивлен письмом, своей магией и отношением своего дедушки, которое не казалось однозначно плохим или хорошим; может быть, дедушка также обрадовался, что внук не сквиб, Уильям не знал наверняка.

«Я хотел бы научить тебя всему, что нужно, прежде чем ты поступишь в Хогвартс, но времени недостаточно; ты можешь выбрать книги из библиотеки, и ты должен подготовиться как можно лучше, прежде чем уедешь. Завтра мы пойдем и купим все, что тебе нужно для учебы, можешь идти», - лорд Розье махнул рукой Уильяму, чтобы тот оставил его в покое, а сам молча исчез; когда внук исчез, дедушка от радости принял победную позу.

Уильям не вернулся в свою комнату, а направился прямо в семейную библиотеку; он и раньше бывал там, чтобы найти методы пробуждения магии, но теперь у него другая цель: теперь он стремился научиться быть волшебником.

Семейная библиотека огромна, Уильям знал это слишком хорошо; в конце концов, он несколько раз терялся внутри.

-«Сборник основных проклятий и способов борьбы с ними».

-«Наследник Слизерина»

-«Защитные и сдерживающие чары»

-«Экстремальные Чары»

-«Чары и древние заклинания, канувшие в лету»

-«Стимулирующие чары»

-«Противостояние неопределимому»

-«Знаменитый пожиратель огня»

-«Секреты самых темных искусств»

Среди книг по травологии и магической зоологии Уильям в взял все, что мог, и сложил в своей комнате с помощью Вороны.

Если у него была возможность взять книги из библиотеки, то он должен был сделать это сейчас, в будущем такая возможность может больше не представиться.

На следующее утро Уильям первым делом встал с постели, со слов Вороны он знал, что его дед был темпераментным человеком и не любил толпы, поэтому он предпочитал первым делом совершать покупки, когда большинство волшебников еще не были готовы появиться в переулке.

«Я здесь», - радостно сказал Уильям, спускаясь по лестнице и поправляя костюм.

Лорд Розье ждал Уильяма в главном зале; они оба были элегантно одеты, одежда лорда Розье ясно демонстрировала его политическую ценность как великого аристократа.

Добраться до Косой аллеи они собирались с помощью трансгрессии; они ни за что не воспользовались бы дверью для посетителей в «Дырявом котле», не говоря уже о летучем порохе: лорд Розье не хотел пачкать свой костюм.

«Держись крепче, Уильям, мне бы не хотелось восстанавливать какую-либо часть твоего тела», - сказал лорд Розье с леденящей улыбкой, от которой Уильям почувствовал легкий дискомфорт.

В тот момент, когда началась трансгрессия, Уильям почувствовал сильное давление по всему телу, как будто его раздавливали со всех сторон или как будто он шел по очень узкому туннелю с огромной скоростью; он даже почувствовал, как в его легких кончается воздух, и когда он снова это заметил, воздух вернулся, а также и чувство свободы.

«Ты закончил?» - спросил лорд Розье, глядя на Уильяма со всех сторон. «Я ожидал, что мне придется восстанавливать руку или ногу, как жаль», - он сделал шаг вперед, не оглядываясь.

Уильям ничего не мог ответить: он все еще приходил в себя после своей первой трансгрессии; в книгах описывали это чувство после трансгрессии, но в фильме это просто казалось чувством дезориентации; очевидно, что на самом деле все по-другому.

«Вот мы и на месте», - сказал Уильям, с благоговением оглядываясь по сторонам; он наконец-то оказался в настоящей Косой аллее, он был на пороге начала своей жизни в качестве волшебника.

Уильям шел быстро, чтобы догнать дедушку и не отстать. «С чего мы начнем?» - с любопытством спросил мальчик.

«С чего начнём?» лорд Розье посмотрел на своего внука с холодным выражением лица: «Нет, нет, нет, ты должен поискать свои школьные принадлежности, а у меня есть дела; думай об этом как о приключении, в конце концов, у тебя их будет много в Хогвартсе», - холодно рассмеялся старик, достал небольшую сумку и передал ее Уильяму. «Не покупай ничего подержанного, я не хочу, чтобы моя семья выглядела как нелепые Уизли, понимаешь?»

Уильям лишь кивнул головой, он знал, что ему следует сделать; главное не рассердить дедушку; с другой стороны, он понимал дискриминацию по отношению к семье рыжих: практически все чистокровные маги, принадлежащие к «Священным 28», ненавидели маглов и поэтому ненавидели полукровок; нелепость, но таков порядок дел, и Уильям не мог изменить его, да он даже и не попробовал бы.

Лорд Розье попрощался с Уильямом и пошел по одному из многочисленных переулков, граничащих с большой Косой аллеей; Уильям мог бы последовать за ним, но лучше было не вмешиваться в семейные проблемы: встреча с другими пожирателями смерти была бы похожа на игру с огнем.

Первым адресом был магазин мадам Малкин – мантии на все случаи жизни; было нетрудно достать необходимое, ведь в конце концов его размеры стандартны.

Судьба заставила Уильяма купить различные необходимые предметы, и, наконец, он остановился на «Флориш и Блоттс», чтобы купить школьные учебники; очевидно, он купил больше, чем нужно, но это было по благой причине; ему пришлось спрятать большинство книг, которые он взял из семейной библиотеки, по очевидным причинам: если лорд Розье узнает, что он взял так много книг по темной магии, тогда у него будет много проблем.

Прошло уже много времени, когда Уилл покинул «Флориш и Блоттс»; Косой переулок переполнился людьми, отчего он только устало вздыхал; теперь ему приходилось проходить между людьми со всеми вещами; конечно, многие вещи, например книги, он заказал с совиной отправкой.

Наконец Уилл остановился на своей последней цели и, конечно, самой важной из всех – на магазине палочек Олливандера; он не смог бы купить палочку нигде больше, даже если бы захотел; этот магазин известен среди поклонников саги, и теперь у него была возможность посетить это известное место; сколько людей хотели бы иметь такую возможность?

Войдя в магазин, он заметил, что помещение отличается от показанного в фильмах и больше похоже на книжное описание; конечно, магазин был маленьким, пустым, а в углу стоял лишь тонкий стул; все было покрыто пылью, а маленькие коробки были сложены одна на другую повсюду, доходя даже до самого потолка.

Вокруг никого не было, и, похоже, в ближайшее время никого не будет; Уильям сделал несколько шагов вперед. «Эй, есть тут кто?» - спросил Уильям мягким тоном, ожидая какого-то ответа, и он его получил: из угла комнаты среди коробок появилась голова старика.

«Хмм...» – он внимательно посмотрел на мальчика. «Молодой человек из семьи Розье, по возрасту и чертам лица я предполагаю, что он, должно быть, сын мистера Эвана Розье, я прав?» – тон старика был не совсем дружелюбным, но и не апатичным, он просто казался осторожным; Уильям понимал, что произойдет, и поэтому не обращал на него внимания: это уже случалось раньше в других магазинах – достаточно было произнести его фамилию, чтобы хозяева отнеслись к нему чуть более деликатно и в то же время более холодно.

«Я пришел за своей палочкой, мистер Олливандер», - вежливо сказал Уильям, стараясь не обидеть этого человека; он не хотел, чтобы его и без того плохая репутация стала еще хуже.

«Хорошо, погоди секунду... посмотрим, что у меня есть для тебя». Олливандер слегка дёрнул губами, и вскоре он подошел к палочкам на своих полках, пока не вернулся с коробкой в руках. «Рябиновое дерево, сердцевина из волокна сердца дракона, тринадцать дюймов и очень гибкая. У твоего отца и деда были такие же, в основном вся семья Розье использует рябиновое дерево, я думаю, что и тебе подойдёт».

Прежде чем он успел сказать что-нибудь еще, в магазин вошел еще один человек, маленький мальчик, одетый в старую одежду намного большего размера, чем нужно, в клетчатой рубашке такого же большого размера.

«Здравствуйте?» - произнёс мальчик, застенчиво и немного странно глядя на Уильяма и Олливандера.

Уильям сразу узнал человека, в конце концов, он был главным героем истории или, по крайней мере, главным героем оригинальной истории.

Глаза Олливандера, с другой стороны, казалось, заискрились при виде мальчика: «Я знал, что когда-нибудь увижу вас, мистер Поттер», – его голос был полной противоположностью тому, с каким он обращался к Уильяму, но последний не возражал; он не ожидал особого отношения, но увидеть Гарри Поттера в магазине Олливандера было действительно неожиданностью и счастливым совпадением.

«Мистер Поттер, вам не придется долго ждать, я должен сначала закончить с мистером Розье...»

«Не волнуйтесь, я также хочу посмотреть, какую палочку выберет мальчик, который выжил». Уильям скрестил руки на груди и прислонился к одной из ближайших полок, он определенно ни за что на свете не пропустил бы этот момент. «Беспокоит ли мое присутствие мистера Поттера?»

На вопрос Уильяма Гарри лишь покачал головой; он не совсем понял, и он был неопытен в волшебном мире, поэтому он не знал, что делать.

«Хорошо», - сказал Олливандер, убирая палочку, которую он собирался передать Уильяму в коробке. «Если все в порядке, я достану палочку для мистера Поттера».

Старик побежал по коридорам и нашёл палочку, взяв маленькую коробочку. «Эта довольно особенная, очень похожа на ту, которой пользовался его отец». Он протянул палочку нервному Гарри и сказал: «Помаши ею, чтобы использовать».

Как и в оригинальной истории, потребовалось всего лишь взмахнуть руками, чтобы магия вышла из палочки, и все коробки на полке вылетели, удивив испуганного Гарри, который в итоге отложил палочку в коробку.

«Вижу, это не то», - пробормотал Олливандер, слегка нахмурившись, и снова убежал, схватив лестницу и вытащив палочку сверху. «Попробуем с материнской стороны; у тебя такие же глаза, как у твоей матери».

Гарри приложил пальцы к глазам, а затем взял палочку; когда он взмахнул ею, ваза взорвалась, вызвав страх у мальчика и тихий смешок у Уильяма, который уже ждал результатов.

«Думаю, мы должны проверить ещё один вариант, редкий, но вероятный», - сказал Олливандер, прошёл по одному из маленьких коридоров и взял коробку с полки, полной пыли; палочка казалась забытой, и Олливандер пробормотал себе несколько слов, прежде чем передать ее Гарри. «Мистер Поттер, пожалуйста».

Когда он взял палочку, аура вокруг Гарри изменилась, свет вокруг него казался ярче, и даже появился небольшой поток тепла. «Любопытно, очень любопытно», – пробормотал Олливандер. «Любопытно, что вы можете использовать эту палочку, мистер Поттер, так как у этой палочки есть сестра. У феникса, из которого изготовлено перо для этой палочки, было два пера, поэтому сделали две палочки, и сестринская палочка этой является та, которая «подарила» вам тот шрам на лбу».

«Не позволяй этому напугать тебя, Гарри», - прервал диалог Уильям, увидев выражение лица Гарри. Уильяму не нравилось видеть, как взрослые пугают детей, тем более когда ребёнок ничего не знает о своем прошлом. «Он говорит правду, но я думаю, ты должен услышать это от кого-то другого, от кого-то, кому ты доверяешь. Спроси у великана у окна».

Когда Гарри обернулся, то увидел, как Хагрид улыбается, держа в руках клетку с белой совой: «С днем рождения, Гарри!».

Гарри, конечно, был рад увидеть сову и быстро вышел из магазина, забыв заплатить за палочку.

Уильям снова посмотрел на Олливандера и сказал: «Я заплачу за палочку, теперь мы можем заняться моей проблемой, у нас нет зрителей, и это будет немного интереснее, чем обычно».

Олливандер улыбнулся с выражением, полным скуки: «Я не ожидал, что мистер Розье поможет врагу своего хозяина».

«Мне всего одиннадцать, никто мне не хозяин. То, что мой отец – комнатная собачка Волан-де-Морта, не значит, что я тоже такой».

«Я полагаю, лучше попробовать палочку, которую я выбрал ранее для вас, не так ли, мистер Розье?» – Олливандер держал палочку в руках, готовый передать ее в руки Уильяма, но прежде чем Уильям смог ее взять, вылетела другая палочка и предотвратила это событие.

Глаза Олливандера широко раскрылись, его удивление было очевидно, ведь такого он не ожидал; этого никогда не случалось раньше: палочка взяла на себя инициативу найти своего владельца, как будто у неё была душа.

«Очевидно, у нас тут очень возбужденная палочка», - сказал Олливандер, беря палочку в руки. «Оливковое дерево, сердцевина из волос единорога, десять дюймов и несколько жесткая. Думаю, она та самая, мистер Розье».

Олливандер приготовился передать её, но произошло еще одно непредвиденное событие: полки начали трястись. «В чем дело? Почему полки дрожат?» - спросил Уильям, но мистер Олливандер приложил палец к губам Уильяма, заставляя его замолчать.

«Дело не в полках, а в палочках».

«В палочках?» - спросил Уильям, заставив Олливандера кивнуть головой.

«У тебя сверхъестественный талант, мальчик, я никогда не видел этого раньше… По правде говоря, за всю историю Олливандера никогда не было подобных случаев. Вы, кажется, нравитесь всем волшебным палочкам, мистер Розье».

«Что?! - спросил Уильям с выражением, полным неудовольствия. – И как я узнаю, какая палочка идеальна для меня?»

Мистер Олливандер лишь пожал плечами, показывая, что понятия не имеет, как быть дальше.

Увидев реакцию палочки, он понял, что это может быть опасно; я имею в виду, что такое количество палочек вокруг может убить его еще до того, как он поступит в Хогвартс.

Мозг Уильяма начал осмысливать случившееся и не смог найти логического ответа; хотя, конечно, магия не поддаётся логике, но и не каждый день ты подвергаешься нападению ревнивых палочек.

Уильям поднял руки, как если бы он был на войне, и произнесл вслух: «Я думаю, будет лучше, если именно я выберу палочку себе; я знаю, все палочки сейчас рады бы оказаться со мной, но я не могу принять все, мне не хватит рук, чтобы использовать все, не говоря уже о многих волшебниках, которые рады были бы использовать их».

Все звуки немедленно прекратились, палочки снова затихли, но теперь Уильяму пришлось сдержать свое слово и выбрать спутника. Он не мог спросить совета у Олливандера, так как это было бы то же самое, что отделить одну палочку от другой, и из-за этого могла бы начаться резня там, где была только одна цель.

Зная, что его жизнь в опасности, он неизбежно приложил все усилия для принятия правильного выбора; Уильям обошел магазин волшебных палочек и заглянул в каждый угол или, по крайней мере, попытался это сделать.

«Вы уже сделали свой выбор, мистер Розье?» - спросил Олливандер сбоку.

«Вроде бы уже да», - неопределенно ответил Уильям, в последний раз сжав кулаки и снова активировав свой мысленный взор.

Диапазон зрения Уильяма расширился по всему помещению, теперь он мог видеть еще на несколько метров больше, пробудив в себе магию, повлиявшую на мысленный взор..

Теперь, когда в его голове были все детали, Уильям мог видеть каждую палочку внутри каждой коробки, все они были окружены светло-голубым сиянием.

«Укажи мне палочку», - пробормотал Уильям в качестве команды своему мысленному взору, и теперь свет пропал со всех палочек, оставив освещённой лишь одну, завернутую в простую ткань в конце полки, в месте, которое выглядело так, будто его не чистили десятилетиями.

Уильям быстро подошел туда и осторожно потянул за ткань, вызывая у Олливандера сильное удивление.

«Это...»

Своими руками Уильям снял ткань, обнажив палочку черного цвета без специальной ручки и только с небольшим драгоценным камнем в центре, образующим стрелу там, где должен был быть кончик палочки.

«Я думаю, это она самая», - на лице Уильяма появилась легкая улыбка, он слегка взмахнул палочкой, чтобы пробудить магию и проверить совместимость.

Тишина внутри магазина палочек Олливандера внезапно исчезла, вдруг сменившись звуками леса, щебетом птиц, шелестом листьев, доносящимсимя до ушей Олливандера, даже запахи леса достигли его ноздрей.

«Похоже, эта палочка наконец-то приняла своего владельца», - сказал Олливандер, с гордостью глядя на Уильяма, окутанного светом.

«Наконец-то?» – озадаченно спросил Уилл; конечно, про эту палочку забыли, но, как он думал, всего лишь на пару лет, самое большее на десять; в конце концов это было всего лишь смутное предположение.

«Эта палочка, мистер Розье, пролежала на полках три столетия».

«Три столетия?!» - удивленно воскликнул Уильям, но Олливандер только кивнул головой.

«Эта палочка была разработана моим дедом и прадедом как проект по созданию палочки, способной соперничать с легендарной бузинной палочкой; к сожалению, это был оглушительный провал, или так казалось до сих пор».

«Палочка, способная соперничать с бузинной», – пробормотал Уильям, глядя на палочку в руках. «Было бы удивительно, если бы было реально»

«Именно так говорил мой прадед», – Олливандер усмехнулся. «Не было способа узнать, насколько мощна палочка, ведь она не выбрала хозяина, и я догадываюсь о причине этого».

Уильям сел и посмотрел на Олливандера. «Палочка, которую ты держишь в руках, уникальна тем, что в ней не одно, а два ядра, и, кроме того, одно из этих ядер не совсем обычное. Палочка сделана из бузины, длиной двенадцать дюймов и невероятно жесткая. Ядра внутри палочки соответствуют двум разным видам, первое ядро – перо хвоста птицы-гром, редкий вид, который может предсказывать опасности вокруг владельца палочки и даже может использовать упреждающие заклинания в случае серьезной опасности. Второе ядро принадлежит фее.

«Фее?»- спросил Уильям удивленно; феи не использовались для волшебных палочек, но и не то чтобы они были чем-то необычным, они популярны у магглов, но в магическом сообществе их в лучшем случае считали странными, не более того.

«Волшебная палочка обладает не сущностью феи, а самим сердцем феи; может, это и не делает ее очень могущественной, но это позволяет волшебнику больше проявить себя, - Олливандер говорил это с полной уверенностью в волшебной палочке. – Это особая палочка, я надеюсь, ты сможешь оценить ее по достоинству».

Уильям посмотрел на палочку в своей руке с удовлетворением и гордостью: «Не волнуйтесь, мистер Олливандер, я позабочусь о ней как следует».

Уильям шел по Косой аллее с палочкой за поясом, теперь у него был свой собственный компаньон, или, вернее сказать, оружие; делать было особо нечего, но у Уилла все еще находилась приличная сумма денег в сумке, и он был бы идиотом, если бы вернул всё своему дедушке. У старика в замке было много денег, и он неохотно их раздавал, в том числе и своим собственным внукам.

Наследник Розье посещал множество магазинов Косой аллеи, он покупал все, что попадалось ему на глаза и что особо не стоило денег, например перья или фляжки; последним местом его визита были лотерея и букмекерская контора.

Уильям вошел в небольшое помещение, где повсюду находились несколько жадных гоблинов; Уильям не привык видеть этих существ, но он знал, что у них дурной характер, поэтому он решил вести себя прилично: он не хотел ни капельки способствовать новому возможному восстанию гоблинов.

«Я хочу купить несколько лотерейных билетов», - сказал Уилл с легкой улыбкой на лице перед прилавком, где стоял гоблин с книгой и длинной ручкой в руке.

«Билеты, конечно, нужно оплатить заранее», - гоблин поднял палец, глядя на Уильяма с улыбкой.

Уильям открыл мешочек, вытащив его из кармана, и вынул золотой галеон на прилавок. «Я хочу самые дорогие билеты», - гоблин ответил мрачной улыбкой, вытаскивая коробку, в которой было несколько отсортированных билетов. «Можете выбрать».

Посмотрев на билеты, Уильям сразу понял, в чем дело: билеты были сделаны по-разному и из разных материалов; больше всего они походили на билеты со стираемой поверхностью; они, конечно, еще не были популярны у магглов, поэтому Уильям мог интуитивно понять, что их изобрели в волшебном мире.

Билеты-стирашки не пользовались популярностью, потому что все в них было зафиксировано, а шансы на выигрыш, безусловно, низкие, и никаких различий между ними не было.

Уильям активировал свой мысленный взор и вложил в свой мозг образ выигрышного билета, эти специальные билеты светились другим цветом перед глазами Уильяма, и это были те же самые билеты, которые он купил, оставив золотые галеоны на дисплее, конечно; также мальчик купил некоторые другие, в которых не было ничего особенного, для прикрытия своих махинаций: гоблины жадны, и если они узнают, что Уильям обманул, он может попасть в серьезные неприятности.

Время покупок закончилось, пора возвращаться домой, в семейный замок Розье, но теперь проблема заключалась в том, как вернуться; Уильям шатался по Косой аллее, пока не появился его дед, печальная правда.

Когда он ходил и осматривал магазины в поисках чего-то, что привлечёт его внимание, он узнал знакомый силуэт молодого человека с белыми волосами и светло-голубыми глазами, смотрящего на него издалека. «Маркус», - пробормотал Уильям.

Старший брат Уильяма шел спокойно, держа руки в карманах, на его одежде было несколько цепей, гремящих при каждом его шаге; чем ближе Маркус подходил к Уильяму, тем сильнее тот чувствовал давление на свое тело.

«Книги?» - спросил Маркус, взяв одну из корзины Уильяма. «Фантастические твари» Ньюта Скамандера, на самом деле это очень полезная книженция, хотя, конечно, есть много других книг, которые можно купить, если хочешь научиться убивать тварей; я помню, есть книга, которая учит самым полезным заклинаниям для уничтожения каждого вида».

«Я не собираюсь убивать никаких тварей», - сказал Уильям, забирая книгу из рук брата и возвращая ее в корзину.

«Это очевидно, Уильям, - Маркус засунул руки обратно в карманы, - так это правда, что ты смог пробудить в себе магию и попасть в Хогвартс, как болтали портреты дома; это действительно сюрприз».

«Ну, это должно было произойти, естественно», - сказал Уильям, как будто это пустяк, сохраняя самообладание под давлением, оказываемым Маркусом.

«Мама удивилась, как и все наши братья, мы ошиблись насчет статуса сквиба. С этого момента ты можешь изучать семейные искусства, - Маркус изобразил зловещую улыбку, когда его светло-голубые глаза частично загорелись; по мнению Уильяма, его брат ничем не отличался от злобного зверя, стремящегося все контролировать. – Я не хочу, чтобы ты стал разочарованием, когда поступишь в Хогвартс; согласно моим источникам, мальчик, который выжил, тоже зачислен на этот год, его видели здесь в аллее несколько часов назад. Отец был бы счастлив узнать, что вы принадлежите к одному поколению, не так ли, Уильям?»

Голос Маркуса был похож на шепот демонов в фильмах ужасов, которые Уильям смотрел в своей первой жизни; было очевидно, что его родственник являлся полноправным представителем Священных 28, а также ярым последователем чистоты крови, таким же, каким был Эван Розье до Маркуса.

Рука Маркуса легла на волосы Уильяма: «Ты теперь другой, младший брат, ты больше не замираешь, когда смотришь на меня, и не отшатываешься, когда я приближаюсь, я удивлен, что ты можешь выносить звук моих цепей; думаю, магия в твоем теле теперь придает тебе немного больше смелости».

Уильям почувствовал, как забилось его сердце, когда он услышал эти слова, ведь это имело значение: прошло совсем немного времени с тех пор, как он пребывал в этом новом теле, но большинство предыдущих воспоминаний преобладали, и тот факт, что Маркус всегда издевался над маленьким Уильямом, было трудно забыть, и собственное тело Уильяма помнило страх.

Как раз в тот момент, когда тело Уильяма собиралось сделать шаг назад от Маркуса, рука легла на плечо маленького беловолосого мальчика.

«Маркус!»

Оглядываясь назад, Уильям увидел своего деда, лорда Розье, стоящего и смотрящего сверху вниз на старшего Розье нового поколения.

«Дедушка, - поприветствовал Маркус, слегка поклонившись лорду Розье. - Я не ожидал увидеть тебя в этом месте, но, думаю, догадываюсь о причине твоей поездки».

«Мне плевать на твои выводы, Маркус, ты сейчас должен быть в замке, аллея не твой рабочий офис».

«Дедушка намекает, что я последовал за вами сюда?»

«Можешь думать что хочешь, в любом случае, это место в данный момент не является твоим пунктом назначения, ты уволен»

Маркус на мгновение посмотрел на лорда Розье, а затем улыбнулся: «Как прикажет лорд Розье, увидимся дома, Уильям», – Маркус растворился в толпе и исчез.

Лорд Розье не удостоил Уильяма ни единым взглядом: «Нам тоже пора».

Наконец время пребывания в замке Розье закончилось для Уильяма, и пришла пора для поступления в Хогвартс; месяц ожидания был не коротким, но по сравнению с ожиданием фанатиков, у которых не имелось и шанса, это было ничто. Сказать особо нечего: Уилл попрощался с Вороной и попросил ее присмотреть за его комнатой, пока его не будет, расставил чемоданы, готовые к отъезду, как вдруг заметил, что его ждет дедушка.

«Тебе пора ехать экспрессом в Хогвартс, держись за мою руку и не забывай встать компактно, чтобы твои конечности не торчали; на этот раз я не смогу регенерировать тебя посреди толпы народа».

Снова они использовали трансгрессию; Уильяму было не очень удобно использовать этот способ передвижения, но, так как мальчик уже имел с ним дело в прошлом, теперь он не казался таким неудобным, как раньше.

«Вот мы и на месте», - приглушенный голос лорда Розье не был чем-то необычным, но вот поезд перед Уильямом был очень даже особенным. На станции находилось много людей, что заставляло старшего Розье чувствовать себя неловко, но Уильям не собирался беспокоиться о старике и просто вышел вперед со своими вещами в тележке.

«Платформа девять и три четверти», - пробормотал Уильям удивленно и взволнованно, его мозг был полон ожиданий о школьной жизни и всех заклинаниях, которые он выучит; прямо сейчас он больше всего походил на ребенка с новой видеоигрой, которому не терпелось поиграть, но прежде чем Уилл успел что-то сделать, его передержал за воротник мантии лорд Розье своей тростью.

«Подожди, - сказал старик, останавливая Уильяма. - Мне все еще нужно рассказать тебе кое-что, о чем я не говорил тебе раньше в поместье, так как это не особо было нужно раньше, но ты должен знать об этом, прежде чем сесть в экспресс».

«В Хогвартсе есть четыре факультета, которые ты уже должен знать; наша семья всегда попадала в Слизерин, включая твоего двоюродного брата Феликса Розье; ты поступишь в Слизерин, как и ожидается, но если вдруг поступишь на другой факультет, особых проблем не будет, в конце концов, ты Розье; я просто предупреждаю тебя: держись подальше от неприятностей, так как ты знаешь, что мы не популярны среди волшебников, – лорд Розье положил свои старые руки на плечи Уильяма и уставился на него, – и никогда не дружи с грязнокровками, не позволяй статусу нашей семьи снижаться из-за тебя».

Уильям не был идиотом, он очень хорошо понимал чистокровные семьи и знал об их абсурдных правилах, он не собирался их нарушать; в конце концов, такова судьба – быть в Слизерине, там не имелось грязной крови, теперь ему просто нужно было избежать неприятностей; это тоже не проблема, ему просто нужно было держаться подальше от Гарри Поттера и его друзей.

Уильям отошел от своего деда, он не хотел находиться рядом со стариком и его традиционалистскими обычаями; его действительно не волновали обычаи, теперь, когда он был в мире, полном магии, единственное, что его волновало, - это сама магия.

Оказавшись внутри экспресса, Уилл с легкостью устроился в пустом купе; он прибыл раньше обычного, так что в поезде еще не так много студентов.

Зная, что он ввяжется в проблемы, мальчик достал книгу; он недостаточно практиковался из-за своих проблем с магией, но он знал, что ему нужно сконцентрировать свои усилия на уроках зельеварения Северуса Снейпа; будучи слизеринцем, он получит некоторую защита, но Уильям хотел заполучить расположение этого профессора, а получить его можно, только став номером один в классе.

Даже если бы Гермиона Грейнджер подготовилась на все 100, у нее не было шанса завоевать симпатию Снейпа только потому, что она с Гриффиндора.

«Вот бы у меня была пара наушников», - пробормотал Уильям, вспоминая свою прежнюю жизнь и свою привычку учиться, слушая музыку; эти воспоминания о его прошлой жизни теперь были очень далеки, но почему-то они имели особую ценность; к сожалению, наушники еще не были изобретены, а в Хогвартсе не разрешалось использовать маггловские технологии.

Вдруг дверь открылась, показывая фигуру того мальчика, которого Уильям видел в магазине волшебных палочек Олливандера, легендарного Гарри Поттера.

«П-привет», - нервно поздоровался Гарри, но ему удалось узнать молодого человека, откинувшегося на сиденье; он понял, что это тот наблюдатель из магазина волшебных палочек. «Можно я присяду?» - спросил мальчик, и Уильям не обратил на него особого внимания, он просто вынул руку из книги

«Эти сидения не моя собственность, используй их как тебе нравится», - сказал Уильям скучающим тоном, не отрывая внимания от книги; как опытный студент, он знал, как добиться надлежащей концентрации.

Гарри довольно долго молчал, ничего не говорил, надеясь не потревожить Уильяма; ему самому стало немного не по себе, когда он увидел повседневную одежду Уильяма, гораздо более элегантную, чем обычная одежда, даже у его дяди Вернона и его двоюродного брата Дадли Дурсли не было возможности носить такой элегантный наряд.

Вскоре экспресс тронулся, раздался свисток, и станция осталась позади. Уильям все еще был погружен в свою книгу; он знал, что в купе есть ещё кто-то, но не знал, кто этот другой человек.

Дверь, наконец, снова открылась, и появился еще один из главных героев саги, на этот раз еще один член Священных 28, шестой сын пары Уизли, Рональд Уизли.

«Эм... Вы не возражаете? - неловко спросил рыжеволосый парень. - Все остальные заполнены».

Гарри посмотрел в сторону Уильяма, но Уильям, казалось, просто не возражал, поэтому Рон спокойно вошел и сел рядом с Гарри. «Я Рон, Рон Уизли, приятно познакомиться», - он протянул руку Гарри, который ответил улыбкой рыжеволосому.

«Я Гарри Поттер», - он ответил на рукопожатие, удивив и рыжеволосого, и Уильяма, погруженного в книгу; Уилл просто откинулся на спинку сиденья, мысленно проклиная свою удачу.

«Клянусь бородой Мерлина, это ты, - удивленно произнес Рон, – ты действительно тот Гарри Поттер, у которого..?»

«У которого?»

«Ну знаешь... – Рон указал на свой собственный лоб, – шрам».

Гарри в ответ приподнял волосы, чтобы показать шрам, оставленный в детстве; Уильям также увидел шрам, но лишь зевнул из-за сонливости.

«Как тебя зовут?» - спросил Гарри, глядя на Уильяма; Рон наконец обратил свое внимание на человека перед собой и смог лишь изобразить ужас: внешность Уилла была в основном такой же, как у его отца.

«Уильям Розье, приятно познакомиться», - представился мальчик с легкой улыбкой, полной скуки; он не хотел добавлять никаких лестных комментариев в адрес Гарри.

«Ты тот Розье, не так ли?» – спросил Рон.

«Тот?» – Уилл ответил вопросом на вопрос, глядя на шестого Уизли.

«Ну, знаешь, наследник семьи, у которого, как ходят слухи, нет магических способностей, мой папа рассказал мне об этом», - упомянул Рон.

Уильям не мог удержаться от беззвучного смеха: наличие сквиба в качестве наследника было просто пощечиной для такой высокомерной семьи, как семья Розье; Уильям мог представить, какое смущение испытывал его дед, но он, должно быть, также был счастлив, когда узнал о пробуждении магии внутри Уильяма; теперь стало понятно, почему он позволил ему получить книгу, которую он хотел.

«Да, я тот Розье, и, как ты можешь видеть, у меня есть магические способности, они как раз появились вовремя, – Уильям открыл книгу в своих руках. – Теперь, как вы видите, мне нужно учиться, чтобы наверстать упущенное; не хочу стать посмешищем для всех из-за того, что ничего не знаю, будучи несколько знаменитым, но, конечно, не таким знаменитым, как мистер Поттер».

Гарри уставился на Уилла и, казалось, понял свою ошибку: он тоже ничего не знал о магии и просто тратил время впустую; конечно, ему особо нечего было делать, так как его книги лежали в грузовом отсеке.

«Тебе не нужно беспокоиться, Гарри, мы первокурсники, занятия начинаются с обучения основам, не будет никаких вступительных экзаменов», - радостно сказал Рон, похлопав своего нового друга по плечу; Уилл мог только вздохнуть в ответ: очевидно, Гарри Поттер не избежал бы унижения со стороны Снейпа.

Разговор между мальчиками продолжался даже тогда, когда Уильям вернулся к своей книге, именно тогда тележка со сладостями «Сладкого королевства» остановилась у двери купе, чтобы предложить свои товары; Гарри Поттер купил всю тележку за свои монеты. Он предложил несколько конфет своим соседям по купе, и Уилл выбрал одну, выглядевшую нормально, с обычным вкусом; он не хотел чего-то вроде вкуса козявки.

Зная, что произойдет и кто появится сейчас, Уилл лишь вздохнул; как и ожидалось, дверь снова открылась, и появилась фигура девочки; Уильям слегка удивился тому, что она отличалась от девочки из фильма из-за своих зубов, однако это не казалось чем-то сверхнеобычным.

«Вы видели жабу?» - спросила девочка, глядя на троицу в купе; Рон играл со своей палочкой, пытаясь заставить свою крысу изменит цвет, но ничего не произошло, и девочка рассмеялась. «Ты уверен, что это настоящее заклинание?»

На вопрос девочки Рон и Гарри неловко переглянулись: «Я пробовала только простые заклинания, но они хорошо работали», – она сделала несколько шагов вперед, ища, где сесть, однако обнаружила только Уилла, откинувшегося на спинку сиденья и читавшего. Девочка спросила: «Извини, не возражаешь?»

Рон испуганно посмотрел на нее, но Уилл только вздохнул и принял нормальную сидячую позу, не закрывая книгу полностью; девочка не потеряла концентрацию, она откинулась на спинку сидения и указала палочкой на Гарри, воскликнув «Окулюс репаро!», чтобы починить очки Гарри.

Она сразу же узнала Гарри и должным образом представилась, назвавшись Гермионой Грейнджер. Все представились, кроме Уильяма, который был погружен в свою книгу, но, казалось, никто не возражал; в конце концов он сам молчал всю дорогу.

«Вам нужно переодеться сейчас, мы скоро прибудем на станцию», - предупредила девочка, прежде чем встать и уйти.

«Жаба в двух купе отсюда, под правым сиденьем, она прячется в углу», - Уилл продолжил читать, удивляя сидевшую с ним троицу. «Тебе лучше пойти и взять ее, иначе потеряешь»

Гермиона хотела что-то сказать, но решила последовать совету Уильяма и побежала за жабой; что касается самого Уильяма, он сказал это только потому, что ему было жаль Невилла из-за того, что с ним происходило на протяжении всей истории; он сам не заслуживал столько неприятностей и так много страдал на протяжении всей своей жизни, Уилл проявил немного сочувствия.

Когда они прибыли на станцию, все дети спустились, и Хагрид повел их к лодкам; Уильям удивился: никогда за всю свою предыдущую жизнь он не видел пейзажа, подобного тому, наблюдателем которого он стал, - великого замка Хогвартс.

По правде говоря, в предыдущей жизни у него не было возможности путешествовать, и поэтому у него сохранилось не так много воспоминаний о разных местах, но теперь все по-другому.

Их провели по замку, частично представили друг другу и, наконец, всех провели в столовую. Уильям увидел небольшую ссору между Гарри Поттером, Роном Уизли и Драко Малфоем, но ему не стоило вмешиваться: связываться с любым из этих троих это та ещё проблема.

Во главе с профессором МакГонагалл все вошли в обеденный зал, где их стояли длинные столы, за каждым из которых сидело множество студентов; зачарованное небо выглядело так, словно была ночь, и множество свечей парило в воздухе.

Учеников остановили прямо перед преподавателями, чтобы предоставить слово директору школы Альбусу Дамблдору, самому сильному волшебнику из ныне живущих.

Наконец настала очередь сортировочной шляпы: каждого из студентов нужно было направить в один из четырех факультетов, а именно Гриффиндор, Слизерин, Пуффендуй или Когтевран. Студенты проходили один за другим без изменений в оригинальные факультеты согласно канону; Гарри Поттер стал центром всеобщего внимания, и, наконец, его приняли в Гриффиндор.

«Уильям Розье», - позвала профессор МакГонагалл, глядя на свой длинный пергамент; Уилл сделал несколько шагов вперед, чтобы добраться до табурета, он сел, и ему водрузили шляпу на голову.

В тот момент, когда шляпа соприкоснулась с головой Уилла, она начала кричать «Слиз..!», но остановилась на полуслове и замолчала, удивив всех, включая самого Дамблдора, поглаживающего бороду.

«Что случилось?» - спросил Уильям, поднимая взгляд.

«Ты не простой ребенок, у меня никогда раньше не было такой головы, я должна признать, выбор действительно трудный. Тебе, кажется, не нравится ни один из факультетов в частности, но твои способности действительно поразительны», - громко похвалила Уильяма шляпа.

«Твоя кровь чиста и горда, достойна слизеринца, как и вся твоя семья, нет ничего постыдного в том, что студенты Слизерина расчетливы, как ты. Конечно, это не значит, что твоя жажда знаний не достойна Когтеврана, библиотеки этого факультета помогут тебе в прогрессе, но Пуффендуй также может стать твоим домом: никто не старался так сильно, как ты в прошлом, ведь сквиб, ставший волшебником, - это нечто из ряда вон выходящее».

С последними словами даже Аргус Филч от неожиданности уронил свой кубок, некоторые профессора посмотрели на него, но поняли его удивление, в конце концов, он сам был сквибом.

Шляпа все еще находилась на голове Уилла, прошло уже пять минут. «Что же еще я могу в тебе разглядеть?» - спросила шляпа, почти смеясь, как ребенок в магазине, полном сладостей. «О… ты, безусловно, очень особенный мальчик, мистер Розье, нет сомнений, что твой факультет – ГРИФФИНДОР!»

Раздались жидкие аплодисменты, но в целом оставалась тишина, и у самого Уильяма был бледный цвет лица, когда шляпа засмеялась: «На этот раз я уверена на сто процентов!»

«Отлично, теперь дети Пожирателей Смерти могут попасть в Гриффиндор», - сказал Рон с раздражением, наблюдая, как Уильям прошел мимо к столу, удаляясь. «Теперь мы не сможем быть в безопасности даже в общей комнате».

«Что ты имеешь в виду, Рон, кто такие Пожиратели Смерти?» – спросил Гарри, глядя на своего нового друга, но ответила ему девочка, которая ранее починила ему очки.

«Рон имеет в виду последователей сами знаете кого, семья Розье была одной из сторонников темного лорда, и, насколько я слышала, бывший глава дома был убит мракоборцами. Они темные волшебники, Гарри».

«Темные волшебники...» – пробормотал Гарри, глядя на Уильяма вдалеке.

Удручённый Уильям довольно долго стоял за большим столом, думая о своём будущем с этого момента и задаваясь вопросом, как же так ему не повезло, что все вышло так, и даже Сортировочная Шляпа игнорировала его план успеха.

Теперь он не только будет находиться под укоризненным взглядом своего дедушки, братьев и сестер, когда вернется домой, но и студенты Слизерина, в тот момент смотревшие на него с презрением через всю комнату, будут унижать его на протяжении всей учебы.

Не стоит забывать и о самих гриффиндорцах: хотя их девиз гласит, что они храбрые и очень благородные, это не значит, что они будут дружелюбны к сыну Пожирателя Смерти; Уилл был змеей на территории льва, если так можно выразиться. Во всем вышесказанном можно убедиться, если посмотреть на Уильяма прямо сейчас: с ним никто не заговорил, студенты избегали смотреть на него, а окружающие отодвинулись на несколько дюймов, как будто он был каким-то вредителем.

По правде говоря, Уильям не понимал, почему шляпа сделала такой выбор; каждый раз, когда он думал об этом, он приходил к одному и тому же выводу: смерть, пережитая им в предыдущей жизни, стала если не главной, то одной из причин. Это, конечно, был смелый поступок, но его следовало назвать безумцем, в конце концов, он потерял жизнь, совершая свой глупый героический поступок.

Уильям вздохнул, почесывая голову, полный раздражения, он перестал бессвязно размышлять и решил что-нибудь съесть, чтобы не мучиться всю ночь, тогда он сможет справиться со всеми проблемами, которые могут возникнуть, в худшем случае ему просто придется везде ходить одному.

Не то чтобы в предыдущей жизни у него тоже было много друзей, так что ему не привыкать; с другой стороны, он должен не забывать держаться подальше от Гарри Поттера и его друзей.

Когда ужин закончился, всех организовали в группы старшекурсники, чтобы проводить ребят в дома факультетов; в случае Уильяма, Гарри, Рона, Невилла и Гермионы их направлял Перси Уизли.

«Утром у вас занятия, затем вы можете пойти на обед; не забывайте приходить на занятия вовремя, профессора не так дружелюбны, как кажутся, особенно профессор зелий Северус Снейп, я рекомендую не злить его».

Они прошли мимо лестницы, изменившей направление, и Перси напомнил им, как часто эти лестницы меняют направление; Уильям обратил свое внимание на количество картин повсюду и на то, как они двигались.

«Как будто они живые...» - пробормотал Уилл, глядя на портрет нескольких человек на машине.

В коридоре появился полтергейст, которого не было в фильмах, – озорной Пивз; Уильям был готов к его появлению благодаря своему активному мысленному взору, и он мог чувствовать полтергейста, даже когда тот был невидим; большинство первокурсников он побил тростями, за исключением Уильяма.

Перси пригрозил призраку, сказав, что он приведет Кровавого барона, рассерженный Пивз решил отступить, но прежде он кинул все трости в Невилла, однако благодаря быстрой реакции Уильяма мальчик смог избежать удара.

«С-спасибо», - сказал Невилл, испуганно глядя на трости.

«Пустяки», - Уильям снова спрятал руки под плащом.

Перси пришлось извиниться за поступок Пивза и посоветовать всем ученикам как можно больше избегать полтергейста, но ни в коем случае не злить его, иначе они могут сильно пострадать.

Как только дети закончили осмотр, они оказались перед картиной толстой леди, Уильяму пришлось подойти ближе, чтобы услышать пароль, а иначе он, возможно, не смог бы войти в общую комнату: согласно его умозаключению, вероятность того, что какой-нибудь Гриффиндорец поделился бы паролем, ничтожно мала.

За картиной с изображением толстой дамы находилась общая комната, заполненная большими шкафами, столами и большой доской, где ученики могли найти новости, объявления, уведомления о пропажах и многое другое. Большое окно выходило на внешнюю территорию замка, а на одной стороне стены находился большой камин. Итак, общая комната Гриффиндора – очень уютное место, где ученики собираются, чтобы учиться, праздновать или просто отдыхать.

Перси собрал всех учеников в центре общей комнаты: «Это общая комната, спальни мальчиков находятся слева на втором этаже, а девочек – справа. Когда вы окажетесь наверху, то заметите, что все ваши вещи лежат в сундуках у подножия ваших кроватей»

Когда закончилась первая экскурсия, все разошлись по своим комнатам, Уильям одним из первых поднялся наверх и быстро смог найти свою кровать; она была далеко от лестницы, практически в конце коридора; увидев ее расположение, Уильям даже подумал, что это работа рук Дамблдора, но он быстро выбросил эти глупые мысли из головы: было бы глупо думать, что такой великий волшебник побеспокоиться о незначительном первокурснике, являющемся лишь дополнительным персонажем в жизни Гарри Поттера. Лучшим решением было лечь спать и отдохнуть.

В первый день занятий Уильям проснулся рано утром, начал свой день с освежающего душа, чтобы проснуться, привел в порядок одежду и учебные принадлежности, дабы начать свое путешествие в комнату трансфигурации.

С маленькими карманными часами ему не составляло особых проблем придерживаться расписания, а ранний подъем был обычным явлением в жизни Уильяма даже в прошлой жизни.

Когда Уилл пришел в столовую на завтрак, среди учителей там находилось только два человека; не то чтобы он хотел привлечь к себе внимание, просто у остальных учеников не было привычек Уильяма.

Директор Дамблдор и профессор МакГонагалл оказались одними из тех, кто пришел в обеденный зал раньше остальных.

«Мистер Розье, вы прибыли первым», - поприветствовала профессор МакГонагалл юношу, сидевшего вдалеке от профессоров за большим столом Гриффиндора.

«Доброе утро, профессор МакГонагалл. Доброе утро, директор». Дамблдор кивнул в ответ, поднося кусочек тоста ко рту.

После того как он сел, прибыла Гермиона Грейнджер, а затем и все остальные ученики, через некоторое время зал практически заполнился студентами из всех четырех факультетов; во всем помещении стало очень шумно, но Уильям все еще молчал: никто не хотел с ним контактировать.

Уильям сидел в конце стола с книгой и яблоком, он не был привередлив в еде, но, конечно, предпочел бы что-нибудь более жирное и жареное, что-то вроде бекона, но у него не было свободы выбора.

Наконец прозвенел первый звонок, возвещающий о начале занятий; первое занятие, оно же занятие по трансфигурациям, провела профессор МакГонагалл. Уильям не стал утруждаться и просто записал все сказанное на занятии.

Второй урок был немного сложнее, это был урок зельеварения с профессором Северусом Снейпом; он оказался таким же мрачным, каким Уильям помнил его по фильмам, и это потому, что сальные волосы Снейпа совсем не походили на его киноверсию, не говоря уже о кривых зубах. Урок зельеварения был основан на том, чтобы дразнить учеников Гриффиндора, в этом классе Уилл сидел рядом с Невиллом, чтобы в случае чего предотвратить несчастные случаи от варева мальчика.

После двух долгих занятий наконец пришло время обеда; обед был почти таким же, как и завтрак, за исключением того, что многие делали домашнее задание; Уильям просматривал свои заметки и ел что-то простое, никто не сказал ему ни единого слова, и больше нет необходимости объяснять причину.

Для Уильяма не было специальной почты, да и сам Уильям не хотел, чтобы что-либо приходило на его имя; если бы кто-то и отправил бы ему что-то по этой почте, то это был бы его дедушка, а зная, что Уилл в Гриффиндоре, где ему не полагалось учиться, он отправил бы явно не поздравительное письмо.

После обеда был урок обращения с метлой, который Уильям очень хотел посетить: любой мечтал свободно летать в небе, самолет позволил осуществить это желание в 21 веке, но не было ощущения свободы, а полет на метле был бы тем, что нужно Уильяму.

Как и в оригинальной истории, Невилл бесконтрольно взлетел на своей метле, и преподаватель доказала свою бесполезность, не остановив его или, скорее, позволив молодому ученику причинить себе вред. Уильям не хотел двигаться и просто наблюдал за падением; это было прискорбно, но он не хотел быть наказанным за спасение других.

Профессор вышла с Невиллом с лётной площадки, приказав всем оставаться на земле; Уилл оставил свою метлу в стороне и отошел от группы: он уже видел фильмы и читал несколько рассказов, так что знал, к чему все придёт.

«Ты прячешься, как трус, Розье?» – Уильям услышал вопрос, раздавшийся у него за спиной, и остановился, как вкопанный, но ничего не сказал.

«В чем дело, Розье, ты тоже трусливый гриффиндорец?». Уильяму не нужно было оборачиваться, чтобы узнать личность этого человека; единственным, кто способен так себя вести, был Драко Малфой, и не было необходимости опускаться до его уровня.

Уильям продолжил шагать вперёд и получил удар по затылку; он не мог не разозлиться, а кто бы не разозлился, если бы его ударили камнем или чем-то подобным?

Смех студентов Слизерина и некоторых других тоже подбросил дров в огонь; Уильям просто поднял то, что в него бросили, и это оказалось напоминалкой Невилла; к счастью, она не сломалось, губы Уильяма открылись, чтобы что-то сказать, но быстро закрылись; нехорошо было создавать проблемы, он не хотел неприятностей.

Именно в тот момент, когда Уильям клал напоминалку в карман, Драко воспользовался метлой, чтобы подойти и выхватить предмет у него.

«Ты должен быть более осмотрительным, Розье, держать чужие вещи в карманах считается воровством», - насмешливо сказал мальчик Уильяму. «Гриффиндорцы не воры, ты должен быть честным»

«Это Невилла!» - раздался крик из группы студентов, в частности от Гермионы Грейнджер, которая смотрела в небо.

«Да, верно, - согласился Драко с тем, что было сказано, - но если он хочет вернуть эту штуку, он должен полететь за ней, или ему могут помочь Поттер или Розье, если, конечно, Розье не трус».

Уильям крепко держал свою метлу, но игнорировал оскорбления; Гарри не сдержался: он не Уильям, и у него не было жизненного опыта, Гарри был вспыльчив и его легко можно спровоцировать, он быстро сел на свою метлу и взлетел в небо, даже когда его товарищи по команде попытались остановить его.

Раз Гарри оказался в небе, Уильяму не нужно было взлетать, он не хотел влезть в неприятности; да и к тому же в оригинальной истории Гарри должен был совершить полёт на метле и стать ловцом команды Гриффиндора по квиддичу.

Некоторые заметили, как Уильям молча уходил с метлой на плече, но не придали этому значения, ведь все внимание сейчас было сосредоточено на битве Гарри и Драко.

Урок полетов наконец закончился тем, что Гарри Поттер присоединился к команде по квиддичу в качестве ловца по рекомендации профессора МакГонагалл, существование Уильяма снова осталось незамеченным, по крайней мере так думал переродившийся молодой человек.

Через общую комнату он прошёл быстро, как обычно зайдя лишь за книгой, и никто не обратил на Уилла внимания; следующим уроком были чары.

В коридоре, прежде чем войти в класс, он встретил Драко и его компанию, четверка вопросительно уставились на него, пока Драко саркастически не рассмеялся: «Ты чистокровный, наследник дома Розье, мой отец сказал мне об этом. Ты не только не являешься частью Слизерина, но и учишься в Гриффиндоре, как и предатели Уизли; шляпа сказала, что это из-за твоей храбрости, но я знаю, что это неправда, у тебя нет ни капли храбрости, ты просто обычный трус, Розье».

«Еще один предатель крови, как и все Уизли, твоей семье должно быть стыдно, я напишу своему отцу, чтобы он рассказал мне, какова реакция твоего дедушки, я расскажу тебе об этом в большой столовой, с нетерпением жду», - Драко вошел в комнату, смеясь, но сам Уильям ничего не сказал, просто стоял с беззаботной улыбкой на лице; его нисколько не волновали комментарии такого мальчика, как Драко.

Уильям вошел в класс, выбрав место наугад, и ему повезло, что рядом с ним оказался Рон; урок вел профессор Филиус Флитвик, эксперт по магическим битвам, волшебник-полукровка с гоблинским происхождением.

Когда начался урок, профессор Флитвик представился и кратко обозрел курс, после чего начался обычный урок; первым заклинанием для изучения стало «Вингардиум левиоса» – заклинание левитации, довольно простое заклинание в глазах многих.

Уильям просмотрел книги на столе, чтобы узнать немного больше о заклинании, его истории и использовании, имитациях, недостатках, он также узнал, на что оно на самом деле влияет, узнал, с какой интонацией читать заклинания и как двигать палочку. Сам Уильям не понял, что урок уже начался, так как был погружен в книгу, и если бы не слова Рона, он бы не заметил демонстрацию профессора Флитвика.

«Не забывайте упражнение, которое мы практиковали, не забывайте рассечь воздух и взмахнуть», - сказал маленький профессор, размахивая палочкой. «Ах, и не забывайте произносить слова «Вингардиум левиоса».

Все ученики кивнули в ответ на слова профессора и сосредоточили свое внимание на перьях на своих столах; Уильям принялся за работу, сосредоточившись только на своих действиях и устраняя весь внешний шум из своего разума – биологический навык, приобретенный в первой жизни при попытке учиться среди шума больших городов.

Уильям вытянул палочку вперед, когда увидел перед собой две метки, которых он никогда раньше не видел, – это были сегментированные линии, похожие на те, которые он видел в каллиграфии, когда был ребенком, как в видеоиграх.

Пораженный Уильям огляделся по сторонам, но, казалось, больше никто этого не видел; не то чтобы он хотел прерывать занятие, поэтому он просто следовал за линиями своей палочкой, они идеально подходили для заклинания.

«Вингардиум левиоса», - сказал Уильям приглушенным голосом, перо перед ним начало медленно левитировать, удивив не только Уильяма, но и всех окружающих.

«Посмотрите все, у мистера Розье получилось, очень хорошо, мистер Розье», - взволнованно воскликнул профессор Флитвик, но Уильям обратил внимание не на профессора, а на то, что происходило у него перед глазами.

Слов было недостаточно, чтобы объяснить увиденное; он наконец понял, что перед ним – он видел это много раз раньше в видеоиграх.

[Заклинание «Вингардиум Левиоса» – 30% мастерства]

[Хозяину предлагается прочитать больше книг о «Вингардиум Левиоса»].

Глаза Уилла не подводили его, он видел это, объявление системы; некому было объяснить, что происходит, но сейчас ему и не особо это нужно было: Уилл мог интуитивно понять, почему другие люди не видели то, что видел он. Мысленный взор – вот пример, и даже если Уилл сомневался, он все равно больше беспокоился о том, что было перед ним.

Класс оставался прежним, все пытались сделать то же самое, многим это не удавалось, но Уильяму было все равно; теперь у него другая цель – библиотека, ему нужно было больше экспериментировать с тем, что у него перед глазами.

Уильям бежал по коридорам, не заботясь о своем внешнем виде и том, что о нем подумают окружающие, он никогда особо не парился о таком; когда парень добрался до библиотеки, он остановился как вкопанный и немного привел в порядок свою форму: Уилл не хотел производить плохое первое впечатление.

Мадам Пинс смотрела, как вошел Уильям; она уже долгое время работала библиотекарем, но все равно удивилась, увидев молодого первокурсника в библиотеке.

«Здравствуйте, мне нужно всё о заклинании “Вингардиум Левиоса”».

«Вингардиум Левиоса? – удивленно спросила мадам Пинс. Разве это не первое заклинание, которое преподаёт на занятиях профессора Флитвик?»

«Оно самое», - кивнул Уильям.

«Дитя, я восхищаюсь твоим рвением учиться, но тебе не нужно так беспокоиться; профессор Флитвик будет учить вас в течение нескольких дней, чтобы вы поняли структуру и историю самого заклинания»

«Я знаю, мне просто нужно больше информации, чтобы проверить некоторые заметки, где я могу найти соответствующие книги?»

Увидев оживленное выражение лица Уильяма, мадам Пинс лишь устало вздохнула: «Вот, здесь перечислены все книги с информацией о «Вингардиум Левиоса», у нас также есть экземпляр, написанный собственным почерком Ярлета Хобарта».

Уильям прошелся по библиотеке и поискал книги, как и было указано в списке мадам Пинс; он взял все книги, имевшие отношение к заклинанию, и начал читать их, записывая кое-что на свой собственный лист.

Мадам Пинс наблюдала за ним иногда, чтобы проследить за происходящим; она не заметила ничего странного, но на самом деле за её взором остались сообщения, выскакивавшие перед глазами Уилла.

[Заклинание «Вингардиум Левиоса» – 41% мастерства]

[Время удержания предмета в воздухе было увеличено на 50%]

[Максимальный вес поднимаемых предметов был увеличен на 70%].

Чем больше Уильям исследовал, тем больше овладевал заклинанием, и это отражалось на его способностях: каждый раз, когда он использовал заклинания, его движения становились более плавными, интонация ускорялась, заклинание потребляло меньше магии, длилось дольше, и парень даже мог поднимать два предмета одновременно.

Мадам Пинс наблюдала за ним издалека, и она, очевидно, заметила быстрое развитие заклинания у молодого первокурсника; она знала: это простое заклинание, но неопытному волшебнику было нелегко достичь такого прогресса лишь с помощью книг.

[Овладение заклинанием «Вингардиум Левиоса» возросло до 60%].

[Теперь можно поднимать предметы, в сто раз превышающие вес хозяина]

[Максимальное время действия заклинания зависит от веса цели]

[Может быть использовано на живых существах]

[Можно поднять несколько предметов]

«Аххх...» – Уильям устало вздохнул, закончив читать несколько книг, но все ещё оставалось немного, однако парень уже чувствовал изменения, связанные с заклинанием: это уже было не то «Вингардиум Левиоса», которому его учили в классе. Теперь парень мог поднимать несколько предметов одновременно, а также поднимать живых существ. Заклинание, которому профессор Флитвик учил в классе, было другим, и он же сказал, что «Вингардиум Левиоса» не поднимает живые объекты.

Уильям попытался протянуть руку, чтобы узнать больше о странных объявлениях в его глазах, но его рука лишь прошла сквозь эти объявления, они также не реагируют на его команды; было неясно, как все это работало, но кое-что всё-таки парень понимал.

Во-первых, мысленный взор – это карта всего окружающего, не позволяющая вещам ускользать из поля зрения; это почти то же самое, чем обладают летучие мыши.

Во-вторых, система, которую видит Уильям, является своего рода библиотекой заклинаний: чем больше ты ее изучаешь, тем лучше поймёшь заклинание, следовательно, тем сильнее будет заклинание.

В-третьих, по-видимому, только Уильям мог видеть объявления. Оставался открытым вопрос, будет ли эта библиотека также полезна для зелий.

Наконец Уильям закрыл книгу в своих руках, заставив мадам Пинс снова обратить на него внимание, а желудок парня вдруг заурчал от голода. «Вау... Я голоден».

«И тебе следует поторопиться, все твои одноклассники, должно быть, в столовой, а времени осталось очень мало; если побежишь, то успеешь», - услышал Уильям слова мадам Пинс и встал со своего места, раскладывая все книги. «Не волнуйся, иди, я расставлю книги», - взмаха её палочки было достаточно, чтобы книги воспарили к своим местам.

«Спасибо», - попрощался Уильям и побежал по коридорам в сторону столовой.

С помощью его мысленного взора не составило бы труда добраться до столовой, заблудиться было практически невозможно. Когда юноша побежал по коридорам, он почувствовал иную энергию, чем обычно, мысленный взор был прикован непосредственно к цели.

«Что это?» - спросил Уильям вслух, направляясь к месту, откуда исходила магия; когда он оказался в нескольких метрах от своей цели, он увидел большой силуэт в женском туалете. «Тролль?»

Уильям быстро вспомнил об этом событии и, расширяя свой мысленный взор, понял, что происходит: это был тролль, которого Квиррелл впустил, чтобы получить возможность украсть философский камень. В одной из кабинок в ванной пряталась Гермиона Грейнджер, наблюдавшая за происходившим из-под дверцы кабинки и ждавшая помощи.

«Уильям», – тихо сказала она, обращаясь к светловолосому юноше, находившемуся в коридоре вдали от опасности; из-за мысленного взора Уильям мог слышать голос девочки в своем сознании. Он знал, что следовало бы сделать, но если бы он вмешался, то разрушил бы дружбу золотого трио. В конце концов, дружба троицы завязалась именно после этого события.

Уильям смотрел на тролля; он не боялся великана, но боялся изменить историю; тем не менее мольбы о помощи и стоны боли Гермионы заставили парня поколебаться.

Когда Уильям понял, что уже находился всего в нескольких шагах от тролля, он вытянул палочку вперед, выражение его лица помрачнело, в нем не было ни страха, ни мужества; даже в худших ситуациях его выражение лица оставалось нейтральным.

«Эй, ты, тупой великан, найди кого-нибудь себе по размеру», - сказал Уильям, глядя на гиганта, привлекая его внимание; тролль повернулся с дубинкой в руке, он был готов ударить маленького волшебника, но Уилл посмотрел на него, приготовившись к нападению.

Тролль наклонился назад, набираясь сил, чтобы ударить Уильяма дубинкой, но в этот момент он потерял равновесие, его тело начало медленно подниматься, а дубинка упала на землю.

«Вингардиум Левиоса», - пробормотал Уильям, применяя свою магию; понимание этого простого заклинания немного увеличило силу мальчика.

Как только тролль поднялся к потолку, заклинание прекратило действовать, в результате чего тролль упал на землю с высокой скоростью; удар был недостаточно сильным, чтобы вырубить тролля, и он попытался встать, но Уильям снова использовал заклинание, чтобы поднять его к потолку и вновь опустить.

Гермиона наблюдала за этой сценой и за тем, как Уильяму удалось победить тролля в одиночку; она смотрела, как гигант поднимался и опускался с огромной скоростью, у тролля не было времени защищаться и он мог только пытаться выдерживать удары.

Тролль потерял сознание на пятом падении, но Уильям не остановился, и к тому времени, как учителя прибыли на место происшествия, его поразили заклинанием уже двенадцать раз. Уильям не заметил момента, когда прибыли Гарри и Рон, так как он действительно был сосредоточен на своей битве, если это можно так назвать.

Профессора были потрясены, увидев, что происходит: Уильям все еще не останавливался, а тролль продолжал подниматься и опускаться, земля покрылась кровью, а лицо тролля уже было изуродовано; враг был мертв, но Уильям, казалось, не хотел останавливаться.

«Иммобулус!» – воскликнула профессор МакГонагалл, останавливая Уильяма и тролля в воздухе. «Вы слышите меня, Уильям Розье?»

Уильям моргнул, давая понять, что он в сознании, профессор вздохнула и применила заклинание, сбросив тролля и освободив Уильяма.

«Объясните мне, что здесь происходит», - потребовала профессор, приходя в себя и посмотрев на Уильяма и остальных.

«Это моя вина, профессор МакГонагалл», - призналась девочка перед всеми учителями. «Я пошла искать Горного Тролля самостоятельно, я думала, что смогу справиться с ним сама, но я ошиблась, если бы не Уильям, я бы не выбралась живой. Гарри и Рон искали меня только потому, что волновались».

«Мы смогли стать свидетелями выступления молодого Уильяма в его битве с троллем, если это можно назвать битвой», - профессор МакГонагалл оглянулась на искалеченного Горного Тролля на полу, выражение ее лица было не лучшим, и она, казалось, не была расстроена, но почему-то удивлена. «Минус пять очков Гриффиндору за полное безрассудство; но благодаря молодому Розье двадцать очков Гриффиндору: не помню свидетельств о волшебнике его возраста, способном убить Горного Тролля, немногие справились бы».

Преподаватели ушли, и Уильям последовал их примеру; он первым ушел в общую комнату, его желудок пустовал, магические силы были практически исчерпаны, а после битвы с троллем его адреналин взлетел до небес.

Прежде чем лечь спать, он решил принять душ; мальчик снял одежду, покрытую кровью тролля, и принял душ, чтобы расслабиться. Закончив, Уильям сразу лег спать, долгое использование магии тоже не прибавило ему сил, и на следующий день ему пришлось посещать занятия.

Новость о поражении тролля не была обнародована, и сам Уильям не был заинтересован в том, чтобы другие знали о его способностях; с этого дня он начал регулярно посещать занятия, но во время перерыва он отправлялся в библиотеку, чтобы почитать книги.

Теперь, когда у него была волшебная библиотека, названная в его честь, он мог изучать заклинания быстрее и лучше, чем его сверстники, «Вингардиум Левиоса» – яркий тому пример.

Заклинания, на которых сосредоточился Уильям, были заклинаниями первого курса, он хотел узнать как можно больше и как можно чаще экспериментировать со своими биологическими способностями. Выбранными заклинаниями стали заклинание освещения «Люмос», заклинание разжигания огня «Инсендио», заклинание отделения «Диффиндо», которое позволяет разбивать объекты на части, также он начал изучать азы трансфигурации и кое-что ещё.

Мадам Пинс удивилась: большинство первокурсников просто прокручивали заклинания, а затем уходили из библиотеки или переходили к более продвинутым заклинаниям, но Уильям был другим: он старался как можно глубже изучать каждое отдельное заклинание, даже когда уже мог его использовать; очевидно, мадам Пинс знала о том, что произошло с троллем, и знала об особом методе обучения Уильяма; впрочем, ничего необычного.

Дни продолжали проходить спокойно, и знания Уильяма значительно обогатились; из изучаемых заклинаний только в одном мальчик достиг ста процентов мастерства, это «Люмос».

Со стопроцентным мастерством Уильям теперь мог зажигать кончик своей палочки без особых усилий; от силы магии, используемой в заклинании, зависла яркость света, но максимальный предел сравним с максимумом «Люмоса» любого другого волшебника.

Библиотека стала практически вторым домом Уилла, его презирали товарищи по факультету, у него почти не было друзей, и он продолжал свои тщательные поиски приключений.

Однажды утром во вторник, когда он завтракал после занятий, в окно влетела группа сов; все удивились количеству прилетевших птиц, и Уильям тоже, но его удивление возросло еще больше, когда он заметил, что сам стал мишенью сов.

Несколько посылок положили на стол перед изумленным Уильямом, в каждой находились записки, еще больше удивившие волшебника, когда он поднял одну из них и прочитал:

«Поздравляем, вы стали победителем лотереи гоблинов.

Поздравляем, вы стали победителем лотереи лепреконов.

Поздравляем, вы стали победителем лотереи эльфов».

Все письма содержали поздравления с победой в лотерее; Уильям ожидал, что выиграет, но он скорее ожидал, что ему придется самому пойти и забрать призы, в записках также было только одно предложение, которое, по-видимому, написали не без неудовольствия: гоблины ненавидели раздавать свои деньги, и прямо сейчас Уильям выиграл довольно много, по крайней мере так казалось по посылкам.

Уильям открыл одну из сумок, обнаружив несколько золотых галеонов, затем он засунул руку поглубже и почувствовал, что там намного больше; он снова прочитал маленькую записку. «Тысяча галеонов?!». Молодой человек проверил каждую из записок, и на всех было одно и то же сообщение; девятнадцать из двадцати посылок содержали сообщение о тысяче галеонов, плюс в сумках было необходимое пространство для хранения монет внутри.

Теперь, когда у него такая сумма денег, Уильям почувствовал, как гора спала с его плеч; даже если бы его дед выгнал его из замка, это не важно, ведь он смог бы позаботиться о себе с такими деньгами.

Уильям не смог удержаться от беззвучного смеха: многие его тревоги теперь стали пустяками, он мог спокойно продолжать учиться; пока его не исключили из Хогвартса, все прекрасно.

Когда он раскладывал посланные ему сумки для денег, он заметил в последней записку, отличавшуюся от других: в этой сумке были не золотые монеты, а совершенно круглое белое яйцо, Уильям положил яйцо в руки, не зная, что внутри. Мальчик осмотрелся и заметил, что все внимание приковано к нему, поэтому он решил снова убрать сумку и покинуть столовую: он должен был узнать содержимое яйца, но не здесь и не сейчас.

Как только Уильям вышел из столовой, чтобы проверить яйцо и отнести свой выигрыш, все студенты начали говорить о произошедшем.

«Ты видел это?» – спросил Рон, глядя на Гарри рядом, который кивнул в ответ. «Это всё лотерейные совы, мой брат Чарли рассказывал мне о чём-то таком, но никогда ни у кого не было столько призов сразу».

«Так ему действительно повезло?» - невинно спросил Гарри, на что Рон только отрицательно покачал головой.

«Ему не может так повезти, он явно обманул, в конце концов, он сын темного волшебника».

«Но недавно он спас Гермиону от тролля»

«Это была просто ошибка, Макгонагалл сказала это сама, студент не может убить Горного тролля, и ты сам видел: Уильям улыбался, когда атаковал тролля своим заклинанием, он злой волшебник, мы оба это знаем», - Рон набивал рот, комментируя то, что произошло несколько дней назад; они оба присутствовали во время нападения тролля, до того, как профессора прибыли на место происшествия.

«И все же Уильям спас Гермиону, она сама так сказала».

«Ты не понимаешь Гарри, Гермиона просто ошибалась, страх не позволял ей думать, и она верила только в то, что видела». У Рона было определенное презрение к консервативным чистокровным волшебникам, среди которых явно числился Розье, но Гарри, мало что понимавший в волшебном мире и сам долгое время являвшийся объектом жестокого обращения, знал, что не все люди такие, как их семьи.

Гермиона, находившаяся в нескольких шагах от дуэта, могла только беспомощно вздохнуть: она слишком хорошо знала, что видела; в ту ночь нападения она видела Уильяма в коридоре вдали от тролля. Девочка тихо окликнула его, но знала, что ее голос не достигнет его, однако Уильям все равно пришёл на помощь.

Сначала она подумала, что Уильям не подозревал о её присутствии, но, используя заклинание «Вингардиум левиоса», он оттолкнул тролля, позволив ей сбежать; было очевидно, что мальчик знал о ее присутствии.

Гермиона несколько раз пыталась поговорить с Уильямом, но он быстро исчезал после занятий, и когда он находился в библиотеке, он так сосредотачивался на обучении, что лучше было не беспокоить его; только во время еды он казался спокойным, но занимал самые дальние места; Гермиона не могла его понять. Уильям — редкий тип волшебника, не похожий ни на кого другого в Хогвартсе: волшебники беззаботны и стараются вписаться в свои факультеты, но Уильяму, похоже, было наплевать на своих сверстников.

Уильям не обращал внимания на взгляды людей, ему не было до них дела: сейчас в его руках было что-то более важное, и это не что иное, как яйцо в его руках.

Не останавливаясь, он покинул территорию замка и направился к единственному человеку, который мог помочь ему с его проблемой, ему нужна была помощь специалиста, и в его голове возник один человек – Рубеус Хагрид.

Хагрид сейчас был смотрителем Хогвартса, и только через два года он сможет наслаждаться престижной должностью профессора, отвечающего за занятия по уходу за волшебными существами.

Как будущий профессор по уходу за магическими существами, он обладал богатым опытом; Уильям направился в деревянную хижину Хагрида, довольно скромную, с тыквенным садом перед ней.

Уильям громко постучал в дверь, сделал два вдоха, ожидая, пока дверь, наконец, не открылась, представляя фигуру полувеликана: «Кто ты?»

«Здравствуйте, я Уильям Розье», - бесстрашно представился Уильям, заставив Хагрида вздрогнуть, едва мальчик произнёс свою фамилию.

«Розье?!»

«Да, моя фамилия довольно известна, - Уильям неловко потер шею, - и в плохом смысле».

Хагрид посмотрел на небо и вздохнул: «Тебе не нужно ничего рассказывать мне о своей семье, что тебе от меня нужно?»

Уильям мог понять реакцию Хагрида: полувеликан был членом Ордена феникса – врагов Пожирателей Смерти, то есть врагов семьи Розье. Оставив все предрассудки позади, Уильям вытащил яйцо, ставшее его призом в лотерее; он не знал, как яйцо могло стать призом, но он также не отказался бы от возможности заботиться о волшебном существе.

«Это яйцо, - указал Уильям, - чьё оно?»

«Клянусь бородой Мерлина! - удивленно воскликнул Хагрид. – Где ты взял это яйцо?»

«Я получил его в качестве лотерейного приза, но нигде не говорится, чье это яйцо; я думал, вы поймёте, так как вы смотритель Хогвартса; я не хотел идти к профессору магических существ, потому что он отнимет у меня яйцо, если оно представляет угрозу», – Уильям решил пойти честным путем: если он завоюет доверие Хагрида, это принесет ему много пользы в будущем.

Хагрид вздохнул, посмотрел на Уильяма и огляделся: «Заходи, нам лучше поговорить внутри». Следуя инструкциям великана, он вошел в хижину. «Присаживайся».

Уильям сел в кресло и повернулся лицом к Хагриду, который держал яйцо в руках. «Это яйцо принадлежит довольно особому виду магических существ, классифицированных как опасные», – произнёс Хагрид.

«Так вы знаете, к какому виду оно принадлежит?» - нетерпеливо спросил Уильям.

«Знаю ли я? - спросил Хагрид. – Конечно, знаю, это одно из самых впечатляющих волшебных существ, его статуя даже стоит у входа в кабинет директора Альбуса Дамблдора».

«Это грифон?!» - удивленно воскликнул Уильям.

«Да, знаю, это впечатляет, даже я очень впечатлен, у меня никогда не было возможности вырастить грифона, но если хочешь, я могу дать тебе парочку советов в этой области, конечно, если хочешь...»

«Это невероятно, - сказал Уильям, прерывая Хагрида и внимательно разглядывая яйцо. - Грифон.... это огромная ответственность, учитывая, что я, вероятно, не смогу держать его в замке; если кто-то узнает, грифон будет в опасности, а дома.... нет, мой дедушка не захочет заводить волшебное существо; не думаю, что он захотел бы видеть даже меня в замке сейчас», - Хагрид поднял брови на комментарий Уильяма, удивленный услышанным.

Уильям внезапно обернулся и посмотрел на Хагрида, произнеся: «Я знаю, что это немного несправедливо, и, возможно, я злоупотребляю нашей короткой дружбой, но... вы не поможете мне позаботиться о грифоне?»

В очередной раз Хагрид был удивлен: первый раз чистокровный волшебник, такой как Уильям, попросил его об одолжении; он сам знал, что подобные волшебники, так сказать, не питали дружеских чувств к его виду. Последним волшебником такого рода, которого он встретил, стал Сириус Блэк, позже предавший Поттера.

Хотя он без проблем помог бы Уильяму, он не решался оказать поддержку такому юноше, как этот: он не хотел проблем с чистокровными волшебниками, но в то же время ему было любопытно узнать о грифонах.

Хагрид вздохнул, закрыв глаза, когда принял решение. «Хорошо, я помогу тебе с грифоном, пока ты не сможешь заботиться о нем сам».

«Спасибо!». Улыбнувшись, Уильям, довольный ответом, полученным от полувеликана, быстро откланялся, чтобы вернуться в замок с яйцом; теперь у него на уме была значительная цель. Чем больше времени мальчик проводил в Хогвартсе, тем больше он узнавал и тем сильнее впечатлялся, а теперь ещё у него было яйцо волшебного существа.

Во время занятий полета на метле все старались изо всех сил не упасть и научиться правильному обращению с метлой, Уильям не был исключением из этого правила.

Гермиона не очень хорошо летала на метле, даже когда старалась изо всех сил, она была недостаточно хороша; девочка теряет равновесие, и ее контроль над метлой довольно посредственный. Драко Малфой, с другой стороны, мог в совершенстве обращаться с метлой, предположительно его научили давным-давно; в конце концов, он принадлежит к семье чистокровных волшебников.

​​

Способности Рона Уизли прискорбны, но именно он прикладывал к занятиям больше всего усилий: его мечтой было стать профессиональным игроком в квиддич – мечта многих волшебников в детстве, эквивалентная футбольным мечтам маггловских детей. Гарри Поттеру все еще приходилось посещать занятия, но он очень хотел помочь своему другу и попрактиковаться сам, в конце концов, он был ловцом команды Гриффиндора.

Уильям, с другой стороны, держался подальше от группы и летел медленно; все думали, это потому, что он плохо управлялся с метлой и не хотел этого показывать, но правда была в другом: он лежал на метле лицом вверх и читал свою книгу во время полета, а благодаря мысленному взору разбиться он не мог. Мальчик улучшал свою способность управлять метлой.

«Розье! - раздался пронзительный голос, привлекший внимание Уильяма, и мадам Трюк свистнула в свисток. – Поторопись, у нас будет гонка, чтобы посмотреть, кто как контролирует метлу».

Уильям перевел взгляд на собравшихся одноклассников; многие, казалось, были взволнованы темой гонки, среди них Рон, Гарри, Драко и последователи последнего. Уильям глубоко вздохнул и приказал своей метле двигаться с постоянной скоростью к гоночной трассе.

«Все готово!» - воскликнула мадам Трюк, глядя на своих учеников, готовившихся к гонке, в том числе готовился Уильям, отложивший свою книгу. «Приготовьтесь!». Еще один вздох Уильяма, и мадам Трюк, наконец, сигнализировала о начале гонки своим свистком.

Метла Уильяма летела вперёд с огромной скоростью, но не обгоняла первых летунов; мальчик не соревновался, он лишь следовал инструкциям учителя, ему было наплевать на детскую гонку, в конце концов, они были детьми.

«Подвинься, предатель крови!» - воскликнул Малфой из ниоткуда, замахнувшись метлой в сторону Уильяма и заставив его от неожиданности увернуться. Гонка шла плохо, Драко отстал от Гарри и Рона, это разозлило Малфоя, и он выместил злость на Уильяме, но это был худший выбор, который он мог сделать. Уильям никогда не был азартным человеком, но он также не был из тех, кого можно запугать, он не позволил бы такому человеку, как Драко, запугать его.

Уильям нахмурился, завладел своей метлой и сильно сжал древко; поскольку в прошлой жизни он ездил на мотоциклах, у него был довольно богатый опыт вождения, и он продемонстрирует это всем. Метла Уильяма внезапно ускорилась, как будто он нажал на газ на полную мощность, но это было в основном из-за того, что Уильям ввёл свою руку в метлу..

Драко все еще был сосредоточен на своей гонке и не заметил, когда Уильям оказался рядом с ним с выражением лица, полным зла. «Подвинься, чистокровный, испортишь вид». Метла Уильяма быстро обогнала метлу Драко и Рона, и мальчик столкнулся лицом к лицу с Гарри.

Гарри удивленно посмотрел в его сторону, он вообще не ожидал, что Уильям догонит его; мальчик думал, гонка будет решающей между ним и Драко. На правильные в этой ситуации слова совсем не было времени, так как он и сам был ловцом Гриффиндора, он не мог проиграть в гонке. Метла Уильяма снова ускорилась, медленно обгоняя Гарри Поттера; она все ещё находилась в том же положении, когда мальчики достигли финишной черты.

Разница между метлой Гарри и метлой Уильяма не была заметна, но они оба знали, кто победил; все они добрались до финиша, Драко был самым расстроенным, так как занял только третье место. Он смог обогнать Рона, но у него не было шансов против Гарри и Уильяма.

«Это была хорошая гонка, мальчики, я давно не видела таких быстрых летунов среди первокурсников, не только мистер Поттер, но и мистер Малфой и мистер Розье, все отлично управляются с метлой», – мадам Трюк была в восторге от выступления учеников. «Вы свободны».

Уильям слез с метлы и оставил ее на месте, он первым исчез и пошел не на обед, а прямо в общую комнату, чтобы изучить состояние яйца; он не хотел пропустить ни одной детали рождения своего грифона, к тому же у Уильяма все было записано в блокноте.

Поскольку настало время обеда, в общей комнате не было людей, ещё меньше народу в общежитиях, так что это идеальное время для Уильяма изучить яйцо грифона; он следовал всем инструкциям в книгах, чтобы не было никаких проблем, и Хагрид всегда давал ему совету. Большую часть дня проблем не было, или так думал Уильям до определённого момента; он никак не мог ожидать, что скоро его мирным денькам придёт конец.

Приближались рождественские каникулы, но Уильям не был заинтересован в возвращении домой, он все еще надеялся прожить дольше в этой второй жизни, а из-за решения шляпы и того, что теперь он Гриффиндорец, его дед и семья не приняли бы его.

Исследования заклинаний первого курса не дали сильного эффекта, даже когда Уилл начал читать всевозможные книги, не наблюдалось существенных изменений; тем самым юный волшебник проводил другие исследования: он изучал заклинания, которые казались бесполезными для других начинающих волшебников, но для него они были сокровищами. Одно из таких – «Петрификус Тоталус», проклятие, полностью парализующее жертву.

​​

Когда Уильям, как обычно, читал книгу, стоя сбоку от книжной полки, он услышал разговор, доносившийся от входа в библиотеку, и узнал специфический голос мадам Пинс, библиотекарши.

«Целебное зелье от фурункулов?» - спросила мадам Пинс, и голос достиг ушей Уильяма, который предпочел больше не слушать, а вернуться к своей книге.

«Мальчик там, возле полок, исследовал это зелье несколько недель назад; я помню, как он говорил, что смог приготовить его четырьмя различными полностью проверенными методами, если вы спросите его, я уверена, что он вам поможет», – мадам Пинс посмотрела на Уильяма краем глаза, ехидно усмехнувшись, в то время как последний устало вздохнул; очевидно, библиотекарь хотела как лучше, но правда заключалась в том, что мальчик не стеснялся, просто люди вокруг избегали контакта с ним, а сам Уильям не был заинтересован во взаимодействии с другими.

Пока Уильям жаловался про себя, он не заметил присутствия двух девочек перед ним, того же возраста, что и Уильям, но обе принадлежали к факультету Когтевран, факультету мудрости.

«Привет», - поприветствовала одна из девочек, смущенно глядя на беловолосого молодого человека с книгой в руке. «Мадам Пинс сказала...»

«Не волнуйтесь, я слышал, когда она упомянула обо мне, ее тон был слишком громким, чтобы не услышать; не ожидал такой громкости от библиотекаря, но, как погляжу, иногда правила нарушаются», - сказал Уильям нормальным тоном, глядя на девочек и закрывая книгу.

«Я всё слышу, мальчик», - ответила мадам Пинс, заставив девочек рассмеяться.

«В чем проблема?» - спросил Уильям, откладывая книгу и садясь за ближайший столик, девочки последовали за ним.

Глаза Уильяма не обманывали его, и, хотя у него не было свежих воспоминаний о прошлой жизни, он мог узнать двух девочек перед ним или частично угадать их личности.

Первую было легче узнать, ведь она превратилась в одного из самых ненавистных персонажей саги, первая девушка Гарри Поттера и первая разбившая ему сердце, юная Чо Чанг. Красивая девочка с длинными блестящими темными волосами, веснушчатым носом, немного более коротким, чем можно было ожидать; конечно, это была более юная версия, чем в фильме. Самым удивительным для Уильяма было то, что она оказалась первокурсницей: согласно книгам, она должна была быть второкурсницей, но, очевидно, существовали некоторые различия в том, что мальчик знал; некоторые вещи были такими же, как в фильмах, другие – как в книгах, Уилл не обладал информацией, на которую можно было бы с точностью положиться.

Определив личности людей, Уильям смог узнать во второй девушке лучшую подругу Чо Чанг, то есть Мариетту Эджкомб, девочку, которая в будущем донесет на армию Дамблдора Долорес Амбридж, а позже будет наказана заклинанием, созданным для информаторов, поэтому ее лицо покроется прыщами, которые образуют слово «Стукач» на всю оставшуюся жизнь.

«С зельем для заживления фурункулов у нас всегда трудности: почему-то всегда заканчивается тем, что оно лишь вызывает новые фурункулы», - сказала Чо Чанг, вытаскивая свой блокнот с заметками с зельеварения.

Уильям взял блокнот и указал на некоторые типичные ошибки или пункты, которые раньше упускались из виду; например, использование волдырных порошков для того, чтобы котел взорвался. Ещё один пункт также заключался в том, чтобы снять котел с огня, прежде чем добавлять иглы дикобраза, иначе котел расплавится, источая ужасный запах, и в случае, если жидкость прольется, кожа пострадавших покроется фурункулами.

«Мадам Пинс сказала, что у тебя четыре метода приготовления зелья, профессор Снейп упомянул только один, а в книгах упоминается другой, каковы два других метода?» – Мариетта была прямолинейна в своем вопросе, чем заслужила взгляд Уильяма и ухмылку, полные высокомерия.

Заметив дерзость своей подруги, Чо Чанг не замедлила вмешаться, чтобы убедить Уильяма, хотя в этом не было необходимости: «Мы хотели бы знать о двух методах варки, которые не упоминаются в школьных учебниках, я знаю, что твои методы, но...»

«Без проблем, ни один из методов не принадлежит мне, просто посмотрите получше в книгах, чтобы найти еще один метод, в третьем методе также десять шагов, как и в двух других», - Уильям написал шаги на странице блокнота Чо Чанг. «Поскольку профессор Снейп является экспертом в зельях, сто процентов он знает этот метод».

1. Нагрейте котел, пока зелье не станет красным.

2. Нагрейте его снова, пока оно не станет зеленым.

3. Добавляйте слизь шаровидного червя, пока зелье не станет розовым.

4. Снова нагрейте, пока оно не станет оранжевым.

5. Добавляйте сушеную крапиву, пока зелье не станет зелёным.

6. Нагрейте еще раз, пока оно не посинеет.

7. Добавляйте измельченные змеиные клыки, пока зелье не станет розовым.

8. Добавляйте иглы дикобраза, пока зелье не станет оранжевым.

9. Вливайте тушеных рогатых слизней, пока зелье не станет бирюзовым.

10. И последнее: нагрейте зелье, пока оно не станет красным (если продолжать нагревать до розового цвета, зелье станет более эффективным).

«Этот метод кажется более простым, чем другие», - заметила Мариетта, просматривая инструкции и изо всех сил стараясь быстро их запомнить, но Чо Чанг снова посмотрела на Уильяма.

«Какой четвертый метод?»

Уильям не мог не улыбнуться, увидев серьезность на лице Чо Чанг; она действительно хотела узнать о зелье – таково было первое впечатление в сознании Уильяма, который без колебаний написал формулу на бумаге. Он не был уверен, сколько еще людей знали об этом рецепте, но Уильям обнаружил его с помощью мысленного взора на пути к максимальному пониманию зелья.

1. Перемешайте зелье из исходного положения по часовой стрелке, пока смесь не поменяет цвет с синего на красный.

2. Добавляйте слизь шаровидного червя, пока зелье не станет розовым.

3. Сыпьте сушеную крапиву в зелье, пока оно не станет зеленым.

4. Раздавите змеиные клыки в ступке пестиком, затем добавляйте их в котел, пока зелье не станет желтым.

5. Добавляйте рогатых слизняков, пока зелье не станет синим.

6. Помешивайте по часовой стрелке, пока зелье снова не станет красным.

«Всего шесть шагов?» - спросила Чо Чанг, снова глядя на Уильяма.

«Да, это упрощенная версия, и вы можете получить зелье в два раза быстрее, чем это при предыдущих методах, плюс зелье будет в два раза мощнее», - Уильям записал несколько деталей под формулой.

«В два раза быстрее и в два раза мощнее», - снова пробормотала Чо Чанг себе под нос. «Если бы ты продавала это варево, то могла бы сколотить состояние и даже заработать место в зале славы».

Так как Чо Чанг была ребенком, она не могла видеть всю картину вещей, и Уильяму было неинтересно объяснять ей все до единой детали, поэтому она просто покачала головой: «Это просто маленький рецепт, ничего особенного».

Уильям продолжал болтать с Чо еще некоторое время, объясняя все непонятные моменты обеим девочкам, пока, наконец, не пришло время попрощаться.

«Спасибо, Уильям», - поблагодарила Чо с улыбкой на лице.

Уильям удивился: он раньше не упоминал своего имени и не слышал, чтобы мадам Пинс делала это. «Откуда?»

«Откуда я знаю твое имя?» - спросила Чо, на что Уильям кивнул. «Ты знаменит в школе, плюс не многие волшебники имеют белые волосы и являются учениками Гриффиндора, признаюсь, я не решалась поговорить с тобой, но ты оказался не таким страшным, как по слухам. Кстати, меня зовут Чо Чанг, я из Когтеврана, мы можем поболтать побольше в другой раз».

Чо вышла из библиотеки со своей подругой, оставив Уильяма ошеломленно смотреть на выход. «Ты в первый раз разговариваешь с девочкой?» - спросила мадам Пинс рядом с Уильямом. «Ты выглядишь как совсем зелёный, старайся чаще расчесывать волосы и постарайся не обзаводиться множеством темных кругов под глазами».

Занятия по защите от темных искусств – один из самых популярных предметов в Хогвартсе, но и самый спорный на протяжении всей истории из-за частой смены преподавателей.

У Уильяма, как и у всех первокурсников, был этот предмет в учебном плане в качестве обязательного; по правде говоря, это единственный предмет, который ни один волшебник не был против изучать.

​​

Дежурным профессором был Квиринус Квиррелл – высокий, худой и светлокожий волшебник, очень бледный, по мнению Уильяма, но Уильям знал причину; левый глаз профессора нервно подергивался, и он заикался, когда говорил, кроме того, его часто трясло. В глазах молодых волшебников он был не более чем трусом, и они смеялись над профессором приглушенными голосами или в коридорах.

«Отталкивающий с-сглаз «Фли-Флипендо» можно использовать для о...о-оглушения нескольких врагов или активации некоторых пере-реключателей», – прерывистый голос профессора Квиррелла едва был слышен в самых дальних концах зала, где Уильям сидел с несколькими бумагами в руках; он не обращал внимания непосредственно на слова Квиррелла, так как «Флипендо» он уже добавил в свой репертуар несколько дней назад.

Уильяма не интересовали никакие слова профессора, по правде говоря, заикание Квирелла действовало ему на нервы, и именно поэтому Уильям был сосредоточен на своих бумагах, а точнее, на листе, на котором нужно было записать магические формулы и возможные вариации этих формул.

«Подождать, пока свечение палочки не станет ярко-фиолетовым, и что же дальше?» – Уильям посмотрел в сторону, заметив девочку, сосредоточившуюся на своих бумагах: «Что произойдет, если свет изменится на другой цвет?»

«Разве ты не была спереди?» – спросил Уильям, узнав Гермиону Грейнджер, студентку с прозвищем Книжный червь; это прозвище также стало бы прозвищем Уильяма, если бы Уильям не являлся сыном Пожирателя Смерти, вместо этого среди учеников его называют маленьким Пожирателем Смерти.

«Я хотела посмотреть на класс с более отдаленной стороны, я все равно знаю заклинание, и я вижу, что ты делаешь то же самое», - спокойно сказала Гермиона, доказав, что достойна прозвища Книжный червь. Уильяма также назвали бы книжным червем, если бы не престиж его семьи.

«Я просто делаю небольшие заметки», - сказал Уильям, записывая заметку на свой лист с заклинанием «Флипендо». «Если ты позволишь цвету измениться с яркого сиренево-красного, то заклинание пойдет в противоположном направлении, отскакивая от использующего, но если ты заставишь его быстро стать темно-красным, то эффект, утроится; проблема в том, что у тебя должна быть по крайней мере сила взрослого, получить красный свет».

«Красный свет?» - спросила Гермиона. «Я кое-что знала о сиренево-красном свете, но я ничего не заметила о красном свете, откуда ты это узнал?»

На вопрос девушки Уильям снова вытащил лист и протянул ей: «Вот расчеты заклинания, ты не найдёшь их в книге, потому что, похоже, никто не хочет их записывать».

«Или никто никогда не догадывался об этом раньше», - перебила Гермиона, снова посмотрев на Уильяма. «Это новое заклинание, не оригинальное “Флипендо”».

«На данный момент это всего лишь переменная уже созданного заклинания, к тому же оно находится на стадии теории, у меня недостаточно сил, чтобы продемонстрировать его перед всеми, и оно останется лишь в теории на некоторое время», - Уильям откинулся на спинку стула, переключая часть своего внимания на уроки Квиррелла: он не хотел превращаться в цель этого волшебника, по крайней мере, не сейчас.

«Ты сделал то же самое с троллем?»

«Что?»

«В тот день, когда тролль проник в замок, ты столкнулся с ним и убил его, ты использовал заклинание, которому учили в классе, но ты использовал его по-другому», - Гермиона снова посмотрела на Уильяма. - «Я бы никогда не подумала использовать его таким образом, кроме того, «Вингардиум Левиоса» не может поднимать живых существ».

Уильям раздраженно почесал в затылке, рядом с ним был один из главных героев саги, спрашивавший о заклинаниях; было бы просто сбить ее с толку, но через некоторое время она поймет это, лучшим вариантом, по мнению Уильяма, было научить ее, как он сам использовал заклинания.

«Это связано с использованием маггловских теорий: магия изменит свою сущность и будет развиваться по-другому».

«Теории магглов?!» – воскликнула Гермиона, вставая со своего места и, следовательно, привлекая внимание всех в классе, включая Квиррелла. «Извините, профессор», – извинилась девочка, Уильям видел, как Рон усмехнулся внизу, но в тот момент, когда они встретились взглядами, он перестал смеяться.

Гермиона вернулась на свое место и пробормотала: «И как это ты использовал маггловские теории?»

«Я использовал теорию гравитации, применяемую Исааком Ньютоном, и атомную теорию, пропагандируемую многими физиками», - Уильям дал неопределенный ответ, но Гермиона была более шокирована этим, поскольку она происходила из маггловского общества, с которым была хорошо знакома, и ей было хорошо известно, что волшебники ненавидят магглов так же, как и их знания, но вот он, Уильям, чистокровный волшебник того же возраста, что и она, однако с большим количеством знаний о маггловском обществе, чем у нее, до такой степени, что он смог применить это в магии.

«Уи-Уильям Розье, не могли бы вы выйти для демонстрации?» - крикнул Квиррелл беловолосому мальчику с дальнего конца трибун.

«Конечно», – Уильям шагнул вперед, пересек класс и вышел вперед.

«М-можете ли вы использовать… з-заклинание?» – спросил Квиррелл, Уильям спокойно взмахнул палочкой и произнес заклинание в сторону одного из тестовых манекенов, этот манекен качнулся назад от силы заклинания, удивив всех.

Квиррелл радостно хлопнул в ладоши: «Хорошо, д-давайте перейдем к следующему».

«Но я хотел бы, чтобы профессор Квиррелл помог мне в тренировке этого заклинания, я предлагаю дружескую дуэль перед классом», - Уильям улыбнулся и протянул руку профессору. - «Думаю, что это лучший способ потренироваться в защите от темных искусств».

Все ученики поддержали идею, и хотя профессор Квиррелл хотел отказаться, в конце концов он сдался под давлением.

Профессор Квиррелл выпрямился, глядя на Уильяма; воздух вокруг него слегка изменился, незаметно для других, но мысленный взор невозможно было обмануть.

Чувства Уильяма обострились, и даже по коже побежали мурашки; прямо сейчас, возможно, состоится его первый бой против величайшего темного волшебника в истории или, по крайней мере, его паразитической формы – босса его отца, так сказать.

​​

«Это тренировочная дуэль», - сказал Квиррелл, не заикаясь и не дрожа. «Можно использовать только заклинание «Флипендо», и это будет примером для остального класса. Если мистеру Розье удастся победить меня, то Гриффиндор получит двадцать очков в качестве приза».

«Я бы сделал это даже без очков», – Уильям сжал свою палочку, заняв позицию обычной дуэли, спиной к спине с профессором Квирреллом; в этот момент он использовал свой мысленный взор, чтобы увидеть внешность Волан-де-Морта. Лицо темного волшебника было встроено в голову Квиррелла, и это оказалось в несколько раз страшнее, чем в экранизации. Уильям даже мог сказать, что Волан-де-Морт уставился на него.

«Предатель Розье усвоит урок, связываться с профессором – это не игрушки», - засмеялся Драко вместе со своими последователями, с нетерпением ожидающими, когда развернется эта дуэль.

Гермиона знала Уильяма совсем немного, но нельзя было отрицать, что он спас ее раньше; она занервничала и даже посчитала Уильяма слишком опрометчивым человеком, чтобы просить о дуэли с профессором, словно это игра.

Рон и Гарри, с другой стороны, были взволнованы: они впервые увидят подобную дуэль. Оба были свидетелями демонстрации навыков Уильяма против тролля, проникнувшего в замок, поэтому они с нетерпением ждали, как он победит профессора Квиррелла. Рон хотел бы, чтобы бой был против Снейпа, но этого никогда не произойдет: никто не хотел связываться со Снейпом.

Уильям и Квиррелл медленно разделились спина к спине и заняли боевые позиции, у Квиррелла была профессиональная стойка без уязвимостей, в отличие от Уильяма, который решил подражать позиции Снейпа во время его дуэли против Златопуста Локонса.

«Флипендо!». Было очевидно, что первым, кто закончит заклинание, станет Квиррелл; многие студенты предполагали это, но профессор не знал, что Уильям тоже этого ожидал. Нет, можно было сказать, что Уильям наблюдал за тем, где будет произнесено заклинание.

Уильям отпрыгнул в сторону, избегая заклинания, одновременно используя свое собственное; поскольку свет от его палочки стал ярким сиренево-красным, заклинание двигалось быстро, но Квиррелл оказался быстрее.

«Флипендо!» - снова воскликнул Квиррелл, на этот раз заклинание сильнее и быстрее; Уилл был быстр, но не слишком быстр, теперь он сам понял, что уклониться невозможно, но решение было: он поднял свой плащ и бросил его навстречу заклинанию, поэтому его тело не задело, но в то же время плащ послужил отвлекающим фактором.

Студенты и Квиррелл видели, как развевается плащ, однако Уильяма там не оказалось. Уильям заполз под демонстрационный стол, концентрируя магию на своей вариации, пока не оказался всего в нескольких шагах от профессора. Положение Уильяма было катастрофическим и совсем нецелесообразным, он лежал на полу, указывая палочкой вверх. «Попался!» – воскликнул Уильям, улыбаясь. «Флипендо!»

Заклинание сработало не в сторону тела профессора Квиррелла, а в сторону тюрбана; целью в глазах беловолосого мальчика стало не что иное, как тюрбан: если он уничтожит его, то личность Волан-де-Морта будет раскрыта, Дамблдору придется действовать из чувства долга, и все решится во время рождественских каникул.

В глазах Квиррелла четко читался страх перед этим заклинанием, он сделал несколько шагов назад с невиданной прежде скоростью, держа тюрбан на голове. «Вот и все», - сказал он из ниоткуда, удивив присутствующих. «Двадцать очков Гриффиндору, вы можете покинуть класс... и мистер Розье, это была отличная демонстрация».

Уильям поднялся с пола и почистил свою одежду. «Могу сказать то же самое, профессор Квиррелл, но я знаю, что вы сдерживались со мной, я благодарен вам за то, что вы исполнили мою просьбу», – Уильям поклонился и пошел за своей мантией, которая находилась далеко.

Ученики вскоре покинули комнату, все еще думая о дуэли, ведь нечасто можно увидеть дуэли между учениками и учителями, не говоря уже о тех ситуациях, когда ученик загоняет учителя в угол.

Уильям все еще отряхивал мантию, когда выходил из класса, и заметил Гермиону, ожидавшую его снаружи. «Это был совершенно безрассудный поступок, совсем не по правилам, дуэли между учителями и учениками запрещены».

«Да?» - удивленно спросил Уильям. «Я не знал, я просто хотел испытать ощущение дуэли и проверить теорию моего заклинания, но безрезультатно. Я не смог довести «Флипендо» до третьего уровня».

«Ты все равно заработал двадцать очков для Гриффиндора».

«Очки меня не интересуют, если факультет выиграет дуэль, я ничего не получу, я бы предпочел личный приз», - Уильям наконец надел свой плащ. «Тем не менее, я полагаю, в остальном хорошо, что я выиграл эти очки, по крайней мере, другие выиграли от самого бесполезного приза из всех».

«Я знаю, я говорил тебе, что объясню получше свои формулы, но, думаю, в другой раз; мне нужно идти в хижину смотрителя, извини», - Уильям отошел от Гермионы; очевидно, его первым пунктом назначения являются спальни, чтобы забрать яйцо.

«К Хагриду?» - удивленно спросила Гермиона, глядя на спину мальчика.

«Наконец-то я нашла тебя», – Гермиона стояла перед Уильямом, читавшим книгу в библиотеке у книжной полки рядом с запретной секцией; книга, о которой шла речь, была о заклинании Таранталлегра, заклинании танцующих ног.

Уильям оторвал свое внимание от книги и посмотрел на девочку: «Что случилось?»

​​

«Ты сказал, что научишь меня заклинаниям и теориям магглов», - ответила Гермиона, показывая несколько бумаг в своих руках. «Я готовилась к этому, но прошло три дня с тех пор, как ты это сказал, и я нигде не могла тебя найти, ты не появился в общей комнате, я ждала тебя».

«Ах, я был занят, мне нужно было прочитать много... книг, и я приходил в общую комнату после комендантского часа».

«После?!» – воскликнула Гермиона, глядя на беловолосого мальчика. «Как это тебя не поймали?»

Уильям невинно пожал плечами: правда заключалась в том, что он знал, но не мог сказать, ведь мысленный взор оставался загадкой даже для него самого.

«Но хорошо, ты уже здесь, тогда я мог бы объяснить прямо сейчас», – Уильям закрыл книгу и подошел к ближайшему столу, где лежали его собственные вещи, они оба сели лицом друг к другу. «Напомни, о чем был вопрос?»

«О “Вингардиум Левиоса”, когда ты использовал его против горного тролля».

«Ах, вспомнил», - сказал Уильям, - «Насчёт левитации и ударов троллей. Прежде всего я спрошу: в чем разница между левитационным, ракетным, парящим заклинанием и заклинанием скольжения?»

«Заклинание левитации используется для того, чтобы заставить предметы летать или левитировать, в то время как другие являются его вариациями. Ракетное заклинание заставляет цель подниматься с высокой скоростью, парящее заклинание позволяет объекту перемещаться в воздухе, а заклинание скольжения является менее магическим вариантом», - быстро ответила Гермиона, как и ожидал Уильям, т. е. это правильный ответ для экзамена

«Но с какой точки объект парит или левитирует?»

Гермиона указала пальцем вверх: «Вверху?»

«Что произойдет, если я буду стоять на потолке и захочу заставить объект левитировать?» - спросил Уильям, снова указывая вверх.

Великий интеллект Гермионы быстро подхватил идею: «Если на потолке, то твой верх находится на полу, если ты находишься слева, твой верх находится справа, а также наоборот. Это означает...»

«Это зависит от точки зрения, на которую ты указываешь, левитирующее заклинание – это просто игра разума, основанная на гравитации, той невидимой силе, которая удерживает объекты, прилипшие к земле, магии природы, объясненной маглом Исааком Ньютоном в 17 веке».

«Гравитация?» - спросила Гермиона, немного сомневаясь в том, что говорил Уильям, но он просто взял книгу и бросил ее на пол.

«Гравитация, - повторил он снова, – энергия, которая заставляет объекты и людей достигать земли, все основано на электромагнитных полях земли, но все это ты должна изучить подробно, самое важное сейчас – это разум; «Вингардиум левиоса» – заклинание, заставляющее объект парить в соответствии с твоей точкой зрения и само по себе допускает перемещение, все вариации заклинания не особо полезные, единственное, что необходимо, это основное заклинание и мысленная перспектива».

«Но как насчет тролля?» - снова спросила Гермиона.

«Я основывался на теории атомов: все состоит из атомов, а атомы не считаются живыми существами. Опять же, есть перспектива заклинания; тот факт, что ты не можешь заставить левитировать живое существо, означает, что существует связь или физический спектр, которые не совместимы, но мы знаем, что неодушевленные объекты можно заставить левитировать. Теперь нам просто нужно искать предметы с атомами, и если атомы можно заставить левитировать, тогда тебе не нужно заставлять левитировать тело, но атомы, окружающие тело, создают невидимый «костюм», покрывающий цель. Остальное – магия», – Уильям наложил заклинание на себя и Гермиону, заставив их обоих слегка воспарить. «Магия зависит от головы, чем более ты открыта, тем больше ты можешь сделать», - сказал Уильям.

Гермиона была в восторге, увидев, что она парит с таким простым заклинанием, как «Вингардиум Левиоса».

Они провели вторую половину дня вместе в библиотеке, Уильям объяснял каждую вещь, которая повлияла на его заклинания, давая ответы на все вопросы девочки; когда они закончили свои занятия, солнце уже опускалось, и свет исчезал.

«Пришла пора возвращаться домой».

«Так рано?» – спросил Уильям, глядя в окно. «Мадам Пинс все еще в библиотеке».

«Ты уходишь вслед за ней?»

«Конечно, кто-то должен убедиться, что внутри никого нет», - произнёс Уильям, притворяясь гордым.

«И все же я думаю, что лучше вернуться в общую комнату, пока не стало слишком поздно, я не хочу получить наказание», – Гермиона встала и потянула Уильяма за руку, заставляя последнего следовать за ней, между вздохами беловолосый мальчик мог лишь вяло передвигать ногами, в то время как его вещи парили за ним.

Когда они вышли из библиотеки, Уильям внимательно следовал за Гермионой, пока они не столкнулись лицом к лицу с двумя черноволосыми учениками, выглядевшими совершенно одинаково: «Джессика, разве это не Уильям Розье, маленький неудачник из Гриффиндора, который прошел мимо нас?»

«Твои глаза не врут, Дамиан, это, безусловно, наш младший брат-неудачник», - улыбнулась ученица Слизерина, слегка взмахнув палочкой. «Ты забыл проявить уважение к своим старшим родственникам?»

«Кто они?» - спросила Гермиона шепотом, подойдя к Уильяму.

Уильям издал долгий усталый вздох: «Это мои брат и сестра, Джессика и Дамиан Розье, оба, как ты можешь заметить, принадлежат к Слизерину».

«Факультет, к которому ты, к счастью, не принадлежишь; такой неудачник, как ты, недостоин быть с настоящими чистокровными, для тебя лучше спрятаться рядом с Уизли, которые все вместе валяются в грязи», - засмеялся Дамиан, глядя на своего младшего брата. «Подумай о том, что рядом с тобой тоже грязнокровка».

Уильям протянул руку и спрятал Гермиону за спиной. «Не трогай её, твоя цель я, давай держать чужаков подальше от домашних разборок, как ты думаешь, это мудро, братец?»

«Тц»

Джессика слегка рассмеялась: «Очевидно, маленький Уильям научился стоять за себя, может быть, он действительно Гриффиндорец, в конце концов; жаль, твои друзья так не думают. Розье в Гриффиндоре, они, должны быть, думают, что история закончится так же, как и с Сириусом Блэком».

Выражение лица Уильяма не изменилось даже после комментариев его родственников, ему действительно было все равно, что они говорят. Гермиона, с другой стороны, смотрела на Уильяма так, словно он был бездомной собакой под дождем.

«И все же наш долг поздравить тебя с поступлением в Хогвартс, никто не надеялся на такого сквиба, как ты, но ты все равно сделал это, ты даже вызвал своего профессора на дуэль, мама будет рада, когда ты вернешься домой», - и брат, и сестра зловеще рассмеялись и продолжили свой путь, оставив Уильяма рядом с Гермионой в свободном коридоре.

«Давай, мы должны добраться домой до комендантского часа», – сказал Уильям, идя как ни в чем не бывало, выражение его лица совсем не изменилось, но Гермиона заметила блеск в его глазах, неконтролируемый гнев, который отразился на каменном лице беловолосого парня.

Когда дуэт вернулся в общую комнату, царила атмосфера смеха и разговоров, даже Гермиона дружила с некоторыми девочками и другими учениками, но Уильям, наоборот, просто шел к общежитиям, ни с кем не разговаривая; все слонялись по комнате, стараясь не столкнуться с беловолосым мальчиком, тогда Гермиона вспомнила, что сказали брат и сестра Уильяма.

Гермиона сделала шаг вперед, чтобы поговорить с Уильямом, но он уже исчез, как будто вокруг никого не было, точно одинокий волк.

​​

«Гермиона, ты была с Розье?» - спросил Рон, подойдя к Гарри.

«Да, - сухо ответила девочка, - он учил меня в библиотеке».

«Розье учит маглорожденную девочку?» - удивленно спросил Перси, слышавший слова Гермионы. «Мир меняется».

«Гермиона, ты уверена, что он не заколдовал тебя или не наложил на тебя проклятие?» - спросил Рон, обеспокоенно и пристально глядя на подругу. «Ты не можешь доверять Розье, даже если у него, похоже, добрые намерения, в конце концов, он просто слизеринец в душе, все это знают», - окружающие ученики кивнули, соглашаясь со словами Рона.

«Не обманывайся, Гермиона, Розье умеют говорить красиво, все в волшебном мире знают это, - Перси положил руку на плечо, давая совет Гермионе. - Меня одурачила его старшая сестра, Лесли Розье. А моего брата Билла одурачила Эбби Розье, моего отца Артура тоже одурачил Эван Розье, отец Уильяма. Короче говоря, не доверяй Розье, они еще более коварны, чем Малфои».

Гермиона не хотела верить словам своих спутников, но у всех старшекурсников имелись похожие свидетельства; даже если бы она хотела защитить Уильяма, это казалось невозможным, учитывая репутацию его родственников. Наконец она замолчала, но мальчики не знали, что Уильям слушал на втором этаже.

«Я не думаю, что ты плохой человек, Уильям, ты помог мне найти мою жабу Тревора и не дал тростям упасть на меня в первый день», - сказал Невилл, лежавший на одной из кроватей рядом с Уильямом, заставив Уильяма улыбнуться и почти повеселеть.

«Спасибо, Невилл, это много значит для меня».

«Без проблем», – этот невинный маленький мальчик всегда говорил правду, и даже когда он казался слабее других, в конце концов, он оставался самым храбрым из всех.

На следующее утро Уильям рано встал с постели, сделал небольшую зарядку и принял душ, ничего необычного. Его ждал завтрак в большой столовой, и благодаря своим простым заклинаниям ему удалось превратить молоко в кофе; не то чтобы он презирал молоко, но кофе был его верным спутником всю жизнь, так почему бы и не удвоить порцию?

В тот день Уильям чувствовал на себе пристальные взгляды учеников, но они отличались от обычных, то есть не были дружелюбными; все вели себя странно, как будто разговаривали за его спиной.

Гермиона, находившаяся далеко по другую сторону стола, знала, что произошло и почему все говорили о Уильяме; весь Хогвартс знает об этом, кроме самого Уильяма, который ни с кем не общается.

«Как ты можешь так говорить о Уильяме?» – спросила Гермиона, оглядывая всех вокруг. «Это полное лицемерие от имени нашего учебного факультета».

«Ты что, слепая, Гермиона?» - спросил Рон, услышав комментарии своей одноклассницы.

«Уильям сражался с Квирреллом, используя заклинание, которое мы только начинали изучать; очевидно, он использовал темную магию, чтобы выиграть дуэль, в конце концов, он волшебник семьи Розье».

«Разве Розье не может быть хорошим?» – спросила Гермиона, глядя на двух своих спутников. «Я мало что знаю о Уильяме, но я точно знаю, что использование темной магии – это просто ложь, обман. Уильям использует обычную магию, дело в том, что он смешивает маггловские исследования с магией».

«У тебя доказательства того, что он говорит правду? - спросил Рон. – Мы трое были свидетелями того, как он прикончил тролля, ни одно «Вингардиум Левиоса» не способно на это, даже профессор Флитвик не смог бы воссоздать заклинание».

«Все дело в разных точках зрения», - пробормотала Гермиона, наблюдая за Уильямом издалека.

Занятия продолжались в обычном режиме, на уроке зелий профессор Северус Снейп похвалил Уильяма, когда он успешно приготовил зелье, о котором ранее рассказывал Чо Чанг в библиотеке; очевидно, Снейп был недоволен тем фактом, что Уилл являлся гриффиндорцем.

На занятиях по Защите от темных искусств не прозвучало ни одного комментария относительно предыдущей дуэли, Квиррелл не беспокоил Уильяма, и последний не предпринимал никаких рискованных шагов, его шанс разоблачить Волан-де-Морта пропал, повторная попытка стала бы только искушением судьбы.

Уильям все еще сомневался в своём будущем, учитывая, что он был частью семьи Розье, он неизбежно стал бы частью планов Волан-де-Морта, по крайней мере, если он ничего не сделает. У него было два варианта на уме: присоединиться к Ордену феникса или сбежать на другой конец света и подождать, пока буря пройдет; последний вариант был действительно заманчивым, но Уильям хотел продолжать практиковать магию и учиться намного большему, он постепенно все сильнее жаждал знаний.

Побег не рассматривался как вариант, а вступление в Орден феникса было бы нелепостью с его личностью, у него оставался только один вариант: становиться сильным самостоятельно, но это казалось нереальным; учитывая его шансы, он должен был разработать лучший план, продвигая сюжет оригинальной истории.

Рождественские каникулы были не за горами, ученики готовились покинуть школу, чтобы отправиться домой, снег падал с неба, покрывая землю, и повсюду царили улыбки.

Весь Хогвартс был украшен к праздникам, и ученики ждали, чтобы получить свои подарки.

​​

Многие ученики решили отправиться домой, чтобы отпраздновать, но, конечно, Уильям не из их числа. Он не хотел видеть свою семью, после его небольшого разговора с братом и сестрой он знал, что ему не нужно приближаться к дому, дела пойдут не в лучшем для него направлении. Самым мудрым решением было оставаться рядом с библиотекой, где его никто не побеспокоит, или изучать яйцо грифона рядом с Хагридом.

«Это яйцо дракона?» - спросил Уильям, глядя на овальный предмет золотистого цвета на столе; по-прежнему не было признаков скорого вылупления, но из-за рассказов старого мира Уильям возлагал большие надежды.

«Конечно, это яйцо дракона, оно на одну категорию выше твоего грифона, его будет намного сложнее вырастить, но я знаю, что если растить его с любовью, это будет хороший дракон», - Хагрид громко рассмеялся, подтягивая живот.

«Как у тебя оказалось это яйцо?»

«Недавно я играл в карты с незнакомцем в трактире «Кабанья голова», может быть, я выпил немного медовухи, ну, ладно, не немного, но делов том, что я еще не был пьян, я честно выиграл у него яйцо и согласился помочь ему в его исследовании трехголовых собак. Их редко встретишь, а я по случайности как раз дрессировал одну такую, - рассказал Хагрид Уильяму, поправляя пару перчаток на руках. – Еще рано для вылупления, но я узнал метод, который поможет тебе с твоим грифоном».

«Новый метод?»

«Нет, он не новый, просто о нем мало написано в книгах, знаешь, в книгах обычно описываются более сложные методы», - сказал Хагрид с несколько нервной улыбкой, когда он взял яйцо грифона, положил его в металлическое ведро и поставил на медленный огонь в камине. «Тебе не нужно бояться, я использовал специальные дрова, чтобы яйца вылуплялись быстрее».

И мальчик, и полугигант долго болтали о волшебных существах и методах размножения, Уильям даже составил список всех советов Хагрида. Мало кто знал, но когда дело доходит до разведения опасных магических видов, Хагрид заслуживает медали и почестей.

ТРЕСК!

Звук привлек внимание обоих внутри хижины, Хагрид воспользовался перчатками, чтобы вынуть яйцо из ведра и положить его на стол, яйцо начало раскачиваться, и скорлупа вскоре треснула.

«Вот оно, - взволнованно сказал Хагрид, затем подтолкнул Уильяма так, чтобы он оказался перед яйцом. – Ты его отец, ты должен присутствовать, тебя он должен увидеть первым!»

Уильяму, с одной стороны, хотелось посмеяться над комментарием Хагрида, но он знал, что сказанное им правда; важно, чтобы он присутствовал и чтобы нежные отношения между волшебником и волшебным существом начинались с положительных моментов.

«Привет, малыш», – Уильям протянул палец в сторону маленького грифона, который едва мог моргать; его тело было покрыто чем-то жидковатым, на теле находился пушок, и все, но, в конце концов, он всего лишь новорожденный.

«Разве это не прекрасно, Уильям?» - спросил Хагрид с выражением лица, полным нежности. – Волшебные существа действительно прекрасны; видеть, как рождается одно из этих существ, - это опыт, который мало кто получает, я действительно рад, что ты здесь со мной».

«Я благодарен тебе за помощь, Хагрид, я действительно не смог бы справиться с этим без твоей помощи, возможно, этот малыш никогда бы не родился, если бы не ты».

Хагрид покачал головой в ответ на комментарий Уильяма: «Неправда, с твоим умом ты бы как-нибудь справился».

«Между теорией и практикой большая разница, может быть, информация есть в книгах, но я не всегда могу применить её правильно. Я бы, конечно, хотел сделать все правильно, но я же не гений, поэтому я благодарен, что ты помог мне с моей проблемой, даже зная, кто мои родственники, – Уильям протянул руку Хагриду с широко раскрытой ладонью, – Большое тебе спасибо».

Учитывая темперамент великана-полукровки, он не смог сдержать слез и пожал руку Уиллу.

«К-как назовешь его?»

«Как назову?»

«Да, как назовёшь»

«Ах, я действительно не думал об этом до сих пор», - Уильям погладил подбородок, думая о имени для своего маленького друга; пока мальчик думал, он заметил среди вещей Хагрида несколько банок, в каждой из которых, в частности, были фрукты. «Сливовое варенье, слива, чернослив… Пруна (prune – «чернослив» по-английски)!»

«Пруна?» - спросил Хагрид, заинтригованно глядя на маленького чистокровного волшебника.

«Да, ее будут звать Пруна», - удовлетворенно сказал Уильям, отчего брови Хагрида поползли вверх, а на лице возникла вымученная улыбка.

«Уильям, ты не очень хорошо разбираешься в именах»

Теперь, когда грифон вылез из своей скорлупы, у Уильяма стало на одну заботу меньше и на одного друга больше; у него уже два друга, считая Хагрида, у которого теперь не было явного предубеждения по отношению к Уильяму из-за его происхождения.

«Хагрид, ты знаешь о цербере и легенде о трехголовых собаках?» - спросил Уильям, кормя маленького грифона.

​​

«Легенда маглов гласит, что трехголовый пёс охраняет врата ада в мифологии греков?» – высказал Хагрид свои предположения, когда он увидел, что Уильям кивнул в подтверждение, а затем замолчал. «Трехголовые собаки – редкий вид, за ними несколько трудно ухаживать и еще труднее их приручить, но, как я уже говорил тебе, я делал это раньше».

Хагрид поставил две чашки чая на стол, передав одну Уильяму: «В этом-то и проблема»

«Какая проблема?»

«Сколько трехголовых собак известно в мире?»

Хагрид посмотрел в потолок и подумал: «Я думаю, что несколько тысяч или, может быть, немного меньше; дело в том, что очень трудно найти щенка за пределами Греции, если ты хочешь его завести, я мог бы тебя направить, но невозможно завести щенка, даже тот, которого я вырастил, не на сто процентов мой собственный».

«Принимая во внимание, что собака, которую ты вырастил, находится в Хогвартсе и что эти псы в основном используются для охраны сокровищ, я полагаю, в Хогвартсе у нас есть заманчивое сокровище; если подумать, то существует только ряд возможных предметов на эту роль, среди которых меч Годрика Гриффиндора и философский камень, последний вариант более возможный», - Уильям, казалось, расставлял вещи в уме по порядку, как если бы это была головоломка.

Для Хагрида слова Уильяма были как стрелы, ему не нужно было говорить то, что он держал в секрете, но оказалось трудно молчать, когда все раскрывалось перед ним.

«Это должен быть меч Годрика Гриффиндора!» - воскликнул Хагрид в отчаянии, отчего содержимое его чашки вылилось на стол.

«Тогда это философский камень!»

Хагрид устало вздохнул: «Почему камень?»

«Есть несколько причин: директор Дамблдор и Николас Фламель были хорошими друзьями в течение многих лет, они оба знают о философском камне и его ценности, камера, которую они украли из Гринготтса, была частью вещей Дамблдора, но есть ещё кое-что, в чем я все еще не уверен».

«Что это может быть такое, что не вписывается в твои рассуждения?» - спросил Хагрид, сдаваясь в попытке сохранить секрет: у Уильяма, похоже, не было плохих намерений, и, кроме того, он просто бросался догадками.

«Личность вора».

«Любой хочет вечно жить, ты бы удивился, сколько волшебников хотят бессмертия, но сюда, в Хогвартс, ни один вор не сможет проникнуть: Дамблдор, самый сильный волшебник из всех, находится в школе, никто не посмеет пойти против него», - Хагрид говорил со слепой уверенностью, и это было обосновано, но, по мнению Уильяма, смешно.

«Ты прав, Хагрид, но я все еще немного не уверен в ситуации; директор Дамблдор – самый мудрый и сильный волшебник в округе, с этим я не спорю, но тот факт, что тебя расспрашивали о трехголовой собаке, беспокоит меня», – Уильям был честен, он знал о заговоре, но не мог раскрыть все с самого начала.

У Хагрида на столе был готов еще один чай, чтобы компенсировать тот, который он бросил на пол ранее: «Я был просто азартным путешественником с некоторыми сокровищами».

«Яйца нелегко достать, никто не отдаст их пьянице. Твой друг по азартным играм знал о твоем увлечении драконами и использовал это, чтобы узнать все о твоей собаке, в основном он обманул тебя», – Уильям тщательно объяснил, что произошло, чтобы Хагрид начал понимать серьезность вопроса. «Единственные люди, которые могут знать о твоей любви к драконам, должны быть в замке, есть много подозреваемых – либо учеников, либо учителей, каждый из них подозреваемый».

«Скачущие горгульи!» – воскликнул Хагрид, положив руку на лоб, нервничая из-за ситуации. «Но я мало разговариваю с учениками, брат Джейкоба был исключением, но он больше не в Хогвартсе».

«Тогда остались только профессора, у тебя будет много сомнений по этому поводу, но мое предположение падает на профессора Квирелла, преподавателя защиты от Темных искусств».

«Профессор Квиррелл?!» - удивленно спросил Хагрид. «Невозможно, это не может быть профессор Квиррелл, ты сам его едва видел, и он едва может закончить предложение, не прикусив язык; я действительно не могу думать о профессоре в таком ключе, это не может быть он. Я очень сомневаюсь в источнике информации».

Уильям догадался, прежде чем начать разговор, что Хагрида будет трудно убедить. Жизнь в замке и огромная благодарность Дамблдору сделали его слепым, он не мог сомневаться в профессорах, для него все, что говорил Уильям, было просто сказками из детской головы.

«Возможно, ты прав», - сказал Уильям, допивая чай. «Видимо, у меня просто возникла паранойя по этому поводу, очевидно, что, пока Дамблдор в школе, ничего плохого произойти не может».

Уильям отказался от попыток убедить Хагрида, не было смысла продолжать эту игру; притворяться умным мальчиком, связывающим все концы воедино, утомительно.

Допив содержимое своей чашки чая, Уильям решил вернуться в замок; еще не стемнело, но в хижине нечего было делать. Когда мальчик подошел к двери, он немного повернулся и посмотрел на великана: «Не позволяй ученикам приходить ночью, ты не можешь позволить им увидеть яйцо дракона, если хочешь его сохранить, включая Гарри и его друга, которые распространят информацию по всему замку. Мне не нужно объяснять, что случится с драконом, если профессора когда-нибудь узнают», - бросив свои слова, Уильям вышел из хижины, направляясь в замок, чтобы пойти в библиотеку.

Рождество наконец-то наступило в Хогвартсе, оно было не просто за углом – оно было в замке.

Несколько оставшихся учеников каждого факультета отправились прямо к своим рождественским елкам; Уильям уже знал о подарках от учеников Гриффиндора, но все же он встал с кровати, направляясь в обеденный зал. Если бы его семья и прислала ему какие-либо подарки, ему было бы все равно, они ничуть не лучше подарков от других учеников из-за его нынешнего положения. Уильям даже зашел так далеко, что пожелал свитер миссис Уизли, чтобы укрыться от зимнего холода.

​​Как только Уильям спустился по лестнице, он заметил детей, сидящих у подарков; как и ожидалось, у Гарри в руке находилась деревянная флейта, сделанная Хагридом, в то время как Рон был очарован монетой в пятьдесят пенсов.

Уильям в последний раз зевнул, потягиваясь всем телом, и покинул общую комнату, как вдруг его дёрнули за воротник рубашки

«Стой», - сказал один из рыжеволосых, староста Гриффиндора, передавая три свертка в руки Уильяма. «Не думаю, что это хорошая идея – уходить, не открыв свои подарки». Перси стоял со своими полуоткрытыми подарками, под мышкой у него был свитер, но, похоже, ему не хотелось их открывать.

«Кстати о плохих идеях, я думаю, что не стоит позволять усилиям твоей мамы пропадать зря из-за неоправданного смущения. Надень свитер, он может быть последним, что ты сможешь надеть», - Уильям взял первый подарок и открыл его.

Перси, оставшийся позади, посмотрел со спины на Уильяма, он хотел что-то сказать, но замолчал; вместо этого парень внимательно посмотрел на свитер, и при взгляде на вышитое «Пе» можно было почувствовать привязанность его матери, Перси посмотрел в сторону и надел свитер на свое тело.

Первым подарком Уильяма была расческа, очевидно, от Хагрида, присланная для Пруны, но грифон еще слишком мал, чтобы его можно было расчесывать, может быть, через несколько месяцев или год.

Вторым подарком стало письмо, отправителем которого являлась Эбби Розье, мать Уильяма. Увидев этикетку с обратным адресом, беловолосый мальчик вздрогнул, но удержался от звуков; он не боялся своей матери, но не очень-то приятно видеть слова упрека.

Когда он открыл письмо, он понял, что больше боялся, а реальность оказалась намного проще: письмо было пустым. В письме ничего не написано, Уильям посмотрел на оборотную сторону и даже подумал, что с помощью раскрывающего заклинания он может увидеть содержимое, но если они захотят что-то сказать, они не будут использовать код. Уильям скомкал письмо и бросил его в огонь, чтобы оно полностью сгорело.

В руках Уильяма лежал последний подарок, он был не маленьким, но и не огромным, на этот раз отправителем письма оказался лорд Розье, дедушка Уильяма, что стало сюрпризом для юноши, однако ему было очень любопытно узнать, что там за подарок.

Когда он открыл посылку, то обнаружил книгу, ожерелье и записку.

«Уильям, все происходящее с тобой является для тебя неожиданностью и что это не в твоей власти, и я не виню тебя, но, похоже, твоей матери кажется, что ты предаешь семью, твой отец думает так же, но в моем случае это не так, все-таки я поднабрался мудрости за свои года. Шляпа выбирает тебя в зависимости от твоих способностей, и то, что ты в Гриффиндоре, означает, что ты храбр, эти подарки предназначены для твоей защиты. Ожерелье передается по наследству в нашей семье, в нем сосредоточено множество защитных заклинаний, которые сохранят тебе жизнь, твой отец никогда не носил его с собой. Книга содержит заклинания, делающие тебя невидимым, важно, чтобы ты выучил их, дабы держаться подальше от своих братьев и сестер, они слепы к словам матери.

PS: В глазах львов ты все еще змея, никому не доверяй и стой твердо перед лицом всех невзгод»

Уильям был ошеломлен вложенной запиской, он не ожидал подобного сюрприза от своего дедушки, которого все боялись. Правой рукой он приподнял ожерелье, чтобы разглядеть на нем маленькую эмблему – маленький серебряный крестик со звездой на каждом конце.

Книга же выглядела немного более потрепанной, чем те, которые он взял из семейной библиотеки; возможно, эту книгу он просто проглядел, название книги казалось простым: "Искусство скрывать присутствие". В нем не было ничего особенного, и даже его автор казался простым – обычные инициалы Д. Л. Ф.

Каждая страница книги была желтой, а почерк – изящным, Уильям уже прочитал несколько книг в библиотеке, но раньше он не видел такой изящной каллиграфии. Почерк чистый и понятный, так что можно было сказать, что это оригинальная книга автора, просто выдающийся предмет, но для коллекционеров древностей это могло оказаться сокровищем, однако, даже принимая во внимание все вышесказанное, лорд Розье просто отправил ее с совой.

Столы в большой столовой были заставлены едой, хотя в замке оставалось не более двадцати процентов учеников; в этот момент Уильям был спокойнее, так как у него теперь гораздо больше места, чтобы спокойно посидеть и поесть, к тому же все его родственники вернулись домой – еще одна хорошая новость для беловолосого мальчика. Теперь, не прерываясь, он мог начать с чтения книги, присланной его дедом, некоторые ученики заметили действия Уильяма и покачали головами, но учителя были заинтригованы, увидев старую книгу, тем более Дамблдор, но он не показал этого на своем лице.

Зимние каникулы закончились, Уильям провел их, обучаясь искусству скрываться; книга, присланная лордом Розье, была сложной, в ней много очень неортодоксальных и древних слов.

Система в его голове могла лишь немного реагировать на заклинания, давая один или два процента «понимания»; это в сущности мелочь, но Уильям был рад видеть некий прогресс.

​​Собственные исследования Уильяма по философскому камню оказались не столь важны; одно время он был заинтересован в том, чтобы использовать камень в качестве усилителя для своих заклинаний, но с помощью камня было бы трудно скрыться от глаз Дамблдора, о спасении жизни Николаса Фламеля также не могло быть и речи. Как только секрет профессора Квирелла будет раскрыт, решение об уничтожении камня примут в любом случае.

Целью Уильяма был не философский камень или сам Николас Фламель, он хотел бы преуспеть во всех своих исследованиях, но он стремился узнать все о магии, исследовать мир и узнать как можно больше. Он не хотел встречаться с Волан-де-Мортом, однако он был бы готов, если бы это было необходимо для его планов; правда заключалась в том, что он не побоялся бы столкнуться с любым темным волшебником, который встал бы на его пути.

Сейчас он будет учиться в Хогвартсе, как и планировалось, в течение семи лет, он исследует столько, сколько сможет, включая магических существ, как это было в случае с Пруной, грифоном, полученным раньше.

Из-за интенсивного темпа обучения и постоянных препятствий в процессе Уильям хотел немного чистого воздуха за пределами библиотеки, он решил не идти с Хагридом, так как хотел отдохнуть. Мальчик растянулся на траве и посмотрел на небо.

«Что мне теперь делать?» – спросил парень себя вслух, в голове Уильяма были все события первой части истории о Гарри Поттере. Он должен был победить Квирелла, если бы хотел последовать своим планам, но это казалось невозможным. Столкнуться с учителем в школе возмутительно, плюс это будет второе столкновение, что привлечет слишком много внимания.

Влияние в школе было необходимо, прямо сейчас в глазах профессоров он ничем не отличался от своих братьев или Малфоя. Если ему понадобится обратиться с эгоистичной просьбой к Дамблдору, он должен заслужить похвалу, и единственный способ прямо сейчас – помочь с философским камнем.

Посреди мыслительного процесса Уильям вдруг увидел перед собой знакомое лицо. «Тебе наскучили книги?»

«Нет, я просто сделал перерыв, чтобы усвоить всю информацию», - Уильям встал и посмотрел на Чо Чанг перед собой.

«Я удивилась, увидев тебя выходящего из библиотеки и растянувшегося на лужайке, я подумала, что что-то не так».

«Нет, со мной все в порядке», - пробормотал Уильям, слегка вытягивая шею. «Как я уже сказал, я переваривал информацию и разбирался с некоторыми сомнениями».

Внимание Чо было сосредоточено на старой книге рядом с Уильямом. «Я никогда раньше не видела этой книги».

«Это подарок моего дедушки», - небрежно ответил Уильям. Это старая книга, но такая девочка, как она, не может понять ее содержание; возможно, более опытные ведьмы могли бы с лёгкостью понять, но в данном случае это невозможно.

Чо Чанг открыла книгу, чтобы заглянуть внутрь. Возможно, девочка не заметила, но она сидела рядом с Уильямом; беловолосый мальчик не возражал, так как в 21 веке это нормально, но для студентов Хогвартса все не так. Для многих увидеть Уильяма, чокнутого маленького волшебником, рядом с Чо Чанг довольно скандально.

«Её очень трудно понять, тут много слов, не использующихся сегодня, и когда в книге говорится о зельях, то упоминаются ингредиенты, которых нет или которые невозможно найти. Ты уверен, что это подлинная книга?» - спросила Чо Чанг, указывая на конкретный абзац. «Здесь упоминается, что слезы кентавров и кровь дракона являются ингредиентами для зелья, которое меняет пол человека»

«На самом деле у меня нет никакой информации об этой книге, мой дедушка прислал ее мне на Рождество, и, похоже, ее не открывали уже много лет», - сказал Уильям Чо Чанг. «Он упомянул, что я мог бы найти заклинания, чтобы стать невидимым, но многие из этих заклинаний трудно выучить, или у меня нет необходимого количества магии, чтобы использовать их. Бесполезно учить, если я не могу их использовать. Я бы хотел, чтобы у меня был способ использовать сильные заклинания с моим нынешним уровнем магии», - Уильям слегка вздохнул, закрыв глаза и снова опустившись спиной на траву.

«Что, если ты используешь заклинания в меньшем масштабе?» - спросила Чо Чанг, смутно выразив идею. «Ты уже рассказывал мне о зельях раньше, и ты также говорил со мной о чарах. Твои идеи подкрепляются маггловской теорией, я жила среди магглов, поэтому у меня есть немного опыта».

«Какова твоя идея?» - с любопытством спросил Уильям, но сформулировал в уме свою собственную идею.

«Пламя на плите, - упомянула Чо Чанг, - на газовой плите ты можете выбрать, какое количество газа использовать для приготовления пищи, сделав пламя слабее или сильнее в зависимости от обстоятельств, так разве нельзя было бы сделать то же самое с магией?»

Глаза Уильяма расширились. «Использовать магию в меньшем масштабе», – Уильям пробормотал себе под нос. – «Неопытные волшебники с помощью «Вингардиум Левиоса» могут поднимать перья, а более опытные – более тяжелые предметы, при необходимом понимании они могут поднимать более тяжелые предметы и живые объекты.... Я просто должен понять заклинание до такой степени, чтобы использовать его с меньшей силой». Уильям одним махом встал. «Спасибо, Чо!» – воскликнул беловолосый мальчик, восторженно обнимая удивленную Чо, не давая ей времени ответить или обнять его тоже. Уильям тут же отстранился, побежав в библиотеку.

«Я рада, что смогла тебе помочь», - сказала Чо Чанг, глядя в спину Уильяму.

Как только Уильям вернулся в замок, он остановился: его маршрут пролегал в направлении библиотеки, но он вспомнил, что в его сундуке было больше сокровищ, чем у всех других учеников. Он побежал по коридорам в общую комнату, где все уставились на него после его неожиданного вторжения, однако Уильям не бросил на окружающих ни единого взгляда, он просто продолжал бежать в сторону общежитий; там он открыл сундук и взял книги, которые он позаимствовал из библиотеки поместья Розье.

«Вот оно», - пробормотал Уильям, держа в руках книгу древних заклинаний и чар, канувших в лету; он быстро открыл книгу и перелистал страницы, пока не нашел то, что ему было нужно. «Вот оно, одно из самых мощных заклинаний как для защиты, так и для нападения, “Протего Диаболика”».

​​

Уильям снова огляделся по сторонам, чтобы убедиться, что на него никто не смотрит: с него хватит всей этой чепухи о маленьком Пожирателе Смерти; теперь, когда он был на пути к пониманию темных чар, все бы обозвали его темным волшебником. Конечно, по мнению Уильяма, те, кто судит людей без веских аргументов, – это невежды.

Нож можно считать как оружием, так и инструментом: если им владеет повар, то он является инструментом и рассматривается положительно, но если человек, использующий его, является серийным убийцей, то он становится орудием убийства, в случае с темной магией аналогично. Если она используется добропорядочным волшебником в добрых целях, то это воспринимается как спасительное заклинание, но если Пожиратель Смерти использует темную магию для убийства, то это злая магия.

На взгляд Уильяма, о волшебнике следует судить не по магии, которую он знает, а по тому, как он использует её, любое заклинание или чары опасны, если их не использовать правильно.

В случае с «Протего Диаболика» так же; защитное заклинание сжигает врагов и защищает союзников, в зависимости от умственных способностей использующего, это идеальное заклинание для защиты Хогвартса, но в глазах опытных волшебников это темное защитное заклинание.

Руки Уильяма пробежали по страницам книги с темным заклинанием, в общей сложности сорок страниц, посвященных этому заклинанию, наглядно демонстрируют, насколько сложное оно в использовании. Уильям ни за что не закончит изучать его к концу года, даже используя систему.

Сама система не увеличивает его силу, она просто показывает, насколько Уильям понимает конкретное заклинание или чары.

Уильям снова сосредоточил свое внимание на книге и начал медленно читать, делая пометки пером сбоку. Время шло, солнце светило в небе, занятия продолжались, ученики возвращались в общую комнату, многие из них были удивлены, увидев Уильяма на кровати со скрещенными ногами и несколькими простынями вокруг, но решили не придавать этому большого значения и ушли, как обычно. Звёзды заполнили небо, свечи были погашены, Уильям продолжал учиться, используя свой мысленный взор, пока усталость не заставила его заснуть.

Следующие дни проходили в том же темпе, единственным изменением в распорядке Уильяма было посещение хижины Хагрида, чтобы увидеть Пруну. Процесс роста грифона оказался быстрым, ему потребовалось всего две недели, чтобы опериться, и даже если он не мог летать, по крайней мере, он мог ходить. Стоит отметить, что Хагрид был в восторге от всего прогресса Пруны.

Навестив Пруну, Уильям направился в столовую, чтобы поесть и восстановить силы. Ученики уже начали удивляться, видя, что Уильям всегда носит в карманах листы бумаги и ест большое количество пищи, не прибавляя в весе.

Занятия по полетам стали немного другими, со времён последней гонки Уильям больше не прилагал усилий, он не был заинтересован в том, чтобы преуспеть в данной дисциплине, самым важным являлось исследование заклинания «Протего Диаболика».

Уильям натыкался на все новые и новые препятствия в изучении магии; он читал страницы, изучал историю создателя, искал информацию в других книгах, но не было никаких положительных результатов, его понимание магии остановилось на четырех процентах.

Пока Уильям погружался в свои ночные исследования в библиотеке, ища хоть какое-то просветление в книгах старшеклассников по защитным чарам, за пределами замка, в хижине Хагрида, шел разговор.

«Это невероятно, вы, ребята, подозреваете профессора Снейпа, а Уильям подозревает профессора Квиррелла!» - воскликнул Хагрид несколько воодушевленно, слушая теории заговора золотого трио, сидящего на диване перед полугигантом.

«Уильям? - спросил Гарри. – Он был здесь?»

«И что, даже если бы и был? - спросил Хагрид, глядя на троицу студентов. – Конечно, он был здесь, он появляется здесь по крайней мере четыре или пять раз в неделю, он навещает меня чаще, чем вы трое».

«Это невозможно, Розье никогда бы не пришел в твою хижину, Хагрид», - прервал его Рон.

«Он приходил еще до Рождества, я даже сделал ему рождественский подарок, и он подарил мне руководство по уходу за драконами, – Хагрид поднял красную книгу с серебряными украшениями, которая стояла у него на полке. – У него также возникла идея, похожая на вашу, но только он подозревает Квиррелла, а вы – Снейпа, вам следует перестать не доверять профессорам, они пытаются защитить камень, а не украсть его».

«Хагрид, ты должен быть осторожен с Уильямом, он не очень хороший волшебник», - сказал Рон

«Рон!» – воскликнула Гермиона, взглянув на рыжеволосого мальчика рядом.

«Что? – спросил Рон, поднимая руки. – Я просто говорю правду, я предупреждаю Хагрида, чтобы он не попал в беду».

«Розье всегда имели репутацию темных волшебников, даже до того, как появился тот, сам знаешь кто. У семьи Уильяма такая репутация среди волшебников, даже чистокровных, но Уильям другой, по крайней мере я хочу в это верить, вы, ребята, тоже должны дать ему шанс», - Хагрид посмотрел на троицу и еще больше на Гарри, но Гарри просто опустил голову.

Именно в этот момент Хагрид заметил, что драконье яйцо начало трястись в ведре над огнем. «Вот оно». Хагрид поднял золотое яйцо и положил его на стол. В его скорлупе появились трещины. Внутри что-то двигалось, доносился странный шум.

Наконец яйцо раскололось, открыв маленького дракона, у него были огромные заостренные крылья, тощее тело, длинная морда с широкими ноздрями, пара шипов, а глаза оранжевые и выпученные.

«Разве он не великолепен?» – пробормотал очарованный Хагрид, протягивая руку, чтобы погладить дракона по голове, который заставил его затрепетать, показав свои заостренные клыки: «Смотрите, он уже узнает свою маму!»

Трио было сосредоточено на драконе и Хагриде, они все еще не могли понять, как это возможно, что Хагрид нашел его симпатичным, но они не хотели комментировать это. «Если бы Уильям был здесь, он бы захотел подержать его на руках, я уверен».

«Подержать его?» - спросила Гермиона.

«Конечно, у него есть Пруна – грифон, - сказал Хагрид, закрывая рот. - Зря я это сказал, очень даже зря».

«Грифон?! - воскликнул Рон. - Могу я его увидеть?»

Хагрид покачал головой: «На этой неделе он повсюду носит его с собой в своей сумке, у него там есть еда и все, что нужно для Пруны, Уильям действительно любит этого грифона, и я не удивлен, это его единственный друг».

«Хагрид, - позвала Гермиона, - как долго растут норвежские горбатые драконы?»

Хагрид уже собирался ответить на этот вопрос, как вдруг его лицо побледнело. Он вскочил на ноги и подбежал к окну.

«Что такое?» - спросил Гарри

«Кто-то заглядывал в щель в занавеске... Это был мальчик... Он бежит обратно в школу».

Они все подошли к двери, чтобы посмотреть, кто это был, и силуэт убегавшего все узнали безошибочно. «Малфой», - пробормотал Гарри.

«Хагрид, это твой дракон?» – спросил Уильям, входя в хижину на окраине замка.

«Уильям! – радостно приветствовал Хагрид, когда Уильям изо всех сил пытался приблизиться к маленькому дракону, чтобы тот не укусил его. – Это Норберт, он норвежский горбатый».

​​«Норберта», – перебил Уильям

«Что?»

«Это самка, так что это Норберта, неправильно называть ее Норбертом, ведь это не самец», - спокойно объяснил Уильям, чем еще больше удивил Хагрида

«Оу, - удивился Хагрид, отходя, - теперь я понимаю, что было не так».

Уильям кивнул головой, в его объятиях покоился грифон, у которого теперь было оперение по всему телу; Пруне было еще рано летать, и она, казалось, очень привязалась к Уильяму, до такой степени, что не кусала его, а спокойно спала. «Думаю, у него довольно сильный темперамент, и все это из-за твоих методов».

«Я заметил, - Хагрид, казалось, потерял аппетит, когда посмотрел на Норберту, - Я рад, что ты пришёл , иначе Норберта еще больше разозлилась бы».

Уильям передал в руки Хагрида Пруну, которая тут же проснулась, но не сделала никаких резких движений, кроме как проследила глазами за движениями беловолосого парня.

Норберта кусала кожаные куртки Хагрида в его гардеробной, для маленького дракона существование Уильяма осталось почти незамеченным, если бы не аромат, достигший ее ноздрей; когда она повернула голову в направлении аромата, она заметила, что это свежая рыба или, ну, или по крайней мере так казалось Норберте. На самом же деле это была просто обработанная пища с рыбным вкусом.

Ядовитые клыки Норберты вонзились в еду, измельчая маленький кусочек пищи, словно пустяк, всего за несколько укусов; вскоре она захотела ещё, и Уильям без проблем протянул ей еду.

«Видишь, Уильям, Норберта спокойно ест», - радостно сказал Хагрид. Хагрид всегда мечтал вырастить дракона, и это был его шанс, он изучал книги в библиотеке и через сов расспрашивал своих знакомых о методах укрощения дракона, он использовал все до единого советы по Норберте, но, казалось, ему ничего не нравилось, однако ответ был настолько ясен, что он сам его проглядел. Проблемой стал пол Норберты, и Уильям понял это с первого взгляда.

Но сейчас не время было проверять догадку. Уильям протянул руку, пока Норберта ела. Ему надо было положить руку на Норберту и погладить ее, не подвергнувшись атаке её ядовитых клыков.

«Осторожнее, Уильям», - тихо предупредил Хагрид, крепче прижимая Пруну; он явно волновался, у него самого не хватало уверенности подойти к Норберте вот так, не будучи укушенным.

Уильяма приблизил руку, Норберта теперь смотрела на неё, ее глаза были прикованы к белому меху, Норберта была готова укусить в любой момент, но вскоре рука Уильяма оказалась всего в нескольких сантиметрах, а дракон ничего не сделал.

Хагрид нервничал больше, чем Уильям.

Наконец рука Уильяма оказалась на голове Норберты, и она не укусила его. Уильям облегченно вздохнул, выпуская весь воздух, накопившийся в его легких.

«Он сделал это, - удивленно сказал Хагрид. Он сделал это!» - радостно воскликнул он, глядя на Пруну. «Уильяму удалось успешно наладить контакт с Норбертой, она не опасна, мы можем ее обучить, ей не придется покидать Хогвартс, она может даже стать защитником воздушной территории замка. Да, профессор Дамблдор согласится с моим предложением».

Это был первый опыт Уильяма с драконом, и он уже мог определить его как успешный; и Уильям, и Хагрид остались довольны произошедшим, и, в конце концов, у них были на то причины.

Они оба потратили довольно много времени, записывая все, что знали о драконах, Уильям даже принес Хагриду энциклопедию драконов и известных методов их выращивания, излишне говорить, как Хагрид остался доволен подарком.

Когда солнце садилось и тени намеревались завладеть небом, Уильяму пришло время возвращаться в замок; Хагрид посоветовал ему держаться подальше от неприятностей, в частности от Филча, но сам Уильям не боялся дворника, в конце концов, у него есть мысленный взор, с помощью которого он мог с легкостью узнать обстановку вокруг. Флич, миссис Моррис или Пивз никак не могли его поймать, он столько раз избегал встреч с ними с тех пор, как начал учиться в Хогвартсе, что даже выучил их распорядок дня.

Коридоры в ту ночь были пусты, поблизости не было ни призраков, ни профессоров, ни учеников, ни троллей – лишь Уильям, идущий по коридору. Даже в фонарях не было необходимости, ему нужен был лишь мысленный взор. Именно во время своего передвижения по замку он наткнулся на необычный силуэт. «Поттер», – пробормотал Уильям.

«Хм?». Гарри посмотрел в его сторону, он увидел, что Уильям тоже смотрит на него. Гарри был уверен, что Уилл не видит его, в конце концов, он скрывался под плащом-невидимкой, но он услышал, как Уильям позвал его. «Рон!»

«Я знаю, я тоже это слышал, - испуганно сказал рыжеволосый. – Он не должен нас видеть».

Уильям вскоре понял, что их ауры отличались от обычных. Отключив свой мысленный взор, он понял причину необычности: и Рон Уизли, и Гарри Поттер находились под плащом-невидимкой, никто не должен был их видеть, но мысленный взор Уильяма прекрасно различал их.

Оба мальчика продолжали идти, думая, что им просто показалось, что Уильям видел их, ведь беловолосый мальчик оставался неподвижен, но на самом деле все было наоборот. Уильям удивился своей способности видеть сквозь плащ-невидимку; значит, его сила даже больше, чем у даров смерти, или, ну, в некотором смысле, немного более особенная.

В течение следующих дней Уильям вернулся к своей обычной жизни, он проводил дни в библиотеке между занятиями, изучая и пытаясь понять заклинания более активно, но все же кое-что теперь по-другому. Чо Чанг с недавних пор часто бывала рядом с Уильямом и всегда спрашивала о каких-нибудь предметах.

Когда рядом не было Чо Чанг, с вопросами приходила Гермиона; по собственным наблюдениям Уильяма, она изучала теории магглов по книгам, присланным ей родителями, теперь у нее двойная нагрузка в обучении.

В дополнение к практике заклинаний и чар у Уильяма была своя собственная практика по зельеварению, он посещал дополнительные занятия и просил разрешения пользоваться классом зельеварения; конечно, у Северуса всегда находились какие-то замечания в адрес Уильяма, но так как он не был Поттером, то проблем не возникало.

Во второй половине дня предстояло навестить Хагрида; Пруна росла хорошо, и Уильям в точности следовал инструкциям по ее воспитанию, но вот Норберта росла очень интенсивно. Всего через месяц она уже едва могла поместиться в хижине, и ее срочно нужно было переселить, пока ее не обнаружили; Норберта теперь была ручным и спокойным драконом, пока её кормили, конечно.

«Что нам делать, Уильям?» - спросил Хагрид, глядя на Норберту, которая едва могла двигаться внутри хижины. «Учителя могут обнаружить ее в любой момент, Рон и Гарри рекомендовали мне отправить ее в Румынию с братом Рона Чарли, но я не хочу разлучаться с Норбертой, она безобидна, как кошка». Настроение Хагрида было ужасным, ведь у него забирали то, чего он хотел больше всего на свете, это было равносильно тому, чтобы забрать игровую приставку у маленького ребенка.

Уильям молча стоял, скрестив руки на груди, пытаясь придумать решение, Пруна вскоре двинулась к Уильяму, укусив его за один из пальцев. «Хорошо, хорошо, я понял», - сказал Уильям, вытаскивая небольшой мешочек из-под своей одежды и кладя его рядом с Пруной, чтобы она могла спокойно залезть туда.

«Вот оно! - воскликнул Хагрид, увидев, что делает Уильям. – Пруна, грифон и твоя сумка, как я не подумал об этом раньше, это отличная идея!

«Сумка для Норберты?» – спросил Уильям, беря сумку с Пруной. – Хммм... да, я думаю, что может сработать, но сначала нам нужно немного поработать.

«Что нам делать?» – взволнованно спросил Хагрид.

Уильям достал одну из сумок, присланных эльфами из букмекерского дома с призовыми монетами; сумки были пусты, так как приз Уильям поместил в другие сумки внутри сундука в общежитии Гриффиндора. Как только сумка оказалась в руках Хагрида, Уильям заставил его открыть ее так, чтобы они оба могли заглянуть внутрь.

«Эти сумки были зачарованы расширительными чарами, чтобы максимально увеличить их размер и поместить туда призы; конечно, для галеонов места внутри слишком много. Поскольку мне не нужно было возвращать сумки, я использую их для перевозки своих вещей, а другая сумка используется в качестве среды обитания Пруны, пока она учится летать», – Уильям объяснил свойства сумки достаточно, чтобы Хагрид понял. «Внутри этой сумки пусто, поэтому нам придется адаптировать ее так, чтобы Норберта могла жить внутри, мы должны создать озеро внутри, где она может охотиться и есть, как если бы она жила в дикой природе».

Хагрид записал все, что говорил Уильям, он сам был знатоком волшебных существ, но совет Уильяма также помог; великан-полукровка всегда хотел иметь друга, который помогал бы ему.

Работа над средой обитания Норберты оказалась особенно непростой: они должны были сделать все как можно более естественным, чтобы Норберта не пыталась сбежать. Усилия дуэта были огромны, даже с простыми заклинаниями им приходилось работать довольно кропотливо, и сумка оказалась готова лишь к поздней ночи.

«Вот и все», - сказал Уильям, уперев руки в бока, некоторое время назад он снял пиджак, на нем была только рубашка с закатанными до локтей рукавами, вся его одежда была грязной, и даже в волосах находилась грязь. Хагрид выглядел не более элегантно, это ясно, но в отличие от Уильяма, смотритель Хогвартса промок, потому что он занимался озером. Хагриду пришлось ловить рыбу и искать все необходимое для создания искусственного озера.

«Мы должны положить Норберту в сумку», - Хагрид посмотрел на дракона, отдыхавшего в хижине с закрытыми глазами.

«Ты принес то, что я просил?» - поинтересовался Уильям, Хагрид передал ему в руки рыбу, большую, чем сам беловолосый парень. «Рыба-меч» – пробормотал Уилл, с улыбкой приближаясь к Норберте.

Глаза дракона открылись, когда она почувствовала запах рыбы. «Хочешь рыбу?» – спросил Уильям, глядя на дракона, и положил голову меч-рыбы в сумку. Норбета медленно встала, ударившись головой о крышу хижины и заставив несколько вещей упасть на пол.

Уильям подошел с сумкой в руке, Норберта находилась всего в нескольких сантиметрах от рыбы. «Подойди и возьми», - сказал Уильям, выпуская рыбу-меч в сумку. Дракониха бросилась вперед и нырнула в мешок, сразу же освободив хижину.

«Готово!» - радостно воскликнул Уильям, держа сумку в руке. «Теперь все готово, Норберта сможет расти и спокойно жить в сумке, пока мы не найдем ей подходящее место содержания».

«Спасибо, Уильям, я снова многим тебе обязан, – сказал Хагрид, похлопывая Уильяма по спине. – Но думаю, что уже слишком поздно, тебе следует вернуться в замок, пока профессора не узнали, что тебя нет в общежитиях»

Год подходил к концу, и приближались экзамены. Однако это не так сильно волновало Уильяма либо потому, что он полностью знал все предметы первого курса, некоторые второго курса и малость третьего, либо потому, что для него самыми важными были Пруна и Норберта.

Из-за опасности, возникшей для Норберты после того, как их заметил Малфой, Хагрид решил, что Уильяму будет лучше некоторое время носить сумку с ней на талии, пока, по крайней мере, ситуация не станет безопасной.

«Что ты собираешься делать во время каникул, Уильям?» - спросила Чо Чанг, сидевшая напротив Уильяма, а рядом с ним находилась Мариэтта Эджкомб, у троицы на столе лежало несколько книг, страницы которых были заполнены заметками. По правде говоря, именно Уильям учил двух девочек.

«У меня все каникулы распланированы», - скучающим тоном заметил Уильям, записывая некоторые подробности о зельях.

«А ты действительно очень организованный мальчик».

«Ты собираешься в путешествие?» - спросила Мариэтта, отрываясь от чтения, чтобы посмотреть на беловолосого мальчика.

«Что-то в этом роде»

«Куда отправишься?»

«Секрет»

«Хммм.... Семейная поездка?»

«Нет»

«Ты едешь один?»

«Ну вроде»

«Поездка с целью очиститься от суеты?»

«Можно и так сказать»

«Почему бы тебе не рассказать нам подробности, Чо и я умираем от любопытства», - Мариэтта потянула Уильяма за рукав, отодвигая записи молодого человека.

«Мари! – воскликнула Чо Чанг, чтобы остановить подругу. – Уильям сосредоточен, к тому же невежливо вмешиваться в чужую личную жизнь».

«Но он наш друг, мы знаем его уже несколько месяцев».

«Но это не дает тебе права вмешиваться в его жизнь».

«Но Уильяму все равно, просто посмотри на него, он не обращает внимания», - указала Мариэтта на Уильяма, который просто сосредоточился на своих занятиях.

«Все равно тебе не следует вмешиваться», - Чо Чанг ясно дала это понять своей подруге Мариэтте, которая закрыла рот и неохотно вернулась к своим занятиям.

Несколько часов спустя Уильям остался один в библиотеке, все занимавшиеся ученики, ушли, но беловолосому было все равно, он продолжал молча учиться в своем углу. Прогресс в его магии оставался низким, у него были некоторые теории, как увеличить прогресс, но не оставалось времени, чтобы применить их на практике, ему нужно было заручиться благосклонностью директора для своих планов на отпуск, и у него имелся окончательный способ достичь этого.

Шли дни, и в Хогвартсе настало время экзаменов, первый экзамен наконец-то лежал на столе перед Уильямом, но бояться было нечего.

Первый экзамен оказался по заклинаниям, изученным на уроках профессора Флитвика. Уильяму надо было заставить ананас танцевать на столе профессора, ничего сложного для него, парень использовал сглаз, «Таранталлегра».

Второй экзамен был не по сильной стороне Уильяма - по урокам трансфигураций профессора МакГонагалл, а они непростые; конечно, Уильям являлся одним из лучших учеников, но сам он не чувствовал себя удовлетворенным, так как ему приходилось прилагать вдвое больше обычных усилий. Превратить мышь в табакерку оказалось не так сложно.

Но третий экзамен был простым. С тех пор как Уильям поступил в Хогвартс, он проводил более семидесяти процентов своего свободного времени в библиотеке, его главным заданием было изучение заклинаний, но не успел он опомниться, как уже начал работать над зельями, и через некоторое время одной из его сильнейших областей стало зельеварения. Уильям мог не только разбираться в зельях и их свойствах, но и создавать новые формулы.

Третий экзамен состоял в приготовлении зелья забвения, одного из первых зелий в репертуаре Уильяма. Он не сильно улучшил его, в отличие от других зелий, но он смог систематизировать процесс для автоматизации приготовления зелья. Снейп ничего не мог сказать против Уильяма, большинство боялось забыть процесс, но беловолосый мальчик другой, все его экзамены были идеальными.

За четвертый и последний экзамен отвечал профессор Катберт Биннс, преподаватель истории магии. Он задавала вопросы о волшебнике, который изобрел самостоятельно мешающие зелье котлы, Уильяма ответил рекордно быстро, как будто ответы всегда были у него в голове, так быстро, что профессору Биннсу пришлось поздравить Уильяма, прежде чем он покинул класс, ибо призрака достаточно было одного взгляда, чтобы понять, мальчик и правда все знает.

«Наконец-то я свободен», - сказал Уильям, слегка потягиваясь от счастья; были и другие экзамены, но они тоже оказались простыми, экзамен профессора Квиррелла вообще легкотня, заикающийся профессор сделал самый простой экзамен.

Теперь в сознании Уильяма оставалось только одно – Квиррелл и Волан-де-Морт. Он не хотел попасть в беду и привлечь внимание Волан-де-Морта, но ради его планов на будущее необходимо было действовать и помочь в спасении философского камня.

Тот факт, что Дамблдора не было в замке из-за срочного собрания, послужил сигналом для Уильяма начать осуществлять свои планы; он расслабился, убедился, что палочка закреплена у него на поясе, и решил оставить свой плащ, чтобы избежать неудобств.

Парень поднял голову, дабы убедиться, что все было правильно, и он действительно увидел ожидаемое: Гарри и Рон отсутствовали в своих кроватях. Уильям встал с кровати и спокойно прошелся по общежитию, выключенный свет не составил проблемы для его мысленного взора, и когда парень добрался до общей комнаты, он увидел маленького Невилла, лежащего на полу.

«Невилл», – позвал Уильяма встревоженно, он достал свою палочку и направил ее на мальчика. «Спокойно, это займет всего секунду», – произнёс Уилл, по выражению лица Невилла он мог заметить, как тот был напуган; золотое трио, конечно, не подумало о чувствах мальчика, они посчитали этот случай пустяком.

«Фините инкантатем», - сказал Уильям, посылая общее контрзаклинание, освобождающее Невилла от окаменения.

«Уильям!» – воскликнул Невилл в отчаянии, внезапно вставая и хватая за руки беловолосого мальчика. «Га-Гарри, Рон и Гермиона… они, они снова вышли ночью, мы снова потеряем очки, я не мог их остановить, я пытался, я действительно пытался, и я противостоял им, но, но Гермиона парализовала меня!»

Уильям чувствовал отчаяние Невилла, он видел страх в его глазах. И не из-за перспективы потерять очки, а из-за того, что троица делала ночью; в конце концов, Невилл тоже знал о Пушистике, трехглавой собаке Хагрида.

«Спокойно, Невилл, мы можем все уладить, но я должен знать, куда они ушли, ты, должно быть, что-то слышал», - Уильям успокоил Невилла, чтобы он снова мог дышать.

«Они вышли в коридор третьего этажа».

«Третий этаж, понятно, я схожу за ними, прежде чем МакГонагалл найдёт их, подожди меня здесь», - Уильям встал, готовый уйти.

«Уильям, подожди!»

«Что такое?» - спросил Уильям, глядя на испуганного мальчика.

«Там большая трехголовая собака, будь осторожен. Гермиона упоминала что-то о потайной двери».

«Хорошо», – Уильям, наконец, покинул общую комнату и пошел по коридорам, вскоре он оказался уже на третьем этаже, и перед ним предстал проснувшийся Пушистик с открытым люком под лапами. «Они уже прошли здесь».

Уильям использовал простое заклинание, чтобы арфа в лапах Пушистика снова заиграла, и пёс закрыл глаза. «Отличная система безопасности, но с серьезным недостатком», – Уильям спустился в люк, зная, что внизу находятся дьявольские силки.

«Люмос!» – воскликнул Уильям, взмахнув палочкой и сделав полный шаг вниз, чтобы избежать удара, он схватился за ветку, прежде чем достичь земли.

«Хорошо, два препятствия преодолены, осталось пройти только пять, но с этого момента мне не придётся напрягаться», - Уильям отряхнул одежду и продолжил путь вперед.

Третьим испытанием стали летающие ключи профессора Флитвика, Уильям подошел к двери в другой стороне комнаты, ключ находился в замке, и оставалось лишь пройти вперед.

С четвёртым испытанием все обстояло еще проще: шахматная партия была закончены, и Рон лежал на полу, Уильям посмотрел на рыжеволосого и глубоко вздохнул, затем вытащил зеленое зелье. «Мне придется использовать его на этом идиоте, чтобы заработать несколько очков.... пустая трата времени».

Уильям приподнял голову Рона и заставил его выпить рябиновый отвар: «Проснись, идиот, мне нужно, чтобы ты проснулся, дабы заработать очки».

Когда он, наконец, заметил хоть какую-то реакцию рыжеволосого, он решил пойти дальше и войти в пятую комнату, где находился мертвый тролль. «Довольно мучительная смерть», – прокомментировал Уильям, поднимая в воздух тело тролля, чтобы подробно рассмотреть повреждения спереди, давая Уильяму понять, с чем он столкнулся; мальчик оставил тело тролля в одной из своих сумок.

Он продолжил идти вперед, оставалось еще два испытания, Уилл оказался перед дверью, где должно было быть испытание Северуса Снейпа. Как только мальчик коснулся дверной ручки, она открылась в противоположном направлении, и оттуда появилась Гермиона.

«Уильям, что ты здесь делаешь?» - спросила девочка, но выражение лица Уильяма по-прежнему оставалось бесстрастным, оно было еще холоднее, чем обычно.

«Ищу товарищей по Гриффиндору, которые ничего не умеют делать, кроме как доставлять другим неприятности и нападать на своих товарищей с проклятиями», - сказал Уильям, вытаскивая из сумки бутылку в форме кусочка льда.

«Мы спасаем Хогвартс от Снейпа и Волан-де-Морта», - сказала Гермиона, но Уильям только рассмеялся ей в лицо

«От Снейпа? – произнёс парень. – Не смеши меня, не Снейп враг, а Квиррелл».

«Профессор Квиррелл наш союзник!»

«Да, как скажешь, я собираюсь найти Поттера, не мешай мне, они уже сделали свою работу», - сказал Уильям, снимая крышку со своего зелья, затем выпил его до дна и уронил бутылку на пол.

«Ты не можешь пройти, тест Снейпа позволяет пройти только одному человеку, Гарри уже выпил зелье, и черное пламя не позволит тебе идти дальше», - предупредила Гермиона с торжествующей позой, как будто она уже помешала Уильяму пройти вперед, но он просто спокойно открыл дверь.

«Ты действительно думала, что я не подготовился? – спросил Уильям с усмешкой. – Эти испытания просто игра, когда ты знаешь необходимые для обхода трюки».

Уильям решительно шагнул вперед, Гермиона наблюдала, как он шел сквозь пламя с полным спокойствием и без всякого страха. «Как?». Она заметила бутылку на земле, а ее форма была ей знакомой: «Зелье защиты от пламени!»

«Я вернусь через несколько минут, дай знать Дамблдору», - Уильям открыл последнюю дверь и исчез в черном пламени.

«Не глупи», - услышал Уильям ужасный и леденящий душу голос, он медленно открыл дверь и протянул палочку вперед, выискивая подходящий момент для вмешательства. В комнате стоял испуганный Гарри, а перед ним – Квиррелл без тюрбана, открывая отвратительное лицо Волан-де-Морта.

«Тебе лучше спасти свою собственную жизнь и присоединиться ко мне... Или тебя постигнет тот же конец, что и твоих родителей... они умерли, моля о пощаде...» – произнёс Волан-де-Морт своим леденящим голосом, от которого Уильям задрожал.

«Чушь собачья!» - внезапно воскликнул Гарри, заставив Квиррелла вздрогнуть.

«Как трогательно, - пробормотал Волан-де-Морт, - считаешь их храбрыми? Да, мой мальчик, твои родители были храбрыми.... Я убил твоего отца первым, и он храбро сражался.... Но твоей матери не нужно было умирать... Она пыталась защитить тебя... А теперь отдай мне этот камень, если не хочешь, чтобы её жертва была напрасной».

«Никогда!» - воскликнул Гарри, отступая на несколько шагов.

«Хватай его!» - скомандовал Волан-де-Морт, заставляя Квиррелла наброситься на Гарри.

«Иди сюда, Поттер!» - воскликнул Квиррелл, когда Гарри в страхе закрыл глаза, но прежде чем они столкнулись, Квиррелла поразило заклинание, отбросившее его назад. «Кто здесь?» - воскликнул трусливый профессор.

Уильям вышел из тени с вытянутой палочкой, произнеся: «Держись подальше от Поттера, Квиррелл». Тон Уильяма был холодным и серьезным, но одно его присутствие заставило всех вздрогнуть.

«Уильям!» - воскликнул Гарри, он не понимал, почему Уильям был здесь, но сейчас он мог лишь мысленно поблагодарить парня.

«Розье, я действительно не ожидал, что ты появишься здесь, думаю, ты тоже пришел за философским камнем, - сказал Квиррелл с улыбкой на лице, - но тебе больше не нужно его искать, он у Поттера в кармане, и Волан-де-Морт здесь, ты можешь помочь ему в его воскрешении, как хотел бы твой отец».

«Верно», - кивнул Уильям, заставив Гарри задрожать всем телом, когда их взгляды встретились.

«Я должен поговорить с ним», - холодный голос Волан-де-Морта отдал приказ, и Квиррелл повиновался, обернувшись. «Розье, – прошептал величайший тёмный волшебник всех времен, – Уильям Розье, я полагаю... ты используешь магию действительно великолепно, как и твой отец в прошлом. Нет, твой талант лучше, чем у твоего отца.... Эван, я помню, был одним из моих величайших слуг, он предпочел сражаться насмерть, а не попасть в плен, насколько я знал, он был так же храбр, как и родители Поттера.... Теперь ты можешь почтить его память, принеси камень мне, и я уверяю тебя: ты станешь достаточно силен, чтобы быть моим слугой, ты займешь место своего отца и будешь моим учеником».

Уильям пожал плечами безэмоционально: «Конечно, я действительно был бы не прочь стать учеником великого волшебника, если бы только вы предложили, я бы согласился, но...»

«Но?»

«Но говорить приятные вещи о моем отце и думать, что я такой же, как все остальные Розье, – плохая идея, я не такой, как остальные члены моей семьи. Я уникален среди всех волшебников».

Как только Уильям произнес свои слова, Квиррелл протянул палочку и открыл рот, произнося: «Авада Кеда-!» – Квиррелл был готов послать смертельное проклятие и покончить с жизнью Уильяма, он сам считал себя верным Волан-де-Морту как своему хозяину, и слушать оскорбления ребёнка было недопустимо для него, но профессор не учел одну маленькую деталь.

Прежде чем он успел закончить свое проклятие, с кончика палочки Уильяма слетело заклинание «Флипендо».

«Как?» - спросил Квиррелл, вставая после того, как его отбросило на несколько футов.

«Просто», – удовлетворенно улыбнулся Уильям, увидев Квиррелла и Волан-де-Морта на земле, что вызвало у него странное чувство удовольствия. «В моей палочке есть перо птицы-гром, оно защищает меня перед лицом опасности, а остальное вы уже и так должны знать».

«Да... - ответил Квиррелл, - такая палочка может посылать заклинания, чтобы спасти своего хозяина, но она не может выбрать правильное заклинание, для этого необходимо знание окружения».

«Это палочка с двумя ядрами, - Уильям снова вытянул свою палочку, - оба ядра просты и не очень практичны, но в сочетании они непобедимы. Перо птицы-гром и сердце феи».

«Определённо, это не нормально. Феи не годятся ни для чего, кроме украшения».

«Но в данном случае она спасла мне жизнь».

Квиррелл снова встал, словно паря: «Но тебе понадобится гораздо больше, чем палочка с двумя ядрами, чтобы остановить меня».

Уильям вытянул шею и произнёс: «Я предполагал, что так и будет, поэтому подготовил некоторые контрмеры». Палочка Уильяма засветилась красным и фиолетовым. «Поттер, возьми камень, предупреди Снейпа, приведи подкрепление, я выиграю время».

«Но...»

«Беги!». Крик Уильяма привет Гарри в чувства, он громко сглотнул и выбежал из комнаты, оставив беловолосого мальчика и профессора позади.

«Камень!» - воскликнул Волан-де-Морт, заставляя Квиррелла перейти в атаку, но Уильям встал на пути, бросив «Флипендо» во врага.

«Твой враг – это я, - уверенно сказал Уильям. – Уж поверь, я крепкий орешек, ты не успеешь воскреснуть до прихода Дамблдора».

Волан-де-Морт издал рев, полный гнева, и Квиррелл быстро бросился к Уильяму, они обменивались атаками, но Уильям терял позиции с каждой секундой: опыт, заклинания и сила Квиррелла превосходили возможности ученика первого курса, но Уильям оставался спокоен, ему просто нужно было продержаться дольше, пока Дамблдор не вернется в замок.

Через пару минут Уильям прятался за колонной, его дыхание стало прерывистым, магия, циркулирующая в теле, была минимальной.

«Уильям, маленький предатель», - сердито позвал Квиррелл, последовать за Гарри было невозможно. Каждый раз, когда они пытались покинуть комнату, Уильям нападал, его собственная миссия состояла в том, чтобы помешать им последовать за Гарри.

«Флипендо!» - воскликнул Уильям, когда Квиррелл собирался выйти из комнаты, но профессор легко защитился и ответил проклятием, которое в конечном итоге обезоружило Уильяма, отправив его далеко на землю.

Квиррелл подплыл к тому месту, где на полу лежало тело Уильяма: «Я признаю, что ты был храбрее, храбрее своего отца и деда, но слабее любого из них… Я восхищаюсь твоей инициативой и поэтому буду использовать тебя в качестве своего нового хозяина».

«Я все еще… могу бороться, - Уильям приподнялся, - я могу с легкостью убить тебя».

«Да? - спросил Волан-де-Морт. - Я хотел бы посмотреть, как ты собираешься это сделать»

Уильям был спокоен, он сохранял полную уверенности улыбку, взяв в руку маленький мешочек "с этим", из мешка вылезла большая морда и острые зубы.

Квиррелл сделал шаг назад, но было слишком поздно: клыки Норберты уже оказались в животе профессора. «Ааааа!» - крикнул Квиррелл, изо всех сил пытаясь освободиться, поднимая руку, чтобы вызвать проклятие.

Из другой сумки вылез маленький грифон, который все еще не мог летать, Пруна просто побежала и прыгнула, чтобы оторвать руку Квиррелла.

Квиррелл не мог сражаться с Норбертой в таком маленьком помещении, а с другой стороны находилась Пруна, рядом с Уильямом, расправив крылья, чтобы защитить своего хозяина.

«Розье!» - воскликнул Квиррелл, борясь за свою жизнь, но это было невозможно против драконихи; видя, что теперь он в безопасности, Уильям закрыл глаза и упал на землю.

«Ух...» - простонал Уильям, нахмурив брови, он открыл глаза и быстро узнал место, где он находился: больница, как мальчик и планировал.

«Наконец-то проснулись, мистер Розье», - донесся до ушей Уильяма голос пожилого директора, заставив его обратить на него внимание.

«Директор?» - спросил Уильям, он все еще чувствовал усталость в своем теле, но было не время для перерывов, парень знал это лучше, чем кто-либо в замке. Мальчик с трудом поднял свое тело, изо всех сил стараясь не показать свою полную слабость. «Что случилось с Квирреллом и Волан-де-Мортом?»

В голове Уильяма царил хаос, он мог вспомнить практически все, включая тот факт, что Пруна и Норберта вырвались из своих сумок, чтобы спасти его. «Где мои вещи?!» - воскликнул Уильям, оглядываясь по сторонам.

Дамблдор не говорил ничего такого, что заставило бы Уильяма волноваться больше, чем следовало; даже несмотря на усталость в теле, он изо всех сил пытался встать с постели.

«Думаю, лучше всего сейчас отдохнуть - сказал Дамблдор, подходя к кровати Уильяма и доставая сумки. – Простые предметы в глазах многих волшебников, но действительно полезные».

Уильям заглянул внутрь и увидел двух существ. «Они обе в порядке», - вздохнул беловолосый мальчик с облегчением.

«Гарри и мисс Грейнджер рассказали мне немного, но у меня все еще лишь одна версия; да, я кое-что знаю, но я хотел бы услышать еще вашу версию», – Дамблдор осмотрел Уильяма; будучи мудрым волшебником, он знал много чего, и Уильям понимал это. «Как вы узнали, что камень был там?»

«Это оказалось просто, повсюду были подсказки, разница в том, что у меня проворный ум, и я связал концы с концами, так что мне не пришлось опрашивать половину школы, как моим сокурсникам».

«Хагрид пытался предупредить меня о профессоре Квиррелле».

«Да, я сказал ему тогда, я удивлен, что он действительно пытался предупредить вас».

«Он не назвал вашего имени, мистер Розье, он упомянул, что это была его собственная догадка, - выражение лица Уильяма застыло, и его глаза расширились, – Хагрид, должно быть, действительно ценит вашу дружбу».

«Да...» – Уильям крепко сжал кулаки, Хагрид мог бы рассказать Дамблдору, что это Уильям обо всем догадался, но вместо этого решил скрыть его личность, чтобы избавить мальчика от неприятностей. «Он действительно хороший друг».

«У вас есть какие-нибудь вопросы?» – Дамблдор в последний раз посмотрел на Уильяма.

«Я предполагаю, камень спрячут в другое место, хоть об этом и не будут объявлять, но все в замке все равно узнают, и я предполагаю, что мы получим приз», - высказал Уильям свои предположения, вызвав улыбку на лице мудрого волшебника.

«У вас действительно высокий интеллект; раз у вас нет вопросов, то, думаю, мне следует удалиться, прощальный вечер уже не за горами, и мы должны объявить результаты соревнования между факультетами», - Дамблдор развернулся, готовый уйти, но Уильям быстро встал.

«Профессор!» - позвал беловолосый мальчик.

«Да?» – Дамблдор повернулся, чтобы посмотреть на Уильяма.

«Могу я обратиться с эгоистичной просьбой?» – Уильям твердо стоял перед Дамблдором, но прежде чем он успел осознать это, его ладони вспотели, он почувствовал давление на свое тело, а ноги слегка задрожали, однако он держался.

Дамблдор оглядел Уильяма с головы до ног, приподнял бровь, но кивнул: «Что ж, послушаем вашу просьбу, прежде чем примем решение».

Рот Уильяма открылся, но слова, которые должны были вырваться, застряли у него на языке: «Я хочу поехать в Кастелобрушу», – наконец, слова покинули его рот и влетели в уши Дамблдора, вызвав большое удивление.

«Вы хотите покинуть Хогвартс? - удивленно спросил Дамблдор. – Это из-за реакции ваших товарищей по факультету?»

«Нет! – воскликнул Уильям. – Я не хочу покидать Хогвартс, я просто хочу поучиться в Кастелобрушу во время каникул по программе обмена, но чтобы вместо меня не приехало другой ученик оттуда; я хотел бы это в качестве своего приза, если возможно».

«Почему?»

«Почему я захотел обучаться по обмену?» – спросил Уильям, чтобы удостовериться.

«Нет, почему именно Кастелобрушу?»

«Это такое место... правда в том, что...

«Уильям, тебе нечего бояться, ты просто должен быть честен, отвечая, от твоих слов будет зависеть, что я смогу сделать».

«Это из-за травологии и магической зоологии. Кастелобрушу специализируется в этих областях, их фауна отличается, я хочу узнать как можно больше; я знаю, Хогвартс – лучшая школа, но у остальных также есть свои особенности, я хочу учиться и знать гораздо больше».

Дамблдор посмотрел на Уильяма и, наконец, глубоко вздохнул: «Я не могу ответить в настоящее время, этот не тот вопрос, который можно решить тут же. Дело касается не только Хогвартса и Кастелобрушу, но также и соответствующих министерств магии и семью Розье, ваша семья должна одобрить временный перевод».

Уильям на мгновение заколебался, Дамблдор ничего не говорил о деньгах, но Уильям знал, что у него должны быть деньги для перевода, однако это само по себе не было проблемой: в конце концов, у него оставался приз лотереи, сама проблема заключалась в одобрении его семьи, вот что он не учёл.

«Хорошо, отдыхайте, а что касается вашей просьбы, я сделаю все, что в моих силах», - это была последняя фраза, которую Уильям услышал из уст мудрого директора.

Уильям сидел на краю кровати в больнице в течение долгих минут, перебирая все варианты в голове – от отправки петиции матери до того, как заставить своих братьев помочь ему; он даже думал о подделке подписей своей матери, но в магическом мире это было бы смешно.

У беловолосого мальчика в голове оказалось не так много вариантов, поэтому он решил взять один из белых листов поблизости и ручкой написал записку: «Это моя единственная возможность», - пробормотал он тихим голосом.

Поскольку на этот раз Гарри не пострадал, мадам Помфри пришлось помогать Уильяму поправляться; мальчик все время находился в своей постели, как она и просила, он не жаловался и ничего не требовал, как другие ученики, но он отличался ещё кое в чем. Уильям спрашивал, какие зелья использовались для лечения людей, каковы методы лечения и виды заклинаний.

Мадам Помфри без проблем отвечала на вопросы Уильяма; но не успевала она отвечать на один вопрос, появлялось еще десять, что делало пребывание Уильяма в больнице немного мучительным для мадам Помфри.

Когда пришло время прощального ужина, она сама предложила взять Уильяма, даже Хагрид, пришедший навестить мальчика, удивился, увидев медсестру, помогающую Уильяму.

В большом обеденном зале все студенты уже собрались за своими столами, Уильям увидел, как Чо Чанг машет ему рукой, он заметил выражение лиц своих брата и сестры, а также удивленные выражения лица нескольких товарищей по факультету.

Весь зал был оформлен в цветах Слизерина, в зеленом и серебристом, в честь празднования триумфа змеиного факультета, победителя в течение семи лет подряд. Большой баннер покрывал стену за высоким столом, изображая змею Слизерина.

«Довольно элегантное украшение, я должен признать, обычно серебро символизирует предательство среди маггловских религий, а зеленый, ну, это просто зелёный».

«Ты не знаешь, почему именно зелёный? – спросила мадам Помфри, приподняв бровь и глянув на Уильяма, которому не стыдно было признать свое невежество в этом вопросе. – Не важно, Гриффиндор был близок к тому, чтобы выхватить победу, но факультет потерял очки, когда Филч поймал Поттера и его компанию, бродящих по коридорам; они упомянули о том, что кто-то пытался украсть философский камень, но никто им не поверил».

«Оу», – Уильям удивился, Гриффиндор должен был проиграть соревнование, когда Поттера и его компанию обнаружили при попытке вытащить Норберту из замка, но Уильям взял дело в свои руки. В тот момент, когда Норберта залезла в сумку Уильяма, он подумал, что Гриффиндор выиграет кубок с большим отрывом, но это было не так, напротив – Поттера и Рона с Гермионой обнаружили во время совершения очередной глупости; по правде говоря, сам Уильям не помнил об этом, но вот он нашел окаменевшего Невилла на полу....

«Теперь я вспомнил, а стал ли Гриффиндор победителем кубка по квиддичу?»

«Нет... – мадам Помфри скрестила руки на груди и стала выглядеть слегка раздраженной. – Поттер вернулся невредимым из своего маленького приключения по спасению школы, но этого было недостаточно, чтобы выиграть соревнование, Слизерин играл грязно, все это знают».

«Понимаю». По воспоминаниям Уильяма, кубок этого года должен быть быть испорчен, потому что Гарри проваляется без сознания в течение трех дней, но с вмешательством Уильяма все изменилось; конечно, теперь Гарри смог сыграть в последней игре, однако это не означало, что он смог победить.

«Вам не о чем беспокоиться, мадам Помфри, «крестовые походы» моих одноклассников будут вознаграждены. Профессор Дамблдор, может быть, и стар, но он все еще мудр и знает, как вознаградить усилия своих учеников».

Видя уверенность в выражении лица Уильяма, мадам Помфри никак не могла сломать его розовые очки мечтаний и надежд, она могла лишь вздохнуть и покачать головой: «Надеюсь, ты прав, мой мальчик».

Уильям занял свое обычное место, подальше от всех учеников, но очень близко к лучшим блюдам, все же он чувствовал пристальные взгляды своих сверстников и даже слышал шепот.

«Я слышал, он был тем, кто защищал камень».

«Разве он не сын Пожирателя Смерти?»

«Ты уверен, что это он?»

«Я думаю, он отличается от других...»

Слава и популярность не были сильной стороной Уильяма; услышав комментарии, он не смог не смутиться немного.

К счастью для всех, Дамблдор прибыл до того, как Уильям решил сбежать из большого обеденного зала. Разговоры прекратились, и все сосредоточили внимание на директоре.

«Еще один год прошел! - весело сказал Дамблдор. - И я собираюсь помучить вас каким-нибудь стариковским разговором, прежде чем вы сможете приступить к вкусным угощениям. Какой у нас был год! Мы надеемся, что в ваших головах теперь немного больше знаний, чем когда вы приехали... Сейчас у вас есть все лето, чтобы вновь опустошить их до начала следующего года... Что ж, я понимаю, что надо объявить, кому же достанется кубок, и вот каковы заработанные очки: на четвертом месте Пуффендуй – 352 очка; на третьем месте Когтевран – 426 очков; второе место занимает Гриффиндор – 450 очков, и на первом месте Слизерин – 472 очка!»

Уильям удивился: количество очков отличалось от того, каким он его помнил как в фильмах, так и в книгах; значит, не все, что он делал в течение года, было напрасно, он даже избежал потери очков из-за случая с Норбертой.

Все ученики Слизерина радостно аплодировали, сам Уильям не хотел поворачиваться и смотреть на лица учеников этого факультета: ему не нравилось смотреть на триумфы других людей, и он отказывался смотреть на торжествующее лицо своих брата и сестры.

Но Уильям также понимал, что радостные возгласы учеников Слизерина продлятся только до тех пор, пока Дамблдор не начнет говорить, что также начало доставлять ему определенное удовольствие; он хотел увидеть выражения испорченной радости на лицах своих родственников.

Когда дали очки Рональду Уизли, все ученики Гриффиндора были счастливы; пятнадцать баллов не такая большая награда, чтобы рисковать своей жизнью, не говоря уже о том, что это меньше, чем давалось в адаптациях, но все же самым счастливым стал староста, Перси Уизли.

Гермиона набрала еще пятнадцать очков, как и предполагал Уильям; настоящая Гермиона была не такой, как в фильмах, маленькая девочка оказалась так счастлива, что закрыла лицо руками, чтобы скрыть свой стыд или заплакать от радости, никто не мог сказать наверняка.

Гарри Поттер выиграл тридцать очков, все были счастливы, они победили змей с помощью очков Гермионы, но больше очков все равно не повредит; однако, наконец, объявили последние очки для храброго Невилла – единственный момент, когда Уильям захлопал. Невилл отличался от других мальчиков, он более слабый, с более тяжелой судьбой и даже с хрупким сердцем, но он все равно собрал все силы и выстоял перед своими одноклассниками.

«А вот и смена декораций». Уильям стоял, оглядывая большой обеденный зал, чтобы увидеть смену декораций; он был горд и счастлив, как и любой мальчик, однако ему также было немного неприятно не слышать своего имени, пусть он и сам попросил не объявлять, но все равно парень чувствовал себя немного опустошенным.

Пока все праздновали и радовались победе над Слизерином, Уильям встал первым и покинул обеденный зал.

«Я полагаю, ты, должно быть, счастлив, хотя твои усилия принесли твоему факультету всего несколько очков, этого оказалось достаточно, чтобы выиграть кубок; я помню, как ты бросил вызов профессору Квирреллу и заставил его провести тренировочный поединок, чтобы выиграть эти очки».

Уильям мог определить личность этого человека, даже не заглядывая мысленным взором себе за спину, по правде говоря, он ожидал чего-то подобного.

«Лесли Анджелина Розье, - сказал Уильям холодным и резким тоном. – Соревнования факультетов все равно что детские игры, я полагаю, что мудрый волшебник уже понял бы это».

Выражение лица Лесли сменилось яростью и гневом, она, будучи пятикурсницей, очень хорошо знала о вражде, стоящей за соревнованиями факультетов, но она не могла потерять свой дух соперничества.

«Ты смеешь обращаться ко мне по полному имени, - Лесли прикусила губу и сжала кулак. Среди сверстников она была признана хладнокровной ведьмой, которую трудно было разозлить, ее красивые шелковистые черные волосы и светло-голубые глаза пользовались популярностью среди студентов мужского пола, поэтому она всегда вела себя грациозно; однако одного факта, что ее младший брат, которого считали практически мусором в семье, обращался с ней как с невеждой, оказалось достаточно, чтобы она слегка вышла из себя.

«Думаю, это самый формальный способ обращаться друг к другу в Хогвартсе, я бы не хотел, чтобы меня отселили к остальным членам семьи Розье. Я другого рода Розье или по крайней мере пытаюсь им быть», - спокойно высказался Уильям, не глядя на сестру; он не посчитал нужным смотреть на нее, в конце концов, ни один из них не считал другого семьей.

«Мама не будет хвалить твою гордость за факультет; может, ты даже получишь приз за победу Гриффиндора, но ты знаешь, что мама – фанатка соревнований факультетов, и она сама училась в Слизерине ».

«Я предполагаю, что она также не знает о споре, стоящем за соревнованиями в школе, я обязательно отправлю сову с соответствующей информацией, возможно, она сможет проинструктировать остальных моих братьев и сестер по этому вопросу, так что я могу с нетерпением ждать второго года со спокойной душой», - безразлично сказал Уильям, заставив Лесли разозлиться до такой степени, что она схватила палочку с юбки, но в тот же момент появился профессор Дамблдор.

«Уильям, – Дамблдор позвал мальчика, – семейный сбор?»

«Нет, просто воспитательная беседа. Семейный сбор проводится только тогда, когда все считаются членами одной семьи, – Уильям двинулся в сторону Дамблдора, проходя мимо Лесли, – это было просто разговор о соперничестве факультетов».

«Понятно», – очевидно, Дамблдор понял значение слов Уильяма, но решил не вмешиваться, в конце концов, это было не его дело.

Уильям последовал за Дамблдором в кабинет, в котором он должен был находиться. «Присаживайся, Уильям».

«Конечно». Кабинет Дамблдора был огромен, там находилось огромное количество книг, документов, и Уильям даже увидел Фоукса; здесь также была сортировочная шляпа, Уильяму пришла в голову идея пойти и еще раз спросить, к какому факультету он принадлежит, но он немедленно отказался от этой затеи.

«Гриффиндор выиграл кубок», - сказал Дамблдор неожиданно, Уильям лишь кивнул, внимание мальчика было сосредоточено на окружающей обстановке, он многого не знал или не помнил из адаптаций. «Насчёт твоей просьбы...»

Уильям немедленно повернулся и посмотрел на директора так пристально, как только мог, он хотел напрячь свой мысленный взор, но не осмелился перед Дамблдором. «Что насчёт моей просьбы?»

«Я знаю, что прошло совсем немного времени с нашей встречи, но я думаю, что твоя просьба выполнима; директриса Гимарайнш с радостью приняла мою просьбу, увидев твою успеваемость, и выразила желание лицезреть твоё развитие своими глазами, - Дамблдор улыбнулся и передал на стол письмо от директрисы Кастелобрушу. – Теперь, когда я вспомнил, ты знаешь португальский?»

«Я изучал язык в течение года, я не эксперт, но в какой-то степени могу поддерживать беседу, полагаю, я мог бы лучше познакомиться с языком там». Уильям начал читать письмо.

«Министр магии Корнелиус Фадж одобрил временный перевод в Кастелобрушу в качестве символа дружбы с министерством магии Бразилии. Что касается разрешения вашей семьи, оно у меня здесь», - Дамблдор положил конверт на стол.

Уильям взглянул на конверт и сразу узнал его отправителя. «Лорд Розье прислал письмо, в котором дал разрешение на все твои решения относительно твоего будущего».

Уильям пристально уставился на конверт, он сам отправил письмо своему деду с просьбой о помощи, но никак не ожидал, что ответ будет таким скорым.

«Удивлен? - спросил Дамблдор, Уильям просто кивнул. – Твой дедушка очень отличается от остальных, мне не повезло, что я стал его учителем по защите от тёмных искусств лишь на шестом курсе и следовательно так мало преподавал у него».

«Вы были учителем моего дедушки?»

«Да, Уильям, и я должен добавить, что твой дедушка был великим дуэлянтом, он использовал мало заклинаний, но всегда элегантно, и у него был широкий кругозор, гораздо шире, чем у его одноклассников, - Дамблдор погладил бороду. – Я вижу в тебе маленькую тень твоего дедушки, поэтому я позволю тебе поехать в Кастелобрушу, как ты просил; я позабочусь обо всем до твоего возвращения, но тебе все равно придется выполнять свои обязанности в поездке и...

«Я все выполню!» - воскликнул Уильям, он был взволнован и счастлив. Его мечтой в первой жизни было путешествовать по миру, и теперь он начинал осуществлять её. «Когда я уезжаю?»

«Завтра»

«Завтра?»

Дамблдор кивнул: «Прежде чем ученики Хогвартса покинут замок, я лично отвезу тебя в Кастелобрушу, нам нужно будет кое-чем заняться, но ты прибудешь до обеда; теперь ты можешь пойти и заняться приготовлениями».

После разговора с Дамблдором Уильям начал готовиться к своей поездке, он знал не так много о Кастелобрушу, кроме того, что говорилось в книгах; парень никого там не знал и не был знаком со страной, однако он чувствовал радостное волнение, ощущая, что это будет лучшая поездка в его жизни.

Первой остановкой Уильяма было общежитие, где он сложил все свои вещи в сундук в изножье кровати, достал оттуда несколько книг, которые заказал в библиотеке, и еще несколько вещей.

«Уильям», - раздался голос сзади, привлекая внимание беловолосого парня.

«Поттер и Уизли», – Уильям спокойно отозвался, но без особого интереса к дуэту; теперь, когда вопрос с философским камнем решен и он получил билет в Кастелобрушу, они ему не нужны. Кроме того, они не будут особо полезны в будущем, в планы Уильяма не входил этот дуэт или трио, если учитывать Гермиону.

«Гермиона и Невилл рассказали нам, что случилось, мы были неправы, - Рон говорил тихо, не глядя Уильяму в глаза, он несколько раз с трудом сглотнул. – Я также нашел зелье рядом с собой, когда проснулся, Гермиона сказала мне, что оно твое».

«Да, я не мог позволить одному из моих одноклассников умереть в запретной комнате, мне пришлось использовать зелье».

«Невилл рассказал нам об этом, но правда в том, что...» – Рон нервно заломил руки, слова еле выходили из него, но Уильям знал, что хочет сказать маленький рыжик, но затем внезапно появились Фред и Джордж, обняв Рона за плечи.

«Наш младший брат хочет поблагодарить тебя», - сказал Фред, улыбаясь Уильяму.

«Он очень благодарен тебе за помощь», - Джордж протянул руку Уильяму и дважды пожал ее.

«Гарри тоже благодарен», - Фред тоже пожал Уильяму руку

«И мы тоже», - сказали оба близнеца одновременно, Уильям впервые разговаривал с ними; они пользовались популярностью в Гриффиндоре, но Уильяму не приходилось общаться с ними.

«Я Джордж».

«А я Фред».

«Очень приятно», - сказали они оба одновременно, похлопали Уильяма по плечам и вернулись к своим делам как ни в чем не бывало.

«Они всегда такие, - сказал Рон, увидев выражение лица Уильяма. – Дело в том, что я хотел поблагодарить тебя за твою помощь».

«Я тоже, - вмешался Гарри, - ты помог мне в последней комнате в битве с Волан-де-Мортом, ты действительно не такой, как слизеринцы, Хагрид был прав», – Гарри протянул руку Уильяму.

В тот момент, когда Уильям увидел протянутую к нему руку, ему захотелось рассмеяться, но в конце концов он просто пожал руку мальчику, которого все называли героем; он не хотел быть в плохих отношениях с Гарри Поттером, по правде говоря, он не был особо ценен для Уильяма, но все равно полезно сохранять приятельские отношения.

«Ну, теперь, когда все улажено, я должен вас покинуть, мне еще многое нужно сделать до того, как я уеду из Хогвартса, и я думаю, что вам тоже есть чем заняться, прежде чем вы отправитесь домой». Все ученики собирали свои вещи, чтобы уехать домой, Гарри и Рон догадались, что Уильям делает то же самое, поэтому они позволили ему продолжить.

Ноги Уильяма привели его в гостиную, а оттуда в библиотеку, где стояла мадам Пинс. «Уильям», – позвала она, пристально глядя на беловолосого парня.

«Я принес их с собой, - ответил Уильям, вытаскивая несколько книг из своей сумки. – Они все здесь, я не заберу их домой».

«Я бы без проблем разрешила взять тебе их домой, но вот в Кастелобрушу – вряд ли», - сказала мадам Пинс.

«Вы и это знаете?» – удивленно спросил Уильям.

«Практически все преподаватели знают, директор сообщил об этом совсем недавно, - ответила мадам Пинс. – Полагаю, у тебя свои причины отправиться на ту сторону света, я лишь надеюсь, что ты не будешь проводить все свое время взаперти в библиотеке, моей библиотеки было вполне достаточно».

Уильям тихонько усмехнулся словам мадам Пинс, но слова библиотекаря-волшебницы мудры, он должен был выжать всю пользу из своего пребывания в Кастелобрушу и «превратиться в губку», чтобы впитать и выучить все.

Следующей остановкой стала хижина Хагрида, все было точно так, как помнил Уильям, за исключением Пушистика, который теперь был привязан толстой цепью к дереву.

«Уильям! – радостно воскликнул Хагрид, появляясь со стороны хижины; он готовился провожать студентов на вокзал – это его ежегодная обязанность. – Я слышал новости от профессора Дамблдора, ты едешь в Бразилию».

«Да, в Кастелобрушу, там больше видов существ для изучения, а также много растений, к которым на этой стороне света невозможно получить доступ».

«Отличная идея, ты многому научишься в Кастелобрушу, я уверен, что ты вернешься с кучей интересных историй».

«Перед отъездом я решил заехать и вернуть Норберту, она спасла мне жизнь, пока я сражался с Квирреллом, – Уильям снял сумку с пояса и передал ее в руки Хагрида. – Что будет с Пушистиком?»

На вопрос Уильяма Хагрид не мог не покачать головой: «Профессор Дамблдор выразил мнение, что он не может остаться в Хогвартсе, теперь, когда в замке нечего защищать, его, вероятно, отправят в Афины, но я беспокоюсь».

Уильям улыбнулся, услышав последние слова: «Дай угадаю, Пушистик застенчив, и ты боишься, что другие трехголовые собаки будут обижать его».

«Да...»

«Я могу провезти его с собой до самого Кастелобрушу», - Уильям посмотрел на Хагрида.

«Это невозможно, профессор Дамблдор уже организовал поездку для Пушистика, ничего не поделаешь, кроме того, я не хочу, чтобы у тебя были неприятности».

«Ну, я думаю, другого выхода нет», – Уильям понял ситуацию Хагрида, он ещё какое-то время поговорил с полугигантом, прежде чем вернуться к своим делам.

Уильям вернулся в замок, попрощавшись со своим другом Хагридом; они выпили по последней чашке чая, для Хагрида это лето обещало быть спокойным, но для Уильяма оно другое, целое лето, полное новых возможностей, далекое от сюжетов официальной истории, открывающее совершенно новые приключения.

Когда Уильям шел по длинным коридорам, он наткнулся на знакомое лицо, которое он не ожидал увидеть.

«Ты уже уезжаешь?» - спросила Чо Чанг.

«Как и все остальные», - ответил Уильям

Чо Чанг дружелюбно улыбнулась и вытащила пачку печенья: «Один из моих одноклассников услышал, что ты не поедешь домой, по правде говоря, мы все знаем, что ты тоже участвовал в приключениях Гарри и его друзей, но никто не понял, почему ты не получил очков».

«Я не хотел очков», - признался Уильям как ни в чем не бывало.

«Было очевидно, что очки для Гриффиндора для тебя ничего не значат, так как они не несут для тебя никакой выгоды; думаю, ты попросил что-то другое, и теперь я поняла, в чем состояла твоя просьба, – девочка вложила печенье в руки Уильяма, – это шоколадная крошка, такую марку печенья в Бразилии не найти».

«Все, что ли, знают?» - спросил Уильям

«А что, это секрет?» – на вопрос девушки Уильям отрицательно покачал головой. «Тогда все в замке узнают; не секрет, что ты, может, станешь очень популярным в следующем году».

«Сомневаюсь, ведь, в конце концов, я маленький Пожиратель Смерти».

Чо Чанг крепко обняла беловолосого мальчика. «Удачи», - прошептала она в последний раз, прежде чем отпустить Уильяма и побежать по коридору в противоположном направлении, откуда она пришла.

Уильям медленно покачал головой, посмотрел на печенье и заметил маленькую прикрепленную к пачке записку, гласящую: «Стимулирующее печенье для учебы».

Состоялись немногочисленные прощания Уильяма с его друзьями, Невилл также обнял Уильяма, беловолосый мальчик на мгновение попытался оттолкнуть его, но ненавидеть мальчика было невозможно; в том, что он такой невинный, не было вины Невилла, плюс Уильям постепенно почувствовал, что они могут быть друзьями в будущем.

Следующее прощание немного отличалось от обычных, оно состоялось спустя время, когда Уильям нес свой большой чемодан на спине, чтобы встретиться с директором в условленном месте, чтобы отправиться в поездку.

«Уильям, – Уильям не мог не узнать этот голос, когда он повернул голову, там была она, девочка, которая в какой-то момент стала кумиром многих молодых людей в реальном мире. – Это правда, что все говорят? Ты не вернешься домой?»

«Ты действительно думала, что я не подготовился? - спросил Уильям с улыбкой. – Жизнь – это просто игра, когда ты знаешь необходимые трюки. Хорошего времяпрепровождения с книгами дома».

Больше нечего было сказать, и она, и он знали это, ни один из них не отличался умением разговаривать о чувствах, дружбе и тому подобном, но их объединяло только одно – любовь к знаниям.

Гермиона посмотрела на спину Уильяма, маленькую худую спину в темной школьной мантии, белые волосы как отличительный знак, не часто можно было увидеть этот цвет на голове человека.

Когда Уильям стоял перед кабинетом директора Дамблдора, он не мог не уставиться на горгулий, которых он пропустил ранее из-за того, что нервничал; обе горгульи-грифоны были впечатляющими, и в сознании Уильям сформировал фигуру Пруны с такими же пропорциями; он был явно взволнован, но выражение его лица не выдавало этого.

«Они прекрасны, не находишь, Уильям?»

Когда Уильям посмотрел в сторону, он увидел профессора Дамблдора, также рассматривавшего горгулий. «Со временем твой грифон также может вырасти до такого размера, но боюсь, он не сможет находиться внутри школы».

«Да...» – Уильям кивнул, он знал, что директор в какой-то момент скажет об этом; удивительно, что он до сих пор не упомянул Норберту, но он знал о существовании драконихи.

«Вижу, ты уже упаковал все свои вещи, думаю, нам пора, у нас впереди долгое путешествие, - сказал профессор Дамблдор, заставляя горгулий открыть вход в его кабинет. – Мы воспользуемся входом для посетителей, сам министр Фадж ждет нас».

«О... отлично», - Уильям изобразил интерес, но Дамблдор легко заметил фальш.

Когда они оба прибыли в министерство, Уильям очень удивился: он никогда не видел столько взрослых волшебников в одном месте, архитектура отличалась от привычной ему, интерьер выполнен в более темных, но элегантных оттенках.

Документы, летающие, как бумажные самолетики, с одной стороны на другую, офисы до небес, скульптуры в самых неожиданных местах, дымоходы повсюду – в основном все было новым для Уильяма, и вдруг он понял, что остался один: Дамблдора нигде не было видно. Уильям не мог не удивиться, но, учитывая личность директора, Дамблдор не мог появиться и не привлечь внимания; к счастью, Уильям тоже не был ребенком, по крайней мере, мысленно.

Расспросив в нескольких местах, он смог найти правильный адрес, это было нелегко, ведь встреча с министром – дело важное, но в конце концов он достиг своей цели, используя имя Дамблдора. Хогвартс и семья Розье в одном предложении имели довольно большой социальный вес.

Когда Уильям вошел в кабинет министра Фаджа, он заметил внутри четырех человек, двух женщин и двух мужчин.

В кабинете министра находился сам министр магии, Корнелиус Фадж. Он слегка дородный мужчина с седыми и морщинистыми волосами, его легко можно было узнать по стилю одежды, который можно было бы назвать довольно странным: костюм в тонкую полоску, красный галстук, длинный черный дорожный плащ, фиолетовые ботинки и светло-зеленый котелок. Уильям подумал: а не происходил ли этот министр из семьи клоунских фокусников.

Другого мужчину в кабинете Уильям легко узнал, так как это тот, кто должен был все время находиться рядом с ним, директор Альбус Дамблдор.

Первой женщиной в офисе оказалась директриса Кастелобрушу, Ана Гимарайнш. Уильям видел ее фотографию в книге, когда составлял свой план действий. Женщина чуть моложе Дамблдора, с темными волосами, полными губами, волнистыми седыми волосами, она была на полметра ниже Корнелиуса Фаджа, но по ее глазам Уильям мог понять, насколько мудрой являлась эта женщина.

Последней и не менее важной была другая женщина в кабинете, из-за ее одежды, возраста и положения, близкого к министру Фаджу, Уильям быстро распознал в ней министра бразильского министерства магии, Риту Араужо.

Уильям слегка поклонился и поприветствовал присутствующих с предельной вежливостью, две женщины и директор школы первыми ответили на приветствие кивком головы, Фадж шагнул вперед и пожал руку Уильяму, энергично улыбнувшись.

«Мир действительно изменился, раз в одном кабинете только из-за одного мальчика собрались двое министров», - сказал Фадж, почти смеясь.

«Конечно, это событие укрепляет дружбу между министерствами, министр Фадж должен быть рад этому», - ответила министр Рита дружелюбным, но в то же время апатичным тоном.

«Помимо всего, это академический вопрос; я была действительно удивлена, когда директор Дамблдор сам рекомендовал ученика для временного перевода в Бразилию, кроме того, согласно документам, которые поступили в мой офис, этот молодой человек учится на первом курсе и имеет большой потенциал, - улыбнулась директриса Ана, изучая Уильяма с головы до ног. – Будет интересно взять под крыло этого молодого человека».

«Я лишь надеюсь, что вы не захотите отправить его обратно в Хогвартс», - засмеялся Дамблдор, поглаживая бороду, директриса Ана посмеялась над комментарием своего коллеги.

Все они собрались из-за временного перевода Уильяма, обсуждаемые вопросы имели различное значение, и, не осознавая этого, Уильям находился на заднем плане; так что сам Уильям слушал только до тех пор, пока министр Фадж не сообщил, что у него есть еще одно обязательство, которым он должен заняться.

Дамблдор первым вернулся в Хогвартс, а Уильям сопровождал директрису Ану и министра Риту Араужо.

Они прибыли в Бразилию почти мгновенно, Уильям очень удивился, особенно когда увидел окружающую обстановку. Все так отличается от загрязненного Лондона.

Уильям оценивал все, что его окружало: костюмы людей оказались другими, не было столь обширного прогресса, как в Европе, но это не так важно. «Министр Рита сейчас покинет нас, и я полагаю, что мы должны добраться до замка как можно скорее. Твои вещи уже должны быть на месте, так что не о чем беспокоиться».

По кивку Уильяма они оба исчезли с этого места, а когда появились снова, то оказались перед большим замком огромной высоты, Уильям поклялся, что видел его в своей прошлой жизни, когда лазил по сети, но это строение совершенно другое. Здание было квадратным, в нем находилось много лестниц со всех четырех сторон, по меньшей мере двести ступеней с каждой стороны, и все это из золотого камня.

Благодаря книгам в библиотеке Хогвартса Уильям знал, что замок находится под чарами, которые меняют его внешний вид, когда вокруг магглы, и делает его похожим на руины доколумбовых племен.

Куда бы Уильям ни посмотрел, он видел лес; информация в книгах, которые он изучал, оказалась не такой уж и неточной, но называть это лесами – ошибка. Вернее было сказать джунгли.

«Впечатлен? - спросила директриса Ана, увидев выражение лица Уильяма, который кивнул, не закрывая рта. – Это нормально, но не делай так перед учениками, а то все сразу пойдут, что ты иностранец», - Уильям закрыл рот.

«Пойдём, мне все еще нужно оформить документы, чтобы ты начал заниматься, и мы должны сделать так, чтобы ты выглядел достойно нашей школы».

Уильям посмотрел на свою хогвартскую мантию. «Я не так уж плохо выгляжу», - пробормотал Уильям, а затем внимательно последовал за директрисой.

Как и ожидалось от школы магии, золотые лестницы были зачарованы, и они двигались точно так же, как эскалаторы в торговом центре, их устройство Уильям оценил изнутри.

«Давай, следуй за мной и не заблудись».

«Это фермы магических существ Кастелобрушу?»

«Точно, ну как тебе?»

Оба ученика вошли на территорию поодаль от пирамид Кастелобрушу, направляясь в джунгли Амазонки, куда заходили только храбрые магглы или же очень глупые.

Среди всех джунглей было специально выделенное место, похожее на ферму или зоопарк, для содержания всех волшебных существ, предназначенных для изучения. Уильям, с одной стороны, не ожидал, что все будет так: все оказалось зеленее и естественнее, чем в Хогвартсе, будто он попал в другой мир.

«Это агуарей?» - спросил Уильям, увидев зеленовато-черную птицу, стоящую на одной из ветвей, в стороне от фермы. Мануэла кивнула на вопрос Уильяма: «Потрясающе, я видел её в книге, и мне очень нравится ее история. Древние волшебники верили, что она предвестник смерти, а правда в том, что птица поет только тогда, когда идет дождь; с другой стороны, она также известна как ирландский феникс».

«Да, это то, чему нас учат в замке, как видишь, я ученица пятого курса, и у меня уже была возможность изучить мистера Дамареса».

«Дамарес? - спросил Уильям, уставившись на своего опекуна. - Ты шутишь?»

«Птица находилась в этом месте долгое время, она прибыла с группой торговцев людьми, к счастью, директриса избавилась от всех них, как только они вторглись в джунгли»

«Она?»

«Директриса знает местонахождение всех людей в джунглях Амазонки, в конце концов, это сила директрисы Кастелобрушу».

По мере того как Уильям слушал рассказ Мануэлы, он узнавал больше о джунглях Амазонки, словно изучал её по старой карте мародеров, которая теперь должна быть у близнецов Уизли, и хотя Уильяма так и подмывало украсть ее, он решил оставить эту затею до лучших времен.

Оба ученика прогуливались по ферме, Уильям повсюду видел различных особенных существ, все больше и больше удивляясь Кастелобрушу; Хогвартс был феноменальной школой, и ему еще многое предстояло там узнать, но немалую часть из этого он уже видел в фильмах или представлял себе, читая книги. Однако Кастелобрушу был другим, не было подробного описания, никаких указаний на то, что находилось перед мальчиком, он действительно понятия не имел ни о чем, что касалось этой школы и методов обучения в ней; каждый раз, когда Мануэла показывала ему что-то, он чувствовал себя словно на осмотре туристической достопримечательности.

«Дамарес не сводит глаз с твоей палочки», - заметила Мануэла, держа агуарей на руке, как будто это был орел.

«Сердцевина моей палочки сделана из феи, очевидно, Дамареса это привлечет, в конце концов, это его любимая еда», - Уильям закрыл специальный карман в своей тунике, чтобы палочка не попала в клюв Дамареса, он не хотел оставаться без своего самого важного инструмента.

Что больше всего привлекло внимание Уильяма, так это маленькая синяя птичка, порхающая вокруг. «Джобберкнолл», – заметил беловолосый, державший в руках маленькое перо.

«Можешь оставить себе, – сказала Мануэла, передавая еще несколько перьев в руки парня. – У нас в замке много всяких материалов, многие студенты посвящают себя сбору сырья отсюда, чтобы использовать его в своих тестах при подготовке к урокам зелий, директриса также считает, что это хороший способ помочь нам познакомиться с магическими существами».

«И как, работает?»

«Не так хорошо, многие студенты по-прежнему предпочитают покупать расходные материалы, в то время как другие часами собирают их и продают своим сверстникам, вполне приемлемый бизнес, – Мануэла пожала плечами, обернувшись, – но уровень студентов Кастелобрушу в зельеварении не самый высокий в мире, к сожалению, наши учителя никогда не были лучшими, Хогвартсу повезло в этом смысле, Северус Снейп и Гораций Слизнорт оба являются отличные учителями зельеварения»..

Наблюдая, как Мануэла рассказывала о Хогвартсе, Уильям обнаружил сходство со своим собственным опытом: оба стремились узнать школу друг друга с той лишь разницей, что Уильяму удалось уехать в свой первый год, а она была уже на пятом курсе и все еще в оставалась замке, где числилась ученицей.

«Почему ты покинул Хогвартс?»

«Я не бросал его, я просто уехал на каникулы, чтобы расширить кругозор».

«Почему именно Кастелобрушу?»

На вопрос своего опекуна Уильям погладил подбородок, огляделся и изобразил улыбку, полную восхищения: «Я хотел увидеть все, узнать немного больше о области, в которой я специализируюсь в данный момент, я чувствую, что волшебные существа – ключ к более глубокому пониманию магии, так как именно они больше всего контактируют с магией наболее естественным образом»

«А почему не другие школы?»

«У каждой школы есть своя специализация, и я планирую посетить их все или по крайней мере как можно больше»

«Официальных школ 11, тебе не хватит времени».

«Тогда я провалю год, чтобы получить достаточно времени для учебы в других школах, я слышал, что Уагаду специализируется на чтении звезд, гадании и магии без рук, к тому же у тамошних учеников особая форма, и они всегда работают босиком. Я уверен, что моим следующим пунктом назначения будет Уагаду, - Уильям говорил уверенным тоном, собирая материалы на ферме. – Махоутокоро более строгая школа с точки зрения практики темной магии, но мне нравятся их методы обучения, я слышал, что их команды по квиддичу лучшие. С другой стороны, у Ильверморни репутация почти такая же, как у Хогвартса, я хочу увидеть эту школу. Шармбатон и Дурмстранг уже стопроцентно в моей повестке, мне многое предстоит сделать».

«Думаешь, получится?»

«Я знаю, я смогу, потому что я хочу сделать это, я хочу узнать больше о нашем мире, и я думаю, что множество всего можно узнать из всех этих школ; в таком большом мире практически наверняка многие существа и многие знания все еще скрыты».

«У тебя особые способности, Уильям?»

«Способности?» - спросил Уильям, глядя на Мануэлу и пытаясь понять ее вопрос; прошло всего три дня с начала занятий, и он не сделал ничего особенного, правда, Уильям и не был заинтересован в том, чтобы слишком выделяться, но, конечно, ему пришлось бы проявить себя, если он хотел получить баллы для поездки в другую школу следующим летом.

«Ты без проблем ориентируешься в замке, хотя все ученики первое время обычно теряются, и я думаю, твои одноклассники ожидали, что ты заблудишься; я слышала, как они выражали своё разочарование во время перемен. Я на самом деле тоже заблудилась в свои первые дни, и я хотела увидеть твое выражение лица, когда ты придёшь жаловаться»

«Хогвартс тоже своего рода лабиринт с меняющимися лестницами, так что у меня есть кое-какой опыт», - Уильям почесал затылок, он не мог заблудиться из-за наличия мысленного взора, но об этом сказать нелегко, когда нет логического объяснения, к тому же полезно оставить секрет в качестве туза в рукаве.

«В любом случае, думаю, твои занятия уже закончились, тогда ты должен пойти со мной. Сегодня начинается кубок по квиддичу, и хотя это не похоже на то, что в Хогвартсе, где вы соревнуетесь между факультетами, здесь же участники разделяются по странам. Волшебники каждый год собирают команды, и сегодня Аргентина играет против Бразилии, ты должен пойти со мной, чтобы поддержать мою страну».

«Но я не из Аргентины»

«Не важно, я твой опекун, и ты должен быть рядом со мной, поэтому ты также должен поддерживать команду, за которую я болею. А теперь нам надо разукрасить твоё лицо по такому поводу». Мануэла снова потянула Уильяма за собой по коридорам, словно они находились на детской площадке; никто бы не подумал, что она одна из самых выдающихся учениц Кастелобрушу, и вполне вероятно, что если бы девушка обучалась в Хогвартсе, Снейп снял бы с нее несколько очков.

Уильяма привели в секцию для обычных учеников, под одной из трибун стадиона для квиддича, там стоял стул, на который посадили Уильяма, и Мануэла начала раскрашивать его лицо светло-голубыми и белыми цветами; вскоре на лице беловолосого мальчика красовался флаг Аргентины, а половина его волос теперь светло-голубого цвета.

«Благодаря белому цвету твоих волос мы сэкономили много краски, и это замечательно, а то я боялась, что тебе не хватит краски разрисовать мое лицо».

«Я должен сделать это сам?» – спросил Уильям, как вдруг краски появились в его руках из ниоткуда.

«Что-то не вижу здесь никого, кто мог бы помочь мне с этой трудной задачей», - счастливо улыбнулась Мануэла и закрыла глаза в ожидании.

Уильям беспомощно вздохнул и начал разрисовывать лицо Мануэлы, ему было нечего терять.

Когда они закончили, то оба подошли к трибунам, и все было так, как рассказывала Мануэла: в основном у всех студентов раскрашены лица, повсюду флаги и воздушные шары. Трибуны можно было сразу различить: Аргентина в светло-голубом с правой стороны, а Бразилия в зеленом с желтым с левой стороны.

Мануэла снова потащила ничего не подозревающего Уильяма, будто он был ребенком; на третий день парень уже привык к такому обращению.

Ветер над головой был довольно сильным, но ни Уильям, ни Мануэла, казалось, не обращали внимания, ведь их внимание привлекло поле для квиддича, на которое уже выходили команды, каждый игрок со своей метлой.

«Вот аргентинская команда, мой двоюродный брат Даниэль – один из охотников, вот он, у него каштановые волосы, – Мануэла указала прямо на молодого человека, Уильям легко заметил его мысленным взором. – Он был охотником в течение двух лет, одним из лучших в Кастелобрушу», – Мануэла гордилась до такой степени, что выпятила грудь.

«Я надеюсь встретиться с ним до того, как вернусь в Хогвартс».

«Будет немного сложно познакомиться: Даниэль всегда занят тренировками и никогда не сидит на одном месте; такое ощущение, будто у него всегда было ограничено время, я не помню, когда мы в последний раз нормально общались как семья, но на самом деле я не возражаю, так как знаю, что он всегда занят», – Мануэла заправила волосы за ухо, пока говорила; Уильям чувствовал, что слова Мануэлы правдивы, но не раскрывали всю историю.

Перед матчем Аргентина – Бразилия громче всех кричала Мануэла, в глазах Уильяма она предстала ярой фанаткой; в прошлой жизни он так фанател по футболу, и сейчас парень испытывал чувство ностальгии, даже он сам в какой-то момент кричал или разочаровывался, праздновал тот или иной гол.

Если бы кто-то из Хогвартса увидел Уильяма, ведущего себя подобным образом рядом с Мануэлой, то этот кто-то ни за что не признал бы Уильяма; может, этот человек даже подумал бы, что это ловушка, но сейчас Уильяму было все равно, и он просто наслаждался моментом.

Зельеварение – один из предметов, которые Уильям ценил больше всего в своём образовании, хотя многие другие не любили его.

В Хогвартсе занятия вел Северус Снейп, и поэтому зельеварение пользовалось меньшей популярностью, но многие не понимали, что этот профессор был гением в искусстве зелий. В Кастелобрушу история не сильно отличалась, хотя занятия вел не Снейп, а учительница из Перу – Элиана Мамани. Занятия по зельеварению были строгими, потому что при приготовлении каждого зелья существует большой риск для волшебника.

Будучи студентом по обмену, Уильям сидел в передней части класса и писал столько, сколько мог, правой рукой, слушая и наблюдая за объяснениями волшебницы.

«Добавляйте больше вареной мандрагоры, пока зелье не станет желтым, - диктовал учитель рядом с загорелым учеником, который держал мандрагору в руках. – Теперь не прекращайте помешивать зелье, пока оно не станет красным».

В классе было в основном тихо, и слышались только слова профессора, но был едва различимый шепот, и, конечно же, раздался взрыв котла вдалеке, от которого в конечном итоге расплавилась одежда виновников.

Для беловолосого мальчика все было по-другому: принимая во внимание указания учителя, инструкции в книгах и наблюдения за одноклассниками, он смог понять зелье до сорока процентов.

1. Добавляйте порошкообразный опал, пока зелье не станет зеленым.

2. Помешивайте, пока зелье не станет синим.

3. Добавьте больше порошкообразного опала, пока зелье не станет фиолетовым.

4. Нагревайте, пока зелье не станет розовым.

5. Добавляйте сироп чемерицы, пока зелье не станет бирюзовым.

6. Нагревайте, пока зелье не станет фиолетовым.

7. Энергично встряхните приготовленную мандрагору, а затем добавьте в варево, пока зелье не станет красным.

8. Помешивайте, пока зелье не станет оранжевым.

9. Добавьте еще вареной мандрагоры, пока зелье не станет желтым.

10. Помешивайте, пока зелье не станет зеленым.

11. Добавьте еще вареной мандрагоры, пока зелье не станет бирюзовым.

12. Нагревайте, пока зелье не станет фиолетовым.

13. Добавьте измельченный рог единорога, пока зелье не станет розовым.

14. Помешивайте, пока зелье не станет красным.

15. Нагревайте, пока зелье не станет фиолетовым.

16. Добавьте больше порошкообразного опала, пока зелье не станет розовым.

17. Нагревайте, пока зелье не станет оранжевым.

18. Добавляйте иглы дикобраза, пока зелье не станет белым.

Инструкции по приготовлению зелья очень подробные. Ингредиенты должны быть добавлены в точном порядке и в указанном количестве, и зелье надо перемешать семь раз как по часовой стрелке, так и против. Перед добавлением последнего ингредиента, морозника, необходимо уменьшить температуру пламени и дать зелью закипеть в течение семи минут.

«Мне нужно ещё время, чего-то не хватает», - Уильям закрыл глаза и сосредоточился на мысленном взоре, чтобы распространить его по классу, теперь он мог видеть все котлы, а также каждую деталь.

Одним из преимуществ работы со множеством людей был тот факт, что Уильям наблюдал разные модели обучения, у всех студентов разные темпы и разные решения задач, что было очень полезным.

Окружающие ученики совершали ошибки: зелья испускали темно-серебристый пар, зеленые искры, сернистые запахи, другие отличались консистенцией, похожей на цемент, и еще несколько взорвались по разным причинам.

«Есть!» - воскликнул Уильям, вздрогнув, открыв глаза и взяв в руки два маленьких котелка, необходимые ингредиенты и пять растений диктамуса.

[Понимание возросло до 60%].

В первом котле было зелье, созданное по инструкциям Элианы, Уильям добавил опал и применил заклинание для перемешки, чтобы зелье стало синим, затем вновь добавил опал и так далее, пока зелье не достигло розового цвета.

В то же время во втором котле было нечто другое; во время приготовления парень добавил мандрагору, а в дополнение ещё и измельченный рог единорога с цельным диктамусом.

«Что он делает?» - спросил молодой волшебник, стоявший рядом с Уильямом, удивленный тем, что делал студент Хогвартса.

«Может быть, он научился этому в Хогвартсе», - пробормотала девушка.

Во второй котел он теперь добавил опал, а в первый – сироп морозника и иглы дикобраза одновременно, зелье приобрело темно-красный цвет.

«Сейчас», - пробормотал Уильям, беря в руки второй котел и выливая его содержимое в первый котел.

Студенты, стоявшие рядом с Уильямом, удивились внезапным действием беловолосого, даже профессор изумилась и подбежала к столу Уильяма.

«Что ты делаешь?» – спросила она, но Уильям не остановился, чтобы ответить, и продолжил свою готовку, его внимание было сосредоточено на зелье и сообщениях перед глазами.

[Понимание возросло до 72%.]

Это были самые долгие две минуты за всю историю, но в конце зелье выпустило серебристый пар, указывая на готовность.

«Готово, - сказал Уильям, опускаясь на стул, его лицо покрылось потом, а дыхание было взволнованным. – Мое зелье готово».

«Что это было?» - спросила профессор.

«Инновационный метод, профессор, - хотел объяснить Уильям, но у него перехватывало дыхание. – Но это то же зелье, которое вы все знаете, только я использовал альтернативный метод, и теперь приготовление занимает всего двадцать минут».

«Двадцать минут?! - удивленно воскликнула ведьма. – Это... это удивительно». Она пристально посмотрела на зелье: «Вы когда-нибудь готовили такое зелье раньше?». Уильям покачал головой. «В Хогвартсе этому зелью учат на пятом курсе, к тому же он был очень внимателен на уроках... Мне нужно время, чтобы проверить зелье, кто-нибудь, отведите Уильяма отдохнуть, остальные закончите со своим зельем».

После того как Уильяма вывели из класса и впоследствии доставили в лазарет, урок резко закончился; все присутствующие ученики удивились как необычному изготовлению зелья, так и реакции учителя, но никто не осмелился задавать вопросы, и все просто вышли из класса.

Профессор Элиана взяла в руки зелье и вышла из класса, убедившись, что все закрыто.

«Это то самое зелье, которое, по слухам, было изготовлено на вашем уроке, Элиана?» – директор Ана вошла в свой кабинет, где ее уже ждали некоторые учителя; перед ней на столе стоял маленький стеклянный флакон, она подняла флакон и внимательно посмотрела на него. «Это, безусловно, гораздо более концентрированная версия, чем обычно».

«Дело не только в его концентрации, директриса, метод приготовления этого зелья не такой, как описанный в книгах».

«Другая формула, которой учат в Хогвартсе?» - спросила директриса.

«Зелье «фильтр мира» преподается студентам пятого курса, Уильям же только студент первого курса, и даже если бы он посмотрел информацию в книгах, он не смог бы найти ничего, кроме традиционных методов», - сказал какой-то профессор с помрачневшим лицом.

«Его семья?»

«Я знаю, что он из семьи Розье, семьи с давним, знаменитым, благородным и темным происхождением; я признаю, что они должны обладать огромным состоянием в знаниях всех видов, но это не тот случай; им не выгодно было бы прятать формулу «фильтра мира», – рассказал тот же профессор безрадостно.

«Так значит ли это, что мальчик сумел не только варить зелья лучше, чем старшеклассники, но и создать новую формулу с первой попытки во время занятий?»

На вопрос директрисы все присутствующие учителя слегка кивнули и сделали несколько замечаний, пока профессор Элиана рассказывала эту историю.

.

«Директор Дамблдор никогда бы не отправил обычного ученика Хогвартса, это точно; кроме того, эта поездка – награда, которую мальчик заработал сам за заслуги перед школой, - директриса оперлась на руки, - мы не можем закрывать глаза на ситуацию, если этот мальчик настолько способный, я хочу, чтобы ему были назначены специальные занятия, особенно по зельеварению, мы же можем открыть новое зелье. Никто, кроме присутствующих, не должен знать эту информацию, особенно Мануэла».

«Но разве она не его опекун?» - спросила профессор Элиана.

«Именно по этой причине она не должна знать; возможный гений зельеварения и девушка ее особого состояния… понятно, что произойдет», - прервал темнокожий профессор

«Но...»

«Никаких возражений, профессор Элиана. Мануэла - отличная ученица, я не хочу, чтобы ее репутация была запятнана мимолетными надеждами, она приложила больше усилий, чем любой другой ученик, чтобы достичь того, что есть, понимаете?» – на слова директрисы профессор Элиана просто покорно кивнула; она ничего не могла сделать, и она сама поняла точку зрения директрисы.

А вне кабинета директрисы Уильям в столовой направлялся к пустому столу, чтобы поесть, как вдруг его прервал незнакомый голос.

«Ты ученик Хогвартса?»

Уильям повернулся, чтобы узнать личность этого человека; перед ним стоял молодой человек с загорелой кожей; большие, глубоко посаженные темные глаза; тонкие, удлиненные книзу уши; темные, но длинные волосы. Уильям быстро узнал этого человека – Анана Миру, капитан дуэльного клуба.

«Да», - нейтральным голосом ответил Уильям, усаживаясь за стол и готовясь приступить к еде.

Анана последовал за Уильямом и сел напротив него. «Хогвартс действительно такой особенный, как говорят слухи?» – слова Ананы, полные иллюзий, заставили Уильяма поднять голову и посмотреть на него.

«Зависит от типа слухов, но да. Если ты имеешь в виду, что каждый год появляется какая-то опасность для учеников, то ты прав».

«Что?»

«Ты не это имел в виду?»

«Нет, конечно нет. Я хотел узнать о дуэлянтах Хогвартса».

«Ах... ну, думаю, что профессор Флитвик и профессор Северус - хорошие дуэлянты, конечно, все знают, что есть еще директор Альбус Дамблдор...»

«Я хочу знать о студентах, там, должно быть, много студентов из старых семей, тогда они должны унаследовать знания, мудрость и характер своих семей. Я знаю, это звучит немного высокомерно с моей стороны, но я самый сильный ученик в Кастелобрушу; конечно, я все еще могу совершенствоваться, я должен получить все знания своего клана»

«Ученики Хогвартса также разбираются в дуэлях, но нет никого, кто был бы сногсшибателен; если бы мне пришлось назвать кого-то, то это был бы Седрик Дигори, он на несколько лет старше меня».

«Я Анана Миру, как тебя зовут?»

Уильям увидел протянутую руку парня и не смог удержаться от улыбки: в Хогвартсе такого бы никогда не случилось; кроме девочек, с которыми он разговаривает, ему больше не с кем общаться, но, конечно, еще слишком рано судить.

«Я Уильям, Уильям Розье».

«Так это правда? Ученик, который смог противостоять Волан-де-Морту», - Анана крепко сжал руку Уильяма, а наш альбинос удивился, что мальчик мог так спокойно произносить имя темного волшебника, обычно так не бывает.

«Как?»

«Мой отец также могущественный волшебник, он не может покинуть остров, но он все еще собирает информацию, и то, что произошло в Хогвартсе, вовсе не секрет; некоторые люди думают, что это ложь и просто история, чтобы привлечь внимание, но мой отец говорит, что это возможно, тогда я тоже верю», – Анана оказался совсем не таким, как Уильям представил поначалу; этот мальчик слишком честен и не проявляет никаких предубеждений, даже зная его фамилию.

«Уильям».

«Хммм?»

«Я хочу провести с тобой дуэль»

«Дуэль? – спросил Уильям, заставив Анану кивнуть головой. – Между нами?». Анана снова кивнул. «Мне это неинтересно».

«Давай, это всего лишь дуэль, я хочу проверить твою истинную силу и узнать разницу между нашими способностями», - решительно настаивал Анана, но Уильяму, похоже, было все равно на его слова. Уильяма определенно интересовали дуэли: он едва добрался до Кастелобрушу и не хотел попадать в неприятности из-за дуэлей, по своему опыту он знал, что они плохо заканчиваются.

«Если выступишь против меня в дуэли, то я подарю тебе некоторые знания о моем острове», - в тот момент, когда он произнес эти слова, Уильяма сосредоточил внимание на пареньке.

«Ты уверен?»

Анана вытащил свиток из-под одежды: «Может быть, это и не что-то особенное, но я уверен, ты сможешь найти этому применение; это значения наших островных рисунков».

«Ух...» – Уильям с трудом сглотнул, потому что эти новые знания были золотой жилой. Благодаря своей системе знаний он мог понять, когда он двигался в правильном направлении для исследования, но без информации не будет исследования.

«Что скажешь, Уильям, ты согласен на дуэль?» - спросил Анана, протягивая руку нерешительному Уильяму.

«Я согласен». В этот момент не было места для сомнений, Уильям не до конца понимал причину своей перемены, он все еще не имел представления о своей конечной цели, но по крайней мере он наверняка хотел бы стать лучшим волшебником, самым совершенным за всю историю.

Анана уставился на Уильяма и улыбнулся: «Отлично, я действительно хотел сразиться с тобой на дуэли. Может, ты и первокурсник, но уверяю тебя, я не буду поддаваться».

«Я и не ожидал другого отношения», – ответил Уилл. «Я пришлю тебе все подробности дуэли с одним из моих друзей, все будет в порядке, не о чем беспокоиться, – Анана встал со своего места и обернулся. – Увидимся на дуэли.... ах да, не бери своего опекуна, мы с ней не в лучших отношениях».

«Мануэла?»

«Именно», – не добавив никаких комментариев, они оба расстались, и Уильям просто продолжал есть как ни в чем не бывало.

Только после окончания второй половины учебного дня Уильям и Мануэла, наконец, снова встретились: «Итак, как тебе занятия в Кастелобрушу?»

«Они довольно информативны, не совсем такие же, как в Хогвартсе, но и не сильно отличаются. Конечно, мне нравится тот факт, что зелья здесь гораздо важнее, в Хогвартсе занятия ведет профессор Снейп, и, хотя его знания превосходны, его характер довольно суров и критичен, многие не выносят его занятий», – Уильям вспомнил наименее любимого профессора в Хогвартсе.

«Похоже на довольно... любопытные занятия, - на лице Мануэлы отразилось легкое удивление, - у тебя появились друзья во время учебы по обмену?»

Уильям слегка почесал в затылке; время, проведенное в Хогвартсе, повлияло на его способность общаться с людьми, и каким-то образом он стал своего рода антисоциальным, его это не беспокоило, но он тревожился, если думал об этом в долгосрочной перспективе. «Да вроде завёл себе друга, или, вернее, знакомого».

«Одного? - заинтересованно спросила Мануэла. - Из твоего класса?»

«Не совсем, но я думаю, что мы могли бы неплохо поладить».

«Думаю, это замечательно, я бы хотела познакомиться с ним поближе, если это возможно».

«Я буду искать возможность, чтобы они встретились (или, может быть, нет)», – вздохнул Уильям; если то, что сказал Анана, было правдой, то лучше им не видеться.

«Кстати, на следующей неделе меня не будет, и тебе, вероятно, назначат другого опекуна, но с твоим умом тебе, вероятно, не понадобится опекун. В любом случае тебе следует держаться как можно дальше от неприятностей и не уходить далеко от замка, джунгли небезопасны, - Мануэла тыкнула прямо Уильяму между бровями, - когда я говорю, что это небезопасно, я не шучу, джунгли Амазонки небезопасны ни для кого, включая обитателей джунглей, понятно?»

«Конечно, без вопросов».

«Я думаю, все в порядке, - Мануэла встала, - теперь мы должны попрощаться, ты должен пойти в свои общежития, а завтра снова на занятия», - они оба попрощались и направились кто куда.

Когда мальчик прибыл в общежитие, он проверил состояние Пруны, со временем чувства грифона обострились, и она почти сразу почувствовала, когда Уильям вошел в сумку; пока что пространства было достаточно, но в будущем станет невозможно держать ее взаперти. Грифоны, как правило, много летают, и сумка не обладала идеальной вместимостью для этого. У Уильяма были кое-какие идеи по решению этой проблемы, но в тот момент он ничего не мог поделать.

Он провел много времени, гладя Пруну и приводя в порядок ее перья, а ещё Пруна съела все, что принёс ей Уильям.

Но Уильям волновался о многом: помнить весь первоначальный сюжет не так и хорошо, даже если это может спасти его шкуру в будущем. Теперь, когда он в Кастелобрушу, ему нужно найти способ противостоять тому, что произойдет в тайной комнате, узнать о мандрагорах и, конечно же, у него также намечается дуэль с Ананой.

«Я буду посещать занятия со студентами третьего курса?». Прежде чем Уильям смог приступить к плановым занятиям, преподаватель Элиана остановила его.

«Это решение директора, разработанный тобой «фильтр мира» приятно удивил ее, и она хочет попробовать еще один метод, основанный на твоём исследовании; директриса считает, что ты способен учиться немного быстрее, чем твои сверстники».

Уильям посмотрел прямо на профессора Элиану, он не нашел особой логики в ее словах: если бы они действительно хотели того, о чем заявляли, то сначала они бы попробовали приставить Уилла к второму курсу, но они решили взять сразу третий; интуиция мальчика подсказала ему, что это не то, чего на самом деле хотели профессора, но приказы директрисы были практически абсолютными, как у Дамблдора в Хогвартсе.

«Полагаю, мне придется попросить вас показать дорогу, конечно, если это вас не затруднит».

«Затруднит? - спросила профессор, а затем быстро ответила. – Конечно, не затруднит, мы просто выполняем приказы».

Уильям молча следовал за профессором, Мануэла показала ему школу, но не все места, например, не показала помещения для третьекурсников. Профессор Элиана сказала: «Моя младшая сестра учится на третьем курсе, я позабочусь, чтобы она помогла тебе освоиться на занятиях».

«Думаю, это к лучшему, жаль, что я не могу рассчитывать на совет Мануэлы, но она упомянула, что не будет доступна в течение недели. Надеюсь, эта ситуация не доставит неудобств вашей сестре, профессор».

«Не волнуйся, она сразу все поймет и поможет тебе, насколько это возможно». Наконец, они прибыли в пункт назначения, Элиана дважды постучала в дверь своей палочкой, открыв ее, и взору предстало большое количество студентов за отдельными столами, перед всеми студентами стоял профессор с лицом, достойным дворянина.

«Профессор Гэрри, вот ученик, о котором говорили на собрании, - преподаватель отошла в сторону и показала маленького Уильяма. – Надеюсь, объяснения не требуются».

«Не волнуйтесь, профессор, обо всем уже договорились на собрании, – Гэрри подал Уильяму знак войти в класс. – С этого момента у нас в классе новый ученик, переведенный из Шотландии, а именно из Школы чародейства и волшебства Хогвартс. Судя по его виду, вы можете подумать, что он слишком молод, чтобы учиться на третьем курсе, но поверьте мне, его талант в зельях превосходит способности многих в этом классе; если вы не будете следить за учебой, то этот мальчик займет ваши места. Прошу, Уильям Розье».

Все ученики в классе смотрели на Уильяма; не каждый день они видели ребёнка в классе, но, конечно, возраст на самом деле не сильно отличается, и если считать фактический возраст Уильяма, то в этом классе все ученики - дети для беловолосого.

Гэрри внимательно оглядел свой класс в поисках подходящего места, где Уильям мог бы сесть, но именно в этот момент чья-то рука потянулась вверх.

«Уильям, вот свободное место!» – раздался мужской голос из задней части класса, Уильям сразу узнал человека, которому принадлежал голос, это был не кто иной, как Анана Миру.

«Ты знаешь этого ученика, Анану?» - заинтригованно спросил Гэрри.

«Думаю, мы можем называть друг друга знакомыми, – спокойно ответил Уильям. Я могу сесть там, профессор?»

«Никаких проблем, можешь сесть там». Получив согласие, Уильям направился к месту, на которое указал Анана; когда мальчик шел, он заметил пристальные взгляды окружающих учеников. Уильям привык к такому, но у окружающих не было негативных намерений, как в Хогвартсе; студенты смотрели на Уильяма с любопытством.

Когда он добрался до нужного места, там сидел не только Анана, но и другие ученики, принадлежащие к дуэльному клубу; Уильям узнал их по эмблеме на их раздевалках, ни у кого, кроме членов дуэльного клуба, не было эмблемы двух скрещенных палочек на форме, Мануэла указала на это во время экскурсии по школе.

«Вижу, ты пропустил пару курсов, Уильям, - поприветствовал Анана, когда Уильям сел. – Я думаю, если тебя перевели сюда, значит, что у тебя способности ученика третьего курса, наша дуэль будет великолепной».

«У вас уже есть место для нашей дуэли?» – спросил Уильям.

«Место мы определили с самого начала, нам просто нужно было договориться о подходящем времени, но, думаю, сначала надо заняться другим, – Анана разложил лист бумаги на столе Уильяма. – Я хотел обсудить это с тобой во время обеденного перерыва, но раз уж ты здесь, то приступим. Ты как раз вовремя, Уильям Розье: мы, дуэльный клуб, отправляемся в экспедицию в храм, о котором ни у кого нет никаких сведений».

«Храм?» - спросил Уильям

«Точно, храм древних времен, до завоевания, когда шаманы еще существовали здесь. Возможно, нам удастся найти какие-нибудь особые предметы до того, как гоблины Гринготтса узнают об этом и пошлют своих расхитителей могил».

«Но почему я в этом участвую?»

«А должна ли быть причина? – спросил Анана, глядя на беловолосого мальчика. – Если нужна причина, то, думаю, ты кажешься интересным, и я также хочу показать тебе точное олицетворение Кастелобрушу».

«Хорошо, ты победил, я отправлюсь с тобой в твое приключение; мне тоже любопытны древние храмы, в конце концов, я проделал весь путь до Кастелобрушу, чтобы узнать больше, чем волшебники Европы».

Увидев, что Уильям принял приглашение, вся группа была счастлива: «Вы это слышали? - спросил Анана, глядя на своих спутников. – У нас в команде будет мастер зелий».

«Откуда ты знаешь?»

«То, что ты мастер зелий? – спросил Анана, глядя на альбиноса. – У меня знакомые в каждом классе, твой успех с «фильтром мира» впечатляющий, и не случайно тебя отправляют на третий курс через пару дней. Не смотри на меня так, я чувствую себя глупо».

Уильям мог только покачать головой и вздохнуть, в Кастелобрушу все было совсем не так, как в Хогвартсе: здесь не было факультетов, создававших соперничество между студентами, так что тут создавались группы; первым, что пришло в голову Уиллу, была мафия. Анана похож на главу мафии, реакция Мануэлы при упоминании подтвердила эту догадку.

«Сколько полезных зелий ты можешь создать для опасного приключения? – Анана уставился на паренька. – У нас в группе есть несколько специалистов по зельям, но чем больше, тем лучше; ты можешь приготовить рябиновое зелье?»

«Я могу приготовить не так много зелий, но зато качественно».

«Идеально», – улыбнулся Анана.

«Мы уже довольно долго разговариваем, но профессор, похоже, не заметил, это какая-то способность или он просто решил не вмешиваться?»

Анана посмотрел на Уильяма и рассмеялся: «Я бы хотел, чтобы профессор Гэрри помог нам с нашими экспедициями и открытиями, но, к сожалению, профессора почти никогда не общаются со студентами, все очень отличается от Хогвартса». Выражение лица Ананы казалось довольно мрачным, это привлекло внимание Уильяма, но он решил не спрашивать: он не хотел вмешиваться в чужие дела, по крайней мере, не сейчас. «Но это к делу не относится. Профессор Гэрри ничего не говорит, потому что он ничего не видит, мы студенты, но Америка - это место с множеством разнообразных традиций, волшебники никогда не заканчивают учиться здесь, даже профессор Гэрри, который является профессиональным волшебником, не перестаёт учиться, и на наше счастье мальчик, который стоит за мной, - волшебник из Рио-де-ла-Платв, потомок ведьм высокого уровня, специализирующихся на магии иллюзионизма. Он наш специальный агент, профессор Гэрри может видеть только изображение того, как мы усердно учимся».

Уильям был удивлен: он впервые услышал о такой магии; мальчик видел оригинальную историю несколько раз, но об этом никогда не упоминалось.

Глядя на студента за спиной Ананы, он заметил несколько вещей: кожа парня краснее, чем у студентов в Хогвартсе, черты его лица жестче, а нос толще, брови молодого человека темные и выглядят как две кисточки над черными глазами, его волосы простые, но в то же время необычные: он носил ленту ручной работы с несколькими красными эмблемами, завязывая свои темные волосы назад. Со слов Ананы Уильям знал, что этого ученика с редкой магией звали Неуэн, что же касается его фамилии, то ее никто не знал.

«Урок почти закончен, я отправлю дополнения к занятиям в ваши общежития как можно скорее, чтобы держать вас в курсе. Не забудьте приготовить зелья, я пришлю ингредиенты вместе с дополнительными материалами». Анана встал, как только урок закончился. «У меня много дел, которыми нужно заняться, позже мы сможем согласовать все более подробно».

Прежде чем Уильям смог покинуть класс, к нему подошла сестра профессора Элианы; экскурсия была не такой, как с Мануэлой, молодая студентка была совсем не похожа на Мануэлу, она все время путалась в словах или просто отвлекалась, когда другие студенты приветствовали ее, но Уильяма это не сильно заботило: он привык к среде Кастелобрушу, месту, где его фамилия не вызывала негативного впечатления, где ему не нужно было носить фамилию Розье как бремя.

«Ты меня слушаешь?» – спросила девушка, увидев, что Уильям смотрит в другую сторону.

«Конечно, просто бывают моменты, когда я немного рассеян», - признался Уильям, обращая свое внимание на только что вздохнувшую девушку.

«Этим вообще должен заниматься твой опекун, но было очевидно, что она не справится полностью, каждый месяц она на некоторое время пропадает», - девушка с досадой коснулась своего лба.

Уильям обратил внимание на все слова девушки; тот факт, что Мануэла исчезала каждый месяц, был довольно странным. Профессор Элиана не знала причины, её сестра тоже, но Анана мог знать причину; с другой стороны, Уильяму не следовало вмешиваться в дела других людей.

«Если бы ты был хотя бы немного более зрелым парнем, мы могли бы отправиться в некоторые другие места, но ты всего лишь мальчик: в любом случае следуй за мной, до конца осталось немного».

Уильям внимательно слушал девушку, когда она рассказывала о некоторых особенностях третьего курса. В то время как Мануэла была серьезным информатором, эта девушка сообщала все через сплетни.

Уильям проснулся ранним утром. Едва ли прошло четыре часа с того момента, как он закрыл глаза, но его это не волновало. В его комнате повсюду было разбросано несколько бутылок с разными жидкостями. В течение ночи Уильям готовил зелья для дуэльного клуба во им экспедиции.

Он спокойно покинул отведенную ему комнату, его нового опекуна поблизости не было, а значит, он полностью свободен, по крайней мере, до возвращения Мануэлы.

Что касается школьных будней, то в Кастелобрушу все совсем по-другому. Например, чтобы добраться из общежитий в залы, требовалось гораздо больше времени: нужно было спуститься по пирамиде общежитий и добраться до пирамиды, где находился необходимый зал. На этот раз у Уильяма были занятия по заклинаниям. Как и во многих других случаях, он был взволнован, поскольку на занятии ему представят заклинание, которое он раньше не видел.

«Все здесь?» – сказал ученика один из самых суровых учителей в Кастелобрушу. Уильям знал этого профессора, это Дэвид Торрес. Он происходил из Чили, из самого глубокого уголка мира, он родом из семьи, посвятившей себя охоте на опасных зверей.

Внешность профессора более пугающа, чем у других: белый глаз, лицо и руки покрыты шрамами разного размера. Когда Уильям спросил Анану об этом профессоре, ему сказали, что он сражался со зверем по имени Трауко, который известен как низкорослый людоед, способный переломать человеку кости, просто взглянув на него.

«Сегодня вы все начнете практиковать заклинание кошачьих глаз, это одно из самых полезных заклинаний в моей области работы, оно позволяет магу видеть в темноте без света, а это значит, что вам не нужно превращаться в легкую мишень с помощью Люмоса. Обращайте внимание на мои движения, если допустите ошибку, то считайте себя слепыми на неделю, поняли?»

Дэвид несколько раз проделал движения своей палочкой, он наблюдал, как все ученики повторяли, и даже нарисовал схему на доске за своей спиной, чтобы каждый мог получить конкретное представление.

Несмотря на то, что его внешность пугала любого, Уильям видел его преданность преподаванию. Профессор замечал каждый недостаток в учениках и исправлял их не один раз, если это было необходимо, в предыдущей жизни Уильяма это было бы довольно необычно.

«Что ж, я вижу, что вы все почти полностью освоили движение палочки, нам пора переходить на следующий уровень. Время творить магию должным образом: каждый произносит ранее отработанное заклинание и пытается правильно применить его. Через двадцать секунд я выключу свет, и мы продолжим готовиться к экзамена в тишине. Все, что я объясню после того, как темнота заполнит эту комнату, будет на экзамене».

Выражение лиц присутствующих студентов немедленно изменилось, у них был только один шанс правильно активировать заклинание, иначе они не смогли бы получить то, что им было нужно для экзамена.

Уильям посочувствовал старшим ученикам и тем, кто вскоре должен был пойти на занятия с Дэвидом.

Для самого Уильяма это было не более чем детской игрой, но с его системой поддержки все было намного проще, у него было визуальное руководство по активации заклинания движением палочки, и его понимание уже достигло пятидесяти процентов.

«Кошачьи глаза», - пробормотал Уильям, в то время как своей палочкой он нарисовал овал, затем поднял палочку вверх. Заклинание было немедленно активировано, и его глаза начали слегка светиться, меняя цвет зрачков, чтобы приспособиться к темноте, в которую профессор Дэвид окунул класс.

Уильям опустил взгляд на свои руки, он мог видеть их почти отчетливо, хотя его зрение теперь было значительно хуже по сравнению с обычным, и казалось, что он смотрит сквозь бутылку.

«Удивительно», – пробормотал Уильям, оглядываясь по сторонам, затем встретился взглядом с профессором Дэвидом.

«Отлично, - громко сказал Дэвид. – Студент первого курса, переведенный из Хогвартса, - гений, как и упоминают слухи, он смог активировать это заклинание с первой попытки, даже раньше моих учеников. Это просто говорит нам о том, что другая сторона все еще лучше нас, вам не кажется, что это довольно жалко?»

В словах Дэвида не было никакой злобы, которую мог бы почувствовать сам Уильям, они использовались только для мотивации остальных студентов, но все же это могло означать соперничество со студентами Кастелобрушу. В конце концов, никому не нравилось проигрывать иностранцу.

Дэвид ободряюще похлопал Уильяма по плечу: «Тебе не нужно беспокоиться, Розье, они не причинят тебе вреда, в конце концов, никто из них тебя не видит, у каждого из них способности к магии на уровне магглов».

«Разве это не значит, что у них нет способностей?» - спросил Уильям

«Вот именно, - улыбнулся Дэвид. - Ты сам сказал, Уильям, у них нет способности быть волшебниками».

Именно в этот момент Уильям наблюдал, как один за другим глаза учеников начали слегка светиться, показывая, что заклинание работает соответствующим образом.

«Очевидно, в них все еще есть немного упорства. Что ж, я думаю, нам следует приступить к экзаменационным темам до окончания урока».

Уильям посмотрел на спину Дэвида, ему еще многому предстояло научиться в этой школе, и данное заклинание стало тому доказательством. Заклинание "Кошачьи глаза", о котором он раньше не слышал, было действительно полезным. А учитывая то, что ожидало его в будущем, заклинание станет одним из его спасательных путей.

«Что ты сказал?»

«Я хочу учиться магии у всех вас, вы владеете разными видами магии и можете делать то, на что волшебники Хогвартса не способны».

Уильям стоял перед дуэльным клубом, все члены которого были в сборе и строили планы экскурсии к недавно обнаруженной пирамиде. На собрании Уильям обратился с этой просьбой, удивив всех.

Анана неловко потёрла шею: «Это несколько сложный вопрос, дело не в том, что мы не хотим тебя учить, просто обучение нашим навыкам несколько сложно, а в некоторых случаях запрещено посвящать посторонних».

«Я понимаю, но я не прошу вас учить меня продвинутым заклинаниям или чарам, просто чему-то особенному, я проделал весь путь до Кастелобрушу, чтобы учиться, как и вы».

Члены дуэльного клуба переглянулись, многие из них неохотно делились с другими своими секретами, но последние несколько дней Уильям стал почти своим. Все они ели за одним столом, посещали собрания и разговаривали на занятиях.

«Что скажешь, Науен, ты готов учить нашего юного товарища?» – Анана пристально посмотрела на своего товарища.

Науен, который почти никогда не разговаривал и был одним из самых уважаемых членов клуба, изобразил легкую улыбку на своем лице, а затем кивнул головой: «Вы так же хорошо, как и я, знаете, что Уилл очень гордый человек. Если он смог попросить нас об этом, оставив свою гордость в стороне, значит, он искренен в своих словах, такому человеку я не могу отказать. Я, Науен из Рио-де-Плата, научу тебя секретам магии лунного света, я надеюсь, что ты сможешь воспользоваться моими знаниями, пока находишься в Кастелобрушу»

Увидев, как Науен предлагает свои знания Уильяму, все немного изменили точку зрения.

«Я могу научить тебя, как летать на метле, стоя прямо, не теряя равновесия», - выступил вперед один из молодых членов клуба.

«Я знаю трюк, чтобы заставить мандрагоры не кричать во время пересадки».

«Я могу научить тебя читать по звездам».

«У меня, кажется, есть формула зелья, которое исцеляет зрение людей».

«Я научу тебя, как воздвигнуть барьер с помощью символов моего острова, не многие маги смогут преодолеть барьер», - сказала Анана, скрестив руки на груди и пристально глянув на Уильяма. «Ты уже просил о помощи, теперь ты должен научиться всему, чему мы тебя научим, у тебя есть тридцать дней с этого момента, чтобы узнать все. Ты будешь в гораздо большей безопасности в экспедиции, если выучишь все».

«Конечно, просто скажите мне, с чего начать».

Увидев уверенную улыбку Уильяма, все в клубе почувствовали прилив энергии. Может, он и был студентом Хогвартса, но для дуэльного клуба он уже свой.

После собрания Уильям каждый день в обязательном порядке встречался с членами дуэльного клуба, чтобы практиковаться в разных вещах. Эдгар, студент из Венесуэлы, научил его тому, чего нет в книгах. У него был пергамент с рисунком мадрагоры и подробным описанием частей этого растения, Уильяму потребовалось два дня, чтобы узнать все о мандрагоре.

По ночам Науен учил его, как получать энергию от луны, восстанавливать свои силы без необходимости спать, исцелять раны, снимать усталость и очищать разум. Пусть это пассивная способность, не похожая ни на что, чему учили в Хогвартсе, но она спасла бы его жизнь в длительных сражениях, первым шагом было медитировать при лунном свете. По собственным словам Науена, его мать могла получать энергию, даже если она была в движении, но для Уильяма успех даже в том, чтобы получать энергию в состоянии покоя.

В другие ночи Клаудия учит Уильяма читать по звездам, чтобы предсказывать будущие события. Она рассказала, что ее семья долгое время занималась чтением по звездам, еще до появления первых поселенцев.

Умение создавать барьеры было одним из самых сложных, Уильяму пришлось посвятить большую часть своего времени изучению этого искусства, а также символов, штрихов, измерений, рассчитывая расстояние и дальность. Каждая отдельная вещь в формировании такого барьера была сложной, и Анана не лучший преподаватель, каждое из ее объяснений было нелогичным.

Веснушчатая девочка из Колумбии посвятила себя обучению Уильяма трюку с метлой, равновесие в положении стоя могло пригодиться в отчаянные времена или даже помочь в игре в квиддич. Стоять на метле для Уильяма сродни тому, чтобы кататься на скейтборде.

Далеко в самой высокой пирамиде из всех в Кастелобрушу директриса Ана смотрела из окна на тренировки своих учеников.

«Он смог убедить их всех», - серьезно сказала она.

«Значит, он учится у ваших студентов?» - другой человек в офисе удобно устроился на диване.

«Да, - ответила Ана, глядя на Риту, министра магии в регионе, – даже некоторые студенты, которые раньше держались подальше, теперь помогают молодому человеку».

«Раньше я даже представить себе не могла, что член одной из этих семей, развращенных славой чистокровности, будет в моей школе общаться с любым учеником без предубеждений».

«Жизнь, как правило, сложна, даже для тех, кому посчастливилось иметь возможность увидеть будущее».

(Примечание переводчика: да, я помню, что в предыдущих главах Анана был парнем, но почему-то в новых главах (после 49) автор пишет об этом герое как о девушке! Я перепроверила оригинал, вдруг это я ошиблась, но нет. Таинственным образом Анана стал девушкой. Видимо, после долгого перерыва автор забыл, какого пола был герой :D. Так что не удивляйтесь такой перемене)

Тук! Тук!

Звук из-за двери разбудил Уильяма раньше обычного запланированного времени начала занятий, занятия с членами дуэльного клуба морально истощили его.

Тук! Тук!

«Я иду, иду, не нужно так много раз стучать в дверь», - громко пожаловался Уильям, потирая правой рукой лицо, чтобы закончить открывать глаза, затем, когда он открыл дверь, появилась фигура человека, которого он не видел несколько дней.

«Мануэла?»

«Кто еще это мог быть?»

Они оба несколько секунд смотрели друг на друга, ожидая, что другой что-нибудь скажет, но с их губ ничего не слетело.

«Что ты здесь делаешь?» – Уильям первым нарушил молчание.

Мануэла все еще улыбалась, она огляделась, но учеников не было: «Мы планируем собирать материалы на ферме волшебных существ».

«В шесть утра?»

«Это идеальное время, чтобы пойти за материалами, ты должен быть благодарен, что такая красавица, как я, пришла пригласить тебя. Думай об этом как о волшебном свидании».

«Нет, спасибо, я хочу продолжить свидание со своей кроватью. У меня сегодня нет занятий», - Уильям закрыл дверь и вернулся к своей кровати, когда....

Тук! Тук!

Тук! Тук!

Тук! Тук!

Тук! Тук!

«Ай! – Уильям ударился головой о стену, а затем просто вздохнул. – Я ужасен в отношениях с людьми...»

Дверь в его комнату снова открылась, и снова появилась Мануэла. «Я собираюсь принять душ перед уходом, а потом мы можем пойти собирать материалы».

Девушка кивнула головой и снова посмотрела, как Уильям закрывает дверь. Она терпеливо ждала до того момента, когда сероволосый парень вернулся из своей комнаты в униформе.

«Пошли», - сказал он, делая шаг вперед, тогда Мануэла просто потянула его за руку, и они оба побежали через школу. Вместе они выглядели как брат и сестра.

Когда они добрались до фермы волшебных существ, все было тихо. «Давай начнем», - сказала она, шагнув вперед, Уильям беспомощно начал собирать всевозможные материалы для своих формул.

Они не особо разговаривали, Уильям немного колебался, стоит ли спрашивать о причине ее исчезновения, но в конце концов отказался от этой идеи; у каждого были свои секреты, и если она решила не рассказывать, значит, он не тот человек, чтобы получить честные ответы.

Когда они собрали все, что могли, они оба были измучены и пару секунд смотрели друг на друга, как вдруг желудок Мануэлы подал сигнал к поиску пищи.

«Я думаю, следующая остановка на нашем свидании - столовая», - засмеялся Уильям, вызвав ухмылку Мануэлы.

Оба они шли быстро, для Мануэлы все вокруг было таким, как раньше, ничего не изменилось, за исключением того, что теперь многие студенты приветствовали Уильяма по пути.

«Ты стал довольно популярным, чем ты занимался во время моего отсутствия?»

«Ничем необычным, я посещал занятия и начал практиковаться с членами дуэльного клуба».

«Дуэльный клуб?! С Ананой и ее друзьями?»

«Да, они все учат меня своим навыкам, они действительно хорошие люди».

Мануэла пару секунд пристально смотрела на Уильяма, выражение ее лица было серьезным, что вызывало дискомфорт у парня.

«Уильям...» - позвала она

«Да?»

«Ты помнишь, что я сказала тебе, когда ты впервые вошел в столовую?»

Уильям нежно погладил себя по подбородку: «Что-то насчет того, чтобы держаться подальше от дуэльного клуба».

«Вот именно! – удовлетворенно воскликнула она. – Члены дуэльного клуба всегда попадают в неприятности, каждый из них считается самым проблемным учеником в Кастелобрушу. Анана, как их капитан, - одна из самых неприятных из них, и я бы очень хотела, чтобы ты держался от них подальше».

«Но я не подходил к ним, это Анана подошла ко мне, чтобы вызвать меня на дуэль».

«Точно, это я подошла к нему первая, тебе не нужно рычать на Уильяма».

Уильям почувствовал, как чья-то рука легла на его плечи, а когда он повернул голову, то увидел, что Анана улыбается, глядя на Мануэлу.

«Мы просто хотим дать ему лучшее из всего, что может предложить Кастелобрушу, к тому же Уильям - ребенок, мы просто хотим проинструктировать его, - сказала Анана, присутствующие члены дуэльного клуба кивнули головами. – Тебе не нужно злиться, Мануэла, мы обещаем сделать все возможное, чтобы Уильям не попал ни в какие неприятности, просто позволь нам продолжать учить его нашим трюкам».

Мануэла смотрела на Анану, она скрестила руки на груди и очень расстроилась. Уильям понимал, что беспокойство Мануэлы о его благополучии было вполне искренним, но он также понял, что между ней и Ананой произошло что-то еще.

«Когда Уильям вернется в Хогвартс, все будут знать, что наша школа лучшая из всех», - сказала Анана, пытаясь получить разрешение Мануэлы оставить Уильяма с ними.

Наконец она вздохнула от беспомощности. «Хорошо, вы, ребята, победили, я просто прошу вас не доставлять Уильяму неприятностей». Все начали радоваться после этих слов. «И я буду рядом с вашей группой, я не хочу, чтобы вы учили Уильяма странным вещам, таким как создание невидимых стен, чтобы люди спотыкались из ниоткуда».

Уильям начал отходить от Мануэлы вместе с членами дуэльного клуба к столику, зарезервированному для них, позади остались Мануэла и Анана, обе смотрели на Уильяма.

«Я понимаю, что ты уговорила его на дуэль, но как это возможно, что вы все так быстро стали друзьями?»

«Я думаю, такова природа мужчин, но тот факт, что его отправили на третий курс, только ускорил события. Знаешь ли вы, что он смог создать и улучшить фильтр мира с первой попытки? Просто чтобы ты знала, Уильям - настоящий гений, я это чувствую».

Анана пошла, оставив Мануэлу стоять позади, уставившись на одноклассников и самого Уильяма.

(Примечание переводчика: в новых главах Анана вновь стал парнем, поэтому пусть так и будет дальше. В ближайшие дни отредактирую уже вышедшие главы)

Время шло, и предопределенный момент настал. В двенадцатый день августа дуэльный клуб подготовил всё к экспедиции.

Науен подошел к Анане возле одного из скрытых выходов из помещения Кастелобрушу.

«Идеально», – Анана встал со своего места, чтобы посмотреть на участников, отобранных для этой экспедиции: тринадцать человек, среди которых Уильям, Науен и сам Анана.

«В тот момент, когда мы ступим на этот путь, назад уже не повернуть; когда мы вернемся в класс, мы должны сделать это с сокровищами, которые никто, даже гоблины Гринготтса, не видели раньше в своей сморщенной жизни».

В Кастелобрушу повсюду было установлено несколько статуй, рассказывающих историю школы, но была одна особенная, которая отличалась от всех остальных. Это статуя воина со щитом: когда касаешься маленькой пластины на нижней части щита, то активируешь секретный механизм, который открывает потайной выход в джунгли

«Все вы несете сумки, которые дал Науен, внутри вы найдете все, что вам нужно, чтобы вернуться живыми. Если нет возражений против экспедиции, то... следуйте за мной», - Анана развернулся и начал спускаться по лестнице к потайному выходу.

Уильям внимательно следил за Ананой, по правде говоря, он хотел пригласить Мануэлу в экспедицию, но если бы она узнала, то, скорее всего, узнал бы и директор. К тому же он не мог поговорить с ней: Уильям не видел ее несколько дней.

«Тебе не нужно беспокоиться о ней, Уильям, с тех пор, как я впервые встретил ее, я понял, что она довольно странная, - спокойно заметил Анана. – Я предлагаю тебе уделить все свое внимание нашей экспедиции, джунгли Амазонки гораздо опаснее, чем ты думаешь, в них много странных зверей».

«У вас есть карта?» - спросил Уильям

«Конечно, у нас есть карта, к тому же у нас здесь уроженец джунглей, который поддержит нас в нашем «крестовом походе», он знает кратчайший путь, чтобы добраться до места назначения».

Дуэльный клуб шёл в темноте, Уильям, со своей стороны, использовал заклинание «кошачьи глаза», чтобы иметь возможность видеть в темноте. Среди членов дуэльного клуба были те, кто специализировался на магии сенсорного типа для поиска зверей в окрестностях, эти маги не могли идти пешком, и из просто несли другие участники.

«Я сомневаюсь, что эта экспедиция продлится одну ночь. Как они могут нас не найти?» – спросил Уильям

Анана просто указал на Науэна: «У нас уже все спланировано, старший брат Науэна и его друзья будут отвечать за заметание наших следов, иллюзорная магия, помнишь?»

Уильям кивнул, все было спланировано, каждая возможная деталь, невозможно было не восхищаться этим студентом, который не принадлежал к канону истории. Из того, что Уильям изучил о культуре острова Рапа Нуи, отец Ананы – арики острова, то есть волшебник высокого уровня, обладающий способностями, способными вернуть самого Дамблдора в его золотой век, но, как и у любой великой силы, у нее есть большие ограничения. Арики не разрешалось покидать остров, и это было не устное правило, а проклятие. Анана ранее указал, что в будущем он будет арики острова, и поэтому он стремится исследовать мир и наслаждаться своей школьной жизнью как можно больше.

«Ну, я думаю, мы достаточно далеко, чтобы нас не обнаружила директриса. Она контролирует джунгли, но это только поверхностно, даже ей будет трудно найти нас. Подготовьте снаряжение, мы разобьем здесь лагерь, а утром продолжим путь».

Все последовали приказу Ананы и начали создавать свои убежища без использования магии, чтобы уменьшить шансы быть обнаруженными.

Уильям собственноручно соорудил небольшую палатку и, прежде чем отправиться на отдых, мысленным взором осмотрел окрестности. Использование мысленного взора уже было обычным делом, в конце концов, он жил с этой странной силой все время после своей реинкарнации, и в течение его первого года в Хогвартсе эта способность стала незаменимой.

«Экскременты? – он спросил себя, когда заметил, что его ботинок покрыт коричневой жижей. – Они свежие... о нет».

У Уильяма не было никаких сомнений, он должен был предупредить Анану об открытии, пока не стало слишком поздно. Любой из зверей в джунглях представлял опасность для таких студентов-магов, как они.

«Как ты думаешь, что это за зверь?» - спросил Анана, глядя на сероволосого парня.

Все важные члены дуэльного клуба собрались на том месте, где Уильям нашел экскременты, плюс там были следы волос и тому подобное.

«Прежде чем выбрать Кастелобрушу в качестве моего первого пункта назначения в этой небольшой поездке по обмену, я изучил всю возможную магическую фауну, я не хотел упустить ни одной детали, и благодаря этому исследованию я могу быть уверен, что эти экскременты принадлежат Широкорогой горилле. Они очень пекутся о своей территории, прямо сейчас мы, должно быть, на краю их территории, я рекомендую убраться как можно скорее, чтобы избежать ненужной конфронтации».

Анана посмотрел на Науена, который стоял у него за спиной: «Предупреди всех, мы уходим через три минуты, просто скажи им, что, по-видимому, за нами следят. Я не хочу, чтобы кто-нибудь из этих идиотов сражался со зверем только для того, чтобы получить какое-то признание».

Все члены экспедиции покидают место, чтобы спокойно разбить лагерь, они едва избежали опасности, но все же сохранили свои жизни.

Члены дуэльного клуба шли уже более шести часов, когда наконец остановились на краю оврага посреди джунглей.

«Уже близко», - объявил Анана, глядя вдаль с края оврага.

«Оно скрыто защитным заклинанием?» - спросил Уильям, глядя в том же направлении, что и Анана, но ничего не видя, затем он активировал свой мысленный взор, чтобы осмотреться; мальчик быстро обнаружил что-то, чего там не должно было быть. «Оно под землей».

«Как и ожидалось от тебя, Уильям, ты смог определить сразу», - Анана развернул карту леса, чтобы они оба посмотрели. «Искать эти руины с неба невозможно, как это делают многие волшебники, прогулка по джунглям тоже не гарантирует, что вы их найдете, так как есть только одна дверь, под деревом. Хорошо, мы должны идти дальше, я хочу добраться до входа до полудня, обычно в руинах такого типа много ловушек, а ночь принесет нам только больше проблем в джунглях».

Науен понял сигнал своего капитана и немедленно предупредил всех, чтобы они следовали за лидером.

Им нужно было только избегать некоторых магических зверей и двигаться альтернативными путями, пока они не доберутся до входа в руины без каких-либо проблем.

Вход в руины не имел ничего особенного, любой, кто посмотрел бы на него, подумал бы, что это медвежья пещера или что-то подобное, но секрет входа в эти руины был в одной из стен пещеры; там находился механизм, похожий на механизм станции девять и три четверти, нужно было только пройти через пещеру, чтобы добраться до настоящего входа в руины.

«Вау...»

Проходя сквозь стену, они все уставились на то, что открылось перед ними; точно так же, как в Кастелобрушу, перед ними стояла пирамида с теми же характеристиками, даже высота была сравнима с главной пирамидой, ее цвет более матовый, но она также сделана из чистого золота.

Вход украшен странными фигурами из золота. «Будьте осторожны, это могут быть горгульи или какие-то древние куклы. Просто ступайте по моим следам».

Все начали двигаться очень осторожно, следуя за Ананой, который напрягся, чтобы узнать расположение возможных ловушек.

«Тебе не нужно этого делать», - сказал Уильям, привлекая всеобщее внимание, особенно внимание Ананы.

«Почему?»

«В этом секторе нет ловушек, я вижу несколько плит на земле, которые могут сломаются от веса тел, но больше ничего… – Уильям спокойно сказал, выходя вперед, заложив руки за голову. – У меня есть способность, которая позволяет мне обнаруживать ловушки».

«Способность… – пробормотал Анана, затем посмотрел на Уильяма. – Ты мог бы сказать это раньше, ты выставил меня идиотом, с этого момента отвечай за обнаружение ловушек».

«Хорошо».

Уильям изменил свое мнение об Анане.

Вся группа продолжала проходить через вход без проблем, по правде говоря, бояться было нечего, пока они не оказались у самого входа в пирамиду, большой золотой двери.

«Не делайте ни единого шага внутрь, на этот раз вход защищен сильным невидимым проклятием. По формации я могу догадаться, что это быстродействующий яд», - предупредил Уильям.

«Как это возможно, что проклятие все еще действует? Этой пирамиде по меньшей мере тысяча лет», - с сомнением упомянул один из членов дуэльного клуба.

«Обычно эти заклинания самодостаточны, в Рапа Нуи есть много таких заклинаний самозащиты, они просто получают энергию из окружающей среды и продолжают работать непрерывно», - терпеливо объяснил Анана, чтобы успокоить своих коллег по клубу.

«Что нам делать, чтобы попасть внутрь? – Науен посмотрел на вход. – Не похоже, что защитное проклятие так просто снять, я думаю, нам придется искать другой способ попасть внутрь».

«Мы разделимся на пары, чтобы искать другой вход, помните: не входите напрямую, сначала мы должны убедиться, что нет подобных ловушек, мы не хотим напрасных смертей, - приказал всем Анана, затем посмотрел на Науена и Уильяма. – Вы двое попробуйте снять проклятие».

Анана удалился, оставив дуэт перед главной дверью. Науен продолжил свое собственное расследование, подбираясь как можно ближе к проклятию, с другой стороны, Уильям активировал мысленный взор, чтобы исследовать проклятие.

Поле зрения Уильяма простиралось повсюду .

Ничего не зная о проклятии, было бы невозможно придумать противодействие, это один из недостатков, который сам Уильям заметил в себе, ему все еще нечем было снять специальные проклятия; хотя, конечно, он все еще на первом курсе и у него было время, но он также должен иметь в виду, что его поездки в другие школы были бы сопряжены с определенными трудностями, если бы он хотел исследовать больше, чем обычный ученик.

Уильям начал отходить от Науена, чтобы иметь возможность мысленным взором исследовать другие области пирамиды.

Каждая из областей пирамиды была длиной в несколько сотен метров, и мысленный взор не мог проанализировать ее полностью, не говоря уже о том, чтобы проанализировать вершину пирамиды, но его поля зрения достаточно для этой задачи, потому что, когда он находился в одном из углов края пирамиды, мысленный взор смог найти то, что выглядело как решение.

Когда они добрались до конца поля зрения мысленного взора, примерно в десяти метрах от них оказалась дыра, на которую не распространялось защитное поле проклятия. Дыра была небольшая, но достаточно широкая, чтобы они один за другим вошли в пирамиду.

«Это тот вход, который ты смог найти?» - спросил Науен, глядя на место, на которое указал Уильям, оба забрались наверх и увидели дыру. «Защитного проклятия здесь нет, в этом нет никаких сомнений, теперь остается только предупредить остальных, чтобы мы могли следовать по пути».

Вскоре все они снова собрались и начали проходить через дыру, помогая друг другу.

Оказавшись внутри, каждый мог увидеть странный коридор, в котором они находились, там было полно пыли, мусора и паутины.

«Хорошо, теперь мы внутри, мы прошли первое испытание этой экспедиции и можем перейти к сокровищам, которые никто другой ещё не находил».

Всё внутри пирамиды было темным, но для волшебников Кастелобрушу это не проблема, заклинание «кошачьи глаза» убрало неудобство. Ребята прошли весь коридор второго этажа, не обнаружив никаких признаков жизни, так что опасностей было не много.

Уильям использовал свой мысленный взор, чтобы узнать расположение ловушек, но на втором этаже почти не оказалось ловушек; и то эти немногочисленные ловушки предназначались не для волшебников, а для магглов, если им удалось бы проникнуть внутрь.

«Как и следовало ожидать от древних цивилизаций, они почти совсем не рассматривали волшебников, в конце концов, в Латинской Америке волшебник был символом власти и благородства», - объяснил Анана, когда он привел в действие ловушку, и с потолка упал большой камень. "Никакой опасности для опытных волшебников, даже для таких студентов, как мы, это ничто..."

«На этот раз мы разделимся на группы по три человека, чтобы исследовать второй этаж, держитесь на расстоянии двадцати метров друг от друга, мы не хотим, чтобы были какие-либо потери, и если вы столкнетесь с проблемами, то пошлите сигнал; вперед исследовать»

Когда лидер раздал инструкции, все начали разделяться на группы и обыскивать окрестности в поисках чего-нибудь ценного, чтобы назвать эту экспедицию успешной.

Когда Уильям шел, он всегда держал свой мысленный взор активным, чтобы знать, что находится вокруг. На втором этаже не было ничего особенного, пока он не вошел в комнату, похожую на любую другую. Он отключил мысленный взор, чтобы снова увидеть вещи своими глазами, затем, когда он посмотрел на стену рядом с собой, то в деталях увидел то, что видел только в своей прошлой жизни, когда лазил по Интернету.

«Дрезденский кодекс, - пробормотал он себе под нос, касаясь цифр на стене, - но это невозможно... кодекс должен быть выставлен в саксонской государственной библиотеке Дрездена. Даже если бы это было не так, то, по крайней мере, его должны были отправить в Вену, почему он тоже здесь?»

Уильям внимательно посмотрел на рисунки, в его воспоминаниях они должны были быть гораздо более испорченными, но изображения оказались в безупречном состоянии.

«Одежда божеств, жертвоприношение Джун Аджо, призыв божеств и подготовка пророчеств... предполагали, что все это чушь, но магия в моем мире тоже считалась чушью...» – Уильям покачал головой, чтобы отогнать эти странные мысли, ему не нужно было думать о сложных вещах прямо сейчас. «Продолжу читать, я не думаю, что смогу унести с собой всю стену».

«Карта Венеры, карта солнечного затмения, она такая же, какой я ее помню, даже более подробная, чем раньше, поскольку в ней нет недостатков, я действительно хотел бы взять ее с собой в Калифорнию.... Что это такое?» – Уильям прошел почти весь путь по коридору, читая то, что было написано на стене. «Этого не было в Интернете».

На нарисованной стене вверху находилась луна, внизу стояли на коленях несколько людей, Уильяму прочесть геоглифы было почти невозможно, и у него не было поддержки из его прошлых воспоминаний, чтобы направлять его; вместо этого рисунки могли помочь ему.

Рисунок, на который смотрел Уильям, содержал еще больше секретов, так как в центре находилась странная белая маска, как будто она была сделана из дерева.

Уильям продолжал смотреть на странную страницу кодекса, которой не было в той версии из его памяти, но понять было невозможно, тогда он вернулся на пару шагов назад и заметил кое-что: все, что содержалось на плитках, находилось внутри маленьких линий, образовывавших пирамиду, в которой он был.

«Если то, что я думаю, верно, то маска должна быть важной вещью, и я надеюсь, что она все еще находится внутри пирамиды; я надеюсь, что мы сможем ее найти», - мальчик развернулся и вышел из комнаты. Уильяму нужно было собрать членов дуэльного клуба, чтобы обсудить возможность нахождения сокровища, затем когда он снова активировал свой мысленный взор, он заметил изменение в признаках жизни внутри пирамиды.

«Черт, за нами следили...» - последовала весть от Ананы, он предупредил, чтобы все члены клуба немедленно собрались.

«Очевидно, за нами следили во время нашей экспедиции... кто-то мог предать нас, правда в том, что мы не знаем личности наших преследователей и их намерений, лучше всего вернуться в Кастелобрушу, мы не можем рисковать, даже если мы действительно хотим сокровища».

«Даже в этом случае мы не сможем вернуться, - указал Уильям из числа всех участников. – У них есть вход, охраняемый от злоумышленников».

«Это новость... немного прискорбная, - Анана посмотрел на Науена, который только пожал плечами. – Нам придется найти выход из этого места. Несмотря на то, что мы являемся членами дуэльного клуба, в Кастелобрушу не так много учеников, которые более подготовлены к защите себя от темных искусств, и, очевидно, пришло время доказать это. Я надеюсь, что плащи нашей униформы предназначены не только для украшения».

«Давайте надерем задницы всем тем, кто выступает против нас».

«Давайте покажем способности учеников Кастелобрушу».

«Выдвигаемся».

«Огонь!» - желтая линия пронеслась от одной стороны к другой.

«Протего!» - низкий мужской голос произнес защитное заклинание, которое свело огненные чары на нет.

«Оппуньо!» – камни на земле поднялись и полетели в сторону участника дуэльного клуба, у которого не было другого выбора, кроме как отпрыгнуть в сторону, чтобы избежать ударов; в это время другой ученик громко воскликнул, указывая палочкой на волшебника, одетого в черное: «Десмайус!». Красный огонек вспыхнул, ударив одного из вражеских волшебников, который был сбит с толку и неуместен.

Затем, ко всеобщему удивлению, Анана встал без палочки в руке и громко хлопнул в ладоши, крикнув: «Хурипари!». Громкая звуковая волна отозвалась эхом, подняв ветер с земли вихрем и отправив всех назад.

«Я хочу научиться этому», - сказал Уильям, увидев, как заклинание без палочки атакует всех противников.

«Конечно, как только мы выберемся отсюда, я научу тебя этому, ты удивишь всех в Хогвартсе», - они оба рассмеялись.

«Сейчас не время строить планы, если мы все не выберемся отсюда живыми, то директриса убьет нас, я в этом не сомневаюсь».

За несколько мгновений до этого все участники разрабатывали планы, как избежать прямой конфронтации с врагами, но обеим сторонам потребовалось всего одно движение, чтобы встретиться; они пытались достичь диалога, но жадность человеческих существ присутствует не только у маглов, как многие полагают.

Не было никакой уверенности в существовании сокровища, но неизученные руины сами по себе были сокровищем.

«Дуэльный клуб, отступаем!» - воскликнул Науен, заставляя всех начать покидать это место и одновременно выкрикивать ответные заклинания.

Как только они отступили и закрыли двери в комнату, они смогли на мгновение опустить свои палочки. «Во время следующего противостояния мы будем использовать построение спартанцев, каждый будет использовать заклинание «протего» для создания небольших щитов, способных блокировать мощные заклинания, и мы сохраним преимущество, затем мы сокрушим их с помощью «циклона» Ананы и «Флиппендо» Уильяма».

«Уильям, ты видишь по ту сторону двери?»

«Они ждут, когда мы вернемся, чтобы сражаться, а другие, похоже, отступили в поисках сокровищ».

«Отлично, мы продолжим спускаться по пирамиде, мы уже сражаемся с этими охотниками за сокровищами, лучше всего выбраться из этого места с добычей», – по приказу Ананы все они двинулись как одна группа, прикрывая тыл на случай нападения.

Рассуждения Ананы были на самом деле безупречны; просто заметив действия Уильяма, лидер понял природу его способностей, и хотя Уильям удивился, он не особо беспокоился. Вместо этого парень испытал облегчение, ведь теперь он мог использовать свой мысленный взор без оправданий.

Ребята побежали по коридору, избегая любых препятствий, на которые указывал Уильям, и к тому времени, когда они достигли самого нижнего этажа в подвале пирамиды, они обнаружили комнату, полную странных предметов.

«Это магловское оружие?» - спросил один из членов группы, беря в руки копье со странными отметинами.

«Как много золота, благодаря ему у нас не будет проблем с оплатой обучения», - обрадовались члены дуэльного клуба и начали набивать карманы золотыми монетами.

«Вот почему гоблины в Гринготтсе так пекутся о древних руинах, проклятые жадные гоблины!»

Уильям внезапно протянул руку, чтобы остановить членов клуба от шага вперед.

«Что происходит, Уилл?»

Все остановились и уставились на парня, который вел себя странно, но так как он был их сенсором в экспедиции, то любое его действие было важно.

Уильям вытянул руку вперед и ответил: «Змея».

«Змея? - спросил Анана. – Она большая?»

«Нет... не одна змея, их много… – Уильям крепко сжал руки. – Это лесная гидра».

Когда Уильям сказал это, вся комната погрузилась в глубокую тишину, даже дыхание других членов клуба почти не было слышно. Лесная гидра - малоизвестный зверь, который не фигурирует в книге фантастических животных, написанной Ньютом Скамандером, поскольку он сам в интервью признал, что никогда не встречал этих волшебных зверей.

Но даже при том, что этот зверь неизвестен ученикам из других школ, в Кастелобрушу о нем говорят достаточно, чтобы напугать молодых волшебников, только что поступивших. Предполагалось, что этот зверь вымер, но Уильям говорит, что он тут, в пирамиде.

«Что ты сказал?» - спросил Науен

«Примерно в десяти метрах отсюда находится лесная гидра».

«Уильям, опиши гидру, мы должны быть уверены, с чем мы имеем дело».

Уильям кивнул и снова открыл рот: «Три удлиненные головы с двумя парами клыков с каждой стороны, длинные шеи с шипами и чешуей, четыре ноги для быстрого передвижения, у него две перепонки, по одной с каждой стороны, соединяющие задние лапы с хвостом и, конечно, хвост, как минимум в три раза длиннее тела, с большим жалом, с которого капает яд».

«Да, это определенно гидра, - покорно кивнул Нахуэн. – Мы не можем сражаться со зверем такого калибра. Если бы министерство магии классифицировало его, то оно было бы на вершине, класса XXXXX, смертельно опасное, невозможно приручить или обучить. Мы должны выбраться отсюда, не привлекая его внимания».

«Или привлечь его внимание, чтобы уничтожить наших врагов, - громко сказал Уильям, снова привлекая внимание. – Нам просто нужно бежать туда, где находятся наши враги, они либо позаботятся о гидре, либо наоборот, в любом случае мы будем теми, кто выберется живыми».

«Риск огромен», - заколебался Анана, оглядываясь на своих спутников.

«Остальные варианты так же опасны, как и этот».

«Уильям и я позаботимся о гидре, в то время как остальные должны найти место, чтобы укрыться. Привести этого волшебного зверя нашим врагам надо с большой осторожностью и контролем, в данный момент только у нас есть возможность выполнить эту работу», – Анана встал со своей палочкой в руке.

Впервые Уильям увидел, как Анана достает палочку с начала противостояния.

У Науена было столько же или больше способностей, чем у Уильяма, но кто-то должен был позаботиться о группе, если что-то пойдет не так.

Анана, наследник острова Рапа Нуи, и Уильям, пятый сын Розье, стояли на вершине золотых гор внутри комнаты, оба были высоко наверху, они глядели вниз на волшебного зверя.

«Нервничаешь?» - спросил Анана.

«Я был бы идиотом, если бы не нервничал или не боялся, мы столкнулись с одним из самых опасных зверей».

«Мы должны начать по-крупному, ты так не думаешь?» – Анана уставился на гидру, которая едва заметила, как они подняли головы, когда она начала издавать звук, похожий на электрогитару.

Анана поднял свою палочку вверх: «Гарджана!». Белый свет поднялся к потолку, затем упал вниз в виде молнии, которая ударила в гидру, заставив ее взреветь от боли.

«Вингардиум левиоса!». Все тяжелые предметы в комнате начали медленно подниматься, даже монеты со всех сторон, затем потребовался всего лишь взмах руки, чтобы каждый предмет, поднятый в воздух, был брошен с высокой скоростью на саму Гидру.

«Магия новичков с великолепными эффектами, действительно что-то необычное», - прокомментировал Анана.

«Метнуть молнию с самого начала - отличное решение»

Они оба уверенно улыбнулись, глядя на Гидру, которая бросилась к ним в тот момент, когда к ней вернулось самообладание; оба мага отступили, используя заклинания, чтобы замедлить продвижение существа.

Они должны были сохранять концентрацию на трех головах гидры и огромном смертоносном жале, которое несколько раз угрожало им на протяжении всего противостояния.

Оба волшебника были довольно опытны, больше, чем все остальные ученики в их собственных классах, но в этот момент та сила, которой они гордились, оказалась ничтожной против гидры. Это зверь, способный заставить мракоборцев бояться прямой конфронтации; одна из причин – это то, что из-за толщины кожи и чешуи многие заклинания, которые используют для противостояния этому зверю, оказываются бесполезны.

«Где наши козлы отпущения?» - спросил Анана, избегая укуса гидры.

«По ту сторону двери, они ослабили бдительность, но если мы войдем первыми, то наши жизни вряд ли останутся нетронутыми», - предупредил Уильям, глядя на своего партнера, который, казалось, уже принял меры по этому поводу.

Теперь они вдвоем должны были переместиться, чтобы оказаться по другую сторону зверя и заставить его отступить каким-то образом или просто....

Бам!

Анана одним ударом распахнул двери, оставив гидру и двух молодых магов на открытом месте.

Все охотники за сокровищами уставились на пару студентов, вошедших в комнату, которую они охраняли; они не медлили ни секунды, вытащив свои палочки, чтобы защититься, затем они заметили три головы, выглядывающие из двери.

«Я надеюсь, вы не возражаете, но я привел этого мальчика, чтобы составить вам компанию, что касается нас... нам еще есть чем заняться», - оба студента побежали в разных направлениях.

Охотники за сокровищами немедленно дали отпор, они начали свою яростную атаку; к волшебному зверю перед ними нельзя было относиться легкомысленно.

Прошло не более минуты, прежде чем жало гидры пронзило одного из охотников, убив его почти мгновенно; хотя чешуя гидры была прочной, выдержать количество заклинаний и проклятий, наложенных охотниками за сокровищами, - это невероятный подвиг, но их защита быстро ослабевала.

«Это очень сильный зверь», - сказал Анана, наблюдая за битвой с верхнего этажа, в безопасном месте, где их было нелегко найти, но в то же время туда легко добраться. Оба студента ждали, чтобы увидеть, какая из двух сторон сдастся первой, а затем нападет на победившую сторону, когда она будет слаба.

Уильям и Анана спокойно ждали, когда мысленный взор парня уловил новое существо.

«Уильям? – спросил Анана, глядя на молодого человека рядом с ним. – Что случилось?»

«У нас гости», - ответил Уильям глубоким голосом

«Еще охотники за сокровищами?»

Уильям покачал головой, прежде чем Анана смогл продолжить говорить, Уильям поднял глаза к потолку: «Это пожиратели смерти»

«Пожиратели смерти?! Почему ты так уверен?»

«Аура... моему деду раньше приходилось служить Волан-де-Морту, и аура Пожирателей смерти не исчезает, чувство холода, которым обладают их духи, уступает только дементорам», - Уильям вспомнил своего деда и первый раз, когда он увидел его, действительно ужасающий человек.

Уильям и Анана сосредоточили свое внимание на входе, чтобы увидеть новых последователей Волан-де-Морта. Каждый из пожирателей, вошедших в руины, был одет в темные одежды с маской, которая защищала их и сохраняла их анонимность, но один взгляд на них заставил бы вас окаменеть.

Несколько раз мысленно повторил Уильям, внимательно наблюдая за новыми нежелательными гостями в этой экспедиции.

?

«Нам нужно выбраться из руин и вернуться в Кастелобрушу, ситуация вышла из-под контроля», - сказал Уильям.

Они могли бы победить группу пожирателей или охотников за сокровищами, но дорогой ценой: лишь один из членов дуэльного клуба вернулся бы живым в замок. Был еще больший шанс, что никто из них не вернется в Кастелобрушу.

Конечно, они все еще не знали способностей этих пожирателей и были ли они действительно настоящими пожирателями, а не просто имитациями. Также стоит отметить, что все важные пожиратели отдыхали в своих личных комнатах внутри Азкабана, и многие дементоры следили за тем, чтобы они дожили до следующего дня страданий.

«Мы не можем уйти, - сказал Анана. - Я не оставлю членов клуба позади, они ничего не знают о том, что произошло, и они ожидают, что мы вытащим их из хранилища»

«Дверь хранилища прочная, и Науен, должно быть, укрепил ее, чтобы защитить себя и остальных членов клуба на случай, если случится худшее. Мы не можем оставить их здесь, но просто вытащить их - это самоубийственный план, сначала мы должны обеспечить путь к отступлению, или, в крайнем случае, нам придется покончить с жизнью всех внутри руин»

Анана слушал все, что говорил Уильям, он соглашался со всем, но в тот момент, когда он повернул лицо, чтобы посмотреть на мальчика, он смогл подтвердить свое первое предположение: Уильям действительно был тем, кого следовало бояться.

Выражение лица Уильяма было пугающим, холодным и жестким. Любого, кто увидел бы его ни с того ни с сего, ждал бы большой сюрприз.

«Мы должны найти стратегическую точку для атаки, гидра будет побеждена в мгновение ока, и с этого момента мы окажемся в невыгодном положении», - Уильям побежал по коридору второго этажа, за ним быстро следовал Анана.

Пока они оба бежали по второму этажу, Уильям видел через окно предполагаемых пожиратели, расположенных на втором этаже, все они были одеты в одинаковую темную одежду и маски с белыми фигурами. Было бы трудно узнать их личности, но очевидно, что эти предполагаемые пожиратели всего лишь охотники за сокровищами, которые наживались на имени Волан-де-Морта, чтобы напугать конкурентов.

Оба все еще были студентами, Уильям все еще был студентом первого курса. Хотя он умен и, возможно, лучше всех своих сверстников, этого было недостаточно, чтобы одолеть взрослого волшебника, не говоря уже о взрослом темном волшебнике.

Пока оба парня осматривались и обдумывали план действий, внизу, на втором этаже, началась новая битва. Охотники за сокровищами, которые были заняты гидрой, теперь также подверглись нападению эксцентричных подирателей, проклятия начали лететь повсюду, и даже гидра почувствовала опасность и решила отступить, чтобы сохранить свою жизнь.

«У меня есть идея», - сказал Уильям, он мысленно проверял инфраструктуру пирамиды; хотя были сектора, которые он не мог видеть из-за помех, он все еще мог искать конкретные точки, чтобы его план сработал.

«Что ты собираешься делать?»

«Мы разрушим всю пирамиду».

«ЧТО?! ТЫ ЧТО, ПОТЕРЯЛ РАССУДОК, УИЛЛ?»

Уильям покачал головой: «Я все так же в здравом уме, как и всегда, просто на этот раз у меня есть немного более дурацкая идея». Не говоря больше ничего, он указал палочкой вверх. «Я понятия не имею о личности этих идиотов, и я не заинтересован в том, чтобы узнать, в конце концов, как только они погибнут, они больше не будут важны»

Из палочки Уильяма вырвался луч света светло-голубого цвета, который ударил между двумя столбами и проник в трещины, затем все начало дрожать.

«Что будет с остальными членами клуба?»

«Не волнуйся, они достаточно далеко от места, где произойдет обрушение, мы, с другой стороны, должны поторопиться выбраться. Это будет как маггловское домино, все рухнет».

Оба молодых человека встали и бросились бежать, Анана мог только следовать за Уильямом, так как он был единственным, кто знал, где находится безопасное место для побега.

Все произошло слишком быстро, пирамида начала трястись, и столбы рухнули, пыль была сигналом, показывающим, что пирамида рушится.

С потолка начали падать осколки, некоторые из них довольно большие, оба ученика могли только продолжать бежать вперед. Не было достаточно времени, чтобы остановиться и использовать какое-нибудь заклинание, чтобы расчистить путь, каждая секунда времени жизненно важна в момент выживания, и пожиратели тоже начали убегать.

Как только они достигли безопасной зоны, на которую указал Уильям по пути, они повернулись, чтобы посмотреть, как все рушится внутри пирамиды. Мальчики тоже находились внутри, но Уильям знал, что есть определенные области, которые были построены с другим типом архитектуры. Возможно, их перестроили после обрушения в прошлом, так что они были сделано для катаклизмов.

Анана все еще не мог понять, как Уильям понимал так много вещей, будучи таким маленьким мальчиком. Он старше Уилла, но как будто все было наоборот.

Когда обвал внутри пирамиды начал прекращаться, Анана использовал свое заклинание, чтобы заставить пыль исчезнуть. Повсюду валялись обломки, Уильям использовал свой мысленный взор, чтобы проверить окрестности на случай, если там была какая-то засада или есть ли выжившие.

Когда они оба шли по обломкам, Уильяму показалось, что его нога наступила на что-то странное, он на мгновение понаблюдал за этим, чтобы определить источник, и сразу все понял.

«Что ты делаешь?» - спросил Анана.

«Помоги мне убрать этот мусор».

Анана на мгновение посмотрел на то, что хотел сделать Уилл, и сразу понял, что он хотел извлечь гидру из-под обломков. «Что, если она все еще жива?»

«Вот почему я её выкапываю, она все еще жив».

«Тогда почему ты хочешь её вынуть?»

«Это волшебный зверь, он действует в соответствии с приказами, наложенными на него, это не зло».

«Я надеюсь, ты не думаешь о том, чтобы приручить его, это невыполнимая задача».

«Если это было невозможно, то почему он следовал приказам других людей охранять внутреннюю часть пирамиды?»

«Возможно, они использовали темную магию, чтобы контролировать ее; помни, что этой пирамиде более тысячи лет, вполне вероятно, что волшебники, населявшие внутреннюю часть, обладали большими знаниями, чем мы думаем».

«Это очевидно, - продолжил Уильям, убирая обломки с помощью магии левитации, - но я сомневаюсь, что все сделали таким образом. Даже Херпо безумец в древние времена смог приручить василиска».

«Это два исключительных случая, нет никаких веских доказательств того, что ты можешь это сделать».

«Точно, просто будь настойчив, помни, что волшебные звери могут видеть твою душу».

Как только все обломки были убраны, Уильям подал сигнал Анане отойти, он не мог позволить ему напугать гидру; один неверный шаг, и все могло закончиться еще одной битвой, в которой одна из двух сторон была бы уничтожена.

Гидра лежала, свернув три длинные шеи, чтобы прикрыть головы, у нее были раны по всему телу: битва с охотниками за сокровищами и обрушение пирамиды сделали свое дело.

Гидра подняла свои три головы в тот момент, когда почувствовала присутствие Уильяма, она ни за что не забудет маленького волшебника, который напал на нее.

«Привет», - поздоровался Уильям, приближаясь медленно, но с предельной уверенностью.

Гидра медленно встала, ее рост намного превосходил Уильяма, одно только ее тело, не считая шеи, уже составляло два метра, если считать шеи, то она могла бы с легкостью достичь высоты пяти метров.

Каждая из голов смотрела на Уильяма, обнажая свои удлиненные клыки и сердито шипя.

Уильям замер в тот момент, когда услышал шум, и если бы он подошел еще ближе, то оказался бы в опасности.

Уильям на мгновение задумался и сказал себе .

Он медленно опустил руку в правый карман, где хранил свою палочку, гидра расправилась еще больше, чем раньше, и открыла пасть, чтобы показать свои клыки ещё отчетливее.

Даже несмотря на угрозу гидры, Уильям не остановился, медленно взял палочку и вскоре положил ее на землю.

Анана, наблюдавший за всем происходящим, крепче сжал свою палочку; если бы он увидел, что гидра пытается прикончить его партнера, то взял бы дело в свои руки, даже если бы Уильяму пришлось разозлиться на него. Он капитан дуэльного клуба, и ему приходится принимать решения, когда того требует время.

Гидра наблюдала, как Уильям опустил палочку и вернулся на свое место, медленно подняв руки, символизируя, что у него с собой нет ничего опасного.

«У меня ничего нет с собой, я не причиню тебе вреда», - сказал Уильям мягким тоном, глаза гидры были сосредоточены на Уильяме, но почему-то они казались гораздо менее пугающими, чем несколько секунд назад.

Прошло несколько секунд, прежде чем Уильям решил сделать еще один шаг ближе к гидре, медленный и не очень широкий шаг, тем не менее шаг; он отходил от своей палочки и приближался к волшебному зверю, занесенному в самую опасную категорию из всех.

Анана на расстоянии крепко сжал палочку в своей руке, почти задушив ее. Страх увидеть, как его другу причиняют боль у него на глазах, заставлял его нервничать, он хотел что-то сделать, но в то же время он хотел доверять Уильяму.

С каждым шагом, который делал Уильям, он был ближе к опасной лесной гидре, все дальше от своей палочки, ближе к быстрой смерти, все дальше от безопасности, но почему-то он чувствовал, что должен сделать это, чтобы расти как личность; всегда оставаясь в безопасности, он не будет совершенствоваться в этом мире магии.

Он медленно вытянул правую руку с открытой ладонью, всегда обращенной вперед, левую руку он держал поднятой, чтобы не вызвать подозрений у волшебного зверя.

Гидра спрятала свои клыки: она уже заметила, что Уильям не собирался причинять ей вреда в этот момент; нее были раны по всему телу, дуэт магов легко покончил бы с ее жизнью. Во время предыдущего боя голова в центре потеряла один глаз, голова слева получила несколько ран, а голова справа была обожжена.

«Нет... этого не может быть… верно?», - удивленно сказал Анана, ослабляя свою крепкую хватку на палочке. Он несколько раз провел рукой по глазам, чтобы убедиться, что это не иллюзия.

Уильям поднял руку с вытянутой правой, и прямо под ладонью покоилась центральная голова гидры, глаза волшебника и волшебного зверя были закрыты.

Прежде чем отправиться в экспедицию, Уильям рассказал всем членам дуэльного клуба о своем семейном происхождении, своей жизни в Хогвартсе и о факультете, в который его выбрали, он также объяснил причину, по которой Распределяющая Шляпа ошиблась.

«Уильям, сортировочная шляпа не ошиблась, твой нынешний поступок действительно требует большого мужества, я верю, что ты действительно гриффиндорец», - сказал он мягким тоном, наблюдая за происходящим перед ним.

Студент первого курса факультета магии сумел приручить одного из самых опасных магических зверей во всем магическом мире.

Уильям порылся в своих вещах, у него все еще были волшебные сумки с заклинаниями расширения пространства, которые он получил, когда выиграл приз гоблинов. Все, что требовалось, - это открыть мешок, чтобы гидра могла попасть внутрь, там она могла отдохнуть и пополнить свою энергию.

«Это было потрясающе, Уильям. Тебе удалось приручить лесную гидру, одного из самых опасных магических зверей».

«И, возможно, одного из последних в своем роде, - прервал Уильям, поднимая свою палочку и продолжая закреплять сумку с гидрой на поясе. – Мне нужно, чтобы существование этой гидры было секретом, по крайней мере до тех пор, пока я не вернусь в Хогвартс».

«Конечно, без проблем».

«Давай, нам все еще нужно вытащить дуэльный клуб и убедиться в смерти всех врагов»

После того как гидра попала в сумку, серьезных проблем не возникло, мысленным взором я не обнаружил никаких других проблем, мы прошли весь путь до комнаты, где ждали члены дуэльного клуба.

Они все прятались со своими палочками наготове на случай, если войдёт кто-то кроме нас; они, вероятно, даже подумывали о том, чтобы выйти и поискать нас, в конце концов, прошло много времени с тех пор, как мы покинули комнату.

«Что там произошло?» - спросил Науен, подходя к нам.

«Мы уничтожили всех или, ну, Уильям уничтожил всех, он использовал инфраструктуру пирамиды, чтобы вызвать взрыв и похоронить всех внутри пирамиды».

Услышав объяснение, все внимательно посмотрели на Уильяма.

«Что? - спросил Уильям, заметив устремленные на него взгляды. – Любой сделал бы то же самое, сражаться напрямую было бы самоубийством».

«Ты прав, Уилл, мы бы ни за что не победили, если бы сражались лицом к лицу», – Анана прекрасно знал их возможности, и достаточно было просто увидеть противников, чтобы получить представление об опасностях, с которыми они столкнулись.

«Где сокровища? - спросил Анана, он огляделся и увидел только комнату, которая когда-то была заполнена сокровищами, совершенно пустую. – Даже моя комната не такая чистая, как эта».

«У одного из членов клуба оказалась сумка с необнаруживаемым заклинанием расширения, мы смогли поместить все сокровище внутрь, как только мы вернемся в Кастелобрукшу, мы сможем разделить его между участниками, - спокойно объяснил Науен. – Мы даже нашли сокровище, охраняемое гидрой».

«Это привлекает мое внимание, о каком сокровище вы говорите?».

«Маска, но она бесполезна»

«Что значит "бесполезна"?»

«Она потеряла свои особые характеристики около четырехсот лет назад, я пытался заставить её реагировать с помощью магии, но это бесполезно, она полностью разрушен, теперь это просто деревянная маска. Возможно, если мы продадим её на маггловском рынке, мы сможем получить некоторую прибыль, но с учетом других сокровищ, я думаю, это пустая трата времени».

Анана и Науен одновременно вздохнули, с самого начала в походе к пирамиде нужно было найти особое сокровище, с помощью которого они могли бы прославиться.

«Давайте просто вернемся в школу», - несколько печально сказал Анана и начал двигаться, оставив остальных позади.

Остальная часть дуэльного клуба последовала за Ананой, все они знали о намерениях своего капитана; к сожалению, все пошло не так, как он хотел, но по крайней мере они смогли найти деньги, необходимые для всего обучения, и, возможно, что-то даже останется на будущее после окончания школы.

«Нам повезло, - сказал Науен, когда они шли по джунглям вместе с остальными членами клуба. - Внутри пирамиды было много врагов, нам действительно повезло, что мы никого не потеряли».

«Да...» – Ананы было серьезное выражение лица.

«Тебя что-то беспокоит. Что случилось, пока мы ждали?»

«Темные волшебники, Уильям сказал, что они были пожирателями смерти».

«Последователи сам-знаешь-кого! – выражение лица Науена было смешанным: он удивился, но избегал повышать голос, не было необходимости расстраивать остальных членов клуба, а тем более Уильяма. – Ты думаешь, он прав?»

Анана кивнул: «Мой отец однажды рассказал мне о пожирателях и о том, как они выглядели, даже детали их масок, все совпадает».

«Это может быть просто совпадением, может быть, они самозванцы».

«Уильям сказал то же самое, а затем похоронил их под обломками, он не хотел вынимать тела, чтобы подтвердить личности. Прямо сейчас все, что я хочу сделать, это добраться до школы, это единственное место, где я уверен, что нам не причинят вреда».

Когда они шли в темноте без какого-либо света, чтобы не привлекать внимания, вдалеке послышался волчий вой.

«Это что, шутка? – удивился Анана, подняв глаза к небу и увидев грандиозное полнолуние. – Черт...»

«Оборотень?" - спросил один из членов клуба.

«Оборотень, - Ананна сжал свою руку и прикусил губу. – Мы должны убираться из этого места как можно быстрее, здесь небезопасно, и мы не можем сражаться с волчицей».

Уильям прислушался к словам Ананы и внимательно начал следить за группой, оглядываясь каждые пару шагов

«Это она?» - спросил Науен, внимательно следя за своим капитаном.

«Что, если это она? – Анана посмотрел на Науена. – Конечно, это она, я никогда не забуду тон ее воя, и поверь мне, если мы не выберемся из этого места в ближайшие несколько минут, то у нас будут большие неприятности, она отличается от других ликантропов, я думаю, ее можно даже сравнить с Фенрир Грейбек».

«В дикости или в силе?»

«Как ты думаешь, сейчас подходящее время для шуток? Одно из самых свирепых существ в амазонке идёт по нашим стопам, а ты шутишь?»

«Что мы будем делать, если она найдет нас?» Это был вопрос жизни и смерти, до сих пор Анана говорил только о побеге, он не допускал мысли, что оборотень найдёт их. Нахуэн знал, что его друг и капитан не был рад сражаться с ней, но теперь им нужен лидер, готовый оставить позади все виды чувств.

«Я встречусь с ней лицом к лицу... и если потребуется, я прикончу ее».

«Ты не можешь прикончить ее, если ты это сделаешь, это может перерасти в кризис между многими семьями, и ты это знаешь, она, может, и ликантроп, но она все равно важна! - предупредил Науен, зная, что ситуация может выйти из-под контроля. – Ты просто должен останавливать ее достаточно долго, чтобы более слабые смогли убежать, не будучи укушенными».

«Я тоже важен, даже если бы Ана Гимарайнш или Рита Араужо пришли за мной, они бы ничего не смогли со мной сделать, мой отец - один из пяти самых могущественных волшебников в мире, моя фамилия тоже важна!»

«Но я также знаю, что она тебе нравится, и я сомневаюсь, что ты действительно смог бы прикончить ее. Даже если бы она была а форме человека, она более искусна, чем ты в магических дуэлях, мы оба это знаем!»

Анана потер лицо руками, он посмотрел в сторону: «Ты действительно надоеда, Науен. Давай просто поспешим вернуться, чтобы нам с оборотнем не пришлось выяснять способности друг друга».

Члены дуэльного клуба быстро продвигались по джунглям, пытаясь убежать от зверя, который преследовал их; очевидно, все они знали, что это был ликантроп, им просто нужно было добраться до пирамид, чтобы оказаться в безопасной зоне.

«Мы почти на месте», - сказал один из учеников-новичков в дуэльном клубе.

Все обрадовались, а затем с той стороны, куда они направлялись, послышался еще один вой.

«Это шутка? - спросила девушка из дуэльного клуба. – Они просто издевались над нами, и мы купились».

«Соберитесь все в круг!» - воскликнул Науен, и все ребята собрались в одном месте, спиной к спине, оглядываясь по сторонам с палочками наготове.

«Уильям, ты их видишь?» - спросил Анана, глядя на мальчика рядом.

«Да… – Уильям указал рукой. – Тот, кто следовал за нами, решил идти немного медленнее по какой-то причине, которую я не могу понять, но последний будет здесь через тридцать секунд, мы должны быть осторожны, он чрезвычайно свиреп и, кажется, наслаждается ситуацией».

«Наслаждается?»

Уильям кивнул: «Есть вероятность, что он ликантроп высокого ранга».

Пока они думали о том, что делать дальше, движение листьев стало ясно всем присутствующим.

«Они здесь», - сказал Уильям, а затем из больших листьев появилась стройная фигура, покрытая волосами по всему телу, с удлиненной мордой, полной клыков.

«Грейбек, - пробормотал Науен, направляя свою палочку, на кончике которой горел синий огонек, - я убью тебя сию же секунду, ублюдок, пришло время покончить с твоей жизнью»

«Что с ним такое?» - спросил Уильям, глядя на разгневанного Науена, который обычно был спокойным волшебником и даже самым ответственным из группы; за тот короткий промежуток времени, что Уилл знал его, он никогда не видел его таким.

«Ты видишь ожерелье на шее Науена? - спросил Анана и подождал, пока Уильям кивнет, чтобы продолжить свое объяснение. – Это магический предмет, заколдованный его семьей, чтобы найти определенного человека, Фенрира Грейбека».

Уильям знал об увлечении этого конкретного ликантропа – кусать детей или молодых людей, чтобы превратить их в оборотней и таким образом посеять чувство ненависти среди волшебников; Римус Люпин, который был другом Джеймса Поттера, стал жертвой Грейбека.

«Он укусила младшую сестру Науена два года назад, во время каникул», – последовала пауза. О некоторых вещах нелегко говорить.

«Она мертва?»

«Она покончила с собой, она не могла вынести давления жизни оборотня, Науен поклялся отомстить за нее, и семья создала ожерелье, которое реагировало, если парень, напавший на сестру, был рядом».

Науен больше не стал ждать и выпустил проклятие, которое ждало на кончике его палочки; в тот момент, когда проклятие было произнесено, Уильяму показалось, что он услышал женскую песню, одновременно с этим все растения в джунглях засохли.

«Проклятие, созданное ведьмой из его клана»

Грейбек почувствовал опасность, ему пришлось перекатиться по земле, чтобы избежать проклятия, но это было не единственное средство в арсенале Науена.

«Экспульс!» - воскликнул он, и снова синий свет полетел в сторону Грейбека, создавая при этом огромные взрывы.

«Конфринго!» – несколько проклятий полетели в сторону деревьев и скал, которые находились поблизости от позиции Грейбека, затем все эти предметы взорвались.

Тело Грейбека было отброшено взрывами, но Науен не закончил; из его палочки вырвался луч света, который связал руку ликантропа и привязал ее к дереву, он повторил процесс еще три раза, чтобы связать остальные конечности, а затем связал шею.

Именно тогда Нахуэн сделал шаг вперед, он сжал свою палочку с невероятной силой: «Я думал, что ты будешь намного сильнее, я искал много информации о твоих способностях и я приготовился убить тебя, я думал, что это произойдет гораздо позже, но я благодарен, что ты пришел сюда добровольно, я могу покончить с этой болью в груди раньше, чем я думал».

Науен поднял свою палочку, кончик которой покраснел: «Да смилуется Эльмапу над твоей жалкой душой, Векуфе».

(Эльмапу: Дух-создатель мапу в культуре мапуче)

(Векуфе: Злые духи в культуре мапуче)

(Мапу: Земля)

Прежде чем Науен смог нанести последний удар, чтобы добить Грейбека, этот парень начал смеяться как сумасшедший, удивив всех, кто внимательно наблюдал за битвой.

«Что тут смешного?»

«Когда ты напал на меня, я почувствовал твою ненависть, и я поискал в своей памяти тех, кому причинил вред возле этих земель, а теперь мне удалось вспомнить тебя. Ты мальчик, который плакал с маленькой девочкой на руках, я помню, как ты пытался защитить ее, и я также помню, как ты описался в штаны, – Грейбек напряг свои мышцы, разрывая путы, наложенные на его тело. – Я прекрасно тебя помню. Как поживает твоя сестра?»

Выражение лица Науена стало еще более пугающим, чем раньше, он попытался что-то сказать, но в том состоянии, в котором он находился, это было просто невозможно. Грейбек злобно рассмеялся и бросился к волшебнику, затем два взрывных проклятия ударили его прямо в лицо, заставив отступить.

Уильям и Анана были немного дальше, чем Науен, оба держали свои палочки направленными на Грейбека.

«Тварь, это наш друг, и я думаю, ты понимаешь, что произойдет, если ты прикоснешься к нему».

Грейбек взглянул вперед и увидел несколько направленных на него палочек, все с одним и тем же проклятием на кончике.

«Ты можешь регенерировать, - сказал Уильям, глядя на него и высокомерно улыбаясь, - но можешь ли ты вынести столько повреждений своему телу одновременно?»

«Хахахаха...! – Грейбек посмеялся. – Ты думаешь, что какие-то дети, которые едва умеют ездить на метле, могут победить меня, Фенрира Грейбека, ужаса многих мракоборцев!»

«Как мы практиковались раньше, все вместе и одновременно», – Анана вытянул свою палочку, как и все члены дуэльного клуба. «Флипендо!»

Из палочек с огромной скоростью вылетали проклятия, все они были брошены одновременно в одну и ту же цель.

Почувствовав приближающуюся опасность, Грейбек сделал шаг назад, а затем побежал; он развернулся в воздухе, встал между заклинаниями, едва избежав их, но затем дико бросился вперед.

«Грейбек бежит очень быстро, мне нужна первая группа защиты».

Пятеро юношей вышли вперед и произнесли заклинание «Протего». Возник невидимый барьер, остановивший продвижение Грейбека.

Другая группа продолжала накладывать заклятия, чтобы отбросить Грейбека назад, хотя пока безрезультатно.

«Вы думаете, барьер сможет остановить меня, вы, идиоты?» – Грейбек двигался быстро, а затем ударил кулаком по барьеру и сразу же разбил его вдребезги. «Ну привет...»

«Flipendo Maxima!». Из палочки Уильяма вытянулась вперед заклинание, оставляя след белого света, который ударил прямо в лицо Грейбеку, отбросив его далеко назад. «Прямо из библиотеки Хогвартса!»

«Свяжите его!». Из каждой палочки вылетели кнуты, которые связали разные части тела Грейбека.

«Это не сработало раньше, как ты думаешь, сработает ли сейчас?» – Грейбек усмехнулся.

«На этот раз не только один из нас атакует, но и весь дуэльный клуб», - сказал Анана с полной уверенностью.

«Но ты забываешь одну вещь: я не один, помнишь?»

Анана почувствовал, как пот на его спине остыл, а потом он вспомнил, от чего они убегали в самом начале; он посмотрел в другую сторону и там была она, фигура, которую он не хотел видеть.

«Мануэла...» - пробормотал он немного печально.

Уильям направил свою палочку на женщину-волка: «Ты сказал Мануэла?»

«Черт!» - раздраженно воскликнул Анана.

«Ты должен сказать ему, - Науен посмотрел на своего спутника, - он имеет право знать, а ты обязан сражаться, я буду держать Грейбека».

Анана посмотрел на Уильяма, который озадаченно смотрел на нового противника: «Уилл, это она... Мануэла, твой опекун, она оборотень, и она немного более дикая, чем другие, к сожалению, сегодня ее особый день месяца».

«А волчье противоядие?»

«Она является исключением из правил, ее физиология и гены влияют на болезнь ликантропии, делают ее невосприимчивой к зелью, она также более свирепая, дикая и сильная, чем другие ликантропы. Я буду противостоять ей».

«Я помогу тебе», - перебил Уильям, но Анана протянул к нему руку, чтобы остановить его.

«Она - моя ответственность, - уверенно сказал он, но, увидев выражение лица Уильяма, смог только улыбнуться. – Мы с ней знаем друг друга с первого курса, мы никогда не были лучшими друзьями, я думаю, ты мог это понять, но мы с ней доверяли друг другу. Теперь, когда она стоит перед нами и может причинить вред нашим товарищам, я должен остановить ее, даже если это означает, что один из нас умрет...». Между ними обоими наступила минута молчания.

«Уильям, я думаю, я должен сказать это перед битвой, - он на мгновение уставился на свою палочку. – Магия и палочки - опасные предметы, которые могут быть использованы для причинения вреда людям или миру, но мы не такие волшебники, я использую свою палочку, чтобы спасти людей, которых я люблю и о которых забочусь, так для чего же ты используешь свою магию, Уилл?»

«Моя магия...» – пробормотал Уильям, не дав ответа, а когда он снова посмотрел на Анану, тот исчез.

«Хурипари!» – Затем ветер поднялся, как торнадо, и направился прямо к Мануэле, которая схватила его голыми руками, демонстрируя свою превосходящую силу.

Анана отбежал в сторону, поднял камни с земли и последовательно бросил их, заставив молнию упасть на Мануэлу, но даже это смогло навредить женщине-волку.

«Давай, не двигайся, будет быстрее, если ты просто заснешь, как обычно», – сказал Анана, немного отодвигаясь от нее, чтобы избежать боли или укуса в худшем случае. Он снова поднял свою палочку, на этот раз парень создала несколько барьеров, но все они были разрушены без каких-либо трудностей. «Ну, у меня больше нет никаких идей, это лучшие несмертельные заклинания в моем репертуаре».

Когда Уильям добрался до другого поля боя, ситуация вышла из-под контроля. Науен пытался сдержать Грейбека вместе с двумя девушками из дуэльного клуба, остальные участники лежали на земле без сознания.

«Вы, ребята, действительно занимательны, вы отличаетесь от других волшебников вашего возраста; у вас нет соперничества, которое есть в Хогвартсе, и вы действуете как один человек. Вы, ребята, добыча, которая мне нравится больше всего, только представьте, когда вас всех укусят, вы сможете работать стаей, - засмеялся Грейбек, глядя на членов дуэльного клуба, а затем указал на Уильяма. – Твоё лицо выглядит знакомым, я укусил кого-нибудь из членов твоей семьи?»

«Нет, у тебя никогда не было столько сил, чтобы сделать это, в конце концов, ты мог кусать только тех, на кого указывал твой хозяин», - усмехнулся Уильям, вызвав гнев Грейбека.

«Мой хозяин? – он пристально посмотрел на Уильяма на мгновение, затем улыбнулся. – Я понял... я помню, почему твое лицо показалось мне знакомым, может быть, у тебя другие волосы, но у тебя уродливое лицо твоего отца, ты можешь поговорить с ним, когда я закончу с тобой, Розье».

«Раз ты так говоришь, то, я думаю, у тебя есть способ освободиться, если что, но я не из дуэльного клуба; как ты и сказал, я Розье, и ты уже должен знать, что это значит».

На кончике палочки Уильяма вспыхнул бледно-голубой свет, почти как зимний лед, затем он направил его в сторону Грейбека.

«Это проклятие, которое я выучил в Хогвартсе, но которым нельзя было пользоваться, пока я не оказался здесь, в Кастелобрушу, оно взято прямо из семейных библиотек Розье, пополнявшихся в течение нескольких поколений; жаль, что, похоже, мой отец не умел правильно читать», – Уильям имел в виду непосредственно книгу, которую он получил на Рождество своего первого года обучения в Хогвартсе.

Проклятие достигло тела Грейбека и попало в его правую руку, которая в то же время начала медленно разваливаться на куски.

Грейбек издал рев, полный боли и гнева, вся его ненависть была направлена на Уильяма, его тело испытывало невообразимую боль, и все из-за никчемного маленького волшебника перед его глазами.

«ААААААААААХХХХХХХХ....!» – крик, который издал Грейбек, был слышен за много миль, все его мышцы вздулись, его правая рука крошилась с каждой секундой, затем, используя левую руку, он оттянул ветку, которая удерживала его, чтобы ударить молодого чародея о дерево.

«Держите его, нам нужно больше времени, если мы хотим убить его, проклятие еще не полностью поглотило его», – Уильям протянул свою палочку к Грейбеку, он не мог пошевелиться или потерять концентрацию.

Науен и Мария использовали все свои силы, чтобы удерживать Грейбека как можно дольше, это был единственный шанс, чтобы убить его, чтобы Науен мог, наконец, отомстить. Однако, хотя они использовали всю силу, которую давали им их тела, этого оказалось недостаточно, Грейбек все еще был сильнее их, и скоро он будет снова свободен.

Проклятие опустошило три четверти правой руки и теперь поглощало также правое ухо, боль для ликантропа оказалась огромной, это было видно по его лицу, затем он использовал тот же приём, что и раньше, чтобы нокаутировать девушку, остался только Науэн. Однако этого было недостаточно, чтобы удержать Грейбека удержали, он дернул и потянул парня, а затем хватило только удара, чтобы отбросить его далеко в сторону, пока он не потерял сознание на земле.

Уильям не сдвинулся ни на сантиметр, он ни на секунду не отводил своего внимания от Грейбека; если бы он убил его прямо сейчас, то у Волан-де-Морта было бы на одного слугу меньше, а значит, у золотого трио было бы меньше работы, и мальчик мог бы немного больше наслаждаться своей студенческой жизнью.

Грейбек пускал слюни и смотрел на Уильяма как сумасшедший, он хотел убить его, это было видно по его глазам; кроме того, разъедающее проклятие причиняло ему слишком сильную боль, он не мог позволить ему больше оставаться активным, он должен был покончить с проклятием прямо сейчас.

«У тебя есть какие-нибудь планы, Розье?» - спросил Грейбек между стонами, медленно приближаясь к Уильяму, который не сдвинулся ни на миллиметр.

«Нет...» – Уильям улыбнулся, проклятие съело почти все ухо Грейбека, и от его правой руки почти не осталось и следа.

Грейбек поднял руку и нанес смертельный удар Уильяму, отправив его в полет еще дальше, Науена до этого.

«Вот и все, ущерб был огромен, но я оправлюсь от этого, у меня всегда получается», - Грейбек рассмеялся Уильяму в лицо, указывая на свое правое плечо, поскольку от его руки ничего не осталось, вся его правая рука была изъедена коррозией.

«Ты не вылечишься, - засмеялся Уильям. – Это очень старое проклятие, почти такое же старое, как сама школа Хогвартс, ты, вероятно, никогда не получишь свою руку обратно».

«Я полагаю, тогда это будет доказательством того, что ты выжил, дитя».

Когти Грейбека проделали дыру в брюшной полости, впервые в жизни Уильям почувствовал такую боль, последний раз он чувствовал подобное в его первой жизни во время пожара.

Все еще чувствуя, как жизнь покидает его тело, Уильям не останавливался, он ни за что не остановился бы из-за раны, не в этот раз, это его второй шанс, он едва жил. Он собрал в своей палочке как можно больше энергии, а затем громко воскликнул: «Флиппендо Максима!»

Заклинание застало Грейбека врасплох, отправив его в полет; Уильям медленно встал, сжимая правой рукой ту сторону, где была рана. Он целился в своего врага, с его губ стекала запекшаяся кровь, но даже так он не остановился.

Снова он прицелился бледно-голубым светом, он должен был прицелиться правильно, это был его последний шанс; если он попадет ему в голову, то убийство Грейбека будет быстрым, проблема заключалась в том, что он едва мог оставаться в сознании.

мысленно пожаловался он, наблюдая, как Грейбек снова бежит к нему.

Именно в этот момент Уильям заметил тень, пронесшуюся над его головой, а затем Грейбек был ранен, оборотень, сражающийся с Ананой, теперь бил Грейбека со всей силы.

«Мануэла!»

Мануэла начала прямую битву против Грейбека, последний был в совершенно невыгодном положении: раны на его теле и отсутствие руки усложняли ситуацию.

«Что здесь делает Мануэла?» - спросил Уильям, доставая зелье, чтобы залечить рану на животе.

Анана прибыл сразу после этого с несколькими отметинами по всему телу и разорванной в клочья униформой. «Допустим, она победила меня, я не смог победить ее, – парень стоял и смотрел, как Уильям пьет зелье. – Не мог бы ты поделиться немного?»

«Конечно, держи».

Они оба были в ужасном состоянии, количество сражений в течение дня истощило их как физически, так и психологически.

«Мы должны помочь ей», - сказал Уильям, снова сжимая свою палочку; рана на животе даже с зельем все еще не зажила до максимума.

«У нас нет сил что-либо делать, даже если бы мы захотели использовать магию, чтобы сражаться, мы бы только помешали, и, возможно, они снова нацелятся на нас, к тому же остальные без сознания».

«Должно быть что-то, что я могу сделать, мы не можем просто стоять здесь и смотреть, как Мануэла сражается одна», – Уильям закрыл глаза. Он сжал руку, ему нужно было придумать план, ему нужно было что-то, чтобы помочь, а когда он открыл глаза, он увидел сумку, висящую между его одеждами; он забыл, что она у него есть.

«Я знаю, что это немного грубо с моей стороны, но если ты хочешь жить в безопасной зоне, тогда я должен благополучно вернуться домой, а пока я прошу твоей помощи», – Уильям вытащил из-под одежды маленькую сумку и открыл ее, указывая в направлении, где происходила схватка обоих ликантропов. Затем из мешка высунулись три змеиные головы, быстро вытягивая языки.

Гидра наконец появилась на сцене битвы, она осмотрелось вокруг и сосредоточилось главным образом на Уильяме, который указал на битву: «Однорукий оборотень - враг».

«Уилл пытается урезонить волшебного зверя, для него невозможно делать то, что ты приказываешь».

«Ты был бы удивлен, насколько способны магические звери по сравнению с людьми», – Уильям наблюдал, как змея начала бежать к месту боя, раны змеи были полностью исцелены, даже правый глаз восстановился после того, как Уильям дал ей одно из своих зелий.

Каждое из действий, выполненных Уильямом, развивало уверенность со стороны гидры по отношению к молодому волшебнику, которая теперь выражалась в движениях зверя, без колебаний шедшего в бой.

Длинные шеи гидры раскачивались из стороны в сторону, стремясь сбить врага с толку, в то время как жало ее хвоста двигалось для атаки. Грейбек почувствовал приближение опасности, когда пнул Мануэлу, чтобы освободиться и увернуться в сторону, но его ждали острые клыки Гидры.

Грейбек взревел от ярости, используя свои когти, чтобы вцепиться в лицо Гидры, прежде чем его поймали две другие головы.

Один из самых одаренных членов армии Темного Лорда, Фенрир Грейбек, тот, на кого многие волшебники в мире затаили злобу или кого обожали, тот, кто был одним из самых разыскиваемых в магическом мире, тот, кто вызывал страх у волшебников, теперь был на грани смерти перед группой студентов.

«Это твой конец».

В тот момент, когда Уильям сказал это, гидра вонзила свое жало в одну из ног Грейбека, чтобы окончательно победить его, и битва наконец закончилась.

«И это все?» – спросил Анана.

«Да...»

«Мы выиграли?» - недоверчиво спросил Анана, он несколько раз моргнул, а затем вздохнул.

«Да, мы выиграли».

Уильям подошел к гидре, он использовал заклятие окаменения, чтобы, наконец, остановить ее, ему надо отвести ее в Кастелобрушу, чтобы передать властям.

Анана проверил состояние Мануэлы; она потеряла сознание, и когда солнце выглянуло вдалеке, ее трансформация медленно начала угасать. Уильям снял свой плащ, чтобы укрыть ее, прежде чем она проснется.

Науен и остальные студенты начали понемногу приходить в себя, и когда они заметили, что Грейбек потерпел поражение, они все начали праздновать; погибших не было, несколько раненых, но ничего такого, что нельзя было бы вылечить в лазарете.

Гидра не вернулась в мешок, вместо этого она несла на спине раненого Уильяма и Мануэлу, которая была на руках у первого.

«Мы почти у пирамид», - сказал Науен, который нес на спине раненую девушку.

«Как мы все это объясним?»

«Оставьте это мне, директор будет знать только то, что мы скажем ей; мы, вероятно, даже получим медаль за наши действия, только представьте: «Дуэльный клуб Кастелобрушу покоряет руины пирамиды, сталкивается с охотниками за сокровищами». Одна мысль о заголовке в завтрашней газете приводит меня в восторг, мой отец будет гордиться, – Анана повернулся и увидел всех своих товарищей, которые хранили молчание, пока он говорил – Что происходит?»

Науен посмотрел в сторону и ничего не сказал, остальные члены дуэльного клуба сделали то же самое, даже Уильям предпочел отвернуться.

«Ой... Я понял, – Анана вздохнул и повернулся с закрытыми глазами, затем опустился на колени и опустил голову на землю. – Я прошу у вас прощения, директор Ана!»

Директриса Ана Гимарайнш де Кастелобрушу, она стояла и смотрела на всех своих учеников, рядом с ней были другие учителя, которые наблюдали за гидрой и Уильяме верхом на ней.

«Профессор Элиана, отнесите Мануэлу и раненых в лазарет, им нужен отдых», - приказала директор, и профессор Элиана немедленно выполнила просьбу; раненые, которые знали о ситуации, ушли, они хотели избежать каких-либо неприятностей, оставив своего капитана позади.

Уильям дал знак гидре следовать за остальными учениками, но прежде чем он успел отойти, его окликнула директриса.

«Уильям....»

«Да?»

«Останься...»

Уильям поджал губы и обменялся взглядами с Ананой, который только пожал плечами в знак извинения.

Затем директриса обратила свое внимание на шишку на спине гидры, Грейбек вернулся в свою человеческую форму, так что директрисе было легко угадать личность ликантропа.

«Это Фенрир Грейбек!» - удивленно воскликнула она, все учителя вытащили свои палочки и приготовились к бою, но директриса подняла руку, чтобы остановить их.

«Ты победил Фенрира Грейбека», - сказала она, глядя на двух студентов перед ней, которые только внимательно смотрели на нее.

«Профессор Гэри».

«Да, директриса?»

«Я позвонила министру и сообщила ей о поражении Фенрира Грейбека, она должна знать».

Профессор Гэри немедленно исчез, затем директриса взмахнула палочкой, и из земли появилось несколько цепей, которые полностью связали тело Грейбека, позволив гидре не нести его.

Женщина посмотрела на пару молодых людей: «Они были безответственны, они не только нарушили правила, чтобы покинуть замок и пересечь джунгли в поисках руин, о существовании которых никто не знал, но и столкнулись со многими опасностями, они подвергли риску безопасность всех своих товарищей только из-за своего эгоизма и жадности».

«Уильям Розье! – воскликнула она, заставив Уильяма вздрогнуть. – Альбус Дамблдор сказал, что вы были одним из его самых выдающихся учеников, возможно, самым умным из всего вашего поколения, но он также сказал, что вы были человеком, который постоянно участвовал в самых тревожных событиях из всех, он действительно не ошибался».

«И благодаря всем вам джунгли амазонки смогли остаться местом, полным покоя, если бы не вы, все внутри руин было бы в руках темных волшебников, и даже Мануэла могла быть убита Грейбеком, вы заслуживаете отдыха и, возможно, награды за свои труды».

Уильям и Анана посмотрели друг на друга, а затем, наконец, смогли беззаботно рассмеяться.

В то утро в Кастелобрушу было очень оживленно, там находилось много волшебников и мракоборцев, никто и представить себе не мог, что произойдет такое событие.

Все ждали, чтобы увидеть главных героев события, но все они без исключения находились в школьном лазарете. Профессор Гэрри был тем, кто пострадал больше всего, так как у него была трудная задача – сдерживать любого, кто пытался войти в лечебницу.

Через пару часов Уильям и Анана проснулись почти одновременно, некоторые другие члены клуба тоже проснулись, они были немного менее травмированы, чем остальные.

«Уф...» - вздохнул Уильям, его тело было полно боли; он слегка приподнялся, затем он понял, что его живот был забит бинтами. Мальчик оглянулся: «Почему я единственный, у кого бинты?»

«Раны, нанесенные Фенриром Грейбеком, особенные, - сказала медсестра, указывая на повязки Уильяма. – Судя по тому, как была нанесена рана, я предполагаю, что он вонзил в тебя свои когти, ты уже должен быть мертв, но я предполагаю, что ты использовал зелье, которое помогло, однако, я думаю, рана никогда не заживет полностью. Боюсь, эти отметины никогда не исчезнут»

«Отлично, теперь у тебя есть знак войны, - Анана указал на Уильяма. – Думаю, нам следует встать и выйти на улицу, шум слышен повсюду».

«Переполох?»

«Все хотят знать, что произошло до того, как мы захватили Грейбека, - Анана легонько ткнул ногой Науена, лежавшего на носилках рядом. – Я знаю, что ты не спишь, мне нужно, чтобы ты тоже был с нами».

«Разве вы, ребята, не можете пойти вдвоём? - спросил Науен, глядя на своих спутников. – Вы способны противостоять большим опасностям, вы также можете быть героями перед волшебниками со всего мира, дело не в том, что я чувствую себя хуже вас, просто я бездельник».

«Почему вы такие громкие!»

Все они удивились, услышав женский крик, доносящийся с другой стороны лазарета; сама девушка была расстроена, но вопреки тому, что она ожидала, трое молодых людей были рады ее видеть.

Она огляделась вокруг. «Э-э-э... почему мы в лазарете? – девушка остановила свое внимание на Уильяме, у которого на теле были бинты. – Что с тобой случилось?!»

«Я думаю, мы должны тебе все объяснить, но сначала... давайте выйдем, наша аудитория ждет, – Анана встал с кровати и бросил всем форму. – Переоденьтесь, мы должны выглядеть презентабельно, я не хочу, чтобы мой отец видел меня без формы».

Через несколько минут все были готовы, все члены дуэльного клуба проснулись.

«Пойдем...»

Дверь в лазарет открылась, и все начали выходить, затем их встретило множество камер с подсветкой, которая ослепляла любого.

Директриса взяла на себя большую часть работы, им оставалось только отвечать на вопросы и позировать для нескольких фотографий.

Мракоборцы из Южной Америки отвечали за поимку любых темных волшебников, которые находились в руинах, а также за опознание тел тех, кто там и остался. Найденные пожиратели не были особенными, просто темные волшебники, не имеющие особого отношения к Грейбеку.

Грейбека взяло под стражу бразильское министерство магии, чтобы в будущем передать его британскому министерству магии и как можно скорее отправить в Азкабан с суровым приговором.

Науен не был доволен новостями о судьбе Грейбека, но утешал себя знанием того, что есть шанс, что его поцелует дементор.

Затем, через пару дней, настал судьбоносный момент. Уильям снова был в кабинете директрисы Аны Гимарайнш, рядом с ней находились несколько учеников и учителей, с которыми он учился во время каникул.

«Пришло время вернуться в Хогвартс, Уильям, - сказала директриса, глядя на мальчика перед собой. – Когда ты приехал в Кастелобрушу, все, что у тебя было на уме, - это получить знания, я была счастлива, что в моей школе есть такой ученик, как ты.... Теперь, когда твоё пребывание в Кастелобрушу наконец подошло к концу, я вижу, что прежнего Уильяма мало что осталось. У тебя есть друзья, с которыми ты испытал трудные и радостные моменты, я надеюсь, что знания из моей школы останутся в твоей голове на долгие годы, и когда ты станешь великим волшебником, тогда ты будешь вспоминать нас».

«Конечно, я буду помнить, чему я научился в Кастелобрушу, в конце концов, я тоже ученик этой школы, - Уильям указал рукой на эмблему на своей форме. – Конечно, если вы позволите мне продолжать называть себя вашим учеником».

«Это было бы большой честью, - сказала директриса с улыбкой, затем из ящика своего стола достала три вещи. – Это диплом, подтверждающий твоё обучение зоологии и травологии в Кастелобрушу, наша школа является лидером в области травологии».

Вторая вещица была в маленькой деревянной коробочке. «Это подарок, присланный самим министром». Уильям увидел золотое кольцо с гравировкой по всей длине и с маленьким красным камнем в центре. «Это особый предмет, он обладает целебными свойствами для того, кто его носит, и он может даже противостоять темной магии; я надеюсь, что он пригодится тебе в будущем».

Уильям быстро надел кольцо на палец: «Как здорово, оно действительно пригодится в будущем!»

«Последний подарок из моей собственной коллекции, - директриса достала еще одну деревянную коробку, немного больше предыдущей. – Могу догадаться, что у тебя могут возникнуть некоторые проблемы, если ты продолжишь приручать опасных магических зверей на своем пути, поэтому я взяла на себя смелость поискать решение проблемы. Эта маленькая шкатулка в моей руке зачарована необнаруживаемым заклинанием расширения, теперь ее внутри неё очень много места, и она способна содержать внутри множество магических зверей».

Уильям получил её в руки, коробка была не больше его ладони, но если сказанное директрисой правда, то ему больше никогда не придется беспокоиться о месте для волшебных зверей, которых он носил с собой.

Каждый из подарков, которые он держал в руках, был важен, их приготовили специально для него; мальчик никак не мог испытывать желания покидать Кастелобрушу, но он сказал Дамблдору, что вернется в Хогвартс, и он был верен своим словам.

«У нас тоже есть кое-что для тебя, - сказала Мануэла, подходя к Уильяму. – Мне очень жаль, что я не справилась со своей ролью опекуна так, как должна была... ты не должен был пораниться, но...»

«Это не твоя вина, я не прислушался к твоему совету, все, что произошло, было из-за моих собственных решений», – Уильям остановил извинения своего опекуна; последнее, что он хочет видеть, это извиняющуюся девушку, которая присматривала за ним.

«Это от нас тебе», – между руками Ананы был комок, который слегка шевелился.

Анана протянул руку и начал снимать одеяло, прикрывающее комочек у него на руках: «Прежде чем ты увидишь, я хочу сказать тебе, что я хотел что-нибудь с когтями и клыками, но она решила, что именно его ты возьмёшь с собой».

Это оказалось похожее на грызуна существо с длинной мордой, как у утконоса, шелковистой шерстью и пушистым хвостом, с сумкой на груди для переноски предметов.

«Жук! – воскликнул Уильям, забирая его из рук Ананы, чтобы нести самостоятельно. – Как здорово!»

«Я же говорила тебе, что ему понравится», - Мануэла ткнула локтем в руку Анану.

«И все же немного когтей и клыков не помешало бы».

«Большое вам спасибо, я позабочусь о нем», - Уильям легонько погладил скарабея.

Затем огонь в камине в кабинете директрисы становился все ярче и ярче, пока не достиг двух метров; все удивились, но затем среди пламени появился старик.

«Директор Дамблдор».

«Здравстуй, Уильям, я вижу, что твое пребывание в Кастелобрушу было таким же беспокойным, как и в Хогвартсе? – Дамблдор изобразил мягкую улыбку, никто во всем волшебном мире не знал секретов этой улыбки, и Уильяму, который наблюдал историю с другой точки зрения, было ясно, что Дамблдор был человеком с очень хорошо рассчитанными планами.

«Это ради учебы, я многому здесь научился».

Дамблдор посмотрел прямо в глаза Уильяму. «Я вижу, что ты получаешь гораздо больше, чем просто знания, - он посмотрел на всех в кабинете. – То, что ты не мог найти в течение целого года в Хогвартсе, и, я надеюсь, найдёшь в следующем году».

«У нас еще есть время для этого, директор, я думаю, что лучше извлекать пользу каждый день».

Дамблдор кивнул, он не хотел больше ничего говорить, и Уильям очень надеялся, что он больше ничего не скажет.

Оба директора кивнули друг другу, и никто в комнате, кроме них, не понял смысла.

«Очень хорошо, пора возвращаться, - провозгласил Дамблдор, протягивая руку к Уильяму. – Если мы уйдем сейчас, у тебя будет неделя, чтобы отдохнуть со своей семьей».

Уильям вздохнул. «Вы могли бы прийти за мной в последний день каникул, директор Дамблдор», - последний издал тихий смешок.

«Ты прекрасно знаешь, что я не могу этого сделать, мы должны следовать протоколу».

«Да...» – Уильям подошел к Дамблдору и положил руку на руку директора; он в последний раз посмотрел на своих друзей, а затем исчез вместе с Дамблдором.

------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------

Далеко от Кастелобрушу, на этот раз в Великобритании, в большом замке с обширными полями вокруг находился дом знаменитой семьи Розье.

За пределами родового поместья Розье появились Дамблдор и Уильям, оба выглядели совершенно нормально.

«Пришло время и мне попрощаться, Уильям».

«Вы оставите меня здесь?»

«Твой дедушка, лорд Розье, знает, что ты здесь, у тебя не должно возникнуть проблем с входом, - Дамблдор обернулся. – Кроме того, маловероятно, что оборотень нападет на тебя здесь». Затем он бесследно исчез.

«Но там мои братья...» – покорно пробормотал Уильям, ворота поместья открылись сами по себе, позволяя молодому волшебнику пройти внутрь; он потратил несколько минут на ходьбу, прежде чем, наконец, достиг дверей поместья. Не было необходимости стучать в дверь: она открылась сама по себе, показав одного из семейных слуг.

«Добро пожаловать, юный Розье, – Ворона, эльф-служанка семьи, поклонилась. – Мастер Розье ждет вас».

«Давненько не виделись, Ворона», – Уильям с улыбкой поприветствовал эльфа, затем заглянул внутрь особняка. «Дедушка ждет меня... Думаю, мое возвращение в особняк не могло быть тихим».

Наконец он снова оказался внутри особняка; все совсем не изменилось, даже украшения остались прежними.

Он едва успел сделать дюжину шагов в особняк, когда заметил пристальный взгляд со стороны, повернулся и посмотрел на человека.

«Для меня большая честь находиться в присутствии великого Уильяма Розье», - в женском голосе звучали насмешливые нотки, но было просто смешно использовать их против Уильяма, который почти никогда не сердился.

«Лесли, - сказал Уильям, улыбаясь, - ты потолстела?»

Она просто рассмеялась: «Это то, чему ты смог научиться среди неудачников Гриффиндора или во время игры с оборотнями в Кастелобрушу?»

Они оба просто смотрели друг на друга пару секунд, ничего не говоря, затем Лесли открыла свой гладкий, тонкий рот: «Мы с тобой на самом деле не нравимся друг другу, но я должна тебя кое о чем предупредить ради всеобщего блага. Постарайся не оставаться наедине с мамой, она все еще не принимает тот факт, что ты часть Гриффиндора, она даже не знает, что у тебя есть друг грязной крови».

«Отлично, - сказал Уильям со злой усмешкой. – Если она придет за мной, тогда у меня есть способ заставить ее страдать».

Лесли слегка улыбнулась: «Кастелобрушу действительно сделал тебя другим».

«Ну, мне пора навестить дедушку».

Уильям стоял перед личным кабинетом своего деда, нынешнего главы семьи Розье. Прежде чем войти, он должен был успокоить свое дыхание. По какой-то странной причине он чувствовал огромное давление, просто находясь перед своим дедом.

«Не стой снаружи, входи», - раздался голос изнутри, удивив Уильяма; по тону голоса казалось, что разговор не предвещает теплый прием, как это бывает со многими другими семьями в тот момент, когда возвращаются их дети.

Мальчик положил руку на дверную ручку, нажимая на нее, чтобы войти, дверь скрипнула так сильно, что Уильям закрыл один глаз.

Перед ним всего в нескольких шагах стоял глава семьи Розье, который взял на себя такую ответственность после смерти Эвана Розье от рук охотника на темных волшебников и знаменитого мракоборца Аластора Грюма. Должность главы семьи должна была быть передана Маркусу Розье, старшему брату Уильяма, много лет назад, но лорд Розье отказался, заявив, что Маркус не готов нести ответственность за семью.

«А... Я здесь, дедушка, Ворона сказала, что ты ждешь меня», - сказал Уильям, чтобы привлечь внимание своего дедушки.

Лорд Розье вообще не поднял лица и просто сказал холодным голосом: «Сначала ты должен должным образом объявить о своем возвращении, это то, что делает хороший внук, не так ли, Уильям?»

«О... верно, моя ошибка, – Уильям кивнул головой, изобразил слабую улыбку, затем снова посмотрел на своего дедушку. – Я вернулся, дедушка, как дела?»

На этот раз лорд Розье поднял голову и посмотрел на Уильяма с немного более теплым выражением лица, он пару раз моргнул и открыл рот: «Эта форма - самое большее, что в этой жизни хоть немного приблизит тебя к Слизерину, я мог бы добавить, что зеленый цвет исключительно подходит к твоим волосам».

Уильям посмотрел на себя сверху вниз и фыркнул: «Я думаю, что это довольно своеобразная униформа, и она действительно удобная, у нее даже есть несколько видов защиты».

«Я вижу это с первого взгляда на данную одежду, была ли она полезен во время твоего приключения?»

«Ты знаешь об этом приключении?» - удивленно спросил Уильям, но тут лорд Розье уронил на стол экземпляр журнала «Исповедь», где на первой странице красовалась фотография детей, поймавших знаменитого Фенрира Грейбека.

«Вы на первых полосах новостей, - добавил лорд Розье. – Не многие могут выжить в битве с Грейбеком, теперь вопрос: он тебя укусил?»

Уильям установил прямой зрительный контакт со своим дедом, он посмотрел на семейные портреты на стенах кабинета, которые тоже смотрели на него; очевидно, все хотели знать ответ, но затем Уильям снял верхнюю часть своей мантии, оставив видимой свою рану.

«Рана такого размера… повезло, что ты еще жив, но еще больше повезло, что он тебя не укусил, это было бы прискорбным событием для семьи, гений с твоим талантом встречается не часто».

«К счастью, у меня также появилось несколько друзей, которые спасли мне жизнь в бою», - вспоминал Уильям своих однополчан, тех, кто сражался бок о бок против Грейбека.

«Я смог узнать почти всех на фотографии. Среди них были полукровки, но было и много чистокровных, имеющих большое значение, у тебя отличный глаз на то, чтобы заводить друзей; ты проводишь свои каникулы действительно полезно, не так, как твои братья, тебя ждет большое будущее, Уильям»

Уильям и лорд Розье довольно долго беседовали в кабинете, им было что обсудить о Кастелобрушу. Уильям показал ему рисунки табличек майя, он передал несколько золотых монет майя, чтобы сохранить их среди семейных сувениров.

Когда разговор, казалось, закончился, Уильям посмотрел на своего дедушку: «Я видел Лесли ранее, когда я вошел в особняк, она, казалось, не держала на меня зла, но она упомянула, что я не должен приближаться к своей матери».

«О... да, Лесли права в том, что она говорит, - лорд Розье погладил свои руки и посмотрел в сторону окна. – Это вопрос семейных ветвей, она боится, что история Сириуса Блэка повторится. Мама думает, что ты предашь семью только потому, что тебя отобрали в Гриффиндор. Я слышал, что она отправила тебе пустое письмо, она ждала твоего приезда, чтобы вы могли все обсудить, но ты успешно сбежал в Южную Америку».

«Да, я тоже не ожидал, что сортировочная шляпа отправит меня в Гриффиндор, я на самом деле ожидал какого-нибудь Когтеврана из-за моего стремления к знаниям, но в тот момент, когда шляпа заговорила, я почувствовал на себе взгляды всех от такой неожиданности. Эти взгляды преследовали меня весь год.

«Как ты думаешь, твоя жизнь была бы лучше в Когтевране?» - спросил лорд Розье.

Уильям покачал головой: «Честно говоря, не имеет значения, в какой факультет меня поместила шляпа, я бы никуда не вписался. Три из четырех факультетов не рады видеть меня, потому что мой отец был Пожирателем Смерти, а в последнем меня просто захотели бы превратить в фаворита.

«Люциус всегда пытался показать превосходство среди 28 семей, Уизли не создают трудностей, и мы потеряли импульс после смерти твоего отца. Новое поколение сильно, но они все еще щенки, это последний шанс Люциуса уничтожить нас».

Уильям сел на диван и испустил долгий вздох, полный разочарования: «Малфои действительно раздражают, если бы у нас были доказательства их служения Волан-де-Морту, мы могли бы разрушить их семью».

«Уильям!»

«Хм?»

«Не называй его по имени, называй его любым другим именем, но не используй его имя, ты уже должен знать, что это не одобряется в обществе», - властным тоном набросился лорд Розье на Уильяма, за свою жизнь он видел много волшебников, которые хотели показать храбрость, называя темного лорда его именем, и в конце концов лишь немногие остались в живых. «С другой стороны, я думаю, что лучше держаться подальше от Малфоев, насколько это возможно».

«Дедушка, - позвал Уильям, закинув ногу на ногу, он положил обе руки на колено и посмотрел прямо на главу семьи. - У меня есть план, нам не придется опускать головы ни перед одной семьей, и есть шанс, что министерству придется пойти на попятную перед нами..»

Лорд Розье услышал, что сказал его внук; это было похоже на идеи любого ребенка с большими мечтами, если бы любой другой из его внуков сказал что-то подобное, он бы рассмеялся не задумываясь. Однако по странной и непонятной причине тут другой случай, глаза его внука отличались от других, от его братьев и сестер в том же возрасте.

удивился старик, глядя на Уильяма, он чувствовал, как холодный пот выступил у него на спине .

«Что у тебя на уме, дитя?»

Уильям ответил не сразу, он порылся в своей одежде в поисках маленького флакона и небрежно положил его на стол.

«Пока я был в Бразилии, мне нужно было многому научиться, но, к сожалению, мой мозг не смог удержать всю информацию. Я узнал огромное разнообразие вещей, которые, вероятно, в Хогвартсе я никогда не смогу выучить, и чтобы сделать все, что мне нужно, на самом деле пришлось практиковаться в варке сложных зелий. Учитель из Кастелобрушу поддержал меня в этом процессе, и в итоге я создал это зелье».

Лорд Розье взял в руки маленький флакон размером с его мизинец, жидкость внутри была золотистого цвета, но немного более непрозрачной, чем ожидалось. Старик никак не мог не знать, что это за зелье, но все равно оно довольно странное.

«Это зелье памяти? – спросил он, снова посмотрев на своего внука, чтобы подтвердить свои подозрения, и тот слегка кивнул головой. – Почему оно такое?»

«Это вариация, ее нужно использовать в меньших пропорциях, но она даже сильнее обычного, я могу с уверенностью сказать, что эффект, по крайней мере, в три раза сильнее по сравнению с его аналогом, который продаётся прямо сейчас».

Лорд Розье медленно погладил подбородок, глядя на зелье в своей руке. «Оно не лицензировано министерством магии, но я могу сделать несколько звонков, и ты получишь сертификат через несколько дней, но ты все еще не сказал мне, каковы твои планы».

Именно в тот момент, когда лорд Розье произнес эти слова, всё в комнате снова изменилось. Он посмотрел на своего внука, у него была злобная улыбка, полная жадности и высокомерия, это был второй раз, когда младший из нового поколения вёл себя так

Уильям выложил на стол другие зелья: Фильтр Мира, Защищающее от огня Зелье, Зелье Виггенвельда, Средство от Фурункулов, Зелье Забвения, Обезболивающее Зелье, Гербицидное Зелье, Взрывоопасную Жидкость.

«Я возглавлю рынок зелий, - он указал рукой вверх, - и выведу его на новый уровень».

Лорд Розье не выдержал этого момента и опустил голову, любой другой глава любой семьи в волшебном мире, скорее всего, послал бы Уильяма подальше со всеми его детскими идеями, но он не мог этого сделать в данный момент.

Мальчик перед ним был доказательством того, что значит быть настоящим гением, лорд Розье посмотрел на календарь. Уильям, который ранее был известен всем как сквиб, превратился в волшебника, а не в обычного волшебника, как другие в волшебном мире, но в гения среди всех студентов. Дамблдор написал лорду Розье, чтобы сообщить ему о несчастном случае с горным троллем во время празднования Хэллоуина и о том, как Уильям убил его с помощью базовой магии. Он также получил приз, который позволил ему отправиться в Кастелобрушу, и там, словно играючи, он захватил одного из самых разыскиваемых черных волшебников в мире.

Как можно было бы относиться к Уильяму как к детям его возраста? Это было невозможно, кроме того, каждое из зелий, которые он положил на стол, бросало вызов всем без исключения знаниям магического мира. Одно лишь открытие этих зелий приведёт к революции, но только представьте себе проблемы, которые произошли бы, если бы люди узнали, что их разработал двенадцатилетний мальчик.

«Что ж…» – только одно слово слетело с губ лорда Розье.

Уильям удовлетворенно посмотрел на старика: «Мы откроем магазин в течение моего третьего курса, а сейчас нам нужно закончить фактические приготовления. Я хочу создать несколько зелий в этом году, и нам нужно получить все разрешения и патенты на специальные зелья, плюс мне нужно найти правильный способ рекламироваться».

«Вы планируешь разместить рекламу в "Пророке"?». Этот вариант использовал бы любой бизнесмен в магическом мире, но это же Уильям.

«Нет, у меня на уме кое-что более необычное, но сначала мне нужно попасть в Хогвартс».

«Я понятия не имею, что у тебя на уме, - лорд Розье беспомощно покачал головой в связи с ситуацией. – В любом случае ты должен переодеться, мы должны пойти купить кое-что тебе на следующий год, у меня есть список».

«Пойдем вместе?» - спросил Уильям

«У меня есть кое-какие дела в Косом переулке, мы можем пойти вместе. А теперь иди и переоденься, я не хочу, чтобы тебя видели в форме Кастелобрушу».

«Конечно, конечно», – Уильям вышел из кабинета, оставив старика одного внутри. Он рухнул в кресло, снова взял зелье в руку и внимательно посмотрел на него.

«Давай, Уильям, возьми меня за руку», – лорд Розье и Уильям находились в главном холле особняка, готовые отправиться в Косую аллею.

«Я просто должен находиться близко, чтобы не потерять ни одной из своих конечностей, ты же не устроишь что-то «забавное», дедушка?»

«Эй, что ты обо мне возомнил?»

Уильям поднял плечи и взял своего дедушку за руку, затем его дед постучал тростью по земле, и они оба исчезли из замка, появившись в Косой аллее.

«Ты знаешь, что делать, пока ты здесь»

«Никаких проблем, никакого ненужного внимания, просто покупать то, что я действительно считаю необходимым… Думаю так, верно?»

«Вот именно, я не хочу никаких неприятностей»

«Ну, дедушка, ты можешь заниматься своими делами».

Лорд Розье ушел, оставив Уильяма одного среди всех существ в Косой аллее.

Уильям открыл свой список, ему оставалось купить только книги, затем его внимание переключилось на книги для предмета Защита от Темных Искусств, и на его лице появилась злая ухмылка.

Он начал ходить по аллее, заглядывая повсюду. Мальчик был там год назад, но, к сожалению, у него не было возможности насладиться своим визитом, у него оставалось очень мало времени, чтобы подготовиться перед походом в школу, так что это его настоящий первый визит.

«Мои глаза меня не обманывают, это ты, Уильям?» – Уильям медленно повернулся, он узнал голос с первой секунды, но ему нужно было утвердиться.

«Рубеус Хагрид»,- мальчик назвал имя, и на его лице появилась улыбка.

«Я видел новости в газете,- Хагрид пару раз похлопал Уильяма по плечу. – Хотя лично я хотел бы, чтобы у тебя было меньше неприятностей, а тут два события за один год. Философский камень и Фенрир Грейбек».

«Неприятности, кажется, преследуют меня, и все же я не могу жаловаться; благодаря тому, что случилось с философским камнем, я смог получить разрешение на посещение Кастелобрушу. В любом случае, что ты здесь делаешь, Хагрид?»

Хагрид поднял пакет с "Репеллентом против плотоядных слизней" и раздраженно прорычал: «Они портят капусту, – Хагрид заметил, что с мальчиком никого нет. – Ты один?»

«А... мой дедушка оставил меня, у него дела, и, как видишь, я больше не в Южной Америке, на этой стороне света я все еще сын темного волшебника, - они оба продолжали идти вместе. – Пойдем купим средство от слизней, я хочу повидать Лютный переулок и выбраться оттуда живым».

Хагрид был в нескольких секундах от того, чтобы сдаться, но образ Уильяма, идущего по этому переулку в одиночку, пришел ему в голову, поэтому он слегка пожал плечами: «Даже если я решу не брать тебя, ты, скорее всего, пойдешь один, и еще вероятность возникновения проблем вырастет».

Уильям мог только спокойно кивнуть, и они оба продолжили идти, как будто вокруг них ничего не происходило, конечно, за исключением пристальных взглядов некоторых волшебников поблизости, которые явно узнали Уильяма из новостей в газете "Пророк".

Интерьер Лютного переулка сильно отличался от Косой аллеи, от атмосферы до цветов, которые доминировали в окружающей обстановке, можно было даже определить качество людей, которые часто его посещали.

«Это место довольно... уютное, достойное моей семьи, как ты думаешь, Хагрид?»

В ответ на вопрос Уильяма Хагрид только слегка кивнул, ничего больше не сказав, он не знал, кто мог подсушивать их.

Затем они оба прошли мимо нескольких магазинов, среди которых аптека мистера Малпеппера, где Уильям купил несколько ингредиентов для зелий всех возможных категорий. Хагрид был ошеломлен, он не ожидал покупки такого масштаба, все вещи были заказаны для экспресс-доставки в поместье Розье во второй половине дня.

Когда они выходили из магазина, то заметили нечто странное - мальчика, которого не должно было быть в этом месте.

И если вы подумали про знаменитого Гарри Поттера, то вы правы.

Полувеликан быстро побежал по переулку, чтобы добраться до Гарри, прежде чем другой темный волшебник сможет приблизиться к нему и причинить ему боль.

«Гарри! Какого дьявола ты здесь делаешь?» – Уильям видел сцену, которую он видел много лет назад в фильме, с другой точки зрения; он заметил, как мальчик подпрыгнул от испуга, когда услышал удивленный голос Хагрида. Мальчик решил держаться поближе к полувеликану, так как в этом переулке действительно можно было увидеть странные вещи, например, ведьму или, может быть, какого-нибудь ликантропа, последователя Грейбека, который мог бы его узнать.

«Хагрид! – мальчик обрадовался, увидев знакомого в этом месте. – Я промахнулся... летучий порох...»

Чуть в стороне от дуэта стояла пожилая ведьма с серебряным подносом в руках, наполненным странными вещами; излишне говорить, что она кому-то не понравилась, она пыталась заставить Гарри купить один из ее товаров, когда появился Хагрид, и теперь ведьма бормотала различные проклятия.

Уильям, который в то время не отличался терпимостью, вытащил свою палочку и направил ее на ведьму: «Молчи, ведьма, или я сделаю твои глаза такими же, как та пара на подносе».

«Уильям!» – воскликнул Гарри, удивленный, увидев своего одноклассника.

Хагрид посмотрел на двух мальчиков, посмотрел на ведьму, а затем вытащил обоих мальчиков из Лютного переулка туда, где все освещал солнечный свет.

«Вы двое всегда находите способ попасть в беду. Лютный переулок - опасное место, детям нельзя бродить тут… будет лучше, если никто не увидит вас в этом месте».

«Я уже понял, - Гарри слегка наклонил голову, затем вытер лицо от сажи, образовавшейся в результате использования пороха. – Что вы, ребята, там делали?»

Именно Уильям ответил: «Хагрид сопровождал меня, чтобы я мог купить ингредиенты для моих зелий».

«Понял…»

«Ты один?» - спросил Хагрид, прерывая задумчивого Гарри.

«Я пришел с Уизли, но мы разделились, - объяснил Гарри. – Я должен их найти…»

«Мы поможем тебе найти Уизли, я бы не хотел, чтобы ты снова заблудился, – Хагрид повернулся и посмотрел на Уильяма. – Ты упоминал ранее, что нужно купить книги...»

«Да, все они написаны Златопустом Локонсом. «Отдых с банши», «Поездка со злыми духами», «Каникулы с ведьмами», «Поездки с троллями», «Поездки с вампирами», «Год с Йети» и, конечно, «Поездки с оборотнями»; интересно, сможет ли он путешествовать с Грейбеком, – Уильям погладил подбородок. – Я обязательно вызову его на дуэль».

Хагрид и Гарри посмотрели друг на друга, они оба знали, что грядут неприятности, поскольку все знали Локонса как могущественного волшебника; конечно, для Уильяма это было не более чем блефом, в конце концов, он знал правду.

«Тогда решено, пойдем в «Флориш и Блоттс». Готовые идти, они все шагнули вперед, пока на заднем плане не послышался голос.

«Уильям!»

Все повернулись, чтобы узнать личность этого человека, Хагрид нахмурил брови и заставил Гарри немного отступить. Уильям же сейчас оказался немного в иной ситуации, и он ничего не мог поделать, поскольку это было семейное дело.

«Маркус», – Уильям назвал имя человека, стоявшего перед ним.

«Кто он?» - тихо спросил Гарри, надеясь, что его никто не услышит, кроме Хагрида.

«Он брат Уильяма, Маркус Розье, первый сын семьи Розье, бывший студент Хогвартса и, как можешь себе представить, состоял в Слизерине, ничего хорошего не случится, если ты подойдёшь к нему, все время держись позади меня, этот парень сумасшедший». Тон голоса Хагрида позволил Гарри понять, что в жизни Уильяма все было совсем не просто.

«Чего ты хочешь?» - спросил Уильям, отворачиваясь от Хагрида и приближаясь к Маркусу.

«Так не следует разговаривать со своим старшим братом, Уильям. Дома мы все беспокоились о твоей успеваемости в первый учебный год, я надеялся, что ты вернешься, чтобы научить тебя паре проклятий, но дедушка разрешил тебе поехать в Кастелобрушу, мы действительно волновались, Уильям».

Уильям пристально посмотрел на Маркуса, тон голоса его старшего брата казался приятным, но и только. Правда заключалась в том, что все в доме были разочарованы тем, что он гриффиндорец; вполне вероятно, что те проклятия, о которых говорил Маркус, он хотел использовать на Уильяме в качестве наказания. А возможно, ко второму курсу они захотят, чтобы Уильям показал себя настоящим слизеринцем в Гриффиндоре. Правда заключалась в том, что существовало бесчисленное количество возможных ситуаций, но на данный момент это не имело значения, Маркус не стал бы ничего предпринимать на публике.

Затем, прежде чем Уильям заметил, Маркус оказался всего в двух шагах от него, он протянул руку и положил ее на плечо Уильяма, медленно присел, пока они не оказались на одном уровне.

«Один совет, мой младший брат, не уходи далеко от замка и сразу возвращайся домой.... Привлекать к себе внимание - не самый лучший план».

Он пару раз похлопал Уильяма по плечу и улыбнулся ему. Конечно, Уильям в этот момент почувствовал себя так, словно снова оказался перед Грейбеком, он почувствовал, как все его тело сжалось, а с кожи потек холодный пот. Маркус Розье не был посредственным волшебником, что было известно среди всех активных чистокровных волшебников.

Маркус продолжил свой путь, он посмотрел на Хагрида и Гарри с улыбкой на лице: «Я надеюсь, что мой младший брат не будет вам докучать».

Ответа от дуэта не последовало, и Маркус, казалось, не возражал, он просто решил уйти, оставив всех позади, как будто он никогда их вообще не видел.

, - мысленно сказал Уильям, крепко сжав кулаки. .

Невозможно было забыть холодные глаза Маркуса, когда он смотрел на Уильяма, для юного волшебника эти глаза отличались от диких глаз Грейбека. Маркус, напротив, был безмятежен и холоден, как будто его глаза – это два ледяных айсберга.

«Уильям? – голос Хагрида достиг ушей мальчика, заставив его отключиться от своих мыслей и вернуться к реальности. – Ты в порядке?»

«Да… – Уильям почесал в затылке, Хагрид был одним из его немногих друзей, не стоило заставлять его волноваться. – Ну ладно, Уизли, должно быть, беспокоятся о Гарри, а мне нужно сделать кое-какие покупки».

«Я думал, мы купили все, кроме твоих школьных учебников».

«Да, мы купили учебники, но мне нужны ещё книги, не для Хогвартса, мне нужно купить книги по магии и окклюменции», - Уильям пошел, оставив дуэт позади, который, посмотрев на спину мальчика, решил последовать за ним.

Затем, когда группа шла, их перехватили Уизли и Гермиона, Гарри был рад видеть их всех, Хагрид огляделся, но нигде не увидел Уильяма. Мальчик отделился от группы, но, по крайней мере, он знал, где он может быть.

Уильям прибыл во «Флориш и Блоттс», как и ожидалось, там было много ведьм с книгами в руках, все они ждали Златопуста Локонса, но это было не важно для Уильяма. У него более важные дела, он поднялся на второй этаж, где он мог найти то, что искал.

Как много полок с большим количеством книг, ожидающих, когда кто-нибудь их возьмет. «Флориш и Блоттс» не так велики, как библиотека Кастелобрушу, в магазине нет того разнообразия знаний, которое имелось в библиотеке, но на данный момент Уильяму этого достаточно. Он начал шарить по полкам в поисках названий, которые могли бы пригодиться.

«Руководство по продвинутой окклюменции», «Антология чар 18-го века», «Руководство по средневековому колдовству», «Анимагия», «Жизнь с волшебниками: выбирайте свои мысли с умом».

Уильяма выбрал следующие книги: «Грязнокровки и как их клеймить», «Заклятия и контрзаклятия», «Справочник целителя» и «Распространенные магические недуги и болезни».

Уильям нес несколько книг, которые он засунул в коробку расширения, плюс книги для Хогвартса для занятий на втором курсе. Все было куплено, пора идти домой.

Прежде чем Уильям покинул «Флориш и Блоттс», перед ним появился его дед с книгой в руке.

«Ты закончил?» – спросил лорд Розье, не отрываясь от книги.

«Да, у меня есть все, что мне нужно на этот год».

«Тогда мы должны вернуться в поместье, ты должен как можно больше отдыхать, прежде чем вернуться в Хогвартс», - лорд Розье закрыл свою книгу и повел внука за собой.

Когда они спускались по лестнице, оба Розье заметили какую-то привлекающую внимание дискуссию, затем внимание переключилось и на них, что стало одной из проблем принадлежности к известной семье.

«Томас Розье», - самодовольный голос донесся до ушей Уильяма, человек окликал его дедушку.

«Люциус Малфой», – острые глаза главы семьи слегка расширились, возможно, только Уильям заметил это среди присутствующих.

«Видеть тебя, старого отшельника, в этом месте удивительно, конечно, причина, по которой ты покидаешь старый замок, должно быть… – Люциус сосредоточил свой взгляд на мальчике позади лорда Розье. – Твой внук.... Как тебя зовут?»

«Уильям».

«Ах, точно. Уильям Розье, с моей стороны действительно неправильно забывать имя юного героя-волшебника Южной Америки, – на лице Люциуса была высокомерная улыбка, ему действительно нравилось дразнить других. – Томас, кажется, я слышал, что вашего сына выбрали в великий Гриффиндор, в котором, конечно же, и наши престижные Уизли, не так ли, Артур?»

Уильям вообще ничего не сказал, в этом не было необходимости, потому что человек перед ним выглядел как бомба, находящаяся в нескольких секундах от взрыва, он не показывал своих эмоций на лице, он все время оставался невозмутимым, но его указательный палец постукивал по элегантной черной трости.

«Но это еще не все, теперь они общаются с магглами, - нос Люциуса сморщился, показывая свое недовольство. – Я не ожидал, что Розье попытается быть таким же, как Уизли, или ваш внук хочет быть вторым Сириусом Блэком?»

Внимание Люциуса переключилось прямо на Гарри, который стоял между Уизли: «История может повториться, тебе не кажется, что это лучшее развитие событий из всех, Томас?»

Лорд Розье больше не стоял на месте и медленно спустился, подойдя к тому месту, где стоял Люциус, а затем открыл рот: «Следи за своими словами, Малфой, ты не в лучшем положении».

Искры между двумя главами семьи были почти видны всем, затем Люциус внезапно обернулся: «Пойдём, Драко».

Лорд Розье последовал его примеру и повернулся к двери, не глядя ни на кого из присутствующих, как будто они были невидимы: «Следуй за мной, Уильям, мы должны вернуться в поместье».

«Хорошо».

Оба Розье шли, затем Уильям увидел Гермиону Грейнджер среди Уизли, это было нормально, значит, никаких реальных изменений в оригинальной истории не произошло.

Они оба на мгновение прошли по Косой аллее, готовые снова исчезнуть и вернуться в поместье, затем ни с того ни с сего лорд Розье открыл рот: «Она твоя подруга-полукровка?»

«Подруга? Кто?»

«Она была среди Уизли, полукровка».

«Как ты узнал?»

«За кого ты меня принимаешь, мальчик? У меня многолетний опыт, я знаю, когда волшебник чистокровный, даже когда он пытается скрыть свою личность, то же самое относится и к полукровкам. Они не знают, когда отступать, они не знают уважения к чистокровным, и они думают, что наши обычаи к ним неприменимы. Кроме того, она смотрела на тебя с тех пор, как ты спускался по лестнице».

«Да?»

Увидев выражение лица своего внука, лорд Розье не смог удержаться от улыбки: «Нет, это ложь. Она заметила тебя, только когда Люциус произнес твое имя».

Уильям ничего не сказал, вместо этого он повернулся и скрестил руки на груди, ему не нужно было, чтобы дедушка дразнил его сейчас.

«Итак, пора возвращаться, я не должен напоминать тебе, чтобы ты всегда был рядом со мной», - в этот момент оба Розье исчезли из Косой аллеи.

Прибыв в поместье, Уильям сразу же вернулся в свою комнату, ему нужно было многое подготовить перед возвращением в Хогвартс.

«Все так, как я помню», - пробормотал Уильям, глядя на состояние своей комнаты; там не было ни пылинки, и поддерживать такую чистоту было обязанностью Вороны, домового эльфа особняка. Затем, когда он подошел к кровати, чтобы отдохнуть, он заметил несколько писем, сложенных на столе в стороне.

«Письма?»

Уильям взял письма в руки и взглянул на них, чтобы узнать, кто отправитель.

«Это письмо от Чо, а это от Гермионы, даже Хагрид написал мне письмо. Они, должно быть, пришли сюда, потому что я был в Кастелобрушу, и они, должно быть, думают, что я не хотел отвечать».

«Все готово? – лорд Розье посмотрел на Уильяма рядом с ним, который только кивнул. – Очень хорошо, тогда отправляемся на платформу девять и три четверти, Хогвартс-экспресс ждет тебя на второй год обучения».

В центре фойе поместья Розье стояли все члены семьи. Лорд Розье, который должен был сопроводить их всех на платформу, Лесли Розье, которая сейчас училась на шестом курсе, Джессика Розье и Дамиан Розье, оба на четвертом курсе, и Уильям на втором курсе.

Лесли увидела, как Уильям спустился, и слегка отвернулась, чтобы не смотреть на него, но Уильям совсем не возражал; как в поместье Розье, так и в замке Хогвартс ни один из них не контактировал с другим, и это было хорошо.

Джессика и Дамиан все еще были детьми, они верят всему, что им говорят в школе, и воспринимают всю эту историю с войнами факультетов как настоящую битву; даже если бы им объяснили, что Слизерин и Гриффиндор не обязательно враги, они бы не поняли, они не готовы к такого рода разговорам.

«Ты знаешь процесс, держись рядом и не делай глупостей, - старик говорил ласково, но в тот момент, когда он постучал тростью по земле, настроение изменилось. – Понял?»

Уильям понимал, что он имел в виду; он был главой семьи, а также дедушкой присутствующих, он знал, как действовали молодые люди, и нет необходимости упоминать, что может пройти через умы молодых людей с избытком власти, прежде чем они примут глупое решение причинить вред другим членам семьи. Лучше всего было бы строго предупредить их.

Не прозвучало ни слова в ответ, затем с еще одним ударом трости о землю все они исчезли из зала, а затем снова оказались на вокзале.

«Я думаю, это все, берите свои вещи и садитесь в экспресс как можно скорее», - прозвучал дружелюбный голос дедушки, но никто не собирался бросать ему вызов, все знали о его истинной личности.

Уильяму не потребовалось много времени на приготовления, прощание с дедушкой было формальным, в процессе не произошло ничего впечатляющего, так что он снова оказался в Хогвартс-экспрессе, на этот раз в качестве ученика второго курса, хотя, честно говоря, он уже скучал по спокойствию Кастелобрушу.

Он шел по вагону, пока не нашел пустое купе, они прибыли задолго до отправления экспресса, так что было нетрудно найти хорошее место, чтобы устроиться на время долгого путешествия. Мальчик положил свой коричневый чемодан в верхний отсек и оставил старую книгу, чтобы почитать в пути.

Затем снова, как и каждый день, он отключился от реального мира и переместился в мир, созданный его разумом при чтении книги.

Ученики проходили мимо его купе, не многие сразу заметили его, другие указывали на него, а другие просто смотрели на него, затем внезапно остановилась девочка, заглядывая внутрь, как будто обнаружила что-то необычное.

Раздвижная дверь открылась медленно, но со звуком, который вывел Уильяма из состояния сосредоточенности; перед ним был персонаж, которого он несколько раз видел на большом экране, любимый многими, но ненавидимый другими, девочка со своеобразным воображением, которое доставило ей много неприятностей во время ее обучения в школе.

«Ты, кажется, очень любишь читать, не хочешь ли прочесть «Сплетни»?» (примечание: я, к сожалению, не помню, каков перевод этого журнала и есть ли вообще русский устоявшийся перевод, но если вы знаете, напишите, пожалуйста. В оригинале название Fussy)

Девочкой-первокурсницей была, конечно же, Луна Лавгуд, эксцентричная молодая особа, которую все в будущем будут называть Лунатичкой или безумной Лавгуд. По правде говоря, Уильям чувствовал некоторую горечь в своем сердце каждый раз, когда видел ее в кино, она, конечно, не была нормальной, но не было никакой реальной причины придираться к ней.

«Конечно, - сказал Уильям, протягивая руку, чтобы взять один из журналов, которые она держала в руках. – Я попробую».

«Отлично, надеюсь, тебе понравится», - она просто улыбнулась и вышла из купе, как ни в чем не бывало.

«Без сомнения, она истинное воплощение свободной души», - мысленно сказал Уильям.

Уильям взглянул на обложку журнала, он действительно был по-своему поразительным, может быть, даже немного отвратительным; разнообразие используемой типографии просто привело все к хаосу, а используемые цвета не очень-то спасали ситуацию. С другой стороны, каждый из заголовков, которые должны привлекать внимание, в данном случае просто имели контрпродуктивный эффект.

Уильям вздохнул и сложил журнал, положив его на колени, он посмотрел в окно на учеников, прибывающих на платформу, и на то, как она становилась все более и более переполненной.

.

«Вот ты где!» – пронзительный голос вывел его из задумчивости, затем, посмотрев рядом с собой, он увидел ее, одну из немногих учениц Гриффиндора, которые осмелились заговорить с ним.

«Привет, Гермиона, - спокойно поздоровался он. – Давно не виделись».

«Я видел тебя в «Флориш и Блоттс», но ты не остановился, плюс ты не ответил на письма, которые я тебе посылала».

Уильям слегка поднял брови: «Письмо пришло ко мне домой, когда я был в Кастелобрушу, я не мог ответить, и я думаю, что если ты хочешь узнать больше об этом, то лучше сделать это лично. Что касается того, что произошло в «Флориш и Блоттс», я не думаю, что атмосфера была подходящей, она похожа на ту, что у нас сейчас, - Уильям указал своей книгой на людей, сопровождающих Гермиону. - Староста нашего факультета смотрит на меня так, как будто видит самого ужасного темного волшебника в мире. Близнецы смотрят на меня так, как будто они придумали какую-то страшилку, чтобы напугать первокурсников, а младший не знает, что делать, Уизли забавные».

«Ты действительно совсем не изменился», - сказала она с улыбкой.

Из-за определенных обстоятельств и Гермиона, и Джинни Уизли оказались в одном купе с Уильямом, и все потому, что остальные либо были заняты, либо там оставалось место только для одного человека; близнецы веселились со своими друзьями, а у Перси теперь другие "заботы", маленькая Уизли оказался рядом с ответственной Гермионой.

«Никаких признаков ни одного из них»

Гермиона несколько раз выходила, чтобы проверить, где ее двое друзей, но безрезультатно, затем она осталась сидеть напротив Уильяма, который все еще спокойно читал.

«Но я видела их, они были прямо за мной, прежде чем телепортироваться через платформу», - обеспокоенно воскликнула Джинни.

«Может быть, они просто в другом вагоне, мы, вероятно, столкнемся друг с другом, когда доберемся до замка, тебе не о чем беспокоиться, Джинни», - Гермиона пыталась успокоить девочку

«Ты права...» – девочка медленно успокаивалась.

Затем Гермиона повернулась, посмотрела на Уильяма, который молчал. «Что ты читаешь?»

«Маггловская литература, Дон Кихот Ламанчский, одно из первых изданий книги случайно оказалось в семейной библиотеке», - Уильям пару раз похлопал по книге.

«Я действительно думала, что ты читаешь что-то более интересное», – разочарование на лице Гермионы было очевидным, но Уильяма это никоим образом не беспокоило.

«Ты хочешь сказать, что маггловская литература не интересна? - удивленно спросил Уильям. – Ты разочаровываешь, Гермиона.... Кроме того, я провел все каникулы, изучая магию, и думаю, что должен дать своему мозгу отдохнуть».

«Я прочитала новости в «Пророке», все говорят, что вы герои», - упомянула Гермиона

«Герои? – Уильям закрыл книгу и посмотрел в окно. – Нет, мы только хотели заполучить сокровища, и нам посчастливилось выбраться из опасности, не потеряв ни одного товарища; теперь, когда я думаю об этом как следует, я понимаю: все мы, кто был там в тот день, должны быть под землей»

Выражение лица Уильяма было довольно ярким, в отличие от холодных слов, слетавших с его губ, все это вызывало разную реакцию у девочек, сидевших перед ним.

«В любом случае все прошло хорошо, и я получил все, о чем мечтал, - Уильям откинулся на спинку сиденья, скрестив руки за головой. – Учеба в Кастелобрушу не похожа ни на что, что вы можете себе представить».

«Пирамиды, джунгли, библиотека, которая казалась бесконечной, и даже сами классы – все действительно отличается от Хогвартса», - затем Уильям начал рассказывать обо всем, что он испытал во время своего пребывания в Южной Америке, Гермиона задала несколько вопросов, и вскоре Джинни тоже заинтересовалась темой разговора.

Уильям рассказал о некоторых основных понятиях своих занятий в Кастелобрушу, о различиях в обучении и даже о качестве учителей; он продемонстрировал некоторые изученные чары и заклинания, затем показал им части своей униформы, которые он достал из ящика для хранения.

«Удивительно, как магия у коренных народов территории может варьироваться до такой степени, что для нас она совершенно неизвестна; когда я думаю о том, как это было бы возможно в других местах на планете, я чувствую, что Хогвартс - это ничто».

Глядя на спокойное выражение лица Уильяма, никто не мог отрицать, что он действительно изменился за короткий промежуток времени с момента окончания занятий.

«Ты действительно сильно отличаешься от того, что описывают мои братья», - сказала Джинни, удивив дуэт.

«Хм?»

«А! – почувствовав на себе пристальные взгляды, Джинни слегка отстранилась и понизила свой уверенный тон. – Э-Это просто.... мои братья говорили о тебе несколько раз во время каникул... и они сказали, что ты страшный человек».

«Но я страшный», - спокойно отметил про себя Уильям.

«Ты только усложняешь ситуацию для Джинни и себя, – Гермиона посмотрела на Уильяма с некоторым презрением, – ты ни с кем не разговариваешь в Хогвартсе, и всякий раз, когда кто-то что-то говорит о тебе, ты просто принимаешь это, год назад ты был даже счастлив, когда тебя называли маленьким Пожирателем смерти».

«Но ты должна признать, что это было хорошее прозвище», - Уильям удовлетворенно почесал в затылке.

Джинни просто уставилась на них, а затем тихо рассмеялась: «Ты действительно отличаешься от образа в слухах, я хочу верить, что мои братья ошибаются на твой счет».

«Мне действительно все равно, что они говорят обо мне, я просто хочу узнать больше о магии, со своей стороны они могут называть меня как угодно, пока они не мешают мне; конечно, если ты захочешь узнать что-нибудь, не стесняйся спрашивать, я могу объяснить все, что относится к моей области исследований».

Уильям на долю секунды увидел из окна экспресса летающий автомобиль, а затем на его лице появилась улыбка: «К тому же в этом году может быть немного веселее».

Троица смогла перекусить, а затем продолжила разговаривать в течение всего путешествия, пока, наконец, они не оказались недалеко от станции; в этот момент Уильяма вышвырнули за пределы купе, поскольку он был менее доминирующим полом тут, а девочкам надо было переодеться.

«Почему я единственный, кто ждет снаружи купе?» – спросил себя Уильям, сидя на полу и ожидая своей очереди, через пару минут обе девочки вышли из купе в своей униформе. Гермиона, как всегда, оделась по правилам, в гардеробе Джинни можно было увидеть несколько слегка испорченных вещей, некоторые испорчены из-за того, что они были унаследованы от ее старших братьев и сестер, а другие – просто потому, что они были подержанными.

«Вы действительно похожи на два весенних цветка», - сказал Уильям с яркой улыбкой, которая при других обстоятельствах могла бы влюбить в себя любую девочку, но перед Уильямом была Гермиона, книжный червь.

«Да, лучше переоденься, пока не стало слишком поздно».

Уильям вошел, склонив голову: «Да...»

Оказавшись в купе, он использовал свою палочку, чтобы вытащить форму Хогвартса из чемодана, он смотрел на нее пару секунд, а затем вытащил форму Кастелобрушу из хранилища.

«Как обескураживает, что вся униформа Кастелобрушу в таких кричащих цветах, я бы очень хотел надеть что-нибудь; знаю, что директор каким-то образом разрешил бы, но из-за таких цветов это все лишь фантазия», - Уильям вздохнул, затем заметил ботинки из драконьей кожи униформы Кастелобрушу и старомодные школьные туфли Хогвартса, он издал легкий смешок.

Снаружи купе Гермиона услышала смешок Уильяма: «Он замышляет что-то нехорошее». Джинни заинтригованно посмотрела на нее, и через пару минут дверь купе снова открылась.

Экспресс прибыл на станцию, ученики начали быстро сходить, затем Уильям подошел к Джинни, он похлопал ее по плечу, чтобы привлечь внимание девочки.

«Ты должна пойти со всеми первокурсниками, Джинни, Хагрид поведет вас», - Уильям указал на полувеликана вдалеке.

«А, – она посмотрела на Хагрида, она видела его раньше в Косой аллее, - но мои братья».

«С ними все будет в порядке, они уже знают дорогу в Хогвартс, они не первокурсники».

Хотя Джинни была против этой идеи, в конце концов она просто прислушалась и направилась в указанном Уильямом направлении.

«Мы должны пойти в столовую, не так ли?» – Уильям посмотрел на Гермиону, которая была несколько отстранена и смотрела куда попало.

«Они еще не появились».

«Они придут сами, – Уильям скрестил руки за головой и начал ходить. – В любом случае я иду в столовую, я хочу что-нибудь съесть перед любым событием».

«Как ты можешь быть таким спокойным?» – Гермиона повернулась, чтобы сделать выговор Уильяму, но он уже был в нескольких футах впереди, шагая с полным спокойствием. «Уильям!»

Она беспокоилась о своих друзьях, и ей было тяжело видеть Уильяма таким спокойным, но правда заключалась в том, что она не могла представить причину этого спокойствия.

Пока Гермиона продолжала осматриваться, дуэт, наконец, приблизился к толпе студентов, входящих через большие дубовые двери, они прошли через освещенное факелами фойе, в котором находилась великолепная мраморная лестница, соединенная с верхними этажами.

Многие студенты смотрели на Уильяма другими глазами, чем в прошлом году, прямо справа от него была дверь, которая соединялась с большим обеденным залом; ему просто нужно было следовать за толпой, как и любому другому студенту. Темный зачарованный потолок был усыпан звездами повсюду, а затем голос окликнул парня:

«Розье, мне нужно с тобой поговорить!»

Уильям закрыл глаза и глубоко вздохнул, по тону голоса человека, окликнувшего его, было нетрудно догадаться, что это профессор МакГонагалл, учитель трансформаций и глава Гриффиндора. Она звала его через всех студентов.

Гермиона и Уильям повернулись, они столкнулись с профессором МакГонагалл, казалось, ее глаза пронзили мальчика прямо в сердце. Он почти почувствовал, что сделал что-то не так, затем Гермиона и он посмотрели друг на друга, потом посмотрели вниз и заметили, что ботинки Уильяма не соответствуют униформе.

«Это была плохая идея, - сказала она, заставив Уильяма покачать головой. – Я подожду тебя в столовой, только не дай себя выгнать».

«Конечно, я этим займусь», – они оба разошлись, Уильям прошел мимо студентов, чтобы добраться до того места, где стояла профессор МакГонагалл, она посмотрела на ботинки Уильяма. «Прежде чем вы сделаете мне выговор, профессор МакГонагалл, я должен извиниться, я просто хотел оставить сувенир о Кастелобрушу, а ботинки были единственной вещью, которая подходила к форме Хогвартса».

«Тебе не нужно бояться, Розье, это не я хочу с тобой поговорить, а директор, и я думаю, что в сапогах из драконьей кожи есть свое очарование», - на ее лице появилась легкая улыбка.

«Вы тоже так думаете, профессор?» - спросил Уильям. Женщина посмотрела на свои ботинки более внимательно с улыбкой на лице.

«Приятно видеть тебя целым и невредимым, Розье, ты не представляешь, как ты меня напугал, когда я увидела тебя в «Пророке», - она посмотрела на Уильяма, как будто он её сын.

Они оба быстро направились в кабинет профессора рядом со столовой, там их ждал Дамблдор, выглядывая из одного из окон на улицу.

«Уильям, приятно снова видеть твое лицо в Хогвартсе, на мгновение я подумал, что ты не вернешься».

«Не шутите так, директор, вы знаете, я бы вернулся сюда, даже если бы вы исключили меня», - они оба пристально смотрели друг на друга, Дамблдор вытащил из рукава своей мантии лист бумаги с движущейся фотографией Грейбека.

«Его переведут в Азкабан?»

«Да, и он также получит поцелуй Дементора», - Дамблдор внимательно посмотрел на реакцию Уильяма, но ничего не смог распознать. «Но перед этим состоится суд, чтобы полностью осудить его, запросили твое присутствие для дачи показаний».

«Я должен присутствовать?». Дамблдор кивнул

«Тебе не нужно беспокоиться, я буду сопровождать тебя, чтобы все закончилось раз и навсегда».

Профессор МакГонагалл, сидевшая сзади, больше не могла выносить молчания: «Против этого человека выдвинуто много обвинений, что бы вы ни говорили, Розье, ничто не изменит того факта, что он получит поцелуй Дементора и справедливость наконец восторжествует».

Она была абсолютно права: мальчику просто нужно было пойти туда, ответить на несколько вопросов и вернуться в школу, ничего не предвещало беды. Просто почему-то каждый раз, когда Уильям рядом с Дамблдором, он чувствует себя шахматной фигурой на огромной шахматной доске. Мальчик до сих пор не может забыть, как Дамблдор пытался пожертвовать Гарри в оригинальной временной шкале или как он использовала Ньюта Скамандера в прошлом. Уильям действительно не хотел становиться еще одной шахматной фигурой.

«Я сообщу тебе заранее, в какой день мы должны будем отправиться на суд, плюс я напишу письмо твоему дедушке с объяснением. Теперь ты можешь вернуться в столовую».

Уильям повернулся, чтобы уйти, он действительно хотел как можно скорее выбраться из этого кабинета, пребывание рядом с Дамблдором только вызывало у него тошноту. Но прежде чем он ушел, голос снова достиг его ушей.

«А, Уильям».

«Да, директор?»

«Ты можешь оставить сапоги себе, они действительно полезны и могут защитить тебя от проклятий в самые важные моменты».

Уильям на мгновение уставился на Дамблдора: «Спасибо...»

Когда Уильям покинул маленький кабинет, он отошел от профессора МакГонагалл. Она должна была принять первокурсников и провести их отбор, а Уильям вернулся в своем собственном темпе в большую столовую.

Он прошел мимо дубовых дверей и увидел четыре стола, принадлежащие четырем корпусам школы, все они были полны учеников и, конечно же, все ученики, казалось, знали друг друга.

Уильям подошел к столу Гриффиндора, он прекрасно помнил, где было его обычное место, поэтому он подошел туда, другие члены Гриффиндора пристально наблюдали за ним и избегали контакта, отодвигаясь от своего места. Любой, кто был в Хогвартсе годом ранее, знал об этом месте.

«Почему ты всегда выбираешь это место?»

Гермиона сидела напротив Уильяма, затем Уильям посмотрел в сторону части, ближайшей к учительскому столу.

«Разве ты не должна быть с Уизли, рядом с профессорами?»

«Это то мнение, которое у тебя сложилось обо мне?» – она уставилась на Уильяма так, как будто хотела запугать его, Гермиона просто не могла запугать его.

«Нет… – Уильям слегка покачал головой, а затем снова поднял глаза. – Да, ну да».

Затем двери в большой обеденный зал снова открылись, представляя профессора МакГонагалл первокурсниками позади нее, все выстроились в два ряда, направляясь прямо к тому месту, где была шляпа, и к учителям.

«А вот и Джинни».

«Да...» – Уильям увидел несколько знакомых лиц, среди них были Джинни Уизли, Луна Лавгуд и Колин Криви, мальчик-фанат Гарри Поттера и сын маглов.

«Как ты думаешь, она сможет попасть в Гриффиндор?»

«Ты серьезно спрашиваешь? – Уильям посмотрел прямо на Гермиону. У нас в Гриффиндоре три поколения Уизли, не считая двух предыдущих поколений и собственных родителей этих людей, и ты все еще сомневаешься, попадет ли эта девочка в Гриффиндор».

«В чем-то ты прав».

«По правде говоря, на данный момент я уже верю, что Сортировочная шляпа отправляет их в Гриффиндор уже после того, как услышит их фамилии».

«Разве не должна быть та же история с Розье?»

«Это отличная мысль, но, как ты можешь видеть, я отличаюсь от своих братьев до мозга костей, и это не относится к Джинни. Но, конечно, мы можем сделать ставку, если хочешь».

«Я не делаю ставок».

Не в силах сделать больше, Уильям остался на своем месте, он снова достал книгу, которую читал в экспрессе, надеясь на этот раз закончить ее во время церемонии отбора.

Страницы переворачивались почти в том же темпе, когда студентов отбирали для их факультетов; как и ожидал Уильям, Джинни выбрали в Гриффиндор, все аплодировали, а затем церемония подошла к концу.

Директор школы произнес свою официальную речь, представив всех учителей и, конечно же, упомянув районы, куда учащимся не следует ходить, если они хотят продолжать жить.

В тот момент, когда он представил Локонса, аплодисменты в большой столовой действительно захватили верх, девочки любили Локонса, теперь это было очевидно даже самому слепому мальчику из всех.

«Время обедать?» – спросил Уильям, закрывая книгу. За столом был настоящий пир, и все начали есть; Гермиона все еще беспокоилась о своих одноклассниках, затем Уильям наблюдал, как директор Дамблдор покинул большую столовую. Это был признак того, что в школе появился беспокойный дуэт.

В конце приветственного ужина старосты проводили всех первокурсников в соответствующие спальни факультетов, и, конечно же, им провели экскурсию. Уильям просто встал и вышел из большого обеденного зала, он хотел как можно скорее вздремнуть.

«Уилл», – почти пронзительный голос остановил Уильяма, когда тот покидал большой обеденный зал. Голос был знакомым, и хотя он мог просто не обратить внимание, мальчик предпочел этого не делать.

«Чо Чанг и ее подруга Мариетта, рад снова видеть вас, леди», - деловито улыбнулся Уильям.

«Я тоже рада снова тебя видеть, Уилл. Я слышала все о том, что произошло, повезло, что ты не пострадал», - обеспокоенным тоном заговорила Чо.

«Тем не менее, Чо, надо пристальнее взглянуть на Уилла. Похоже, для него действительно все изменилось, год назад он бы не стал разговаривать с нами в подобной ситуации, а теперь он даже остановился; я думаю, что Кастелобрушу меняет даже таких бессердечных волшебников, как Уилл», - упомянула Мариэла, заставив Уильяма вздрогнуть.

«Возможно, ты права, Мариэла, – Уильям огляделся, поблизости почти не осталось учеников. – Ладно, девочки, я думаю, мне стоит попрощаться на сегодня, мне нужно вернуться в гриффиндорскую комнату, пока я не столкнулся с новой проблемой». На прощание Уильям отвесил небольшой изящный поклон, отступая вполоборота.

«До свидания, Уильям», – обе девочки попрощались и удалились, чтобы продолжить свой путь.

Уильям шел вперед, всегда держа свой мысленный взор активным, в этом году Джинни откроет тайную комнату, и было очень интересно знать положение василиска в каждый момент. Ему нужно было набрать очки в эти годы, а тайная комната была самой интересной. Это главная цель, но есть и несколько других, которым требовалось свое время.

Прибыв в общую комнату Гриффиндора, все студенты собрались и начали беседовать, очевидно, они были рады видеть друг друга после каникул. Гарри и Рон тоже были в общей комнате вместе с Гермионой, Уильям не интересовался ни одним из них, поэтому он просто пошел наверх. Ему нужно было отдыхать намного больше по сравнению с другими людьми; может, он и не получил смертельной раны от столкновения с Грейбеком раньше, но рана в животе каким-то образом все ещё влияла на его самочувствие.

На следующее утро был первый день Уильяма на втором курсе. Как обычно, он встал с постели раньше остальных и был готов задолго до них, он достал свои книги, чтобы нести их в руках. Если бы мальчик понёс их в хранилище, которое ему подарили в Кастелобрушу, это вызвало бы подозрения. Вскоре Уильям оказался в большой столовой, там уже находились другие ученики, удивляться было нечему, поэтому он отыскал свое место и приступил к завтраку.

Большая миска с овсянкой, тарелки с копченой сельдью, тосты и тарелки с яйцами и беконом.

Как только ученики начали прибывать в большую столовую, он решил уйти. Уильяму нужно было попасть в класс, а он любил ходить в своем собственном темпе.

Затем он заметил кошку, уставившуюся на него из коридора. Нетрудно догадаться, что это, очевидно, не профессор МакГонагалл, а миссис Норрис, кошка, которая принадлежала Аргусу Филчу, наблюдателю и смотрителю Хогвартса.

Уильям посмотрел на кошку и улыбнулся, затем она отодвинулась, но беловолосого парня было трудно обмануть. Правда в том, что внутри замка было очень мало мест, которые могли ускользнуть от мысленного взора, за ним наблюдала не только миссис Норрис, но и сам Аргус Филч, а причину было не очень трудно распознать.

Зная, что происходит, Уильям решил отклониться от своего пути, пройти по другим коридорам немного дальше от тех, которые обычно выбирали ученики в эти часы. В этих коридорах было еще меньше портретов, но Уильям чувствовал пристальный взгляд Филча поблизости, и поэтому, когда он добрался до места, которое считал идеальным. он остановился.

«Блестящий надзиратель Хогвартса преследует мальчика, который не доставил никаких неприятностей?» – сказал Уильям вслух, не оборачиваясь.

Аргус, который прятался за колонной, поднял бровь, и его рука слегка задрожала. Возможно, он мог показать храбрость, когда рядом учителя, но правда заключалась в том, что он настоящий трус, когда дело доходило до настоящих сражений.

«Вам не нужно прятаться, будет лучше, если мы поговорим прямо лицом к лицу», – Уильям повернулся и посмотрел прямо на колонну, за которой прятался Аргус . Последнему не потребовалось много времени, чтобы выйти со своим испорченным видом и слегка выпрямленной осанкой, он все еще пытался сохранить свою личность, смотря на Уильяма через плечо.

«Кто сказал, что я прячусь?» - раздраженно спросил Аргус.

«Конечно, это, должно быть, моя ошибка... правда, после того, раз уж я был сквибом, моя чувствительность к присутствию людей немного выше, чем у других, я чувствую, когда за мной наблюдают издалека, может быть, это миссис Норрис, я мог ошибиться», – Уильям еще раз повернулся и пошел, в то время как в уме он считал до трёх.

«Подожди!» - воскликнул Аргус, чтобы остановить Уильяма, который медленно повернулся, чтобы посмотреть на него. Надзиратель колебался в том, что хотел сказать, он был похож на ребенка, пытающегося попросить у матери денег на конфеты.

«К-как?» – был вопрос, который слетел с морщинистых губ Аргуса.

«Чего?» - спросил Уильям

«Как ты перестал быть сквибом?» – наконец вопрос, который Уильям хотел услышать с год назад, прозвучал из уст смотрителя Хогвартса, одного из самых известных сквибов в магическом мире, который больше всего хотел иметь возможность управлять магией, до такой степени, что он завидует молодым волшебникам, которые приходят каждый год, и в отместку он наказывает их. Это была прекрасная возможность для Уильяма.

«Ты хочешь знать, как я превратился из простого человека в волшебника?» - спросил Уильям невинным тоном и с удивленным выражением лица.

«Мне просто любопытно».

«Я понимаю... что ж, вполне логично, что смотритель захочет узнать эту информацию, - Уильям погладил подбородок. - Я бы хотел помочь ему, я бы очень хотел рассказать ему, но дедушка сказал мне, что я должен держать это в секрете, потому что это важная информация».

«Что? – выражение лица Аргуса мгновенно изменилось. – Так ты говоришь, что есть способ излечения для сквибов?!»

«Я этого не говорил!»

«Но ты сказал, что это был секрет твоего дедушки».

«Ах... это, но я не могу сказать вам, начальник, если об этом узнают, тогда у меня могут быть проблемы, кроме того, я ничего не выиграю от этого».

Аргус крепко сжал кулаки, он действительно был расстроен, он наконец-то нашел лекарство от своего состояния и все же не мог его получить, хуже всего было то, что ребенок знал лекарство.

Уильям, с другой стороны, уставился на смотрителя, который неудержимо дрожал, как голодающий ребенок, ищущий хлеба, чтобы продолжать жить, или, может быть, как наркоман, ищущий ту единственную вещь, которая могла бы его успокоить. Он был не из тех, кто наслаждается страданиями людей, но в данный момент так было необходимо.

«Но мы могли бы заключить сделку».

Всего одно предложение, но Аргус, который склонился, глядя в землю, резко направил взгляд на собеседника, когда услышал голос мальчика перед собой.

«Сделка?» - спросил Филч

«Да, мы оба можем заключить взаимосогласованную сделку, и мы можем найти решение этой проблемы», - Уильям улыбнулся и снова помог Филчу встать.

Филч вспомнил славу Уильяма, он не только помог в прошлом году решить проблему с философским камнем, его также похвалили профессора и назвали героем, когда он остановил нападение Фенрира Грейбека в Южной Америке. Невозможно, чтобы такой добросердечный человек оставил его страдать, когда решение было у него в руках, так что сделка с этим парнем, возможно, не могла обернуться так уж плохо.

«Ты действительно поможешь мне?» - спросил старый смотритель.

«Конечно, мне просто нужно немного времени, чтобы сварить зелье, собрать ингредиенты - это немного хлопотно, – Уильям почесал затылок, затем с улыбкой сказал. – Но, конечно, я бы хотел, чтобы смотритель помог мне во время моего пребывания в Хогвартсе».

«Помочь тебе? – спросил Филч. – Конечно, я мог бы тебе помочь, отныне у тебя не будет никаких проблем в Хогвартсе».

«Отлично, я позабочусь о том, чтобы получить решение вашей проблемы до конца этого года, вам просто нужно немного подождать».

Уильям протянул руку, и Филч радостно пожал ее, в этот же момент он увидел позади молодого волшебника огромную тень, которая могла напугать любого начинающего волшебника.

Прошли те времена, когда Уильям боялся, что Филч найдет его, когда он ночью крался по коридорам, выходя из библиотеки или посещая хижину Хагрида; теперь ему нужно было бояться только учителей и, конечно же, своего директора.

Прошел всего один день с тех пор, как он начал учиться на втором курсе, и Уильям уже выполнил одну из своих целей; теперь ему оставалось только продвинуться в следующих важных пунктах, но сначала он должен был пойти на урок, он не хотел получить наказание.

Первым из всех занятий на втором курсе был один из предметов, на котором Уильям в настоящее время специализировался, - зелья с главой Слизерина Северусом Снейпом.

Добраться до пятого подземелья вообще не было проблемой, парень прибыл как раз вовремя; Снейп приближался к классу в противоположном направлении от Уильяма, оба посмотрели друг на друга, и Уильям просто продолжил свой путь, как будто его вообще не существовало; правда в том, что молодой волшебник тоже не волнует учителя.

Оказавшись в классе, он поискал свободное место среди всех студентов и подальше от золотого трио, ему действительно не нужно было выделяться, кроме того, он не хотел вызывать ненависть Снейпа.

«Открывайте страницу 74, сегодня мы начнем с огнезащитного зелья», - приглушенный и несколько невнятный голос эхом разнесся в тихом классе, все ученики очень уважали Снейпа и предпочитали хранить полное молчание, чтобы не навлечь на себя ненависть темного профессора.

Так что, пока шел урок и все были погружены в свои дела, Уильям сосредоточился на своих собственных делах, это была прекрасная возможность расширить свои знания о зельеварении до максимально возможной степени.

«Что не так с вашей книгой, Розье?» – голос раздался за спиной Уильяма, он знал, что обладателем голоса был Снейп, но он не хотел видеть его лицо прямо сейчас.

Уильям открыл свою книгу, как и просили, там был рисунок зелья, его история, ингредиенты для его приготовления и, конечно же, способ приготовления; единственная проблема заключалась в том, что книга Уильяма была вся в царапинах, от оригинального текста почти ничего не осталось, это было в основном потому что в прошлом году он уже практиковался с этим зельем, и его мастерство в нем достигло шестидесяти восьми процентов.

«Возможно, я немного напутал во время тренировки», - Уильям постарался сказать это как можно более деликатным тоном.

«Вы пытаетесь сказать, что в дополнение к практике зелья, которое входит в учебную программу второго года, вы также внесли изменения в рецепт, который практически идеален? – голос Снейпа звучал более иронично, чем обычно. – Это то, что вы пытаетесь сказать, мистер Розье?»

мысленно проворчал он, сжимая кулаки под столом.

Уильям чувствовал, что в этом году именно он был мишенью; Гермиона могла раздражать своим количеством ответов, но Уильям годом ранее не допускал ошибок в зельеварении, а также давал советы многим ученикам, возможно, он превратился в мишень, сам того не осознавая.

В этом случае есть много выходов, признание всего, что говорит Снейп, вероятно, привело бы к тестированию зелья перед всеми, что не является проблемой, и было очевидно, что зелье будет идеальным, но это вызвало бы одобрительные возгласы некоторых студентов и еще большую ненависть со стороны Снейпа. В случае, если Уильям потерпит неудачу в демонстрации, все посмеются. В случае, если он не примет изменения, упомянутые Снейпом, тогда он будет посмешищем, а в случае, если он не ответит на вопросы Снейпа, тогда он будет трусом.

Уильям чувствовал, как взгляды всех в подземелье были устремлены на него, краем глаза он видел Гермиону с другой стороны; даже она, казалось, испытывала любопытство к ситуации, в прошлом году она видела зелье своими глазами, но у нее не было времени поговорить об этом с Уильямом.

Любой из возможных способов избежать проблемы был у него под рукой, ему просто нужно тщательно выбрать один, но все способы решения проблемы также были невероятно контрпродуктивными, поэтому, пока Уильям ломал голову, размышляя, произошло событие, которое никто не мог предсказать.

На другой стороне класса произошел взрыв, внимание переключилось на это место; у молодого Симуса почернело лицо, и он удивленно посмотрел на всех вокруг, затем Снейп зарычал своим хриплым голосом.

«Финниган!»

Снейп бросил на Уильяма взгляд, полный гнева, он хотел что-то сказать, но в этот момент ему пришлось перейти на другую сторону зала; если бы профессор вернулся еще раз, чтобы получить больше ответов от Уильяма, то это могли воспринять плохо и даже увидеть как личное нападение на Уильяма.

Для молодого волшебника это путь к мирному решению, которого он раньше не мог себе представить, то есть этот путь действительно появился из-за внешнего события, находящегося вне его контроля, но, конечно, в конце концов он стал идеальным решением.

Уильям тихо вздохнул, теперь ему просто нужно заняться зельем; Снейп какое-то время будет занят взрывом Симуса, ему придётся иметь дело с последствиями неудачного зелья.

Именно в то время, когда Уильям смотрел в сторону неудавшегося зелья энтезуса, ему в голову пришла идея: двадцать процентов сжатия огнезащитного зелья.

[Оранжереи Хогвартса]

Попасть в оранжереи Хогвартса было совсем не сложно, там у студентов Гриффиндора и Пуффендуя были свои занятия.

Ученики собрались у дверей оранжерей, ожидая профессора Спраут, которая решительным шагом приближалась к ним через эспланаду в сопровождении не кого иного, как самого Златопуста Локонса. В руках профессора Спраут была куча бинтов, не нужно быть гением, чтобы понять, что произошло. Приключение Гарри и Рона закончилось серьезным повреждением самшитовой ивы, с которым пришлось иметь дело профессору Спраут, но если этого было недостаточно, помимо борьбы с самшитовой ивой, ей приходилось терпеть, как Локонс непрерывно болтал вокруг нее; очевидно, она была раздражена.

«Эй, как дела? – Локонс поприветствовал группу студентов с широкой улыбкой. – Я только что объяснял профессору Спраут, как идеально вылечить самшитовую иву. Но это не значит, что я знаю больше ее в области ботаники, а совсем наоборот! Просто мой опыт в путешествиях может помочь ей в лечении...».

Уильям не мог не покачать головой, слушать высокомерный тон Локонса геморрно, просто слышать, как он хвастается своей ложью, было достаточно, чтобы вызвать смущение у других.

«Сегодня третья теплица, ребята!» – это было указание профессора Спраут, чтобы Златопуст шел своей дорогой, она была явно недовольна.

В то время как Гарри был пойман Локхартом, Уильям смог занять хорошее место внутри оранжереи, сбоку от Невилла, что означало, что он находился немного дальше от золотого трио, это было важно в данный момент.

«Мандрагоры», – сказал Уильям, глядя на растения, расставленные на длинном столе.

«Ты знаешь о них, Уильям?» - нервно спросил Невилл, по его лицу было видно, что он все еще не готов иметь дело с мандрагорами.

«Я могу сказать по твоему лицу, насколько ужасны эти растения, они все еще младенцы, и хотя их крик может повредить барабанные перепонки, ты не умрешь, в отличие от крика зрелых особей. Крики этих растений можно сравнить с криками банши, удивительно, не правда ли?»

Уильям спокойно объяснил нервничающему Невиллу, но это только ухудшило состояние бедного мальчика, который смотрел на мандрагоры так, как будто они были самым отвратительным существом в мире.

«Тем не менее нечего бояться, – Уильям положил руку на один из листьев рядом с короной мандрагоры. – Есть способ извлечь детеныша мандрагоры, не заставляя его кричать, на этой стадии он все еще чувствителен ко всему вокруг, но более чувствителен к этому листу. Достаточно протянуть его, чтобы мандрагора заснула ненадолго».

«Т-ты уверен, что это работает?» - спросил Невилл.

«Этому трюку я научился, когда был в Кастелобрушу, мой опекун был довольно умен и объяснил мне много вещей, которые она поняла сама, но лучше показать тебе на практике».

Именно в этот момент дверь в оранжерею открылась, и на пороге появилась ведьма с короткими, седыми, волнистыми волосами. В одежде, полной заплат и порванной в нескольких местах, слегка покрытой грязью, пришла глава Пуффендуя, профессор Помона Спраут.

«Всем доброе утро», - приветствовала она с явным энтузиазмом, поскольку большинство учеников болтали между собой, затем она повторила еще раз более напряженным тоном, чтобы привлечь внимание: «Доброе утро!»

«Доброе утро, профессор Спраут», - сказали ученики в унисон, отвечая на приветствие учителя.

«Добро пожаловать в третью теплицу, ученики второго курса, соберитесь все вокруг», - она жестом пригласила всех подойти к длинному центральному столу, который тянулся по всей теплице; стол заставлен горшками, по два на каждого студента, один с мандрагорой и один пустой. Все ученики шагнули вперед, пока не оказались всего в нескольких дюймах от стола.

«Сегодня мы будем пересаживать мандрагоры, может ли кто-нибудь рассказать мне о свойствах корня мандрагоры?»

На вопрос учителя, как и ожидалось, Гермиона подняла руку, требуя внимания. «Мисс Грейнджер», - профессор Спраут назвала ее по имени.

«Мандрагора - очень сильное восстанавливающее средство, - она говорила таким тоном, что, как обычно, создавалось впечатление, что она проглотила учебник. – Его используют, чтобы вернуть людей, которые были преобразованы или очарованы, в их естественное состояние».

«Отлично, десять баллов Гриффиндору!» - удовлетворенно сказала профессор Спраут. «Мандрагора является неотъемлемой частью многих противоядий. Тем не менее она также опасна. Кто может сказать, почему?»

Взгляд профессора Спраут окинул всю комнату менее чем за секунду, было очевидно, что Гермиона поднимет руку, но она хотела видеть, как кто-то еще активно участвует в занятии; тогда профессор увидела ученика, чьего ответа она меньше всего могла ожидать в данный момент. Невилл Долгопупс поднял руку над своей головой.

«Долгопупс», - позвала она, игнорируя Гермиону.

Мальчик посмотрел на Уильяма, стоявшего рядом с ним, который взмахом руки заставил его поднять руку поддавшись вопросу профессора Спраут.

«Крик мандрагоры в некоторых случаях может привести к смерти, если не соблюдать осторожность при обращении с ней», - застенчиво ответил Невилл.

«Отлично, Долгопупс, еще десять очков Гриффиндору!» - громко воскликнула она, немного обрадовав маленького мальчика.

«Ты хорошо справился».

Невилл посмотрел на Уильяма рядом с ним; действительно, он застал его врасплох, и сам по себе Невилл не набрался бы достаточно смелости, чтобы поднять руку. Уильям прекрасно знал это, было еще слишком рано раскрывать истинное лицо Невилла. Однако Уильям не желал ждать такого развития событий, он решил дать пару толчков Невиллу, и тот Невилл повзрослеет.

Всем ученикам было любопытно узнать о мандрагорах, многие из них впервые имели непосредственный контакт с опасным магическим существом такого уровня.

«Подойдите и возьмите по паре наушников каждый», - сказала профессор Спраут, призывая всех подойти к ее столу; в отличие от Уильяма, другие ученики бежали и спешили ухватить хорошую пару, которая не была бы ни потрепанной, ни розовой. Конечно же, Уильяму досталась одна из таких, и он спокойно взял эту пару к удивлению многих, но сам Уильям, похоже, нисколько не возражал.

Все посмотрели на профессора Спраут, которая объясняла инструкции по использованию наушников.

Надевание наушников было одной из самых важных задач урока, и когда все были готовы, профессор Спраут закатала свою мантию, положила обе руки на стебель растения, а затем вытащила его из горшка.

Уильяму не был чужд внешний вид юной мандрагоры, он видел ее в киноверсии в своей прошлой жизни и работал с мандрагорами во время своего лета в Кастелобрушу. Тем не менее появление плачущего ребенка со светло-зеленым цветом и пятнами не самое приятное зрелище, предпочтительнее не видеть такое.

Профессор Спраут переложила мандрагору в пустой горшок, больший, чем предыдущий, и быстро засыпала его компостом до такой степени, что были видны только листья растения, встряхнула руками, чтобы удалить почву, и подняла большой палец, затем все сняли наушники.

«Наши мандрагоры еще молоды, их крики не смертельны», - спокойно объяснила она, просто для нее это было второстепенным вопросом, но для студентов перед ней все это было в новинку. «Но даже так крик молодых мандрагор способен на некоторое время лишить сознания. Поскольку я уверена, что никто из вас не хочет пропустить свой первый день в школе, убедитесь, что вы идеально носите наушники во время работы. Я дам вам знать, когда придет время снимать».

«Вы будете работать с четырьмя учениками на один поднос. У нас здесь достаточно горшков...» – учитель Спраут давала указания всем ученикам, в то время как Уильям должен был присоединиться к группе. Это его первый день, и ему уже нужно было снова общаться, достаточно просто обернуться, чтобы увидеть выражения лиц его окружения.

Уильям глубоко вздохнул. «Я не в Кастелобрушу, здесь я снова волшебник-пожиратель смерти», - мысленно сказал он себе.

«Что нам делать, Уильям?» – посмотрев в его сторону, Невилл застыл неподвижно, как статуя, ожидая, что Уильям что-нибудь сделает.

Увидев паренька рядом с собой, Уильям хотел что-то сказать, но слова не слетели с его губ, вместо этого на его лице появилась слабая улыбка.

«Что нам делать? – Уильям выступил вперед. – Нам нужно искать членов группы, возможно, и не только для данного занятия, даже на будущее».

«О... точно».

Даже если слава Уильяма довольно неясна из-за его семьи, после слухов о прошлогодних событиях и появления в «Пророке» после поимки Грейбека Уильям привлёк немного больше внимания в позитивном ключе.

«Товарищи по работе? – светловолосая девочка задала вопрос, удивленно глядя прямо на Уильяма. – Ты уверен?»

«А почему бы и нет?»

«Я думала, ты присоединишься к знаменитому Гарри Поттеру и твоей подруге Грейнджер-всезнайке, ты же знаешь, что теперь ты тоже знаменит».

«Я всегда был знаменит, я Уильям Розье, кроме того, я бы предпочел быть с Невиллом, ему нужно больше помощи, и мой опыт Кастелобрушу может идеально пригодится прямо сейчас».

«Кастелобрушу? - удивленно спросила она. – Слухи были правдивы, в «Пророке» никогда не писали, что ты делал в Кастелобрушу, в нем упоминалось только, что ты был учеником. Ты поехал в Кастелобрушу в качестве студента по обмену, я присоединюсь к вашей группе». Девочка протянула руку в сторону Уильяма: «Я Ханна Эббот, приятно познакомиться».

«Уильям Розье, нам очень приятно» - Уильям ответил на приветствие, затем ему потребовалось лишь слегка толкнуть Невилла локтем, чтобы тот тоже поздоровался.

«Невилл Долгопупс, очень приятно».

У них уже было три человека в группе, не хватало только одного члена, а затем, прежде чем они смогли начать поиски, из ниоткуда появился кто-то еще.

«Могу я присоединиться к вашей команде?»

Уильяму было нетрудно узнать девочку перед ним, Парвати Патил, партнершу Гарри Поттера во время зимнего бала в будущем, когда состоится турнир Трех Волшебников.

Ханна и Невилл посмотрели на Уильяма, словно ожидая мнения Уильяма: «Конечно, можешь присоединиться, приглашается любой желающий».

«Большое вам спасибо!» – ответила девочка. Четыре члена команды наконец были собраны и готовы к работе, все они отправились готовить материалы.

«Это правда, что ты победил оборотня, используя запрещенные проклятия?» - спросила Ханна, когда они перемешивали почву с компостом, но Уильям покачал головой.

«Правда, я использовал некоторые проклятия, но они не были частью запрещенных, о них я узнал из разных книг. Всю работу проделали несколько учеников, враг, в конце концов, был довольно силен», – Уильям немного рассказал про битву против Грейбека из первых рук. Группа удивлялась, слушая его историю. Ребята подготовили материалы для работы, а затем, наконец, пришло время пересадить мандрагору.

«Так ты говоришь, что они не только столкнулись с оборотнем Фенриром Грейбеком, но и с несколькими темными волшебниками, которые охотились за сокровищами?» – Парвати попросила подтвердить историю, которую Уильям рассказал им минуту назад; конечно, некоторые детали были опущены, информация о событии должна была распространяться по всему замку, но другие конкретные темы также нужно скрыть.

«Да, правда в том, что волшебники Кастелобрушу довольно искусны в бою, некоторые дуэлянты пользовались заклинаниями и чарами, которых я никогда раньше не видел».

«Ты не испугался?» - спросил Невилл сбоку, Уильям слегка кивнул головой.

«Много раз были моменты, когда я думал, что моя жизнь может подойти к концу или жизни людей, которые находились со мной в ту ночь. Нам повезло, что мы все вернулись в Кастелобрушу живыми».

«Начнем?» - спросила Ханна, поднимая наушники, чтобы надеть их на уши в качестве защитной меры, остальные последовали ее примеру; все ждали, когда профессор Спраут подаст сигнал к началу пересадки мандрагоры.

Профессор Спраут взглянула на студентов, чтобы убедиться, что у всех надеты наушники, а затем подала сигнал, подняв большой палец.

Молодые люди в каждой из групп взялись за стебель мандрагоры, чтобы одним рывком вытащить её из горшка; в теплице раздались крики маленьких растений с детскими личиками.

Уильям единственный, кто спокойно пересаживал мандрагору; точно так же, как он ранее инструктировал Невилла, он вырвал определенный лист, прежде чем вынуть мандрагору из горшка, а затем, когда пришло время, мандрагора заснула.

Ханна и Парвати заметили, что происходит, профессор Спраут тоже не была исключением, она прошла через всю оранжерею, чтобы добраться до стола Уильяма; увидеть мандрагору такой тихой в процессе пересадки было редким случаем.

Итак, когда в классе воцарилась тишина после того, как все мандрагоры оказались пересажены в новый горшок, профессор Спраут первая сняла наушники и уставилась на Уильяма, как будто у него были какие-то проблемы, но последний просто продолжал уверенно улыбаться перед учителем.

«Как вы это сделали?» - спросила она.

«А... У мандрагор есть особая точка в их анатомии, которая вводит их во временное состояние сна, регулярно эти растения имеют тенденцию вызывать шум, потому что, находясь под землей, они перенимают характеристики подземных существ, поэтому их слабое место находится в короне их тела, в этом конкретном листе», - Уильям осторожно указал на лист, затем снова продемонстрировал на мандрагорах остальных членов своего клуба.

«Это замечательно, Гриффиндор получает пятьдесят баллов за отличное открытие о мандрагорах, мне нужно будет проверить некоторые документы о существовании этого пункта», - профессор Спраут выглядела взволнованной, обнаружив такую информацию.

«Ты замечательный, Уильям», - поздравил Уильяма Невилл, пару раз похлопав его по спине.

Ханна и Парвати тоже улыбнулись похвале профессора Спраут.

Уильям чувствовал, что взгляды его одноклассников сосредоточены на нем, один из них был от Гермионы, что было вполне естественно, учитывая ее характер.

В конце урока все ученики поспешно покинули класс, затем, когда Уильям расставлял свои вещи, он услышал голос, доносящийся с правой стороны.

«Мистер Розье, задержитесь на минутку», - сказала профессор Спраут, медленно приближаясь к тому месту, где стоял Уильям.

«Профессор?»

«Вы научились некоторым довольно своеобразным техникам во время вашего пребывания в Кастелобрушу, возможно, это связано с культурным богатством той школы. Говорят, что они лучшие в травологии и уходе за растениями», – Уильям внимательно слушал профессора Спраут, исправлявшую некоторые детали, которые она обнаружила в процессе пересадки мандрагор.

«Кастелобрушу был исключительным в тех областях, о которых вы упоминали ранее, профессор... – Уильям сделал паузу на мгновение. – Нет, я ошибаюсь. Школа Кастелобрушу безупречна во всех видах преподавания, многие вещи, которые обычно являются нормальными здесь, там кажутся странными, и наоборот».

«Это довольно глубокое понимание, мистер Розье, - поразилась профессор Спраут. – И все же я хотела бы получить часть тех знаний, которые вы получили в Кастелобрушу».

«Моих знаний?» – Уильям положил руку на подбородок, он начал думать о преимуществах этой возможной сделки; он правда получил много информации, которую в Хогвартсе он никогда не смог бы найти, и поделиться такими знаниями было бы очень полезно для профессора, но просто передать эти знания не лучшая идея.

«Я хочу получить свободный доступ к теплицам замка и их материалам», - бессовестно заявил Уильям.

«Доступ к теплицам?» - спросила профессор, несколько удивленная.

«Ну, вы должны знать мои способности в области зелий, хотя я могу купить некоторые материалы, иногда сам факт получения их из первых рук был бы полезен для повышения качества зелий». Ему нужны были теплицы, чтобы продолжать осуществлять свои планы, по правде говоря, это могло бы стать в будущем его тайником номер один, но ему пришлось убедить профессора Спраут: «В обмен я обязуюсь написать эссе, содержащее все, чему я научился в Кастелобрушу во время моего пребывания в этой школе».

Уильям вернулся в общую комнату после обмена с профессором Спраут, ему нужно было только закончить обещанное эссе, и у него был бы постоянный доступ к школьным оранжереям до конца его пребывания в Хогвартсе, что было бы действительно прекрасно для его развития в зельеварении. Он мог бы обратиться за помощью к профессору Снейпу, но, к сожалению, Сортировочная шляпа отправила его в Гриффиндор, и он, естественно, стал врагом Снейпа.

В общей комнате Уильям оставил свои самые особые вещи, теперь настала очередь урока по защите от темных искусств, самого известного предмета в школе из-за постоянной смены учителей на протяжении последних тридцати лет; из-за этого в магическом мире циркулировали разные слухи, хотя истина в том, что этот пост оказался проклят самим Волан-де-Мортом, когда ему было отказано.

Теперь ответственным за эту работу являлся Златопуст Локонс, знаменитый искатель приключений, который сталкивался с опасными существами во многих местах по всему миру, возможно, даже столь же известный, как Гарри Поттер сегодня. Все книги, опубликованные самим Златопустом, являются доказательством его компетентности.

«Класс 3С, поехали...» - с сожалением пробормотал Уильям, он уже готов к неприятностям, которые, конечно, должны были произойти в любой момент.

Он, как обычно, занял свое место, на этот раз его партнершей была Парвати: «Ты хорошо себя показал ранее».

«Об этом много раз говорили на занятиях, хотя тут ничего необычного, если у тебя есть немного знаний о травологии».

«Тем не менее об этом даже профессор Спраут не знала, так что еще более удивительно, что ты знаешь. Я думаю, Кастелобрушу, должно быть, исключительная школа, их форма также гораздо более яркая, чем у Хогвартса».

«Ты права насчет этого, я действительно скучаю по зелено-золотой форме... хотя, если я начну повторять это слишком часто, наши одноклассники будут смотреть на меня свысока, я не хочу, чтобы члены Слизерина думали, что я их союзник», - мягко заметил Уильям, вызвав легкий смешок у юной ведьмы.

Затем, наконец, дверь на верхний балкон в классе открылась, показав фигуру профессора, которого все ждали. Мужчина роскошно одет в цвета белого и золотого, отчего его светлые волосы выделялись еще больше, когда он улыбался с предельной уверенностью.

«Здравствуйте, класс, - поприветствовал волшебник, подходя к балкону, чтобы окинуть взглядом всех учеников в комнате. – Я ваш профессор темных искусств, Златопуст Локонс. Орден Мерлина третьей степени, член лиги защиты от темных сил и пятикратный обладатель премии "Самая очаровательная улыбка" журнала "Ведьмин досуг", но мы не будем говорить об этом. Не с помощью улыбки я избавился от баньши, которая предвещала смерть».

Златопуст рассмеялся над своим собственным комментарием, стремясь произвести лучшее впечатление на учеников, но маленькие волшебники не сочли комментарии профессора забавными, а скорее несколько неудобными и, возможно, жалкими.

«Бедный идиот, ему нужно хвастаться своими достижениями, чтобы поддерживать свою самооценку на плаву», - мысленно отметил Уильям, поскольку даже Парвати была практически загипнотизирована, наблюдая за Локонсом.

Заметив, что его комментарии не всех позабавили, Локонс восстановил самообладание и через секунду сменил тон: «Я вижу, вы купили все мои книги, отлично. Я думаю, сегодня нам следует начать с небольшого теста. Вам не о чем беспокоиться, я просто хочу выяснить, читали ли вы свои книги». Листочки были быстро розданы ученикам в комнате.

Один из соответствующих листов приземлился на стол Уильяма, он не ожидал теста на первом уроке, хотя не возражал, если это касалось урока; однако тест перед парнем не имел ничего общего с темой урока, каждый отдельный вопрос на тестовом листе был о Златопусте Локонсе.

«Гриффиндор... минус... двести очков», – лицо Локхарта было полностью красным от гнева, Уильям мог сказать тысячу и одну вещь, чтобы противостоять своему новому профессору, но он просто покачал головой.

Ему достаточно было увидеть реакцию Локхарта, чтобы понять, что он был неудачником как учитель, не говоря уже о волшебнике. По правде говоря, хотя он все еще смутно помнил официальную историю, он надеялся, что все будет по-другому, к сожалению, даже эта надежда была у него отнята.

«Вы хотите еще что-нибудь сказать, мистер Розье?» - спросил Локхарт, приводя в порядок свою одежду и торопливо причесываясь.

Уильям перед ним только поднял плечи как символ невежества, окружающие студенты были внимательны к происходящему. Слизеринцы были счастливы, а гриффиндорцы раздосадованы, никогда еще столько очков не терялось за один момент.

Когда Локхарт отошел на несколько шагов, Парвати слегка приблизилась к нему и тихо спросила: «Зачем ты это сделал?»

«Что я сделал?»

«Поспорил с профессором, ты знаешь, что он опытный волшебник, и он выглядел очень расстроенным, возможно, у тебя даже будут неприятности».

Уильям пристально посмотрел на Парвати: «Ты, должно быть, шутишь... Как ты вообще могла подумать, что он эксперт на самом деле?»

«Все знают, все это есть в его книгах, и, очевидно, ты все еще не прочитал ни одну из них», - Парвати указала на книгу.

Уильям покачал головой и начал писать на экзаменационном пергаменте, Локхарт был идиотом, но парню все равно нужно было закончить домашнее задание для студентов.

Затем, наконец, все экзаменационные работы были переданы в руки нового профессора, который громко рецензировал некоторые из работ, восхваляя самые лестные ответы в его адрес. Приз за звание льстеца номер один получила не кто иная, как Гермиона Грейнджер, которая записала любимый цвет Локхарта, а также его самые большие тайные амбиции.

«Каковы самые большие амбиции Локхарта? – профессор спросил вслух. – Мисс Грейнджер была невероятно подробна в ответе, и хотя этот ответ не тот, который мы искали, мы также не можем считать его ошибкой. Написание хорошей книги - одна из моих амбиций, я всегда стремлюсь совершенствоваться, когда пишу книгу».

Уильям услышал тихое хихиканье между юными волшебниками и почувствовал пронзительный взгляд Гермионы, она действительно фанатка Локхарта, в этом нет никаких сомнений.

«Ты должен был это сделать, это было необходимо?» - спросила Парвати, стоявшая рядом с ним.

«Абсолютно необходимо», - ответил парень без колебаний.

Локхарт дважды хлопнул в ладоши, чтобы внимание всех студентов сосредоточилось на нем: «Хорошо, класс, давайте отложим перья в сторону. Теперь давайте перейдем к практической части занятия». Учитель положил руки на одеяло, которое, по-видимому, прикрывало клетку, затем одним рывком снял одеяло.

«Корнуэльские гоблины?» - спросил Симус Финниган с улыбкой на лице, для молодого волшебника это было почти шуткой.

«Да, корнуэльские пикси, маленькие пикси, пойманные совсем недавно и жаждущие выбраться», - гордо рассмеялся Локхарт.

Внутри клетки, которая обычно использовалась для содержания птиц взаперти, теперь были маленькие гуманоиды синего цвета, внутри клетки было по меньшей мере две дюжины таких гуманоидов. Смех и крики этих существ разносились по всему классу, у некоторых из этих существ были крылья на спине, у других их не было, но, согласно исследованиям Уильяма, эти гоблины могут летать, просто используя магию.

«Теперь у нас будет практическое занятие. Мистер Финниган думает, что все эти гоблины - шутка, так что давайте посмотрим, как вы все справитесь с тем… чтобы поймать их», – Локхарт открыл клетку, чтобы все пикси вылетели.

Как только клетка открылась, гоблины выскочили наружу. Молодежь в классе видела, как они вылетели, гоблины начали сеять хаос по всему классу, они рвали книги и пергамент. Некоторые из учеников хотели защититься и вытащили свои палочки, но пикси не легкая добыча для детей; они выхватили палочки у одних учеников, другие смогли увернуться, но менее удачливые получили атаки от других детей.

Две пикси схватили Невилла за уши и подняли в воздух, но затем обе были поражены окаменевшим проклятием.

«Эти существа раздражают, ни один учитель в здравом уме не выпустил бы гоблинов на первом занятии. Достойный провал, - отметил Уильям, затем взял несколько гоблинов и запихнул их в свою сумку. – Я просто надеюсь, что они там не умрут».

«Спасибо, Уилл, ты спас меня, – Невилл встал. – Что мы теперь будем делать?»

«Я понятия не имею, мне нужно вернуться в общую комнату, урок окончен. Кроме того, все эти вещи не являются нашей ответственностью, наоборот, у нас не должно быть таких неприятностей, лучшая идея - оставить работу нашему гениальному профессору», – Уильям собрал свои вещи и направился к двери, используя свою палочку, чтобы держать на расстоянии любого гоблина, который приблизится, чтобы побеспокоить его.

Гарри и его друзья только наблюдали, как Уильям вышел за дверь вместе с Невиллом в предельном спокойствии.

«Я говорил тебе, Гарри, то, что появилось в газете, должно быть, просто шутка, никто в семье Розье не может стать хорошим за одну ночь, он даже оставил нас здесь на произвол судьбы», - пожаловался Рон, прячась под столом.

«Это не так, Рон, просто... всё немного иначе», - тихо сказала Гермиона, она хотела сказать больше, но действия Уильяма не сильно помогли.

«Сейчас это не имеет значения, давайте просто избавимся от этой фигни, я не хочу, чтобы это привело к еще большим неприятностям».

В замке Хогвартс наступила ночь, все ученики вернулись в свои общие комнаты, где главной темой разговоров были занятия профессора защиты от Темных искусств и его фиаско, другие ученики были в своих спальнях, как и в случае с Уильямом.

«Ну, я думаю, пришло время посмотреть, что внутри», – Уильям не ложился спать, он использовал подушки на своей кровати, чтобы создать подобие себя, в то время как он сам открыл деревянную шкатулку, подаренную директрисой Кастелобрушу перед возвращением в Хогвартс.

У каждого студента есть сундук под кроватью, где находятся вещи, каждый из этих сундуков зачарован незаметным расширением. Уильям, с другой стороны, также владеет деревянной шкатулкой Кастелобрушу, которая содержит пространство настолько большое, что позволяет грифону Пруне летать совершенно свободно.

Войти в деревянную шкатулку было не большой проблемой, просто необходимо произнести заклинание, которое работает как пароль, чтобы шкатулка расширилась таким образом, чтобы хозяин мог войти внутрь, как если бы он спускался по ступенькам лестницы, затем, когда хозяин находится внутри, шкатулка возвращается к своим первоначальным размерам.

В шкатулке действительно мощные защитные заклинания, некоторые происходят из Южной Америки и неизвестны в Европе, даже разрушителям проклятий Гринготтса было бы трудно заставить шкатулку открыться.

«Хорошо, теперь я здесь, - Уильям отряхнул свою одежду и положил руки на бедра, чтобы полюбоваться окружающей обстановкой. – Мне еще предстоит много работы, если я когда-нибудь захочу создать среду обитания для всех волшебных существ, которых я планирую изучать в будущем».

Взгляд Уильяма простирался далеко, но все равно казалось, что пространство никогда не кончается, затем Пруна спустилась и встала перед Уильямом.

«Ты... ты просто пришла за едой», - сказал Уильям, ему пришлось взять мясо из ведра, которое он приготовил заранее, затем он подбросил его в воздух; Пруна захлопала крыльями, чтобы поймать его.

После окончания кормления Пруны пришло время пойти посмотреть на лесную гидру, которую он захватил ранее; раны, полученные в битве в джунглях, все еще давали о себе знать, но, к счастью, они были несерьезными, достаточно было хорошо кормить ее, чтобы природные целебные свойства гидры сделали свое дело.

Уильям использовал магию, чтобы реорганизовать ландшафт и изменить окружение в соответствии с существами, которые будут находиться в шкатулке, среди них скарбато по имени Томас, подарок от его друзей из Кастелобрушу.

«Этого должно быть достаточно, чтобы тебе было комфортно жить в шкатулке, Томас, - Уильям поднял скарбато с пола. – Я не думаю, что профессор МакГонагалл будет сидеть спокойно, если ты украдешь вещи студентов или, что еще хуже, самого Снейпа. Пока ты со мной, ты должен научиться оставаться внутри коробки, хотя я буду периодически приносить блестящие вещи... В будущем я мог бы добавить несколько заклинаний, чтобы тебе приходилось каждый день самостоятельно искать все блестящие предметы и ты был бы чем-то занят; думаю, это хорошая идея, но мне все еще не хватает знаний».

Дом Томаса представлял собой гнездо высотой около метра в середине большого бревна - дерева, которое Уильям принес в шкатулку с помощью магии. В гнезде есть солома в качестве подушки, хотя в нем повсюду золотые монеты и магловские украшения, по сути, как копилка.

У Пруны также есть гнездо на искусственных камнях и большой насест для отдыха после полета .

У Гидры есть пещера, внутри находится гнездо из соломы; можно сказать, что это самое мирное существо, которое есть у Уильяма на данный момент. Раньше он боялся, что гидра будет представлять опасность для Пруны или Томаса, но он ошибся. Гидра появляется только тогда, когда это действительно необходимо, и не беспокоится, когда Уильям рядом.

Потребовалось много часов, чтобы закончить все, чтобы создать идеальную среду для магических существ, у парня все еще нет планов расширять свои исследования существ. Лесная гидра - это особое существо, которое требует много времени для изучения, так как оно практически неизвестно многим магическим зоологам в мире.

Когда Уильям закончил свою работу, он решил выбраться из шкатулки, ему нужно было всего лишь сделать несколько движений палочкой, чтобы ящик открылся и позволил ему выбраться; это была защитная мера, добавленная директором Кастелобрушу, чтобы побег существ, о которых Уильям будет заботиться в будущем от побега, что идеально подходит для Томаса.

Было очень поздно, все студенты в общежитии спали; Уильям быстро лег в постель, ему нужно было немного поспать. Он тоже не хотел отставать в учебе, его план на следующее лето уже был в стадии реализации, и жертва медленно готовилась; просто представляя себе момент, когда эта яркая улыбка исчезнет, Уильям становился счастливым.

На следующее утро биологические часы Уильяма сделали свое дело, и хотя он лег спать последним, он все равно первым проснулся на урок.

Он потянулся, взял несколько предметов одежды из своего сундука и направился в ванную, ему нужно было принять душ, чтобы начать день. Затем, когда парень спускался по лестнице, чтобы попасть в общую комнату, он оказался лицом к лицу с Гермионой, у которой, казалось, были похожие планы.

«Доброе утро», - поздоровался Уильям, но затем девочка повернулась и пошла обратно тем же путем, каким появилась, оставив беловолосого паренька стоять посреди общей комнаты.

Придя в обеденный зал, Уильям поискал свое обычное место, там уже было несколько профессоров, но встретить Уильяма ранним утром было нормально, никто не удивился.

«Не рекомендуется все время сидеть на одном и том же месте, Уильям», - мягкий и глубокий голос достиг ушей Уильяма, который удивленно поднял глаза, это был самый уважаемый старик в волшебном мире – Альбус Дамблдор, директор Хогвартса.

«Директор?» – спросил Уильям, пытаясь уловить смысл в его словах.

«Я просто думаю, что ты мог бы найти другое место, немного ближе к учителям, это могло бы изменить вашу точку зрения». Уильям посмотрел в сторону учительских мест, он увидел профессора Локонса, прибывающего готовым к новому дню, но как только их взгляды встретились, каждый понял, что его враг был на другой стороне.

«Профессор Локонс, я слышал, у вас были небольшие разногласия во время урока».

«Да, просто расхождение во мнениях по учебной программе курса "Защита от темных искусств"; иногда я скучаю по профессору Квирреллу, хотя он мало чему учил, по крайней мере, мы видели хоть какое-то движение, - сказал Уильям, пожимая плечами. – Чтение фантастических книг - не мой стиль, у многих магглов есть такая практика».

«Магловские книги… – Дамблдор погладил бороду. – Вчера несколько студентов Гриффиндора говорили с профессором Макгонагалл о большой количестве потерянных баллов».

«Всего двести баллов, Гарри вернет их, даже если он проспит на уроке, без проблем», - заявление Уильяма вызвало удивление у Дамблдора; в словах Уильяма не было никаких признаков товарищества, но он решил не предпринимать действий. Если то, что он увидел в газете, является правдой, то прошло бы совсем немного времени, прежде чем у него завязались бы дружеские отношения со своими товарищами по факультету.

«Гарри, без сомнения, хороший ученик, но мисс Грейнджер - одна из учениц, которая приносит Гриффиндору больше всего очков».

«Да, Гермиона очень умна, она всегда отвечает на все вопросы профессоров, я уверен, некоторым профессорам должно быть приятно учить такую талантливую волшебницу».

Затем Уильям заметил, что Дамблдор слегка улыбнулся и направился к профессорам: «Я бы с удовольствием поболтал еще, но тыквенный пирог ждет меня уже несколько минут, и не волнуйтесь, я попытаюсь немного поговорить с профессором Локонсом о вашей ситуации».

«А, конечно», – Уильям остался в той же позе, удивленный, но он предпочел не продолжать беседу; правда заключалась в том, что он не хотел быть рядом с Дамблдором в любое время, если бы не его желание узнать больше о волшебном мире, он бы держался в тени в целый год, чтобы не превратиться в шахматную фигуру.

Уилл испустил долгий вздох, обдумывая ситуацию.

«Если бы не Волан-де-Морт, мне бы не пришлось ни о чем беспокоиться», - Уильям опустил голову на руки; учитывая семью, к которой он принадлежал, у него было бы много проблем в будущем, если бы он не был сильным и умным.

«Если подумать, Джинни Уизли, должно быть, уже держит дневник в руках, выпустит ли она василиска?»

«Если все события пойдут своим чередом, все, что мне нужно сделать, это помочь им выяснить, что это василиск. Гарри уничтожит крестраж и станет главной мишенью Волан-де-Морта, а я получу бесплатный пропуск на занятия на другом конце света, подальше от моей семьи и опасностей».

У Уильяма была улыбка на лице, когда он спокойно ел; некоторые студенты смотрели на него со смешанными чувствами либо из-за очков, которые он потерял накануне, либо просто из-за того, каким счастливым парень выглядел.

Хотя дневник Тома Реддла мог бы принести большую пользу, Волан-де-Морт отлично контролирует проклятия и тому подобное; Уильям мог бы чему-нибудь научиться, хотя менять сюжет нежелательно.

По мнению Уильяма, существовало множество деталей проклятий, которые он мог бы изучить; эти знания также улучшили бы его понимание других заклинаний или проклятий, любое из них стало бы идеальным.

«Что ж, пришло время оставить плохие идеи позади, проклятий в моем репертуаре достаточно. Разъедающее проклятие уже способно уничтожать намного превосходящих меня врагов, даже у Фенрира Грейбека были проблемы с ним; если я выучу больше проклятий, я только привлеку к себе больше негативного внимания».

Уильям закончил есть и вышел из столовой, ему нужно было посетить занятия, в библиотеку он отправится позже.

«В одном я уверен: мадам Пайнс будет рада снова видеть меня в библиотеке».

Когда Уильям вышел из столовой и пошел по коридорам, он столкнулся с Филчем, который мыл окна; парень сделал движение своей палочкой и помог ему с уборкой, Филч ничего не сказал, поскольку в будущем он мог бы сделать это сам. Он просто ждал того дня, когда Уильям выполнит условия сделки.

Поскольку парень проснулся первым, он также первым закончил свою трапезу, и когда он шел по коридорам, все было тихо, студентов было немного.

Затем, завернув за угол, Уильям увидел девочку, дрожащую и едва держащуюся за стену.

«О нет, - пробормотал Уильям себе под нос, но прежде чем он успел повернуться, чтобы уйти, девочка упала в обморок. – Нет, нет, нет, нет».

Было легко узнать этого человека, рыжеволосую первокурсницу, немного слабоватую Джинни Уизли. Уильям мог оставить ее там, кто-то другой мог бы помочь ей, не обязательно именно он, такое ведь могло произойти за кулисами в официальной истории.

POV Джинни Уизли

Я сделала это, я сделала то, о чем меня просила газета; я не хотела, но я не могла отказаться. Кроме того, он, кажется, не хочет причинить мне боль, он мой друг, и он слушает все, что я говорю, даже мои жалобы на занятия.

Сейчас я чувствую слабость, в моем теле ни на что нет энергии, я хочу встать, но все мои усилия бесполезны.

Кто-нибудь найдет меня здесь, на полу, обо мне будут говорить, Перси тоже узнает, и мама будет волноваться, я не хочу, чтобы они узнали.

Я не хочу, чтобы Гарри думал обо мне как о слабой и жалкой.

Потом я услышала звук обуви, я едва могла видеть, но я уверена, что это не та обувь, которую носят ученики. Я знаю, потому что Рон пытался уговорить маму купить ему другую обувь для занятий, хотя мама отказалась.

Может ли это быть учитель?

Какой учитель мог бы найти меня?

Я знаю только профессора Снейпа, профессора Локонса, профессора Кеттлберна и профессора Флитвика... у меня слишком сильно болит голова, чтобы думать о том, какой профессор мог бы спасти меня.

Затем я почувствовала, как пара рук просунулась под мое тело и приподняла меня, я, должно быть, сейчас выгляжу очень жалко, я не хочу видеть лицо профессора.

«Я отнесу тебя к мадам Помфри, она поможет тебе, и ты сможешь посещать занятия через несколько часов».

Этот голос... Этот голос, я слышала его раньше... во время моей поездки в Хогвартс, когда я была с Гермионой.

Уильям... Нет, это невозможно. Мои братья много раз говорили мне, что Уильям не хороший человек и что ему действительно нравится играть с психикой людей, чтобы казаться героем. Братья сказали, что он воспользовался прошлогодним инцидентом, чтобы получить доверие и поехать в Бразилию.

Но когда мы ехали в Хогвартс-экспрессе, он не казался плохим, он даже разговаривал с Гермионой как с равной, он не такой, как Драко Малфой или ученики Слизерина.

Я едва могла открыть глаза, чтобы посмотреть на него, но все же увидела лицо Уильяма Розье, молодого героя, который захватил Фенрира Грейбека во время его каникул, его невозможно было спутать с кем-то.

Я уверена, что Уильям неплохой человек, мои братья ошибаются на его счет. Хотя я хотела продолжать смотреть на его лицо, мое тело, казалось, с каждой секундой теряло все больше и больше сил, и тогда я, наконец, закрыла глаза.

...

Когда я открыл глаза, я оказалась в лазарете, я ощупала свои карманы и нашла дневник, все было на своих местах.

«Теперь ты проснулась, на самом деле это был просто недостаток энергии. Девочка, ты должна правильно питаться и отдыхать, нельзя все время учиться, ты также должна заботиться о своем здоровье».

Я кивнула головой, я не хотела доставлять медсестре еще больше проблем, наверняка у нее были и другие пациенты, о которых нужно было позаботиться, кроме меня, но прежде чем встать с постели, я решила спросить.

«Г-где он?»

«Где кто? Уильям?»

Я кивнула головой.

«Он ушел вскоре после того, как услышал, что твоя ситуация несерьезна; было действительно шокирующе видеть, как он кого-то обнимает. Всегда создается впечатление, что ему наплевать на учеников его факультета, но в конце концов он помогает всем, когда они в беде, он просто душка».

Я была прав, это Уильям, в этом нет сомнений, мои братья - те, у кого неправильное представление об Уильяме, я должна поблагодарить его за помощь.

POV автор.

Уильям опоздал на урок, удивив многих, поскольку он всегда приходил первым. Когда он добрался до своего места, Парвати уставилась на него.

«Что с тобой случилось?»

«Проблемы сюжета, ничего важного».

Ответ Уильяма оставил у Парвати больше сомнений, чем ответов; для него было ненормально опаздывать, но, просто взглянув на его лицо, девушка поняла, что он не хотел все объяснять.

Рон, который сидел рядом с Гарри на самых дальних сиденьях, уставился на Уильяма, который опоздал на урок: «Даже Розье может опоздать, забавно видеть, как он устал от всей этой беготни; движущаяся лестница, должно быть, сыграла с ним какую-то шутку».

«Это не смешно, Рон! – раздраженно воскликнула Гермиона. – Если Уильям опоздал на урок, должно быть, произошло что-то действительно важное».

«Конечно, должно быть, случилось что-то нехорошее, раз он опоздал, срочные дела в темных семьях вообще нехороши».

«Сколько раз я должна повторять тебе, чтобы ты мне верил? Уильям неплохой человек, он отличается от остальных членов своей семьи, он помог Гарри в прошлом году, и он помог тебе тоже».

Рон не мог этого отрицать, Уильям спас ему жизнь, дав ему зелье на испытаниях философского камня, и Гарри также рассказал Рону, что произошло, когда он сражался с Квирреллом.

«Я также считаю так же, как и Гермиона, что Уильям не похож на Драко Малфоя, я думаю, мы должны дать ему возможность общаться со всеми, даже Невилл разговаривает с Уильямом», - сказал Гарри, чтобы успокоить Рона.

Во второй половине дня Уильям решил пойти в библиотеку, и когда вошёл, то почувствовал мягкий аромат цветов.

«Мадам Пинс, опять используете ароматы, чтобы в библиотеке пахло по-особому?» – спросил парень.

«Это лаванда, дитя без рационального вкуса. Как обычно, ты начинаешь нудить, даже когда только зашёл».

«Вот почему я взял на себя труд привезти несколько ароматов, которых вы не увидите на этой стороне света», - Уильям вытащил из-под мантии сверток и протянул его мадам Пинс.

Мадам Пинс открыла упаковку и обнаружила несколько свечей разных цветов, а также благовония.

«Ты удивляешь меня, Уильям, я никогда не думала, что ты вспомнишь старую леди, веселясь в Бразилии», - она взяла свечи в руку и почувствовала их аромат.

«Я подумал, они вам понравятся».

«Спасибо, Уильям», - мадам Пинс с удовольствием улыбнулась.

«Пожалуйста, но сейчас я хотел бы прочитать что-нибудь более продвинутое, пришло время начать изучать некоторые вещи, которые помогут мне в случае неприятностей».

«Это из-за истории с Фенриром Грейбеком? - спросила мадам Пинс, глядя на мальчика перед ней. – Когда я увидела новости в газете "Пророк", я была очень шокирована и встревожена, я не могла поверить, как это ты смог сразиться с Фенриром Грейбеком, ты был без сознания, совершенно безответственный. Не многие взрослые волшебники могут выйти из схватки с Грейбеком живыми, не говоря уже о детях, это облегчение, что вас не укусили».

«Правда, меня не укусили, но я получил рану, - Уильям приподнял одежду и показал свой живот, где была рана от когтей, – но вы бы видели Фенрира, он потерял половину своего тела в бою».

«Он заслужил это, он причинил боль многим людям во время войн, теперь, когда он попал в плен, он больше не сможет никому навредить».

«Тем не менее кто-то может попытаться отомстить, и я хочу быть готовым ко всему, что произойдет», - Уильям беспокоился о будущем, но у Грейбека также было несколько последователей по всему миру.

«Ты Розье, я сомневаюсь, что кто-то попытается отомстить, одной твоей фамилии достаточно, чтобы запугать половину магического мира. Ты часть священных 28».

«Я все еще ищу что-нибудь, чтобы защитить себя».

«Что ж, ты волен искать где тебе заблагорассудится, за исключением, конечно, запретной зоны». Никто не мог войти туда без разрешения учителя или самого директора, но Уильяму в данный момент нечего было там искать.

Следуя словам мадам Пинс, Уильям вошел в библиотеку, подошел к полкам, которые он так часто видел год назад, и начал просматривать названия.

«Заклинание звука и заклинание шара - это лучший выбор на данный момент. Заклинание шара следует использовать в сочетании с заклинанием левитации, учитывая мои способности, можно было бы похоронить заживо даже великана. С другой стороны, с помощью заклинания звука палочка издаст громкий рев, если бы я мог увеличить громкость до максимума, было бы возможно отпугнуть любого зверя, который мог бы угрожать моей жизни».

Уильям взял обе книги и несколько других, которые содержали истории и детали, связанные с двумя заклинаниями, которые он выбрал для своего репертуара.

Пока парень учился, время шло: удивительно, как течение времени перестает быть важным, когда человек сосредоточен, так было и с Уильямом.

Затем из ниоткуда он почувствовал, как чья-то рука опустилась ему на плечо, выводя его из состояния полной концентрации.

«Тебе пора возвращаться в общую комнату, - пристально посмотрела на него мадам Пинс. – Уже поздно, и я не хочу, чтобы были какие-то проблемы, как год назад. Кроме того, если какой-нибудь староста увидит тебя по дороге в неположенное время, ты можешь потерять очки, а я не думаю, что ты хочешь потерять очки, не так ли?»

«Уффф...» – Уильям испустил долгий вздох. Женщина была права, он хотел не согласиться, но это было бесполезно. «Вы правы, я уже потерял много очков за факультет, и если Локонс найдет меня, он, вероятно, попросит перевести меня в Азкабан».

«Локонс? - спросила мадам Пинс с выражением отвращения на лице. – Все его истории - ложь, ничего, кроме бессмыслицы, сказки, даже маггловские фэнтези-книги лучше, чем у этого дурня. Тебе следует держаться от него подальше, хотя, поскольку мальчик Поттер ошивается по замку, Локонс, должно быть, думает, что у него есть соперник».

«Учитывая личность Локонса, он, вероятно, пытается сделать Гарри Поттера своим закадычным другом, чтобы получить больше славы».

Они оба посмеялись и немного поболтали, затем Уильям вышел из библиотеки и пошел по коридорам. Старосты уже должны были вернуться в свои общежития, в конце концов, они тоже люди и должны наслаждаться своей студенческой жизнью; из-за сделки Уильяму не нужно беспокоиться о Филче, а что касается Пивза… что ж, этот призрак, должно быть, начинает бояться Уильяма.

Не беспокоясь, парень продолжил свой путь в общую комнату, потирая живот: «Теперь я вспомнил, что не пошел есть, мне придется съесть часть пайков, которые есть в шкатулке, пока я кормлю существ».

«Почему весь этаж залит водой, где Филч, когда он так нужен?» - пожаловался Уильям, идя по коридору и встречая трех человек в углу коридора.

«Уильям!» - обеспокоенно позвала Гермиона, двое её друзей, Рон и Гарри, стояли рядом с ней. Эти трое выглядели отчаявшимися, просто по выражениям их лиц и обстановке Уильям понял, что происходит.

«О нет…» - простонал он, слегка приподнимая голову, чтобы увидеть, что было написано на стене: «Тайная комната снова открыта, враги Наследника, трепещите».

Гарри посмотрел на Уильяма, затем они обратили свое внимание на кошку Филча, висящую на стене. «У нас будут неприятности, если кто-нибудь увидит нас здесь, у меня достаточно забот с волшебником-морфом, я не хочу водиться ещё и с наследником Слизерина».

«Я ничей не наследник».

«Это очевидно, у Слизерина не было бы такого идиотского наследника», - усмехнулся Уильям и повернулся, чтобы уйти, затем студенты начали подходить со всех сторон. «Вот дерьмо».

«Дерьмо» – единственное слово, которое пришло Уильяму на ум в тот момент, он должен был найти способ избежать объединения с золотым трио. Он не отрицал, что при других обстоятельствах, возможно, было бы хорошей идеей дружить с Гермионой, как ему следовало бы, но от мысль о близости с Роном Уизли и Гарри Поттером у него в животе завязался узел.

Уилл оказался окружен студентами со всех сторон, Колин вытащил свою камеру, чтобы сделать снимок, но Перси остановил его.

«Враги наследника... следующими будут грязнокровки, - рассмеялся Драко, прочитав надпись, бросив на Гермиону многозначительный взгляд. – Кто наследник, Поттер или Розье?»

«Кто бы ни был, я думаю, тебя это должно волновать; слова точно описывают, чего должны бояться враги наследника. На мой взгляд, если Поттер наследник, то ты должен прятаться между ног своего отца, не так ли, Малфой?» – Уильям торжествующе улыбнулся.

«Розье!» - раздраженно взревел наследник Малфоев.

Уильям спокойно скрестил руки на груди: «Что?»

«Ты... ты... ты... убил кошку Филча, - произнес Драко эти слова, затем на его лице появилась уверенная улыбка. – Вы не можете оставаться в замке сегодня ночью, вам придется вернуться в свои дома, изгнанные, как крысы».

Уильям устало вздохнул: «Из-за таких людей, как ты, священные 28 в наши дни стали посмешищем». Парень подошел к кошке и снял её с лампы: «Она окаменела, это ясно из-за положения, в котором она находится; кошку застали врасплох, когда она шла по коридорам, это не волшебство уровня детей».

«Не тебе судить, Розье, - на этот раз перебил Перси. - Я сомневаюсь, что Гарри и его друзья смогли бы это сделать, но есть еще ты. Я не могу говорить за тебя, знаю только, что тебя не было в столовой во время ужина. Профессора уже в пути, они вынесут решение».

Уильям пожал плечами: «Как пожелаете, но вам придется проглотить все свои слова одно за другим, мистер староста».

Перси не изменил выражения лица даже после провокации Уильяма, но другие люди в толпе думали иначе. Чо Чанг наблюдала за всем происходящим, глядя на Уильяма среди всех присутствующих; еще одним человеком, который казался более нервным, чем обычно, являлась Джинни.

Затем толпа студентов начала расходиться, чтобы освободить место для высших чинов в Хогвартсе: прибыли профессора.

«Что происходит?» - спросила профессор Макгонагалл, изо всех сил пытаясь разобраться во всех неприятностях; затем, когда она прибыла, то увидела надпись на стене и кошку Филча в руке Уильяма.

«Что случилось?» – спросила она, глядя на Уильяма, но он просто указал на Рона.

«Наследник Слизерина открыл тайную комнату». Все посмеялись над объяснением Уильяма, даже близнецы.

«Что? – Рон удивился, он сердито посмотрел на Уильяма. – Твои шутки не смешные».

«Почему нет? Если бы ты был наследником Слизерина, ты был бы знаменит среди учеников и заполнил бы квоту внимания, которой не уделяет тебе твоя семья».

Лицо Рона побагровело, правда заключалась в том, что Уильям не собирался мстить за все, что Рон и Перси сказали о нем, но ситуация оправдывала это; он должен был сделать момент смешным, чтобы избежать всей проблемы наследника Слизерина и магглорожденных студентов.

«Уильям, прекрати это!» – Гермиона была единственной, кто вмешался, чтобы избежать дальнейшего поддразнивания своего друга; Уильям бросил на нее взгляд и пожал плечами, сейчас было не время устраивать сцену.

Профессор Макгонагалл устало вздохнула, взглянула на четверых детей, находившихся в центре проблемы, и снова спросила: «Что случилось?»

Гарри выступил вперед, чтобы сказать от имени присутствующих: «Мы шли по коридору, когда обнаружили это на стене, и кошка свисала с лампы, она была... мертвой».

«Окаменевшей» - поправил Уильям.

«Моя кошка!» - раздался крик из толпы студентов, появился Филч. «Моя кошка мертва!» – мужчина взял ее на руки, он был опустошен, но затем он медленно встал и посмотрел на Гарри.

«Вы, люди, - сердито крикнул он, - вы убили ее!»

«Н-нет, - оправдывался Гарри, - мы ничего ей не сделали, я клянусь. Она уже была такой, когда мы прибыли».

«Ты лжешь! - громко взревел старик. – Я хочу, чтобы они заплатили!»

Уильям тихо рассмеялся, уголки его губ слегка дрогнули от ситуации, когда он увидел выражения лиц золотого трио.

«Никто ничего не собирается делать, Аргус», - раздался торжественный голос с другой стороны, и появился директор.

Дамблдор увидел, что было написано на стене, темные воспоминания вспыхнули в его голове: «Прежде всего ученики должны вернуться в свои общежития, пожалуйста, старосты, проводите всех».

«Гриффиндор, со мной», - Перси начал собирать всех студентов, трио также сделало шаг, чтобы пойти с группой в их общежитие, но Уильям не сделал шага вперед и просто остался там, где был.

«Гарри, ты должен остаться, мне нужно с тобой поговорить. Вы тоже, мистер Розье».

Четверо студентов изложили свою версию событий, учителя внимательно все выслушали, несмотря на то, что Аргус Филч продолжал говорить, что они убили кошку.

«Директор, если мне будет позволено высказаться, я думаю, что ученики просто оказались не в том месте не в то время, но проблема в том, что я не видел Поттера и Розье в столовой», - заявил профессор Снейп.

«Северус, – Локонс вмешался среди всех профессоров. – Гарри отвечал на мою корреспонденцию, вот почему он не мог пойти в столовую».

Затем взгляды сосредоточились на Уильяме. «Они узнали, что я наследник Слизерина».

«Прекрати болтать, мальчик, ты ставишь нас в неловкое положение», - донесся до ушей Уильяма голос семьи. «Мальчик был в библиотеке минуту назад, директор знает о преданности Уильяма знаниям».

«Вы правы, мадам Пинс, - Дамблдор погладил свою бороду. - Это не то, что может сделать волшебник детского возраста, миссис Норрис всего лишь окаменела. Я знаю, что у профессора Спраут есть мандрагоры, которые могут пригодиться через несколько месяцев, когда мы сможем оживить кошку, вам не нужно волноваться, Филч. Что касается этого, - директор указал на слова на стене, - мы должны подготовиться к любым проблемам, с которыми может столкнуться замок».