Темное синее небо, стена, стена из непроглядного дождя. Прямо в центре этой непогоды стоит юноша, с глазами пустыми настолько, что кажется, даже темнота на фоне их покажется светом. Он лишился всего: семьи, дома, друзей. Оставшись совершенно один, не понимая, что ему делать в этом огромном и страшном мире, он просто стоит и смотрит сквозь капли – капли бесконечного холода и мрака...

Как итог, 18 ноября 2045 года, в местной больнице ночью, не стало одного юноши с пустыми глазами. Ушел он от воспаления лёгких, но всем в тот день в больнице показалось, что для него это был лучший результат. Единственное, из-за чего все оказались в замешательстве, что никто, абсолютно никто, не пришел к юноше по имени Дрейк...

Вот я и умру, наконец-то, я уйду из этого страшного и непонятного мира, – думал Дрейк. Но правда ли я этого хочу? Почему всё именно так? Я же не увидел абсолютно ничего из того, что мы так хотели. Я даже не смог исполнить вашу мечту, я бесполезен. Простите меня. Вот она – смерть... Шум? Что за шум вокруг и почему тут так светло? Разве я не умер?...

Когда Дрейк открыл глаза, он увидел лицо юной и перепуганной девушки. Он знал, что видит её впервые, но почему-то знал её имя – Кейтлин. У неё были длинные голубые волосы, такие длинные, что доставали до её поясницы. Сама она была словно воплощение какого-то божества, юна и прекрасна. Дрейк почувствовал жар по всему телу, когда посмотрел на неё и быстро перевел взгляд.

– Дрейк, что с тобой? – спросила Кейтлин. – Ты меня очень перепугал, вдруг упав в обморок.

– Я, я, я... аййййй, – вдруг голову Дрейка наполнили воспоминания о совсем другом Дрейке, который жил с Кейтлин и дедушкой, как отшельники в мире под названием 'Меч'. Они с Кейтлин были сиротами, которых нашёл их дедушка и подобрал, но они не были братом и сестрой.

Так получается, я переродился. Я думал, такое бывает только в этих корейских историях, как их там, ранобэ точно. Но нет, вот он я – в другом мире, которым управляет сила, и только сила. Шел 214-й год от великой битвы существ. Так в этом мире велся счёт времени.

И тут Дрейк понял, что на него все ещё смотрит Кейтлин с встревоженным взглядом.

– Я, яяя, я в порядке, – сказал заикаясь Дрейк. И вдруг лицо полное нежности и волнения изменилось на лицо полное гнева.

– Я тебе говорила, что нельзя так долго не есть и тренироваться под солнцем в сезон солнцепёка, – сказала Кейтлин. – Я знаю, но только так я смогу стать сильнее и спасти дедушку, – решительно ответил Дрейк. Ведь когда они были проездом в городе 'Воздушного лезвия', Дрейк, точнее прошлый Дрейк, пристал к девушке из главенствующей семьи этого города, за что его хотели казнить, но дедушка убедил их обменять его на Дрейка, и теперь как только закончится сезон солнцепёка, дедушку казнят.

Поэтому Дрейк обязан стать сильнее. Не в этот раз. Но только не в этот раз, я не хочу, чтобы это все повторилось снова. Нет, в этом мире я не позволю никому из моих близких пострадать, я все сделаю. Наблюдая за Дрейком, Кейтлин впервые увидела его таким, его взгляд излучал уверенность и твердость, как будто он был тысячелетним дубом, который твердо стоял на этой земле, и ничего не могло его пошатнуть. Так и Дрейк излучал полную твердость своих намерений.

После того как Дрейк наконец осознал всё и съел обильный обед, за что он принялся с огромным аппетитом, что неудивительно, учитывая, что прошлый Дрейк умер, не ев более недели и просто тренировался под палящими солнцами.

Когда Дрейк закончил свои три порции лапши, он наконец-то решил посмотреть вокруг. И тогда он понял, что они с Кейтлин находятся в небольшой деревянной избушке где-то в глуши леса. Избушка была настолько маленькой, что там была всего одна комната, которая также служила и кухней. Там был только пол и три соломенных матраца. Что касается финансового положения... его просто не было...

Дрейк всё больше осознавал, что их положение было ужасным, и им нужно всё изменить. Единственным утешением было то, что в этом мире сила и сила воли и души имели наибольшее значение.

Оставался только один вопрос: как стать сильнее и стать сильнее очень быстро.

Дрейк думал про себя, что раз он переместился в этот мир, значит у него должна быть и эта штука, как её там называют в тех рассказах, система точно. Но тут в его голове раздался голос, который сказал: "И не надейся, бугагага."

Чёрт, после этого у Дрейка очень разболелась голова, и он уснул.

Он проспал примерно 10 часов, и когда открыл глаза, было темно, и Кейтлин уже спала. Он посмотрел на неё и увидел, насколько она всё-таки красива, свет от третьей Луны проникал через щель в крыше дома, освещая её прекрасное лицо. Он сильно покраснел и отвернулся. Он смотрел в потолок, думая о том, что ему делать, и как не потерять эту семью.

И тут он увидел свечение из-под его койки и очень удивился, ибо они много лет жили в этой хижине, и в воспоминаниях прошлого Дрейка ничего про это свечение не было. Единственное, что он знал, это то, что эта хижина принадлежала какому-то старому другу его дедушки по имени Джейк Рендэлл.

Дрейк осторожно встал с своей постели и увидел, что она не плотно прижимается к полу. Тогда он аккуратно ее подвинул. Под ней он увидел старую лестницу, ведущую глубоко под землю. Посмотрев вниз, он понял, что свет исходит с самого низа. Тогда он решил спуститься туда и все проверить. Он хотел разбудить Кейтлин и позвать собой, но передумал, ведь она и так натерпелась за эти дни из-за него. Все же, собравшись с силами и мыслями, Дрейк стал спускаться вниз.

Как только он опустился на пару ступенек вниз, он почувствовал холод, пробирающий до костей, и очень удивился. Ведь из полученных им воспоминаний в период солнцепёк в мире меча не может быть настолько холодно даже под землей. Но потом он осознал, что это холод, который действует не на тело, а на дух. Если сказать проще, он замерзал от страха. На секунду он даже засомневался, стоит ли лезть дальше, но быстро вспомнил, что ему нужно стать сильнее ради дедушки, и собрался с силой и полез дальше.

Чем ниже он спускался, тем больший холод его окутывал, и становилось сложнее контролировать своё тело. Собравшись с силами и напрягая свой дух на максимум, Дрейк принялся опускаться с большей скоростью с надеждой на то, что внизу давление исчезнет. По мере спуска он понял, что его дух не только перебывает под огромным давлением, но еще и становится сильнее от этого. У прошлого Дрейка уровень духа был самый низкий, эмбриональный на первой ступени, но теперь Дрейк явно ощущал, что его уровень уже на средине второй ступени, что было явным удивлением для него.

Ведь в мире меча дух это не то, что можно было легко развить. Ты должен был родиться с силой духа, и только один из 2000 человек рождались с этим даром. Но куда сложнее было ее развить, ведь из тех, кто родился с силой духа, только 1 из 10000 мог развивать ее дальше эмбриона. Сказать, что Дрейк был рад - ничего не сказать. Весь мокрый и на трясущихся руках, Дрейк наконец-то ощутил землю под ногами. Когда он стал и отдышался, он понял, что давление всё-таки исчезло, как он и думал.

Посмотрев по сторонам, Дрейк увидел небольшую комнату 3 на 3 и всего-то один предмет интерьера - это был старый бамбуковый стол. По ощущениям столу было несколько десятков лет (примечание: один год в мире меча сравним с 10-ю годами жизни на нашей земле). На столе лежала шкатулка, которая ощущалась, как старец, который прожил более 100 лет. От неё исходило что-то величественное и мощное. Дрейк не мог на своём уровне духа, эмбриональном, осознать всю глубину ощущений от этой шкатулки, но он понял, что это что-то экстраординарное.

Когда Дрейк успокоил свое сознание и собрался с мыслями, он решил приблизиться ближе к столу с шкатулкой. Начав идти, он не понял, что происходит, но приблизиться ближе, чем на полметра, он не смог. Он, как будто, врезался в невидимую стену. И тут он услышал голос в своей голове. "Ты не сможешь сейчас со мной подружиться, хи-хи-хм", - сказал голос. По ощущениям он принадлежал маленькой девочке лет 10-12. "Кто ты?" - спросил Дрейк. "Я? Я та, кто может раздвоить тебя только одной мыслью, хи-хи-хи", - ответил голос. Он напрягся, но не показал виду, и продолжил говорить.

"Как тебя зовут?" "Мое имя? Я уже и не помню… и правда, как меня зовут", - смутно произнесла девочка. Тут девочка начала плакать и истерить. Дрейк не растерялся и сказал: "Я буду называть тебя Чили. Тебе нравится это имя?" Девочка перестала плакать и задумалась. И тут, спустя почти минуту молчания, она сказала: "Чили, Чили меня зовут. Чили мне очень нравится это имя". Дрейк выдохнул с облегчением и понял, что все-таки к девочке можно найти подход и не расстаться с жизнью. "Но что ты такое, Чили?" - спросил он. "Я?" - Он почувствовал, как тон девочки изменился, и она с полной гордостью сказала: "Я небесное существо". Лицо парня изменилось, он стал очень нервничать.

Все знали в мире меча, кто такие небесные существа. Это величайшие во всем мире духовные партнеры, а также те, кто создал весь мир меча. Ведь не просто так в этом мире счет времени идет от великой битвы существ. Именно от таких существ, как Чили, произошел этот мир. Но главное не это, а то, что везде существа описывались как монстры разных видов, и они не умеют говорить, как минимум, так говорилось во всех историях и легендах о них. Дрейк сразу понял, что девочка не проста. "Чили, вся такая горда", - произнес он. "Удивлен? Я вижу, что да? Думаешь, как это существо и говорит? Я тебе скажу, потому что я из королевской семьи Аскал!!" Голова Дрейка уже раскалывалась от всей этой информации, он и так был слаб после того, как его дух был под невыносимым давлением, а теперь он узнал, что небесные существа все еще существуют, хотя из воспоминаний прошлого Дрейка он знал, что их не видели уже очень долго.

"Я вижу, что ты устал, хи-хи-хи. Потому что ты еще слишком слаб. Возвращайся и поспи, приходи завтра ночью и узнаешь остальное, хи-хи-хи. Люблю интриги", - сказала Чили и Дрейка откинула силой духа к лестнице. Он понял, что не стоит перечить этой маленькой демонице. Он пожелал ей спокойной ночи и начал подниматься вверх, в надежде, что при подъеме не будет такого давления, как при спуске.

На следующее утро Дрейк проснулся невероятно бодрым — таким свежим он не чувствовал себя даже в своей первой жизни на Земле. Он сразу понял: это результат ночного прорыва духа на вторую ступень. Парень впервые отчетливо осознал все преимущества культивации. В груди шевельнулась горькая обида: если бы на Земле существовала магия или культивация духа, возможно, он смог бы защитить свою настоящую семью и не позволил бы им погибнуть при тех страшных обстоятельствах...

Мысли об этом грозили вновь утянуть его в пучину депрессии, поэтому Дрейк жестко прогнал их прочь. Прошлое не вернуть, но сейчас он обязан сделать всё, чтобы сохранить свою новую семью.

Когда он поднялся с матраса, на столе его уже ждал скромный завтрак. Кейтлин сидела к нему спиной, неторопливо расчесывая свои длинные, нежно-голубые волосы. Дрейк замер. На это зрелище можно было смотреть вечно. То, с какой грацией и умиротворением она это делала, мгновенно успокоило его израненную душу.

Этот момент показался ему до боли знакомым, теплая волна ностальгии перенесла его в одно конкретное воспоминание. То самое утро 27 июля 2027 года... Он проснулся от запаха домашней еды и спустился на кухню. Вся его семья сидела за столом, весело болтая. Мама накрывала на стол, отец громко шутил и смеялся, а брат уткнулся в телефон, но после каждой отцовской остроты на его лице появлялась едва заметная, теплая ухмылка. Это был их последний счастливый день. Последнее утро перед тем, как всё рухнуло...

Наваждение испарилось. Дрейк моргнул, возвращаясь в реальность хижины.

— Доброе утро, — негромко произнес он.

Кейтлин от неожиданности подпрыгнула на месте и запустила в него деревянной расческой.

— Зачем так пугать?! У меня чуть сердце из груди не выскочило! Доброе утро... Я вообще не слышала, как ты встал. Садись есть, пока лапша окончательно не остыла, — сказала Кейтлин и тепло улыбнулась.

Дрейк вдруг искренне, громко рассмеялся.

— Ты чего смеешься? — озадачилась девушка.

— Да так, ничего, — улыбнулся он, присаживаясь к столу. — Просто мне так хорошо, как сейчас, не было уже очень и очень давно. Спасибо тебе.

— Какой-то ты странный в последнее время... Ешь давай, а то получишь, — шутливо пригрозила Кейтлин, но на ее губах играла добрая, облегченная улыбка.

За едой разговор принял серьезный оборот. Кейтлин, замявшись, тихо произнесла:

— Дрейк... у нас совсем закончились Солуны.

Парень молча кивнул. Из памяти прошлого Дрейка он знал, что Солуны (или Стоуны) были главной валютой этого мира. Они формировались из душ убитых магических монстров, и существовала их четкая градация: например, из ста монет 1-го уровня можно было выплавить одну монету 2-го уровня, и так далее. Без них они просто протянут ноги с голоду еще до казни дедушки.

— Я понял, — Дрейк отставил пустую тарелку. Его лицо стало серьезным. — Я пойду сегодня на охоту.

— Я с тобой! — мгновенно отозвалась Кейтлин, и в ее глазах вспыхнуло явное волнение.

— Нет, я пойду один. Я обязан стать сильнее, — твердо ответил парень.

Кейтлин хотела было возразить, но, взглянув в его глаза, осеклась. Перед ней сидел не прежний Дрейк, который бегал от любых трудностей. Этот новый, незнакомый юноша излучал абсолютную, непоколебимую стойкость. Девушка ушла в свои мысли и так и не смогла перечить его железной решимости.

Уходя на охоту, Дрейк рассчитывал встретить в лесу обычную духовную лису или волка первого уровня, чтобы добыть базовые Солуны и лишний раз не рисковать головой. Однако чем дальше он углублялся в чащу, тем сильнее росла тревога. Вокруг царила звенящая, мертвая тишина. По воспоминаниям дедушки, этот приграничный лес всегда кишел мелкой живностью, а сейчас он казался абсолютно вымершим.

Насторожившись, Дрейк обнажил свой старый, покрытый зазубринами меч.

Вдруг справа, в густых зарослях, раздался резкий треск ветки. Парень мгновенно развернулся на звук, но это был отвлекающий маневр. В ту же секунду страшный, парализующий удар прошил его левую ногу сзади. Острая сталь прошла сквозь бедро практически насквозь.

Дрейк попытался разорвать дистанцию и отскочить, но раненая нога подогнулась, и он с тяжелым стоном повалился на траву. Обернувшись, он похолодел. Нападавшим оказался гоблин-налетчик — уродливая тварь с грязно-зеленой кожей, длинными узловатыми руками и клыкастой пастью. Над его головой тускло тлела призрачная оценка мира: [Уровень 2.5].

Из кустов, откуда ранее доносился треск, неспешно вышел второй противник. Этот был чуть меньше, облачен в рваный темный капюшон ассасина, а в его лапе хищно подрагивал узкий длинный кинжал.

Любой обычный человек на месте Дрейка уже потерял бы сознание от болевого шока и страха. Но закаленный в подвале дух спас его: сознание работало четко и холодно. Парень мгновенно оценил ситуацию: лежа на спине с пробитой ногой против двух сыгранных монстров, он труп. Силой их не взять.

Значит, нужно играть на психологии врага.

Дрейк схватился за окровавленную ногу и истошно, в полной ментальной истерике закричал на весь лес:

— Пощадите! Пожалуйста, не убивайте! Я всё отдам, умоляю!!

Гоблины славились своей запредельной жестокостью. Они были садистами, которые обожали мучить жертву до смерти, растягивая удовольствие. Расчет Дрейка сработал идеально: монстры не стали добивать его сразу. На их уродливых мордах расплылись мерзкие ухмылки, и первый гоблин, хрипло гогоча, вальяжно пошел к лежащему парню, полностью опустив бдительность.

Один шаг. Полметра. Тварь занесла лапу для издевательского удара.

Сейчас!

Сжав зубы до крошева, Дрейк резко вскинул корпус вверх прямо с земли и влил всю доступную энергию духа в правую руку. Его потрёпанный меч со свистом пробил воздух и с влажным хрустом вошел гоблину точно в горло. Тварь даже не пикнула — ее глаза остекленели, и туша рухнула замертво. Над трупом начала медленно материализоваться дымка первого Солуна.

Второй гоблин в капюшоне мгновенно изменился в лице. Осознав, что их обвели вокруг пальца, он взвизгнул от ярости. Над его головой загорелась грозная метка: [Уровень 3.0]. Тварь превратилась в смазанную серую тень и в яростном прыжке рванулась к Дрейку, целясь кинжалом точно в сердце.

Дрейк понимал — скорость слишком высока, он физически не успевает выставить блок. Это был конец.

Вдруг воздух вокруг стал плотным, как свинец, и леденяще холодным. Раздался оглушительный, утробный рык, разрывающий барабанные перепонки, и колоссальная, жуткая волна чужой воли пронеслась по лесу, прижимая траву к земле.

Гоблин-ассасин в полуметре от Дрейка инстинктивно поддался животному ужасу перед лицом высшего хищника — он замер в прыжке и безумно обернулся назад, ища источник этой чудовищной ауры.

Дрейк сразу узнал этот холод. Чили!

Благодаря ментальной защите ее холода, парень единственный смог на долю секунды выйти из оцепенения. Используя этот шанс, он безумным рывком довернул кисть и всем весом навалился на рукоять меча, вонзая лезвие снизу вверх прямо в область сердца замершей твари.

Метка гоблина погасла. Силы окончательно оставили Дрейка, перед глазами поплыли кровавые круги, мир вокруг померк, и он без чувств рухнул на землю рядом с двумя мертвыми монстрами...

Провожая взглядом силуэт парня, скрывающийся в тени исполинских деревьев, Кейтлин замерла на пороге. В ее душе бушевал шторм из противоречивых чувств.

Она знала Дрейка, как никто другой. Они выросли вместе, и сколько она себя помнила, этот парень всегда невероятно раздражал ее своей легкомысленностью, ветреностью и полным отсутствием манер. Он никогда не думал о последствиях и выпаливал первое, что приходило в его пустую голову. Но сейчас, глядя на его удаляющуюся спину и мерно покачивающийся на поясе меч, Кейтлин ловила себя на странной мысли: перед ней уходил мужчина, которого она совершенно не знала.

Что могло изменить его так пронзительно и резко? Ответ лежал на поверхности — арест дедушки, в котором Дрейк был напрямую виноват. Очевидно, парня сожрала совесть. Вот только его внезапная решимость не сулила ничего хорошего. Он уже едва не схлопотал смертельный исход прямо во время домашней тренировки под палящим солнцем, а теперь и вовсе в одиночку отправился в чащу за Солунами.

Кейтлин тяжело вздохнула и вернулась в избушку. Как она могла ему помочь? Как спасти дедушку? Ответа не было. Они всегда были лишь безродными скитальцами, кочующими по миру на грани абсолютной нищеты. Девушка заглянула в глиняный горшок на кухне и наткнулась взглядом на дно — там оставалась последняя порция риса. Если Дрейк вернется ни с чем, они начнут попросту голодать. И тогда о спасении дедушки можно будет забыть навсегда.

Ее лицо помрачнело, но Кейтлин не привыкла долго унывать. Тряхнув головой, она решительно прогнала панику. Нужно действовать. Она решила приготовить этот последний рис к возвращению Дрейка — приготовить так, чтобы он стал самым вкусным блюдом, которое она когда-либо делала.

Разведя огонь в небольшом очаге, Кейтлин принялась за работу, вновь погружаясь в невеселые думы. Почему этот мир настолько жесток? Легенды рассказывали о жутких небесных существах и древних монстрах, способных за секунды стирать с лица земли целые города. Интересно, существовал ли где-то другой, мирный мир? И каким бы он был?

Впрочем, размышляя об угрозах, Кейтлин поймала себя на еще более страшной мысли. Монстры убивали, подчиняясь слепым первобытным ининстинктам выживания. Настоящим же кошмаром этого мира были люди. Алчные, жестокие, наделенные разумом, они грабили и уничтожали собственный вид не ради пропитания, а ради прихоти, власти или извращенного удовольствия. Взять хотя бы ту самую главенствующую семью города Воздушного Лезвия, которая бросила их дедушку в темницу ради забавы и демонстрации своего влияния...

Кейтлин злилась. Душевная боль и скрытый гнев начали резонировать с чем-то глубоким внутри ее тела. Она так сильно погрузилась в свои мысли, что совершенно перестала замечать реальность.

Она не заметила, как воздух в хижине едва уловимо завибрировал. Не заметила, как вокруг ее головы начал формироваться призрачный, тонкий серебряный ореол, излучающий мягкое, мистическое свечение. И уж тем более она не заметила, что изголодавшийся очаг уже вовсю жег их последнюю порцию риса, и по комнате пополз едкий запах гари.