Путь для души (Новелла) Reanu Умерев, Стелла, Магистр Магии, пришла в себя в новом теле и другом мире, но и эта жизнь не задалась. После череды неудачных попыток всё наладить она решает запустить своё существование по новой. Снова — тело без единого воспоминания, враждебное окружение, где не поймёшь, кто свой, а кто чужой, и неясные виды на будущее. Впрочем, у Стеллы остались накопленный опыт и загадочная сила, которая тянет её куда-то вперёд. ==================== В путь Каждая история стремится быть рассказанной. Каждое сокровище ждёт своего обладателя. Начатые дела стремятся к своему завершению, а не начатые к воплощению в жизнь. Наследия жаждут быть переданными, династии хотят продолжаться, сакральные знания ищут пророков, а легенды героев. Все эти намерения формируют судьбу. Стелла посвятила изучению этого явления не одну тысячу лет, всё с тех самых пор, как её собственная судьба свернула не туда, куда бы ей хотелось. А начиналось всё довольно неплохо. Прожив довольно спокойную жизнь в мире науки и технического прогресса она умерла, и её душа вместе со всеми воспоминаниями переселилась в мир магии. "Вот оно!" - Думала Стелла, стоя на погорелых развалинах родового поместья предыдущего обладателя её тела, - "Мой новый старт! Меня ждут чудеса и магия!" Отчасти это действительно было так, чудеса встретили её гостеприимно, талант к магии обеспечил быстрый старт и прочил славное будущее. Стелла упорно изучала премудрости магии, работая над собой даже тогда, когда все остальные останавливались, и это приносило свои плоды. Но были и побочные эффекты. От чрезмерной нагрузки на разум и нервную систему Стелла не заметила как выгорела. Окружающие видели в ней превосходного Магистра Магии, инноватора, изобретшего множество новых заклинаний и внедрившего магию даже в жизнь простых людей, но внутри она была пустой оболочкой, неспособной на эмоции. Разумом она помнила, что это такое, радоваться вместе со всеми, грустить и веселиться, влюбляться и страдать, но в жизни её больше не было волнений. Для неё как для мага, это было не так уж и плохо, но для Стеллы как личности это был полный провал. К чему стремиться, если ощущение счастья больше не достижимо? Сначала она просто искала способ излечить своё тело и разум, но со временем поняла, что недуг её куда глубже чем кажется. Чтобы преодолеть свою судьбу Стелла посвятила всю себя новым исследованиям и накоплению ресурсов, и через много тысяч лет была готова к осуществлению грандиозного плана, по заимствованию силы судьбы для обретения новой жизни более высокого качества. [[image:/storage/reader-images/c1873ac4a2ed0e7864d0705854f99e8a5909236d.jpg]] Глава 1. В путь Стелла последний раз глянула на выгравированный в гранитном полу магический круг, охватывая его своим восприятием целиком. Она проверяла его не одну тысячу раз за последнюю сотню лет, но сегодня был особенный случай: все остальные приготовления были завершены и этому кругу предстояло, наконец, быть запущенным. Женщина стояла на самом верху огромной башни, построенной из гранитных блоков единственным образом для того, чтобы послужить площадкой для сегодняшнего магического эксперимента, который она намеревалась провести над самой собой. Этот эксперимент мог окончится её смертью, но ей было уже всё равно, да и откладывать тоже было бессмысленно. Она стала методично обходить все узлы заклинания и на каждый выкладывала подготовленный заранее артефакт. Их было не меньше сотни, и каждый мог бы повлиять на судьбу целой нации, но сейчас их участь была незавидной - все одни должны были единовременно сгореть как топливо поддерживающее магический круг. Стелла собирала эти артефакты по всему миру не одно тысячелетие для одного лишь этого момента. Когда работа была закончена она встала в самый центр и с безразличием посмотрела на солнце. Светило было недалеко от зенита, а рядом с ним виднелась чуть заметная тень. Этот день был тщательно выбран для того чтобы увеличить шансы на успех. Осталось только дождаться, когда солнце поднимется ещё выше и скроется за тенью, и можно будет запускать круг. Если бы Стелла могла, она бы, наверное, волновалась, но она потеряла эту способность много тысячелетий назад. Несмотря на то, что сейчас решалось, жить ей или умереть, лицо её выглядело застывшей маской без единого признака эмоций. Это было лицо не слишком красивой женщины, совсем недавно вошедшей в пору своей зрелости - Стелла так торопилась достичь того уровня накопления маны, когда физическое тело перестает стареть, что совершила множество ошибок в своем развитии. Некоторые из них удалось исправить, а некоторые оказались необратимы, по крайней мере, в этой жизни. И теперь пришло время отправиться в новое путешествие и начать жизнь новую. Когда солнечный диск закрыла тень, Стелла выплеснула весь свой резерв маны, заставляя руны, вырезанные в граните наполниться силой магии и засиять. Сотни артефактов рассыпались в пыль, но то что оставалось после них золотистым светом проходило через контуры заклинаний и окружало фигуру женщины плотным коконом. Через некоторое время тело Стеллы стало растворяться в этом золотистом сиянии, но её сознание оставалось ясным, и она прекрасно осознавала, что происходит. Постепенно золотистое сияние закружилось вихрем и, подхватив более не связанное плотью сознание, полетело в неизвестном направлении. Оно беспрепятственно преодолевало пространственные барьеры и проникало сквозь миры, мчалось через безвоздушные пространства, мимо звезд и планет, мимо аморфных скоплений и высокоразвитых цивилизаций. Стелла, наблюдала за всем со стороны, своей бестелесной душой впитывая этот удивительный опыт. Сколько прошло времени её даже не интересовало, более того понятия времени для неё в тот момент вообще не существовало. Слившись с золотистым вихрем она сама стала им, стремительным, безучастным, и только въевшийся за тысячелетия в душу инстинкт исследователя заставлял изучать и анализировать увиденное. Но в какой-то момент Стелла поняла, что и это путешествие подходит к концу. Скорость, с которой вихрь перемещался, снизилась, и она успела рассмотреть обширные просторы нового мира, в котором ей, похоже, предстояло теперь жить. Перед её взором мелькнула зелено-голубая планета, потом вихрь резко пошел на снижение, всё замелькало неразборчивым калейдоскопом, и последнее, что Стелла успела зафиксировать были открытые, но безжизненные глаза на лице молодой девушки. В следующее мгновение весь вихрь сгруппировался в небольшой, но очень плотный комок мерцающего золота и, разделившись на два потока, вместе с душой Стеллы нырнул через зрачки этих безжизненных глаз. [[image:/storage/reader-images/f3b287ef9b2b6af9b32172c0fe7b7e8f7b41684f.png]] ---------- Слияние Ощущения возвращались постепенно. Сначала она почувствовала своё тело, лежащее на чем-то твердом и неровном, но от невозможности двигаться было трудно определить что-то большее. Потом пришло ощущение холодного ветра, задувающего ей под одежду. Чуть позже тишину разорвали звуки ревущего и разбивающегося о камни потока воды. Через некоторое время она смогла ощутить окружающие её природные запахи, и только потом начало возвращаться зрение. Всё что она видела - это голубое небо с плывущему по нему белыми облаками ограниченное с одной стороны вздымающимся утёсом. Она лежала, по-видимому на камнях, где-то совсем близко текла быстрая река, поскольку на лицо ей периодически попадали холодные брызги. Если бы она могла хотя бы переместить взгляд, она бы узнала больше, но тело её воле не подчинялось, Стелла могла лишь созерцать небо, прислушиваться к ощущениям и раздумывать о своем положении, которое пока что, с какой стороны не посмотри не казалось хорошим. И вместе с этой мыслью она почувствовала, как её душу подспудно сковывает какое-то леденящее чувство. Оно было таким неприятным и непривычным, что Стелла даже не сразу сообразила, что это всего-навсего банальный страх. Это чувство так давно исчезло из её жизни, что его возвращение само по себе привлекло внимание Стеллы. Если вернулся страх, то и всё остальное, наконец, вернётся? Какое-то время она лежала упиваясь этой вновь приобретенной возможностью, но потом страх потускнел и она переключилась на остальное. Ощущения от тела становились всё более интенсивными, но до полного контроля оставалось ещё, по всей видимости, довольно долго. Чтобы в этом процессе не произошло сбоя, Стелла решила ни во что не вмешиваться и все свои изыскания оставить до полного слияния. Время тянулось медленно, но неумолимо, потихоньку становилось прохладней, небо заволокло облаками и на смену солнечному дню наступил вечер. Она уже могла самостоятельно моргать, слегка двигать головой и пальцами, но движения посущественней пока оставались недоступными. Она невольно припомнила, что в прошлый раз, при её первой реинкарнации всё происходило как-то побыстрее. К тому же оставался ещё вопрос, почему она находится в таком месте? Если посмотреть со стороны, то почему бы вообще кому-то лежать распростертым на камнях в речном каньоне. Вот и она невольно начала думать, что предыдущая хозяйка тела упала вниз с утёса, а по своей воле или чужими стараниями Стелле ещё предстояло узнать. Чтобы её душа с таким комфортом разместилась в новом теле, предыдущая должна была к этому моменту его уже покинуть, так что это падение скорее всего было фатальным. Примерно то же самое произошло и в прошлый раз, хоть и инициирован он было не ею, но её душа переместилась в тело пострадавшее при разрушении здания, когда оригинального сознания в нём уже не было. Постепенно на утёс опустились сумерки, а в каньоне так и вовсе стала сгущаться зловещая тьма. К этому моменту она могла еле-еле двигать руками, но о том чтобы опереться и хотя бы сесть речи пока не шло. Стелла уже начинала думать, что сможет уйти отсюда на своих ногах в лучшем случае только к утру. И поскольку не было никакой уверенности, что это место ночью будет безопасным - вполне возможно, что ей придется отказаться от своего решения подождать полного слияния и воспользоваться чем-нибудь из арсенала её предыдущей жизни. И вот когда она уже с сомнением перебирала в уме защитные заклинания, для первого раза попроще, сверху с утеса, как опавший с дерева листок, ей на грудь медленно опустился вырезанный из бумаги человечек. С некоторым усилием она подняла руку, схватила бумажку и поднесла её к глазам. Человечек был размером с ладонь и на одной его стороне была надпись красным. Сложные штрихи складывались в неизвестные символы, поэтому что именно было написано на человечке она определить не могла. Переведя взгляд туда, откуда упал человечек, она заметила на утёсе движение. Появился темный силуэт, как будто заглядывающий вниз, и через мгновение тишину прорезал возглас на незнакомом языке. Хоть она и не поняла сути, но голос был взволнованным и даже слегка напуганным, видимо, открывающееся сверху зрелище человека совсем не обрадовало. Интересно, к добру это или к худу? [[image:/storage/reader-images/e66ed9f570df39cc26ed40a9482b9ebcfc056f7d.png]] ---------- Найдена Долго размышлять об этом Стелле не пришлось. Ещё не успело окончательно стемнеть, как невдалеке послышался приглушенный разговор двух человек, мужчины и женщины, а потом в зоне её видимости появились и сами люди. Их намерения были неясны, поэтому мысленно она уже приготовила парочку простых заклинаний на случай если придётся обороняться. Вот будет смешно, если они в этом мире по какой-то причине не будут работать. Женщина держала в руках фонарь, мужчина же шел налегке. Увидев распростертое на камнях тело, они с обеспокоенными криками поспешили к нему. Не ощутив от этих двоих никакой угрозы Стелла немного успокоилась, позволяя себя осмотреть. Обнаружив признаки жизни и сознания в её глазах оба явно немного успокоились. Женщина принялась деловито осматривать её тело на предмет повреждений, после чего скомандовала мужчине, и тот поднял Стеллу на руки как принцессу и понёс куда-то вдоль реки. Она, конечно, не сопротивлялась. Во-первых, было не похоже, что эти двое хотели ей навредить, скорее наоборот, возможно, они целенаправленно искали её чтобы оказать помощь. А во-вторых, поскольку она ничего не знала о месте и ситуации в которой оказалась, было разумнее плыть по течению и собирать информацию прежде чем что-нибудь предпринимать. Они довольно быстро выбрались из каньона, прошли по тропе через небольшой лесок и вышли к поселению. К этому моменту уже было темно, а фонарь в руках женщины освещал только ближайшие три метра, практически наглухо блокируя видимость дальше, поэтому увидеть что-то кроме световых пятен то тут то там Стелла не могла. Изрядно попетляв мужчина занёс её, наконец, в помещение и уложил на большую заправленную мягким одеялом кровать. Женщина тем временем зажгла в комнате ещё несколько источников света, позволив Стелле, наконец, осмотреть место в котором она оказалась и людей которые её сюда принесли. Комната была просторной, обставленной одновременно просто и изящно. Деревянная резная мебель, тканевые разноцветные драпировки, вазы с живыми цветами, плетёные ковры на полу и ширма, отгораживающая половину комнаты, всё это было так непохоже на ту обстановку, в которой Стелла как Магистр Магии прожила последние несколько тысяч лет. Мужчина, принесший её, присел на край кровати и сказал что-то успокаивающее. На вид ему было около тридцати лет, и первое что выделялось при взгляде на него это был длинный шрам пересекающий лицо от скулы до скулы. В остальном он был довольно обычным, с насмешливыми карими глазами, подвижным улыбчивым ртом, небритой щетиной недельной давности и длинными каштановыми волосами собранными в хвост. Женщина же оказалась довольно молодой девушкой, глядя на её лицо, можно было сказать, что ей не больше двадцати лет. Её изумрудные глаза смотрели на мир внимательно и немного сурово, а губы были сжаты в прямую тонкую линию. Её длинные волосы были заплетены в косы, а на руках можно было рассмотреть странного вида узоры. Одеты они оба были в простую хлопковую одежду, но если мужчина выглядел в ней довольно естественно, то девушка, казалось, привыкла носить что-то другое. Кинув на своих спасителей благодарный взгляд, Стелла попыталась поудобнее устроиться. Впереди была целая ночь, и благодаря этим замечательным людям она проведёт её не на холодных и жёстких камнях, а в настоящей уютной постели. Мужчина сказав что-то на прощанье ушёл, а девушка поставила рядом с кроватью стул, села на него и с вопросительной интонацией что-то сказала. Поскольку ответить ей Стелла ничего не могла, то просто закрыла глаза, давая понять, что разговора не будет. Поскольку никаких воспоминаний от предыдущего хозяина тела не осталось, всё что она теперь могла сделать, так это инсценировать полную потерю памяти. В прошлый раз пришлось даже ускоренным темпом учить местный язык, но теперь она очень надеялась, что сработают заклинания, и она обойдется без адаптационного периода. В любом случае, со всеми этими проблемами Стелла разберется завтра, как только сможет встать на ноги, а сейчас чтобы не привлекать лишнего внимания, лучше сделает вид что спит. Не дождавшись ответа, девушка ушла, оставив её в одиночестве. Время текло минута за минутой, час за часом, Стелла не заметила как уснула, а когда проснулась, то за окном было уже светло. [[image:/storage/reader-images/bbd62084c9e1fb0ace829024681bf25083d558ed.png]] ---------- Транслирующая магия Открыв глаза, Стелла потянулась. Даже такое простое действие заставляло её ощущать давно забытое чувство удовольствия и удовлетворения. Для неё это значило, что весь путь к новому телу был проделан не зря. Стелла села на кровати и осмотрелась. В комнате никого не было, а значит можно было попытаться разобраться с текущей ситуацией. Для начала надо было понять, насколько актуальными остались её магические навыки. Магия как таковая была инструментом, использующим энергию и волю мага для манипуляций с реальностью. Зная законы мироздания и обладая достаточными ресурсами для их изменения можно было творить практически всё, что душе угодно. И если воля её осталась неизменной, энергию можно было извлечь из идеально сохранившейся души Стеллы, то теперь всё упиралось в законы управляющие миром. Были ли они теми же самыми, что и в предыдущем мире? Поскольку её информационная сущность, она же душа, была перенесена сюда без изменений, то по крайней мере законы, управляющие информационными потоками, не должны были существенно измениться. А значит, применив транслирующее заклинание, она сможет понимать местную речь безо всяких проблем. Сев на кровати, Стелла сосредоточилась, восстанавливая перед внутренним взором контур заклинания и прикидывая, сколько энергии на него придётся извлечь. В её предыдущем мире стать магом можно было имея чувствительность к мане - энергии созидания, и способность ею манипулировать. Чтобы высвобождать ману - заклинателю нужно было пропустить её через себя и складировать в специально созданном для этого резервуаре маны, который со временем можно совершенствовать и развивать. Резервуары были трёх типов: духовный, физический и альтернативный. Духовный резервуар существовал в связи с душой, и его истощение могло привести к разрушению разума и потере воспоминаний, но зато развитие души увеличивало резервуар, а постоянное накопление маны улучшало умственные способности, ускоряло мышление и связанные с этим функции. Физический резервуар накапливал ману во всём теле, позволяя укреплять его и улучшать телосложение, но перерасход маны из физического резервуара вел к истощению тела и болезням. Альтернативный же резервуар создавался исключительно для хранения маны и был независим от физического и духовного состояния заклинателя, он образовывал в теле человека альтернативное измерение, которое можно было со временем преобразовывать, но это требовало существенных усилий и выдающихся познаний в магии пространства и управления сущностями. Будучи Магистром Магии Стелла имела все три резервуара, на развитие которых потратила существенную часть своей жизни. Но лишившись тела, она одновременно потеряла и физический резервуар и альтернативный, поскольку он хоть и являлся независимым пространством, но всё же был привязан к физическому телу. Кроме того, активируя своё последнее заклинание она потратила абсолютно всю ману из альтернативного резервуара, и под давлением золотистого вихря, он распался. Единственное, что у неё сейчас осталось - это духовный резервуар. Он существовал в тесной связи с душой и не только не потерялся в путешествии, но ещё и развился, подпитанный всем тем богатым опытом, который Стелла приобрела путешествуя с золотистым вихрем судьбы. Поэтому сейчас было единственным выходом использовать именно его. Извлекая энергию из резервуара души, Стелла чувствовала приятное удовлетворение и даже некоторую гордость, ощущая океан маны, который был в её распоряжении. Совсем скоро транслирующее заклинание закрепилось вокруг головы невидимым обручем. Оно будет совмещать звуковые волны с информационными, поступающими напрямую из мозга, транслируя смысл сказанного и не позволяя понять, что разговор ведется на разных языках. Оно так же поможет гораздо быстрее выучить местный язык и исчезнет как только в нём больше не будет необходимости. Почувствовав, что привычный процесс запуска заклинаний нисколько не изменился в этом мире, Стелла вздохнула с облегчением. Неизвестно, что готовила ей новая жизнь, но знания о магии будут ей хорошим подспорьем, так же как в прошлой жизни ей приходилось опираться на свои познания в науке и технике. [[image:/storage/reader-images/60489a168167cf5f047cc189da0f68ee1537007d.png]] ---------- Амая Закончив свой первый эксперимент с магией она встала и прошлась по комнате. Заглянув за ширму Стелла обнаружила за ней гардероб с ворохом одежд разного цвета, которые она не совсем понимала как носить, а также большое зеркало в тяжелой деревянной оправе. Чуть помедлив, она подошла и взглянула на свое отражение. Её новое тело принадлежало девочке, на вид не больше чем тринадцатилетней. Её цветущий вид немного расходился с тем фактом, что вчера она упала со скалы и пролежала весь день на острых камнях без воды и пищи. Разве что её длинные волосы странного серого цвета с голубым оттенком были растрёпаны, а местами свалялись в колтуны. Её светлая кожа дышала свежестью, а фиолетовые глаза смотрели на отражение в зеркале с недоверием. Одежда девочки состояла из синего шёлкового платья чуть выше колен с затейливой вышивкой по вороту и рукавам и разноцветных плотных чулок, держащихся выше колена на честном слове и непонятной магии. Девочка в зеркале была очень симпатичной и лет через пять превратилась бы в красивую молодую девушку. В прошлой жизни внешность Стеллы была довольно посредственной, но на этот раз она, кажется, выиграла "джекпот". Увлечённая рассматриванием себя в зеркале Стелла не заметила, как входная дверь отворилась и в комнату зашла та же самая девушка, что ночью помогала поднять её из ущелья. Стелла внутренне вздохнула. Ещё в прошлой жизни необходимость выкручиваться без базовых знаний о жизни в новом мире научила её беспроигрышной тактике. Девочка медленно повернулась и мало что выражающим голосом поинтересовалась: «Кто я? Где я?» «Госпожа, что за глупые игры!» - разозлилась девушка, и одновременно с этим испугалась. Вчера, найдя свою госпожу в Ущелье Серой Змеи, она была в ужасе. Если бы с девочкой что-нибудь случилось, то жизнь её доверенных слуг стала бы сплошной катастрофой. Обнаружив что Госпожа жива, и её тело не получило особых повреждений, девушка вздохнула с облегчением, но сейчас, понимая, что внешние повреждения это далеко не всё, что могло произойти с её Госпожой, по спине девушки пробежал холодок. - «Сейчас же скажите мне, что это была неуместная шутка!» Но девочка продолжила смотреть на неё абсолютно серьёзным взглядом и снова сказала: «Не могу ничего вспомнить. Ты знаешь, как меня зовут?» Девушка тяжело вздохнула и села на стоящий поблизости табурет. «Я очень надеюсь, что Вы притворяетесь. Если же нет, то я скажу кто Вы. Вас зовут Амая: Коен Амая иль Тэ, старшая дочь кровной ветви Коен из великого клана Тэ.» «Амая?» - неуверенно повторила девочка. - «А тебя как зовут?» «Я Нена, Ваша личная служанка,» - ответила девушка, всё больше убеждаясь, что Госпожа не притворяется, и теперь лихорадочно соображая, что же ей делать. - «Вы совсем-совсем ничего не помните?» «Как вы меня принесли вчера в дом помню, как лежала глядя в небо помню, а как оказалась на камнях, и всё что было до этого не помню,» - Стелла нахмурилась и закрыла лицо руками, изображая болезненное смятение. Некоторый опыт в разыгрывании амнезии у неё уже был. - «Если пытаюсь вспомнить, то начинает болеть голова. « «То есть, кто Ваши родители, что это за место, и почему Вы тут оказалась, Вы тоже не помните?» - уточнила служанка, до последнего надеясь, что всё это глупый розыгрыш, пусть он и вовсе не в стиле её Госпожи. [[image:/storage/reader-images/9fe097be4585d5a24e53240b72629d03198e65da.png]] ---------- Сюрприз Стелла отрицательно повертела головой. Слово "родители" вызывало у неё довольно противоречивые чувства. Её родители остались в том мире, где она жила две жизни назад, и воспоминания о них были весьма расплывчатыми, тем не менее, многие аспекты своей личности она пронесла именно из того времени и должна была поблагодарить за них маму с папой. Во второй жизни это сыграло с ней злую шутку, поскольку в мире магии те моральные ценности, которые привила ей спокойная и размеренная семейная жизнь в мире научного прогресса оказались не актуальными. К тому же, вступив на путь мага, она поняла, что это дорога одиночества. Многие тысячи лет в её жизни полностью отсутствовали такие люди, которых можно было бы назвать словами "семья" или "друзья", и Стелла уже, кажется, разучилась с ними взаимодействовать. Стелла рассчитывала, что служанка сейчас примется объяснять ей, что за семья вырастила её, но та почему-то только расстроено поджала губы, как будто за этим стояло что-то неприятное. Потом она поднялась со стула и пошла к выходу. «Подождите тут пару минут,» - попросила она девочку уже в дверях. - «Я отправлю Туана за кем-нибудь, кто сможет Вас осмотреть,» - и скрылась. Стелла сразу подумала, что Туаном звали того мужчину, что помогал вчера вытаскивать её из каньона. Оставшись одна, она снова встала перед зеркалом. Осмотреть себя Стелла могла и сама. Конечно, её магическое восприятие, усиленное стимулирующими техниками и заклинаниями осталось в прошлой жизни, но что-то она всё же могла продиагностировать. Стелла закрыла глаза и устремила взор души внутрь своего тела. Её душа прошла через существенное усиление после тысяч лет взаимодействия с духовным резервуаром и судьбоносного путешествия к новому телу, поэтому могла видеть то, что было недоступно обычным людям. И только обратив внимание на физическое состояние этого тела, она была совершенно ошеломлена. У неё уже были подозрения о том, что тело Амаи не совсем обычное - начиная с того что Стелле понадобилось так много времени, чтобы овладеть им, и заканчивая полным отсутствием повреждений от предполагаемого падения с утёса. Но то что она увидела в реальности повергло её в шок. Тело этой девочки было совершенным во всех отношениях - ни одного дефекта в строении органов или тканей, идеальный баланс и безупречная работа всех систем. Более того, казалось, что все ткани её организма были сотканы из какого-то другого материала. Её на первый взгляд обычные мышцы содержали в себе невообразимую для юной девочки силу, а кожа, свежая и нежная на вид оказывается была прочнее стали. Не до конца веря своим внутренним исследованиям, Стелла нашла в гардеробе шпильку и попыталась проткнуть себе подушечку пальца. Обычного усилия для этого не хватило, но приложив силу своих необычных мышц, ей это удалось. Легкая боль пронзила руку и в следующий момент исчезла. На пальце появилась малюсенькая капля алой крови, но когда Стелла слизнула эту каплю, то обнаружила, что кожа уже затянулась и вернулась к своему совершенному состоянию. Снова послышался скрип открываемой двери, и Стелла поторопилась спрятать шпильку обратно. Нена вернулась к своей госпоже. Она была расстроена и напряжена, как будто ожидала очень неблагоприятного развития событий. «Туан сейчас приведёт кого-нибудь из лазарета, чтобы Вас осмотрели…» - сказала Нена и в воздухе повисла неприятно звучащая пауза. Амая молчала, давая возможность девушке сказать то, что она хотела, но не решалась. И через какое-то время Нена всё-таки продолжила: «Госпожа, я доложила о происшествии Вашим родителям, они очень обеспокоены, но совершенно не могут помочь Вашей ситуации. Условия Вашего возвращения домой не изменятся ни при каких обстоятельствах. « «Условия моего возвращения домой?» - Стелла изобразила на лице замешательство. - «Я разве не дома?» [[image:/storage/reader-images/10f9ddb13d6f2d2ab69752fa7990d80fb85d0f81.png]] ---------- Условие Нена вздохнула, как будто ей приходилось объяснять что-то очень утомительное. «Мы с Вами сейчас находимся в Школе Стремительных Бьё, это одна из трёх школ духовного мастерства большого клана Бьё.» Для Стеллы все эти слова абсолютно ничего не значили, единственное, что она могла извлечь, так это то, что находится в какой-то школе. Тем не менее она машинально складывала всю эту информацию у себя в голове, чтобы при первой возможности разобраться. Первое, чему учили магов в её предыдущем мире, так это навыкам обращения с информацией. Магам надо было очень много запоминать и анализировать, а так же никогда нельзя было знать, что из всех полученных знаний пригодится, поэтому сначала они осваивали техники и практики запоминания, а также развивали душу, чтобы она была более восприимчивой. Тем временем Нена продолжала: «Вас отправили сюда старейшины клана Тэ для того, чтобы Вы работали над собой, и поставили условие, что Вы сможете вернуться, только тогда, когда станете лучше всех своих сверстников из Бьё.» С каждым словом служанка мрачнела всё больше, как будто это условие было чем-то запредельным и невыполнимым. Стелле даже казалось, что она слышит скрежет зубов сквозь плотно сжатые губы Нены. «Это так трудно сделать?» - наивно спросила девочка, глядя на служанку своими большими фиолетовыми глазами. Нена чуть не задохнулась от возмущения, а потом вспомнив, что Госпожа потеряла память, терпеливо продолжила пояснять. «Для представителя клана Тэ это не должно было стать большой проблемой, но наша Юная Госпожа немного особенная. Ваша особенность не даёт Вам полноценно развиваться, поэтому мы находимся в этой школе уже почти год совершенно без какого-либо прогресса, и, по всей видимости, старейшины просто решили таким образом от Вас изящно избавиться. Ваше падение в Ущелье Серой Змеи мне тоже не даёт покоя. Наша жизнерадостная Амая иль Тэ не могла покончить жизнь самоубийством, поэтому теперь я даже боюсь, как бы у кого-нибудь из местных не было приказа Вас по-тихому убить.» Стелла не подавала виду, но внутренне сильно удивилась, и не столько тому, что её куда-то сослали, сколько тому с какой лёгкостью Нена говорит об этом своей тринадцатилетней Госпоже. Пока служанка рассуждала о подлости старейшин клана Тэ, Стелла решила проверить одну из гипотез и потянулась своей душой, чтобы исследовать телосложение Нены. Она ожидала увидеть что-то подобное тому, что увидела в своём теле, но нет. Телосложение Нены было довольно обычным, может, лишь чуть получше чем у простого человека. Тем не менее, через её мышцы и кровеносную систему проходило некоторое количество маны, что делало её сильней и выносливей. Мана была не слишком концентрированной, и накапливалась по её телу неравномерно, что явно указывало на дилетантский подход, до физического резервуара ей с таким уровнем накопления ей было далеко. У самой Амаи не было в теле даже и такого количества маны, тем не менее, материал из которого девочка была слеплена находился совершенно на другом уровне, и если наполнить этот сосуд энергией, то можно было сделать из него превосходный физический резервуар. Будь у неё такой в прошлой жизни, она бы, наверное, до сих пор жила припеваючи великим Архимагом. «Каким же образом определяется, кто лучше всех?» - уточнила Стелла. «Турнирном, конечно,» - ответила Нена, не задумавшись ни на секунду. - «Кто сильнее всех, тот и лучше, разве это не очевидно?» Стелла округлила глаза. Неужели, в этом мире всё меряется силой? Ни в одной из её предыдущей жизней ей не приходилось накапливать силу. В первой жизни мерилом успеха были деньги, во втором - знания. Маги низкого уровня, конечно, участвовали в войнах, и даже ей немного довелось изучать боевую магию, но лишь поверхностно. Как только её исследования начали приносить ощутимую пользу и влиять на жизни масс, её военная карьера сразу закончилась. Получается, сейчас ей придется учиться сражаться? [[image:/storage/reader-images/10b0656d9665a65a4334a26870f3c3bab1fe9dd8.png]] ---------- Фладир «Ах!» - опомнилась Нена, - «Госпожа же потеряла воспоминания!» Стелла подумала, что её служанка немного переигрывает, и относится к ней снисходительно, как к глупому ребенку. Была ли Амая глуповатой? Да нет, с таким безупречным телом ее мозг тоже должен был работать идеально. Тогда почему? «Мне нужно участвовать в турнире и всех победить?» - Продолжала допрашивать служанку Стелла. - «Какие средства можно использовать для победы?» «Всех в своей возрастной группе,» - пояснила Нена. - «Вам нужно стать лучшей в Школе Стремительных, а потом ещё победить лучших юниоров из двух других Школ Бьё. А что касается средств - то все доступные. К сожалению, до этого момента Вы, Госпожа, могли использовать только преимущества своего Алмазного тела, поэтому победить тех, кто владеет высокоранговыми духовными техниками у Вас не получалось.» Термин "духовные техники", звучал непривычно, но интерпретирующее заклинание переводило не слова, а информационный поток, так что Стелла смогла понять, что это способы определенным образом усиливать тело либо оружие с помощью маны для достижения оптимального эффекта в боевом искусстве. В ее прошлом мире подобное использовали разве что мастера меча, да и то, пока не достигнут приличного уровня владения аурой, другой интерпретацией маны. Помимо этого, Стелла отметила, что у её безупречного тела даже было название, к тому же как нельзя более подходящее. «Алмазное тело?» - Стелла решила подтолкнуть разговор в нужное русло. «Вы, Госпожа Амая, родились с особенным телом, прочным и прекрасным как алмаз,» - Нена даже не задумываясь выдавала нужную Стелле информацию. - «Вы с детства обладали безупречным здоровьем, сверхчеловеческой силой и быстрой регенерацией. Но насколько прочен алмаз, настолько же труден в обработке. Ваше тело обеспечивает вас силой и одновременно ограничивает, из-за его неподатливости Вы не можете изучать духовные практики, и неизбежно отстаёте от сверстников.» «Духовные практики так важны?» «Конечно! Духовные практики позволяют человеку выйти за собственные пределы. Кто обладал слабым телом - станет сильнее, проводя через него эфир. Если пойти ещё дальше и сформировать эфирный источник, то можно продлить жизнь, или и вовсе обрести вечную юность.» Вечная юность без сомнения была самым заветным желанием многих женщин, да и мужчин тоже, и только ради этого они готовы были свернуть горы. Что уж говорить, если сама Стелла в прошлой жизни так рвалась к этой цели, что даже не заметила как сама разрушила свою жизнь. Но сейчас у неё на руках был даже и не один рецепт вечной молодости, и она уже готова была начать их применять. Но, кажется, придётся немного подождать и интегрировать опыт этого мира, чтобы быть уверенной в результате. «Если это школа, значит здесь кто-то может научить меня духовным практикам?» Нена на этот раз почему-то не ответила, а только тяжело вздохнула. Стелла хотела продолжить расспрашивать её всякие подробности про эту школу, но внезапно дверь в помещение отворилась, и в комнату вошёл Туан. За ним следом шел невысокий мужчина в бело-голубом халате и сандалиях на босу ногу. Его длинные волосы чёрного цвета были собраны в хвост на затылке, а на лице примостились громоздкие очки в круглой оправе. От него исходило неприятное чувство, как будто его взгляд из под очков безостановочно сканировал обстановку. Стелла неосознанно подобралась, раздумывая, не может ли он заметить в ней чего-нибудь подозрительного, и даже не стала сама исследовать этого мужчину, на случай если он окажется чувствительным к такого рода вещам. «Я привел Фладира иль Бьё, чтобы обследовать Юную Госпожу,» - отчитался Туан и, поймав раздраженный взгляд Нены, вышел. Мужчина же оглядывал комнату, с находящимися там девушками оценивающим взглядом. Служанка поклонилась мужчине, и, потянув Стеллу за рукав, усадила ее на кровать. Туда же поставила плетёный стул, который и не преминул занять черноволосый мужчина. «Амая, тебе стоит поздороваться,» - устав подавать девочке невербальные знаки, прямым текстом сообщила Нена. - «Перед тобой Мастер Румина Фладир иль Бьё, преподаватель искусства меча, а так же алхимик и врачеватель в Школе Стремительных Бьё.» И уже извиняющимся тоном стала пояснить мужчине: «Вы уж простите нашу Госпожу, мы нашли ее на дне Ущелья Серой Змеи, хоть и казалось, что она в порядке, но похоже, что после падения разум ее помутился.» [[image:/storage/reader-images/cd820049d196d3233b16e8223cbbb44acf1d8a7a.png]] ---------- Осмотр Мужчина в свою очередь даже не обращал внимания на служанку. Он внимательно смотрел на девочку. «Коен Амая иль Тэ приветствует Мастера Фладира иль Бьё,» - поздоровалась Амая, придерживаясь формального стиля общения. Мужчина просто кивнул, и Стелле вдруг показалось, что он чего-то ждёт от Амаи. Возможно, их связывали какие-то отношения до "потери памяти"? Но почему тогда Нена об этом не сказала? В любом случае, что бы их не связывало, Стелла теперь будет гнуть свою линию с амнезией и игнорировать большую часть того, что её связывало с людьми до этого. «Вы позволите осмотреть Вас?» - спросил мужчина и протянул руку к девочке. - «Я лишь прикоснусь к вашей спине ладонью и то через одежду.» Стелла безмолвно повернулась к мужчине спиной, через мгновение она почувствовала как по её телу прошла волна мана-импульса. Это было очень неприятно, всё её естество каким-то образом было взбудоражено и протестовало против такой вольности. Она рефлекторно отпрянула, от протянутой Фладиром руки. В прошлой жизни она не один раз подвергалась подобному влиянию, сама многократно использовала ману, чтобы исследовать других в рамках лечения или научных изысканий, и видела разные реакции. Но подобное неприятие было настолько чрезмерным, что она даже сама удивилась. «Прошу прощения,» - совершенно без раскаяния в голосе извинился мужчина. - «Я слышал, что Алмазное тело не воспринимает эфир, но впервые вижу это настолько наглядно. Тем не менее, по предварительным оценкам юниор Амая иль Тэ абсолютно здорова.» «Разум!» - напомнила Нена, - «Проверьте её разум! Она потеряла все воспоминания, как можно говорить об абсолютном здоровье?!» Фладир недовольно посмотрел на служанку, а потом потянул руку к голове Амаи. Стелла ловко увернулась от этой руки, не желая, чтобы над ней и дальше проводили эксперименты. «Я лишь на мгновение загляну в Ваш разум,» - пояснил свои действия мужчина, но Стеллу и это не устраивало. В конце концов, её разум был совсем не похож на разум тринадцатилетней девочки. «Юная Госпожа, это для Вашего же блага! Возможно, Мастер Фладир сможет найти способ восстановить Ваши воспоминания.» Стелла понимала, что если откажется обследоваться, то будет выглядеть подозрительно, и потом, возможно, её попытается обследовать кто-нибудь посильнее черноволосого мужчины. Фладиру на вид можно было дать лет двадцать, но она ощущала, что его разум был как минимум вдвое старше. Если ему всего-лишь около сорока лет, то Стелла могла бы его обмануть. По крайней мере, пока дело касалось вопросов разума и души у неё была фора больше чем на десяток тысяч лет. Сделав вид, что она колеблется, Стелла тем временем нырнула в глубины своей души. Её душа представляла собой огромный замок, состоящий из лабиринта комнат и переходов построенный из кирпичиков маны, и содержащий в себе все до единого воспоминания о жизни Стеллы в двух мирах. В нём среди множества опасных секретов, запечатанных намертво залов, библиотек с собранными за тысячелетия данными магических экспериментов и многого другого существовало сознание Стеллы. Раньше замок окружало бескрайнее небо, но сейчас вокруг клубился золотой туман, скрывая увенчанные шпилями башни и огромные валуны в основании. Усилием воли Стелла отделила одну из маленьких боковых башен, перестроила её в небольшой, но добротный бревенчатый дом. Он был абсолютно пуст, только стены, да крыша, ни мебели, ни фурнитуры, ни воспоминаний в нём не было. Дальше Стелла создала иллюзию самосознания со внешностью Амаи и поместила её в дом, а весь остальной замок полностью скрылся в тумане. Теперь она была готова к ментальным проверкам. Фладир тем временем положил руку девочке на голову и попытался исследовать её разум, но всё что он мог увидеть, это одинокий образ Амаи в опустошенной душе. Проникнуть сквозь концепцию судьбы он не мог, поэтому скрытый за туманом замок ускользал от его восприятия. «Хм,» - мужчине совсем не понравилось, то что он увидел. - «Я вижу, что разум этого юниора в порядке, но все воспоминания и вправду куда-то делись. Похоже на чьё-то злонамеренное воздействие, но кто, как и зачем мог это сделать мне не понятно.» «И что, восстановить воспоминания не получится?» - расстроилась ещё больше Нена. Но мужчина не успел ответить на её вопрос, поскольку входная дверь снова распахнулась и в комнату с разбега ворвался ещё один молодой человек. [[image:/storage/reader-images/062081a7f85375e5f3a9ff55631f0e62a15d4753.png]] ---------- Ноктис «Амая! Ты в порядке?! « Нарушителю спокойствия было на вид лет четырнадцать, то есть он был не сильно старше самой Амаи, из чего Стелла сделала заключение, что он, скорее всего, тоже ученик этой школы. Одет он был простенько - в широкие синие шаровары, того же цвета что и платье девочки, а также расшитый причудливой вышивкой голубой жилет, распахнутый на груди и сандалии. Его короткие волосы так же были чёрными, как и у Фладира, и, несмотря на то, что черты их лиц не выявляли сходства, Стелла чувствовала между этими двумя какую-то очень отдалённую родственную связь. Молодому человеку наперерез кинулась Нена, но тот пронёсся как ураган и не обратив внимания на протестующие вопли служанки оказался рядом с Амаей. «Я слышал с тобой произошел несчастный случай! Ты в порядке? Как себя чувствуешь? Ты знаешь кто это сделал? Не могла же ты сама спрыгнуть в ущелье...» Стелла даже не знала как реагировать на этот льющийся поток вопросов, и на помощь ей, хоть и не специально, пришёл Фладир. «Юниор Туволь Ноктис иль Бьё, Вас не учили стучаться прежде чем входить в покои к девушке?» Это бы звучало не так лицемерно, если бы он сам постучался перед входом. Тем не менее, бесцеремонный молодой человек внезапно обнаружил, что в комнате помимо Амаи находится кто-то ещё и прервал свой поток сознания, глядя на Фладира довольно враждебно. «Приветствую Мастера Фладира иль Бьё,» - тем не менее, игнорировать мужчину он не стал. «Господин Ноктис, не могли бы Вы подождать снаружи, пока Мастер Фладир не осмотрит Госпожу Амаю?!» - нашла возможность вклиниться Нена. Ноктис фыркнул и демонстративно уселся на одно из кресел в комнате, давая понять, что снаружи ждать он не будет. Стелла могла бы и сама попросить его выйти, но решила, что чем больше сейчас народу будет знать о её амнезии, тем проще ей будет. «Прошу, Мастер, ответьте на вопрос Нены. Это действительно невозможно вернуть мои воспоминания?» - спросила она Фладира. «Похоже, что так,» - недовольным голосом ответил врачеватель. - «В пределах Вашего разума нет и следа былых воспоминаний. Это огромная потеря для души, но теперь остаётся только обзавестись новыми.» «Ты ничего не помнишь?!» - вмешался сидевший поодаль Ноктис. Его громогласный вопль можно было слышать даже снаружи, так что Стелла осталась вполне довольна произведенным эффектом. «Совершенно ничего,» - подтвердила Амая. «Даже меня?!» - ещё громче вопрошал молодой человек. «Даже,» - кивнула девочка. По его поведению выходило, что с прошлой Амаей они были хорошо знакомы. «Я твой единственный друг в этой дурацкой школе,» - довольно быстро успокоился и принял ситуацию Ноктис. - «Мы с тобой вместе ходили на занятия к Мастеру Римди по владению тяжелым мечом, и вместе противостояли шайке Нины. Как ты умудрилась всё забыть? Надеюсь мы и дальше будем дружить, в конце концов, если создать новые общие воспоминания, наша дружба останется прежней.» Амая даже засмеялась, настолько Ноктис оказался непосредственным и открытым. Странно, что он был ее единственным другом, но хорошо, что ее другом был именно он. «Что ж, чтобы не нарушать вашу идиллию, я пойду,» - Мастер Фладир поднялся с места и направился к выходу, но в дверях оглянулся на Амаю со странным выражением лица и добавил: «Если Вы заметите изменения в своем состоянии, обязательно обращайтесь ко мне за консультацией или помощью.» Когда Мастер врачеватель покинул покои Амаи Стелла почувствовала себя спокойнее и уверенней. «Ты бы не доверяла этому змею,» - как бы про между прочим посоветовал Ноктис. Он сидел в кресле, развалившись во фривольной позе и враждебно смотрел на закрывшуюся дверь. «Почему?» - не преминула спросить Стелла. Недовольная Нена пошла заваривать чай. Ноктису она явно не симпатизировала и старалась показать это всем своим видом, но прямым текстом ничего против его присутствия не говорила. «В клане Бьё все знают, что он метит выше, чем может прыгнуть, и готов ради своей цели использовать всех, кто подвернётся. Уверен, у него уже есть план, как он делает одолжение клану Тэ тем, что берёт тебя в жёны, триумфально переезжает в регион первого порядка, а потом и вовсе взбирается до столицы.» [[image:/storage/reader-images/73f5a2bb87c72aaf608b357255b9a9c08af4ceb8.png]] ---------- Туман судьбы Стелла слегка удивилась услышав подобное предположение. «В любом случае, я безумно рад, что ты жива,» - пока Стелла обдумывала его слова относительно Фладира, Ноктис уже перескочил на другую тему. - «Когда вчера тебя не могли найти, я уж было подумал, что тебя постигла та же участь, что и тех пропавших юниоров.» Внезапно Стелла почувствовала какое-то смутное шевеление у себя в душе. Золотистый туман, до этого покоившийся вокруг дворца её души потихоньку задвигался. Это было очень необычное ощущение, одновременно приятное, побуждающее к действию, и раздражающее. «Кто-то ещё пропал кроме меня?» - осторожно поинтересовалась Стелла, одновременно отслеживая реакцию тумана. «Это уже давненько началось. С разными интервалами от полугода до пары дней в Школе Стремительных Бьё бесследно пропадают юниоры, и так уже пару лет. Причем, никакие отслеживающие методы не помогают их найти. Если раньше все надеялись, что их удастся найти всех скопом живыми, то сейчас старейшины склоняются к мнению, что все они уже мертвы. Куда они деваются и виноват ли кто-то в их пропаже пока не выяснилось. Поэтому вчера я знатно испугался за тебя - думал, что ты уже мертва. Потеря памяти по сравнению со смертью сущая ерунда.» Стелла была вовсе не так оптимистична, как Ноктис. Уж она-то знала, что душа Амаи иль Тэ уже мертва, то есть фактически это можно назвать концом её существования, что на самом деле очень печально. И при этом довольно странно: если её тело было настолько прочным, то и разум не мог покинуть её столь скоропостижно. Разве что, кто-то этому специально поспособствовал. А значит, Амаю натурально убили, и Стелле скорее всего ещё придётся столкнуться с этим убийцей. А ещё, чем больше Ноктис говорил о пропавших юниорах, тем больше волновался туман судьбы. Это вызывало у Стеллы навязчивую щекотку, заставляя искать и двигаться в определённом направлении. «А есть хоть какие-нибудь подозрения или предположения? Когда пропал последний юниор?» «Почему тебя это так интересует?» - удивился парень. Он даже встал со своего стула и стал мерить шагами апартаменты Амаи. «Мне кажется, что моё падение тоже как-то связано с пропажами,» - пояснила Стелла. «Последним пропавшим юниором была Рури Умартено. Она даже не принадлежала Клану Бьё, была из простой зажиточной семьи Восточной Горки. Она была где-то в середине турнирной таблицы, но, говорят, её талант к начертанию был неплох.» Ноктису, казалось, было вообще без разницы, что его спрашивала Амая, он просто болтал без умолку, наслаждаясь звуком своего голоса. Стелла же решила этим воспользоваться. Направляя поток мыслей молодого человека она разузнала подробности о пропажи детей из Школы, потом стала спрашивать про устройство самой Школы, её преподавателей, топографию, учебный план и прочее. Нена сначала подала чай с закусками, потом и восвсе принесла обед, а молодые люди всё разговаривали. А потом и вовсе Ноктис повел Амаю на экскурсию, подробно рассказывая что-где. Через полдня Стелла могла уже ориентироваться в реалиях местной жизни, а всё благодаря её болтливому юному другу. Осталось лишь добраться до библиотеки и перечитать всю доступную литературу, а дальше можно уже анализировать эти знания и думать, что делать дальше с её уникальным телом и взрослой душой. И вот в одном из павильонов прогулку Амаи и Ноктиса прервала неприятная встреча. Их остановила компания из четверых человек - двоих парней и двух девушек, одну из которых Стелла узнала по описанию. Это была рослая девица с длинной косой из смоляно-черных волос и черными глазами, одетую в синие штаны до середины икр и узорчатую тунику и звали её Круман Нина иль Бьё. Она была дочерью одной из главных кровных ветвей Клана Бьё и по утверждению Ноктиса считала Амаю своей соперницей. «Ну что, для маленькой принцессы теперь всё снова в новинку?» - с откровенной издевкой в голосе спросила она Амаю даже не поздоровавшись. Стелла не совсем понимала, что в этом предложении должно было её обидеть или расстроить. Всё-таки навыки коммуникации и понимание человеческой натуры не входили в её тысячелетний жизненный опыт. Наоборот, она порадовалась, что слухи о потери памяти уже разошлись, и ей не придется каждый раз объясняться. «Ага, и новые победы над тобой тоже будут радовать как в первый раз!» - вступился за подругу Ноктис. «Ну и новые проигрыши тоже!» - ответила вторая девушка из компании. В отличие от Нины, имеющей мощное телосложение и грубые черты лица, эта девушка была утончённой и красивой, она носила длинное платье с разрезами от середины бедра, а её длинные волосы зелёного цвета были собраны в замысловатую причёску. Стелла не знала её имени, но из анализа её телосложения уже можно было понять, что в бою она не полагается на физическую силу и мощь ударов, как Нина. Амая благодаря своему Алмазному Телу превосходила многих сверстников, но были и те, кто полагаясь на духовные техники имел над ней преимущество в скорости, ловкости, ментальному воздействию и другим параметрам. Видимо, красивая подруга Нины была из таких. Но всё это касалось лишь Амаи, для Стеллы все эти юниоры с их амбициями выглядели как дерущиеся котята. Сначала она подумала, что лезть в эту котячью возню будет слишком утомительно, а потом почему-то вспомнила свой собственный азарт из прошлой жизни, когда она с восторгом прыгала в омут соперничества в магической школе, и неожиданно для самой себя ответила: «В моих новых воспоминаниях не будет проигрышей!» [[image:/storage/reader-images/5a15ca082460f9ecd1fb9b20104b8d24bb05097a.png]] ---------- Вызов Парни из компании Нины разразились хохотом, и даже Ноктис посмотрел на Амаю с удивлением и неодобрением. С их стороны это определённо выглядело так, будто Амая путает боевой дух с самоуверенностью. «Похоже, без своих воспоминаний ты не осознаешь в какой ситуации находишься,» - ехидно прищурившись прокомментировала девушка. - «Если раньше у тебя хотя бы был боевой опыт, чтобы достойно держаться, то что ты сможешь противопоставить нам сейчас?» «Как тебя зовут?» - вместо ответа поинтересовалась Стелла. Она не испытывала к ней ни симпатии, ни антипатии, но раз уж она вступила в конфронтацию, то готова была идти до конца. К тому же Стелле хотелось проверить своё новое тело в более подходящей обстановке. «Умия иль Сора!» - с вызовом ответила девушка, наблюдая на лице Амаи абсолютную уверенность в собственных силах, что начало её изрядно раздражать. Амая прежде ни разу не сумевшая её победить вдруг обрела какую-то необоснованную веру в себя, и если раньше Умия относилась к Амае со снисходительным равнодушием, то теперь преисполнилась враждебностью. «Тогда почему бы нам не проверить прямо сейчас? Смогу ли я тебе что-нибудь противопоставить.» Смех, который всё ещё раздавался со стороны группы поддержки Нины и Умии сменился недоуменным молчанием. Девушки тоже смотрели на Амаю с подозрением, силясь понять, что же лежит в основе её самоуверенности, и есть ли у неё какой-то план. Но юношеская горячность быстро взяла своё и отбросив сомнения Умия Согласилась. «Конечно. Если хочешь сейчас - проучу тебя сейчас.» Целью существования Школы Духовного Мастерства Стремительных Бьё было воспитание конкурентоспособных и сильных юниоров, поэтому дуэли были неотъемлемой частью учебного процесса. Для их проведения было отведено несколько площадок, вне которых противостояние учеников считалось банальной дракой и сурово наказывалось. Чтобы не нарушать правила вся компания двинулась к Малой Дуэльной Арене. «Умия не слишком сильна, но основа её атак это скорость и ловкость,» - по пути до арены Ноктис просвещал подругу относительно её текущей соперницы. - «К тому же её семейная техника легкого меча одна из лучших в школе. Раньше из-за разницы в скорости тебе никогда не удавалось её победить, не знаю, на что ты рассчитываешь сейчас...» На что же рассчитывала Стелла? На своё восприятие и жизненный опыт. Пусть боевого опыта у неё было не слишком много, тем не менее, внимание, концентрация, умение просчитывать и предсказывать, а также тысячелетние исследования человеческого тела давали ей большое преимущество. Использование магии или подавляющей силы её души могли бы быть замечены кем-то, поэтому Стелла решила пока что воздержаться. Из разговоров с Ноктисом у неё уже были общие представления о Духовном Мастерстве и боевых искусствах, которые практиковались в этой Школе в частности и всём мире в целом. У них с системой магии было как много общих черт, так и различий, но в чём Стелла не сомневалась, так это в том, что в этом Мире определённо существуют люди с повышенной чувствительностью, которые глядя на её нетипичные навыки могли бы что-то заподозрить, что было Стелле совсем не на руку. По крайней мере пока она не станет сильней и не освоится в этом Мире. Когда они подошли к Малой Дуэльной Арене там уже собралась довольно приличная толпа. И по разговорам Стелла поняла, что пришли они именно для того чтобы наблюдать за боем Амаи против Умии. Почему их противостояние вызвало такой живой интерес у публики Стелла пока не понимала, поэтому могла всего-лишь с недоумением разглядывать разномастную толпу из подростков от одиннадцати и до восемнадцати лет окружающую круглую каменную сцену. Завидев участников дуэли толпа расступилась, пропуская их на арену. [[image:/storage/reader-images/94f01e09c674025c5eef4d09a30ee89cb127564a.png]] ---------- Дуэль Поднявшись на арену Умия достала из поясной сумки легкий и гибкий меч и встала в боевую стойку, готовая тотчас же начать. Только в этот момент Стелла подумала о том, что у неё нет не то чтобы подходящего, а вообще никакого оружия. Она припомнила, что Ноктис упоминал уроки фехтования тяжёлым мечом, а значит когда-то у неё оно всё-таки было. Почему она не подумала о нём когда выходила из апартаментов было понятно, но почему она не задумалась об оружии, пока они шли до Дуэльной Арены? Стелла беспомощно посмотрела на Ноктиса. «А где твоя пространственная сумка?» - в ответ на этот взгляд поинтересовался парень. «Не помню,» - пожала плечами Стелла. - «Может, потерялась в ущелье?» Ноктис тяжко вздохнул и вытащил из своей сумки огромный двуручник. Даже от одного его вида Стелле становилось не по себе, но она утешила себя мыслью, что Амая обладает нечеловеческой силой и уже привыкла махать такой бандурой. Всё-таки роль мышечной памяти в занятиях фехтованием трудно было переоценить. Умия с недоумением следила за своей соперницей, но не стала нападать, пока Амая не взяла у Ноктиса его меч. Стелла зря переживала, вес меча в её руке вообще не ощущался несмотря на внушительный вид. Поскольку с боевыми искусствами Стелла была знакома весьма поверхностно, демонстрировать боевые стойки она не стала чтобы не позориться. Она просто встала прямо, удерживая меч одной рукой. Одновременно с этим она сосредоточилась, покрывая своим восприятием весь круг арены. Пусть скорость её движений не могла сравниться с Умией, но она вполне могла успевать реагировать если двигаться с упреждением. Кроме своего восприятия, Стелла полагалась и на другое преимущество. Прежде чем придти к мысли о необходимости смены тела и судьбы, Стелла потратила тысячи лет на поиски способов восстановить её текущее тело до полноценного состояния. И несмотря на то, что её поиски не увенчались успехом, она провела множество исследований и изысканий, и теперь её знания о человеческом теле и его взаимодействии с маной находились на запредельном уровне. Поэтому, когда Умия исчезла из поля зрения Стеллы, та совсем не растерялась. От её восприятия не ускользало ничего: ни движение маны, ни сокращения мышц, ни колебания воздуха, ни прочие мелочи. Поэтому будучи атакованной сверху и слева, Стелла начала уклоняться немного заранее, и так же заранее начала атаку. Она, конечно, не рассчитывала, что заденет своего противника, который был изначально быстрее, но Стелла собиралась собрать информацию о том, как Умия нападает и как защищается, чтобы выбрать удобный момент и нанести решающий удар. К тому же, нужно было ещё оценить собственные силы - какую максимальную скорость она сможет развить, размахивая двуручным мечом на пределе своих сил. Разум Стеллы впитывал и анализировал всю информацию в привычном для неё режиме, но буквально через пять минут напряжённой битвы Стелла поняла, что от обилия обрабатываемой информации у неё начала болеть голова. И Чем дальше, тем сильнее становилась боль. Видимо, сосуд, который теперь вмещал её душу был не приспособлен к такой нагрузке. Поэтому Стелла решила не продолжать эксперимент. На основе уже имеющейся информации Стелла прикинула в уме траекторию следующей атаки Умии, местоположение её слепых зон и уязвимых мест. Девушка летела на неё сзади, собираясь атаковать мечом и одновременно отступить по инерции, рассчитывая, что Стелла как обычно уклонится и контратакует. Но Стелла внезапно развернулась ей навстречу, направляя двуручник по сложной траектории снизу вверх. Даже видя, как на неё летит тяжёлое лезвие и имея преимущество по скорости Умия уже не могла увернуться, а любые попытки блокировать или сменить траекторию только ухудшили бы ситуацию. Зная какой нечеловеческой силой обладает Амая, Умия ужаснулась: что ни делай, а она просто будет разрублена пополам этим чудовищным мечом. Впрочем, ни о чем другом она подумать не успела, поскольку удар в корпус сбил её с ног и вышвырнул за пределы арены, а дальше она отрубилась. У Стеллы, конечно, даже в мыслях не было убивать своего противника, поэтому она ударила Умию плашмя, но даже так благодаря Алмазному телу удар получился достаточно мощным, чтобы вырубить Умию с одного удара. Всё это время она была сконцентрирована на арене, и только теперь заметила, что юниоры, окружавшие дуэльную арену потихоньку перешептываются, поглядывая на Амаю удивлённо и настороженно. Из недружелюбных взглядов толпы Стелла заключила, что Амаю в этой школе не очень то жалуют. Нина с товарищами подняли бессознательное тело Умии и унесли в лазарет. Сама же Стелла подошла к ошарашенно стоящему Ноктису и протянула ему одолженный меч. [[image:/storage/reader-images/44db027546fab3c7b08762200e01fd828f3fddae.png]] ---------- Погрузившись в книги «Что-то не так?» - поинтересовалась она, у молодого человека. Ноктис внимательно наблюдавший за всем боем даже не мог сформулировать, что же было не так. С одной стороны Амая не использовала в бою ничего сверхестественного - возможности её Алмазного тела Ноктису были хорошо известны, и они не изменились ничуть. Но движения девушки, которые она продемонстрировала, были ему совершенно не знакомы. К тому же, её возможность предсказывать движения противника тоже была очень странной. Как и прежде Амая не использовала эфир, и тем не менее умудрилась продемонстрировать совершенно новый для неё стиль ведения боя. «Думаю, что-то в тебе после падения в ущелье поменялось,» - после долгих раздумий сообщил свой вердикт Ноктис. «Ты так говоришь, как будто это что-то плохое,» - пожала плечами Стелла. Она изначально не собиралась косить под Амаю, поэтому и не стала оправдываться. Либо её примут сейчас такой, либо она просто найдет для себя новый дом и новую среду, в которой её не будут сравнивать с предыдущей хозяйкой этого тела. «Не уверен даже. Прежняя Амая бы порадовалась своей победе, а ты даже не обратила внимания. Это, вроде, и не плохо, но как-то... грустно что-ли.» Стелла застыла, ошарашенная этими словами. Радоваться победе над четырнадцатилетней девочкой не было чем-то достойным для Магистра Магии, тем не менее слова Ноктиса наглядно демонстрировали разницу между тем кем она стала и кем хотела бы быть. «Ладно,» - резко перевел тему Ноктис, - «Пойду я тренироваться. А то после этого поединка теперь я не уверен, что смогу тебя победить.» Когда молодой человек ушел и толпа рассосалась, Стелла осталась одна. Головная боль, которая казалось будет ещё долго её мучить, довольно быстро сошла на нет, что обуславливалось очень быстрой регенерацией Алмазного тела. Оглядываясь на поединок Стелла поняла, что будь Умия посильнее, ей бы пришлось использовать магию чтобы победить. А значит, чтобы не вызывать особых подозрений нужно проложить себе путь развития в рамках местной системы Духовного мастерства. Наметив направление действий, Стелла сошла с опустевшей Арены и отправилась в сторону библиотеки. Как исследователь она сначала должна была изучить теоретическую базу, прежде чем кидаться с головой в практику. Библиотека располагалась в большом и помпезном здании прям посреди всей территории Школы Стремительных Бьё. Но несмотря на это, ни вокруг, ни внутри никого практически не наблюдалось. Лишь сонный смотритель напомнил Амае, что верхний этаж ограничен в посещении. Стелла пока и не собиралась наверх, для начала надо было перечитать всё что есть в общем доступе. С небольшим применением маны она могла читать книги как щёлкать семечки. Ей достаточно было один раз пролистать, чтобы запомнить всю информацию. Она настолько погрузилась в это занятие, что не заметила, как закончился день. В библиотеке зажглись лампады. По залу раздавалось только мерное шуршание страниц, а в духовном дворце Стеллы кипела работа. На основе прочитанных книг Стелла выстраивала теорию развития в этом мире. Духовные Мастера были похожи одновременно и на магов и на мастеров меча её предыдущего мира. В этом мире ману называли эфиром, и сначала своей волей заставляли её циркулировать по телу, а потом формировали эфирный источник, способный накапливать и вращать энергию без волевого участия. Это было чем-то похоже на альтернативный резервуар маны магов, только с функцией поддержания циркуляции её по телу. Обучение детей духовному мастерству начиналось где-то с десяти лет, но в семьях с большой историей могли начать и раньше. Если ребенок проявлял талант, его брали в одну из школ, организованных кланами по всей территории Империи Солнца. Чем быстрее и лучше юниор развивался, тем в лучшую школу он мог попасть, вплоть до Академии Солнца в столице. Верно было и обратное - если учащийся духовному мастерству не оправдывал возложенных на него надежд - то его могли спустить в школу более низкого ранга. Впрочем, такое случалось если речь шла о кровных членах кланов, выходцев из обычных семей просто исключали. Именно это и произошло с Амаей: клан Тэ управлял школой первого ранга, но девочка не тянула, поэтому её спустили в Бьё - школу второго ранга. Но даже и здесь Амая не соответствовала нормам. Суть развития была в том, что Духовное Мастерство делилось на этапы, и юниор должен был достигнуть каждого этапа не позднее определённого возраста, Амая же совершенно не продвинулась в этом пути. Но поскольку финальная оценка проводилась на турнире, где помогало её Алмазное тело, девочке ещё удавалось оставаться в школе. Почему же она не могла развиваться, как и все остальные? Стелла была заинтригована. [[image:/storage/reader-images/a10c36c686b8f9f34c7a076b73c551ecf0dc2f2b.png]] ---------- Ночной визит Для начала всех юниоров обучали ощущать эфир в окружающем пространстве и управлять им, этот этап обучения назывался Прикосновением. Следующий этап был Погружение - когда обучающийся мог направить эфир в собственное тело и вращать его по определенному циклу, тем самым добиваясь разных эффектов. На уровне Вдохновения человек уже мог взять накопленную энергию и направить её извне своего тела. Просветлённые юниоры могли свободно поддерживать, накапливать и вращать эфир в материальных объектах. Этап Озарения же позволял создать своё собственное эфирное тело, которое существовало независимо, самостоятельно собирало и накапливало энергию. На последнем этапе обучения нужно было связать это эфирное тело со своим материальным, тем самым создавая совершенно автономную систему, которая бы собирала эфир, вращала его через тело и не требовала волевого участия человека. Такой человек назывался Умудрённым и уже мог считаться полноценным духовным мастером. Дальше мастера ждал ещё долгий путь самосовершенствования, но даже и до этого этапа доходили совсем не многие. Способов вращать в теле эфир было множество и от них зависела эффективность развития юниора, а позднее и мастера, но по-настоящему хорошие техники хранились в кланах и обучались им только кровные потомки. Наверное, и у Амаи такой был, вот только сейчас Стелла не могла о нём ничего узнать. Те, что хранились в библиотеке не могли называться хорошими - они предназначались в основном тем, кто выходил из обычных семей и не имел своих собственных техник. Просматривая их Стелла могла представить себе достоинства и недостатки каждой, но выбрать одну, которой бы стала пользоваться сама она пока не могла. Кроме способов вращения эфира, которые помогали совершенствовать собственную материальную оболочку, в библиотеке было ещё множество других способов обращения с эфиром, которые служили совершенно разным целям: атакующие, защитные, вспомогательные, созидательные и разрушительные. Они были чем-то похожи на заклинания - и Стелла с упоением копалось в этом ворохе новых знаний. Однако, ещё до того как солнце взошло, Стеллу потревожил неожиданный визит. В библиотеке нарисовался мужчина. Возраст его было сложно определить, но выглядел он лет на пятьдесят. Он был одет довольно помпезно, в чёрные шёлковые шаровары, белую, расшитую рубашку и увешан разными побрякушками с ног до головы. Его волосы были странного бордового оттенка с проседью, но выглядел он всё равно весьма солидно. «Юниор Коен Амая иль Тэ, что Вы делаете ночью в библиотеке?» - строго поинтересовался мужчина. «Разве здесь нельзя находится ночью?» - ответила Стелла вопросом на вопрос, отмечая про себя, что мужчина настроен по отношению к ней крайне недружелюбно. - Меня предупредили только, что нельзя подниматься на верхний этаж. «Юниоры должны полноценно отдыхать,» - уклончиво ответил мужчина, из чего Стелла сделала вывод, что правила запрещающего находиться на территории библиотеки ночью не было, а он просто придирался к Амае. «Из-за потери памяти мне нужно многое наверстать,» - Стелле хотелось поскорее продолжить чтение, а этот мужчина почему-то действовал ей на нервы. Она понимала, что находясь в теле тринадцатилетней девочки должна выказывать ему уважение, но будучи душой куда более старшей делать этого не хотела. «Да, я слышал эту новость, но она показалась мне сущей ерундой,» - нахмурился мужчина. Не дождавшись комментариев от Стеллы он поинтересовался через некоторое время. - «Неужели ты и меня не помнишь?» «Прошу прощения, Мастер,» - ответила ему Стелла, - «я не помню ни одного человека, с которым меня ещё не познакомили заново, поэтому не могу поприветствовать Вас должным образом.» «Хм...» - мужчина заложил руки за спину и стал ходить мимо Амаи взад и вперёд. Потом остановился и снова спросил. - «Совсем не помнишь?» На этом вопросе Стелла почувствовала ту самую щекотку в своей душе, когда туман судьбы начинал шевелиться. В прошлый раз это произошло, когда Ноктис говорил о пропавших юниорах, а теперь вот в связи с этим мужчиной и её памятью. «Совсем не помню,» - поторопилась подтвердить Стелла. - «К тому же Мастер Фладир иль Бьё при осмотре заключил, что память моя скорее всего уже не вернётся. Поэтому Мастер, не могли бы Вы сказать мне своё имя и должность в школе, чтобы я больше не пребывала в неведении?» Стелла уловила некоторое облегчение в глазах мужчины, когда она говорила о том, что память к ней не вернется. Видимо Амая знала что-то неприятное для этого человека. «Меня зовут Турик Варлом, я Мастер Хранитель Сокровищ в Школе Стремительных Бьё,» - всё-таки ответил мужчина. «Юниор Коен Амая иль Тэ приветствует Мастера Турика Варлом,» - официально поприветствовала Стелла. «Ладно,» - Мастер развернулся чтобы уйти, - «не уверен, что мы ещё встретимся, ведь в мою сокровищницу попадают только победители Турниров. Но ты там старайся.» Стелла не стала махать ему ручкой, а проводила изучающим взглядом. Мало того, что мужчина был неприятным и недоброжелательно настроенным, так ещё и туман реагировал на него. Видимо, их следующая встреча была уже предрешена, и Стелле стоило тщательно к ней подготовиться. [[image:/storage/reader-images/9f248205ad5f7bf225605ea559fbcde1d87fd1e2.png]] ---------- Эфирная техника Этот Мастер Турик был существенно сильнее не только всех юниоров в школе, но и тех Мастеров, которых Амая встретила на территории школы, пока Ноктис проводил ей экскурсию. Если использовать ману души и что-нибудь из арсенала сложной магии Стелла могла бы с ним конкурировать, но позволит ли ей ситуации провернуть всё так, чтобы это осталось незамеченным? Ей бы не хотелось афишировать навыки не свойственные этому миру. Долистав, что осталось на нижнем этаже библиотеки, Стелла глянула на лестницу ведущую на второй этаж. Примерно посередине её восприятие улавливало сложно структурированную ману, образующую барьер. Немного поизучав строение барьера Стелла решила, что это формирование не представляет для неё особой сложности и при необходимости она сможет за него проникнуть не потревожив защитные механизмы. Удовлетворённая этим выводом она отправилась в свои аппартаменты отдыхать и переваривать всю полученную информацию. В покоях её встретила угрюмая Нена, которая после исчезновения Амаи теперь очень подозрительно относилась к отсутствию Юной Госпожи, но напрямую высказывать своё недовольства она не смела. Поздним вечером, когда Амая не вернулась, Нена послала Туана на поиски Госпожи, и тот довольно быстро выяснил, что Амая обложилась книгами в библиотеке. Нена ждала всю ночь, рассчитывая что той быстро надоест копаться в книжках, ибо их Госпожа прежде не была заядлым читателем, но когда на горизонте забрезжил рассвет раздражение служанки достигло высшей точки. Нена в её неполные семнадцать лет уже была Озарённой, в то время как Госпожа, которой она прислуживала была ребенком, который не мог взобраться даже на первую ступень духовного мастерства. Девушку это угнетало, но ничего поделать с этой ситуацией она не могла. Её семья не имела никакой поддержки, и кроме своего таланта она ничем похвастаться не могла. Чтобы приобрести ресурсы для развития девушке пришлось заключить контракт с кланом Тэ, по которому она обязалась работать на них в течение ближайших десяти лет, в обмен на что они обеспечивали её укрепляющими и стимулирующими эликсирами, и предоставляли несколько доступных только клану техник развития. Конечно, Нена теряла время прислуживая Амае, но всё же это был честный обмен, и в двадцать пять, когда её контракт закончится, она будет в куда лучших условиях чем прочие бедные, но талантливые духовные мастера, которые полагались только на себя. Раньше Амая испытывала неловкость от того что её служанка была талантливее чем она, и закрывала глаза на многие нарушения субординации которые Нена себе позволяла. Если бы это была всё та же Амая, она бы извинилась, за то что заставила Нену всю ночь не спать переживая, но нынешняя Госпожа только кинула на служанку равнодушный взгляд и отправилась в свою спальню. Нена закипала от злости, но могла только в расстроенных чувствах тоже пойти отдыхать. За закрытой дверью Стелла улеглась поудобнее на кровати и погрузилась в свой внутренний мир. В замке души кипела работа. Стелла отделила несколько кусочков своей информационной сущности чтобы те анализировали способы циркуляции эфира и особенности тела Амаи чтобы создать наиболее подходящий для неё. Качество исходного материала оставляло желать лучшего, но надо было с чего-то начать. Определив направление работы для осколков сознания, остальную часть Стелла погрузила в сон. Нена разбудила Стеллу буквально через несколько часов и, наскоро покормив завтраком, отправила на занятия. У входа в апартаменты девочку ждал Ноктис, поэтому раздумывать, куда идти ей не пришлось. «Ты так и не нашла свою пространственную сумку?» - поинтересовался молодой человек, когда они отошли от дома Амаи. «И не искала,» - пожала плечами девочка. «Это ты очень зря,» - нахмурился Ноктис. - «Мало того, что в твоей сумке было множество сокровищ, привезённых из клана Тэ, так и сама по себе она была уникальной. Другой такой тебе не найти.» «В чём уникальной?» - удивилась Стелла. «Чтобы пользоваться пространственной сумкой, нужно вливать в неё эфир, а это значит, что пользоваться ей можно только с уровня Вдохновения. Все кто ниже, не смогут из неё ничего извлечь. Ты ещё не достигла этого уровня, но у тебя была особенная сумка, сделанная каким-то известным столичным мастером, такая что ты пользовалась ей даже без капли эфира в теле. Ноктис так живописал особенную сумку Амаи, что Стелле пришлось согласиться на её поиски, но заниматься этим предстояло уже после занятий. В первой половине у них была сессия по развитию духовного мастерства. Проходила она в лекционной арене под открытом небом. Здесь была кафедра, на которой располагался преподаватель - седовласый старец из клана Бьё по имени Омуш, и вокруг неё располагались платформы для юниоров, на которых они усаживались, практикуя свою технику циркуляции эфира, а Мастер давал советы. Поскольку техники разнились от ученика к ученику, то и советы он давал каждому индивидуально. На Амаю же, пришедшую вместе с Ноктисом он даже не взглянул. Ноктис удостоился приветственного кивка, а Амаи для него как бы и не существовало. Стелла не стала расстраиваться, и усевшись поудобнее на свободной платформе подальше от взглядов преподавателя и случайных любопытствующих, стала просматривать результаты работы осколков её сознания. За это время они успели создать черновик техники, которую ещё предстояло усовершенствовать, но ею уже можно было пользоваться. Сосредоточившись Стелла собрала волевым усилием окружающий её эфир, вдохнула, намереваясь через лёгкие отправить его в кровоток, а дальше насыщать ткани. И сразу же её скрутил приступ кашля. [[image:/storage/reader-images/efcc917453312c235584f68d866f5b74ced0e507.png]] ---------- Отторжение Мастер Омуш недовольно зыркнул в её сторону, всем своим видом показывая, что Амая мешает остальным. Стелла и сама не хотела привлекать внимание, но ничего поделать не могла. Организм помимо её воли исторгал заряженный эфиром воздух, пока в лёгких не осталось ничего кроме воздуха. Откашлявшись, Стелла стала пересматривать выводы исследований, но не нашла логических ошибок, а значит ошибки были в исходных данных. Она поняла, что уделила недостаточно внимания исследованию собственного тела и отругала себя за поспешность. Чтобы наверстать упущенное, Сталла стала исследовать реакцию своего тела на эфир, и спустя непродолжительное время пришла к удручающим выводам: Алмазное тело считало эфир чем-то чуждым. Любые попытки интегрировать эфир в организм были тщетны, тело стремилось к своему идеальному состоянию и в кратчайшие строки избавлялось от энергии. Ману, которую она хранила в своей душе постигла та же участь - Алмазное тело её попросту отторгало. Изначально Стелла думала, что Амая не смогла развиваться потому что была невосприимчива к эфиру, что она его попросту не чувствовала. И надеялась что со своим повышенным душевным восприятием сможет наверстать всё то что упустила девочка. Но теперь стало понятно, что даже если Амая и могла манипулировать эфиром своей волей, это всё равно не позволяло ей двигаться по пути духовного мастерства дальше. "Не повезло тебе, девочка!" - мысленно обратилась Стелла у уже несуществующей Амае. Было очевидно, что эта особенность её организма ставила крест на её карьере, положении в обществе и отношениях с соклановцами. Получалось, что она была обречена всю жизнь топтаться на уровне Прикоснувшейся, не способная превзойти собственные пределы. Но Стелла была решительно с этим обстоятельством не согласна! Она отказывалась верить, что это шикарное тело обречено на посредственность. Зря что ли она тысячи лет билась над проблемой преобразования тела, что теперь не способна решить эту незадачу? Отторжение эфира было похоже на иммунный ответ, когда организм воспринимал чужеродный организм как угрозу, и выводил его так же как избавлялся, например, от яда. А этот процесс Стелла научилась контролировать ещё в прошлой жизни. Пока все юниоры сидели, старательно наполняя себя эфиром, Стелла ставила над собой эксперименты. Под тщательным контролем со стороны души она вводила эфир по чуть-чуть в разные части тела, наблюдая какие процессы активируются для его выведения, откуда возникают сигналы, и где их можно заглушить или преобразовать. К концу дня, когда большинство учеников школы уже покинули свои платформы, а Мастера уже давно и след простыл, Стелла нашла два пути решения своей проблемы, один временный и один радикальный. Радикальный состоял в том, чтобы преобразовать иммунную систему организма таким образом, чтобы она больше не воспринимала эфир угрозой. Но здесь была загвоздка - Алмазное тело было настолько прочным, что изменения на таком глубоком уровне не могли произойти только под внешним действием маны или воли. Нужно было найти достаточно мощные катализаторы и реагенты способные превзойти врождённую силу регенерации тела Амаи. Как алмаз невозможно обработать без инструментов подходящей прочности, так и тело Амаи не поддавалось изменениям без сильнодействующей алхимии. Временный способ состоял в том, чтобы искусственно подавить иммунный ответ, но и здесь нужны были методы алхимии, которые, к тому же, придётся применять регулярно. Это было похоже на принятие лекарств при пересадке органов в первой её жизни. В прошлом мире, там где Стелла была Магистром Магией алхимия существовала в виде структурной магии. Все заклинатели делились на три типа по предпочитаемому методу воспроизведения заклинаний: графическому, акустическому и нативному. Стелла была мастером графических, или как они ещё назывались, визуальных заклинаний, то есть тех, которые для своего воспроизведения требовали начертания. Такие маги в начале своего обучения писали заклинания на специальной бумаге мана-проницаемыми чернилами, потом могли чертить символы пальцами в воздухе, наполняя образы маной, а на пике искусства просто воспроизводили визуальный образ у себя в голове. Наряду с таким способов воспроизведения существовал и другой - акустический, или он же аудиальный. Заклинатели школ акустической магии заклинания произносили вслух, иногда даже пели под аккомпанемент специальных музыкальных инструментов, поднаторев могли вплетать заклинания в простую речь, а став мастером практиковали безмолвную речь. Наособицу от этих двух направлений стояли структурные заклинатели, они же алхимики. Структурная магия обходилась без заклинаний - она базировалась на природных свойствах материалов и их сочетаний. Структурные маги создавали артефакты, эликсиры, магические предметы и были погружены в собственный мир исследований и созидания. Стелла за свой долгий век успела изучить магию со всех сторон. Структурная магия сама по себе была ей не слишком интересна, но она изучала её для достижения собственных целей. В этом мире она смогла найти в библиотеке базовую информацию по местной алхимии. Она была не слишком обширной, но давала понять, что и здесь существуют методы которые позволили бы Стелле добиться желаемого. Закончив с размышлениями Стелла встала с платформы и поспешила к тему, кто по её мнению, мог бы ей помочь. [[image:/storage/reader-images/51f910d8c14a51cd8138991071bc1754de76f0eb.png]] ---------- Дом Алхимии В лазарете Мастера Фладира иль Бьё не оказалось, поэтому Стелла отправилась в стоящий рядом Дом Алхимии. Дом Алхимии был большим и помпезным зданием, которое включало в себя помещения для практики алхимии, несколько приемных и личных лабораторий Мастеров алхимии, библиотеку специализированной литературы, склад реагентов и лавку зелий. Прибыв на место Стелла оповестила девушку-помощницу о цели своего визита, а потом ещё долго ждала в приёмной, пока Мастер Фладир не соизволит появиться. Мужчина не выглядел удивлённым, скорее, наоборот, удовлетворённым, как будто только и ждал этого визита. «Юниор Амая иль Тэ, пройдёмте в мой кабинет.» Стелле не слишком нравился тон этого мужчины, ещё меньше ей нравились мотивы его действий, но сейчас это позволило бы ей получить помощь, поэтому она решила не обращать внимания. Она молча проследовала за Фладиром. Кабинет оказался довольно маленьким помещением, заставленным всяким алхимическим оборудованием. Через единственное узкое окно еле пробивался солнечный свет. Было не похоже, что Мастера Фладира здесь ценили как алхимика, иначе почему бы он ютился в такой каморке. Сесть было некуда, поэтому Стелле пришлось стоять сбоку от рабочего стола заваленного бумагами. Она прошлась внимательным взглядом по написанному, и обнаружила, что Фладир вел исследования по Алмазному телу Амаи. Впрочем, он не пытался добиться интеграции с эфиром, а лишь искал способы укрепить и улучшить врождённые способности девушки, и кое где даже был виден результат. Было очевидно, что этим исследованиям ни пара дней, и что сотрудничество Амаи и Фладира длится довольно продолжительное время. «Неужели ты что-то вспомнила за прошедшее время?» - удивился мужчина, изучающе глядя на девочку. «Ничего не вспомнила,» - покачала головой Стелла. - «Просто мне показалось, что Вам есть, что мне сказать.» Сначала она хотела выдумать историю про найденные записи по алхимии и попросить помощи в поиске ингредиентов, но увидев сейчас исследования Фладира Стелла решила поменять план. Сначала стоило узнать побольше о взаимоотношениях этого мужчины и Амаи, и о результатах их сотрудничества. «Верно,» - задумчиво протянул мужчина, переводя взгляд на свой заваленный рабочий стол. - «Я думал навестить тебя попозже, но раз уж ты пришла сама, думаю нам стоит заново обсудить наше сотрудничество.» «Давайте обсудим,» - согласилась Стелла. «Ещё год назад мы с тобой заключили контакт, по которому я вёл исследования об усовершенствовании твоего тела таким образом, чтобы ты могла выиграть Турнир Бьё и вернуться в клан Тэ. С твоей стороны ты обещала рекомендовать меня в Клан Тэ как своего личного лекаря, а до времени возвращения согласилась помогать мне в тестировании эликсиров.» «То есть, Вы тестировали эликсиры на мне?» - слегка удивилась Стелла. Следуя словам Ноктиса она думала, что Фладир заключил с Амаей брачный контракт, но выходило, что их отношения были построены совсем на другом. Мастер Фладир же истолковав удивление Амаи по-своему стал объяснять: «Алмазное тело имунно практически ко всем вредоносным проявлениям. Оно очень быстро откатывает назад отрицательные эффекты, поэтому тебе эти эксперименты практически не вредили. Иногда приходилось терпеть временное неудобство, но ты готова была пойти на это ради результатов исследований.» «Он был, результат-то?» - Стелла зашла с другой стороны. «Конечно,» - оскорбился Мастер Фладир, видимо он был весьма горд проделанной работой. - «За целый год мы повысили твою скорость и силу больше чем вдвое, не говоря уже о ловкости и выносливости.» Мастер Фладир на автомате стал рыться в завале на столе, вытащил какую-то кипу и стал демонстрировать Стелле, не рассчитывая, видимо, что та будет разбираться. Но девочка ловко извлекла бумажки из его рук и быстро пролистала. Это и вправду были результаты по повышению показателей, хоть и цифры в них были куда ниже, чем то, чем хвастался алхимик. Тем не менее, Стелла была удовлетворена тем фактом, что Фладир действительно старался. «Мы можем продолжить сотрудничество, но я хочу слегка поменять условия,» - подвела итог девочка, возвращая бумажки на стол. [[image:/storage/reader-images/04324492ea3d76539e1d00f2d09aadffa003425c.png]] ---------- Соглашение Брови Фладира от удивления поползли вверх, так что его изучающе настороженный вид стал довольно нелепым. Похоже он не рассматривал вариант развития событий, в котором Амая диктует ему условия. «Что же ты предлагаешь взамен старым условиям?» «Я согласна, что Вы будете тестировать на мне эликсиры, но только при условии, что я тоже буду принимать участие в их создании.» - У Стеллы был богатый опыт в алхимии, и если бы она смогла корректировать и направлять исследования Фладира, то и особой угрозы её здоровью бы не было. К тому же, она смогла бы куда быстрее добиться той необходимой помощи в создании средства по интеграции эфира в её тело. «Принимать участие?!» - Фладир был немало возмущен уже одним этим предложением. - «Да ты хоть понимаешь, что это за прорва работы и какими знаниями и навыками надо обладать!? Не говоря уже о том, что алхимия требует тонких манипуляций эфиром, а это то, на что ты в принципе не способна!!!» Стелла равнодушно слушала тираду Фладира, а когда он закончил, спокойно заключила: «Если Вы не согласны на моё участие в исследованиях, то можем свернуть наше сотрудничество прямо сейчас. Вы получили много выгоды за всё прошедшее время, я, в свою очередь, тоже кое-что получила. На этом этапе можно считать нас в расчёте. Я не желаю более быть подопытной крысой не имея при этом даже никакой возможности влиять на результат. В Вашей работе много теоретических расчётов - я в них хороша, к тому же очень быстро учусь. Даже если не смогу сама варить эликсиры, смогу изучить литературу и проводить анализ, приведу в порядок ваши бумаги и буду помогать с теоретическими выкладками.» От наглости Амаи Мастер Фладир даже растерялся и долгое время молчал. Это было правдой, что они могли прервать сотрудничество в любой момент, и он ничего не смог бы с этим поделать. Исследования нужны были девочке чтобы выбраться из Бьё, но если бы она вдруг решила повернуть в другом направлении, то Фладир многое бы потерял. Его недолюбливали ни в школе, ни в клане за недружелюбный характер. Уровень его духовного мастерства был посредственным, ему было уже почти пятьдесят, но он смог лишь с трудом подняться до уровня Мудреца и там застрял на многие годы без очевидного прогресса. Он предложил Амае план, из которого хотел извлечь двойную выгоду: с одной стороны он мог поднять свой уровень владения алхимией, создать новый тип эликсиров, укрепляющих телосложение и тем самым сделать себе имя, а с другой он рассчитывал покинуть клан Бьё и присоединиться к клану Тэ, и там уже найти технику развития, которая подошла бы ему больше чем то, что у него есть сейчас. Пока Амая послушно делала всё, что он просил ради собственного усиления, Фладир убеждал себя, что делает ей одолжение. Но после потери памяти девочка стала вести себя довольно нагло и самоуверенно, так что продолжать привычный стиль общения с ней больше не получалось. Тот способ, которым он навязал ей свои условия, каким-то образом обернулся против него, и теперь он был просто вынужден согласиться на её требования, даже если они казались ему безумными. «Что ж,» - проговорил он, наконец, подавляя возмущение, - «если ты так хочешь копаться в бумажках, я тебя разрешу. Но для начала, тебе придётся ознакомиться со всей доступной литературой в Алхимической библиотеке - я не могу позволить ассистировать мне некомпетентному человеку.» Фладир думал, что это отвернёт Амаю от её дурацкой затеи, но она, казалось, даже обрадовалась. «Когда изучишь всю теорию, я устрою тебе экзамен по прочитанному, и только после этого допущу к исследованиям!» - пригрозил Мастер Фладир, с отвращением глядя, как Амая воодушевлённо кивает головой. «Если Вы мне прям сейчас организуете доступ в библиотеку, то я сразу же и начну,» - деловито сообщила Амая. Под натиском девочки Фладиру ничего не оставалось, кроме как встать и пойти оформлять её своим ассистентом у Главы Дома Алхимии. Стелла же, пока алхимик ходил по делам, бессовестно перебирала бумаги у него на столе, запоминая всё, что он успел натворить с её телосложением, и те исследования которые не увенчались успехом. К тому моменту уже стемнело, и, закончив с изысканиями Фладира, Стелла отправилась в свои покои, чтобы дать возможность своему телу и разуму отдохнуть. Нена встречала её на крыльце. В отличие от её обычного недовольного выражения лица, она была на удивление кроткой и почтительной, так что Стелла невольно насторожилась. «К Вам прибыла гостья, Юная Госпожа,» - сообщила служанка, провожая Амаю к накрытому столу, где уже сидела незнакомая женщина. С первого взгляда на неё было понятно, что эта женщина была исключительной. Одно ощущение от её присутствия заставляло бы простых людей и неподготовленных юниоров почтительно склонять головы. К тому же, она было ослепительно красива - длинные золотистые волосы падали водопадом ей на плечи, лицо её было словно произведение искусства - с идеально сбалансированными чертами лица, глубокими изумрудными глазами, изящным прямым носом и тонкими но чувственными губами. Она выглядела как слегка повзрослевшая девушка лет двадцати, но гордая осанка, тяжёлый взгляд и ощущение могущества, исходившее от неё, не давали усомниться в том, что она куда старше чем кажется. «Поприветствуйте свою матушку, Коен Лодену иль Тэ,» - звонким шёпотом подсказала служанка Амае. [[image:/storage/reader-images/d947301b43b1a024e8eaacade773509111782baa.png]] ---------- Лодена Стелла вежливо поприветствовала гостью, немного расстроенная тем, что не успела подготовиться ко встрече с матерью Амаи. Лодена была очевидно могущественнее любых преподавателей из школы Бьё, к тому же должна была знать свою дочь лучше посторонних и поэтому могла заподозрить неладное с чужой душой в её теле. — Строго говоря, я твоя мачеха, а не мать, — внезапно сообщила женщина в ответ на приветствие Амаи. — Нена прислала мне отчёт о том, что с тобой случилось, поэтому я в курсе о потере воспоминаний. Чтобы у тебя не сложилось неверного представления о наших взаимоотношениях я сообщаю тебе, что я — первая жена твоего отца, и не являюсь твоей биологической матерью, у меня вообще нет детей, а обращение «матушка», всего-лишь формальность. Твою настоящую мать зовут Римма, и она является второй женой Коен Вирана иль Тэ. Так же у тебя есть кровный младший брат Эмран, который сейчас учится в школе Тэ. — Благодарю матушку за пояснения, — Стелла на всякий случай старалась вести себя как можно более почтительно, хоть и не чувствовала от женщины никакой враждебности. Наоборот, всё что она говорила, казалось было направлено на то, чтобы помочь Амае освоиться в общении с ней. — Твои родители не могут сейчас покинуть клан, а я находилась неподалёку, поэтому решила навестить, — продолжала женщина, не чувствуя абсолютно никакой скованности в разговоре с Амей. — Матушка очень добра. Лодена ещё некоторое время разговаривала с Амаей на отвлечённые темы, пытаясь понять её ментальное состояние, но Стелла была настороже и отвечала нейтрально. Когда ей, наконец, надоело поддерживать беседу ни о чем, женщина заговорила о важном. — Я зашла напомнить тебе, что через несколько месяцев пройдёт большой прием в императорском дворце, на котором приказано собрать всех без исключения девочек в возрасте от двенадцати до восемнадцати лет из кланов первого порядка. Если бы не прямой приказ императора старейшины клана Тэ не позволили бы тебе покинуть территорию Бьё, но в нынешнем случае они не посмеют не подчиниться. Так что готовься, что клан заберёт тебя в столицу через два лунных месяца. — По какому поводу такой странный прием во дворце? — удивилась Стелла, которая о политическом устройстве Империи Солнца знала пока только из книжек, которые практически не отражали текущей ситуации. — Очевидно, что это будут смотрины для восьмого принца, — с непроницаемым лицом ответила Лодена. — Мнение верхов расходятся относительно того, кто будет выбирать ему невесту — Император или он сам, поэтому Старейшины не могут выбрать стратегию представления дочерей. Но поскольку приказано было собрать всех без исключения девушек, весьма вероятно, что критерии выбора будут нестандартными. Сама Стелла не была заинтересована в приближении к императорской власти, но было очевидно, что семья Амаи и верхушки клана видят в этих смотринах отличный шанс. — Я обязательно подготовлюсь, матушка, — вежливо рапортовала Стелла. — Кстати говоря, Нена сказала мне, что ты потеряла свою пространственную сумку, — внезапно сменила тему женщина. — Строго говоря, её не было со мной с тех пор как я пришла в сознание, — Стелла недобро глянула в сторону служанки, но та делала вид, что подобное - в порядке вещей. — Потеряна ли сумка, или её украли мне не известно. — К сожалению, замену твоей для сумки я так быстро достать не смогла, поэтому дам тебе обычную. Придётся тебе просить прислугу или друзей помогать с ней. Просить помогать с пространственной сумкой было довольно унизительно, но Стелла и не собиралась этого делать, поэтому с благодарностью приняла подарок. — В сумку я положила подходящий твоему телосложению меч и запас восстанавливающих эликсиров. Техники развития класть не стала — у меня нет подходящих для тебя копий. Боясь упустить свой шанс, Стелла осторожно спросила: — А нету ли у матушки алхимических ингредиентов высокого уровня? — Зачем они тебе? — удивилась Лодена. — Один алхимик разработал эликсиры помогающие мне совершенствовать моё телосложение, но из-за низкого качества ингредиентов, что он использует, мы не можем создать по-настоящему сильное средство. Если бы матушка могла снабдить меня хорошими материалами, я смогла бы продвинуться в своей миссии по возвращению в Тэ. [[image:/storage/reader-images/91ab46eaa358a175fc5600d34869df58949ae184.png]] ---------- Браслет Лодена ненадолго задумалась, а потом положила на стол ещё одну пространственную сумку, которая выглядела лучше и дороже. — Я собирала эти материалы несколько лет в помощь твоему брату, но раз они могут пригодиться тебе, то я отдам их. У Эмрана и без меня достаточно поддержки, а если это поможет тебе вернуться к семье, то я буду только рада. Стелла была немало удивлена, что Лодена с такой готовностью бросилась ей помогать. Это чувство общности с семьёй было настолько далёким от неё и давно забытым, что она уже не помнила, как на него отвечать. — Спасибо, матушка, — поблагодарила Стелла, подтягивая к себе обе сумки, прямо из-под рук служанки, которая уже собиралась забрать их со стола. — Нена так же сообщила мне, что через пять дней вас отправляют на практику в Шумный лес. Стелла кинула осуждающий взгляд на служанку, которая доложила Лодене обо всех подробностях жизни Амаи, в то время как ей самой не соизволила объяснить даже структуру её семьи, не говоря уже о дальнейшем плане обучения. — Я серьёзно опасаюсь, что твои недоброжелатели могут предпринять вторую попытку навредить тебе, поэтому я решила отдать тебе недавно сделанный мной талисман. Лодена осторожно взяла руку девочки и защёлкнула на её запястье довольно простой на вид браслет. — Этот талисман способен полностью скрывать ауру владельца от восприятия мастеров ниже Пророка. С ним тебя будет невозможно отследить или найти с помощью духовных техник и прочих поисковых методов, с ним ты сможешь спрятаться от любых недоброжелателей слабее меня, а таких, надо заметить, даже в Тэ не очень много. Стелле было достаточно нескольких минут чтобы разобраться с принципом действия браслета. Это был очень полезный артефакт. Стелла могла волевым усилием скрывать свою ауру сама, но тогда ей приходилось отказываться от использования маны или силы души. К тому же, это требовало концентрации и слегка утомляло. Если бы она могла свободно использовать свою душу, не опасаясь привлечения внимания, это существенно облегчило бы ей жизнь. — Даже не знаю, что я могу сделать для матушке в ответ на её щедрость, — растерялась Стелла не привыкшая получать что-то просто так. — Ты можешь побить тут всех и вернуться к семье, — ничуть не смутившись, ответила Лодена. — Твои родители очень переживают за тебя, но не могут переступить через волю старейшин. Тем не менее, они верят в тебя, и ждут, что ты со всем справишься. Стелле было очень неловко это слышать в то время, как она знала, что настоящая Амая уже мертва. В прошлой жизни ей не приходилось никого обманывать, поскольку её близкие погибли вместе с владелицей её нового тела, но теперь она попала в очень щекотливую ситуацию. Она не хотела притворяться Амаей, но открыть родным девочки правду об их дочери казалось довольно бесчеловечным поступком, особенно сейчас, когда она поняла, что её любят и ждут. Лодена просидела ещё какое-то время за столом, наслаждаясь чаем и закусками, которые подавала Нена, а потом покинула апартаменты Амаи, обещав лично забрать её через два месяца. Как только величественная женщина покинула дом девочки, отношение Нены сразу же вернулось обратно. — Юная Госпожа, почему бы Вам не отдать мне пространственные сумки, чтобы я могла извлечь из них содержимое для Вас? — первым делом предложила служанка. Стелла посмотрела на неё долгим предостерегающим взглядом, пытаясь решить для себя, как ей стоит вести себя с этой наглой девушкой. — Тебе стоит поостеречься проявлять подобную наглость впредь, — сообщила она служанке, намекая на попытку прикарманить часть оставленных сокровищ, и выпроводила её за дверь, несмотря на протесты. И только оставшись в полном одиночестве Стелла позволила себе заглянуть в сумки. Из первой она извлекла меч. Он был огромен, длинной около двух метров и шириной в двадцать сантиметров, то есть он был даже больше самой девочки, которая несмотря на своё уникальное тело была довольно миниатюрной. Оружие было тяжёлым, так что Стелла с трудом его поднимала, но она быстро обнаружила, что меч был зачарован на изменение размера и мог подстраиваться под её нужды, достаточно было отправить в него свою волю, и никакого эфира для этого не требовалось. Так же там было два десятка зелий, усиливающих регенерацию, выносливость и скорость. Но Стелле, конечно, была больше интересна вторая сумка. Она с интересом разглядывала ряды лекарственных трав, большую часть названий которых она даже не знала, поскольку в общей библиотеке были лишь ограниченные сведения об алхимии. Тем не менее, исследуя ингредиенты своим восприятием, она могла примерно догадаться, что для чего можно использовать и какой эффект получить. Больше всего её внимание привлекли две вещи. [[image:/storage/reader-images/485a60a87decd640cf1903930a468f653430e0dd.png]] ---------- Алхимическая библиотека Первая была невзрачной на вид травой, но под её листьями, казалось, трещали молнии. Она имела очень плотную ауру древности, и было сразу понятно, что эта трава редкая и сильнодействующая. Обычный человек с телом лишённым эфира не смог бы выдержать её действия, и если бы Алмазное тело не было столь прочным, Стелла никогда бы не решилась на её использование при текущем уровне развития. Второй был большой плод, он был бледным и в какой-то степени даже прозрачным. От него веяло потусторонней жутью. Стелла ещё не знала, для чего он пригодится, но уже предвкушала, что сможет сделать с ним что-нибудь интересное. Стелле уже не терпелось сделать что-нибудь по-настоящему полезное из всего этого великолепия, но её знаний о местной алхимии было маловато. Она заставила себя поспать хотя бы до раннего утра, чтобы быть в оптимальной форме, а потом на полной скорости помчалась к Алхимическому Дому. Заспанная помощница в приёмной долго не могла понять, что же Стелле от неё надо и по какому праву она требует доступа в библиотеку. Стелле даже пришлось прибегнуть к силе своей души, чтобы убедить её проверить список ассистентов Мастеров, в который её ещё вчера должен был добавить Фладир. Очень недовольная ранним подъемом девушка всё же проводила ту в Алхимическую библиотеку и захлопнула за ней дверь, недвузначно намекая, что любезного отношения можно не ждать. Стелла уже не замечала ничего кроме книг. Как будто загипнотизированная этими стройными рядами фолиантов разного формата, она ходила вдоль полок, решая, откуда начать. Первыми под раздачу попали справочники лекарственных растений и алхимических ингредиентов, нужно же было как-то опознать всё то богатство, которым с ней поделилась Лодена. Потом женщина взялась за изучение методов создания зелий и эликсиров. Литературы в библиотеке было так много, а времени на её изучение мало, так что Стелла приняла стратегическое решение не ходить на занятия. У неё было всего пять дней до начала практики, и ей хотелось к этому моменту уже сделать что-нибудь полезное, и наибольшую выгоду сулила молниеносная трава в её сумке. Скорость была одной из наибольших слабостей Амаи, и, похоже, Фладир это осознавал, потому что исследованию этого вопроса он посвятил очень много времени. Он не добился больших практических успехов, но его теоретические выкладки не содержали существенных ошибок. У него просто не было подходящих материалов и методов их обработки. Даже погруженная в чтение, Стелла не могла не заметить шевеление тумана судьбы вокруг замка души, поэтому о приближении одного конкретного человека она узнала заранее. Когда Мастер Турик Варлом, Смотритель Хранилища появился в поле её зрения, она уже была готова приветствовать его должным образом. Рядом с этим неприятным стариком Стелла старалась быть настороже. — В этой библиотеке не могут находиться посторонние! — Турик тоже, казалось, точил зуб на Амаю. — Я ассистирую Мастеру Фладиру иль Бьё, — ответила ему девочка, немало расстроив старика. — С каких пор некомпетентные юнцы набирают ассистентов? — не преминул он посквернословить в сторону врачевателя. Стелла не стала с ним спорить, отделавшись парой дежурных фраз и сделала вид, что снова погружена в чтение. На самом же деле она следила за стариком с помощью силы своей души. Поначалу она опасалась так делать, боясь быть обнаруженной, но браслет на запястье оказался очень удобным — он как бы стирал её присутствие из реальности, и даже если она пользовалась волей, силой души или маной — ничего из этого не могло быть обнаруженным. Она не смогла бы его использовать на Турнире, но в повседневной жизни ей больше ничего не мешало пользоваться своим наследием прошлой жизни. Мастер Турик ходил мимо рядов с методами обработки алхимических материалов. Он то и дело вытаскивал то одну книгу, то другую, но долго на них не задерживался. Потом он остановился на разделе, посвященном использованию крови в качестве ингредиента. Кровь духовных зверей, то есть зверей научившихся взаимодействовать с эфиром, часто использовалась в алхимии, и тем эффективнее она была, чем лучше очищена. Вот Мастер Турик и остановился на талмуде посвящённом очистке крови. И, вроде бы, в этом не было ничего странного, кроме того факта, что туман в душе Стеллы ходил ходуном, вызывая неприятную щекотку. Пролистав несколько книг на тему очистки и разложению крови на компоненты, старик поспешил к выходу. Зуд становился нестерпимым, но последовать за ним лично Стелла не решилась. Она отделила от своего сознания маленький кусочек, сформировала из него птичку и невидимым шпионом отправила вслед Смотрителю Хранилища. Основная же часть сознания осталась листать книги дальше. Птица довольно долго летела за Мастером Туриком, пока тот обходил территорию школы. Сначала он зашёл в свои апартаменты, раздал указания прислуге, потом отправился непосредственно к Дому Сокровищ. Сокровища выделялись из клана учредившего школу в качестве вознаграждения за победы и достижения. К тому же деньги и артефакты жертвовали семьи, не принадлежащие кланам, но желающие пропихнуть своих юниоров в школы. Кроме того, любая школа торговала эликсирами, материалами для алхимии, кузнечного дела, зачарования и прочих ремёсел, брала деньги за освобождение территорий от духовных зверей и эфирных сущностей, и уже на этот бюджет могла себе позволить самостоятельно закупать сокровища. Поэтому в каждой школе духовного мастерства была своя сокровищница, но то, насколько она богата, зависело от влияния в регионе и прозорливости Мастера Хранителя. Дом Сокровищ в Школе Стремительных Бьё не был богат, полки стояли полупустыми, а то оружие и артефакты что лежали на них не могли похвастаться хорошим качеством. Это могло значить, что со школой не считаются, и бюджета не хватает на закупку, либо что Мастер Хранитель тратит деньги не рационально. Старик быстрым шагом прошёлся мимо полупустых полок вглубь помещения, спустился по едва заметной лестнице в подвал, и уже там подошёл к неприметной двери в стене. Из пространственной сумки он достал сложного вида ключ и с минуту возился с замком. Когда дверь открылась птичка содержащая сознание Стеллы мгновенно прошмыгнула внутрь, а уже потом, не торопясь, зашёл и сам Турик. Дверь за ним мгновенно захлопнулась. [[image:/storage/reader-images/53779c9d0c44c7400e47cf0435552332466b49ee.png]] ---------- Хижина в лесу Помещение было больше всего похоже на секретное хранилище, то самое, где хранятся самые важные и дорогие артефакты. Оно было довольно маленьким и тёмным — всего пара стеллажей с двумя десятками неприметных вещичек. Но Мастер Хранитель не собирался здесь останавливаться. Он подошёл к дальней стене и стал вслепую шарить по стене в поисках открывающего механизма. Когда часть стены открылась, птичка последовала в темноту секретного прохода вслед за стариком. Они долго шли по туннелю безо всякого освещения, а когда поднялись по лестнице, оказались в лесу. Ещё полчаса они пробирались по лесу, одному только Турику известным путем, и вот, наконец, оказались рядом с хижиной. Внутри было тесно. Хижина состояла только из маленькой прихожей и одной единственной комнаты, свет в которую попадал из узких окон, расположенных под самой крышей. Комната была захламлена всякой ерундой. Тут были и рабочий стол с алхимическим оборудованием, и сваленные в кучу материалы растительного происхождения, и артефакты в разном состоянии, от абсолютно целых до полностью разобранных и сломанных. Но пробравшись через весь этот хлам, Турик оказался в единственном расчищенном углу. В нём стоял табурет, на котором сидело нечто. Оно было больше всего похоже на скелет, обтянутый кожей, но было поразительным то, что скелет самостоятельно сохранял сидячее положение, не будучи ни к чему прислонëнным, а ещё в нём по-прежнему теплилась жизнь. Сердце билось, лёгкие работали, снабжая организм кислородом, даже остатки эфира ещё сохранялись в теле, вот только глаза, непроизвольно следившие за движениями в комнате, были абсолютно пустыми. Стелла хотела исследовать скелет восприятием, но поняла, что ей что-то мешает. На шее у скелета висел кулон с фиолетовым камнем, который работал примерно так же, как и браслет у Амаи на запястье, только в несколько раз слабее. Стелла могла бы обойти это препятствие, но решила, что сейчас стоит сосредоточиться на ином. Мастер Турик, между тем, подошёл к табурету, достал из сумки коробку эликсиров и стал по одному давать их скелету. Мало-помалу скелет начал немного оживать, кожа и мышцы стали восстанавливаться, а дыхание усиливаться. Пока тело в углу приходило в форму, Хранитель Сокровищ возился с алхимическим оборудованием, рылся в ингредиентах, сооружал конструкцию, больше всего похожую на очистительный контур. Стелла припомнила, что именно этим и интересовался Турик в Алхимическом Доме. Она летала вокруг стола, рассматривая плоды трудов старика, когда её взгляд внезапно зацепился за один предмет валявшийся на столе. Это была пространственная сумка, но снаружи у неё было необычное крепление, которое идеально подходило под эфирный харий — монету, которую духовные практики использовали одновременно, и как деньги, и как источник эфира. Зачем бы на сумке быть слоту под харий? Разве что, хозяйка этой сумки не могла пользоваться эфиром самостоятельно, и у неё был особенный механизм, совсем как у сумки Амаи. Стелла отправила в сумку своё восприятие, но она была заблокирована, и понять, что же находится внутри, оказалось невозможно. Ещё когда Стелла увидела сидящее в углу тело, она подумала, что глаза его чем-то похожи на глаза Амаи в момент, перед тем как Стелла вселилась в её тело. Сейчас же, увидев на столе у Турика сумку, и связав это с разговором в библиотеке, когда Мастер Хранитель Сокровищ допытывался у Амаи, что же она помнит, Стелле стало ясно, что этот старик имеет прямое отношение к её «смерти». Правда, зачем он это сделал, и почему сбросил тело в ущелье, пока было непонятно. А ещё Стелла не могла решить, что ей теперь с этим знанием делать. Когда Мастер Турик закончил приготовления, скелет в углу уже стал напоминать женщину, а не нежить. Стелла следила за тем, как он подошёл к табурету, достал из пространственной сумки сложного вида прибор с иглой и алхимическую колбу на пару литров. Маленький кусочек сознания Стеллы мог только наблюдать, как старик устанавливает иглу в вену неподвижно сидящей женщины, не подающей абсолютно никаких признаков сознательности, а потом откачивает из неё кровь. Колба быстро наполнялась алой жидкостью, а состояние тела ухудшалось с каждой каплей и постепенно приходило к тому виду, в котором оно было по приходу Мастера Турика в хижину. Если бы это был обычный человек, он бы уже умер, но женщина была духовным практиком, и её жизнедеятельность поддерживалась с помощью эфира. На секунду Стеллу посетила мысль, что она ещё могла бы спасти эту женщину, но было похоже, что её душа уже покинула тело. Точно сказать, так ли это, она могла, лишь лично придя сюда и с полной душой, а не осколком, исследовав тело и хижину. Набрав полную колбу крови, Турик водрузил её в свой алхимический агрегат и принялся очищать. Птичке пришлось довольно долго ждать, прежде чем она смогла увидеть результат — маленький красный кристалл, который сверкал даже в тусклом освещении этой захламлённой хижины. Взяв в руки кристалл, Турик заметно оживился. Он взволнованно прошёлся с ним по комнате, рассматривая и хитро щурясь, как будто предвкушал, что же эта штука позволит ему сделать. Потом он закатал рукав на своей правой руке и там обнаружился странный артефакт в виде наруча, явно собранный из разных деталей буквально на коленке. Прямо на запястье артефакт имел слот, в который прекрасно поместился кристалл, конденсированный из крови женщины. После совмещения с кристаллом, старика окутало едва заметное красное свечение. Проделав все эти манипуляции, Турик полез в свою сумку и вытащил из неё шкатулку. Глядя на то, с каким трепетом Турик открывает шкатулку, Стелла поняла, что всё, что происходило в этой хижине было ради этого момента. [[image:/storage/reader-images/51e1c2e18efdc5a2fc0fb13cb207adc075b7a41c.png]] ---------- Роль Но, когда старик достал из шкатулки содержимое, Стелла с удивлением обнаружила совершенно невзрачный лист бумаги. От него не исходило никакой ауры, он даже не был похож на артефакт. Просто лист, на котором виднелось немного текста и сложного вида печать. Эфир абсолютно никак не реагировал на эту бумажку, и только золотой туман, туман в душе Стеллы, прежде назойливо щекотавший, стал ходить ходуном и нестерпимо зудеть. Турик положил руку, всё ещё едва заметно излучающую красный свет, на печать, и та пришла в движение. Стеллу, которая до предела сосредоточила своё восприятие на том, что происходило с бумагой, чуть не вырвало: чувство от движения печати было одновременно неуловимым и всепоглощающим, выходящим за пределы её внимания и понимания. Печать не двигала эфир, не влияла на законы взаимодействий, не затрагивала никакие известные Стелле силы и энергии, но где-то в глубине мироздания определённо сдвинулись какие-то шестерёнки и сама реальность совсем немного изменилась. В попытке перевести дух от этого тошнотворного чувства, Стелла оборвала связь с кусочком своего сознания в птице, оставив её самостоятельно следить дальше за Мастером Хранителем. Она поставила на место книгу, которую одновременно просматривала и села на пол библиотеки обхватив колени руками. Её голова разрывалась от боли, а желудок норовил исторгнуть наружу всё содержимое. Туман же наоборот, успокоился, и больше не раздражал, а даже как-то успокаивающе обернулся вокруг замка души, защищая от разрушений. Стелла была уверена, что если бы не сила судьбы, поддерживающая её, то свидетельство подобных изменений в мироустройстве могло бы дорого обойтись её душе. Стелла позаимствовала импульс золотого тумана, чтобы перенестись в это тело и мир, и немного понимала, как это работает. Судьба была присуща всем объектам во вселенной, и чем больше она накапливалась, тем сильнее влияла на окружающие события. Сила судьбы этого листа бумаги была так велика, что напрямую привела душу Стеллы в этот отдалённый уголок вселенной и ткнула носом в её будущую задачу. Лист должен был сыграть свою роль, а Стелле надлежало взять этот лист и встать на место инструмента в реализации его роли. Был ли у неё выбор? Стелла понимала, что сейчас его не было. Либо она следует за вихрем золотого тумана, либо он разъест и сломает её замок души. Но, может быть, позже она сможет спрыгнуть с этого поезда. Либо когда полностью исчерпает и погасит импульс листа бумаги, либо когда станет достаточно сильной, чтобы преодолевать влияние золотого тумана. Сейчас эта задача казалась такой далёкой, но Стелла уже прошла довольно долгий путь и могла мыслить стратегически на столетия вперёд. — Что, от обилия знаний голова кругом пошла? Стелла, даже не поднимая головы, знала, что это Фладир иль Бьё пришёл в библиотеку узнать, что она тут делает. Чтобы ему ответить Стелле пришлось собрать остатки воли в кулак. — Я нашла способ радикально увеличить свою скорость, — сообщила она Мастеру Алхимии, поднимаясь с пола. — Если я дам Вам ключевые ингредиенты, Вы же сможете сварить эликсир? Фладир изначально очень скептически относился к требованию Амаи, но сейчас его брови неконтролируемо поползли вверх. Девочка всегда была довольно замкнутой и было сложно понять, что творится у неё в голове, но сейчас её поведение стало весьма эксцентричным. Он мог поверить, что она быстро освоит теорию алхимии — Амая всегда хорошо себя показывала, когда дело касалось усидчивости и настойчивости, но она не была хороша ни в чём другом. По крайней мере, он всегда так думал. Когда она успела стать такой способной? И такой наглой. Как будто совсем другим человеком. — Пойдём в кабинет, глянем, что ты там нашла, — вздохнул мужчина. Сначала он хотел высмеять самонадеянность девочки, которая на второй день решила задачу, над которой он сам работал год, но потом решил сначала ознакомиться с предложением Амаи. Что-то в её поведении было такого, что заставляло безоговорочно ей верить, а в себе, наоборот, сомневаться. Когда же Амая расписала ему способ создания эликсира навсегда повышающего скорость реакции и движений, Фладир некоторое время сидел и в ступоре смотрел на подробно и поэтапно расписанный рецепт. В нём было учтено всё, от времени обработки материалов до способа использования эфира для манипуляций с ингредиентами. Всё было настолько чётко, что у Мастера Алхимии остался лишь один вопрос: как?! Как она смогла всё это составить, не имея опыта в алхимии и возможности самой работать с эфиром?! — Скажи честно, кто-то дал тебе готовый рецепт? — выдвинул единственное рациональное предположение преподаватель. — Матушка Лодена передала мне некоторые лекарственные травы вместе с уникальными книгами клана Тэ, которые и помогли мне составить этот рецепт, — Стелла решила пощадить психику Фладира и приукрасила правду. Он явно не поверил, но удовлетворился и таким объяснением. — Через несколько дней начнётся практика в Шумном лесу, поэтому мне бы хотелось успеть создать и использовать эликсир до отправления. — Но мне не хватает довольно многих вспомогательных ингредиентов, — посетовал Фладир, снова просматривая рецепт, — Можно купить их на складе Дома Алхимии, но это будет недёшево. — У Вас не хватает денег, Мастер? — спросила Стелла с притворным удивлением в голосе. — Отправьте счёт Нене, она заведует моими финансами и оплатит покупку ингредиентов. Постарайтесь всё организовать как можно быстрее, мне бы не хотелось пить эликсир в самый последний момент. — Хорошо, — Фладир и сам не понял, каким образом их роли так быстро поменялись и почему он подчиняется этой девочке. [[image:/storage/reader-images/367ec97f848d544c5851dd83ea51e7cc72556009.png]] ---------- Эликсир Эликсир был готов через два дня. Счет, который выкатил Дом Алхимии за вспомогательные ингредиенты, ввëрг Нену в длительный приступ раздражения, но она не могла сказать ничего против, ведь сама Госпожа Лодена одобрила создание эликсиров для улучшения телосложения Амаи. Да и если бы сказала, Стелле было, что на это ответить. Все эти два дня Амая просидела дома, не ходила на занятия, не занималась развитием, анализировала литературу из библиотеки, составляла план действий и придумывала новые рецепты эликсиров. В этом мире эликсиры, меняющие структуру тканей и усиливающие тело напрямую, были не слишком распространены, а использовались, в основном, те, что воздействовали на эфир внутри тела. Это было связано с тем, что мастера и так преобразовывали тело с помощью эфирных техник, этот путь был относительно безопасным, а результат гарантированным. Зелья же, достаточно мощные, чтобы преобразовать тело человека навсегда, имели довольно непредсказуемый результат — и это было в первую очередь связано с тем, что у каждого мастера была своя собственная техника циркуляции эфира, и при взаимодействием с действующими веществами эликсира было сложно предсказать, что может пойти не так. Впрочем, класс подобных эликсиров всё же был востребован на начальном пути становления мастера — до того момента, как юниор окунулся в эфир и начал использовать технику циркуляции. Прежде чем Стелла найдёт способ интегрировать эфир в тело Амаи, она планировала по максимуму использовать возможности алхимии для преобразования её тела. Чем прочнее и сильнее будет основа её существования, тем выше она сможет забраться позже. Поэтому, когда Фладир принёс в её апартаменты фиал с Зельем Скоростной Метаморфозы, Стелла отдала ему целую пачку новых рецептов вместе с ингредиентами Лодены. Мастер Алхимик молча всё забрал и даже не стал возмущаться. Поскольку до практики оставалось всего два дня, Стелла решила не медлить с приёмом зелья и, выгнав прислугу, заперлась у себя в комнате. Действие лекарства обещало быть длительным и очень неприятным, и Стелла совсем не хотела, чтобы кто-то за ней подглядывал, или хуже того, мешал. Можно было просто выпить и ждать, но бывшая Магистр Магии не привыкла ничего пускать на самотёк, поэтому рассчитывала контролировать весь процесс с помощью собственной воли и силы души. Зелье было горьковатым на вкус, а эффект начал проявляться довольно быстро и какое-то время только нарастал. Стелла чувствовала, как преобразующий эффект лекарства проникает в каждую клетку её тела вместе с микроскопическими молниями, никуда не исчезнувшими после преобразования главного ингредиента. Алмазное тело Амаи показало себя с лучшей стороны, быстро ликвидируя разрушения, которые неизбежно сопутствовали принятию такого сильнодействующего препарата. Не мгновенно, но её тело преображалось. Весь процесс занял добрую половину дня, и уже к ночи совершенно обессиленная, но довольная проделанной работой Стелла рухнула на постель и провалилась в крепкий, восстанавливающий сон. Проснулась она на рассвете. Позвав Нену и попросив организовать ей купель, Стелла выяснила, что проспала больше суток. За это время её навещали и Ноктис, и Фладир, но обоим им пришлось развернуться у закрытой двери спальни, поскольку указание Амаи было однозначным: не беспокоить, пока речь не пойдёт о жизни и смерти. Лежа в тёплой воде, Стелла связалась с осколком своего сознания, по-прежнему следовавшем за Туриком Варлом, Мастером Хранителем Сокровищ. За эти дни слежки за ним она так и не смогла понять, что же ему давал тот лист бумаги, который он с таким трудом активировал. Со стариком абсолютно ничего не происходило — он как и прежде выполнял свои обязанности Хранителя, а всё оставшееся время посвящал развитию, чтению книг и бытовым мелочам. За эти три дня он даже ни разу не приходил в свою хижину в лесу. Впрочем, Стелла заметила, что аура кровавого кристалла, прежде интенсивно покрывавшая Турика сильно ослабла. Возможно, довольно скоро ему придется его обновлять. Практика в Шумном лесу должна была проходить на протяжении десяти дней, и за это время Стелла рассчитывала улизнуть из-под надзора Мастеров и наведаться в хижину Турика. И было бы неплохо встретить там самого Хранителя Сокровищ, тогда она могла бы выяснить обстоятельства смерти Амаи наверняка и завладеть этим странным листом бумаги. — Юная Госпожа, сбор юниоров, проходящих испытание в Шумном лесу назначен на полдень, местом сбора объявлена площадь напротив Высоких Врат, — сообщила Нена, подавая Амае одежду, по окончании водных процедур. На лице её почему-то отражалось больше раздражения чем обычно. Стелле хотелось проверить изменения в своём теле, но времени на это у неё уже особо не было. — Ты собрала мои вещи и запас еды? — поинтересовалась она у служанки. — Я сложила всё в самую обычную пространственную сумку, только не знаю уж как Вы ей будете пользоваться, — язвительно ответила Нена. Стелла в очередной раз подумала, что ей будет проще найти новую служанку, чем пытаться исправить отношения с этой. Окинув Нену взглядом, Стелла вдруг заметила в её теле какой-то хаос. Неудивительно, что она была в таком нестабильном эмоциональном состоянии: весь эфир в её теле перемешался и больше не соответствовал тому паттерну, который она использовала раньше. [[image:/storage/reader-images/a47bc4fd34ef64fc45b38ac4f73a5876008afdf8.png]] ---------- Сбор Внимательно осмотрев служанку своим восприятием, Стелла заметила помимо всего прочего следы лекарственной эссенции, свойственные приёму эликсиров и стимуляторов. Причем сила трав шла явно вразрез с действием эфира на тело Нены, что наводило на определённые выводы. — Ты выпила один из моих эликсиров? — глядя в глаза служанке, поинтересовалась Стелла. — Вот ещё! — вспылила Нена, но по её лицу уже было понятно, что догадка Стеллы верна. После пары минут препирательств выяснилось, что пока Амая спала, приходил Фладир и принёс ещё пару эликсиров, на этот раз увеличивающих физическую силу. И поскольку физическая сила была самой существенной слабостью Нены, она решила попробовать, ради чего Лодена отдала целую сумку трав. Но её ожидания совсем не оправдались, мало того, что эликсир не сработал даже и наполовину, но ещё и привёл к нарушению распределения эфира в теле. Стелла никогда не была жадной и никогда бы не стала заморачиваться из-за одного, пусть даже весьма ценного, зелья. Но наглость, с которой служанка присвоила себе её драгоценный шанс на прогресс и возвращение домой, возмутила Стеллу до глубины души. — Мне стоило бы наказать тебя, но сделать тебе хуже, чем ты сделала себе сама, у меня уже не получится, — откинувшись на спинку стула, сказала Стелла. Нена, загнанная в угол, сначала храбрилась и пыталась показать, что ей всё равно на то, что подумает о её поступке ущербная Амая, но, когда девочка напомнила ей о том, в каком состоянии она теперь оказалась, служанка готова была расплакаться. — Сейчас мне уже некогда заниматься этой ситуацией, но, так и быть, по возвращению с практики я попрошу Фладира сделать тебе компенсирующий антидот. У тебя есть дополнительные десять дней, чтобы обдумать ситуацию, и если после моего возвращения твоё отношение ко мне и работе не изменится, то я отошлю тебя обратно в клан Тэ. Уверена, что найдётся немало желающих заменить тебя на этом месте — в конце концов, условия, которые тебе предоставили мои родители чудо как хороши по сравнению со среднестатистическими. Нене было нечего возразить, но и соглашаться со своим провалом девушке тоже не хотелось, поэтому, даже не ответив, она ушла рыдать в другую комнату. Стелла закончила завтрак, проинспектировала пространственную сумку, которую собрала для неё служанка, отдала последние распоряжения Туану, который как обычно охранял апартаменты, и отправилась на место сбора. Высокие Врата были официальным входом на территорию Школы Стремительных Бьё. Через них по регламенту должна была проезжать каждая официальная делегация, если таковые случались. Прямо перед ними была вымощена разноцветными камнями обширная площадка, которую использовали для мероприятий с участием большого количества людей. Что ещё было удобно — совсем недалеко от Высоких Врат располагался Ангар, в котором хранился и содержался транспорт, используемой школой, а также располагался гостевой транспорт всех тех, кто прибывал в школу извне. Вот и сейчас к Высоким Вратам подкатили три больших шаттла, которые должны были доставить всех назначенных на практику мастеров и юниоров к Шумному Лесу. Площадь же перед вратами была заполнена людьми, ожидающими отправления. Здесь были юниоры самого разного возраста, от десятилеток до выпускников. Шумный лес условно делился на зоны, и для каждой возрастной группы было подходящее по сложности место для прохождения практики. Стелла не собиралась ни с кем общаться, а предпочла бы остаться проигнорированной, но вездесущий Ноктис нашел её даже в толпе. — Я слышал, ты опять пила усиливающий эликсир, — стал недовольно ворчать молодой человек сразу после встречи с девочкой. — Я, вроде, просил тебя поостеречься Фладира, он явно помогает тебе из собственной корысти. — Даже если и так, то что? — рационально возразила Стелла, — Разве здесь есть кто-то, кто может помочь мне бескорыстно? Ноктис прикусил язык. Он, несомненно, хотел помочь Амае бескорыстно. Ради этого он даже уговорил своего дядю, Туволь Римди иль Бьё, который преподавал в школе мастерство тяжёлого меча, взять девочку в свои личные ученицы, но это не сильно помогло ей. Пусть тяжёлый меч неплохо соответствовал телосложению Амаи, у них не было совершенно никакой синергии, и Мастер неоднократно советовал Амае подумать о смене оружия, и, соответственно, учителя. — Не переживай сильно, — глядя на душевные терзания Ноктиса, на сердце у Стеллы потеплело, — кто предупреждён, тот вооружён. Фладир не сможет использовать меня больше, чем я ему это позволю. Напомни, какое место в рейтинге по окончанию практики было у меня в прошлом году? — поторопилась она перевести тему. — Из сорока пяти юниоров нашей возрастной категории ты была двенадцатой, — сообщил девочке Ноктис. — В общем же рейтинге двадцать первой. Место в общем рейтинге высчитывалось сложным образом, исходя из возраста и достижений, и обновлялось каждый раз после проведения экзаменационных мероприятий, таких как турниры или практики. Первые десять юниоров общего рейтинга отправлялись на ежегодное соревнование между школами Бьё. Именно в этом соревновании нужно было победить Амае, чтобы вернуться в Тэ. Пока что, она до него ещё даже не добиралась. [[image:/storage/reader-images/26d9c9a8941bfb7addcf6196347ce5a75220d2ab.png]] ---------- Возвращение Погрузившись в шаттл, юниоры с пятью наставниками на каждое транспортное средство отправились в путь. Шумный Лес был довольно обширным, со сложной топографией и ехать до него было около суток. Ещё десять дней отводилось на саму практику и следующие сутки на подведение итогов и возвращение. Сутью практики для юниоров было убийство духовных зверей, поиск эфирных сущностей и сбор ингредиентов для ремёсел. За каждое конкретное достижение начислялись баллы, потом они суммировались и из них составлялся рейтинг. Враждовать друг с другом было категорически запрещено, как и кооперироваться, но поскольку за нарушением правил следили весьма условно, такое происходило сплошь и рядом. Наказание могло последовать только после заявления от юниора и последующего расследования, если не было заявления, то никто и не проверял. Шумный Лес назывался так потому, что практически на всей территории, где больше, где меньше, произрастали говорящие сосны — вид высоких деревьев с особенной корой на тонких стволах, задевая которую, ветер издавал довольно резкие звуки. Именно из-за этих деревьев в лесу практически всегда стоял громкий гул, затрудняющий ориентацию и скрывающий более тихие звуки. Первый шаттл остановился на границе леса, второй, где находились Амая и Ноктис заехал на несколько километров вглубь, а третий отправился и того дальше. На месте остановки инструкторы разбили лагерь, который служил точкой отправления, раздали последние инструкции и отправили всех учеников школы на поиски приключений. — Вместе будем держаться? — деловито поинтересовался Ноктис у Амаи, когда они удалились на приличное расстояние от шаттла. — Я хотела бы попробовать свои собственные силы без твоей поддержки, — ответила ему девочка. Ноктис уже был готов к этому ответу, поэтому только кивнул, и они разошлись в разные стороны. Оставшись в одиночестве, Стелла решила не откладывать свой план, и, прикинув направление, на максимуме своей скорости помчалась к лесной хижине Турика Варлом. Она старалась выжать из своего тела всё что можно, чтобы понять свои пределы — как быстро она будет двигаться, и как долго будет поддерживать это состояние. То расстояние, которое шаттл пролетел за сутки, Стелла пробежала за треть, и уже к вечеру оказалась в лесочке, неподалёку от школы. Несколько раз ей приходилось снижать скорость ради отдыха, но тело Амаи было удивительным и восстанавливалось до своего оптимального состояния очень быстро. Стелла, расстроившаяся было из-за несовместимости с эфиром, снова воспряла духом и была очень довольна показателями своего нового тела: её скорость на пике возросла в три раза по сравнению с тем, что была до принятия эликсира. И раз уж её тело всё-таки поддавалось изменениям, Стелла заключила, что проблема с эфиром тоже рано или поздно решится. А пока у неё есть путь, который, как показала практика, не так уж и плох. Лес, в который выходил тайный ход из-под школы, назывался Ядовитым, и в нём водилось довольно много опасной флоры и фауны. Поэтому даже старшие ученики из Стремительных Бьё не рисковали сюда соваться. Стелле с её Алмазным телом можно было не опасаться ядов, но она всё равно снизила скорость при продвижении по лесу и окинула местность душевным взором. При некоторой удаче в лесу можно было найти хорошие ингредиенты, которые она теперь отлично помнила благодаря штудированию справочников из библиотеки алхимии. Птичка, следящая за Туриком показывала, что тот не покидает школу, но Стелла была уверена, что на хижине стоит сигнализирующий механизм, и если она его потревожит, то Турик обязательно примчится разбираться с нарушителем. С другой стороны, было бы неплохо пробраться в хижину незамеченной, разведать всё и приготовиться ко встрече с Мастером заранее. Домик был неплохо замаскирован, но укрыться от восприятия Стеллы не смог, тем более что она уже знала, что ищет. Сигнальный механизм Стелла тоже быстро обнаружила, он представлял из себя артефакт отслеживающий посторонние ауры, и его прекрасно нейтрализовывал амулет, который дала Лодена. Вот так, совершенно незамеченной, Стелла проникла на секретную базу коварного Мастера Хранителя Сокровищ. Здесь всё было таким же, как Стелле транслировал её кусочек сознания. Куча полу разобранных артефактов создавали эфирный шум, который мешал восприятию, поэтому, даже находясь здесь во плоти, Стелле пришлось сосредоточиться, чтобы не упустить ничего важного. Первым делом она проверила тело сидящее на табурете в углу. В нём по-прежнему теплилась жизнь, но куда менее отчётливо, чем раньше. Ресурсы организма были давно истощены, и сердце уже билось через раз. Этому телу было уже не помочь — даже если его снова восстановить эликсирами, совсем скоро поддерживающие жизнь процессы совсем остановятся, и наступит полная и бесповоротная смерть. Впрочем, как Стелла и предполагала, души, что прежде пребывала в этом сосуде, тоже уже не было, причем довольно давно. Тело без души, если его не сохраняли соответствующими методами, начинало деградировать, и, прикинув скорость, Стелла заключила, что душа его покинула больше чем два лунных цикла назад. Нужно заметить, что насильно вырванная из тела душа тоже долго не могла существовать без дополнительной поддержки целостности, довольно быстро она начинала рассеиваться, пока окончательно не пропадала. Впрочем, душа могла пройти трансформацию и превратиться в неупокоенного духа, призрака или ещё какую-нибудь сущность, тогда к ней уже применялись совсем другие законы. Процессы происходящие с телом и душой после смерти какое-то время занимали Стеллу в прошлой жизни, но она не считала себя в них специалистом, хоть и знала немало. Шанс на то, что душа отделённая от тела, сидящего в углу, где-то сохранилась спустя пару месяцев был довольно мал, но Стелла решила проверить на всякий случай. Она окинула восприятием всю комнату пытаясь отследить малейшие признаки присутствия душевного следа и с удивлением обнаружила нечто похожее на сумке Амаи, лежащей на столе с алхимическим оборудованием. [[image:/storage/reader-images/fdde96c0ef4b3d6d8b6c163088dcf2d79bd78f86.png]] ---------- Сумка Амаи Стелла взяла в руки сумку и попыталась заглянуть в неё, но так же как и раньше, у неё это не получилось. Обычно пространственная сумка реагировала на пучок эфира, но очевидно, что сумка Амаи должна была иметь другую конструкцию, и, видимо, реакция на эфир у неё отсутствовала вовсе. Тогда Стелла вставила в слот новенький харий и попыталась открыть её снова. Если не эфир, то Амая могла использовать только волю, либо душу. В начале своей магической карьеры Стелла думала, что воля и сила души это примерно одно и то же, но с опытом поняла, что это два независимых атрибута, каждый из которых можно развивать. Причем, если душу можно было усиливать уймой способов, то волю развивать было гораздо сложнее, обычно она просто накапливалась со временем, с разной скоростью у разных людей. И чем сильнее и быстрее была воля человека, тем проще он становился магом в предыдущем мире Стеллы. Вопреки ожиданиям, ни воля, ни сила души не смогли активировать сумку. Взяв загадочный предмет в руки, Стелла села на пол, и принялась изучать его всем доступным ей восприятием. Довольно быстро стало понятно, что сумка открывалась всё-таки силой души, но настроена она была на одного единственного человека, и им была, без сомнения, Амая. Стелла могла бы, конечно, сломать сумку. Тогда все помещающиеся в ней предметы высыпались бы наружу. Но это, во-первых, было бы расточительством по отношению к столь уникальному предмету, а во-вторых, Стеллу настораживал след души, который она почувствовала от этой сумки. Но пока женщина раздумывала, что же ей такого сделать, чтобы открыть сумку не повреждая, она открылась сама. Стелла с удивлением отправила восприятие в сумку, и действительно обнаружила там душу. Вот только это была душа не от тела, сидевшего в углу хижины. Из глубины свёрнутого пространства сумки к ней тянулась душа Кван Амаи иль Тэ. На мгновение Стеллу захватила буря эмоций, от укора самой себе, за то, что даже не допускала мысли о выживании души Амаи, до страха за то, что придётся возвращать ей уже обжитое чудесное тело. Но женщина быстро успокоилась, негоже было Магистру Магии, прожившему на свете несколько тысяч лет, паниковать по таким пустяковым поводам. Она погрузила своё сознание в сумку и помогла душе девочки выбраться наружу. Амая была на удивление в хорошем состоянии для сознания отделённого от тела, скорее всего, это было связано с замедлением времени в свëрнутом пространстве. Её вообще не было видно, если бы Стелла не наблюдала душу Амаи своим восприятием, то могла бы её вообще не заметить. Чтобы душа могла визуализировать себя в реальном мире, ей надо было очень постараться, либо изменить свою сущность. «Почему моё тело пришло меня спасать?» — первым делом поинтересовалась девочка. Она не произносила звуков, но Стелла могла понимать, что пытается сказать её душа. «Потому что теперь это не совсем твоё тело,» — честно ответила она Амае. «Оу,» — довольно равнодушно отозвалась девочка, казалось её совершенно не расстроило, что её тело теперь ходит без её участия. — «Злодейства Мастера Турика вскрылись, и его уже кто-то убил?» «Нет пока, но это входит в мой план,» — поделилась Стелла своим намерением. «И как же ты сможешь осуществить это в моём теле?» — удивилась Амая. — «Турик Варлом — Мастер на уровне Синего Мудреца, а в моём теле ни капли эфира. К тому же, у него есть артефакт атакующий душу и вырывающий её из тела.» Про возможность Турика Варлом разделять телу и душу Стелла и так уже предполагала, но не думала, что это будет артефакт. В любом случае, она не собиралась вступать с ним в открытую конфронтацию, а хотела установить в хижине ловушку. «Как-нибудь справлюсь,» — не стала подробно объяснять Стелла девочке. — «Но тебе стоит вернуться в сумку, иначе твоя душа начнёт распадаться. Когда закончу с Туриком, я подумаю как вернуть тебе твоё тело.» «Да ну! Не хочу я возвращаться в это тело!» — совсем не радостно отозвалась Амая, — «Оставь его себе, а мне лучше найди тело подходящее для духовного мастерства.» Внезапно Стелла поняла, почему Амая с таким равнодушием отнеслась к тому что её тело сменило владельца — она просто его терпеть не могла. Вероятно, она все свои неудачи в жизни списывала на это тело и просто мечтала от него избавиться. «Хорошо,» — согласилась женщина, — «Я помогу тебе найти новое тело. Но чтобы не исчезнуть до этого момента, вернись в сумку!» «Там скучно,» — пожаловалась душа Амаи, но послушно вернулась в свёрнутое пространство сумки. Оставшись в одиночестве, Стелла почувствовала себя более комфортно. Она снова окинула взглядом комнату, прикидывая, что из её арсенала заклинаний могло подойти для ловушки. [[image:/storage/reader-images/7df567108a686d0e68357b34ed9240c987b99fe8.png]] ---------- Ножницы Чтобы уж наверняка справиться с Туриком Варлом, Мудрецом Синего уровня, с кучей артефактов, в том числе сокровищем, разделяющим душу и тело, а также владеющим таинственной страницей, Стелла решила поднапрячься, и подойти к этому вопросу всерьез. Она установила несколько магических кругов разного действия и направленности, среди которых были как те, что напрямую связывают жертву, так и те, которые действуют деструктивно на тело, душу и ману. Даже если что-то из этого не пригодится или будет избыточным — ничего страшного. В вопросах жизни и смерти все средства хороши. А то, что противостояние с Туриком Варлом было именно таким вопросом, Стелла не сомневалась. В прошлой жизни ей не удалось избежать кровопролитий и смертей. В первое же столетие своей жизни в качестве мага Стелла вынуждена была участвовать в нескольких войнах. Это были непростые для неё времена, когда приходилось делать сложный нравственный выбор. Её положение усугублялось тем, что все вокруг абсолютно не понимали её терзаний по поводу ценности человеческой жизни. Стелла, отягощëнная моралью предыдущей жизни, той, в которой смерть любого человека становилась трагедией, несказанно мучилась в новом мире, где жизни простых людей были не ценнее жизни кошки или собаки. Но время шло, эмоции притуплялись, и терзаний по поводу смерти каких-то малознакомых людей становилось всё меньше. А потом и вовсе все эмоции пропали из жизни женщины. Сейчас же, пусть эмоции и вернулись, особого чувства вины или замешательства по поводу того, что она собирается отнять чью-то жизнь, Стелла не испытывала. Она была уверена, что поступает правильно, ведь старик, ради каких-то своих целей уже убил как минимум двух человек — Амаю иль Тэ и незнакомую женщину в углу. И судя по реакции тумана судьбы, все пропавшие юниоры тоже были на его совести. Закончив приготовления, Стелла намеренно активировала амулет сигнализирующий о вторжении в домик, и принялась следить за реакцией своего оппонента через птицу из осколка её сознания. К этому моменту уже окончательно стемнело, наступила ночь, и сигнал тревоги застал Мастера Турика во время восстанавливающей силы медитации. Он подскочил как ошпаренный, и первым делом почему-то стал проверять, работает ли ещё его браслет. Красное свечение и раньше не было интенсивным, а теперь его уже невозможно было различить. Старик остался весьма недоволен этим фактом и со злости чуть не разбил кулаком подиум для медитаций. Затем он вскочил на ноги, схватил лежащие рядом пространственные сумки в количестве трёх штук и помчался в Дом Сокровищ, а дальше в подземный ход и через лес в хижину. Скорость, с которой он передвигался была большой, но скорость, которую развивало тело Амаи было лишь немногим меньше. С возможностью анализировать и предугадывать события, Стелла могла бы сразиться с ним даже в рукопашную. Впрочем, она не собиралась этого делать. В бою с Туриком Варлом она планировала полностью положиться на магию и силу своей души. Первой ловушкой, которая активировалась от приближения Мастера Турика был магический круг, замедляющий обмен веществ и нервную проводимость в организме. Это в целом влияло на скорость реакции и мышления, но поскольку эффект нарастал постепенно, неопытный человек не замечал, что с ним что-то вообще происходит. Следующая ловушка воздействовала на эмоции и её тоже было трудно отследить без определённой подготовки. Она вызывала потихоньку нарастающее чувство тревоги переходящее в страх, вплоть до паники. Чем опытнее и старше был человек, тем проще было справиться с этими чувствами, но это не отменяло отвлекающего фактора, заставляющего терять концентрацию и душевные силы. На дверь дома Стелла наложила заклинание «Духовная слепота». Оно влияло непосредственно на душу и существенно снижало восприятие. Как только старик коснулся ручки двери, оно благополучно сработало. Именно это воздействие не осталось для Турика незамеченным. Он почувствовал, как что-то сковало его душу, нарушая чёткое восприятие мира. Его это насторожило, и он сначала попытался силой своей стопятидесятилетней души пробить опустившийся купол, но ничего не вышло. Осознав, что против него затеял игру достаточно опытный мастер, Турик Варлом вытащил из сумки несколько защитных артефактов, водрузил их на полагающиеся места, и наконец, взялся за самый главный свой козырь — Ножницы Загробного Мира. Ножницы эти достались ему вместе со страницей и являлись активной защитой, инструментом исследований и гарантом безопасности одновременно. Ими было легко воспользоваться, не нужно было даже сражаться с оппонентом, достаточно было установить зрительный контакт, а потом перерезать зрительную линию перед глазами жертвы. Ничего не подозревающий человек охотно шел на контакт, когда Мастер Хранитель Сокровищ делал вид, что доброжелателен и согласен на компромисс, и с использованием артефакта у Турика никогда не возникало проблем. Ножницы в руке вселили в него уверенность, иначе Мастер Хранитель Сокровищ поостерëгся бы заходить в хижину, зная, что его противник внутри хорошо подготовился. Он решительно открыл дверь и быстрым шагом прошёл в комнату, где его уже ждала Стелла. Он очень удивился, увидев Амаю, стоящую рядом со скелетом в углу. Девочка в темноте лесного домика выглядела настолько зловеще, что помимо воли по спине Турика побежали мурашки. Он уже вырвал её душу из тела, когда она случайно раскрыла его секрет. Так как же она смогла вернуться к жизни? [[image:/storage/reader-images/7afe16c5304251c1d16292265059b3e11c792c45.png]] ---------- Стелла Однажды нарушенную связь тела и души было нелегко восстановить. Эта была особенная, кармичесекая составляющая, во многом определяющая судьбу человека после его смерти. Без неё душа была обречена либо растаять без следа и возможности новой жизни, либо искать способы выживания с переходом в иное качество. По-крайней мере, Турик Варлом не знал способов возвращения в тело, после того как связь с душой была разорвана. Но зато пустое тело могли использовать разные эфирные сущности или опытные духовные мастера. — Ты ведь не Амая, я прав? — произнес Мастер Турик, медленно приближаясь к девочке. Её глаза были закрыты, поэтому он пока что не мог использовать ножницы. К тому же, в его душу закрадывалось пугающее предположение, что на духовном мастере, не имеющем полноценной кармической связи с телом, артефакт может не сработать. А значит, ему, возможно, придется сражаться в рукопашную. Если бы это была прежняя юная Амая, он напал бы даже не задумываясь, но с опытным мастером внутри Алмазного тела ввязываться в драку было рискованно. Сначала надо было всё-таки попробовать Ножницы Загробного Мира, а для это надо было разговорить противника и усыпить его бдительность. — Могу ли я узнать имя достопочтенного Мастера, посетившего мою хижину и цель его визита? Может быть, мы могли бы договориться? Мне есть, что Вам предложить. Стелла наблюдала с помощью своего восприятия, как старик продвигается к точке, в которой был установлен Цепной захват. Она понимала, что он пытается заговорить ей зубы, но это как раз входило в её план. — Можешь называть меня Стелла. Я пришла сюда за страницей. Если ты отдашь мне её добровольно, я оставлю тебя в живых. В часть звуков произносимых её голосом Стелла вкладывала ману, формируя аудиальное заклинание. Такие заклинания, вплетённые в речь, было трудно распознать, и ещё труднее остановить их воздействие. Особенно, если ты ещё и находишься под воздействием Духовной Слепоты. При упоминании страницы старик едва заметно вздрогнул. Очевидно, он не ожидал, что Стелла про него так много знала. Он предполагал, что она обнаружила его связь с пропажей юниоров, и думал, что сможет подкупить, но если в деле начинала фигурировать страница, то оно принимало скверный оборот. — Госпожа Стелла, о чём вы только говорите, какая страница? — сделал он глуповатое лицо, решив потянуть время насколько максимально это возможно. — Та самая, ради которой ты совершил столько убийств, — то, что он убил многих, было лишь догадкой, но Стелла в ней не сомневалась. Она продолжала переплетать свой голос с маной, хоть это и было довольно болезненно для её горла и голосовых связок. Чем дольше она будет говорить, тем сильнее окажется финальный эффект заклинания. — Или ты сейчас будешь отпираться, говоря, что не имеешь ничего общего со смертями юниоров в Бьё? — Разве уже подтверждено, что все эти юниоры мертвы? — Турик Варлом был в курсе всех подробностей расследования, и ни в одном из случаев тело не было найдено. — Полагаю, ты избавился от тел, а все следы ауры подчистил с помощью амулета, висящего на шее той женщины, — Стелла по прежнему не открывала глаз, следя за всем исключительно с помощью восприятия души. Она не знала точно, как активировались ножницы, и какие ещё трюки были в запасе у Мастера, но механизмы воздействия на душу ей были хорошо известны. Глаза были не просто зеркалом души, а своеобразной запасной дверью для неё. И если не получалось установить физический контакт, то для большинства взаимодействий с разумом и воспоминаниями нужно было установить зрительный. — Божественные Мастера, подумать только! Этого старика обвиняют в убийстве детей! — всплеснул руками Турик Варлом, но на этот раз он не продвигался ближе к девичьему силуэту, а наоборот, потихоньку пятился назад. В паузах между репликами старик лихорадочно соображал, что же ему теперь делать с этой загадочной Стеллой в теле Амаи иль Тэ, и чем больше он думал, тем сильнее он ощущал страх. Если она была могущественным Мастером, способным завладеть еле живым телом, то даже если он сейчас убьёт Амаю, или с помощью ножниц вытащит из её тела душу Стеллы, то скорее всего она сможет сбежать, а потом вернуться за ним в другом обличье. Что ему остаётся делать? Бить и бежать, или сразу бежать, рассчитывая, что Стелла не сможет его догнать, находясь в несовместимом с эфиром теле? Ослабленное восприятие мешало оценить обстановку на наличие ловушек, а Турик был не готов жертвовать собой, поэтому всё больше и больше склонялся просто к побегу. — Ну, как минимум, Амаю иль Тэ ты убил самолично, — продолжала говорить Стелла. — И сбросил её тело с утёса, потому что скрывающий амулет в тот момент был занят. Скажи, чем тебе помешала девочка? Она обнаружила хижину? В этот момент Стелла открыла глаза и посмотрела на Турика, давая ему возможность напасть, но старик уже твердо решил бежать, и расценив это движение как акт готовности Стеллы к бою, рванул из хижины. Он использовал для побега эфирную технику, позволяющую развивать огромную скорость, но Стелла была уже наготове, ей оставалось лишь произнести последние звуки заклинания. — Стоп! — едва слышно проговорила она, наполняя это слово маной. Внезапно Мастер Варлом потерял равновесие и упал. Стелла, не мешкая, наступила ногой на подготовленный магический круг «Цепного захвата». Ловушка активировалась, выбросив в воздух несколько десятков призрачных цепей, которые молниеносно скрутили не успевшего подняться старика. — Так что там случилось с Амаей? — повторила женщина свой вопрос, склонившись над Мастером Хранителем, упакованным в плотный кокон из призрачных цепей. [[image:/storage/reader-images/dab73b08a232706acb3d58868083e4f43d8659ce.png]] ---------- Ключ Старик сначала пытался освободиться от цепей, используя эфир и дистанционные атакующие техники, но они все проходили сквозь кокон, совершенно не повреждая его, а Стелла благополучно уклонялась. Злость и страх одновременно бурлили в нём, заставляя сильнее сжимать в руках ножницы и цепляться за шанс сбежать. Но через несколько минут бесплодных стараний он понял, что пока что он ничего не сможет предпринять, и сделал вид, будто сдался на милость женщины. — Амая иль Те шлялась по Ядовитому лесу и нашла хижину. Не знаю, как она это сделала, учитывая то, что путь зачарован. Мне не оставалось ничего, кроме как убить её, а тело сбросить в Ущелье Серой Змеи. Но, видимо, я недооценил скорость и силу регенерации Алмазного тела, и Вы, Госпожа Стелла, смогли его использовать. Между тем, Стелла, увидев, что Турик Варлом угомонился, аккуратно сняла с его пояса все три пространственные сумки, а также защитные артефакты. Они защищали от проникающих в тело ранений и чужеродного эфира, поэтому и не сработали на опосредованные заклинания. Теперь для них уже и не было шанса. Её рука свободно проходила сквозь цепи, что приводило старика чуть ли не на порог яростного обморока. Столь яркое проявление эмоций было для него совсем нетипично, поэтому он заставил себя успокоиться, проанализировал состояние и пришёл к неутешительному выводу, что на его психику что-то влияет. Проблема была в том, что он совершенно не понимал механизма этого влияния, и всё, что он мог, это отслеживать изменения эмоций и подавлять их. Чуть успокоившись, Турик стал наблюдать, как Стелла перебирает его сумки. На каждом из пространственных хранилищ стоял замок с отпечатком души, примерно такой же как и в случае с сумкой Амаи. Но если сумку девочки Стелла открыть не смогла, то как поступить с добром Турика она уже представляла. Порадовавшись, что она не стала его сразу же убивать, Стелла присела на корточки рядом со стариком и положила руку ему на голову. Не раздумывая ни секунды, она вторглась в его пространство души. Это было бы не так просто сделать, если бы Стелла была юниором или Мастером примерно равным Турику по жизненному опыту и силе души. Но на стороне женщины были тысячи лет жизни, многовековой опыт исследований и занятий магией, и даже судьбоносное путешествие через миры. Для неё подавить душу стопятидестилетнего старика не было чем-то опасным или сложным. Для удобства оперирования с этим явлением в её предыдущем мире магов учили визуализировать пространство души в виде дома, чтобы позднее его расширить, достроить или и вовсе преобразовать во что-то масштабное вроде замка в душе Стеллы. То же касалось и чужой души. Пространство души Турика предстало перед женщиной в виде обшарпанного, но довольно большого дома. В нём была обширная библиотека знаний, пространство заполненное деталями и макетами артефактов, а также довольно мрачного вида подвал. Но туда женщина не пошла, в медитационной комнате на втором этаже она нашла аватар Турика, представляющий его самосознание и саму информационную сущность. Всё остальное было лишь мыслями и воспоминаниями обрëтшими форму благодаря визуализации, но аватар самого носителя был сущностью души, без которой её существование было невозможным. Стелла могла бы убить его сущность души, и тогда Турик стал бы похож на скелет в углу — пустое тело без сознания — но пока повременила это делать. Она просто оторвала от его аватара кусочек и сформировала из него ключ для сумок. Судя по тому, что Турик даже не пытался что-то ей противопоставить в пространстве своей души, он был не обучен соответствующим техникам, хотя таковые в этом мире, без сомнения, имелись в избытке. Стелла оторвала от души Турика совсем небольшой кусочек, но это уже ощутимо сказалось на его состоянии. Даже по внешнему виду связанного старика, Стелла могла видеть, что он испытывает неподдельный, дикий страх. Умереть и дать возможность своей душе продолжить путь было одним, и совсем другим разрушение информационной сущности и полное небытие для самосознания. Женщине, возможно, стало бы его жалко, если бы она не помнила о том, что со своими жертвами он расправлялся именно таким способом — вырывал из тела душу и оставлял её рассыпаться, неспособную продолжить посмертный путь без судьбоносных связей. С ключом сумки открывались легко и просто. В первой Стелла обнаружила довольно крупную сумму в духовных монетах. Семья Кван из клана Тэ была богатой, но эта сумма существенно превышала карманные расходы Амаи, хоть они и были немаленькими. Было больше похоже, что в сумке содержался весь бюджет школы Стремительных Бьё на покупку артефактов и сокровищ. Во втором пространственном хранилище были личные вещи Мастера Турика: одежда, книги с духовными техниками, артефакты разного назначения, зелья, немного денег и еды и даже небольшой челнок. Не найдя среди этого скраба шкатулку со страницей, Стелла полезла в третью сумку. На удивление, там обнаружилось целых три шкатулки, и все с одинаковыми пергаментами. Поставив все шкатулки на стол, Стелла мельком глянула на Турика. Тот втихомолку посмеивался, не оставляя попыток избавиться от своего кокона. Очевидно было, что лишь одна из страниц настоящая, и что Мастер Хранитель Сокровищ был уверен в неспособности Стеллы определить настоящую. Все три страницы выглядели абсолютно идентичными. Перед женщиной лежало как будто три одинаковых листа бумаги среднего качества с парой абзацев неразборчивыми каракулями и абсолютно без признаков присутствия эфира или чего-то похожего. Если бы Стелла не видела, что эта страница каким-то образом может менять само мироздание, то никогда бы не заподозрила в этих клочках бумаги сокровище. [[image:/storage/reader-images/3aeee1f963362c99d190d541ea5669117153cc0e.png]] ---------- Судьбоносная страница Взяв случайный лист в руки, Стелла попыталась разобрать, что же на нём написано, но символы упорно не складывались в слова. Это было странно, поскольку транслирующее заклинание всё ещё работало, переводя любые информационные волны в понятные мозгу. Разве что, буквы на бумаге не несли никакого смысла, тогда и информации за ними не стояло, и переводить было нечего. Так могло случиться, если символы копировались бездумно, без понятия копирующего, что за ними стоит. Тогда она взяла второй лист, а потом и третий, но всё равно ничего не смогла прочитать. Кроме того, было странно, что золотистый туман, до этого бурно реагирующий на любое появление страницы и даже её признаки, бесстрастно покоился вокруг замка души Стеллы. Женщина снова посмотрела на Турика, который хоть и делал вид, что очень старается выбраться из цепей, но всё равно с плохо скрываемым злорадством посматривал в сторону Стеллы. Из чего та сделала вывод, что все три страницы поддельные, а настоящая прячется где-то ещё. Стелла выдохнула и ещё раз обратилась к воспоминаниям её осколка сознания, следившего за Туриком Варлом. Момент, когда он убирал страницу был не слишком чётким, потому что в это время её основное сознание испытывало шок от столкновения с изменениями основ реальности, но всё же можно было разглядеть, что старик убирает бумагу в шкатулку, а шкатулку подносит к пространственной сумке, висящей на ремне. Посомневавшись пару секунд, Стелла снова подошла к старику и стала разглядывать сквозь прозрачные цепи его ремень. Он выглядел довольно дорого, был сделан из тиснёной кожи духовного зверя, и на нём были накладки из драгоценных камней. Проверив восприятием, Стелла обнаружила, что одна из накладок обладала маленьким свёрнутым пространством, которое было трудно заметить, поскольку на нём даже на стояло замка из отпечатка души. Протянув руку, она вытащила из этого кармана ещё одну шкатулку. С виду она была ровно такой же как остальные три, но на этот раз туман в её душе среагировал как надо. Он закрутился вокруг замка огромным вихрем, будто подгоняя Стеллу, чтобы она быстрее открыла и взяла страницу. Турик, поняв, что настоящее его сокровище попало в чужие руки, побледнел и даже перестал трепыхаться. А когда Стелла открыла шкатулку и взяла в руки лист бумаги, так и вовсе заорал диким голосом. — Тебе нельзя её трогать! Ты умрёшь в попытках активировать эту страницу, и даже душа Мастера не сможет спастись! — Ну ты же не умер, — резонно возразила старику Стелла, разглядывая довольно простые символы. — Есть секретный способ! Я тебе расскажу, а ты освободишь меня и позволишь уйти! А если нет, то я сейчас же уничтожу все свои воспоминания, чтобы ты никогда не смогла его найти, и сдохла от отдачи этого сокровища! Было очевидно, что способ был связан с самодельным артефактом у него на руке и кровью скелета в углу. Наверное, даже без воспоминаний Турика, имея на руках лишь эту информацию, она смогла бы понять суть метода. Сейчас, когда все сумки уже были открыты, а сокровища найдены, воспоминания Мастера Хранителя были не так уж и нужны. Но Стелла всё же хотела их оставить. А вот живая душа старика была и вовсе уже не нужна. — Хорошо, я сниму с тебя цепи, а ты мне расскажешь суть метода. И только попробуй сбежать или вытащить свои ножницы, убью мгновенно! — вкрадчиво сообщила Стелла, подходя к старику. В ту же секунду её рука коснулась его лба, а сущность души в его теле была уничтожена. Золотистый туман, сверкающим вихрем вырвался из её тела, поглотил безжизненные остатки самосознания Турика Валом и вернулся на своё место. Тело Мастера Хранителя Сокровищ затихло и обмякло, впрочем сердце его по-прежнему билось. Такая смерть для души Мастера была весьма трагичной, поскольку он лишался шанса на посмертие. Стеллу пронзил укол раскаяния за обман, но она опасалась, что Турик уничтожит свои воспоминания. Она собиралась открыть миру правду, куда же пропали юниоры школы Стремительных Бьё, но не хотела, чтобы её связали с этой историей. В её предыдущем мире существовало множество заклинаний для просмотра воспоминаний человека, как живого, так и мёртвого. В этом мире тоже существовали духовные техники позволяющие заглянуть в память, поэтому Стелла рассчитывала, что Турика скоро найдут и узнают подробности его злодеяний. Себя из них она, конечно, собиралась стереть. С воспоминаниями старика она возилась долго. Сначала Стелла просмотрела всю информацию, которая касалась страницы. Оказалось, что страницу он купил на каком-то аукционе по бросовой цене ещё тридцать лет назад, потом долго собирал её историю. Со временем он выяснил что печать активирует лишь определённая генетическая линия, уходящая далеко в прошлое, потомки которой расселились по региону Бьё и немного по соседним. Он нанялся в школу Стремительных Бьё и начал свои эксперименты. Старик похищал подходящего ему человека, вырывал его душу ножницами, а потом долго сцеживал кровь, пока тело окончательно не разрушалось. Ему удалось найти способ очищать кровь потомков до определёного уровня, чтобы использовать в качестве проводника при активации печати. Оставался загадкой лишь её эффект. Язык, на котором страница была написана, Турику был не знаком, более того, он не нашёл ни единого упоминания о подобной письменности, как будто она была чужеродной этому миру. Он продолжал маниакально исследовать это сокровище, но за тридцать лет его одержимости страницей, он не приобрел с её помощью абсолютно ничего. Стелла тщательно запомнила всё что увидела в воспоминаниях Турика Варлом и только после этого принялась их кроить. Она уничтожила все упоминания о подозрительных столкновениях с Амаей иль Тэ, потом обработала большую часть их сражения, оставив лишь видоизмененный силуэт и пару неразборчивых сцен с цепями и падением. Помимо этого она убрала все моменты, которые содержали подробности про чудесный ремень Мастера Хранителя, и то, как он создавал одну из шкатулок, чтобы казалось, что он хранил страницу среди двух подделок. Стелла вернула все три сумки на место, ничего из них не взяв. И только окончательно убедившись, что она не оставила в разуме Турика подсказок в её сторону, она снова обратилась к странице. [[image:/storage/reader-images/073cd095a6504ab5e605b2ddcc221abb73f92987.png]] ---------- Пакт о Вознаграждении Держа в руках пергамент, она не собиралась пока что активировать печать. Это и вправду было довольно рискованно. Турик несколько раз получал критические повреждения, даже с учётом того, что обвешивался всеми защитными амулетами, которыми только мог. Довольно быстро буквы сложились в распознаваемый текст, и Стелла, наконец, смогла прочитать, ради чего же её перенесло в этот мир. Заголовок на самом верху страницы гласил «Пакт о Вознаграждении». Дальше шло витиеватое описание действия этого пакта. Из того, что Стелла смогла расшифровать следовало, что человек, активирующий печать, становился Носителем этого пакта, и пока он действует, применяется связанный с ним эффект. Пока Носитель искренне вкладывает усилия и время в достижении какого-то результата, тем большая Удача будет способствовать ему на пути к цели, и тем лучший результат ему будет гарантирован. При развитии синхронизации с пактом принцип пропорционального Вознаграждения применяется ко всем соратникам Носителя. На Пике, на подконтрольной Носителю территории все усилия и старания гарантированно окупаются, тем или иным способом. Ещё один абзац рассказывал о том, что сей Пакт есть суть и часть одного из законов мироздания, что был извлечён из мира, название которого Стелле ничего не говорило, и, как следствие, пользоваться им могут лишь потомки этого мира. Внизу документа, уже под печатью виднелась цифра восемь. Это наталкивало на мысль о том, что эта страница не единственная и что есть как минимум ещё семь таких, а то и больше. Закончив с поверхностным изучением страницы, Стелла была слегка разочарована. С одной стороны во всех известных ей мирах, усердие и старания никогда не гарантировали пропорциональный результат. Это было логично, что приложив больше усилий ты получаешь лучший результат, но их соотношение никогда не было равнозначным или справедливым для разных людей или для разных областей деятельности. Если бы Пакт уравнял это соотношение, и полученный результат всегда соответствовал затраченным усилиям, то было бы замечательно. Но это не являлось какой-то суперсилой, и для бумажки, вращающей само мироздание, эффект был явно слабоват. Помимо этого, открытым оставался вопрос применения. Сцеживать и очищать кровь незнакомых людей Стелле претило. Тот путь, по которому шёл Турик, она однозначно отвергла. Это было мало того, что безнравственно, так ещё и очень хлопотно. Оставалось найти подходящего носителя, вручить ему эту мистическую бумажку и помочь развиваться. Если всё сделать правильно, то через какое-то время эффект распространится на ближайших соратников, а, стало быть, и на Стеллу. То, что тело Амаи иль Тэ не содержало этой чудесной генетической линии выходца из другого мира, Турик Варлом уже проверил. Стелла уже собиралась закрыть страницу в шкатулке и отправить в пространственную сумку, как золотой туман, до этого лишь слегка покачивающийся в ожидании действий женщины, встрепенулся. Всё тем же сверкающим вихрем он вырвался из души женщины, подхватил Пакт о Вознаграждении и ринулся обратно. Ещё через мгновение Стелла уже могла рассмотреть страницу, покоящуюся в её пространстве души. Пространство души не было материальным — это был условный воображаемый мир, созданный из информационных потоков и маны и обретший форму лишь благодаря визуализации. То, что страница Пакта целиком разместилась в нём, не оставив в реальности даже клочка бумаги, говорило о том, что и она не являлась материальным объектом. Чуть поразмыслив, Стелла пришла к выводу, что это логично. Ведь даже на ней самой написано, что страница представляет собой часть закона мироустройства, а то, что выглядит она как бумажка с печатью, так это когнитивное искажение. Женщина поместила страницу в один из пустых залов замка. Она даже приблизилась к ней сущностью своей души, чтобы глянуть, не изменилось ли на документе что-нибудь после перемещения. И в тот момент, когда она коснулась станицы, печать внезапно пришла в движение. Стеллу снова окунуло в это тошнотворное чувство, но на этот раз она смогла среагировать. Пусть и с небольшим опозданием, она закрыла своё восприятие, и не стала пытаться лезть душой в шестерёнки мироздания. Разумом исследователя она понимала, что упускает отличный шанс для саморазвития и прикосновение к небывалой тайне, но инстинкт самосохранения отчётливо давал понять, что эта информация может её убить. Когда печать, наконец, успокоилась, повернув в глубине мироустройства только ей одной известный и подвластный механизм, на Пакте появилась дополнительная надпись. Это было три слова: «Текущий Носитель» и имя. Женщина вздрогнула, глядя на имя, которым теперь был подписан Пакт. Там значилось вовсе не Амая, и даже не Стелла. На бумаге ровными, разборчивыми буквами стояло то имя, которым женщину называли в самой первой её жизни. [[image:/storage/reader-images/316414957729b83bbbd10cb76367f5ed82af40e0.png]] ---------- Яблоко Самая первая её жизнь не была какой-то выдающейся. В том мире не было ни магии, ни духовных техник, ни каких-то других способов продления жизни и обретения условного бессмертия. Это был мир научного и технического прогресса. Поскольку средняя длительность жизни его обитателей не превышала сотни лет, мораль общества была во многом смещена в сторону ценности времени и получения удовлетворения от прожитых лет. Воспоминания Стеллы об этом отрезке жизни её души были не слишком чёткими. Во первых, в те времена память её была несовершенной, а во вторых, слишком уж много времени прошло. Тем не менее, поскольку это был период становления её как личности, многие ключевые моменты первой жизни Стелла всё же помнила. И была в некотором замешательстве от того, что сейчас вдруг всплыло её имя из той далёкой вселенной. Мог ли Пакт быть как-то связан с её первым миром? Исходя из законов судьбы, в рамках которых золотой туман привел её душу сюда, это было очень вероятно. Но Стелла решила не мучить себя сомнениями, и подождать развития событий. Оставив активированную страницу в пространстве своей души, она вернулась в реальность. На полу, как и прежде, лежало тело Турика Варлом. Это был ещё не труп, но и человеком его уже нельзя было назвать. Просто оболочка без сознания. Призрачные цепи уже рассеялись, и тело просто лежало на полу навзничь, не способное без контролирующего разума даже перевернуться. Что-то делать с ним дальше Стелла не собиралась. Единственное, что она хотела сделать, так это показать его кончину Амае. Душа девочки вырвалась из сумки по первому же зову. «На этот раз быстро!» — сообщила она Стелле, — «Там внутри совершенно непонятно, что происходит, и сколько времени уже прошло! Я не успела ещё с комфортом устроиться, как ты уже зовёшь меня обратно!» И тут она заметила тело Мастера Хранителя Сокровищ. «Оу…» — всё, что смогла вымолвить девочка, глядя на человека, который оборвал её связь с телом и практически лишил полноценной жизни. Её обуревали противоречивые мысли. С одной стороны, он был беспринципным убийцей, играючи обрывающим жизни как взрослых, так и детей. А с другой стороны, благодаря его действиям у Амаи появился шанс что-то изменить в её беспросветной жизни. Стелла пообещала девочке новое тело, которое будет не таким бесполезным как старое, и Амая почему-то сразу ей поверила. Может оттого, что Стелла сама прекрасно жила в её теле, а может просто потому что очень хотела поверить. Жизнь за тринадцать лет принесла Амае иль Тэ много разочарований. О том, что у неё Алмазное тело стало известно практически сразу после её рождения, и это известие стало сродни приговору для Амаи как для будущего Духовного Мастера. Она росла как прокажённая — люди вокруг шептались и показывали на неё пальцами. Родители, конечно, любили девочку, и старались не обделять её вниманием, но после рождения младшего брата Эмрана, неизбежно отдавали предпочтение ему, как будущему наследнику кровной линии Кван. Амая могла бы стать наследницей, если бы стала Духовным Мастером, но её тело не позволяло ей, и она всё больше и больше опускалась в пучину ненависти к собственному телосложению, и при этом не прекращала попытки кому-то что-то доказать. Если бы она родилась в семье попроще, она бы уже давно всё бросила. Но она была дочерью клана Тэ, одного из самых могущественных, и гордость с упорством не позволяли ей всё бросить и уехать в глубинку наслаждаться комфортом и богатствами семьи. Амае хотелось хоть каким-то образом утереть нос всем тем, кто не верил в неё. А теперь, после стольких лет страданий и исканий, она, наконец, увидела шанс. И это было куда важнее чем смерть какого-то выжившего из ума старика. «Мы пойдём искать мне новое тело?» — Амая задала Стелле самый волнующий её вопрос. «Сейчас надо решить более насущную проблему,» — разочаровала её Стелла, прощупывая душу девочки восприятием. — «Если так дело пойдёт, ты просто не доживёшь до соединения с новым телом. Чтобы ты внезапно не исчезла, нам нужно найти временное вместилище для твоей души.» Сумка не была подходящим для этого предметом. Благодаря свёртыванию времени в пространственном кармане, процесс рассеивания души Амаи существенно замедлился, но вовсе не остановился. Чтобы информационная сущность девочки не разрушалась, нужно было её ограничить. К тому же Стелла чувствовала некоторую вину и ответственность перед Амаей, поэтому хотела для неё условий получше. И тут она вспомнила про второй ценный ингредиент, который отдала ей Лодена. Стелла вытащила из сумки плод, размеров с небольшую продолговатую тыкву. Он был всё таким же полупрозрачным и зловещим. Яблоко Второй Жизни, так назывался этот плод, и он был очень редким, растущим лишь на масштабных полях сражений, где блуждает много неупокоенных душ. Мастера делали из него зелья, влияющие на посмертный путь, но толкового описания в Алхимической Библиотеке школы Стремительных Бьё ему не нашлось. Стелла же решила, что сможет смастерить из него годный артефакт, в котором душа Амаи будет находиться, пока не найдётся подходящее тело, и пока она не сможет развиться достаточно, чтобы его занять. «Тебе также следует знать,» — продолжила разговор Стелла, — «что в нынешнем состоянии ты не сможешь полноценно слиться с новым телом. Тебе нужно будет перестроить и усилить свою душу.» «Я готова!» — оптимистично ответила девочка, — «Кстати, я так и не спросила твоего имени. Не Амаей же мне тебя называть. Пусть ты и ходишь в моём теле, но Амая иль Тэ — это я.» «Стелла,» — представилась женщина. «Госпожа Стелла, — внезапно Амая перешла на более уважительный стиль общения, — «Теперь Вы будете меня учить? Как развивать душу, как управлять телом? Тогда мне стоит называть Вас Учителем? Или Мастером?» [[image:/storage/reader-images/be86ac9017efd0748b55cb4e3278011c4781ce99.png]] ---------- Лампада За прошедшие тысячи лет в качестве Магистра Магии Стелла брала множество учеников, но поскольку её психическое состояние оставляло желать лучшего, вряд ли эти отношения можно было назвать полноценными. Несмотря на то, что многие последователи Стеллы стали в её предыдущем мире выдающимися людьми, ни с одним из них она не чувствовала какой-то близости или особой связи. «Можешь называть Учителем,» — подумав, согласилась Стелла. — «Я действительно могу научить тебя как развить душу и обрести новое тело, только не рассчитывай, что всё будет быстро. Сейчас соорудим для твоей души подходящий дом, чтобы информационная сущность не рассеивалась, и пока что будешь находиться в нём.» «А из него можно будет смотреть на окружающий мир?» — поинтересовалась Амая, глядя как Стелла, вытащив из пространственного хранилища эфирную лампаду, ходит по комнате в поисках деталей для нового артефакта. — «В сумке было совершенно непонятно, что происходит снаружи, такое существование весьма утомляет. Не хотелось бы проводить долгое время в замкнутом пространстве.» «Чтобы развиваться, душе необходимо пополняться новыми знаниями, впечатлениями и энергией, так что окно в мир просто необходимо для твоего нового дома.» Стелле повезло, что Мастер Турик был именно Хранителем Сокровищ, и накопил тут в разном виде целую гору всякого полезного барахла. Из всех этих компонентов можно было собрать не один артефакт. Помимо необходимых ингредиентов для духовного пристанища Амаи, Стелла подбирала и некоторые другие заинтересовавшие её вещи. Она складывала их в сумку с ингредиентами, будучи уверенной, что они ещё пригодятся. Собрав всё, что посчитала ценным, женщина уселась за стол, отодвинув алхимическое оборудование. Здесь же нашлись и инструменты для обработки, так что Стелле даже не пришлось выкручиваться. Пока она возилась с Яблоком Второй Жизни, Амая увлечённо наблюдала. Женщина не стала её прогонять обратно в сумку, поскольку, как она и сказала, душе нужны были новые впечатления. Женщина провозилась всю ночь и утро, и закончила только ближе к полудню. К этому моменту само яблоко было уже не узнать. Стелла сделала из него лампаду, и единственное, что в ней осталось от Яблока Второй жизни, это прозрачный корпус, существующий одновременно как в материальном мире, так и в информационном поле, слое реальности, в котором живут души. Она нанесла на лампаду заклинания, помогающие душе сохранять целостность, а также, разобрав амулет, висевший прежде на шее женщины в углу, сделала механизм, который будет скрывать ауру Амаи, пока та находится внутри. Стелла не хотела брать из хижины ничего заметного, чтобы её не смогли по этим вещам связать с убийством Турика, но скрывающий амулет, как ни крути, был необходим. Иначе, любой мало-мальски сильный Духовный Мастер понял бы, что в Лампаде Призрачного Света, так Стелла назвала своё творение, находится неприкаянная душа, а некоторые даже смогут её узнать. Когда Амая с комфортом разместилась в Лампаде, Стелла начала собираться на выход. Больше её в этой хижине ничего не держало. Она тщательно вычистила все следы заклинаний, которыми пользовалась, проверила память Турика, и посмотрела, не было ли в хижине артефактов, способных записывать информацию об окружающем пространстве. Удостоверившись, что её личность тут ничего не выдаст, Стелла вышла в лес. Несмотря на то, что солнце стояло высоко, его лучи практически не проникали под плотную крону деревьев, и внизу стоял плотный сумрак. Здесь выживали только специфичные животные и растения, поэтому даже несмотря на относительную близость к школе, этот лес предпочитали обходить стороной. Зловещая атмосфера и обилие ядовитых видов могли напугать даже опытного духовного мастера. «Что ты тут забыла, в этом славном местечке?» — поинтересовалась Стелла у Амаи, продвигаясь на крейсерской скорости через ядовитые дебри. «Я собирала тут ингредиенты для усиливающих эликсиров Мастера Фладира иль Бьё, и нашла место, где растёт бронзоватый можжевельник. Целая роща! Но её охраняет стая гигантских ворон. Из-за того что у меня нет духовных навыков, я не знала как к ним подступиться, вот и ходила вокруг да около, придумывая план.» Стелла резко затормозила. «Так чего ж ты раньше не сказала?» Бронзоватый можжевельник был известен как природный антидот к большинству виду ядов, но и помимо этого у него было много полезных свойств. Рос он как раз в таких сильно токсичных местах как Ядовитый лес, и поскольку сбор его был затруднён, на рынке он встречался редко и торговался дорого, даже небольшое количество этих ягод можно было выгодно продать. У них ещё было время, чтобы вернуться и поучаствовать в практике, поэтому Стелла вполне могла выделить полдня и насобирать ценных ягод. А там, глядишь, ещё что полезное найдётся. Ну а вороны? Что вороны, пусть и гигантские, могли противопоставить аж целому Магистру Магии? [[image:/storage/reader-images/e94b180e72fc61041cc76500f13e068922a379d3.png]] ---------- Роща Сменив направление, Стелла с Амаей углубились в лес. Чтобы не терять времени, по пути до рощи Стелла начала объяснять девочке способ визуализации пространства души и передала технику расширения восприятия. Отныне самой основной задачей Амаи было наблюдение и запоминание абсолютно всего вокруг неё. Поскольку информация была главным строительным материалом для души, её нужно было накопить как можно больше. Дальше, визуализировав её в качестве строительных материалов, Стелла собиралась помочь девочке перестроить её жилище сущности души в более прочную и грандиозную конструкцию, нежели то, чем она обладала сейчас. Из-за того, что душу Амаи безобразно вырвали из тела, фундамент, на котором держалось жилище её души, был поврежден, и дом рассыпался прямо на глазах. Чтобы упрочить существование Амаи и позволить в будущем занять тело, нужно было создать из этих руин прочное основание, парящее в пространстве, а сверху надстроить обиталище, тем выше и больше, чем сильнее будет его хозяин. Помимо того, что подобное строение символизировало силу души, оно ещё так же позволяло накапливать ману, или эфир, если пользоваться терминологией этого мира. Если в физическом мире каждая клетка тела могла содержать в себе эфир, то в пространстве души такими клетками были кирпичи дома. И чем больше маны в них содержалось, тем прочнее был дом. Пока Амая увлечённо практиковала новый навык, Стелла уже приближалась к можжевеловой роще. Уже на подступах было заметно присутствие хозяев, а именно стаи ворон. Если бы Стеллу было легче обнаружить, она бы уже была атакована. Женщина не собиралась нарушать местную экосистему и убивать кого-то без веских оснований. Она хотела просто собрать часть ягод и посмотреть, не охраняют ли вороны что-то ещё. В конце-концов, у ворон был намётанный глаз на сокровища. Гигантские вороны не считались какими-то очень уж опасными эфирными зверями. Одна особь приравнивалась к духовному мастеру где-то на уровне Просветлённого, но целой стаей они представляли куда большую опасность. Это были птицы размером с пятилетнего ребенка, быстрые и очень умные, с мощными клювами и острыми когтями. Нападая на духовного мастера всем скопом, они могли буквально разорвать его на части. К тому же, некоторые из них овладевали эфиром до такой степени, что могли использовать примитивные навыки. Но всё же, несмотря на весь их развитый интеллект, это были всё те же птицы, подчиняющиеся инстинктам. И одним из самых основных был инстинкт выживания. А значит, если внушить им достаточный страх и трепет, то вполне можно держать птиц в стороне, даже разоряя их драгоценную рощу. Прикинув радиус воздействия, Стелла воспроизвела в уме заклинание, поддерживающее вокруг неё ауру страха и вложила в него ману. Как только аура активировалась, вокруг поднялся шум. Все твари, кроме совсем примитивных, которые в принципе не испытывали страха, поспешили покинуть зону действия заклинания. Вороны, сидевшие высоко в лиственной кроне, с громкими криками поднялись в воздух и стали кружить, оповещая всех вокруг об опасности. Их было не меньше двух сотен, все они были разного размера и возраста, от долгожителей с трёхметровым размахом крыльев до молодых особей размером с обычную ворону. Стелла подумала, что такой гвалт не останется незамеченным, и совсем скоро сюда прибудут более сильные твари, поэтому действовать надо было быстро. Она стремительно ворвалась в можжевеловую рощу, и окинув её душевным восприятием поспешила в центр. Там росли самые спелые и насыщенные ягоды, а так же располагались владения самых старых и опытных птиц. Она, конечно, не стала собирать руками, зафиксировав внимание на самых отборных ягодах, она притянула их с помощью простейшей магии и отправила в пространственную сумку. Теперь дело было за малым. Осмотреть вороньи гнёзда на предмет чего-нибудь интересного. Просканировав всё пространство, Стелла осталась недовольна. Да, в гнёздах было немало безделушек, но ничего из того что она видела, нельзя было назвать ценным: эфирные харии, обломки оружия и артефактов, драгоценные камни, некоторые даже приличного качества, украшения для волос и одежды — всё это не имело для неё никакой ценности. Но когда она уже собиралась уходить, то заметила в одном из гнёзд на краю рощи интересный предмет. Приблизившись, она решила взглянуть на него повнимательнее. Больше всего это было похоже на драгоценную погремушку. Она была сделана из металла, состав которого Стелла не смогла определить на глаз, и имела совсем не подходящий для ребенка размер, поэтому было сложно сделать предположение, для чего или кого это вообще использовалось. Рукоятка погремушки имела длину в двадцать сантиметров, в основании был встроен вращающийся, украшенный затейливым узором диск, далее шла основная часть —шаровидная камера, но, к сожалению, она была пуста. Внутри погремушки что-то должно было помещаться, чтобы издавать звук, но эта часть, видимо, была либо потеряна, либо уничтожена. Либо Стелла изначально неправильно определила сущность этой вещи, и внутренней части в ней и вовсе не предполагалось. Когда женщина уже собиралась забрать погремушку из гнезда, от кружащей и шумящей в небе стаи ворон с истошным карканьем отделилась одна особь. Несмотря на внушающую страх ауру она камнем спикировала вниз, собираясь напасть на нарушителя. Стеллу это изрядно удивило — способность преодолевать страх говорила об исключительности этой птицы. Но, к несчастью, скорость вороны была не сравнима с текущей скоростью тела Амаи, поэтому, когда птица была уже совсем рядом, Стелла ударила её наотмашь ладонью. Оглушённое создание с шумом упало на можжевеловый куст, подминая ветки и ягоды. Избавившись от помехи, Стелла достала из гнезда погремушку. Та оказалась куда тяжелее, чем она думала. Странно вообще, что такая тяжёлая вещь не сломала ветки можжевельника, на которых располагалось гнездо. Но в руке она покоилась весьма удобно, металл приятно холодил ладонь, диск крутился с некоторым усилием, но абсолютно бесшумно, и если бы камера не была пустотелой, Стелла подумала бы, что держит в руке булаву. Удовлетворившись находкой, Стелла уже хотела покинуть рощу, но её взгляд зацепился за птицу, лежащую поверх куста. [[image:/storage/reader-images/725482b4f873b22ac0612803c3a78717782df4da.png]] ---------- Ворона Эта ворона была, судя по всему, молодой, размах её крыльев едва достигал полутора метров, но она отличалась от всех остальных своих сородичей цветом. Все вороны были чёрно-серыми, в то время как эта была полностью серая. Своим поведением птица обратила на себя внимание женщины, и та не хотела просто уходить. Стелла осмотрела её и пришла к выводу, что у вороны большой потенциал, как у духовного зверя. Может быть, в будущем она сможет обрести полноценную душу и разум. Такое случалось нечасто, но достаточно регулярно, чтобы не удивляться этому явлению. Долгоживущие духовные звери накапливали эфир и ментальный опыт, и если им везло поглотить какой-нибудь катализатор, то это могло подтолкнуть их к эволюции. Впрочем, тут должно было многое сложиться, чтобы зверь стал разумным. «Давай заберём её с собой!» — подала голос из своей лампады Амая. Стелла уже и так раздумывала, сможет ли она вырастить из этой молодой птицы что-нибудь толковое, поэтому, прекратив сомневаться, она сложила ей серые крылья, и, скрепив их заклинанием, взяла ворону на руки. Из рощи было пора убираться, поэтому она оставила приручение птицы на потом. Убрав ауру страха, Стелла направилась прочь из Ядовитого леса. Ворону пришлось держать в руках, поскольку пространственные сумки не предполагали размещение в них живых объектов — там банально не хватало воздуха для дыхания. Животное очнулось уже через пару часов, но вело себя довольно тихо, даже не дëргалось всё то время, пока Стелла неслась на полной скорости к Шумному Лесу. И только прибыв на место проведения практики, Стелла перевела дыхание и обратила внимание на своего пассажира. Птица, будучи со связанными крыльями, не способная улететь, вела себя на удивление спокойно. Стелла отпустила её на землю, но та не торопилась убежать, а, отойдя на некоторое расстояние, начала деловито осматриваться. Можно было подчинить птицу полностью с помощью магии, но тогда она потеряла бы собственную, какую ни есть, а всё же волю. Поэтому Стелла решила попробовать приручить её. В прошлой жизни питомцы её не волновали. Строго говоря, её вообще ничего не волновало, а приручение каких-то зверей просто не входило в сферу её исследовательского интереса. Поэтому, полагаясь только на свои предположения, она отправила птице ментальный сигнал и ауру дружелюбия. «Если будешь следовать за мной и выполнять указания, я буду хорошо тебя кормить и помогу развиваться.» Птица заинтересованно посмотрела на человека. Вороны были социальными существами, и имели неплохое представление о взаимодействии с сородичами, а также развитый интеллект. Чтобы ещё больше заинтересовать птицу, Стелла вытащила из сумки пару ягод рогатой клубники, выращенной на эфирной жиле, и стала давать простые команды, чтобы понять степень готовности птицы сотрудничать. Та, довольно быстро освоилась и выполняла то, что от неё просят за вознаграждение. «Я смотрю у тебя есть опыт даже в приручении питомцев! — прокомментировала Амая. — Раз уж она будет следовать за нами, то надо её назвать.» «Тогда придумай имя. Только мужское, ведь это самец.» Поначалу Стелла думала, что её будет раздражать постоянное присутствие девочки, которая следит за всем, что происходит вокруг и периодически даже вмешивается комментариями, но сейчас женщина поняла, что её радует такая ситуация. Пусть она и не тяготилась одиночеством, но теперь у неё появился в этом чуждом мире кто-то, кому она может открыть настоящую себя. Пока Амая перебирала имена, Стелла обратила внимание, что в лесу, не слишком далеко от них что-то происходит. Если конкретнее — в километре от поляны, на которой они расположились, происходила погоня. Продираясь сквозь густой подлесок, и даже не обращая внимание на травмы, бежала девушка, в которой Стелла без труда опознала Круман Нину иль Бьё, а за ней, практически наступая на пятки, следовала изумрудная рысь. Эфирные рыси были очень опасными животными, и могли достигать уровня развития соответствующего Умудрённому духовному мастеру. Юниоры триннадцати-пятнадцати лет, которые входили в возрастную группу вместе с Ноктисом и Амаей в основном находились на уровне Вдохновлённых мастеров, лишь некоторые, особо талантливые и упорные смогли уже перейти в ранг Просветлённых. Это значило, что один-на-один с такой рысью не выстоял бы ни один ученик школы Стремительных Бьё, проходящий испытание в этом районе леса. Как Нина умудрилась спровоцировать на себя такого зверя, Стелла даже не хотела представлять. Судя по траектории бега, эти двое не должны были достигнуть поляны, которую занимала Стелла. Они мчались мимо, поэтому у Стеллы имелось некоторое время в запасе на то, чтобы подумать, вмешиваться в эту ситуацию, или пустить всё на самотёк. «Ты бы стала спасать свою закадычную подружку Нину иль Бьё, если бы та оказалась в смертельной опасности?» — поинтересовалась Стелла у Амаи. Площадь, которую покрывало восприятие девочки была куда меньше, чем тот же круг у Стеллы, поэтому та пока что не замечала, что неподалёку от них что-то творится. [[image:/storage/reader-images/d1dbe7f311d185d3158eb34d52c4cbca219b047c.png]] ---------- Нина «Если бы это была я, то вряд ли,— ответ Амаи немного удивил Стеллу. — Несмотря на то, что всё это время мне удавалось не проигрывать Нине, разрыв между нашими способностями довольно мал. Если бы Нина была в смертельной опасности, то я, скорее всего, не сильно бы ей помогла, а только отдала свою жизнь непонятно за что.» Прагматичные рассуждения девочки отдавались в сердце Стеллы каким-то диссонансом. Это немного не вязалось с тем характером Амаи, который она продемонстрировала до этого. «Но вот если бы я была на Вашем месте, Учитель Стелла, я бы спасала всех подряд, а не только Нину иль Бьё. Просто потому что могу! — продолжила свою мысль Амая, — Обладая таким могуществом, я бы даже не задумывалась, помогать кому-то или нет!» «Моё могущество не настолько велико, как тебе кажется,» — поморщилась Стелла, но почувствовала некоторое облегчение. За тысячи лет без эмоций она уже подзабыла, каково это, просто делать так, как хочется. Стелла привыкла принимать решения, анализируя и выбирая вариант наиболее подходящий её далеко идущим планам, но сейчас у неё не было плана, а прислушиваться к своим желаниям она уже разучилась. Если бы ещё и Амая просчитывала всё наперёд, их парочку ждало бы унылое существование. Отдав так и оставшейся без имени птице приказ следовать за ней по небу, Стелла рванула наперерез Нине иль Бьё и преследующей её изумрудной рыси. С её скоростью, Стелла достигла их за секунды. Вытащив из сумки старый меч Амаи, к которому её новое тело уже привыкло, женщина вложила весь свой скоростной импульс, чтобы нанести рыси решающий удар. Животное даже не попыталось уклоняться, оно было сосредоточено на преследование девушки. Казалось, оно и вовсе было не в себе, как будто что-то заставляло его следовать цели. Даже имея смертельную рану в половину корпуса, рысь продолжала бежать за Ниной, пока не упала замертво. Нина, вымотанная до границ своей выносливости, со вздохом облегчения села на землю. Она была вся исцарапана, на левом бедре виднелась следы от когтей рыси, одежда девушки представляла из себя месиво из крови и ткани, а одного сапога так и вовсе не было. Но внутренних повреждений, кроме крайнего истощения эфира в теле, Стелла не заметила. Пока женщина осматривала израненную Нину иль Бьё, её чуткое восприятие засекло едва уловимое, но очень подозрительное движение где-то на границе зоны слежения. Как будто слепое пятно вдруг взяло и переместилось, а потом и вовсе ушло из зоны досягаемости. Такое могло быть только если кто-то, специально блокирующий восприятие, прятался и следил за ситуацией, а потом, увидев развязку, резко ретировался. — Почему это должна была быть ты?! — с досадой в голосе поинтересовалась Нина, глядя на Амаю снизу вверх. В её взгляде одновременно смешивались благодарность и вызов, видимо их соперничество девушка воспринимала куда серьёзнее, чем казалось Стелле. — Тебя что-то не устраивает? — подняла бровь Стелла. — Надо было оставить тебя этой животине на съедение? — Нет, — фыркнула Нина иль Бьё. Более не проронив ни слова, она села в удобную для медитации позу, и принялась восстанавливать свой запас эфира. Припомнив, что у неё были подходящие эликсиры, Стелла вытащила из сумки пару флаконов и протянула их девушки. — Обойдусь без твоих зелий! — огрызнулась Нина. — И это ты мне говоришь вместо «спасибо»? — усмехнулась Стелла. Грубость Нины её больше забавляла, чем раздражала. Она спасла её не из корыстных побуждений, а «просто потому что могла», поэтому на благодарность и не рассчитывала, но было забавно препираться с этой неуёмной гордячкой. — А что, должна в ножки тебе бухнуться?! Головой об землю биться и благодарить великую дочь клана Тэ, за то что снизошла до меня?! — Просто возьми эликсиры! — засмеялась Стелла, — эти всё равно мне не подходят. Они стимулируют восполнение эфира, которого у меня нет. Но Нина упорно не хотела принимать какую-либо ещё помощь. «Она, кажись, головой поехала, — прокомментировала поведение девушки Амая, — Мы, конечно, знатно соперничали всё это время, но не до такой же степени.» Что Нина, что рысь до этого, демонстрировали признаки невроза, как будто что-то повлияло на их состояние. До этого Стелла лишь поверхностно изучила ситуацию, теперь же она решила, что стоило вникнуть в неё поглубже. — Где, вообще, ты столкнулась с этой зверюгой? Кажется, в этой части леса не должно быть зверей выше четвертого уровня развития, — поинтересовалась Стелла, вкладывая в звучание своего голоса ману таким образом, чтобы она оказывала успокаивающий и гипнотизирующий эффект. Быть замеченной она уже не боялась. Если умудренный опытом Турик не заметил такого трюка, то не вполне адекватная Нина иль Бьё уж точно не сможет сопротивляться её влиянию. — И почему эта рысь стала тебя преследовать? Одновременно с вопросами, Стелла стала внимательнее присматриваться к самой Нине. Её учащённый, даже после восстановительной медитации, пульс, и расширенные зрачки, говорили о каком-то неучтённом воздействии. Плюс, скрывающаяся тень, наблюдавшая за погоней, всё это указывало на то, что ситуация была не рядовой. [[image:/storage/reader-images/a1f6960a48e82cc7effda6ad9acde03ca619f724.png]] ---------- Яд — Не знаю, почему она на меня напала, — как заворожëнная отвечала Нина иль Бьё. — Я собирала подкаменную траву к северу отсюда, как она, внезапно, выскочила прямо на меня. С моим уровнем я не смогла бы с ней справиться, поэтому побежала, не раздумывая, но не смогла даже оторваться. Чтобы лучше понять состояние Нины, Стелла даже присела рядом с ней на корточки, взяла девушку за руку и заглянула её в глаза. Гипнотического воздействия было достаточно, чтобы Нина не сопротивлялась — молодые и неопытные души быстро поддавались влиянию звуковой магии. Стелла произнесла не так много, чтобы эффект был долгосрочным, но быстро продиагностировать состояние девушки она успевала. Её эфир ничем не был нарушен, и душа пребывала только под эффектом гипноза Стеллы, других влияний не наблюдалось. Но вот в теле Нины циркулировало какое-то вещество, нарушающее отлаженный процесс жизнедеятельности, причём эфир на него совершенно не реагировал. То есть, Нина была отравлена. — Ты пила какие-нибудь зелья в последние несколько часов, или ела что-то? — спросила Стелла, отпуская руку девушки. — Да ничего я не пила! И не ела, — раздраженно ответила Нина. Гипноз сходил на нет, а использовать его по новой Стелла не видела смысла. Она уже переключилась с Нины иль Бьё на труп рыси. Из раны, длинной в полкорпуса натекло уже море крови, которая потихоньку впитывалась в почву. Женщина обошла труп с другой стороны, чтобы не вляпаться, и положила руку на загривок с зеленовато-серой густой шерстью. Осмотр с помощью восприятия показал, что в крови животного циркулировало всё то же вещество, которым была отравлена Нина. Вряд ли они одновременно могли съесть или выпить одно и то же, тогда вещество скорее всего было летучим и попало к обоим из воздуха. Могли ли здесь расти какие-то травы, распространяющие ядовитые пары подобным образом, так что всё произошло случайным образом? Или кто-то намеренно распылил в воздухе яд, чтобы спровоцировать столкновение? Если бы не тень, ускользнувшая от восприятия, Стелла бы всерьёз задумалась над первым, но сейчас склонялась ко второму. Она вытащила пустой фиал, и наполнила его кровью рыси, а потом поместила в сумку для ингредиентов — в ней было по максимуму замедлено время, чтобы избежать потери ценных свойств содержимого, а значит и распад яда в крови она тоже сможет остановить. Труп рыси же Стелла поместила в другое пространственное хранилище, предназначенное для добычи, которую потом пересчитают на баллы в оценке практики. В конце концов, она убила это духовное животное, а значит, может использовать его для поднятия своего рейтинга. — Если бы его внимание не было приковано ко мне, ты бы не смогла убить его так просто! — глядя на манипуляции Стеллы, возмутилась Нина иль Бьё. — Ну можешь пойти пожаловаться Мастерам, — с издёвкой в голосе предложила Стелла. — Не забудь только сказать, что я спасла тебя от неминуемой смерти. «Она пожалуется старшему брату,» — сообщила Амая. «И чем мне это грозит?» — поинтересовалась у девочки Стелла. «Её брат, Круман Ниас иль Бьё занимает вторую строчку рейтинга старшаков, ему девятнадцать, и он тот ещё обмудок, — не стесняясь в выражениях, комментировала Амая. — Он и сам всегда готов найти повод, чтобы прикопаться к тому, кто ему не нравится, а если ещё Нина его натравит, то он от меня… ой, от тебя, то есть, не отстанет пока не достанет!» «Ну пусть попробует,» — безразлично отозвалась Стелла. Девятнадцатилетние забияки её не волновали. Куда большую головную боль могли бы доставить Мастера, ведь большая часть из них была как раз из кровной ветви Круман клана Бьё. Но после столкновения с Туриком, Стелла осознала, что в этой школе ей, на самом деле, мало что угрожает. Могли, конечно, появиться персонажи вроде Лодены иль Тэ, но как Стелла уже поняла, Мастера такого уровня встречались редко, и по захудалым школам, типа Стремящихся Бьё, не ходили. — Меня-то спасла, а вот приятеля своего, Ноктиса, уберечь не смогла! — неожиданно Нина нашла чем уколоть Амаю. «Учитель Стелла! — душа Амаи буквально чуть не выпрыгнула из Лампады Призрачного Света. Ноктис был её драгоценным другом, и только услышав, что с ним что-то случилось, Амая уже была сама не своя. — О чём ты? — нахмурилась Стелла, прикрывая ладонью лампаду, висящую у неё на поясе. — А-ха-ха! А вот не скажу! — истерично посмеиваясь, Нина поднялась на ноги. — Сама выясняй, раз ещё не слышала новостей! Слегка пошатываясь, Нина развернулась чтобы гордо уйти на этой провокационной ноте, но Стелла не собиралась отпускать её так легко. — Стоять! — вкладывая в голос не только ману, но и силу души приказала женщина. — Расскажи, что с Ноктисом, и можешь идти! [[image:/storage/reader-images/beea36b7f439ac8a6ffd5c33b408593bc3934d9e.png]] ---------- Две фигуры Нина остановилась и сообщила ничего не выражающим голосом: — Я слышала, что Туволь Ноктиса иль Бьё покусали Шипастые пчёлы. Его состояние было настолько плачевным, что он еле добрался до лагеря Мастеров, где его лечат и по сей день. «Он жив! Он жив!» — после происшествия с Ниной Амая предполагала самое худшее, но раз Ноктис остался жив, можно было немного расслабиться. — Иди! — отпустила магичка девушку, и та, под воздействием голоса, как заворожëнная пошла прочь. На плечо Стеллы с громким карканьем опустилась до сих пор безымянная ворона. В клюве у неё что-то блестело. При ближайшем рассмотрении это оказался маленький фиал, встроенный в механическое устройство активации. В этой конструкции явно чего-то не хватало, но, безусловно, это была часть ловушки, которая, при выполнении определённых условий, распыляет из фиала содержимое. Контейнер был пуст, но Стелла даже не сомневалась, что там было то самое вещество, которым отравили Нину. — А ты полезная птица, — усмехнулась она, погладив серые перья вороны. Та удовлетворённо каркнула. Чтобы закрепить воспитательный эффект, Стелла дала птице эфирных ягод и поторопила Амаю, чтобы та уже придумала, наконец, вороне имя. «Давай назовем Хаос! — предложила девочка. — Просто, но мощно!» Стелла даже не стала спрашивать, каким образом хаос относился к серой птице, а просто согласилась. Ворона, услышав своё новое имя, захлопала крыльями и с оглушительными воплями поднялась в воздух. — Да уж, ты и вправду умеешь создавать хаос, — прокомментировала Стелла, глядя как в разные стороны летят листья и ветки. — Ладно, поохотиться мы ещё успеем, а сейчас попробуем проведать раненого Ноктиса. И маленькая девичья фигурка в сопровождении серой птицы помчалась в сторону лагеря Мастеров. Тем временем, в Ядовитом лесу происходило вторжение двух фигур в маскирующих плащах. Они двумя смазанными пятнами промчались по мрачным зарослям и прибыли к хижине, в которой не так давно произошло столкновение Стеллы и Турика. Ещё на подступах к дому, они стали исследовать пространство на предмет оставленных следов, но ничего не находили. — Похоже, работал профессионал, — заключила одна из фигур, обходя хижину по периметру. — Или Турик сам помер в ходе одного из экспериментов? — задала риторический вопрос другая фигура, открывая дверь. Они проскользнули внутрь хижины, намереваясь расследовать смерть Турика, но то, чего они уж точно не ожидали увидеть, так это его живое тело, валяющееся ничком на полу. Измождённое тело в углу же благополучно скончалось, и теперь сидело безжизненным скелетом в углу. — Удивительно, кто-то лишил его сознания, оставив при этом все воспоминания! — воскликнула та фигура, что исследовала состояние Турика Варлом. — Такое возможно? — довольно безразлично отозвался его напарник, исследуя обстановку хижины. — Раньше мне казалось, что нет, — отозвался первый. — Но его душа определённо мертва, а воспоминания всё равно доступны, как будто она жива. — То есть, ты можешь сказать, кто его убил? — поинтересовался второй. — Неа, — пожала плечами фигура, не поднимаясь с пола, — Либо его убил какой-то очень могущественный проходивший мимо мастер, таким образом, что Турик сам ничего не понял. Либо это был какой-то могущественный мастер, который нас зачем-то решил обмануть, оставив Турику ложные воспоминания. В любом случае, на достоверность его памяти лучше не полагаться. Навык манипуляции памятью встречался не часто и по большей части у мастеров, достигших почтенного возраста, но применялся он обычно к живому разуму. Душа, покинувшая тело, забирала с собой и воспоминания. Первая фигура поднялась с пола, держа в руках три пространственные сумки, оставленные Стеллой на поясе Турика. Они все были по-прежнему запечатаны замком души, но раз уж душа Мастера Хранителя Сокровищ уже рассеялась, открыть их обычным способом не представлялось возможным. Фигура положила их на алхимический стол, и пододвинула к себе поближе ту, в которой были шкатулки. Благодаря оставленным воспоминаниям, она знала, в которой именно они содержались, но поскольку Стелла тщательно вычистила память Турика о четвертой шкатулке, фигура не могла знать, что там нет ни одной настоящей. Уничтожение сумки оставляло шанс того, что её содержимое повредится, но чем искуснее был взломщик, тем меньше была эта вероятность. Первая фигура, очевидно была довольно уверена в своём навыке, она не сомневаясь уничтожила пространственное хранилище. Три шкатулки выпали из сложенного пространства на стол. — Ого! Наш супер могущественный мастер оставил нам все сокровища! — удивилась фигура и не рассчитывавшая, что в сумке хоть что-то осталось. — Такое бывает? — всё с тем же выражением безразличия снова поинтересовалась вторая фигура. Тем не менее, она отвлеклась от своего расследования и подошла к столу поглядеть на шкатулки, которые напарник уже успел открыть. — И который из них настоящий? Обе фигуры озадаченно встали, глядя на шкатулки с тремя одинаковыми листами бумаги, решая, что всё это значит и что им делать дальше. [[image:/storage/reader-images/bd064a2db299f5dc5051ae6028ab3eb8d32559f4.png]] ---------- Лазарет Для раненных в лагере Мастеров школы Стремительных Бьё был поставлен отдельный шатёр. В нём пребывал не только один Ноктис, но и ещё пятеро учеников, которые удобно расположились на койках, разделённых тканевыми ширмами. Но Стеллу не интересовал ни один из них, она уверенным шагом проследовала к секции отведённой Туволь Ноктису иль Бьё. На молодого человека было трудно смотреть без сочувствия. Он практически весь был покрыт следами от проколов, которые покраснели и вздулись. Если бы не знакомая аура, по одному внешнему виду Стелла даже не смогла бы точно сказать, что это Ноктис. — Ты всё-таки пришла, — увидев Амаю, Ноктис приподнялся на своей кровати и попытался принять более мужественную позу. — А я уж думал, что после потери воспоминаний стал тебе безразличен. — Я только сейчас узнала о твоей травме, — сожалеющим голосом сообщила Стелла, присаживаясь на край кровати Ноктиса. Она ненавязчиво дотронулась пальцами до руки молодого человека, чтобы иметь возможность лучше оценить его состояние. Его ранам было уже не меньше суток, но отёк всё ещё не спал, несмотря на то, что он всё это время находился в лазарете. Впрочем, кроме пчелиного яда, похоже, ничто не нарушало его обычное состояние. Если он и был отравлен во время нападения, то к этому моменту все следы уже выветрились. — Как тебя угораздило так влипнуть? — поинтересовалась Стелла. — Да сам не понимаю, как так получилось! — признался Ноктис. — Я всего лишь собирал лазурную смолу с деревьев Гана и даже не приближался к пчелиному гнезду. Они не должны были напасть на меня, пока я не представлял для них никакой угрозы. И Ноктис по своему обыкновению принялся живописать свои приключения в красках. Слушая его вполуха, Стелла ещё раз оглядела лазарет. Тяжелораненых в нём больше не было, со всеми представленными травмами мог бы справиться и помощник лекаря за пару часов. Но никто не торопился вылечить всех этих молодых людей и отправить обратно на практику. — Где Мастер Врачеватель? — поинтересовалась Стелла, вставляя своё слово в рассказ о том, как Ноктис убегал от пчёл-убийц. — Почему тебя всё ещё не вылечили? — Нет его, — расстроено ответил Ноктис, прерывая своё повествование. — Когда я добрался до лагеря тут уже был только один подмастерье, который оказал мне первую помощь и оставил дожидаться Мастера. — То есть, уже почти сутки в лагере нет Мастера Врачевателя? Это нормально? — Я слышал от других Мастеров, что все врачеватели были вызваны в лагерь младшаков. Кажется, там при смерти кто-то достаточно важный, чтобы все лекари школы бросилась его спасать. Стелла даже не удивилась. В школах организованных при кланах не могло быть такого, что все ученики равны. Чем вышел был талант юниора и чем ближе он стоял к верхушке клана, тем значительней было его существование. И самыми ценными среди учеников до двенадцати лет были близнецы Гилия и Флокс. Они считались чуть ли не самыми талантливыми наследниками кровной линии Круман клана Бьё, и вся школа, находившаяся под протекторатом этой семьи, оберегала этих детей как могла. Так что, вполне вероятно, что ради кого-то из них могли вызвать всех возможных врачевателей. — А что, такой травматизм на практике, это обычное дело? — между тем поинтересовалась Стелла. Как ни крути, а с начала мероприятия не прошло и четырёх дней, а уже столько юниоров было травмировано почти до смерти. Если включить сюда Нину, которая чудом спаслась от рыси, то картина вырисовывалась со всех сторон подозрительная. Сначала Стелла думала, что нападение на Нину и Ноктиса было каким-то образом связано с конкуренцией в рейтинге, но если включить сюда близнецов иль Бьё, которые были в другой возрастной группе, то эта теория теряла под собой основание. Впрочем, про близнецов Стелла пока только предполагала. Чтобы выяснить наверняка нужно было наведаться в лагерь младшаков. Сначала Стелла решила, как и в случае с Туриком, оторвать кусочек своей души и отправить его на разведку в виде птицы, но потом вспомнила, что у неё теперь есть настоящая птица. А то, что вороне не хватает интеллекта и самосознания, чтобы производить полноценную разведку, так у Стеллы теперь есть не только Хаос. Выслушав Ноктиса до конца и удостоверившись, что его здоровью мало что угрожает, Стелла покинула лазарет. Вернувшись в лес, она подозвала к себе ворону. Хаос, гордо каркая, приземлился на ветку рядом с новообретённой хозяйкой. Он всё больше и больше осваивался с ролью фамильяра. Не долго думая, Стелла отвязала от пояса Лампаду Призрачного Света. «Эй-ей! Вы чего творите?!» — возмутилась Амая, способная лишь наблюдать, как Учитель вешает её вместилище на шею Хаосу, да возмущаться. «Отправляю вас на спецзадание, — сообщила Стелла своей ученице. — Всё что вам нужно сделать, это долететь до лагеря Мастеров на границе леса и разжиться там информацией о том, кого ранили, каким образом и прочими подробностями. Всё как раз в пределах ваших возможностей.» Вороне пришлось давать указания отдельно. После короткого инструктажа с демонстрацией вкусняшек, которые достанутся ему после, Хаос утвердительно каркнул, подтверждая, что он понял задание и, не мешкая, поднялся в небо. Чтобы не переживать за этих двоих, Стелла всё же прикрепила к ним кусочек своего сознания, но исключительно как страховку на случай непредвиденных обстоятельств. Когда птица скрылась из виду, Стелла сосредоточилась и воспроизвела в голове поисковое заклинание. Получив отклик, она направилась в чащу леса. Благодаря её действиям нападение на Круман Нину иль Бьё не удалось. Какую бы цель не преследовал злоумышленник, он её не достиг, а значит, мог попытаться напасть ещё раз. На этот раз Стелла не будет бездумно кидаться на защиту девушки, но аккуратно проследит, не преследует ли её кто-нибудь. [[image:/storage/reader-images/2eca7330ce4a10f2e98b41bd2d420e110c5cd78d.png]] ---------- Погремушка Зона, за которой Стелла могла вести полноценное наблюдение, составляла десяток километров, поэтому ей вовсе не было нужды пересекаться с Ниной иль Бьё. А с учётом скорости, с которой она могла преодолеть это расстояние, магичка и вовсе могла расслабиться и не переживать, что её кто-нибудь заметит или заподозрит в слежке. Шумный лес был поделён на зоны, в которых охотились юниоры из разных возрастных категорий, но на практике это деление было очень условным. Не было никакой границы, которая отмечала бы территорию, за которую ученикам нельзя было заходить. Существовала окраина леса, где деревья росли не так часто, и преобладали мелкие хищники, но каких-то особенно ценных ингредиентов там было не найти. По мере углубления в лес могли встречаться более серьёзные хищники и редкость природных материалов возрастала. В чаще леса, где должны были охотится старшие юниоры, можно было найти настоящие сокровища, охраняемые чудовищами на уровне Мастеров школы, и только от ученика зависело, насколько далеко он готов дойти. Стелла, при желании, могла бы вычистить весь лес, но ей претило обворовывать юниоров на десяток тысяч лет её младше. Поэтому она собирала только то, что попадалось ей на пути, и убивала только тех духовных зверей, которые не имели достаточной удачи вовремя убраться с её дороги. Следуя за Ниной на удалении, Стелла поняла, что они уже приблизились к той части леса, которую можно было назвать чащей. Тут охотились старшие ученики, а Нина могла разве что аккуратно передвигаться, стараясь не привлекать ничьего внимания. Впрочем, именно так она и делала — пряталась и кралась, по максимуму убрав свою ауру, а добравшись до какой-то пещеры и вовсе там забаррикадировалась. Стелла же и без этих ухищрений не привлекала ничьего внимания — браслет Лодены надёжно прятал её от восприятия как людей, так и зверей. Это можно было бы посчитать нечестным преимуществом, но оно было весьма условным. Артефакты и оружие считались силой ученика, и если он мог себе позволить подобное, то все закрывали глаза, даже если считали несправедливым. Если бы не браслет, Стелле пришлось бы прилагать собственные усилия для сокрытия ауры. Это было бы морочно, но не невозможно, так что она просто пользовалась этой удобной вещицей в своё удовольствие. Пока Нина иль Бьё пряталась в пещере, Стелла тоже решила найти себе убежище. Она расположилась в расщелине между камней на небольшом плато. Установив магический защитный контур, Стелла вытащила из пространственной сумки навес, мягкий матрас и походный столик. Удобно устроившись, Стелла решила перекусить, а после осмотреть свою добычу из Ядовитого леса. Тело Амаи было достаточно выносливо, чтобы не спать и не есть несколько дней, но из-за несовместимости с эфиром, единственной возможностью восполнить ресурсы организма был банальный отдых. По мере продвижения в духовных практиках Мастера всё больше могли полагаться на эфир в восполнении сил, Стелла же была этого пока что лишена. Зато она могла беспрепятственно поглощать целительную и питательную силу природных ингредиентов, не боясь, что они могут вступить в конфликт с её методом циркуляции эфира. Ядовитый компонент быстро выводился организмом, а питательный усваивался. Поэтому Стелла даже не особо раздумывала, кидая в кипящий на камнях котелок собранные травы и мясо духовных зверей. Конечно, эффективнее было поискать удачные сочетания и снабдить катализаторами как в алхимии, но ей было недосуг. Уже очень долго она делала всё максимально эффективно, и решила, что хоть сейчас может ненадолго расслабиться. Прихлебывая ароматный мясной суп из пиалы, Стелла вытащила из другой сумки погремушку. Вещица затейливо блестела на солнце и приятно оттягивала кисть. Магичка удовлетворённо хмыкнула, слегка подбросив игрушку в ладони. Погремушка была тяжёлой, со смещённым к коробочке центром тяжести. Диск на рукояти вращался не равномерно, а небольшими сегментами, при прохождении которых едва заметно притормаживал. Рукоять прятала в себе механизм, и чем больше Стелла исследовала его, тем сильнее убеждалась, что это был ключ с шифром, но что он открывал, безусловно, оставалось загадкой. На диске просматривались силуэты помпезно украшенных героев, но не стоящих в победных позах, а как будто уложенных во гробы со скрещенными руками и при полном вооружении. Фигур было восемь — четыре побольше, и между ними четыре поменьше. Завершающая же погремушку коробочка была каплевидной, чуть вытянутой вверх. Её полое тело было украшено довольно причудливыми вензелями, больше всего напоминающими завитки дыма. По всей коробочке то тут, то там виднелись пустые гнёзда для драгоценных камней, внутри же неё зияла темнота. Стелла щёлкнула ногтем по поверхности погремушки и услышала довольно неприятный глухой звук. Впрочем, тембр звука её совсем не волновал, главное, что она могла вибрировать с заданной частотой. Материал погремушки хорошо проводил эфир, поэтому, если Стелла поместит внутрь что-то, с помощью чего сможет насыщать звуковые волны эфиром, у неё в распоряжении будет инструмент для воспроизведения звуковой магии. Всё-таки вкладывать ману в голосовые связки было болезненно, да и болтать с противником не всегда уместно. Относительно же того, что поместить в коробочку, Стелла решила вырастить эфирный кристалл. Если собирать эфир в одной точке и сжимать его по максимуму, то рано или поздно он кристаллизуется. Именно этого эффекта и добивались Духовные мастера, собирая эфир в своём теле — сначала создавали разряженный эфирный источник, потом собирали в нём всё больше и больше энергии до момента когда она кристаллизовалась. Потом они уплотняли его и наращивали слои до следующего качественного перехода, но в данный момент Стелле это было не нужно. Достаточно было лишь собрать достаточно эфира, структурировать чтобы образовался кристалл, и поместить в погремушку. Этим она и занималась — ела, пила, спала и собирала эфир всё то время, пока Нина, тихонечко как мышка, сидела в своём укрытии. Таким образом прошло несколько дней, пока рядом с пещерой, наконец, не начало происходить какое-то движение. [[image:/storage/reader-images/93593a3140df69e5b65ec00da4154eeb630de975.png]] ---------- Брат и сестра Со стороны чащи леса, не сильно скрываясь, на довольно большой скорости к пещере приближалась фигура. Это был вовсе не таинственный преследователь, а легко узнаваемый Круман Ниас иль Бьё, старший брат Нины. Ниас был молодым человеком крупного телосложения, с характерными для клана Бьё чëрными волосами и глазами. Одет он был просто — в узкие штаны, жилет и подпоясанную рубаху, сквозь раскрытый ворот которой виднелась очень дорогая нательная броня. Его руки были закованы в наручи, а сверху на сапогах были навешаны утяжелители. В этом году Ниасу должно было исполнится двадцать лет, и это был предельный возраст, до которого юниоры могли обучаться в школах. Дальше он мог вернуться в клан и продолжить семейное обучение, либо вступить в Имперскую Гвардию. Несмотря на то, что в данный момент он занимал вторую строчку рейтинга школы, он не был кем-то выдающимся ни в семье Круман, ни в клане Бьё, просто сейчас в его возрастной группе не нашлось никого лучше. Стелла, находящаяся на критической стадии своей работы по конденсации эфирного кристалла, лишь частично отвлеклась от работы. Её восприятие легко проходило сквозь стены пещеры, поэтому она продолжала следить за Ниасом даже тогда, когда он, отодвинув от входа каменный валун, пробрался внутрь. Нина, всё это время медитировавшая, бросилась брату на шею. Она явно была очень рада его видеть. Такие близкие отношения даже могли тронуть сердце Стеллы, если бы она не знала, что, прикрываясь заботой о сестре, Ниас задирал всех подряд. — Как твои раны, зажили? — поинтересовался Ниас, отстраняя Нину и бегло осматривая её. — Конечно, пока тебя дожидалась не только подлечиться, но и состариться успела! — Скверный характер Нины давал о себе знать, даже когда она не находилась под влиянием яда. — Ты принёс мне что-нибудь хорошее? Нина буквально подпрыгивала от нетерпения, глядя на брата. Она и так потратила здесь, на границе с чащей, больше времени, чем ей хотелось. Пока она медитировала, укрывшись в пещере, все остальные юниоры прочёсывали лес в поисках дополнительных баллов. — Мне пришлось потратить кучу времени, чтобы поймать для тебя что-то, что не выглядело бы сильно подозрительным, — Ниас похлопал по одной из своих пространственных сумок, и на земляной пол пещеры выпали четыре плохо сохранившихся звериных трупа. Это были не слишком выдающиеся звери для юниора старшего возраста, такого как Ниас иль Бьё, но они встречались как в чаще Шумного леса, так и в его средней полосе, а значит Нина вполне могла выдать их за свои достижения. — Ты что с ними делал, что они в таком состоянии? — с некоторой брезгливостью девушка потыкала носком своего ботинка в шерстяной бок одного из зверей. Вопреки ожиданиям, она была не слишком довольна добычей Ниаса. Или скорее, её внешним видом. — Я просто торопился, — оставшись безразличным к упрёку, пожал плечами брат девушки. — Если я буду осторожничать с твоими зверушками, то не успею разобраться со своими. А мне, между прочим, эта нахальная девица в спину дышит! И ладно, плевать на придурка Дилларда, но если я проиграю семнадцатилетней девчонке из третьеранговой семейки, это будет позор! Вспомнив о собственных проблемах, Ниас иль Бьё даже перешёл совершенно на другой тон. Оказывается, соперничество с какой-то девушкой задевало его сильнее, чем он пытался показать. Даже Нина удивлённо посмотрела на брата. — Ты говоришь о Сешате иль Риби? Разве она может превзойти тебя? Она ведь только попала в середину рейтинга, а ты на самой его верхушке. — Ничего ты не понимаешь! — Ниас аж прикрикнул на сестру, — У этой змеюки нет совести, она даже Мастеров соблазняет, чтобы продвинуться как можно выше! — Ну так и ты соблазни! — засмеялась Нина иль Бьё, но слегка натужно, ведь её тоже настораживало такое скоростное восхождение Сешаты из Малого Клана Риби, пришедшей в их школу лишь полгода назад, а уже метивший на вершину рейтинга. Стелла, слушавшая их краем уха, мысленно поставила галочку у себя в списке интересных личностей. При случае, нужно будет разузнать, кто такая Сешата и как она так быстро становится сильней. Вдруг эта информация окажется полезной. Пока брат с сестрой обсуждали последние сплетни и строили планы, Стелла корпела над конденсацией эфира в кристалл. Это была долгая и кропотливая работа, которую нельзя было бросить посредине. Эфир, не имея материальной опоры, быстро рассеивался, поэтому, чтобы иметь возможность отвлечься, Стелле нужно было создать хотя бы мизерный кристалл, который существовал бы сам по себе, независимо от её воли. Она не смогла отвлечься даже тогда, когда Ниас с Ниной покинули пещеру и разошлись в разные стороны. Впрочем, Нине иль Бьё понадобилось бы довольно много времени, чтобы покинуть зону восприятия Стеллы, поэтому магичка не сильно за неё переживала. Лишь когда с ней связалась Амая, используя свой осколок сознания, Стелла привела Хаоса с лампадой к своему импровизированному жилищу. Ворона мягко опустилась на камни рядом навесом, дошагала до столика на своих птичьих лапах и деловито засунула клюв в котелок с похлёбкой. — Что вы узнали и где шлялись все эти дни? — поинтересовалась магичка, проигнорировав наглую выходку птицы. Лампада на серой шее мерцала призрачным светом и уже не казалась неуместной. Сначала Стелла думала снять её, как только Хаос вернётся, но сейчас решила оставить всё как есть. [[image:/storage/reader-images/0093e699fc395071a2a84ffbd77dde0f31ea8ff6.png]] ---------- Кристалл «Сначала мы подслушивали и подсматривали в лагере младшаков,» — начала свой отчёт Амая. Пока беззвучный голос девочки звучал у неё в голове, Стелла продолжала концентрировать эфир в одной точке. Проблема была в том, что эфирный фон в Шумном лесу и так был не слишком плотный, к тому же она уже извлекла всю энергию из округи, и теперь становилось всё сложнее стягивать её. Обнадёживало только то, что процесс подходил к концу, и совсем скоро она сможет закончить и отвлечься. «Близнецы Гиллия и Флокс и вправду оказались ранеными, их нашли в лесу по сигнальному огню. Они оба были без сознания, только Гилия была более-менее в порядке, а вот Флокс находился в ужасном состоянии — он был истощен до предела, потерял одновременно много и крови и эфира, а по всему телу имел множество ран. Чтобы спасти жизнь Флокса и сохранить прогресс в духовном мастерстве, Мастер Врачеватель, который его осматривал, запросил помощь всех доступных лекарей. К тому моменту, как мы прибыли в лагерь, его тело уже восстановили, но разум всё ещё находился в смятении. Гилия также пребывает в шоке от произошедшего и, как будто, не в себе. Не может даже рассказать, как они оказались в такой ситуации.» Кристаллизация эфира, наконец, подошла к критической точке, поэтому Стелла могла только кивнуть головой, показывая Амае, что она слушает. «Эта ситуация немного напомнила мне нападение на Нину. Если бы мы не вмешались, то, возможно, она была бы точно в таком же состоянии, что и Флокс. А ещё, я подумала, что все известные нам на данный момент случаи, беря в расчёт Ноктиса, происходили исключительно с кровными членами клана Бьё. И поскольку среди младшаков есть ещё Румина Шодан иль Бьё, я решила проверить, всё ли с ним в порядке…» На этих словах Амая притихла, как заворожëнная глядя, как прямо в воздухе перед Стеллой возникает светящаяся точка, которая буквально за секунды обретает форму правильного треугольного кристалла. Он был мизерным, не больше макового семечка, но это был первый раз, когда девочка видела чистый эфир воплощённый в материальную форму. «Как у Вас получается манипулировать эфиром в моём Алмазном теле?» Она прекрасно помнила мучительную боль, возникающую каждый раз, когда она пыталась хотя бы прочувствовать его. — Я просто не провожу его через тело, — ответила Стелла, аккуратно укладывая малюсенький камешек на бархатную подложку и убирая в шкатулку, — а воспринимаю исключительно душой. Юниоров не учат разделять восприятие тела и души, с самого рождения мы пользуемся ими совместно, поэтому ты инстинктивно использовала и то, и другое. Сейчас же у тебя нет тела, и нет проблем с ощущением эфира? Кристалл был мал и его пока нельзя было использовать по назначению, а нарастить сейчас не представлялось возможным, потому что весь эфир из окружающего пространства Стелла уже вычерпала. Но поскольку критический момент был уже пройден, Стелла могла отложить процесс наращивания. Она убрала шкатулку в сумку и внимательно посмотрела на лампаду с душой Амаи. «Но я никогда не слышала, чтобы кто-то из старших мог разделить восприятие души и тела. Получается, манипулируем потоком эфира мы тоже совместно душой и телом?» — Нет, — улыбнулась Стелла наивному предположению Амаи. — Манипулируем эфиром мы не душой и не телом, а волей. В книгах по теории духовного мастерства в библиотеке школы Бьё аспект воли был очень аккуратно обойдён, и если не знать основ, то можно было и вовсе не заметить, насколько большую роль он играл в жизни Мастера, мага, да и просто человека. Воля была тем, что отличало полноценную душу от элементарного духа, делало её разумной и способной на сложные решения, а также на осознанное изменение реальности. Был ли это недостаток образования в Школе Стремительных Бьё, в системе образования Духовных Мастеров, или таков уровень осознания реальности во всём мире, Стелла пока понять не могла. Исследовав всего лишь библиотеку в одной единственной школе, Стелла не могла сделать вывода об уровне накопления знаний во всём мире. Все те суждения о законах мироздания, которых она придерживалась, были почерпнуты из исследований её предыдущей жизни, но как показала практика здесь они были по прежнему актуальны. — Воля безусловно связана с душой, но не равна ей. Если упрощённо посмотреть на аспект воли, то он тем сильнее, чем сильнее душа, но это не обязательная и не единственная зависимость. Наша воля двигает миром, и чем сильнее воля, тем более масштабное воздействие она может произвести. Стелла хотела больше рассказать Амае о воле, но остановилась. Сейчас было неподходящее место и время чтобы систематизировать знания девочки и заполнять пробелы в её образовании. — Так что там с оставшимся юниором клана Бьё? — магичка напомнила Амае о незаконченном докладе, рассчитывая продолжить беседу о воле после возвращения с практики. Сейчас же у них была более насущная тема для обсуждения. [[image:/storage/reader-images/c7a3b01a3101c71ce1cb1955c95962401c36da0d.png]] ---------- Тень «Шодан из кровной ветви Румина появился в школе Стремительных Бьё чуть больше полугода назад. Что заставило его сменить школу Ускользающих Бьё, в которой он учился с десяти лет, на нашу, никто не знает, но поговаривают, что это были многочисленные конфликты с другими учениками.» Амая подумала, что сначала стоит ввести Стеллу в курс дела относительно личности юниора. «Во время всего обучения у нас он держался обособленно, а к соученикам относился с нескрываемым презрением, но это же не повод отказать ему в помощи, если он в ней нуждается. Поэтому мы с Хаосом полетели на его поиски.» Тут Амая сделала драматичную паузу, но, увидев как Учитель Стелла недовольно поднимает бровь, продолжила: «Но не нашли его, — и поспешно добавила, — Даже следов его не обнаружили. Облетели всю окраину леса, где охотятся младшаки, и даже пролетели над серединой леса. Мы нашли всех юниоров младше семнадцати и даже некоторых старшаков, которые шарахались вне чащобы, но Шодан как растворился. С одной стороны это не слишком удивительно, ведь семья Румина специализируется на скрытности и тактике, но с другой — бесследно исчезнуть, не оставив и следа, для двенадцатилетнего пацана должно быть не так уж и просто.» Первым, о чем Стелла подумала, что бесследно раствориться было совсем не проблемой. С другой стороны, то, что Амая его не нашла, не значило, что он так уж умело прятался. Тень, преследовавшая Нину, не использовала высокоранговых артефактов, подобных тому, что были у Стеллы, а полагалась на какую-то технику сокрытия, при этом, не слишком мощную. Её было едва ли достаточно, чтобы обмануть пятнадцатилетних юниоров, если бы эта тень попалась на глаза какому-нибудь Мастеру, то вряд ли бы она осталась незамеченной. Думая о пропаже Шодана, Стелла чувствовала, что что-то во всем этом не сходится, поэтому не торопилась делать каких-то выводов. Некоторое время она просто в задумчивости сидела в своём укрытии, краем сознания обозревая пространство, в котором не происходило ничего достойного внимания. А потом она заметила, что в зону покрытия её восприятия вторглось то самое скрытное существо, которое она заметила при инциденте с Ниной. Вот только двигалось оно вовсе не к своей неудавшейся цели, а в сторону пещеры, в которой Нина встречалась с братом. Тень перемещалась довольно осторожно, обходя зоны восприятия могучих духовных зверей, следящих за своими территориями, что наводило на мысли, что она была совсем не так уж сильна. Попетляв вокруг пещеры, она прошмыгнула внутрь. Чтобы не терять времени даром, магичка поднялась на ноги, собрала свои пожитки в сумку и кинулась к пещере. Ворон с лампадой на шее бесшумно последовал за ней. Причастна ли тень к нападению на Нину было не столь уж и важно, а вот послужила ли она причиной травм Ноктиса было проще всего выяснить, встретившись с ней лицом к лицу. Пока Стелла мчалась к пещере, она не отрывала своего восприятия от происходящего внутри. Сначала тень обошла маленькое убежище по периметру, а дальше перед Стеллой предстал целый ритуал с извлечением вороха реагентов, проделыванием с ними сложных манипуляций лишь для того, чтобы собрать из разлитого воздуха два шлейфа запахов: Нины иль Бьё и её брата. Стелла даже притормозила немного, позволяя тени увлеченно играть в юного алхимика. Но, когда злоумышленник стал готовить из собранных шлейфов какие-то зелья, решила, что пора вмешаться. Стелла зашла в пещеру, даже не скрываясь. Приблизившись к тени на такое близкое расстояние, она уже понимала, что человек, пытающийся скрыть себя техникой искажения, совсем не силён: аура, которая всё же распространялась вокруг фигуры, была довольно хаотичной и очень слабой по сравнению с мастерами школы, так что магичка могла сделать вывод, что это всего лишь ученик. Не ожидая, что кто-то застанет её во время приготовления зелья, тень дëрнулась и уронила колбу, которую держала в руках. Содержимое колбы разлилось, и в нос Стелле ударил едкий запах, послевкусие от которого было немного похоже на тот реагент, что она обнаружила в крови у убитой рыси. Механизм его действия Стелла не совсем понимала, но, видимо, зелье каким-то образом заставляло нападать духовных зверей на обладателей определенного запаха. Был ли Ноктис атакован подобным образом? Тень, испуганная появлением Амаи иль Тэ, потеряла концентрацию, и её навык сокрытия рассеялся. Перед Стеллой предстала девушка, немногим больше пятнадцати лет, судя по её виду, она даже ещё не вышла из средней возрастной группы, чтобы посоревноваться со старшими учениками. Она была худощавой, даже слегка измождëнной, черные волосы и огромные чёрные глазищи намекали на принадлежность девицы к клану Бьё. Выражение её лица было испуганным и каким-то даже обречённым. — Не подходи! — закричала девушка, торопливо доставая из пространственной сумки ещё какие-то зелья, пока Стелла невозмутимо приближалась к ней. — Я отравлю тебя, если приблизишься! — Вряд ли твои яды подействуют на меня, — ответила Стелла, но только чтобы ввести девушку под воздействие голоса. — Я не собираюсь с тобой сражаться, только хочу задать пару вопросов. Но, видимо, той маны, что вложила в голос Стелла, оказалось недостаточно. — Я не собираюсь отвечать на твои вопросы! — Девушка кинула в сторону Амаи две склянки и, не мешкая ни секунды, бросилась вглубь пещеры. [[image:/storage/reader-images/7d5783517ba1aebe2c719c8e5a5a5c4c5e5a2598.png]] ---------- Пещера Стелла не дала склянкам разбиться, подхватив их на лету и деактивировав механизм распыления — с её нынешней скоростью сделать это было нетрудно. Она не была раздосадована своей оплошностью, скорее наоборот, это было очень забавно — не просчитывать всё наперед, а давать возможность ситуации развиваться. С замиранием сердца она понимала, что это щекочущее в груди чувство, которое она когда-то испытывала, а потом надолго позабыла, называлось любопытство, и теперь оно вновь ей доступно. И чтобы опять его вызвать, придётся отказаться от привычки всё вокруг контролировать. Убрав склянки с ядом в сумку, Стелла последовала за девушкой. Она и раньше видела, что эта пещера имела многоуровневую и сложную структуру, но подробно исследовать её восприятием не стала, поскольку Нина сидела только у самого входа, а сама магичка была занята конденсацией эфирного кристалла. Чуть дальше пещера уходила вниз и разветвлялась на несколько проходов. Стелле не нужно было особенно ухищряться, чтобы отследить, куда умчалась её добыча. Потолок был довольно низким, а проход узким, поэтому Хаоса с Амаей пришлось оставить у входа, сама же Стелла ловко нырнула под каменные своды одного из ответвлений пещеры. Внутрь уже не проникал свет, и царила всепоглощающая темень. Стелла не стала утруждаться и зажигать лампаду, и не воспользовалась соответствующим заклинанием, а просто переключилась со зрения на восприятие души. К её неудовольствию, она довольно быстро поняла, что в стенах пещеры содержится нечто, что мешает проникновению её душевного взора. Она всё ещё могла обследовать окружающее пространство, но не слишком далеко. Вернее, если приложить усилия и ману, Стелла могла бы прозреть и всю пещеру целиком, но на это ушло бы довольно много сил. Решив, что это ни к чему, она последовала за убегающей всё глубже девушкой. Свою добычу Стелла нагнала меньше чем через минуту, но, вспомнив о едва проснувшемся любопытстве, она притормозила и позволила девушке углубиться дальше. Они какое-то время мчались по узкому коридору спускающемуся всё дальше и дальше под землю, а потом пространство внезапно расширилось, и две девичьи фигуры одна за другой вылетели в просторную залу. На первый взгляд казалось, что это был тупик. Черноволосая девушка судорожно заозиралась, освещая пещерные своды светом зажатого в руке артефакта, но не нашла даже и щели, куда бы она могла податься дальше. С потолка угрожающе свисали сталактиты, а пол уходил конусообразной воронкой вниз к центру залы. Возможно, когда-то тут было озеро, которое с течением времени ушло под землю или обмелело. — Всё? — с усмешкой поинтересовалась Стелла, стоя в проходе. — Ты издеваешься что-ли?! — возмутилась девушка вытаскивая из сумки ещё пару склянок и кривой кинжал, и готовясь дорого продавать свою жизнь. — Да не бойся ты, — увещевала её Стелла, добавляя маны в голос. В прошлый раз так просто не сработало, поэтому она решила усилить воздействие. — Мы только поговорим. Если меня устроят твои ответы на мои вопросы, то ты сможешь уйти. — Ага, как же! — не поддавалась на уговоры девочка, отступая вглубь пещерного зала. Из-под её ног вглубь воронки покатились камни. Поразмыслив мгновение, Стелла решила, что хватит увещеваний. Одним рывком она приблизилась к злоумышленнице и прописала ей щелбан, наполненный силой души. Девочка немедленно потеряла сознание и плюхнулась на пол. Стелла присела рядом и, приложив руку ко лбу, погрузилась в её воспоминания. Девочку звали Чения, и она происходила из кровной ветви Румина клана Бьё. Она действительно была тем человеком, который поставил ловушки и подстроил нападения духовных зверей на Ноктиса и Нину, но вот что было странно — у неё не было никаких воспоминаний о нападении на Гилию и Флокса иль Бьё. Чуть покопавшись в куда более отдалённых воспоминаниях, Стелла нашла причину всей этой возни — Чения участвовала в соревновании, определяющем наследника семьи Румина. В каждой кровной ветви была своя гонка за наследование, но если Туволь и Круман, семьи специализирующиеся на силе и ловкости, соревновались в открытом противостоянии, то Румина, чьей специализацией были скрытность и диверсии, определяли фаворитов хитрым путём. При необходимости оценить наследников семьи, старейшины Румина давали всем своим юниорам миссии и судили их по успехами и разнообразию использованных методов. В настоящее время как раз шло такое соревнование за место наследника. Задачей всех принимающих участие претендентов было подстроить несчастные случаи с юниорами других кровных ветвей из той же возрастной категории. Случаи не должны были быть смертельными, а только травмирующими, и не должны были привлекать внимание Старейшин, но соревнование подходило к своему окончанию, поэтому многие участники были готовы рискнуть. Сама Чения была далека от места победителя, и сейчас отчаянно хваталась за любую возможность. Потому что аутсайдеров гонки ждала участь Амаи — их высылали из семьи и отправляли в школу рангом ниже, а это было унизительно. Узнав всё, что ей было интересно, Стелла задумалась. Она не могла решить, что ей теперь делать с этим знанием? С одной стороны, стоило как-то наказать Чению за нападение на Ноктиса, с другой стороны, ответственность за это нападение лежала скорее на старейшинах Румина, чем на самой девочке, да и Ноктис не сильно пострадал. Не желая принимать решение здесь и сейчас, Стелла поднялась на ноги. Тело бесчувственно лежавшей на земле девочки, и так потихоньку сползавшее с края пересохшего озера, поехало вниз по склону к центру воронки. Стелла безучастно за ним наблюдала, погружённая в свои размышления и почерпнутые из разума девочки воспоминания. Но, когда тело достигло самого низа, кое-что привлекло её внимание. [[image:/storage/reader-images/392183e70f511ee93e6ab7632de358da57c0ef9f.png]] ---------- Призрак Стелла по-прежнему обозревала подземелье с помощью восприятия, и от неё не ускользнуло вторжение в зону её наблюдения. Откуда-то снизу в залу проникало чужое душевное восприятие. Оно было довольно слабым, как-будто на последнем издыхании, и не распространялось далеко, но в нём чувствовалась злоба и какой-то инстинкт хищника, который выжидает время, чтобы схватить жертву. И судя по всему, жертвой это восприятие назначило бессознательную Чению. Стеллу оно не замечало то ли в силу влияния амулета, то ли по причине своей измождённости. Магичка присела на корточки на краю пересохшего озера и стала наблюдать, что же будет происходить дальше. Чтобы не спугнуть ненароком хозяина восприятия, она даже не стала обследовать пещеру в глубину или каким-то образом защищаться от вторженца, а удовольствовалась ролью пловца по течению. Осмотрев бессознательную Чению, владелец восприятия, видимо, остался удовлетворён и соизволил показаться сам. Из-под земляного пола в пещерную залу выплыла душа. Вернее, это была уже не совсем душа, а полноценный призрак. Он тускло светился в темноте подземелья, являя собой довольно жуткое зрелище. Неясные контуры не позволяли оценить, каким этот человек был при жизни, но Стелла могла сказать, что он умер молодым, практически в начале своего жизненного пути. Чем призрак отличался от души? Душа имела судьбу, накопленную в течение её жизни, и дарующую ей способность отправиться дальше по пути посмертия. Призрак же был формой существования отказавшейся от посмертия, и променявший свою судьбу на возможность остаться там, где закончился его жизненный путь. Будучи призраком можно было, конечно, накопить новую судьбу, но это удавалось сделать не всем. Большая часть призраков заканчивали своё существование, отправившись в небытие после того, как их воля к жизни была истощена. Этот конкретный призрак был уже недалёк от полного исчезновения, но, почуяв поблизости юную и неопытную душу, которую можно поглотить, и тело, которое можно использовать в качестве временного пристанища, воспрял духом и, позабыв об осторожности, выбрался из своего укрытия. Ни медля ни секунды он устремился внутрь пространства души Чении. Стелла, до этого наблюдавшая издалека, спустилась к телу девочки, чтобы увидеть, что будет происходить между двумя информационными сущностями. Душа Чении была молодой и неопытной, в обычном случае ей было бы трудно противостоять призраку, прожившему много лет и освоившемуся с нематериальным существованием. Но девочка уже успела продемонстрировать хорошую сопротивляемость к ментальному воздействию, и Стелла хотела посмотреть, что же позволило ей это сделать. В визуализированном пространстве души уже шло представление. Дом души Чении на первый взгляд представлял из себя довольно жалкое зрелище — это была унылая хижина, она имела общарпанный и хлипкий вид. Призрак уже вовсю резвился, разрушая непрочные стены, состоящие из мыслей и воспоминаний, и ничто ему не мешало — самосознания Чении не было нигде видно. Стелла усмехнулась такому повороту дел — разум девочки оказался довольно интересно скроен. Всё что можно было увидеть на поверхности было своего рода подделкой, а её настоящее эго было хорошо защищено и упрятано в прочном бункере под землёй. Призрак тоже довольно быстро понял, что толку от разрушения лачуги нет, и начал разбрасывать в сторону обломки в поисках входа в бункер. Стелла, решив, что она увидела достаточно, сосредоточила силу своего духа на вторженце. У системы душевной организации, которой обладала Чения, были свои преимущества, одно из которых хорошая сопротивляемость внешним воздействиям, но были и недостатки. Самым существенным было то, что если уж бункер оказывался взломан — то это очень серьёзно вредило не только душевной организации, но и самой опоре духа. Стелла не хотела, чтобы юная девочка пострадала от какого-то полудохлого призрака, поэтому стоило от него избавиться прямо сейчас, пока он не натворил в душе Чении больших беспорядков. Сравниться по силе со Стеллой призрак не мог, поэтому, магичка практически без усилий перетащила его из пространства души Чении в своё собственное. Она могла бы его не сильно напрягаясь уничтожить, но Стелле жаль было так просто выбрасывать редкий материал, поэтому она бросила его в импровизированную темницу своего замка, туда, где он будет дожидаться своего часа запечатанный и неспособный даже пикнуть. После всех этих манипуляций Стелла удовлетворённо кивнула и поднялась на ноги. Нужно было ещё раз обследовать пещеру, чтобы понять, откуда тут взялся призрак. Вложив немного маны в духовное восприятие, она смогла обозреть грунт на сотню метров вниз и обнаружила ещё одну залу. Она была скорее рукотворной, чем естественной, и попасть в неё мог только духовный мастер, умело манипулирующий пространством, поскольку входов и выходов у залы не наблюдалось. Посреди неё в позе для медитации сидело человеческое тело, которое было скорее мертво, чем живо, но понять это Стелла смогла лишь после тщательного обследования. Тело выглядело как красивый мужчина в самом расцвете сил, одето оно было в наряд, который, даже по прошествии множества лет, не потерял своего лоска. Сердце в груди мужчины не билось, кровь не циркулировала, дыхание тоже отсутствовало, но тем не менее, он обладал многослойным кристальным источником, который сам по себе собирал эфир из окружающего пространства и вращал по неживому телу, удерживая его от деградации и разложения. Энергия в источнике уже практически перестала делиться на виды и пришла к определённой степени синергии, а это значило, что при жизни духовный мастер был недалёк от становления Демиургом, высшим существом в этом мире. Глядя на это превосходное, хоть и мёртвое тело, и сопоставляя с ним пойманного призрака, Стелла испытывала чувство лёгкого несоответствия. [[image:/storage/reader-images/f093e1e8bc2646aa2b992da8a57f4f6c117e405b.png]] ---------- Кадавр Тело тоже было лакомым кусочком, оставить такое сокровище было бы большой ошибкой. Стелла воскресила в голове заклинание пространственного сдвига и шагнула в подземную комнату. Воздуха здесь практически не было, но мёртвому телу и нематериальному призраку он не был нужен, а вот Стелле пришлось на время перестать дышать. Тело бы прекрасно поместилось в пространственной сумке, но прежде чем отправить его в хранилище, Стелла дала волю своему любопытству. Во время осмотра восприятием она заметила некоторые странности с телом и теперь хотела изучить поподробнее. Поскольку обстоятельства не позволяли провести полноценное исследование, она просто расстегнула ворот рубахи на неподвижно сидящем теле и обнажила его грудь. Прямо под ключицей она увидела то, что искала. Больше всего это было похоже на выход катетера, от которого по центральной вене трубка из неизвестного Стелле материала вела прямо в неработающее сердце. Невозможно было, чтобы духовному мастеру практически достигшему уровня Демиурга, необходимо было поддерживать свою жизнедеятельность медикаментами, да ещё и доставляя их непосредственно к сердцу, а значит цель у этого сооружения была не медицинская. Но тогда какая? Стелла сняла с пояса мужчины пространственную сумку. Она была, конечно, закрыта на отпечаток души того призрака, который теперь был запечатан в её духовном пространстве. Ощутив небольшой укол раздражения от невозможности прямо сейчас без промедлений ответить на все интересующие её вопросы, Стелла отправилась сооружать ключ. В сумке было довольно много всего, что можно было бы назвать ценной добычей, но Стелла даже не обратила внимания на внушительный багаж трав, книг, артефактов и эфирных камней. Магичка вытащила из хранилища деревянную шкатулку запечатанную от протечек энергии и, аккуратно открыв все замки, заглянула внутрь. Там обнаружились четыре пустых склянки с такими же печатями, что и на шкатулке, и приспособление для введения инъекций. Без сомнения, именно тут хранилось то, что должно было вводится в катетер. Но сколько Стелла не разглядывала фиалы, она не смогла найти даже малейших следов вещества, что прежде в них содержалось. В склянках и шприце не сохранилось ни единой молекулы, что само по себе было странно. Извлечь всё до последнего остатка из контейнера само по себе было проблематично, а тут ещё и печати, которые сохраняют малейшие частицы вещества на месте, не позволяя улетучиться. Разве что, в фиалах хранилось вовсе не вещество, а то что им только кажется. Точно так же как эфир при конденсации обретал форму видимого и ощутимого кристалла, но фактически молекул и кристаллической решётки не имел, другие виды энергии тоже могли существовать в виде физически проявленных субстанций. Например, вита, эссенция жизни, могла конденсироваться в некое подобие жидкости. Её было затруднительно получить, она не витала в воздухе как эфир, а существовала только внутри материальных, живых организмов, но если бы алхимику это удалось, то единая капля этой эссенции могла бы продлить жизнь любого. А уж если ввести целый фиал в сердце безупречно сохранившегося тела с эфирным кристаллом на грани уровня Демиурга, то тело вполне могло ожить и ещё долгое время безотказно функционировать. И его вполне могла бы использовать любая духовная сущность, будь то призрак или неприкаянная душа, такая как Стелла или Амая. Стелла вздохнула, и посмотрела на тело мужчины по-новому. Она больше не воспринимала его как труп духовного мастера. Может, когда-то это и был живой человек, но теперь это больше было похоже на гомункула или кадавра, оболочку для использования духовной сущностью. Несмотря на то, что Стелла сама была такой сущностью, вид этого существа вызывал у неё смешанные чувства, и она пока что не могла понять почему. Поместив кадавра и все его пожитки к себе в хранилище, Стелла вернулась в залу и, наконец, вдохнула воздух полной грудью. Чения всё ещё не пришла в себя, поэтому магичке пришлось приводить её в чувства. Просмотрев обстоятельства жизни девочки, Стелла уже примерно представляла чего она хочет, а чего боится, и теперь собиралась использовать в своих интересах. — Я ещё жива? — был её первый вопрос. — Конечно жива, — усмехнулась Стелла, вставая над лежащей на полу Ченией во весь рост. — Тебе ещё нужно понести ответственность за то, что ты натворила. — Тогда лучше убей меня, – обречённо попросила девочка и выпрямилась лёжа на полу, а так же сложив руки на животе. — Кому лучше-то? – засмеялась Стелла, – почему я должна делать так, как лучше тебе? — Я знаю тебя, ты Мутный Алмаз клана Тэ. Мне нечего тебе дать, и нечем помочь, так что шантажировать меня не выйдет. Всё что ты можешь сделать, это доложить обо мне Старейшинам, тогда меня выгонят из школы и из клана Бьё, и я буду позорно жить в регионе низшего порядка. – На этом предположении Чения горестно вздохнула и заключила, – Лучше умереть. — В целом, так и есть, – подтвердила Стелла, – только ты не права, говоря, что не можешь мне ничем помочь. Так уж вышло, что моя личная помощница знатно напортачила, и я подумываю её заменить. У тебя есть всё необходимое, чтобы справляться с моими поручениями, так что я предлагаю тебе сделку. [[image:/storage/reader-images/889a29fa8616c73c22ef740d381d99fe5230e81f.png]] ---------- Чения — Смешная ты, — совершенно равнодушно отозвалась Чения с пола. — Чем это будет отличаться от позора при исключении из клана? — Тем, что тебя не исключат из клана? — Стелла всё больше забавлялась, глядя на нарочитое спокойствие этой девочки. — Я не стану сообщать старейшинам, и тебя не исключат. Нападение на Ноктиса тебе засчитают, но высоко в рейтинге наследников ты не поднимешься, так что особого внимания, на то, что ты делаешь, обращать никто не будет. Даже если ты просто покинешь школу, никому не сказав и слова, все просто пожмут плечами, да помахают ручкой. Пока Стелла говорила, Чения всё-таки села, и, подперев рукой щёку, смотрела на Амаю иль Тэ, пытаясь понять, что за человек стоит перед нею. — Мы согласуем тебе выгодные условия, чтобы никто не сомневался в твоём выборе, — продолжала излагать Стелла. — Ты будешь работать моей личной помощницей и служанкой ещё пару лет. Отправишься со мной в Тэ, научишься новым техникам и подкопишь деньжат, а потом, если захочешь, сможешь вернуться в Бьё. — Лучше умереть, – уверилась в своём выборе Чения. Быть служанкой у девчонки, пусть и из клана Тэ, но которая не дружит с головой, было равносильно изгнанию. Единственное, что её смущало, так это то, насколько хорошо Амая знала про соревнование и рейтинг наследников. Это была не та информация, которую доверяли каждому, вне Дома Румина только некоторые старейшины других семей Бьё имели представление о процессе отбора наследников. — Что ж, – вздохнула Стелла, понимая, почему Чения кочевряжится. – Тогда я действительно могу тебя убить. На самом деле служить юной наследнице Великого Клана было не такой уж плохой идеей даже для прямого отпрыска семьи второго порядка. Вот только это касалось лишь наследников с перспективами. С точки зрения Чении, Амая была неудачницей, неспособной не то что вернуться в Тэ и занять там существенное место, но и даже удержаться в Бьё. То, что она победила саму Чению, не имело никакого значения – девочка не была хороша в прямых столкновениях, да и, по её собственному разумению, вообще не была сильна. Поэтому служить неудачнице было равносильно позору исключения из Клана. Но если бы Амая могла продемонстрировать свой потенциал, это уже был бы совсем другой разговор. Стелла собрала силу свой десятитысячилетней души и обрушила водопадом на голову девочки. Это создало настолько непомерное давление, что Чения распласталась по полу, как раздавленная лягушка, не в силах ни вздохнуть, ни моргнуть. Кроме этого, Стелла добавила заклинание для эмоционального воздействия, чтобы вызвать у Чении страх и восхищение. — Предлагаю в последний раз, — Стелла присела на корточки, и погладила девочку по голове, одновременно сотрясая её духовное пространство и ослабляя давление, чтобы девочка могла ответить. — Может, всё же будешь служить мне? — Ладно-ладно! — Рассуждая о том, что лучше ей умереть, Чения не задумывалась о том, что смерть может быть по-настоящему пугающей. Навязанное Стеллой чувство страха заставило её ощутить дыхание смерти и переосмыслить свои перспективы, так что её напускная бравада быстро испарилась. — Я буду служить тебе, но только два года! Если за это время, ты не вернёшься в Тэ, мы с тобой распращаемся! И оплата! Моё унижение должно окупиться! Чении было не привыкать к высокомерным взглядам – в Доме Румна она не блистала талантами, и отношение к ней было соответствующее. Весь мир духовных мастеров был построен на конкуренции, но семья, специализирующаяся на скрытности и ловушках, была особенно изобретательна в методах воздействия даже на своих собственных отпрысков. Когда Стелла отпустила девочку, та поднялась на ноги и отряхнулась. Она смотрела свою будущую Госпожу со смесью страха и любопытства. О Мутном Алмазе Тэ ходило множество слухов, было это связано с тем, что, несмотря на полное отсутствие перспектив, у этого ребенка с Алмазным телом, семья Коен от неё не отказалась. Некоторые считали, что это просто родственная любовь, хотя в конкурентном мире мастеров упоминать любовь было вообще не принято, некоторые думали, что это эксперимент, и Амаю могут выбросить в любой момент, но так же бытовало и мнение, что в ней есть некий скрытый потенциал. Прежде Чения думала, что всё это просто способ поиздеваться над беспомощным ребёнком, но сейчас, видя способность Амаи подмять под себя обстоятельства, решила, что та им ещё покажет. И где-то в глубине души Чению это очень обрадовало. Потихонечку с девочки сползала шелуха напускной расчётливости и обнажался настоящий характер, тот который всё это время был спрятан в надёжном бункере. — До конца практики осталось пара дней, — сообщила своей будущей помощнице Стелла. — Гилия и Флокс сильно пострадали, поэтому Старейшины, скорее всего, будут искать виновного, и если найдут тебя, то виновной окажешься ты. — Это, скорее всего Шодан постарался, — отмахнулась Чения. — Без разницы, кто постарался, важно лишь, кого поймают, — озвучила Стелла то, что девочка итак знала. — Поэтому тебе нужно очень аккуратно выбраться из леса. Если ты не будешь больше ввязываться ни в какие инциденты, то с моей помощью сможешь благополучно добраться до Румина. Там получишь свой ранг «ниже среднего» и можешь отправляться в школу Стремительных Бьё. Я буду ждать тебя через пять дней. Как прибудешь на место, обсудим условия сделки так, чтобы они всех устроили. А если решишь меня кинуть, то станешь виноватой не только в нападении на Ноктиса, но и в инциденте с Гилией и Флоксом, так что лучше тебе не пытаться съехать. Чения вздохнула. Ей не нравилась эта форма шантажа, но с другой стороны эта ситуация ещё вполне могла пойти ей на пользу. Нужно было только поверить в Амаю. «Ну а что ещё мне остаётся?!» – убеждала себя Чения, выбираясь из тесного подземелья на свежий воздух. - «Не прозябать же в Румина на десятых ролях?» [[image:/storage/reader-images/2cb552e3c3ad2c9d2a9fb2c6a127877da656a5e3.png]] ---------- Окончание практики У входа в пещеру Стеллу ждали Хаос с Амаей. «Это она напала на Ноктиса?!» — Сразу же поинтересовалась душа девочки, видя идущую за Учителем Чению. «Да, она. Но не разводи кипишь. С Ноктисом всё в порядке, а Чения уже наказана. Свою провинность она отработает в качестве моей служанки.» — Стелла умилялась, глядя на воинственный настрой Амаи. Трогательная забота Амаи о Ноктисе поднимала ей настроение. «Ты возьмёшь её вместо Нены?» «Да, твою нахалку Нену придётся ликвидировать чтобы она чего ещё не натворила.» — Амае было неизвестно, что же такого натворила Нена, но она знала характер своей помощницы и могла предпологать. — «Почему же ты её столько времени терпела?» «Она из-за чувства восхищения подчинялась только матушке Лодене. Всех остальных же довольно быстро подкупали разные «доброжелатели» и вместо того чтобы служить мне, они начинали вредить.» — с грустью в голосе поделилась Амая. «Не переживай, Чения будет тебе верна,» — попыталась обнадёжить девочку Стелла. «Она будет верна Вам, Учитель Стелла,» — поправила магичку Амая. Стелла не стала возражать. У неё были некоторые мысли и планы на обеих девочек, но прежде чем они оформятся в нечто полноценное, Стела решила их не озвучивать. Вместо этого она повесила на шею Хаоса в добавок к лампаде ещё и пространственную сумку — ту, что открывалась с помощью силы души. «У нас осталась пара дней на то, чтобы получить хороший результат по практике. Так что вам двоим придётся немножко поработать.» — Хаосу она отдала команду отдельно, у него была важная задача по сбору ценных ингредиентов. План состоял в том, чтобы Амая отыскивала их с помощью восприятия, ворона срывала, а душа девочки отправляла в хранилище. Сама птица была ещё недостаточно хороша, чтобы управлять чем-то вроде пространственной сумки, а Амая ещё не умела влиять силой души на материальные объекты, но вместе они представляли из себя отличный тандем. Когда птица улетела, Стелла занялась Ченией, наложила на неё заклинание скрытности, которое должно было помочь девочке выбраться из леса незамеченной. Собственная техника Чении не позволила бы скрыться от Старейшин, если бы те захотели её поймать. Никаких других заклинаний, ограничивающих или следящих женщина применять не стала, она решила прекратить контролировать всё вокруг, и тогда, быть может, она ощутит ещё больше разнообразных эмоций. Девочка одарила Стеллу напоследок многозначительным взглядом и без лишних слов скрылась в лесу. Отправив всех заниматься делами и оставшись в одиночестве, Стелла почувствовала некоторое облегчение. Давно уже она не имела дела с подопечными, которые одновременно были ей небезразличны и доставляли массу хлопот. Она начинала чувствовать себя то ли многодетной мамашей, то ли воспитателем детского сада. В прошлой жизни у неё не было ни семьи, ни детей, но вот в первой, такой далёкой и почти забытой жизни она была мамой двоих детей, и теперь эти воспоминания помимо её воли начинали всплывать в голове. Когда она умерла, её дети уже выросли и обзавелись собственными семьями, поэтому Стелла не сильно сожалела, что покинула их и больше не может наблюдать, за тем, что будет дальше. И в принципе, в начале второй жизни ей даже в голову не приходила мысль, что она могла бы вернуться в свой первый мир и посмотреть, как там идут дела. Но сейчас, сменив уже второй мир и нащупав небольшую ниточку, ведущую к началу пути её души, Стелла вдруг подумала, что вернуться туда, откуда всё началось, было бы не так уж и плохо. Может быть, она смогла бы там найти следы своего существования. Какие чувства она бы испытала тогда? Прикинув, что начать осуществлять это желание она сможет ещё очень нескоро, Стелла разумно упрятала его поглубже. Сейчас стоило сосредоточиться совсем на других вещах. Например, на прохождении практики. Последующие два дня она потратила на охоту, но, как назло, все самые ценные экземпляры флоры и фауны были уже выловлены. Видимо, ученики школы Стремительных Бьё были не так уж плохи. Стелла даже наведывалась в чащу, но и там ей удалось добыть только второсортный материал. Женщина не сильно расстроилась, ведь её целью не было затмить всех юниоров. Нужно было только попасть на первые строчки по количеству очков, а сделать это можно было как качеством, так и количеством, а в этом ей существенно помогли Хаос с Амаей, отправив в сумку для сбора существенную часть от общей добычи. К исходу десятого дня Стелла направилась в лагерь. Здесь уже было не так пустынно, как когда она приходила проведать Ноктиса. Стояло множество походных шатров, среди которых суетились юниоры уже окончившие практику. Отовсюду слышались смех и разговоры, и самой обсуждаемой темой был, конечно, рейтинг успеваемости и результаты практики. Несмотря на то, что ещё не все практиканты вернулись из леса, уже примерно можно было оценить результаты. Рядом с шатром, служившим местом сбора наставников и точкой приема сумок с добычей, висел длинный свиток, на котором отображались суммарные баллы каждого ученика школы, отдельно были выделены все юниоры средней возрастной группы. Первую строчку среди среднячков занимало ничего не говорившее Стелле имя, на второй же красовалась небезызвестная Умия иль Сора, закадычная подружка Нины, и только на третьей женщина увидела имя Туволь Ноктиса иль Бьё. Нины Круман же в списке и вовсе не было — видимо она ещё не вернулась и не сдала свою добычу. Пробежав список глазами, Стелла прошла внутрь шатра, намереваясь обменять свою сумку на баллы. Её провожало множество взглядов, как просто любопытствующих, так и откровенно враждебных, но до них Стелле не было никакого дела. [[image:/storage/reader-images/4abc9f218bf0cfc9f1e88bf5fa8a042d91164e34.png]] ---------- Ранг Внутри шатра стоял стол, за которым сидел уже порядком заскучавший Мастер Шешер Мунин, преподававший у Стремительных Бьё рукопашный бой. Основная масса юниоров уже сдала добычу и теперь в пункте начисления баллов никого кроме него не было. Когда к его столу подошла Амая иль Тэ, он кинул на неё полный раздражения взгляд. — Юниор Коен Амая иль Тэ прибыла для сдачи результатов практического задания, — не обращая внимания на неприязнь мужчины, сообщила Стелла и выложила на приёмный стол сумку со своей добычей. Мастер взял сумку и стал поочерёдно доставать из неё содержимое, попутно диктуя для самопишущего свитка перечень с баллами за каждую позицию. Стелла не успела заранее изучить прейскурант баллов и имела лишь поверхностное представление о ценности всего того, что она насобирала. Поэтому сейчас слегка досадовала на, что не может проверять за Мастером Шешером, соответствуют ли его подсчёты действительности. Оставалось только положиться на его честность. Содержимого в сумке было много, поэтому процесс затягивался. За то время, пока Мастер составлял список, в шатёр заглянул не один десяток любопытствующих. Когда подсчёт уже подходил к концу, в палатку зашла Круман Нина иль Бьё. Девочка окинула Амаю полным негодования взглядом и плюхнула сумку на стол, не дожидаясь, пока Мастер Шешер огласит результат. — Юниор Круман Нина иль Бьё прибыла для получения баллов! — нагло заявила она, оттесняя Амаю от стола. Стелла отступила на шаг, не желая ввязываться в конфликт, но вся эта ситуация выглядела гадко. Мастер Шешер не стал делать Нине замечание, а только кивнул, давая понять, что он её заметил. Хоть Нина и была Круман, но он всё же не мог бросить начатое дело и внезапно заняться подсчётом её очков, вместо очков Амаи. И от этого его раздражение только росло, поскольку в сумке Стеллы ингредиенты всё не кончались, хоть и были местами совершенно дешёвой ерундой. — Ты что, всю траву из-под кустов повыдëргивала? — с издёвкой поинтересовалась Нина у Амаи, глядя на количество не слишком ценных, но всё же чего-то стоящих реагентов. Стелла не стала отвечать, она уже и сама досадовала на свою нерасторопность. Если бы не необходимость пролезть в первые строчки ранжирующего списка, она бы вообще не стала заморачиваться со всей этой практикой. А тут мало того, что ей пришлось побегать, так ещё и результат был не гарантирован. Когда из сумки была извлечена изумрудная рысь, Мастер был удивлён. — Вы сами убили это животное? — не веря своим глазам поинтересовался Учитель Рукопашного Боя. Мало того, что рысь была явно не по зубам тринадцатилетней девочке, так ещё и убита она была всего одним ударом. — Конечно, сама, — кивнула Стелла. — У меня и свидетель есть, вот Нина может подтвердить. Правда ведь? Нина, стоящая прямо перед Мастером, издала нечленораздельный звук сквозь сомкнутые зубы и хотела было уже опровергнуть слова девочки, как поняла, что не может и рта открыть. Челюсть свело, а язык не шевелился. Она с негодованием посмотрела на Амаю, не понимая, что и как та с ней сделала, но под тяжёлым взглядом фиолетовых глаз девочки решила не спорить. Пока что. Всё равно, добыча в её собственной сумке должна была быть не менее ценной, чем эта злосчастная рысь. Не дождавшись возражений со стороны Нины, преподаватель продолжил подсчёт. Наконец, с явным неудовольствием, Мастер Шешер огласил результат, и сложил всё, что добыли Стелла с Амаей и Хаосом обратно в сумку. Почему с неудовольствием? Дело оказалось в том, что цифра, которую он озвучил выдвигала Амаю иль Тэ на первое место среди юниоров средней возрастной категории. И если бы среди её добычи было много стоящего, но нет! Одна рысь и целый ворох слабых лекарственных трав и низкоранговых духовных зверей. Стелла удовлетворённо кивнула. — Ты не радуйся раньше времени! – посоветовала ей Нина, чья челюсть уже вернулась в прежнее подвижное состояние. — И не уходи никуда, я хочу видеть твоё лицо, когда на первом месте окажусь я! Магичку начинала раздражать та бесцеремонность и наглость, с которой Нина обращалась к Амае. Пусть она и была прямым потомком одной из кровных ветвей Бьё, разве это давало ей право так обращаться с человеком, который в своём неприятном положении был вовсе не виноват? Поначалу Стелла хотела простить Нине её скверный характер, но сейчас ей стало обидно за Амаю, поэтому она и вправду осталась, посмотреть на результаты подсчёта. Стелла сквозь полуприкрытые веки следила, как на стол ложатся довольно ценные лекарственные растения и тела духовных зверей. Среди прочего, Нине даже удалось захватить узорчатого змея, эфирную сущность второго ранга, который был теперь заточён в кувшине с замысловатой печатью. Но всего этого было недостаточно, чтобы перебить то число баллов, которое заработала Стелла. Но у Нины всё же было то, что могло повернуть ситуацию в её сторону: духовные звери убитые её братом, и она не постеснялась заявить их как свою добычу. Когда они оказались на столе, то счёт очков хоть и не сильно, но всё же перевесил в сторону Нины. И пока Мастер Шешер сердечно поздравлял Нину иль Бьё с первым местом, Стелла раздумывала, стоит ли заявить, что звери были убиты не ею. [[image:/storage/reader-images/bd1ae045e41d2b808e0df705281156e75c8cdb39.png]] ---------- Спорное место С одной стороны, было бы неплохо наказать эту обманщицу, которая выдаёт чужих зверей за своих, с другой же, вряд ли бы её сильно наказали, даже если бы Стелле удалось доказать, что её обвинения правдивы. Скорее, Старейшины задались бы вопросом, откуда Амая знает столько подробностей о происходящем в пещере, в которой её даже близко не было. Они могли даже что-то заподозрить о личности Стеллы, связав резкое изменение поведения девочки с несвойственными ей способностями. — Не рановато ли Вы обрадовались и присвоили Нине первое место, – поинтересовалась Стелла у Мастера, раздумывая, как же ещё она может щёлкнуть Нину по носу. — Все, кто мог побороться за это место уже получили свои очки, в том числе и ты. — С тех пор как Нина поднялась на вершину ранжирующей таблицы Шешер Мунин повеселел. — Раз уж проиграла, то прими это как ты умеешь, с надеждой на следующий раз. Казалось, он слегка издевался над девочкой, что Стелле совсем не понравилось. Вроде, взрослый человек а ведётся себя как дитё малолетнее. — Или может тебе есть ещё чего нам продемонстрировать? – ехидно поинтересовалась Нина. – Ну, кроме изумрудной рыси у тебя ведь должны быть другие выдающиеся достижения? Говоря это, Нина хоть и выглядела уверенной, но на самом деле испытывала некоторое давление. Разрыв между нею и Амаей был не слишком большим, и если бы девочка сейчас действительно вытащила что-нибудь ценнее подорожника, то могла запросто обскакать её в рейтинге. За очки в практическом экзамене учитывалось всё, что можно было добыть в лесу, и при этом несло хоть какую-то практическую пользу. — А прирученные духовные звери считаются за добычу? — внезапно поинтересовалась Стелла. — Надеюсь, ты не землеройку приручила? – продолжала ёрничать Нина, но уверенности в её голосе поубавилось. — У тебя есть прирученный зверь? — со вздохом поинтересовался Мастер Шешер. Прирученные звери шли за очки как пойманные живьём, хоть и всего-лишь наполовину. Все добытые на практике ценности юниоры отдавали на благо школы. И несмотря на то, что полученные за них очки потом можно было обменять на что-нибудь полезное для обучения, школа всё равно всегда должна была оставаться в плюсе. А вот прирученные питомцы, пусть и были полезными, но только для своих хозяев. Поэтому их хоть и засчитывали как очки, но ценность делили надвое. — Да, я потратила много времени на его приручение, а потом ещё учила выполнять команды, — сообщила Стелла, и через мгновение в шатер влетел Хаос и приземлился на подставленную руку. Его мощные когти могли бы повредить тонкую девичью кожу, если бы она не была прочнее стали, но Стелла про себя подумала, что было бы неплохо соорудить наруч и наплечник, чтобы было удобнее обращаться с птицей в дальнейшем. На шумное хлопанье крыльев вслед за Хаосом в шатёр набилось ещё с десяток зевак, решивших, что, наконец, настала кульминация подсчёта очков и теперь-то уж можно посмотреть на что-то интересненькое. Среди любопытных юниоров Стелла краем глаза увидела и Ноктиса, и Умию, и остальную группу поддержки Нины иль Бьё. — Итак, ты хочешь сказать, что приручила эту птицу в Шумном лесу во время прохождения практики? — с кислым видом поинтересовался Мастер Шешер, разглядывая лоснящиеся серые перья вороны, а так же сверкающие интеллектом чёрные глаза птицы. Лампаду с сумкой на её шее он в упор не замечал. — Где же ещё я могла её раздобыть? — ушла от прямого ответа Стелла. Пусть птица была приручена в Ядовитом лесу, а не в Шумном, но гигантские вороны водились в изобилии по всей территории Бьё и ещё на многих других. Это был вид, легко приспосабливающийся под условия проживания, и не было бы ничего удивительного, встреть Амая стаю, или даже всего одну ворону во время практики. Шешер Мунин пусть и хотел бы, да не мог отрицать ценность фамильяра в виде вороны. Мало того, что она была четвёртого ранга, то есть уровня Просветлённого, и при должном уходе могла вырасти и эволюционировать вплоть до боевого или даже ездового зверя. Она так же обладала мистическим чутьём на сокровища, и была полезна уже прямо сейчас. И даже если поделить очки за неё на двое, она по-прежнему была козырной картой в битве за первенство. Поскольку объективных причин расследовать происхождение птицы у Мастера не было, оставалось только признать её законной добычей. — Может кто-то хочет что-то сказать? — Мастер оглядел толпу, но возражений не последовало. Нина скисла и тоже молчала. Она бы могла поднять вопрос про рысь, но умом понимала, что если начнётся расследование, то заслугу за её убийство в лучшем случае присудят двум девочкам пополам, а это не компенсировало образовавшийся разрыв в очках. — Тогда на первое место списка возвращается Амая иль Тэ. Нина злобно фыркнула и вышла из шатра, за ней потянулись и все товарищи-приятели. Рядом с Амаей остался лишь Ноктис. Мастер Шешер вернулся на своё место приёмщика, с завистью поглядывая на гигантскую птицу. [[image:/storage/reader-images/cc6cd03f815f9d5cbbff1a897f7546e49d44d35d.png]] ---------- Хартан — Обалдеть! — Ноктис, казалось, был в восторге и от фамильяра Амаи и факта, что его подруга заняла важное для неё первое место. Но от Стеллы не скрылось, что он уже и вполовину не так весел и воодушевлён как раньше. – Наконец-то ты стала ближе к своей цели! Пойдём, я там приготовил похлёбку, восстанавливающую выносливость, и на вкус она получилась весьма недурной! Стелла проводила долгим взглядом вышедшего из шатра молодого человека. Ноктис по прежнему пытался делать вид, что всё так же как и раньше, но уже не мог не понимать, что с Амаей что-то случилось. Осталось понять, решит ли он, что его подруга сильно изменилась, или поймёт, что общается теперь совсем с другим человеком. «Спроси Ноктиса, полностью ли он вылечился от своих травм?» – подала из лампады свой призрачный голос Амая. От девочки тоже не укрылась подавленность Ноктиса, но она её истолковала совершенно по-другому. Стелла усмехнулась сама себе и вышла из шатра вслед за другом Амаи. Хаос, сидевший у неё на предплечье, громко каркал, привлекая всеобщее внимание. Он как будто хотел рассказать всем вокруг, кто тут победитель, и магичка не стала его останавливать. Всё это было совсем не для неё, а для девочки, которая старалась всю свою жизнь, но так и не получила признания. Приём добычи продолжался ещё некоторое время, но существенных изменений больше не происходило. Амая иль Тэ так и осталась на первом месте средней возрастной группы, а Нина иль Бьё на втором. После официального оглашения результатов, весь лагерь зашевелился и в короткие сроки свернулся. Мастера и юниоры оперативно погрузились в шаттл и отбыли в сторону школы. Дорога была длинной и скучной, и пока большая часть учеников медитировали, циркулируя эфир в соответствии со своими техниками, Стелла погрузилась в духовное пространство. У неё, наконец, появилось время для допроса того призрака, которого она поймала. Магичке было интересно, почему он скрывался в пещере, и что за кадавра он использовал в качестве материального вместилища. Но самый животрепещущий для неё вопрос касался, конечно, склянок с загадочным содержимым. Действительно ли в них содержалась вита? Вита была источником и сутью биологической жизни как таковой. Существовало множество форм сознания и существования, но вита была присуща только органическим формам жизни, и она определяла для них переход из состояния между «жизнью» и «смертью». Сколько бы эфира ты не накопил в своём теле, если в нём иссякнет вита – тело умрёт. Соответственно, извлечь виту можно было только из живых объектов, но, чтобы она, превысив критическую массу, материализовалась в виде жидкости, этих объектов должно было быть очень много. Условно говоря, на один фиал потребовался бы небольшой город. Неужели в этом мире было в порядке вещей пожертвовать жизнями многих сотен и тысяч людей чтобы запустить одно единственное тело для пристанища жалкого призрака? Призрак сидел в темнице довольно смирно, наружу не рвался. Во внешнем мире его ждало бы разрушительное воздействие материального мира, а в духовном пространстве Стеллы он был защищён от коррозии времени. Магичка не стала тратить время на общение с этим созданием, а сразу обратилась к его воспоминаниям. Хоть призрак и был душой высокого уровня с богатым опытом внетелесной жизни, сейчас его состояние не позволяло ему сопротивляться воле Стеллы. Отматывая время в его воспоминаниях назад, она долгое время наблюдала печальную картину сидения в подземной пещере, перемежающуюся с вылазками на поверхность, периодами овладения духовными зверями и непонятными скитаниями по округе в поисках чего-то. Самое забавное заключалось в том, что призрак сам не помнил, что же он ищет, но был абсолютно уверен, что без этого искомого он не сможет вернуться на родину. Эти поиски заняли у него без малого три сотни лет, и только приблизившись к дате потери, Стелла поняла, почему всё так сложилось. Воспоминания призрака были явно повреждены, причем, судя по всему, намеренно. Углубившись ещё дальше, женщина смогла составить примерную картину происходившего с призраком и увидеть трагедию его жизни. Призрака звали Хартан, и он был Последователем Культа Послежизни с Призрачного континента. Знания Стеллы об этом континенте ограничивались справочниками ценных материалов и каталогами о флоре и фауне. Но и того, что она увидела в воспоминаниях Хартана, хватило, чтобы удивить бывалого Магистра Магии. Хартан прожил свою жизнь до тридцати лет как талантливый духовный мастер, потом скоропостижно скончался и его душа обрела форму призрака, как и многие другие на континенте. Его полную энтузиазма и желания развиваться душу заметили Жрецы Послежизни и взяли в Осевой Погост Последователем, где учили развитию души и способам управления материальными телами. А потом на Погост было совершено нападение. У Хартана сохранились только сумбурные воспоминания в виду абсолютного непонимания происходящего, но масштаб этой битвы был завораживающим. И с одной и с другой стороны участвовали Мастера уровня Демиурга, поэтому несчастному Хартану, не добравшемуся даже до уровня эквивалентного Пророку, оставалось только прятаться и ждать. Но внезапно его душу из укрытия выдернул кто-то из вышестоящих Жрецов, запихнул его в кадавра, вручил чемодан со склянками, какое-то сокровище и отправил подальше. Куски воспоминаний с сокровищем были как будто ножницами вырезаны из ленты событий, поэтому Стелла могла только догадываться, что это было сокровище. Дальше Хартан, не способный в полной мере воспользоваться громадным потенциалом тела на уровне пред-Демиурга, только и делал что бежал. Его преследовали, но где-то в районе Солнечного континента потеряли. Впрочем, Хартан понимал, что это временно. Поэтому он спрятал сокровище и укрылся сам. Пещера, в которой он прятался, и где его и обнаружила Стелла, экранировала восприятие, поэтому его не нашли. А потом почему-то и вовсе перестали искать. Хартан мог бы выйти и вернуться домой, но он был уверен, что без сокровища на родине его убьют. А его найти он не мог, потому что, во-первых, тело его, потратив всю жидкость, поддерживающую жизнедеятельность, превратилось в хладный труп, а во-вторых, он не помнил где и что спрятал. Так он и проводил десятки лет в бесплодных поисках неизвестно чего, пока воля его не надломилась и душа не начала разрушаться. [[image:/storage/reader-images/51cb0f6bebf2e935061b36833f0e21be514e06b1.png]] ---------- Возвращение в Бьё Стелла хотела ещё покопаться в памяти призрака, но оказалось, что шаттл уже прибывает в школу, и ученики готовятся покинуть судно. Она узнала обстоятельства жизни призрака, но того, что её по-настоящему интересовало, там не было. Кто создал кадавра, и сколько таких ещё было в распоряжении Культа Послежизни? Жидкость в склянках и вправду была похожа на виту, но откуда Жрецы её брали, как собирали и хранили всё это, по прежнему оставалось открытым вопросом. Почему же Стелле была так интересна вита? В прошлой жизни ей не довелось её полноценно исследовать, уж слишком замороченный был процесс её конденсации. Тем не менее, она знала, что вита могла не просто продлевать жизнь, а являясь по сути источником жизненной силы, могла влиять на базовые свойства биологических организмов. Она могла стать отличной основой для эликсира, способного преодолеть неприятие Алмазным телом эфира. Но по всему выходило, что если она хочет раздобыть виту, Стелле придётся посетить Призрачный континент. Не вполне удовлетворённая результатами своих изысканий, Стелла сошла с шаттла. Хаос сидел у неё на плече и молча обозревал окрестности, Амая тоже не подавала виду, что её сильно волнует возвращение в школу. Так они втроём и вернулись в покои девочки, где её встречали встревоженная Нена и невозмутимый Туан. — Нена, подготовь для меня купальню с освежающими травами, – даже не выслушав приветствия, приказала Стелла. – Туан, нужно организовать в комнате подходящее спальное место для птицы. После всей этой беготни по лесу без полноценного отдыха Стелле хотелось расслабиться и мысленно подвести итоги, а так же составить план на ближайшее будущее. Но столько всего ещё требовало её внимания, что она невольно начала раздражаться. — Так же отправьте сообщение Фладиру иль Бьё, что было бы неплохо, если бы он меня навестил. — Мастер Фладир займется моим состоянием? — опустив глаза в пол, тихонечко поинтересовалась Нена, и пропустив Госпожу вперёд, последовала в покои вслед за Амаей. Туан без лишних слов развернулся и отправился на поиски алхимика. — Это вопрос вовсе не первостепенной важности, – покачала головой Стелла, окидывая служанку пристальным взглядом. Она уже решила, что независимо от её поведения в дальнейшем, отошлёт Нену обратно в Тэ, и лишь прикидывала с какой формулировкой это сделать. В зависимости от того, что Амая сообщит семье, Нену могли наказать и уволить, либо оставить служить в семье дальше, но уже кому-то другому. Хаос, оказавшись в помещении, спрыгнул с плеча Стеллы и принялся обследовать комнату, подыскивая себе подходящее место. — Пока я буду приводить себя в порядок, покорми птицу. Отнесись к нему с должным уважением, ворону зовут Хаос, и впредь он будет моим постоянным спутником. Учти, что у нас с Хаосом ментальная связь, и если ты сделаешь с ним что-то злонамеренное, то я об этом сразу же узнаю. — Я бы не посмела, — обиженно буркнула Нена. — Ага, мои эликсиры ты выпить бы тоже не посмела, — поддела служанку Стелла, но злобы в её словах не было, и Нена это прекрасно услышала. Оставив Госпожу с чайником свежезаваренных восстанавливающих трав, она пошла набирать купель. Стелла не торопилась пить чай. Она распотрошила сумку, снятую с пояса кадавра, и оценивала, что из этого богатства стоит оставить себе, а что можно продать или использовать. Из-за того, что в пространственном хранилище время текло медленнее, большая часть того, что в ней содержалось было в хорошем состоянии, хоть и прошла не одна сотня лет. Эфирных камней было немного, но все они были высокого качества, что в пересчёте на деньги составляло внушительную сумму. Книги с практиками были ветхими и ещё требовали какого-то времени на ознакомление, поэтому Стелла их отложила. Оружие, которым обладал Хартан, было разнообразным и внушительным, но Стелла не имела к нему никакого интереса, поэтому планировала продать. Она отложила несколько экземпляров, которые могли бы пригодиться близким к ней людям. Артефакты разбирать было интереснее, но среди них оказалось мало полезных. Так она думала, пока не наткнулась на очень искусно выполненную маску. Она была сделана мастером, недалёким от Демиурга, и мало того, что могла меня внешность, голос, походку и ауру носителя, так ещё и подделывала уровень духовного совершенствования. Изменить внешность Стелла могла и сама, но проблемой оставалась её несовместимость с эфиром. Поддерживать иллюзию такого уровня, чтобы умудрённые опытом духовные мастера не распознали в ней простого человека, было бы очень трудозатратно, так что эта маска определённо пригодится Стелле в будущем. Ингредиенты для зелий магичка сложила отдельно, рассчитывая передать их Фладиру. Уже позже, отмокая в ароматной воде, Стелла подумала, о том, что подобная беготня, какую ей пришлось пережить ради какого-то промежуточного первого места, совсем не стоила того. Это Амае было важно доказать свою ценность, чтобы вернуться в Тэ к родителям, а Стелла лишь следовала этому плану, чтобы особо не выбиваться из образа, и не привлекать внимание персон посильнее её. Для собственных целей магички прозябание в провинциальной школе было пустой тратой времени. Самой ближайшей целью она определила для себя реконструирование тела Амаи, и путь по которому она собиралась двигаться лежал в направлении Призрачного континента. Но прежде чем действительно туда отправляться, нужно было собрать больше информации. [[image:/storage/reader-images/3f0b4721dfaff23e1e19fc2f6c4ef0f289ab8f5b.png]] ---------- В раздумьях О мире вокруг Стелла знала совсем мало – те библиотеки, которые Стелла проштудировала, содержали информацию только о духовном мастерстве и алхимии. Она смогла составить некоторое представление о географии Мира, листая справочники алхимических ингредиентов, но там ничего не говорилось о социальных, политических, культурных и прочих особенностях. А для путешественника недостаток подобных знаний мог бы стать фатальной ошибкой. К тому же, пусть у Стеллы и была Амая в качестве советника по бытовым вопросам, та была тринадцатилетней девочкой без жизненного опыта и не годилась на роль полноценного проводника. На призрачном континенте Стелла могла использовать Хартана, но пока она до туда доберется, ей нужен будет кто-то ещё. К тому же Стеллу беспокоил надвигающийся приём в императорском дворце. С точки зрения Старейшин Тэ, Амая позорила клан, и если бы её присутствие там было необязательным, они уж точно позаботились бы, чтобы девочка туда не попала. Но Амаю туда собирались доставить даже несмотря на то, что она была сослана в регион второго порядка, а значит избежать этого мероприятия Стелла не могла. Если она сейчас сбежит, то её будут искать, и, учитывая полную некомпетентность Стеллы в местной жизни, возможно даже найдут. Так что рыпаться раньше времени не стоило, а нужно сначала посетить столицу и посмотреть, как события будут развиваться там. Скорее всего, она даже сможет извлечь из этого пользу. В столице обычно куда больше возможностей, чем в провинциальных городах. А как только она станет неинтересна ни Императорскому Двору, ни Клану Тэ, можно будет уже двинуться на Призрачный континент. Выйдя из купальни, Стелла уселась за трапезу, по-прежнему погружённая в раздумья. Раз уж она ехала в столицу без намерения возвращаться обратно в Бьё, то за оставшиеся полтора месяца нужно было завершить все дела в школе. Их было не так уж и много, но их нельзя было назвать несущественными. Уж кто-кто, а Стелла отлично знала, чем грозят незавершенные дела. Судьба, оставленная на потом, накапливалась и тянула своих действующих лиц к логическому завершению, даже если сами они того не желали. За то время пока она пробыла в школе, судьбоносными связями она успела обрасти лишь с Ноктисом и Мастером Фладиром. Были ещё Чения и Нина, но вопрос с Ниной после победы на практике можно было считать закрытым, а Чению Стелла планировала взять с собой в столицу. Но вот что делать с преданным другом Амаи и самоуверенным сообщником-алхимиком, женщина ещё не решила. К тому же за оставшиеся полтора месяца Стелла планировала попытаться закрыть одну свою существенную слабость. А именно, довольно посредственное умение управлять таким совершенным инструментом как Алмазное тело Амаи. Раз уж в этой жизни мерилом успеха является сила, то ей придется соответствовать. Можно продолжать полагаться на силу души и колдовство, как она делала до этого, но в любой момент что-то могло пойти не так, так что требовалось расширить арсенал умений. Пусть пока что она не могла стать полноценным духовным мастером, но Стелла планировала и дальше изучать эту сферу деятельности, чтобы однажды в кротчайшие сроки наверстать всё, что она упустила. — Юная Госпожа, Мастер Румина Фрадир иль Бьё прибыл по Вашей просьбе! – вывел Стеллу из задумчивости голос Туана. — Пригласи его к столу! – приказала Стелла. Нена тут же засуетилась в поисках дополнительных приборов. Её рвение было вполне понятно, как-никак от алхимика зависело, сможет ли она восстановить свой привычный круг эфира. С тех пор как Нена выпила тот эликсир, что предназначался Госпоже она не могла нормально циркулировать эфир в соответствие со своей техникой, потому что в некоторых местах поток был перекрыт. Когда Фладир зашёл, Стелла не стала приветствовать его как подобает юниору, а просто указала на свободное место за столом. Алхимик же не стал требовать к себе уважения, а просто уселся, куда ему указали, и не преминул угоститься блюдами со стола Амаи. Служанка даже налила ему вина, хотя Стелла её об этом не просила. Прежде чем начинать разговор, Стелла выгнала Нену из комнаты и поставила звукоизолирующий барьер, чтобы та не стала подслушивать. Раз уж Нена должна была покинуть Бьё, то и увозить с собой лишние знания о личной жизни Амаи ей ни к чему. — Как продвигаются Ваши исследования? — поинтересовалась Стелла, наливая в свою чашку травяной чай. — На основе твоих рецептов я составил парочку новых. Желаешь взглянуть? — Всенепременно. У меня ещё много идей которые хотелось бы воплотить. А также я добыла немного редких реагентов, подумай, что с ними можно сделать. – Амая передала Фладиру сумку с трофеями. Фладир мельком оглядел содержимое сумки и остался впечатлён. Он даже думать не хотел, где и как Амая, будучи Тусклым Алмазом Тэ без влияния и сил, добыла всё это. Он просто взял хранилище и спрятал его во внутренний карман рубахи. — Помимо этого у меня есть ещё несколько просьб к Мастеру Румина Фладиру иль Бьё... Алхимик с прищуром посмотрел на девочку. Она внезапно обратилась к нему уважительно, а значит, просьбы были не пустяковыми. — Слушаю тебя, юниор Кван Амая иль Тэ, – Фладир приготовился к тому, что ему придётся чем-то пожертвовать ради выполнения этих просьб. Он не планировал прекращать сотрудничество с Амаей, следовательно, не мог позволить себе проигнорировать её нужды. [[image:/storage/reader-images/52551e30acaa5c63a8ab15ee2cda01b5a0591933.png]] ---------- Просьбы — Во-первых, мне нужно чтобы Вы осмотрели служанку и приготовили для неё зелье, восстанавливающее поток эфира. Она выпила один из эликсиров усиления и теперь испытывает затруднения. Желательно, чтобы Вы закончили в течение ближайших пары дней, поскольку я собираюсь отослать это нерадивое дитя обратно в Тэ. Фладир некоторое время молчал, обдумывая просьбу. С одной стороны, он как врачеватель привык иметь дело с такими просьбами, и для него это не было чем-то обременительным. Но с другой, он не совсем понимал, зачем ему было возиться с прислугой, которую и так собирались наказать и отослать. — Может лучше будет отправить её в таком состоянии без всякой возни? — осторожно поинтересовался он, совершенно не понимая, что у Амаи на уме. — Может и будет, — согласилась Стелла. — Но я не хочу накапливать негативную судьбу как с ней самой, так и с тем, кто за ней стоит. Я собираюсь покинуть школу Стремительных Бьё по истечении полутора месяцев, поэтому хочу закончить все дела, которые меня связывают с этим местом. Ту часть, где Стелла говорила про судьбу, Фладир пропустил мимо ушей, но то, что девочка покидает школу стало для него неприятной новостью. Он возлагал на неё большие надежды, а теперь выходило, что всё было попусту? Взволнованный по-первости, он быстро успокоился. В конце концов, намеренье Амаи это одно, а её реальная возможность выполнить свои планы, это другое. — Я понял, твою служанку нужно вылечить. Что-то ещё? От Стеллы не укрылась тревога, отразившаяся на лице Фладира, но она не торопилась успокаивать его. — Да, во-вторых, у меня есть просьба к Вам, как к Мастеру Меча. Мои воспоминания о бевых искусствах были потеряны, и теперь я испытываю серьезный недостаток сознательного боевого опыта. Надеюсь, Вы сможете уделить мне время и провести пару-тройку учебных поединков. — Для учебных спаррингов тебе бы больше подошёл кто-нибудь из сверстников, — не понял намерений Стеллы Фладир. К тому же, ему совсем не хотелось брать в руки меч. Пусть он и был Мастером Лёгкого Меча и даже преподавал эту дисциплину ученикам младшего возраста, фехтование никогда не вызывало у него энтузиазма и не доставляло удовольствия. Фладир был больше учёным и врачом, поэтому отвлекаться на практику меча ему было недосуг. — После усвоения эликсира с Молниеносной травой моя скорость стала так велика, что теперь сверстники не представляют для меня никакого интереса. Можно было бы попросить кого-то из старших учеников, но я никого из них не знаю, а Вас — знаю. — Стелле пришлось снизойти до подробных объяснений, чтобы Фладир понял, что она не отцепится. — Хорошо, — вздохнул алхимик, — я потренирую тебя немного. Хоть Фладир так и сказал, он уже прикидывал, на кого можно было бы спихнуть эту неприятную обязанность. — Тогда жду Вас завтра в полдень на тренировочном плацу, — не терпящим возражений тоном сообщила алхимику Стелла. — После тренировки я взгляну на рецепты зелий и помогу рассчитать несколько новых. Выходя из покоев Стеллы, Фладир был совершенно растерян. Он ещё раньше заметил, что манера общения Амаи иль Тэ сильно изменилась, но теперь это выходило за всякие рамки. Она разговаривала с ним так, как будто он был её подчинённым, и Фладир, к его собственному изумлению, совершенно ничего не мог с этим поделать. Ему оставалось только принять этот покровительственно-приказной тон как данное, ведь с тех пор как Амая стала помогать ему с исследованиями, он сильно продвинулся в своей работе и многое понял, так что разорвать сейчас эти отношения из-за его простого недовольства было бы большой потерей. В его голове даже промелькнула мысль, что он должен держаться за эту девочку как можно крепче, независимо от того, куда она соберется дальше, но он поспешно отогнал её прочь и поспешил в свой кабинет, чтобы повнимательнее взглянуть на ингредиенты для зелий. Стелла же подозвала к себе Хаоса и бережно сняла с его шеи Призрачную Лампаду. «Нена вас не обижала?» — поинтересовалась она у Амаи. «На удивление она ведет себя довольно кротко!» — удивилась душа девочки, — «Что ты с ней сделала?» «Поставила её в зависимое положение,» — равнодушно ответила Стелла поглаживая серые перья вороны. Птица же с любопытством косилась на всё ещё стоявшие на столе кушанья. Осторожно прочувствовав зародыш души Хаоса, Стелла пришла к выводу, что она потихоньку крепнет, но темп развития был слишком медленным. Чтобы привести птицу к эволюции души, Стелле придётся хорошо постараться. И что сейчас имело смысл для этого сделать, так это изучить материалы и книги, найденные у Хартана. Несмотря на то, что душа самой Стеллы была весьма сильна, это не было осознанным достижением, а скорее побочным результатом её долгожительства, ментальных техник для изучения магии, ряда исследований прошлой жизни, а так же внетелесного путешествия через миры. Но в этом мире существовал целый континент, жители которого ставили развитие души своей целью — возможно, накопленные ими знания дали бы магичке что-то новое. А пока что оставалось применять только собственные техники для терпеливого взращивания Амаи и Хаоса. [[image:/storage/reader-images/ea8b75917195a871bad0d2f6ed1c945b652b726a.png]] ---------- Неприятный разговор Чтобы занять своих подопечных, Стелла научила Амаю технике переноса восприятия. Если раньше девочка практиковалась в наблюдении за происходящим вокруг её Лампады, то теперь должна была перенести фокус своего сознания на птицу и, используя чувства вороны, смотреть на мир глазами Хаоса. Эта техника не подразумевала полное вселение души девочки в птицу, а лишь временное её использование как проводника восприятия. Техника должна была помочь развитию как Амаи, так и Хаоса. После того, как её подопечные отправились на тренировку, сама Стелла достала книги Хартана и просидела за ними всю ночь, впитывая новую информацию. Пока магичка читала фолианты Призрачного континента, она смутно улавливала то же самое тошнотворное чувство, которое однажды свалило её с ног при активации печати на Пакте. При попытке сосредоточиться на нем, оно мгновенно исчезало, как будто и не существовало вовсе, но Стелла была упорной и надеялась, что однажды сможет воспринять, какой же природы сила стоит за Пактом. А после пробуждение для Стеллы начался период ускоренного обучения. На протяжение полутора месяцев она придерживалась одного и того же расписания. С утра она навещала библиотеку, где читала все книги подряд — сначала фолианты по фехтованию и кулачным техниками, потом руководства по другим видам оружия, потом духовные техники усиления и всё, что попадалось под руку. К полудню она шла на спарринги с Фладиром иль Бьё, там Мастер тренировал её в боевых искусствах до самого вечера. После тренировок Стелла просматривала исследования врачевателя по эликсирам и давала свои наставления. К закату она возвращалась в свои покои, занималась с Амаей и Хаосом, ужинала и погружала своё тело в сон, а сознание в работу над созданием подходящих техник развития для всех своих подопечных. Через пять дней после возвращения, как и планировалось, прибыла Чения, а Нену, снабженную зельем для восстановления потока эфира, Стелла отправила в Тэ. Девушка повозмущалась немного, но довольно быстро собрала вещи и уехала. С тех пор как её Госпожа перестала быть хорошей девочкой, служанке было катастрофически неудобно находиться рядом с ней: старые уловки не работали, а подчиняться Тусклому Алмазу Тэ Нена по-прежнему не хотела. Поэтому, когда Стелла указала ей на дверь, девушка почувствовала скорее облегчение, чем обиду. Чения же, решив уже для себя всё однажды, больше не тяготилась сложившейся ситуацией. К тому же, она быстро обнаружила, что если хорошо выполнять свои обязанности, то Стелла щедро делится со своими подчиненными материальными ценностями и даже учит редким техникам. Поначалу Чению задирали другие ученики из Школы Стремительных Бьё, но потихоньку отстали, поскольку один за другим оказывались в нелепых и неприятных ситуациях, прямо в разгар учебного процесса. По мере приближения даты отъезда Стелла всё больше задумывалась над тем, что делать с Ноктисом и Фладиром. И если алхимика можно было просто взять с собой — за это время он уже свыкся со своей зависимой ролью в отношениях со Стеллой, то с Ноктисом оставалось только попрощаться. Накануне отъезда магичка привязала Призрачную Лампаду на пояс и сама отправилась в личные покои Туволь Ноктиса иль Бьё. Друг Амаи принял её радушно, но Стелла отчётливо видела, что ему неловко находиться рядом с ней. Когда слуги Ноктиса подали чай и удалились, над столом повисло неприятно молчание. — Завтра я покину Школу, — сообщила Стелла молодому человеку, — и, скорее всего, больше не вернусь. — Но ты не выполнила условия семьи, тебе не позволят остаться в Тэ! — встрепенулся Ноктис. — Ну, значит, не буду оставаться в Тэ, — резонно возразила девушка. Глядя в совершенно равнодушные глаза Амаи, Ноктис не мог и дальше думать, что перед ним всё та же самая девушка, с которой он был так дружен. Он давно понял, что Амая изменилась, но только сейчас осознал насколько. И это заставляло его думать, Амая ли она вообще? — Что ты планируешь делать дальше? — опустив взгляд, поинтересовался Ноктис. — Приму участие в смотринах по приказу матушки Лодены, а потом отправлюсь на Призрачный континент, — не стала скрывать своих намерений Стелла. — Я слышал о смотринах, — опустив взгляд в чашку, отозвался молодой человек. — Несмотря на то, что брак восьмого принца вопрос политический, а не романтический, для тебя практически нет смысла там присутствовать. — Таков приказ императора, — пожала плечами Стелла, чувствуя, что их с Ноктисом разговор уходит совсем в сторону. — А зачем ехать на Призрачный континент я даже представить не могу… — Повисла неловкая пауза, во время которой Ноктис раздумывал, стоит ли ему говорить о том, что его на самом деле волнует, а Стелла давала ему время решиться. — Кван Амая иль Тэ уже мертва, не так ли? — наконец, поинтересовался Ноктис. — Ей было бы совсем незачем ехать на Призрачный континент. И на смотрины она бы ни за что не поехала, не захотела бы терпеть издёвки. А ты едешь… [[image:/storage/reader-images/d1856b2d24a2f17826a77e60280f1c0cfd6f6850.png]] ---------- Прощание Стелла почувствовала как душа Амаи в лампе пришла в смятение и возбуждение одновременно, но сейчас было не время её успокаивать. — Нет, Амая жива, — сообщила Стелла Ноктису. Молодой человек вскинул голову, глядя прямо в глаза девушке, силясь определить, говорит ли она правду, и надеясь увидеть хотя бы толику искренности, но взгляд фиолетовых глаз Амаи иль Тэ был абсолютно нечитаем. — Ты прав, — Стелла решила, что ничего не изменится от того, что Ноктис узнает правду. — Я не Амая. И тем не менее, настоящая Амая жива, даже находится сейчас рядом. Только ты не сможешь её ни увидеть, ни услышать. — Почему ты мне об этом говоришь? — не верил своим ушам Ноктис. — Ты был хорошим другом для Амаи, одним из немногих, кто её действительно ценил и поддерживал. У тебя есть последний шанс с ней попрощаться, возможно, судьба вас больше не сведёт никогда. — Ты заняла тело Амаи и теперь всё решаешь за неё, да?! — возмутился молодой человек. — А, может, она не хочет со мной прощаться навсегда? А может я не хочу?! — Всем нам рано или поздно приходится делать вещи, которые мы не хотим, — Стелла сначала думала утешить и успокоить Ноктиса, ведь он потерял подругу, которую очень ценил, но потом поняла, что не совсем понимает, как это сделать. За то время, что она провела без эмоций, способности к эмпатии куда-то растерялись. Посмотреть чужие воспоминания, а потом с помощью полученных знаний манипулировать человеком, она могла, а банально говорить по-душам уже не получалось. Немного помедлив, Стелла сняла с пояса Призрачную Лампаду и поставила её на стол. Механизм сокрытия отводил от неё внимание посторонних людей, но если прямо на неё указать, то лампу увидел бы кто угодно. — Здесь находится душа Амаи иль Тэ, — сообщила она Ноктису. — Не то, чтобы она тут заперта, Лампада защищает её от преждевременного рассеивания. Я предлагала ей вернуться в тело, но сама мысль об этом Амае была ненавистна, так что это её собственный выбор. Ноктис неуверенно протянул руки к едва видимой в солнечном свете лампе. Он не хотел верить, что Амая по своей воле могла заточить себя в этом жутком инструменте, но, поскольку он знал о сложных чувствах девочки по отношению к своему телу, то не мог отрицать возможность этого. — Не думаю, что тебе хватит сил, чтобы почувствовать какой-нибудь отклик, но ты можешь попробовать. К тому же тебе стоит знать, что сама Амая прекрасно воспринимает то, что происходит вокруг. Она всё видит и слышит, может даже получше тебя. Душа Амая подозрительно затихла, когда Ноктис накрыл ладонями Лампаду. Глаза мальчика были уже практически на мокром месте, и Стелла, не зная как на всё это реагировать, встала из-за стола. — Я пришлю за лампадой птицу ближе к закату, — сказала женщина, практически выбегая из покоев Ноктиса иль Бьё. — До этого времени у тебя есть возможность сказать своей подруге всё, что ты захочешь. А утром мы отправимся до Короны Солнца, и дальше только судьба будет ведать, сможете ли вы ещё встретиться. Уже за закрытой дверью Стелла перевела дыхание и, стараясь не прислушиваться к рыданиям Ноктиса и волнению души Амаи, поспешила в собственные покои. Когда она уже подходила к своей резиденции, то обнаружила стоящий у входа экипаж на эфирной тяге. Он был куда меньше тех шаттлов, что возили учеников школы до Шумного леса, но из-за помпезного внешнего вида казался более дорогим и престижным. Видимо, таким образом Клан Тэ пытался продемонстрировать своё богатство и величие. Сидевший на своём месте возница окинул фигуру девушки высокомерным взглядом и сообщил, что он переночует в экипаже, а завтра на рассвете отправится в Тэ, и что означенная Кван Амая к моменту отправления должна смиренно сидеть внутри вместе со своей прислугой. Стелла не стала ему даже отвечать, только равнодушно прошла мимо. Чения и Туан чаёвничали в гостиной. С тех пор как Нена покинула Стремительных Бьё, атмосфера с покоях Амаи сменилась на расслабленно-дружелюбную. Чения с энтузиазмом заботилась о нуждах своей Госпожи и Хаоса, Туан по-отечески опекал новую служанку, а Стелла не препятствовала их неформальному общению. — Туан, сообщи Мастеру Фладиру, что если он желает отправиться со мной в Тэ, то пусть собирает пожитки и к рассвету садится в экипаж. Так же напомни ему о том, что обратно в Бьё я уже не вернусь. Туан по своему обыкновению безмолвно отставил чашку с чаем и отправился выполнять поручение. — Чения, собери все вещи в пространственные сумки и освободи покои для их следующего постояльца. — А если Вам, Госпожа, не разрешат остаться в Тэ? — с любопытством поинтересовалась девушка. — А я и не собиралась оставаться в Тэ, — пожала плечами Стелла. Чтобы привести в порядок Алмазное Тело было бессмысленно сидеть на одном месте. Подходящие ингредиенты сами себя не найдут! Пока Стелла и Чения беседовали, в окно влетел Хаос и усевшись на спинку стула стал требовать вкусняшек. Женщина нежно погладила дымчато-серые перья и предложила ему Изумрудный Фундук. Птица с азартом раскалывала ярко-зелёную скорлупу и с удовольствием поедала прозрачные ядра. За прошедший месяц её эмоции стали ярче выражены, а поведение более непринуждённым и естественным. Она стала понимать простую речь и перестала нуждаться в духовных приказах. Зачаток души Хаоса увеличился в размерах, ещё немного подкопить опыт, и он будет готов эволюционировать. Стелла сделала себе в голове пометку, что нужно сподвигнуть Фладира сделать для птицы таблетку-катализатор. То что Румина Фладир иль Бьё отправится с ними в путешествие она даже не сомневалась. [[image:/storage/reader-images/93c2a54164dfbf8369830595b16dd9f174f197c8.png]] ---------- Отправление На рассвете в экипаже сидело четыре человека: Коен Амая иль Тэ со своей горничной Ченией, телохранителем Туаном и личным алхимиком Фладиром, а так же ворона по имени Хаос с Лампадой Призрачного Света на шее. Душа Амаи после общения с Ноктисом была в апатии. Необходимость прощаться «навсегда» со своим единственным другом ввергла её в глубокий стресс, и она не шла на контакт, даже когда Стелла осторожно пыталась с ней поговорить. — Госпожа, неужели нам необходимо брать с собой этого человека? — Чения почему-то насупилась сразу, как только увидела Фладира иль Бьё, и с тех пор так и сидела в экипаже — слегка надув губы и недоброжелательно сверкая глазами. Фладир только холодно взирал на неё со своего сидения и не поддавался на провокации. Накануне вечером, когда посыльный от Амаи передал ему послание, он сначала хотел послать к праотцам девочку, которая только и делала, что эксплуатировала его последние полтора месяца, а потом велела собирать вещи. Но немного поостыв, он решил, что ничего особенно не потеряет, если сейчас покинет Бьё. Он метнулся до директора школы, написал заявление на бессрочный отпуск и морально подготовился к изнуряющей поездке. — Тебе что-то не нравится? — не поняла Стелла. — Да! Вы хоть знаете, какую змеюку берёте с собой?! Этому человеку нельзя доверять! — Чения продолжала негодовать, а Фладир продолжал игнорировать её вопли. Стелла переводила взгляд с одного на другого, а потом спросила: — Вы случайно не близкие родственники? И Чения, и Фладир были из семейной ветви Румина клана Бьё, поэтому они в любом случае приходились бы друг другу родственниками в каком-то приближении. Но ветвь была большой, она насчитывала с пяток крупных семейств, в которых было множество духовных мастеров совершенно разного возраста. — Никакие мы не родственники! В Румина каждый друг другу не брат и не сват! — Племянница, — подал голос Фладир. — Чения является дочерью одной из моих сестёр. Девушка только возмущенно фыркнула и отвернулась. Пока она пылала враждебностью, Стелла обратила внимание на то, что солнце уже взошло, а экипаж так никуда и не отправился. — Туан, спроси возницу, кого мы ждём? — попросила женщина, предчувствуя неладное. Но спрашивать не пришлось. Дверца экипажа отворилась и на борт величественно и гордо поднялась девушка. Она выглядела на четырнадцать лет, но по ощущениям Стеллы была чуточку старше. Её изящная красота в сочетании с очень сильной для её возраста аурой и мистическим шлейфом производили довольно мощное впечатление на окружающих. Девушка оглядела присутствующих людей и, не удостоив всех остальных особого внимания, обратилась к одному Фладиру: — Юниор Девон Сешата иль Риби приветствует Мастера Румина Фладира иль Бьё! — Здравствуй, — так же равнодушно как и прежде ответил на её приветствие алхимик. Он, конечно же, знал, кем была эта девушка, и хоть понятия не имел, что она поедет с ними, этот факт его нисколечки не трогал. Вслед за девушкой в экипаж забралась женщина лет сорока на вид, низенькая, чуть пухловатая и очень миловидная. У неё были приятные располагающие черты лица и всем своим видом она источала добродушие. — Это Рамона, моя личная служанка, — как бы вскользь бросила Сешата иль Риби, усаживаясь на расшитое фиолетовым бархатом сидение экипажа. — Всем доброго утречка! — улыбнулась женщина, и Стелла почувствовала в её голосе знакомые колебания. Это было похоже на то, как она вкладывала ману в голос, чтобы загипнотизировать или насыщала отдельные звуки маной, чтобы составить аудиальное заклинание. Воздействие голоса этой женщины было куда более простым и поверхностным: она использовала эфирную технику, которая помогала придать голосу определённую интонацию, влияющую на настрой окружающих людей. Стелла оглянулась на своих спутников. Туан заинтересованно разглядывал служанку, но у него особо и не было причин проявлять недружелюбие. Чения, до этого сидевшая надутой, казалось перешла на новый уровень недовольства, она сверлила глазами пресловутую Сешату иль Риби и, казалось, никак не отреагировала на голос служанки. Фладир вообще не обращал внимания на новоприбывших и скучающе разглядывал пейзаж за окном. Хаос же принялся хлопать крыльями выражая недовольство тем, что и так небольшое пространство экипажа заполнилось людьми практически до отказа. Техники манипуляции сознанием работали тем лучше, чем слабее была душа у объекта манипуляции, но практически все спутники Стеллы за последние полтора месяца улучшили свою силу духа и теперь, казалось, были неподвластны таком примитивному влиянию. — И почему же вы едете с нами? — поинтересовалась Стелла у девушки, успокаивающе гладя ворону по перьям. [[image:/storage/reader-images/3cdcc9e14bce0a4fa87174efc45a13fb33931ded.png]] ---------- Попутчики (конец 1 тома) Сешата даже головы не повернула, чтобы посмотреть на Амаю. Сморщив носик и демонстративно глядя в сторону, она сообщила: — Не думаю, что Тусклому Алмазу Тэ так уж нужно об этом знать, но всё же отвечу: Великий Клан Тэ решил удочерить меня. Поэтому отныне я такая же гордая дочь Клана Тэ как и ты, и еду в столицу, чтобы принять участие в смотринах. Не то чтобы Стелле было какое-то дело до смотрин или Клана Тэ. Но душа Амаи, до этого апатично молчавшая и ничем не интересовавшаяся, внезапно разорвалась гневом и возмущением. Видимо то, что клан игнорирует её, кровную дочь, но принимает какую-то уроженку низшего региона, выходило за рамки того, что она могла спокойно принять. «Вспомни, пожалуйста, технику успокоения души!» — посоветовала своей подопечной Стелла. — «Мы ещё утрём им всем нос, но явно не в этом экипаже!» Чтобы понять, чем же таким обладала Сешата иль Риби, чтобы пробиться из Малого клана сразу в Великий, Стелла пристально оглядела девушку с помощью восприятия души. Уровень Духовного Мастерства девушки достигал той границы, где эфирное тело интегрировалось в материальный сосуд, то есть Сешата едва перешагнула порог Умудрённости. По прикидкам женщины, её физической оболочке было около семнадцати лет, что в целом было достаточно хорошим результатом. Нена, талантливый юниор, поддержанный Кланом Тэ в свои семнадцать, только-только достигла Озарённости, Сешата же была уже на следующем уровне. Но этого всё равно было маловато, чтобы её не просто поддержали, а взяли и удочерили, уровняв в правах в кровными наследниками. Круг циркуляции эфира Сешаты был весьма эффективным, он равномерно распределял энергию по всем телу, не оставляя слабых мест. Такую технику было бы трудно заполучить в Малом Клане, что вызывало некоторые вопросы о том, где и как она её получила? Но было ещё что-то, что не давало покоя Стелле, какое-то несоответствие физиологии Сешаты общепризнанным нормам. Она никак не могла обнаружить, в чём же дело, пока девушка не обратила, наконец, на неё своё внимание, и не посмотрела на неё пристально своими глазами. Это было едва заметно, но изнутри глаз Сешаты как будто исходил свет. Причём, этот свет был не равномерным, а как будто разделённым на три потока, трёх разных цветов. Эффект от этого странного свечения Стелла могла представить себе лишь приблизительно, скорее всего это оказывало какое-то влияние на восприятие эфира. Возможно, в этом и состояла козырная карта Сешаты иль Риби. С одной стороны, выяснять подробные обстоятельства восхождения этой девушки по карьерной лестнице Стелле было недосуг. С другой же, Амая приняла её присоединение к клану Тэ так близко к сердцу, что оставить Сешату в покое тоже было не вариантом. С тех пор как Стелла и Амая приняли на себя учительско-ученические обязательства, это связало их общей судьбой. Магичка думала, что сможет разрешить обиду Амаи с её кланом, вознеся девочку над ними на недосягаемую высоту, но оказалось, что всё не так просто. Эмоции не поддавались рационализации, а смотреть на мир по-другому Стелла давно разучилась. Пока Стелла была погружена в свои мысли, экипаж тронулся и стал потихоньку выбираться с территории Школы Стремительных Бьё. За окном мелькали тренировочные площадки, учебные здания, библиотеки и покои учеников. Всё это не вызывало особых чувств ни у кого из пассажиров. Каждый из них был рад покинуть это недружелюбное место пронизанное ощущением борьбы и несправедливости и отправиться в следующее, ещё более недружелюбное, но, хотя бы, новое. — Думаю, Юной Госпоже Амае не нужно особенно волноваться за своё место в Клане, — как будто издеваясь неожиданно заговорила Рамона, служанка Сешаты. — Мою Госпожу удочеряет другая кровная ветвь Тэ — Луди. Так что вряд ли вы будете часто пересекаться или как-то взаимодействовать! — Её тон по-прежнему был весьма дружелюбным, не оставляющим места даже сомнению, что эта женщина имела в виду что-то хорошее. Но, по сути, её слова были полны высокомерия и чувства превосходства над несчастной Амаей. — Так что давайте мирно доедем до Резиденции Клана в Короне Солнца и не будем утяжелять атмосферу! — как будто с благими намерениями увещевала Рамона, очаровывая всех своей техникой. — Захлопнись! — решительно прекратила этот балаган Стелла, добавив в голос немного стали и силы души. Все, кто сидел в экипаже воззрились на юную Амаю иль Тэ, которая таким грубым образом обращалась милой женщине. — Ты что себе позволяешь?! Совсем обалдела? — первой отреагировала Сешата. С её утончённого вида мигом слетело высокомерие, а под ним она оказалась обычной девушкой: ни величия, ни мистики. Лицо служанки пошло красными пятнами. Видимо, она нечасто получала прямой отпор. — Если хотели атмосферы в экипаже, то надо было добираться на личном транспорте! А покуда здесь сижу я, даже не думайте сотрясать воздух своими абсурдными заявлениями, — повелительным тоном приказала Амая, игнорируя недовольство странной парочки. Подавляющая сила души Стеллы не позволила Сешате иль Риби и её служанке возражать, они так и сидели, то открывая, то закрывая безмолвно рты, как вытащенные на берег рыбы. И в воцарившейся тишине Стелла отчётливо услышала звонкий и легкий смех Коен Амаи иль Тэ. Одновременно с этим смехом Стелла уловила отчётливый щелчок, исходящий из пространства её души, и шестерёнки мироздания снова начали вращаться. На этот раз, изменения не были большими, как будто в огромном миростроящем механизме что-то совсем чуть-чуть подкрутили. Стелле даже не пришлось блокировать своё восприятие, чтобы не упасть в обморок, настолько кратковременной была перестройка. Из любопытства она обратилась внутренним взором к странице Пакта, но ничего интересного не обнаружила. Разве что узоры на печати стали чуть более затейливыми. Разочарованная, она вернула своё внимание в экипаж. Тем временем Хаос закаркал, имитируя смех Амаи, как будто стремясь донести его до всех сидящих вокруг людей. Инфернальный смех огромной вороны пугал и повергал в смятение, заставляя усомниться, действительно ли Хаос всего лишь птица. Стелла выдохнула, но не стала его успокаивать, а только откинулась на спинку сидения. Впереди её ждало суматошное путешествие, но странное ожидание чего-то нового и неизведанного исподволь будоражило даже её утомлённую душу. [[image:/storage/reader-images/96f5e10e74a21eb5ff6334d8b8b8cb35709b975b.png]] Сообщение от автора: Ну вот и закончилась первая арка! ) Тому кто дочитал аж до сюда - пирожок с полочки! Совсем скоро будет вторая арка, она уж начата. Если кому нравится этот проект, и хочется каким-либо способом помочь продвинуть его пободрее, можно написать мне в телегу @Sokoru_san. ----------