Том 1. Глава 1.

Эпизод 1. Могу я попросить кое-что напоследок?

[[image:/storage/reader-images/ffdda14a4561c9f769be157efc9430943311f652.png]]

– … Что Вы сейчас сказали? – я уставилась на юношу передо мной, усиленно пытаясь подавить бурлящие эмоции.

Пред моими глазами был мой жених в чёрном вечернем костюме… Второй Принц Королевства Палистан, Кайл фон Палистан, вновь громко провозгласивший:

– Буду повторять снова и снова! Скарлетт Эль Вандимион! Здесь и сейчас я разрываю нашу помолвку!

Светло-каштановые волосы и красивое, чётко очерченное лицо.

Взгляд его красновато-коричневых глаз, унаследованных от отца, Его Величества Короля, был пронзителен, и в нём чувствовалось достоинство, невероятное для юноши, которому едва исполнилось семнадцать лет.

Господин Кайл, который, как говорят, выглядит так же, как Его Величество Король в молодости, умом был немного… нет, правильнее будет сказать, он был настолько безнадёжен, что смотреть невыносимо, и при королевском дворе уже прослыл посмешищем.

目も当てられない（めもあてられない）－ смысл идиомы: такой ужасный вид, что невыносимо смотреть. В таком плачевном положении, что смотреть невыносимо.

Я, как его невеста, суетливо действовала как при свете солнца, так и в тени, раз за разом прибирая за оплошностями господина Кайла в надежде хоть немного развеять дурные слухи.

Но все мои усилия были тщетны, и вот на этом самом балу, где собирались все высокопоставленные вельможи, господин Кайл совершил возмутительное.

– Слушайте все, знать, что собралась сегодня по моему приглашению!

Великолепный зал, освещённый роскошной люстрой. Люди, прежде танцевавшие и ведущие светские беседы, на его громкий голос, эхом отдававшийся в каждом уголке, устремили всё своё внимание в нашу сторону.

Убедившись, что всеобщие взгляды прикованы к нему, господин Кайл без малейших колебаний обнял стоявшую рядом розововолосую леди – юную, но с прекраснейшим лицом.

После чего сказал с самодовольным выражением лица:

– Объявляю о помолвке с этой леди, дочерью Барона Теренеццой Хопкинс, и приветствую её как свою жену!

Вопиющее заявление принца-идиота мгновенно погрузило прежде оживлённых гостей в тишину.

И средь этой тишины дочь Барона в белоснежном платье… мисс Теренецца, прижимаясь к господину Кайлу, огласила с широкой улыбкой:

– Я также объявляю здесь и сейчас! Я стану новой невестой господина Кайла, буду лелеять нашу любовь, и мы непременно будем жить долго и счастливо! Все, прошу, благословите нас!

Какого чёрта несут эти двое?

Пока я пребывала в ошеломлении от произошедшего, знать вокруг зааплодировала в унисон, словно только того и дожидалась.

– Какая прекрасная пара, вы идеально подходите друг другу!

– Пусть вашу пару ждёт светлое будущее!

Я не могла не вскинуть брови на похвалу и благословения, посыпавшиеся в их адрес как из рога изобилия.

Возмутительно для Принца своей страны объявлять о расторжении помолвки, не имея на то разрешения Короля. Любой аристократ с мало-мальски здравым смыслом взглянул бы на них с холодом, подумав, как беспардонно себя повели эти двое.

Но люди, что собрались сегодня здесь, ничуть не задавались вопросом форменного безумия – немедленного разрыва помолвки и такого же немедленного заключения её вновь; напротив, они ликовали.

Это совершенно обескураживало.

Поэтому я невольно глянула на лица тех, кто аплодировал.

Разумеется, это были они.

Аристократы фракции Второго Принца, те, кто всегда так или иначе воспевал господина Кайла.

Другими словами, это просто постановка. Просто нелепо.

В другой стороны, принц-идиот господин Кайл, казалось, только больше распалился от их лести, и, положив руку на талию мисс Теренеццы, воскликнул с видом ещё большего восторга:

– О-о, Теренецца! Ты столь прекрасная и благородная леди! Не чета той холодной женщине без капли очарования, не имеющей ничего, кроме статуса!

– А-ха. Господин Кайл, разве можно Вам так отзываться о своей бывшей невесте, госпоже Скарлетт? Пусть и бывшая, она была выбрана Вам в невесты самим Королём, – мисс Теренецца воззрилась на меня сверху вниз с откровенным превосходством, усмехаясь.

Она даже не прошла через все формальности для повторного заключения помолвки, а уже ведёт себя как невеста?

Нет, всё хорошо.

Если соберётся вдруг вернуть принца-идиота, со всей радостью заверну и вручу его обратно.

熨斗を付ける – идиома, в позитивном смысле означает отправить подарок добровольно и вежливо, в негативном – саркастический возврат подарка (=с радостью отдам/верну). 熨斗(noshi) – японская традиционная бумага для упаковки подарков. Её используют в формальных ситуациях, таких как свадебные церемонии или официальные сезонные поздравления для кого-то.

Сей уважаемый господин с давних пор был ни на что не годной браковкой.

– Фхм. То, что в течение семнадцати лет и по сей день я был помолвлен с такой глупой, скучной женщиной – наивысший позор моей славной жизни! Всё в ней, начиная с отвратительных серебристых волос и заканчивая вздёрнутыми голубыми глазами, выводит меня из себя! Один только взгляд на её лицо приводит меня в ярость!

Я эти слова вам в той же форме назад возвращаю.

Кроме того, пусть вам они и не по душе, все нахваливают мои серебристые волосы и голубые глаза, доставшиеся мне от матери, называя их красивыми.

И от того, что их не признаёте один лишь вы, мне ни чуточки не обидно.

Итак, я выслушала их мнение, но что мне делать теперь?

Моя, как невесты, роль – упрекать господина Кайла, когда тот выходит за рамки дозволенного, но, говоря откровенно, это сплошные хлопоты.

Потому как и так ясно, что он не станет меня слушать.

Однако, если промолчу, он неизбежно выдумает то, что и на йоту не соответствует действительности. Так что у меня не было иного выбора, кроме как сказать:

– Должна предупредить Вас, что наша с Вами помолвка, господин Кайл, была заключена Королевской семьёй и Герцогом Вандимион ещё до нашего рождения. Неужели Вы, господин Кайл, считаете, что можете разорвать её по собственному желанию?

В ответ на мой вопрос господин Кайл фыркнул, и его рот искривился будто бы в насмешке надо мной.

Из-за хорошо сложенного лица даже такое его выражение выглядит приятно.

– Её можно разорвать. Стоит только здесь и сейчас осудить тебя за преступления, что ты совершала до сих пор!

Отмечу, что Кайл использует 貴様(kisama) – хоть изначально и было обращением к уважаемым людям, сейчас перешло в очень грубое и презрительное «ты», которое часто переводят с помощью нецензурной лексики для подчёркивания негативного оттенка. И так он будет обращаться к ней всегда.

– … преступления? – не могла не спросить я.

О чём именно он, чёрт возьми, говорит? Нет, я вовсе не прикидываюсь дурочкой, я в самом деле ничего такого не помнила.

– Не притворяйся! Теренецца мне всё рассказала! Ты так завидовала Теренецце, единственной, кто заслужил мою благосклонность, что преследовала её в академии и отравляла жизнь всеми разными способами!

Я ещё больше склонила голову вбок на заявление господина Кайла, указывавшего на меня с пунцовым от ярости лицом.

Интересно, какого чёрта несёт этот человек?

– Я совершенно ничего такого не помню. Кроме того, эта юная леди… мисс Теренецца, верно? Хоть до меня и доходили слухи, сегодня мы впервые видимся лично.

– Ты уже показала своё истинное лицо! Чтобы вы с Теренеццой, обучаясь в одной и той же дворянской Академии, на одном и том же курсе, и не знали друг друга в лицо?! Собралась врать, так лги как следует! Идиотка!

Хоть он и говорит так…

Я вздохнула глубоко в душе над бессвязными словами принца-идиота.

В Гранхильде, королевской столице нашего Королевства Палистан, есть учебное заведение, называемое Академией.

В том учебном заведении, официально называемом Королевской Академией Аристократии, изучается широкий спектр предметов: от магии и фехтования до истории королевства и знаний, что понадобятся в будущем, например управление территорией.

Так что долг королевских особ и дворян – отправлять своих детей в Академию, и дети, рождённые в знатных семьях, обязаны, начиная с пятнадцати лет провести три года в этой академии-интернате.

Будь то королевская семья или дворянин самого низкого ранга – исключений из правила нет, и мы с господином Кайлом в настоящее время состоим в академии как студенты старшего курса.

Однако я никак не могла запомнить лица всех и каждого, кто не относится к моему классу.

Посещай она тот же учебный корпус, что и я, наверное, хотя бы раз засвидетельствовала её лицо, но я точно никогда раньше не встречала мисс Теренеццу.

В таком случае…

– Эм, мисс Теренецца, случаем, не посещает общеобразовательный класс?

– Ах, вот ты как! Дискриминируешь Теренеццу только потому, что её оценки слегка ниже, чем у других!? Смеешь зазнаваться только потому, что посещаешь специальный курс… это дискриминация! Позор тебе!

В Академии, куда ежегодно поступают более сотни студентов, в том числе и из других стран тоже, классы делятся в зависимости от успеваемости и способностей.

Есть общеобразовательный курс для учеников со способностями среднего или ниже среднего уровня, а также специальный курс, собирающий учеников-отличников с первоклассными способностями. Поскольку учебные корпуса расположены далеко друг от друга, маловероятно, чтобы ученики каждого курса могли хоть когда-нибудь пересечься.

Хотя уверена, бесполезно что-либо говорить господину Кайлу сейчас, на горячую голову.

Кстати, когда господин Кайл поступил в Академию, его зачислили на специальный курс, но в силу раздолбайства его оценки быстро скатились, и в мгновение ока его перевели в общеобразовательный класс.

Понятия не имею, как он там справляется сейчас.

– Фхм. Вздумала молчать, увидев, что дела идут не очень хорошо? Прекрасно. Раз уж ты решила разыгрывать невинность, я здесь и сейчас обличу тебя во всех злодеяниях, что ты совершила против Теренеццы! Прежде всего… – господин Кайл, выглядевший как никогда уверенно, обратился ко всем присутствующим.

Боже, – я исчеркала её классные записи.

Боже, – я заперла её в туалете.

Боже, – я распускала дурные слухи.

И вишенкой на торте стало то, как я столкнула её с лестницы.

Вот как я могла толкнуть человека, что учится в другом учебном корпусе и с коим никогда раньше не виделась?

Конечно, никаких конкретных доказательств выдвинутых обвинений не было, и единственным подтверждением были лишь слова мисс Теренеццы.

Это же смешно. Поверить не могу, что он принял на слово такую смехотворную ложь и пытается меня осудить.

… Нет, не так. Какая разница, правда это или ложь? Для господина Кайла это всё уже не важно. Он просто жаждет избавиться от препятствия, коим я являюсь, и жениться на этой дочке Барона, что так хорошо умеет вызывать у мужчин желание защищать.

– … Всё, хватит, – сказала я господину Кайлу в разгар невыносимого фарса обвинений, слушать которые сил у меня попросту не было.

Не было смысла и дальше слушать его чепуху. Так я подумала.

Но господин Кайл же, судя по всему, при виде моего холодного отношения что-то не так понял. Он скорчил гримасу, исказил в ухмылке рот и произнёс тоном, так и говорившим: «Только поглядите»:

– Так ты наконец признала свою вину?

– Можете истолковать это, как Вам будет угодно. Я также признаю расторжение нашей помолвки.

– Вздумала дать отпор? Ты прогнившая мерзкая дрянь, что получает вульгарное удовольствие от издевательств над другими. Не знала? В операх и сказках женщин вроде тебя называют «злодейками», разве нет? Роль, подобающая тебе и твоему злодейскому лицу! Фу-ха-ха!

Устав от беспрестанных обвинений, я отвела взгляд. Тогда мисс Теренецца, едва ли не всем телом прильнувшая к господину Кайлу, с положения, где только я могла бы это разглядеть, скорчила торжествующее лицо и пошевелила губами, говоря: «Ду-ура».

Да, знаю. Прекрасно знаю, что такова твоя истинная натура.

– Теперь мы наконец можем быть вместе, и никто не будет указывать на тебя пальцем. Вчера, когда ты молила меня: «Прошу, расторгни помолвку со Скарлетт, если я в самом деле тебе дорога», я места себе не находил от беспокойства. Теперь же я даже жалею, что не сделал этого раньше. К чёрту политические браки!

– У-фу. Господин Кайл познал истинную любовь. Сама судьба велела нам быть вместе.

– Чёрт, Теренецца! Любовь горит и не останавливается! Хочу взять тебя прямо здесь и сейчас, всю без остатка! Хорошо!? Можно ведь!? Не слышу ответ!

– А-ах, не здесь же, господин Ка-айл~!

Пока взирала на эту парочку, когда они миловались, как идиоты, я ощутила, как надо мной медленно берёт верх одна эмоция.

Будучи невестой господина Кайла и будущим членом королевской семьи, я с детства подавляла эти чувства, так как знала, что не должна их показывать.

Ваше Величество Король, отец, матушка.

Ну теперь-то можно? Я больше не в силах терпеть.

– Господин Кайл. Перед тем, как уйти, могу я попросить кое-что напоследок?

Я безо всяких церемоний и любезностей прервала этих двоих, что продолжали флиртовать.

[[image:/storage/reader-images/0697ad74013d7b5083ce2af740a95bf5d6a4d029.jpg]]

Господин Кайл, которого я прервала посреди страстных заигрываний, повернулся ко мне с кислым выражением лица и повысил голос:

– Презренная женщина, смеешь обращаться ко мне с просьбами, даже не принимая во внимание весь вред, что ты причинила моей невесте! Что за идиотка! Стража! Сейчас же уберите эту женщину с глаз моих! – эхом прокатился крик господина Кайла, и вскоре зазвучал стук железных башмаков.

Толпа рассосалась, открыв взору прежде охранявшую вход в зал стражу.

Вот как, эти люди тоже подельники господина Кайла. А он хорошо подготовился.

– Ну-ну, господин Кайл. Разве она не сказала, что это в последний раз, так почему бы и нет?

Господин Кайл нахмурился, глядя на успокаивавшую его мисс Теренеццу, явно задаваясь вопросом, о чём она только думает.

– Что бы там ни было, больших проблем это не вызовет. Может, в обмен на оказанную Вами услугу она признается в своих преступлениях перед Его Величеством Королём, взяв на себя вину за весь этот инцидент? Тогда мы тоже останемся в выигрыше.

– Вот как. Ты так умна, Теренецца. Отлично, Скарлетт, слышала её слова? Если примешь наши условия, я, так и быть, прислушаюсь к твоим пожеланиям. Будь благодарна за наше великодушие.

– Прекрасно. Премного благодарна Вам, уважаемый Кайл и достопочтенная Теренецца, – я поклонилась и медленно подошла к ним, придерживая дрожащую левую руку второй.

– Ну и, твоё желание? Золото? Драгоценности?

– … Мне… правда можно?

– Не тяни! Говори живее, пока не передумал!

– Тогда я более не сомневаюсь… приготовьтесь, госпожа Теренецца.

– Ха? Что ты несёшь… – непонимающе уставился на меня господин Кайл, и я одарила его широкой улыбкой, какую никогда не показывала ему прежде.

– С такого расстояния… я никак не смогу промахнуться.

И тогда я подняла руку…

– Прошу простить за ожидание, вот моя последняя просьба. Могу я отправить эту Теренеццу(с*ку) полетать?

Аналогично с моей прошлой работой, надпись фуриганой я буду писать в скобочках курсивом.

И, не дожидаясь ответа, изо всех сил всадила кулак мисс Теренецце в лицо.

– Гья-я!?

Её крик эхом прокатился по бальному залу.

Мисс Теренецца отлетела в сторону, брызжа кровью из расквашенного носа, и упала на спину, дёргаясь в конвульсиях.

– … Ха-а~, приятно-то как, – пробормотала я с истинным удовольствием.

Вопиющая ложь – утверждать, что, причинив кому-то боль, душа страдает не меньше.

Потому что прямо сейчас я ударила со злости эту раздражающую мелкую девчонку и испытываю больше облегчение.

– Т-ты! Ч-ч-что ты творишь!?

– Я разозлилась и ударила её, что-то не так? – ответила я, на что господин Кайл уставился на меня, как на неведомую диковинку.

Ну-у, ожидаемая реакция?

Прошло целых десять лет с тех пор, как я начала играть образ невинной овечки, а он знал меня лишь как покорную и терпеливую невесту.

До семи лет меня звали «Принцессой Бешеный Пёс», ибо в злости я без раздумий избивала людей кулаками. Но теперь никто, кроме моих жертв, более не помнит это прозвище.

– Мне есть что сказать всем вам, членам фракции Второго Принца, что здесь собрались, – эффектно развернувшись, я обратила лицо к окружавшим нас людям. – Все вы – отвратительные жирные свиньи, чёртовы с*кины дети.

Пускай всю жизнь я прожила с намерением посвятить себя своей родине, силой подавляя свои эмоции.

Пускай я отказалась от всего и молча сносила боль, повинуясь всему, что сказано, будто марионетка.

Они – чёртовы свиньи, что озабочены лишь тем, как бы набить карманы за чужой счёт. Они вознамерились разрушить всё, над чем я работала, приняв участие в этой смехотворной постановке с разрывом помолвки лишь для того, чтобы позабавить себя любимых.

甘い汁を吸う – идиома, дословно «высосать сладкие соки». Означает быть на чужом содержании; зарабатывать деньги, не работая; набивать карманы за чужой счёт.

Как я могу не впасть в ярость?

– Так что… не возражаете, если я отправлю в полёт всех вас?

Я полезла в карман своей юбки и достала пару перчаток.

Избить мне предстоит немало людей, так что нужно тщательно защитить руки, дабы не осталось ссадин. Таков дамский этикет.

– Ну что, полны энтузиазма? Кто хочет, чтобы его избили первым? Прошу поднять руку и выступить вперёд.

Эпизод 2. Ты готова, мисс кошка-воришка?

泥棒猫 – дословно переводится как кот-воришка, но обычно используется как ругательство. Означает женщину, что крадёт чьего-то парня или мужа, разрушительницу домашнего очага.

Причина, по которой у меня, Скарлетт Эль Вандимион, случился всплеск эмоций в этот раз. Всё дело в том, что я разозлилась на мисс Теренеццу и принца-идиота, но, чтобы передать всю степень моего гнева, необходимо обратиться к прошлому.

В королевстве Палистан чем раньше ребёнок дебютирует в высшем обществе, тем лучше, и большинство благородных детей обучаются этикету и посещают аристократические приёмы к шести годам.

Однако я, будучи Принцессой Бешеный Пёс, дебютировала в обществе позже своих сверстников, и в возрасте семи лет отправилась вместе с отцом на свой первый вечерний приём.

Над головой – сверкающие люстры.

Дамы в роскошных платьях грациозно обмахивались веерами, а джентльмены во фраках очаровательно улыбались с бокалами вина в руках.

Сей ослепительный мир настолько меня опьянил, что я преждевременно отошла отдохнуть в углу зала, когда ко мне вдруг обратился мальчик примерно того же возраста:

– Эй, это ты Скарлетт?

У мальчика были коротко подстриженные светло-каштановые волосы, хорошо очерченное лицо, но мерзкий взгляд, так что у меня сложилось впечатление о нём как о форменном грубияне.

Однако мой наставник учил меня вести себя как леди в присутствии других людей. Как меня и учили, я улыбнулась, подобрала подол юбки и поклонилась ему с безупречными манерами.

– Верно, я дочь Герцога Вандимион, Скарлетт Эль Вандимион.

Лицезрев моё приветствием, мальчик насмешливо фыркнул, а в следующий миг произнёс самую нелепую вещь:

– Ты идиотка.

– … Э? – на меня обрушилось оскорбление, и на мгновение я не смогла уловить смысл сказанного.

Он назвал меня идиоткой? Меня? Почему?

– Ты Скарлетт? Вот что я спросил, надо было просто ответить «да». Никто не просил тебя представляться, идиотка.

Сказанные им слова были столь невежливы, что я просто не могла не почувствовать себя неловко.

Конечно, простое «да» было естественно, но это прозвучало бы немного некрасиво.

Интересно, насколько низкое происхождение у этого мальчика, что он даже не в состоянии понять таких простых вещей?

Когда я выгнула бровь, мальчик указал на меня и произнёс:

– С сегодняшнего дня ты мой помощник.

– Ха-а?

Всё-таки больше я молчать не могла.

– Шутить изволите? Кто станет заботиться о столь неуважительном ребёнке вроде вас?

– Чего! Всего-то дочь Герцога, а такая нахалка!

– Всего-то Герцога? В таком случае ваш дом должен занимать положение не ниже, полагаю?

– Мой дом – само это королевство!

Я была потрясена. Ведь сказанные им слова были лишены всякого смысла.

– Мы с вами никак не сможем прийти к согласию. Прощайте.

– Стой! Сбегаешь!?

Моё терпение грозило вот-вот лопнуть из-за этого ребёнка, что с криком отправился следом. Мне хотелось вернуться в прошлое и поаплодировать себе за то, что прямо там не развернулась и не заставила его замолчать физически.

И, разумеется, имея под боком настолько шумного ребёнка на вечернем рауте, я явно выглядела не в лучшем свете…

Отец, наконец-то поняв, что в центре суматохи находилась я, подошёл.

– Отец! – я подбежала к нему и спряталась за его широкой спиной.

– В чём дело, Скарлетт? Что, чёрт возьми, происходит?

– Этот странный ребёнок повсюду меня преследует. Пожалуйста, прогоните его.

Отмечу, что Скарлетт, как и во всём повествовании, говорит максимально вежливо и почтительно, к отцу в том числе. Адаптировать это иначе чем Вы и «господин» я не могу.

Когда отец взглянул на преследовавшего меня мальчика, его жёсткое усатое лицо нахмурилось ещё больше.

– Скарлетт. Воздержись от малейшего неуважения по отношению к этому Молодому Господину.

– Э…?

Я растерялась от упрёка отца, что, как мне тогда казалось, должен встать на мою сторону.

А раздавшиеся за этим в моих ушах слова лишили меня дара речи.

– Этого господина зовут Его Высочество Кайл фон Палистан. Он Второй Принц нашей страны, а также твой жених.

Том

1. Глава 2.

И

в сей же миг я едва не лишилась чувств

от шока.

Я

знала, что у меня был жених.

И

что он – Второй Принц сей страны.

Более

того, я являлась дочерью Герцога. И без

колебаний вступила бы в брак с человеком,

который будет избран мне семьёй из

политических соображений.

Даже

если он будет неказист. Даже если его

характер будет оставлять желать лучшего.

Я снесу всё, заковав сердце в сталь.

Начать

хотя бы с того, что, дабы принять сей

брак по расчёту, я оставила прежнюю

себя, прозванную «Принцессой Бешеный

Пёс», и даже посетила званый вечер.

Но,

отец. Не слишком ли это?

Я

и слова не слышала о том, что Второй

Принц Кайл на деле был лишённым всякого

здравого смысла чёртовым сопляком, не

способным даже на простое приветствие.

– Прятаться

бесполезно! Отныне ты мой помощник до

конца своих дней, усекла, идиотка?!

… И

это положило начало моим дням сущего

Ада.

Всякий

раз, как я посещала вечернее суаре,

господин Кайл неотступно следовал за

мной.

И

дело было не только в том, что он шёл за

мной по пятам.

Порой

он прилюдно меня оскорблял, выставляя

злом во плоти.

А

порой дёргал за волосы, крича, как ему

претит их серебристый цвет.

Он

донимал меня всеми возможными способами.

Некоторые

взрослые, конечно, пытались его вразумить,

ведь всё происходило у них на глазах.

Однако господин Кайл в ответ пускался

в угрозы: «Знаете,

чего стоит пойти против меня?».

По

итогу все стали просто закрывать глаза

на его проступки…

Бесспорно,

я из раза в раз молила отца пересмотреть

мой брак.

В

обычном случае у члена Герцогской семьи

язык не повернулся бы заговорить о

расторжении брака с представителем

Королевской семьи. Но у меня было

достаточно причин для подобного

заявления…

Но

отец всегда качал головой со словами:

«Мы

не можем, помолвка с Королевской семьёй

уже была заключена».

К

тому времени у меня пропало всякое

желание присутствовать на званых

вечерах. Но пропусти я хоть один вечер,

и господин Кайл наведался бы ко мне

домой. Я хотела любой ценой предотвратить

сие, а потому насилу продолжала на них

приходить.

Тягостные

дни всё шли, и через год-два я постепенно

свыклась.

Не

успела я оглянуться, как закалила

стальной дух: как бы скверно обо мне ни

отзывался господин Кайл, как бы жестоко

он ко мне ни относился, мой дух оставался

непоколебим.

В

конце концов, по-видимому, господину

Кайлу надоела моя безразличная реакция

на все его проступки, и впоследствии он

перестал ходить на балы, а сама возможность

его со мной встречи постепенно сходила

на нет. На какое-то время мой уровень

гнева оставался неподвижен.

Но

время шло, мне исполнилось пятнадцать

лет, я поступила в Академию… и мои дни,

преисполненные праведного гнева, дали

новый виток.

Утро

вступительной церемонии.

Одетая

в тёмно-красную школьную форму, я вдруг

бросила взгляд на висевшую на стене

карту.

Считается,

что континент Романсия был создан из

пыли большим числом Богов-Творцов.

На

этом континенте ныне существуют четыре

великие державы, владеющие огромными

властью и территориями.

Империя

Ванквиш на востоке.

Священная

Империя Эрдланд на западе.

Объединённое

Королевство Линдбург на юге.

Княжество

Фалькония на севере.

Эти

страны частенько вступали в войны с

соседями и неоднократно вели кровопролитные

сражения за территории.

Но

даже так, будучи с четырёх сторон

окружённая столь могущественными

державами, одна страна всё же сумела

выжить. Страна, где я родилась и выросла,

Королевство Палистан.

Наша

страна заключила союз с тремя из четырёх

великих держав, и наша внешняя политика

также течёт весьма успешно.

Будь

наши внутренние дела столь же стабильны,

безопасное будущее сей страны было бы

обеспечено…

Внутри

Королевства Палистан царит большое

смятение из-за борьбы за трон.

В

Королевстве есть два Принца одного

возраста, и Первый Принц – законный сын

Королевы – должен был стать следующим

Королём.

Однако

же, кажется, коррумпированные аристократы

учуяли угрозу своим интересам в Первом

Принце, что не прощал несправедливость,

а потому пытались посадить на престол

несведущего Второго Принца.

Когда

обоим Принцам, имевшим право наследования

престола, исполнилось по пятнадцать

лет, шедшая прежде лишь за кулисами

борьба стала обостряться.

Благодаря

чему баланс сил в стенах королевского

дворца разделился напополам: фракцию

Первого Принца и фракцию Второго Принца.

То

же касалось и Королевской Академии

Аристократии.

Следующие

три года будут тяжкими, но, пожалуйста,

приложите все усилия для сплочения

собственных фракций, господа Принцы. Я

считала, что их проблемы никоим образом

меня не касались.

Однако,

едва поднялась в карету, что повезла

меня в Академию, как отец строго мне

наказал:

– Скарлетт.

Даже в Академии ты должна стать твёрдой

опорой господину Кайлу как его невеста.

И

в сей же миг моя мирная школьная жизнь

подошла к концу.

В

чём же дело, неужели мой отец желал мне

наложить на себя руки от стресса?

У

меня уж с давних пор не осталось ни

единого слова почтения в адрес господина

Кайла, быть может, отец просто меня

ненавидит?

Ну-у,

так и быть. Я уже не та, что была раньше.

Более

шести лет снося издевательства Принца,

что был мелким засранцем, не иначе, я

обрела силу духа, что будет непоколебима

вовек. Три года в Академии для меня

пустяк.

Твёрдо

решив не отступать, я впервые за долгое

время встретила господина Кайла под

чистым голубым небосводом перед главными

воротами Академии …

– Чего?

Герцог Вандимион приказал тебе

поддерживать меня как своего жениха?

Фхм, тогда с этого дня ты моя рабыня!

Отказ не принимается! Так-то!

С

помощника меня понизили до раба.

Эм,

всё-таки сей человек мне не по зубам.

Может, ещё есть шанс повернуть назад?

Но,

пускай я кричала так глубоко в душе, не

меняя бесстрастного выражения лица,

мой голос так никого и не достиг.

Я

насилу сдерживала бурлящий в груди

гнев.

Утром

я забирала господина Кайла у мужского

общежития и отводила его в аудиторию,

а после обеда мчалась по поручению до

самой столицы за обедом для него.

Вечером

я также забирала господина Кайла с

занятий и отводила его в общежитие.

Истинные

мучения – исполнять роль слуги во благо

того, кого так ненавидишь.

И

тем не менее, всякий раз, как мы виделись,

он прилюдно осыпал меня бранью… и,

поскольку подобное продолжалось изо

дня в день, моё сердце охладело больше

прежнего.

Как

легче было бы, если б я восстала против

отца и избила господина Кайла до

полусмерти.

Но

моё крошечное самолюбие, с семи лет

сносившее все эти издевательства, не

давало мне прибегнуть к лёгкому пути

насилия.

Ведь

если бы бросила всё сейчас, вся проделанная

по сей день тяжёлая работа пошла бы

насмарку.

И

вот так я решила терпеть, изливая всё

своё разочарование под маской упорной

учёбы.

Благодаря

семейным наставникам, что обучали меня

с самого детства, я была хороша как в

фехтовании, так и в магии. Только вот

энергия, топливом которой стали мои

гнев и обида, поражала воображение, и

по всем предметам в Академии я могла

похвастаться наивысшими баллами.

Постепенно

моя репутация бедной невесты, бывшей

девочкой для битья господина Кайла,

претерпела изменения.

Не

желая ввязываться в неприятности, я

всецело отгородилась от других, но один

за другим люди, прежде избегавшие

разговоров, начали со мной общаться.

К

тому времени моё имя разошлось по

Академии как самой талантливой леди, и

всякий ученик, мимо которого я проходила,

оборачивался и провожал меня полным

уважения взглядом.

Я

даже заполучила близких подруг, пусть

и всего двух, и не успела оглянуться,

как меня прозвали «Ледяной Розой» –

прозвище в самый раз для воспитанной

леди высокого положения.

· 深窓の令嬢

– идиома,

«девушка глубокого окна». Означает

замкнутую леди; тщательно воспитанную

девушку из семьи с высоким статусом.

Слово "глубокое окно" означает

место в глубине дома и характеризует

человека, уединившегося в таком месте

и не погруженного в мирскую жизнь.

Иногда ее также называют "прекрасная

дама глубокого окна" или "леди

глубокого окна". Аналогичным выражением

является 箱入り娘(Hakkoiri

Musume) ("девушка в коробке").

Мне

в принципе было безразлично, что думают

обо мне другие люди.

Но

для отца и матери, озабоченных своим

обликом аристократов, это, похоже, имело

значение, и как-то они даже направили

мне письмо, в котором хвалили за мои

успехи и тяжкий труд.

Правда,

был один человек, который не очень-то

жаловал улучшение моего статуса.

Нужно

ли говорить, что им был господин Кайл.

Раб,

над которым он всегда потешался,

неизвестно как стал человеком, что

привлекал внимания больше него, чему

он, вполне естественно, был не рад.

В

то время господин Кайл предался

развлечениям с сыновьями аристократов

так называемого лагеря Второго Принца,

вследствие чего его успеваемость резко

упала – закономерно, если спросите

меня.

Его

вознамерились перевести со специального

курса на общеобразовательный, что,

вероятно, лишь подливало масло в пламя

его гнева на меня, заимевшую статус

лучшей ученицы.

И

вот однажды имел место инцидент.

Дело

было во время обеденного перерыва.

После

урока я вела беседу с одноклассниками,

как вдруг дверь резко распахнулась.

В

проёме стоял господин Кайл в неряшливого

вида школьной форме в окружении нескольких

его последователей-учеников.

С

мрачным выражением лица господин Кайл

подошёл ко мне, схватил за лацканы и

громким, эхом прокатившимся по всей

аудитории голосом рявкнул:

– Ты!

Даже не пошла купить мне обед, но при

этом рассиживаешься здесь!

· 油を売る

(abura

wo uru) - (букв.

"продавать

масло") лениться, заговариваться с

кем-то или отвлекаться во время

какого-либо дела, пинать балду, маяться

дурью. В период Эдо торговцы маслом для

волос часто заговаривались со своими

клиентками, поэтому процесс покупки

масла частенько затягивался без видимых

на то причин. Отсюда и идиома.

От

его вульгарного, сродни разбойничьему,

поведения оживлённый перерывом кабинет

резко стих. Должно быть, всем подумалось,

что, коли он так голоден, то должен был

сразу идти в столовую.

Что

касается меня, то в моей голове промчалось

лишь: «А-а,

очередная детская истерика».

Осторожно

взяв господина Кайла за руку, я ответила

своим будничным тоном:

– Поняла.

Я сейчас же поеду в столицу и куплю его.

Выполнение

поручений для меня, конечно, лишние

хлопоты, но это относительно лёгкая

форма издевательств.

Поначалу

приходилось тяжко, ведь всякий раз мне

доставалась критика за то, что купила,

и приходилось покупать снова и снова.

Но

после он, похоже, понял, что в таких

условиях об обеде может позабыть, и в

последние дни перестал жаловаться.

Разумеется,

всё – за мой счёт.

– Ты!

Что за отношение! Заставила меня ждать,

и при этом ни намёка на извинения!?

– Мне

нет прощения. Впредь буду осторожна.

Не

знаю, рассердило ли господина Кайла моё

беззаботное поведение, но когда я подняла

глаза, его лицо приобрело пунцовый цвет,

и он гневно вскричал:

– Думаешь,

простых извинений достаточно?! За идиота

держишь?! Иди сюда! Я тебя проучу! –

господин Кайл грубо потянул меня за

руку. И, словно более не в силах выносить

происходящее, некоторые из моих

одноклассников встали со своих мест.

При

виде сего, господин Кайл ухмыльнулся и

уверенно заговорил:

– Какого

чёрта, ребятки. Против меня… Кайла фон

Палистан идти вздумали? Вы же не забыли,

кто я, м-м?

Давление

социальным статусом вынудило поднявшихся

содрогнуться от страха.

Я

обернулась к ним и сказала со всё тем

же невозмутимым лицом:

– Со

мной всё будет в порядке. Пожалуйста,

не волнуйтесь.

– Но…

леди Скарлетт…

Я

вновь повторила, что всё хорошо.

Господина

Кайла это, по-видимому, ничуть не смутило,

и он с воплем «Иди

за мной!»

насилу выволок меня из аудитории.

– Следите

за ними, смотрите, чтобы не вздумали

рассказать учителю. Сигурд, идёшь со

мной.

Оставив

свою свиту у аудитории, не считая ученика

по имени Сигурд, господин Кайл вновь

потянул меня за руку.

Сигурд

Форгрейв. Тёмно-синие волосы и мужественное

лицо. Он был учеником рыцаря с хорошо

сложенным натренированным телом.

Юноша

также был одним из тех, кто вошёл в

постоянный состав свиты господина

Кайла, и, кажется, являлся сыном командира

рыцарей. Он мастерски владел мечом и,

как говорили, являлся кандидатом на

пост следующего командира рыцарей.

По

моим впечатлениям он был вполне себе

порядочной и искренней личностью, потому

я не могла не задаться вопросом, с чего

бы такому человеку общаться с господином

Кайлом.

Неужели

он взял в заложники его семью?

И

пока я размышляла об этом, меня отвели

за корпус специального курса, где было

не так много людей. Росло немало высоких

деревьев – идеальное место, чтобы

спрятаться и что-либо сделать втайне.

Господин

Кайл велел господину Сигурду стоять на

страже, а сам приставил меня к стене

школьного здания.

И,

какое наказание ждёт меня сегодня?

Предпочла бы, чтобы от него моя форма

не помялась.

– Слышал,

последнее время ты прямо зарываться

стала из-за хороших оценок.

· 調子に乗る

– идиома,

дословно «оседлать волну». Правильный

же смысл хорошо описывает русское слово

"зарываться". Обычно так говорят,

когда один из персонажей начинает

позволять себе лишнего.

– Ничего

подобного. Я веду себя как обычно.

– Заткнись!

Ты раб и не имеешь права мне перечить!

Я

спокойно закрыла рот. Его поведение

было как всегда неразумным.

Но,

кажется, сегодня он вёл себя немного

иначе, нежели обычно.

Что-то

произошло?

– Чёрт

возьми! Почему идиотка вроде тебя должна

учиться на спецкурсе, а меня опускают

до общеобразовательного!

А-а,

вот оно что.

Тебя

наконец-то вышвырнули со спецкурса, мои

глубочайшие поздравления.

Как

ни посмотри, а получил ты по заслугам.

Ну-у, что я могу сказать, будь у тебя хоть

крупица разума, ты бы не вылетел с курса,

но господин Кайл ведь идиот во плоти,

не так ли?

– Ты!

Ты же сейчас мысленно меня поносила!

– Нет,

ничуть.

– Бесполезно

притворяться! Для меня проще простого

разгадать, что на уме у идиотки вроде

тебя! Ведь я гений!

Я

едва не расхохоталась в голос над его

необоснованным заявлением о собственной

гениальности.

Что

же делать, сей господин по глупости

давно превзошёл семилетнего себя. И как

такое вообще могло случиться.

– Но

сейчас моя очередь над тобой посмеяться,

не так ли? Хы-хы, – вдруг господин Кайл

достал из кармана кинжал.

Тут

уж даже я, ожидаемо, сдвинула брови.

– Что

Вы собираетесь делать…?

– Меня

всегда бесили твои длинные серебристые

волосы. Заберу на общеобразовательный

курс пару твоих прядей на память!

Пускай

я всегда сохраняла хладнокровие несмотря

на все его вульгарные речи, тут уж даже

я впала в ужас от подобного заявления.

Ты

собрался отрезать мои драгоценные

волосы, за которыми я каждый день

тщательно ухаживаю… этим дешёвым

кинжалом, за которым ты, похоже, не

очень-то следишь?

Что

за шутки, Принц-идиот.

Тронь

хоть пальцем мои волосы. Я прикончу тебя

безо всякой пощады.

– Пожалуйста,

прекратите. Я буду кричать.

– Дура,

никто не придёт тебе на помощь! А если

и придёт, то увидит меня, Второго Принца,

и пальцем пошевелить не посмеет!

– Тогда

я расскажу отцу. Тот факт, что Вы насильно

остригли леди волосы, может привести к

аннулированию нашей помолвки.

– Герцог

Вандимион – не более чем шавка моего

отца! Чтобы он – и осмелился протестовать?!

И пока я не дам своего согласия, расторжению

помолвки не бывать! Ты мой раб до конца

своих дней! – господин Кайл придавил

меня к стене учебного корпуса и наставил

кинжал.

Теперь,

когда всё так далеко зашло, я более не

в силах терпеть.

Для

леди волосы – её жизнь. И тот, кто

попытается их отсечь, должен быть готов

к погребению собственной.

– … Прощайте,

господин Кайл.

В

тот самый миг, как я вознамерилась со

всей силой приложить сжатым кулаком по

непристойно ухмылявшемуся господину

Кайлу…

– … Слишком

шумите, – раздался невесть откуда

ленивый мужской голос. – Даже вздремнуть

не могу. Если собираетесь устроить

любовную ссору, не могли бы перенести

её в другое место?

– К-кто!?

Где ты?! Покажись! – как и ожидалось,

господин Кайл запаниковал, ведь даже

ему было ведомо, что будет, застань его

кто в подобной ситуации.

Я

остановила кулак в последнее мгновение

до удара, и взглянула в направлении

голоса… на дерево за спиной господина

Кайла, чувствуя себя не в своей тарелке

из-за невыпущенного гнева.

· 不完全燃焼

– дословно

«неполное сгорание». В переносном

смысле означает не доводить дело до

конца, не достичь нужных результатов,

не выложиться на полную.

– … только

поглядите, уж не мой ли непутёвый братец?

– с раздражённым голосом кто-то спрыгнул

с верхушки дерева.

Чистые

светлые волосы и красивое, будто у

ангела, лицо. Голубые глаза были

пронзительно яркими, и в этом смысле он

был схож с господином Кайлом.

Юноша

легонько отряхнул от листьев свою

тёмно-красную форму, бесстрашно

ухмыльнулся и насмешливо изрёк:

– Почему

бы тебе не перестать валять дурака и не

постараться хоть немного над своей

успеваемостью на благо будущего? Вот

поэтому тебя, дурака, и переводят на

общеобразовательный курс.

Юлий

фон Палистан, Первый Принц Королевства

Палистан.

Мы

учились в одном классе, поэтому я

частенько видела его лицо… но и ведать

не ведала, что у него настолько острый

язык.

В

аудитории при общении с другими учениками

он был относительно дружелюбен и вежлив.

На

деле его натура чернее смоли?

– З-заткнись!

Всегда, всегда смотришь на меня свысока!

– Повышаешь

голос всякий раз, как попадаю в точку.

Вот поэтому ты дурак. Пора бы уже поучиться

на ошибках.

При

виде со вздохом направившегося в его

сторону господина Юлия господин Кайл

резко заволновался.

На

лице у него не было и следа прежней

самоуверенности, пот лился ручьём, а

глаза бегали по сторонам.

– Н-не

приближайся! Ты что, не видишь этот

кинжал?!

Не

удостоив и крупицей внимания господа

Кайла, что размахивал клинком, как

ребёнок, господин Юлий остановился

передо мной. Он воззрился на меня с

любопытством и вдруг улыбнулся, будто

бы что-то заметив.

Что

за недобрая улыбка?

Неужто

он увидел, как я сжала кулаки, и понял,

что я едва его не ударила?

Нет-нет,

ни в коем случае. Думая здраво, чтобы

слабая леди вроде меня – и ударила юного

джентльмена?

Всё

в порядке, он ничего не понял. Скорее

всего.

– Если

не ошибаюсь, передо мной дочь Герцога

Вандимион. Кажется, мой брат доставил

Вам неприятности. Сожалею о произошедшем.

· 貴女

– вежливое

обращение к женщине, в особенности –

благородной леди.

– Нет,

не стоит беспокойства. Обычное дело, –

небрежно ответила я, но господин Юлия

сдвинул брови с «Что?».

– «Обычное

дело»? Слышал, мой непутёвый братец

разыгрывает со своей невестой детские

шалости, но это что же, он регулярно

тычет Вам кинжалом в лицо? Вот этот

идиот? – под пристальным взглядом

господина Юлия господин Кайл вздрогнул

и отвернулся.

А

он, как погляжу, в самом деле не в ладах

со своим братом.

– Я

этого не говорила.

– Эй,

Кайл. Как это понимать? В зависимости

от ситуации, я могу не спустить тебе

произошедшее с рук.

Будучи

загнан в угол, господин Кайл выронил

кинжал, побледнел, замотал головой и в

отчаянии вскричал:

– Я-я

тут ни при чём! Это всё она виновата,

Скарлетт! Хоть моя невеста, совершенно

меня не уважает! Сигурд! Где тебя черти

носят?! Сейчас же убери отсюда Юлия!

Стоявший

на страже Сигурд тут же примчался.

– Господин

Кайл, я не могу исполнить сей приказ.

Господин

Кайл был ошеломлён словами подошедшего

к нему господина Сигурда, после чего

покраснел от гнева и вскричал:

– Почему?!

Ты что же, смеешь меня ослушаться?!

– Господин

Юлий, как и Вы, господин Кайл, является

носителем Королевской крови. Я хочу

подчиниться Вашему повелению, господин

Кайл, но и не могу пойти против господина

Юлия. То есть…

– Ты

в тупике, безмозглый братец.

Услышав

это, господин Кайл стиснул зубы и

уставился на меня с нескрываемой досадой.

Я

же встречно смерила его ничуть не

устрашающее лицо совершенно отсутствующим

взглядом. После чего господин Кайл

выплюнул на прощание: «Я

это запомню»

и ушёл.

Похоже,

завтра меня вновь будут ждать неприятности.

Нехорошо-то как.

И

пока я думала об этом, господин Юлий как

ни в чём не бывало ко мне обратился:

– Не

волнуйтесь. Отныне он не причинит Вам

прямого вреда.

Говорит

так, будто что-то задумал, мне даже

интересно, что он вознамерился делать.

Поведает

ли о произошедшем Его Величеству Королю?

– Благодарю

за Вашу помощь, господин Юлий, – а тем

временем я низко поклонилась.

Раз

уж он мне помог, то вполне уместно первым

делом выразить свою благодарность.

– Любопытно,

кого именно я спас.

– Ась?

– когда я недоумённо склонила голову,

господин Юлий с улыбкой шепнул:

– … Если

бы выждал ещё немного, застал бы кое-что

более занятное, жалость-то какая.

В

конце концов, сей молодой господин всё

же понял, что я собиралась ударить

господина Кайла, полагаю.

Кроме

того, он, вероятно, с самого начала молча

наблюдал за нашим скандалом.

Первый

Принц Юлий, перед ним нельзя ослаблять

бдительность.

– … Кстати,

господин Юлий, а что Вы забыли на дереве?

– Если

буду в кабинете во время обеденного

перерыва, непременно соберутся люди и

начнут шуметь под ухом. Лучше посидеть

здесь за чтением книги, нежели тратить

своё драгоценное время на их скучную

лесть.

Коварный

Принц. Вот бы Ваши слова сейчас дошли

до аристократии из Вашей фракции.

– Но

отныне времяпровождение в аудитории

уже не кажется таким уж плохим. Ведь я

нашёл кое-что занятное.

– Ха-а,

занятное?

– Ага.

Кое-что поинтереснее книг, – с этими

словами господин Юлий повернулся ко

мне с невинной ангельской улыбкой.

Беря

в учёт всё сказанное… ни в коем случае,

неужели под «занятным» он подразумевал

меня?

…Сей

инцидент привёл к тому, что не только

Второй Принц, но и первый обратил на

меня своё внимание.

Мой

гнев возрос, а напряжение росло вместе

с ним. Знай я, что всё окажется настолько

хлопотно, я бы с самого начала не стала

ни с чем мириться и избила всех, кто

портит мне жизнь… может, отныне я,

наконец, смогу жить честно по отношению

к с самой себе?

Но

поступи я так, и честь моего дома окажется

запятнана.

После

долгих раздумий я решила продолжить

свою жизнь в Академии, и впредь скрывая

свою истинную природу.

Том

1. Глава 3.

Я

думала, что раз так хорошо справлялась

в прошлом, то и впредь каких-то проблем

не возникнет.

В

Академии мне учиться оставалось чуть

больше двух лет.

Думая

о семи годах своего детства, когда я

сносила издевательства, ни разу не

подняв на Его Высочество руку, я поняла,

что ещё немного потерпеть смогу.

Но

вскоре после этого на меня обрушился

ещё больший стресс.

Верно,

по вине коварного Первого Принца Юлия.

Это

произошло зимой моего первого года

обучения.

Всё

началось с экзамена на измерение

способностей, регулярно проводившегося

в Академии.

Три

обязательных предмета на экзамене –

фехтование, магия и общее образование.

Кроме

того, были и экзамены по профильным

предметам, но они были необязательными,

так что сочетание варьировалось от

человека к человеку. Поэтому учеников

делят на классы в зависимости от оценок

учащихся по трём основным предметам.

С

плохими оценками переводят на

общеобразовательный курс – как господина

Кайла, – а с хорошими могут перевести

на специализированный.

Многие

из нас, учащихся спецкурса, получили

одарённое образование, и нашей целью

было занять наивысшее место в рейтинге

лучших учеников.

Кстати,

перед кабинетом вывешиваются баллы и

имена тридцатки лучших.

И

пускай рейтинг сильно колебался, я

всегда занимала первое место по трём

основным предметам. …До того дня.

– Эй,

взгляни на имя первого места!

– Э,

быть не может? Как же так…

В

тот день на первом месте в рейтинге,

вывешенном у входа в аудиторию, стояло

не моё имя, но имя другого человека.

– Юлий

фон Палистан… господин Юлий!?

И

среди собравшейся здесь толпы учеников

стояла ошеломлённая я.

Я,

конечно, была застигнута врасплох.

Всякий раз мои оценки по каждому предмету

были сродни идеальным, и я полагала, что

в моём классе не было никого, кто был бы

достаточно хорош, дабы поставить моё

место под угрозу.

Однако

моему взору предстали совершенно

невозможные баллы.

– Высший

балл… по всем предметам…?

На

экзаменах по фехтованию и магии можно

было набрать до девяноста девяти баллов,

но никак не полную сотню. А всё потому,

что оставшийся балл целиком и полностью

лежал на экзаменаторах и их предпочтениях.

Даже

одержи я верх над экзаменатором посреди

экзамена по фехтованию, он мог сказать,

что ему не нравятся мои навыки владения

мечом.

Даже

одолей я экзаменатора на экзамене по

магии, он мог сказать, что моя магическая

формула была плохо составлена.

И

всё же господин Юлий сделал невозможное

возможным.

Коли

так, то я, до сих пор занимавшая первое

место даже несмотря на отсутствие по

экзаменам идеального бала, ему уступаю.

Как-то

меня это не радовало.

А-а,

нехорошо. Я раздражённо нахмурилась,

не в силах сохранить непроницаемое

лицо.

Не

дай Бог увидит меня такой – непременно

счёл бы мой вид занятным…

– Скарлетт.

Ну

вот, как и ожидалось.

Я

сделала глубокий вдох – тихо, чтобы

никто не услышал, – и повернулась лицом

к обладателю сего голоса.

Как

и ожидалось, там ожидал господин Юлий

с широкой улыбкой на устах.

– Доброе

утро, господин Юлий. Поздравляю Вас со

становлением лучшим учеником в нашем

классе, – произнесла я, сохраняя

спокойствие, но господин Юлий вдруг

приблизился к моему уху и сказал как ни

в чём не бывало:

– Занять

первое место с идеальным результатом

оказалось на удивление легко.

… Излишне

говорить, что тем вечером я одним ударом

разломала стену в своей комнате на благо

снятия стресса.

Завоевать

первое место с лучшим результатом –

отнюдь не простая задача.

Полагаю,

я могу принять его слова как вызов мне,

верно?

В

Герцогской семье Вандимион есть девиз.

Если

тебя ударили, нанеси ответный удар

десятикратно.

Так

начались дни моей борьбы.

Дабы

набрать девяноста девять баллов, я

каждую свободную минуту оттачивала

свои навыки владения мечом и магией.

И,

ради завоевания оставшегося последнего

балла, я поискала информацию о

преподавателях Академии, что имели

потенциал стать экзаменаторами, и

отчаянно изучала их предпочтения в

фехтовании и магии.

Настал

день экзаменов.

Я

встретила свои экзамены большим

энтузиазмом, нежели когда-либо прежде,

и нанесла экзаменаторам сокрушительное

поражение.

Помню,

что все, кто за сим экзаменом наблюдал,

были поражены моим беспрецедентным

успехом, не имевшим себе равных.

А

вот и результат. Моё имя вернулось на

верхнюю строчку рейтинга лучших учеников.

С

бонусом в виде максимальных баллов по

всем предметам.

Ну

и, что скажете, господин Юлий? Приложила

чуть больше усердия, и без труда завоевала

такие оценки.

Это,

конечно, десятикратной сдачей не назвать,

но на душе заметно полегчало.

· 溜飲が下がる

– идиома,

дословно «желудочная кислота снизилась».

Когда у человека постоянно накапливается

напряжение, вырабатывается слишком

много желудочной кислоты, и снижение

уровня желудочной кислоты означает

снижение уровня стресса соответственно.

Означает испытать облегчение,

удовлетворение.

Улыбаясь

глубоко в душе, я поискала в вывешенном

на стене рейтинге имя господина Юлия.

Вот только его было не видать.

И

пока я стояла перед списком в недоумении,

кто-то со спины легонько похлопал меня

по плечу.

– Скарлетт.

Тут

как тут. Уж на сей раз я не позволю Вам

сказать какую-нибудь глупость

Я

обернулась с пустым выражением лица,

скрывая нарастающие эмоции.

А

там стоял господин Юлий всё с той же

широкой улыбкой на устах.

Затем

он, как и в прошлый раз, приблизился

лицом к моему уху и шепнул:

– … Я

видел, как после занятий ты втайне ото

всех вкладывала свои сердце и душу во

взмахи меча, занятное было зрелище.

Нарисовал твоё лицо тогда, позже передам

портрет. Жди, – с этими словами господин

Юлий погладил меня по голове и ушёл.

· С

этого момента Юлий перешёл с вежливого

貴女(kijo)

на довольно грубое мужское お前(omae),

«ты».

В

тот же вечер. Порвав в клочья рисунок

демоноподобной женщины, я пробила новую

дыру в стене недавно отремонтированного

общежития.

Что

ещё за «занятное

было зрелище»?

Более

того, он даже прилюдно по-дружески

погладил меня по голове.

Благодаря

чему окружающие заподозрили, что мы с

ним состоим в тайных отношениях. Ну и

как прикажете развеивать их недопонимание?

Как,

чёрт возьми, мне всё это уладить?

Кстати,

причина, по которой имя господина Юлия

не вошло в рейтинг…

Похоже,

сей молодой господин привык срезать

углы, нарочно получая оценки лишь чуть

выше того минимума, при котором может

оставаться на спецкурсе. Но время от

времени он становился серьёзен, чем

сильно подрывал энтузиазм лучших

учеников.

· 手を抜く

– идиома,

дословно «рука соскользнула». Означает

срезать углы, делать что-то некачественно.

Какой

же у него, всё-таки, скверный характер.

Однако

же, теперь я понимала принцип действий

господина Юлия.

Главное

– не вестись на провокации сего человека.

Вот

и всё. Иными словами, нужно просто его

игнорировать.

– Утречка,

Скарлетт. Приятное утро, не так ли?

Даже

столкнувшись с ним утром перед учебным

корпусом, я не удостоила его и крупицей

внимания.

– День

добрый, Скарлетт. Хороший солнечный

денёк сегодня.

Даже

столкнувшись с ним в коридоре во время

обеда, я всё также его игнорировала.

– Вечер

добрый, Скарлетт. Прекрасный закат, не

находишь?

Даже

встретив его вечером по дороге в

общежитие, я вновь не обратила на него

взор…

– Эм,

господин Юлий.

– Что?

– Почему

Вы каждый раз появляетесь там, где

оказываюсь я?

– Без

понятия. Могу назвать это совпадением,

не иначе.

Это

вряд ли.

Зачем

играет в дурачка?

Он

определённо поступает так нарочно,

верно?

Мужское

общежитие для учеников специализированного

курса находилось в противоположном от

женского направлении.

Может

статься, он сталкер?

– Пф.

– Ха?

При

виде моего лица господин Юлий не сумел

удержаться и расхохотался, а я же не

удержалась от честной реакции.

– Ху-ху…

Нет, просто «Ледяная Роза» скорчила

такую яркую рожицу. Вот и не удержался

от смеха. Прости.

· 百面相

[hyakumensō]

— многообразные стороны жизни / "сто

лиц". Относится как к случаю создания

разных «лиц» с помощью реквизита, как

и к бурной его мимике.

В

желании проверить я ощупала своё лицо.

Неужто

моё выражение лица он счёл бурным? Быть

того не может.

Когда

я приняла решение терпеть притеснения

господина Кайла в качестве его невесты,

мышцы моего лица должны были полностью

закостенеть.

– Может,

тебе самой и кажется, что успешно

сохраняешь невыразительное лицо, но,

наблюдая за тобой, я понял. Ты из тех

людей, чьи мысли по лицу можно прочесть,

как открытую книгу.

– … Простите

мне мою грубость. Но можете ли Вы поведать,

о чём я сейчас думаю?

– «Свали

уже, двуличный Принц», верно?

Правильный

ответ.

Однако

же, коли он всё знает и понимает, то

почему продолжает за мной ходить?

Совершенно

не могу понять.

– Кстати,

как у тебя дела с Кайлом в последнее

время?

А

теперь сарказм? С кем-то вроде него

просто невозможно сладить.

– С

тех пор, как господина Кайла перевели

на общеобразовательный курс, мы

практически не общались. Почему-то он

перестал требовать с меня отводить и

забирать его с занятий, за что прежде

неустанно меня пилил. Последние дни мы

даже не виделись.

– Вот

как. Рад это слышать.

Без

понятия, что в этом радостного.

Если

подумать, в день, когда меня спас господин

Юлий, господин Кайл презрительно

выплюнул, что «запомнит это». При всём

при том в последнее время мне вообще от

него не доставалось.

Ну-у,

учитывая то, что меня повсюду преследует

господин Юлий, с которым ему невозможно

сладить, наверное, могу понять, почему

он не желает ко мне приближаться.

– … А.

Быть

не может. Неужели господин Юлий всюду

ходил за мной именно для того, чтобы

держать господина Кайла подальше от

меня?

Чтобы

меня… защитить?

– Видишь,

снова на лице всё отразилось.

И

пока я пребывала в раздумьях, рука

господина Юлия погладила меня по голове.

Снова

он погладил меня по голове без разрешения.

Я,

может, и волк в овечьей шкуре, но вот-вот

рассержусь.

А-а,

если подумать, господин Юлий наверняка

уже прознал мою истинную природу, верно?

Раз

так, то ничего страшного, если он поможет

мне немного выпустить пар? В частности,

ничего же не случится, если я решу ударить

его разок, не беда ведь? Верно?

И

когда я крепко сжала кулак, сгорая в

желании поддаться тёмным помыслам…

Господин

Юлий, доселе гладивший меня по голове,

вдруг захватил пальцами прядь моих

длинных волос и нежно улыбнулся.

– Твои

серебряные волосы прекрасны. Как я могу

позволить потерять их из-за глупых

действий того кретина.

От

этих слов у меня… вдруг затрепетало

сердце.

Чтобы

джентльмен сказал мне подобные слова

– для меня это впервые.

– Эм,

господин Юлий…

– … Кроме

того, ты одна из занятнейших редких

зверушек, что я когда-либо видел.

… Ась?

– Нечасто

мне попадается кто-то, за которым стоит

наблюдать. Нет, отец и Герцог Вандимион

не знают жалости. Подарив такое ценное

сокровище Кайлу, они всё равно что метали

бисер перед свиньями. Как смотришь на

то, чтобы стать моей невестой? Обещаю

дать тебе обращение много лучше того,

что ты получаешь сейчас, – лучезарно

улыбнулся мне господин Юлий, тут же

загоревшись этой идеей.

· 宝の持ち腐れ

– идиома,

дословно «пустая трата сокровища».

Означает «метать жемчуг перед свиньями»;

неиспользуемое владение; бесполезное

владение; пустую трату таланта.

На

мгновение мне захотелось отвесить себе

звонкую пощёчину за саму мысль о том,

что сей человек мог оказаться не таким

уж и плохим.

– Смиренно

отказываюсь, господин Юлий (дерьма

кусок).

…Вот

причина того, что во мне скопилось

столько злости и стресса.

И

теперь.

Всё

то, что почти переполнило мою чашу

терпения, благодаря толчку мисс Теренеццы

наконец-то хлынуло наружу.

Хорошенько

вдарив по лицу мисс Теренецце, я огляделась

по сторонам.

После

чего с улыбкой на лице зашагала вперёд,

словно собираясь на послеобеденный

чай.

И

тут на пути у меня встал надменный на

вид дворянин, притом заметно растолстевший.

– Мелкая

девчонка! Не слишком-то зазнавайся! Эй,

королевская стража! Арестуйте её! Здесь

преступница, посмевшая напасть на

невесту господина Кайла!

– Ха!

– королевская стража, до сих пор лишь

молча взиравшая на происходящее, тут

же поспешила меня схватить. Они были

вооружены мечами и копьями, и сражаться

с таким числом на кулаках будет несколько

затруднительно.

Так

что дам им немного поспать.

– О,

сон, пусть эти люди погрузятся в мирную

дрёму … – стоило мне поднять руки и

произнести заклинание сна, как королевские

гвардейцы тут же – бух-бух

– попадали, отправившись в царство

Морфея.

Нехорошо-то

как. Именно этим людям была вверена

безопасность королевской семьи, а потому

они должны были быть хорошо натренированы

не только физически, но и в устойчивости

к магии. «Неудовлетворительно» всем

вам, ребятки.

– Усыпить

столько людей в мгновение ока…? Ч-что

за необыкновенная магия…

Нашёл

чему диву даваться, господин Кайл.

Любой

из числа лучших Академии способен

достичь такого же уровня. Хотя кому-то

вроде Вас, ученику общеобразовательного

курса, в подобное, наверняка, поверить

сложно.

Но

магия всё также безвкусна. Не испытываю

и малейшего удовольствия в победе над

противником на расстоянии.

В

конце концов, только и остаётся, что

бить их голыми руками, если жажду получить

хоть чуточку удовольствия.

Так-с,

больше магией я пользоваться не стану.

– Не

переживайте. Вас, господа вельможи, я

буду избивать кулаками до тех пор, пока

не лишитесь сознания, – с этими словами

я шагнула вперёд, и вся знать тут же

отступила с бледными лицами. А после

заголосила наперебой.

– Хи…!

Н-неужели больше никто не может сражаться?!

Тому, кто сумеет её одолеть, я отдам свою

дочь в жёны!

– Я-я

тоже! Отдам свою дочь, прозванную цветком

общества! Только не дайте этой девке ко

мне приблизиться!

– Я

отдам свою жену! Она красавица, талантливая

женщина из почтенной семьи!

– Да

к чёрту ваших уродливых жён и дочерей!

Защитите меня! И тогда я дам дюжину своих

рабов!

– Э-эй!

Купля-продажа рабов в нашей стране

запрещена! Как можно здесь об этом

говорить!?

– Да

кого волнует! Не имеет значения, если

скажу, что на всё есть согласие господина

Кайла! Он станет следующим Королём!

– И

то верно! Хорошо, я тоже подарю своего

драгоценного раба…!

– Я

тоже…!

А-а,

а-а…

Только

поглядите, как опьянённые властью

продажные людишки оказались загнаны в

угол.

Как

же, как же они уродливы.

Верно,

они скот, ничем не лучше свиней, чёртовы

ублюдки.

И

подумать только, что отныне я смогу

всласть избить этих свиней, безжалостно

и беспощадно…

Великолепное

ощущение.

– Дамы

и господа… станцуем же?

Наложив

на себя заклинание физического усиления,

я сделала широкий шаг вперёд.

С

каждым взмахом моего кулака раздавался

дикий крик.

Кровь

взмывала в воздух лепестками всякий

раз, как я прописывала кулаками

бесполезному мясу.

Хрясь,

хрусть, тресь, ба-бах.

Визги

чёртовых свиней с ударами сложились в

сладостный симфонический ансамбль.

Как

же восхитительно.

Дамы

и господа, Вы можете стать первоклассными

исполнителями (боксёрскими

грушами).

Это я Вам гарантирую.

– … Фью-ю.

Не

успела я оглянуться, как большинство

присутствовавших здесь дворян из фракции

Второго Принца уже ничком лежали в лужах

крови.

– Счастливые

часов не наблюдают, не так ли… господин

Кайл.

Остался

только бледнолицый господин Кайл,

дрожавший в углу зала.

Пришедшая

в себя мисс Теренецца, похоже, в суматохе

удрала через окно, но эта мелочь не имела

никакого значения.

Должна

сказать, печальна сама мысль об окончании

столь восхитительного бала. Но, что ж,

за сим придётся мне откланяться.

– Прошу

почтить меня последней песнью. Могу я

возложить эскорт на Вас, мой Принц? – я

медленно приблизилась к вусмерть

перепуганному господину Кайла и уже

занесла кулак, целясь ему прямо в лицо…

– Стой!

Не бей его, Скарлетт!

Я

не смогла не обернуться, услышав голос,

эхом прокатившийся от входа в холл.

– Старший

брат Лео…?

… Но,

как бы то ни было, расплата господина

Кайла всё равно настигла.

Ну-у,

пущенный в ход кулак остановить

невозможно, так что тут уж ничего не

поделаешь.

– Буа-а!?

Отклик

чистейшего удара прошёлся по моему

кулаку.

Пускай

я и смотрела в сторону, кулак безошибочно

угодил прямо в цель, мгновенно оборвав

сознание господина Кайла.

– Фью-ю…

Чувствую себя такой отдохнувшей, – я

сделала глубокий вдох и расслабилась,

ощущая приятную усталость.

Чувствую

лёгкость что в теле, что в душе, будто с

плеч моих свалился давний тяжкий груз.

Стоит

выразить особую благодарность всем тем

дворянам и господину Кайлу, благодаря

которым я смогла испытать такое

удовольствие.

– Премного

благодарна всем Вам.

– Никаких

«благодарна»! Почему ты ударила господина

Кайла!? Я же просил тебя его не трогать!?

Джентльмен

с волосами до поясницы, стянутыми в

пучок за спиной, медленно приблизился

ко мне, сдвинув брови.

Леонардо

Эль Вандимион.

Старший

сын Герцога Вандимион и мой старший

брат.

Он

старше меня на два года и в Королевскую

Академию Аристократии также поступил

намного раньше.

По

окончанию учёбы он устроился на работу

в королевском дворце в качестве помощника

отца – приближённого Его Величества

Короля – и ныне проживал на вилле в

королевской столице.

По

сей причине последний год мы почти не

виделись, ведь я жила в общежитии. Но,

как понимаете, мы, брат и сестра, очень

близки.

– Старший

брат Лео, мы видимся впервые за долгое

время. Что случилось, что Вы столь сильно

хмуритесь?

– Не

меняй тему. Это я хочу знать, что тут

происходит. Что, чёрт возьми, за бардак…

– брат Лео обвёл взглядом залитый кровью

бальный зал.

Вокруг

развалились аристократы, дёргаясь в

конвульсиях, как выброшенная на берег

рыба.

Не

говоря уже о том, что все стёкла в окнах

разлетелись вдребезги, будто здесь

прошёл ураган.

– Поверить

не могу… и это всё дело рук одной лишь

тебя...?

– Да,

именно так.

– А-а…!

Стоило

мне ответить, и старший брат мгновенно

возвёл глаза к небу, спрятав лицо в

ладонях.

– Старший

брат? Вас ослепило? Из-за того, что Вы

так резко посмотрели на потолок, Вас

ослепил свет люстр?

– О,

как бы я был счастлив, лишись я глаз,

дабы не видеть этой сцены…

Интересно,

он что, настолько счастлив видеть меня

впервые за долгое время?

О-ох,

брат мой.

– Ху-ху-ху.

Говорил же тебе, Лео. Что всё пройдёт

куда интереснее, чем мы могли ожидать.

Как

вдруг к нам подошёл красивый светловолосый

джентльмен, следом положивший руку на

плечо дрожавшему старшему брату.

О-хо,

поглядите-ка, коварный ублюдок тоже

тут.

Так

сей молодой господин пришёл вместе с

Вами.

– Доброго

Вам дня, господин Юлий. Нечасто увидишь

Вас на балу.

– Меня

пригласил младший братец. Сказал, что

сегодня случится что-то интересное, и

потому хотел бы, чтобы я непременно его

посетил. Я бы приехал раньше, да был

занят официальными делами, и потому

опоздал.

Способности

господина Юлия были признаны с момента

поступления в Академию, и ныне он принимал

участие в заседаниях парламента при

королевском дворце.

Он

был столь гениален, что я неволей

задавалась вопросом, был ли ему смысл

обучаться в Академии.

Но

вот чего я не могу ему простить, так это

издевательств надо мной в Академии в

течение почти что трёх лет.

Коварный

Принц не может быть прощён.

– Но

Вы всё же сделали это, да с таким

мастерством. Как будто после стихийного

бедствия. Должно быть, занятное было

зрелище, – сказал господин Юлий, скользя

взглядом по лицам павших дворян.

– Господин

Юлий! Какое горе… это серьёзное дело.

А-а… как же мне доложить о таком отцу…

– Умолкни,

Лео. Взгляни внимательно на лица тех,

кто тут лежит. Они выглядят так, будто

умоляли сохранить им жизнь и ничего

более, но их безжалостно растоптали

будто мелких сошек. А-а… должно быть,

стоящее было зрелище – видеть, как этих

дураков давят, как тараканов. И с какой

стати мне вообще было идти на бал, к

которому не питал и малейшего интереса,

если я всё равно пропустил такую

восхитительную сцену? По крайней мере,

позволь мне излить своё разочарование.

Господин

Юлий, Ваш и без того скверный характер

стал ещё хуже?

– Вы

в самом деле Первый Принц. У Вас дурной

вкус.

– Не

желаю слышать этого от Вас, Скарлетт. Я

к тому, что Вы наконец показали своё

истинное лицо. С тех самых пор, как мы

впервые заговорили, я только я ждал,

когда же Вы наконец пустите в ход свои

сжатые кулаки. Несправедливо давать им

волю в моё отсутствие. Я требую повтора.

· Похоже,

в разговоре со Скарлетт принц переходит

на нейтрально-вежливый стиль.

Указал

на меня господин Юлия с недовольным

видом.

«Несправедливо»?

Он что, ребёнок?

– Как

неблаговидно. Это был форс-мажор.

– Я

бы предпочёл увидеть всю историю

форс-мажорных обстоятельств, что привели

к избиению этих людей. Ведь она, несомненно,

была уморительна.

– Ну-у,

мне было по-своему приятно избивать

спасавшихся бегством вельмож.

– Вот,

о чём и речь. Потому я и сказал, что это

несправедливо. Вот же, пустая трата

времени. Тц.

– Господин

Юлий!

Брат

сверлил меня с господином Юлием взглядом

с лицом сродни дьявольскому.

Том

1. Глава 4.

Нет,

брат.

Разве

я не говорила Вам?

Если

и впредь будете так морщить своё лицо,

Ваша писаная красота пострадает.

– Кхм.

Ну-у, шутки в сторону. Скарлетт, как я

понимаю, всё это Ваших рук дело, –

прочистив горло, господин Юлий повернулся

ко мне с серьёзным выражением лица.

Наконец

перешёл к делу?

– Я

расспросил о произошедшем свин… нет,

дворянина, сбежавшегося через окно.

Посему позвольте задать вопрос. Почему

же Вы пошли на столь вопиющий поступок?

Раз

он всё слышал, то, полагаю, мне не придётся

объяснять обстоятельства расторжения

помолвки.

Этим

он избавил меня от множества хлопот.

И

вновь большое вам спасибо, боксёрские

груши.

– Эм-м…

Когда

я мельком глянула на лицо старшего

брата, тот кивнул, будто бы видел меня

насквозь.

Брат.

Я понимаю.

Такой

взгляд я получала всякий раз, как

допускала оплошность.

– Эти

люди совершили преступления, кои мне

самой произносить страшно. И вместо

того, чтобы проявить раскаяние, они

повели себя столь безрассудно и

неподобающе, что мне самой пришлось их

наказать…

– Хорошая

преамбула. А теперь попрошу изъясняться

более чётко и по делу.

– Я

разозлилась и избила их всех.

– А-а…!

– Пф-ф!

Старший

брат спрятал лицо в ладонях, а господин

Юлий не сдержался и дал волю смеху.

Оба

выказали реакцию, совершенно сбившую

меня с толку.

Я

сказала что-то настолько странное?

– Ха-а,

ха-а… просто не смог сдержаться. Твоя

сестра лучшая, Лео. Впервые вижу и слышу

о благородной леди вроде неё. Где и как

возможно воспитать юную леди, способную

обратить бал в кровавую баню?

– А-а,

репутация семьи теперь вновь пострадает…

А ведь последние десять лет была тишь

да гладь… ну и как мне объяснить всё

это отцу и матери…!

Кажется,

им очень весело.

Не

понимаю, с чего такой ажиотаж.

Такова

дружба юных джентльменов?

Я

немного ревную.

– Да

не волнуйся так. Скарлетт… обвинения

в преступлении… подобного…

– Но…

после… йла…

Ох.

Кажется, голоса доносятся будто издалека.

И, кажется, всё вокруг как-то потемнело…

– … летт?

Скарлетт…!

– Такая

потасовка… предел сил…

С

треском лопнувшие нити силы оставили

тело, и я так и рухнула.

Меня

обняли тёплые сильные руки старшего

брата.

Если

так подумать, в детстве он частенько

ругал меня за безрассудство, а под конец

так же нежно обнимал.

– Старший…

брат.

– Вот

же… не морщи так лоб. Просто отдохни

пока. Хорошо?

Я

кивнула и откинулась на него.

Не

думаю, что мне стоит и дальше так

полагаться на старшего брата в моём-то

возрасте, но.

Сегодня

я немного устала, так что не постесняюсь

на него опереться.

– Что

ж, остальное как и планировали… Сигурд.

– … Вас

понял. Как будет угодно, мой господин,

господин Юлий.

Прозвучал

знакомый голос, кой я точно где-то уже

слышала, но за сим моё сознание оборвалось.

Эпизод

3. Я не так быстро вступаю в бой

Пусть

и неожиданно, но позвольте мне рассказать

о своей младшей сестре.

Моя

младшая сестрёнка, Скарлетт Эль Вандимион,

до семи лет была демоном во плоти.

Проблема

была отнюдь не в скверном воспитании

или не лучшей среде.

Если

кратко, ей просто нравилось бить других.

И,

кстати, девичьей пощёчиной это язык не

повернётся назвать.

Она

награждала ударом кулака. Сильным

ударом. И непременно била по лицу.

Она

говорила: «Старший

брат, я не бью людей без разбору. На то

у меня есть веская причина».

Когда

же я спросил её, в чём же эта причина

заключалась, она ответила с широкой

улыбкой: «Всё

на благо мира и других людей».

Но,

дорогая сестра, твой брат прекрасно

осведомлён.

Всякий

раз, как сестрёнка била кого-то, она тихо

шептала: «Ха-а,

это было приятно».

Верно,

моя младшая сестра била по лицу других

людей во благо снятия стресса.

Как

ещё её можно назвать, если не демоном?

Вот

ведь прискорбно – для дочери Герцога

уж точно.

Не

говоря уже о том, что большинство избитых

составляли сыновья и дочери знатных

семей, а это не могло не тревожить.

Если

уж даже я волновался, то о душевных

терзаниях моих отца и матери и вовсе

говорить не стоит: они не идут ни в какое

сравнение с моими.

На

самом деле, в самые худшие времена наша

семья получала не менее одной яростной

жалобы в неделю, вроде: «На

моего ребёнка варварски напала Принцесса

Бешеный Пёс семьи Вандимион!».

Продолжайся

всё так и впредь, и, пускай сестрёнка и

была единственной дочерью нашей семьи,

её точно бы сослали в монастырь – такой

исход не вызвал бы удивления.

Но,

что было хуже всего, моя младшая сестра

была идеальна во всех отношениях за

вычетом поведения.

Этикет,

танцы, манеры леди.

Сестрёнка

овладела навыками, что были насущны

всякой благородной леди, раньше других

детей её возраста.

А

вкупе с прекрасной внешностью, кою

описывали не иначе как «прекрасная

роза изо льда»,

Скарлетт и по сей день считалась талантом,

признанным всем светским обществом

даже несмотря на некоторые нелицеприятные

моменты.

Посему,

сколько бы неприятностей она ни

доставляла, сестру ещё ни разу не

наказывали по всей строгости, а её

помолвка со Вторым Принцем, господином

Кайлом, так и не была расторгнута.

Ибо

не было ни одной другой леди, что была

бы талантливее сестры и имела более

высокое семейное положение.

Что,

тем не менее, не значило, что на её

проступки можно было с лёгкостью закрыть

глаза. Я ругал её всякий раз, как она

создавала проблемы, но была причина, по

которой я не мог выплеснуть на неё

злость, хоть и был недоволен.

Когда

сестру порицали за то, что она кого-то

ударила, некто обязательно бы выступил

со словами: «Прошу

Вас, не вините сию добросердечную

девочку. Леди впала в праведный гнев

ради меня и потому ударила его кулаком».

На

её сторону вставали люди разного

социального статуса – от простолюдинов

до аристократов, – но все они, казалось,

проявляли искреннюю заботу о моей

младшенькой и уважали её.

Да,

мою расчётливую младшую сестру.

Она

всегда избирала на роль жертвы тех, кто

заслуживал получить возмездие, на них

и нападая.

Потому

и давали о себе знать те, кто так рьяно

вставал на её защиту.

Может,

как дочь благородного происхождения

она и поступала неправильно, но её

поступок был справедлив чисто

по-человечески.

Потому

нельзя было ругать её просто так, без

задней мысли.

Но,

дорогая сестрёнка.

Твоего

брата никогда не провести.

Я

единственный, кому доподлинно известно,

что на самом деле ты даже не задумывалась

над помощью людям, ты била лишь ради

того, чтобы выплеснуть собственное

негодование…!

◆　◆　◆

– … не

спится.

Когда

я вновь открыла глаза, то уже лежала в

кровати.

Сквозь

занавески пробивался мягкий солнечный

свет, и я неволей сощурилась от его

бликов.

Но

имела место и другая причина, по вине

которой чувствовала я себя неуютно.

Я

спала, лёжа на спине, а поверх меня

взгромоздился ещё кто-то.

Я

наслаждалась мирной дрёмой, гадая, засну

ли вновь, иль мне всё же придётся

пробудиться.

Кто

или что вознамерилось помешать моему

сну?

– А

Вы, мадмуазель?

– …!

Стоило

мне задать вопрос сидевшей на мне леди,

и наши взгляды пересеклись.

Чёрные

волосы – редкость в нашей стране – и

миниатюрное тело, что ростом было,

вероятно, ниже меня.

Видя,

что на ней форма горничной, я не могу не

задаться вопросом, не наша ли это

горничная.

Интересно,

быть может, она пришла меня проведать

из беспокойства, что я не выказывала

признаков скорого пробуждения?

Ой,

но странно-то как. Почему-то сия горничная

сжимала обеими руками рукоять ножа.

Она

что же, решила почистить мне яблоко?

Брови

её были сдвинуты, а выражение лица –

напряжено, и наконец незнакомка открыла

рот.

– Скарлетт,

готовься к сме…! – горничная занесла

нож и вознамерилась ударить им меня в

грудь…

– Эй,

а не опасно ли вот так наставлять на

кого-то нож?

– Гья-я!?

Но,

прежде, чем успела его вонзить, горничная

получила от меня удар по лицу, от которого

отлетела и впечаталась в стену.

– Ох,

прошу простить, рука соскользнула.

Я

просто рефлекторно выставила руку.

Не

припоминаю, чтобы делала что-то такое,

что вызвало бы в этой горничной жажду

оборвать мою жизнь… ну-у, то была

самооборона, а потому прошу меня простить.

Но

на этом всё. Можно ли считать это

последствием избиения стольких

аристократов?

Избиение

обычного мяса не слишком-то воодушевляет.

Как-никак,

если уж кого и бить, то скорей пузатого

дворянина.

– Что

за!? Грохот такой, будто человека

раздавили! Скарлетт! Всё в порядке!?

Скар…! – в комнату ворвался побелевший

со страху старший брат Лео.

Но

после завидел меня с вытянутым кулаком

и торчавшую из стены бессознательную

горничную, закрыл глаза и медленно

спрятал лицо в ладонях.

– … Ты

столько времени отказывалась просыпаться,

а как проснулась, первым делом сделала

это?

– Доброе

утро, брат Лео.

Я

потянулась и поднялась с кровати.

Быть

может, всему виной то, сколько сил я

потратила на балу. Но каждый сустав в

моём теле отдавался слабой болью.

Присмотревшись,

я осознала, что мой кулак был перевязан

бинтами, а сама я была в неглиже.

· Negligee

или неглиже, от французского négligé, что

буквально означает "пренебрежение",

- вид женской одежды, состоящий из

лёгкого, обычно длинного пеньюара. Это

разновидность ночной рубашки,

предназначенной для ношения ночью и в

спальне. Впервые она появилась во

Франции в XVIII веке, где имитировала

тяжелый стиль дневных женских платьев

того времени. К 1920-м годам она стала

имитировать женские атласные однослойные

вечерние платья того времени.

А

это, похоже, главная резиденция во

владениях Герцога Вандимион.

Мой

брат, должно быть, отнёс меня в комнату

в нашем родовом доме после того, как я

лишилась сознания на балу.

Дорога

из королевской столицы, где имел место

бал, до Герцогства, занимала где-то два

дня верхом на лошади, либо три дня на

карете. Что значит…

– После

того, как упала в обморок на балу, ты

целых три дня была прикована к постели.

– Ну

и ну. Долго же я спала. Неудивительно…

Значит,

такова причина отсутствия заряда

бодрости после нанесения удара той

девушке?

Без

должной тренировки всё тщетно.

Если

сила удара ослабнет на треть, мне будет

не по плечу ударить со всей мощи, когда

время придёт.

– Даже

когда обратился к доктору, тот не смог

найти причину, и я думал, ты больше

никогда не очнёшься, дурочка…! – сказав

это, старший брат взял меня за руку

дрожащими пальцами.

Вы

слишком остро реагируете… хотела бы я

так сказать, да не могу.

Пусть

обстоятельства требовали, но правда в

том, что я заставила старшего брата

поволноваться.

– Простите.

– Пусть

и сказала так, в следующий раз всё равно

поступишь также безрассудно, верно? Ты

невоспитанная младшая сестра, знаешь?

– Я

не желала вызывать у Вас беспокойства,

старший брат. Ныне я сожалею о своём

неразумном поведении. Прошу прощения,

старший брат.

– Вот

как… можешь тогда поклясться, что больше

никого не ударишь…

– Это

невозможно.

– Не

прерывай меня посреди речи мгновенным

отказом!

Ху-ху,

о брат мой. Вы так ко мне снисходительны.

До

сих пор плачете из-за второго имени,

коим Вас одарили достопочтенные леди

на вечернем приёме, «Хладнокровный

Лорд»?

Но

именно таким я Вас и люблю.

– Больше

никогда не допущу твоего присутствия

на балу! Ясно?!

– Но

старший брат. Если не смогу ходить на

приёмы, как мне тогда найти жениха?

А-а,

раз уж зашла об этом речь, как разрешился

вопрос разрыва моей с господином Кайлом

помолвки?

Кроме

того, оставим в стороне господина Кайла,

я избила немало людей, совершенно не

задумываясь о последствиях. Было бы

ложью сказать, что меня совсем не волнует

произошедшее с ними после.

В

этот момент в оставленной настежь

открытой двери появился господин Юлий.

– Похоже,

Спящая Красавица наконец-то открыла

глазки. Уверен, Вас терзают мысли по

поводу бала. С радостью расскажу Вам

всё, но… – господин Юлий перевёл взгляд

на застрявшую в стене горничную, чьё

тело по-прежнему билось в конвульсиях,

и с серьёзным видом продолжил. – Слушай,

Лео. Комната твоей сестры украшена

довольно-таки авангардными произведениями

искусства. Новое течение моды среди

юных леди?

– Эй,

кто-нибудь… вытащите эту горничную из

стены.

С

этими словами старший брат схватился

за голову, в то время как плечи господина

Юлия стали подрагивать.

Над

чем он смеётся? Сейчас стукну.

После

этого я переоделась в свой обычный

повседневный наряд и переместилась в

гостевую, где села напротив господина

Юлия и моего брата.

Время

уже перевалило за полдень.

На

столе стояли выставленные дворецким

чайник и чашки.

Наблюдая

за ними двумя, ведущими светскую беседу,

я сделала глоток чая.

По

вине долгого сна моё тело было полностью

лишено воды, поэтому даже обычный чёрный

чай ныне казался вкуснее прежнего.

– … Итак,

с чего бы начать? – сказал господин Юлий

со своим неизменно спокойным выражением

лица, сцепив пальцы в замок на коленях.

– Что

ж. Прежде всего, не могли бы Вы поведать

мне касательно моей расторгнутой

помолвки?

На

мой вопрос господин Юлий кивнул, достал

письмо с королевским гербом и положил

его на стол.

– Королевская

семья дала официальное согласие на

расторжение помолвки между Кайлом фон

Палистан и Скарлетт Эль Вандимион. Вот

письменный документ. Разумеется, Его

Превосходительство Герцог Вандимион,

Ваш отец, уже дал своё одобрение.

– Вот…

как.

– За

эти десять лет мой глупый младший братец

доставил Вам немало хлопот. Прошу

прощения за причинённые неудобства и

благодарю за тяжкий труд.

– … Нет.

Хоть

я и искренне рада это слышать.

Но

для дочери благородной семьи такой

расклад впору назвать роковым, полагаю?

Знать,

которой больше всего на свете претят

скандалы, определённо не оценит идею

женить своих юношей на так называемой

бракованной леди, чью помолвку уже

единожды расторгли.

Кроме

того, есть ещё одна вещь, взывающая у

меня беспокойство.

Единственная

дочь знатной семьи всегда рассматривалась

в качестве инструмента политических

браков. Именно поэтому отец настоял на

моей помолвке с членом Королевской

семьи. И несмотря на это…

– Знаю,

о чём Вы думаете. Не сомневаюсь, Вас

терзает вопрос о том, по какой причине

Герцог Вандимион, одержимый Вашей с

Кайлом помолвкой, так легко отступил.

– Ну-у,

это тоже.

– Большая

часть фракции Второго Принца изначально

была под подозрением в совершении

различных преступлений, включая

незаконное владение рабами и их торговлей,

так что мы тоже держали их под надзором.

Прежде всего, именно из страха за свои

интересы они и решили принять участие

в спектакле Кайла. Небось опасались,

что, едва Вы официально станете Королевой,

всех их подвергнут чистке. Полнейшая

глупость. Мы решили воспользоваться

случаем и махом расправиться со всеми

ними. Отец – и то схватился за голову.

Как же глупо. Более того, он принёс Вам

свои извинения. Просил прощения за все

неприятности, что Вам довелось снести

по вине его глупого сына.

Ой,

как любезно с Вашей стороны, Ваше

Величество.

Что

же касается меня, то я от души выплеснула

всё своё недовольство, а потому скорее

выражу признательность за предоставленную

возможность.

– Кайл

уже лишён права наследования. Великодушие

отца уберегло его от казни, но отныне

ему уготовано жить в заточении в отдельном

дворце. Потому расторжение Вашей с ним

помолвки… звучит как-то не очень к

месту. Не было иного выхода, кроме как

расторгнуть её. На данный момент это

всё.

Соболезную

Вашей утрате, господин Кайл.

Пускай

мы вряд ли однажды свидимся вновь, но,

прошу, проведите остаток своей жизни в

мире и покое.

– Что

же насчёт меня, пусть всё и сложилась

так, как я того желала, но всё ли в порядке?

Надеюсь, мне не приписали вину за

случившееся.

– Разве

Вас есть за что винить? Все они получили

то, что заслуживают. Насущным вопросом

на данный момент является восстановление

отношений с семьёй Герцога Вандимион.

Тем более, что Ваша ценность для нашей

страны попросту несоизмерима. Пускай

Вы и стали свободной леди, мы не можем

допустить, чтобы Вы вошли в слабую

аристократическую семью, не говоря уже

о браке с представителями благородной

крови другой страны. Воистину, брат мой,

ты совершил ужасный проступок. Хотя

сохранение Вашей связи с королевской

семьёй было единственной причиной

существования того некомпетентного

убожества, – господин Юлий сдвинул

брови и раздражённо прищёлкнул языком.

Видя его в таком настроении, я не смогла

удержаться от самой собой возникшей на

моём лице улыбки.

Ой,

нехорошо-то как. Никогда бы не подумала,

что мне будет доставлять удовольствие

лицезреть людей в момент негодования.

– А

Вы высоко оценили, как погляжу? Я про

мою персону.

– Что

за улыбку на Вашем лице я вижу? Это

естественно. Потеря глупого брата не

причинила мне и толики боли, но потери

Вас нужно было избежать любой ценой.

– …?

– старший брат уставился на господина

Юлия с нескрываемым подозрением.

А-а,

должно быть, старший брат имел поверхностное

представление о происходящем.

Думаю,

он знал лишь о том, что наша с господином

Кайлом помолвка была направлена на

укрепление связи между Герцогской и

Королевской семьями для формирования

ещё более прочной структуры на благо

страны.

Вот

только на самом деле ситуация была

несколько иной.

Хотела

бы я поведать обо всей подноготной

старшему брату, но… я не имею права на

решение сего вопроса в одностороннем

порядке. Буду рада, если отец или господин

Юлий расскажут обо всём сами.

Ну-у,

придёт день, когда я смогу раскрыть Вам

всю правду, дорогой брат.

– Не

стоит беспокойства, я сомневаюсь, что

найдётся благородный дом, что примет

меня после расторжения помолки на глазах

у всего светского общества и даже

провоцирования насильственного

инцидента.

– Жаль,

но пока ситуация в стране не стабилизируется,

придётся Вам остаться незамужней…

что-о такое, незачем быть такой

пессимисткой, хорошо? Ваше женское

счастье настигнет Вас ещё очень и очень

нескоро, но взамен вы обрели кое-что

иное, с трудом заполученное.

– Да?

Лыбь,

– господин Юлий скривил губы в ухмылке.

А,

такое лицо у него было всякий раз, как

он собирался сказать что-то грубое.

С

тем же выражением он выявлял нелицеприятные

сторон других, и с ним же пытался вывести

меня из себя на экзаменах.

Всякий

раз, как я заставала его с такой миной

на лице, я пробивала дыру в стене моей

комнаты в общежитии.

– Ваше

великолепное деяние стало достоянием

городской общественности. Отныне весь

город слагает легенды о Вас – героине,

что одними кулаками устроила кровавую

бойню коррумпированным аристократам,

обогащавшим собственные карманы за

чужой счёт. Ваш одинокий, залитый кровью

образ был так прекрасен, и вместе с тем

– ужасен, что одарил Вас прозвищем

«Кровавая Принцесса». Слухи, полагаю,

распустили присутствовавшие в то время

дворяне и слуги, и не входившие во фракцию

Второго Принца. Слава Вам, народная

героиня, многоуважаемая Кровавая

Принцесса госпожа Скарлетт.

· Если

смотреть как в оригинале, то в данном

случае она 鮮血姫(senketsu

hime), где первое слово переводится как

«свежая кровь».

Ещё

не успел господин Юлий закончить, а

старший брат спрятал лицо в ладонях и

обратил свой взор к небу.

О,

брат мой, Вы так счастливы, что мои добрые

дела были оценены по достоинству, что

не смогли сдержать слёз?

– А-а…!

Только-только все позабыли о тревожном

псевдониме «Принцесса Бешеный Пёс»,

как моей сестрёнке успели дать новый…!

А теперь он ещё и на весь город разошёлся…!

Что мне сказать отцу…!

Смешки

господина Юлия и сетования старшего

брата эхом разнеслись по всей гостиной.

Раз

слухи разошлись по всему городу, то,

полагаю, и мои друзья из Академии прознали

о происходящем.

Наверняка

теперь места себе не находят от

беспокойства. Нужно будет в следующий

раз объясниться как следует.

Ну-у,

отныне я смогу проводить с ними столько

времени, сколько пожелаю. Будучи невестой

господина Кайла, я и представить себе

не могла, что такой день однажды настанет.

Как

я всё-таки рада, что избила их всех.

Отныне

и впредь я более не буду сдерживаться

и стану пускать в ход кулаки всякий раз,

как выйду из себя.

– Что

ж, теперь в нашей стране станет неспокойно.

Как-никак, инцидент на балу привёл к

резкому раскрытию преступлений

высокопоставленных вельмож. Некоторые

из них являлись важными фигурами, что

принимали участие в регулярных заседаниях

парламента, определявших политику

страны. Многих сотрудников пришлось

сменить. И… – глотнув чаю, господин

Юлий с серьёзным видом открыл рот. – В

то же время нужно будет любой ценой

добиться наказания премьер-министра…

Годвина Бене Кармина, что и организовал

всех идиотов из фракции Второго Принца.

Подобное потребует немалых усилие.

Господин

Годвин Бене Кармин.

Мне

довелось лишь раз увидеть его в королевском

дворце.

Пронзительный

взгляд, острый нос и выступающий

подбородок – так выглядел сей уважаемый

человек. Несмотря на впалые щёки, тот

мужчина был обладателем пухлого мясистого

живота, что так и напрашивался на хороший

удар моего кулака.

Помню,

когда я вежливо его поприветствовала,

он сверху донизу смерил меня таким

взглядом, будто облизывал.

– Вельможи

из фракции Второго Принца – сплошь

снобы, все они жаждут подорвать авторитет

других, извлекая выгоду лишь для себя

любимых. Чтобы такие люди вступили в

сговор и систематически продвигали

Кайла в Короли? Это не может не вызывать

вопросов.

Том

1. Глава 5.

Вслед

за господином Юлием заговорил старший

брат Лео.

– Его

Величество Король и господин Юлий

считают, что за фракцией Второй Принца

должен стоять некто, обладающий

достаточной силой, чтобы сплотить всех…

иными словами, некий вдохновитель.

Поэтому мы потратили время на расследование

и разработку плана по очистке королевского

двора от коррумпированных чиновников.

– Для

осуществления сего плана Лео в настоящее

время работает главой Тайного следственного

управления королевского дворца. Но эта

организация была создана мной и моим

отцом несколько лет назад. Признаться,

её создание пока ещё не получило у

парламента одобрения. Пройдёт ещё

какое-то время, прежде чем мы сможем

сделать публичное заявление, посему

прошу пока что сохранить всё услышанное

в тайне.

Понятно.

Старший брат говорил лишь о том, что

работает при королевском дворе в качестве

помощника отца. Думаю, именно поэтому

он и не стал конкретизировать, в чём

именно заключалась его работа. Кроме

того…

– Так

причина, по которой лицо старшего брата

казалось мне мрачнее обычного, заключалась

в его неизменном нахождении подле Вас,

господин Юлий. Теперь это имеет смысл.

– Эй,

попрошу без гадких домыслов. Я придираюсь

к Лео лишь когда того обстоятельства

требуют. Не по Вашей ли вине Лео постоянно

мрачен? Порой я сам неволей задавался

вопросом, не учудили ли Вы чего, Скарлетт.

– Не

могу не терзаться вопросом, к чему было

сказанное. Старший брат беспокоился

лишь о том, что в стенах общежития

Академии мне может быть одиноко. Уму

непостижимо, что многоуважаемый Принц

нашей страны осмелился бросаться

позорными лживыми обвинениями. Вы

согласны со мной, брат?

– Скажи

честно, Лео. Кто виноват в твоей

нескончаемой душевной боли, по вине

которой пришлось попросить королевского

аптекаря прописать тебе лекарство от

желудка? Ради всего святого, не будь к

ней слишком мягок только потому, что

речь о твоей сестре.

– Оба

виноваты… – и вновь брат спрятал лицо

в ладонях.

И

всё-таки, я не могу избавиться от

беспокойства.

Нужно

что-то предпринять, дабы разлучить

господина Юлия с моим братом.

– Как

бы то ни было, мне любопытно, зачем это

сдалось уважаемому премьер-министру.

Мне казалось, сам господин Кайл повинен

в подстрекательстве своей фракции.

– Этим

дураком воспользовались, как простым

знаменем. Может, имея на своей стороне

деньги и власть, ему бы и удалось на

время склонить их на свою сторону, но

вскоре он бы потерял над ними контроль,

и фракция распалась бы сама собой. Потому

что он идиот.

Как

безжалостно, господин Юлий.

Хотя

в том, что он идиот, я всецело с Вами

соглашусь.

– Мы

внедрили одного человека из следственного

управления во фракцию Второго Принца,

чтобы разузнать о её внутреннем

устройстве. Сейчас представлю его Вам.

Хотя Вы, скорее всего, уже знакомы.

– И

кто это может…

Бах,

– дверь с грохотом распахнулась, и в

гостевую вошёл джентльмен в форме

ордена.

– Сигурд

Форгрейв. Сын сэра Бальмунка, командира

ордена рыцарей.

– Госпожа

Скарлетт, рад видеть Вас в добром здравии.

– А-а…

вы.

Им

оказался господин Сигурд, один из свиты

господина Кайла, ни на шаг не отходивший

от него в Академии.

Меня

всё снедало любопытство, по какой причине

столь серьёзный и прямолинейный человек

находился подле господина Кайла. Так

он, выходит, был шпионом фракции Первого

Принца?

– Внешне

Сигурд действовал как одноклассник

Кайла и его телохранитель. Лишь благодаря

его вкладу мы выяснили, что именно

премьер-министр из-за кулис организовывал

знать.

– Премного

благодарен, Ваше Высочество, – поклонившись

господину Юлию, господин Сигурд повернулся

ко мне.

Стоило

нашим взглядам встретиться, и его

фиолетовы глаза слегка дрогнули, после

чего молодой человек неловко отвёл

взгляд.

– Мне

нет прощения за произошедшее… пускай

того требовала миссия, я не раз вёл себя

грубо по отношению к Вам, госпожа

Скарлетт, в Академии.

А-а,

так вот что его беспокоит.

Сам

господин Сигурд никакого вреда мне не

причинил, а потому меня подобное

совершенно не волновало… но при виде

него, изо всех сил пытавшегося загладить

передо мной вину, я не смогла удержаться

и не подразнить его немного.

– Ху-ху.

Ваша игра впечатлила меня до глубины

души. Мне казалось, господин Сигурд

поклялся господину Кайлу в абсолютной

и нерушимой верности. Уважаемый рыцарь,

Ваш актёрский талант просто поражает

воображение, не находите?

– Я-я

искренне сожалею…

– Эй,

сестрёнка. Из-за миссии у него не было

иного выбора, кроме как поступать так.

Не мучай его так, – рассердился на меня

старший брат.

Однако

моё восхищение было неподдельным.

Когда

я пожала плечами, господин Юлий вздёрнул

уголки губ и не без веселья произнёс:

– Кху-ху.

Что такое, неужели леди по-прежнему таит

обиду из-за дурного обращения, которому

он подверг её, пока сопровождал Кайла?

Раз так, то почему бы тебе не загладить

вину здесь и сейчас? Даю особое разрешение.

– Господин

Юлий!? Пожалуйста, не говорите таких

вещей! Сестра же воспримет их всерьёз!

– Ой,

значит, не возражаете, если ударю? – без

колебаний отозвалась я, и брат резко

повернул голову в мою сторону.

– Скарлетт!?

Прекрати! Не воспринимай чушь Его

Высочества всерьёз! – попытался было

вмешаться брат, видя, как я засучила

рукава.

Обижаете,

старший брат. Это всего лишь невинная

шутка.

– Прошу

Вас. Ударьте так сильно, как только

сможете, – господин же Сигурд, наоборот,

встал напротив и подставил щеку.

На

сей раз лицо брата обратилось к господину

Сигурду. Такой беспокойный.

– Сигурд!?

Господин Юлий просто плохо пошутил! Не

принимай за чистую монету!

– Нет.

Если так пойдёт и дальше, мне не избавиться

от чувства вины. Я был свидетелем тому,

как господин Кайл подвергал гонениям

госпожу Скарлетт в Академии, и молча

закрывал на это глаза. Я не собираюсь

оправдываться долгом и миссией. Я приму

Ваш кулак с распростёртыми объятиями,

– господин Сигурд не сводил с меня

пронзительного взгляда. – Я готов.

Это

должна была быть всего лишь шутка, но я

передумала.

– Дурачина…

ребята, вы серьёзно?

– Не

стоит беспокойства. Вперёд, госпожа

Скарлетт.

Видя,

что решимость господина Сигурда была

неподдельной, старший брат глубоко

вздохнул и отступил назад.

Сделав

шаг вперёд, я занесла кулак.

– Ладно,

приступим. Сожмите зубы.

– …

Его

лицо напряглось, и я ударила того кулаком…

с силой ровно настолько, чтобы лишь

коснуться щеки.

– Да,

теперь всё.

– … Ха?

– господин Сигурд разинул рот.

Ху-ху,

полагаю, он удивлён.

Неужто

он в самом деле решил, что я буду его

бить?

Ну

и ну, я же всё ещё семнадцатилетняя

незамужняя леди, знаете ли.

– Вы

ведь помните, как меня в Академии

преследовал не только господин Кайл,

но и его свита? Вы были тем, кто всегда

говорил: «Никто,

кроме господина Кайла, не имеет права

и пальцем тронуть эту леди»,

и вынуждали их уйти, не так ли?

Оглядываясь

назад, думаю, таков был его способ

искупить передо мной грехи.

– Н-но!

Это естественно для рыцаря! К тому же,

речь не об этом…

– Посему

я не стала церемониться и позволила Вам

возместить причинённый ущерб. С этим

ударом моя обида полностью сошла на

нет. …Неужели этого мало?

– …

Когда

я склонила голову в безмолвном вопросе,

господин Сигурд прикрыл лицо ладонью

и опустил голову.

Интересно,

что это с ним?

Неужто

тот удар рот ему поранил…?

– … Госпожа

Скарлетт. Если таково Ваше желание, так

тому и быть, – повернулся ко мне господин

Сигурд и решительно заговорил, правда,

щёки слегка заалели.

На

мой вопрос: «Вы

в порядке? Сильно болит?»

Сигурд ответил неестественно громко:

«В

полном!».

При

виде сего господин Юлий не удержался

от смеха, а брат скорчил недовольное

выражение.

Не

имея понятия, по какой причине они так

среагировали, я лишь ниже склонила

голову.

Мир

джентльменов полнится вещами, что мне

непостижимы.

После

этого господин Сигурд поведал мне о

передвижениях фракции Второго Принца,

кои видел лично и о коих слышал во время

своего проникновения.

– Я

немного устала, могу я покинуть Вас? –

сказала я, получив большую часть

информации, и мой брат изменился в лице.

– А-а.

Ты же только недавно оправилась от

болезни. Пожалуйста, ступай к себе и

хорошенько отдохни.

– Благодарю

за беспокойство, старший брат Лео. В

таком случае, позвольте откланяться.

– Мгм.

Спасибо за тяжкий труд, Скарлетт.

– Пожалуйста,

берегите себя, госпожа Скарлетт.

Распрощавшись

с ними тремя, я покинула гостевую с

довольной улыбкой на устах.

Мне

довелось услышать о произошедшем после

бала, благодаря чему я выяснила пару

любопытных моментов.

Я

и не подозревала, что вдохновителем

всего был премьер-министр.

По

словам господина Сигурда, пока неясно,

принимал ли он в разрыве помолвки

непосредственное участие. Однако я

слышала, что причиной столь высокомерному

поведению господина Кайла был

премьер-министр, с самого детства и по

сей день внушавший тому, как себя вести.

По-видимому,

он пытался взять верх над дураком

господином Кайлом, и в конечном итоге

управлять страной из-за кулис.

Как

ни погляди, а он зло, заслуживающее

наказание, верно?

Более

того, он использовал свои положение и

власть, дабы пресечь любые расследования

в отношении своих злодеяний и не позволить

Тайному следственному управлению при

королевском дворце получить какие-либо

убедительные доказательства.

Что

за ужасающий хитрец!

… Ну-у,

это пока что отложим в сторонку.

Даже

если премьер-министр, что являлся

воплощением зла, в результате некого

несчастного случая получит необоснованную

взбучку, всё равно удастся впоследствии

это компенсировать, так или иначе.

Разве

не прекрасная возможность выплеснуть

весь накопившийся во мне гнев?

Прежде

всего, если бы не излишнее вмешательство

господина Годвина, господин Кайл бы не

вырос столь заносчивым, а мне бы не

пришлось так сильно страдать, верно?

Что

значит, настоящий враг, заслуживающий

моего наказания, не есть господин Кайл,

но господин Годвин, не так ли?

Я

более не в силах терпеть.

Ради

мира и всего человечества.

Я

обязана взять на себя ответственность

и своими собственными руками принести

возмездие порочному премьер-министру.

– Сервантес.

Сервантес, ты здесь?

Я

достала из платья колокольчик позвать

дворецкого, и стоило лишь позвонить в

него и повысить голос, как явил себя

седовласый мужчина в костюме дворецкого

и почтительно склонил голову.

– Да,

миледи. Чем могу Вам служить?

Сервантес,

главный дворецкий.

Пускай

ему было уже за пятьдесят, он по-прежнему

был высок и худощав. Он самое доверенное

лицо среди слуг в семье Герцога Вандимион.

– Что

с напавшей на меня горничной?

– Её

связали и ныне удерживают в сарае.

Полагаю, она уже должна была прийти в

сознание.

Пока

я разговаривала со старшим братом и

господином Юлием, меня посетила мысль.

Я

о том, что моя жизнь оказалась под угрозой

как раз в тот самый момент, когда многие

высокопоставленные вельможи из фракции

Второго Принца оказались схвачены.

Дружки

арестованных наняли убийцу из гнева,

или же суть в чём-то другом?

Как

бы там ни было, всё сложилось слишком

уж удачно, дабы счесть простым совпадением.

У

меня нет иного выбора, кроме как провести

его – допрос.

Хотела

бы хотя бы раз провести его – допрос.

– Благодарю

за усердие. Я пойду поговорю с этой

горничной. Но, пожалуйста, сохрани это

втайне от старшего брата и наших гостей.

– Как

пожелаете, миледи.

Я

помахала поклонившемуся мне Сервантесу

и уж было собралась направиться в сарай,

служивший кладовой, как позади донёсся

быстрый топот.

– Это!

Леди Скарлетт!

Когда

я обернулась, взору предстала запыхавшаяся

горничная, стоявшая с взволнованным

лицом.

Она

низко поклонилась, после чего подняла

голову и выпалила, будто бы плотину

прорвало.

– Это

правда? Чтобы Нанака охотилась за жизнью

миледи… мне просто не верится. Такая

хорошая девочка, настолько преданная

своему делу, и пошла на столь вопиющее

деяние, это просто…

– Нанака?

– переспросила я, и стоявший рядом

Сервантес открыл рот.

– Миледи,

так зовут черноволосую служанку, которую

держат под стражей в сарае.

А-а,

так её зовут Нанака?

Помимо

чёрных волос, даже имя звучит необычно.

Сей ребёнок родом из какого-то чуждого

нам племени?

– Нанака

необщительная и кажется недружелюбной…

но просто потому, что не умеет выражать

свои эмоции, на самом деле же она хорошая

девочка и всегда заботится о других! Я

неуклюжая, часто оступаюсь на работе.

И когда я ошибалась, Нанака всегда меня

подбадривала и тайком поддерживала

из-за спины…

Насколько

я могу судить по её отчаянным попыткам

защитить ту горничную, её, по-видимому,

очень любили коллеги.

Не

знаю, стоит ли так относиться к позарившейся

на мою жизнь убийце, но, возможно, она

не так уж и плоха.

Тогда,

на кровати, когда мы встретились

взглядами, на её лице проступило виноватое

выражение – или мне так показалось.

– Сервантес.

Что за горничной была эта Нанака?

– Девушка

другой расы, около трёх месяцев назад

её прислала нам почтенная Ассоциация

горничных, получившая звание поставщика

двора Его Королевского Величества. Она

была недружелюбна и немного неуклюжа

в общении, но работу выполняла добросовестно

и быстро, и, похоже, успела завоевать

доверие господина.

· Королевские

ордера выдавались на протяжении многих

веков тем, кто поставлял товары или

услуги королевскому двору или определенным

королевским особам. Ордер позволяет

поставщику рекламировать тот факт, что

он поставляет товары и услуги королевской

семье, что придает ему престиж. Королевские

семьи нескольких стран, в том числе

Великобритании, Нидерландов, Бельгии,

Таиланда, Дании и Швеции, разрешали

торговцам рекламировать королевское

покровительство. Британские торговцы

и ремесленники стремились служить

государству и короне, за что и удостаивались

звания "Поставщик двора Его (Ее)

Королевского Величества"

– Если

отбросить объективную оценку, какая с

твоей – главного дворецкого с большим

стажем – точки зрения Нанака?

– … Это,

– обеспокоенно пробормотал Сервантес,

сдвинув брови.

Подобная

реакция была совершенно ему несвойственна.

– Не

стесняйся. Вырази своё честное мнение.

– В

прошлом мне довелось справиться с

несколькими убийцами, намеревавшимися

лишить жизни миледи, юного господина

Леонардо и главу семьи… но эта горничная

совсем не похожа на них. Хотя, если

учесть, что умение водить людей за нос

и располагать их к себе – также необходимый

убийце навык, всё обретает смысл. За

столь короткий период времени она

слишком хорошо узнала дом.

Ясно,

понятно.

Кажется,

я разгадала, кто эта горничная.

Осталось

только встретиться с ней лично и узнать

наверняка.

Горничная

в отчаянии взмолилась:

– Даже

если Нанака всерьёз нацелилась на жизнь

миледи! Уверена, были обстоятельства,

вынудившие её так поступить! Она наверняка

пошла на это ради спасения больной

сестры, или же ей угрожали… поэтому,

молю, смилуйтесь над Нанакой! Очень Вас

прошу! Миледи!

– Не

заходи слишком далеко. Какими бы ни были

обстоятельства, нельзя вот так просто

простить человека, покусившегося на

жизнь миледи. И даже если миледи проявит

снисхождение, ни молодой господин

Леонардо, ни глава семьи её не простят.

Лучше откажись от Нанаки.

– Но

главный дворецкий…!

Я

улыбнулась им, вступившим в спор, и

спокойно произнесла:

– Не

о чём переживать. Старший брат и наш

гость видели лишь как она застряла в

стене. Мы с вами единственные, кто знает,

что она убийца. Выдавать её под суд я не

собираюсь. Я лишь хочу услышать правду

о том, кто стоит за покушением.

Ну-у,

по сути, я лишь хочу проверить свои

догадки.

– Пойду

одна. Прошу никого больше не подпускать

к амбару.

– Знаю,

что с Вами, юная леди, вряд ли что-то

может случиться, но прошу не забывать

об осторожности.

– Миледи,

молю Вас, позаботьтесь о Нанаке, очень

Вас прошу…!

Проводив

прислугу, я без лишних раздумий направилась

дальше и добралась до складского сарая,

расположившегося во флигеле.

· Фли́гель

— вспомогательная пристройка к жилому

или нежилому дому, а также отдельно

стоящая второстепенная постройка.

Стоило

отпереть дверь, и в мрачное помещение

хлынул солнечный свет.

Полки

и мебель аккуратно выстроены рядами, в

воздухе и пылинки не витает – вероятно,

благодаря регулярной уборке. Внутри

поддерживалась чистота, совершенно

нехарактерная для амбара.

И

где же наша горничная-сорванец?

– Ох…?

Пройдя

в дальнюю часть помещения, я обнаружила

лежавшие на полу униформу горничной и

верёвку.

Напрасные

попытки, так легко от меня не ускользнуть.

– Гар-р!

В

сей же миг. Вдруг раздался звериный рёв,

и из тени на меня прыгнуло нечто чёрное,

как смоль.

– Сидеть.

– Кьян!?

Бух,

– последовал тупой стук, и в руку отдался

удар о плоть.

Я

отбила ударом ребром ладони прыгнувшее

на меня нечто.

Зря

ты так. Мало того, что голос подала, так

ещё и рвавшееся наружу убийственное

намерение скрыть не потрудилась.

Всё

равно что напрашивалась на мой удар.

– Сервантес

должен был наставлять тебя. Став горничной

нашего дома, ты должна не терять

самообладание, не говорить попусту,

передвигаться бесшумно, и…

Я

склонилась и взглянула на неё, сбитую

с ног.

Чёрная,

как смоль, шевелюра, сливавшаяся с

темнотой.

Красивые

янтарные глаза, обладающие превосходным

зрением даже в темноте.

Размеры

тела примерно как у охотничьей гончей.

– … быть

той, кто всегда оправдает ожидания

господ. Помнишь? Зверочеловек Нанака.

Зверолюди.

Получеловеческая

раса с чёрными волосами, янтарными

глазами и способностью обращаться в

волка.

Помимо

людей, на континенте Романсия также

проживало и множестве других подвидов,

скажем, лесные эльфы и гномы-угольщики.

Среди

них зверолюди являются видом

немногочисленным и проживают в уединении

в глубинах лесов, избегая людского

взора.

Я

и сама впервые вижу их представителя.

Если

бы не брошенная форма горничной, приняла

бы за бродячую собаку.

– Гр-р…!

– И

незачем так осторожничать, всё хорошо.

Я пришла просто поговорить с тобой.

Чёрный

волк Нанака отступила, держа ухо востро.

Ну-у,

сомневаюсь, что слова о намерении

поговорить – после того, как я её ударила,

– прозвучали убедительно.

– Если

ты всё ещё хочешь со мной поиграть, с

радостью составлю тебе компанию. Только

вот, хоть мне и нравится бить прогнившую

знать, мысль об избиении животных как-то

не прельщает… бедняжка. Раз уж так

хочется поиграть, не могла бы ты хотя

бы человеческий облик принять? Тогда я

без колебаний отправлю тебя в полёт.

– … у-у,

– Нанака с тихим рычанием сменила

звериный облик на человеческий.

В

одной руке она сжимала нож, как бы говоря,

что бдительность терять она не намерена,

но, похоже, была готова к переговорам.

– Вот,

значит, как зверолюди меняют свой облик.

Хоть и знала об этом, но впервые узрела

воочию.

Я

внимательно окинула взглядом Нанаку,

и та осведомилась, не скрывая сомнений

на лице.

– … Ты

в самом деле дочь этой семьи?

– Ох.

Разве ты пыталась меня убить не потому,

что я Скарлетт Эль Вандимион?

– … Впервые

вижу леди, что могла бы вот так без

колебаний кого-то ударить, как ты.

– Ну

и ну, горничная-грубиянка… ой, а ты…

В

человеческом обличье Нанака, конечно

же, была нагой.

Она

была меньше меня ростом, да и в груди

тоже – ну-у, тут уж ничего не поделаешь.

Но,

как бы сказать…

– Так

ты у нас мальчик.

Мужские

принадлежности так и бросились в глаза.

Он

всегда ходил в форме горничной, вот и я

сочла за девушку.

Тело

стройное, а черты лица невинные – совсем

как у девушки.

– … Не

припоминаю, чтобы говорил о себе как о

девушке.

– Тяжко,

должно быть, для убийцы носить женскую

одежду ради исполнения своей миссии.

– … Если

одеваться как девушка, люди вокруг

потеряют бдительность и облегчат мне

работу. Вот и всё.

– Насколько

я помню, зверолюди хорошо владеют магией

очарования и обмана. Неудивительно, что

ты завоевал доверие всех осторожных

слуг моей семьи. Использовал на них

магию?

– … В

ответе… нет нужды. Я… убью тебя, –

Нанака присел, сжав нож обратным хватом.

Это

я поняла, но, может, ты всё же готов

поговорить по душам?

И,

судя по всему, я могу сколько угодно его

бить – своего работодателя он не выдаст.

Так

что же мне предпринять?

– Это

единственное… что я могу сделать,

поэтому… – мрачно пробормотал Нанака.

И тут мне в глаза бросилось что-то вроде

клейма с левой стороны его груди.

– Это

потому, что ты раб?

Клеймо,

высеченное в области сердца… рабская

печать.

Формула

заклинания, что вынуждает человека, на

котором она выгравирована, беспрекословно

подчиняться другой стороне договора.

Пока

она действует, сей ребёнок никогда не

сможет предать своего владельца.

– …

Предположим,

и что с того?

Есть

два способа освободить раба от метки.

Держатель

контракта должен либо расторгнуть его,

либо погибнуть.

Уж

не знаю, кто является владельцем этого

ребёнка, но раз того человека здесь нет,

освободить Нанаку от рабской печати

невозможно.

Том

1. Глава 6.

… так

бы сказали другие, но.

– Если

освобожу тебя, ты расскажешь мне всё о

своём нанимателе?

– … Это

невозможно. Вот так аристократы и

пытаются всех обмануть сладкими речами.

Думаешь, я поведусь?

– И

всё же, как насчёт такого. Ну, что думаешь?

Расскажешь или нет?

На

мой серьёзный тон Нанака недоумённо на

меня воззрился.

Что

ж, в обычных условиях такое вряд ли можно

воплотить в жизнь, потому его замешательство

вполне естественно.

– … Хмпф.

Ну вперёд, попробуй, если сможешь. Но

сделай это здесь и сейчас. Если сможешь

меня освободить, сделаю всё, что скажешь.

Но ты не смо…

– Понятно.

В таком случае, мы достигли соглашения.

Я

шагнула вперёд и тыльной стороной ладони

отбросила наставленный на меня нож.

– …!?

– … Прошу

простить за причинённые неудобства.

Я

упёрлась ладонью ему в грудь и с силой

толкнула – бам…

успешно повалив на пол.

Лицо

Нанаки перекосило от боли, вызванной

сильным ударом о пол.

– Прошу

простить за излишнюю грубость. Но, боюсь,

иначе бы ты не смог сдержаться и вновь

на меня напал. Это ненадолго, так что,

пожалуйста, наберись терпения.

Ты

доставишь мне немало проблем, если снова

выйдешь из-под контроля, так что просто

смирись, хорошо?

– Гух…

ч-что ты задумала!

– Как

это что, всё то же, о чём я говорила ранее.

Собираюсь освободить тебя от рабской

печати, – сев на Нанаку верхом, я быстро

положила на высеченный герб обе ладони.

Давно

не пользовалась им, посему немного

волнуюсь о возможности допустить ошибку…

Ну,

всё должно получиться.

Кроме

того, если не пользоваться это силой

время от времени, в экстренной ситуации

она может не сработать как надо.

– … «Обратись

вспять», – произнесла я, и из моих ладоней

вырвались частицы света, заливая мрачный

амбар зелёным сиянием.

[[image:/storage/reader-images/7306d40d225785b15e79576ae2532d3b4ba369fd.png]]

Залившее

воздух сияние водоворотом закружилось

вокруг меня и Нанаки…

Пока,

наконец, не влилось вновь в мои ладони,

и всё вокруг снова окутала тьма.

– … Кажется,

сработало, – я убрала ладони с груди

Нанаки и поднялась.

– Что

это был за свет…? – Нанака машинально

положил руку на грудь, и стоило ему

понять, что кое-что пропало с неё, юноша

широко распахнул глаза. – … Рабская

печать что, исчезла?

– Ну,

исчезла – не совсем верное слово, я лишь

вернула её к её первоначальной форме.

… «Сила

обратить время вспять».

Божественное

покровительство Хроноса, Бога Времени,

что позволяет любому предмету вернуться

в его первоначальную форму.

Чудодейственная

сила, коя во всём мире подвластна лишь

мне, а заодно и причина, по которой

королевская семья отчаянно желает

удержать меня в этой стране.

Люди

рождаются в этом мире с благословением

одного из многочисленных Богов.

Большинство

проживают свою жизнь, не осознавая, что

за Божество одарило их своей милостью.

Но время от времени являют себя те, кто

осознал дарованное ему благословение

и способен проявить божественную силу.

Эта

сила зовётся божественным покровительством,

а тех, кто умеет им пользоваться, чтят

как героев, что оставят своё имя в

истории.

Почти

каждый житель континента Романсия

способен использовать магию, но способные

использовать покровительство встречаются

крайне редко.

Даже

реже, чем зверолюди.

Среди

них особое место занимает божественное

покровительство Хроноса – настолько,

что это считается государственно важным.

Посему всем, за исключением круга

нескольких человек, была объявлена лишь

сила, позволяющая ускорять движения…

«ускорение (acceleration)».

Даже старшему брату неведомо о способности

регресса и других.

Что

же насчёт божественного покровительства,

то лишь на первый взгляд может показаться,

что божественная сила способна творить

любые чудеса, ведь на самом деле оно

имеет различные ограничения на

использование, да и в обращении оно

хлопотно, потому назвать его всемогущим

у меня язык не повернётся.

Лучшим

тому примером является потребление

силы души… жизненной силы, необходимой

человеку для того, чтобы быть таковым.

Её

можно расходовать, ведь со временем она

восстановится, но чрезмерная трата за

короткий промежуток времени может

привести к смерти.

В

инциденте на балу я использовала

«ускорение (acceleration)»

для избиения продажной знати. В результате

я потеряла сознание.

На

сей раз я использовала своё особое

божественное покровительство, чтобы

заручиться сотрудничеством Нанаки, но

по ранее упомянутым причинам предпочитаю

не прибегать к нему слишком часто.

Ну-у,

ничего страшного от единственного

применения не случится.

– И?

Избавила тебя от печати, как и обещала.

– … Ты

сдержала своё слово. Раз так, то и я

обязан выполнить свою часть. Зверолюди

никогда не нарушают однажды данного

обещания. Поэтому расскажу, – Нанака

подхватил брошенную поблизости форму

горничной, чтобы прикрыться, и сказал

с меньшей настороженностью, нежели

раньше. – … Мой хозяин, заказчик твоего

убийства… Годвин Бене Кармин,

премьер-министр этой страны.

Эпизод

4. Таков дамский этикет

В

трёх днях пути на карете из Герцогства

Вандимион.

Трущобы,

тихонько расположившиеся на окраине

королевской столицы. Мы ступили в

особенно небезопасный район города.

Когда

я оглянулась вокруг, в поле зрения

бросились ряды каменных домов, что,

казалось, вот-вот рухнут, и пьяных

господинов, растянувшийся на обочине

дороги даже несмотря на дневное время

суток.

Пока

мы шли по переулкам, к нам подходили

плачевного вида дети с просьбой милостыни…

Я

была не в силах скрыть своего удивления

по поводу сего места, чья мрачная,

застойная атмосфера встала в резкий

контраст с голубым небом над головой.

Даже

не предполагала, что подобный мир может

существовать так близко к великолепной

королевской столице. Совершенно не

верилось в происходящее.

– Взгляни,

Нанака. На это гниющее, увитое плющом

здание. Похоже на руины тысячелетней

давности. Думаю, ничего страшного, если

отломаю кусочек с краю и заберу домой.

– … Это

чей-то дом. Нельзя вот так запросто его

рушить.

– Смотри,

Нанака. Тот мальчик-торговец мне только

что продал кусок мифриловой руды за

один золотой. Никогда раньше не видела

мифрил такого тусклого цвета. Если

отполировать его тряпочкой, заблестит?

· Митриль,

митрил, мифриль, мифрил — вымышленный

благородный металл, впервые упомянутый

в легендариуме Толкина и присутствующий

в ряде фэнтезийных вселенных.

– … Это

самый обычный булыжник. Полировка лишь

испачкает ткань.

– Гляди,

Нанака. Я купила в уличном ларьке еду,

называется жареный шампур. Запах такой,

какого я раньше не чувствовала. Это

куриное мясо? Выглядит очень аппетитно.

– … Это

шампур с жареной крысой. Лучше её не

есть, живот разболится.

– Эй.

– Угья-я-я!?

Я

стукнула одного джентльмена, мимо

которого прошла, на что Нанака оглянулся

на меня с испуганным видом:

– …!?

За что ты его ударила…!?

– Э?

Пытался тайком выкрасть мой кошелёк.

Не волнуйся, я обошлась с ним полегче.

Было обидно оставлять его безнаказанным.

– Хи!?

На помо-ощь! Убивают!

– … Молю,

не могла бы ты просто вести себя тихо и

незаметно? – с ошарашенным видом

пробормотал одетый в угольно-чёрную

форму дворецкого Нана, глядя, как я

схватила воришку за грудки.

Кстати,

он превосходно сочетался с моим чёрным

платьем, удобным и не стеснявшим движения

– в самый раз для выхода на улицу.

Это

не одно из вычурных платьев моего

особняка, но платье, купленное по дороге

сюда.

Я

выбрала наиболее простой дизайн, чтобы

замаскироваться и сохранить свою

личность в тайне.

Никто

не увидит во мне дочь Герцога.

Однако

нашёлся один человек, подвергший мой

идеальный наряд жёсткой критике.

– Взгляни

на её пышущее уверенностью лицо, Нанака.

Она думает, что идеально замаскировалась.

Но сколько бы она ни понижала класс

своего наряда, по бросающимся в глаза

серебристым волосам легко понять, кто

она на самом деле.

– … Пышущее

уверенностью лицо? Мне оно кажется

непроницаемым.

Господин

Юлий, одетый в хорошо сшитый наряд

аристократа, нарочито зашептал Нанаке

так, чтобы слышно было и мне в том числе.

А

Вы, как погляжу, всё также любите играть

на нервах других.

– Любите

же Вы поговорить о других людях. Не

сомневаюсь, Вам прекрасно известна

собственная личность. Прежде всего, во

всей королевской столице нет столь

благородного и властного господина,

как Вы. Вернее, раз об этом знает вся

нация, не следовало ли Вам потрудиться

хотя бы лицо своё спрятать?

– Мне

такое не по душе, удушающее ощущение.

Королевская столица полнится светловолосыми

голубоглазыми мужчинами. Не говоря уже

о том, что, по виду может и не скажешь,

но я также горжусь и своим превосходным

актёрским мастерством. Уверен, даже без

маскировки меня, в отличие от одной

персоны, ни в коем случае не узнают.

Ну-у, просто смотри, – с этими словами

преисполненный достоинства господин

Юлий зашагал по дороге. И тут…

– А-а…!

Разве этот братишка не принц!

– И

правда-а! Эй, при-инц, дайте, пожалуйста,

дене-ег! Вы же богаты, верно-о!

Разоблачили

в мгновение ока. Да ещё и дети из трущоб.

Глядя

на меня с господином Юлием из-под

полуприкрытых век, Нанака со вздохом

открыл рот:

– … Словно

достопримечательности осматриваете.

Вы случайно не забыли, для чего мы здесь?

Ну-у,

досадно это слышать. Уж не знаю насчёт

господина Юлия, но вот я абсолютно

серьёзна.

– Разумеется

помню. Встретиться с посредником, чтобы

через него выйти на работорговца,

имеющего связи с господином Годвином.

Но всё же, как они могли заниматься

запрещённой законом работорговлей в

трущобах всего в двух шагах от королевской

столицы? Интересно, сколько же ничтожеств

здесь скрывается. Уже предвкушаю.

– О-хо-хо,

предвкушаете? Вот поэтому он и сказал,

что Вы словно достопримечательности

посмотреть пришли, серебровласая юная

леди. Вам, кажется, недостаёт чувства

самосохранения.

– Ой,

кажется, это Вы сейчас в необычайно

хорошем расположении духа. Прекрасно

понимаю Ваше желание повеселиться, но

Вы уже бросаетесь в глаза, так что попрошу

Вас сохранять спокойствие и держаться

в тени, златовласый джентльмен.

Извращённая

натура господина Юлия – самая что ни

на есть серьёзная проблема.

Мы

улыбнулись друг другу, повергнув Нанаку

в ещё больший шок.

– …

Прекрасно,

что вы двое так хорошо ладите, но,

пожалуйста, не доставляйте проблем

никому из нас.

– Верно.

Вы всё поняли, златовласый джентльмен?

– Кажется,

обратились к Вам, серебровласая леди.

С

глубоким вздохом Нанака повернулся к

нам лицом.

– …

Послушайте.

Если будете создавать проблемы, привлечёте

не только пристальное внимание обитателей

трущоб. О вас узнают вышестоящие, и люди

преступного мира будут настороже. В

этом случае мы можем потерять возможность

подобраться к премьер-министру. Так

что, умоляю вас, будьте тише.

– Разумеется,

мне незачем этого говорить.

– Конечно.

Незачем утруждать себя получением

подтверждения.

– … Вы

точно ничего не поняли.

Я-то

как раз понимаю.

Это

необходимо нам, чтобы загнать господина

Годвина в угол.

Единственное,

чего я в толк взять не могу, так это по

какой причине сей молодой господин

находится здесь вместе с нами.

– Что?

Хотите мне что-то сказать?

Несомненно

хочу.

Почему

Первый Принц нашей страны находится в

подобном месте, да ещё и без сопровождения?

Изначально

мы с Нанакой должны были пойти и избить

злодеев. Но на хвост упал незваный гость.

– Нет…

но я и подумать не могла, что столь

почтенный человек, Наследный Принц

нашей страны, пойдёт на вопиющее

подслушивание чужого разговора.

– Эй,

я всё слышу.

Тогда

я немного расслабилась.

И

не подозревала, что все мои разговоры

с Нанакой в складском сарае станут

известны господину Юлию…

– … Понятно.

Значит, твоим нанимателем был

премьер-министр господин Годвин?

Три

дня назад.

Сразу после того, как Нанака был освобождён

от своей рабской печати в амбаре

Герцогства Вандимион.

Нанака,

вновь одевшийся в свой наряд горничной,

при виде моей реакции с сомнением сдвинул

брови.

– … Разве

ты не предполагала?

– Надеялась

на это. Ху-ху, понятно. Так Вы собирались

оборвать мою жизнь, господин Годвин?

Мои

щёки расслабились.

Теперь

у меня появилась личная причина избить

господина Годвина.

– … Не

боишься? Твой противник – второй по

могуществу человек в стране после

Короля.

– Нет,

боюсь. Только взгляни. Так напугана, что

руки дрожат. А-а, страшно-то как. Ху-ху-ху.

Дрожат

от предвкушения.

– … Но

мне до сих пор верится с трудом. Возможность

обратить время вспять… чтобы нечто

подобное и правда существовало…

Я

приложила указательный палец к губам

Нанаки, призывая к тишине.

Предпочла

бы, чтобы он не слишком много говорил о

моём божественном даре.

Приходится

держать рот на замке.

– … Это

секрет, хорошо? Если расскажешь кому,

понесёшь наказание, понял?

– сказала я, подмигнув, и Нанака кивнул

с угрюмым видом и заалевшими щеками.

Что

это с ним?

Не

знаю, быть может, его задело, что я с ним

сейчас как с ребёнком разговаривала?

– … Понял.

Я потерпел неудачу во время покушения

и был спасён, хотя в любой другой ситуации

убили бы меня самого. Мало того, ты даже

освободила меня из рабства. Я в долгу

перед тобой, никогда не забуду оказанную

услугу. Я сохраню твой секрет.

Кстати

об этом, кажется, ранее он упоминал, что

никогда не нарушит данного обещания.

Раса

зверолюдей славится своей верностью

клятвам. Есть даже сказки о том, как они

возвращают долг людям, что им помогли,

и в этом смысле зверолюди куда надёжнее

обычных людей, что не настолько

принципиальны.

– Раз

уж об этом зашёл разговор, ты так и не

сказал, по какой причине премьер-министр

нацелился на мою жизнь.

– … Кажется,

его сын, Гейне, плакался своему отцу

Годвину. Вчера вечером прибыла быстрая

лошадь, и гонец отдал приказ. «Убей

Скарлетт, избившую моего сына».

Гейне?

Не припоминаю такого. И куда я его

ударила?

По-видимому,

на моём лице отразился немой вопрос:

Нанака добавил.

– … Он

состоял в свите Второго Принца Кайла и

был среди тех, кого ты избила на балу.

Ну-у,

я его не заметила. Так он, выходит, был

среди тех снобов?

Соболезную

вашей утрате.

– Но

в таком случае что-то не сходится. От

слуг мне довелось услышать, что ты пришёл

в наш дом три месяца назад. Ты здесь уже

довольно давно, не так ли?

– …

Изначально

меня внедрили не ради твоего убийства.

Мне отдали приказ об убийстве, поскольку

с моей стороны его было легче всего

привести в исполнение. Первым делом я

должен был заняться шпионажем внутри

семьи Герцога Вандимион,

– преисполненным отвращения голосом

Нанака принялся разоблачать злодеяния

господина Годвина. –

Годвин поистине хитёр. Его шпионы

проникли не только в семью Герцога

Вандимион, но и во все благородные дома

в лице рабов вроде меня. Затем, вызнав

их слабости, он угрозами заставлял их

действовать по своей указке. И речь не

только о подчинении словам. Он вынуждал

их вести торговлю рабами, брать взятки,

заставлял принимать участие во

всевозможных злодеяниях. Дав им немного

набить карманы, он завлекал их в свою

фракцию и отрезал любые шансы на выход

из неё. Так он наращивал число подконтрольных

ему людей.

– То

есть ты один из офицеров разведки. И не

очень силён для убийцы, как погляжу.

– … Умолкни.

Просто ты непомерно сильная.

Нанака

с недовольным видом заворчал: «Что

за тренировки ты, чёрт побери, проводишь?».

Провожу

боевую подготовку изо дня в день, сколько

себя помню, но чего-то особенного не

припоминаю.

Я

не горю желанием нарастить мускулатуру,

так что не налегаю на силовые тренировки.

Как

бы то ни было, Вы человек с большим

послужным списком, не так ли, господин

Годвин?

Не

будет преувеличением сказать, что он

единолично правит тёмной стороной сей

страны.

Ради

мира и живущих в нём людей я просто не

могу оставить его в покое.

– Хорошо,

я решила. Пришла пора пойти и отправить

в полёт господина Годвина.

– … Ха?

На

лице Нанаки читалось безмолвное: «О

чём ты говоришь?».

Разве

я сказала что-то странно?

Ну-у,

я человек, а он – зверочеловек, может

статься, наши образы мышления немного

разнятся.

– Говорят

же, куй железо, пока горячо. Нужно тайком

вызвать карету без ведома старшего

брата. Если так подумать, я уже давно не

была в королевской столице. Мне также

должно подготовить платье, что не станет

стеснять движения.

· 善は急げ(ZEN

WA ISOGE)

– идиома, дословно «хорошие дела нужно

выполнять быстро». Означает, что нужно

предпринимать активные действия тогда,

когда это ещё нужно и актуально; «куй

железо, пока горячо».

– … Только

не говори мне, что ты планируешь отомстить

Годвину в королевской столице?

– Если

тебя ударили, нанеси ответный удар

десятикратно. Таково кредо семьи

Вандимион.

– …

Невозможно.

Как ты вообще намерена его наказать?

Даже если попытаешься покарать тайком,

страх Годвина о возможной мести дошёл

до паранойи. Именно поэтому у него всегда

под рукой большое количество рабов и

наёмников в качестве охраны, насколько

бы низкой вероятность покушения ни

была. Какой бы сильной ты ни была, силы

иссякнуть раньше, чем ты к нему

приблизишься.

Слова

этого малыша не лишены смысла.

Но

даже если смолчу сейчас, ко мне пошлют

второго, а то и третьего убийцу.

Не

буду скрывать, меня такой расклад

беспокоит.

Я

ведь приняла решение.

Что

больше не буду ни с чем мириться, как

делала до сих пор.

– … Почему

бы просто не залечь на дно и не оставить

всё твоему брату и Первому Принцу?

– Нельзя.

Тогда я не смогу получить удовольствие.

Нужно избить господина Годвина прежде,

чем они до него доберутся.

– … Что

у тебя за одержимость избивать всех и

вся?

– Я

бью лишь тех, кто действует мне на нервы.

Таков дамский этикет.

– … Назови

мне хоть одну леди с таким этикетом,

– Нанака вздохнул, совершенно не услышав

ничего из сказанного мной.

Затем

закрыл глаза, скрестил руки на груди и

после некоторой паузы вновь открыл рот.

– … Раз

в месяц Годвин появляется на аукционе

рабов где-то в королевской столице,

чтобы приобрести себе новую игрушку.

Только в такие моменты его охрана слабее

обычного. Если хочешь отомстить, это

твой единственный шанс.

Ну

и ну. Господин Годвин, Вы занимаетесь

куплей-продажей рабов не только ради

заработка, но и по личным причинам. Вы

в самом деле зло во плоти.

– Благодарю

за полезную информацию. Но без знаний

о том, где будет проходить аукцион, я

ничего не смогу сделать. К тому же, он

проводится всего раз в месяц, верно? Не

уверена, что сумею столь долго противиться

своим желаниям.

– … Следующий

аукцион состоится через неделю. Не знаю,

где он будет проходить, но уверен, что

смогу добраться до работорговца или

его посредника. Так что возьми меня с

собой,

– характерные расе зверолюдей янтарные

глаза смотрели прямо на меня.

В

его взгляде не было и толики сомнений,

я чувствовала твёрдую решимость его

обладателя.

– Я

буду этому только рада, но ты уверен?

Тебе придётся предать своего бывшего

нанимателя.

– … С

самого начала я был вынужден исполнять

любую его прихоть лишь из-за рабской

печати. У меня нет и крупицы верности

человеку, что обманом поработил всю мою

семью и продал её в рабство. Говоря

начистоту, если я смогу помочь тебе

отомстить, с радостью предам нанимателя,

– с этими словами Нанака кивнул.

При

виде его лица я и сама решила изменить

своё мнение.

В

самом деле, лучше иметь знающего

соратника, чем пытаться что-то сделать

в одиночку.

Сопровождай

меня кто другой, и, возможно, число моих

жертв для битья сократилось бы, но этот

ребёнок не выглядит слишком сильным,

так что, думаю, беспокоиться не о чём.

– Хорошая

решимость. Я планировала действовать

одна, но теперь передумала. Отправимся

вместе… в королевскую столицу Гранхильд.

Я

вытянула руку для рукопожатия, и Нанака

немного смутился, робко протянув свою

маленькую ладошку.

– Тебе

не хочется пожимать руку человеку?

– … Вовсе

нет. Просто я не привык жать руку женщине.

Пуф,

– щёки Нанаки слегка запылали, и он

отвернулся от меня. Его поведение

показалось мне забавным, отчего я

тихонько посмеялась.

– … Не

смейся.

– Но

это так мило.

– Не

смейся надо мной!

Прости

уж. Но твои попытки угрожать мне в наряде

горничной выглядят ещё очаровательнее.

– Перед

уходом тебе надо бы переодеться.

Давай-давай, милейшая горничная.

– … Перестань

уже звать меня милым.

Только

я собралась покинуть амбар, утаскивая

следом надувшегося Нанаку, как в глаза

мне бросилась приоткрытая дверь.

Боже-боже.

Кажется, нас кто-то подслушивал.

Но

кто, чёрт возьми…

– … Что-то

не так?

– … Нет,

ничего.

Пусть

и терзало чувство, будто я что-то упускаю,

я решила отмести его и вернуться к

намерению покинуть складской сарай.

Я

столько всего учинила, а Академия будет

закрыта до получения результатов

выпускных экзаменов, так что, скорее

всего, на какое-то время меня посадят

под домашний арест. И если семья узнала

о том, что я собралась сделать, нужно

уехать как можно скорее.

– Давай,

нужно поторопиться со сборами. Уедем

отсюда через час. Если прознает старший

брат, непременно попытается нас

остановить.

С

тех пор прошло три дня.

И

по какой-то причине мы с Нанакой вошли

в трущобы в сопровождении господина

Юлия.

– … Я

думала, смогу выскользнуть из дома

незаметно, но и подумать не могла, что

попаду в засаду с каретой с королевским

гербом. Меня терзала мысль, стоит ли

пытаться прорваться силой.

– Вы

человек ужасных мыслей. Почему бы Вам

не выразить хоть слабую мне благодарность?

Не помоги я Вам, и до королевской столицы

Вам было б суждено добираться пешком.

– Да-да,

благодарю Вас, достопочтенный Принц.

Самой

не хочется говорить, но я всё-таки

признательна за это господину Юлию.

В

тот день перед тайком подготовленной

мной каретой с устрашающим видом ожидал

мой строгий старший брат.

Том

1. Глава 7.

У

старшего брата острейшая интуиция.

Мне

удалось выскользнуть из дома через

заднюю дверь до того, как меня застал

брат, но там уже дожидался господин Юлий

с со своей каретой.

– Зачем

Вы вообще решили следовать за нами,

господин Юлий? Разве Вам не по силам

выследить господина Годвина иначе, не

предпринимая чего-то настолько

рискованного? Не для этой цели ли было

создано Тайное следственное управление

королевского дворца?

– Познать

мир.

– Ась?

– осведомилась я с невозмутимым

выражением лица, и господин Юлий ответил,

небрежно расчесав пальцами свои волосы.

– По

окончанию Академии я буду сидеть в

заточении в королевском дворце, осваивать

необходимые королю знания. Только

сейчас. Единственный раз, когда я смогу

выйти в город и увидеть происходящее

воочию. В особенности эти трущобы, на

которые высшая аристократия привыкла

закрывать глаза; если упущу такой шанс,

могу больше никогда не получить его

вновь.

Мимо

пробежала группка измождённых детей в

лохмотьях.

Господин

Юлий проводил их сощуренным взором и

продолжил с печалью на лице:

– Я

хотел увидеть всё сам, пока ещё имею

свободу передвижения. Нынешнее состояние

этой страны. Я Королём собираюсь стать

не для галочки. Став правителем, я приложу

все силы для создания нации под стать

моим идеалам. По сей причине я счёл

необходимым сопровождать Вас, предпринявших

попытку прикоснуться к тёмной стороне

этой страны. Потому и зашёл так далеко

в Вашем преследовании.

По-моему,

подобная мысль невероятно благородна.

Будь

сей молодой господин не господином

Юлием, я была бы впечатлена настолько,

что изрекла хотя бы одно хвалебное

слово.

– … Так

каковы же Ваши настоящие помыслы?

– Как

я мог пропустить что-то настолько

интересное? Разумеется, я решил пойти

с Вами.

Видите,

так и знала. Я и предполагала причину

вроде сказанной. Вот ведь коварный

Принц.

– Ужасный

Вы человек. Старший брат Лео сейчас,

должно быть, вне себя от ярости. Кроме

того, разве отсутствие руководителя не

доставит ему проблем?

– С

чего бы, Лео и в моё отсутствие прекрасно

там управится. Мы преследуем одну и ту

же цель. Может статься, Лео доберётся

до Годвина раньше нас.

То

есть Вы полагаете, что и мы сможем?

Откуда

такая уверенность?

– … Эй,

вы двое. Вы слишком выделяетесь. Будьте

добры немного потише… – именно тогда,

когда Нанака, уже не в силах выносить

наши с господином Юлием препирательства,

собрался высказать очередную претензию.

Узкую

улочку трущоб перегородили пятеро

джентльменов в лохмотьях и с кинжалами

в руках, видом схожие с бандитами.

Их

взгляды облизывали нас, и на лицах

заиграли непристойные улыбки.

Понять

ситуацию было легко.

– Так

эти джентльмены и есть те самые головорезы

из слухов, – возликовала я, и Наника

скорчил откровенно неприятную гримасу.

– … Почему

ты выглядишь такой счастливой?

– Потому

что впервые вижу головорезов.

Вульгарные

лица, грубое развязное поведение и

чумазый вид.

Подобные

люди на самом деле существуют.

А

я-то думала, что они лишь персонажи из

сказок.

– Хе-хе-хе…

Какая честь, юная леди.

– Оставь

все свои вещи в качестве входной платы.

– Что

такое, мы вовсе не собираемся отнимать

твою жизнь.

– Заберём

всё, кроме неё, идёт?

Ну

и ну, что за варварство.

Они

не имеют права ничего у нас отнимать.

Как

они осмелились только говорить об этом

как о само собой разумеющемся?

Хочу

избить их, кулаки чешутся отправить их

в полёт.

Я

в восторге было попыталась шагнуть

вперёд, но Нанака воспрепятствовал.

– … Постой.

Не бей их пока. Давай сначала поболтаем

немного.

– Не

думаю, что эти господа настроены на

разговор, – открыто выразила своё

недовольство я, и вдруг почувствовала,

как господин Юлий у меня за спиной

пытается сдержать смех.

Как

невежливо, златовласый джентльмен.

Не

обращая на нас внимания, Нанака обратился

к бандиту:

– … Я

ищу человека по имени Джанк, работает

брокером. Если представите нас ему,

будете вознаграждены.

– Джа-анк?

Не зна-аю такого. А даже если б знал, не

сказал, болва-ан!

– Ребят,

не поняли, во что угодили? Выкладывайте

все свои деньги и цацки!

Ощущение

полного отсутствия и шанса на разговор

очень меня будоражит.

Кажется,

с ним я могу выплеснуть весь свой стресс

и подраться в удовольствие.

– Я

ушам своим не поверил, когда услышал,

что какая-то безмозглая девка заплатила

золотым за мусорный камень, да в довесок

ещё бродила в сопровождении всего лишь

юнца да карапуза. Стоит поблагодарить

пацана, что мне растрепал об этом?

– Того

сопляка, у которого сам же золотую монету

из сумки стащил, да-а!

Головорезы

дружно мерзко загоготали.

При

виде сего, лицо Нанаки скривилось в

недовольной гримасе, и он пробормотал:

– … Ублюдки.

– Плата

за урок, плата. В этих трущобах слабых

ждёт участь корма. Ну, а теперь поедать

будут вас, ребятки…

Хрясь!

– раздался глухой треск.

Сжатый

в моей ладони камень разломало на куски.

А-а,

мифриловая руда, кою я с таким трудом

купила, разлетелась на кусочки.

Какая

жалость. Придётся купить другой.

– Что

за звук…?

– Будто

что-то твёрдое треснуло?

– Померещилось.

А ну, поторапливайтесь и гоните нам всё,

что есть. Мы ждать не любим. Или надо

бить, пока личико не подпортим?

– Не

бей по лицу девку. Потом не развлечёмся.

Хи-хи.

– Она

ж дочка дворянина, да? Так мы, если похитим

её, сможем вытянуть из семьи ещё больше

денежек, нет?

– О,

круть! Лады, на мальца плевать, можете

грохнуть. Но девочку с парнем сохранить

в живых.

Высказав

всё, что хотели, головорезы стали медленно

к нам приближаться.

Помимо

тех пятерых я также заметила ещё трёх

бандитов, преградивших нам путь к

отступлению.

Было

бы лучше, стой они все в одном месте, но

ничего не поделаешь.

– … Беру

на себя пятерых впереди. Вы займитесь

теми, что сзади… – сказал Нанака и

собрался было встать передо мной.

Я

быстро достала и надела перчатки из

кармана и применила магию укрепления

тела. Сделав широкий размах, я бросила

обломки раздробленного ранее камня в

пятерых перед нами.

– Гва!?

– Какого!?

Пока

бандиты пребывали в растерянности, я

быстро сократила дистанцию и впечатала

кулак в лицо ближайшего ко мне

бритоголового.

Хрясь!

– его лицо с хрустом вмялось вовнутрь.

– Ха?

Пого… ди…

Одержать

победу с первого хода – здравый смысл

боя.

Застать

противника врасплох и максимально

сократить его численность – таков

основной принцип борьбы с толпой.

Полагаю,

это стало хорошим уроком для идиотов,

что до сих пор в оцепенении и не способны

уследить за ситуацией.

– Это

плата за урок. Прошу предъявить оплату

до последнего медяка, – с улыбкой на

лице я ударила в бок следующего – хрусь!

– и, невзирая на хруст ломающихся костей,

безжалостно наградила его ударом в

челюсть.

Хру-у-усть!

Я

ощутила, как кости его челюсти крошатся

под моим кулаком.

Какое-то

время сей идиот не сможет толком питаться.

Но ведь это не страшно, правда?

Людская

еда слишком хороша до недочеловеческих

отбросов, вроде вас, джентльмены, что

охотятся на слабых.

– Вот

же с*ка-а! Да я прибью тебя! – один из

головорезов выхватил из кармана нож.

При

виде сего другой крикнул «Эй!»

и добавил:

– Ты

ж не вздумал в самом деле её пришить?

Если сдохнет, выкупа нам не видать.

– Просто

преподам ей урок! Как-никак, она дочка

дворянина? Стоит достать нож, и она тут

же струхнёт и не станет больше кулаками

махать.

При

виде блестящего предмета я должна

испугаться настолько, что не смогу

ничего сделать?

Раз

они взаправду решили так, то, полагаю,

сильно меня недооценивают.

– Ну-у,

мне страшно. Попрошу не размахивать

чем-то столь опасным.

– Хе-хе…

Осмелилась же так обойтись с моими

дружка-ами? Порежу твою нежную кожицу

на соломку вместе с дорогущим платьем.

Холодно

глядя на кончик ножа, коим он размахивал,

я подобрала подол платья и отвесила

реверанс.

После

чего с улыбкой сообщила мужчине напротив,

взиравшему на меня в безмолвном вопросе:

– В

самом деле, вы абсолютный, неисправимый…

идиот.

Удар

ногой был подобен вспышке молнии.

Скрытая

платьем правая нога взмыла вверх, шаркнув

по земле.

– Нгх-х-х!?

Крэк!

– и мужчина взмыли вверх тормашками в

воздух под звук с треском сломанной

челюстной кости.

– Прошу

простить за причинённые неудобства.

Моя походка пока что лишена должного

благородства.

Я

не остановилась и с разворота пнула

взмывшего в воздух головореза в спину.

Хрясь-хрусть,

– с треском ломающихся костей тело

бандита врезалось в дерево.

– … Ха-а,

приятно-то как.

· Не

удержалась и вставила страничку из

манги Х)

[[image:/storage/reader-images/58cd4bebbe867b77b46c43302bd26009857f4f39.png]]

Сервантес

не раз ругал меня за то, что пускала в

ход ноги в присутствии джентльменов,

поскольку сей акт являлся непотребным

для леди.

Но

не о чём переживать, всё в порядке.

Ведь

под юбкой я ношу панталоны.

– Д-да

что это за девка!? Она явно не простая

богатенькая принцесса! Сильна, как

монстр!

– Благородная

леди с серебристыми волосами и чудовищной

силой… да ну, быть не может!

– А-а,

точно же! Беспощадная, безжалостная

жестокость и ледяные голубые глаза!

Скарлетт Эль Вандимион!

– Да

она ж Смертоносная Принцесса Скарлетт…

Кровожадная дочь Герцога, за одну ночь

забившая до смерти под сотню королевских

гвардейцев и дворян, утопив бальный зал

в море крови…!

· Если

разобрать её прозвище дословно, то она

撲殺姫(bokusatsu

hime) первое слово означает «забить до

смерти».

Едва

услышав эти слова, наблюдавший за мной

со спины господин Юлий прыснул со смеху.

Вот

почему я так не хотела работать с этим

уважаемым господином.

А

кроме того, это возмутительно.

Я

никого не убивала, всего лишь избила до

полусмерти.

– Что

этот монстр забыл в таком месте!?

– Заткнись,

плевать! Просто бежи…

– Думаешь,

сможешь сбежать?

– Гхо!?

Я

нанесла удар обеими ногами тому из них,

что вздумал повернуться ко мне спиной.

Мужчину

впечатало лицом в твёрдую землю. Он

мгновенно лишился сознания, дёргаясь

в конвульсиях.

Как

так можно.

Повернуться

спиной к врагу – верх безрассудства.

– Итак,

ты последний остался?

– У…

ува-а-а-а!?

Четыре

его товарища выбыли из игры в мгновение

ока, неудивительно, что он помутился

рассудком.

Мужчина

вытащил нож, принявшись дико размахивать

им.

Всё

равно что капризный ребёнок истерику

закатил, смех да и только.

А-а,

кстати.

Кажется,

сей джентльмен ранее хвастался тем, как

украл у ребёнка золотую монету.

– Насколько

я помню, ты говорил, что слабым суждено

стать лишь кормом.

– Н-не

подходи! Приблизишься, и я прикончу

тебя!

– Коли

так, то у тебя, что слабее меня… нет

иного выбора, кроме как дать сотворить

с собой всё, что мне будет угодно, как

бы жестоко это ни было, верно?

– Гья!?

Я

выбила нож из его руки ударом ребром

ладони.

Джентльмен

передо мной так и рухнул на месте, словно

в этот самый момент нервы сдали под

напором боли и страха.

– Я

верну деньги, украденные у того сопляка!

Т-так что молю, пощади!

– Ты

когда-нибудь щадил хоть одного человека,

который так же просил у тебя пощады? Раз

уж вознамерился попирать других, должен

был быть готов к тому, что однажды давить

будут тебя. Вот ещё один хороший тебе

урок. Что ж, всего хорошего, – с улыбкой

на устах я занесла кулак.

Ну-у,

хоть я и сказала что-то поучительное,

на деле мне, видите ли, просто очень

хотелось его ударить.

– С-стой!

Вы сказали, что ищете брокера Джанка,

верно!? Если ищете его, то вам направо,

ниже по улице, спуститесь по лестнице

в грязный бар в подвале, где он прячется!

Пароль для хозяина – «пинта дрянного

эля»!

· Пивной

бокал пинта - бокал для напитков,

рассчитанный либо на британскую

имперскую пинту объемом 20 имперских

жидких унций (568 мл), либо на американскую

пинту (единица измерения) объемом 16

американских жидких унций (473 мл). Эти

бокалы обычно используются для подачи

пива, а также часто для сидра.

· Эль

(англ. ale) — традиционный английский

вид пива. Исторически этот термин

обозначал напиток, сваренный без хмеля.

– Вот

как. Благодарю, что рассказал.

– Я

сказал тебе то, что нужно! Так что прошу,

отпусти меня!

– Почему

я должна тебя отпускать?

– Э,

но я же дал информацию…

– Раз

уж ты дал нам информации, оставлять тебя

в сознании более незачем.

– Гхэ!?

Последовал

удар в лицо.

Фонтанируя

кровью и рвотой, последний головорез

потерял сознание и более не двигался.

Далеко

не то волнующее чувство, что я испытывала

во время избиения дворянина, но порой

не так уж и плохо время от времени

избивать обычных изгоев.

– … Ты

не можешь чуть более, ну, знаешь,

сдерживаться?

Обернувшись,

я увидела стоявшего позади с ошеломлённым

видом скрестившего на груди руки Нанаку.

Позади

него на земле лежала оставшаяся троица

бандитов, почему-то дёргавшихся в

конвульсиях.

Внешних

повреждений видно не было, как и не было

слышно каких-либо громких звуков.

Он

воспользовался каким-то ядом?

– Я

более чем достаточно сдерживалась.

Хотя, может, была немного груба.

Но

всё равно, а-а, какая потеря.

Поверить

не могу, что упустила возможность избить

последнюю троицу. Они послужили бы

отличным десертом.

Не

ожидала, что Нанака сумеет одолеть троих

за такое короткое время.

Полагаю,

нужно будет пересмотреть оценку его

способностей.

– Итак,

пока мы сражались, чем занимался тот

светловолосый джентльмен? – я с улыбкой

взглянула на господина Юлия.

Что

с Вашей чёлкой?

Вы

и пальцем не пошевелили, так с чего бы

Вашим волосам быть в беспорядке?

– А-а,

следил за ними, дабы иметь возможность

в любой момент оказать поддержку, но

Нанака и без меня управился. Что, мне

стоило протянуть руку помощи?

– Ни

в коем случае, – ответила я на вопрос

всего лишь по условному рефлексу, и

господин Юлий ехидно ухмыльнулся.

Его

самодовольный взгляд так и говорил, что

он знает, о чём я сейчас подумала.

Крайне

раздражает.

– Скарлетт,

знаете, как сейчас выглядите? Вам может

показаться, что Ваше лицо абсолютно

бесстрастно, но не стоит, ведь на нём

уже появилось удивительно занятное

кислое выражение. Нет, не останавливайтесь.

Оно уморительно.

– Будьте

добры помолчать… Что ж, идём скорее.

Хочу избить посредника.

– … Не

бей посредника, – вздохнул Нанака и,

пребывая на грани отчаяния, отправился

следом.

Пройдя

по указанному головорезом пути, я нашла

ведущую в подвал лестницу.

Вокруг

было сыро и темно, а в другом конце

виднелась полуоткрытая дверь бара.

Спускаясь

по лестнице, я обнаружила повсюду пятна

крови и черноты. Похоже на логово злодеев.

Возлагаю

на это большие надежды. У меня уже снова

кулаки зачесались.

Сдерживая

бурлящее внутри волнение, я уже собиралась

открыть дверь в бар, как сбоку ни с того

ни с сего вклинился господин Юлий и

заблокировал собой дверь.

– Постойте.

Э,

что он, чёрт возьми, делает?

Мне

его стукнуть?

– Не

хочу, чтобы Вы сочли меня бесполезным.

Позвольте разобраться мне.

– … Ха?

– опешила я, но господин Юлий с лучезарной

улыбкой сказал:

– Нужно

ведь просто попросить посредника по

имени Джанс познакомить нас с работорговцем,

так? Это легко.

Нет-нет-нет.

О чём этот джентльмен говорит?

– Что

Вы задумали?

– И

вовсе я ничего не задумал. Всего лишь

счёл это место подходящим, дабы проявить

себя. Я ошибаюсь? – господин Юлий поднял

руки, изображая невинность.

Очевидно,

он вызвался специально, дабы спровоцировать

меня, а после – надо мной посмеяться.

– …

Подождите.

Не припоминаю, чтобы говорил, что оставлю

всё на ваше усмотрение.

Вот,

даже Нанака выказал неодобрение.

Так

что будьте так добры отойти в сторону,

навязчивый Принц.

– Нанака

изначально был приспешником Годвина,

вполне вероятно, что его уже знают в

лицо. Лучше будет перестраховаться на

всякий случай и пойти мне. Не стоит

беспокоиться, в отличие от одной юной

леди, я не стану прибегать к насилию.

Управлюсь за пять минут. Положитесь на

меня.

М-м,

– промычал Нанака и замолк.

Подождите

минутку, пожалуйста.

Почему

мне кажется, что он хитрит, играя словами?

Сей

джентльмен просто желает увидеть, как

меня будет распирать от невыпущенного

гнева, не так ли?

– Раз

уж зашла речь о возможности разоблачения,

то, как мне кажется, господин Юлий куда

более узнаваем.

– Напротив.

Кому может взбрести в голову, что Первый

Принц заявится в подобное место без

какого-либо сопровождения?

– Позвольте

напомнить о том, как быстро Вас узнали

те дети.

– Дети

чисты и невинны. Но разве внутри не

нечистые на руку взрослые? Не знающие

ничего, кроме сомнений, не смогут меня

признать.

Вероятно,

именно эти слова и стали решающими.

Доселе

молча слушавший Нанака кивнул и сказал:

– … Хорошо,

оставляю это на тебя.

– Погодите-ка,

здесь я сама…

– Ну,

на том и решили. Оставайтесь здесь,

молча, юная леди. Дайте меня пять минут,

– господин Юлий вошёл в бар с торжествующим

выражением лица, прервав мои спешные

попытки ворваться внутрь.

Видели

его лицо сейчас?

Это

же преступление против совести.

· 確信犯

–

умышленное

преступление; действие, совершенное с

осознанием того, что так поступать

нельзя. Преступление против совести.

Он

говорил о том, как хотел увидеть меня,

избивающую дураков посреди бала, но в

последний момент остановил и заставил

ожидать разрешение, что само по себе

является вероломством.

– Если

господин Юлий не выйдет через пять

минут, я могу ворваться внутрь?

– Нельзя…

случившееся ранее дало мне понять, что

оставлять это на одну тебя просто нельзя.

После

имела место сцена, в коей Нанака отчаянно

пытался помешать мне, не желавшей

дожидаться окончания пяти минут, войти,

в то время как мне приходилось ожидать

господина Юлия за дверью…

– Извините

за ожидание.

Спустя

всего пять минут он вышел как ни в чём

не бывало.

– Я

достал имя и местонахождение работорговца.

– … Никогда

бы не подумал, что ты в самом деле

справишься за пять минут. И зачем я с

вами только ходил? – пробормотал Нанака

со сложной смесью удивления и тревоги

на лицу.

За

первым впечатлением наёмного убийцы я

успела позабыть, что основным занятием

Нанаки был шпионаж.

Ну-у,

неудивительно, что он подавлен.

Принц

этой страны, которого я считала

избалованным юношей, не знающим, как

устроен мир, заполучил информацию ловчее

и легче, чем тот, кто в этом ремесле

поднаторел за время службы.

Всё

ровно как в Академии.

Господин

Юлий порой начинал всерьёз прилагать

усилия, с лёгкостью превосходя достижения

тех, кто всегда усердно работал, тем

самым лишая их мотивации.

Бедняжка

Нанака. Утешу его позже.

– Как

Вы ему язык развязали? Сломали ему руку?

Ногу?

– Сказал

же, что не стану прибегать к насилию.

Ничего я ему не ломал. Просто устроил

небольшую встряску. «Я

знаю, что ты передаёшь информацию о

клиентах другому поставщику».

– … У

тебя была такая информация? Я и понятия

не имел.

Что

тебя так поразило, Нанака?

Разве

мог сей нудный проблемный гений столь

дотошно собирать на кого-то информацию?

– Как

он мог попасться на такую ложь? Господин

Юлий, в Вас спит талант прирождённого

мошенника.

– Полагаю,

Вы сильно недооценили меня, раз приписал

мне талант, коим не обладаю.

– По

крайней мере, Вы лишены таланта проявлять

заботу о других людях.

– Заботу?

Миледи, предоставь я всё Вам, и этот бар

бы уже превратился в кровавую баню. Я

полон милосердия, подобно Пресвятой

Деве, поскольку разбил сердце только

одному преступнику.

– Вы

позволили преступнику ускользнуть,

чтобы после заставить его пострадать

ещё больше? Думаю, милосердной была бы

я, позволив ему всего лишь истечь кровью.

– Э,

э? – Нанака застыл с глупым видом, не в

силах уследить за нашим разговором.

Мы

с улыбками поднялись вверх по лестнице,

ведущей в бар, под взглядом смотревшего

нам в спину Нанаки.

Сегодняшнее

мясо… пять бандитов.

В

следующий же раз я предпочла бы отведать

мясо знати более высокого качества и с

большим количеством жира.

Том

1. Глава 8.

Эпизод

5. Как и ожидалось, не смог не ослабить

бдительность

… Моё

сердце было украдено с того самого

момента, как я впервые увидел Вас.

Кажется,

в то время мне только исполнилось семь.

Пускай

и был Первым Принцем, я испытал определённые

трудности с тем, чтобы найти достойную

меня невесту, посему каждый день посещал

вечерние суаре.

Голодные

до внимания юные леди стекались ко мне

одна за другой, когда я надевал маску

улыбки.

А

с ними ещё и родители, пытавшиеся льстиво

навязать мне брак с одной из их дочерей

– кто не хочет породниться с королевской

семьёй.

Как

мелочно.

Просто

замечательно.

Да,

в то время я ходил на вечерние приёмы

лишь потехи ради: чтобы наслаждаться

их поверхностным, самозабвенным

поведением.

Мне

нравятся дураки.

А

ещё больше я люблю глупцов, творящих

иррациональные деяния.

Стоит

мне увидеть, как дурак поступает под

стать своей глупости и терпит при этом

крах, как я не могу сдержать довольной

улыбки.

И

сам считаю такие чувства дурным тоном,

но ничего не могу поделать, таким я

родился.

Собравшиеся

на балу аристократы в большинстве своём

люди жадные, их заботит лишь возможность

породниться с королевской семьёй и

поиметь с неё как можно больше, так что

удовольствия я от них получаю массу.

Однако,

сколько бы я ни веселился, одно и то же

устаревшее зрелище стало надоедать.

В

тот день я в полной мере насытился

зрелищами глупейших поступков дураков

и уже собирался уходить. Как вдруг…

Краем

глаза я выхватил в тускло освещённом

углу бального зала фигурку одной девочки,

что даже не попыталась ко мне приблизиться.

Её

прекрасные серебристые волосы приковали

к себе мой взгляд. Лицо у неё было

идеальным, изысканным и утончённым, как

у куклы. Просто стоя там, она источала

ауру элегантности и достоинства, не

укрывшейся от моих чувств.

Я

глазам своим поверить не мог.

Меня

терзал вопрос, почему столь красивый

цветок тихо распустился в углу званого

вечера.

И

пока я ей любовался, в сторону маленькой

леди направился знакомый идиот.

Хоть

этот идиот и мой старший брат, он

безнадёжный имбецил с испорченным

характером, лишённый всякого таланта.

Он даже входит в первую пятёрку в моём

списке дураков.

Этот

идиот ни с того ни с сего ударил по голове

юную леди и начал кричать на неё.

Но

даже несмотря на необоснованные побои

девочка лишь молча склонила перед

идиотом голову.

Лишь

тогда я понял, кем была эта маленькая

леди.

Скарлетт

Эль Вандимион, дочь Герцога Вандимион.

Невеста

моего младшего брата Кайла.

Кстати,

раз уж об этом речь зашла, я слышал

кое-что от наставника Кайла.

Кайл,

до сих пор не проявлявший никакого

интереса к светским мероприятиями,

начал из кожи вон лезть, чтобы попасть

на приёмы ради встреч со своей невестой.

Беря

в учёт только что увиденное, правильнее

будет назвать это интересом к игрушке,

нежели любовью в романтическом плане.

Кайл

какое-то время осыпал девочку бранью,

пока наконец не ушёл, и лишь тогда я

наконец решил подойти к леди Скарлетт,

хоть и думал, что от этого будут сплошные

хлопоты.

Семья

Герцога Вандимион – семья, с которой в

данный момент королевская семья желает

обрести наиболее тесные связи.

Слышал

также, что идею помолвки Кайла и леди

Скарлетт также выдвинул отец.

А

что в итоге сделал этот идиот? Повёл

себя высокомерно и заносчиво, с напускной

важностью, и, хоть и обидел её, ушёл, даже

не принеся извинений.

Достигни

подобное ушей Герцога Вандимион, и его

доверие к королевской семье будет

подорвано.

Падение

Кайла меня ничуть не заботит, но я не

могу допустить ухудшения положения

нашей семьи по вине его глупости.

– Вы

в порядке? – окликнул её я, и леди Скарлетт

медленно подняла лицо.

Она

и бровью не повела, а голубые глаза,

цветом под стать глубокому морю,

запечатлели мой образ.

– Прошу

простить, позвольте мне прикоснуться

к Вашим волосам, – я потянулся к

бесстрастно смотревшей на меня девочке

и поправил её растрёпанные волосы.

Затем

девочка склонила голову вбок и недоумённо

произнесла:

– Что

Вы делаете?

– Ваши

волосы были в беспорядке, и я подумал,

что, хоть и грубо с моей стороны, но будет

невежливо оставить их в таком состоянии,

– ответил я и опустил руку, на что она

на мгновение задумалась, после чего

склонила голову.

– Приношу

свои извинения за причинённые неудобства.

– Не

стоит, мне просто подумалось, что было

бы вопиющим расточительством оставлять

их в таком нелестном виде, – сказал я с

улыбкой, после чего она безынтересно

ответила: «Понятно»,

и замолчала.

Судя

по её равнодушной реакции, она, по-видимому,

меня не узнала.

Присутствует

на званом вечере, не знает меня, его

звезду, и не желает ни с кем вести светских

бесед.

Не

то чтобы это имело значение, но я всё же

проявил некоторый интерес, посему снял

свою улыбающуюся маску и с неприятным

выражением заметил:

– … Если

Вы так боитесь Второго Принца, почему

бы не перестать молча терпеть и не пойти

поплакаться Герцогу Вандимион? Наивная

юная леди.

Я

не упустил. После удара Кайла кончики

её пальцев слегка задрожали.

Пускай

её лицо невыразительно, а сама она упорно

делает вид, что всё хорошо, передо мной

была всего лишь хрупкая слабая юная

девочка, напуганная насилием представителя

противоположного пола.

Я

хотел втолковать ей это, но…

Услышав

мои слова, леди Скарлетт прищурилась и

прошептала тихо голосом, полным совершенно

других эмоций, нежели раньше:

– Я

боюсь господина Кайла? Шутить изволите?

– она повернулась ко мне лицом, изогнув

свои аккуратные губки в насмешливой

ухмылке.

[[image:/storage/reader-images/75b5ef99d1a62286eb3231f317bf6e93d6a78057.png]]

От

перемены в ней, которую и вовсе предположить

не мог, я прямо дара речи лишился.

– Что

ж, доброго Вам вечера, – леди Скарлетт

повернулась спиной ко мне, всё ещё не

оправившимся от шока, и ушла.

Такое

было со мной впервые. Никогда прежде я

не встречал кого-то, кто был бы так на

меня похож.

Однажды

горничная рассказала мне кое-что.

Сказала,

что, по её мнению, «господин

Юлий полностью скрывает свои эмоции,

но, стоит ему ощутить себя по-настоящему

счастливым, и его губы сами собой

расплываются в улыбке, которую уже не

удаётся скрыть».

Эта

девочка была определённо моего поля

ягода: проживала свою жизнь, скрывая

под маской свои искажённые чувства.

Руки

маленькой леди дрожали отнюдь не потому,

что её напугали побои Кайла.

Не

сомневаюсь, её переполняло мрачное

торжество от мыслей о возмездии, которое

однажды постигнет моего глупого младшего

брата. Должно быть, так и было.

А-а,

Боже мой. Наконец я встретил свою судьбу.

Впервые

в жизни я подумал о том, что помимо глупых

людей могу питать тёплые чувства и к

той, что глупой не являлась.

Если

это она. Если только её характер так же

извращён, как и у меня самого.

Не

сомневаюсь, она сделает мир, который

кажется мне чрезвычайно скучным, намного

приятнее.

– А-а…

как же весело.

С

тех под одна только мысль о леди Скарлетт

наполняла меня счастьем.

От

одного только представления о том, как

эта дрожащая юная ручка однажды схватит

в тиски лицо Кайда, моё сердце забилось

чаще.

И

вдруг я обнаружил, что думаю о ней

постоянно.

Раньше

я смеялся над вещами вроде романтики

или любви, считая их ни на что не годными,

но теперь не могу назвать их такими уж

плохими.

На

самом деле, теперь я сожалел: знай я, что

жизнь станет такой интересной, предпочёл

бы понять это раньше.

Но,

прежде всего, леди Скарлетт была

единственной девушкой, что могла бы

ужиться с мужчиной с настолько извращённым

внутренним миром, как у меня.

– Принцесса

Бешеный Пёс семьи Вандимион… я стану

тем, кто сорвёт с тебя маску.

◆　◆　◆

На

следующее утро после того, как господин

Юлий получил от посредника информацию

о работорговце.

Мы

с Нанакой посетили аристократический

квартал королевской столицы Гранхильд.

Здесь,

где по всюду стоят особняки высокого

класса, проживают высокопоставленные

аристократы высоких титулов.

Важные

персоны, работающие при королевском

дворе, проживают в этом квартале, где

располагается их городская резиденция,

а не на своих территориях, коими управляют.

Никто

бы и помыслить не смог.

В

самом сердце страны, где рабовладельческий

строй под полным запретом, был некто,

гордо ведущий бизнес по купле-продаже

рабов.

Узнав

об этом месте, я была поражена до глубины

души.

Если

речь об аристократической резиденции,

даже вызови она хоть какие-то подозрения,

провести расследование будет не так-то

просто.

Особенно

если это резиденция высокопоставленного

дворянина.

Мы

с Нанакой посетили одну из таких

резиденций.

Кстати,

господин Юлий – персона известная –

был вынужден остаться в гостинице,

поскольку Принцу нашей страны доставит

немало проблем попытка поехать купить

раба, даже если это на благо расследования.

Так ему и надо.

– Добро

пожаловать, прекрасная юная леди.

Полагаю, Вы ищете редкого раба.

Нас

провели в гостиную, и восседавший в

дорогом кресле аристократ заговорил

со мной таким тоном, будто задавал цену.

Граф

Зазаран.

Один

из наиболее преуспевающих представителей

высшей знати, проживающих в этом квартале.

На

первый взгляд он кажется благообразным

пожилым джентльменов, но на самом деле

– чёртов работорговец.

Внешность

бывает обманчива.

– Но

это неправильно. Как бы Вы ни желали

заполучить раба втайне от своих родителей,

ведение дел с головорезами вроде Джанка

совершенно непозволительно для дворянки.

Только очернит Вашу репутацию.

– Увы,

для меня это был единственный способ

связаться с Вами, посему пришлось

обратиться к мистеру Джанку, посреднику.

Теперь мне любопытно, что за отношения

связывают с ним Вас, господин Зазаран.

– Что

Вы, нет у нас особых отношений. Порой в

трущобы забредают редкие и ценные

кандидаты в рабы. На такой случай я

заключил с ним контракт, чтобы таковые

попадали сразу ко мне, а не к другим

работорговцам. А-а, но, как погляжу, у

него обширный круг связей. Кажется,

помимо меня он поддерживает связь и с

другими дворянами и работорговцами,

проживающими в этом районе. Хитрый

малый.

· 顔が広い

– дословно

«широкое лицо». Означает человека с

хорошими связями; известного; имеющего

большой, разнообразный круг знакомых.

Нанака

знал о мистере Джанке, поскольку слышал

упоминание его имени господином Годвином

как посредника в трущобах королевской

столицы. И, вне всяких сомнений,

работорговец, с которым нас познакомил

мистер Джанк, непременно примет участие

в аукционе.

Долгий

путь, но, если переговоры здесь пройдут

успешно, полагаю, нам удастся проникнуть

на аукцион рабов.

– Слышала,

у Вас можно приобрести рабов редких и

ценных, но каких, например?

Господин

Зазаран раскинул руки, будто собираясь

кого-то обнять, и заговорил с энтузиазмом,

как бы призывая слушать внимательно:

– К

примеру, эльфы, гномы, крылатый народ,

демоны… а-а, верно-верно. Зверолюди у

нас также считаются редчайшим и ценным

товаром.

Сидевший

рядом со мной Нанака в костюме дворецкого

задрожал.

Хоть

и притворялся спокойным, вид у него был

слегка встревоженный.

Всё

в порядке, Нанака. Разработанная нами

стратегия обязательно принесёт плоды.

– Как

Вы поняли, что он зверочеловек?

– Чёрные

волосы и янтарные глаза – характерная

черта зверолюдей. Более того, Вы приложили

немало усилий, чтобы прийти ко мне в

поисках раба. У Вас должен был быть с

собой хотя бы один из редких рабов. В

противном случае я бы не стал вести с

Вами деловые переговоры. Что ж, никакие

слова не сработают куда лучше «визитной

карточки» подле Вас… его, не так ли?

Ха-ха-ха,

– я улыбнулась господину Зазарану,

расхохотавшемуся в голос.

Над

чем он смеётся? Отправить в полёт?

– … Нельзя.

Да-да,

знаю, Нанака.

Как

бы я ни злилась на господина передо

мной, приложу все силы, дабы продержаться

до тех пор, пока не настанет час избить

моего драгоценного господина Годвина.

Возможно.

– Так

какой раб интересует Вас? Надеюсь, смогу

подготовить товар, что придётся по вкусу

юной леди с зверочеловеком в подчинении.

Итак,

да начнётся представление.

Я

глотнула чай из стоявшей на столике

чашки, нарочито небрежно поиграла

кончиками своих волос и сказала:

– Я

пришла сюда не с целью купить раба.

– Хо-о?

Тогда что же Вам будет угодно?

– До

меня дошли слухи, что где-то в королевской

столице вскоре будет иметь место аукцион

рабов. Я бы и сама хотела попасть на

него, не могли бы Вы подсобить в этом

вопросе?

– А-а,

аукцион? Понятно. Хм-м… – господин

Зазаран скрестил руки на груди и смолк.

Его

взгляд наконец немного изменился.

Аукцион – огромная сделка, несравнимая

с продажей рабов в частном порядке.

Полагаю, он не даст своё согласие так

просто.

Предсказуемое

развитие событий.

Осталось

выяснить, клюнет ли сей алчный человек

на заготовленную нами наживку.

– … Чтобы

получить приглашение на аукцион, Вы

должны иметь опыт неоднократной купли

и продажи рабов. Вы также должны раскрыть

свою личность и пройти процедуру

проверки. Всё это займёт не менее

полугода, так что если начнёте готовиться

прямо сейчас, мы, вероятно, попросту не

успеем.

– Неужели

ничего нельзя сделать? Я заплачу любую,

сколь угодную Вам, сумму, – серьёзным

тоном обратилась я.

Господин

Зазаран покачал головой, после чего

вновь открыл рот:

– Нет,

боюсь, сумма выйдет Вам не по карману.

Я бы сказал, что взамен… – господин

Зазаран усмехнулся.

То

была ужасающая улыбка, раскрывшая его

тайную отвратительную сущность.

– Если

согласитесь продать мне раба-зверолюда,

я смогу провести Вас на аукцион, выдав

за дочь моего родственника. Предложение

сопряжено с определённым риском, но,

как по мне, сделка неплоха для нас обоих.

Что скажете?

Я

посмотрела в глаза Нанаке и легонько

кивнула.

Отлично,

он заглотил наживку. Операция прошла

успешно.

Осталось

лишь ответить заранее заготовленными

словами.

– Ну-у,

и это всё, что необходимо для посещения

аукциона? Тогда я буду счастлива принять

Ваше предложение.

Хлоп!

– я хлопнула в ладоши в знак радости, и

господин Зазаран удовлетворённо кивнул.

– В

таком случае, сделка заключена. Аукцион

состоится через три дня, когда изволите

передать рабскую печать зверолюда?

Через

три дня? Совпадает с информацией Нанаки.

– Пускай

этот человек и раб, из-за обстоятельств

моей семьи клеймо ему не поставили.

Поэтому в передаче рабской печати нет

необходимости.

– Боже

мой! Держите раба без гравировки на нём

печати!? Полагаю, Вы абсолютно уверены

в своей методике его дисциплинирования.

Ну и ну, признаю Вашу смелость. В таком

случае, могу ли я забрать раба прямо

сейчас?

– Нет,

позволите ли мне привести его завтра?

Этот раб долгое время был ценным

имуществом нашей семьи, жаль будет

расстаться с ним вот так, не попрощавшись…

– О-о,

вот как. Могу понять Ваши чувства. Тогда

увидимся завтра. Ну и ну, удалось

заполучить хорошенький товар на склад

перед аукционом, Вы оказали мне неоценимую

помощь. Ха-ха-а.

Завершив

деловые переговоры, шедшие мирно от

начала и до конца, мы покинули резиденцию

Графа.

То

был отвратительный дом с атмосферой

вульгарных пристрастий, не обошедшей

стороной и его жильца.

По

возможности я предпочла бы не посещать

его вновь.

– … Я

удивлён.

Стоило

нам пересечь аристократический квартал

и прибыть в торговый район королевской

столицы, полнившийся уличными ларьками,

как Нанака забормотал себе под нос.

– Чему

именно?

– … Что

нам удастся решить вопрос путём правильных

переговоров. Я было подумал, что ты точно

не сможешь сдержаться и на полпути

изобьёшь того дворянина.

Я

прямо там стала растирать голову Нанаки

кулаками.

Моя

как хозяйки роль – наказать дворецкого,

кому явно не хватает дисциплины.

– … Ай-яй.

Просто шутка.

– Заслужил.

Во

всяком случае, рада, что удалось заполучить

приглашение на аукцион.

Первоначальный

план состоял в том, чтобы завоевать

доверие работорговца в обмен на передачу

Нанаки – редкого звероподобного существа

– в качестве раба, но я подумать не

могла, что тот сам предложит такое

условие.

– Но

всё точно в порядке? Новую рабскую печать

позже можно будет стереть, но после

завтрашней передачи я не смогу

гарантировать твою безопасность, не

так ли? Разумеется, я постараюсь помочь

тебе сразу, как только выдастся шанс,

но… – сказала я, поправляя его растрёпанные

волосы, и Нанака кивнул.

– … Всё

хорошо. Судя по его словам, меня, вероятно,

тоже выставят на аукцион в качестве

лота. А до тех пор сомневаюсь, что он

проявит жестокость в моём отношении.

Если заберешь меня сразу после того,

как уладим всё, серьёзных проблем не

случится.

Первоначально

стратегию предложил сам Нанака.

Сказал,

что таково будет его искупление за

покушение на мою жизнь, хотя не скажу,

чтобы меня произошедшее беспокоило,

ведь в то время он был рабом и не мог

ослушаться приказа своего хозяина.

– … Что

важнее, спать хочу.

Вдруг

Нанака пошатнулся.

Если

подумать, этот малыш… или, скорее,

зверолюди в целом, ведёт ночной образ

жизни.

За

время работы горничной в нашем доме он,

кажется, заставлял себя бодрствовать

за счёт волшебных зелий для пробуждения

сознания. Однако за последние несколько

дней их запасы у него, похоже, иссякли:

я помню, как время от времени он громко

зевал, обнажая клыки.

– Отдохнём

в гостинице? – сказала я, поддерживая

его, пошатнувшегося и уж было собиравшегося

поцеловать землю, и Нанака пробормотал

с полусонным видом.

– … Как

скажешь. Как стемнеет… разбуди… меня,

– с затихающим голосом тело Нанаки

быстро обернулось телом чёрного волка.

Гулявшие

поблизости искатели приключений и

торговцы с изумлением воззрились

нежданное превращение человека в волка.

Как-никак,

встретить зверолюда – большая редкость.

– Прошу

простить за причинённые неудобства.

Пожалуйста, не обращайте на нас внимания,

– с улыбкой кивнув окружающим, я

подхватила Нанаку на руки. – В самом

деле. Дворецкому не подобает доставлять

хозяевам беспокойства.

По

возвращению в гостиницу меня встретил

господин Юлий, на тот момент читавший

со скуки книгу.

При

виде Нанаки у меня на руках, он со смехом

меня подразнил: «Собрались

завести домашнего питомца?».

Проигнорирую.

Даже

не удостоив господина Юлия взглядом, я

осторожно уложила Нанаку на кровать.

… Торговый

район королевской столицы Гранхильд.

Я

шла по главной улице, усыпанной

многочисленными магазинами, одетая в

купленное для маскировки алое

платье-фартук.

· Отличительной

особенностью платья-фартука (apron dress)

являются толстые лямки и необходимость

оборачивать его вокруг себя. В некоторых

случаях оно открывает спину, как кухонный

фартук.

https://fashion-expects.blogspot.com/2015/07/blog-post_14.html

Оставив

крепко уснувшего Нанаку на постоялом

дворе, я отправилась на прогулку.

Только-только

настал полдень, на улицы высыпались

люди, придав оживлённую атмосферу.

В

полный противовес моим собственным

ощущения…

– Мясное

блюдо из того ларька оказалось довольно

вкусным несмотря на простенький вид.

Подумываю нанять владельца ларька

поваром при королевском дворе, что

скажете? – одетый в простую синюю тунику

простолюдина господин Юлий вышагивал

рядом со мной с невозмутимым выражением

лица.

– Послушайте,

светловолосый джентльмен в простой

одежде.

– Что

такое, серебровласая леди в простой

одежде?

Мы

переглянулись, внешне улыбаясь друг

другу.

– Почему

Вы преследуете меня?

– Мне

просто надоело сидеть в гостинице. Как

раз думал выйти прогуляться, просто

время совпало. Вот и всё.

Да

неужели.

Вы

шли рядом со мной с тех самых пор, как я

покинула гостиницу.

– Понятно.

Что ж, мне в ту сторону, так что желаю

Вам хорошо провести время, – я развернулась

к нему спиной и направилась в противоположном

от господина Юлия направлении.

Я

планировала неспешно пройтись по

торговому району, в одиночестве, но с

этим человеком поблизости у меня нет и

шанса расслабиться.

Теперь,

когда все препятствия устранены,

насладимся же в полной мере прелестями

торгового района.

– Эй,

серебровласая мисс! Наш яблочный пирог

– просто пальчики оближешь! Поскольку

вы очень милы, вместе с пирогом я дам

вам одно яблочко в придачу! – окликнул

меня дядя одного из ларьков, выставленных

в шеренгу по обеим сторонам улицы.

Но

почему-то вместо меня ему ответил

совершенно иной голос:

– В

таком случае, если возьму два, то и яблок

два в придачу? Будьте добры положить

ещё этот кекс.

– Подходите,

взгляните! Эй, прекрасная серебровласая

леди! Это мифриловое ожерелье стоит

всего лишь десять серебряных! Купите

сейчас, и в подарок отдам этот мифриловый

чокер! Уверен, идеально вам подойдёт,

красавица!

· Чо́кер

(англиц. от choker «душитель») — вид

украшений, короткое ожерелье, плотно

прилегающее к шее. Своё современное

название получило от чокера — тросовой

петли, используемой при лесозаготовке

трелёвочным способом.

– Что

за низкокачественный товар, из мифрила

– да с такими примесями. Я не стану

распространяться об этом, а взамен

отдайте за две серебряных. Вместе с

чокером, разумеется.

– Не

проходите мимо, серебровласая леди.

Вижу позади вас зловещий мстительный

дух женщины. Наша встреча была продиктована

самой Судьбой, так получите же священный

камень силы, он сгубит любую нежить,

всего за один золотой…

– Жаль

разочаровывать, но эта девушка способна

отогнать мстительного духа голыми

руками. Полагаю, он только помешает. Но

камень силы на вид неплох. Так, я его

беру.

Это…

могу я задать вопрос?

– Златовласый

джентльмен.

– В

чём дело, серебровласая леди?

Я

вновь обратилась к господину Юлию с

широкой улыбкой на лице.

– Ранее

Вы говорили, что мы просто по воле случая

вышли в одно и то же время.

– Что,

Вы взаправду поверили в сей обман?

Разумеется, это была ложь. А в Вас есть

и милая сторона, как погляжу.

Другой

рукой я сжала дрожащий кулак.

Мне…

нельзя.

Нельзя

размахивать здесь кулаками.

Как

я могу ударить по лицу будущего Короля

здесь, в королевской столице, где всего

в двух шагах расположен королевский

дворец?

А-а,

но так одолевает желание, я просто хочу

ударить его и облегчить себе душу.

Что

же мне делать, старший брат?

Том

1. Глава 9.

– Ху-ху…!

– господин Юлий зажал рот рукой, сдерживая

смех.

Так,

всё-таки нужно его ударить.

– И

всё же, Вы такая забавная. Никогда бы не

подумал, что меня может позабавить

что-то помимо высмеивания глупцов.

– Рада

за Вас. До свидания, – я отвернулась и

попыталась быстро уйти, но господин

Юлий тут же схватил меня за руку.

– Виноват.

Я перестарался с поддразниваниями.

Поздно

уже просить прощения.

И

хотя я подумала так, я обернулась,

наполовину опустив веки, чтобы увидеть

лицо, на коем так или иначе читалось

раскаяние…

– Мг,

– и в рот мне запихнули нечто сродни

хрустящему хлебу.

Сладость

яблок и мёда наполнила рот.

Яблочный

пирог? Очень вкусно.

– Попалась,

– господин Юлий невинно улыбался под

стать озорному мальчишке.

В

знак протеста я поспешно дожевала кусок

пирога у меня во рту, но вслед за ним мне

впихнули новый.

– Вот,

отдаю свой. Наслаждайтесь трапезой.

Признаю,

что вкусно.

Но

Вы глубоко заблуждаетесь, если решили,

что еда дарует Вам прощение за прошлое

варварство.

– У

меня ещё есть яблочные кексы из того же

магазинчика.

– Ничего

не поделаешь. Прощу Вас на этот раз.

Я

не смогла устоять перед восхитительной

сладостью.

Пускай

имеет тёмную сторону, не могу не признать,

что Принц весьма искусен в манипулировании

сердцами и умами людей.

Юлий

фон Палистан, с ним ни в коем случае

нельзя терять бдительность.

– Всё

же я устал от долгой прогулки. Может,

немного отдохнём?

– Необычно

для нас оказаться едиными во мнении.

Давайте так и поступим.

Посетив

все магазины торгового квартала, мы

подошли к фонтану, разместившемуся в

центре королевской столицы.

На

тут и там расставленных деревянных

скамьях сидели люди, как и мы пришедшие

в поисках отдыха, коротавшие время за

разговорами.

· П.п.:

В оригинале было слово «стул», но очень

странно видеть стулья в парке, к тому

же даже в манге была скамейка.

– Прошу

сюда, леди.

– О,

Вы так внимательны. Благодарю Вас.

Господин

Юлий расстелил на скамейке большой

носовой платок и театральным жестом

указал на него. При виде этого я с улыбкой

села на предоставленное место.

Туника

простолюдина не очень-то подходила к

его раздражающе безупречному лицу. Так

что я не смогла удержаться от смешка.

– Как

погляжу, Вам не впервой ходить по городу.

– Время

от времени ускользал из Академии и

приходил сюда на инспекцию. Так что этот

торговый квартал я знаю как свои пять

пальцев.

Пусть

и назвал это инспекцией, но разве он не

просто выбирался отдохнуть?

Слова

уже вертелись у меня на языке, но на сей

раз спущу ему с рук, раз уж удостоил меня

обращения, как с леди.

– И

как Вам? Торговый квартал – гордость

нашей страны, – поинтересовался сидевший

рядом господин Юлий, покосившись на

меня.

– И

правда. У меня не было времени осматриваться

раньше, когда господин Кайл посылал

меня за покупкой обеда, но, увидев город

сейчас, я осознала, насколько это место

оживлённое и интересное. Мне понравилось.

Взгляд

господина Юлия был невинен, как у ребёнка,

хваставшегося своим сокровищем, потому

я невольно позабыла о сарказме и дала

честный естественный ответ.

Ну

и ну, какая же я всё-таки великодушная.

– В

частности, рекомендованная Вами, господин

Юлий, сладкая выпечка оказалась, к моему

огорчению, очень вкусной.

– Вот

как. Рад, что они пришлись Вам по вкусу.

Я каждый раз, как наведывался сюда,

думал, что было бы неплохо дать Вам

попробовать. И Вы ответили, что Вам

понравилось. В таком случае, я не зря

следовал за Вами: это стоило того, –

сказал господин Юлий с ангельской

улыбкой.

Я-то

полагала, что он преследовал меня ради

насмешек, а он, оказывается, на самом

деле просто пожелал показать мне торговый

квартал?

В

таком случае, нужно было с самого начала

сказать мне об этом прямо, тогда бы и я

не стала позволять себе грубость в

общении с Вами.

Вы

поистине противоречивая личность.

· 天邪鬼

– «аманодзяку»,

дословно «небесный злой дух» (изображение

демона, попираемого божествами-стражами

ворот). В переносном смысле означает

людей, которые поступают противоположно

тому, что говорят, или притворяются

недовольными, хотя на самом деле

счастливы. Противоречивый человек,

упрямый (несговорчивый) человек, цундере.

https://vk.com/wall-1786121_98416

– Я

ненавижу скуку, – вдруг пробормотал

господин Юлий, щурясь на доносящиеся

издалека шум и суету торгового квартала.

Есть

ли хоть один человек, что не ненавидит

скуку?

Подумав

об этом, я решила молча послушать

дальнейшие слова господина Юлия.

– Большинство

вещей в мире для меня скучны. Для меня,

ненавидящего скуку, это сродни пытке.

Потому хотелось бы, чтобы хоть этот

маленький мир, открытый моим глазам,

был полон интересного, – длинные белые

тонкие пальцы господина Юлия нежно

взяли меня за руку. – В детстве мой

интерес был направлен лишь на крайне

искажённые и уродливые вещи. Но теперь

я могу сказать, что всё стало иначе.

Потому что я встретил Вас.

– Господин

Юлий…?

Пока

я пребывала в замешательстве, господин

Юлий вдруг склонился ко мне и шепнул

так тихо, что только я могла слышать.

– Мне

нравится всё занятное. И самое интересное

для меня сейчас – Вы, Скарлетт, – едва

закончив, прежде, чем я успела ответить,

он тихонько приложил губы к моему лбу.

– …!

Всё

случилось настолько внезапно, что глаза

у меня широко распахнулись, и я напряглась.

Господин

Юлий медленно приоткрыл рот, с удовольствием

на меня глядя.

– … Я

прекрасно понимаю, что эти мои чувства

отличаются от обычной романтики. Однако

позвольте сказать Вам вот что, – с

добродушной улыбкой сказал мне, ещё не

преодолевшей замешательство, господин

Юлий. – … Скарлетт, я люблю Вас. Больше

всего на свете.

Я

только и могла, что изумлённо взирать

на его непоколебимое лицо, так отличавшееся

от обычного.

Не

успела я оглянуться, как снова оказалась

в гостевом доме.

– …

Интересно,

как я сюда попала.

Лившийся

из окна солнечный свет уже окрасился в

закатные тона.

Полагаю,

спящий в соседней комнате Нанака скоро

должен будет открыть глазки.

Смутно

размышляя об этом, я неволей коснулась

лба – впервые меня коснулись чьи-то

губы.

– … Полагаю,

это очередная Ваша попытка меня

подразнить?

Осмелился

же он сделать такое признание в разгар

расследования, что потрясёт всю страну.

Сколько

ещё Вам надобно тревожить моё сердце,

господин Юлий, чтобы наконец удовлетвориться?

Я

понятия не имею, что творится в его

голове.

Потому

что до сих пор он не выказывал мне даже

намёка на сегодняшнее поведение.

Господин

Юлий просто вновь меня дразнит.

К

такому выводу я пришла, а после силой

заставила себя прервать размышления

на этот счёт.

На

следующее утро.

Господина

Юлия в гостинице не обнаружилось.

Записка

в комнате гласила: «Отлучился

ненадолго. Вернусь к полудню, так что

оставляю переговоры с работорговцем

Вам».

Я

не знала, как вести себя с ним после

вчерашнего, так что испытала облегчение,

что не пришлось встречаться лицом к

лицу.

Что

ж, пора приниматься за дело и наведаться

домой к господину Зазарану.

Мы

с Нанакой вновь прибыли в квартал

аристократии.

Сегодня

на Нанаке была не форма дворецкого, но

простая рубашка с короткими рукавами

и штаны длиной в три четверти.

Он

вернул мне форму со словами, что её

выбросят сразу же, как он снова станет

рабом.

Я

не возражала.

Ну-у,

когда Нанака вернётся, придётся снова

за ним поухаживать.

Так

что будет лучше, если сохраню его одежду

пока у себя.

– Как

и обещала, отдаю Вам своего раба. Взамен

не забудьте о моей просьбе.

– Разумеется…

хотел бы я так сказать, однако, – господин

Зазаран, устроившись на диване, нарочито

ухмыльнулся.

Что

такое.

Неужели

он собрался на столь позднем этапе

добавить ещё какое условие?

Если

слишком увлечётся, у меня рука соскользнуть

может.

У

меня и без того уже плохое настроение

из-за инцидента с господином Юлием и

возвращения домой к этому обладателю

вульгарных пристрастий.

– Прежде

чем заключим сделку, я бы хотел убедиться,

что этот мальчик в самом деле зверочеловек.

Могу ли попросить Вас обратить его в

зверя здесь и сейчас?

Мне

было любопытно, что же он скажет, а он

вот о чём переживал. Очень осторожен.

– Вас

терзают сомнения? Думаете, пытаюсь Вас

обмануть?

– Нет-нет,

ни в коем случае. Но на всякий случай…

янтарные глаза и чёрные волосы, конечно,

характерны для зверолюдей, только вот

встречаются они редко. Порой попадаются

подлецы, что маскируют своих рабов под

таких и продают по высокой цене.

– Ха-а.

Поняла.

Будучи

тем, кто покупает и продаёт рабов, Вы

сам подлец по определению.

Отвратительна

самая мысль о том, как он жаждет отодвинуть

собственное поведение на второй план.

– Нанака,

будь добр обратиться.

– … Хорошо.

Облик

Нанаки сменился с человеческого на

чёрного волка.

При

виде этого господин Зазаран одобрительно

закивал и зааплодировал, приговаривая:

«О-о!

Чудесно!».

Вопреки

похвале, Нанака отвернулся, не пошевелив

ни единым мускулом.

Оно

и неудивительно.

Ведь

и для меня похвала от такого отброса,

занимающегося торговлей людьми, – повод

не для радости, но для отвращения.

– Замечательно…

что за блестящий мех. А размер и красота

глаз. Он станет жемчужиной нашего

аукциона.

– Рада,

что Вам понравилось.

– Какая

жалость, что Вам пришлось отдать его

лишь ради простого приглашения на наш

аукцион. Если хотите, позже я познакомлю

Вас со своими рабами. Отдам по очень

выгодной цене.

– Благодарю,

но не стоит. Нужного мне раба я найду на

аукционе.

– А-а,

верно. Вы ведь изначально вышли со мной

на связь в поисках редких рабов, что

будут выставлены на аукционе. Но, должно

быть, трудно будет найти товар, способный

конкурировать с расой зверолюдей? Что

именно Вы ищете…

В

этот момент, – бам

– дверь с грохотом распахнулась, и в

гостиную вошёл мускулистый заросший

волосами джентльмен.

Только

войдя, он тут же обратил свой немигающий

взор ко мне.

Он

также гость господина Зазарана?

Выглядит

столь грубым и необразованным, что я уж

было подумала, не напал ли разбойник.

– Хозяин,

эта женщина и есть тот раб, которого Вы

сегодня покупаете?

– Ха-ха-ха.

Нет, Донован. Эта женщина – клиент,

пришедший его продать.

– Что,

издеваетесь? С этой женщиной бы я как

следует повеселился перед продажей.

– Эй,

перестань грубить леди. Прошу прощения,

нашему рабу недостаёт дисциплины. Мне

стыдно за него.

– … Мне,

в общем-то, всё равно.

Нечеловеческое

телосложение и звериный запах.

Полагаю,

ликантроп – наполовину человек,

наполовину зверь?

· Ликантроп

— это человек, который способен

превращаться в животное, обычно это

волк. Разница между ликантропом и

оборотнем заключается в том, что

ликантроп преимущественно является

человеком, который временами может

превращаться в зверя. Не спрашивайте,

в чём разница между ликантропом и

зверочеловеком (Нанака), я сама не до

конца поняла. Но под зверочеловеком

обычно понимается человек со звериными

особенностями (уши и хвост), хотя Нанака,

получается, ближе к оборотню, т.к. в

человеческом облике не имеет ни ушей,

ни хвоста, но может превращаться в

волка.

Должно

быть, это кто-то вроде раба-телохранителя.

– О,

тогда раб – вон тот волк? Этот мех и цвет

глаз – зверочеловек, да?

– Ага.

Нанака, будет жемчужиной нашего аукциона.

Попрошу тебя отнестись к нему должным

образом.

– О

чём это Вы? Зверолюди славятся своей

высокой регенерацией, разве нет? С ними

можно и грубо, не страшно. А ну, сюда

давай! – мистер Донован надел ошейник

на Нанаку и сильно дёрнул за поводок.

Должно

быть, испытывая боль от удушья, Нанака

низко зарычал и покачал головой: «Гр-р…!».

– Вот

ведь! Слушай, что говорят! Ублюдочная

псина! – мистер Донован выхватил из

кармана шипастый хлыст.

И

безжалостно замахнулся им на

сопротивлявшегося Нанаку.

Став

тому свидетелем, я тут же поднялась с

дивана и протянула руку…

– … Кажется,

у нас тут питомец, лишённый всякой

дрессировки, – я схватила рукой кончик

хлыста.

– А…?

– мистер Донован разинул рот и широко

распахнул глаза, будто не ожидал, что

его любимое оружие вот так схватят.

Не

могли бы вы, будьте так добры, не обращать

ко мне так часто своё неинтеллигентное

лицо?

Мне

тяжело сдержать желание как следует по

нему ударить.

– Я

лично преподам урок этому дурному

слабоумному питомцу, – с улыбкой

произнесла я, и тут мистер Донован

опомнился, недовольно ответив:

– Эй-эй,

разве эта псина уже не стала собственностью

хозяина? Не нравится мне, что ты лезешь

в воспитание в чужом доме. И, стерва… –

мистер Донован обнажил свои острые

клыки, – кто это здесь дурной слабоумный

питомец? И ещё, ты, кажись, что-то говорила

о том, как преподать мне урок, смотришь

свысока? Мне тебя на части порвать,

с*ка…!

– Ну

и ну, страшно-то как.

В

самом деле страшно. Просто ужасно, жуть

какая…

Боюсь,

я причиню этому джентльмену боли больше

необходимого.

Столь

сильную, чтобы он впредь и думать не

смел восставать против меня.

– Леди,

не стоит Вам так сильно провоцировать

моего Донована. Хоть и полагаю, что Вы

имеете некоторые познания в боевых

искусствах, всё же… – с гордостью на

лице сказал господин Зазаран, пожимая

плечами, – до того, как стать рабом, этот

мужчина был авантюристом А-класса. Он

стал рабом из-за убийства одного из

членов группы в споре о распределении

наград, но его способности – не пустые

слова. Он – чудище, с которым не совладать

ни одному командиру рыцарей нашей

страны.

Пускай

Вы так уверены в своих объяснениях, к

сожалению… я не ведаю уровня мастерства

авантюриста А-класса, так что эта история

не вызвала у меня особых эмоций.

– И

какое это имеет значение?

– Просто

хотел предупредить Вас, что вмешиваться

без необходимости опасно…

– Слишком

поздно, хозяин. Клиент или просто девка

– думаете, мне есть дело? Я в бешенстве,

с*ка, – прервав слова господина Зазарана,

мистер Донован со всех сил потянул кнут,

пытаясь притянуть меня ближе.

Похоже,

он крайне уверен в своих силах.

Догадываюсь,

до сих пор он прибегал к своей хвастливой

силе, чтобы побеждать всех, кто шёл ему

наперекор.

Однако

в этом мире всегда есть люди уровнем

выше.

Позвольте

напомнить вам об этом здесь и сейчас.

– А…?

– мистер Донован нахмурился, видя, что

я и с места не сдвинулась, как бы сильно

он ни тянул.

Возможно,

решив, что что-то пошло не так, мистер

Донован снова и снова дёргал кнут, как

бы проверяя силу. Но я не сдвинулась ни

на дюйм, сохраняя хладнокровие.

– К-какого

чёрта!? – наконец он схватил его обеими

руками и натянул так сильно, как только

мог.

Хотите

сыграть со мной в перетягивание каната?

Ну

и ну, что за непослушный питомец.

– Только

не говорите, что это всё, на что вы

способны?

– З-заткнись!

Что, что за чертовщина!? Какого чёрта я

с места сдвинуть не могу эту девку с её

тонкими руками!? Уо-о-о-о-о!!! – мистер

Донован выгнул спину, перенеся вес

назад, и с большим усилием потянул кнут.

Выглядит

таким отчаявшимся, что я готова вот-вот

улыбнуться.

– Ч-что

за…? Эй, Донован. Ты шутишь, что ли? Правда

ведь!?

– Нет

же, хозяин! Я тяну со всех сил, а она ни

на йоту не двигается! Что за звериная

сила такая…!

Ну

и ну, как грубо.

Не

понимаю, как можно называть хватку

благородной леди звериной силой.

Питомца,

не желающего держать язык за зубами,

должно наказать.

– Что

ж, господин Зазаран.

– Д-да…!?

– Этот

господин, мистер Донован, будет выставлен

как лот на аукционе?

– Н-нет…

этот человек – мой личный телохранитель

и дрессировщик других рабов…

– Понятно,

отрадно слышать. …Тогда без колебаний

отправлю его в полёт.

– … Ха?

Вложив

всю свою силу в сжимающую кнут руку, я

потянула.

– Прочь

с глаз моих… идиот.

– Ги…!?

В

мгновение ока мистера Донована утянуло

с места, он вынес собой оконное стекло

позади и улетел далеко-далеко.

Чуть

позже вдалеке послышались грохот и

вопли.

Судя

по всему, он влетел в дом какого-то

другого вельможи.

Ну-у,

учитывая скорость и расстояние, каким

бы живучим ни был ликантроп, он, вероятно,

какое-то время не сможет оправиться от

полученных травм. Впрочем, сам это

заслужил.

– Бедняжка…

больно, наверное, да? – я склонилась к

Нанаке, сняла с него ошейник и погладила

по шее.

Ошейник

впился ему в шею и оставил рубец, ныне

сочившийся кровью.

– … О,

нежный ветерок, молю, исцели его раны,

– произнесла я магию исцеления (heal),

и раны Нанаки мгновенно зажили.

… Слава

Богу.

Я

беспокоилась, что рана может оказаться

слишком глубокой и оставить след даже

после использования магии, но, похоже,

всё зажило без каких-либо проблем.

– Я

буду там и заберу тебя. Прошу, потерпи

немного.

– Ва-у.

Шепнула

я, и Нанака негромко гавкнул, словно в

знак согласия.

Но

заметил капавшую с моей ладони кровь и

обеспокоенно потёрся о неё головой.

– Ху-ху.

Не волнуйся, позже всё залечу. Спасибо

за беспокойство.

Гладь-гладь,

– я ласково погладила его по пушистой

голове и поднялась.

Вновь

бросив взгляд на диван, я увидела

застывшего, разинув рот, господина

Донована.

– К

слову, кажется, Вы ранее упоминали, что

готовы продать мне одного из своих рабов

за бесценок.

– Ха,

хахи!?

– Я

уже сломала одного из них, и, пожалуй,

должна буду возместить ущерб. Как насчёт

того, чтобы закрыть на это глаза в

благодарность за то, что отдала Вам

Нанаку? И… – я медленно подошла к

господину Зазарану.

Он

побелел и дрожал, так что я сказала ему

с улыбкой.

– Рабы

– важный для Вас товар, верно? Если не

желаете снизить стоимость своего товара,

советую не обращаться с ними грубо.

– Б-буду

иметь в виду! – закивал господин Зазаран

с напряжением на лице.

Если

и правда учёл, то больше ни за что не

станет позволять жестокость в отношении

Нанаки.

Осталось

только подождать следующие два дня.

Затем,

как и было обещано, мне сообщили место

проведения аукциона, и я вновь улыбнулась

господину Зазарану:

– Что

ж, увидимся вечером на аукционе. Всего

Вам доброго.

Покинув

особняк господина Зазарана и вернувшись

в торговый квартал, я заметила знакомую

карету у постоялого двора, где я

остановилась.

Да,

ту самую карету с нашим фамильным гербом.

Что,

разумеется, значило, что приехавший на

ней человек…

– … Наконец

нашёл тебя, Скарлетт, – старший брат

Лео вышел из кареты и преградил мне

дорогу с ещё более суровым видом, нежели

обычно.

– Доброго

Вам дня, старший брат Лео. Чем могу помочь

Вам сегодня?

– Тебе

меня не провести. А пока поговорим в

экипаже, – он крепко схватил меня за

плечо, и я оглядывалась по сторонам в

поисках помощи. Пока не увидела в окне

кареты смиренное лицо господина Юлия.

То-то

его с самого утра было не видать, когда

Вас только успели схватить?

Нет,

что важнее, это же Вы были тем, кто сдал

наше укрытие, верно? Бесполезный Принц.

Мне

из-за Вас не удалось заснуть прошлой

ночью, верните мне мои часы сна.

Том

1. Глава 10.

Эпизод

6. Они – моё мясо.

Старший

брат отвёз меня с господином Юлием в

королевский дворец, а там уже отвёл в

комнату, что обычно использовалась для

совещаний Тайного следственного

управления королевского дворца.

В

этой звуконепроницаемой комнате брат

выслушал обо всём, имевшем место с самого

моего ухода из Герцогства Вандимион и

до сих пор…

– Что

же творите, безрассудные люди, – он, как

обычно, воздел глаза к небу, спрятав

лицо в ладонях.

Прошло

не так много времени с нашей последней

встречи, но излюбленная реакция старшего

брата вызвала у меня чувство ностальгии.

Очень тёплое и приятное чувство.

– Ну-ну,

не смотри на меня так, Лео. Мы, как-никак,

разыскали место проведения аукциона

рабов, так что проблем не возникнет.

– Я

не об этом говорю! Я о Ваших методах и

рисках! Знаете ведь, какова Ваша ценность

для этой страны, верно!? И… – брат перевёл

на меня взгляд и вздохнул. – Не хочу,

чтобы моя сестрёнка… Скарлетт отправлялась

в настолько опасное место. Какие бы

нелепые прозвища ей ни давали, она всё

ещё семнадцатилетняя девушка.

– Старший

брат Лео…

Какие

добрый слова, как и ожидалось от Вас,

старший брат.

Хотела

бы я, чтобы господин Юлий последовал

его примеру.

– Тем

не менее, я ничего не могу поделать с

уже совершённым.

– Надеюсь,

этого больше не повторится!

– Именно

так, господин Юлий. Прошу Вас поразмыслить

над своим поведением, – не упустила

шанса я и также сделала выговор господину

Юлию, и старший брат бросил на меня

взгляд из-под полуприкрытых век.

Будет

лучше покорно изобразить искреннее

сожаление.

– Ну

и, как идёт расследование? Ты же не просто

сидел и ждал в моё отсутствие, верно? –

видя гордый и высокомерный вид господина

Юлия, старший брат сжал виски в попытке

унять головную боль и выложил на стол

документы из своих рук.

– Информация

о том, что Годвин появляется на каждом

невольничьем аукционе, подтверждена

засланным нами офицером разведки. Более

того, похоже, что на этот раз его организует

Годвин собственной персоной. У нас на

примете несколько возможных мест

проведения аукциона. Гарнизон пока что

не уведомили, поскольку опасаемся утечки

информации о наших передвижениях, но

готовы привлечь их в любое время.

· Гарнизо́н

(франц. garnison, от garnir – снабжать, вооружать),

1) воинские части, учреждения и заведения,

расположенные постоянно или временно

в населённом пункте или вне его и

подчинённые в вопросах службы войск

единому командованию; 2) войска,

расположенные в укреплённом районе,

крепости или другом оборонительном

сооружении (гарнизон крепости, гарнизон

форта и т. п.).

– Превосходно.

Знал, что было правильным решением

доверить тебе эту работу.

Подготовка

практически завершена.

Мы

уже подтвердили, что господин Годвин

почтит нас своим присутствием, так что

остаётся только проникнуть внутрь.

– И,

когда состоится аукцион? Скарлетт.

– Через

два дня.

– Два

дня-я!? – вскричал старший брат, округлив

глаза.

Господин

Юлий спокойно подметил: «Быстрее,

чем мы думали».

– Нужно

сейчас же приступить к подготовке…

Первым делом разработать план операции,

затем подобрать и расставить людей… –

старший брат схватился за голову и

опустил лицо, бормоча себе под нос.

Господин

Юлий продолжал элегантно распивать

чай, наблюдая за ним.

И

эти самые губы, касающиеся сейчас чашки,

вчера дотронулись до моего лба…

– Что

такое, почему Вы не сводите взгляда с

моего лица? Как видите, сегодня у меня

нет с собой сладостей. Если Вам будет

угодно, могу позвать кого-нибудь из

слуг, – заметив мой взгляд, господин

Юлий дал ему ошибочную интерпретацию.

Осознав,

что это было и вправду странно, я начала

чувствовать себя дурой.

Кроме

того, я не такая уж и обжора.

– Господин

Юлий, Вы станете помогать брату Лео?

– Такова

его работа – выступать исполнителем.

Я командир, так что моя роль – откинуться

назад и вытянуть ноги.

· ふんぞり返る

– (прост.)

развалиться с самодовольным видом;

наглеть; быть высокомерным; откинуться

назад и вытянуть ноги.

Сей

господин просто форменный лентяй.

И

пока я сверлила господина Юлия обвиняющим

взглядом, старший брат – как если бы он

наконец пришёл к некому выводу – с

кислым видом открыл рот:

– … На

данный момент я вник в суть дела. Отныне

займусь подготовкой стратегии на день

невольничьего аукциона. Скарлетт, будь

добра спуститься к карете, ты едешь

домой. Что ж…

– Не

хочу.

– Приступим…

не хочешь!?

Вы

умело разыграли сценку, как и ожидалось

от Вас, старший брат.

· ノリツッコミ/乗り突っ込み

(noritsukkomi)

— жанр комедийной сценки, когда один

человек говорит глупость, а второй

поначалу ему поддакивает (или делает

вид), после чего прерывает сам себя и

говорит что-то вроде «Что это за чушь?!»

Для пущего эффекта часто произносится

с кансайским акцентом. В данном случае

Скарлетт предположила, что Лео повел

себя так шутки ради. Про японскую комедию

подробнее:

https://masakaru.ru/isskustvo/kultura-isskustvo/japonskaja-komedija-mandzaj.html

– Узнав

место проведения аукциона, будет несложно

провести внутрь кого-нибудь из отдела

расследований. Тебе незачем рисковать

и пробираться самой. Просто предоставь

всё нам.

– Искренне

сожалею. Но чтобы Вы ни сказали, старший

брат Лео, я просто не могу с этим

согласиться.

– … Почему

ты так упрямишься? Тебе настолько сильно

хочется избить Годвина? – брат воззрился

на меня с серьёзным выражением лица.

В

зависимости от ответа меня могут насильно

вернуть домой.

Единственный

способ его убедить – без утайки поведать

ему о своих чувствах.

– С

тех пор, как господин Кайл разорвал нашу

помолвку в день бала и по сей день

произошло много самых разных событий.

Я перестала сдерживать себя и снова

стала Принцессой Бешеный Пёс, и за

последнюю неделю я избила столько людей,

что пальцев на руке не хватит перечесть.

– Эй…

впервые слышу о подобной жестокости…

Не

обращая внимания на мгновенно посуровевший

вид старшего брата, я серьёзно к нему

обратилась.

– Мне

повстречались всякие люди. Порабощённые

дети, которых насилу заставляют

подчиняться приказам. Взрослые, что

каждый день едва сводят концы с концами

и выпрашивают милостыню. Дворяне, что

безнаказанно идут на преступления и

обогащают себе карманы за чужой счёт.

Златовласый джентльмен, чья единственная

радость в жизни – приносить мне одно

раздражение.

– Эй,

в конце обо мне шла речь, да?

Я

не удостоила вниманием подавшего голос

светловолосого господина, закрыла глаза

и продолжила, желая донести свои чувства

до брата.

– С

самого детства я задавалась вопросом.

Мне было интересно, по какой причине в

это мире участь добрых людей – терять,

а злодеев – получать. Но до семи лет

меня это не слишком волновало, я лишь

хотела иметь возможность избить объект

своей злобы и тем самым облегчить душу.

– Мне

всегда было любопытно, какое воспитание

дала семья Герцога Вандимион своей

единственной дочери?

– Не

сомневаюсь, достойное воспитание от

высококлассных наставников, но…

… осведомился

господин Юлий с невозмутимым видом, и

старший брат ответил, спрятав лицо в

ладонях.

Прошу

тишины, я ещё не закончила говорить.

– За

последнюю неделю я узрела правду и

получила ответы на извечные свои вопросы.

В этой стране слишком много тех, кто

попирает слабых и безнаказанно творит

зло. Они настолько хитры, что справедливость

неспособна судить их. Верно, премьер-министр,

господин Годвин, является ярким тому

примером.

Поначалу

брат смотрел на меня с подозрением, но

не успела я оглянуться, как он всерьёз

начал меня слушать.

Пускай

он не желает подвергать меня опасности,

полагаю, при этом он намерен учесть и

мою волю.

Большое

спасибо Вам, старший брат.

– Меня

воспитывали как принцессу в миниатюрном

саду, несведущую путей этого мира, и я

имею слабое представление о происходящем

в этой стране. Но есть одно, что я знаю

наверняка. А именно… – я поднялась со

своего места, расправила руки и объявила,

– … что если кого и бить, то, несомненно,

отъевшегося коррумпированного вельможу.

· 蝶よ花よ

– идиома,

«бабочка и цветок». Означает воспитывать

свою дочь как принцессу. По аналогии с

тем, как люди осторожны с цветами/бабочками

и не прикасаются к ним, чтобы не убить

или не повредить, родители тщательно

и бережно ухаживают за своим ребёнком.

– Как

ты вообще пришла к такому выводу!? И как

это вяжется с преамбулой вначале!?

– Пф-ф…!

Старший

брат вскричал, а господин Юлий прыснул,

выплеснув чай.

[[image:/storage/reader-images/fb0379f21f4731cb120d7a72057643550947990f.png]]

Ну-у,

как неприглядно. И это Принц нашего

Королевства.

– В

заключение хочу сказать, что, если

существует зло, которое нельзя осудить

по закону, я забью его до смерти своими

собственными руками.

– Так

где же необходимость в том, чтобы ты

делала всё это лично!?

– Кто,

как не дочь первого Герцога государства,

имеет право избить высокопоставленного

дворянина?

В

ответ на мои слова господин Юлий кивнул:

– В

самом деле, это не лишено смысла.

– Видите?

– Почему

Вы соглашаетесь с ней, господин Юлий?!

Быть может, в детстве ей это ещё было

простительно, но, если моя глупая сестрица

начнёт раздавать тумаки вельможам

сейчас, наша семья окажется на грани

краха!?

– Ну

и ну, старший брат. Какая милая у Вас

манера говорить, «раздавать тумаки».

Ху-ху.

· Лео

сказал ボンボコボンボコ(bonbokobonboko),

как я понимаю, это звукоподражание,

дословно можно перевести как

«бум-бац-бум-бац», вот Скарлетт и

отметила, что это очень по-детски.

– Лео…

«раздавать тумаки». А ты не мог подобрать

более остроумного выражения?

– Да

плевать я хотел на выражения…!

Бам-бам,

– брат с силой постучал по столу, а я

тем временем села обратно в кресло и,

не теряя элегантности, продолжила

наслаждаться чаем.

А-а,

всё же чай в королевском дворце имеет

совершенно иной аромат.

Надо

будет в следующий раз попросить господина

Юлия доставить его к нам домой.

– Шутки

в сторону. Лео, я за то, чтобы Скарлетт

работала под прикрытием.

– Господин

Юлий!? Даже Вы решили выкинуть фокусы!

– Ну-у,

послушай. Ты ведь знаешь, что до аукциона

остались считанные дни? А значит,

следственное управление сможет успеть

внедрить в пределах десяти человек, не

больше, – расчесав пальцами волосы,

господин Юлий окинул брата ленивым

взглядом. – Естественно, внутри им

придётся выложить всё оружие. Все

сотрудники следственного управления

владеют боевыми навыками, но лишь при

условии надлежащего вооружения. Даже

воспользуйся они магией, сомневаюсь,

что сумеют оказать должное сопротивление

опытной охране Годвина. И даже если

гарнизон возьмёт место под свой контроль,

для изъятия доказательств проведения

работорговли так или иначе придётся

ввязаться в бой, – на сей раз его взгляд

обратился ко мне. – В этом отношении

твоя сестра в состоянии продемонстрировать

свою силу даже без оружия. Полагаю, она

и в одиночку с лёгкостью одержит верх

над взводом королевской гвардии.

– Как

так, неужели… не слишком ли ты её

нахваливаешь? Не спорю, Скарлетт с юных

лет умеет обращаться со своим божественным

покровительством и прошла всевозможную

боевую подготовку, но поручать ей

настолько нестандартную работу и

надеяться, что осилит…

– О

чём это ты? Неужто позабыл? О расправе

на балу. Знаешь, скольких королевских

гвардейцев она уложила за вычетом знати?

Достопочтенная Принцесса Бешеный Пёс

сотворила всё это в одиночку.

– Ну-у,

просто ужасно. Поистине бесчеловечно.

Вопиющая грубость с Вашей стороны,

господин Юлий.

– Просто

объективно излагаю факты, о Народная

Героиня, Принцесса Стального Кулака.

· 救国の鉄拳姫様(Kyūkoku

no tekken Hime-sama) – дословно первое слово

救国(Kyūkoku)

означает «спасительница своей страны»,

鉄拳(tekken)

– «железный кулак». Если собрать

воедино, получится «Принцесса, несущая

спасение нации стальным кулаком». Да,

очень длинно для прозвища, но японцы

такое любят)

Вот

она, атака сарказма.

В

самом деле, почему этот джентльмен

неспособен на беспристрастную оценку

ситуации? Он отбил у меня всякое желание

выразить свою благодарность.

– Итак,

Лео. Что собираешься делать? Я объяснил

тебе преимущества в том случае, если

поручить Скарлетт работу под прикрытием,

но она всё-таки мирный житель и, в первую

очередь, твоя семья. Коли не желаешь

подвергнуть её опасности, можешь

воспрепятствовать её участию. Оставляю

решение за тобой, руководителем

управления.

– Я…

– с беспокойством на лице старший брат

перевёл на меня взгляд.

Встретив

его взгляд, я сложила руки в безмолвной

мольбе.

Пожалуйста,

брат.

Прошу,

позволь мне избить господина Годвина.

– … Я

желал тебе счастливой жизни как простой

аристократической леди… так как же,

чёрт возьми, всё так обернулось? –

старший брат опустил лицо и, потерев

уголки глаз, испустил глубокий вздох.

Затем

поднял голову и покорно сказал:

– … Да

будет так. Я позволю Скарлетт пробраться

в аукционный дом. Однако она должна

строго следовать моим указания. Не

прибегать к насилию без моей команды.

Это ясно?

– Более

чем. Больше спасибо, брат, – с улыбкой

ответила я, на что старший брат вздохнул:

«А

ты точно всё поняла?».

Оставьте

свои беспокойства. Я ведь уже не дитя.

И,

по крайней мере, держу своё слово.

– Рад

видеть, что Ваше желание исполнилось,

Скарлетт, – господин Юлий подмигнул

мне с порочной улыбкой на губах.

Должна

сказать, что я раздражена, но тем не

менее обязана поблагодарить за помощь

господина Юлия.

– Большое

спасибо за содействие.

– Незачем

меня благодарить. Взамен прошу не забыть

как следует развлечь меня в день

проведения аукциона, моя дорогая, – на

этих словах губы господина Юлия изогнулись

в улыбке.

Отмечу,

что я сыта по горло его снисходительным

отношением.

Но

немного. Совсем чуть-чуть…

Правда

и то, что его голос умиротворяет меня с

тех самых пор, как он признался мне в

любви. Хоть и хочется отвесить себе

звонкую за это оплеуху.

Быть

не может, чтобы я влюбилась в подобного

лукавца.

– … Благодарю

Вас за сегодняшнее приглашение. Итак,

прошу проводить меня до места проведения,

господин Зазаран.

– Д-да…

Ночь

невольничьего аукциона.

Я

надела перчатки и белое платье для

вечернего раута и поднялась в карету к

господину Зазарану, также нарядившемуся

в парадный смокинг.

– Что-то

не так? Вас уже какое-то время пробивает

дрожь.

– Н-нет!

Н-н-ничего подобного!

Боже-боже.

Полагаю, всё потому, что он вблизи стал

свидетелем тому, как я наказывала его

телохранителя, мистера Донована.

Похоже,

я вконец его запугала.

Всё

в порядке, я не стану Вас бить. …Пока.

– Ху-ху.

Незачем так нервничать. О, кстати, Вы

относились к рабам с должным уважением,

как я и советовала?

– И-именно

так! В частности, с тем мальчиком-зверолюдом,

которого Вы мне подарили: специально к

этому дню я хранил его бережно, не оставив

ни единой царапинки!

– Значит,

собираетесь выставить его на сегодняшний

аукцион, как и планировали. Нанаку.

– В-всё

верно… товары уже доставили на место.

Приятно

видеть, что оставленное в тот день

предупреждение возымело больший эффект,

нежели я ожидала.

· 釘を刺す

– идиома,

дословно «вбить гвоздь». Означает

оставить предупреждение, напоминание.

Не

могу не беспокоиться за Нанаку, но без

всяких сомнений могу утверждать, что

он сможет присоединиться к нам позже.

А

пока что будет лучше сосредоточиться

на ближайшем будущем.

– Сегодня,

насколько я помню, я войду как Ваша

родственница, господин Зазаран.

– Да…

А-а, точно, – господин Зазаран достал

из кармана маску.

Такую

обычно надевают на бал-маскарад, хотя

закрывает она только глаза.

– Пожалуйста,

при входе в аукционный зал наденьте эту

маску. На аукционе действует правило:

не лезть в чужие дела.

В

случае, если человек не желает дать

окружающим узнать свою личность, есть

множество способов её скрыть, к примеру

полностью закрыть лицо.

Неужто

все участники желают насладиться

азартом?

Полагаю,

это также часть так называемого

развлечения высокопоставленной знати,

развращающей эту страну.

Однако

этому также сегодня придёт конец.

– Как

скажете. Надеюсь, мы оба заполучим

сегодня превосходный товар.

Проехав

ещё какое-то время, карета остановилась

прямиком в центре аристократического

квартала.

Едва

мы вышли из экипажа, как взору открылось

обширное здание, где обычно проходили

заседания парламента.

Кто

бы мог подумать, что аукцион пройдёт

именно здесь.

Пускай

у входа стоит стража, внутри царила

кромешная тьма и не было видно ни души.

– Аукцион

будет проходить именно здесь?

– Да.

Но на этот раз он будет проходить в

главном зале на втором подземном этаже

парламента. Пойдёмте.

Господин

Зазаран пригласил меня в главный зал.

В

тусклом свете ламп я увидела гостей в

масках – таких же, как и мы, – направлявшихся

к ведущей в подвал лестнице.

Мы

последовали за ними вниз.

По

мере того, как мы спускались, шум голосов

постепенно нарастал, и в конце концов

взору предстало просторное, схожее с

зрительным залом в театре помещение.

– … Понятно.

Итак, вот он – один из крупнейших

аукционов рабов в стране.

По

всему залу были расставлены небольшие

круглые столики, тут и там официанты

развлекали гостей.

И,

разумеется, зал заполонили роскошно

одетые мужчины и женщины в масках.

Если

не считать сцены в другом конце зала,

что, вероятно, была предназначена для

демонстрации рабов, всё происходящее

сильно напоминало светский званый

вечер.

Для

них работорговля была не более чем

продолжением ночной светской жизни.

Я

не могу сдержать отвращения.

– Дамы

и госпожа, каких рабов Вы ищете сегодня?

– Слышала,

будет выставлен юноша-зверолюд, вот и

пришла посмотреть.

– Я

ищу эльфийку в сексуальные рабыни, хочу

сделать подарок племяннику…

– Подумываю

устроить представление с битвой боевых

рабов. Чем сильнее, тем лучше…

– Но

главной изюминкой аукциона будет,

разумеется, представитель крылатого

народа…

Стоило

только напрячь слух, и в уши мне полились

омерзительные разговоры.

Все

собравшиеся здесь кажутся мерзавцами,

заслуживающими, чтобы их лица превратили

в кровавое месиво.

Не

могу не испытывать облегчение.

Ведь

теперь я могу без колебаний… превратить

это место в Ад.

И

пока я мысленно взвешивала, с кого будет

лучше начать избиение, случайно

столкнулась с одним джентльменом.

– … Извините.

Чувство

было, будто ударилась о большое дерево.

Кажется,

этот джентльмен должным образом

натренировал своё тело.

– Нет.

Ничего страшного.

Джентльмен

с улыбкой кивнул и ушёл.

Хм-м…?

Этот голос, телосложение, лицо.

Чувство,

будто я его уже где-то видела.

– … Ну

да ладно.

Кем

бы он ни был, если встанет у меня на пути,

пощады не будет.

В

любом случае, лучше заняться поисками

своей главной цели… премьер-министра,

господина Годвина.

Он

должен быть где-то здесь.

Согласно

полученным от старшего брата сведениям,

именно он и является организатором сего

аукциона.

Быть

не может, чтобы господин Годвин, что, по

слухам, нередко посещает аукционы, не

прибыл на им же организованное мероприятие.

– Интересно,

где же он. Ненаглядный моего кулака

(боксёрская

груша).

Вскоре

после того, как я оставила господина

Зазарана и отправилась на поиски

господина Годвина, в зале резко погас

свет.

Я

уж было подумала, что начнётся большой

переполох, но гости не выглядели

удивлёнными.

Неужели

некое представление?

– Дамы

и господа, что здесь собрались! Благодарим

Вас за столь долгое ожидание! Да начнётся

аукцион рабов!

При

этих словах возле сцены, расположившейся

в дальнем конце зала, вспыхнул небольшой

огонёк.

Подле

сцены, озарённой небольшим пятном света,

стоял одетый в наряд фокусника джентльмен.

Он

отвесил гостям глубокий театральный

поклон.

Затем,

подняв голову, неожиданно щёлкнул

пальцами.

И

все погасшие лампы разом зажглись опять.

– Прошу,

насладитесь сегодняшним пиром от всей

души! – прокричал фокусник, раскинув

руки, и по залу разнеслась великолепная

музыка.

Сколько

же времени они готовились?

За

сценой восседал оркестр, численностью

в несколько десятков человек, каждый

из которых наигрывал на своём инструменте.

– О-о,

чудесно!

– Потрясающее

выступление! Организаторы этого дня

постарались сделать вечер захватывающим!

Окружающие

рассыпались в аплодисментах, казалось,

крайне впечатлённые представлением.

И

зачем было из кожи вон лезть, чтобы

вызвать музыкантов ради оживления

атмосферы сего рассадника преступности?

Значит,

только потому, что он премьер-министр,

имеет право тратить такие баснословные

суммы?

Что

за безвкусная затея. Это просто

возмутительно.

– Ладно,

сегодня я непременно заполучу искомого

раба!

– Ха-ха-ха!

Я не проиграю! Уж я-то не пожалел усилий

на присвоение налогов с территории, так

что на сегодня средств у меня хватит с

лихвой!

– Ну-ну,

как погляжу, все хорошо подготовились.

Боюсь, взятых с собой денег мне будет

маловато.

– Да

будет Вам, леди. Слышал, Вы взяли в плен

жрецов, следующих учению Палмии, и

вынудили их вложить Вам недюжинную

дань. Неужели Вам не хватит патронов?

· Полагаю,

под патронами подразумевалось следующее:

実弾

– боевой

патрон (снаряд) (тж. обр. о деньгах,

используемых в качестве взятки (сленг)).

Учение

Палмии – государственная религия,

исповедуемая в нашей стране. Поверить

не могу, что нашлись люди, вымогавшие

деньги у отдавших себя в услужение Богу

священников…

Кажется,

уши гниют, просто слушая всю эту грязь.

Окажись

на моём месте мой праведный брат,

несомненно пришёл бы в ярость.

– А

теперь позвольте представить Вам наш

первый лот! Пожалуйста, взгляните!

Однокрылый представитель расы крылатых

людей – редкость в нашем мире! – громко

объявил ведущий-фокусник, и на сцену

вывели высокого однокрылого джентльмена,

закованного в кандалы.

Раса

крылатых людей обитает в труднопроходимых

горах Фальконии – Княжества, раскинувшегося

в северной части континента. Редкий

вид, популяция которого уступает

зверолюдям, потому гости с его выходом

были полны энтузиазма.

Что

ж, нужно затеряться во взбудораженной

толпе и как можно скорее разыскать

господина Годвина.

Раз

уж он является организатором, интересно,

не выбрал ли он себе место, откуда видно

весь зал.

Скажем…

– Эй.

Пока

я пребывала в раздумьях, кто-то вдруг

схватил меня за руку со спины.

Том 1. Глава 11.

Я уж было собралась рефлекторно стряхнуть эту руку, но не могла устраивать здесь сцену, а потому неохотно обернулась.

– Это я.

– Ох.

В поле моего зрения оказался белокурый джентльмен, одетый в смокинг цвета индиго с покрывающей глаза маской.

Да, вернее, это…

Маски было мало, чтобы скрыть исходящую от этого человека благородную ауру.

– Ничего, что Вы, командир, прибыли сюда лично?

Им, само собой разумеется, был господин Юлий.

На встрече два дня назад он изъявил желание, чтобы я как следует его развлекла, но я и подумать не смела, что он сам решит пробраться ко мне на аукцион.

– Вы нашли Годвина?

– Нет, понятия не имею, где он.

Это, разумеется, было ложью.

Говоря откровенно, у меня уже были кое-какие догадки.

– К слову, где старший брат Лео?

– Лео снаружи, взял на себя командование королевской гвардией. Видел пару человек в зале из следственного управления, но они пока что Годвина не нашли. Ранняя пташка получает червячка. К слову, мы уже полностью оцепили зал, так что здешним снобам ни за что на свете не позволят сбежать. Осталось только дать сигнал ворваться и захватить самую крупную рыбёшку, пока та ещё не угребла.

Боже-боже, как оперативно.

Но в том же духе продолжаться не может.

Иначе я упущу самое важное: вожделенную дичь своего кулака.

– Господин Юлий, заключим сделку.

– Что?

– Не могли бы Вы повременить с набегом до тех пор, пока я не изобью господина Годвина?

Брат неоднократно наставлял меня не поступать своевольно, и посему я должна буду перед ним извиниться.

Лишь в одном вопросе я не готова пойти на компромисс: возможность лично избить господина Годвина.

Потому как с самого окончания бала я только и мечтала о том, как однажды с упоением ударю сего джентльмена кулаком в лицо.

– Я и сам того желаю. И вступил в команду проникновения под прикрытием только ради возможности лицезреть, как Вы его изобьёте. На мне роль подать сигнал страже, так что буду оттягивать до последней минуты. Но только в случае, если мы первыми его обнаружим, – на мои слова господин Юлий кивнул, как само собой разумеющееся.

Искренне рада получить желаемый ответ.

Мы уже давно знакомы, и у меня сложилось общее представление о принципах поведения сего джентльмена. Вот почему я подумала…

– Итак, какую выгоду Вы предлагаете мне в обмен на эту услугу?

… что он попытается выдвинуть ответное требование.

Не Вы ли только что сказали, что сами того желаете?

Но ничего не поделаешь.

Ведь я была той, кто предложил ему сделку.

Я подхватила подол юбки и почтительно поклонилась:

– Перед Короной и Королевством. Клянусь быть верной всю свою жизнь, пока не истлеет моё тело.

Господин Юлий тут же покачал головой:

– Нет, не Королевской семье… хочу, чтобы ты присягнула на верность лично мне и никому более.

– …

… Что, снова?

Снова пытаетесь сбить меня с толку, коварный Принц.

Я больше не собираюсь играть по Вашим правилам.

– … Со временем так и будет. Как-никак, Вы – следующий правитель нашего Королевства.

– Не желаю ждать. Вы должны поклясться в этом здесь и сейчас. Таково моё условие, – его тон был настолько серьёзным, что, казалось, будто он вовсе не шутил.

Видневшиеся из прорезей маски сапфировые глаза не сводили с меня взгляда.

– … Хоро… шо, – тихонько выдавила из себя я.

Всё равно выбора у меня нет, полагаю?

Ведь, если промолчу, не смогу ударить господина Годвина.

– Надеюсь, сказанные Вами слова не были ложью? – господин Юлий протянул руку и медленно провёл кончиком пальца по моим губам.

Словно говоря, что эти губы отныне принадлежат ему.

– … Как трусливо. Столь угрожающий жест.

– Слишком поздно. Вы ведь уже давно должны были понять, что как человек я довольно коварен, верно? – ухмыльнулся господин Юлий и убрал с моих губ палец, после чего окинул взглядом аукционный зал и снова повернулся ко мне лицом. – Что же касается Вашей клятвы, докажете свою преданность постепенно, как только всё разрешится…

Моей слабостью завладел тот, перед кем не следовало давать слабину.

Пускай то и было на благо возможности избить господина Годвина, разве я не избрала худший из возможных вариантов?

– Аукцион вот-вот достигнет кульминации. Если собираетесь избить его, нужно хотя бы иметь представление о его местонахождении.

– Не проблема. Взгляните туда.

Если необходимо место, откуда открывается обзор на весь зал и откуда легче всего сбежать в случае неприятностей… лучше него не найти.

– Ложа этажом выше?

Специальные места на первом подвальном этаже с видом на второй.

Там собрались несколько гостей в масках и несколько солдат – телохранители, по-видимому.

– Думаю, господин Годвин может быть там. Ну-у, прежде чем нанесу удар своему фавориту, в зависимости от обстоятельств может быть необходимо первым делом разобраться с остальными.

– Звучит соблазнительно. Полагаю, для Вас они не более чем закуска.

– Можно и так сказать…

Разумеется.

Я давно ждала этого дня.

Ничего не поделаешь, у меня уже давно кулаки зачесались.

– Отлично. Оставляю всё на Ваше усмотрение. Остальные члены следственного управления доставят нам немало хлопот, если прознают. Приступим к делу, избейте их, как Вам будет угодно.

– Да.

Дамы и господа, премного благодарна Вам за терпеливое ожидание.

Отныне Скарлетт Эль Вандимион представит Вашему вниманию жестокую драму с избиением до смерти, первый и последний раз в Вашей жизни.

Насладитесь представлением в полной мере.

Мы небрежно поднялись вверх по лестнице, стараясь не вызывать ненужных подозрений.

Стоило подняться на первый подвальный этаж, и нас встретила толпа гвардейцев, как бы говоря, что отсюда дорога закрыта.

Я могла бы с лёгкостью избить их всех, но тогда всё равно что поставлю телегу перед лошадью, если устрою здесь переполох и дам моему ненаглядному, что прячется за их спинами, сбежать.

本末転倒 – идиома, «телега перед лошадью». Означает ошибочное принятие средств за цель, неправильное расставление своих приоритетов.

И пока я размышляла, что же предпринять, господин Юлий прошёл мимо меня и неумолимо приблизился к гвардейцам.

И что этот джентльмен только задумал?

В ответ он смерил меня ещё более пристальным взглядом, как бы нарочно привлекая к себе внимание. Что за эгоизм – поступать так, хоть ранее и говорил, что оставит всё на меня. Боже правый.

– Уважаемый клиент. Отсюда следует закрытая зона, доступ в которую есть лишь у определённого круга лиц.

– Тогда не вижу никаких проблем. Я из ближнего круга организатора аукциона. Пропустите.

На этих словах стража переглянулась.

– … Прошу прощения, но как Вас зовут?

Господин Юлий снял маску и открыл рот с безжалостной улыбкой на губах:

– … Юлий фон Палистан, Первый Принц Королевства Палистан.

– !? Кто-нибудь, доложите организато… – уже собиравшийся было закричать гвардеец рухнул на пол, как марионетка с перерезанными ниточками.

Бух-бух, – после с грохотом попадали и все остальные.

– Превосходный контроль магии, Вам даже не потребовалась моя помощь. Как и следовало ожидать от человека, занявшего первое место на экзамене по магическим искусствам.

– Не слишком приятно слышать это от Вас, господин Юлий, занявшего второе место с небольшим от меня отрывом.

То была магия гипноза (dream), коей я воспользовалась на том балу.

Можно сказать, лучший способ, когда нужно действовать тайно.

Но, сколько ни прибегаю к ней, никогда не получаю удовлетворения.

Побеждать противника подобным образом – полнейшая безвкусица.

Если и нужно заставить кого-то замолчать, будет лучше сделать это кулаками, не иначе.

– Ху-ху. Не стоит так открыто демонстрировать своё недовольство. Настоящее действо только начинается, верно?

– Прекрасно знаю.

Фью-ю, – со вздохом отвернулась и продолжила свой путь по коридору.

Интересно, это и в самом деле настолько смешно – видеть, как я всеми силами подавляю своё раздражение?

Больше не знаю человека по имени господин Юлий.

Продолжая идти по коридору, я натолкнулась на мужчину неприятной внешности, одетого во всё чёрное.

– Ан? А вы ещё кто. Кто дал добро сюда входить?

Поверить не могу, что он осмелился нанять кого-то уровня тех бандитов из трущоб.

Не слишком ли он беспечен?

– Эй, а что с гвардейцами на страже? Что за кучка бесполезных ублюдков. Им же было велено никого не впускать. А-а, как же муторно, – проворчал мужчина, выхватил меч из-за пояса и шагнул ко мне.

Ха, – при виде этого господин Юлий насмешливо хмыкнул.

– Годвин, как погляжу, сильно пострадал из-за кое-чьего бесчинства на балу. Вероятно, он даже не в состоянии нанять себе толковую охрану. Внутри дворца он мог бы вызвать королевскую гвардию, но вот вне его пределов дела обстоят так.

– Удобно, но отсутствие азарта соперничества – большая проблема, – я отвела правую ногу назад и вложила все свои силы в носок левой, готовясь к толчку.

Крэк, – и пол с грохотом провалился.

Я слышала, как господин Юлий прыснул у меня за спиной, но не стала придавать значения.

– Прошу прощения, не то чтобы я имела что-то против Вас лично. Сейчас мне… всё равно, кого, лишь бы отправить полетать.

– Ха? Что ты не…

– Приятного Вам полёта.

Правая нога очертила дугу и со всей силы ударила человека в чёрном.

Хрусь-тресь, – нога впилась в его плоть, и треск костей эхом разнёсся по всему моему телу.

А-а, как сладка эта мелодия.

За возможность ощутить сей вкус я готова сразиться с любым мерзавцем.

– Гья-я-я!!! – с визгом джентльмен в чёрном кубарем пролетел по воздуху.

Пунктом его назначения было место в ложе в конце коридора, где, скорее всего, и находится господин Годвин.

– Гва-а-а-а!?

– К-какого!? Кто посмел на меня налететь!?

Господин в чёрном вылетел в ложу, врезался в нескольких гостей и затих без движения.

Я, конечно, сдерживалась, но будет крайне обидно, если господин Годвин действительно попал под удар и лишился сознания.

В конце концов, бить потерявшего сознание человека было бы вовсе не весело.

Так я подумала, но…

– Кто здесь?! Знаешь ли ты, что я – организатор этого аукциона! – из дальнего конца коридора показался мужчина, увешанный дорогой бижутерией, по виду – коррумпированный аристократ.

Даже не верится, что он вышел по собственному желанию. Сим он избавил меня от необходимости искать самой.

– Ублюдок! Насмехаться вздумал?! Назови себя, нарушитель! – мужчина отпихнул окруживших его приспешников и гвардейцев и с рыком вышел к нам.

Как и Кайл, он обратился к ней на 貴様(kisama) – оскорбительное «ты».

Пронзительный взгляд и острый нос.

Выступающий подбородок и пухлый живот.

Он выглядел точно так же, как и в нашу последнюю встречу.

Ошибки быть не может.

Сей джентльмен – премьер-министр, господин Годвин Бене Кармин.

– Наконец мы встретились. Я так долго ждала сего момента… ненаглядный моего кулака (боксёрская груша), – я сорвала с себя маску и откинула с лица длинные серебристые волосы.

Стоило господину Годвину увидеть моё лицо, и он завопил, затрясшись всем телом:

– С-серебристые волосы и ледяные голубые глаза… Скарлетт эль Вандимион?!

– Правильный ответ.

Хлоп-хлоп, – я с улыбкой одарила его аплодисментами.

Что бы Вы хотели в награду?

Да-да, знаю.

Моего кулака, верно?

– П-папа! Это она! Эта девка ударила меня по лицу на балу! – из-за спины господина Годвина показался молодой человек примерно моего возраста, с таким же как у господина Годвина ожерельем.

А-а, вспомнила.

Если не ошибаюсь, сей джентльмен – господин Хайне, он состоял в свите господина Кайла.

К слову, слышала, он также принимал участие в том балу.

Я в самом деле видела его лицо, хоть и не могу вспомнить, когда я его ударила.

– Хорошего Вам дня, господин Хайне. Хорошо ли Вы поживали после произошедшего?

– «Хорошо ли Вы поживали» – и это всё, что ты можешь сказать?! Ты-ы…! – своим красным лицом он напомнил мне яблоко.

Так и хочется его раздавить.

– Ты даже представить себе на можешь, как тяжело мне было после того бала, и всё из-за тебя! Меня арестовали по ложному обвинению в оказании поддержки господину Кайлу в становлении Королём! Хоть знаешь, какой залог пришлось внести отцу, чтобы вытащить меня из темницы?! Плати компенсацию!

И вновь он говорит возмутительное.

Пускай его поймали лишь по вине его собственной, теперь он требует с меня компенсацию.

Смешно до колик.

片腹大激痛(Kata hara dai gekitsū) – реплика одного из персонажей манги об игре в маджонг «Саки Saki», автор Аманэ Коромо (https://readmanga.live/saki__A5238). Произошло от 片腹痛い(Kataharaitai), прост. смешной, смехотворный; уст. больно смотреть; со стороны жалко; достойно сочувствия (сожаления). Ирония в том, что этимологически второй вариант первоначально выглядел как 傍ら痛い(Katawaraitai), дословно «невыносимо быть рядом с дураком» (а превратилось в «невыносимую боль в животе»). 片腹大激痛 относится к случаю, когда говорящий испытывает сильную боль в животе (так сказать, оригинальный вариант, но с еще большей болью), он или она смеется над другим человеком так сильно, что мышцы живота разрушаются (что хорошо описывается нашим «смешно до колик»). Но не удержалась от пояснения, узнав подноготную выражений :D

И кроме того, он ненароком обронил слова, что я не могу пропустить мимо ушей.

– Господин Юлий, можно ли освободить политического заключённого, совершившего государственную измену, простым внесением залога?

– Ни в коем случае… безнаказанное смягчение приговора за взятку далеко от принципов правосудия. Как вернусь во дворец, придётся поторопиться с реорганизацией состава в каждом из отделов. Тц, идиоты, чёрт бы вас побрал. Только проблемы от вас, – видя, как господин Юлий недовольно цокает языком, я испытала лёгкое облегчение – хоть и, признаю, несколько неуместное.

Он рассердится, если скажу вслух, так что оставим это при себе.

– Эй, что за сияющее лицо?

– Ху-ху. Ничего такого.

Ну вот, заметил.

Однако до недавнего времени один лишь Вы позволяли себе насмешки в мой адрес.

Вот Вам и расплата, дорогой Принц.

– Ублюдки-и! Не игнорируйте меня! И кроме того, он ещё кто такой?! Небось какой-нибудь сынок барона или ещё кого низкого ранга! Назови себя и преклони колени! Я сын здешнего премьер-министра, Годвина Бене Кармина!

Да… я знала, что он идиот, но не ведала всей меры его глупости.

Господин Хайне, неужели Вам незнакомо лицо Первого Принца этой страны?

Ведь как иначе он мог с такой уверенностью представиться сыном премьер-министра.

Однако, как и следовало ожидать, господин Годвин оказался иного мнения: он побледнел и воскликнул.

– В-вы, неужели… В-ваше Высочество Юлий!?

Окружавшие нас вельможи, услышав эти слова, переглянулись и разразились смехом.

– О чём Вы говорите, господин Годвин? Как может Его Высочество Юлий оказаться в подобном месте.

– Мы достаточно искусно управляем информацией, чтобы скрыть существование этого места от внешнего мира. Ну и ну, тревожный Вы человек, господин Годвин, не так ли?

– И, кроме того, будь это в самом деле Его Высочество Юлий, то всем нам, собравшимся здесь на аукцион рабов, крышка, не иначе.

– Вот-вот, жуть берёт! Извольте перестать так шутить, ладно? Ха-ха-ха.

Говорят, птицы одного полёта слетаются вместе.

類は友を呼ぶ – идиома, дословно «подобное притягивает подобное». Аналогом является английская пословица «птицы одного полёта слетаются вместе» (второй вариант – «птицы из одного пера слетаются вместе»). В русском ближе всего будет «рыбак рыбака видит издалека».

Я и предположить не смела, что все собравшиеся здесь вельможи будут настолько некомпетентны.

Как бы легко ни было манипулировать ими, думаю, Вам в самом деле следует тщательнее отбирать себе компаньонов.

– Мошенник, выдающий себя за господина Юлия! Я стану тем, кто одолеет тебя вместе со Скарлетт! – господин Хайне протянул к нам руки и вдруг начал скандировать заклинание. – О, молния! Пролейся с небес дождём и порази врагов моих!

Низкоуровневая магия молний?

Однако же, должна признать, что я удивлена: его контроль оказался куда стабильнее, нежели я ожидала, и магия обрела форму.

Хоть и глупец, но, по-видимому, с магией управляться умеет.

– Тебя дома не учили, что дуракам фейерверки не игрушка? Бестолочь, – вяло поворчал господин Юлий и достал из-за пазухи перстень с выгравированным на нём гербом королевской семьи.

Он надел кольцо на палец, вытянул руку в сторону надвигавшейся на меня грозовой молнии и громко объявил:

– … Именем власти королевской семьи отдаю приказ. Эту магию я «запрещаю».

В следующее мгновение магия, уже почти настигшая господина Юлия, рассеялась без следа.

Вы поразительно щедры сегодня, господин Юлий.

Даже воспользовались своей силой.

– Ч-что за!? Почему магия не работает!? …П-понятно! Всё из-за того кольца! – господин Хайне с вновь ставшим пунцовым лицом указал на руку господина Юлия.

Господин Юлий же поднял руку, нарочито демонстрируя всем перстень, и ответил:

– Сокровище моей Королевской семьи Палистан, и вместе с тем доказательство того, что я следующий Король… «перстень с королевской печатью».

Перстень с королевской печатью.

Как следует из названия, это магической инструмент фантастического класса, который передаётся лишь следующему Королю, что в будущем примет бразды правления нашей страной.

Магические инструменты, как можно предположить, представляют собой инструменты, наделённые магической силой; они подразделяются на несколько классов.

Среди них чрезвычайно редкие магические инструменты, что существуют в мире лишь в единственном экземпляре, зовутся фантастическим классом. Говорят, магические инструменты сего класса в каждой стране признаны национальным достоянием и хранятся под строгим надзором.

Перстень с королевской печатью – магический инструмент настолько известный, что даже остался на страницах учебников Академии. Его эффект заключается в способности одним лишь словом ограничиться магию всех людей этой страны.

Причина, по которой магия господина Хайне угасла, вероятно, в том, что она была отменена перстнем с королевской печатью.

– Т-тогда-а, может, он и правда настоящий…? – в ужасе пробормотал один аристократ.

– Неужто вы забыли лицо Принца, коему служите? Сколько надменности, снобы.

– Ха, ха-ха-а!

Постойте, почему Вы так легко распростёрлись на полу, господа?

Лесть господину Юлию – дело прекрасное, я вовсе не против, но, пожалуйста, не сдавайтесь вот так просто.

Так я не смогу выплеснуть свой гнев.

– П-перед кем вы преклоняетесь, господа! Этот человек не может быть Его Высочеством Юлием! Он самозванец! Не поддавайтесь на обман!

Даже сейчас господин Хайне по-прежнему широко раскидывал руки и разбрасывался обвинениями в самозванстве.

Как и думала, он это нарочно, верно?

В этой стране нет ни единой души, что не поверила бы, воочию узрев королевский перстень-печатку.

Разве что он долгое время проживал в другом государстве…?

– Прежде всего, хоть якобы и говорится, что престол достанется господину Юлию, на самом деле следующим Королём должен стать господин Кайл! Что значит, тем, кто в настоящее время владеет перстнем с королевской печатью, может быть лишь господин Кайл! А значит, тот, что держит в руках он, вероятнее всего подделка!

Он всё ещё верит в эту сказку?

Знать вокруг и сама воззрилась на него в немом вопросе, мол, о чём это он.

– Скажу Вам кое-что, раз уж Вы, по-видимому, знать не знаете: господин Кайл уже лишён права наследования и до конца своих лет будет заключён в отдельный дворец.

– Твоим словам не провести меня! Ядовитая ты женщина! Господин Кайл пребывает в изолированном дворце, чтобы защититься от мерзких лап фракции Первого Принца!

– Ради всего святого, почему бы Вам не взглянуть в лицо реальности? Это не просто изолированный дворец, это место заключения королевских особ, схваченных за восстание против государства…

– А-а, а-а! Больше не могу слушать эту чушь! Оно не стоит того, чтобы слушать!

– Это…

– А-а! А-а! А-а!

– Эм-м…?

– А-а-а-а-а-а…! – наконец прервал меня господин Хайне громким воплем.

Похоже, он наотрез не желает слышать хоть что-то, что идет не по его желанию.

Ноет, как избалованный мальчишка.

– Что за болван… неужели он и правда сын того самого хитреца Годвина? И слова не слышал о том, что всё настолько плохо, – пожал плечами господин Юлий с раздражением на лице.

О чём это Вы? Ничего подобного.

Я провела годы подле господина Кайла, что находился на том же уровне, что и этот, как и вся его свита идиотов, терпела их с улыбкой на губах, без единой жалобы.

Можете себе представить, сколько обиды во мне накопилось?

А-а, от одних только воспоминаний о том меня вновь захлёстывает злость.

– Хорошо сказано, сын мой Хайне! – вдруг крикнул господин Годвин.

Распростёртые на полу дворяне уставились на господина Годвина, разинув рты.

– Мой сын прав! Быть не может, чтобы Его Высочество Юлий находился в подобном месте! Это самозванец! Перед кем вы ползаете по земле?! Поднимите головы! Перед вами мошенник, выдающий себя за Его Высочество!

Том 1. Глава 12.

– Н-но кольцо с королевской печатью!

– Подделка! У настоящего был божественный золотой цвет, лучше, чем у этого! И вы ещё зовёте себя подданными благородного Королевства Палистан?!

Больно слышать, господин Годвин.

Он, должно быть, осмелился говорить подобное только чтобы завоевать расположение окружающих. Но любой житель Королевства Палистан сможет с первого взгляда понять, что пред ними перстень с королевской печатью.

Однако, видимо, эти господа оказались даже глупее, нежели я ожидала.

– Раз уж Вы так говорите, то, конечно…

– Ч-что… так это была подделка…?

– Правильно! Разве мог Его Высочество оказаться в таком месте!

– Ты, белобрысый юнец, как ты только осмелился хитрить против нас!

– Стража, схватить этих двоих!

Как и следовало ожидать, на лице у господина Годвина застыло сложное выражение.

Однако же, я не питаю к Вам и малейшей жалости.

Ведь проделала весь этот путь лишь ради того, чтобы избить Вас до полусмерти.

– Как смеешь ты, Годвин, развращая эту славную страну изнутри, так нагло и бесстыдно о подобном заявлять, – снисходительно усмехнулся господин Юлий.

Какая злобная насмешка.

Я уже затрудняюсь сказать, кто здесь на самом деле злодей.

– З-заткнись! Самозванец, выдающий себя за Его Высочество! Сюда его, тащите сюда его! – закричал господин Годвин, и несколько солдат вывели перед нами закованного в цепи крупного мужчину.

Нет, крупный – не совсем то слово.

Он был достаточно высок, чтобы задирать на него голову, и с телом, огромным настолько, что можно было принять за представителя племени гигантов.

Волосатый, дикий на вид, с обнажёнными клыками.

Хоть уже и не тот, кем был раньше, но этот джентльмен…

– С нашей встречи прошло два дня, мистер Донован. Вы сильно изменились.

Уверена, он тот самый ликантроп, что прежде охранял дом господина Зазарана.

После ожесточённого перетягивания каната я, несомненно, ранила его достаточно, чтобы он не смог восстановиться, однако…

Интересно, как ему удаётся двигаться?

По моей оценке, даже с мощной исцеляющей магией, он не должен был быть в состоянии толком перемещаться в течение недели.

– Гр-р…! – с капавшей изо рта слюной и обращёнными ко мне налитыми кровью глазами он казался совершенно потерявшим рассудок.

С ним что-то сделали, полагаю?

– Два дня назад этот ублюдок застрял в стене моей виллы. Я в порыве ярости уже было хотел порвать его на куски, но потом подумал: ему всё равно умирать, а значит, можно поэкспериментировать перед этим!

– Застрял в стене…?

Что-то во взгляде господина Юлия причиняет мне боль.

Он, наверное, вспомнил тот раз, когда Нанака застрял в стене, и решил, что джентльмен перед нами – дело рук того же преступника.

– Этот парень силён! Даже до операции по усилению он владел силой авантюриста А-ранга! Даже наш командир рыцарей не сможет с ним совладать! Вперёд, Донован! Прикончи их!

– Гша-а-а!!! – сбив с ног окружавших его гвардейцев, мистер Донован бросился прямо на меня.

Конечно, его скорость и мощь были несравнимы с прежними.

Но не думаю, что он будет для меня особо серьёзным противником.

Я хотела как можно дольше воздержаться от траты здесь магической силы, но, полагаю, ничего не поделаешь.

Только я наложила на себя заклинание физического усиления и вложила силу в кулак в попытке контратаковать…

– … Этого я не могу оставить без внимания.

– Гья!?

Кто-то подскочил ко мне со спины, и мистера Донована отбросило в сторону.

В руках у этого человека был длинный меч с эмблемой Королевского рыцарского ордена. Увидев незваного гостя, господин Юлий пожал плечами и, как обычно, проронил жалобу:

– Ты опоздал. И где же всё это время бродил мой эскорт?

– Не Вы ли, господин Юлий, ускользнули, бросив меня позади? Прошу Вас не винить других попусту, – с ноткой обиды отозвался джентльмен в маске с мечом наперевес.

Уж не тот ли это господин, с которым я столкнулась в зале ранее?

– То-то мне показалось, что я уже где-то видела эту тушу, так это были Вы.

На мои слова он обернулся и отвесил мне лёгкий поклон.

Как и ожидалось, перед нами кандидат на пост следующего командира рыцарей. Его закалённое тренировками тело просто великолепно.

– Чт… Сразить великана Донована одним ударом!? Ты кто такой!

– Заткнись. Мерзавец вроде тебя не заслуживает знать моего имени.

Сигурд Форгрейв, член Королевской гвардии.

Если подумать, он также являлся членом Тайного следственного управления королевского дворца.

– … Я с ними разберусь. Наступайте, мятежники, наставившие мечи на свою же нацию, – заявил господин Сигурд, сбросив свою маску и направив остриё клинка на мистера Донована.

Неужели он в самом деле собирается расправиться со всеми в одиночку?

Ни в коем случае. Они – моё мясо.

– Почему не идёшь? В таком случае, наступать буду я…!

– Пожалуйста, подождите, – я схватила господина Сигурда за ворот в последний момент перед тем, как он сорвался с места.

– Гухэ-э-э!?

А. Кажется, я слишком сильно дёрнула.

Сейчас.

– Кха-кха! Д-думал, что помру…! Ч-что Вы делаете, госпожа Скарлетт!?

– Господин Сигурд. У всего есть порядок.

– Х-ха-а…? – господин Сигурд, казалось, растерялся, не ведая, к чему я веду, на что сказала: «Послушайте», и подняла указательный палец.

Указав на с рычанием настороженно наблюдавшего за нами мистера Донована, я объявила:

– Господин Сигурд, Ваш противник – тот ликантроп, верно?

– Нет, как член Тайного следственного управления королевского дворца, я обязан разобраться со всеми повстанцами…

– Господин Сигурд. …Вы что же, собрались забрать моё мясо?

– !

Уже предчувствую, как будет насмехаться надо мной господин Юлий, услышав эти слова, поэтому тайком прошептала их ему на ухо.

После чего лицо господина Сигурда заалело, как маков цвет.

[[image:/storage/reader-images/0a76166f96fab50bc23527daa11ea304e4e70eb6.jpg]]

Как-то странно он среагировал, правильно ли молодой господин понял мои намерения?

– Это, Вы меня поняли, господин Сигурд?

– Б-без вопросов…! Предоставьте мне, Сигурду, позаботиться об этой огромной полудемонской твари! Вперёд, мускулистый болван! Ты станешь не более чем ржавчиной на моём мече! Уо-о-о!!!

– Гр-р!!!

Господин Сигурд набросился на мистера Донована с на треть возросшим энтузиазмом, нежели прежде.

А-а, слава Богу.

Теперь-то я могу не беспокоиться, что мою дичь украдут у меня из-под носа.

К счастью, господин Сигурд прекрасно меня услышал.

– Скарлетт, – обратился ко мне господин Юлий с опешившим видом.

– Что такое?

– Будьте так добры не играть с чувствами честного Сигурда. В последнее время мне начинает казаться, что Вы и правда так называемая злодейка.

– Ну и ну, Вы ужасны, господин Юлий. На благо мира, во имя людей крушу злодеев.

– Хм… зачитали пугающе монотонно.

Вот же… всегда говорите не без подтекста, господин Юлий.

Но сейчас я в прекрасном расположении духа, а потому прощаю.

Потому что…

– Итак, Вы готовы, господа? – я с улыбкой двинулась вперёд, хрустя костяшками пальцев.

– Это ты должна быть готова! Безмозглая мелкая девчонка, вздумавшая восстать против нас, высшей знати!

– Ходят слухи, что она не то Кровавая Принцесса, не то Смертоносная Принцесса, но на деле – не более чем мелкая худощавая девчонка!

– Небось опрокинула на себя вино, а какой-то идиот принял его за кровь.

– Ставлю на это! Ва-ха-ха-ха…

Хрясь, – с грохотом оттолкнувшись от тут же треснувшего пола, я молниеносно приблизилась к хохотавшему во весь рот господину болвану.

– … Ха?

– Сожалею, сэр. Что тут скажешь… Вы безнадёжно тупы, – я схватила его рукой за лицо и повалила на пол.

– ──!!!

С безмолвным криком он приложился головой о мрамор.

Дрог-дёрг, – его руки и ноги жалко дрожали, придавая тому вид выброшенной на берег рыбы.

– … Первый готов, – пробормотала я себе под нос, и знать – возможно, осознав, что одного из них уже одолели, – завопили в унисон.

– Лорд Барбаросса…!?

– Ч-что за детские фокусы…!

– Т-тварь! Нападать врасплох – низость!

– Именно! Раз ты и сама дворянка, то сражайся как подобает аристократу – на дуэли!

Как подобает аристократу? Дуэли?

Эти джентльмены снова начали нести чушь?

Прежде всего, как ещё можно назвать положение, в котором одну-единственную меня окружило столько людей, помимо трусости?

Ну, так и быть.

Коли Вы того хотите, всё будет так: на манер знати.

– Тогда… именем Скарлетт Эль Вандимион, я вызываю Вас на дуэль, – с этими словами я сняла с себя перчатку и бросила в них.

Затем, словно не желая уступать, вельможи также бросили свои.

– Тупица, ты попалась на удочку!

– На дуэли аристократов нельзя пользоваться магией!

– Твоя непомерная сила, должно быть, связана именно с ней!

– Наша победа уже предрешена! Сдавайся!

А-а, понятно.

Так эти господа, похоже, решили, что моё физическое превосходство обусловлено одной лишь магией.

Удивлена, что у них хватило ума подумать о таком варианте.

– Я буду первым! Умри, мелкая беловолосая девчонка!

– Не-ет, пойду я! Чёрта с два я дам тебе присвоить все лавры себе!

– О чём это вы! Эта девка моя!

– Да какая разница, так мы никуда не продвинемся! Накинемся все разом!

– Ничего не поделаешь! Хорошо!

– Правосудие за нами! Да простит нас богиня Палмия!

– Верно! Вперёд!

Навязали правило запрета на магию, но при этом совершенно спокойны.

Отрадно видеть столь освежающее безрассудство.

– Перед тем, как вступить в дуэль, позволите мне задать вопрос? – осведомилась я, и знать злобно ухмыльнулась.

– Что такое? Будешь умолять сохранить себе жизнь? Слишком поздно вымаливать прощение!

Прошу простить, но я совсем не об этом.

– Пускай магию использовать запрещено, есть ли ограничения на оружие?

– Плевать, как хочешь! Приступим к делу!

– Значит ли это, что Вы разрешаете мне его использовать?

– Именно! Так, давайте, нападаем! Окружим и накинемся разом!

– О-о!

Вельможи вскинули сабли и копья.

О-хо, использовали.

Тогда я более не колеблюсь и воспользуюсь своим.

– … Э?

– Ха? Стоп, т-ты…

– Н-неужто, это…?

Схватив за ногу застрявшего в полу господина Барбароссу, я рывком его подняла.

Джентльмен, кажется, уже успел потерять сознание: пустил пену изо рта и закатил глаза так, что один белок было видно.

Но ничего страшного, правда?

– Тогда начнём… чистую и праведную дуэль между дворянами.

– ЭТО НЕЧЕСТНО-О-О-О!?

Я с силой взмахнула своим оружием (Барбароссой), глуша эхо их голосов.

– ГЬЯ-Я-Я!?

Хрусть-тресь-хрясь! – с приятным треском хрящей и костей трое окруживших меня господ порывом ветра были отброшены к стене, с размаху в неё впечатавшись.

Очень простое и полезное оружие, не правда ли?

Очень уж оно мне приглянулось.

– Да как так!? Непохоже, чтобы она задействовала какую-то магию! Как она только способна демонстрировать такую сверхчеловеческую силу!?

– Кажется, Вы кое в чём заблуждаетесь, поэтому объясню… – с улыбкой я потрясла рукой господина Барбароссу, как если бы тренируясь во взмахах мечом. – Я укрепляю своё тело магией вовсе не для того, чтобы увеличить физическую силу…

Дамы и господа, куда делся весь Ваш запал?

Вы кажетесь несколько подавленными.

Но, к сожалению, придётся мне поведать Вам ещё более жестокую правду.

– А чтобы защититься от последствий собственных атак.

Магия укрепления тела как правило увеличивает мышечную силу вкупе со скоростью атаки.

Однако в моём случае я пользуюсь лишь поверхностным упрочнением тела, дабы не оставить на коже шрамов.

Вот почему даже без использования магии сила моих атак не особо изменится.

– Н-не подходи! Не иди сюда, нья-я-я!?

– С-стража! Сейчас же прикончите эту девку-у-у-у!?

– Хи!? К-копьё сломалось, что-о-о-о!?

Всякий раз, как я взмахивала господином Барбароссой, попадавшие под его удар люди потешно отлетали в стороны.

Бах, бам, хрусть, хрясь.

Восхитительный ансамбль криков и ударов раздавался в такт моей дубинке, он был подобен симфонии, исполняемой оркестром королевского дворца.

[[image:/storage/reader-images/66d5f88fd4c74bf31382e51eb0c9ca903b8b3145.jpg]]

– Давайте, дамы и господа, сыграем вместе… в своё удовольствие.

Этим вечером сей зал был концертной сценой, сделанной исключительно для меня, ради исполнения моих желаний.

Как чудесно.

– Н-нет! Мы даже приблизиться к ней не можем!

– Словно торнадо! Такими темпами нас с лица земли сотрёт!

– Да всё равно, к чёрту дуэль! Магия! Остановите это чудовище магией!

Немногие оставшиеся дворяне собрали последние силы, вскинули руки и начали зачитывать заклинания.

Но…

– Сожалею, но подобная магия «запрещена», – сказал господин Юлий, подняв руку с кольцом с королевской печатью, и их магия тут же рассеялась.

Отмечу комичность происходящего: они застыли в немой позе с вытянутыми руками.

Простите, но я просто не могла удержаться от смеха…

– … А, – в тот момент я случайно выпустил её. Ногу господина Барбароссы.

Со свистом рассекая воздух, господин Барбаросса влетел в кучку дворян.

Бах! – с грохотом раздался визг.

– Гугья-я-я-я!? – едва стоявшую на ногах знать разметало в разные стороны, и все они без движения рухнули на пол.

А-а, какая потеря.

Столь ценное мясо пошло насмарку.

– Что ж, за сим и окончим. Мероприятие оказалось довольно весёлым.

– Это только начало, господин Юлий. Прежде всего, мы так и не отведали главного блюда…

– Знал, что Вы так и скажете, но… постойте, не двигайтесь, – господин Юлий достал носовой платок и вытер мне щеку.

Я невольно прищурилась от щекотки, встретившись взглядом с господином Юлием.

Но он быстро отвёл взгляд.

Что это с ним? Подобная реакция совершенно не в духе господина Юлия.

Обычно он бы рассмеялся и проронил лёгкое замечание.

– Если бы Лео застал Вас в таком виде, его бы удар хватил. По крайней мере лицо держите в чистоте. Оно – Ваша главная сила.

– Как мило с Вашей стороны.

Носовой платок в руке господина Юлия залило насыщенно-алой кровью.

Внимательно осмотрев себя, я заметила, что моё прежде белое платье также запятнала чужая кровь.

И правда, подобный вид плохо скажется на сердце старшего брата.

– К-кровавая Принцесса Скарлет… слухи не врали…!

Ой. Похоже, кто-то выжил… нет, правильнее будет сказать, остался в сознании.

Я-то думала, что остались только господин Годвин с господином Хайне, но…?

Присмотревшись, я обнаружила, что пара наиважнейших персон отсутствовала.

– Куда делись те джентльмены, господин Годвин и господин Хайне?

– Х-хи!? Н-не знаю! Ничего не знаю! П-поэтому не бей…

– Раз ничего не знаете, Вам незачем бодрствовать. Спокойной ночи.

– Гхэ!?

Быстрым ударом в лицо я мгновенно лишила его сознания.

Мои действия были ошибкой, полагаю?

Я совсем потеряла голову от радости, что могу творить насилие, сколько душе угодно.

В итоге господин Годвин с его сыном, вероятно, сбежали через ту дверь.

Но куда же они направились?

Пока я пребывала в растерянности, раздался знакомый голос.

– Господин Юлий! Сколько бы я ни ждал, сигнала действовать не последовало, вот я и решил заглянуть, но что Вы, чёрт возьми, здесь устроили!

Появился разгневанный старший брат – вероятно, расстроенный тем, что сигнал к наступлению слишком уж затянулся.

– Ой, старший брат Лео. Разве Вы не должны были дожидаться снаружи?

– Скарлетт… кажется, я ясно велел тебе следовать согласно моим указаниям… и воздержаться от лишнего насилия, пока не дам нужных инструкций. А ты что наделала… – брат Лео задрожал всем телом, обводя взглядом разрушения вокруг нас.

Увидев лежащих тут и там гвардейцев и дворян, впечатанных не то в пол, не то в стены, он возвёл глаза к потолку, спрятал лицо в ладонях и взвыл:

– Отец, матушка! Моя сестра наконец совершила убийство! Массовый геноцид…!

Брат мой, Вы слишком остро реагируете.

– И вовсе я никого не убила, я била тупой стороной меча.

– Что из твоих рук и ног является тупой стороной!? Да всё твоё тело – острейшее лезвие!

Брат, Ваше остроумие просто великолепно.

Скарлетт назвала его «цуккоми» - это термин из японской комедии. Бокэ (яп. ボケ / 呆け) — дословно означает маразм или человека не от мира сего. Бокэ постоянно путается, забывает разные вещи и рассказывает глупости. Напротив, цуккоми (яп. ツッコミ / 突っ込み — «вклинивание») играет роль реалиста-прагматика и пытается поправлять первого. См. ссылку из «норицуккоми» в главе 1-10.

И пока я с улыбкой им восхищалась, господин Юлий спокойно к тому обратился:

– О-о, Лео, ты как раз вовремя.

– Пожалуйста, подождите, господин Юлий. Я не уверен, что смогу сейчас смириться с этой реальностью. Позвольте мне сбежать от неё на какое-то время.

В ответ на просьбу брата Лео господин Юлий отметил с видом истинного злодея:

– Как скажешь, но если не вернёшься в ближайшее время, мы потерям самую крупную рыбёшку, слышишь?

– Просто дайте мне ещё минуту, нет, всего тридцать секунд.

– Быстрее. Даю пять.

Ну и ну, какой же Вы нетерпеливый человек. Как и ожидалось, я не смогла удержаться от жалобы в его адрес.

– Прошу Вас не запугивать старшего брата Лео, господин Юлий. Именно из-за Ваших слов ныне он так страдает, и именно по Вашей вине у него столь мрачное лицо.

– О чём это Вы. Я всегда был внимателен к Лео и своим подчинённым, настолько, что играю с ними время от времени, чтобы не заскучали.

– Ваши игры настолько остры, что ныне сердце моего сентиментального брата словно в железной деве. Прошу Вас отнестись к нему с состраданием, окутывая его сердце как шёлковой ватой – под стать мне.

Господин Юлий лишь рассмеялся над моими преисполненными заботы словами.

– Кажется, я ослышался? Может, Вы хотели сказать «задушить его шёлковой ватой»?

真綿で首を絞める – идиома, дословно «задушить шёлковой ватой». Означает медленно мучить; затягивать; ранить окольными путями; душить нитями шелка.

– Ну и ну, просто ужас. Брат Лео, господин Юлий надо мной издевается.

– Подождите… мой желудок не выдержит, если вы будете действовать вдвоём.

Бум, звень, – и пока мы вели беседу, снизу послышался страшный грохот.

Выглянув на второй подвальный этаж, я увидела ожесточённую схватку господина Сигурда с мистером Донованом.

То-то я думала, почему их совсем не видно, а они просто внизу сражались.

Уверена, господин Сигурд постарался не мешать моему пиру.

Как и ожидалось от сына командира рыцарей. Рыцарь в высшей его ипостаси.

Э? Я так увлеклась отбиванием мяса, что совсем позабыла о господине Сигурде?

Быть не может, ни в коем случае.

Будто бы такое вообще возможно. Мгм.

– Внизу то же самое, большинство гостей начали разбегаться отсюда. Если хотите подать сигнал, сейчас самое время.

Том 1. Глава 13.

Спокойно сообщил старший брат. Господин Юлий кивнул в ответ.

– Согласен. Как и думал, я не могу больше тянуть. Хорошо, я дам сигнал гарнизону выдвигаться.

– Ха.

А вот это уже проблема.

Я всего в шаге от господина Годвина.

Если ничего не предпринять, меня ждёт несварение.

– Не надувайте так щёки, вообще. И не показывайтесь в таком виде никому, кроме нас, хорошо? – сказал господин Юлий, с язвительной улыбкой погладив меня по голове.

Как грубо. И вовсе я не надувала щёки. Я же не ребёнок.

– Так ведь… Вы обещали другое.

– Не переживайте. Уж я-то позабочусь о том, чтобы Годвин пал от твоей руки. Просто молча наблюдай, – с этими словами господин Юлий достал из кармана нечто сродни длинной тонкой трубки.

Затем поднял её к небу, закрыл глаза и прошептал:

– … Освободись (release)!

В тот же миг из кончика трубки, наполненной магической силой, вырвались красные лучи света.

Они прошли сквозь потолок и в мгновение ока рассеялись.

Полагаю, световой магический инструмент с эффектом дымовой шашки?

Похоже, это и был сигнал к наступлению.

– Лео. Нужно отыскать сбежавшего Годвина.

– Конечно, но… что за странный разговор состоялся у Вас с сестрой? – старший брат вперил в нас пристальный взгляд.

Вот же, господин Юлий. Предпочту, чтобы о подобных вещах Вы говорили тайно.

Вы не очень умны, полагаю.

– Мы со Скарлетт обменялись клятвами.

– Э… Ха!? Клятвами!? – восклицает старший брат, широко распахнув глаза.

Эм-м, а есть ли нужда упоминать об этом сейчас?

– Ага. Поэтому я должен сдержать данное Скарлетт обещание. Клятва, данная королевской семьёй, непреложна. Какой бы она ни была, во что бы то ни стало.

Старший брат резко обернулся и схватил меня за плечи.

Что такое? Выглядит страшно взволнованным.

– … Это правда, сестра? Ты обменялась клятвами с господином Юлием… Первым Принцем Королевства Палистан, тем самым господином Юлием?

– Это правда, старший брат Лео. Я поклялась посвятить себя господину Юлия до конца своих дней. В моих словах не было никакой лжи.

– О-о… как же… о-о… о-о…! – брат вновь поднял лицо к небу, обеими руками, на этот раз его не закрыв.

Его лицо светилось радостью и умиротворением, кои я никогда прежде не видела.

На глазах даже слёзы радости выступили.

Интересно, неужто случилось что-то хорошее?

– После расторжения помолвки с господином Кайлом я уж было сдался, решив, что Скарлетт уже никогда не сможет жить долго и счастливо, как и подобает дочери дворянина, но… никогда бы не подумал, что она решится провести остаток своей жизни с господином Юлием… Отец, матушка. Младшая сестрёнка, находившая радость лишь в избиении других, стала такой замечательной леди…

– Не совсем поняла, о чём Вы, но коли Вы счастливы, брат, счастлива и я.

– Я планировал строго отчитать тебя за случившееся, но так и быть. Брат простит тебе твоё безрассудное поведение. Даже избиение одного или двух преступников – теперь дело второстепенное. Ты будешь с господином Юлием. Ха-ха-ха.

Не одного-двух, тут десять-двадцать будет маловато по моим подсчётам.

Ну да ладно, не буду рушить его идиллию.

Давно я не видела, чтобы брат так лучезарно улыбался.

Незачем что-то говорить, просто буду улыбаться рядом с ним.

Так я проявлю свою сыновнюю почтительность к брату, коему вечно причиняю неудобства.

Сыновняя почтительность сяо (кит. 孝 xiào, яп. こう, кор. 효 хё) — одно из центральных понятий в конфуцианской этике и философии, важный компонент традиционной восточно-азиатской ментальности. В базовом значении относилось к уважению родителей; в более широком смысле распространялось на всех предков.

– Пху-ху… б-больше не могу. Не могу сдерживаться… Брат и сестра, два сапога пара…!

Над чем Вы хохочете, взявшись за живот, господин Юлий?

Не понимаю, и тем не менее хочу ударить его.

Можно ведь?

– Фу-ух… Так что рассчитываю на тебя, Лео, разыщи Годвина.

– Так точно.

Отсмеявшись, господин Юлий вернул лицу надлежащее выражение.

Совершенно не серьёзное.

В глазах у него по-прежнему стояли слёзы.

– … Мистический глаз мой, что видит за тысячу миль, – тихо прошептал Лео, закрыв один глаз.

Где-то через пять секунд он снова его открыл.

И там уже ярко сиял окрашенный в золотой, схожий с кошачьим глаз.

… «Ясновидение (clairvoyance)».

Сие божественное покровительство подвластно тем, кто был благословлён Истерией – Богиней Охоты.

Не спрашивайте, почему Истерия вместо Дианы или Артемиды… Учитывая Кроноса, предполагала, что здесь будет отсылка к греческим титанам, но Истерии среди них нет.

Говорят, его глаз способен видеть за пределы зданий и магических барьеров даже на расстоянии тысячи миль.

Хотя, кажется, его настоящий предел – в радиусе около сотни метров.

Но для поисков господина Годвина, что, как известно, находится неподалёку сего здания, их более чем достаточно.

– … Нашёл.

– Где?

– На третьем этаже вместе со своим сыном Хайне. Похоже, собирается подняться на четвёртый этаж по центральной лестнице.

– Входы и выходы первого этажа перекрыл гарнизон. Но четвёртый этаж? Зачем, чёрт возьми, он туда поднимается? На крыше его ждёт тупик.

– Постойте… я вижу тень – что-то пролетает над крышей. Это… неужто дракон?

– Что…? – нахмурился господин Юлий, услышав взволнованный голос брата.

Дракон – довольно необычная новость.

Слышала, соседнее государство Ванквиш использует их в бою и как транспорт.

Но в нашей стране крылатые драконы встречаются крайне редко.

Что всё это значит?

– Значит, слухи были правдивы… Тц. Годвин, собрался перебежать на сторону Ванквиша? Напрасная борьба, – на лице господина Юлия заиграло необычайное раздражение.

– О чём это Вы? – осведомилась я, и брат, закрыв ясновидящий глаз, устало произнеся.

– … Прошёл слух, что премьер-министр Годвин за кулисами имел связи с соседним государством Ванквиш. Также ходили слухи, что он намеренно портил внутренние дела Королевства Палистан, дабы облегчить вторжение Ванквишу.

В настоящее время Ванквиш и Палистан находились в состоянии перемирия, но отношения между странами были не самыми лучшими.

Поскольку не могли воевать в открытую, решили действовать из-за кулис?

– Думал, это не более чем слух, но видя, как они пытаются помочь Годвину с побегом, я уже не настолько в этом уверен.

– Если это правда, то, полагаю, после разгрома нашей страны ему пообещали высокий чин в Ванквише.

– Глупец. Разве может в Ванквише, где превосходство определяет военная сила, выжить человек, руководствующийся одной лишь хитростью, – цокнул языком господин Юлий и помчался к двери.

Мы с братом переглянулись и поспешили за ним.

Ни за что не отпущу Вас, господин Годвин.

Даже если решите воспарить в небеса.

Эпизод 7. Спасибо за еду.

За дверью расположился узкий проход, ведущий к центральной лестнице.

Наше нынешнее местоположение – первый подвальный этаж.

В значительном разрыве с господином Годвином, который уже должен был подняться на четвёртый.

Крыша, если правильно помню, находилась после пятого, так что нам придётся изрядно потрудиться, чтобы его нагнать.

– Если он сбежит в Ванквиш, достать его будет нелегко. Нельзя позволить покинуть страну ни Годвину, ни дракону. Нужно схватить их и прояснить ряд вопросов.

– Но так мы точно его не догоним. Что же делать… эй, Скарлетт, ты зачем разуваешься? – недоумённо округлил глаза старший брат, видя, как я скидываю свои туфли.

– Разумеется, чтобы стать серьёзнее, старший брат Лео.

– Серьёзно, как бы ты ни бежала, обычным способом не успеть. Даже с помощью божественного покровительства я сомневаюсь, что сумеешь догнать…

– Нет, если Скарлетт будет серьёзно настроена, то успеет. Справишься?

– Без проблем.

Я вновь применила к себе магию укрепления тела и легонько постучала ногой по полу – топ-топ.

Давненько я к нему не прибегала. Не могу не беспокоиться о том, удастся ли контроль должным образом.

Ну-у, как будет, так будет.

– … «Тройное ускорение (acceleration three burst)».

Стоило сделать шаг, и тело, испытав взрывное ускорение, резко устремилось вперёд.

На втором шаге я резко изменила направление, и на третьем – достигла первого этажа.

Пол трещал у меня под ногами, и вслед мне – хрясь – летел глухой хруст.

Божественное покровительство, которое могут использовать получившие благословение Хроноса, Бога Времени…. «ускорение (acceleration)».

Ускоряя собственное время, я могу достигать скоростей, превышающих человеческие возможности.

Когда я применяю его на себе в бою, обычно не превышаю ускорение в два раза, а то и меньше.

Однако сейчас, в связи с чрезвычайностью ситуации, я сняла ограничение скорости, увеличив её втрое.

Конечно, такой выбор влечёт свои недостатки.

Чем выше скорость, тем уязвимее становится тело, поэтому приходится постоянно укреплять его магией. Кроме того, покровительство расходует много жизненны сил, поэтому к нему нельзя часто прибегать.

Но, беря в учёт опасность упустить моё самое вкусное мясо, я просто не могу позволить себе роскошь не использовать его.

– А пока прошу прощения за причинённые неудобства, но я уйду первой.

お先に – вежливый способ сказать «вперёд» или «после» («после Вас», например), но, как я поняла, также является вежливым сокращением фразы お先に失礼します – «прошу прощения, что ухожу (первым)», так японцы оповещают о своем уходе с рабочего места (самый первый работник, остальные – уже нет). Не уверена, но, скорее всего, эта фраза относилась к Лео и Юлию, которых она оставила позади.

Ещё два-три шага – и я уже на втором этаже.

Как и ожидалось, на тройной скорости тело буквально скрипело.

Долго я продержаться не смогу, так что нужно поскорее сократить разрыв.

– Гяо-о-о-о…! – сверху донёсся рёв дракона.

Похоже, он уже прибыл на крышу.

Хоть и торопилась как могла, но, похоже, всё равно не успею?

Выхода нет.

Не хотела я этого делать, но придётся пойти кратчайшим – пускай и вульгарным – путём.

– Прошу прощения, – я выбила окно на середине лестницы и высунулась наружу.

Упёрлась рукой в наружную стену и по инерции подлетела вверх.

– ──, – резко выдохнув, я со всех сил оттолкнулась от внешней стены и помчалась на самый верх.

Тело легко промчалось мимо крыши и воспарило в ночное небо.

Вместе с тем благословение «ускорения (acceleration)» достигло предела: тело стало возвращаться в своё обычное время.

Похоже, я успела как раз вовремя.

Я приземлилась на водонапорную башню с видом на крышу и осмотрелась.

Подо мной господин Хайне вместе с господином Годвином мчались к дракону.

– М? Над нами сейчас, кажется, какая-то тень пролетела?

– Небось птица или ещё что. Бежим уже отсюда, отец! Меня уже тошнит от этой страны, не желающей признавать моего великолепия!

На драконе же восседал облачённый в мантию джентльмен с громадным длинным копьём.

А он неплох.

Неужто драгун Ванквиша?

Драгуны (от фр. dragon или от лат. draco) — воины кавалерии армий некоторых европейских государств, обученные действиям как в конном, так и пешем строю. Французское dragon означает короткий мушкет на вооружении у кавалеристов. Также дракон находился на драгунском знамени. В данном случае, как я понимаю, драгун – всё тот же воин-наездник, но с драконом вместо лошади.

– Эй, ты! Я не прочь дезертировать, но ты в самом деле сделаешь меня министром Ванквиша?!

– Мой отец – премьер-министр этой страны! А я его сын – человек с многообещающим будущим, что непреложно станет следующим премьер-министром! Как смеешь ты, простой солдат, смотреть на нас свысока! Сейчас же спускайся с дракона и падай ниц!

Пока я внимательно наблюдала за происходящим, готовая спрыгнуть в любой момент, до меня донеслись крики премьера-министра и его сына. Почему Вы просто не сбегаете?

Как они вообще осмелились одаривать презрением человека, пособничавшего в их побеге, ради простого удовлетворения самолюбия?

Эти двое – мусор до мозга костей.

– … – драгун молча взглянул на господина Годвина и господина Хайне

И…

– … Мусор. Сдохните.

Свищ, – он взмахнул копьём, занеся его над головой, а после без раздумий замахнулся на господина Годвина с его сыном.

Учитывая скорость и вес копья, если не вмешаться, они оба, несомненно, тотчас отдадут Богу душу.

– Нехорошо, – я соскочила с водонапорной башни и приземлилась между драконом и господином Годвином.

Бах!

– …!? – драгун, напуганный нежданным гостем, остановил копьё и замер.

Было близко.

Я успела испугаться, что моё достигшее нужной выдержки драгоценное мясо (главное блюдо), вот-вот перехватят.

– Гья…!?

– Хайне-е-е-е!?

Ой, кто-то кричит у меня под ногами.

К слову, помню, что, когда я спрыгнула, под ногами ощущалось что-то, разительно отличавшееся от поверхности крыши.

Понятно, так я встала на господина Хайне? Прошу прощения за причинённые неудобства.

– Добрый вечер, господин Годвин. Мы видимся впервые за долгое время, – я отвесила грациозный реверанс, не сходя с Хайне, и господин Годвин указал на меня, вздёрнув подборок, и закричал:

– Т-ты, Скарлетт!? Как ты сюда попала!? Н-невозможно! Как ты смогла нас догнать!?

– Просто прибежала. Решила срезать путь, промчавшись по наружной стене.

– Наружной стене!?

– Да. Но это не так важно. Что важнее… – я обратила взгляд к драгуну.

Пока что он безмолвно наблюдал за происходящим, но что же на самом деле крутилось у него в голове?

Впрочем, уже неважно.

Я уже приняла решение на его счёт.

– Негоже красть у меня мясо, мистер драгун из Ванквиша, – с улыбкой я сделала шаг в его сторону.

За своё прегрешение – попытку отнять у меня мою дичь – вы заплатите сполна.

– … Ты сказал Скарлетт? – драгун спрыгнул со своего дракона.

После чего неожиданно скинул свою мантию и подошёл к нам.

Огненно-рыжие волосы и того же цвета глаза.

Мне казалось, его лицо будет суровым под стать телосложению, но оно оказалось на удивление красивым.

Так и напрашивалось на хороший удар моего кулака.

Пока я вот так размышляла…