— Куда ты стреляешь? Стену поставь! Где спайк? Сейдж, ресни меня! Аааааа! — кричала девушка.

Уличный фонарь мерцал за окном, отбрасывая тени на стены комнаты. Только мягкий свет монитора выглядел благоприятным и приглушённым в сравнении с чувствительными глазами девушки, поглощенной игровым миром. Ее пальцы ловко двигались по клавишам, стремясь к совершенству, к победе, но каждый раз она оказывалась на пороге разгрома.

Громкий выстрел раздался в наушниках, сопровождаемый зловещим грохотом, завершающим мучительное стечение обстоятельств. Кресло скрипнуло, реагируя на ее нервное движение в отчаянной попытке избежать смерти виртуального персонажа. Слезы навернулись на глаза — но они не были слезами слабости, а скорее слезами ярости и напряжения.

Смотря на экран, она проклинала свою неудачу, пытаясь понять, что же пошло не так. В спешке схватила новую жестяную банку с энергетиком из мини холодильника и с силой открыла крышку. Ее пальцы, обожженные напряжением, дрожали от возбуждения и ярости. Она опрокинула напиток, чувствуя, как жидкость, подобная эликсиру, вдыхает в нее новую жизнь и энергию.

Глубоко вздохнув, откинулась на спинку стула, закрыв глаза и погрузившись во мрак своих мыслей. Снег за окном продолжал медленно падать, словно хлопья спускались с небес прямо к ее окну, но она не обращала на это внимания. Она была полностью поглощена игрой, битвой, которую ей предстояло выиграть любой ценой.

— Тридцать раундов и мы слили! Я не выдерживаю, Джек!

— Грейс, пойдем ещё одну? — послышался голос в наушниках, — Может, сегодня мы хоть один матч выиграем?

— Не знаю, надоело! — злилась она, сжимая в руках банку.

— А чего стрим не включила?

— Да я опять покрасилась, волосы мокрые были и лень макияж наносить, переодеваться, поэтому сижу как чмо, — слегка посмеялась Грейс.

— О, а в какой цвет на этот раз? — взволновано спросил парень.

— В голубой, ну знаешь, небесный типа.

— Прикольно, и кстати на счёт макияжа, ты и без него красивая! Всегда смотрю твои стримы.

— Да? Поэтому так плохо играешь? — рассмеялась она.

— Нет! Просто нам вечно попадаются в тиму крабы. — попытался оправдаться.

— Эх, вылезти бы в иммортал уже. Но как говорят, дуо не буст.

— Ага, если бы не я, ты бы уже апнула, слушай, Грейс, насчёт встретиться в реал...— не успел договорить Джек.

— Матч нашелся, полетели! — закричала геймерша, прервав друга на полу слове.

Следующая игра началась, и она снова вошла в режим максимальной концентрации, забыв о мире вокруг. Каждый щелчок мыши, каждое нажатие клавиши — все это было целью к переобретению утраченного достоинства. Череда стрельбы, перемещения, тактических маневров, точно выкинутых навыков персонажа — она была в своей среде, она была непобедима.

Несколько часов спустя, когда серебряные лучи зари прорывались сквозь занавески, Грейс, наконец, добилась победы. Экран вспыхнул ярким светом, объявляя ее триумф. Лицо было искажено усталостью, но одновременно торжеством. Она сделала это. Она смогла. И ни одно поражение не сравняется с радостью победы, добытой своим трудом.

— Ха-ха я не понимаю, что ты говоришь! Сам такой, иди жопу поцелуй, овощ! — кричала девушка на союзника, который по ее мнению был слабым звеном. — О, отключился, Джек ты же изучаешь иностранные языки, что там этот лось вякал?

— Это славянская группа языков, я их не изучал!

— Типа болгарский или чешский? — удивилась она.

— Да, но я не разбираюсь, для меня они однотипны.

— Потрясающе, я не знала, что они тоже играют в такие игры, оказывается, даже постоянный доступ в интернет имеют.

— Грейс, скажи мне, как ты представляешь славянские народы?

— Нууу много снега и медведи там...

— Совсем дурочка?

Они ещё долго смеялись и разговаривали на тему последнего матча, обсуждали выход новых персонажей и карт.

С улыбкой на лице девушка наконец вышла из мира игры, возвращаясь в реальность, где ее ждал новый день.

Рассвет проник сквозь оконное стекло, накрывая комнату мягким оранжевым светом. Грейс, вытянувшись на кресле, закрыла глаза и вздохнула удовлетворенно, слегка уставшей улыбкой на губах. Ее пальцы, обессиленные после многочасового марафона виртуальных матчей в шутере, медленно отпустили мышь, позволяя переполняющему чувству победы охватить ее.

Дверь комнаты распахнулась с грохотом, но на этот раз в проёме появилась не мать в домашней одежде, а Одри, одетая в строгий офисный костюм. Ее обычно теплые глаза смотрели на дочь с некоторым изумлением, словно неожиданная перемена ролей нарушила привычное равновесие.

— Грейс Валентайн! — закричала женщина.

— Доброе утро, мам, — сказала девушка, пытаясь улыбнуться ей доброжелательно.

После всей ночи она почувствовала себя немного виновато за то, что мать застала ее за компьютером в очередной раз.

Одри ответила улыбкой, хоть и слегка напряжённой.

— Доброе утро, дорогая. Как я вижу, ты снова провела бессонную ночь за компьютером, верно? — голос ее звучал максимально язвительно.

Грейс кивнула, чувствуя, как смущение накатывает на нее.

— Да, извини, мам, я просто не могла остановиться и я же не разбудила тебя... в этот раз.

Одри подошла ближе и положила руку на плечо дочери, ее прикосновение было грубым.

— Я всё прекрасно понимаю, но тебе уже двадцать пять лет! Ты сутками сидишь дома за своими игрушками, не учишься, не работаешь, даже по дому не помогаешь, готовить не умеешь!

Грейс встретила взгляд матери, в ее глазах блеснуло отчаяние.

— Но я же даю тебе деньги на продукты и часть за аренду квартиры! — крикнула девушка в попытке оправдаться.

— Это пока ты можешь зарабатывать на трансляциях, а спустя года три, твоя красота начнет увядать и ты перестанешь получать деньги! Что потом будешь делать? — Одри кричала в ответ, пытаясь образумить дочь.

— Я что-нибудь придумаю! Пойду в качестве тренера в киберспорт!

— Ха? А ты прям уверена, что тебя возьмут? Почему сейчас не идёшь? Наверное, потому что это не так просто или таланта у тебя не хватает!

— Прекрати! Я не хочу жить в этом мире! Мне не нравится реальность! Если бы папа был жив... — Одри ударила дочь по щеке.

— Не смей вспоминать отца! Если бы он увидел в какую затворницу ты превратилась, обрадовался и погладил тебя по головке? — закричала во все горло женщина, гнев закипал в ней, — Найди нормальную работу! Выйди замуж, научись нести ответственность!

— Я не хочу жить, как ты, упахиваться за гроши!

— Ты просто... — в карих глазах женщины блеснула ярость.

— Кто? — подняла брови Грейс, в предвкушении услышать очередную издевку или унижение, — Скажи это!

— Тупая и неблагодарная девчонка! — Одри выскочила из комнаты дочери, как ошпаренная.

Грейс лежала на кровати, ее глаза излучали гнев и разочарование. Дыхание было тяжёлым, руки сжимали простыню с такой силой, что пальцы оставляли следы на ткани, словно попытка удержаться от падения в бездну ярости.

Ссора с матерью прокручивалась в уме снова и снова. Слова Одри резали ее сердце, разрывая на мелкие кусочки. Грейс чувствовала, как боль наполняет каждую клетку ее существа, заставляя колотиться сердце в такт страданиям.

Она думала о том, как сложно быть непонятым, как больно, когда даже твоя собственная мать не видит истинного тебя. Грейс закричала в подушку, ее голос звучал глухо и удушающе. Она чувствовала, как злость бушует внутри нее, словно огонь, который пытается сжечь все вокруг. Ей казалось, что мир обернулся против нее, что никто и ничто не понимает ее боль.

Но постепенно злость уступала место усталости и пустоте. Грейс чувствовала, как силы покидают ее тело, оставляя лишь слабость. Она закрыла глаза и попыталась забыться, утопиться в мире снов, где нет разочарования в самой себе.

— Кай, вставай! Если мы опять опоздаем, нас накажут!

Маленький мальчик стоял возле кровати своего брата и пытался разбудить, ведь если они не придут во время на работу в конюшню их накажут или, что ещё хуже, выгонят из поместья.

Грейс медленно приоткрыла глаза, ощущая, как рука ее дёргается. Слабое писклявое нытье донеслось до нее сквозь полусон. Сначала это было как звук издалека, словно эхо, но затем стало все ближе и реальнее.

Раскрыв глаза, она увидела маленького, черноволосого мальчика, стоящего рядом. Он был взволнованный, голубые глаза блестели от слез, а его рука упорно дёргала ее за ткань рукава.

— Пожалуйста, проснись, — прошептал мальчик, его голос был звонкий словно колокольчик.

Грейс почувствовала, как сердце сжалось. Это было настолько реально, что она почти поверила, будто этот ребёнок действительно стоит перед ней. Но прекрасно знала, что у нее в доме нет детей, и этот факт делал сон еще более странным.

— Ты кто? — спросила Грейс таким же писклявым голосом, — Кхе-кхе, что фигня?

Мальчик продолжал плакать, но улыбнулся через слезы.

— О! Ты проснулся! Все уже ушли, нам тоже пора, — сказал он.

Грейс оглядела помещение вокруг себя. Тесная комната была наполнена тягучим запахом, который словно клей цеплялся за ноздри. Стены сильно обшарпаны, а пол покрыт слоем пыли и грязи. Расположенные вдоль стены кровати выглядели неуютно, с исцарапанными обивками и без подушек, лишь с грубо заправленными одеялами.

Смутно осознав, что что-то странное происходит, Грейс опустила взгляд на свои руки. Их размер казался меньше, словно у ребенка. Мелодия смеха пронеслась через ее губы, она не могла не смеяться, находясь в этой абсурдной сцене.

— Какой идиотский сон, — сказала она детским голосом, — Не мешай мне, пиздюк, я постараюсь уснуть и проснуться дома, — Грейс легла обратно на жёсткую кровать и укрылась с головой.

Ребенок ещё немного постоял рядом с ней всхлипывая, затем послышался скрип и хлопок закрывающийся двери.

Грейс старалась снова погрузиться в сон, но тревожное чувство не покидало её. Несколько минут спустя деревянная дверь скрипнула открываясь с грохотом, а затем раздались тяжёлые шаги. Ребенок, который ранее находился вблизи, заплакал и закричал:

— Генри, не бей Кая! Пожалуйста.

Грейс было непонятно, кого он имел в виду. Мужчина схватил её за одеяло и с грубостью выбросил на грязный пол. Все вокруг замерло, и в тишине раздавался лишь хриплый вздох Грейс. Новая глава загадочного сна только начиналась, словно шорох в темном лесу, предвещающий нечто зловещее.

— Ты уже надоел мне, маленький ублюдок! — кричал здоровенный, молодой мужик с рыжей бородой, стоя над Грейс, — Каждый день одно и тоже! — он замахнулся и хотел ударить ее, но ребенок выскочил перед ним.

— Не бей! Мы сейчас придем в конюшню, я обещаю, — мальчик встал перед Генри, защищая своим телом.

— Чтобы через две минуты уже начали работать! — закричал он, покидая комнату.

"Что это за чертовщина? Этот дебильный сон мне уже надоедает".

Ребенок взял что-то из тумбочки и поднес к ней.

— Кай, надень штаны и пойдем быстрее! — завопил он.

Грейс взяла вещи, встала с кровати и быстро оделась, заметив кое-что удивительное - она была мальчиком.

Дети покинули маленькую пристройку. Грейс почувствовала, как тёплые лучи солнца прикоснулся к её коже, согревая. Мальчик тащил её за руку, направляя куда-то свои невероятно быстрые шаги. Она пыталась бежать за ним, но не могла удержаться от того, чтобы не взглянуть на окружающую их красоту.

Справа простиралось огромное зелёное поле. Трава мягко колыхалась на ветру, раскачиваясь в ритме природы. Слева же, вдалеке, возвышалось роскошное поместье. Белокаменные стены блестели на солнце, отражая его лучи и создавая ощущение нереальности. Вокруг поместья расстилался сад с яркими, пёстрыми кустами, словно палитра художника, оживляющая картину.

Грейс замерла на месте, притянутая магией этого места. Её сердце забилось быстрее, восхищение захлестнуло, словно волна, несущая в мир чудес. Ребенок же, не замечая трепета, влачил её дальше в конюшню. Но для Грейс все казалось невероятным, красивым, будто в средневековой сказке.

Когда дети прибыли в конюшню, едкий запах навоза накрыл их, заставив Грейс задыхаться и кашлять. Слезы выступили у неё из глаз, не только из-за запаха, но и из-за того, что она понимала, что вот теперь начнется настоящая работа. Грузный мужчина с густыми черными усами, стоявший у входа, посмотрел на них сурово, словно даже не рад видеть таких работников. Он не произнёс ни слова, просто кинул в руки Грейс вилы и указал на кучу навоза.

Мальчик, не ждавший приказа, тут же бросился к работе, начав срывать старую солому с пола и заменять свежей. Грейс стояла на месте, чувствуя, как паника начинает охватывать её. Никогда она не работала в конюшне, точнее, она вообще никогда не работала и не знала, как справляться с лошадьми или правильно держать вилы. Но в этот момент, лицо мужчины, исподтишка отражавшее раздражение, напомнило ей, что пора выбираться из этого странного сна.

Она взглянула на зубцы вил, прикрепленные к черенку, и внезапно приняла решение.

"Во сне не бывает больно и если я попробую причинить себе вред, то проснусь! Давно пора, а то этот сюр мне осточертел!"

Грейс подняла руку над вилами и со всей силы ударила по ним, проткнув кисть насквозь. Она почувствовала жгучую, невыносимую боль.

— Аааааааааааааа! — заорала она, из глаз потекли слезы.

Олаф подлетел к ней с ужасом во взгляде, схватившись за стержень вил.

Кровь хлынула из маленькой ручки, а Грейс визжала от боли.

Мужчина взял ее на руки и понес обратно в пристройку.

— Кай, совсем что-ли с ума сошел? — кричал он, — Неужели так сильно не хотел работать в конюшне?! Мелкий засранец.

Войдя в темное помещение с кроватями, мужчина усадил ее и выбежал.

" Это не сон! Боль настоящая! Я ничего не понимаю, как так? Почему все так обернулась, как я здесь оказалась?" - крутилось у нее в голове.

Усатый вернулся с полтора литровой бутылкой в которой находилась мутная жидкость.

— Теперь на тебя спирт переводить! — кричал он, поливая руку.

— М-мне нужны антибиотики! — сквозь слезы сказала Грейс, — Заражение крови может случится!

— Анти... что? — посмотрел он на ребенка ошарашенно, — Заткнись и терпи!

Перемотав ее руку какой-то тряпкой, он встал и направился к выходу.

— Жди здесь, я к Лорансу, попрошу чтобы приготовил для тебя смесь из чеснока, лука и потрохов!

Грейс захлебывалась слезами даже не от боли, а от отчаяния, которое захлестнуло ее. Осознание того, что она заточена в теле ребенка в какой-то глуши вызвало сильнейший приступ истерики. Она дрожала и кричала в пустоту.

— Кай! — вбежал в комнату ребёнок, — Не плачь! — обнял мальчик ее, — Рука скоро заживёт, все будет нормально.

"Это пиздец! Как мне выбраться отсюда? Что мне делать? Надо как-то позвонить маме, хочу чтобы она забрала меня домой!"

— Пиздюк, тут есть телефон у кого-нибудь? — дрожащим голосом спросила Грейс.

— Что? — уставился мальчик, — Я не понимаю о чем ты, теле.. кто?

— Ну смартфон, мобильник, может планшет? Я хочу позвонить маме! — крикнула она.

— Кай, мама умерла... когда твоя рука заживёт, мы сходим на ее могилу.

— Ты дебил!? Я хочу связаться со своей мамой!

По лицу мальчика покатились слезы, он не понимал почему брат так злиться на него и говорит непонятные слова.

В комнату вошёл усатый мужчина, с тарелкой в руке.

— Майк, уйди отсюда! — сел на против Грейс и освободил ее руку от тряпки, — Будет немного щипать, потерпи, Кай.

В глиняной миске была зловонная смесь, которую он нанес на руку девушки.

— Ааааа, больно! — завизжала она, — Что это дрянь?!

— Это смесь, чтобы ты не сдох, неблагодарный поганец! — заново обмотал тряпкой.

Грейс всхлипывая, спросила:

— У вас есть телефон? Меня устроит даже просто выйти в интернет!

— Кай, я не представляю, что ты несёшь, заткнись и сиди молча.

— Вызовите скорую помощь! Мне нужен врач!

— Ахахахаха, — скорчил гримасу Олаф, затем встал и направился к выходу, — Может тебе ещё королевский эскорт вызвать? Терпи, сегодня можете с братом отдохнуть. Майк, следи за ним, он не в себе похоже.

Грейс сжимала колени, ее пальцы впивались в собственную кожу. Глаза были наполнены ужасом, зрачки расширились до предела. Волосы на затылке вставали дыбом, а лицо искажалось страхом. Напротив нее, на другом конце кровати, сидел Майк. Мальчишка смотрел на Грейс широко открытыми глазами, его выражение лица было спокойным, но внимательным. Он не произносил ни слова, лишь пристально наблюдал за ней, словно пытался проникнуть в самую глубину ее души, чтобы понять, что там творится. В комнате царила напряженная тишина, прерываемая лишь тяжелым дыханием.

— Где мы находимся? — тихо спросила Грейс.

— В поместье Роттенвелф.

— Что это за страна? Англия?

— Страна? Мы в королевстве Инсанис.

"Надо выбираться отсюда, для начала успокоюсь, потом пойду в то богатое здание, у людей там точно должен быть телефон, раз эта деревенщина не может мне помочь..."

— Кай, ты сегодня очень странно себя ведёшь, — ребенок прервал поток мыслей Грейс.

— Слушай, пиздю... то есть Майк, верно? Мне нужно позвонить и потом попасть в больницу. — она подняла больную руку, — У меня может начаться абсцесс, если в скором времени не проколю антибиотики.

— Я не понял ни слова, — сжал губы Майк, — Подожди здесь, я пока схожу за обедом для нас.

Спустя минуту после того как мальчик ушел, Грейс спешно спустилась с кровати и направилась к двери, ее сердце бешено колотилось в груди. Шаги по гнилому, деревянному полу были быстрыми, но неуверенными. Выйдя на улицу, целенаправленно пошла до поместья через заросли, которые были выше нее. Маленькое тело казалось менее расторопным, но она упорно продолжала двигаться вперед, несмотря на внутренние тревоги.

Сзади она услышала крик и обернулась, за ней бежал Майк и просил вернуться.

"Не дождешься, пиздюк, мне надо свалить из этой дыры!"

Грейс побежала вперёд, надеясь на то, что этот бред и мучения скоро закончатся.

Но подойдя ближе, ее охватил ужас, к богатому поместью подъехала карета запряжённая лошадьми. Она стояла, будто скованная цепями, не в силах шелохнуться.

Из кареты вышли богато одетые люди: худой мужчина в шикарном костюме с черной тростью и маленькая девочка в пышном розовом платье, золотые волосы уложенные в аккуратную прическу. Девочка увидела ее и уставилась широко открыв зелёные глаза.

— Ты что здесь забыл?! Заняться нечем, давно не наказывали? — закричал мужчина, удивленный неожиданной встречей с ребенком - простолюдином.

— Извините, господин, — подбежал к ней Олаф и перекинул через плечо, — Он сегодня немного не в себе из-за травмы.

— Так накажи его! Он права не имел подходить сюда и так нагло таращиться!

"Не может быть, я действительно в прошлом? Какое-то вонючее средневековье и здесь мне теперь жить. Почему? А как же мама?"

Из глаз Грейс потекли слезы, пока ее нес Олаф, она горько плакала, не в силах контролировать эмоции. Затем посмотрела на небо и увидела "лунную иллюзию", вот только там было две луны. Немой крик вырвался из ее рта, осознание, будто ледяной дождь, нахлынуло на нее, стало ясно, что она даже не в своем мире.

Олаф кинул Грейс на кровать, лицо выражало неистовую ярость.

— Ты окончательно свихнулся, Кай? — метался он из стороны в сторону, — Зачем ты вышел к господам? Повезло, что так легко отделался!

Грейс закрыла рот рукой и продолжала реветь, Майк обнял брата и пытался успокоить.

— Как вы меня бесите сегодня оба! — разъяренный мужчина вышел из комнаты.

Спустя несколько часов Грейс успокоилась, весь период Майк сидел рядом и молча ждал, хотя и не понимал, что происходит с братом.

— Кушать хочу, — тихо сказала девушка.

— А, сейчас! — воодушевлённо выбежал ребенок из комнаты, а затем вернулся с хлебом и водой.

— Что это? — скривилась она от вида пищи.

— Хлебушек из спельты, — улыбнулся Майк.

Грейс села за стол, взяла кусок твердого и вонючего хлеба. Откусила немного и начала жевать, но внезапно увидела муху, запечённую прямо в мякише. Ее желудок сжался от отвращения, и рвотный рефлекс заставил почти выплюнуть уже проглоченный кусок. Она закрыла глаза, пытаясь сдержать тошноту, но голод был слишком силен. С трудом подавив рвотный рефлекс, Грейс решила, что продолжить есть – значит победить. Она выкинула муху и снова откусила кусок хлеба, стараясь не думать о мухе, и погрузилась в воспоминания о вкусе домашнего обеда.

Взяв глиняный кувшин с водой, заглянула вовнутрь.

— Там песок на дне, — с отвращением сказала она.

— Мы набираем воду из колодца, сегодня повезло, что нет червей! — улыбнулся Майк.

— Ужас, — зажмурилась Грейс, — Может есть какой-нибудь фильтр?

— Что? Кай, я правда не понимаю и половины, о чем ты говоришь.

Девушка тяжело вздохнула и налила в стакан воду.

— Майк, давай представим, что я потерял воспоминания, ты поможешь мне вспомнить?

— Аа, теперь понятно, почему ты такой странный.

— Да, ответишь на несколько вопросов?

— Конечно! — восторженно крикнул ребенок.

— Итак, для начала есть ли в этом мире магия? — Майк пожал плечами, — Драконы? Подземелье? Волшебники? Магические башни? Повышение характеристик? Жуткие монстры из бездны?

— Я не знаю, не слышал о таком, — растерялся мальчик.

— Ладно, забей. Ты сказал, что наша мама умерла, где отец?

— Про него я тоже ничего не знаю, мы с рождения живём здесь, а мама работала прислугой в поместье, но умерла при родах.

— Эххх, мы рабы? — Грейс опустила голову вниз, ожидая услышать утвердительный ответ.

— Нет, простолюдины!

— Ну хоть не самая низшая ступень общества. — она потёрла лоб маленькой ручкой, — Есть зеркало? Хочу посмотреть как выгляжу.

— Зачем? — лучезарно улыбнулся мальчик, — Ты же всегда говорил, что стоит взглянуть на меня и будто отражение в зеркале.

— А, так мы близнецы, чудесно, — безразлично ответила девушка. —Сколько нам лет?

— Зимой будет десять!

— Выглядим меньше, но да пофиг. В общем, пиздюк, мне надо в туалет, отведи.

— Конечно, — Майк схватил брата за руку и повел на улицу.

Дети подошли к ветхому сараю, из которого веяло чем-то отвратительным. Майк с уверенностью указал на дверь и заявил, что это и есть место для нужды.

Медленно открыв дверь, Грейс вскрикнула и встрепенулась, отскочив назад, словно ее отшатнуло сильное электрическое поле. Внутри царила невыносимая вонь, смешивавшаяся с жужжанием мух, которые образовывали зловещие облака над испорченными гнилыми досками пола. Человеческие отходы валялись в углах, покрытые мухами и гнилью, создавая визуальный коктейль отвращения и отталкивания.

Грейс была ошеломлена этой вакханалией мерзости, ее желудок сжался от ужаса, перед ней раскрылась картина абсолютной разрухи и безнадёжности. Среди этого моря грязи и отвратительных запахов, поняла, что ей предстоит настоящее испытание.

— А другого нет? — жалостливо спросила она.

— Нет, только этот, — Майк пожал плечами.

— Ладно, где туалетная бумага?

— Что? — изумлённо спросил ребенок.

— Ну... мне же надо... вытереться чем-то, — смущённо ответила Грейс.

— А, секунду, — ребенок сорвал большой лист какого-то растения и с улыбкой протянул, — Держи!

— Ты сейчас серьезно? — он кивнул, — А не проще ли в кустах или возле дерева сходить?

— Нет! Если поймают, изобьют!

Грейс взяла лист и вошла в зловонное крохотное помещение.

" Отвратительное средневековье, почему в историях которые читала, герои перерождаются либо великим магом, либо богатой злодейкой, а именно я оказалась нищим мальчишкой. Ладно, нужно снять с него, то есть с себя штаны, фууу не хочу трогать эту штуковину мужскую. Гадость какая, я за двадцать пять лет ни разу голого мужика то не видела... в живую. Вообще это законно? Чувствую себя как-то растлительницей малолетки, копов на меня не хватает. Ай, ладно, теперь это мое тело, пора привыкать."

— Грейс, доченька смотри это Полярная Звезда, найти ее очень просто, для начала запомни созвездие Большой Медведицы, все верно, в виде ковша. Теперь ищи две самые яркие звёзды в ней, это Дубхе и Мерак, от них проведи прямую линию вверх и вот она Полярная Звезда, ориентируйся на нее.

— Пап, она находится на хвосте Малой Медведицы?

— Да, какая ты у меня умная девочка! Если заблудишься всегда сможешь найти дорогу домой.

" Нет, пап, я не найду дорогу домой. В этом мире я не вижу знакомых созвездий, не понимаю, как такое возможно? Если смотрю на звёзды от которых свет идёт много лет, я вижу их такими, какими они были это количество лет назад. Остаётся два варианта: либо я нахожусь настолько далеко от своей вселенной, что свет знакомых звёзд не доходит, либо нахожусь в прошлом или будущем, когда знакомые звёзды перестали существовать или не зародились. Но вывод лишь один: домой я не вернусь. В этом мире нет магии, поэтому всякая фигня, типа призыва из другого мира, идёт к черту. Может, я умерла тогда, после ссоры с мамой и моя душа родилась здесь, в теле Кая, а воспоминания открылись, завеса забвения, по какой-то причине, спала? Не знаю, сложно. Тогда почему у меня нет воспоминаний Кая? Одни вопросы, а спросить не у кого..."

— Кай! Почему ты стоишь по среди ночи и смотришь на звёзды, — спросил Майк, потирая глаза, — Пойдем обратно, тут так холодно.

Грейс грустно улыбнулась, взяла мальчика за руку и они зашли в старую пристройку.

— Подъём! Работа сама себя не выполнит! — раздался громкий бас Генри.

Вчера Грейс узнала, что в этом сарае живут дети, которые трудятся вне поместья: на полях, в саду, конюшне, загонах для скота. Им всем не больше пятнадцати и являются детьми прислуги, ни о какой зарплате и речи не идёт, кормят их раз в день чёрствым хлебом, рабочий день более четырнадцати часов, выходных тоже нет. Родители не навещают своих отпрысков, простыми словами, они приравниваются к рабам.

— Кай, как рука? — подошёл Олаф, с глиняной миской.

— Болит, но терпимо, — мужчина сел напротив и снял повязку.

— Не так плохо, как я думал, надо промыть и нанести смесь.

— Что это вообще такое? Воняет ужасно, — скривилась Грейс.

— Лук, чеснок, говяжьи потроха и спирт, — пояснил он.

— Фуу, — отдёрнула руку, — Убери это от меня!

— Ты сдохнуть хочешь? Рана может загноится, дай сюда, — Олаф силой взял маленькую ручку и нанес смесь, затем аккуратно забинтовал. — Так, а теперь бегом в конюшню.

Грейс стояла в конюшне, держа в руке щётку и задумчиво глядя на лошадей.Она не знала, что делать дальше, подобный физический труд был чужд ей. К тому же кони пугали ее до дрожжи, особенно сейчас, когда она была в этом маленьком, щуплом теле.

Майк вычищал загоны, а Олаф таскал огромные стоги сена. Грейс часто замечала их взгляды на себе, они следили за Каем, чтобы тот не выкинул очередной безрассудный "фокус".

— Так, парни, время обеда, можете отдохнуть, — громко сообщил грузный мужчина.

— Я схожу за хлебом! — оповестил Майк и выбежал прочь.

— Можно я прогуляюсь рядом? — тихо спросила Грейс.

— Нельзя! Тебе нет доверия! — грозно взглянул Олаф.

— Я больше не буду делать безрассудных вещей! Обещаю, пожааалуйста! — ныла девушка, в надежде, что милое личико ребенка сработает.

— Хаа.. Ладно! — почесал переносицу Олаф, — Только не подходи к поместью!

— Понял! Спасибо, дядька! — убежал мальчишка.

— Дядька? Вот негодник!

Грейс выскочила из конюшни, чувствуя на лице ласковое прикосновение весеннего ветра. Она направилась к тенистой роще, замечая, как игривые лучи солнца проникали сквозь листву, создавая гипнотизирующий узор на земле.

Под массивным дубом лежала девочка в нежном, розовом платье, словно сонная принцесса, окруженная стенами забытых мечтаний. Ее локоны, словно золотые нити, струились по плечам, придавая ей вид ангела, охраняющего потерянные секреты. Густые ресницы закрытых глаз слегка дрожали, словно сбиваясь с темпа сердца. Малышка обнимала книгу, будто свиток загадок, спрятанных в темных уголках воображения. Грейс не могла не улыбнуться с этой милой сцены.

" А это та самая девочка, которую я видела возле поместья, наверное, не стоит ее тревожить, потом расхлёбывать проблемы и оправдываться перед тем мужиком..."

— Ты кто? Что ты здесь делаешь?! — грозно раздался голос девочки.

— Ой, — слегка содрогнулась Грейс, находившаяся глубоко в размышлениях, — Привет! Я Кай! — лучезарно улыбнувшись.

На лице малышки отразились эмоции негодования и презрения, затем она ответила:

— Как ты, раб, смеешь ко мне обращаться неформально?!— соскочила на ноги, — ТЫ! Почему не отвечаешь мне? Убирайся отсюда, я сейчас позову рыцарей!

— Хорошо-хорошо, ваше высочество, ухожу, — посмеялась Грейс с этой нелепости. Все таки внешность обманчива.

— Ты дурак совсем? Я леди, а не особа королевских кровей! Невоспитанный грубиян! — вопила маленькая красавица.

— Извините, леди, я не знаком с манерами! — мальчик взял пальчиками невидимую юбку и сделал реверанс.

— ХАХАХАХАХ, — звонко засмеялась малышка, — Этот жест делают леди, а ты мальчик, нужно положить руку на грудь и склонить только голову, глупый. А если ты джентльмен, то должен на прощание поцеловать руку леди, но я тебе не дам свою руку, ты грязный! — настроение у нее явно улучшилось.

— Прошу простить, вот так?— Грейс продемонстрировала манеры, которые только что выучила.

— Да, не плохо, хоть ты и похож на картошку, но что-то в тебе есть. — улыбнулась она, — Я Алиса!

— А мое имя Кай, леди, рад знакомству!

— Постой, это ведь ты был у поместья, когда мы с дядей приехали? — Алиса приподняла подол юбки и элегантно села на покрывало.

— Верно, — смущённо ответил Кай.

— Ты вел себя очень странно, повезло, что дядя не наказал, — с любопытством она смотрела на черноволосого мальчика.

— Дааа, — Грейс села напротив на мягкую, зелёную траву, — Извините за тот случай... В общем, можно сказать, что я потерял память и опешил от места, где находился. — грустно улыбнулась.

— Ого, мне жаль, а что случилось? Ты получил травму или болел? — заинтересовано разглядывая лицо Кая, спросила Алиса.

— Нет, я просто проснулся и не узнал ни места где нахожусь, ни людей вокруг, ни родного брата. — взгляд Грейс упал на книгу и она решила перевести тему, — Что вы читали? Сказки?

— А, нет, — она взяла книгу в руки и открыла, — " Искусство фехтования" Говард Стилл, — протянула в руки мальчика книгу.

— Потрясающе! Леди, вам нравятся такие книги?— выдавив из себя удивление, Грейс начала просматривать буквы в надежде увидеть знакомый язык, — Ничего не понятно, — с досадой сказала она.

— Точно, ты же не умеешь читать, — малышка задумчиво отвела взгляд и продолжила, — Хочешь я тебя научу?

— Да! Я был бы счастлив! — ярко улыбнулся Кай.

— Отлично, давай тогда завтра здесь же, я принесу необходимые учебники.

Грейс встала и, положила руку на сердце, поклонилась.

— Благодарю вас! Сейчас мне пора возвращаться к работе!