Деревня Желтая Почва

Оконные проемы были плотно закрыты, и солнечный свет медленно проникал в щели, освещая комнату. На постели спал мальчик лет десяти. Его веки дрогнули и он медленно открылись глаза.

Он дважды моргнул, все еще пребывая в оцепенении, и наконец пошевелился. Он сел и уставился на дверь.

Никакого движения не было, а дверь была плотно закрыта.

Мальчик наконец понял, почему он проснулся поздно. Он покачал головой и приготовился начать свой день.

Съев остатки еды с предыдущего вечера, он вышел из дома.

Его звали Ниу Чанг и это был его обычный день . Днем он работал в поле, а затем возвращался домой отдохнуть.

Но когда он подошел к своему дому, то увидел старика лет шестидесяти, который стоял перед его дверью.

«Как ты смеешь еще возвращаться сюда?» Старик, дядя Чжан, снисходительно обратился к Ниу Чангу.

Мальчик не смутился и сохранил непринужденное выражение лица, не проявляя особых эмоций, но в какой-то мере доброе и сострадательное. Он стоял на своем месте и смотрел на дядю Чжана.

Старик, не имевший кровного родства, был просто пожилым человеком, живущим по соседству, который всегда заботился о Ниу Чанге и его сестре после смерти их родителей.

Наблюдая за неподвижным и безэмоциональным поведением мальчишки, дядя Чжан начал раздражаться, и от гнева его глаза стали красными.

«Твоей сестры нет уже три дня и три ночи, а ты все еще живешь как ни в чем не бывало. У тебя вообще есть сердце? Неужели ты скормил свою совесть собаке?»

Дядя Чжан сердито указал на Ниу Чанга, что было неуместно для его возраста.

Три дня назад сестра Ниу Чанга пропала, отправившись в лес неподалеку от деревни. Но к вечеру она так и не вернулась.

На второй день о ней по-прежнему ничего не было слышно. Тогда дядя Чжан понял, что с ней что-то случилось. Но когда он увидел, что мальчишка ничуть не беспокоился, у него зародилось подозрение.

Вчера вечером, когда дядя Чжан закончил расспрашивать других жителей деревни, он убедился, что с сестрой Ниу Чанга что-то случилось, а теперь столкнулся с ним перед его домом.

«Твоя сестра пропала два дня и две ночи назад, а ты даже не вздрогнул. Ты вообще человек?!» Старик ругал Ниу Чанга в ту ночь.

Что касается остальных соседей, то они лишь выходили из домов и слушали, не собираясь вмешиваться. Они знали, что дядя Чжан и младшие Ниу были довольно близки.

Как и сегодня, Ниу Чанг стоял на своем и со спокойными глазами вздыхал и говорил: «Дядя Чжан, что вы хотите, чтобы я сделал? Я еще ребенок, мне нет и одиннадцати лет. Моя сестра пропала в лесу, и вот уже два дня о ее местонахождении ничего не известно. Что я могу сделать? Даже если я пойду в лес, то только накормлю собой диких зверей».

«Ты... Ты!» Дядя Чжан был потрясен ответом Ниу Чанга.

«Как можно быть таким неблагодарным ублюдком, как ты? Твоя сестра трудится день и ночь, чтобы кормить тебя и заботиться о тебе, но когда она попадает в беду, ты даже не задумываешься, чтобы бросить ее!»

Ниу Чанг медленно опустил плечи, словно на него давила огромная гора печали. Его лицо было наполнено грустью и беспомощностью.

«Моя сестра заботилась обо мне. Именно поэтому я не хочу тратить ее усилия! Думаете, она хочет, чтобы ее единственный член семьи столкнулся с опасностью, с которой она одна не смогла бы справиться? Вы действительно хотите, чтобы я отправился в лес и рисковал своей жизнью, дядя Чжан?»

Голос Ниу Чанга был низким и дрожащим. Но из-за отсутствия ночного света дядя Чжан не мог разглядеть глаза Ниу Чанга.

Его глаза были странно неподвижны, спокойны и безмятежны, как вода в старом колодце.

От гнева голос дядюшки Чжана был громким и привлек внимание соседей. Когда он пришел в себя, то понял, что многие смотрят на него.

Хотя шепота не было, дядя Чжан почувствовал холодок по позвоночнику. Эта деревня была бедной, и каждый ее житель боролся за выживание каждый день. Попросить ребенка пойти в лес одного было не больше, чем попросить его покончить с собой.

Однако из-за тяжелого положения между жителями деревни установилась тесная связь, которая, однако, ограничивалась только той помощью, которую они могли оказать.

Если бы Ниу Чанг решил обратиться за помощью к соседям, то получил бы лишь слова соболезнования и туманные обещания.

«У нас и так нелегкая жизнь, а вы хотите, чтобы мы помогли вам найти вашу сестру, пропавшую в лесу? Нет, спасибо».

«Мой ребенок, жена и родители все еще нуждаются во мне, чтобы поддержать их».

Но, несмотря ни на что, люди - странные существа. Несмотря на то что они понимают причину и логику своих ответов, они склонны критиковать тех, кто поступает соответствующим образом.

Хотя за последние три дня Ниу Чанг не просил о помощи, он хотя бы своими действиями показывал свое мрачное настроение.

Его плечи весь день были ссутулены, глаза тусклы, а сам он стал более молчаливым, чем обычно.

Жители деревни, естественно, чувствовали, что с ним что-то не так, но у них и так были свои проблемы, а поскольку сам Ниу Чанг не утруждал себя разговорами, окружающие лишь жалели его в душе.

Сегодня вечером соседи наконец поняли, почему Ниу Чанг вел себя по-другому в последние несколько дней.

Вернемся к настоящему.

Этот дядя Чжан очень странный. Хотя он немного помог нашей семье, не похоже, что он искренне заботится о нас. Его глаза не соответствуют его словам и поступкам. Ниу Чанг покачал головой и проигнорировал дядю Чжана.

Его не интересовали причины поступков дяди Чжана, да он и не хотел их знать. Пока его повседневная жизнь не была затронута, все было для него как ветер.

Приход и уход, но не более того.

Ниу Чанг подошел к своей двери. Лицо дяди Чжана покраснело, но он ничего не предпринял.

Он лишь смотрел, как Ниу Чанг входит в дом. Он замер на мгновение, его рот открывался и закрывался, словно он произносил слова, но из него не выходило ни звука.

Дядя Чжан покачал головой и пошел к своему дому.

Внутри дома Ниу Чанг стоял за дверью, внимательно прислушиваясь к шагам дяди Чжана.

Подождем еще несколько дней. Если он не создаст больше проблем, пусть все будет как есть. Однако... подумал Ниу Чанг, и на его спокойном и безмятежном лице медленно появилась улыбка.

Он не любил вмешиваться в чужие дела, но его очень заботило собственные. Поэтому, если кто-то хотел создать ему проблемы, он, естественно, предпринимал «необходимые» действия.

После работы в поле Ниу Чанг потянулся, разминая затекшее тело. Его поведение отличалось от того, что он демонстрировал внешне.

Он стал более спокойным и уравновешенным, словно дворянин, играющий в бедном квартале - месте, которое не имело к нему никакого отношения, где он был просто прохожим.

Отдохнув, он отправился на задний двор и начал заниматься боевыми искусствами.

У него не было никаких пособий или книг, к которым он мог бы обратиться; все, на что он опирался, - это воспоминания о боевых искусствах из своей прошлой жизни.

Ниу Чанг был реинкарнатором. Три года назад он перевоплотился в этом мире и стал Ниу Чангом.

Первым делом он стал изучать этот мир. Это был мир боевых искусств, где практикующие могли использовать ци, чтобы легко ломать сталь и рубить большие деревья.

Поэтому Ниу Чанг перестал заботиться об обыденных вещах и сосредоточился исключительно на боевых искусствах и становлении мастера боевых искусств. С силой в руках наступит день, когда он сможет жить так, как ему хочется.

А пока ему нужно было прятаться и упорно тренироваться, чтобы стать сильнее.

Прошел месяц.

Ничего не изменилось, даже дядя Чжан сдался на седьмой день после исчезновения сестры Ниу Чанга.

Вечером, закончив ежедневные тренировки, Ниу Чанг сел на разбитый деревянный пол и закрыл глаза.

Три года. Я уже три года медитирую, чтобы собрать ци, но, что бы я ни делал, я не могу почувствовать ее.

У меня есть пять книг о культивировании внутренней энергии или ци, но ни одна из них мне не помогла. Я внимательно читал их, извлекал их суть из неясности и сравнивал их учения, чтобы найти самый простой метод сбора ци в своем теле».

Даже после этого я продолжал упрощать метод и собирать больше информации о культивировании. Я создал более двадцати различных методов культивирования, каждый из которых использовал разные подходы.

Но ни один из них не сработал. Тогда я отказался от культивирования ци и сосредоточился на внешнем культивировании, которое предполагает тренировку плоти и тела. Но в итоге все равно остался в царстве смертных! Сколько бы я ни тренировал свое тело, оно все равно достигнет предела. В конце концов, мне все равно нужна эта так называемая «ци»!

Собирание ци в своем теле и увеличение ее качества и количества - это выращивание ци. Тренировка физического тела и направление ци на преобразование его сущности - это культивирование тела. И последнее - культивирование разума: использование ци и преобразование ментальной энергии в психическую энергию, которая может влиять на внешний мир».

Я пробовал все эти способы, но это тело просто не может...

Ниу Чанг покачал головой. Всего за три года его усилия по культивированию и превращению из смертного в культиватора оказались тщетными. А ведь его знания в этой области были богаче, чем у обычных мастеров боевых искусств.

Тем не менее он решил не сдаваться и продолжать упорно изучать тайны культивации. Он считал, что причина его неудач в том, что его тело не подходит для «обычных» методов культивации.

Пока он продолжал стремиться к знаниям, он верил, что однажды создаст метод культивации, который позволит ему встать на путь культивации и стать мастером боевых искусств.

[Динь].

В голове Ниу Чанга раздался четкий и ясный звук.

[Хост обнаружен.]

[Инициализация началась.]

[Загрузка: 1%... 70%... 100%]

[Соединение установлено.]

Один за другим звучали холодные и машинные голоса, которые слышал Ниу Чанг. Но он не мог не почувствовать предвкушения.

'Система здесь! Наконец-то пришло мое время блеснуть и стать главным героем! в душе Ниу Чанг ликовал.

[Хозяин!]

Внезапно раздался кроткий и детский голос.

[Хозяин!]

Внезапно раздался кроткий и детский голос.

Детский голос был похож на голос десятилетнего мальчика.

[Ашдвбсиуфхкевфиуевгфуйво...]

Детский голос говорил бессвязными словами, как будто хотел выразить многое, но его сердце и разум были перегружены, что привело к простым жалобам.

Ниу Чанг был слегка удивлен таким развитием событий. «Моя система может говорить? Но почему она говорит как маленький мальчик? Не лучше ли ей говорить как зрелая женщина или маленькая девочка, чтобы привлечь больше читателей?»

Тем не менее, Ниу Чанг молчал и ждал.

[Почему? Как? Почему? Просто почему?]

[Как ты можешь быть таким, хозяин?]

[Почему тебя ничего не трогает?]

[Три года назад, через день после твоего прихода в этот мир, твои родители были отравлены, и им понадобились травы, которые, по слухам, есть в лесу. Почему ты не решил пойти в лес и поискать эти травы?]

[Почему ты не соблюдал правила?!]

[Ты совсем не играешь по правилам!]

Голос маленького мальчика был чистым и слабым, но он не скрывал его эмоций. Гнев и обида были очевидны.

Система искренне ненавидела Ниу Чанга за то, что он сделал три года назад.

Система получила образование по таким вопросам и правила, изложенные в книге. Ее хозяин должен был нести ответственность за своих новых родителей, но нет!

Хозяин даже глазом не повел на такое, и в его сердце не возникло ни малейшего волнения!

Какой бессердечный ублюдок!

Система все еще помнила, что чувствовал Ниу Чанг в тот день.

Почему я беспокоюсь о них? Они родили и заботились о Ниу Чанге. Но я ничем им не обязан».

Ведь это было в сердце Ниу Чанга. Система не могла его услышать, но она четко ощущала, что в душе Ниу Чанга нет никаких эмоций.

Он ничего не чувствовал, вместо этого ему было жалко сестру, ведь теперь она будет опорой семьи.

Бессердечный ублюдок. Система в это время прокляла его.

Услышав слова системы, Ниу Чанг вспомнил это событие. Действительно, это случилось через день после его реинкарнации.

Но он не чувствовал за собой никакой ответственности. Он не был Ниу Чангом.

«Извини, я не тот главный герой, которого ты ищешь».

«Я не такой уж бесхарактерный, наивный и вспыльчивый подросток с высокой моральной самооценкой».

«Ты делай свое, а я буду делать свое».

[Затем следующее событие. Хозяин! Ты не играл по правилам и во второй раз!]

Следующим событием в реинкарнированной жизни Ниу Чанга в этом мире было то, что он отправился в лес и нашел умирающего старого нищего. На старике была старая одежда, вся в заплатках, на теле - раны, из которых капала кровь.

[Разве, столкнувшись с такой ситуацией, ты не должен следовать правилам и помочь ему?]

Но нет! Ты просто смотрел со своего места и наблюдал за окружающей обстановкой, пока тот не потерял сознание от потери крови. Затем ты подождал еще десять минут, чтобы убедиться, что он действительно без сознания, и убил его!]

[Какого черта, хозяин! Ты вообще претендуешь на роль главного героя? А потом ты отнес тело старого нищего поглубже в лес и забрал его вещи].

Вспомнив второе событие, о котором говорила система, Ниу Чанг смутно припомнил сцену, где он нашел пять старых книг у того старика.

Тогда он был очень счастлив, хотя и не умел читать. Он все еще был счастлив и покинул лес.

'Что ж, это была хорошая встреча. Благодаря этому мне стало легче изучать культивирование", - ответил Ниу Чанг.

[Затем третье событие...]

Система замолчала. Следующие слова заставили его поперхнуться.

[Что ты за реинкарнатор?! Ты нашел в лесу бессознательную женщину и что ты сделал?]

Голос системы был высок и полон сарказма.

[Хех. Ты взял кинжал с ее пояса и перерезал ей горло, но на этом не остановился. Ты полностью обезглавил бедную женщину. Ты чудовище!]

[А потом... потом ты использовал ее как труп, на котором можно учиться. Неужели ты не можешь быть более нормальным?]

Ниу Чанг оставался таким же спокойным, как и прежде, его лицо было безмятежным. Мне просто было интересно, как устроено человеческое тело, чтобы знать его слабые места, и в будущем мне будет легче противостоять врагам, поражая их жизненно важные точки».

Он покачал головой, словно на этот раз система ошиблась. И не только в этот раз, но и в два предыдущих.

[Но ведь это ты убил ее, неужели ты не чувствуешь укоров совести?]

Немного, - ответил Ниу Чанг, не меняя голоса. Я не вспыльчивый человек, лишенный сочувствия и симпатии к другим. Нужно что-то делать, чтобы выжить и стать сильнее».

Если бы у системы было физическое тело, она бы отвесила пощечину такому нелепому человеку.

"Кроме того, пожалуйста, уясни, что я обращался с трупом профессионально".

"Только не говори мне, что ты не можешь понять, что я тогда делал? Очевидно, я избегал некоторые части ее тела, чтобы сохранить уважение к моей последней частице совести".

Ниу Чанг сказал это с праведностью.

Хотя у системы не было физического тела, она могла чувствовать сердце и разум Ниу Чанга. Естественно, она почувствовала, что чувствовал и делал Ниу Чанг в тот момент.

Он действительно делал это, чтобы восполнить пробел в своих медицинских знаниях.

[Но все же я полагаю, что в тот момент ты был возбужден?]

Система попыталась ответить.

'Теперь ты пытаешься придираться ко мне, приукрашивая то, чего не было. Я действительно возбудился, но это было тогда, когда она была еще жива и здорова! Я отношусь к тебе с уважением, а ты так пытаешься выиграть спор?

Услышав, как Ниу Чанг отчитывает ее за детское ворчание, система предпочла промолчать.

В душе система не могла не ругаться. 'Он не ошибается, но я ничего не могу с собой поделать. Он - мой носитель, как я могу выдержать, если ты не нормальный?

Она решила прекратить обсуждение этой темы, так как интуитивно чувствовала, что проиграет в споре с Ниу Чангом.

Этот человек был в своей собственной лиге.

Затем система подняла четвертое, пятое, шестое и, наконец, седьмое события во второй жизни Ниу Чанга.

Седьмым событием, естественно, стало то, что его сестра, которая всегда заботилась о нем после смерти родителей, пропала без вести.

[Как может существовать такой человек, как ты? Равнодушный ко всему, отстраненный, но полный эмоций, но не замечающий их?]

Система стояла перед дилеммой, сомневаясь в учениях, которые она получила, прежде чем исполнить свою роль золотого пальца для трансмигрантов или реинкарнаторов.

Она все еще помнила, как проводила лотерею, оценивая квалификацию своего хозяина, Ниу Чанга. Она оказалась очень высокой!

Тогда система была в восторге и начала хвастаться перед другими системами того же поколения.

В то время управляющая команда сказала о потенциале Ниу Чанга только одно предложение: «Бессмертие - лишь вопрос времени».

Такая оценка, естественно, была очень хорошей. Система слышала много историй о том, как ее старшие были золотыми пальцами для главных героев в других мирах. Они хвастались тем, что их хозяева - истинные владельцы своих реальностей.

Они становились сильнейшими существами и правили всем, всезнающими и всемогущими.

После столь успешной миссии эти старшие жили роскошной и величественной жизнью, которой завидовали многие системы.

Естественно, как новичок, система Ниу Чанга тоже хотела получить такую легкую миссию. Нужно было лишь зацепиться за хорошего кандидата и оседлать его хвост, чтобы добиться успеха.

Чем больше бедро, которое можно обнять, тем легче жить.

Три года наблюдения за Ниу Чангом перевернули его мировоззрение. Все его приготовления к первой миссии отправились в мусорную корзину.

А если и этого было мало, то все его приготовления были оплеваны и обгажены каждым выбором Ниу Чанга.

«Все не так, как должно развиваться. Все не так! Что за «очень хорошая» оценка? Какое «бессмертие только во времени»? Этот псих вообще не подходит ни под один шаблон главного героя!»

Пока система была занята своими мыслями, Ниу Чанг решил, что пора заканчивать жаловаться на него. Поэтому он спросил: «Итак, система, когда я получу золотой палец? Где находится интерфейс системы?

Поскольку это был его золотой палец, естественно, Ниу Чанг полагал, что система может слышать его мысли.

Не было необходимости рисковать, говоря вслух и считая себя сумасшедшим. К тому же это была хорошая привычка, чтобы в будущем никто не заметил, что с ним что-то не так.

Будучи стабильным и осторожным человеком, Ниу Чанг не хотел рисковать. Если бы кто-то вернулся в прошлое и прыгнул перед ним со словами: «Ах ты, ублюдок!» Он знал, что его характер в настоящем и будущем, несомненно, принесет ему множество грозных врагов, и ни один из них, кто еще жив, не будет обычным. Эти обычные мобы умрут, даже не узнав причины.

Поэтому, естественно, эти регрессоры будут приветствовать его такими сердечными словами.

Система перестала сетовать на свою судьбу, собралась с мыслями и перешла в профессиональный режим.

«Я - система, золотой палец для главного героя», - попыталась загипнотизировать себя система.

[В настоящее время у хозяина нет никакой поддерживающей системы. Хозяин все еще находится в режиме ожидания, ожидая судьбоносного события, которое запустит режим поддержки системы].

[В обычной ситуации хозяин сразу же столкнулся бы с таким судьбоносным событием, и благодаря решимости хозяина система сработала бы и активировала режим поддержки].

[Но... из-за уникальности хозяина такие судьбоносные встречи бесполезны из-за выбора хозяина в тот момент].

В системе звучал уже не голос маленького мальчика, а четкий и холодный механический голос.

"То есть вы хотите сказать, что я должен дождаться судьбоносной встречи и сделать выбор, противоположный моему собственному характеру?" - спросил Ниу Чанг, вникая в суть проблемы. Если он не смог активировать режим поддержки из-за особенностей своей личности, то, естественно, ему нужно было лишь изменить ход своей жизни в решающие моменты, а после активации режима поддержки он мог вернуться к своему обычному образу жизни.

При мысли об этом в голове Ниу Чанга промелькнуло множество воспоминаний о его первой жизни. Если я не ошибаюсь, во многих веб-романах, которые я читал, было именно так. Система появляется именно тогда, когда она нужна главному герою, точнее, когда начинается история».

То есть, по сути, моя история еще не началась?

Ниу Чанг ощутил странное чувство. Три года страдания от голода, усталости и холода, а его история даже не началась.

Он рассмеялся.

[Это не так просто, как ты думаешь. Режим поддержки настраивается в соответствии с образом жизни, личностью и миром хозяина. Чтобы помочь хозяину преодолеть любые проблемы и трудности на пути к вершине].

[Поэтому, даже если ты изменишь свои действия в такой ответственный момент. Режим поддержки не активируется, потому что по сути твоя воля и решимость остаются прежними].

Система объяснила, что проблема никогда не заключается в выборе и действиях в решающий момент. А в изменениях, происходящих в жизни носителя.

В романе об укрощении зверей система активировала режим поддержки, когда главный герой собирался выбрать себе напарника.

В романе о суперсиле система активирует режим поддержки, когда главный герой собирается пробудить свою суперсилу или талант.

Во многих других романах он активируется, когда начинается собственно сюжет. Там, где происходит поворот судьбы главного героя. Когда карп начинает плыть против течения, перепрыгивает через ворота и превращается в дракона.

Слушая объяснения системы. Мозг Ниу Чанга напряженно работал, пытаясь проанализировать поступающую информацию и обработать ее, чтобы найти выход из затруднительного положения,

Система наблюдала за Ниу Чангом. В душе она могла только прокомментировать: «Как и ожидалось от него».

Ниу Чанг был странным человеком. Не как человек, а как носитель системы.

В базе знаний системы не было таких случаев и шаблонов главных героев, как Ниу Чанг.

Может быть, потому, что система была новичком в этом деле, и ее привилегий и доступа было недостаточно, чтобы знать шаблоны, подобные Ниу Чангу, а может, и что-то еще, никто не знает.

Проблема была не в личности Ниу Чанга или его характере, который больше походил на злодея, чем на главного героя. Он был холоден, равнодушен и расчетлив.

Проблема Ниу Чанга заключалась в том, как работал его разум.

Его разум не был похож на тот, каким должен быть человеческий характер, и ни один персонаж не должен думать так, как он.

Если он не мог культивировать, то создавал свой собственный метод культивации. Собирая низкоуровневые руководства по культивации, извлекая их сущности и сравнивая их друг с другом, выводя логику культивации.

Разве в это время главный герой не должен был путешествовать по горам и морям, чтобы найти метод культивации, а не заниматься самоисследованием?

Если он не мог культивировать ци или сущность, то выбирал культивацию тела. Если не мог следовать культивации тела, то проводит исследования. Понимая, что тело действительно не способно культивировать ци и тело, начинал культивировать разум.

Если и это ему не удавалось, то он переходил на культивацию души. Не получив и от этого никакого результата, он пробовал все возможные способы из прочитанных романов, а если их оказывалось недостаточно, то создавал свои собственный пути культивации.

Именно из-за таких мыслей у системы болела голова. Вместо того чтобы называть его главным героем, правильнее было бы назвать его вторгшимся в мир романа читателем.

Его мышление совершенно не ограничивалось миром, в котором он живет.

Он использовал все свои знания, накопленные в первой жизни после прочтения огромного количества романов, использовал их как справочник и прокладывал свой собственный путь, вместо того чтобы рисковать и искать его в этом мире.

Такие своевольные и нелепые люди, естественно, вызывают насмешки окружающих. Несмотря на то что у него был шанс добиться успеха, неудач будет еще больше.

Даже зная это в глубине души, Ниу Чанг нисколько не беспокоился. Идя по тернистому и темному пути, он был полон энтузиазма и страсти.

Естественно, цель - бессмертие. Но как бы ни была важна цель, путь к ней играет более важную роль.

Что с того, что я вознесусь к бессмертию за один шаг? Это не страшно, но я не буду удовлетворен.

Став всезнающим и всемогущим, я, естественно, буду наслаждаться этой властью и входить в различные реальности, чтобы играть за главного героя там, где раньше мне это не удавалось.

Система не выдержала и произнесла.

(Хозяин, все твои варианты решений не смогут активировать режим поддержки системы).

Ниу Чанг был глубоко погружен в изучение способов эксплуатации и поисков метода активации режима поддержки, у него уже было четырнадцать методов, но он все еще продолжал увеличивать их число.

[Твои четырнадцать... нет, пятнадцать методов бесполезны. Проблема не в системе и не в мире. Проблема в тебе, хозяин. А точнее в твоем образе мышления].

Ниу Чанг предпочел промолчать, поскольку система сразу отреагировала, когда он придумал пятнадцатый метод. Не было необходимости говорить об этом, поскольку система прямо сейчас уже читала его мысли.

[Да, ты прав, хозяин. Сколько бы методов ты не придумал, все они будут бесполезны, потому что это уже не нормальное развитие].

Насколько знал Ниу Чанг, он никогда не читал истории, в которой система появлялась бы до активации режима поддержки. Даже если система активирована и в ней есть искусственный интеллект, помогающий главному герою.

Его развитие было неслыханным.

Пока Ниу Чанг размышлял, система продолжила его мысль.

[Как будто разработка столкнулась с проблемой, которая никогда не была зафиксирована ранее].

Не успел Ниу Чанг оформить свои мысли в слова, как система уже вывела предложения, которые по сути своей были похожи на то, о чем он сейчас думал.

[Было много судьбоносных встреч, которые могли запустить режим поддержки, но ни одна из них не увенчалась успехом. Если следовать этой тенденции, велика вероятность, что и в будущем будет то же самое].

[Учитывая эту ситуацию. Можно сказать, что хозяину не по силам стать главным героем].

Но Ниу Чанг не вздрогнул и не отреагировал. Он по-прежнему спокойно размышлял. 'Тогда причина твоего появления сейчас, естественно, в том, что такой возможности больше нет, верно?'

[Верно.]

Молчание.

Система не продолжала говорить, как и Ниу Чанг.

У системы есть свои правила и способы поведения, когда она сталкивается со многими возможностями в своей работе. В то время как Ниу Чанг использовал свои знания из первой жизни, чтобы сделать выводы.

Система уже знала, что произойдет, пока Ниу Чанг находился на пути познания.

Наконец Ниу Чанг нашел ответ и вздохнул.

[Этот сценарий не должен произойти].

Система подтвердила выводы Ниу Чанга.

Система и хозяин не должны взаимодействовать, точнее, ядро системы и хозяина вообще не должны были взаимодействовать.

Это нарушало основы любой истории и могло привести к утечке секрета об истинности системы.

Почему существует система?

Что такое система?

Почему она помогла главному герою?

Какова ее цель?

[Прекратите, хозяин. Не продолжайте мысль, иначе не будет «дальше»].

Система пыталась остановить Ниу Чанга от дальнейших размышлений, давая расплывчатые описания.

Ниу Чанг немедленно остановился, но был беспомощен. Система, ты уже была со мной с тех пор, как я пришел в этот мир, поэтому ты, естественно, хорошо меня понимаешь. Не то чтобы я хотел продолжать выводить ответ, но я не могу. Люди - такие странные существа, что чем больше пытаешься перестать думать о чем-то, тем сильнее об этом думаешь».

Встряхнув головой, Ниу Чанг отбросил все мысли, сосредоточившись исключительно на зрении. Сосредоточившись на своем видении, он наблюдал за темной ночью и одинокой луной.

Ниу Чанг наконец-то смог остановить бег своих мыслей и только наблюдал за пейзажем.

[Такие вещи, естественно, учитывались системой, если только хозяин не собирался этого делать. Даже если у хозяина уже есть свои мысли, высказывать их категорически запрещено].

'Конечно'. Ниу Чанг последовал совету системы.

[Поскольку ситуация уже ясна хозяину. Я предоставлю хозяину выбор, как выйти из затруднительного положения].

Инстинктивно Ниу Чанг понял, какой выбор хочет предложить ему система.

За мгновение до того, как система заговорила, он придумал семь возможных вариантов.

Система хотела заговорить, но остановилась, прочитав мысли Ниу Чанга.

'Какой беспокойный и страшный человек'.

Постепенно система наконец поняла, почему руководство поставило Ниу Чангу оценку «очень хорошо».

Его способность к нестандартному мышлению была слишком высока.

[У хозяина есть два варианта. Первый - изменить личность носителя так, чтобы он стал полноценным главным героем, и второй - отказаться от квалификации главного героя].

Система предпочла не обращать внимания на остальные пять вариантов, которые предложил Ниу Чанг. Эти пять вариантов действительно были очень хороши, но система не хотела их рассматривать.

Поскольку система могла читать его мысли, Ниу Чанг не стал спорить. То ли это невозможно, то ли система не захотела, но раз система сказала, значит, так тому и быть. Он просто следовал по течению.

[Если хозяин выберет первый вариант, то у него есть шанс достичь бессмертия в этой жизни. Что касается второго варианта...]

Ниу Чанг прервал речь системы.

'Прекрати, система. Мы уже прожили вместе три года, ты должна знать меня лучше. Если я не могу достичь бессмертия, какой смысл жить? Если в конце концов я превращусь в кучу земли и пепла, то лучше стремиться к малому шансу на успех».

Система была в замешательстве. Хотя она и понимала, что говорит Ниу Чанг, но не получала подтверждения от его сознания, какой выбор он сделал.

[Хозяин, пожалуйста, не играй со мной. Ты сказал, что хочешь достичь бессмертия, даже если это лишь слабая надежда и почти невозможно. Но в глубине души ты не принял ни один из моих вариантов].

Ниу Чанг покачал головой и сказал: «Нет, я уже дал тебе ответ. Это ты решил его проигнорировать».

Система на мгновение замолчала.

Она действительно что-то прочитала в сознании Ниу Чанга, но это было слишком незаметно. Но как бы незаметно оно ни было, оно отличалось от всех мыслей в его голове.

Эта вещь больше похожа на навязчивую идею. Ниу Чангу не нужно было думать об этом, потому что это было его корнем и философией жизни.

Система вздохнула.

[Тогда что ты хочешь сделать? Неужели ты думаешь, что сможешь самостоятельно активировать режим поддержки?]

Из-за своей профессиональной деятельности система могла лишь язвить в душе.

'Ты хочешь стать главным героем по велению сюжета?'

'Мечтай'.

Система фыркнула.

В базе данных системы было множество шаблонов главных героев. Но ни один из них не подходит Ниу Чангу. Этот человек просто не подходит на роль главного героя.

Быть слишком умным - это не один из многих критериев главного героя.

"Да, я хочу, чтобы все шло своим чередом. Не нужно торопиться и не нужно применять силу".

"Раз я уже реинкарнировался в этом мире, значит, шанс будет".

Ниу Чанг был спокоен и расслаблен, как всегда. Уголок его губ слегка приподнялся.

[Раз хозяин уже принял решение, то обсуждать больше нечего].

Голос холодного механика исчез.

Он смотрел на темное ночное небо и одинокую луну. Ниу Чанг действительно ничего не чувствовал.

«Мир прекрасен, как он есть, но мое сердце слишком сильно, и оно почти не подвержено его влиянию».

Дело не в том, что я не хочу менять свое мнение. Меня пугала природа людей, их разум хрупок, как огонь спички. От дуновения ветра она вспыхивает, а своим блеском способна осветить лишь жалкую область посреди бесконечной тьмы».

С такой силой как я могу ставить свою жизнь на что-то столь хрупкое?

Существует тонкая разница между трусом и реалистом.

Один боится шанса, а другой боится его. Но то, как они видят это, и есть их разница.

Человеческий разум легко поддается влиянию и непостоянен в эмоциях.

Посмотрите на главных героев романов. У них бедное прошлое, несгибаемая воля и решимость.

Столкнувшись с трудностями, они одной лишь верой превращают несчастье в удачу и делают новый рывок, становясь сильнее, чем прежде.

Но как бы хорошо автор ни изобразил это с помощью рассуждений или прямо не признал в качестве сюжетной брони. Человеческий разум все равно воспринимает это как должное.

Если бы вам досталась роль главного героя этой истории, стали бы вы так же хороши, как он?

Да, и я могу быть лучше него. Прочитав первую половину, они говорят.

Нет, я не могу взять на себя его роль. Сказали после прочтения второй половины.

Естественно, первая половина была полна совпадений, и за ней было легко следить и что-то менять.

Но когда все эти совпадения в первой половине накопились и стали причиной совпадения во второй половине. Если это было только однократное совпадение, естественно, его можно принять.

Но когда совпадение во второй половине слилось с накопленными совпадениями в первой половине, чтобы сделать еще одно совпадение, а затем продолжить этот цикл.

Можно ли это еще назвать совпадением? Когда каждое совпадение аккуратно выстраивается, чтобы проложить дорогу главному герою к его конечной цели.

Нет. Это не совпадение, а заранее спланированная череда событий, чтобы главный герой мог совершить увлекательное путешествие.

При таком раскладе, естественно, проблемы главного героя на его пути - не более чем пук. Техника приманки, используемая автором, чтобы удержать читателя на расстоянии. Бессмысленная и бесполезная драматическая сцена.

Поскольку многие читатели привыкли читать подобные истории, естественно, они просто приняли это как естественное.

Именно этой опасности Ниу Чанг боится больше всего.

Природа человеческого разума.

Раз это нормально и происходит каждый раз, значит, это нормально, верно?

Ниу Чанг не слишком много знал о психологии и о том, как называется подобное явление. Возможно, стадное чувство или чувство толпы или что-то в этом роде.

Но была одна теория, которая запомнилась Ниу Чангу больше всего.

Предвзятость выжившего.

Представьте себе коробку, в которой много вещей, и вы не знаете ее содержимого. Затем дайте коробке точку входа и выхода. Отправьте десять человек в качестве подопытных и ждите у выхода.

Только восемь из десяти успешно вышли из коробки. Затем вы просите их дать свои показания.

Четверо из них сказали, что столкнулись с волком, а остальные четверо - с огромной собакой. Из этого, естественно, можно сделать предположение, что двое других, не дошедших до точки выхода, были убиты либо собакой, либо волком.

Но что, если двое других действительно столкнулись не с собакой или волком, а с чем-то, что гарантировало им смерть.

Из-за этого вы допустите ошибку в своих рассуждениях и просто примете, что двум другим не повезло не пережить нападение волка или собаки.

Это и есть предубеждение выжившего. Именно поэтому Ниу Чанг действовал очень осторожно и непреклонно.

Если он читал только истории, в которых главные герои выживали благодаря цепочке бесконечных совпадений, то, естественно, были и такие, которые он никогда не читал, где главный герой умирал в середине своего пути, когда совпадения внезапно прекращались.

То, что он подготовил, изучая ошибки успешных главных героев, естественно, окажется бесполезным, когда он столкнется с проблемой неудачливого главного героя.

Ведь он даже не знает, из-за какой ошибки они лишились жизни.

Напомнив себе о непостоянстве человеческого разума и опасности различных предубеждений, Ниу Чанг встал и пошел к дому. Ниу Чанг встал и направился в свою спальню.

Разговор с системой не вызвал в его душе никаких колебаний и не изменил его планов. Раз уж он реинкарнировался в этом мире, то не будет так слабо сетовать на свою жалкую судьбу и клясться найти способ вернуться в свой мир, где его встретит только обыденность.

Это был его шанс, которому позавидовали бы многие.

Ночь прошла без проблем.

Утром, когда солнечный свет пробрался в щели между окнами и достиг лица Ниу Чанга, он проснулся.

Ниу Чанг очнулся от сна и был еще в полудреме, когда увидел что-то перед своим лицом.

Оно было иллюзорным, прямоугольным и голубого цвета.

Протерев несколько раз глаза, Ниу Чанг был ошеломлен. Это был не сон.

Наконец-то появилась системная панель.

[Ведущий : Ниу Чанг]

[Очко кармы : 0]

[Культивация : не способен культивировать]

[Навык: Кендо].

В системном интерфейсе было всего четыре опции. Но в левом нижнем углу был маленький знак '!' красного цвета, как бы говорящий: «Нажмите на меня».

Ниу Чанг решил отложить нажатие на этот восклицательный знак и проанализировать информацию. Первые две части информации были обычными, но третья отличалась.

Ниу Чанг никогда не вступал на путь культивации, он никогда не мог собрать ци. Поэтому он ожидал, что в статусе будет стоять ноль или знак «-».

Но вместо этого в статусе было написано «Не способен к культивированию».

Что это значит?

Потому что Ниу Чанг был сосредоточен на третьей строке своего статуса. Он смутно представлял себе, как можно больше узнать об этой строке «не способен к культивированию».

Как только он пожелал, интерфейс системы изменился, и перед ним появилось новое окно.

[Невозможно культивировать ци].

[Невозможно культивировать тело]

[Невозможно культивировать разум].

[Невозможно культивировать душу.]

[Еще].

Ниу Чанг потерял дар речи, увидев это новое всплывающее окно. Только прочитав эти четыре строки, он понял, что означает неспособность к культивированию. Ему даже не нужно было нажимать на кнопку «Подробнее», чтобы узнать, какой путь культивирования он не может пройти.

'Невозможно культивировать. Как сказано, я не могу культивировать. Не из-за моих способностей или каких-то частей тела, разума и души. Это я не могу культивировать, как будто весь мир наложил на меня ограничение. Запретил мне заниматься культивированием».

Теперь, когда он вспомнил свой вчерашний разговор с системой, он понял, почему система нарушила норму и связалась с ним первой.

Неважно, насколько ты умен, неважно, сколько у тебя методов и сколько путей ты проложил.

Если ты не можешь даже пошевелиться, какой в этом смысл?

Смех.

Ниу Чанг почувствовал горечь в сердце. Если бы не этот запрет. Он уже должен был добиться огромного прогресса в культивации.

Судя по имеющимся у него книгам, он был уверен, что три года потратил впустую. Он мог достичь стадии мастера в боевых искусствах.

Боевые искусства различаются по уровням: третий уровень, второй уровень, первый уровень, пиковая ступень, ступень мастера и ступень гроссмейстера.

Что касается следующей стадии после стадии гроссмейстера, в книгах ничего не говорилось.

Но, по крайней мере, в них говорилось о легендарной ступени выше стадии гроссмейстера, до которой надеялись добраться бесчисленные люди, но лишь немногим это удавалось.

Затем Ниу Чанг перешел к следующему столбцу своей информации.

Кроме кендо, я тренировал удары руками и ногами, но система зарегистрировала только кендо как мой навык. Это означает только одно: мне нужно полное или неполное обучение».

В своей первой жизни Ниу Чанг действительно изучал кендо, просто чтобы немного побаловаться с бамбуковыми мечами. Но это все, после этого он не стал продолжать тренировки.

Но знания, которые он получил, действительно дали ему основы кендо.

Ниу Чанг хотел проверить систему, сможет ли она зарегистрировать теоретическую технику в его голове, но решил сделать это позже.

Сейчас его интересовало, как использовать эту систему, и тогда он усилием воли нажал на соблазняющий его восклицательный знак.

Появилось новое всплывающее окно

В месте, которое было дальше, чем здесь, и ближе, чем там.

Мир систем.

Различные системы следили за системами, которые выполняли задания. Как вдруг на одном из мониторов появилось предупреждение.

"Что происходит?"

"Чья это миссия?"

"Быстро, доложите старейшине!"

Некоторые системы встревожились, когда появилось предупреждение, а некоторые быстро сообразили и сразу доложили о ситуации старшему.

Старшая система появилась на месте происшествия сразу же после получения сообщения. Она уставилась на предупреждение и спросила того, кто отвечал за этот раздел.

"Какова ситуация?"

Ответственный за этот раздел занервничал и быстро попытался подтвердить ситуацию.

Вскоре после этого он произнес. "Сэр, это прорыв".

"Прорыв?" Пожилой сотрудник системы пробормотал себе под нос.

"Какой код у этого нарушения?" спросил он.

"Это код нарушения-4, сэр". Ответственной системе не нужно было открывать справочник, чтобы найти код.

Нарушение было одним из многих разделов книги инструкций. А код четыре относится к ситуации, когда мир предпринял попытку контратаки по вине носителя, связанного с системой.

"Принесите мне файл этого человека, внесите его в протокол и повысьте уровень приоритета". Пожилая система отдала приказ о том, как непосредственно справиться с этой ситуацией.

Секунду спустя пожилая система уже покинула сцену, читая файл о хосте, вызвавшем нарушение кода-4. На то, чтобы дочитать файл, ушла всего одна секунда, но еще две секунды ушло на то, чтобы смотреть на него.

Затем пожилая система убрала файл.

"С таким прошлым вполне естественно, что такое нарушение произошло". Пожилая система вздохнула.

. . .

Ниу Чанг не торопился, внимательно читая каждый параграф инструкции по эксплуатации своей системы.

Информации было много, но, к счастью, она была написана человечным языком, что облегчало ее понимание.

Он почувствовал благодарность за то, что руководство по эксплуатации системы не похоже на книгу по программированию или на книгу по юриспруденции, в которых есть множество пунктов.

Он закрыл глаза и попытался обработать информацию из инструкции.

Через пять минут Ниу Чанг открыл глаза и более-менее понял, как пользоваться новоприобретенной системой.

В его понимании, в этой системе есть только три важных правила.

Все живые существа равны.

Важно соблюдать принципы справедливости.

Несведущий человек не может быть виновен.

И обобщить эти три правила в более простой форме можно так: "Не создавайте себе проблем с кармой".

Под кармой здесь понимается как хорошая, так и плохая карма. Причина, по которой инструкция была длинной, заключалась в том, что в ней объяснялось множество вещей о ней.

Для Ниу Чанга, который не хотел создавать никаких проблем, пока не станет всемогущим и всезнающим, такая система, естественно, подходила как нельзя лучше.

Когда Ниу Чанг встал с кровати и оглядел свою спальню, он не мог не почувствовать отвращения.

'Этому господину больше не нужно жить в этом разбитом доме'.

Теперь, когда у него есть своя система, ему, естественно, пора уходить. Но это не значит, что он ослабил бдительность, просто природа его системы заставляла его чувствовать себя так.

Чувствуя себя отвратительно, Ниу Чанг вышел из спальни и приготовил завтрак, который был очень простым и невкусным.

Покончив с завтраком он собрал свои вещи и отправился в путь.

Поскольку Ниу Чанг проснулся поздно, жители деревни уже были заняты своими делами. Когда они увидели его, который нес большой багаж и сумку, в которых находилась его повседневная одежда.

"Эй, малыш Чанг, ты наконец-то решил переехать?" сказала одна из тетушек, обращаясь к Ниу Чангу.

Ниу Чанг не остановился и лишь кивнул в сторону тетушки.

Тетушка из обычной превратилась в слегка рассерженную. Но когда она увидела, что Ниу Чанг уходит, она только фыркнула.

"Хам, давай подождем, сколько ты сможешь продержаться в пустыне".

На пути к выходу из деревни Ниу Чанга встречало множество людей, но никто из них не просил его пересмотреть свои действия.

Наоборот, многие из них произносили пунктирные слова и дарили поверхностные улыбки.

Дядя Чжан, вышедший из дома, был счастлив и радовался утреннему солнцу.

Когда он увидел двух деревенских жителей, проходивших перед его домом.

"О, старина Чжан, у вас хорошие новости". Сказал один из них сказал.

"Парень из семьи Ниу наконец-то решил самостоятельно покинуть деревню, теперь тебе больше не нужно заботиться о нем".

Услышав это, улыбка на лице дяди Чжана стала жесткой. В его глазах мелькнул огонек. Затем он хриплым голосом спросил у двух деревенских жителей: "В каком направлении идет этот пацан?"

Двое крестьян не приняли всерьез изменения дяди Чжана и указали на север. "Он вышел из деревни через северные ворота".

Не успел второй спросить, что будет делать дядя Чжан, как увидел, что тот быстро двинулся в погоню за Ниу Чангом.

Глядя на бегущего дядюшку Чжана, один из жителей деревни сказал. "Какой странный старик, он не имеет никакого отношения к семье Ниу, кроме соседского, но все равно очень заботился об этих двоих ".

Другой покачал головой. "Оставь его в покое, может, он уже воспринимает их обоих как членов своей семьи".

Дядя Чжан со всех сил побежал за Ниу Чангом.

Поскольку Ниу Чанг не умел быстро ходить дядя Чжан смог догнать его менее чем за пятнадцать минут.

Догнав его дядя Чжан схватил Ниу Чанга за плечо. "Ах ты, сопляк!"

Дядя Чжан запыхался, но хватка его была крепкой, а лицо свирепым, как у голодного зверя.

Ниу Чанг бросил свой багаж и повернулся, чувствуя боль в левом плече. Он посмотрел на дядю Чжана.

Спокойное лицо Ниу Чанга только раззадорило дядю Чжана.

С другой стороны, Ниу Чанг смотрел на системную панель перед собой.

[Динь.]

[Обнаружено, что хозяин установил связь с Чжан Пином].

[Вариант 1: Кармическое возмездие.]

[Вариант 2: Урегулировать карму самостоятельно].

Хотя в инструкции и говорилось о подобном, сейчас она четко указала на тот вариант, который был ему дан.

Ниу Чангу не нужно было долго размышлять над вариантами, поскольку он уже принял решение. Он усилием воли выбрал вариант номер два.

В тот же миг Ниу Чанг почувствовал, как его тело внезапно наполнилось силой, которой у него раньше не было. Плечо больше не болело.

Не успел дядя Чжан сделать и шага, как его гнев извергся, словно вулкан, и он увидел, что Ниу Чанг подмигнул ему, а затем ударил.

Удар Ниу Чанга был настолько быстрым, что дядя Чжан не успел среагировать. Удар пришелся ему в живот.

В душе дядя Чжан усмехнулся над таким глупым поступком, но когда удар пришелся в живот, его отбросило назад, и боль разлилась по всему телу, после чего он упал на спину.

Все еще не понимая, что произошло, дядюшка Чжан увидел, что к нему стремительно приближается Ниу Чанг. Он видел его спокойное лицо, но теперь он чувствовал не отвращение к такому лицу, а страх. Он увидел, что он уже не тот скучный и замкнутый мальчик, а полноценный воин.

"Ст..."

Ниу Чанг ударил дядю Чжана по подбородку, чтобы тот не закричал. От одного этого удара у дядюшки Чжана сломались зубы и пошла кровь из десен.

Дядюшка Чжан не реагировал на боль, потому что страх захлестнул его разум.

Но прежде чем он успел что-либо предпринять, он увидел, как Ниу Чанг поднял правую ногу и топнул ею вниз. Свет в глазах дяди Чжана медленно померк.

Одним ударом Ниу Чанг сломал дяде Чжану шею, оборвав его жизнь.

[Динь.]

[Поздравляем хозяина с разрешением связи].

[Получено 326 очков кармы].

Глядя на всплывающее окно системы, Ниу Чанг больше не собирался топать по сломанной шее дяди Чжана.

Система уже дала ему подтверждение, что связь между ним и дядей устранена.

Развернувшись, Ниу Чанг подошел к своим вещам, подхватил их и продолжил путь.

'Это не отличается от инструкции, которую я читал раньше. Пока я занимаюсь только своими делами, с помощью этой системы* я непобедим!"

С этой системой не важно, монах ли это, уединившийся в пещере, или обычный человек, путешествующий по миру. Между ними нет никакой разницы.

* ( Система, которой ГГ так активно воспользовался, является оборонительной. А на дядюшке Чжане он ее протестировал. Очки кармы варьируются от количества добрых или злых поступков, но в произведении не указывается ( по крайней мере главы до 20-ой) чем конкретно были заслуженны эти очки. Так что не понятно добром ли Чжан их заработал или нет. )

( К слову, но в описании было указано, что ГГ тот еще отброс. Так что не удивляйтесь )

Идущий по нестабильной дороге Ниу Чанг смотрел на свою системную панель.

[Ведущий : Ниу Чанг].

[Очки кармы : 326]

[Культивация : не может культивировать].

[Навык: Кендо].

Затем, подумав, панель изменилась.

[Метод культивирования : Три фундаментальных дыхания, Мелкий зеленый лист, Энергия белого сердца. Подробнее]

На этой панели отображались методы культивирования, которые Ниу Чанг знал раньше. Некоторые из них были взяты у старого нищего, с которым он столкнулся в лесу, а остальные он придумал сам.

Потом он передумал, и панель системы тоже изменилась.

[Метод культивирования.]

[Культивирование Ци: Три основополагающих дыхания, Мелкий зеленый лист, Энергия Белого Сердца. Подробнее]

[Культивирование тела: нет.]

[Культивирование разума: нет.]

[Культивирование души: нет.]

Убедившись, что его предположение верно, Ниу Чанг слегка улыбнулся. "Система, активируй Энергию Трансформации".

Энергия трансформации была одним из плодов исследований Ниу Чанга. Этот метод культивирования сосредоточен на природе ци, которая собирается и хранится в теле.

В нем не было много дополнительных деталей, кроме того, что ци, полученная после использования этого метода, не будет конфликтовать с другим атрибутом.

[Активация энергии трансформации до третьего уровня требует 300 очков кармы].

'Подтверждаю'. в сердцах сказал Ниу Чанг.

Ниу Чанг почувствовал внезапный прилив неизвестной энергии, которая просачивалась через его тело в течение полуминуты, прежде чем окончательно остановиться.

Он решил передохнуть и присел возле дерева.

Закрыв глаза, Ниу Чанг начал ощущать неизвестную энергию в своем теле. Эта энергия была неуловимой и свободно перемещалась внутри его тела, не имея определенного места и формы. Он двигал ее своими мыслями, и энергия следовала за ними.

Ниу Чанг открыл глаза и направил энергию в руку. Энергия достигла его руки, но в естественном состоянии оставалась неактивной.

Изменив эту энергию с помощью мысли, Ниу Чанг наконец смог заставить ее вступить в реакцию с его физическим телом. Энергия просочилась в его плоть и кости, давая ему ощущение силы, но только в его руке.

Энергию нужно было направить в руку, но из-за того, что запас энергии у Ниу Чанга был очень мал, он не мог поддерживать его долгое время.

Энергия расходовалась, но не более того.

"Значит, это ци".

Почувствовав, что что-то не так, Ниу Чанг нахмурился. "Система - это энергии третьей ступени?

Этого слишком мало.

Но ответа от системы не последовало.

Ниу Чанг мог только догадываться об этом.

'Либо моя техника Энергии Трансформации слишком низкого уровня, либо дело в уровне культивации'.

Ведь уровень Энергии Трансформации, естественно, очень низок, а у Ню Чэна есть только теория о ней, и та ограничивалась тем, как собирать ци и как она должна себя вести.

Он не задумывался о том, как эта ци будет храниться, как она будет течь по его телу и о многом другом.

Чтобы подтвердить свою мысль, Ниу Чанг сказал системе. 'Система, повысь Энергию Белого Сердца до третьего уровня'.

[Повышение Энергии Белого Сердца до третьего уровня требует 1050 очков кармы]. Система выдала подтверждение, которое искал Ниу Чанг.

'Значит, Энергия Белого Сердца в три раза эффективнее моей плохо сделанной Энергии Трансформации'.

'Система, объедини Энергию Трансформации с Энергией Белого Сердца'. скомандовал Ниу Чанг.

[Слияние Энергии Трансформации с Энергией Белого Сердца требует 830 очков кармы].

Ниу Чанг кивнул: "Это почти в три раза больше, чем у моего первоначального творения".

Поскольку Ниу Чанг был человеком, полным любопытства, он обратился к системе. 'Система, объедини все известные мне методы культивации'.

[Слияние двадцати восьми методов культивации требует 2655 очков кармы].

Ну, это звучит дешевле, чем я думал. Может быть, потому что сущность одна и та же, а разница в количестве небольшая, поэтому цена не слишком выросла?

Глядя на цифры, Ниу Чанг не мог отделаться от странного чувства.

Почему система выдала ему такое странное число? Почему бы ей не выдать что-нибудь более подходящее?

Ниу Чанг покачал головой и встал, чтобы продолжить путь.

Пришло время набрать побольше очков кармы.

По дороге Ниу Чанг продолжал просить систему проверить его теории.

Система могла помочь Ниу Чангу подтвердить его теоретический метод культивирования, если он достигал определенного порога. Об этом можно было судить по зарегистрированному в системе методу культивации.

Поскольку дорога была скучной, Ниу Чанг продолжал делать различные выводы и использовать систему для их фильтрации.

Он приобрел несколько боевых навыков, зарегистрированных в системе. Технику плавных шагов, технику кулака и технику удара ногой.

Три из них - обычные техники без каких-либо способностей, требующие ци для усиления эффекта. Если бы Ниу Чанг хотел получить боевые навыки, которые можно было бы наполнить ци, ему нужно было бы больше узнать о свойствах и природе ци, прежде чем выводить их.

Деревня Желтой Почвы была небольшой. Такая маленькая деревня, естественно, не могла существовать самостоятельно, поэтому рядом с ней находилась деревня побольше.

Эта большая деревня называлась Желтая деревня. В конце концов, это все же деревня, а не город.

Чтобы добраться до Желтой деревни, потребовалось полдня ходьбы. Но поскольку Ниу Чангу было всего десять лет, ему требовалось больше времени, чем полдня.

Но это не было проблемой для Ниу Чанга, он получал столько времени, сколько ему было нужно.

Многочасовые прогулки казались ему сущим пустяком, когда Ниу Чанг погружался в свои мысли, бесконечно изучая различные техники культивирования и боевые навыки.

Он отдыхал, когда чувствовал себя слишком усталым, а затем продолжал путь после короткого отдыха: он не хотел добраться до Желтой деревни после наступления ночи.

Когда он уже думал о том, что его путешествие проходит слишком гладко, а до Желтой деревни оставался еще час пути, ему повстречались два мешка с очками кармы.

Ниу Чанг вздохнул с облегчением: "А я-то думал, что мне придется по очереди встречать их".

Ниу Чанг поприветствовал мир большим пальцем.

"Приветствую вас, господа. Могу я узнать, чем вы занимаетесь?" Ниу Чанг остановился в нескольких шагах от двух мужчин с кривыми мечами.

Что мог сказать Ниу Чанг, эти двое были просто плохо сделаны. Их лица вызывали раздражение у всех, кто их видел, и клеймили их как бандит А и бандит Б.

Один из них был слишком худым, а другой - чуть менее худым. Они носили тонкую одежду, обнажающую живот и грудь. Их штаны были закатаны, а кожа - жирной.

Ниу Чанг лишь покачал головой.

Прежде чем эти двое успели что-то сказать. Система уже подтвердила развитие событий.

[Установлена связь с Чи И.]

[Установлена связь с Эр Гоу].

Проклятье, как вы могли сделать это? Не нужен физический контакт? Нужны только определенные намерения? Это очень хорошо.

Недолго думая, Ниу Чанг выбрал второй вариант.

Его тело внезапно наполнилось силой, возможно, из-за того, что он стоял перед двумя людьми одновременно, его сила накладывалась одна на другую, как будто он обладал силой двух человек.

Ниу Чанг отпустил свой багаж и бросился на тощего слева.

"Ты! Как ты смеешь!" прокричал один.

Но в конце концов, это было неизбежно. Они вдвоем произнесли запретные слова, возможно, такова была их судьба.

Худой мужчина слева неуклюже взмахнул мечом. Ниу Чанг легко уклонился от него, сместившись немного влево и ударив мужчину по колену.

Маленькая нога достигла колена мужчины и согнула его назад.

"А-а-а-а!"

Мужчина закричал от боли и упал на задницу.

Другой, менее худой мужчина, был удивлен, но прежде чем его тело успело среагировать Ниу Чанг уже прыгнул на него и нанес удар по лицу.

Ниу Чанг почувствовал, как увеличились его физические данные. Акробатические движения казались ему естественными, и когда кулак приземлился на лицо мужчины, он почти не почувствовал сопротивления черепа.

То же самое произошло, когда он ударил худощавого мужчину по колену: вместо кости и связи между мышцами он почувствовал себя тонкой палкой.

Ниу Чанг не сдержал своей силы, и его кулак глубоко вошел в череп мужчины.

Худой человек катался по земле от боли, поэтому не заметил, что его партнер уже наполовину сошел в могилу.

Удар.

Кулак Ниу Чанга прошел сквозь череп мужчины.

Он быстро убрал кулак. Если бы это был другой достойный враг, он бы не стал торопиться, но для этих мобов? Он чувствовал лишь отвращение.

Нога Ниу Чанга приземлилась на землю, и он бесцеремонно пнул тощего человека по голове, чтобы решить вопрос со связью между ними.

[Получено 571 очко кармы.]

[Получено 622 очка кармы.]

Ниу Чанг открыл свою информацию.

[Очко кармы : 1545.]

'Неплохо, неплохо'.

Глядя на огромное количество очков кармы, Ниу Чанг не мог не полюбопытствовать, как система их рассчитывает.

Каков критерий?

Это плохая карма? Чем больше они делают зла, тем больше кармы накапливают?

'Эй-эй, это не плохо. Другие искали небесные материалы и земные сокровища, чтобы повысить свой уровень, потому что эти предметы старые и содержат богатую энергию".

'Но посмотрите на меня, каждый человек ничем не отличается от эликсира. Демонический путь, естественно, самый лучший, так как он накапливает злые дела, но эти праведные старики тоже не отличаются, их лицемерие, естественно, заставляет их накапливать много очков кармы".

Ниу Чанг порылся в вещах двух мобов и нашел лишь жалкое количество монет.

Что ж, по крайней мере, это лучше, чем ничего. На эти деньги я смогу хорошо поесть в течение двух-трех дней".

Затем Ниу Чанг осмотрел окрестности и, обнаружив, что никто не наблюдает за ними издалека, забрал свой багаж и ушел.

На ходу Ниу Чанг обратился к системе. 'Система, культивируй базовое утончение тела до первого уровня'.

Базовое совершенствование тела было результатом дедукции Ниу Чанга в культивировании тела. Это было похоже на его Энергию Трансформации, которая была очень простой.

[Культивирование базового усовершенствования тела до первого уровня требует 300 очков кармы].

Это было необходимо, так как Ниу Чанг не упускал ни одной возможности собрать достаточно данных, чтобы пополнить свой информационный банк.

'Подтверждаю'.

После того как Ниу Чанг дал подтверждение. Как и в прошлый раз, он почувствовал, как энергия просачивается сквозь его тело. Но на этот раз энергия не проникала в тело, а просто находилась в нем. Она просачивалась в его тело, в плоть и кости, питая и перерабатывая их в лучшее состояние.

Вопреки ожиданиям, Ниу Чанг не почувствовал никакого дискомфорта при таких изменениях. Наоборот, он чувствовал себя как в теплой ванне.

Разве в этих романах не говорится, что главные герои испытывают сильную боль, будто их сжигают заживо и так далее. Неужели это просто обман, чтобы оправдать быстрый рост, используемый авторами?

Идея культивирования тела была проста. Культивация ци естественным образом собирает ци в теле и медленно увеличивает ее количество и качество.

То же самое происходит и с культивированием тела: в тело вводится духовная ци и постепенно повышает его уровень от смертного до бессмертного.

Ведь сколько бы человек ни тренировал свое смертное тело, в конечном итоге оно все равно остается в царстве смертных. Только используя экстраординарные средства, тело могло вырваться из своей смертной оболочки и медленно превратиться в экстраординарное.

Вскоре после этого "укол" , сделанный системой, закончился. Ниу Чанг почувствовал, что его тело стало другим, чем прежде. Оно было полным энергии, легким и удобным для передвижения.

"До качественных изменений еще далеко" оценил Ниу Чанг.

Продолжая путешествие Ниу Чанг не мог не думать о слабом месте системы.

Система требовала, чтобы перед получением баффа непобедимости он наработал карму. Но до этого, если Ниу Чанг встретит кого-то, кто сможет его победить, он сможет только плакать в могиле.

Поэтому Ниу Чанг сосредоточился на защите и лечении.

Культивация тела была лучшим средством защиты и лечения. Но единственная проблема заключалась в следующем.

[Невозможно культивировать базовое совершенствование тела до второго уровня из-за ограничения метода культивирования].

Ниу Чанг рассеянно наблюдал за этим информационным окном в системе в течение долгого времени.

Это было вполне ожидаемо, ведь Ниу Чанг не имел никаких знаний о культивировании тела, кроме теорий, возникших из опыта чтения.

'Система, объединить Энергию Трансформации с Энергией Белого Сердца'.

Так как он не мог придумать продолжение базового совершенствования тела, ему оставалось только пополнить свои знания. После этого дедукция станет проще.

[Слияние Энергии Трансформации и Энергии Белого Сердца требует 830 очков кармы].

Затем Ниу Чанг сравнивает эту цену со вторым вариантом. 'Система, повышающая мастерство Энергии Белого Сердца до небольшого ранга'.

Система может не только улучшить его базу культивирования и метод слияния, но и повысить мастерство Ниу Чанга в его методах.

[Повышение уровня владения Энергией Белого Сердца до малого ранга требует 255 очков кармы].

Система оценки мастерства имеет только три стадии. Малый успех, большой ранг и совершенство.

Посмотрев на цену системы, Ниу Чанг решил, что она слишком дорогая. По крайней мере, для него нынешнего.

Он покачал головой и выбрал самый безопасный вариант повышения живучести.

'Система, культивировать Энергию Белого Сердца до третьего уровня'.

[Культивирование Энергии Белого Сердца до третьего уровня требует 1050 очков кармы].

'Подтверждаю'.

По крайней мере, с увеличением количества ци Ниу Чанг был уверен, что сможет пережить атаку одним выстрелом.

Таинственная ци внезапно появилась, вошла в тело Ниу Чанга и столкнулась с его ци энергии трансформации.

Обычно мастер боевых искусств мог культивировать только один тип метода культивации, чтобы не допустить ухудшения качества ци.

Но поскольку Ниу Чанг, создатель Энергии Трансформации, был уверен, что ци Энергии Белого Сердца не столкнутся друг с другом, то, как минимум, они не будут атаковать друг друга.

Внутри тела Ниу Чанга нечистая ци Энергии Трансформации подавлялась ци Энергии Белого Сердца, но никакой другой реакции не было.

Решить проблему дифференциации ци на самом деле очень просто. Ниу Чангу нужно лишь объединить эти два метода культивирования.

Но его очков кармы было недостаточно для этого.

[Очки кармы: 169].

Поскольку он обнаружил двух бандитов, преградивших ему путь, и находился недалеко от Желтой деревни, существовала большая вероятность того, что в этом районе есть убежище бандитов.

Но искать его будет сложно, и Ниу Чанг может потратить время на поиски и провести ночь в лесу.

Лучше сначала добраться до Желтой деревни".

Остаток пути прошел нормально, Ниу Чанг не столкнулся со вторым "нападением" на дороге и добрался до Желтой деревни.

Деревня была окружена деревянными стенами, достигавшими высоты груди взрослого человека. Ворота охраняли два стражника.

Подойдя к воротам, Ниу Чанг был остановлен стражниками.

Взглянув на Ниу Чанга, левый стражник без интереса произнес. "Ты один?"

Ниу Чанг с безмятежным и невинным лицом кивнул. "Да, господин".

Выслушав ответ Ниу Чанга, охранник больше не стал его беспокоить и просто сказал. "Иди".

'Так просто?' Ниу Чанг вошел в деревню, сомневаясь.

Он думал, что сможет запустить систему, и тогда, после того как он решит вопрос с кармой за счет стражников, к нему прибегут жители деревни и принесут большую сумму очков.

Но, похоже, Ниу Чанг слишком много думал.

Желтая деревня находилась в лучшем положении, чем Желтая почва. Дома были лучше, в стенах не было трещин, а земля была чистой и не замусоренной.

Где же мне сегодня переночевать?

Ниу Чанг продолжал идти, разглядывая деревню.

Одежда жителей деревни была лучше, чем в предыдущей деревне.

Идя с большим багажом, Ниу Чанг, естественно, привлекал внимание жителей деревни.

Вскоре после бесцельного блуждания к нему подошел человек.

Мужчина лет сорока, с чистым лицом, в коротких рукавах и длинных штанах. "Парень, ты один?"

Подождав несколько мгновений, пока система выдаст ему варианты, Ниу Чанг внутренне покачал головой.

Никаких всплывающих окон не было.

Натянув на лицо добрую улыбку, Ниу Чанг ответил мужчине. "Да, старший".

"Старший?" Мужчина странно посмотрел на Ниу Чанга, а затем рассмеялся.

"Похоже, у тебя нет опыта общения с людьми. Ты собираешься остаться на ночь?"

"Да".

Мужчина казался дружелюбным, и Ниу Чанг с удовольствием поболтал с ним. До ночи оставалось еще несколько часов.

Благодаря этому человеку Ниу Чанг понял, как устроена эта деревня.

Кроме домов жителей, в этой деревне была еще и школа боевых искусств.

Но, оказавшись перед школой. Ниу Чанг потерял к ней интерес: инструктор и владелец были из одной семьи.

Владелец, директор школы, был уже пожилым человеком, а инструктор - его внуком, мужчиной лет двадцати.

Будучи третьего уровня культивации, Ниу Чанг чувствовал более сильную ци у старика, в то время как у инструктора она была лишь немного меньше.

Судя по этому, Ниу Чанг решил, что это какая-то большая шишка и старик может стать врагом в свои дни.

'Не интересно'.

Ниу Чанг покачал головой и отвернулся.

В школе боевых искусств старик был опытным мастером второго уровня, он чувствовал, что на него кто-то смотрит.

Поскольку Ниу Чанг не обладал никакими боевыми навыками, его действия только что, несомненно, могли быть замечены стариком и инструктором.

Видя, что Ниу Чанг всего лишь мальчик с третьим уровнем культивации, не обладающий боевыми навыками и, что еще важнее, не имеющий никаких намерений в их отношении.

Инструктор подметал двор, поглядывая на деда. Поскольку дедушка ничего не сказал, он тоже решил проигнорировать его.

В этом мире десятилетний ребенок с культивацией третьего уровня не был редкостью. Может быть, он просто нашел какой-то метод культивации, хорошо его понял и смог достичь своего нынешнего уровня, а потом стал самодовольным и отправился путешествовать.

Ниу Чанг нашел место, где можно остановиться на ночь.

Это был дом семьи из трех человек. Паре было около двадцати лет, у них была дочь.

Заплатив семье, Ниу Чанг мог без проблем получить хороший ужин и ночлег.

Усевшись на жесткую деревянную кровать, Ниу Чанг размышлял, что ничего лучше, чем создавать и совершенствовать свои боевые искусства. С его неограниченными идеями ему было очень легко придумывать разные вещи.

Вчерашние размышления перед сном принесли свои плоды.

Проанализировав слабые места системы, Ниу Чанг создал четыре типа техник, в которых он больше всего нуждался.

Он был уязвим до того, как система дала ему неуязвимость.

О том, чтобы повысить защиту, практикуя автоматическую ци самозащиты, естественно, не могло быть и речи, ведь Ниу Чанг не слишком глубоко изучил принцип действия ци.

И даже если ему удастся выжить в первом столкновении, ему нужно будет подтвердить систему, чтобы получить неуязвимость.

Таким образом, разрыв в доли секунды мог легко убить его, если бы он встретился с сильными врагами.

В системе не было возможности переключать выданные задания.

Поэтому, если в системе ее не было, Ниу Чанг решил, что нужно создать ее самостоятельно.

Он назвал эту технику "Автоматический системный ответчик".

Эту технику можно назвать психологической техникой, которая тренирует тело и разум совершать определенные действия после столкновения с определенным триггером.

Да, это как с собакой Павлова!

Ему просто нужно приучить себя отвечать на вопросы системы, не задумываясь об этом.

[Навык: Автоматический ответ системы].

Система уже зарегистрировала этот трюк как правильную технику, естественно, что Ниу Чангу нужно было набрать очки кармы и повысить его мастерство.

'Хехе, ну разве я не гений?'

Вторая техника была вспомогательным боевым искусством. У нее не было конкретного оружия или набора движений. Ее можно применить к любому боевому навыку, независимо от его функции.

Она называется "Удар".

Это вдохновило Ниу Чанга на разочарование, когда он наблюдал за бесполезными атаками главных героев или их врагов.

Кулак с кулаком, меч с мечом, нога с ногой. Несмотря ни на что, эти обмены не наносили противнику никакого урона, за исключением тех случаев, когда один из них был выше по уровню, чем другой.

Таким образом, этот навык "Удар" должен был нанести урон врагу любой атакой, независимо от того, блокирует ли он ее или принимает напрямую.

Поскольку этот навык является лишь смертельным боевым умением, он в основном фокусируется на использовании тела и максимизации силы каждой атаки без траты энергии.

Посылать разрушительную вибрацию в каждой атаке. Ломая кости, кипя кровь, разрывая плоть и сокрушая органы.

Один удар - и враг получает огромный урон, а не лишается конечности или дыры на теле. Что очень расстраивало Ниу Чанга в его в этой жизни.

Что толку отрабатывать различные боевые навыки, если от твоей атаки враги теряют лишь часть сил. Какая трата времени.

Боевые искусства и техники всегда предназначены для убийства врага.

Третий и четвертый были навыками передвижения.

Шаг Падающего Листа был предназначен для боя. Он сосредоточен на гибкости и устойчивости, как у падающего листа. Беспрепятственный и неприкасаемый, постоянно меняющийся и реактивный.

И затем Стремительный шаг. Он сосредоточен на скорости, хорошо подходит для бегства и преследования. В каждом шаге - взрывной импульс.

Увидев количество очков кармы, Ниу Чанг погрузился в уныние. Он вышел из своей комнаты и направился в главную комнату семьи Хуанъюй.

Главная комната использовалась в основном для собраний и приема пищи. Поскольку Ниу Чанг опоздал, муж Хуаньюй Шэн уже ушел на работу.

"Доброе утро, ты хорошо спал?" поприветствовала жена, Хуанъюй Яо, с улыбкой на лице.

Ниу Чанг тепло улыбнулся и кивнул. "Да, хотя в теле чувствовалась скованность".

В конце слов он слегка рассмеялся.

"О боже, ничего не поделаешь". Хуанъюй Яо знала, что Ниу Чанг не жалуется, а скорее шутит с ней. "Тогда на следующую ночь используйте соломинку, чтобы исправить ситуацию?"

"Хорошо".

Ниу Чанг сел за стол и стал есть свой завтрак. Еда была неплохой, полной углеводов и наполняющей желудок на весь день, хотя и немного безвкусной.

"У тебя есть какие-нибудь планы на сегодня?" спросила Хуанъюй Яо.

"Да, у меня уже есть план на сегодня. Возможно, я вернусь поздно". Ниу Чанг уже планировал найти убежище бандитов, чтобы пополнить свой запас очков кармы.

"Понятно", - Хуаньюй Яо выглядела немного растерянной, но она снова улыбнулась. "Тогда будь осторожен".

"Естественно".

Закончив завтрак, Ниу Чанг вышел из дома и направился прямо к воротам деревни. По пути он наблюдал за жителями деревни, которые занимались своими делами.

"В этой жизни я очень хотел испытать это на себе. Сколько бы раз я ее ни видел, она приносит мне радость. Эта сельская местность и простая жизнь заставляют меня чувствовать себя спокойно".

Главная причина, по которой Ниу Чанг чувствовал себя расслабленным, заключалась в том, что этим деревенским жителям нужно было думать только о том, что поесть сегодня вечером. Им не нужно было думать о различных заданиях.

Просто вспахать поле.

Выйдя из деревни, Ниу Чанг направился к западному лесу. От жителей деревни он уже знал общее направление, где находится убежище разбойников.

Он шел по лесу один, и ему нечем было заняться, кроме как думать о том, как улучшить свои силы и обеспечить безопасность.

Никогда не переставал думать.

Жизнь и так была достаточно тяжелой, и только имея достаточно сил, Ниу Чанг мог жить так, как хотел. Не делать никакой работы и наслаждаться временем с удовольствием.

Прогулявшись полчаса. В лесу Ниу Чанг встретил двух мужчин.

Судя по их одежде и оружию на руках, об их личности можно было не задумываться.

Один из бандитов увидел Ниу Чанга и остановился. Он сообщил об этом своему напарнику, и оба посмотрели на Ниу Чанга.

На лице Ниу Чанга появилась улыбка, и он помахал им рукой.

"Приветствую вас, господа! Ниу Чанг вежливо поприветствовал их.

Один из постулатов его системы - уважение необходимо.

"Буахахах". Бандиты разразились хохотом, они никогда раньше не сталкивались с подобной ситуацией.

Обычно местные жители боялись и старались изо всех сил не попадаться им на глаза. Но этот мальчик подошел к ним и вежливо поприветствовал.

Этот мальчик вообще не знал, как пишется слово "смерть".

"Откуда взялся этот мальчик? Я никогда в жизни не видел таких глупых людей".

"Не спрашивайте меня. Для меня это тоже впервые. Хахаха."

Приближаясь к ним, Ниу Чанг обратил внимание на систему. 'Все еще нет реакции?'

Эти двое - новички. У них и в мыслях не было начинать конфликтовать, нет, карма вообще не та. Может, они считают, что в насилии нет необходимости?

Интересно.

"Эй, парень. Ты знаешь, где находишься?" Разбойник слева громко спросил Ниу Чанга.

"Нет? Где я? Я ищу травы. Сэр, вы знаете хорошее место в этом лесу?" Ниу Чангу было весело играть в эту игру. Он всегда хотел поиграть в тигра, поедающего свиней.

"Пафф. Я не могу не смеяться над этим. Хахахаха." Бандит справа был юмористом, похоже, у него было хорошее чувство юмора.

Но бандит слева тоже был доволен и решил ему подыграть. "Не знаю, откуда это взялось, но раз он уже здесь, то может забыть об уходе. Я пока подыграю ему".

"Травы? Вы, наверное, из Желтой деревни?"

"Да, я только вчера пришел в эту деревню. Хочу заработать немного денег, прежде чем покинуть деревню и отправиться в город Хайчен".

Город Хайчэн был ближайшим городом от Желтой деревни, эту информацию Ниу Чанг получил вчера, расспросив всех.

Он находился довольно далеко, и чтобы добраться до него, требовался примерно целый день. Жители деревни обычно останавливались на ночлег в Городе Хайчэн, прежде чем отправиться в обратный путь.

Бандит справа глазами намекал своему другу.

В словах не было нужды, они уже составили план для Ниу Чанга.

"О, это так, тогда какие травы ты ищешь?" Бандит слева сразу же изменил свой характер.

"Я не знаю", - Ниу Чанг ничего не знал о травах. Он читал только книги по обучению и пяти боевым искусствам для культивирования ци.

Если бы он хотел что-то сказать, то сказал бы что-нибудь вроде женьшеня или грибов.

"Может, женьшень?" нерешительно спросил он.

"О, женьшень. Я знаю хороший район, где они растут". В разговор вступил человек справа, его характер тоже стал намного приятнее.

"Правда?" Ниу Чанг, естественно, не хотел отставать от этих двоих.

"Да, как насчет этого. Ты следуешь за нами в это место, а уж что ты там найдешь или не найдешь, зависит от твоей удачи". Мужчина слева спокойно заверил Ниу Чанга.

Ниу Чанг продемонстрировал свою самодеятельность и немного замешкался. Приложив палец к подбородку, он размышлял.

"Не торопись". сказал мужчина справа.

Через несколько секунд Ниу Чанг перестал колебаться и кивнул. "Хорошо, пожалуйста, покажите мне дорогу, любезные господа".

После этого он направился к бандитам.

[Динь.]

[Установлена карма с Конг Конгом].

[Установлена карма с Цзюнь Таном].

Увидев системное сообщение, Ниу Чанг не удержался и ухмыльнулся.

'Система действительно может видеть сердца людей. У их обоих есть плохие намерения, но мои не так глубоки. В конце концов, я не делаю им ничего плохого, если такова судьба, значит, такова судьба. Их смерть и жизнь зависят от их поступков, я же просто прохожий в этом мире, наблюдающий за мириадами чудес, чтобы удовлетворить свое любопытство".

Как бы Ниу Чанг ни хотел убивать бандитов, чтобы получить очки кармы, это не имело большого веса в его сердце, так же как играть в игру и убивать мобов, чтобы получить экспу и предметы.

Но даже в этом случае был какой-то умысел.

Системе было наплевать на факты, которые приводились в качестве аргументов. Раз обе стороны считают, что играют в игру, и у них не было намерения навредить другой стороне, значит, ничего не произойдет.

Но когда одна из сторон уже решила причинить вред другим, система, естественно, восприняла это как то, что бандиты взяли на себя инициативу причинить вред Ниу Чангу.

Если бандиты действительно отвели Ниу Чанга в место, где растет женьшень, или просто подшутили над ним, система бы не сработала. И Ниу Чанг не стал бы ни нападать на них, ни провоцировать. Как он и говорил, уважение - это обязательное условие.

Он не собирался переступать черту.

'Система, я выбрал второй вариант'.

Можно сказать, что шутки и игра слов придают этой жизни вкус и остроту.

Эмоции трудно поддаются квантованию, поэтому использование эмоций в качестве стандарта для линии было и хорошим, и плохим моментом.

Из крайних эмоций рождается истинное намерение.

Когда зарождаются истинные намерения, действие будет затронуто, вызывая пульсацию в линиях кармы.

Причинность, причина и следствие. Другое название кармы: поскольку причина уже существовала, то и следствие было предопределено, а значит, карма была установлена.

Ниу Чанг шел позади двух бандитов.

Он думал, как долго продержится бафф неуязвимости, выданный системой?

Поскольку система давала возможность "самостоятельно решить карму", естественно, это должно было остановить любое взаимодействие между двумя сторонами.

Если виновные лишатся жизни по "случайности", то, естественно, карма на этом закончится и дело будет решено.

Но если преступники вдруг осознают, что совершили большую ошибку, и потеряют желание продолжать, например, убегут и будут молить о пощаде. Все будет не так просто.

Люди были странными существами, особенно те, кто был слишком демоническим, и те, кто был слишком праведным. Даже нормальный и обычный человек не будет лучше, ведь у каждого свое мышление.

Ненависть было трудно унять, поэтому даже если Ню Чанг их отпустит. Отпустят ли они Ню Чанга?

Поскольку источник кармы все еще был там, как система может отпустить их?

Даже если виновные полностью избавятся от ненависти и перестанут беспокоиться, как это может быть так просто?

Вы пришли в мою жизнь, чтобы причинить мне физический или моральный вред, но когда я показал вам свою силу, вы захотели пожать мне руку и назвали это шуткой?

Разве я для вас шутка?

Таким образом, чтобы разрешить карму. Либо одна из сторон больше не может вызывать никаких взаимодействий в будущем, либо обе стороны соглашаются забыть об этом инциденте.

Теперь Ниу Чанг обладал силой двух мужчин.

По моим прикидкам, бафф неуязвимости, выданный системой, соответствует тем, кто установил со мной карму. Бафф увеличивает мои базовые статы всего на одно очко, так что я могу "легко" разрешить карму. А вот ограничения по времени нет".

Ниу Чанг размышлял, не воспользоваться ли ему этим, чтобы накопить огромное количество баффов, не заботясь о своих врагах.

Только подумав о том, чтобы отпустить бандитов, стоящих перед ним, Ню Чанг вдруг почувствовал, что что-то не так.

Это было чувство, которое трудно описать, оно не в его теле или разуме, а в чем-то более глубоком.

"Такое ощущение, что что-то в моем сознании задрожало".

Затем он проверил свою систему, чтобы убедиться, что именно не так.

[Ведущий : Ниу Чанг].

[Очки кармы : 167.]

[Культивация : Ци - третий уровень, Тело - третий уровень].

[Навык : Кендо. Подробнее]

Ниу Чанг был ошеломлен, когда увидел, что значение его очка кармы уменьшилось на два пункта. Он потерял дар речи: "Это всего лишь мысль, но система тут же отреагировала?

Сейчас Ниу Чанг не собирался отпускать двух бандитов, стоящих перед ним.

Что произойдет, если карма достигнет нуля? У меня будут отрицательные очки кармы?

При мысли об отрицательных очках кармы Ниу Чанг задрожал от страха.

Система давала ему бафф неуязвимости, потому что кто-то активно искал проблему вместе с ним, но если он сам активно искал проблему, или создавал карму, или имел отрицательные очки кармы.

Он не осмеливался слишком много думать об этом. В инструкции к системе было четко сказано о равной награде и наказании.

Какое наказание может сравниться с баффом непобедимости, который практически сделал его богом в мире смертных?

Тяжелое.

Даже ад был бы хорошим местом, чтобы спрятаться от наказания системы.

Отбросив отвлекающие мысли, Ниу Чанг неосознанно добрался до убежища бандитов.

Оно больше напоминало крепость. Стена из толстого дерева была высокой и прочной, также имелись сторожевые башни, где бандиты занимали свои посты.

Два мешка с очками кармы остановились. Поскольку они уже прибыли к своему убежищу, естественно, Ниу Чанг должен был запаниковать. Поэтому они оба обернулись.

Как только они развернулись, Ниу Чанг сразу же начал атаку.

Нацелившись на жизненно важные точки, он легко получил преимущество над взрослыми бандитами.

Но сейчас он не хотел убивать их сразу, он хотел порыбачить.

"АААААААА-....."

Бандиты взвыли от боли, оба их колена подогнулись назад, а Ниу Чанг еще и топнул ногой по их животам.

Внезапный крик боли насторожил дежурных бандитов и тех, кто находился у стены.

Рыбалка. Намереваясь поймать бандита, Ниу Чанг на самом деле все еще находился в безопасной зоне системы.

Два бандита перед ним уже установили с ним карму, поэтому он мог ничего с ними не делать. Но с бандитами в убежище все было иначе.

Как и ожидал Ниу Чанг.

В системе одно за другим появлялись серии уведомлений.

[Установлена карма с...]

[Установлена карма с...]

[Установлена карма с...]

В одно мгновение три человека, ведомые своими эмоциями - то ли гневом, то ли высокомерием от того, что они бандиты.

В любом случае, между ними нет никакой разницы. Ведь они уже расписались в своей смерти.

Тот, что стоял на наблюдательной башне, пристально смотрел на Ниу Чанга. Его глаза были красными, полными гнева и убийственных намерений.

"Эй-эй!" обрадовался Ниу Чанг и опустил меч на землю.

Он с легкостью поднял меч и краем глаза посмотрел на человека на сторожевой башне.

"Эй, эй, кричи. Кричи сильнее, дай мне послушать". тихо сказал Ниу Чанг.

Затем он ударил бандита под ногу, отрубив ему левую руку.

"ААААААА..."

Бандит справа испугался, увидев это, но ненависть в его глазах была неприкрытой. Если бы взгляд мог убивать людей, Ниу Чанг уже умер бы триста раз.

"О, ты тоже хочешь?" игриво спросил Ниу Чанг у бандита справа.

Услышав это слово, бандит справа запаниковал и попытался заговорить.

"Слишком поздно". Ню Чанг оборвал его и ударил ножом по горлу.

Бандит смотрел на Ню Чанга с неохотой и обидой, но ничего не мог сделать из-за парализующей его боли.

Ниу Чанг поиграл мечом в руке и медленно перерезал мужчине горло.

[Установлена карма с...]

[Установлена карма с...]

[Установлена карма с...]

[Установленная карма с...]

[Установленная карма с...]

[Установленная карма с...]

Не зная, что делать, система уже отправила уведомление о серии, и в его видении появился вопрос, какой вариант он выберет.

Недолго думая, Ниу Чанг выбрал второй вариант.

Ворота убежища открылись, и оттуда вышло более пяти человек, их взгляды упали на бандита под мечом Ню Чанга.

"Эй, эй!" Ниу Чанг провоцировал их, поскольку они уже установили карму, естественно, проблем не будет. Даже если бы кармы не было, слова "Эй, эй" не перешли бы черту.

Вот почему Ню Чанг боялся человеческой природы. Такая хрупкая и непостоянная в эмоциях.

Одни лишь слова могли заблокировать их судьбу и гарантировать смерть.

[Установлена карма с...]

[Установлена карма с...]

Как и ожидалось, к поездке присоединились еще два человека.

"Эй-эй, не стоит слишком волноваться, ладно?" сказал Ниу Чанг с доброй и сострадательной улыбкой.

Ощущение непревзойденной мощи и силы, с которой можно ущипнуть врага до смерти, действительно захватывает. Это может вызвать привыкание". подумал про себя Ниу Чанг.

Поскольку Ню Чанг не любил болтать без умолку, он мгновенно убил бандита слева одной атакой и побежал к бандитам перед воротами.

На его лице расплылась улыбка, и в этот момент он уже не сдерживал себя. Для него это был первый такой пир - все, что можно рубить и резать!

"Иди и поприветствуй своего дедушку! Я отправлю тебя в загробный мир". Ниу Чанг был на высоте и безумно атаковал.

Из укрытия вышло еще больше бандитов.

От наложенной силы тело Ниу Чанга стало легче и наполнилось мощью. Он даже почувствовал, что ци в его теле увеличилась.

Это означало только одно. Среди бандитов был мастер боевых искусств.

Ниу Чанг был в экстазе. Его тело не прекращало движения, словно машина, работающая только на бесконечный поток возбуждения.

Это была романтика человека. Только насилие могло привнести в этот мир больше красок.

Словно сокрушая сорняки и гнилые овощи. Ни один бандит не выдерживает его мощной атаки.

В основном потому, что сила Ниу Чанга была для них непосильна.

Один удар - и меч проходит сквозь их тела, разделяя их на две части.

После того как трое из них погибли подряд, высокомерие в сердцах разбойников дрогнуло и сменилось страхом.

Безумный смех и упоение властью только усилили страх в сердцах бандитов.

Бандиты видели в Ниу Чанге уже не ребенка, а зверя.

Свирепого и страшного зверя.

Безумный смех разносился в воздухе, а Ню Чанг прыгал и наносил удары, как обезьяна. Но его атаки уже не были такими грубыми, как раньше, он сохранил бафф неуязвимости.

Он не собирался отпускать этих бандитов, но был осторожен по натуре и хотел быть уверенным, что находится в лучшей форме на случай, если случится что-то непредвиденное.

На случай, если в этом бандитском убежище есть эксперт стадии мастера или гроссмейстера.

Его атака лишь обездвиживает врагов, отсекая им всю руку или ногу.

"Ру-рунн!" Один из бандитов уже не мог контролировать себя и убегал.

Но старые и опытные бандиты справились со своим страхом и начали окружать Ниу Чанга.

"Окружайте! Не оставляйте щелей, посмотрим, как долго продержится этот зверь". Бандит со следами ци в теле громко заговорил.

Так как он находился в состоянии перезарядки, Ниу Чанг хотел проверить, будет ли его ци пополняться бесконечно под баффом непобедимости.

Затем он начал вливать ци в свое тело, чтобы укрепить части тела.

Бесконечное количество ци потекло по его телу, следуя за его мыслью. Затем эта ци вошла в его кости и мышцы, чтобы укрепить их.

"Хахаха. Этот дедушка все еще хочет большего!" Ниу Чанг смеялся и получал огромное удовольствие.

Ци в его теле имела фиксированное качество и количество, что еще больше подтверждало его гипотезу о том, что система давала ему фиксированное количество баффов, соответствующее силе врагов.

Ци была похожа на бурлящую реку, текущую с огромным импульсом, как бешеный дракон, разбушевавшийся от наводнения, но этот огромный импульс также таил в себе скрытую опасность для тела Ниу Чанга.

Если бы не многочисленные физические улучшения, полученные от обычных бандитов, тело Ню Чанга могло бы пострадать.

Но он обнаружил кое-что еще: скорость восстановления его тела возросла, и он с легкостью залечил свои небольшие скрытые раны.

Почувствовав внезапную перемену в Ниу Чанге. Вокруг его тела подул яростный ветер - признак неконтролируемой ци.

Такое явление было нормальным для неопытных мастеров боевых искусств, поскольку контроль над ци был еще недостаточен, и ци расходовалась впустую.

Знающие разбойники были ошеломлены, а затем побледнели.

Они знали, что мастера боевых искусств могут укреплять свое тело, но низкоуровневые и неопытные мастера совершали лишние движения и тратили свою ци.

Но что случилось, когда Ниу Чанг столкнулся с их знаниями.

Лишние движения?

Обратная реакция от чрезмерного использования ци?

Ограниченное количество ци?

Задав три вопроса своей жизни, бандиты вновь выплеснули на поверхность подавляемый страх. Даже мастера боевых искусств засомневались.

Они наблюдали за буйством Ниу Чанга, и ветер вокруг его тела становился все мощнее и хаотичнее.

Неужели это все еще человек?

Пока они были ошеломлены и растеряны, на этом поле боя - нет, бойни - слышался только смех.

Разрубая врагов вокруг себя, Ниу Чанг постепенно уменьшал количество тех которые могли убежать.

Тот бандит, который убежал, направлялся к месту, где живет его босс.

Он знал, что его босс был сильным мастером боевых искусств.

"Я должен сообщить об этом!" Бандит убеждал себя, что он не убегает, а выполняет важное задание.

Добравшись до дома, где живет его босс, бандит почувствовал облегчение. Он успокоил дыхание и постучал в дверь.

Он не смел проявлять самонадеянность в присутствии босса, кто знает, что с ним будет после того, как босс разберется с этим мальчишкой.

Тук. Тук.

"Босс, кто-то напал на нашу базу, и более пяти наших людей уже пали". Мужчина говорил четко, чтобы его босс услышал.

Дверь с грохотом распахнулась.

За дверью появился мужчина. Около тридцати лет, он был одним из трех вице-капитанов в этом убежище.

Грубоватое телосложение и свирепые черты лица.

"Что случилось? Говорите яснее". спросил вице-капитан.

"Вице-капитан Кун". Мужчина был ошеломлен, но все же объяснил, что произошло. "Это было внезапное нападение. Мальчик начал нападать на наших людей и каждый раз убивать их одной атакой. Одного его удара достаточно, чтобы разорвать взрослого человека на две части".

"Маленький мальчик?" Вице-капитан был озадачен.

"Да, мальчик, лет десяти-одиннадцати". Мужчина уточнил информацию.

Вдруг из дома послышался крик. Это кричала женщина.

"Что случилось?" Спросил голый мужчина. Он был высоким и крупным, его мускулы были хорошо выражены, а аура пугала.

"Босс!" Мужчина был напуган появлением своего босса.

"На нашу базу напал мальчишка, он сказал, что тот может разрубить взрослого человека одной атакой". Вице-капитан указал на трусливого бандита.

"Мальчик?" на его лице было написано замешательство.

"Да, около десяти или одиннадцати лет". Вице-капитан уставился на трусливого бандита.

Трусливый бандит кивнул головой, как цыпленок.

"Интересно." Босс усмехнулся, его интерес разгорелся.

Так как он столкнулся с так называемым гением, ему стало интересно.

"Он использовал ци?" спросил босс.

"Н-нет". Трусливый бандит заикался.

Услышав это, босс подумал, что мальчик родился с врожденной божественной силой, что случается крайне редко.

Но, подумав об этом, он вдруг посмотрел в сторону главных ворот.

Его внимание привлек внезапный всплеск ци. Эта внезапная вспышка была совсем не слабой, почти достигающей боевых мастеров третьего уровня.

Перед Ниу Чангом стоял боевой мастер третьего уровня, поэтому система дала ему силу боевого мастера того же уровня. Благодаря безрассудному использованию ци его аура мгновенно достигла пика, почти достигнув ауры первоклассного мастера боевых искусств.

Босс снова посмотрел на трусливого бандита. "Ты сказал, что он вообще не использовал ци?"

"Да", - голос мужчины был таким маленьким, как у комара.

Он тоже чувствовал этот внезапный прилив энергии, хотя и не был мастером боевых искусств. Естественно, он испугался, что принес начальнику ложную информацию.

"Сяо Гу, Сяо Ба выходите. У нас гость". Босс позвал остальных вице-капитанов.

Еще до того, как их позвали, благодаря вспышке силы Ниу Чанга, их внимание уже было привлечено.

Тот, что сидел слева, принес боссу пару брюк.

Бой со свободно болтающимся имуществом, естественно, сказывалось на боеспособности.

Вице-капитан с внешней стороны внезапно произнес. "Он здесь".

Все повернули головы и увидели, что Ниу Чанг спокойно идет со странным лицом. Это была смесь экстаза и сострадания.

Фигура Ню Чанга, вся в крови, появилась в поле зрения бандитов. Его маленькое тело слишком противоречило его ауре.

Как эксперты, вице-капитаны и капитан чувствовали, что Ню Чанг полон жажды крови, но эта жажда отличалась от обычной.

Обычная жажда крови, как правило, похожа на звериную, очень жестокую и яростную, а также на жажду ненависти, которой движут эмоции, а не желания.

Жажда крови Ниу Чанга была похожа на азарт игры. Смесь желания насилия и необузданности с радостью и предвкушением.

Разбойники могли думать только о двух случаях, какое происхождение имеет мальчик перед ними.

Первый - он родился как дворянин в большом клане. Те, кто родился с серебряной ложкой, были такими, они считали жизнь других людей игрушкой и с удовольствием использовали свое происхождение, чтобы издеваться над ними.

Для них, если ты не рожден в знатной семье, то ты вообще не человек.

Второе - он был настоящим демоном. Эти люди были доведены до крайности, но у них все еще оставался разум. На самом деле их рассудок был настолько силен, что эмоции стали для них игрушкой.

Раз уж они полностью контролируют свои эмоции, что для них жизнь других людей?

Глядя на неумелый контроль над своей ци, бандиты больше склонялись ко второму варианту.

Молодой мастер из большого клана не стал бы использовать такую уродливую одежду вместе с низким уровнем контроля и низким уровнем метода культивирования.

Но Ниу Чанг шел спокойно, не теряя бдительности.

[Поздравляем с увеличением навыка Удар до следующего уровня].

[Поздравляем с увеличением навыка "Шаг падающего листа" до следующего уровня].

[Поздравляем с увеличением навыка "Стремительный шаг" до следующего уровня].

Ниу Чанг повысил уровень владения тремя боевыми навыками, в которых он больше всего нуждался. Он чувствовал, как информация проникает в его разум и тело.

Доли секунды показались ему долгим временем, когда Ню Чанг полностью контролировал свое внимание, его тело уже адаптировалось к боевым навыкам.

Маленький успех, хотя он и называется маленьким, но те, кто достиг этого мастерства, не посмеют его недооценить.

Если бы мастерство можно было разделить на большее количество стадий, то под стадию малого успеха подпадали бы опытный и квалифицированный.

Ниу Чанг хотел повысить уровень владения своим методом культивирования - Энергией Белого Сердца, чтобы эффективнее и легче контролировать свою ци.

Но после того, как произошла неожиданная перемена, Ню Чанг не решился на это. Поэтому он мог сделать только самое лучшее.

[Поздравляю вас с объединением Энергии Трансформации и Энергии Белого Сердца.]

Слияние методов культивации привело к большим изменениям в теле Ню Чэна. Маленькая и незаметная ци Энергии Трансформации внезапно поглотила Энергию Белого Сердца и претерпела качественные изменения.

Люди никогда не будут удовлетворены. Когда они получают что-то хорошее, они хотят чего-то лучшего. Даже получив что-то лучшее, они все равно захотят чего-то еще более совершенного.

Но даже такие совершенные вещи не удовлетворят их, пока они не получат все, что только можно получить.

Исходя из этого, Ниу Чанг также искал лучшую и совершенную технику культивации.

Всеобъемлющую, способную бесконечно расти, а главное - способную развиваться самостоятельно.

Такой метод культивирования, естественно, нужен всем. Поэтому в поисках такого метода культивирования было предпринято бесчисленное множество попыток.

И хотя они не совсем похожи на то, что хотели бы получить их создатели, они, по крайней мере, стали очень полезными для них.

Мантра Предельной Пустоты.

Писание Истинного Происхождения.

Сутра Беспредельных Небес.

Энергия Бесконечного Императора.

И так далее, и тому подобное.

Но все эти техники подходили своему создателю только с лучшей стороны, и, возможно, половина из них была усовершенствована не одним человеком, а усилиями бесчисленных наследников, что позволило этим техникам достичь своей нынешней глубины и высоты.

Как человек, который любил думать и размышлять, благодаря бесконечному количеству повторений и полосканий с небольшими вариациями историй, Ню Чанг также создал свой метод культивации, который мог соперничать с этими техниками, а может, и превзойти их.

Ниу Чанг спрашивал себя. "Какое слово может вместить в себя все в этом мире?"

В его голове возникло множество слов: происхождение, бесконечность, пустота, время-пространство, энергия, материи.

Но Ниу Чанг сосредоточился на слове "трансформация".

С помощью трансформации он мог вместить в себя все в этом мире, от начала и до конца, включая жизнь и смерть, время и пространство, истинное и ложное.

Трансформация не ограничивалась только им самим, он мог превращаться во что угодно, проще говоря.

"Все, что существует в этом мире, постоянно трансформируется, даже то, что не затронуто, не означает, что что-то не может трансформироваться в него".

"Промежуток между началом и концом, круг жизни и смерти, двойственность энергии и материи, классические пространство и время. Я могу объяснить все одним словом! Трансформация!"

Всеобъемлющая, постоянно растущая и бесконечно развивающаяся.

Аура на теле Ниу Чанга превратилась из буйного дракона потопа в разъяренного дракона потопа, который сосредоточился и уставился на бандитов.

"Вот это да! Ню Чанг не мог не почувствовать себя отдохнувшим, когда его ци слилась воедино и обрела контроль над всем.

Не в силах сдержать себя, Ню Чанг быстро вызвал систему. 'Система, объедини все мои методы культивации ци!'

[Хозяину не хватает точки кармы, чтобы объединить все методы культивирования ци].

Ниу Чанг, предвкушавший, как станет сильнее от одной команды, был поражен уведомлением, выданным системой.

От такого удара его сердце успокоилось.

'Система, объединить все методы культивирования ци, кроме Мелкого Зеленого Листа, Теневой Вспышки и Хранителя Зеленого Леса'.

Ниу Чанг отдал команду, оставив только три метода культивации, которые он получил из книг.

[Поздравляем вас с тем, что вы объединили энергию трансформации с двадцатью тремя методами культивирования ци.]

Ци внутри тела Ниу Чанга претерпела еще одну огромную трансформацию. Используя трансформацию в качестве основы, различные методы культивирования объединились, образовав глубокую ци с различными свойствами.

"Спокойно". сказал себе Ниу Чанг, контролируя трансформацию своей ци.

Вице-капитаны и главарь бандитов были удивлены внезапными изменениями в колебаниях ци Ниу Чанга.

Первого изменения было достаточно, чтобы вызвать у них зависть. Они подумали, что Ню Чанг прозрел и продвинулся в своем боевом искусстве.

Прозрение было редкой возможностью для любого мастера боевых искусств. Многие из них искали его далеко и близко, но вряд ли кому-то это удавалось.

Но когда аура Ниу Чанга претерпела второе изменение, и это изменение оказалось лучше предыдущего, они только сильнее разозлились на удачливого Ниу Чанга.

Увидев такого талантливого парня, босс бандитов был заинтригован и решил завербовать Ниу Чанга. Если бы он рассказал кому-нибудь об этом, то никто бы ему не поверил.

"Врожденная божественная сила и талант к боевым искусствам". спокойно сказал главарь бандитов. Его взгляд из свирепого превратился в оценивающий.

"Мальчик. Видя, что у тебя хороший талант и дар, я дам тебе шанс вступить в мою группу". Босс бандитов громко сказал, вливая в голос свою ци.

Ниу Чанг лишь улыбнулся и сказал: "Я подумаю, если ты дашь мне головы четырех человек, которые тебя окружают".

В конце слов он хихикнул.

[Установлена карма с...]

[Установлена карма с...]

[Установлена карма с...]

Три человека направились к нему, и он мог определить источник этих уведомлений, просто почувствовав колебания ауры вокруг людей рядом с боссом бандитов.

Главарь бандитов презрительно сузил глаза. "Похоже, ты переоцениваешь себя".

Больше не было необходимости говорить о чем-то плохом.

Три вице-капитана сделали свои шаги.

Странно, но Ниу Чанг не получил нового уведомления от системы.

'Этот бандитский босс довольно не плох . Я окажу ему несколько услуг, прежде чем отправлю в ад". Ню Чанг сделал мысленную пометку.

Затем его аура вспыхнула во второй раз, став сильнее, чем прежде, после того как он выбрал второй вариант, предложенный системой.

'Не может быть, чтобы эти три человека были второсортными?' Ниу Чанг, естественно, стал более приспособленным к определению силы и сферы противника после использования своей ци без каких-либо ограничений.

Лучший способ научиться - выпустить ци из-под контроля без каких-либо ограничений. Только поняв, где находится предел, можно было внести коррективы.

Три разбойничьих вице-капитана использовали большие клинки.

Их порывы были яростными, как у тигра в лесу или как у дракона в море. Каждое их движение было отточенным, а контроль над ци - тонким.

Но когда они почувствовали, что аура Ниу Чанга стала почти такой же, как у мастера боевых искусств высшей ступени, они насторожились и перестали воспринимать его как маленького ребенка.

Босс бандитов тоже был удивлен: он был всего лишь на поздней стадии второго уровня, ему нужна была лишь возможность прорваться на третий уровень, а затем сделать себе имя.

Этот небольшой лес с тремя деревнями уже не удовлетворял его аппетит.

Его желание завербовать Ниу Чанга снова возросло, но когда на Ниу Чанга нахлынула волнистая, как штормовое море, аура, это его насторожило.

"Если я не могу получить его, значит лучше убить его". Главарь бандитов покачал головой. В его глазах появился красный блеск.

[Установил карму с Янь Танем].

Получив уведомление, Ниу Чанг улыбнулся. Он молча выбрал второй вариант.

Когда его меч столкнулся с клинком Сяо Ба. Его аура снова поднялась.

Меч внезапно покрылся тусклой белой энергией.

Боевые мастера первого уровня умеют собирать и накапливать ци в своем теле. У мастеров второго уровня достаточно ци, чтобы легче было использовать физическое усиление, у мастеров третьего уровня достаточно ци и чистоты, чтобы распространять ци за пределы тела и покрывать ею оружие или части тела.

"Ци меча!" Бандиты были удивлены.

"У этого мальчика не только аура третьего уровня, но и боевые способности третьего уровня?

Сяо Ба был уже слишком близко к Ню Чангу и не мог отступить, потому что если он отступит Ню Чанг воспользовался бы его преимуществом.

Но, к счастью, Сяо Ба был не один, с ним сражались еще два товарища. Сяо Гу решил атаковать Ниу Чанга, чтобы дать Сяо Ба возможность отступить.

Но Ниу Чанг был не промах. Его уровень был близок к пиковой стадии боевых искусств. От его тела исходила бесконечная и мощная ци.

Подумав, он инстинктивно направил свою ци, чтобы прикрыть тело. Даже если бы Сяо Гу напал на него, что может сделать второсортный мастер боевых искусств с его защитой ци?

Движение Ниу Чанга было беспрепятственным, он прорезал клинок Сяо Ба и превратил его в два Сяо Ба.

Из-за разрешенной кармы сила Ню Чэна немного уменьшилась, но его аура все равно была выше, чем у обычного мастера боевых искусств пиковой стадии.

Сердце Янь Тана затрепетало при виде того, как его подчиненный умирает от одной атаки. 'Почему он вдруг стал сильнее? Неужели он скрывает свою силу?

Бесчисленные вопросы роились в его голове.

Два других вице-капитана остановили свое движение. Они предпочли занять оборонительную позицию, а не наступать.

Ниу Чанг никогда не любил тянуть время и вносить неопределенность в битву.

Он атаковал Сяо Гу слева от себя. После того как он повысил уровень владения приемами "Шаг падающего листа" и "Стремительный шаг" до небольшого успеха, ему больше не нужно было прыгать, как обезьяне, и он использовал только преимущества своей высокой ловкости.

В тот момент, когда его левая нога стала опорой для поворота тела, и с легким толчком тело набрало скорость, сокращая расстояние между ним и Сяо Гу.

Сяо Гу стиснул зубы и решил принять удар на себя. Инстинкт мастера боевых искусств подсказывал ему, что бежать нельзя, потому что в этом случае он окажется во власти меча Ню Чанга.

Ню Чанг также экспериментировал со своим новым уровнем культивации. Первая ступень, при максимальном использовании ци он был близок к эксперту пиковой ступени по одной только ауре.

"Это расширение ци к моему оружию неплохо, но было бы лучше, если бы я мог выстрелить ею в сторону врагов". пробормотал про себя Ниу Чанг.

Но сейчас он находился в бою, поэтому мог делать все только в движении. Получилось у него или нет, можно будет узнать в другой раз.

Когда расстояние между Ниу Чангом и Сяо Гу сократилось, Ниу Чанг с силой рубанул мечом, и бушующий вокруг него ветер только усилил его хладнокровие.

Теперь посмотрим на эффект от навыка "Удар".

Когда Ниу Чанг предвидел, единственной целью навыка было убить любой конфликт до того, как он расцветет, превратив ненужное развитие в небытие.

Одно попадание - одно убийство. Не появится вторая форма или вражеское подкрепление, присоединившееся к битве, чтобы переломить ход событий. Больше никакого разочарования от нерешительных действий персонажа, когда маленькая проблема превращается в большую, а большая - в катастрофу.

"Маленький Чанг!"

В доме Янь Тана, главаря бандитов.

Пока трусливый бандит не пришел сообщить о нападении. Янь Тан не спеша занимался похищенными женщинами из окрестных деревень.

Его мускулистое и крупное тело с дополнительной силой третьесортного мастера боевых искусств заставляло тех, кого выбирал Янь Тан, испытывать не радость и удовольствие, а боль.

Женщина под Янь Танем задыхалась от того, что в ее тело вонзалось большое оружие.

"Ух... Кхгхг..."

Послушав, что творится снаружи, Янь Тань потерял настроение и отшвырнул женщину, как мешок с картошкой.

Тело бедняжки разлетелось по комнате, и свет, проникающий в комнату через щели, показал ее покрытую синяками и пурпурными пятнами кожу.

Не только Янь Тань, но и Сяо Гу, и Сяо Ба тоже любят развлекаться, за исключением последнего вице-капитана.

Пока продолжается битва снаружи, женщины, лишившиеся сил, понемногу восстанавливают небольшое количество энергии.

И только когда раздалось "Эй-эй!" Ниу Чанга. одна из женщин навострила уши.

Ниу Бай, сестра Ниу Чанга, пропавшая больше недели назад, на самом деле была похищена этой группой бандитов и использовалась в качестве секс-рабыни днем и ночью.

Ее тело было слабым из-за недоедания, лицо тоже было не слишком хорошим, просто средним. Но при тусклом свете какая разница между красивым и средним?

Ню Бай думала, что у нее галлюцинации из-за бесконечных пыток, но она никогда не забудет озорной голос Ню Чанга.

Поэтому она потащила свое избитое и слабое тело к двери. Хотя до двери было еще далеко, чтобы увидеть, что находится снаружи. Она позвала. "Малышка Чанг!"

На поле боя.

Ниу Чанг удивился: "Эй, этот голос кажется знакомым".

Подождите, не может быть. Проклятая девчонка, неужели у тебя в голове только вода?

Удивленный внезапным зовом сестры, Ниу Чанг слегка замедлил движения. Но этого оказалось достаточно, чтобы Сяо Гу смог уклониться от его меча с ци.

Но это еще не все, Ню Чанг снова стал сосредоточенным и с удовольствием охотился на Сяо Гу.

Янь Тань тоже удивился, когда Ню Бай назвал его Ню Чангом. Как мастер боевых искусств он мог видеть, что у Ню Чанга есть какие-то отношения с этой женщиной. Повернув голову, он увидел, что Ню Бай ползет к двери.

Ее лицо было бледным, в синяках, глаза влажные, губы сухие, волосы неухоженные. Один глаз был закрыт, а второй приоткрыт в маленькой щели.

Янь Тань подошел к Ниу Бай и обхватил ее за шею.

"Кугх..." задыхалась Ниу Бай, когда почувствовала, что ее шею схватила большая и сильная рука.

Из-за слабого тела она не могла сопротивляться, поэтому выглядела как бескостный труп. Она хромает без всякого сопротивления.

Янь Тань посмотрел на нее и вывел наружу. Направил ее лицо на Ниу Чанг. Тяжелым и грубым голосом он спросил: "Ты его знаешь?"

Ниу Бай изо всех сил пыталась вдохнуть хоть немного воздуха, но была беспомощна и ничего не слышала.

Ее тяжелое дыхание только мешало Янь Тану. Из-за этой глупой женщины он начал терять терпение.

Но, видя, как Сяо Ци загоняет Ниу Чанг в угол, Янь Тан сделал свой выбор.

"Остановитесь, или я убью эту женщину!" Благодаря усилению ци его голос прозвучал как гром.

Но его ждало разочарование. Ведь Ниу Чанг не был наивным ребенком и не стремился стать героем.

На его пути к превосходству все могло быть отброшено.

Ниу Чанг мог только винить за такие глупые поступки свою сестру. Он был бы не против помочь ей позже, но сейчас она сама прыгнула в ад. Она могла винить только себя.

Звяк.

Атака Ниу Чанга была успешной, его меч с ци-покрытием прорезал лезвие Сяо Гу, как масло горячий нож. Ню Чанг разрубил Сяо Гу от плеча до бедер, превратив его в двух Сяо Гу.

"Мальчик! Остановись!" Янь Тань разозлился и усилил хватку на шее Ниу Бай.

Ниу Чанг не стал обращать внимания на детские угрозы Янь Таня. Он нацелился прямо на последнего вице-капитана.

Вице-капитан мог встретить свою гибель, лишь стиснув зубы.

Его могли зарезать либо спереди, либо сзади.

"Почему? Почему этот сумасшедший пришел на их базу?" Вице-капитан был не уверен в себе, он бросил взгляд на женщину на руке Янь Тана.

Затем снова перевел взгляд на Ниу Чанга, который злобно ухмылялся. "Ты вынуждаешь меня к этому!"

Вице-капитан выплеснул всю свою силу. Неконтролируемая ци вытекала из его тела и создавала ветер.

Но по сравнению с неумолимым ветром Ниу Чанга его сила была слишком мала и не заслуживала внимания.

Янь Тань успокоился, увидев, что Ню Чанг действительно не заботится о женщине в его руках. Неужели я ошибся?

Этот мальчик притворяется, что ему все равно, лишь бы обмануть меня? Янь Тан рассматривал эту возможность. Он ясно видел, как Ниу Чанг отреагировал на зов этой женщины.

Затем он схватил Ниу Бай за правый локоть и вывихнул его.

"АААААААА..." Ниу Бай внезапно пришла в себя от того, что ей раздробили правый локоть, и закричала.

Янь Тань внимательно следил за реакцией Ниу Чанг.

Нет.

Ниу Чанг радостно играл, нанося колющие и рубящие удары, прыгая и пинаясь.

Янь Тань начал сомневаться в своем жизненном опыте. Но прежде чем он придумал ответ, он увидел, как Ню Чанг разрубил последнего вице-капитана на две части.

Зарубив последнего вице-капитана, Ню Чанг встал на прежнее место и начал разминать руки.

Но при этом не мог не зевнуть, его взгляд был прикован к Янь Тану. Он уже думал, что Ниу Бай мертва.

Это был хороший зевок на целых две секунды.

Оба находились в напряжении. Ниу Чанг был расслаблен и с доброй улыбкой на лице, а Янь Тан, напротив, был напряжен всем телом, его глаза были похожи на глаза хищника, наблюдающего за своей жертвой.

"Почему так..." Ниу Чанг хотел закончить фразу, но тут же остановился.

Ню Чанг хотел показать не психопата, которому плевать на жизнь и смерть, а образ прохожего и зрителя, не имеющего никакой связи с этим миром.

Несдержанного и безразличного. Поскольку я всего лишь прохожий, то, естественно, не хочу влиять на ход пьесы своими действиями или словами. Так что, естественно, быть добрым и сострадательным не привлечет слишком много внимания, как, например, быть загадочным молчуном или высокопоставленным молодым мастером.

[Приобретены очки кармы...]

[Приобретены очки кармы...]

Наблюдая за тем, как всплывает система, а его силы слегка падают, Ниу Чанг вспомнил, что, должно быть, несколько обычных бандитов уже встретили свой конец.

С тех пор как он увидел подсказку системы, он вспомнил прекрасное ощущение от использования боевых навыков, особенно навыков движения.

Шаг Падающего Листа был слишком хорош в ближнем бою, но он был слишком мягким и не обладал взрывной силой, чтобы застать врага врасплох. В то время как Стремительный шаг был слишком сильным и линейным, ему не хватало гибкости и он был слишком жестким.

'Система, объединить Шаг Падающего Листа с Быстрым Шагом'.

[Слияние Шага Падающего Листа с Быстрым Шагом требует 635 очков кармы].

Не глядя на свои данные, Ниу Чанг подтвердил команду.

[Поздравляем с объединением Шага Падающего Листа с Быстрым Шагом].

Ню Чанг не стал смотреть на систему, чтобы узнать, какое название она будет иметь, он наслаждался внезапным осознанием того, как исправить недостатки каждой техники.

Слияние двух навыков передвижения было очень полезным. Столкновение мыслей позволило Ниу Чангу понять, как лучше использовать этот новый навык движения. Он даже смутно чувствовал, что сможет превратить этот смертный боевой навык в настоящий боевой навык, использующий и применяющий ци.

Когда Ниу Чанг думал о том, как повысить этот новый боевой навык до малого успеха. Он увидел, как Янь Тан нарушил молчание.

"Думаешь, сможешь меня обмануть?" Янь Тань презрительно усмехнулся, повалил Ниу Бай на землю и выхватил свой клинок. Не дожидаясь ответа Ниу Чанга, он ударил Ниу Бай ножом в живот.

Ее обнаженный живот тут же залило кровью. Она была уже слишком слаба, у нее больше не было ни сил, ни умственной энергии, чтобы осознавать свое тело и окружающую обстановку. Боль от ножевого ранения затуманивала сознание.

Ниу Чанг не дрогнул и медленно подошел к Янь Тань. Его глаза не отрывались от него, как бы говоря: "Продолжай, не останавливайся".

С его маленькой доброй улыбкой каждый шаг Ню Чэна словно тяжелый валун обрушивался на тело Янь Тань.

Янь Тань с самого начала чувствовал, что что-то не так, но его тщеславие главаря бандитов не позволяло обращать на это внимания. Но теперь каждый раз, когда Ниу Чанг делал шаг навстречу, его воля и тщеславие разрушались и медленно сменялись страхом.

"Ты веришь, что я не осмелюсь? Я убью эту суку!" Янь Тань был неумолим и боролся с неприятными ощущениями в сердце одной лишь решимостью.

Ниу Чанг продолжал идти, никак не реагируя, и на его лице все так же сияла легкая добрая улыбка. Не слишком поверхностная, но с небольшой долей сострадания.

"Ты смеешь?" Ниу Чанг открыл рот и тихо произнес.

Но его шаги не прекращались.

Янь Тань стиснул зубы, его лицо было ярко-красным, как у вареного омара, мышцы напряжены, бисеринки пота медленно катились по спине, пропитывая одежду, а глаза налились кровью, гранича с безумием.

В конце концов Янь Тань был побежден Ниу Чангом. Ню Чанг уже давно перестал активировать свою безжалостную и хаотичную ауру после того, как покончил с последним вице-капитаном, теперь он был похож на обычного десятилетнего ребенка.

Но его присутствие в сердце Янь Таня было тяжелее горы и грандиознее небес.

Ниу Чанг остановился в трех шагах от Янь Таня, единственное, что мешало Ниу Чангу продвигаться дальше, - его сестра Ниу Бай, лежавшая на земле без движения.

Впившись глазами в глаза Янь Таня, он тихо спросил. "Ты не собираешься убить ее?"

Янь Тань в душе уже отказался от борьбы и слабым голосом сказал: "Разве она не твоя сестра?"

Улыбка Ниу Чанга стала еще шире: "Почему бы тебе не погадать?"

Повседневная жизнь семьи Ниу в деревне Желтой почвы была обыденной и очень жалкой.

Ниу Бай целыми днями трудилась не покладая рук, лишь бы ее единственный член семьи мог набить свой желудок. Она работала на поле, а также помогала другим, чтобы на столе было больше еды.

Она была рада, что ее брат оказался очень умным. Под руководством других жителей деревни он без проблем научился писать и читать.

Естественно, расплачиваться за обучение пришлось Ниу Бай.

Об этом знал и Ниу Чанг, который лишь однажды сказал сестре, что хочет научиться читать и писать.

Сестра лишь улыбнулась ему: "Я попробую".

Она сказала это только на первый взгляд, но уже на следующий день она стала обращаться к жителям деревни, владеющим грамотой с просьбой обучить Ниу Чэна.

К счастью, один из жителей согласился.

Ниу Чанг знал о трудностях своей сестры. Но он не принимал это близко к сердцу.

Система наблюдала за всем этим в своем скрытом пространстве и была разгневана и разочарована.

"Этот ублюдок действительно считает, что это была жалость? Если ты жалеешь свою сестру, то не должен ли ты помочь ей больше, чтобы уменьшить ее бремя?"

Но когда система прочитала сердце Ниу Чанга она разозлилась еще больше бесконечно проклинать Ню Чанга.

"Что это за человек? Можно ли вообще назвать его человеком с таким сердцем?"

Система поняла, что Ню Чанг жалеет свою сестру.

"Почему ты так много работаешь? Зачем ты работаешь больше, чтобы заработать на чуть более вкусную еду, в которой нет никакой разницы? Это просто еда."

Если бы я был действительно бессердечным, я бы уже сказал ей бросить все и искать свою собственную жизнь. Но, глядя на ее улыбку и на то, что мне все еще нужен кто-то, кто сделает работу за меня, я не могу этого сказать.

Глупые люди не обладают низким интеллектом, просто они слишком наивны. В такой наивности и заключалась истинная ценность человечества.

Но как в этом мире может цениться наивность? Но лучше быть мертвым, чем жить такой жизнью.

После того как он еще два раза сказал сестре, чтобы она не слишком беспокоилась об обыденных вещах, он больше не обращал на нее внимания.

Я и так сделал все, что мог. Это всё её человеческая природа, слишком привязанная к своим эмоциям, что доставит ей боль.

Если бы не тот факт, что мне все еще нужно место для роста, я бы сам убил ее, чтобы прекратить ее страдания. Жизнь в этом мире принесет лишь еще больше боли".

. . .

Наступила тишина, в которой было слышно, как падает булавка.

Янь Тань все еще не мог осознать происходящее.

Его разум на мгновение помутился, прежде чем он наконец понял слова Ниу Чанга. Он не мог не высказаться. "Она действительно не твоя сестра?"

"Так ты собираешься убить ее или нет?" мягко сказал Ниу Чанг.

Лежа на земле, полубессознательная Ниу Бай услышала голос брата.

Ей всегда было больно, когда она слышала подобный тон от Ниу Чанга. Его голос был слишком мягким, полным тепла, заботы и сострадания.

"Как такой добрый человек, как мой брат, может прожить такую жизнь? Как он выживет в этом мире с такой добротой?"

На самом деле Ниу Бай была не такой уж и глупой, она обладала средним интеллектом и умела улавливать скрытые смыслы в поверхностных вещах.

Хотя она не могла разглядеть истинную природу своего младшего брата, что было для нее невозможно, так как истинная природа Ниу Чанга и так была проста. Зато она смогла узнать о скрытой природе других жителей деревни.

Дядя Чжан, который казался добрым к ее семье, на самом деле имел скрытые намерения. Она не знала, что именно задумал дядя Чжан, поэтому могла лишь притворяться невеждой.

Старики в деревне всегда смотрели на нее голодными глазами, скрывая свои улыбки. Но только ее младший брат показал ей, что такое настоящая доброта.

Поэтому, когда она услышала от брата, что ей больше не нужно много работать и жить скромно, она почувствовала себя виноватой.

"Почему именно в этой семье я должен был родиться? И в этом мире?"

"Ч-Ча-.... нг".

В полубессознательном состоянии Ниу Бай видела сон. Во сне она все еще находилась в том маленьком и разбитом доме.

Она наблюдала за своим младшим братом, который молчал и делал безмятежное выражение лица, словно его не волновало окружающее.

Ниу Бай сидела на другом конце комнаты и с улыбкой наблюдала за действиями брата.

"Кого ты собираешься обмануть таким поведением?" - хихикнула Ниу Бай. Она не хотела разрушать доверие к игре младшего брата.

"Посторонние могут считать тебя скучным и медлительным ребенком, но ты не сможешь скрыть от меня свою истинную сущность. В конце концов, я же твоя старшая сестра".

Ниу Бай была сонной и ее сознание слегка затуманено. Ниу Чанг смотрел на нее безразличным, но искренним взглядом, его губы шевелились, словно говоря ей что-то.

"Чан... Нг."

В полубессознательном состоянии Ниу Бай выкрикнула имя Ниу Чанга.

"Маленький Чанг? Маленький Чанг?!Маленький Чанг!" Ниу Бай продолжала звать брата, расстояние между ними составляло всего несколько метров, но казалось, что это целый мир, и даже более того, ее младший брат находился в другом конце комнаты.

Сцена перед ней медленно исчезала, зрение медленно заполнялось туманом.

"Маленький Чанг! Подожди там, я приду. Сохраняй спокойствие и жди меня!" Ее действиями руководил инстинкт старшей сестры. Ее охватила паника.

Она почувствовала, как расстояние между ней и Ниу Чанг стремительно увеличивается. Туман медленно превращался из серого в черный.

Но она продолжала смотреть на эту маленькую фигурку, одиноко стоящую и смотрящую на нее своим безразличным взглядом.

Перед ней на сцене смешались сон и явь. Ниу Бай увидела, что ее младший брат действительно находится на ее стороне, стоит и не замечает ее взгляда.

Он был тем самым Маленьким Чангом, которого она знала, - теплым и добрым ребенком, который теперь стоял рядом с ней и смотрел прямо перед собой.

Из последних сил она радовалась, что ее младший брат в безопасности и все такой же.

Реальность и сон слились воедино. Туман медленно рассеялся, и она увидела, что Ниу Чанг идет среди тумана к ней, но не двигается с ее стороны.

Она увидела, что взгляд Ню Чанга изменился. Взгляды обоих Ниу Чангов пересеклись, их глаза были одинаково холодными и безразличными, но Ниу Бай знала, что за этими парами глаз Ниу Чанг все еще заботится о ней.

"Жаль", - одновременно сказали оба Ниу Чанга.

Ниу Бай почувствовала, как что-то тянет ее за спину. Словно бесчисленные невидимые руки, разные по размеру и длине.

Ню Бай хотела сказать ему многое, но сила притяжения увеличивалась в геометрической прогрессии.

'Не спи слишком долго!'

У Ниу Чанга была привычка не спать на кровати, словно он пытался сделать революционное открытие.

'Не ешь слишком быстро!'

У Ниу Чанга была привычка поглощать пищу как ни в чем не бывало. Вкус не беспокоил его язык, и все, что его заботило, - это наполнить желудок.

'Просыпайся рано!'

Ню Чанг крепко спал, и просыпался рано утром, только если его кто-то будил.

'Уделите внимание своему внешнему виду!'

Ниу Чанг совершенно не заботился о своем внешнем виде. Одежда и волосы были в беспорядке, но пока они выполняли свою работу и не мешали ему, он не обращал на них внимания.

В голове Ниу Бай всплыли бесчисленные образы дурной привычки Ниу Чанга. Ей, как старшей сестре Ниу Чанга, еще многое предстоит сделать, но времени у них слишком мало.

Я хочу увидеть, как он вырастет красивым юношей. Я хочу увидеть, как он откроет свое сердце любимой. Я хочу, чтобы....".

Но в конце концов она решила утешить своего младшего брата.

"Не жалей меня!" Тягучая сила уже охватила все ее тело и медленно поглощала ее в бесконечную тьму.

Ниу Чанг увидел, что глаза его сестры открыты, в мутных глазах больше не было света. Ее губы слегка приоткрылись, но в этот момент она испустила последний вздох.

Не в силах вымолвить ни слова. Она смогла лишь тихо произнести. "Н....."

Янь Тань видел эту безмолвную сцену, которая произошла менее чем за два вдоха. Ню Чанг перевел взгляд на женщину, лежащую на земле, и промолвил несколько слов.

Увидев, что Ню Чанг не шелохнулся, тяжелая атмосфера вокруг них мгновенно изменилась. Ню Чанг вернулся к своему спокойному лицу с доброй улыбкой.

"Хорошо, что тебя больше нет. Больше не нужно будет трудиться над твоим изломанным телом под ярким солнцем и холодной ночью. Раз уж в конце жизни ты все еще хранишь меня в своем сердце, то я буду чтить твою память. Обещаю, что, когда я достигну вершины, я позволю тебе начать новую, лучшую жизнь. Где твои родители будут живы, а твой возлюбленный Ниу Чанг откроет для тебя свое сердце".

Как бы ни был Ниу Чанг невежественен в отношении своего окружения. Он знал, что сестра воспринимает его как человека, который слишком хорош, чтобы жить в этом мире.

"Она скончалась". тихо сказал Ниу Чанг. В нем не было никаких изменений.

Сердце Янь Тана сейчас бурно билось. Он боялся, боялся самого себя.

Он перестал быть второсортным мастером боевых искусств и главарем группы бандитов.

Прежде чем Янь Тань успел произнести хоть одно слово. Он увидел, как Ниу Чанг стремительно удаляется, так быстро, что не успел разглядеть, что произошло.

Аура не вырывалась наружу.

Придя в себя, он понял, что лежит на спине. Вдруг он почувствовал жжение в ногах.

Он поднял голову и увидел, что его нога исчезла.

Но Янь Тань не закричал, эта боль была пустяком для него, страдавшего после тренировок до сих пор. Его глаза неуверенно смотрели на Ниу Чанга.

Затем он увидел, что Ниу Чанг оставляет его одного.

Ню Чанг подошел к трусливому бандиту, который изо всех сил старался скрыть свое присутствие за дверной рамой.

"Отпустите меня, молодой господин!" Голос у разбойника был резкий и очень высокий. Он стоял на коленях на земле, подперев голову рукой и склонив голову.

Но он не мог бежать, его парализовал страх.

"Не бойся". тихо сказал Ниу Чанг.

Он подошел к бандиту и оторвал ему левую руку.

"АААААА..." Бандит закричал во всю мощь своих легких.

"Пожалуйста, пощадите меня". Разбойник изо всех сил пытался молить о пощаде, его глаза были мокрыми, из них текли слезы.

"Не бойся". мягко сказал Ниу Чанг.

Затем он схватил другую руку и оторвал ее.

"Сп... пощадите меня! Пожалуйста". Бандит говорил с трудом. Он уже давно отдал свою судьбу в руки Ню Чанга.

Ниу Чанг на мгновение остановился, его глаза вспыхнули холодным светом.

Но затем он мягко сказал: "Не бойся".

Ниу Чанг, находившийся в своей первой жизни, счастливо сидел на диване в позе, разгибающей спину. Он читал мангу на своем телефоне, но вдруг его лицо похолодело.

Перед его глазами возникли образы и сюжет, где главный герой переживал трагедию из-за того, что был слишком наивен и нерешителен.

В его сердце запылал гнев, в душе зародился убийственный замысел, и он захотел расправиться с автором этой истории.

Ниу Чанг выключил телефон и отбросил его в сторону.

"Почему главный герой так глуп?"

"Если бы он с самого начала использовал свой конечный прием и убил врага одним чистым движением, такого глупого развития событий не произошло бы".

"Если бы только эта тупая сука не была такой тупой. Прибегает на поле боя без всякой подготовки и останавливает главного героя, произнося кучу высокоморальных речей."

"О, черт, я хочу убить автора этой истории!"

Через некоторое время он, казалось, забыл о своей ненависти и продолжил читать мангу.

Главный герой даже ничему не научился и совершил те же ошибки еще три раза. Но раз это была "история", то, естественно, конец был хорошим. Главный герой возродил своих союзников и даже до самого конца так ничему и не научился.

"Зачем я вообще потрудился прочитать такую историю?"

"Если бы только я был тем, кто перевоплотился, тогда бы я создал историю, которая не заставила бы мое сердце раздражаться".

. . .

Легкое волнение в сердце Ниу Чанга уже давно прошло. Теперь он снова стал прежним.

Причина, по которой он сейчас играл, заключалась в двух причинах. Первая - проверить систему.

Система давала ему бафф неуязвимости, но каков предел его действий?

Ограничивается ли он мгновенным убийством врага или может сначала поиграть с ним?

Вторая причина заключалась в том, что он внезапно прояснил сознание и понял, что находится в убежище бандитов. Перед ним стоял бандит, совершивший множество злодеяний. Как такой человек может умереть хорошей смертью?

Поскольку он уже установил карму с Ниу Чангом, то, естественно, должен был заплатить в этой жизни за каждый совершенный им поступок.

Это не было вызвано завистью.

Не то чтобы Ниу Чанг не мог совершать злые поступки, потому что боялся, что система преподнесет ему большой сюрприз из-за активного поиска проблем с другими.

Очевидно, не из-за этого.

Услышав те же слова и не изменившись в лице Ню Чанга. Трусливый бандит облегченно вздохнул и обмочил пол.

Ниу Чанг, который уже собирался оторвать бандиту левую ногу, внезапно потерял к нему интерес.

"Я планировал хорошо с тобой обойтись, но зачем тебе злить меня, если у меня нет к тебе вражды? Разве ты не знаешь, что я делаю это для твоего блага? Я даю тебе заслуженное наказание, чтобы, когда ты окажешься в аду, наказание, которое ты получишь, было менее болезненным". тихо сказал Ниу Чанг, поднимая меч.

Естественно, то, что сказал Ню Чанг, было чушью и частью его образа доброго и сострадательного человека. Что касается ада, то Ню Чанг не думал, что в этом мире существуют такие вещи.

Когда трусливый бандит впервые увидел, что Ню Чанг остановился, он обрадовался, и его лицо вновь обрело цвет. Потом он услышал, как Ню Чанг произнес несколько утешительных слов, и подумал, что Ню Чанг говорит правду, но все равно ему стало страшно.

"Мне плевать на ад, я не хочу умирать!

Его лицо побледнело, когда он увидел, что Ню Чанг поднял меч.

Не успел он ничего сказать, как увидел, что Ню Чанг жестом приказывает ему замолчать.

"Пл... Хиииикккк... Нееееееееет".

Его взгляд был прикован к мечу, скорость которого была достаточно медленной, чтобы он мог уклониться. Но он не мог, он все еще цеплялся за ложную надежду, заблуждение, порожденное отчаянием.

Ниу Чанг мобилизовал свою ци, чтобы влить ее в меч. Прежние ци мечей ему не нравились, они были грубыми, зависящими только от его бесконечного запаса ци.

Больше всего Ниу Чанг любил простоту и практичность. Поэтому умение владеть мечом было для него просто необходимо.

Однако в любом случае, в какой бы ситуации он ни оказался, его не будет. Он не станет активно вызывать систему и получать наказание.

Вместо этого каждый его бой будет наполнен силой, достаточной для того, чтобы внушить противнику отвращение до мозга костей.

Тусклый белый свет окутывал меч, он мягко колебался на его поверхности. То мерцая, как пламя, то дыша, как ветер.

'Первоклассный мастер боевых искусств весьма силен. Такой уровень чистоты просто безумен, да еще и огромный скачок в количестве. Не знаю, как насчет других методов культивации, но моя Ци Трансформации пока вполне пригодна".

Меч опустился на плечо трусливого бандита.

Глядя на все еще умоляющего трусливого бандита, Ниу Чанг почувствовал, как его задевают эмоции.

"Вздох". Он не мог не разбить свой образ. Почему ты так дорожишь своей жизнью? Почему ты не раскаиваешься? Почему ты такой слабохарактерный и отдаешь свою судьбу в чужие руки? Как бы мне ни было неприятно испытывать бесполезные эмоции. Я просто не могу не ненавидеть нерешительных и слабых людей".

Ниу Чанг покачал головой, и легкое изменение в его сердце исчезло. "Не бойся, ведь ты умоляешь о жизни. Естественно, я даю тебе шанс, помоги мне в тренировках, и если ты выдержишь, я отпущу тебя".

Увидев дьявольски добрую улыбку Ниу Чанга, трусливый бандит обрел еще одну надежду, услышав его слова.

"Правда?" робко спросил он, но его глаза избегали меча в руке Ню Чанга.

"Естественно". честно ответил Ню Чанг.

Как бы я ни ненавидел таких, как он, но мне также нравятся люди, которые борются и пытаются выжить даже ценой потери всего, и смерть будет для них лучшим выбором.

Если он выдержит мои тренировки с мечом ци, я отрублю ему ноги, вырву язык, заберу уши и один глаз, нос тоже не пощажу. Я хочу увидеть, изменится ли он? Будет ли он сожалеть о таком решении? Какую решимость он обретет, пережив все это? Не в этом ли истинный смысл жизни? Только столкнувшись с холодной и жесткой правдой мира, ты сможешь возмутиться своей слабостью и попытаться освободиться от цепей судьбы.

"Я хочу видеть. Покажи мне чудо, как тот человек".

Глаза Ниу Чанга были полны ожидания и доброты. Он больше не воспринимал этого человека как грязную канализационную крысу. Он воспринимал его как кандидата, который может стать настоящим противником судьбы.

Он хотел иметь друга с таким же складом ума, как у него.

"Теперь, мой друг. Следуй за мной в великий путь к превосходству". Слова упали, и меч начал движение вниз.

С холодными и безэмоциональными глазами Ниу Чанг сосредоточился на ощущении изменений и контроле над своей ци меча. Не обращая внимания на все мучительные звуки, издаваемые трусливым бандитом.

К сожалению, конца этому туннелю не было. Никакая надежда не была слишком великой и хорошей.

Ци меча колебалась, следуя контролю Ниу Чанга. Постепенно они равномерно распределялись и приобретали расплывчатые очертания, а не текли, как течет вода.

Когда Ниу Чанг пришел в себя, то увидел, что его меч уже давно перешел на другую сторону, а верхняя половина трусливого бандита уже упала на землю. Его глаза все еще молили о пощаде.

"Печально. Тебе не суждено познать дао, мой друг".

Ниу Чанг повернулся и направился к боссу бандитов.

Он увидел, что Янь Тан пытается убежать, волоча за собой свое тело. Янь Тан, будучи экспертом второго уровня, смог остановить кровотечение на ногах.

Наблюдая за этой сценой, Ниу Чанг подумал, что его сила атаки слишком слаба.

У моей атаки должно быть послевкусие, что бы ни делал мой враг, он не сможет закрыть свои раны. Кровь должна вытечь, плоть - сгнить, кость - разложиться, а дао - рассеяться.

Стоя спиной к Ниу Чангу, Янь Тань почувствовал, как взгляд упал на его спину. Он стиснул зубы, чтобы не обернуться, и продолжил ползти.

Его сердце наполнилось сожалением.

Если бы я вместе с подчиненными загнал этого парня в угол, возможно, у нас был бы шанс выжить!

Шаг.

Ниу Чанг больше не контролировал свои шаги, чтобы не шуметь, он позволял Янь Тану слышать их четко и медленно.

Это тоже хорошая игра. Он - полная противоположность предыдущему бандиту. Он решил держать жизнь и смерть в своих руках, как и полагается мастеру боевых искусств, тщеславие которого выше небес и глубже земли.

Невозмутимо шагая, Ниу Чанг окинул взглядом дом. Острый нюх мастера боевых искусств позволил ему почувствовать слабое давление.

Комната была плохо освещена, лишь небольшой солнечный свет, проникающий через щель, усиливал обстановку внутри.

"Пять". Ниу Чанг подсчитал количество людей в комнате. Все они держались за свою жизнь.

"Выходите". тихо сказал Ниу Чанг.

Его глаза засияли, а уголок губ медленно приподнялся. Он придумал, как провести еще один хороший эксперимент.

Но никто не вышел из комнаты.

Шаг.

Ниу Чанг подошел к Янь Тану.

Без лишних слов Ниу Чанг топнул по локтям и плечам Янь Тана, чтобы сломать их. Опустив тело, он потащил его обратно в дом.

Он бросил Янь Таня перед дверью и вошел в комнату. Там он увидел, в каком плачевном состоянии находятся похищенные женщины, которых бандиты использовали в качестве игрушек.

Ниу Чанг подошел к ближайшей из них. Осторожно придерживая ее обнаженное тело, Ниу Чанг перенес ее к входу рядом с главарем бандитов.

Затем он вернулся, чтобы перенести еще одну, и так перенес всех секс-рабынь к входу.

Теперь, когда появился свет, Ню Чанг полностью разглядел этих женщин. Три взрослых и два подростка. Все они имели среднюю внешность, за исключением одной из девочек-подростков.

У нее было неплохое лицо, ясные и большие глаза, длинные брови и милые губы. Но все эти черты почти исчезли из-за чрезмерного использования бандитами.

"Не надо бояться. Я здесь, чтобы помочь вам. Как видите, перед вами стоит человек, которого вы должны запомнить глубоко в своем сердце. Я хочу, чтобы он понес заслуженное наказание".

Когда он закончил говорить, испуганное и растерянное выражение на лицах женщин внезапно сменилось свирепым и полным ненависти.

Им не нужно было спрашивать, правда это или нет. Их совсем не трогал добрый образ Ниу Чанга. Все, что их волновало, - это лежащий на земле без сил Янь Тан.

'Поскольку эта система глубоко связана с кармой. Она дает мне награду, когда я наказываю зло, так не должна ли она вознаграждать меня и за добрые дела?

Ниу Чанг был полон ожиданий и вызвал систему.

[Ведущий : Ниу Чанг].

[Очки кармы : 4127.]

[Культивирование : Ци - третий уровень, Тело - третий уровень].

[Навыки : Кендо, Удар, Быстрый шаг листьев. Еще.]

'Так много?' Ниу Чанг почувствовал себя нереальным, когда увидел, что количество очков кармы достигло нескольких тысяч. 'Эй-эй, не слишком ли быстрое развитие? А как же насильственное ограничение, наложенное автором, чтобы затянуть сюжет?

Обычно, когда у главного героя происходит первое важное событие. Автор каким-то образом изменяет его достижения, чтобы не позволить главному герою расти слишком быстро".

Ниу Чанг только посмеялся в душе. Он действительно не мог не думать о тех историях, которые читал в своей первой жизни, и не сравнивать их с этими.

Затем он попросил систему показать журнал активности.

[Получено очков кармы 574]

[Получено очко кармы 662]

[Получено очко кармы 809]

[Полученная точка кармы 344]

[Полученная точка кармы 475]

[Полученная точка кармы 782]

'Стоимость каждого бандита немного различается. Некоторые из них достигали девятисот, а самые низкие - трехсот. В среднем они давали шестьсот очков кармы за решенную карму".

Ниу Чанг не мог не догадываться. Критерии, используемые системой, должны были быть связаны с жизнями, унесенными бандитом, и ненавистью, которую он собирал в результате своих действий.

Первый критерий был очевиден. Если бандит убьет кого-то, то, естественно, получит карму. Единственная проблема - сколько кармы набирается за счет убийства других?

Если бандит убьет младенца, у которого нет никакой кармы, кроме кармы его родителей. Будет ли у него такая же карма, как у взрослого человека?

Тогда влияют ли добрые дела, совершенные человеком, на его ценность?

Вторым критерием было то, что карма переплеталась со всем. Маленькая лужа может привести к падению кареты. Ограбление кого-либо заставит его изменить свои действия, что в конечном итоге отразится и на окружающих.

Вспомнив, сколько у него очков кармы, Ниу Чанг вернулся к группе людей перед ним.

Слабые и безобидные женщины внезапно превратились в сумасшедших ведьм.

Но ни одна из них не сделала ни одного движения, и Ниу Чанг был озадачен. Похоже, ментальная тень, оставленная бандитами, слишком глубока и влияет на их тело.

"Если вы запутались, я могу дать вам хороший совет". Мягкий голос Ниу Чанга вывел разгневанных ведьм из состояния нерешительности.

"Хотите ли вы убить его сразу или будете доставлять ему боль до самого конца жизни?"

Ниу Чанг остановился. Как зритель он, естественно, должен был наблюдать за всем от начала и до конца, а как прохожий - давать советы, но не предпринимать никаких действий самостоятельно.

После минутного молчания одна из взрослых женщин открыла рот. "Боль".

Ее голос был хриплым и звучал так, что от него мог заплакать любой ребенок.

Неприкрытая ненависть была очень явной.

"Хорошо, я предлагаю надеть на него повязку и заткнуть уши чем-нибудь. Благодаря этому его остальные органы чувств будут усилены благодаря защитному механизму человеческого тела".

Глаза и уши были основными рецепторами, которыми пользовались люди. Когда эти органы чувств блокируются, а именно зрение и слух, организм естественным образом усиливает другие чувства, чтобы защититься от неизвестных угроз.

Ниу Чанг не знал многого о человеческом теле, но он помнил несколько банальных фактов, которые вызвали его интерес.

"После этого вы можете начать свою вечеринку. Вы можете отрезать ему уши по частям, уничтожить один за другим пальцы, содрать с него живьем кожу, затем сделать небольшие и неглубокие надрезы на его гениталиях, и, наконец, самое лучшее. Вы можете найти хорошую деревяшку, не слишком большую и не слишком длинную, вставить ее в его анус и протолкнуть глубоко внутрь, не нужно быть слишком сильным, как только она войдет в тело, легкого движения будет достаточно, чтобы стимулировать боль."

"Также не задевайте жизненно важные точки, чтобы сохранить ему жизнь как можно дольше".

"Перед тем как наложить повязку, положите ему в глаза немного грязи, чтобы глаза не вытекли".

Ниу Чанг изо всех сил старался обеспечить Янь Тану самое роскошное обращение. Это была мысленная заметка, которую Ниу Чанг сделал не так давно. Сделать ему хороший подарок.

Услышав совет Ниу Чанга, женщины были удивлены и ошеломлены. Их обнаженное тело слегка дрожало от страха, и они неосознанно избегали взгляда доброго и нежного мальчика, стоящего перед ними.

Затем Ниу Чанг и группа обнаженных ведьм начали поздравлять Янь Тана с лучшим днем в его жизни.

Горсть земли без всякой нежности шлепнули ему в глаза, а затем завязали глаза.

Его уши были забиты мокрой землей, на которую плевали ведьмы. Рот забили грязной одеждой, свернутой в шар, чтобы он не смог откусить себе язык.

Ниу Чанг принес несколько железных инструментов, которые ведьмы могли использовать как молоток, чтобы уничтожить все его пальцы.

Рядом с его задницей положили деревяшку чуть большего размера с шероховатой поверхностью.

Затем началось лечение.

Приглушенные звуки были единственным, что менялось все это время.

Звук вбиваемого железного инструмента, ножа, разрезающего кожу и плоть, и лязгающий звук, издаваемый ногой о дерево.

Поначалу ведьмы были неопытны и не старались выкладываться на полную катушку, но после напоминания Ниу Чанга они стали потихоньку экономить свое время.

Они также регулярно меняются друг с другом постами. Самой любимой, естественно, является та, что занимается мужским достоинством Янь Тана и пинает деревянный брусок.

Бледные и безнадежные лица ведьм постепенно сменялись радостными.

Затем они начали хихикать и переговариваться друг с другом.

Ниу Чанг молча наблюдал за всем этим со своей спокойной и доброй улыбкой. Сама служба не слишком привлекала его внимание, но изменения, происходящие с женщинами, доставляли ему некоторое удовольствие.

Его больше интересовало, как люди меняются от обыденности и следуют своему сердцу в хорошем смысле этого слова.

Под "хорошим способом" здесь подразумевались личные предпочтения, поскольку Ниу Чанг не любил наблюдать за теми, кто слишком потакает своим чувствам. Молодые мастера, выставляющие напоказ свое происхождение, цари и боги с их претенциозностью и ханжеством.

Прошло совсем немного времени, и Янь Тань погрузился в радость, вызванную лечением. Выносливость второсортного мастера боевых искусств была достойна восхищения, ведь он смог продержаться так долго.

[Получено 1788 очков кармы].

Женщины поняли, что Янь Тан больше не отвечает им, и даже попытались посильнее ударить по дереву, чтобы проверить, притворяется он или нет.

Радостная атмосфера внезапно прекратилась и сменилась жуткой тишиной.

Женщины с более живым цветом лица обратили свои взоры на Ниу Чанга. Они не решались ничего сказать, для них этот маленький ребенок был страшнее бандитов. Бандиты, по крайней мере, использовали их только как забаву, а этот мальчишка относился к окружающим слишком по-разбойничьи.

Видя нерешительность и страх в их глазах, Ниу Чанг мягко сказал. "Не бойтесь".

К счастью, этот шумный и трусливый уже ушел.

Но женщины все еще боялись говорить.

"Я предлагаю вам на выбор два варианта", - Ниу Чанг остановился на середине своей речи, чтобы дать женщинам настроиться на нужный лад. "Первый - раз и навсегда покончить с этим несчастьем, второй - продолжать жить в этом мире".

Это был редкий шанс для Ниу Чанга. Он уже убедился, что добрые дела не приносят ему очков кармы.

Поэтому он задумался о том, сколько очков кармы дадут ему обычные люди. Поскольку он не мог предпринять никаких агрессивных действий, эти жалкие и хрупкие женщины, стоящие перед ним, были лучшими подданными.

Самки были шокированы первым вариантом, но, услышав второй, облегченно вздохнули.

Они выглядели противоречиво. Часть из них хотела отказаться от этой суровой жизни, а другая половина боялась смерти.

Забавно, что никто из них не стремился к надежде на лучшую жизнь, их единственной причиной оставаться в живых были страх и беспомощность.

"Я... я не могу больше жить". Первой заговорила самая привлекательная девушка среди них. Похоже, ее внешность была предметом ее гордости, после того как с ней играли день и ночь, и ее гордость была всего лишь шуткой. Она больше не намерена высоко держать голову.

Остальные четверо были ошеломлены, но все еще колебались.

С тех пор как она отказалась от жизни, девушка больше не боялась Ниу Чанга. Она прошла два шага и негромко спросила. "Больно будет?"

Ню Чанг посмотрел девушке в глаза. Его взгляд стал добрее: "Не думаю, что будет больно. Я отрублю тебе голову одним ударом. Так что боль будет меньше, чем та, что ты испытывала днем и ночью в этом месте, и к тому же очень недолго".

Плечо девушки сильно вздрогнуло. Но ее глаза по-прежнему не отрывались от глаз Ниу Чанга. "Я... я вижу....".

У нее хороший потенциал. Если она сможет преодолеть эту трудность и увидеть фальшь этого мира. Возможно, в этом мире будет больше переменных.

Остальные четверо, похоже, приняли решение.

"У меня нет семьи, к которой я могла бы вернуться. Не думаю, что и другие примут меня. Я уже устала, похоже, быть живой для меня еще мучительнее".

"Мой... мой отец все еще ждет меня. Думаю, я вернусь".

"...." Одна из них посмотрела на Ниу Чанг и покачала головой.

"Я тоже вернусь".

Двое из них выбрали первый вариант, а двое других - второй.

Ниу Чанг ничего не сказал и жестом велел им уходить.

Посмотрел на двух других, выбравших первый вариант Ниу Чанг оценивал их потенциал, но, к сожалению, их глаза уже были мутными и ослепленными завесой судьбы.

"Закройте глаза". мягко сказал он.

Первой закрыла глаза симпатичная девушка, за ней после секундного колебания последовали две другие.

Туд. Грохот.

[Получено очков кармы 26]

[Получено очко кармы 18]

В воздухе раздались два тупых звука, головы покатились, а безголовое тело хлынуло свежей кровью, прежде чем окончательно упасть.

"Открой глаза". сказал Ниу Чанг девочке-подростку.

Ее плечо сильно дрожало. Она набралась смелости и открыла глаза. Ню Чанг ничуть не изменился и смотрел на нее такими же добрыми глазами.

"Я дам тебе возможность прожить вторую жизнь. Тебе больше не нужно будет заботиться о своем прошлом, ты переродишься в нового человека и займешься великим делом".

" Ты согласна?"

Девочка-подросток была в растерянности и не могла расшифровать смысл слов Ниу Чанга.

Ниу Чанг спокойно наблюдал за ее реакцией. Но когда он увидел, что в глубине глаз девочки-подростка забрезжил огонек надежды, его постигло разочарование.

Наличие квалификации не означало, что она может стать таковой.

'Ей не хватает решимости'.

Если бы не система, Ниу Чанг уже обезглавил бы эту девочку. Он не хотел больше терять время в этом месте.

Если бы это было до того, как он спросил девочку-подростка. Система не сработала бы, так как обе стороны уже достигли соглашения.

Но сейчас девочка-подросток уже сомневалась в своих словах. Убить ее сейчас - значит наложить на себя карму.

Девочка-подросток ничего не знала, так как не видела никаких изменений в Ниу Чанге.

"Раз уж ты не можешь сделать то, что хочешь, сделай это из великодушия". решил Ниу Чанг.

Хотя вероятность того, что она станет того же вида, что и Ниу Чанг, была очень мала. Может быть, один из десяти, но если Ниу Чанг даст ей совет, он увеличится до двух из десяти.

"Если у тебя возникнут вопросы, просто спроси. Я помогу тебе переродиться в нового человека". мягко сказал Ниу Чанг с доброй улыбкой.

"Что... что ты хочешь?" заикаясь, произнесла девочка.

"Я хочу дать тебе альтернативный вариант вместо того, чтобы умереть в этом гнилом месте".

"Могу я спросить, почему?"

"Потому что я думаю, что ты можешь стать лучше. Стоять выше бесконечного количества людей и гордо идти по этой земле".

"...."

Именно по этой причине Ниу Чанг больше не интересовался ею. Если бы она была единственной, то не стала бы задавать такие бесполезные вопросы.

Она потеряла бы всякую нормальность и смотрела бы на мир через другие линзы.

"Скажи мне, чего ты хочешь в этой жизни". Ниу Чанг попробовал другой подход.

Девочка-подросток рефлекторно открыла рот, но не произнесла ни слова. Затем она закрыла рот, так ничего и не сказав в итоге.

"Хочешь ли ты бесконечного богатства? Хочешь ли ты иметь теплую семью? Хочешь, чтобы тебя окружали люди, которых ты любишь и которые любят тебя? Хочешь ли ты не беспокоиться о болезнях и старости?"

Девочка-подросток на мгновение задумалась, прежде чем наконец кивнуть.

"Тогда, как ты думаешь, возможно ли, чтобы у тебя было все это?"

"Бесконечное богатство? Будешь ли ты работать день и ночь, чтобы собрать их?"

"Теплая семья и люди? Останутся ли они такими же спустя десятилетие? А что насчет еще одного десятилетия?"

"Долголетие? Можешь ли ты обеспечить свою жизнь от дурных намерений других людей?"

"Глупости. Все, что ты хочешь, - это быть счастливым в мирском владении. Богатство можно украсть, отношения - разрушить, а долголетие - убить".

"А теперь скажи мне, чего ты хочешь?"

Ниу Чанг решил использовать три жизненных вопроса.

Откуда ты?

Что ты делаешь?

Куда идешь?

Но потом он решил, что это не соответствует его методу. Он предпочитает что-то неожиданное и удивительное.

Каждый из вопросов, которые он задавал девочке-подростку, был неподготовленным и возникал экспромтом на месте. Он тоже хотел, чтобы у него были какие-то ожидания.

Затем девочка-подросток начала вспоминать свою жизнь.

Родилась в бедной семье. Глупые родители, эгоистичные братья и сестры, разрушенный дом, отвратительная еда и рваная одежда. День был жарким и утомительным, а ночь - холодной и тяжелой.

Единственное, чем она могла гордиться, - ее красота , которая была признана всей деревней. Но из-за этого самый богатый человек в их деревне захотел, чтобы она стала его наложницей.

Он был толстым и уродливым, мало чем отличался от свиньи. Богат он был только благодаря своему происхождению.

Он тратил деньги на бесполезные вещи и хвастался своим богатством перед другими жителями деревни.

Несмотря на то что девочка-подросток никогда не слышала никаких историй, она тоже мечтала о хорошей жизни. Где красивый и добрый мужчина однажды найдет ее и создаст семью.

Ей не нужно было вести пышный образ жизни, достаточно было быть вместе и в горе, и в радости.

Но когда она попала в плен к бандитам и впервые встретилась с большим и грубым Яном Таном. Эта фантазия рассыпалась, и каждый раз, когда Янь Тан двигал нижней частью своего тела, осколки рассыпались в мелкую пыль.

В тот момент она больше не хотела хорошей жизни с хорошим мужем и теплым домом. Она хотела быть только со своей семьей.

Затем это желание сменилось желанием найти безопасное место.

Потом все менялось в зависимости от того, какой бандит использовал ее тело в качестве предмета для получения удовольствия.

В конце концов, она хотела лишь перестать беспокоиться и хорошенько выспаться, чтобы забыть обо всем.

Девушка-подросток посмотрела на Ниу Чанга. Он был моложе ее, ниже ростом и физически казался слабее ее.

Но почему этот человек выглядел более человечным, чем все те, кого она видела в прошлом?

Хождение среди трупов, руки, омытые кровью, холод и безразличие.

Но его слова и поведение были добрыми и теплыми. Такие контрастные характеры только усиливают загадку Ниу Чанга.

Почему он лучше других?

Если он человек... Тогда кто мы? Кто я?

Девочка-подросток оглядела окрестности: земля была залита кровью, труп разрублен на куски, а человек, которого она боялась больше всего, умирал самой мучительной смертью.

Не в силах сдержать любопытство, она спросила, сглотнув слюну. "Кто ты?"

Вместо того чтобы спросить, кто такой Ниу Чанг, ее больше интересовало, что за человек этот Ниу Чанг.

Видя, что Ню Чанг не изменил своего выражения, девушка в страхе извинилась. " Прости, я не хотела..."

"Все в порядке. Раз у тебя уже есть вопросы, значит, есть и сомнения. Только сомневаясь в чем-то, можно усомниться в том, правда это или нет. Так скажи мне, кто я?"

Простояв долгое время в таком положении, Ниу Чанг почувствовал себя не слишком комфортно.

Он огляделся по сторонам в поисках подходящего места, где можно было бы присесть и непринужденно поговорить.

Посмотрев направо и налево. Он нашел подходящее место.

Длинная деревянная скамейка стояла прямо под высоким пышным деревом.

Девочка-подросток проследила за взглядом Ниу Чанга. На мгновение она увидела, как легкая лень на лице Ню Чанга превратилась в злобу, и подумала, что совершила какую-то ошибку.

Но, увидев, что Ниу Чанг невозмутимо идет к деревянной скамейке, она облегченно выдохнула.

"Следуйте за мной". позвала Ниу Чанг.

Идя позади Ниу Чанга, она увидела его маленькую спину. Такой маленький, но в нем заключена бесконечная сила.

"Садись". Ниу Чанг сел и указал на место рядом с собой.

Но, увидев дрожащую обнаженную девочку-подростка, он вдруг понял, что совершил ошибку.

"Сначала найди себе одежду".

Получив разрешение, Ниу Чанг кивнул и повернулся.

Увидев голую девочку-подростка на открытом пространстве, маленькую и круглую попку, чистый и влажный вид сзади, Ниу Чанг почувствовал грусть. Когда же я смогу поразвлечься с женщинами в этом мире? Это тело еще незрелое, ждать, пока оно вырастет естественным путем, слишком долго. Думаю, я создам какую-нибудь модификацию тела или боевое искусство, ускоряющее рост. Но проблема в том, что я не смогу добиться успеха в отношениях с женщинами благодаря строгой системе. Либо я найду себе женщину, которая охотно предложит свое тело, либо пойду в бордель.

Этим можно заняться в будущем, а пока просто наслаждайся жизнью в полной мере.

Ниу Чанг прекрасно понимал, к чему клонит. Хотя он поклялся, что у него есть только одна цель и он может отбросить все, лишь бы достичь ее, он был слишком неопытен.

Как человек, который целый год сидит в библиотеке, собирает информацию и данные, а затем выходит на улицу, чтобы начать путешествие.

Их не могла не отвлекать суета жизни людей, многообразие красок мира, многочисленные встречи и разлуки.

Именно поэтому Ниу Чанг хотел создать кого-то похожего на себя и наблюдать, как он растет, заменяя его, а также учиться у него.

Только после многочисленных неудач и провалов разум может созреть, чтобы увидеть то, что лежит на поверхности, и то, что скрыто в сердце каждого.

Только после бесчисленных радостей и печалей человек устает от обыденности земной жизни и ищет лучшей и значимой жизни.

Все жизни ограничены по своей природе. Будь то люди, животные или растения.

Единственная врожденная цель жизни - выжить и размножиться.

Такова была жизнь смертных. Они даже распространяют идею о том, что жизнь имеет смысл благодаря людям, которые тебя окружают.

Такое бесстыдное утверждение.

Если бы это был мир, где экстраординарность была невозможна, естественно, Ниу Чанг не стал бы вынашивать грандиозную мечту о достижении превосходства.

Но теперь шанс был, и ему было все равно, что он меньше, чем пыль. Все, что ему нужно было знать, - это то, что шанс есть.

Вырваться из бессмысленной жизни, собирать богатства, строить отношения, гнаться за обыденным счастьем.

Мало!

Со временем богатство будет потеряно, отношения разрушены, а радость потеряет смысл.

В такой жизни какая разница между сейчас и потом?

Какая разница между этим и камешком на обочине дороги?

Какая разница между ним и кучей земли?

Бессмысленно, поистине бессмысленно.

Только превосходство будет длиться вечно, а путешествие стоило времени и усилий.

Наконец девочка-подросток закончила искать, чем бы прикрыть свое обнаженное тело. Но вместо одежды на ней был лишь кусок простой ткани, прикрывавший тело.

Она появилась перед Ниу Чангом.

Когда она искала одежду, у нее, естественно, возникла мысль сбежать. Но она также хотела узнать больше о Ниу Чанге.

"Можно присесть?"

Ниу Чанг лишь кивнул.

Она села рядом с Ниу Чангом, но на некотором расстоянии от него. Она боялась его испачкать.

"Эм... как мне к тебе обращаться? С-с-спаситель". Девочка-подросток не знала, как правильно обращаться к Ниу Чангу, и после долгих раздумий выбрала лучший вариант.

Если не спаситель, то как еще его называть? Сэр? Я не хочу его обидеть, ведь он выглядит молодо".

"Решать тебе".

"Хорошо, Спаситель. Я подумал, что ты лучше всех, кого я видела в своей жизни. Мне трудно понять это и выразить словами, но я просто хочу сказать, что ты кажешься мне более человечным".

"Ты свободна. У тебя не было никакого груза на душе".

"Хотя ты сильный... извини, я не хотела этого сказать..."

"Нет проблем, просто продолжай".

"Да, Спаситель. Ты не похож на разбойников, которые сильны, но злы. Они становятся злыми, потому что сильны. Но ты другой, Спаситель, твоя уверенность не в силе. Ты также добрый и... холодный".

В конце девочка-подросток понизила голос. Она уже думала о том, что именно Ниу Чанг отличался от всех, кого она видела в своей жизни.

Это был его безразличный и своенравный характер.

Ему было наплевать на все и на всех, он делал то, что хотел, убивал без колебаний, а также был добр и сострадателен, чтобы доставить себе удовольствие.

Этот спаситель не различал добро и зло, для него все это было лишь поверхностным. Только его воля - истина.

Размышляя об этом, девушка-подросток не могла не бросить взгляд на боковой профиль Ниу Чанга.

Ее сердце неосознанно забилось быстрее. Бесцветная кожа на лице медленно покраснела.

Это было чистое восхищение. Достаточно близко, чтобы назвать это поклонением.

Затем она опустила взгляд, испытывая чувство вины и стыда. Больше она не смела смотреть прямо на Ниу Чанга.

"Ты закончила?"

Ниу Чанг повернул голову и увидел, что развитие событий идет не так, как он задумал.

Он хотел, чтобы кто-то восстал против мира вместе с ним, из того же вида, что и он, но теперь. Эта девушка пережила сильнейший психический удар, и ее разум сошел с ума".

Разговоры с ней приводят лишь к непредсказуемым последствиям, в которых я не заинтересован. Вздох, люди действительно интересны!

Ниу Чанг улыбнулся и сказал. "Раз ты так говоришь, значит, хочешь стать такой же, как я?"

"Нет-нет, я не смею быть похожей на тебя, спаситель". Девочка-подросток покачала головой и развела руками. Она не смела сравнивать себя с Ниу Чанг.

"Тогда что ты хочешь сделать сейчас?"

"Я... я не знаю". Она честно ответила, что больше не намерена жить скучной и мучительной жизнью, и для нее будет лучше закончить свою жизнь под рукой Ниу Чанга, которым она восхищалась больше всего.

"Раз уж ты не знаешь, может, последуешь моему совету?"

Глаза девочки-подростка засияли. Она поспешно кивнула, как цыпленок.

"Отправляйся на поиски силы. Только имея силу, ты сможешь увидеть этот мир в лучшем свете. Идти среди рек и гор, не мешая другим и следуя своей воле. Когда ты станешь сильнее всех остальных и тебе больше некуда будет идти, ты сможешь прийти и найти меня. А пока это время не наступит, не ограничивай себя ничем, не ограничивай себя моралью и нормами, ты можешь отбросить все ради обретения большей силы. Деньги, друзья, даже твоя человечность не будут исключены".

"Ты понимаешь?"

Ниу Чанг глубоко заглянул ей в глаза, его улыбка стала еще более искренней.

Его взгляд был похож на глубокий колодец, который затягивал ее сознание.

Завороженная этим советом, Ниу Чанг стал еще больше в ее сердце. Что-то маленькое начало прорастать в самой глубине ее души.

Неосознанно она перестала испытывать страх перед Ниу Чангом и уверенно ответила. "Да!"

Скучающее выражение ее лица исчезло, сменившись новой амбициозностью и решимостью.

Внешне Ниу Чанг оставался спокойным, но он не мог отделаться от странного чувства к этой девочке-подростку. По выражению лица она была похожа на последователя культа, которому промыли мозги какой-то сомнительной идеологией, а не на ничего не боящегося, но сохраняющего рациональность человека, которого искал Ниу Чанг.

Единственная проблема в том, что ее мотив нечист.

А это нормально? Неужели я только что создал для себя что-то вроде скрытого босса? Или, может быть, сумасшедшего и могущественного фанатика-последователя?

Нет, все в порядке. У меня есть своя система, и неважно, насколько сильной она станет в будущем. Она не будет доминировать надо мной, ни в коем случае!

"Хорошо, я дам тебе кое-что, что поможет тебе начать свой собственный путь". Ниу Чанг кивнул с доброй улыбкой.

"Но это не так уж и плохо, ведь в этом долгом пути к господству неизбежны развлечения".

Сейчас у Ниу Чанга было не так много вещей, всего несколько монет и все.

Но, к счастью, он только что закончил покорение разбойничьего убежища. Здесь должны быть деньги, которые бандит спрятал в этом месте, и, возможно, боевые искусства низкого уровня.

"Ты знаешь, где бандиты прячут свои богатства?" - спросил Ниу Чанг.

Девочка-подросток все еще пребывала в мечтательных раздумьях о том, что только что произошло, и чувствовала дискомфорт в сердце. Но она решила пока подавить его и ответила на вопрос Ниу Чанга.

"Докладываю спасителю, я не знаю, где бандиты прячут свои богатства, но, возможно, вы можете начать с того места, откуда пришли раньше".

Ниу Чанг кивнул и начал идти в сторону прежнего места.

Прибыв на место, он вошел в дом и стал внимательно осматриваться. Внутри было слишком темно.

Ню Чанг решил проделать в стене несколько отверстий, чтобы в комнату проникал свет.

Бам-бам.

Его кулак укрепился ци и легко прошел сквозь стену.

Лучи света осветили комнату, и обзор стал более четким.

С помощью света Ниу Чанг продолжил обыскивать все помещение, при необходимости применяя силу.

Он нашел спрятанную сокровищницу разбойника. Золото, серебро, драгоценные украшения и множество разных предметов.

Он просматривал их один за другим, чтобы не пропустить ни одного подозрительного предмета.

Если бы он решил искать сестру и активировал свою систему на ранней стадии. Его встреча с бандитом была бы неизбежна.

Тогда с помощью системы у него будет смесь плохого и хорошего времени, плохого, естественно, когда его загонят в угол, и хорошего, когда он неожиданно вернется благодаря системе и спасет сестру, а затем совершит налет на сокровищницу.

В качестве первого события в своем путешествии он, естественно, найдет в сокровищнице бандитов несколько пакетов для новичков.

Это могут быть как вещи, которые пригодятся сразу, так и те, что он будет носить с собой на протяжении всего путешествия.

После долгого просмотра он не смог найти ничего подозрительного в сокровищнице.

Боевые искусства, которые практиковал бандит, были зарегистрированы Ниу Чангом, но, запросив у системы их стоимость, он не слишком потратился, чтобы довести их до третьего уровня.

Что касается последней уверенности, то Ню Чанг использовал свою ци для усиления восприятия, что было дилетантством, так как он никогда не делал этого раньше.

Не получив должного эффекта, он решил сдаться и начать рубить бульдозером все, что покажется ему подозрительным.

Бам-бам.

Снаружи дома девочка-подросток все еще чувствовала дискомфорт в сердце из-за того, что решила последовать совету Ниу Чанга и поискать силы.

"Спаситель сказал мне искать силы и не ограничивать себя ни в чем, все можно отбросить. Я знаю, что это значит, но не могу представить, как далеко я могу зайти".

Почувствовав в душе противостояние, девушка растерялась и захотела попросить совета у Ниу Чанга. Как обычная деревенская девушка с ограниченным образованием, совет Ниу Чанга был слишком грандиозным и противоречил ее мировоззрению.

"Может, мне спросить об этом у Спасителя? А вдруг он возненавидит меня за это? Но ведь спаситель - хороший человек, его не должно беспокоить, если я задам этот вопрос, верно?"

Вскоре она увидела Ниу Чанга, который шел к ней с большим мешком в руках.

Не решаясь посмотреть на Ню Чанга прямо, она опустила взгляд. Она собралась с силами, чтобы задать несколько вопросов.

Ню Чанг, сбитый с толку неудачной дедукцией, все еще думал, где же он ошибся. Невозможно, чтобы я не нашел в этом месте что-то полезное".

"Спаситель..."

Глядя на погруженного в свои мысли Ниу Чанга, девочка-подросток не решалась говорить громко и звучала как жужжание комара.

Ниу Чанг внезапно очнулся от своих размышлений благодаря тоненькому голоску и посмотрел на жалкую девочку-подростка перед собой. В его голове возникла нелепая мысль.

'Так вот. Неужели она - главная награда в этом разбойничьем убежище?

Ниу Чанг прокрутил в памяти свою встречу с этой девушкой с самого начала и до настоящего момента.

Внешность девушки была чуть выше среднего, даже если она была в потрепанном и изношенном состоянии. Но даже в таком виде Ниу Чанг мог с первого взгляда оценить ее красоту.

Глядя на стоящую перед ним девочку-подростка, Ню Чанг попытался восстановить ее нормальный облик. Благодаря своей мощной мозговой силе и большим базам данных женских персонажей из его первой жизни. Ниу Чанг изо всех сил старался представить себе пиковое состояние девочки-подростка.

Нежное лицо с четкими линиями и изгибами, как у феи с картины, большие водянистые глаза, сопровождаемые длинными бровями феникса, тонкий нос, естественные и тонкие губы. Волосы свободно ниспадали, как водопад, грудь была здоровой и полной жизненной силы, бедра были небольшими и выглядели хрупкими с пышными ягодицами, ноги были длинными и стройными.

'Она - та самая!'

Что было основной характеристикой главного героя? Ее легко было определить по одной лишь внешности.

Но, к сожалению, это доброе семя было уже испорчено, потому что Ниу Чанг не был настоящим главным героем. Если бы только он решил быть более скучным и горячим, он бы пробудил систему, спас сестру, убил бандитов и спас девочку-подростка.

История стала бы исполнением желаний главного героя и читателя и удовлетворила бы их самих.

А потом эта девушка вернется за Ниу Чангом и постепенно укрепит их связь.

Но, к сожалению, в этом мире не было никаких "если", и Ниу Чанг не подходил ни под один формат главного героя.

Ниу Чанг успокоился и больше не обращал внимания на обычные сюжеты, которые могли бы произойти.

"Что это?" тихо спросил Ниу Чанг.

Его отношение к девочке-подростку не изменится, даже если она каким-то образом откроет, что является небесной императрицей, Ню Чанг только обрадуется такому неожиданному повороту событий, но потом потеряет интерес.

"Я... хочу спросить кое о чем, если вы не против, спаситель". К концу фразы голос девочки-подростка стал слабее.

"Говори как следует, разве я не говорил тебе раньше, чтобы ты ни в чем себя не ограничивала? Чего ты волнуешься, говоря таким слабым голосом? Ты что, не завтракала сегодня утром?"

Девушка хотела ответить, но не решилась. В душе она лишь прокомментировала: "Да, я вообще не завтракала, последний раз я ела вчера вечером. Но с прошлой ночи разбойник не отпускал меня, и я очень проголодалась и устала".

Но, подумав, что не ответить Ниу Чангу было бы неправильно, она лишь кивнула головой.

Понимая, что его шутка не подходит к ситуации, Ню Чанг предпочел не обращать на нее внимания и продолжить разговор. "После этого ты сможешь поесть, если захочешь. В этом разбойничьем убежище должна быть еда для собственного потребления".

Но девочка-подросток все еще молчала с покорной позой.

"Задавай свой вопрос".

Получив разрешение, девочка-подросток последовала совету Ниу Чанга и изо всех сил старалась не выглядеть слабой.

"Спаситель, ты сказал, что не нужно ни в чем себя ограничивать. Но я не думаю, что смогу сделать такие вещи. Если речь идет только о применении насилия по отношению к врагам, то я еще могу. Но если речь идет о себе, то я не знаю, смогу ли я это сделать".

"Только это? Ты чувствуешь себя неловко из-за такой нелепой причины?"

Услышав ответ Ниу Чанга с неизменным тоном. Девушка-подросток почувствовала, что не права, но, вспомнив предыдущий совет, не сразу сдалась.

Именно по этой причине Ниу Чанг в первую очередь потеряла к ней интерес. Она все еще держалась за цепь, ограничивавшую ее свободу мысли.

Но не сама цепь была главной проблемой, а то, что она обхватывала ее тело и не могла освободиться, как бы она ни старалась.

Только проигнорировав все, чему ее учили, она смогла бы отпустить эту сковывающую цепь.

Противостояние учению о добре и зле, отказ от привычного образа мышления и освобождение от светского мира позволяли стать свободным существом.

Но тот, чья свобода была слишком высока, естественно, не был принят обществом.

Им было плевать на все правила и предписания, между ними и их целью не было ничего важного.

Для мира они были демонами. Но для них мир был слишком мал.

"Да, я действительно не знаю, что теперь делать, спаситель. Пожалуйста, подскажи мне".

"Это просто". Ниу Чанг теперь чувствовал, что произойдет что-то хорошее. "Подумай о самом ценном и важном, что у тебя есть сейчас. Это может быть твоя жизнь, твои родители, твое имущество - все, ради чего, как ты думаешь, стоит пожертвовать жизнью".

Девочка-подросток молча слушала, а потом начала думать о том, чем она дорожит больше всего.

Сначала ей казалось, что больше всего она дорожит Ниу Чангом. Самое важное в ее жизни.

Спаситель - тот, кто спас меня от рук бандита, он также помог мне отомстить. Я восхищалась им до глубины души, но... если это то, за что я могу отдать жизнь... это как-то неправильно".

Она в замешательстве подняла голову и посмотрела на невозмутимого Ниу Чанга, на лице которого застыла добрая улыбка.

"Хотя я действительно восхищаюсь спасителем и готова ради него на все, этого все равно недостаточно, ведь я все еще сомневаюсь в его словах!

Сердце девочки-подростка было в смятении, она изо всех сил пыталась найти самое важное в своей жизни.

Подождите... в моей жизни? Разве я дорожу своей жизнью больше всего?

Она покачала головой: "После встречи со Спасителем и наблюдения за его действиями. Я не думаю, что эта жизнь слишком важна, по крайней мере, сейчас".

"Тогда что же?

Внезапно ее осенило вдохновение. 'Это похоже на то, что сказал Спаситель! Ответ - это причина, по которой я чувствую себя комфортно, хотя я действительно восхищаюсь спасителем от всего сердца, но все еще не могу полностью следовать его советам".

Ее глаза засияли, и она почувствовала гордость за себя. "Спаситель, кажется, я знаю ответ".

Она ждала, что Ниу Чанг что-то скажет, но он ничего не сказал и не сделал. Тогда она продолжила. "Это было мое сердце! Источник моих неприятных ощущений - мое сердце. Когда я думаю о том, чтобы сделать что-то, чего я никогда раньше не делала, мое сердце испытывает противоречие".

"Спаситель, что мне нужно сделать, чтобы решить эту проблему?" взволнованно спросила она.

Ниу Чанг увеличил силу своей улыбки на три пункта.

"Метод прост. Что ты делаешь, когда обнаруживаешь цепь, ограничивающую твое тело?"

"Я... расстегиваю их и отбрасываю?" После небольшого колебания она ответила.

"Да, просто отбрось их".

"Но как мне выбросить свое сердце?"

"Ты перепутала свое физическое сердце с ментальным. Поскольку ты не можешь выбросить его, тебе нужно просто больше не заботиться о нем. Дискомфорт заключается в том, что твое сердце вступило в конфликт с твоей мыслью, потому что ты больше заботишься о своем сердце, а не о нашей мысли".

До девочки-подростка дошел смысл сказанного Ниу Чангом. Затем она попыталась убедить себя игнорировать голос сердца, но столкнулась с проблемой.

Голос сердца - это еще и то, чего я хочу. Если я чего-то хочу, то это исходит из моего сердца. Почему же теперь это становится противоречивым?

Недоумение в ее голове отразилось на ее обеспокоенном лице.

"Спаситель, я чувствую противоречия в твоих словах. Не то чтобы я сомневалась в твоем учении, но не мог бы ты помочь мне просветиться?"

"Конечно, без проблем. Слушай внимательно, у нас, людей, есть то, что называется сердцем. Когда это сердце говорит, что что-то хорошо, мы склонны принять это и следовать ему, а когда сердце говорит, что что-то плохо, мы склонны ненавидеть это и возражать против этого. Но мы рождаемся с чистым и незапятнанным сердцем, так кто же определяет, что хорошо, а что плохо? Кто прав, а кто виноват?"

Ниу Чанг положил руки на спину и поднял голову под идеальным углом, глядя на небо.

"В детстве ты, естественно, учишься у своих родителей, но от кого твои родители узнали об этом? Они учатся у своих родителей, и в этом корень человечества. Если так, то этот корень заканчивался бы в одной точке, и это одноточечное определение добра и зла, естественно, было бы лучшим ответом на этот вопрос. Но этот первый человек, кто дал ему право определять, что хорошо, а что плохо?"

"Наличие сердца делает нас людьми, ведь если бы сердца не было, мы бы ничем не отличались от растений и животных. Но если мы решим быть безэмоциональными и отрешенными от любых эмоций, наши сердца станут холодными, и в этот момент даже животные будут лучше, чем холодносердечные люди."

"Потому что у животных все еще есть сердце животного. Поэтому, когда сердце станет холодным и перестанет отличаться от мертвой вещи, ты перестанешь быть камнем и комком экскрементов".

"Поэтому нужно иметь тонкий баланс, который можешь знать только ты. Один из его методов - расставить приоритеты в своем сердце, пока вы правильно расставляете приоритеты. Противоречивые чувства больше не будут проблемой".

"А теперь скажи мне, что является приоритетом номер один в твоем сердце?" Ниу Чанг повернул голову и посмотрел на девочку-подростка, которая была в полном восторге.

Когда Ниу Чанг осознал это, он почувствовал, что то, чему он учит, на самом деле является великим дао.

Я учу ее не беспокоиться ни о чем, но при этом не давать своему сердцу остыть и омертветь. Если это не истинный путь бессмертного культивирования, то что еще?

Праведный путь учит своих учеников морали и правилам за вратами. Но когда они сталкиваются с сокровищами неба и земли, они должны обнажить клыки и показать свое истинное лицо. То, чему они учили, было дао лицемерия.

Демонический путь, напротив, учит своих учеников холодным объятиям этого мира и превращает их сердце в холодное и мертвое. Их учение - это дао экскрементов, поскольку они ничем не отличаются от бессердечных экскрементов.

'Это... мое учение хорошо и правильно, может, мне просто открыть секту и учить других великому дао самодостаточности?'

Самодостаточность - вот слово, которое пришло в голову Ниу Чангу. Хотя то, чему он учил девочку-подростка, было лишь частью менталитета, а не техник и прочего. Но Ниу Чанг уже мог видеть все, что лежало перед ним.

Самодостаточность означала, что сердце не беспокоится о внешних искушениях, но и не отвергает их полностью. Поскольку сердце уже встало на правильный путь, естественно, осталась только одна проблема - повысить уровень культивации.

Что является источником каждого конфликта? Это интересы каждой из сторон.

Ресурсы культивации были ограничены, и из-за их нехватки возникала конкуренция. Информация, земля, материалы и люди.

Но дао самодостаточности Ниу Чанга не беспокоилось ни об одном из этих ресурсов.

Если у ученика не было хорошего потенциала, он просто создавал индивидуальную технику культивации, которая подходила ему больше всего. Потенциал ученика не зависел от его физического тела, а зависел от его ума.

Если они были достаточно изобретательны, чтобы найти способ обойти узкое место, то, естественно, не было необходимости в ресурсах. Только с сильным сердцем и не узколобым мышлением бессмертие зависело только от времени.

Поразмыслив над словами Ниу Чанга, девочка-подросток наконец смогла отойти от своей проблемы и пошла дальше в своих размышлениях.

Она смотрела на Ниу Чанга, и все неудобства и противоречия в ее сердце уже растаяли, сменившись новым чувством, которое она не понимала.

Я так восхищаюсь спасителем, он... может стать приоритетом номер один в моем сердце в любой момент, но почему я чувствую, что что-то мешает мне это сделать?

Что это за чувство? Вместо того чтобы поставить Спасителя на первое место в своем сердце, я на самом деле хочу чего-то другого. Мое сердце бьется быстрее, когда я пытаюсь думать об этом".

"Я... я хочу следовать за спасителем... но я также хочу, чтобы он смотрел на меня".

Учащенное сердцебиение только раззадоривало ее смятенные мысли. Прилив тепла пробежал по ее лицу и окрасил его в красный цвет.

Чувство обожания и восхищения вступало в прямой конфликт с чувством тоски. В одном случае нужно было отдать жизнь за другого, ничего не желая, а в другом - просить его внимания.

Подумав о характере Ниу Чанга, девочка-подросток попыталась найти компромисс в отношении своего главного приоритета. Спаситель велел мне увеличить силу, и после того как я достигну предела, я смогу попросить его о следующем шаге. Я не знаю, какую цель преследует спаситель, но если у меня будет достаточно сил, я смогу помочь ему и остаться на его стороне".

'Но как же цель спасителя?'

Колебание появилось лишь на мгновение, а затем окончательно исчезло: прежняя слабая и робкая уже усвоила урок и почтительно задала вопрос.

"Спаситель, могу ли я узнать, какова твоя цель?"

Голос был не покорным и не слишком обыденным, а уважительным. Ниу Чанг почувствовал, как изменился характер девочки-подростка, и догадался, что она уже решила свою проблему.

"Я скажу тебе после того, как ты выполнишь то, что я говорил тебе раньше". Ниу Чанг сказал это мягко, но в душе он был очень осторожен. Ни за что на свете я не буду так откровенен с незнакомкой, вдруг она создаст проблемы и навредит мне, вдруг какой-нибудь регрессор узнает обо мне и принесет еще больше проблем?

Даже имея практически непобедимую систему, Ниу Чанг не забывал о своих корнях. Всегда быть осторожным и стойким.

Девочка-подросток не выглядела грустной или подавленной, напротив, она улыбалась, причем очень широко и ярко.

Спаситель не отверг меня напрямую! У меня есть шанс последовать за ним!

После этого Ниу Чанг научил ее своей философии культивирования.

"Талант не определяет, как далеко ты сможешь пройти по пути культивирования, талант лишь позволяет тебе иметь лучшую пару ног, чтобы легче было идти. Даже если у тебя нет ног, ты все равно можешь ходить с помощью рук, никогда не ограничивай свой образ мышления".

"Ресурсы важны для культивирования, но они не так важны, как твое мышление. С хорошим мышлением ты сможешь учиться сама и больше не будешь зависеть от других, чтобы овладеть методами культивирования и боевыми техниками. С хорошим мышлением ты сможешь создать подходящую технику, чтобы преодолеть свой предел без помощи внешних материалов".

"Столкнувшись с врагами, никогда не теряйте бдительности. Наоборот, ты не должна терять бдительность в любой момент, ведь никогда не знаешь, когда кто-то станет твоим врагом".

Девочка-подросток слушала и впитывала каждое наставление Ниу Чанга. У нее возникли некоторые сомнения, и она спросила об этом, а Ниу Чанг ответил на них один за другим, чтобы разрешить путаницу.

Прошло полчаса, прежде чем Ниу Чанг полностью обучил девочку-подростка всему, чему хотел научить.

Затем он расстался с девочкой, чтобы поискать спрятанную сокровищницу в этом убежище бандитов, а девочка отправилась на поиски еды.

Используя грубую силу, чтобы разорвать и проделать дыры во всем, что попадалось ему на пути, Ниу Чанг закончил работу за короткое время. Он принял ванну, чтобы очистить тело, и переоделся.

Он отправился к главным воротам и по пути небрежно решил вопрос с кармой тех, кто еще жив.

Системное уведомление зазвучало в его ушах как музыка.

[Получено 325 очков кармы]

[Получено очко кармы 509]

[Получена точка кармы 322]

[Получена точка кармы 628]

[Получено очко кармы 446]

С большим мешком на теле Ниу Чанг радостно покинул убежище разбойников и отправился в деревню Желтой Почвы.

Вспомнив о подарочном пакете новичка, начинающего свой путь в качестве главного героя, которого никогда не было и не будет, Ниу Чанг задумался о своей прошлой судьбоносной встрече.

Вместе с исчезновением сестры у него было семь судьбоносных встреч.

Первая произошла, когда его родители заболели или отравились, о чем он не знал, но благодаря случайному жителю деревни, который сказал, что должен существовать эликсир, способный их вылечить, Ниу Чанг догадался, что такая трава должна быть, но это могло быть только начало, а потом по воле случая и удачи он встретил главную причину, по которой ему нужно было идти в лес, рискуя жизнью.

Вторая - умирающий старый нищий, третья - потерявшая сознание красавица, четвертая - зима, пятая - проблемы с урожаем, шестая - таинственное исчезновение трех жителей, и последняя - его сестра.

Ниу Чанг не слишком надеялся на главную награду за каждую судьбоносную встречу, так как у нее должно быть ограничение по времени и по месту.

Что касается временных ограничений, то с ними Ниу Чанг ничего не мог поделать. Но те, у кого было ограничение по месту, ждали, когда Ниу Чанг нанесет им визит.

Открытие таких секретов было одним из многих урожаев, которые Ниу Чанг получал от покорения бандитов.

Среди них, естественно, были очки кармы, богатство и, наконец, данные, которые он получил, став на короткое время первоклассным мастером боевых искусств.

'С опытом, полученным ранее, я думаю, что смогу создать свои собственные боевые навыки'.

. . .

В убежище разбойников.

Дун Цююэ, девочка-подросток, чье имя Ниу Чанг не удосужился спросить, заканчивала завтрак.

Ей хотелось приготовить что-нибудь более вкусное и пышное, но она была слишком слаба и голодна.

Поэтому она смогла приготовить только жареное мясо с легкой приправой.

"Теперь, когда я закончила завтрак. Я могу начать свое путешествие". Дун Цюйюэ вытерла жир вокруг рта и пошла принимать ванну.

Она не спеша вымыла тело снаружи и изнутри, напевая при этом веселую мелодию.

На улице разбойничье убежище деревья слегка покачивались, и шум ветра внезапно затих.

Тень под деревьями стала темнее, а солнечные лучи, пробивавшиеся сквозь просветы между листьями, постепенно исчезали. Температура значительно понизилась.

Все это произошло внезапно, словно возвещая о приходе владыки ночи. Область, где происходили эти странные явления, двигалась в сторону убежища разбойников.

Когда тьма достигла открытого пространства между лесом и стеной разбойничьего убежища, она больше не продолжала двигаться вперед. Но температура возле леса продолжала падать, а зеленая трава пожухла и потеряла свой блеск.

Со стороны леса темнота стала еще гуще, и спустя несколько мгновений показался силуэт.

Стройная фигура с длинными ногами, высокой грудью, небольшими бедрами и ярко выраженным задом. Это был явно женский силуэт, но по мере того, как силуэт продолжал двигаться вперед, становилось все легче разглядеть, что этот силуэт под завесой темноты был обнажен.

Шаг.

Левая нога опустилась на уже умирающую траву, затем она сделала еще один шаг правой ногой.

Под ярким солнечным светом ее тело предстало во всей красе. Длинные ноги, от основания смертельно бледных, но очаровательных ступней, бедра были ничем не прикрыты, открывая все, что можно было увидеть, а затем переходили в обнаженную грудь, слегка колыхавшуюся при движении.

Близкие пики грелись под лучами солнца. Гладкие и длинные волосы, которые должны прикрывать пики, отсутствовали, но когда внимание переместилось вверх, выяснилась причина, почему такая сцена ничем не прикрыта.

Выше плеча, где должна быть нетронутая лебединая шея, а также разрушительное лицо и длинные волосы, ничего не было. Над плечом не было ничего - пустота без тени и тьмы.

Безголовая красавица продолжила свой шаг к убежищу разбойников, но внезапно остановилась, наткнувшись на пару трупов под ногами.

Это были трупы двух бандитов, которые привели Ниу Чанга к разбойничьему убежищу.

Безголовая красавица остановилась лишь на мгновение, затем подняла ногу и наступила на труп. Холодная ступня приземлилась на труп бандита, из нее вырвалась призрачная ци, образовав всасывающую силу, кровь на трупе бандита двинулась к всасывающей силе и попала в холодную ступню.

Прошло около семи секунд, прежде чем кровь полностью вытекла из трупа бандита. Безголовая красавица продолжила движение своими ногами, чтобы наступить на второй труп бандита и выпить его кровь.

Она продолжила свои действия над каждым трупом бандита, пока наконец не добралась до внутренней части бандитского убежища. Она спокойно поглощала пищу, но вдруг остановилась, и ее тело дернулось, как будто она смотрела в какую-то сторону.

Дун Цююэ только что закончила мыться и вытираться грубой тканью, она была слишком расслаблена, как вдруг почувствовала холод на позвоночнике.

"Почему вдруг стало холоднее?" Она в замешательстве подняла голову и огляделась вокруг, не найдя ничего необычного, пока не обнаружила нечто, выходящее за рамки ее понимания. Ее зрачки расширились: неподалеку от нее, словно статуя, неподвижно стояла безголовая обнаженная женщина.

В ее голове пронеслись разные мысли, но она не могла сразу принять решение. Когда она растерялась, что делать, то вдруг почувствовала, как тень окутала ее голову.

В ноздри ударила мерзкая гнилостная вонь, от которой у нее закружилась голова. Но она быстро собралась с мыслями и, сделав шаг назад, закричала.

"Ру-!"

Но она опоздала: ее тело окутала черная и призрачная ци, сделав бесполезными ее движения и попытки вырваться.

Девушка изо всех сил пыталась освободиться, но все было напрасно. Призрачная ци не имела ни формы, ни очертаний, она сковывала ее, как гигантская змея.

Давно забытые воспоминания медленно отступали и всплывали в ее сознании. Ее разум тут же наполнился страхом и безнадежностью, которые она пыталась забыть.

Но когда она уже хотела сдаться, ее сердце громко забилось, а в глазах внезапно зажегся свет.

Она увидела маленькую фигурку своего спасителя, который вел себя бесстрастно, что показалось ей забавным и милым, когда она подумала об этом сейчас.

Эта маленькая фигурка мягко и искренне сказала: "Отправляйся на поиски силы".

Переполненный разум внезапно взорвался безграничной решимостью, одной мыслью подавить все эмоции и одной силой контролировать разум.

Беззаботный и волевой! Ничем не ограниченный и ничем не сдерживаемый.

'Моя жизнь - моя! Моя воля - моя! Ничто не может встать на моем пути и помешать мне двигаться вперед!

Дун Цюйюэ зарычала: совсем недавно она узнала об образе жизни Ниу Чанга. Но этого времени ей хватило, чтобы семя пустило корни и выпустило маленький стебелек.

Девушка не боролась за свою жизнь и не боролась за выживание, она лишь хотела, чтобы ее разум и призрачная ци вокруг ее тела не ограничивали ее.

Безголовая красавица вздрогнула, и призрачная ци вокруг тела Дун Цюйюэ двинулась к ее голове.

Дун Цююэ перестала испытывать страх и другие бесполезные эмоции и смотрела, как призрачная ци ползет к ее голове и медленно проникает в сознание.

Когда она раздумывала, что делать дальше, то почувствовала, что ее сознание затуманилось, а глаза потяжелели.

Последнее, что она успела увидеть, - это то, как безголовая красавица подняла правую руку и приставила указательный палец к ее лбу.

Дун Цююэ использовала последние силы и сознание, чтобы не заснуть, и перед тем, как ее зрение полностью окутала тьма, она увидела, как безголовое тело перед ней распадается в мелкую пыль и уносится ветром.

. . .В следующий момент Дун Цююэ очнулась в странном темном месте. Она не видела конца этого места, и в какую бы сторону она ни смотрела, света здесь не было.

Тогда она попыталась осмотреть собственное тело, но оно оказалось совсем не таким, как в этом темном месте. Она увидела вокруг своего тела бесконечный туман.

" То есть из-за темноты я не могла видеть этот туман, но если взглянуть на него со стороны моего тела, то туман становился видимым". Дун Цююэ догадалась о странности этого места.

Вспомнив последнюю сцену перед тем, как попасть в это место, Дун Цюйюэ почувствовала боль в голове.

Чем больше она пыталась вспомнить, тем сильнее становилась боль. Но она не сдавалась, и от боли она обмякла и опустилась на землю.

Она попыталась встать и, вернув себе внимание, вдруг увидела перед собой незабываемую фигуру. Смертельно бледная, но сохранившая жизненную силу живая безголовая красавица стоит перед ней.

Тело было так близко, что Дун Цююэ чувствовала, как в любой момент ее нос может коснуться обнаженной груди собеседницы.

К счастью, гнилостного запаха больше нет. В противном случае Дун Цюйюэ уже лежала бы на земле, опорожняя желудок.

Как бы Дун Цююэ ни пыталась подавить бунтарскую реакцию своего тела, странное незнакомое темное место и внезапное появление безголовой женщины были выше ее сил. Нежелательные эмоции и природный инстинкт выживания нахлынули на нее, и страх медленно поглотил ее разум.

Скрежеща зубами, Дун Цююэ изо всех сил пыталась противостоять загадочному безголовому призраку.

"Что тебе нужно?!"

Она сделала шаг назад, чтобы отдалиться, и заняла оборонительную позицию.

Безголовая красавица никак не отреагировала, но туман вокруг них постепенно становился все более активным.

"Ты призрак?" Дун Цююэ попыталась выведать информацию.

Но ответа не последовало.

"Где я?"

"Кто ты?"

Она задавала вопросы один за другим, пытаясь найти хоть какую-то полезную информацию, но все они остались без ответа.

Дун Цююэ нахмурилась, не зная, что теперь делать. Не говоря уже о призраке, она еще не начала официально обучаться боевым искусствам.

Она чувствовала себя виноватой в том, что попала в такую ситуацию. Она многому научилась у Ниу Чанга и надеялась на светлое будущее, но кто бы мог подумать, что такое несчастье постигнет ее прямо перед тем, как она покинет убежище разбойников.

"Неужели мне суждено умереть в этом месте, так и не выйдя за его пределы? Хаха, навсегда остаться в этом месте?"

Сердце и разум Дун Цююэ были в хаосе, она не получила никакого ответа от безголовой красавицы, и ей предстояло умереть в месте, которое она ненавидела больше всего.

Охваченная ненавистью, она вспомнила о своем спасителе. Свобода, которую он проявил в то время, до сих пор свежа в ее памяти. Под давлением своего разума она потянулась к этому яркому свету, называемому свободой.

"Хахаха... Ты хочешь убить меня? У тебя есть такая возможность?" Лицо Дун Цююэ полыхало от сильных эмоций, глаза были яркими, и никакая тень не могла их скрыть.

Сердце заколотилось от волнения, которого она никогда раньше не испытывала. Ее пугало неизвестное будущее, но она не хотела сдаваться.

Противоречивые чувства в ее сердце стали похожи на коктейль экстаза. Это чувство она никогда раньше не слышала, но не сопротивлялась ему.

Она бесстрашно, широко улыбаясь, решила атаковать безголовую красавицу прямо, без всякого плана.

Без страха. Никаких раздумий.

Дун Цююэ почувствовала, как туман сопротивляется ее движению, но ей было все равно, она умрет, если ничего не предпримет.

Нетренированное тело двигалось неуклюже, маленький кулачок первым достиг безголовой красавицы. Но он остановился, не успев коснуться безголового тела.

Дун Цююэ обрела рассудок среди переполнявшего ее безумия, она увидела, как безголовая красавица остановила сжатые кулаки одной рукой.

Она ощутила вокруг кулака холод мертвого тела. Мертвое тело сохранило вид живого человека, но Дун Цюйюэ не почувствовала мягких тканей, которые можно разорвать с небольшой силой, или сухой текстуры обезвоженной кожи.

От этого прикосновения Дун Цюйюэ внезапно почувствовала, что в ее сознание проникают внешние силы. Но она ничего не могла с этим поделать, словно наблюдая, как ее тело разрезают по частям.

"Ах... неужели это конец?" Дун Цюйюэ мысленно сетовала: "Я очень слаба, даже не могу создать противнику никаких трудностей. Эта безнадежность вызвана тем, что я слишком слаба. Если бы я была сильнее, то смогла бы победить ее без проблем... но если полагаться только на силу, то какая разница между мной и бандитом?"

"А как же спаситель? Он не полагался на свою силу... Интересно, какова его цель?"

Вспомнив образ Ниу Чанга, подавленное безумие внезапно вспыхнуло с новой силой.

"Точно! Мой спаситель не полагался на свою силу, чтобы стать тем, кем он был, так что же, если я слаба?"

Потускневшие глаза медленно обрели свет. "Хахаха... И что с того, что ты сильная?! Раз уж ты хочешь войти в мой разум, я позволю тебе войти в него. Я хочу посмотреть, насколько твоя воля и решимость сильнее моей. Сможешь ли ты разбить образ моего спасителя?!"

Дун Цююэ отпустила свою борьбу, она почувствовала, как ее разум расширился, и появилось множество незнакомых воспоминаний.

Но важнее всего было то, что кто-то пытался стереть ее сознание и заменить его своими.

Область, которую контролировала Дун Цюйюэ, была легко побеждена и занята сознанием захватчика. Даже с ее твердой решимостью, воля Дун Цюйюэ не могла противостоять мощной силе.

Однако Дун Цюйюэ ничуть не дрогнула, вспомнив совет своего спасителя: "Сердце сложно и трудно контролировать, поэтому нужно уделять больше внимания своему желанию".

Дун Цююэ сосредоточилась на образе своего спасителя. Она могла отпустить все, но не отпустить свой главный приоритет.

Все области разума Дун Цюйюэ уже потемнели и находились под контролем воли захватчика, но он не мог контролировать последнюю частичку сознания Дун Цюйюэ.

Несмотря на это, в ней осталось лишь то маленькое сознание, которое больше не помнит, кем и чем она была. Остались лишь навязчивые мысли о том, чтобы следовать за той фигурой на картинке, и теперь она официально мертва.

Нападение захватчика прекратилось, поскольку она уже контролирует все, а первоначальное сознание больше ничего не имеет.

Во внешнем мире.

Дун Цююэ открыла глаза. Но взгляд ее был холодным и беспросветным.

Она неуклюже пошевелила руками, пытаясь проверить свое тело. После нескольких попыток она стала привыкать к нему.

Даже полностью овладев живым телом, первоначальная безголовая красавица не обладала интеллектом живого человека.

Видимо, причина ее превращения в призрака была не совершенна, оставив этот дефект в ее интеллекте.

Не обладая духовным интеллектом, призрак движется, руководствуясь инстинктом, который заключается в том, чтобы питаться жизненной силой живых существ.

Люди культивируют ци, медитируя или употребляя эликсир. У других существ тоже есть свой путь культивирования.

Животные могут превратиться в свирепых зверей после долгой жизни или употребления редкой травы, растения - после поглощения достаточного количества духовной сущности неба и земли, а странные существа, такие как злые духи или призраки, развиваются, поглощая жизненную сущность других живых существ.

Дун Цююэ продолжила поиски трупа, который не был съеден ею из-за внезапного появления Дун Цююэ.

---

"Старший брат, может, нам стоит остановиться в этой деревне на сегодня?" сладким голосом спросила Вэй Хун.

"Давай сначала расспросим жителей об этой деревне". Ван Ю, старший брат, обладал спокойным характером, как и подобает настоящему выдающемуся мастеру боевых искусств. Он спокойно ответил своей проблемной младшей сестре.

Оба они одеты в чистые и аккуратные халаты. Белая внутренняя одежда и приталенный халат с длинными рукавами снаружи. Но это не было официальным одеянием их секты, они были на каникулах - тренировались во внешнем мире.

Ван Ю всегда пытался отложить свое обещание сопровождать младшую сестру, но он уже откладывал его больше года. Он чувствовал себя виноватым в этом, и наконец приехал в эту маленькую деревню.

"Хорошо, хорошо, я позволю тебе спросить их, старший брат". Вэй Хун взяла старшего брата за руку и пожала ее, улыбаясь.

"Обрати внимание на свой образ. Ты уже не ребенок". Ван Ю отдернул руку и добрым тоном отчитал Вэй Хун. Но его лицо было холодным, демонстрируя его дисциплинированный характер.

"Я понимаю, но сколько раз ты будешь это повторять? Я уже устала слышать одно и то же слово снова и снова. Старший брат, не мог бы ты придумать новое предложение?" Вэй Хун скрестила руки на груди, она больше не могла сдерживать себя, слыша одно и то же слово, которое брат произносил более двадцати раз за время их путешествия.

"Ты... просто не создавай проблем". Вэй Хун решил пойти на компромисс со своей незрелой младшей сестрой.

Оба они вошли в деревню в поисках жителей, которых можно было бы расспросить. Они оглядывали деревню с разными мыслями.

Вэй Хун осматривалась с интересом, ведь это была первая деревня, которая действительно расширила ее кругозор. "Ух ты, старший брат, это должна быть первая деревня, которая очень бедна в нашем путешествии, верно? Ведь предыдущие деревни не были такими бедными, по крайней мере, их дома были не так плохи, как дома в этой деревне".

Ван Ю посмотрел на младшую сестру, чей рот не имел никакого фильтра, и сказал все, что пришло ей в голову. "Следи за языком".

Он лишь предупредил ее.

Услышав резкий тон старшего брата, Вэй Хун быстро закрыла рот и прикрыла его руками. Она посмотрела на боковой профиль Ван Ю и облегченно вздохнула.

Слава богу, что старший брат не разозлился. Иначе..." - Вэй Хун больше не осмеливалась продолжать свою мысль. Она знала, насколько строг старший брат, он предпочитал тренироваться целыми днями, а не тратить время впустую.

Но благодаря сильному характеру Ван Ю он вошел в десятку сильнейших учеников их секты.

Поскольку Ван Ю не хотел привлекать к себе лишнего внимания, никто не знал его истинной силы. Но некоторые предполагали, что он должен быть как минимум в тройке лидеров.

Вэй Хун молчала, но ее взгляд блуждал то вправо, то влево. Выражение ее лица менялось от удивления до растерянности.

Как эти деревенские жители могут жить в такой бедной обстановке? Она хотела задать вопрос старшему брату, но решила остановиться, так как увидела идущего к ним жителя деревни.

Это был мужчина лет сорока, его лицо было смуглым и морщинистым из-за ежедневной работы под солнцем. На его теле не было лишнего жира, но и мышцы не выпирали. На нем была тонкая коричневая одежда с грязными штанами.

Мужчина остановился и быстро поклонился паре. Такова была этика обычного мирного жителя при встрече с мастерами боевых искусств. Возможно, в большом городе все иначе, но здесь, в маленькой деревне, никому нет дела до жизни селян, кроме них самих.

Поэтому вместо того, чтобы грубить, им лучше не принимать никого за мастера боевых искусств. В этом нет ничего плохого, но несоблюдение этого правила будет стоить им жизни.

Мужчина уступил дорогу паре, чтобы не загораживать их, и все это время не поднимал головы.

Проявление инициативы может обидеть собеседника, поэтому лучше молчать, пока они не уйдут.

Он будет говорить только тогда, когда его спросят.

Ван Ю и Вэй Хун остановились в нескольких шагах от мужчины. Заметив такое развитие событий, мужчина быстро разыграл роль доброго деревенского жителя, чтобы спасти свою жизнь.

"Этот скромный человек приветствует двух уважаемых гостей".

"Вы можете поднять голову, не нужно быть таким формальным". небрежно сказал Ван Ю. Как праведный ученик секты, он, естественно, не стал бы задирать слабого жителя деревни.

Крестьянин облегченно вздохнул и поднял голову. Он не осмеливался смотреть на Вэй Хуна, стоявшего позади него.

"Уважаемые гости, пожалуйста, спрашивайте все, что хотите знать. Я постараюсь ответить на все ваши вопросы".

"Расскажите мне об этой деревне?" прямо спросил Ван Ю.

На неровной дороге Ниу Чанг был занят перевариванием информации и опыта, полученного в предыдущей битве.

До деревни Желтой Почвы оставался почти целый день. Поэтому он решил, что будет лучше выяснить различные вещи, такие как методы культивирования и боевые навыки.

"Сколько бы раз я ни пытался составить план, все зависит от очков кармы".

Ниу Чанг вызвал систему, чтобы она показала ему информацию.

[Ведущий : Ниу Чанг]

[Очки кармы : 7982]

[Культивация : Ци - третий уровень, Тело - третий уровень]

[Навыки : Кендо, Удар, Стремительный шаг листьев...]

'Моих очков кармы около восьми тысяч, этого должно быть достаточно, чтобы повысить мою живучесть при встрече с врагами'.

Несмотря ни на что, Ниу Чанг решил быть стойким и ставить свою безопасность превыше всего.

'Система, увеличь навык Автоматического Системного Ответчика до совершенства'.

Автоматический ответ системы - это психологический навык, который помогал Ниу Чангу мгновенно, теоретически, принимать задание, данное системой, без каких-либо задержек. Его разум и тело реагировали прежде, чем он успевал подумать и выбрать второй вариант.

Поэтому, каким бы хрупким ни было его тело, пока он мог получать от системы бафф неуязвимости, он мог избежать любой атаки на поражение.

Ведь какими бы скрытными и сильными ни были враги, если они решили установить карму с Ниу Чангом, система всегда отреагирует без промедления.

С Автоматическим Ответчиком системы Ниу Чангу больше не нужно было опасаться всех подряд.

[Повышение квалификации Ответчика автоматической системы до совершенства требует 1795].

'1795 - слишком дешево для того, чтобы моя жизнь была защищена баффом неуязвимости от системы'.

Ниу Чанг попытался угадать причину столь низкой цены.

Первая причина, естественно, в том, что сложность не такая уж и сложная. Это можно увидеть на примере собаки Павлова или любого другого животного, обученного делать что-то определенное по команде.

Вторая причина заключается в том, что навык очень ограничен случаями использования "один на один". Система дает задание, а разум дает ответ".

Но Ниу Чанг не был удовлетворен тем, что система дала ему только бафф неуязвимости. Что, если он встретит кого-то действительно талантливого и обладающего навыками, выходящими за рамки его возможностей?

Скажем, с избранными? Любимец Небесного Дао? Истинный главный герой?

В этом случае бафф от системы будет нарушен.

"Значит, нужно усилить защиту. Люди в этом мире в основном культивируют ци, чтобы увеличить свою силу, поэтому мне нужен навык, который использует ци, чтобы обеспечить сильную и неприступную защиту".

Ниу Чанг не знал, как культивируется ци в этом мире, но решил сделать предположение. Благодаря баффу ци в его теле будет неограниченно много.

Он хотел создать навык, который не заботился бы о расходе ци, а высасывал бы ее из пользователя в обмен на мощную защиту.

Но одной лобовой атаки было недостаточно, чтобы создать неприступную защиту, нужен был еще и мощный фундамент.

Враги не могли поколебать циркуляцию ци, чтобы гарантировать работу навыка.

Стабильность и прочность.

Стабильность означает, что ничто не может поколебать внутреннюю структуру, а прочность - что ничто не может нанести урон.

Благодаря своим первым жизненным знаниям после прочтения множества историй, в которых логика не вызывала сомнений, Ниу Чанг с негодованием придумывал для главных героев множество способов правильно увеличить свою силу.

В первой жизни Ниу Чанг создал бесконечное множество идей и методов развития боевых навыков, но это были лишь идеи и мысли, и даже после тщательного вспоминания их по одному, система не регистрировала их в базе данных.

Смысл был ясен, идея была хороша, но ее еще нужно было усовершенствовать в соответствии с принципами этого мира.

Доведя свою живучесть до предела, Ниу Чанг хотел повысить уровень культивации.

Ему было любопытно: "Раньше я соединял многие методы культивации с Энергией Трансформации, поэтому глубина должна увеличиться, а уровень культивации снизиться. Но система по-прежнему показывает третью ступень".

Чтобы подтвердить свою мысль, Ниу Чанг обратился к системе. 'Система, культивируй Энергию Трансформации до третьего уровня'.

'Культивирование Энергии Трансформации до третьей ступени требует 1890 очков кармы'.

Это было не так уж далеко от его прогноза, поэтому Ниу Чанг был довольно спокоен. Но он не решил напрямую повышать уровень культивирования ци.

После битвы с культиватором первой ступени Ниу Чанг не почувствовал ничего полезного, кроме того, что больше ци позволяло ему увеличивать физические характеристики и покрывать ци тело или оружие.

Это было явно не очень эффективно и практично для Ниу Чанга.

Хотя он решил быть уверенным и осторожным, это не значит, что он расслабился за тенью и думал, что будет в безопасности.

"Раз уж я решил использовать свою ци исключительно для защиты, мне не нужно повышать уровень культивирования ци. Вместо этого мне следует повысить уровень культивирования тела".

Культивация тела была истинным путем культивации для мужчин. Подтянутые мышцы и бесконечная выносливость - вот что определяет мужественность.

Кто из мужчин не хотел бы иметь мускулистое тело и силу, способную убить любого врага одним ударом?

По крайней мере, Ниу Чанг был таким человеком.

Но проблема заключалась в том, что метод культивирования Базового Усовершенствования Тела Ниу Чанга не позволял ему повысить свой уровень.

'Это легко'. уверенно подумал Ниу Чанг. В своем воображении он открыл огромную книгу и медленно перелистал страницы.

Затем он нашел множество методов культивирования тела, которые он читал и создавал раньше.

Боди-арт Предельного Тирана.

Неразрушимое тело Небесного Императора.

Врожденный Изначальный Сосуд.

Писание Хаотического Космоса.

Искусство расширения и сжатия.

Усовершенствование Огненной Молнии.

В голове у Ниу Чанга было еще много всего, но и этого было достаточно, чтобы понять, насколько глубоки его познания.

Последние два были его собственным творением.

Искусство расширения и сжатия заключалось в том, чтобы сначала расширить физическое тело, а затем сжать его во второй половине. Благодаря этому методу физическое тело сохраняло прежний прирост физических качеств, но при этом сохраняло эстетическую ценность человека, а сила становилась более интегрированной и полностью отточенной под контролем практикующего.

Естественно, при необходимости практикующий мог высвободить весь потенциал своего тела и превратиться в гиганта, чтобы сломать все, что преграждает путь.

Усовершенствование Огненной Молнии заключалось в использовании разрушительной силы огня и молнии для разрушения тела, чтобы увеличить его верхний предел.

Ниу Чанг уже думал о том, что суть культивирования тела заключается в том, чтобы позволить телу вырасти за пределы его возможностей, и самым простым способом было повредить его, а затем позволить ему медленно восстановиться с более высоким пределом, чем раньше.

Не многие выбирали культивацию тела, потому что повреждение тела для его роста было слишком болезненным. Можно сказать, что чем сильнее боль, тем выше результат.

Для решения этой проблемы ему не потребовалось использовать даже один процент своего мозга. "Просто отключите болевые рецепторы".

Поскольку болевые рецепторы были недоступны, не было никакой проблемы в том, чтобы повредить тело, чтобы повысить уровень культивации.

Единственным недостатком было то, что практик должен был уделять внимание своим тренировкам, поскольку не мог определить, насколько серьезны его травмы, так как не чувствовал боли.

При условии, что он получал бесконечную жизненную силу для поддержания жизни, практик практически мог не спеша прогуливаться, чтобы стать бессмертным.

Но эта идея была для Ниу Чанга в прошлом. Теперь, когда у него есть легендарный золотой палец, ему больше не нужен "обычный" метод культивирования тела.

Его система не требовала тренировок и напрямую выдавала результат культивирования тела. Он понял это после того, как довел свое тело с помощью Базового Усовершенствования Тела до третьего уровня, что должно было повлечь за собой множество неудобств.

Метод культивации, который игнорирует жизнь практикующего, чтобы получить максимальный результат. Тело должно быть разрушено до предела, чтобы добиться наиболее подлинного разрушения, а затем тело будет восстановлено, чтобы дополнить предыдущий шаг, которым было созидание.

Один шаг к разрушению и один шаг к созиданию. Только через цикл разрушения и созидания практикующий мог обрести истинную суть культивирования тела.

Но одного этого было недостаточно. Силу, накопленную в цикле разрушения и созидания, необходимо усовершенствовать и сжать в чистую и стабильную форму.

Поэтому Ниу Чанг решил добавить множество идей из своей базы данных. Искусство Расширения и Сжатия будет отвечать за сжатие обильной энергии, Утончение Огненной Молнии - за очистку энергии, Искусство Тела Предельного Тирана и Неразрушимое Тело Небесного Императора станут основой, Врожденный Изначальный Сосуд и Писание Хаотического Космоса - хранилищем жизненной силы в теле.

Ниу Чанг назвал этот нелепый метод культивирования "Невозможной идеей", ведь он работал только в теории!

Ни один человек, ни одно живое существо не сможет его культивировать, так как умрет на первом же этапе - разрушении тела - прежде чем сможет приступить ко второму этапу.

Поэтому он не торопился с выводами и размышлениями. Он вывел этот метод культивирования тела, используя в качестве ступени Базовое Усовершенствование Тела.

Ниу Чанг, забыв о внешнем мире, полностью погрузился в море своих мыслей.

Он не только перепробовал предыдущие методы культивации тела, но и добавлял их налево и направо, чтобы убедиться, что каждая часть его тела не пропадет зря и будет использована им по назначению.

Наконец он получил подтверждение от системы, что Невозможная Идея зарегистрирована.

Чувствуя себя в восторге от такого глупо мощного метода культивации, Ниу Чанг слегка дрожащим голосом приказал системе.

'Система, культивируй Невозможную Идею до первого уровня'.

Надеюсь, цена не будет слишком высокой, иначе я могу только плакать".

Причина, по которой Ниу Чанг не поднял ее до третьего уровня, заключалась в том, что он не думал, что Невозможная Идея следует обычному продвижению, как культивация ци.

'Культивирование Невозможной Идеи до первого уровня требует 5000 очков кармы'.

'Подтверждаю!'

Ниу Чанг не стал задумываться об очках кармы или спрашивать систему, почему цена оказалась ниже, чем он ожидал. Он хотел посмотреть, насколько сильным он станет после завершения первого цикла разрушения и созидания.

Вжух.

Прилив энергии вошел в тело Ниу Чанга из пустоты и медленно трансформировал его тело. Кости издавали треск, кровь - шипение, а другие части тела - ужасающие звуки.

Если бы это был обычный человек, услышать такой звук означало бы только одно. Этот человек испытывает самые мучительные пытки в своей жизни, прежде чем окончательно скончаться.

Но Ниу Чанг чувствовал, что отдыхает с комфортом. В одну секунду ему захотелось понежиться в теплой воде, а в другую - охладиться в своей спальне.

Комбинация этих двух ощущений доставляла ему бесконечное удовольствие, и он обмяк и лег на дорогу с глупой улыбкой на лице.

"АХ~"

Ниу Чанг все это время лежал, бился в судорогах и стонал, как бескостная лапша. Каждый раз, когда он хотел успокоить свой разум и очнуться от столь постыдного зрелища, он оказывался бессилен.

Тогда он вспомнил поговорку: если не можешь остановить, наслаждайся.

С этими словами Ниу Чанг полностью принял крещение в своем теле.

Теперь, не имея никаких ограничений, он звучал как сумасшедший. Иногда он стонал, иногда хихикал, а иногда произносил непонятные слова.

Прошло пятнадцать минут.

Ниу Чанг наконец перестал получать бесконечную порцию чистой энергии из пустоты, его тело замедлило свою трансформацию, пока наконец не подошло к концу.

Он смотрел на небо: уже миновал полдень, и скоро наступит ночь. В голове Ниу Чанга было пусто, и он начал сомневаться во всем.

Правильный ли путь он выбрал в своей жизни?

Правильным ли был его выбор?

Еще не до конца проснувшись после душевной пустоты, Ниу Чанг неосознанно переключил свое внимание на культивирование.

Какой боевой навык понадобится ему сейчас больше всего?

Как полностью раскрыть потенциал использования ци и многое другое.

Не успел он это осознать, как его ясное сознание внезапно прервалось. Ниу Чанг сел, вытер слюну со рта и нахмурился.

"Неужели... у меня только что была после ореховая* ясность?

* ( Есть теория, что орехи помогают сохранить ясность ума. Особенно грецкие )

Ниу Чанг рассмеялся про себя, встал и очистил одежду от грязи.

Оглянувшись на небо, он убедился, что, когда он прибудет в деревню Желтой Почвы*, уже наступит ночь.

"Надо поторопиться". С этими мыслями он ускорил шаг.

Упорядочив разрозненные мысли, пока он находился в ясном сознании, Ниу Чанг получил хорошую сумму идей, над которыми можно было размышлять еще два дня.

Теперь ему просто необходимо найти хорошее и тихое место, чтобы проверить свою идею, и тогда в его системе пропишется настоящий боевой навык, использующий ци.

Когда Ниу Чанг издалека увидел свою деревню, он обрадовался. Небо еще не потемнело, в лучшем случае красное солнце отбрасывало длинную тень на землю.

Благодаря своему уровню развития он оказался быстрее, чем предполагал.

По уровню культивации его только что созданное физическое тело достигло первого цикла разрушения и созидания.

Невозможная Идея была поистине глубокой, даже Ниу Чанг, как ее создатель, все еще был полон вопросов о том, что он может и чего не может сделать.

Чем больше он проверял свои теории на пределе возможностей своей Невозможной Идеи, тем больше понимал, что превратился в ходячего подопытного, только и ждущего, чтобы его препарировали.

Но он все еще понимает, чего достиг на данный момент.

Первый уровень, или первый цикл, обеспечил сильное общее повышение физических качеств Ниу Чанга. Сила, выносливость, ловкость и жизненная сила были выше, чем раньше.

Если бы Ниу Чанг хотел сравнить свое нынешнее тело с чем-то другим, то это было бы похоже на то, как он получил от системы десять стеков баффа, когда столкнулся с десятью обычными бандитами.

Его сила была примерно равна силе десяти человек, спрессованных вместе в его крошечном теле, но в отличие от десяти стеков из системы, его сила была рафинирована и сжата как единое целое.

Система давала лишь грубую прибавку к силе, не подстраиваясь под тело хозяина. Это все равно что увеличивать количество, чтобы подавить качество.

Это как сравнивать замок из песка без надлежащей конструкции с хорошо построенным домом. Замок из песка победил только за счет количества, разгромив хорошо построенный дом одним лишь весом.

Следующим улучшением стала новая дремлющая энергия в теле Ниу Чанга. Эта энергия отличалась от жизненной силы и жизненных сил, так как генерировалась исключительно благодаря его Невозможной Идее.

Ниу Чанг испробовал множество способов, но ничего не смог сделать с этой новой энергией. Это его очень разочаровало и разозлило: ведь что он ненавидел больше всего?

Это когда автор заставлял главного героя получить что-то вроде мощного оружия или техники, но тот не мог ничего открыть, только чтобы это сыграло решающую роль в спасении из ситуации жизни и смерти.

Каждый раз, когда Ниу Чанг сталкивался с подобными приёмами, ему очень хотелось разрушить четвёртую стену, ударить главного героя по затылку и приказать ему как следует изучить эту тайну.

Но, столкнувшись с таким же состоянием, Ниу Чанг почувствовал себя неловко. "Черт возьми, я хочу посмотреть, как далеко ты сможешь от меня спрятаться? Этот господин выведает все твои секреты и будет использовать тебя по своему усмотрению".

На данный момент Ниу Чанг называл эту энергию только врожденной. Причиной ,тому послужили прочитанные им истории, в которых говорилось о том, что культивирование тела всегда подразумевает превращение послеродового состояния во врожденное.

Когда культиватор достигает врожденного состояния, у него появляется новая энергия, которая называется врожденной.

У Ниу Чанга в душе было несколько догадок, но эти догадки возникли из множества методов культивирования тела, которые он объединил в Невозможную Идею, и теперь уже не мог определить, какая из них какая.

В результате слияния получился чудесный результат, и Ниу Чанг действительно получил врожденную энергию быстрее, чем предполагал ранее.

Согласно предложенной им теории, он должен достичь такого результата, когда уровень культивирования его тела достигнет первого качественного изменения.

Предстояло еще многое исследовать, но времени было слишком мало.

Пройдя мимо входа в деревню, Ниу Чанг направился к своему старому и разбитому дому.

Идя, он видел, что деревня осталась прежней. Слабые тела, грязные и уродливые одежды, морщинистые лица из-за того, что весь день находились под солнцем.

Дойдя до своего дома, Ниу Чанг вдруг увидел соседку, которая махала ему рукой.

Женщина лет тридцати, увидев идущего к ней Ниу Чанга, облегченно вздохнула.

Ниу Чанг с невозмутимым лицом стоял неподалеку от невысокого забора. Прежде чем он успел задать вопрос, женщина уже начала говорить.

"Ниу Чанг, я никогда не думала, что ты выживешь и вернешься. Тебе было плохо на воле?" Она взглянула на мешок, который нес Ниу Чанг, но не смогла разглядеть его содержимое. "Что бы ни случилось с тобой за пределами деревни, это все твои проблемы, но в деревне мы должны помогать друг другу.Сейчас ты не можешь пользоваться своим домом, так как им пользовались уважаемые гости".

Выдержав паузу, чтобы понаблюдать за реакцией Ниу Чанга, женщина продолжила. "Похоже, ты неплохо справляешься, а теперь возвращайся туда, откуда пришел, и ищи другое место для ночлега".

Женщина не прогнала Ниу Чанга жестом руки, но ее глаза смотрели на унылое лицо Ниу Чанга.

Если бы в прошлом Ниу Чангу нужно было время, чтобы собраться с силами, он бы молча согласился. Но теперь, когда у него появились средства благодаря золотому пальцу, он решил больше участвовать в жизни окружающих.

"Понятно", - стоя на том же месте и не выказывая никаких эмоций, спросил он. "Не могли бы вы объяснить мне, в чем дело? Зачем уважаемые гости прибыли в нашу деревню?"

Женщина усмехнулась: "Что ты хочешь знать? Просто подними ногу и уходи".

Ниу Чанг в душе вздохнул. Три года, в течение которых он прикидывался дурачком, принесли свои плоды. Теперь все в деревне воспринимали его как мягкую хурму.

Но в его сердце не было никаких колебаний, он слишком устал, чтобы заботиться о простом деревенском жителе в глуши.

Я уже думал об этой проблеме. Почему жизнь главных героев историй кажется более привлекательной? И почему я совсем не ощущал этого в течение двух дней после активации моей системы?

Ответ был очень ясен. Ниу Чанг посмотрел на женщину, стоящую перед ним: "Разговоры о мусоре и глупых людях нужны, чтобы скрасить это долгое путешествие".

Ниу Чанг повернулся и стал искать более дружелюбного жителя деревни, чтобы расспросить его об этой проблеме. Он не стал бы действовать необдуманно, войдя в свой дом и дожидаясь прихода так называемых уважаемых гостей.

Затем последовала бы история с их разговором и недооценкой друг друга, потом началась драка, и победителем, естественно, стал Ниу Чанг со своим читом.

Но, к сожалению, нет никакой гарантии, что такое случится. Что, если противник - старый монстр, который замаскировался?

У Ниу Чанга есть знакомые в этой деревне, с которыми он был довольно близок, но после того, как он спросил двух из них и получил одинаковые ответы. Ниу Чанг наконец понял, что произошло в его деревне.

В лесу рядом с деревней был обнаружен след демонического зверя. Третий сын семьи Ли нашел большую змеиную чешую и сообщил об этом родителям. После обсуждения деревня отправила человека в Желтую деревню с просьбой о помощи.

Находка змеиной чешуи произошла утром, а вскоре после этого деревня отправила гонца, но помощник уже был здесь. Странствующий мастер боевых искусств?

Ниу Чанг догадывался о том, кто занимает его дом, но не мог понять. Почему они выбрали именно мой дом, а не дом другого жителя деревни?

Демонический зверь - так смертные называли животных, которые эволюционировали и встали на путь культивации.

Огромная змеиная чешуя доказывала, что это демон-змея, но, по словам деревенского жителя. Она была размером с ладонь взрослого человека, и, конечно же, это был не недавно выросший демон-змея, а старый и сильный.

Для смертных демонический зверь был кошмаром, но для мастеров боевых искусств это были ходячие трофеи. Каждая часть тела демонического зверя была для них драгоценным сокровищем: кровь и плоть можно было использовать как добавку для повышения уровня культивации, кожу - как украшение и многое другое.

Каждый раз, когда появлялись новости о демоническом звере, бесчисленные мастера боевых искусств слетались к нему, чтобы заполучить в свои руки.

Узнав все подробности, Ниу Чанг стал бродить по деревне в поисках места для ночлега.

Но, поразмыслив, он вспомнил, что бесхозные дома в деревне должны быть полны пыли и требовать много времени на уборку. Ниу Чанг не хотел тратить свое драгоценное время на это.

Хотя он не мог прибегнуть к насилию, чтобы захватить дом жителей деревни, но он мог заплатить им за то, что они останутся на ночь или две.

Ниу Чанг нашел ответ и без колебаний направился к дому, о котором подумал.

Оказавшись перед обычным разбитым домом, Ню Чанг постучал в дверь.

Звук стука был слабым, но достаточным, чтобы сообщить хозяину о своем визите. Вскоре после этого Ню Чанг услышал шаги изнутри.

Дверь открылась, и на пороге появилась девушка девятнадцати лет. Она посмотрела прямо, но обнаружила лишь пучок волос, затем опустила взгляд и наконец увидела перед собой Ниу Чанга.

"О, это ты. Сирота из..." Девушка попыталась что-то вспомнить, но ничего не нашла и сдалась. "Что тебе нужно?"

Она выглядит довольно нетерпеливой, но не стала сразу же хлопать дверью, чтобы прогнать Ниу Чанга.Глядя на девочку-подростка, Ню Чанг вспомнил информацию о ней.

Цинь Цин была сиротой, а ее родители умерли предыдущей зимой.

Информации о Цинь Цин было немного, но того факта, что она как-то связана с одной судьбоносной встречей Ню Чанга, было достаточно, чтобы повысить ее статус с моба до нпс.

Это была не единственная причина, по которой Ниу Чанг выбрал именно ее: Цинь Цин была еще подростком, а значит, ее жизнь должна быть тяжелее, чем у остальных жителей деревни, поэтому она больше всего нуждалась в деньгах.

Ниу Чанг мог бы поискать место получше, но человеческая жадность безгранична. Если он покажет им хотя бы мельком, что находится в его мешке, они примут Ниу Чанга, а потом либо убьют его, либо ложно обвинят в том, что Ниу Чанг их обворовывает.

Учитывая это, слабый и нуждающийся в деньгах Цинь Цин показался Ниу Чангу лучшим вариантом.

"Могу я сегодня отдохнуть у вас?" спросил Ниу Чанг.

Но лицо Цинь Цина исказилось и потемнело.

Ню Чанг вдруг понял, что его слова прозвучали слишком двусмысленно, и быстро добавил пояснение. ""Мой дом захватили пришлые мастера боевых искусств, и теперь я бездомный. Могу я пожить у вас, пока они не уйдут?".

Только тогда Цинь Цин дала волю гневу: "Почему ты не сказал об этом раньше?!"

Она кричала из последних сил, а затем медленно успокоилась. "Я понимаю, но почему я? Я слышала, что у вас есть хороший сосед, дядя..."

Когда она попыталась вспомнить информацию о Ниу Чанге, то резко замолчала. Она вспомнила, что дядю вчера нашли мертвым недалеко от их деревни.

Цинь Цин посмотрела на маленького ребенка, стоящего перед ней, и в ее голове возникла абсурдная мысль. '' Вряд ли это его рук дело''.

Неожиданная находка чешуи демонического зверя стала сенсацией для всех жителей деревни Желтая Почва. Никто не хотел ничего делать и ждать собственной смерти.

Обращение за помощью в Желтую деревню было лишь первым шагом, в Желтой деревне будут обсуждать, а в конце концов попросят помощи и у более крупной и сильной фракции - города Хайчэнь.

Путь от Желтой деревни до Желтой деревни займет полдня, а от Желтой деревни до города Хэйчэнь - еще один день.

Внезапное появление странствующих мастеров боевых искусств, естественно, стало хорошей новостью для жителей деревни, и они отнеслись к ним с максимальным гостеприимством.

Заботясь о безопасности всей деревни и собственной жизни, Цинь Цин закончила свои внутренние расчеты и решила помочь Ниу Чангу.

"Кхм, ты можешь войти". Она расширила вход, толкнула дверь и жестом показала Ниу Чангу, чтобы тот вошел.

"В конце концов, он всего лишь мальчик. Если он осмелится сделать что-то странное. Я хочу посмотреть, как он это сделает".

Ниу Чанг был слегка удивлен, но не изменил выражения лица и без промедления вошел в дом.

"Она удивительно добрая?"

Ниу Чанг почти никогда не общался с Цинь Цин напрямую, поэтому слышал о ней только слухи.

По слухам, в день смерти родителей она даже не заплакала. Точная причина была неизвестна, но многие выдвигали свои версии.

Одни говорили, что она просто отрицала свою вину и не могла пережить внезапное несчастье, а другие склонялись к тому, что она просто бессердечная девушка.

Дом оказался не слишком большим, но и не слишком маленьким. Оглядевшись по сторонам, Ниу Чанг не обнаружил в доме почти никакой мебели, кроме самой необходимой.

Затем его взгляд остановился на столе в комнате, на котором стояло несколько деревянных чашек и два вида еды.

"Это всего лишь рис и немного овощей для тушения".

Ниу Чанг уже привык к такой еде. После смерти родителей рис для него и его сестры тоже стал роскошью.

Ниу Бай всегда жаловалась на еду, но Ниу Чанг всегда говорил ей, чтобы она не была слишком требовательной, чтобы не перетрудить свое маленькое тело.

Она была нужна ему больше для того, чтобы выжить, чем для того, чтобы есть больше еды. Только когда Ниу Бай работала, у Ниу Чанга было время для изучения боевых искусств.

Цинь Цин, наблюдавшая со стороны за взглядом Ню Чанга, тут же прокомментировала. "Не стоит об этом думать. Кто работает, тот ест, а кто не работает, тот не ест".

Решение было окончательным, за исключением случаев, когда Ниу Чанг мог дать ей что-то взамен.

Но, видя, что Ниу Чанг больше не смотрит на ее ужин, Цинь Цин внутренне фыркнула и направилась к обеденному столу, чтобы продолжить.

Но когда она села за стол и собралась взять палочку, то увидела, что за ней следует маленькая тень.

"Разве я тебе уже не говорила?" Цинь Цин смотрела прямо в лицо Ниу Чанг, не скрывая своего недовольства.

Это был все тот же прежний Ниу Чанг с невозмутимым лицом, которое эффективно сбивало с толку тех, кто не был с ним близок.

"Я заплачу тебе за это". Ниу Чанг вытянул кулак и раскрыл его. На его ладони лежала одна монета.

Цинь Цин, которая была на пределе своих возможностей, тут же остолбенела, глядя на монету на ладони Ниу Чанга. Она была ошеломлена таким неожиданным поворотом событий, и шестеренки в ее голове остановились.

С пустым взглядом она тряхнула головой, чтобы восстановить концентрацию. "Ты уверен?"

Она перевела взгляд с монеты на лицо Ниу Чанга. Ей было не по себе, хотя она и была вспыльчивой, но в то же время довольно доброй.

Одной монеты было более чем достаточно, чтобы купить весь ужин, но Ниу Чанг предложил ей ее за одну порцию.

У этого парня проблемы с головой? Разве не говорили, что он учится читать и писать? Неужели сестра совсем не научила его ценить деньги?

Чем больше она думала об этом, тем сильнее ощущала, что фитиль в ее голове медленно перегорает.

"Просто возьми это как деньги на еду на время моего пребывания здесь, если их не хватит, я заплачу тебе позже".

Цинь Цин, наконец, нашла спасение от излишних раздумий и посмотрела на Ниу Чанг более мягким взглядом.

"Хорошо, садись и ешь". Ее больше не отталкивало то, что Ниу Чанг приютился в ее доме и ест ее еду. "Только не ешьте слишком много".

Ниу Чанг сел и уставился на обеденный стол. Поскольку это был ужин на одного человека, то, естественно, и посуда была только одна.

Цинь Цин, которая уже взяла палочки и поднесла еду ко рту, снова остановилась.

"Ты не можешь не смотреть на меня так? Разве ты не можешь вести себя более нормально? Ладно, ладно, я принесу тебе твою миску и палочки".

Ее тон был резким, но она сделала это только потому, что Ниу Чанг продолжала ее отвлекать.

Она отодвинула стул и встала, пройдя на кухню.

Ниу Чанг, сидя на стуле, теперь внимательно осматривала еду на столе. Рис был не слишком качественным, не чисто белым, а его консистенция была слишком кашеобразной. В запахе присутствовал какой-то посторонний запах, о котором Ниу Чанг не знал.

Затем он взглянул на овощи - главное блюдо этого ужина. Овощи были пережарены и слишком старые, в основном те, которые растут круглый год и которые легко выращивать.

Услышав приближающиеся шаги, Ниу Чанг поднял голову и посмотрел на Цинь Цин, которая несла небольшую миску и палочки для еды.

Короткие волосы, маленькие глаза, маленький нос, маленький рот и невысокий рост. Общий балл, по мнению Ниу Чанга, был чуть ниже среднего.

Это было на уровне прохожего, не заслуживающего подробного описания.

Ниу Чанг не мог не спросить себя. "Неужели это и есть та самая легендарная цундере с невысоким темпераментом, маленьким ростом и плохим умением готовить?

Под пристальным взглядом Ниу Чанга Цинь Цин лишь свирепо посмотрела ему в глаза.

Она шумно села и резко подтолкнула миску и палочку к Ниу Чангу.

Затем она сосредоточилась только на своем ужине и не издавала никаких других звуков.

Ниу Чанг взял миску, наполнил ее плохим рисом, затем взял палочку и начал ковырять пережаренные овощи.

Он не ожидал ничего особенного: лишь бы было чем набить желудок, и ничто не стоило его внимания.

Как ни странно, его спокойное состояние было нарушено удивительным вкусом риса, который заставил его язык двигаться вперед, а овощи вызвали во рту кислый вкус и жесткость.

На его лице произошло лишь небольшое изменение, но не более того. Он выплюнул еду и перешел в свой безэмоциональный, бесчувственный и неживой режим.

Время пролетело незаметно, лишь холодный ночной ветер сопровождал ужин дуэта.

Цинь Цин вспомнила о чем-то важном, она перестала набивать рот едой и посмотрела на Ниу Чанг.

Слова давались ей с трудом, на лице отражалась смесь различных эмоций: вина, стыд, ненависть.

Но все смылось, когда она увидела, как Ниу Чанг без всяких эмоций, машинными движениями невозмутимо ест.

Он даже глазом не моргнул.

Цинь Цин: "..."

Последовало молчание.

В итоге она лишь проглотила свои мысли и молча принялась за еду.

Поужинав, Ниу Чанг с безэмоциональным, бесчувственным и немиролюбивым видом посмотрел на Цинь Цин.

Ему не нужно было разговаривать или беспокоиться о мелочах, в этом режиме его заботили только результаты и практичность.

Цинь Цин неожиданно не стала устраивать сцен, поняла, что хочет сказать Ниу Чанг, и открыла рот. "Иди туда и выбери любую комнату, которая тебе понравится".

Кивнув головой, Ню Чанг пошел в направлении, указанном Цинь Цин. Покинув сцену, он выключил режим машины.

"Ба..." Ню Чанг открыл рот, не издав ни звука, и почувствовал отвращение ко рту. Ничто не могло смыть этот ужасный вкус, даже газировка из его прошлой жизни.

Если дело только во вкусе, то так тому и быть, но во рту тоже было жестко.

Он был беспомощен и мог только жаловаться в душе.

Может, в следующий раз мне стоит взять на себя приготовление еды? Для здоровья моего рта и чтобы это не повлияло на мое культивирование".

Ниу Чанг подошел и остановился. Перед ним были две двери, левая и правая. Подумав, он открыл правую дверь.

Заглянув в комнату, он отправился в левую, чтобы сравнить их. Левая комната была больше и аккуратнее, поэтому он выбрал левую.

На поверхности мебели и пола не было ни пылинки.

Похоже, она не так уж бессердечна, раз заботится о своих покойных родителях? А может, она просто помешана на чистоте?

Подавив неприятное ощущение во рту, Ниу Чанг сел на кровать и приступил к своим ночным делам.

Обдумывать и приводить в действие свои идеи. Переварить накопленный за день опыт и извлечь уроки из совершенных ошибок.

Первой идеей, которую Ниу Чанг выбрал для начала своего исследования, было использование ци и создание боевых навыков, использующих ее в своих приемах.

Подумав, Ню Чанг стал тщательно контролировать ци энергии трансформации в своем теле.

Он наблюдал за тем, как они ведут себя под сильным воздействием, чтобы проверить свои конъюнктуры.

Затем он перешел к следующему шагу и стал наблюдать за тем, как ци движется в его теле.

Эти два пункта были фундаментальными знаниями о ци в целом, поэтому он не спешил переходить к третьему шагу.

Третий шаг заключался в изучении природы его конечного метода культивирования ци, в основе которого лежит трансформация.

Всеохватывающий, неограниченно растущий и бесконечно развивающийся.

Существовало более двадцати методов культивирования, переплавленных в Энергию Трансформации, поэтому можно было предположить, что Ци Энергии Трансформации также может трансформироваться в двадцать различных типов Ци с разными атрибутами и природой.

Эта ночь будет долгой. Но луна все это время сопровождала Ниу Чанга, молча наблюдая за ним и даря ему тусклый лунный свет.

Фэнтези - это большое слово с множеством значений, и одно из них используется как жанр во многих рассказах и книгах.

В историях, написанных в жанре фэнтези, в основном использовались элементы, не поддающиеся логике и естественному порядку вещей: вода мокрая, вода течет в низ, огонь горячий и многое другое.

Но благодаря определенному элементу, который используется в качестве универсального термина, чтобы быть причиной и поводом для таких неестественных явлений, был назван магией.

Магия использует магическую энергию, позволяющую пользователю переписывать или изменять окружающий мир по своему желанию.

Наблюдая за тем, как герои используют различные виды магии, чтобы подтолкнуть и оживить сюжет, читатель неизбежно захочет попробовать это сам.

Но некоторые из этих читателей также хотели стать лучшими в этом деле.

Они начали задавать самый главный вопрос.

Что такое магия?

"Магия - это то, что определяет ваше сердце".

"Магия - это использование магической энергии с помощью определенных расчетов и заклинаний для внесения изменений в реальный мир".

"Магия - это чудо!"

У разных персонажей есть свое определение, и у разных книг тоже есть свое определение.

Но после прочтения стольких книг и историй истина проявлялась, даже если человек не пытался об этом думать.

Не нужно было усложнять простые вещи, не нужно было заслонять истину собственными чувствами и познанием, наполненным предубеждениями.

Магия - это фантазия.

Фантазия породила магию.

Фантазия укоренилась в сознании.

Чтобы изменить реальность, переписать мир и бросить вызов логике. На такое способен только неокрепший разум.

Поэтому, чтобы стать лучшим в магии, нужно иметь хороший ум. Рациональный, но еще свежий ум, чтобы видеть сквозь фальшь и управлять реальностью одной мыслью.

Но, к сожалению, такая простая вещь была зарублена, ободрана и оплевана в презрении только для удобства сюжета.

Кто виноват - вот в чем вопрос.

. . .

Ниу Чанг играл со своей Энергией Трансформации ци и завершил последний эксперимент.

"Фух, это было быстрее, чем я думал". Ню Чанг взглянул на ночное небо через небольшую щель в своей комнате.

Было еще темно, но ничего особенного не предвещало.

Пока Ню Чанг чувствовал, что еще не слишком поздно, независимо от ситуации с ночным небом, он мог бы воспользоваться тем, что ночь была еще длинной.

"Как я и думал, ци в целом была просто энергией. Универсальная энергия, которую можно использовать как угодно и для чего угодно".

"Если бы не ее малое количество, способность изменять всю реальность сама по себе не была бы невыполнимой задачей".

Вспомнив, как в прошлой жизни он понимал, что такое магия или ци, Ниу Чанг смело проигнорировал неизвестность и зафиксировал свою теорию как истину.

Что с того, что моя теория неверна? Посмотрите на 999-й уровень культивации, Святой Бог-Император Первозданного Хаоса Предельного Генезиса не дотягивает до их уровня, одной мысли достаточно, чтобы изменить саму концепцию реальности?

'Так какие же правила или ограничения существуют в этом мире, которые могут сковать их волю?'

'Учитывая это, как моя теория может быть неверной? То, что я не могу сделать это прямо сейчас, не означает, что моя теория неверна!

Ниу Чанг вспомнил еще один пример.

Специально сертифицированный умственно отсталый человек, ставший взрослым, имеет 999-й уровень культивации. Каким бы медленным и тупым ни было его мышление, его слова станут правилом, а его действия будут доминировать над всем.

С таким мышлением и убеждениями Ниу Чанг уже был настроен на создание боевого мастерства, просто размышляя и придумывая.

"Поскольку с определенной точки зрения ци была всемогущей энергией, не нужно было ничего усложнять. Просто мобилизуй их с помощью разума, чтобы использовать боевой навык. Только представьте себе это".

Если бы кто-нибудь из мастеров боевых искусств услышал дерзость невежественного Ниу Чанга, они бы подняли брови и громко хмыкнули.

"Хамф, невежество юнца?!"

"Какая дерзость. Ты не знаешь о необъятности неба и земли!"

Ниу Чанг решил не обращать внимания на эту нелепую мысль и начал успокаивать свое взволнованное сердце.

"Наконец-то! То, что реинкарнатор или трансмигрант так и не сделал в своей истории".

Как заядлому читателю, Ниу Чангу неизбежно приходилось читать истории, которые были ему не по зубам. Главный герой был наивным, и это прекрасно. Главный герой был глуп - тоже нормально.

Но когда он видел главного героя, которого явно называли гением и у которого в прошлой жизни было сильное читательское прошлое, но он ни разу не попытался открыть ящик Пандоры, почки Ниу Чанга начинали сильно болеть.

Если бы Ниу Чанг оказался внутри одной из таких историй, его бы уже вырвало кровью, а потом он бы скончался в гневе.

В его сердце была только обида, и даже ад не мог сдержать его разочарования.

В ясном сознании, не отвлекаясь ни на какие мысли, Ниу Чанг мысленно представлял себе мир.

Мир был размыт и не имел четких деталей, но смысл и нюансы были в сердце Ню Чанга.

Не смотря на то, что в этом пустынном мире неожиданно появилось дерево, небо не было должным образом спланировано его создателем.

"Дерево".

В этом пустынном мире внезапно появилось дерево, даже небо не было должным образом продумано его создателем.

С внезапным появлением дерева остальные элементы последовали его примеру. По направлению вниз от дерева расцвели почва и земля.

Дерево было большим и тянулось к небу, и когда возникла эта мысль, небо последовало ее примеру.

Крона дерева была пышной и зелёной, и, стоя под ним, Ниу Чанг чувствовал, как она освежает его.

Первым боевым навыком, который хотел создать Ниу Чанг, была усовершенствованная версия Быстрого Листопадного Шага.

Внезапный порыв ветра налетел на крону дерева. Но он не поколебал ствол, только большое количество листьев начало падать вниз.

В силу особенностей человеческого разума он был ограничен в концентрации. Ниу Чанг мог только представить себе "листья", но не мог спроецировать, что это за листья.

Наблюдая за зелеными, немыслимо падающими листьями, Ню Чан пытался поймать это мимолетное ощущение события в своем уме и сердце.

Он чувствовал дуновение ветра на своей коже, ярко-голубое небо, возвышающееся дерево, тень под ним и, наконец, бесчисленные листья, падающие перед его глазами.

Ци следовала за мыслью, а мысль - за разумом, разум - за сердцем, а сердце - за волей.

Но воля иногда находится под контролем сердца, и наоборот, только движение тела или конкретный язык могут побудить волю и сердце одновременно.

"Но это не то, чего я хочу. Не ограниченный никакими жестами или движениями тела, не ограниченный устными приказами или конкретными словами, я хочу, чтобы мое сердце было свободно!

'Раз уж воля и сердце хрупки, то пусть будет так'.

Услышав шум ветра, разносящего бесчисленные листья вокруг него, Ниу Чанг медленно ухватился за неземное чувство в своем сердце.

Оставалось только уловить нюанс, и все было готово.

Ниу Чанг открыл глаза: он находился в своей комнате, но энергия ци Трансформации в его теле постоянно двигалась, словно следуя по невидимому пути внутри тела Ниу Чанга.

В тусклой белой ци Энергии Трансформации появились зеленые пятна. С течением времени зеленые пятна постепенно окрашивали каждую ци в теле.

Вокруг тела Ниу Чанга поднялся ветер, и он почувствовал, что его несет ветер, как падающий лист.

Но это еще не все. Он внезапно остановился, потому что его ци истощилась.

Ниу Чанг успокоил свой разум: " Ну и ну, количество третьей ступени было слишком мало для такого боевого навыка".

Ниу Чанг даже не создал форму, как использовать неземное чувство тонкости в своем сердце для конкретного боевого навыка.

Вызвав систему, чтобы проверить, все ли правильно, Ниу Чанг посмотрел на системную информацию.

[Навык: Кендо, Стремительный шаг, Удар...].

Ниу Чанг решил подробнее изучить вкладку навыков.

Затем он нашел это.

["Зеленое дерево под ярким небом"].

Это была вся информация о боевом навыке, которую выдала система.

Внимательно посмотрев на краткое вступление к "Зеленое дерево под ярким небом", Ню Чанг сделал вывод.

'А, я понял. Этот боевой навык - не только боевой навык, но и метод культивации. Ци трансформировалась в соответствии с ритмом "Зеленое дерево под ярким небом". Это доказывает, что для использования производного боевого навыка необходимо культивировать ци, характерную для "Зеленое дерево под ярким небом"".

Радуясь собственному успеху, Ниу Чанг решил отпраздновать свой первый успех созданием второй полной техники культивирования, объединяющей культивацию ци и боевые навыки.

"Но это трудно, мне нужно вдохновение, чтобы сделать это".

Создание Зеленого Дерева под ярким небом было связано с тем, что в голове Ниу Чанга уже было некоторое представление о них.

Мастерство Быстрого Листопадного Шага послужило для Ню Чанга отличным источником идей, чтобы сконструировать свой разум и представить сущность Зеленого Дерева под Ярким Небом.

Он решил не слишком усердствовать и лег спиной на кровать.

Она была жесткой, но мягче, чем кровать в Желтой деревне.

Мысли бесцельно блуждали без всякой связи друг с другом.

В оцепенении Ниу Чанг вспомнил свою первую жизнь,

Что подтолкнуло Ниу Чанга к созданию Зеленого дерева под ярким небом? Ему нужна была хорошая техника передвижения.

Подумав о таком простом и разумном ответе, Ню Чанг вспомнил свой навык Удар, навык защиты на основе ци и культивацию тела.

Но это не соответствовало его нынешнему настроению. Ему хотелось сделать что-то такое, от чего сердце колотилось как никогда раньше.

Глаза Ниу Чанга внезапно засияли, а в голове возникла идея.

"Я знаю! Я знаю, что я хочу создать. Я хочу любви!"

Людьми движут их собственные желания и эмоции. Не имея ни одного из них, они будут ничем не отличаться от ходячего мертвеца, не имеющего ни цели, ни радости в этой жизни.

Среди эмоций, которые скрашивали эту жизнь, естественно, была любовь.

Ниу Чанг глупо улыбнулся из-за своего ребячества.

"Мне нужна не любовь, а то, что я хочу использовать любовь в качестве основной мотивации для создания второй техники культивирования".

Улегшись поудобнее, Ниу Чанг закрыл глаза. Сердце наполнилось теплом привязанности и тоски.

В хаотичном пространстве разума без направления и света.

"Мир!"

Ниу Чанг приказал миру родиться из небытия, в этом пространстве разума он - бог.

Первозданная пустота отхлынула, и серый и пустой образ заполнил сознание Ниу Чанга.

Так какую же любовь я должен использовать? Любовь к женщине? Любовь к семье? Любовь к достижениям? Любовь к предметам? Или любовь к себе?

В голове Ниу Чанга пронеслись различные воспоминания из его первой жизни.

Хаотичные, но легко различимые воспоминания были похожи на бескрайнее море. Ниу Чанг с интересом наблюдал за ними, прежде чем наконец остановился на конкретном воспоминании.

'Я выбираю тебя'.

В сером мире Ниу Чанг создал возвышающееся дерево.

Но в отличие от предыдущего дерева, это было дерево цветущей вишни, или сакуры.

Старое дерево сакуры свидетельствует о течении времени и красоте природы. Его изрезанный ствол, обветренный и вытравленный годами роста, рассказывает историю стойкости и мудрости. Ветви, некогда полные энергии молодости, теперь изящно тянутся в стороны, а их нежно-розовые цветы украшают дерево, словно нежный шепот мимолетной красоты.

Под изящным пологом цветущего дерева сакуры в безмятежной гармонии с природой возвышается японский храм. Мягкие красные лепестки нежным каскадом ниспадают вниз, создавая живописную сцену спокойствия и красоты. Свет льется на традиционную архитектуру храма, усиливая его неземное очарование.

В передней части храма, купаясь в чарующей атмосфере дерева сакуры, стоит святая дева, изящное воплощение традиций и духовной преданности. Ее шаги, облаченные в струящееся кимоно, легки и неторопливы, словно в гармонии с нежным танцем падающих цветков сакуры. С безмятежным спокойствием она произносит молитвы и заклинания, чтобы ее присутствие стало неотъемлемой частью священной связи между смертным миром и божественным.

Наблюдая за тем, как его разум овладевает желанием наблюдать за этой прекрасной сценой, Ниу Чанг был потрясен и застыл на месте.

Его сердце забилось быстрее, когда он увидел изящную фигуру в кимоно под священным деревом.

"Неужели это любовь?" Он был просто заворожен. "Ба! Любовь - это не что иное, как моя фантазия, как я могу влюбиться в вымышленного персонажа?"

Потом он, кажется, вспомнил что-то важное из своей первой жизни, связанное с этой проблемой, но он был слишком отвлечен, чтобы обращать на это внимание.

Его мысли накатывали, как волны на бурном море, доставляя себя, чтобы завершить это произведение искусства.

Дерево сакуры, храм и святая дева постепенно становились все более реалистичными и полными жизненной силы.

Одинокая, но святая фигура святой девы зашевелилась, словно почувствовала, что на нее кто-то смотрит. Она повернула свое нежное тело, украшенное красным и белым кимоно, и ее лицо медленно раскрыло свой блеск.

Бдамп. Бдамп. Бдамп.

Ниу Чанг чувствовал, что его сердце бьется рядом с ушами, то слева, то справа. В голове путались глупые мысли и сильное желание броситься навстречу этой неземной красоте.

Звон.

Словно что-то раскололось в сознании Ниу Чанга, и он наконец смог увидеть часть лица святой девы.

Под тенью сакуры верхняя часть ее лица была размыта, остался только нижний профиль.

Под изящным носиком ярко-красные губы манили мысли и вызывали тревогу в сердце.

Среди мимолетных лепестков сакуры глаза святой девы смотрели на Ниу Чанга. Она медленно приподняла вишневые губы.

То ощущение, что что-то разрывается на части, было не фантазией, а механизмом самозащиты от опасности.

Ниу Чанг был полностью очарован девой из святилища, о чем сам не подозревал.

Последние остатки рациональности в сознании Ниу Чанга продолжали реветь и всеми силами пытались вывести его из этого состояния.

Вспышка света заполнила мир, и Ню Чанг понял, что что-то не так, в его сердце что-то вторглось, и его решимость побороть превосходство пошатнулась!

"Опасность!"

Ниу Чангу было наплевать на все, потому что в его сердце жила твердая уверенность: если он достигнет превосходства, то потом сможет наслаждаться жизнью.

Каким бы суровым ни был мир, он встретит его с доброй улыбкой и несокрушимой решимостью. Какой бы высокой ни была гора, каким бы глубоким ни было море, он один пройдет через них без всякого страха.

Но сейчас на саму суть его существования влияло нечто, пытавшееся заменить его одержимость чем-то другим.

Впервые после реинкарнации в этом мире он почувствовал страх.

Ниу Чанг не мог не ругаться в душе. "Что это? Отклонение ци?"

Отклонение ци - это когда культиватор прерывался в решающий момент культивации, оставляя свое сердце и разум уязвимыми для любых внешних помех, вызывающих дисбаланс в его контроле. Ци становилась неконтролируемой из-за смятенного состояния ума.

Разум контролирует ци, но иногда он работает и в обратную сторону.

Поэтому, когда происходит отклонение ци, это только запускает негативный цикл, в котором культиватор будет сталкиваться с большей опасностью, чем дольше он будет находиться в состоянии отклонения ци.

Усиленно изучая, как победить мир и достичь превосходства в случае, если его выберут реинкарнатором или трансмигрантом, Ниу Чанг никогда не заботился о таких мелочах, как отклонение ци.

По его словам: "Отклонение ци? Только глупые люди, у которых в сердце нет бессмертной жизни и превосходства, могут страдать от таких глупых и нелепых вещей".

Ниу Чанг перевел взгляд на серый горизонт в пространстве своего разума, но почувствовал какое-то покалывание в теле.

"Нет! Это неправильно. Я должен проснуться!"

Открыв глаза, Ниу Чанг почувствовал, что ци в его теле трансформировалась в чарующую красную ци, которая автономно бежала по его телу.

Неприятное ощущение все еще оставалось в его сердце, а образ этого лица то и дело мелькал в голове.

Эта завораживающая улыбка преследовала его.

Ниу Чанг скрежетал зубами, пытаясь вернуть контроль над ци внутри своего тела. Но он был беспомощен, он был похож на одинокого смертного, который пытается остановить цунами высотой в пятьдесят километров.

Он чувствовал, как в его сердце медленно зарождается любовь к святой деве. Его воображение громко плакало.

Мысли в его голове неслись на полной скорости, наперегонки со временем.

"Мое культивирование было слишком поверхностным, всего лишь неполный третий уровень, если я смогу продержаться, пока не исчерпаю свою ци, я выживу!

Но мои сердце и разум постепенно захватывают. Мне нужно что-то, внешняя стимуляция, чтобы встряхнуть мой разум!

"Боль! Мне нужна боль!"

Когда на кону стояла его жизнь, ум Ниу Чанга был очень активен, и он в кратчайшие сроки проанализировал свое состояние и возможные решения.

Он поднял маленькую руку и ударил себя по лицу.

Пощечина. Пощечина. Пощечина.

Звук соприкосновения кожи с кожей на большой скорости вызвал эхо в комнате.

Но это было очень эффективно.

"Этого недостаточно! Мне нужно больше стимуляции!"

Ниу Чанг попытался наброситься на другие места, причинявшие сильную боль, но обнаружил, что их все еще недостаточно, чтобы бороться с давлением завораживающей улыбки, мелькавшей в его сознании.

Тогда он посмотрел на свою промежность, стиснул зубы и быстро привел в исполнение свое мужское достоинство.

"Этого должно быть достаточно, чтобы я получил опыт знакомства с этим удивительным миром. Кто бы мог подумать, что однажды мне придется сделать это по собственной воле?"

Бам.

Это был тихий звук, но из-за того, что телосложение Ниу Чанга перестало быть обычным смертным, силы его удара хватило, чтобы разрушить ветхий дом Цинь Цина.

Всплеск боли пронесся от яичек вверх по позвоночнику и окончательно выбил из него последние остатки рассудка.

"Опять!" в сердцах прорычал Ниу Чанг и атаковал еще яростнее, чем прежде.

В сознании Ниу Чанга его мужественность была лишь мирской собственностью. До тех пор пока он создавал определенный боевой навык, чтобы исправить это, он не боялся уничтожить его.

Его зрение замерцало, и за очень коротким мгновением этой пустоты появилась завораживающая улыбка.

Ци Ниу Чанга достигла своего предела, и теперь его тело напряглось до предела.

Его разум погружался в глубины моря.

Наконец-то он победил, выстоял под воздействием разлагающей силы улыбки ведьмы.

Но даже когда он успешно пережил катастрофу, вызванную его огромным любопытством. В последней капле сознания он увидел ту самую женщину под тенью.

Она продолжала улыбаться. Ее не трогало самодовольство победы Ниу Чанга, как будто она знала, что это не конец, а только начало.

"Сумасшедшая сука".

Желтая деревня.

Посланцы из Желтой деревни, состоящие всего из двух взрослых мужчин, наконец-то достигли своей первой цели.

"Наконец-то мы прибыли к Желтой деревне. Давайте поторопимся", - воскликнул один из них, увидев вдали деревню и облегченно вздохнув.

Они отправились в путь ближе к полудню, поэтому добраться до Желтой деревни до наступления ночи было невозможно.

Дойдя до главных ворот, они столкнулись с одиноким стражником.

"Стоять! Какова ваша цель?" - спросил стражник.

Оба гонца, ничего не скрывая, тут же рассказали подробности своего путешествия.

Услышав о цели их визита, стражник тут же удалился на поиски своего напарника.

Хотя ворота должны были постоянно охранять два человека, правила были довольно мягкими. Поэтому ночные сторожа часто сменяли друг друга, позволяя одному отдыхать, а другому стоять на страже.

Охранник вернулся со своим напарником и приказал гонцам: "Следуйте за моим другом сюда, он отведет вас к старосте деревни".

Без промедления оба гонца последовали за стражником к дому деревенского старосты.

На ночных улицах было тихо, лишь изредка мимо проходили один-два человека.

"Вы впервые посещаете Желтую деревню?" - спросил стражник, не оборачиваясь.

"Нет, я не в первый раз, но мой друг - впервые", - ответил гонец.

Пытаясь разбавить холодную и темную ночь, они завели непринужденную беседу.

"Пожалуйста, господин воин. Пожалуйста, помогите мне!"

Когда они шли по одной из улиц, женская мольба разрушила спокойную атмосферу ночи.

"Что случилось?" спросил один из посыльных у стражника, любопытство которого было очень сильным.

Стражник просто покачал головой. "Это жена семьи Хуанъюй. Они ждали всю ночь, но их дочь не вернулась. Муж продолжает поиски, а жена, как видите, просит помощи". Звук доносился из окрестностей единственной в этой деревне школы боевых искусств".

"Директор и инструкторы школы, хотя и являются мастерами боевых искусств, скромны и часто протягивают руку помощи нуждающимся жителям деревни. Вот почему она сейчас просит их о помощи".

Для двух посланцев из деревни Желтой Почвы семья Хуанъюй была чужой.

Но если бы на их месте был Ниу Чанг, он бы узнал голос женщины, которая просила о помощи.

Это была жена того самого дома, где он останавливался предыдущей ночью.

Утром, перед тем как Ниу Чанг ушел, жена Хуанъюй Яо спросила, может ли он сопровождать ее дочь, чтобы поиграть.

Но Ниу Чан прямо отказал ей, и Хуаньюй Яо смогла лишь улыбнуться.

Она подумала, что раз Ниу Чанг примерно такого же возраста, как и ее дочь, то они смогут играть вместе.

"Господин воин, пожалуйста. Я заплачу вам столько, сколько вы захотите. Пожалуйста, помогите моему мужу в поисках нашей дочери". Хуаньюй Яо продолжала умолять перед школой боевых искусств.

"Пойдемте. Наше дело важнее", - позвал двух гонцов стражник.

Деревня Желтой Почвы и Желтая Деревня хоть и находились довольно далеко друг от друга, в конечном итоге были довольно близки. Особенно если речь шла о демонических зверях, и в доказательство посланцы принесли найденную в их деревне чешую.

Двое стражников испугались и всерьез задумались над этой проблемой.

Если деревня Желтой Почвы будет уничтожена демоническим зверем, они знали, что могут оказаться следующими.

Два гонца молча кивнули и последовали за ними.

Не сдержавшись, гонец, впервые посетивший Желтую деревню, завязал разговор. "Эй, Даланг, помнишь ли ты о таинственных исчезновениях в нашей деревне в прошлом году?"

Си Даланг, второй гонец, посмотрел на своего собеседника. Из-за недостатка света было трудно разглядеть выражение лица Си Даланга.

"Вы имеете в виду исчезновение трех жителей деревни без каких-либо зацепок?"

"Да, я хорошо помню этот случай. Это случилось тогда, когда пропал младший ребенок семьи Нин, мой сосед. Все началось с его исчезновения, а в последующие дни бесследно пропали еще два человека. Жителей деревни охватил страх, многие стали собираться в группы и рано возвращаться с полей".

Странное явление, произошедшее в деревне Желтая Почва в прошлом году, было известно всей общине. Оно было окутано тайной, поскольку никто не мог понять, почему и как это произошло.

Первой жертвой стал мальчик из семьи Нин. Когда наступила ночь, а он не вернулся домой, родители отправились на его поиски, но всю ночь слышали лишь тревожные крики его обеспокоенной матери.

Весть об исчезновении быстро распространилась среди жителей деревни. Семьи с маленькими детьми запрещали им выходить за пределы дома, а те, у кого детей не было, могли лишь выразить сочувствие семье Нин.

Через два дня пропал и молодой человек, не оставив после себя никаких следов. Одни считали, что он решил покинуть деревню, никого не предупредив, но у других возникли подозрения, и они связали его исчезновение с исчезновением младшего ребенка семьи Нин.

Неизвестно, кто пустил этот слух, но он вызвал волну расследований по поводу возможных улик, связанных с первым пропавшим мальчиком. Многие расспрашивали тех, кто играл с младшим сыном семьи Нин в тот роковой день, но никто не предоставил никакой полезной информации.

Прошло два дня, и сердца жителей деревни наполнились напряжением, словно невидимая рука мягко схватила их.

На следующее утро все с тревогой расспрашивали друг друга, ища любую информацию о тех, кто пропал ночью. Но в первые минуты никто из них не обнаружил пропавших.

Но вскоре пришло сообщение, что пропал старик из семьи Цзю.

Мужчина рядом с Си Даланом прервал свои воспоминания о произошедшем, охваченный страхом.

"Неужели Желтую деревню постигнет та же беда, что и нашу деревню в прошлом году?" - задался он вопросом.

Поначалу он сочувствовал жителям Желтой деревни, но теперь не мог не дрожать от страха.

"Если это действительно тот же странный феномен, что и раньше, то первой жертвой был маленький ребенок, а следующей должен стать молодой и сильный человек", - подумал он про себя.

Погрузившись в свои мысли, он невольно взглянул на Си Далана и удивился испуганному выражению его лица.

Оба они увидели страх в глазах друг друга и внутренне прокляли свою удачу.

"Почему это исчезновение должно было произойти именно сегодня? Мы ведь пришли сюда только за помощью", - молча сетовали они в душе.

Сожалея о своем несчастье, они вдруг вспомнили, что должны были покинуть деревню только на следующий день, чтобы обеспечить свою безопасность.

Судя по схеме исчезновений, между каждым случаем проходило по два дня. Это была единственная зацепка, которую удалось собрать в деревне Желтой Почвы относительно загадочного феномена исчезновений.

Си Далан, как и он, тоже размышлял над возможным развитием событий, и их взгляды снова встретились.

Молча кивнув в знак подтверждения своего плана побега, они были прерваны стражником, который вел их за собой.

"Расскажите мне об исчезновениях, произошедших в вашей деревне", - потребовал стражник, выпрямившись во весь рост с глазами, острыми, как у ястреба, выслеживающего добычу.

Люди в этом мире были очень чувствительны к слухам и рассказам о призраках и, как правило, суеверны. Из-за многочисленных необъяснимых происшествий и явлений их мышление, естественно, защищало их от негативных слухов, которые распространялись в их окрестностях.

Си Далан взял на себя инициативу, сохраняя самообладание, а не выглядя встревоженным, как его друг. "Я расскажу тебе об этом, как только мы доберемся до дома главы деревни. Поскольку ты также передашь эту информацию главе деревни, будет эффективнее решить все сразу".

Суетливому мужчине удалось успокоиться, хотя он все еще сомневался, стоит ли раскрывать правду или нет. Он понимал, что раскрытие правды может привести к неконтролируемым последствиям и поставить под угрозу его собственную жизнь. Как он мог принять необдуманное решение в такой критической ситуации?

Прислушавшись к словам Си Далана и поведению второго посланника, страж почувствовал, что срочность дела превосходит угрозу присутствия демонического зверя в окрестностях деревни Желтой Почвы.

Хотя демоническое чудовище могло первым напасть на деревню Желтой Почвы, внезапное исчезновение дочери семьи Хуанъюй и слухи, о которых говорили два гонца, были более срочными.

. . .

В лесу неподалеку от деревни Желтой Почвы дуэт, состоящий из старшего и младшего учеников, возвращался в деревню после целого дня бесплодных поисков внезапно появившегося свирепого зверя.

"Старший брат, что ты думаешь об этом внезапном появлении свирепого зверя в деревне?" спросила Ван Ю, чувствуя усталость и разочарование от непродуктивного дня. Она надулась и обратилась к старшему брату, надеясь на ответ.

Погруженный в свои мысли, Ван Ю не ответил ей. Вэй Хун расстроилась еще больше. Мало того что их поиски не дали никаких результатов, так теперь еще и старший брат игнорирует ее.

Наконец выйдя из задумчивости, Ван Ю повернул голову в сторону непокорной девушки. "Что случилось?" - спросил он, заметив, как изменилось выражение ее лица.

Быстрым движением Вэй Хун превратила свою гримасу в очаровательный и невинный взгляд, невинно моргая глазами на Ван Ю.

Заметив явные изменения в ее поведении, Ван Ю на мгновение замолчал, а затем испустил тяжелый вздох, от которого Вэй Хун даже вздрогнула.

"Старший брат..." тихо произнесла она, ее голос был низким и кротким.

"Ничего страшного. Я просто размышлял о том, насколько необычно внезапное появление этого свирепого зверя", - ответил Ван Ю, делая паузу, чтобы оценить реакцию Вэй Хун.

Несмотря на то, что Ван Ю находился на каникулах, он уже отказался от идеи полностью обучить младшую сестру. Вместо этого он называл это "каникулярным обучением", чтобы облегчить бремя, которое он чувствовал.

Как человек, ценящий дисциплину, он не хотел терять время. Поэтому он должен был извлечь из ситуации максимум пользы.

"Как ты знаешь, то, что смертные называют демоническими зверями, мы, мастера боевых искусств, называем свирепыми зверями. Потому что, какими бы сильными они ни стали, звери всегда останутся зверями. Культивация может увеличить их силу, но их интеллект остается ограниченным, за исключением некоторых исключительных случаев", - пояснил Ван Ю.

"Это также учит молодых учеников не бояться скрытых опасностей этого мира. Мы называем призраков и злых духов просто духами. Мышление и психическое состояние мастеров боевых искусств не менее важны, чем уровень их подготовки и понимание техник".

Вэй Хун постаралась не закатить глаза под пристальным взглядом Ван Ю. В ее голове быстро созрел план, и она подтолкнула старшего брата. "Я помню, как учил дядя Гун. Кстати, старший брат, что ты имеешь в виду, когда говоришь, что этот случай странный?" - спросила она, надеясь отвлечь разговор.

Ван Ю не стал жаловаться: он с самого начала так и планировал. Он хорошо знал характер своей младшей сестры.

Он знал, что, прочитав обычную лекцию, она почувствует себя задушенной и попытается перевести разговор на что-то более интересное.

Если же Вэй Хун напрямую рассказать о своих умозаключениях, она будет сопротивляться и стараться избегать таких скучных уроков. Вместо того чтобы заниматься бесполезным делом, он решил сначала предложить кнут, а потом пряник.

"След свирепого зверя был обнаружен недалеко от деревни, настолько близко, что даже маленький ребенок мог найти его отпавшую чешую".

"Если бы чешуя была обычного размера или чуть больше, это свидетельствовало бы о незнании обычного зверя. Однако, судя по описанию жителей деревни, чешуя была слишком велика для обычного свирепого существа. Обладатель такой чешуи, естественно, не стал бы совершать подобных ошибок, ведь с возрастом у свирепых зверей повышается интеллект, и они стараются избегать человеческих поселений без видимых причин".

Уклонившись от утомительной лекции Ван Ю, Вэй Хун теперь с нетерпением ждала объяснений по поводу случая с демоническим зверем.

"Но, старший брат, если то, что ты говоришь, правда, то как же тогда чешуйчатые могли появиться возле деревни?"

Ван Ю удовлетворенно кивнул. Его младшая сестра вовсе не была медлительной или скучной, ей просто надоела однообразная жизнь мастера боевых искусств.

Будучи заботливым и серьезным старшим братом, Ван Ю не упустил бы такую редкую возможность. "Почему бы тебе не попробовать погадать? Если ты сможешь дать мне правильный ответ, я лично помогу тебе решить все проблемы с боевыми техниками, которые могут возникнуть, когда мы вернемся в секту".

Поначалу Ван Ю хотел предложить более заманчивое вознаграждение, но он усвоил урок, что нельзя давать обещания, которые не собираешься выполнять.

Вместо того чтобы давать бесполезное обещание, он решил, что лучше предложить Вэй Хун свои личные наставления по технике культивирования. Это было бы выгодно им обоим.

Вэй Хун почувствовала что-то неладное. "Почему мой старший брат вдруг перешел к глубокому обучению? Эта... эта улыбка... Я помню, что видела ее раньше..."

Люди были такими же. Когда они сталкивались с чем-то, что им не нравилось, они делали все возможное, чтобы избежать этого, даже если альтернатива была более обременительной, чем прямое столкновение с этим.

В мыслях Вэй Хун всплыла хитрая натура. Она чувствовала, что что-то не так, но не могла определить причину своего беспокойства.

Будучи близкой со старшим братом, она решила высказаться прямо. "Старший брат... Ты задумал что-то плохое?"

Вместо того чтобы показать себя слабой и уязвимой, она открыто высказала свои мысли.

Ван Ю легонько постучал указательным пальцем по лбу младшей сестры. Он не прикладывал особых усилий, но преувеличенно сильная Вэй Хун использовала свои собственные силы, чтобы откинуть голову назад.

"Старший брат, ты подлец!"

Вэй Хун в явной агонии жаловалась, держась за лоб, словно испытывая сильную боль.

"Сохраняй свой образ", - предупредил ее Ван Ю.

"Хмпф". Не желая подчиняться, Вэй Хун, не понимая, что сделал старший брат, мотнула головой и надулась.

Дав Вэй Хун необходимое время, чтобы успокоиться, Ван Ю перестал быть приветливым. Он окликнул ее, давая понять, что тренировка окончена.

"Младшая сестра, может, закончим на этом наши тренировки? Мы отдохнем в деревне и вернемся после ночного отдыха".

Уловив тонкую угрозу со стороны Ван Ю, Вэй Хун прекратила свои выходки и с кислым лицом принялась обдумывать вопрос, заданный старшим братом.

Поразмыслив некоторое время, Вэй Хун наконец дала ответ. "Ну, поскольку такая большая змея - не обычный свирепый зверь, она не стала бы покидать лес без определенной цели. Учитывая ее размеры, она должна понимать, какую опасность представляют мастера боевых искусств".

Она бросила взгляд на Ван Ю, но не заметила изменений в выражении лица старшего брата.

"Хмпф, деревяшка", - игриво высунула язык Вэй Хун.

"Кроме того, тщательно обыскав место, где была найдена змеиная чешуя, и даже зайдя в лес, мы не смогли найти никаких следов, оставленных такой огромной змеей".

Это был неоспоримый факт, который они обнаружили вскоре после того, как вошли в лес и стали искать местонахождение чешуи.

"Значит, либо змея умеет летать, либо кто-то специально поместил эти чешуйки в такое место, где их легко найдут жители деревни".

Прежде чем Ван Ю успел похвалить ее вывод или добавить к нему что-то еще, Вэй Хун продолжила.

"Старший брат, как ты думаешь, большая змея умеет летать?"

Ван Ю замолчал, пытаясь расшифровать скрытое намерение, скрытое за вопросом Вэй Хун. Притворяется ли она или ей действительно интересно?

Чем дольше он наблюдал за выражением лица Вэй Хун, тем сильнее хмурился.

В конце концов, он не смог разгадать истинный мотив младшей сестры и ответил на вопрос. "Это не невозможно, но крайне необычно. Чтобы змея могла летать, она должна либо претерпеть мутацию, дающую ей крылья, либо преодолеть ограничения смертных и перейти на следующую ступень культивации".

"Независимо от того, какой из этих сценариев выбрать, и того, и другого достичь крайне сложно. Однако из-за их редкости многие мастера боевых искусств и даже гроссмейстеры спускались с гор, чтобы поохотиться на этих существ".

"Мутировавший зверь обладает особыми качествами, которых лишены обычные свирепые звери, а зверь, вышедший за пределы своих смертных ограничений, может принести огромную пользу любому мастеру боевых искусств или гроссмейстеру боевых искусств".

Вэй Хун не могла больше сдерживать свое волнение и с нетерпением спросила: "Итак, старший брат, значит ли это, что мы станем богатыми?"

Вэй Хун, движимая собственными интересами, больше заботилась о мирских делах, чем о мире боевых искусств, благодаря безопасности и укрытию, предоставляемым сектой.

Кто сказал, что мастерам боевых искусств не нужны деньги?

Ван Ю на мгновение задумался, прежде чем заговорить. "Ты не ошибаешься, но с нашей нынешней силой мы можем справиться только с мутировавшим типом. Ни один мастер боевых искусств, не достигший стадии мастера, не сможет противостоять свирепым зверям, достигшим второй ступени культивации".

Ван Ю был пиковым мастером, а Вэй Хун - мастером первого уровня. Оба были молоды и перспективны, но их характеры сильно различались. Если бы Вэй Хун могла полностью посвятить себя культивированию, она бы быстрее Ван Ю достигла стадии мастера. Однако из-за ее таланта многие в секте восхищались ею и баловали ее, что способствовало ее озорному и проблемному характеру.

Понимая, что на пути к богатству ее старшего брата подстерегает серьезная опасность, Вэй Хун сразу же поинтересовалась: "Старший брат, сможем ли мы спастись, если встретим такого свирепого зверя?"

По ее вопросу было понятно, что она все еще надеется на встречу с мутировавшей змеей, совершенно забыв об их главном разговоре. Оставалось неясным, существует ли вообще этот свирепый зверь.

Ван Ю терпеливо потакал увлечению Вэй Хун свирепым зверем, не замечая, что время ускользает от них.

Когда они приблизились к опушке леса, завывание ветра, несущего песню тьмы и таинственной ночи, внезапно прекратилось. Вэй Хун и Ван Ю, будучи мастерами боевых искусств высшей и первой ступени, быстро почувствовали необычные изменения в окружающей обстановке.

Словно сам лес стал пугливым и скрыл свое ночное очарование от непрошеного гостя.

Не нуждаясь в указаниях Ван Ю, Вэй Хун быстро выхватила меч и приготовилась к любым резким движениям.

Как опекун своей младшей сестры, Ван Ю был очень осторожен и внимательно следил за окружающей обстановкой.

Хотя они оба были гениями в своей секте, в конечном счете они все еще находились в царстве смертных.

Ци тех, кто находится на стадии мастера, не может покинуть их тело и поэтому уязвима для любой засады на большом расстоянии.

Самая большая разница между мастер-стадией и пиковой стадией заключалась в их владении ци. Мастер-стадия мог контролировать ци даже после выхода из тела, хотя и ограниченно, но все же лучше, чем многие мастера боевых искусств пиковой стадии.

В лучшем случае, с помощью глубокой боевой техники или навыка, мастера боевых искусств пиковой стадии могли стрелять своей ци в качестве дальнего наступательного метода с большей легкостью, чем те, кто находился на более низкой стадии культивирования.

Циркулировал следственный тип боевого навыка их секты. Их слух и зрение значительно усиливались.

Это было преимуществом учеников секты: их методы культивирования и боевые навыки можно было легко получить, а их качество было довольно высоким.

Обычные боевые навыки были похожи на те, что Ниу Чанг создал путем тяжелых проб и ошибок, прося проверить систему. Но даже после всего этого его боевые навыки ограничивались лишь оптимальным использованием физического тела без применения и усиления ци.

Из глубины леса доносился приглушенный свет. Лунный свет, служивший источником освещения, был отодвинут к небу, оставив лишь загадочную темноту под деревьями.

"Старший брат..." Вэй Хун почувствовала сильное давление на плечо.

Даже на первой ступени культивации ее разум все еще не соответствовал ее уровню. Лишь наблюдение за странностью, сопровождаемое отсутствием каких-либо звуков, поколебало ее уверенность.

"Не бойся, я здесь". Голос Ван Ю был спокойным и уверяющим. Его внимание было сосредоточено на силуэте, окутанном тьмой, а левой рукой он поглаживал голову Вэй Хун, чтобы придать ей больше уверенности.

Ван Ю довел боевой навык следственного типа до предела, но все равно не смог ничего услышать от приближающегося незнакомца.

Но холодной и безжизненной ауры, исходящей из темноты, ему хватило, чтобы догадаться о личности этого незнакомца.

"Демонический культиватор, практикующий злые техники культивации, или дух", - заключил Ван Ю, по его мнению, это был не просто незнакомец, а враг.

"Назовите свое имя!" заявил Ван Ю, следуя своему инстинкту и понимая, что эта встреча может перерасти в битву.

"Старший брат, может, нам просто бежать?" робкий голос Вэй Хун донесся до слуха Ван Ю с его стороны.

Он тоже обдумывал этот вариант. Между ними не было никакой вражды, а враг открыто заявлял о своем присутствии. Однако он также понимал, что враг должен быть уверен в своих силах, ведь демонические культиваторы часто прибегают к грязным трюкам, чтобы достичь своих целей.

Если бы они позволили запугать себя, это дало бы врагу возможность нанести удар первым.

В ответ на крик Ван Ю силуэт, окутанный тьмой, поднял голову. Темные глаза, казалось, были возбуждены и устремлены на него.

Ван Ю почувствовал, что совершил серьезную ошибку. До сих пор этот незнакомец в темноте не замечал их присутствия.

В этот момент он понял, что перед ним враг - дух с низким духовным интеллектом.

Ван Ю подумывал о бегстве, но не знал, куда бежать. Проблема духов с низким духовным интеллектом заключалась в их упрямстве: стоило им нацелиться на добычу, как они вцеплялись в нее, словно навязчивое привидение.

К тому же этот дух уже достиг внушительного уровня культивации, о чем свидетельствовали особые явления, окружавшие его тело.

Когда солнце уже взошло на небосклоне, а жители деревни разошлись по своим домам и занялись полями, Ниу Чанг крепко спал в своей комнате, счастливо гоняясь за бабочками во сне.

Когда солнечный свет коснулся его лица, нос дернулся, и он окончательно очнулся от сна.

Усталость от чрезмерного использования ци уже прошла, благодаря его необычному телосложению, превосходящему обычных мастеров боевых искусств на его этапе.

Лежа в постели с широко открытыми глазами, Ниу Чанг предавался лени, как соленая рыба, и размышлял о своих слабостях в культивации в это безмятежное раннее утро.

Когда туман от мечты о погоне за бабочками рассеялся, он начал вспоминать события предыдущей ночи.

Не двигаясь с места, он повернул голову и посмотрел на свою промежность. Боли или дискомфорта нет, - подтвердил он.

Удовлетворенный, он продолжил свои размышления.

Ниу Чангу не потребовалось много сил и времени, чтобы все обдумать и сделать несколько выводов.

Естественно, его подход к созданию боевых техник путем одного лишь созерцания был правильным, но он предусматривал строгие правила.

Первое правило заключалось в твердой убежденности и непоколебимой вере.

Если бы другой человек попытался повторить то, что вчера вечером сделал Ниу Чанг, и даже обладал бы лучшим воображением, чтобы создать более подробный мысленный образ, этого было бы недостаточно.

Нужно будет иметь такое же мышление, как у Ниу Чанга, ведь кто из людей не воображает что-то в свободное время?

Даже сильные мастера боевых искусств с высоким уровнем культивирования не смогли бы этого сделать. Их сознание более жесткое, чем у обычных людей, отчасти из-за их тщеславия после тренировок день и ночь, что не позволяет им легкомысленно подходить к созданию техник культивирования.

Однако во всем есть свои исключения. Как насчет тех, кто повышает свой уровень культивации без особых усилий, словно прогуливаясь по цветочному саду?

Или те, кто обладает эксцентричным умом, как Ниу Чанг?

Второе правило касалось метода культивирования. При разных методах культивирования получаются разные типы ци, каждый из которых имеет свои свойства и ограничения.

Ведь для активации любого боевого навыка, требующего ци, нельзя было использовать обычную ци.

Это было сродни использованию обычной воды в качестве топлива. Это просто не сработает.

Поэтому, когда кто-то пытался создать технику культивирования, он начинал с разработки метода культивирования, чтобы получить необходимую ци для выполнения дополнительных боевых навыков, полученных из ранее созданной техники.

Не все обладали энергией трансформации ци, как Ниу Чанг. Его Энергия Трансформации, хотя и была невысокого уровня для его нынешней стадии, обладала глубиной, над которой он работал в течение двух жизней.

В первую очередь благодаря этим двум факторам Ню Чанг мог превзойти посредственных людей и неспешно созерцать свою кровать, создавая боевые навыки.

Да он и не задумывался о методе культивации. Одной его Энергии Трансформации было достаточно, чтобы охватить все в этом мире. Так зачем же заниматься тем, что в конечном итоге будет поглощено Энергией Трансформации?

Размышляя над этим, Ниу Чанг хотел дать прямой ответ, но понимал, что не может обойтись без этого метода.

"Независимо от того, насколько мощной является моя Энергия Трансформации, она все еще находится на ранней стадии. Если я хочу оптимизировать использование любого боевого навыка, требующего особой ци, мне все равно нужно сначала создать ее, а затем интегрировать в энергию трансформации", - заключил Ниу Чанг.

На этом Ниу Чанг закончил обзор событий предыдущей ночи.

Теперь настало время решать проблемы.

Но прежде Ниу Чанг собирался перейти к следующему шагу, но столкнулся с проблемой. Он использовал свою энергию ци Трансформации и вспомнил ощущения и нюансы предыдущей ночи, чтобы вызвать особую ци.

Однако Ниу Чанг не мог напрямую преобразовать свою ци в красную ци из второй техники культивирования, которую он разработал предыдущей ночью. Поэтому он прибег к единственному доступному методу.

Тускло-белая ци постепенно окрасилась в слабый красный оттенок, в итоге вся тускло-белая энергия трансформации превратилась в красную ци. Однако в ней уже не было того яркого сияния и пленительного блеска нежной любви, которыми она обладала предыдущей ночью.

Преобразовав свою ци в красную ци, Ниу Чанг вспомнил улыбку очаровательной девы из святилища.

Улыбку.

Уголок его рта непроизвольно скривился в доброй улыбке.

В теле Ниу Чанга энергично запульсировала красная ци, запустив таинственную цепную реакцию. Красная ци быстро улетучилась, сопровождаемая слабым, сладким ароматом цветущей вишни, наполнившим комнату.

"Ба..." Ниу Чанг быстро подавил непроизвольную улыбку и остановил циркуляцию ци в своем теле.

"Как я и предполагал, это настоящий боевой навык, использующий ци!" Ниу Чанг не мог не почувствовать восторга от своего успеха и улыбнулся.

Однако он тут же перестал улыбаться, так как столкнулся с серьезной проблемой, связанной с этим боевым навыком. Он должен был улыбаться своему врагу.

Не то чтобы он не хотел этого, но это показалось ему довольно странным.

Отбросив отвлекающие мысли, он вызвал систему.

["Священная дева под священным деревом"].

Название было слишком длинным и слишком точно описывало суть техники.

Однако, увидев это краткое и одинокое описание созданной им техники, Ниу Чанг кое-что понял.

Во многих историях техники часто имели средние или короткие названия, но в конечном итоге они обладали лишь одной основной сущностью с дополнительными модификаторами.

То же самое можно сказать и о технике Ниу Чанга. Само название заключало в себе ее суть, и изменение или добавление слов лишь меняло эту суть.

"Хорошо", - согласился Ниу Чанг с прямолинейным подходом системы и придумал название для навыка улыбки.

"Назовем его [Пленительная улыбка под тенью и красным]".

Оно было простым и позволяло Ниу Чангу быстро вызвать чувство, необходимое для выполнения навыка.

Название отражало саму технику. Под древним цветущим деревом, среди опадающих красных лепестков вишни, стояла одинокая фигура служительницы святилища и тихо улыбалась, затягивая в душу каждого, кто ее видел. Верхняя часть ее лица была скрыта тенью, оставляя видимой только нижнюю часть.

"Но все равно этого недостаточно. Эта [Пленительная улыбка под тенью и красным] работает только тогда, когда цель видит, что я ей улыбаюсь. Это ограничено только зрением".

Как человек, который больше всего не любил недостатки, Ниу Чанг использовал свой интеллект, чтобы придумать новый навык, который бы преодолел это ограничение.

Менее чем за две минуты ему пришла в голову идея.

Поскольку первый навык является целевым и ограничивается только зрением, второй, естественно, должен быть более продвинутым. Он должен не только преодолеть этот недостаток, но и улучшиться во всех аспектах!

Люди обладают пятью органами чувств, которые они используют в основном для сбора информации из окружающей среды. Поэтому, поскольку зрение уже было охвачено первым навыком, Ниу Чанг хотел, чтобы его следующий навык был направлен на все пять чувств.

"Теперь, даже если враги поймут слабость первого навыка, они будут уничтожены, когда я применю второй. Я назову его [Демонические объятия Леди в белом и красном]".

Что касается деталей этой техники, то у Ниу Чанга были только идеи и теории, и он не мог быть уверен.

Учитывая, что в первом навыке он был заворожен пленительной улыбкой святой девы, из-за чего почти потерял контроль над собой и погнался за иллюзорной фигурой, Ниу Чанг хотел, чтобы во втором навыке все было наоборот. Вместо того чтобы те, кто столкнулся с девой-храмовницей, были вынуждены бежать за ней, руководствуясь одним лишь зрением, он хотел, чтобы дева-храмовница взяла на себя инициативу преследовать другую сторону.

Таким образом, даже если они закрывали глаза, уши, нос и рот, они не могли избежать тепла и прикосновений святой девы, даже если бы захотели.

Отсюда и пошло название "демонические объятия". Ведь от любящих объятий прекрасной женщины не убежишь, не так ли?

Размышляя над контрастными эффектами своих умений, Ниу Чанг не мог не задаться вопросом, что произойдет, если тот, на кого подействовало первое умение, погнавшись за воображаемой красавицей, станет мишенью для второго умения, заставив красавицу бежать за ним.

По позвоночнику Ниу Чанга пробежала легкая дрожь, он отмахнулся от этой необычной мысли и перешел к следующему вопросу.

При этом он не мог не обдумать следующий шаг.

Ниу Чанг вздохнул, признавая, что его ум удивительно проницателен.

Первый навык предполагал атаку через глаза, второй - через все пять органов чувств, а третий должен был обойти все эти органы чувств и напрямую воздействовать на разум противника.

Ниу Чанг назвал этот третий навык "Посещение снов".

Однако, овладев этими тремя навыками, Ниу Чанг не мог отделаться от чувства предчувствия будущего.

"Если я буду продолжать создавать техники культивирования каждый раз, когда ложусь спать, сколько их будет? А что будет через месяц? Тридцать? А через год? А через десять лет?"

Ниу Чанг в ужасе покачал головой. Теперь он понимал, почему главные герои историй обычно сосредотачивались на ограниченном количестве техник культивирования. Слишком большое их количество приводило к путанице в выборе техники.

После того как солнце достигло высшей точки на небе, Ниу Чанг закончил свои утренние дела.

Почувствовав легкий голод, он вышел из спальни. Однако воспоминания о вчерашнем вечере притупили его аппетит.

"К счастью, моя конституция не из простых. Иначе у меня бы сейчас болел рот".

Ниу Чанг поискал Цинь Цин в доме, но не нашел ее, решив, что она ушла в поле.

Без родителей ей приходилось работать, чтобы прокормиться.

Ниу Чанг вздохнул с облегчением, ведь это означало, что ему придется самому готовить себе еду, а не есть блюда Цинь Цин.

Занявшись поиском доступных ингредиентов, он решил приготовить простую и сытную еду.

Принеся еду на стол, он вдохнул аромат обычного блюда. Рис был равномерно прожарен, от него исходил легкий и приятный аромат, а основное блюдо состояло из ассорти овощей.

Мясо было редкостью и роскошью для жителей этой деревни.

На полпути к завтраку и обеду входная дверь со скрипом открылась. Измученная и вспотевшая Цинь Цин вошла в дом.

Первое, что она заметила, был Ниу Чанг, сидевший за столом и наслаждавшийся едой. Он бросил короткий взгляд на входную дверь, чтобы посмотреть, кто вошел, но, поняв, что это Цинь Цин, потерял интерес и вернулся к еде.

Цинь Цин нахмурила брови, демонстрируя свое недовольство. Она шла к Ниу Чангу, и с каждым шагом ее брови все больше сжимались.

Наконец, оказавшись возле стола, она поняла, что Ню Чанг ест не то, что она приготовила для него.

Осознав приближение разгневанной девушки, инстинкты Ниу Чанга включились, и он заговорил первым.

"Не сердись".

Он не знал, что именно сделал не так, да это его и не волновало. Когда имеешь дело с человеком с коротким нравом, лучше всего отвлечь его внимание.

Наблюдая за главным героем из какой-то страны на Дальнем Востоке, Ниу Чанг чувствовал себя беспомощным по ту сторону экрана.

"Как ты можешь называть себя мужчиной, если позволяешь любой женщине топтаться по своей башке?"

Наблюдая за тем, как на главного героя бесконечно наступает и избивает по глупым причинам психически неуравновешенный человек с проблемами управления гневом, Ниу Чанг достиг своего предела. Дело не в том, что он не мог прекратить просмотр, а в том, что, какое бы шоу он ни смотрел, он не находил в нем никакой разницы.

"Неужели у создателя этого шоу есть хоть какой-то здравый смысл? Я понимаю, что оно относится к комедийному жанру, но когда в нем нет ни шуток, ни смешных элементов, а все внимание сосредоточено исключительно на демонстрации чистого насилия, это становится невыносимым".

Вздохнув, Ниу Чанг воздержался от углубления в тему реинкарнации главных героев в разных мирах.

. . .

Глядя на пылающую Цинь Цин, Ню Чанг продемонстрировал редкую добрую улыбку, которую он скрывал все три года своего пребывания в деревне. Он осмелился показать такое выражение лица только из-за уверенности в своей системе.

В этом мире добротой могли пользоваться только сильные и хитрые люди.

Несмотря на то что Ниу Чанг мог одним движением руки заставить замолчать эту вспыльчивую девушку, он понимал, что этот незначительный конфликт был бесценным в его, казалось бы, долгом и бурном пути, полном крови и слез.

По сравнению с теми трудностями, с которыми ему пришлось столкнуться, противостояние с этой разъяренной девочкой было похоже на легкий ветерок под деревом в жаркий день.

Когда мальчик заговорил с ней с невинной улыбкой на лице, Цинь Цин потеряла последние остатки разума. Она была в такой ярости, что только и могла, что смотреть на него со смертельным намерением и тяжело дышать, как разъяренный бык. Но как раз в тот момент, когда она собиралась с мыслями и собиралась ответить, Ниу Чанг снова прервал ее.

[Динь.]

[Обнаружено, что хозяин установил карму с Цинь Цин].

[Вариант 1: Кармическое возмездие.]

[Вариант 2: Урегулировать карму самостоятельно].

Ниу Чанг бросил короткий взгляд на свою систему, но решил пока не обращать на нее внимания. Это была редкая возможность проверить систему, ведь справиться с разгневанным Цинь Цином было проще простого.

Что произойдет, если я не выберу ни одного варианта? Есть ли ограничение по времени?" - размышлял он.

"Не нужно злиться", - голос Ниу Чанга оставался спокойным, освежающим, как легкий ветерок.

Он также изображал доброту и сострадание, относясь ко всем живым существам с бесконечной любовью.

Ню Чанг наблюдал за тем, как искажалось выражение лица Цинь Цин: от огненно-красного от гнева до вспыхнувшего разочарования и, наконец, классических признаков физической агрессии.

Цинь Цин подняла руку, намереваясь нанести вред Ниу Чангу.

Сидя в кресле и не шевелясь, Ню Чанг устремил свой взгляд на Цинь Цин.

Она схватила Ню Чанга за плечи, сначала крепко, а потом медленно ослабила хватку.

Неотрывный взгляд Ню Чанга вызвал в голове Цинь Цин эмоции - смесь жгучего гнева и растерянности.

Ню Чанг медленно моргнула, а затем спросила: "Ты успокоилась?"

На мгновение его плечи напряглись, но тут же ослабли.

Цинь Цин с недоуменным выражением лица не знала, что ей делать. Ее мысли были затуманены, и в глубине души она почувствовала желание ударить стоящего перед ней мальчика.

Почувствовав, как в глазах Цинь Цин вновь закипают эмоции, Ню Чанг ощутил странное чувство. Он ясно ощущал, что эта вспыльчивая девушка только что успокоилась, но без видимой причины снова разозлилась.

"Неужели она из тех неразумных типов? Неужели у нее в голове вместо мозговых клеток вода?" задался вопросом Ниу Чанг.

Предвидя, что ситуация может перерасти в насилие, Ниу Чанг решил встать, заявив о своей гордости как мужчины, причем гордого.

Маленькой рукой он крепко сжал руки Цинь Цина.

Это небольшое действие послужило последним катализатором для смятенного сознания Цинь Цин.

Однако, попытавшись пошевелить руками, она обнаружила, что не может этого сделать. Сильная рука удерживала ее в неподвижном состоянии.

Скрежеща зубами, она гневно зарычала: "Что ты делаешь?! Отпустите меня!"

Благодаря усилению, полученному на первом уровне Невозможной Идеи, маленькая фигурка Ниу Чанг была более чем способна одолеть любого обычного человека, не говоря уже о вспыльчивой Цинь Цин.

"Давай! Давай! Отпусти! Мои! Руки!"

"ААААААААА!"

Ниу Чанг внимательно наблюдал за этой психически неуравновешенной девушкой. Она напоминала зверя, принявшего человеческий облик, или, точнее, вулкан, принявший человеческую форму.

Всплеск эмоций был подобен палящему ветру, дующему на лицо Ниу Чанга.

В голове Ниу Чанга промелькнула мысль о том, чтобы освободить руки Цинь Цин. И не только это, но и желание встать и вбить в голову Цинь Цина хоть немного здравого смысла.

Однако он решил не поддаваться насилию, понимая, что ему все еще нужно жить в этом месте. Поиск другого места был лишь вопросом времени, но Ниу Чанг, как ни ленился, предпочел остаться на месте.

Его разум зашевелился, и он почувствовал, что ищет убежища под кроной высоченного зелёного дерева.

Зеленое дерево под ярким небом.

Хотя Ниу Чанг изначально разработал эту технику культивирования ради приобретения искусной техники передвижения, вскоре он обнаружил, что она дает гораздо больше, чем он предполагал.

Одинокое дерево возвышалось среди открытого поля, давая приют и освежающий ветерок под ярким и палящим небом для усталых путников.

Тускло-белая энергия ци Трансформации медленно циркулировала в теле Ниу Чанга, руководствуясь скорее ощущениями в сердце, чем правильным методом циркуляции ци.

По мере того как ци превращалась в яркий зеленый оттенок, от тела Ню Чэна исходил легкий ветерок. В первую очередь это было связано с тем, что он не очень хорошо владел ци, а тем более такими сложными техниками, как "Зеленое дерево под ярким небом".

Намеренно направив этот освежающий порыв зеленого воздуха на свои руки, Ниу Чанг провел своеобразный эксперимент.

Вместо того чтобы попытаться успокоить разъяренную девушку, он решил рассматривать ее как испытуемую, используя ее как возможность глубже погрузиться в царство ци и Зеленого дерева под ярким небом.

Благодаря прямому контакту между их кожей, ему стало легче передавать Цинь Цин зеленую ци.

Внимательно наблюдая за выражением лица Цинь Цин, Ниу Чанг непрерывно вливал в нее свою зеленую ци, создавая ощущение освежающего бриза.

Цинь Цин изо всех сил пыталась бороться и освободиться, но внезапно ей стало спокойнее, как будто на голову опустили ведро льда.

Она ощутила чувство мягкости и свежести, хотя количество и качество этого чувства были настолько малы, что она могла лишь отвлекаться на него.

Почувствовав пустоту ци в своем теле, Ниу Чанг покачал головой. Его уровень культивирования ци был слишком низок.

Но вдруг он заметил, что напряженные руки расслабились. Подняв голову и посмотрев на Цинь Цин, он удивился.

"Что... что ты сделал?" Цинь Цин спросила прямо, с легкой дрожью в голосе.

Ниу Чанг бросил периферийный взгляд на исчезающую систему. Поскольку между ним и Цинь Цин больше не было кармической связи, система, естественно, последовала его примеру.

Цинь Цин вновь обрела человеческий разум, но она была нерешительна и слегка побаивалась маленького мальчика, стоящего перед ней.

Ниу Чанг разжал руки и отпустил их, наблюдая за тем, как Цинь Цин медленно уходит от него.

Проклятье. Теперь ты играешь со мной в жертву? В душе Ниу Чанг чувствовал себя забавно. Такой поворот событий превзошел все его ожидания.

Он думал, что Цинь Цин попытается оправдать свой гнев, но, видя, как слабая и маленькая девушка отступает от него, Ниу Чанг был уверен, что у этой коротышки действительно серьезное психическое расстройство.

"Теперь ты стала спокойнее?" мягко спросил Ниу Чанг, на его лице застыла добрая улыбка. Однако Цинь Цин ничего не ответила. Она по-прежнему настороженно относилась к нему и не понимала, что только что произошло.

Почувствовав себя слишком уставшим, чтобы участвовать в этой драме, Ниу Чанг переключил свое внимание и стал наслаждаться недоеденным ужином.

С другой стороны Цинь Цин сомневалась в своих силах. "Что только что произошло?"

Она пыталась вспомнить, как все развивалось, начиная с того момента, как она открыла дверь.

Она помнила, как в ее голове и сердце постепенно накапливалась сила гнева. А потом, увидев, что приготовленная Ниу Чангом еда чище, чем та, которую готовила она, она сорвалась и уже не помнила, что произошло потом.

В памяти сохранился лишь небольшой эпизод, когда она схватила Ниу Чанга за плечо, но потом память снова помутнела.

"Неужели я разозлилась из-за того, что он приготовил еду лучше, чем я?" - спрашивала себя Цинь Цин. Чем больше она думала над этим вопросом, тем больше стыдилась.

Неужели я потеряла контроль над собой только потому, что он приготовил рис лучше, чем я? А не потому, что он готовил без моего разрешения?

Ее лицо снова покраснело, но уже по другой причине. Она попыталась спрятать свое пристыженное лицо.

Не в силах оставаться на месте, Цинь Цин побежала прочь от Ниу Чанга.

При виде слабой и невысокой фигуры, убегающей от него, в голове Ниу Чанга возникло бесчисленное множество вопросов.

"Какая странная девушка, - покачал головой Ниу Чанг, продолжая жевать пищу. Если она согласна лечиться, то я помогу ей справиться с проблемой управления гневом. Несколько шлепков по голове должны исправить неровные шестеренки в ее голове".

Выйдя из дома, Ниу Чанг потянулся.

Ниу Чанг вернулся в свою родную деревню, чтобы вспомнить об упущенных возможностях, которые он отверг из-за их нелепых требований.

Больные родители, старый нищий, бессознательная красота, суровая зима, неурожай, таинственные исчезновения и, наконец, пропавшая сестра.

Последний случай уже был решен, и наградой за него стал большой мешок с деньгами и другими вещами. А еще была девочка-подросток, имя которой Ниу Чанг забыл спросить.

Задавшись целью, Ниу Чанг отправился на поиски знакомых ему жителей деревни.

Пока он ходил по деревне, расспрашивая о почетных гостях и событиях прошлых лет, он не привлекал особого внимания.

Ниу Чанг легко собрал всю необходимую информацию и продолжил идти к своему любимому месту в деревне.

На краю деревни стояло старое дерево средней высоты с крепкими ветвями. Ниу Чанг без труда забрался на дерево и устроился на ветке.

Отсюда открывался более широкий обзор, но не это было главным для него. Больше всего ему нравилась простота деревни - бедные и обветшалые дома, хрупкие и непривлекательные жители. Мимолетное ощущение своей ничтожности и никчемности - вот чем наслаждался Ниу Чанг.

Только оказавшись на самом дне, он мог по-настоящему оценить то, что имел. Глядя на тех, кто оказался в таких же обстоятельствах, как и он, сдался, и им не хватало смелости надеяться, в сердце Ниу Чанга зарождались сложные эмоции. Однако он не мог разобраться в них и сосредоточился только на двух основных чувствах.

Как ты можешь жить в такой деревне? Ты такой глупый и бесполезный. Как ты можешь растить своего ребенка в этом месте? Где твое человеческое достоинство?

Вы как скот? Рождаетесь в маленьком сарае, не зная, что находится за его пределами? Следуете учениям старшего скота, чтобы стать другим?

'Хахаха... Смешно. Действительно смешно".

Дом Цинь Цин.

Успокоившись от собственной ошибки, Цинь Цин вышла из своей комнаты в поисках Ниу Чанга, чтобы извиниться.

Не спрашивая разрешения, она открыла спальню Ниу Чанга и обнаружила там только большой мешок, лишенный постороннего присутствия.

"Ну, по крайней мере, он не оставил кровать в беспорядке", - кивнула Цинь Цин, довольная наведенным порядком.

Она вышла из комнаты, не потревожив ни одной вещи Ниу Чанга.

На кухне она обнаружила ужин, который приготовил для нее Ню Чанг. Было видно, что он не утруждал себя готовкой, так как порция была небольшой. Цинь Цин подошла к еде и осмотрела ее: рис был белым и равномерно прожаренным, без постороннего запаха, а овощи хорошо подготовлены и порезаны на кусочки.

Странное чувство охватило ее сердце. С тех пор как умерли ее родители, она не испытывала особой доброты со стороны окружающих, в основном из-за того, что у нее были проблемы с управлением гневом. Люди старались избегать ее. Отнеся еду на стол, Цинь Цин села за стол и начала медленно есть.

Давно забытая текстура риса пробудила воспоминания о маминой стряпне. Вкус не был точно таким же, но знакомые ощущения возродили былые ароматы. На сердце поселилась тяжесть, от которой в уголках глаз выступили слезы. Она ковырялась в овощах, больше наслаждаясь их текстурой, чем вкусом. Слезы текли по ее щекам, с каждым кусочком открывая воспоминания о родителях.

Из ее горла вырвалось хныканье, но она продолжала есть, решив не дать этим давно забытым эмоциям ускользнуть.

К счастью, Ниу Чанг не присутствовал при этой демонстрации уязвимости. Если бы он был рядом, то, скорее всего, презирал бы и высмеивал слабую Цинь Цин.

"Это просто еда. Не нужно так драматизировать, верно? Если хочешь, я могу приготовить тебе сегодня", - сказал бы он, ставя на первое место свои вкусовые рецепторы и челюстные мышцы, а не ее благополучие.

. . .

Прогуливаясь по лесу, Ниу Чанг чувствовал себя так, словно гулял по собственному двору. Уверенность в своих физических силах в сочетании с защитой Автоматической системы-ответчика от любых неожиданностей давала ему неожиданное чувство легкости.

Ниу Чанг вспомнил разговор с жителем деревни, который был ему очень близок.

"Они сказали, что просто хотят жить в деревне, чтобы избежать опасностей смертного мира".

До роковой зимы ничего интересного не происходило. "Некоторые жители говорили, что видели, как семейная пара Цинь покидала деревню во время сильного снегопада. Прождав три дня без вестей, все приняли это как несчастье, которого не избежать", - пояснили они.

"А что касается изменений в девочке Цинь? Да, я кое-что о ней помню. Раньше она была холодной и замкнутой в себе, но после смерти родителей стала открываться и честно работать на полях".

"Сначала я думал, что ее плохое настроение связано со смертью родителей. Но со временем ее проблемы с гневом стали более очевидными, и теперь все называют ее "коротышкой". Вы понимаете, о чем я? Короткая и по росту, и по темпераменту. Хахаха."

"В любом случае, лучше избегать ее как можно больше. У нее странный вкус к еде, а из-за ее проблемного характера никто не хочет учить ее готовить".

"Что касается массового неурожая? Ну, это было прискорбное событие. Помню, я слышал, что он случился не только в нашей деревне, но и в Желтой деревне и деревне Желтого Рока одновременно! Вы понимаете, о чем я? Это значит, что этот год не подходит для фермерства!"

"А теперь об исчезновении трех человек? Молодого парня из семьи Нин, бедного юноши и старика из семьи Цзю? Тише, тише, никто не хочет вспоминать это странное событие. Вы же знаете, что у нас есть правило не говорить о плохом, так как это может привести к повторению".

"После длительного расследования ничего не удалось найти. Никаких зацепок или чего-либо полезного, что могло бы рассказать нам о том, как они пропали. Но одно я знаю точно: это дело рук призрака или злого духа, запечатанного в этой земле! Должно быть, это какая-то жертва, чтобы утихомирить их бесконечное недовольство".

Короче говоря, у маленькой девочки Цин действительно есть психическое расстройство, которое и заставило ее родителей переехать в эту деревню, - размышлял Ниу Чанг, качая головой и подавляя смешок над собственной шуткой. Но, конечно, это была всего лишь шутка. Неужели ее родители действительно отважились выйти на улицу в разгар сильной метели? Все это выглядит довольно сомнительно и необычно. Поскольку я никогда с ними не пересекался, трудно судить, владеют ли они боевыми искусствами или нет.

Может, им надоело разбираться с проблемой маленькой девочки Цин и они решили оставить ее в этой деревне? Это звучит более реалистично!

Помимо прошлых судьбоносных встреч, он узнал и о тех уважаемых людях, которые еще не вернулись в деревню.

Ниу Чанг на мгновение задумался, обдумывая опасность. В конце концов он оказался в лесу и решил рискнуть.

Пройдя немного по лесу, Ниу Чанг остановился, наткнувшись на следы недавней битвы. На деревьях виднелись следы от мечей, некоторые были повалены, а земля лежала опустошенной.

"Неужели мне так повезло?" размышлял Ниу Чанг, не зная, благоприятствует ли ему удача или нет.

Если это была удача, то он попал в лес в самый подходящий момент. А если не повезло, то он попал в опасное время.

Подойдя к разрушенному дереву, он осмотрел следы от меча. Одни были неглубокими, другие глубокими, а некоторые даже успели срубить соседние деревья.

"Похоже, это результат применения боевыми мастерами техники меча. Возможно, это два странствующих мастера боевых искусств?" предположил Ниу Чанг.

Идя по следам битвы, Ниу Чанг наткнулся на нечто неожиданное. Его заинтересовали следы особой энергии.

Прикоснувшись без видимой причины к засохшему дереву, Ню Чанг почувствовал необычную энергию, пронизывающую его.

Когда ци внутри дерева вошла в резонанс с ним, Ню Чанг сузил глаза. "Холодная и безжизненная. Это больше похоже на мертвую ци демонического культиватора, чем на жестокую ауру зверя".

"Может, это происки случайного культиватора демонов, или это как-то связано с моими судьбоносными встречами?" глубоко задумался Ниу Чанг. Если связь действительно есть, то с кем из моих знакомых она может быть связана?

Его ум метался, прикидывая различные варианты и представляя себе разные исходы. Но обычные пути его не устраивали, и Ниу Чанг обратил внимание на периферию своего зрения. Он кивнул, принимая манящую неизвестность.

Будь Ниу Чанг обычным человеком, он бы с радостью бросился на помощь странствующим мастерам боевых искусств, погнался бы по следам битвы, как доблестный рыцарь в сияющих доспехах, восседающий на своем величественном белом коне.

Но в этом мире не было никаких "если".

"В конце концов, дело не только в демоническом змее. Есть и другие факторы, и я предпочитаю доверять своим инстинктам как опытный читатель".

Вспомнив местность в лесу, Ниу Чанг определил возможные укрытия для массивной демонической змеи.

Что касается двух странствующих мастеров боевых искусств, то им придется полагаться на собственные способности.

Направив шаги к первому указанному месту, Ниу Чанг оказался в густой части леса. Деревья стояли так близко друг к другу, что солнечный свет с трудом проникал сквозь полог, создавая жуткую темноту.

Доверяя своим опытным инстинктам, Ниу Чанг двинулся вперед, в самое сердце этого мрачного места.

Даже в полдень от леса исходила леденящая душу аура. Шелест листьев создавал тревожную симфонию, усиленную тщательным расположением деревьев.

"Выходи! Я знаю, что ты следил за мной!" Ниу Чанг внезапно закричал, излучая уверенность. Его глаза сверкали решимостью, непоколебимой перед лицом неизвестности.

Это был безрассудный шаг, продиктованный любопытством и желанием исследовать возможности вновь обретенных обстоятельств. Ниу Чанг размышлял о последствиях, не зная, какой ответ ему искать.

Людям свойственно любопытство, когда они хотят совершить поступок, но не могут. Теперь, когда у Ниу Чанга появилась такая возможность, он не стал ее упускать.

Вы когда-нибудь задумывались, что будет, если главный герой поступит глупо и вызовет подозрения у своих противников?

Ниу Чанг не знал ответа, но стремился его узнать.

Такая авантюра не стоила ничего, и, если бы она сработала, то принесла бы ему только пользу.

Ведь для активации его системы требовался триггер.

Погибнуть, не подозревая о скрывающемся в тени убийце, полагаясь на неуязвимость, дарованную автоматической системой "Ответчик", было бы серьезным разочарованием.

Ниу Чанг непоколебимо стоял на своем. Он был твердо уверен, что ничто не сможет поколебать его решимость, даже если он всего лишь притворяется. Его собственная убежденность убедит даже его самого в искренности того, что скрывается за его шарадой.

"Все еще боишься показать себя? Тебе нужно, чтобы я определил место твоего укрытия, глупец!"

Ниу Чанг спокойно осматривал окрестности, хотя в его действиях не было никакой цели. Он наслаждался собственной бравадой.

"Крыса, которая питается дерьмом, прячется в норе, полной грязи, воняет экскрементами, изо дня в день питается фекалиями и рождает еще больше таких же кусков дерьма, как она сама..."

Ниу Чанг собирался продолжить свою творческую череду оскорблений, но его глупая театральность удалась.

Ветер затих, и слабая, но грозная аура окутала место, где стоял Ниу Чанг.

"Значит, это все-таки не демонический змей", - озадаченно подумал Ниу Чанг. Он предполагал, что, минуя схватки с мобами и встречи с бродячими мастерами, столкнется с неподготовленным боссом напрямую.

Он и не подозревал, что вместо демонической змеи окажется лицом к лицу с довольно неожиданным противником.

Цзе Тяньгун скрывал свою изможденную фигуру за густой листвой леса, наблюдая за Ниу Чангом со смесью интриги и отчаяния. Время ускользало из его дрожащих рук, каждый миг болезненно напоминал о его смертельной ограниченности.

Понаблюдав за Ниу Чангом из укрытия, Цзе Тяньгун пришел к выводу, что этот парень не проявляет никаких странностей, кроме самоуверенных выходок.

Когда Цзе Тяньгун приготовился сделать ход, чтобы помешать этому невежественному мальчишке, он заметил, что тот вдруг повернул голову в сторону его укрытия.

"Невозможно, - подумал Цзе Тяньгун. Я явно скрываю свое присутствие с помощью Искусства Сокрытия. Должно быть, это одна из его выходок!"

Цзе Тяньгун, как мастер боевых искусств с глубокой культивацией, чуть меньше, чем до стадии грандмастера, считал, что его улучшенного Скрывающего Искусства достаточно, чтобы оставаться скрытым от тех, кто ниже стадии мастера.

На стороне Ниу Чанга, с напряженными нервами ожидающего внезапной атаки, внезапно раздалось системное уведомление, но оно исчезло, прежде чем он смог увидеть его содержание.

Автоматический ответчик системы не разочаровал ожидания Ниу Чанга в отношении своей функции.

Зная, что это его собственный пассивный навык в действии, Ниу Чанг перевел взгляд в определенную сторону. Это была связь с его скрытым противником. Кроме того, система давала Ниу Чангу возможность беспрепятственно общаться с теми, кто установил с ним карму.

Сначала Ниу Чанг был спокоен, но уже через несколько мгновений почувствовал, как огромное количество ци входит в его тело, словно наводнение после прорыва плотины.

Из-за низкого уровня контроля над ци тело Ниу Чанга окружил бушующий ветер. Но этот ветер имел цвет ци Энергии Трансформации, который был тускло-белым, что доказывало слишком большое количество ци и вызывало визуальные эффекты из-за ее низкого уровня.

Чувствуя удушье от переполняющей его тело ци, Ниу Чанг беспомощно отпустил контроль над ней. Он знал свои пределы: если бы он попытался насильно контролировать и сдерживать её в своём теле, то взорвался бы, не справившись и с четвертью.

"Это какой же уровень культивации?" Ниу Чанг изумился, почувствовав, что его одолевают, и усилил взгляд.

Это был уже не обычный враг, как те разбойники. Уровень культивации этого человека был за гранью его понимания.

"Стадия мастера? Грандмастер? Или что-то выше?" Ниу Чанг нахмурил брови, не в силах удержаться от недовольства. "Что такая важная шишка делает в этой бедной захолустной деревушке?"

Пока он был озадачен таким поворотом событий, Ниу Чанг увидел пожилого мужчину, вышедшего из-за деревьев.

На его обветренном лице и серебристых волосах лежал груз времени. В его пронзительных глазах таилась мудрость бесчисленных сражений, а грациозные движения выдавали скрытую силу. Облаченный в струящиеся одежды, он опирался на посох и носил кулон, символизирующий его духовное просветление. В его присутствии чувствовался неукротимый дух мастера боевых искусств, прошедшего через все сферы культивации.

Поразмыслив некоторое время, Цзе Тяньгун решил повнимательнее присмотреться к этому странному мальчику. "Я уверен, что он всего лишь обычный боевой мастер третьего уровня, а тут вдруг становится мастером стадии грандмастера на основе одного лишь количества ци. Неразумно!"

Основная разница между стадией мастера и стадией гроссмейстера по-прежнему заключалась в количестве и качестве, но когда дело доходило до использования, гроссмейстеры могли предотвратить ослабление своей ци после выхода из тела. Об этом можно было судить по цвету ци.

Чем ярче цвет, тем сильнее гроссмейстер.

Что касается текстуры и других качеств, то они в основном зависели от метода культивирования, который практиковал гроссмейстер.

Вырабатывая план, Ниу Чанг настороженно наблюдал за стариком, который шел не менее осторожно, чем он сам.

Оба внимательно изучали и прощупывали глубины друг друга.

"Кто вы?" без эмоций произнес Ниу Чанг, не сделав ни одного лишнего движения, он был похож на неприкасаемого эксперта.

Цзе Тяньгун нахмурился: он чувствовал, что что-то не так, но не решался делать поспешные выводы.

Неважно, насколько небрежным было актерское мастерство Ниу Чанга, но то, что он обладал ци, сравнимой со стадией грандмастера, вызывало у Цзе Тянгуна большие сомнения.

"Он что, играет со мной?" Прожив долгое время и почти дожив до конца, Цзе Тяньгун успел повидать многое. Часто встречались люди с высоким уровнем культивирования, но эксцентричным умом.

Существовала вероятность, что Ниу Чанг просто дразнит его в данный момент. Он всю жизнь оттачивал мастерство, чтобы ослабить бдительность противника.

Отойдя на некоторое расстояние, Цзе Тяньгун смог лучше разглядеть состояние Ниу Чанга.

Бушующая ци, вытекающая из тела Ниу Чанга, была несколько слабой, что указывало на низкий уровень культивации. Более того, ци свободно выходила из его маленького тела.

"Неужели это все еще притворство? Как может гроссмейстер не контролировать свою ци?"

Снисходительно посмотрев на него, Ниу Чанг фыркнул.

"Простой юнец смеет бросать взгляды на великого меня? Тебе что, жизни не хватило?!"

Его тон был суровым, как у человека, обладающего огромной властью, когда он отчитывает тех, кто имеет низкий статус. В этот момент Ниу Чангу даже не нужно было действовать, ведь он давно хотел это сделать.

В его костях укоренилось желание вести себя более претенциозно, чем император, и более ханжески, чем бог.

В то время как внутри он был занят проведением различных тестов, которые он не мог выполнить в первую очередь из-за недостатка ци и низкого уровня культивирования ци.

'О, так вот как можно разделить ци на две части и управлять ими независимо друг от друга'.

'О, это правильный метод, позволяющий легко трансформировать мою обычную ци в другой тип ци'.

'О, о, вот как...'

За короткий промежуток времени Ниу Чанг узнал много нового о ци и способах ее контроля.

Медленно, но верно его контроль над ци немного усилился. Однако по сравнению с тем количеством, что было на стадии гроссмейстера, его контроль был медленным, как у улитки.

Цзе Тянгун тоже ничего не предпринимал: чем больше он наблюдал за Ниу Чангом, тем больше обнаруживал ошибок, невозможных для гроссмейстера.

Позволить ци беспрепятственно покидать тело очень просто, даже мастер боевых искусств первой ступени может сделать это без проблем. Но те микроошибки, которые он допустил, были просто невозможны.

Вместо того чтобы управлять своей ци, разделяя ее на ветви, чтобы получить более точный и мощный контроль, Ниу Чанг мог полностью контролировать свою ци только с помощью единичного контроля.

Кроме того, при циркуляции ци происходило неравномерное распределение ци, что было одним из основных условий для тех, кто хотел достичь пиковой стадии.

У Ниу Чанга было слишком много мелких, но крайне важных ошибок. Цзе Тянгун сузил глаза, внимательно наблюдая за основой Ниу Чанга.

Причина, по которой мастера называли мастерами, заключалась в их общем контроле над ци. Те, кто не имел отношения к боевым искусствам, могли думать, что мастер контролирует ци вне тела, но те, у кого был учитель и секта, знали, что речь идет о ци внутри тела.

Глаза Цзе Тяньгуна засияли, когда он заметил недостающую основу в теле Ниу Чанга. Опытный Цзе Тяньгун увидел, что ци внутри его тела, которой мешал бушующий поток ци, была насквозь пропитана.

В его теле не было ни одного правильного пути и конструкции! Как такое может быть? Цзе Тяньгун был скорее шокирован, чем рассержен тем, что его обманули.

'Невозможно! С таким количеством ци ему не выжить. Только впустив ци в свое тело, он сможет задержать огромное давление внутри".

Придя к такому выводу, Цзе Тяньгун снова посмотрел в глаза Ниу Чангу. Его взгляд был острым, и, даже не осознавая этого, он вступил в смертельную схватку с маленьким мальчиком.

"Этот мальчик просто притворяется! Какая ненависть!" Цзе Тяньгун выругался под нос.

Усиливая хватку посоха, Цзе Тяньгун циркулировал ци в своем теле. "Мальчишка, как ты смеешь играть со мной. Похоже, твой старейшина не научил тебя правильно жить".

Преисполненный гнева, Цзе Тяньгун слегка приподнял посох и со скоростью, не слишком быстрой и не слишком медленной, стукнул им о землю.

Цзе Тяньгун не спеша собрал в кулак все обиды, крысиные поэмы и претенциозные поступки.

С тупым звуком энергия, заключенная в посохе, выпустила невидимую звуковую волну, которая с огромной скоростью достигла Ниу Чанга.

Не ослабляя бдительности, Ниу Чанг призвал ци в своем теле застыть, чтобы защитить его от любой атаки, которую он не мог увидеть или услышать.

Тусклая белая ци, вытекающая из тела Ню Чэна, зашевелилась, но не полностью. Они начали менять направление и задерживаться вокруг Ню Чанга, словно свернувшаяся змея или обхватившая его броня.

Бах. Громкий звук внезапно вырвался из тела Ню Чанга. Ци, защищающая его тело, в одно мгновение была разрушена и вернулась к своему неконтролируемому поведению, а сам человек отлетел назад.

У Ниу Чанга помутилось зрение, он не смог уследить за тем, что произошло, и в следующий момент понял, что его отправили в полет, а дерево не дало ему улететь дальше. * ( Вот ты и получил, гадёныш! )

"Ци защищает меня от прямого столкновения, но физическое тело играет более важную роль. Без усиления Невозможной Идеи первого уровня, боюсь, я в лучшем случае останусь полумертвым".

Пока Ниу Чанг пытался наблюдать за окружающей обстановкой и планировать контратаку, его острый нюх уловил изменения давления ветра перед ним.

Его глаза расширились, и он стиснул зубы в ожидании удара.

Цзе Тяньгун выкладывался на полную, но все же не терял осторожности по отношению к Ниу Чангу. В конце концов, количество ци у Ниу Чанга все равно было выше, чем у него, сравнимо с теми грандами боевых искусств.

Но из-за этого атаки Цзе Тяньгуна были очень яростными.

Если бы это были обычные первоклассные мастера боевых искусств, они бы в лучшем случае умерли от первой же атаки, а так - висели бы на волоске.

Стук, стук, стук, стук.

Цзе Тянгун непрерывно постукивал посохом по земле и наблюдал за реакцией Ниу Чанга.

Получив болезненные удары от Цзе Тяньгуна, Ниу Чанг пострадал, но не телом, а гордостью.

"Проклятый старик!" громко прорычал Ниу Чанг, но не успел он сказать что-то более провокационное, как получил еще несколько звуковых ударов от Цзе Тянгуна.

Ниу Чанг был атакован с разных сторон, его швыряло, как мешок с картошкой.

Цзе Тяньгун подсчитал количество атак с самого начала и до сегодняшнего момента. "Я атаковал его уже более пятидесяти шести раз, а он все еще жив?"

Хотя Цзе Тяньгун был силен и намного сильнее бумажного тигра Ниу Чанга, в конечном итоге он был всего лишь обычным мастером боевых искусств. У него было мало ци, и каждый раз, когда он использовал Звуковую Меткость, небольшое количество его ци истощалось.

Чтобы сохранить запас ци на случай непредвиденных ситуаций, Цзе Тяньгун замедлил свои атаки, чтобы прощупать немного дальше.

"Если я буду соблюдать интервалы между Звуковыми Взмахами, то не исключено, что смогу и дальше атаковать этого вонючего мальчишку".

Ниу Чанг, который все это время был сосредоточен на защите, заметил, что атаки уменьшились. Он знал свою истинную силу по сравнению с любым мастером боевых искусств. Система обеспечивала его бесконечным запасом ци, поэтому, пока противник не убьет его одной атакой, Ню Чанг в конечном итоге победит, каким бы болезненным и долгим ни был этот процесс.

"Хех, ты, вонючая крыса, поедающая дерьмо. Ты устал? Неужели твое изможденное тело достигло предела после того, как ты всю жизнь питался дерьмом? Вот почему ты должен есть нормальную пищу..."

"Кух!" Ниу Чанг внезапно получил сильнейший удар в середине чтения поэмы о крысах.

Уши Цзе Тяньгуна покраснели, когда он услышал такие насмешливые слова от Ниу Чанга. Он был уже стар и многое пережил, но все равно не мог смириться с тем, что какой-то случайный мальчишка говорит что-то о нем.

"Хе-хе. Посмотрим, как долго ты продержишься", - Цзе Тянгун зло усмехнулся.

"Хе-хе. Старый призрак, посмотрим, как долго продержится твоя палка", - Ниу Чан последовал его примеру, заняв оборонительную позицию.

Цзе Тянгун был ошеломлен, и его злая улыбка начала исчезать. У него больше не было настроения играть с Ниу Чангом.

Изменив циркуляцию ци, Цзе Тяньгун применил другую технику, чтобы с силой пробить твердый черепаший панцирь Ниу Чанга.

Стук посоха о землю на мгновение прекратился, а в следующий момент Ниу Чанг почувствовал, что в его сторону направляется мощная атака.

Это была все та же непобедимая звуковая атака, но в ней чувствовалась тяжелая атмосфера.

Молотобойный удар. Эта техника обладала большей разрушительной силой, но требовала времени на зарядку и была сложнее в использовании по сравнению с мгновенной атакой Звукового удара.

"Старик, тебе совсем не стыдно. Я думал, что мы друзья, которые поладили за это короткое время, но вместо этого ты решил вернуться к своей жалкой жизни крысы, поедающей дерьмо..."

Все еще не отказавшись от своей поэмы о крысах, Ниу Чанг получил удар молотом. Его тело, приподнятое Звуковым ударом, рухнуло вниз, как будто по нему ударил невидимой кувалдой.

Земля треснула, разлетелась пыль и почва. Ниу Чанг был глубоко погружен в землю, из каждой дыры в его голове текла кровь.

Испачкав почву своей кровью, Ниу Чанг потерял сознание от мощного удара. Но, к счастью, бесконечный запас жизненной силы быстро вернул ему сознание.

Выдув кровь из носовой полости, Ниу Чанг медленно поднял свое избитое тело. Каждая часть его тела хрустела с громким звуком, как старое снаряжение, покрытое ржавчиной.

Цзе Тяньгун перестал использовать Звуковую Метку, так как она ничего не могла сделать с Ниу Чангом. Он решил сначала понаблюдать, а потом уже действовать.

Главная причина была все та же: ци Ниу Чанга по-прежнему свободно вытекала из его тела без каких-либо изменений. Даже Цзе Тянгун не мог не сомневаться в уровне культивации Ниу Чанга.

"Неужели он действительно грандмастер? Такое количество ци, с самого начала и до сих пор, не просто на стадии мастера. Я и сам не смог бы выдержать такого потребления".

Встав на ноги, Ниу Чанг свирепо уставился на Цзе Тяньгуна. Впервые его так сильно избили, а он даже не мог ничего с этим поделать.

"Послушай, парень, между нами нет никакого конфликта. Это ты начал враждовать со мной. Если ты знаешь, что для тебя лучше, ты должен знать, что делать", - холодно сказал Цзе Тянгун.

Ниу Чанг был рассеян, но не успел он опомниться, как Цзе Тяньгун закончил свою речь.

"А, действительно. У нас не было глубокого конфликта, так что я согласен, давайте просто забудем о нашем прежнем недопонимании", - честно сказал Ниу Чанг.

"Как будто я поверю в твои бредни! Вы явно хотели лишить меня жизни. Система сработала по твоей вине". Ругаясь в душе, Ниу Чанг потихоньку всколыхнул в себе эмоции.

Его беспокойный разум начал успокаиваться.

"Хорошо, что у тебя еще есть здравый смысл", - кивнул Цзе Тянгун. Но его взгляд был прикован к Ниу Чангу.

У него были свои причины противостоять Ниу Чангу, и не только из-за его насмешек.

Цзе Тяньгун молниеносно поднял посох и выкрикнул "Погребальная тишина!".

Глубокая ци вышла из его тела, и, используя посох в качестве носителя, волны тишины направились на Ниу Чанга.

Ниу Чанг внутренне фыркнул. Трансформация его ци уже завершилась. Тускло-белая ци вокруг его тела окрасилась в красный цвет.

Приподняв уголок рта, переполняющая его ци внезапно нашла свое предназначение. Красная ци превратилась в тени лепестков цветущей вишни, летающие вокруг тела Ниу Чанга.

Тени лепестков вишни были иллюзорными, не имеющими определенной формы. Они чередовались с лепестками сакуры и сгустками красной ци.

Цзе Тяньгун почувствовал, как в нос ударил аромат цветущей вишни, и увидел улыбку на лице Ниу Чанга.

Точный контроль над "Погребальным молчанием" на мгновение нарушился, но этого хватило, чтобы Ниу Чанг смог избежать нападения.

"Обольстительная техника?" Цзе Тянгуну показалось забавным, что маленький мальчик изучает такую женственную технику.

Но на этом все и закончилось. Он снова направил невидимую звуковую волну на Ниу Чанга.

Почувствовав изменения в окружающей обстановке, Ниу Чанг ощутил себя беспомощным. Он знал, что его Пленительная улыбка под тенью и красным была лишь поверхностной.

Только благодаря большому количеству он смог повлиять на душевное состояние Цзе Тяньгуна.

Не желая сдаваться, он продолжал использовать "Пленительную улыбку под тенью" и "Красный цвет", чтобы до смерти отвратить Цзе Тяньгуна.

"Я никогда не думал, что окажусь в этой ситуации, которую ненавижу больше всего, в своем первом настоящем бою. Столкнуться с врагом, не имея возможности убить его одним чистым ударом".

Не то чтобы он не хотел использовать Демоническое Объятие Леди в Белом и Красном или Визит Мечты, но он не мог их применить. Эти два навыка были лишь теорией, которую придумал Ниу Чанг.

Цзе Тяньгун наблюдал за тем, как Ниу Чанг пытается сбежать. Он стукнул посохом по земле, и невидимая Звуковая Метка мгновенно сработала, атаковав Ниу Чанга без промедления.

Цзе Тяньгун помешал Ниу Чангу сбежать, и теперь он сам оказался под ударом.

Подброшенный в воздух, Ниу Чанг повернул лицо, чтобы показать улыбку.

Цзе Тянгун спокойно смотрел на него. И тут же в его сердце вновь вспыхнуло отвлекающее чувство. Но этого было достаточно, чтобы проверить свою догадку.

"Хахаха! Парень, я уже проанализировал слабость твоей техники. Ты должен показать свою улыбку врагу. Теперь ты больше не сможешь сбежать. Сдавайся, и я отпущу тебя", - рассмеялся Цзе Тяньгун, загнав Ниу Чанга в угол с помощью Звукового удара и Погребального молчания.

Сердце Ниу Чанга упало, когда он услышал это. Он вздохнул, осознав собственную некомпетентность, и сделал все возможное, чтобы избежать преследующего его "Погребального молчания".

Но он все равно использовал свою улыбку, чтобы отвлечь внимание Цзе Тяньгуна. Без этого отвлекающего маневра Ниу Чангу было не спастись.

Его "Стремительный шаг листьев" был смертельным боевым навыком без использования ци. Чтобы спастись от "Погребальной тишины" Цзе Тяньгуна с помощью ци, он был слишком слаб.

Заметив изменения в ци Ниу Чанга, Цзе Тяньгун закрыл глаза, чтобы не улыбнуться.

Даже не глядя на Ниу Чанга, он все равно мог определить его местоположение.

Боевые искусства, основанные на звуке, были очень редкими, и еще реже встречались практики, достигшие такого высокого уровня, как Цзе Тяньгун. Теперь, используя только слух и вспомогательную боевую технику "Чистый звук", он смог определить местоположение Ниу Чанга.

Ниу Чанг нахмурился, увидев, что Цзе Тяньгун закрыл глаза. Почувствовав приближение странной атаки, Ниу Чанг понял, что Цзе Тяньгун использует вспомогательный боевой прием, чтобы определить его местоположение.

Он втянул ци в горло и закричал во всю мощь своих легких.

"АААААААА!!!"

Ему не нужно было гадать, как Цзе Тяньгун определил его местоположение. Он использовал боевой навык, основанный на звуке, и одной этой подсказки было достаточно.

Спокойный лес зашевелился, и листья зашелестели от громкого крика.

Почувствовав отклик от своих усиленных чувств через первый уровень Невозможной Идеи, Ниу Чанг понял, что у него появился небольшой момент, чтобы отдалиться от Погребальной Тишины.

"АААААААА!!!"

Брови Цзе Тяньгуна сошлись, когда он услышал крик, нарушивший его Чистый Звук. Но он отреагировал спокойно, открыв рот и издав еще более громкий крик.

Ниу Чанг на мгновение остолбенел и почувствовал, что его барабанные перепонки едва не лопнули от этого мощного крика.

Из ушей Ниу Чанга потекла свежая кровь. Но он не посмел обратить на них внимания и снова открыл рот, чтобы закричать.

Вдвоем они продолжали выступать в патовой ситуации. Неподалеку от них Вэй Хун и Ван Ю услышали громкие голоса.

Состояние Ван Ю и Вэй Хуна было не из лучших. После ночной погони и отсутствия отдыха они устали и измотались.

Когда на них напали, они попытались сразиться с Дун Цююэ. Однако, к их удивлению, Дун Цююэ с легкостью одолела их благодаря своему мощному уровню развития.

Они попытались сбежать, но Дун Цююэ преграждала им путь каждый раз, когда они пытались это сделать

"Старший брат, в этом лесу есть кто-то еще", - Ван Ю шла за старшим братом сзади, ее лицо лишилось прежнего блеска, а глаза помутнели.

"Опять это место", - Ван Ю посмотрел в сторону источника громких голосов, в густую часть леса.

"Эта одержимая девушка все время толкает нас к этому месту. Должно быть, там что-то не так", - добавила Ван Ю. "Одержимая девушка могла бы легко убить нас обоих и выпить нашу кровь, но она этого не сделала. Вместо этого она продолжает заставлять нас идти к этому месту".

Ван Ю был в лучшем состоянии, чем Вэй Хун, так как каждый день тренировал свое тело и разум, чтобы повысить уровень культивации. Отсутствие сна в течение одного-двух дней не было для него большой проблемой. Единственным повреждением, которое он получил в схватке с Дун Цююэ, защищая Ван Ю, была порванная одежда.

Поразмыслив над состоянием Вэй Хун, Ван Ю решил попробовать. В конце концов, в этом месте были и другие люди. Если бы что-то пошло не так, они могли бы заставить Дун Цюйюэ отказаться от них и выбрать других.

"Ты все еще можешь держаться?" мягко спросил Ван Ю у Вэй Хун. Если бы не младшая сестра, он бы уже давно скрылся от преследования Дун Цююэ.

Вэй Хун слабо выдохнула, ведь ее тело и так было на пределе.

Если бы она решила отдохнуть, то вынудила бы Ван Ю блокировать Дун Цюйюэ.

Повторяя эту процедуру с предыдущей ночи и до сих пор, она больше не хотела видеть, как Ван Ю страдает из-за нее.

"Давайте поторопимся", - сказала Вэй Хун.

В густой части леса борьба за то, кто громче крикнет, уже перешла в другую плоскость. Цзе Тяньгун решил встретиться с Ниу Чангом лицом к лицу, даже если ему придется терпеть дискомфорт от того, что его очарует вонючий мальчишка.

"Я думал, что его умение очаровывать будет опасным, но это был лишь фасад. Его мастерство еще слишком низко, чтобы использовать эту странную технику очарования", - высказал свое мнение Цзе Тянгун.

Цзе Тяньгун не мог не задаться вопросом, как Ниу Чанг мог использовать технику такого высокого уровня с таким низким уровнем мастерства.

Ниу Чанг ничего не знал о мире боевых искусств, поэтому ему было неизвестно, что считается нормальным, а что ненормальным. Даже если он понимал, что ему не хватает мастерства, он мог полагаться только на то, что сам является создателем этих техник.

Ниу Чанг понимал суть техники, но его уровень культивирования был слишком низок, чтобы должным образом продемонстрировать истинную ценность созданных им самим боевых приемов.

Запертый в невидимом Погребальном молчании, Ню Чанг подвергся бомбардировке ударами молота со всех сторон.

Однако Цзе Тяньгуну было недостаточно просто сразить Ниу Чанга, его тело защищало неимоверное количество ци.

Поэтому Цзе Тяньгун использовал еще две техники, чтобы закончить бой.

"Парень, сдавайся. Ты заперт в моем Погребальном молчании. Твоя жизнь и смерть в моих руках. Если ты сдашься, я пощажу твою жизнь в обмен на твой секрет", - сказал Цзе Тяньгун, заинтригованный секретом неограниченного количества ци Ниу Чанга. Он подозревал, что речь идет об особой конституции, но отбросил эту мысль как невозможную.

Как может простая особая конституция без каких-либо недостатков поднять человека до уровня гроссмейстера и постоянно пополнять его ци? Это было неслыханно!

Цзе Тяньгун хотел присвоить этот секрет себе, но знал, что время его ограничено. Если он затянет битву, может произойти что-то непредвиденное.

Внутри Погребальной тишины все звуки были исключены. Тело Ниу Чанга ограничивали бесчисленные невидимые цепи из звуковых волн.

'Все прошло лучше, чем я ожидал. Хотя атаки старика были яростными и болезненными, он все же не смог убить меня одним ударом".

Нельзя сказать, что атаки были слабыми, но боевые навыки, основанные на звуке, имели присущую им слабость. Хотя звуки легко создавались и контролировались мастерами, они не обладали физическими свойствами, а значит, имели меньшую силу по сравнению с мечами и другими боевыми техниками.

Ниу Чанг уже многое понял из своих испытаний, и теперь он мог контролировать переполняющую его ци, чтобы она окружала его тело как средство защиты. Однако она была еще слишком слаба, поэтому он постоянно пополнял ее запасы с помощью системы.

Цзе Тяньгун перевел взгляд в определенную сторону и почувствовал, что к нему приближаются несколько человек.

"Должно быть, это те двое, что были вчера вечером", - догадался он о личности Ван Ю и Вэй Хун. Однако его внимание привлекло другое присутствие - жуткое и безжизненное. "Безголовый призрак тоже здесь?"

"Нет, это уже не безголовый призрак, а одержимая девушка", - пронеслось у него в голове, когда он посмотрел на трудноубиваемого Ниу Чанга.

Он размышлял, остаться ли ему или оставить Ниу Чанга разбираться с незваными гостями.

"Хмф, парень, на этот раз тебе повезло", - сказал Цзе Тянгун, освобождая Ниу Чанг из Погребальной тишины и отступая в лес.

Ниу Чанг, чье тело было сковано в воздухе, упал на землю с небольшим ударом. Открыв глаза, он не обнаружил фигуры Цзе Тянгуна.

"Неужели он решил сдаться?" Ниу Чанг подумал, не ловушка ли это, но потом повернул голову и увидел изможденных Ван Ю и Вэй Хун.

Вэй Хун настороженно смотрела на Ниу Чанга. От тела Ниу Чанга исходило мощное давление, а ци, переполнявшая его тело, была непостижима.

"Гроссмейстер?" задал вопрос Ван Ю, так как оба они сталкивались с несколькими экспертами стадии мастера и гроссмейстера в своей секте и знали о характеристиках их стадии.

Ниу Чанг молча наблюдал за ними. Он не знал, кто они такие, и ему было все равно. Он решил сбежать первым.

Однако, когда он попытался выбрать направление, оказалось, что он связан заданием, которое дала ему система. Таким образом, он мог преследовать только Цзе Тяньгуна.

Смутно ощущая местоположение Цзе Тяньгуна и расстояние до него, он обнаружил, что старик прячется неподалеку.

"Что задумал этот старик? Подстрекает к беде?" спросил себя Ниу Чанг.

Опасаясь неизвестного наказания со стороны системы, Ню Чанг развернул свое тело, чтобы преследовать Цзе Тяньгуна. Но тут он почувствовал неясное ощущение - холодный ветер дул в его сторону.

Позади двух неизвестных он увидел фигуру, окутанную мраком, которая быстро бежала в его сторону.

Постепенно он узнал эту фигуру. "Что? Почему это девушка?"

"Старший, можем ли мы попросить вас о помощи?" с праведным видом спросил Ниу Чанг у Ван Ю, стараясь избегать Дун Цююэ.

Из-за густых деревьев появилась обнаженная Дун Цююэ. Кожа ее была бледной, глаза - тусклыми и безжизненными. Временами она двигалась как механическая марионетка, а временами - как обычный человек.

Дун Цююэ подняла глаза и устремила взгляд на удаляющегося Ниу Чанга.

[Установил карму с Шэнь Саньхуа].

Автоответчик без промедления выбрал второй вариант, но Ниу Чанг продолжала смотреть на систему.

"Ее зовут Шэнь Саньхуа?" - он внимательно наблюдал за Дун Цююэ.

Чем дольше он смотрел на нее, тем сильнее становилось чувство знакомости. Это была не связь с настоящей Дун Цююэ, а скорее связь с так называемой Шэнь Саньхуа.

Однако, поскольку Ниу Чанг не знал имени Дун Цююэ, он не мог с уверенностью сказать, откуда исходит это необычное знакомство.

Шэнь Саньхуа, похожая на марионетку, тоже почувствовала сильное влечение к Ниу Чангу, большее, чем к тем двоим, которых она преследовала всю ночь.

Ее черные, как бездна, глаза были устремлены на Ниу Чанга. С ее низким интеллектом она не могла найти никакого полезного ответа, поэтому, следуя инстинкту призрака, она решила убить его.

Призрачная ци окутала ее тело, и она бросилась на Ниу Чангу.

Ниу Чанг отогнал от себя отвлекающие мысли и встретил Шэнь Саньхуа лицом к лицу. Он покрыл свое тело тусклой белой ци и ринулся вперед.

Разница в росте между ними была невелика: Дун Цююэ была выше Ниу Чанга примерно на одну голову.

Усиливая ци, Ниу Чанг топнул левой ногой и нанес удар правой рукой.

Он чувствовал, что его тело получило огромную подпитку ци благодаря карме Шэнь Саньхуа. Но он был в недоумении, потому что количество ци не сильно отличалось от того, что он испытывал с предыдущим стариком.

Поняв, что недооценил противника, Ниу Чанг решил не медлить и направил еще больше ци в правый кулак.

Неподвижная и механическая Шэнь Саньхуа действовала исключительно на инстинктах и ловко уклонялась от мощных ударов Ниу Чанга. Ее резкие движения были точными, без лишних действий, что напоминало тренированного мастера боевых искусств.

Внезапные проворные движения Шэнь Саньхуа, напоминающие движения мастера боевых искусств, стали главной причиной того, что Ван Ю, обладавший высоким интеллектом, не смог победить и убить ее.

Если бы это был обычный одержимый, то, несмотря на высокий уровень культивирования, лишенный духовного интеллекта, он ничем не отличался бы от движущихся мишеней.

Ловко уклонившись от удара Ниу Чанга справа, Шэнь Саньхуа умело использовала импульс Ниу Чанга в своих интересах и нанесла мощный удар ногой по его голове.

Не успевая за ее стремительными движениями, Ниу Чанг отлетел назад. К счастью, его голова осталась невредимой, несмотря на силу удара.

Приземлившись на землю, Ниу Чанг почувствовал боль в шее, но она быстро утихла.

Что это было? Такое ощущение, что телом управлял кто-то другой, а не эта безжизненная девушка. Погодите, безжизненная? Эта девочка чем-то одержима? Система не упоминала двух имен. Значит ли это, что девочка уже мертва, а ее тело полностью занято этим Шэнь Саньхуа? Разные мысли проносились в голове Ниу Чанга, но он обращал внимание только на важные, так как Шэнь Саньхуа уже сделала второй ход.

Ниу Чанг не стал отступать и бросился вперед. Каким бы сильным ни был противник, его ци и выносливость были ограничены.

"Старший брат, почему движения этого парня кажутся такими грубыми?" Вэй Хун не могла не спросить. Она чувствовала властную ци, исходящую от тела Ниу Чанга, но в ее характере было глубоко заложено считать Ниу Чанга ребенком.

"Не говори ерунды. Даже если этот старший не владеет изысканными боевыми техниками, его уровень культивирования находится на уровне гроссмейстера. Так что в следующий раз следи за языком", - строго отчитал Ван Ю.

Они наблюдали за сражением между Ниу Чангом и Шэнь Саньхуа. Вместо того чтобы назвать это сражением, это больше походило на одностороннее избиение.

Поначалу преимущество было на стороне Ниу Чанга благодаря его ловким движениям, но когда они сблизились, Шэнь Саньхуа взяла верх и нанесла смертельные удары по жизненно важным точкам Ниу Чанга.

Ниу Чанга отбросило назад, но постепенно он научился на своих ошибках и стал наносить удары реже.

Вскоре битва подошла к концу, так как ци Шэнь Саньхуа начала иссякать. Каждая ее атака несла в себе мощную ци, которая могла бы легко убить Ван Ю одним ударом. Однако перед стойким Ниу Чангом ее силы было недостаточно, чтобы убить его одной атакой.

"Старший брат, почему этот старший всегда улыбается, прежде чем атаковать духа?" Вэй Хун не могла не спросить, заметив, что Ниу Чанг постоянно улыбается Шэнь Саньхуа.

Этот вопрос пришел в голову и Ван Ю, но он не стал его озвучивать. "Возможно, это какое-то боевое искусство, которое практиковал этот старший. Разве ты не видишь, как его белая ци становится красной, когда он улыбается?"

"Да, его ци становится красной, когда он улыбается, и я чувствую слабый аромат цветущей вишни. Старший брат, как ты думаешь, он из секты Лунного Цветка?"

Секта Лунного Цветка была могущественной и известной сектой, которая в качестве основной техники использовала цветение вишни.

"Возможно, но я уже встречал учеников из секты Лунного Цветка. Их основной метод культивирования не включал в себя красную ци, вместо этого она была серебряного цвета".

Из-за расстояния и ограниченного владения Ниу Чангом своими навыками, эффект не был очень эффективным для двух учеников. Они лишь почувствовали легкое волнение в сердцах, но этого было недостаточно, чтобы привлечь их внимание. Однако Ван Ю, зная об этом, не мог не предположить, что техника, которую использовал Ниу Чанг, была чем-то вроде привораживающей техники.

"Может, он из Павильона Сотни Цветов?" тихо спросила Вэй Хун, пряча лицо от Ниу Чанга.

"О чем ты говоришь? Разве я не говорила тебе не говорить глупостей? Откуда ты знаешь о Павильоне Сотни Цветов?" Ван Ю повернул лицо и уставился на младшую сестру.

"Ну... Я слышала об этом от одного из учеников секты", - Вэй Хун уклонилась от взгляда Ван Ю и постаралась не перекладывать вину на подругу, зная, что старший брат разберется с этим небольшим казусом.

Движения Шэнь Саньхуа стали медленнее, а призрачная ци, окружавшая ее тело, сильно уменьшилась, оставив лишь слабую дымку.

Ниу Чанг, опасаясь потенциально мощного последнего удара Шэнь Саньхуа, держался на расстоянии. Он приближался к ней, подталкивая ее к тому, чтобы она тратила энергию до предела.

Внезапно Шэнь Саньхуа повернула голову в определенном направлении и, не раздумывая, побежала.

Не желая давать врагу шанс превратиться во вторую форму, Ниу Чанг погнался за Шэнь Саньхуа.

После многочисленных попыток Ниу Чангу удалось лишь поверхностно интегрировать ци в свой "Стремительный шаг листьев", но этого было недостаточно.

Шэнь Саньхуа, у которой было мало призрачной ци, не могла убежать от Ниу Чанга. Ее обостренные инстинкты срабатывали только при атаке.

Ниу Чанг обошел ее и преградил ей путь, устремившись вперед, чтобы не дать ей достичь цели.

Если бы Ниу Чанг мог убить Шэнь Саньхуа напрямую, он бы уже давно это сделал. Но даже с его навыком "Удар" ему все равно нужно было нанести противнику точный удар.

Боевые инстинкты Шэнь Саньхуа включились, и она использовала свою оставшуюся ци, чтобы нанести смертельный и мощный удар по Ниу Чангу.

Отброшенный назад, Ниу Чанг снова ринулся вперед.

Снова и снова он лишал Шэнь Саньхуа шанса продвинуться к цели.

Неподалеку от Ниу Чанга среди густых деревьев скрывалась пещера. Внутри тенистой пещеры происходили движения, как будто там проходили гигантские линии.

Возле входа в пещеру Цзе Тяньгун внимательно наблюдал за происходящим. "Привлечет ли битва снаружи внимание змеи?"

"Хотя мой план и не удался, но раз уж он привлек внимание змеи, это неважно. Если я заполучу эту штуку, то смогу пробиться на уровень гроссмейстера и, возможно, сделать следующий шаг к бессмертию!" Цзе Тяньгун наблюдал за движениями внутри пещеры, и в его глазах читалось удовлетворение.

Из пещеры доносился слабый, неясный аромат, но он быстро рассеивался на ветру.

Тени внутри пещеры сместились, и внезапно зажглись два ярких огня.

Пых.

Ниу Чанг заблокировал удар Шэнь Саньхуа. Однако его больше не отталкивали назад, так как удар уже не содержал ци, увеличивающей его силу.

Поняв, что настал подходящий момент, Ниу Чанг сверкнул глазами, контролируя ци по всему телу, чтобы нанести сокрушительный удар.

Левая рука, блокировавшая удар, перевернулась и поймала руку Шэнь Саньхуа. Не раздумывая, Ню Чанг нанес правый удар в грудь.

Если бы он был повыше ростом, то нацелился бы на ее голову и разбил бы ее на куски. Но сейчас он целился в грудь, намереваясь разрушить ее сердце и полностью уничтожить грудную клетку.

Удар был всего в нескольких сантиметрах от цели, когда земля содрогнулась, заставив Ниу Чанга потерять опору.

Непоколебимый, он решил продолжить, потянул Шэнь Саньхуа за левую руку, чтобы притянуть ее ближе, и разжал мощный правый кулак.

Среди деревьев мелькнула огромная тень, и Нюиу Чанг увидел ее - длинную черную змею, направляющуюся в его сторону.

"Ну и что? Я хочу увидеть, как ты спасаешь эту девушку от меня!" Правый кулак Ниу Чанга ударил в грудь Шэнь Саньхуа, накопленный импульс и навык "Удар" объединились, создав мощный взрыв.

Зрение Ниу Чанга расплылось среди бушующей ци, но он все еще чувствовал холодное прикосновение руки Шэнь Саньхуа.

Однако, не получив никаких уведомлений от системы, он проигнорировал мешающую ее, полагаясь на свое чувство направления, полученное от системы. Осознав, что расстояние слишком велико, чтобы ее рука осталась целой, он отбросил ее в сторону.

Ниу Чанг почувствовал местоположение своей цели и нанес еще один мощный удар правой.

Бам!

Система по-прежнему не выдавала никаких уведомлений. Ниу Чанг использовал левую руку для новой атаки, отводя правую.

Демоническая змея приближалась. Дрожание земли усилилось, возвещая о ее присутствии.

"УМРИ!" Ниу Чанг обрушил на Шэнь Саньхуа шквал яростных атак обеими руками, не переставая наносить удары. Взрывная ци не мешала его атакам, он продолжал поражать цель.

[Получено 3421 очко кармы].

Увидев перед собой системное окно, Ниу Чанг сразу же отстранился от Шэнь Саньхуа и побежал прочь.

Его сердце бешено колотилось, адреналин бурлил в жилах, а зрение было ограничено.

Напряжение и нервное беспокойство наполняли воздух.

К счастью, мне удалось уничтожить клише, которое я ненавижу больше всего! Ниу Чанг испытал чувство гордости от того, что уничтожил разработку, которую презирал больше всего. Он побежал изо всех сил.

Ню Чанг не раз сталкивался с подобным сценарием в прочитанных историях, когда враг бежал в разгар битвы, а затем возвращался с могущественными союзниками или набирался сил. Естественно, он не собирался повторять эту ошибку.

Хотя он и чувствовал странное отклонение от цели своей миссии, Цзе Тяньгуна, ему было все равно. Ему нужно было отдохнуть и успокоиться.

Отойдя на некоторое расстояние от Шэнь Саньхуа, Ниу Чанг защитил свое тело ци и стал осматривать окрестности в поисках массивной змеи.

Однако его мысли резко прервались, когда он получил уведомление от системы, что заставило его на мгновение отвлечься.

Увидев, как демоническая змея выскользнула из пещеры, Цзе Тяньгун почувствовал прилив счастья и решил покинуть свое место. Он бесшумно подошел к пещере, стараясь ничего не потревожить.

Глубоко в лесу находилась таинственная пещера, большой проем которой скрывал обширное и темное внутреннее пространство. Зайти внутрь означало открыть целый мир тайн и чудес, манящий исследовать неизведанное.

Наконец Цзе Тянгун сделал первый шаг в пещеру, и в нем расцвело чувство радости. "После более чем полугодового ожидания я наконец-то вошел в эту пещеру. Если бы не эта змея, я бы уже завладел сокровищами, которые в ней хранятся".

Углубившись в пещеру, Цзе Тяньгун прошел через темный проход и попал в просторное помещение. Его окружали стены серого цвета, а единственным источником света служило небольшое отверстие в центре. В самом центре пещеры стоял небольшой камень, на котором покоилась желтая ветка с одним красным плодом.

Аромат, исходивший от красного плода, вызвал любопытство Цзе Тяньгуна. Он обладал свойствами необычного эликсира. Животных, которые развивали свои способности, называли свирепыми зверями, а призраков и злых духов - духами. Растения, способные к культивированию, назывались эликсирами.

В отличие от свирепых зверей, у которых были бесполезные части, у трансформированных растений каждая часть была ценной и наполненной сокровищами. Однако по силе преобразованные растения были слабее свирепых зверей того же уровня.

"Это правда! В этом маленьком месте действительно есть эликсир! Хахаха, мне повезло. С ним у меня будет достаточно времени, чтобы прорваться и стать бессмертным".

Не в силах сдержать волнение, Цзе Тянгун ускорил шаг. Однако, приблизившись к красному фрукту, он напомнил себе о необходимости соблюдать осторожность на случай, если эликсир окажется разумным и будет представлять угрозу.

Опираясь на посох, он прошелся по пещере, исследуя скрытые трещины и расщелины.

Постучав еще несколько раз, он пришел к выводу, что в пещере больше ничего не таится, и его улыбка стала еще шире.

Стоя на месте, Цзе Тяньгун использовал свою ци для управления звуковыми волнами, чтобы не рисковать. Воздух вокруг него зашевелился, когда невидимая звуковая волна приблизилась к красному фрукту.

Звуковая волна успешно коснулась красного фрукта, и Цзе Тяньгун быстро схватил его.

"Почему бы тебе не отпраздновать?" Позади Цзе Тяньгуна раздался успокаивающий и нежный голос молодой женщины. Но не успел он повернуть голову, как тонкие, но жесткие желтые ветки пронзили его грудь, мгновенно разрушив сердце.

Оставшиеся ветви начали поглощать его жизненную силу и базу культивирования.

"Что...?" Цзе Тяньгун умер, так и не поняв, что его убило, его глаза наполнились обидой на жестокий мир, отнявший у него надежду.

В густом лесу Ниу Чанг все еще был напряжен после того, как принял нервное решение убить Шэнь Саньхуа на месте.

[Получено очков кармы: 7413]

Внезапное уведомление системы привело его в замешательство, но он переключил свое внимание на текущее положение.

В этот момент он заметил большую демоническую змею, которая скользила среди деревьев, направляясь в его сторону. У змеи была большая голова, и ее холодные глаза рептилии смотрели на Ниу Чанга.

Поняв, что Шэнь Саньхуа уже мертв, змея постепенно замедлила скорость. Не шевеля языком, она смотрела на маленькую фигуру Ниу Чанга.

Вдруг Ниу Чанг получил сообщение о смерти Цзе Тяньгуна, отчего его переполнявшая его ци резко исчезла.

Демоническая змея открыла рот, словно смеясь над странным поворотом событий. Она давно не пробовала человеческой плоти, и теперь, видя, что уровень культивирования Ниу Чанга опустился ниже стадии мастера, змея поспешила к нему.

Ниу Чанг был в замешательстве, но тут он получил новое уведомление.

[Карма установлена с неназванной змеей].

"Просто змея, насколько она может быть сильна? Не удержавшись от вопроса, Ниу Чанг почувствовал, что его ци возросла до того же уровня, что и при встрече с Цзе Тяньгуном.

"Эта змея настолько сильна?"

Не теряя времени, Ниу Чанг снова быстро использовал свою переполненную ци, чтобы защитить свое тело.

Демоническая змея, которая уже почти достигла Ниу Чанга, выглядела ошеломленной. Она недоумевала, как этот маленький человек вдруг стал сильнее. Змея поняла, что Ниу Чанг не скрыл свой уровень культивирования, а попросту потерял его.

Не обращая внимания на внезапный прилив ци, змея решила атаковать Ниу Чанга.

Открыв пасть, демоническая змея закрыла своей смертоносной пастью все поле зрения Ниу Чанга.

Ниу Чанг сначала подумал о том, чтобы войти в пасть змеи и атаковать ее изнутри, но быстро отбросил эту мысль и уклонился от атаки.

Однако не успел Ниу Чанг восстановить равновесие, как тело змеи изогнулось, и хвост метнулся к нему.

"Черт!" - выругался Ниу Чанг, поднимая руки для защиты.

В отличие от атак Шэнь Саньхуа и Цзе Тяньгуна, тело Ниу Чанга полетело, как воздушный змей.

Защита ци вокруг его тела не выдержала удара, прежде всего потому, что Ниу Чанг не использовал никаких специальных защитных навыков. Его руки распухли и покраснели от удара.

Первое дерево, с которым он столкнулся, не смогло остановить его маленькое тело, и только второе дерево смогло остановить его движение.

Ниу Чанг почувствовал, что его внутренности пришли в смятение, но они быстро исцелились благодаря мощной жизненной силе, которую давала система.

Через несколько вдохов Ниу Чанг вернулся в свое идеальное состояние. " Эта змея отличается от человека. Хотя по уровню развития ци она почти сравнялась со стариком, ее физическое тело находится на другом уровне".

Ниу Чанг пошевелил телом, чтобы подтвердить свою догадку. В ответ на сильные физические качества змеи Ниу Чанг также улучшил свои физические качества на один уровень выше, чем у демонической змеи.

Зная, что сможет победить в этой схватке, Ниу Чанг неосознанно ухмыльнулся. 'Разве это не просто еще один смертный? Я хочу посмотреть, как эта глупая змея будет изнурять себя".

Пережив две битвы за пределами своего нынешнего уровня и переполненный ци, Ниу Чанг уже привык к такому уровню боя. Это повлияло и на его менталитет.

Теперь, столкнувшись с этим демоническим змеем, он больше не испытывал ни тревоги, ни страха. Вместо этого он не спеша изучал незнакомый уровень культивации.

Демоническая змея повернула голову, готовясь к новой атаке. Она пронеслась на большой скорости и снова раскрыла пасть, пытаясь сожрать Ниу Чанга одним укусом.

Ниу Чанг фыркнул и с силой сжал ци вокруг своего тела, сгустив ее в руках.

Не раздумывая, он бросился к демонической змее. Он снова ощутил прилив адреналина, который испытал во время расправы над бандитами.

"Ха-ха-ха, иди и познакомься со своим дедушкой!"

Демоническая змея почувствовала, что с этим маленьким человечком что-то не так, но не ощутила серьезной опасности со стороны Ниу Чанга. Она продолжала наступать.

Ниу Чанг уклонился от зияющей пасти и ударил змею в бок.

Как и в случае с Шэнь Саньхуа, ци вокруг его кулака взорвалась, но ее сила была ослаблена из-за ограниченного владения ци Ниу Чангом.

Чешуя демонической змеи была невероятно прочной, и удар Ниу Чанга оставил лишь небольшую вмятину.

Как и в предыдущей атаке, змея свернула свое тело и ударила хвостом по Ниу Чангу. Однако в этот раз все было по-другому, он собрал дополнительную ци в правой руке и встретил хвост лоб в лоб.

Благодаря опыту общения с Шэнь Саньхуа, он умел корректировать свою позицию, когда сталкивался с противником сильнее себя.

Кулак и хвост столкнулись, вызвав еще один взрыв ци.

Но Ниу Чанга лишь отбросило назад, оставив на земле длинные следы. Он сильно топал ногами, пытаясь удержаться на месте.

На его лице расплылась широкая улыбка, а боевое намерение достигло своего пика.

'Система, увеличь мастерство защиты замкнутого контура до совершенства'.

Даже в разгар напряженной битвы Ниу Чанг мог видеть на несколько шагов вперед и готовиться к худшему.

Он мог повысить уровень владения навыком "Удар", чтобы усилить силу атаки, или сосредоточиться на "Быстром шаге листьев", чтобы повысить ловкость. Однако эти варианты были бесполезны против противников уровня Цзе Тяньгуна и Шэнь Саньхуа или даже змеи перед ним.

Поэтому Ниу Чангу лучше было усилить защиту и избежать гибели от одной мощной атаки.

[Поздравляю с повышением мастерства защиты замкнутого цикла до совершенства.]

Не заботясь о количестве накопленных очков кармы, Ниу Чанг впитывал информацию и понимание Защиты Замкнутого Цикла.

Защита замкнутого цикла - это защитный навык, который Ниу Чанг придумал, размышляя на кровати тем утром.

Он воспользовался вчерашней идеей использовать избыток ци для создания бесконечной, потребляющей ресурсы ци защиты, в результате чего получилась самая мощная защита.

Демоническая змея прекратила наступление на Ниу Чанга, почувствовав боль в хвосте. Оба бойца безжалостно атаковали, не сдерживаясь, и теперь получали обратную реакцию.

Чешуя на хвосте змеи покрылась глубокими вмятинами, а некоторые даже отвалились.

Состояние Ниу Чанга было не лучше. Его правая рука была неузнаваема, с многочисленными переломами и открытыми ранами. Однако она быстро заживала.

Ци вокруг тела Ниу Чанга разрасталась, постепенно принимая форму. В его тусклых глазах блеснул свет, и он обнаружил, что уже усвоил больше половины поглощенной информации.

Пошевелив рукой, Ниу Чанг заметил молчаливую демоническую змею, которая больше не делала никаких движений.

Белая ци с красным оттенком стала ярче, и на лице Ниу Чанга появилась улыбка.

На мгновение вертикальные зрачки змеи расширились, но быстро вернулись в нормальное состояние, и она покачала головой.

Ниу Чангу требовалось время, чтобы переварить информацию о защите замкнутого цикла, поэтому он просто стоял на месте и несколько раз использовал "Пленительную улыбку под тенью" и "Красный цвет".

Обладая ограниченным интеллектом, демоническая змея, естественно, зациклилась на своей жертве. Даже слегка пострадав от умений Ниу Чанга, она продолжала стоять перед ним без особых проблем.

Это было одновременно и благословением, и проклятием. Низкий уровень мастерства Ниу Чанга вызывал лишь незначительные помехи, не позволяя змее зациклиться на нем.

Пока Ниу Чанг продолжал активировать "Пленительную улыбку под тенью и красным", его понимание "Священной девы под священным деревом" постепенно улучшалось в медленном темпе.

Чувства в его сердце и нюансы в голове постепенно трансформировались в более глубокое понимание, которое можно было описать словами и буквами.

Красная ци также постепенно становилась ярче, а силуэт лепестков цветущей вишни приобретал более четкие очертания.

Ниу Чанг только что закончил осваивать мастерство "Защиты замкнутого цикла" и теперь был полностью поглощен изучением "Священной девы под священным деревом". Он непрерывно практиковал первый навык "Пленительная улыбка под тенью и красным".

Красная ци, излучаемая телом Ниу Чанга, колебалась между низкой и высокой насыщенностью, из-за чего переливающаяся ци окрашивалась в неравномерный узор.

"С таким большим количеством ци и бесконечным запасом выучить любую боевую технику будет так же просто, как выпить воды. Количество ошибок, которые я могу исправить и повторить, не ограничено".

Демоническая змея, намеревавшаяся нанести удар, была встревожена странными эмоциями, бушевавшими в ее сердце. Однако с течением времени ей становилось все труднее избегать взгляда Ниу Чанга.

Теперь змея разрывалась между внутренней борьбой: уйти или остаться. Звериный инстинкт побуждал ее бежать, чувствуя угрозу для жизни, в то время как колебания в сердце заставляли ее продолжать наблюдать за улыбающимся лицом Ниу Чанга.

Будучи существом с ограниченным интеллектом, демоническая змея была особенно восприимчива к чарующей технике Ниу Чанга, которая не зависела от расы и пола. Одного взгляда на его улыбку было достаточно, чтобы перед глазами возник образ улыбающейся святой девы.

Не переставая улыбаться, Ниу Чанг не мог не обнаружить, что ситуация превзошла все его ожидания. Он обратился к своей системе и попросил: "Система, увеличь мастерство "Священной девы под священным деревом" до уровня малого успеха".

[Для культивирования Священной Девы под Священным Деревом до уровня малого успеха требуется 33 440 очков кармы].

Получив такой ответ от системы, Ниу Чанг остолбенел. Не успокоившись, он продолжил: "Система, увеличь мастерство "Священной девы под священным деревом" до совершенства".

[Эта техника культивирования неполна, и ее мастерство не может быть увеличено до уровня совершенства].

Увидев ответ системы, Ниу Чанг погрузился в раздумья. Он продолжал активировать "Пленительную улыбку под тенью" и "Красную улыбку", размышляя: "Возможно, дело в том, что мне не хватает метода культивирования красной ци из "Священной девы под священным деревом". Ведь эта техника культивирования сочетает в себе и метод культивирования, и боевые навыки".

'Каковы пределы? Может ли она достичь большого успеха?" размышлял Ниу Чанг, собираясь задать этот вопрос системе.

Но не успел он это сделать, как его потрясло неожиданное развитие событий.

[Установлена карма с Хуан Чжи].

Без промедления автоматическая система-ответчик выбрала второй вариант. Ниу Чанг, ошеломленный открытием, быстро восстановил концентрацию и последовал за указанием системы.

Внезапно по его позвоночнику пробежала дрожь, когда он понял, что направление и расстояние указывают прямо за ним.

"Какой интересный мальчик. А, похоже, ты уже почувствовал мое присутствие. Как забавно", - прошептал ему в правое ухо сзади соблазнительный женский голос.

"Похоже, ты обладаешь более глубокими тайнами, чем твое особое телосложение", - заметила она.

Ниу Чанг нервно сглотнул и до предела напряг свою замкнутую защиту, не зная, как много ци она сможет извлечь из его богатых запасов.

Усвоив знания о защите замкнутого цикла, Ниу Чанг не терял времени, чтобы применить их, не обращая внимания на парализованную демоническую змею.

Не желая рисковать, особенно когда за спиной скрывается неизвестный враг, Ниу Чанг сохранял осторожность, используя безграничное количество своей ци.

Белая энергия и энергия ци вокруг Ниу Чанга начали циркулировать в соответствии с Замкнутым контуром защиты, образуя кольца, которые вращались вокруг его тела.

Несмотря на то что Ниу Чанг достиг совершенства в своем мастерстве, он смог создать только три кольца, а ци все еще выходила из его тела.

Упершись правой ногой в землю, Ниу Чанг бросился прочь от исходной позиции.

В воздухе он повернул голову и увидел гротескное зрелище.

Неподалеку от его прежней позиции лежало леденящее и пугающее зрелище - непревзойденный древесный монстр. Его тело состояло из спутанной паутины тонких желтых ветвей, напоминающих ожившие скелетные фигурки. Каждая скрюченная и шишковатая ветвь двигалась с жуткой грацией, отбрасывая на фоне леса тревожный силуэт.

Когда существо спокойно стояло, его ветви раскачивались и трепетали, казалось, одушевленные потусторонними силами. Они извивались и переплетались, создавая завораживающее и в то же время глубоко тревожное зрелище. Хрупкие ветви, напоминающие забытые жилы деревьев, расползались в хаотичном порядке, воплощая в себе сущность существа, рожденного в самых темных сферах природы.

С шеи существа свисала отрубленная голова, служащая одновременно украшением и обескураживающим свидетельством его природы. Лицо женщины имело синюшный оттенок, а выражение отражало смесь веселья и живого интереса. Ясные и живые глаза излучали глубокую духовную мудрость, а манящие губы изгибались в пленительной улыбке, окрашенной в соблазнительный оттенок красного.

Однако настоящая интрига скрывалась в полой грудной клетке монстра. Глубоко в переплетении ветвей лежал один-единственный завораживающий фрукт - ярко-красный и пульсирующий жизнью. Одно его присутствие завораживало любого, кто бросал на него взгляд, он излучал непреодолимый соблазн и очаровывал тех, кто осмеливался сорвать его из шаткой обители.

Приближение к этой мерзости вызывало непреодолимую смесь ужаса и восхищения. Его присутствие служило леденящим душу напоминанием о размытой границе между царствами живого и сверхъестественного. Древние чары и проклятия порождали такие призрачные мерзости, как это сплетение дерева и отрубленной человеческой фигуры. Это зрелище вызывало глубокое чувство тревоги, усиленное таинственным притяжением чарующего плода, спрятанного в грудной полости, - плода, который манил тех, кто осмеливался поддаться его соблазнительному зову.

Глаза Ниу Чанга расширились, когда он увидел это невыразимое чудовище, но его шок был вызван главным образом улыбающимся лицом.

В его голове царил хаос и смятение. "Как? Как это может быть она?"

Живя в маленькой и бедной деревне, Ниу Чанг мог по пальцам одной руки пересчитать количество красивых лиц, с которыми ему приходилось сталкиваться. К тому же он прекрасно помнил, когда и как познакомился с каждой из этих привлекательных особ.

Заметив шок на лице Ниу Чанга, отрубленная голова на шее монстра с ветвями дерева тоже выглядела ошеломленной.

Казалось, она тоже узнала Ниу Чанга.

"Хахаха, парень, похоже, мы с тобой судьба", - Хуан Чжи, имя которого назвала система, действительно было этим ветвистым монстром.

Задумавшись, Ниу Чанг благополучно приземлился на обе ноги. Он пристально смотрел на Хуан Чжи, пытаясь осмыслить это внезапное появление.

"Не смотри на меня так", - Хуан Чжи махнула желтой рукой, похожей на ветку, и щеки ее слегка покраснели. Однако его нижняя часть тела демонстрировала противоречивый вид, приводя в замешательство всех, кто наблюдал за этим.

"Ты удивлен? Должен быть, не так ли? Ведь это ты сделал меня такой. Хухуху~"

Хуан Чжи вела себя так, словно была близко знакома с Ниу Чанг. Его слова и жесты напоминали слова и жесты воссоединившихся старых друзей.

Ее чарующий смех мелодично струился, входя в левое ухо Ниу Чанга и выходя из правого, но не мог взволновать его сердце.

"Кто ты?" резко спросил Ниу Чанг.

"Как жестоко. Разве ты не помнишь меня?" Хуан Чжи пошевелила ветвистыми руками, касаясь человеческой головы, и указала на различные части тела.

"Это лицо, разве оно не вызывает никаких воспоминаний из прошлого?"

"Я помню это лицо, но не помню, чтобы встречал тебя в прошлом. Владелица этой головы была убит мной, и теперь ты используешь ее как аксессуар. Так кто же ты?"

Голова Хуан Чжи принадлежала той женщине без сознания, с которой Ниу Чанг столкнулся в прошлом, - женщине, которая должна была стать его вторым шансом активировать систему.

Но Ниу Чанг был другим: он не придерживался правил. Он убил бессознательную женщину, обезглавил ее и использовал ее тело, чтобы углубить свое понимание женской анатомии. К сожалению, его действия носили чисто научный характер из-за его незрелого состояния, не позволяя ему полностью изучить еще не остывшее тело.

"О чем ты говоришь?" Хуан Чжи игриво изобразила разочарование и грусть, подперев голову обеими руками, прося сочувствия.

Ниу Чанг нахмурил брови. Похоже, этот монстр не лжет. Его слова несут в себе глубокий смысл.

Мобилизовав свой разум на поиск ответа, Ниу Чанг посмотрел в сторону, где демоническая змея продолжала страдать от непрерывных улыбок, нанесенных ей.

Змея продолжала трясти головой, время от времени делая паузы, чтобы прийти в себя.

"Хуан Чжи?" Ниу Чанг назвал имя, заданное системой.

Отрубленная голова женщины выглядела ошеломленной, ее некогда улыбающееся лицо стало холодным. Хуан Чжи стала смотреть на Ниу Чанг другим взглядом.

"Ха! Я так и знал! Это ты, малышка Чжи! Как ты докатилась до жизни такой? Если я правильно помню, я оставил тебя в борделе в городе Хайчэнь. Но посмотри на себя сейчас, цок-цок, будущее действительно непредсказуемо. Когда я видел тебя в последний раз, ты все еще играла с грязью возле свинарника старого Яна. Я отчетливо помню тот день, когда ты с радостью ела свиные экскременты"

Поведение Ниу Чанга резко изменилось, и теперь именно он казался близким Хуан Чжи. На его лице появилось выражение ностальгии, глаза слегка увлажнились, а тон стал мягким и дружелюбным.

С другой стороны, лицо Хуан Чжи стало холоднее, а лоб потемнел.

"Эй, эй, не злись. Просто посмотри на свое грозное лицо. Не нужно злиться, верно? Я всего лишь констатирую факты, а ты уже расстроилась. Неужели, став игрушкой для этих старых свиней в городе Хайчэнь, ты стала холоднее? Я до сих пор помню тот день, когда ты ела свиные экскременты; ты пристрастилась к ним и попросила меня помочь найти разные виды экскрементов".

"Я помогал тебе искать в деревне собачьи, коровьи и куриные экскременты, и мы даже ходили в лес в поисках экскрементов диких зверей! Посмотри, на какие жертвы я пошел ради тебя!"

Ниу Чанг не обратил внимания на свирепый взгляд Хуан Чжи и продолжил говорить.

"Теперь, когда ты выросла, ты обижаешься на мою доброту? Ты, конечно, умеешь кусать руку, которая тебя кормит. Или это из-за того, что случилось на следующий день?"

"На следующий день я помог тебе удовлетворить твое любопытство, отнеся в лес самую большую и жирную свинью из свинарника старого Яна. Зачем я это сделал? Разве это не для тебя? Ты все время приставала ко мне с расспросами о вкусе свиной мочи, и я принес в лес самую большую свинью, чтобы исполнить твое желание!"

"Ты неблагодарное отродье! Я даже помог тебе заставить свинью вставить свой отвратительный пенис в твою задницу, чтобы тебе было приятнее. И потом, и потом..."

Как раз в тот момент, когда Ниу Чанг собирался рассказать о том, как он помог Хуан Чжи впервые совокупиться со свиньей, его прервали.

"Заткнись!" Хуан Чжи зарычала во всю мощь своих легких, ее голос перестал быть человеческим, а превратился в хриплый, чудовищный звук.

"Если ты еще раз посмеешь открыть свой глупый рот, я заставлю тебя испытать, каково это - иметь свиной пенис в своей заднице!" Глаза Хуан Чжи налились кровью, и всякое подобие игривости исчезло из ее облика.

"Еще бы", - весело и колко ответил Ниу Чанг, словно издеваясь над своим лучшим другом, прекрасно понимая, что она не посмеет привести свои угрозы в исполнение.

Хуан Чжи скрипнула человеческими зубами. "Хорошо, хорошо. У тебя действительно хватает смелости говорить со мной в ответ. Даже если потом ты будешь просить прощения и молить о смерти, я оставлю тебя в живых навечно, чтобы ты никогда не смог вырваться из моих рук".

Ветви, составляющие тело Хуан Чжи, дрожали от напряжения, готовые вот-вот лопнуть изнутри.

"Неужели?" поддразнил Ниу Чанг, еще больше накаляя обстановку.

* ( На самом деле Ниу Чанг и Хуан Чжи никак не знакомы. Это не еще одно злодеяние ГГ. Ну почти...)

"После установления кармы чего было бояться? Ниу Чанг громко захихикал. Прошло немало времени с тех пор, как Ниу Чанг принял задание, порученное системой.

Разговаривая с Хуан Чжи, Ню Чанг умело манипулировал огромным количеством ци, предоставляемым системой.

Это обилие ци превосходило даже ци старика, Шэнь Саньхуа и змеи. Ци было так много, что не было заметно никакой разницы с прежним состоянием Ниу Чанга.

Ниу Чанг дышал как обычно, только сейчас заметив, что в воздухе витает едва уловимый освежающий аромат. Его взгляд не мог не остановиться на красном фрукте, висящем на груди Хуан Чжи.

"Для чего он нужен? Мне запрещено самостоятельно заниматься культивированием, так что даже если я съем этот фрукт, какие изменения могут произойти? Если бы я мог культивировать с помощью внешних средств, я бы уже продвинулся в своем собственном культивировании, поглощая бесконечное количество ци, предоставляемое системой".

"Нет лучших угроз? Ну же, Малышка Чжи, ты была более изобретательна, чем это. Попробуй, я в тебя верю!"

Ниу Чанг поднял руку и улыбнулся.

"Прекрати свои тщетные попытки. Против меня твои чары бесполезны", - ответила Хуан Чжи, выражение ее лица оставалось мрачным, как уголь.

"О, неужели? Тогда почему бы тебе не улыбнуться мне? Может, я в тебя влюблюсь? Кто знает?"

Наконец Хуан Чжи сделала свой ход, ударив рукой по ветви дерева. Желтая ци вырвалась из ее тела, выпустив тонкие желтые иглы в сторону Ниу Чанга.

Не раздумывая, Ниу Чанг быстро маневрировал, уклоняясь от иголок.

Хуан Чжи насмешливо хмыкнула и выпустила еще один шквал игл из тонких веток.

Наблюдая за стремительно приближающимися иглами, казавшимися бесконечными, Ниу Чанг решил, что настало время испытать их на прочность.

"Даже если бы я хотел обмануть это существо, заставив его поверить в мою слабость, я не могу быть уверен, что оно уже видело мои прошлые битвы и знает о моих уязвимых местах".

С этой мыслью Ниу Чанг остановился и уперся ногой в землю, успешно уклоняясь от летящих в него игл. Однако несколько из них все же успели задеть его барьеры ци.

Ниу Чанг понял: "Все еще можно справиться, - почувствовал внутреннее удовлетворение, - теперь я могу продолжать заниматься своими обычными делами".

Смертные существа ограничены по своей природе, они обладают конечным количеством энергии.

Стоя на своем, Ниу Чанг грациозно покачивал бедрами, подобно соблазнительной куртизанке, завлекающей клиентов. Озорная ухмылка украсила его лицо, когда он активировал "Пленительную улыбку под тенью и красным".

Ци, окрашенная в красный цвет, частично трансформировала полтора из трех колец, изменив их цвет на пленительный малиновый.

"Пленительная улыбка под тенью и красным! Пленительная улыбка под тенью и красным! Пленительная улыбка под тенью и красным! Пленительная улыбка под тенью и красным! Пленительная улыбка под тенью и красным!"

Ниу Чанг спокойно оттачивал свои навыки, старательно совершенствуясь в умениях "Священная дева под священным деревом" и "Пленительная улыбка под тенью и красным".

Заметив, что ее атаки неэффективны против защитного барьера ци Ниу Чанга, Хуан Чжи фыркнула и задала вопрос: "Ты считаешь, что этого достаточно для самозащиты?"

Руки Хуан Чжи из ветвей дерева окутались желтой ци, превратившись в деревянные мечи с острыми краями с обеих сторон.

Мечи были длинными и выглядели более грозными, чем обычные клинки, так как Ниу Чанг чувствовал сгущенную желтую ци, колеблющуюся прямо над поверхностью.

"Что это за ци меча? Высший уровень манипуляции ци?"

Ниу Чанг был поражен, но его внимание переключилось, когда он заметил, как Хуан Чжи с огромной скоростью надвигается на него, выполняя безупречные движения без лишних действий.

Почувствовав надвигающуюся угрозу своей жизни, Ниу Чанг на мгновение растерялся. И дело было вовсе не в том, что раньше он тратил время на бессмысленные разговоры, вместо того чтобы совершенствовать свои навыки.

[Очки кармы: 0]

Очки кармы Ниу Чанга достигли дна после достижения совершенства в Защите замкнутого контура.

Совершенство, как следует из названия, представляло собой наивысший уровень владения навыком, охватывающий как теоретическое понимание, так и практическое применение. Ниу Чанг не только получил более глубокие знания о защите замкнутого цикла, но и научился управлять ци.

Теперь, когда в совершенстве владения Замкнутой Защитой не осталось места для совершенствования, Ниу Чангу предстояло применить все, что он знал, и поднять этот боевой навык, освобождающий от ци, на новый уровень.

"Шесть колец? Возможно, девять колец или больше", - прикидывал Ниу Чанг, как еще больше усилить защиту замкнутого цикла.

Скорость Хуан Чжи была поразительной, она не только окутывала свои руки-мечи продвинутой ци меча, но и улучшала свои физические характеристики за счет изысканной манипуляции ци.

Ассимилированная желтая ци плавно слилась с телом желтой ветви.

Ниу Чанг успел заметить лишь желтое пятно, несущееся к нему, а в следующий момент понял, что барьеры ци разрываются с двух сторон.

Он перестал использовать "Пленительную улыбку под тенью" и "Красную улыбку", и его ци вернулась к своему первозданному белому состоянию. Ниу Чанг сосредоточился на использовании Замкнутого контура защиты, чтобы поглотить больше ци, создавая и соединяя многочисленные слои защитных барьеров.

Чем ближе руки меча Хуан Чжи приближались к телу Ниу Чанга, тем сильнее становилось сопротивление барьеров ци.

"Что это за техника? Она может выдержать даже мою усиленную ци", - воскликнула Хуан Чжи, пораженная стойкостью барьера ци Ниу Чанга.

Те, кто не достиг стадии мастера, могли распространять свою ци за пределы тела только на определенные части тела или оружие. Однако их применение было ограничено.

Только достигнув стадии мастера, мастера боевых искусств могли усовершенствовать свой контроль над ци и использовать продвинутую версию ее покрытия , известную как усиленная ци.

Тем не менее, бесчисленные мастера боевых искусств имели свои собственные интерпретации и взгляды. Так, вместо того чтобы называть его усиленным ци, многие называли его мастер-ци, предназначенным исключительно для мастеров.

С развитым контролем ци, достигаемым на стадии мастера, ци больше не ограничивалась простым усилением. Ее можно было использовать для усиления остроты меча, увеличения веса молота и других бесчисленных применений.

Для Хуан Чжи мастерская ци позволяла усилить остроту рук меча.

На стороне Ниу Чанга барьеры ци имели сложную, но простую схему. Непрерывно подавая ци в три кольца, он формировал и собирал новые барьеры, исходящие из самого глубокого слоя.

"Что ты стоишь и глазеешь? Разве у тебя нет дел поважнее?" Ниу Чанг приподнял бровь и презрительно фыркнул. "Отойди от меня. Я задыхаюсь от твоего дурного дыхания. Ты что, сосала стариковские трости? Это действительно отвратительно".

Несмотря на его насмешливые слова, Ниу Чанг почувствовал, как деревянный меч медленно приближается к его шее. Он поспешно решил увеличить расстояние между собой и Хуан Чжи.

Пока она не может пробить мой барьер ци за одну атаку, то вряд ли причинит вред моему телу". Ниу Чанг вздохнул с облегчением, вспомнив, что суть защиты "Замкнутый контур" заключена в самом ее названии.

Замкнутый контур. До тех пор пока петли оставались целыми, она не поддавалась разрушению.

Сделав несколько шагов назад, Ниу Чанг заметил, что Хуан Чжи последовала его примеру и смотрит на него с новой силой. "Парень, твой защитный навык достиг такого уровня только благодаря огромному количеству ци, постоянно вливаемой в него".

Однако это открытие не помешало Хуан Чжи упорно атаковать Ниу Чанга. Обнаружив главный недостаток в защите замкнутого цикла, Хуан Чжи решила воспользоваться им.

"Старая карга, разве я не просил тебя прекратить болтать и избавить мир от зловония твоего дыхания, воняющего, как гниющая туша животного?"

Ниу Чанг продолжал отступать, пытаясь уклониться от угрожающих рук меча Хуан Чжи. Но его усилия были тщетны: Хуан Чжи оказалась непомерно сильна.

Столкновение рук-мечей Хуан Чжи и барьера ци Ниу Чанга вызывало резонанс, не переставая терзать сердце Ниу Чанга.

Ню Чанг подумывал о том, чтобы оттолкнуть руку меча Хуан Чжи, но сомневался в эффективности такой попытки. Однако, подстегиваемый неустанными атаками Хуан Чжи, он решил попробовать.

Правой рукой, покрытой барьером из ци, Ниу Чанг осторожно надавил на острие меча Хуан Чжи.

Ши.

Одного прикосновения было достаточно, чтобы прорвать первый слой ци-барьера, но Ниу Чанг продолжал настойчиво продвигать правую руку вперед, не обращая внимания на звук.

Однако, когда он увидел непоколебимую решимость на лице Хуан Чжи, внезапное осознание всколыхнуло его разум, заставив быстро убрать правую руку.

'Это было близко. Такие люди, как старик, Шэнь Саньхуа и Хуан Чжи, обладают неизвестными мне уровнями силы. Если я неосторожно вступлю в контакт с их ци, она может проникнуть в мое тело и посеять хаос внутри".

"Старая дешевка Чжи, как насчет того, чтобы забыть об этой встрече? Давай сделаем вид, что мы никогда не встречались", - предложил Ниу Чанг.

"Теперь ты готов говорить по-доброму. Опусти свой барьер, и мы сможем поговорить", - спокойно ответила Хуан Чжи, но ее руки-мечи продолжали продвигаться вперед.

"Конечно, конечно", - горячо кивнул Ниу Чанг.

"Чего ты ждешь?" Хуан Чжи не видела никаких изменений в их текущей ситуации, кроме кивка Ниу Чанга. "Ты снова играешь со мной в игры?"

"Как ты можешь так говорить? Если я опущу барьер, твой меч разрубит мне голову. Поэтому мне нужно, чтобы ты сначала сделала несколько шагов назад".

"Парень, похоже, моя доброта была для тебя напрасной. Раз уж ты пренебрег моей доброй волей, тебе остается только винить себя за собственную глупость".

По мере того как продолжалось их противостояние, Ниу Чанг не мог не замечать тонких ошибок в действиях Хуан Чжи.

"Этот Хуан Чжи явно сильнее всех, с кем я сталкивался до сих пор, но почему он не сделала ни одного причудливого или сильного движения? Она использовала только метание игл и руки-мечи, чтобы справиться со мной. Может, она что-то скрывает? Или ждет чего-то?"

"Ну что ж, благодаря неустанным атакам Хуан Чжи я смогу еще больше усовершенствовать уже отточенную защиту замкнутого цикла", - подумал Ниу Чанг, зевая внутри своего надежного и стабильного ци-барьера. Три кольца плавали вокруг его тела, постоянно вращаясь.

Перед глазами мелькали желтые тени, но ни одна из них не могла достичь его физического тела. Было много попыток, но ничто не смогло проникнуть сквозь его непробиваемый барьер ци.

Отрубленная женская голова на ветвистой шее Хуан Чжи скрипела зубами. После многочисленных атак Хуан Чжи поняла, что не может преодолеть барьер ци Ниу Чанга.

Хуан Чжи остановила свои руки-мечи и усмехнулась: "Мальчик, ты думаешь, это вся моя сила?"

Хуан Чжи соединила руки-мечи с ветвями деревьев вместе, отчего они зашевелились, словно крошечные змейки, сопровождаемые желтой ци, и слились в один большой меч.

"Неужели?" Ниу Чанг без особого интереса поднял бровь. "Если ты действительно настолько сильна, почему бы тебе не попытаться прикончить меня одним ударом?"

На лице Ниу Чанга появилась улыбка, сопровождаемая пленительной улыбкой под тенью и красным цветом.

"А может, ты не можешь использовать всю свою силу? Ты чего-то боишься? Например, этого красного фрукта на груди. Я не могу не заметить, что аромат в воздухе становится тем сильнее, чем больше ты используешь свою ци. Так почему бы тебе не попытаться убить меня, используя все свои силы?"

Белая ци вокруг тела Ниу Чанга окрасилась в красный оттенок, расширив свой диапазон.

Хуан Чжи на мгновение замолчала, но быстро восстановила самообладание. "Что с того, что ты это понял? Твои слова - всего лишь беспочвенные предположения. Думаешь, я не использовала свою силу, потому что что-то задумала? Ты не заслуживаешь моей полной силы".

"Знаешь, что забавно в разумных существах? Они по-разному реагируют, когда их секреты раскрываются. Одни предпочитают молчать, другие пытаются ответить невнятно", - заметил Ниу Чанг, пристально наблюдая за Хуан Чжи.

Взгляд Хуан Чжи пронзил Ниу Чанга насквозь, когда ее рука с большим мечом достигла завершения. Однако он все еще ждал.

Продолжая спамить "Пленительную улыбку под тенью и красным", Ню Чанг небрежно сказал: "Посмотри, какое у тебя сияющее выражение лица".

"Великий желтый слэш!" Хуан Чжи бросилась вперед, вертикально взмахнув рукой с большим мечом.

Ниу Чанг не хотел быть "сидячей уткой", поэтому он ударил ногами и уклонился от атаки Хуан Чжи. Он знал, что медленнее Хуан Чжи, но действовать было все же лучше, чем ничего не делать.

Во время движения Ниу Чанг почувствовал, что сладкий аромат становится еще более явным. Не успел он подумать, как почувствовал огромную силу, давящую на его тело.

Сверху на него обрушилась огромная рука-меч, мгновенно разрушив все барьеры ци на своем пути. Однако быстро образовались новые барьеры ци, оттеснив меч назад.

Но эти новые барьеры все равно не могли остановить продвижение меча. Ниу Чанг оказался под огромным давлением, отчаянно маневрируя телом, чтобы уклониться от быстро приближающегося оружия.

Через мгновение Ниу Чанг почувствовал, как правая сторона его тела внезапно нагрелась, постепенно усиливаясь до жжения.

Когда он перевел взгляд, то увидел, что барьер ци, на который он опирался, прорван, и огромный желтый меч пронзил его правый бок, прорезав его. От правого плеча до небольшой части бедра его тело было рассечено, и кровь текла, как маленький водопад.

Несмотря на шок и боль, живительная сила системы и повышенный адреналин утихомирили его чувства. Однако прежде чем Ниу Чанг успел позаботиться о своем состоянии, он увидел, как массивный желтый меч резко изменил направление и вернулся к нему.

"Черт!" беспомощно выругался Ниу Чанг, наблюдая, как его тело разделяется на две части.

Грохот.

Верхняя половина его тела, единственная часть, которую он еще мог чувствовать, ударилась о землю. Даже в такой тяжелой ситуации Ниу Чанг не испытывал никаких особых ощущений, возможно, из-за влияния бесконечной жизненной силы системы или собственного безразличия.

"Какое короткое путешествие", - отметил он свое жалкое состояние. Но почему я не чувствую внезапного желания сопротивляться и дать отпор? Где воспоминания о моей жизни и прилив сил? Ха-ха, я действительно не главный герой".

Приняв происходящее без лишних слов, Ниу Чанг перевел взгляд на желтые ветвистые ноги Хуан Чжи.

Затем он медленно поднял глаза и встретился с насмешливой улыбкой и презрительным взглядом Хуан Чжи.

"Не нужно так радоваться. Разве ты что-то выиграла?" Ниу Чанг непринужденно вступил в разговор с Хуан Чжи, обнажив свою истинную сущность.

Лицо Хуан Чжи исказилось в необычной гримасе. "Какой же ты интересный человек. Несмотря на свою молодость, ты обладаешь таким уровнем умственной стойкости. Если бы тебе дали больше времени на развитие, ты мог бы стать выдающимся человеком, который превзойдет других и достигнет величия. Но, увы, вы встретили меня здесь, и все эти возможности теперь лишь потенциал".

Безграничная жизненная сила системы начала свою чудесную работу. Верхняя часть тела Ниу Чанга, разрубленная пополам, перестала кровоточить, словно удерживаемая тонкой энергетической мембраной, а его тело регенерировало с заметной скоростью.

"Впрочем, в данный момент это было не главное. "Ну, это уже было в пределах моих ожиданий, и я хотел испытать это, несмотря ни на что. Какая разница, будет ли это завершено сейчас или в будущем?"

"Важнее то, что ты собираешься сделать. Разве твое внезапное появление не вызвано интересом к тайне, скрытой в моем теле? Так почему бы не попытаться раскрыть этот секрет сейчас? Возможно, это поможет унять гнев в твоем сердце. Кто знает, может, я даже буду просить о пощаде?"

Чем больше Хуан Чжи слушала спокойный и бесстрастный голос Ниу Чанга, тем сильнее становилось ее разочарование. "Ты еще больший монстр, чем я".

В раненной голове Хуан Чжи пронеслось множество мыслей, но в итоге прозвучало лишь это короткое предложение.

"Хахаха... Как забавно слышать эти слова. С самого начала я ожидал, что другие будут говорить мне такие фразы. Я думал, что это пробудит последние остатки нормальности и заурядности в моем существе, но кто бы мог подумать, что я вообще ничего не почувствую? Возможно, обстоятельства сложились неправильно. Возможно, для достижения такого эффекта нужен кто-то близкий".

"Нормальность? Посредственность?" повторила Хуан Чжи, ее глаза потемнели и стали еще более глубокими.

"Я вижу, ты именно такой человек. Не связанный общественными ограничениями и даже собственными эмоциями, жаждущий высшей цели в своем ограниченном существовании. Презираешь других за их неведение о глубоких жизненных благах и охотно выбираешь быть обычным и посредственным".

"Эй! Кажется, ты понимаешь лучше, чем я предполагал. Значит ли это, что мы стали друзьями? Можешь ли ты ответить на несколько вопросов, которые не давали мне покоя?" Некогда скучающее выражение лица Ниу Чанга посветлело, став более дружелюбным.

Хуан Чжи подошла к Ниу Чангу, ее тело состояло только из головы, верхней части туловища и левой руки.

"Можешь, но разве я не буду в проигрыше, если буду отвечать на твои вопросы одна?" - продолжила Хуан Чжи. "Я отвечу на один из твоих вопросов в обмен на то, что ты ответишь на один из моих".

"Конечно, без проблем". Ниу Чанг кивнула. "Мой первый вопрос касается этой змеи. Стала ли она такой после употребления какой-то чудодейственной травы в этом лесу за последние три года?"

Ниу Чанг размышлял о своей судьбоносной встрече, вспоминая различные клише из своей прошлой жизни и прикидывая возможные исходы тех значимых встреч.

"Эта змея?" Хуан Чжи повернулась, чтобы посмотреть на змею, лежащую неподалеку, которая сбросила с себя преследующую ее улыбку. Теперь она спокойно наблюдала за происходящим со стороны.

"Я думала, ты спросишь о чем-то более интересном, но ты хочешь узнать об этом? Хорошо. После того как я очнулась от глубокого сна, эта глупая змея, более слабая, чем ее нынешняя сила, попыталась украсть мои фрукты. Я победила ее и приручила. После этого я спросила о ее прошлом, и она рассказала мне, что недавно съела драгоценный женьшень и встала на путь культивирования".

Ниу Чанг тоже направил свой взгляд на демоническую змею, с трудом, но все же добился своего. "Надо же, одного женьшеня и трех лет было достаточно, чтобы она достигла таких высот".

"Если бы в прошлом я решил помочь родителям изначального тела, получил бы я тот чудесный женьшень? С помощью системы я мог бы превзойти достижения этой глупой змеи всего за три года". Ниу Чанг размышлял о возможности своей первой роковой встречи, испытывая чувство жалости, но не сожаления.

"Теперь твоя очередь. Спрашивай все, что хочешь".

"У меня много вопросов, но у нас еще будет много времени. Сейчас я хочу знать, чего ты желаешь больше всего". Хуан Чжи подошла к Ниу Чангу и встала перед его лицом. Ее тень окутала Ниу Чанга, хотя и не полностью, благодаря тонкому телу из ветвей деревьев.

"Прямо сейчас? Ты мне не поверишь". Ниу Чанг ухмыльнулся и проворчал. "Я хочу, чтобы меня обняла прекрасная леди, которую я однажды случайно встретил. Мне всегда было интересно, как она пахнет, что чувствует и как звучит. Скажу тебе, что эта дама действительно поражает воображение, если тебе посчастливится встретить ее!"

Серьезным тоном Ниу Чанг дал несколько советов отрубленной женской голове.

"Ты действительно этого хочешь? Хахаха, ты действительно отличаешься от всех людей, с которыми я сталкивалась в прошлом. Ты говоришь без лицемерия и глупых поучений старших. Похоже, ты действительно живешь для себя". Хотя Хуан Чжи не произнесла никаких уничижительных слов, в глазах ее мелькнуло презрительное выражение по отношению к Ниу Чанг.

"Как ты можешь думать о другой красавице, когда перед тобой уже есть красавица?" - насмехалась Хуан Чжи в душе.

"Что это за взгляд?" Ниу Чанг нахмурился, но ему было все равно, и он продолжил. "Как я уже говорил, она действительно красива. Нет нужды сравнивать себя с ней. Теперь мой следующий вопрос - о твоей голове. Можешь ли ты рассказать мне, что произошло после того, как я оставил ту женщину в лесу?"

Женская голова Хуан Чжи недовольно фыркнула. "Ничего особенного не произошло после того, как ты оставил ее тело в глубине леса. Она обладала уникальным телосложением, и именно благодаря этому я смогла пробудиться от спячки. Изначально я собиралась завладеть всем ее телом, но ее особая конституция позволила ей сохранить базу культивирования даже после того, как ты убил ее и она превратилась в безголового зомби".

"В результате я смогла взять под контроль только ее голову и медленно восстанавливать себя. Я следила за ее безголовым телом, но не ожидал, что в него вселится случайная девушка, и ты убьешь ее во второй раз".

Хуан Чжи посмотрела на тело Шэнь Саньхуа, лежащее на земле с видимыми синяками и неузнаваемой грудью.

Не в силах сдержать любопытство, Хуан Чжи спросила: "Почему ты убил ее таким жестоким способом?"

Хуан Чжи планировала забрать тело, чтобы завершить культивацию, но вмешательство Ниу Чанг не давало ей ни единого шанса.

"Это твой второй вопрос?" поинтересовался Ниу Чанг.

"А, ты прав. Я не об этом хотела спросить". Выражение лица Хуан Чжи изменилось из-за доброго напоминания Ниу Чанга. "Ты не перестаешь меня удивлять. Мой второй вопрос - понять, что заставило тебя стать тем, кем ты являешься сейчас".

"Для человеческой жизни ты должен быть очень молод. Будучи таким молодым, почти невозможно иметь мышление старого призрака, достигшего конца своей жизни. Так скажи мне, что заставляет тебя становиться более злым, чем практик, полный жажды крови, и более добрым, чем практик, полный лицемерия?"

Хуан Чжи, благодаря своему долгому опыту, прежде чем погрузиться в глубокий сон, сталкивалась со многими людьми и различными мастерами боевых искусств. Однако она никогда не встречала никого, кто бы так страстно преследовал свою цель, как Ниу Чанг, да и сама цель была более грандиозной, чем у Хуан Чжи.

"Возможно, дело не в том, что моя цель менее впечатляющая, чем у этого маленького мальчика, а в том, что мое мышление уступает его".

Ниу Чанг молча слушал, погрузившись в глубокую задумчивость и размышляя над вопросом Хуан Чжи.

Он погрузился в воспоминания о своей первой жизни, пытаясь понять, что сформировало его таким, каким он стал сейчас. Перед глазами мелькали обрывочные мысли, образы и видео.

Среди них он увидел конкретную идею и образ. Однако эти воспоминания постоянно менялись и не имели определенной формы.

"Человек?" спросил себя Ниу Чанг, понимая ответ, но в то же время чувствуя себя сбитым с толку.

Поразмыслив некоторое время, Ниу Чанг открыл глаза и посмотрел на Хуан Чжи.

Хлоп, хлоп, хлоп.

Ниу Чанг и Хуан Чжи повернули головы, и даже змея сбоку последовала их примеру. Внезапные хлопки напугали их, вызвав преувеличенную реакцию.

Не обнаружив ничего с помощью своих улучшенных органов чувств, Ниу Чанг рефлекторно повернул голову, чтобы проследить источник хлопков. Его взгляд устремился в общем направлении и ничего не обнаружил среди деревьев. Тогда он посмотрел вверх и поднял зрение к верхушкам.

Над деревьями, в воздухе, легко ступал человек, одетый в обычную одежду.

Хлоп, хлоп.

Он продолжал хлопать, улыбаясь и сузив глаза. Мужчина бросил короткий взгляд на Ниу Чанга, а затем перевел взгляд на Хуан Чжи.

Настроив глаза на яркое небо, Ниу Чанг наконец смог полностью передать образ мужчины.

На его лице отражалась смесь молодости и возраста. Его глубокие темные глаза, казалось, притягивали к себе окружающий свет, неся в себе чары кристаллизованной мудрости, приобретенной со временем, и одновременно излучая искру юношеской надежды. Его телосложение отличалось хорошо развитой мускулатурой - ни чрезмерно выдающейся, ни чрезмерно худой.

Несмотря на то что он был одет в обычную и недорогую одежду, его властное присутствие оставалось незаметным. Напротив, возник пленительный парадокс, подчеркивающий его статус и повышающий ценность одеяния, в которое он облачен.

Каждый его аспект излучал престиж, усиливая присущее ему обаяние.

Глаза Хуан Чжи расширились от шока, она не могла определить уровень культивации этого человека. Однако его способность ходить по воздуху уже свидетельствовала о его высоком уровне.

"Хождение по пустоте, скрытое от мирского мира. Бессмертный, который конденсирует свое ядро?" Голос Хуан Чжи задрожал, и она использовала свою желтую ци, чтобы прикрыть красный фрукт, висящий на ее груди.

Ниу Чанг, никогда не пребывавший в таком спокойном состоянии, уловил слова Хуан Чжи, и его интерес возрос. "Бессмертный? Конденсирующееся ядро?"

"Значит, этот мир соответствует обычным нормам? Уточнение Ци, создание фундамента, а затем Золотое ядро?" подумал Ниу Чанг.

"Вот почему я не почувствовал никаких качественных изменений после получения такого огромного количества ци. Нет, возможно, это был предел, установленный системой".

Ниу Чанг вспомнил битву с бандитами. Тогда он получил культивацию, эквивалентную культивации первоклассного мастера боевых искусств, но не почувствовал ничего, кроме увеличения количества ци.

Возможно, стадия первого уровня все еще находилась в области Утончения Ци, а старик Шэнь Саньху, Змей и Хуан Чжи были выше этого уровня. Но даже в этом случае система дала мне только количественное изменение, но не качественное улучшение".

"Кто ты?" настороженно спросила Хуан Чжи, сгущенная желтая ци которого корчилась на поверхности его ветвистого тела, словно маленькая речушка.

Мужчина, Фэн Нин, подтвердил свою цель, достигнув этого места. Он следовал за ароматом, который было трудно уловить во время культивации. "Ты не имеешь права знать имя этого достопочтенного", - спокойно сказал Фэн Нин. Несмотря на снисходительные слова, он не выглядел высокомерным из-за своего внешнего вида. Это Хуан Чжи показалась ему грубой, как изгнанный бессмертный.

Потрясенная таким дерзким заявлением, Хуан Чжи фыркнула. Сидящий на земле Ниу Чанг тоже внутренне фыркнул.

"Этот маленький засранец смеет вести себя так самонадеянно в моем присутствии?" - подумали они оба. Хуан Чжи прожила долгое время, прежде чем впал в спячку, и уже видела многих людей, которые конденсировали свои ядра, и даже тех, кто мог разрушать горы одним пальцем и двигать реки одной рукой.

Что касается Ниу Чанга, то он оставался верен себе. Для него все, кто не был всемогущим и всезнающим, были просто глупцами, притворяющимися королями и богами, включая его самого.

Поэтому он с удовольствием разыгрывал из себя молодого мастера и эксперта, когда имел дело с врагами.

Забавляясь грандиозными заявлениями Фэн Нина, Хуан Чжи и Ниу Чанг стали менее осторожными.

"Чем больше рот, тем больше эго. Это неизбежная болезнь для тех, у кого хватает сил заставить замолчать более слабых противников", - покачал головой Ниу Чанг.

Заметив, как изменилось выражение лица Хуан Чжи и даже изуродованного Ниу Чанга, Фэн Нин почувствовал тревогу и перестал улыбаться.

Он нахмурился, в его сердце поднялось недовольство. "Вы, муравьи, как вы смеете смотреть на этого Почтенного такими глазами. Умрите за меня!" крикнул Фэн Нин и взмахнул правой рукой. Из его руки материализовалась темно-фиолетовая ци, образовав большую ладонь , которая направилась к Хуан Чжи и Ниу Чангу.

Хуан Чжи использовала ветви деревьев, чтобы подхватить Ниу Чанг и уклониться от атаки Фэн Нина. Сбитый с толку Ниу Чанг мог только смотреть на длинные волосы Хуан Чжи.

"Мой друг, я хочу дать тебе совет. Раз уж мы с тобой подружились, я хочу напомнить тебе, чтобы ты не откладывала то, что собиралась сделать со мной. Иначе ты пожалеешь об этом".

Большая ладонь не прекращала своего неустанного преследования и, следуя приказу Фэн Нина, погналась за Хуан Чжи.

Фэн Нин с его уровнем культивации смог расслышать слова Ниу Чанга, и хмурое выражение его лица стало еще глубже.

Занятая уклонением, Хуан Чжи тоже была ошеломлена и чуть не подавилась словами. "Что за чушь ты несешь? Кто твой друг? Хочешь, чтобы я подарила тебе легкую смерть? Продолжай мечтать!"

Почувствовав на себе пристальный воображаемый взгляд Хуан Чжи и взгляд Фэн Нин, Ниу Чанг почувствовал себя оскорбленным. "Что? Не смотри на меня так! Я искренне предложил тебе совет, но ты не приняла мою искренность. Это твой проигрыш. А ты, маленькая дрянь, как ты смеешь так на меня смотреть?"

Ниу Чанг, сидящая на спине Хуан Чжи, с трудом справлялась со скоростным движением, но продолжала недовольно смотреть на Фэн Нина.

Зная, что ладонь не перестанет преследовать их, Хуан Чжи решила блокировать ее. Взмахнув деревьями, Хуан Чжи заставил их быстро расти, чтобы заблокировать удар.

Ладони и деревья столкнулись, вызвав мощный взрыв. Даже с переполненным ци и ци-барьером Ниу Чанг почувствовал сильный ветер на лице.

Фэн Нин с самого начала заметил, что Ню Чанг источает огромное количество ци, несмотря на свое искалеченное состояние. Сначала он подумал, что это из-за обстоятельств, в которых оказался Ниу Чанг, но, похоже, это было не так.

"Какой необычный мальчик. Его культивирование не кажется высоким, но он обладает таким большим количеством ци. Может, это особая техника культивирования или уникальное телосложение?" В сердце Фэн Нина зародилась жадность, а в глазах появился холодный блеск. Независимо от ответа, это стоило выяснить.

[Установил карму с Фэн Нином].

Ниу Чанг, взглянув на свою систему, не воспринял ее всерьез, а лишь выразил легкое недовольство. "Мой Автоматический Ответчик работает как шарм, но он также приносит бесконечные проблемы. Я хотел выбрать первый вариант, кармическое возмездие, потому что хотел посмотреть, что произойдет, но... Но в будущем я это исправлю".

Автоматическая система-ответчик достигла мастерства в восприятии за относительно низкую цену. Однако она была сопряжена с большими ограничениями, что вынуждало Ниу Чанга постоянно выбирать второй вариант.

Что касается того, что произошло с Цинь Цин ранее, то это было связано с тем, что при совершенном мастерстве Ниу Чанг мог выключать и включать его. Если он находился в безопасном месте, то выключал его, но если опасность надвигалась с любой стороны, Ниу Чанг держал его в активном режиме.

Ниу Чанг почувствовал, как в его тело из пустоты вливается новая ци. Однако его тело было ограничено, как и уровень культивирования. Независимо от того, насколько обильно ци поступала в его тело, канал ее поступления оставался ограниченным. Таким образом, не было разницы между двумя Хуан Чжи или двумя Фэн Нин.

Пока уровень культивации Ниу Чанга оставался неизменным, количество ци, поступающей в его тело по этому маленькому каналу, оставалось неизменным.

"Хотя канал остается прежним, скорость проникновения ци в мое тело увеличивается, что создает большую нагрузку на мое физическое тело. Мой первый уровень Невозможной Идеи уже достиг своего предела".

Боясь перегрузиться, Ниу Чанг отключил автоматический ответчик.

Наблюдая за поединком между Фэн Нин и Хуан Чжи, Ниу Чанг был занят собственными мыслями.

"Куда это ты собралась? Неужели ты веришь, что сможешь вырваться из рук этого Почтенного?" Фэн Нин наносил один удар ладонью за другим. Четыре большие ладони, наполненные темно-фиолетовой ци, летали, как призраки, преследуя Хуан Чжи.

Почувствовав сильное давление от битвы, демоническая змея беззвучно уползла прочь.

"Хамф, ты думаешь, что сможешь сбежать?" Фэн Нин с помощью одной из своих ладоней схватил глупую змею.

Змея с уровнем культивации мастер-стадии не смогла вырваться и была легко схвачена. Фэн Нин не стал убивать ее сразу, а сломал ей позвоночник, зажав ладонью.

Змея зашипела от боли и внезапно обмякла после того, как Фэн Нин сломал еще несколько. Она упала на землю, валяясь, как большая черная лапша.

Заметив, куда направилась Хуан Чжи, Ниу Чанг повернул голову и посмотрел вперед. Похоже, сейчас я стану свидетелем того, что я ненавижу больше всего.

После того, как Ниу Чанг ушел преследовать Шэнь Саньхуа, двое учеников, Ван Ю и Вэй Хун, которые всю ночь не могли уснуть, решили остаться на месте.

"Старший брат, нам пора уходить?" тихо спросила Вэй Хун, веки которой подрагивали из-за бессонной ночи.

Ван Ю внимательно следила за тем, куда ушли Шэнь Саньхуа и Ниу Чанг. Убедившись, что они далеко, он облегченно вздохнул.

"Мне уйти или подождать старшего? Ван Ю разрывался между своим учением как ученика праведной секты.

Но когда он увидел Вэй Хун, которая продолжала дремать, он принял решение и решил пойти на компромисс.

"Я поблагодарю старшего после того, как выведу свою младшую сестру из этого места", - подумал он.

"Хочешь, я понесу тебя на спине?" мягко спросил Ван Ю, схватив Вэй Хун за плечо, чтобы она не упала на землю.

Вэй Хун зевнула, не потрудившись прикрыть глаза, приоткрыла тяжелые веки и посмотрела на Вань Юя мечтательными глазами.

"Хе-хе... Старший брат, неси меня на спине". Не оправдываясь и не смущаясь, она сонно приняла предложение Ван Юя.

Без промедления Ван Ю почтительно взвалил маленькую Вэй Хун на спину, поправил ее положение и начал идти, не оглядываясь.

Они шли по лесу в ровном темпе, не слишком быстром и не слишком медленном, чтобы Вэй Хун было удобно ехать.

. . .

Ниу Чанг наблюдал за тем, как Хуан Чжи бежит, расставляя на своем пути различные препятствия, чтобы уклониться от преследующих ее рук. Она сканировала окрестности, ища что-то.

"Мы уже покинули густую часть леса, но до сих пор не встретили их. Эти двое действительно искусны", - подумал Ниу Чанг, слегка рассердившись и покачав головой.

Он спас этих двоих, но они даже не поблагодарили его. Они действительно воплощают в себе основные учения секты праведников.

Постойте, они что, ученики Праведной секты?

И тут он заметил Ван Ю, который нес Вэй Хун на спине, ловко бегая, чтобы обеспечить комфорт своей младшей сестре.

"Малышка Чжи, вон там!" Ниу Чанг указывал ртом, не в силах использовать левую руку, когда поднимался и поддерживал себя.

"Не называй меня Малышкой Чжи!" раздраженно выругалась Хуан Чжи. "Я знаю, где они находятся, и тебе не нужно указывать мне их местоположение".

Ниу Чанг проигнорировал ответ Хуан Чжи и сосредоточился на следующем развитии событий. Раз уж Малышка Чжи уже близка к своей цели, у нее должен быть большой план, который позволит ей сразиться с Фэн Нином.

Ван Ю, используя технику перемещения с оставшейся ци, почувствовал, что их кто-то преследует. Повернув голову, он увидел гротескного вида Хуан Чжи - стикмена из тонких желтых веток дерева с отрубленной головой женщины на шее.

Его глаза расширились от шока, и он заметил Ниу Чанга, который висел на спине Хуан Чжи с закрытыми глазами. Это только усилило его шок, и он почувствовал острую опасность. Он использовал свою оставшуюся ци, чтобы сбежать.

Позади них в небе летел Фэн Нин, его ладони постоянно закрывали деревья, расставленные Хуан Чжи.

"Твои усилия тщетны", - сказал Фэн Нин, сжимая обе ладони, и темно-фиолетовая ци окутала его тело. "Сокрушающая горы ладонь".

Темно-фиолетовая ци поднялась в воздух, образовав огромную ладонь, закрывшую небо. Ниу Чанг почувствовал тень, нависшую над его головой, и открыл глаза.

"Ничего себе", - восхитился Ниу Чанг, глядя на огромную ладонь.

"Малышка Чжи, не сдерживайся, если хочешь остаться в живых. Борись!" подбодрил ее Ниу Чанг и снова закрыл глаза.

Хуан Чжи только и смогла, что проглотить слова, сказанные Ниу Чангом. Женская голова стиснула зубы и крикнула "Защита желтых ветвей!".

Без всяких знаков рукой, крик Хуан Чжи заставил лес задрожать, как будто что-то пробудилось.

Желтая ци по телу Хуан Чжи стекала к ногам, соединяясь с землей. Внезапно деревья распахнулись, превратившись в тонкие желтые ветви, которые соткали щит над Хуан Чжи.

Фэн Нин фыркнул и приказал своей большой ладони опуститься. Воздух зашипел, и его ци охватила все вокруг.

Под движущимися и перестраивающимися желтыми ветвями Хуан Чжи больше не колебалась и, словно снаряд, направила свое тело в сторону Ван Ю.

Расстояние между ними мгновенно сократилось.

Не успел Ван Ю отреагировать, как Хуан Чжи протянула ветви, чтобы схватить спящую Вэй Хун.

С огромным импульсом Хуан Чжи полетела вперед, утаскивая за собой Вэй Хун и покидая зону атаки большой ладони.

"Младшая сестра!" в отчаянии крикнула Ван Ю.

Но ладонь пробила все желтые ветви, преграждавшие ей путь, и упала на землю, вызвав сильный взрыв.

Вокруг полетели пыль и грязь, а Ван Юй, подхваченная ветром, влетела в дерево.

Фэн Нин с помощью своего чувства ци всегда определял местоположение Хуан Чжи. Он бросил короткий взгляд в ее сторону.

Но прежде чем он успел что-то сказать, он почувствовал резкие изменения в лесу.

Деревья и сам лес начали увядать, словно быстро старея. Благодаря своему высокому уровню развития Фэн Нин понял, что что-то поглощает жизненную силу деревьев через их корни.

И дело было не только в лесу.

В деревне Желтой Почвы многие люди обнаружили странные желтые ветви деревьев, выползающие из-под земли и опутывающие их ноги.

"Что происходит?"

"Кто-нибудь, спасите меня!"

"Помогите!"

Ветки быстро поглощали их жизненную силу, оставляя после себя высохшую кожу и кости.

Ниу Чанг снова открыл глаза из-за беспокойства, вызванного Хуан Чжи. Он чувствовал, как его ци быстро увеличивается благодаря системе.

"Малышка Чжи переходит во вторую форму" подумал Ниу Чанг.

Тело Ниу Чанга уже достигло своего предела, получив от Фэн Нин обильную ци. Теперь, когда Хуан Чжи стала сильнее, ее тело тоже достигло предела.

"Вперед", - мягко приказал себе Ниу Чанг, и ци начала циркулировать в соответствии с его техникой. Три кольца вокруг его тела заколебались и медленно уменьшились.

По мере того как они уменьшались, расход ци увеличивался в геометрической прогрессии. Но кольца перестали уменьшаться, достигнув половины своего первоначального размера.

'Ну, моя идея хороша и применима, но мое мастерство и отсутствие тестирования этой улучшенной версии защиты замкнутого цикла не позволяют мне использовать ее полностью'.

"Но этого уже достаточно, так как оно позволяет моему телу выдерживать огромное давление моей переполненной ци".

Хуан Чжи была окутана густой желтой ци, которая не позволяла никому подглядеть за ее трансформацией. Даже Ниу Чанг мог видеть только кружащуюся перед ним желтую ци.

"Неужели этот монстр прорывается на следующий уровень культивации? Достигнет ли он того же уровня, что и я? Интересно", - размышлял Фэн Нин. "Если я нападу на него прямо сейчас, он не сможет пройти трансформацию и получит сильные повреждения. Но если он успешно прорвется, то его красный фрукт также значительно улучшится". В глазах Фэн Нина вспыхнул жадный огонек.

Однако он не был полностью ослеплен жадностью. Он сконденсировал несколько атак ци в форме ладони и ударил Хуан Чжи, стараясь сдерживать свои атаки и не причинять чрезмерного вреда, который мог бы помешать ее трансформации. Его целью было истощить запасы энергии и ослабить ее после завершения трансформации.

После того как Ниу Чанг завершил совершенствование защиты замкнутого цикла до следующего уровня, у него не осталось неотложных дел. Он внимательно наблюдал за трансформацией Хуан Чжи, считая ее ценной возможностью для обучения.

Ладони с ци обрушились на желтый кокон Хуан Чжи. Почувствовав опасность, желтый кокон начал раскачиваться и внезапно взлетел, чтобы избежать ударов ладоней.

Но ладони управлялись Фэн Нином, и Хуан Чжи пришлось потратить часть своего внимания на то, чтобы управлять деревьями вокруг и блокировать удары.

Темно-фиолетовые ладони были похожи на капли воды в дождливый день, бесконечные и покрывающие огромные пространства.

Ниу Чанг, привязанный к Хуан Чжи, почувствовал головокружение из-за резких поворотов, которые совершала Хуан Чжи. Но вскоре полет прекратился, когда Хуан Чжи отпустила Ниу Чанга от своего тела, чтобы сохранить больше энергии для самозащиты.

Приземлившись на землю, Ниу Чанг увидел, что темно-фиолетовые ладони не обращают внимания на его присутствие и продолжают преследовать летающий желтый кокон.

Затем Ниу Чанг осмотрел свое искалеченное тело. "Битва должна подойти к концу. Если к тому времени мое тело не исцелится, я окажусь в очень затруднительном положении".

Он вызвал систему. 'Система, культивируй Невозможную Идею до второго уровня'.

[Неполный метод культивирования. Невозможно культивировать Невозможную Идею до второго уровня].

Подтвердив свои сомнения, Ниу Чанг кивнул. Он знал, что его очки кармы пусты, но он просто хотел удовлетворить свое любопытство.

"Похоже, мне нужно переварить и разобраться с первым уровнем Невозможной Идеи, прежде чем я смогу поднять ее на второй уровень".

С этими словами Ниу Чанг занялся исследованием тайн, заключенных в его физическом теле.

Поскольку желтый кокон летел, его источник энергии был отрезан от скрытого под землей механизма, который собирал жизненную силу из леса.

Поэтому время от времени желтый кокон приземлялся на короткое время, чтобы впитать больше жизненной силы, пополнить запасы энергии и ускорить превращение.

Ниу Чанг был ошеломлен различными данными о своем физическом теле. В его голове было больше вопросов, чем ответов, и он постоянно повторял: "Что же это такое?"

Различные техники культивирования тела, о которых он читал в своей первой жизни, развились из его первоначального замысла и воплотились в невозможную идею.

"Боди-арт Предельного Тирана должен сделать мое тело крепче стали, тяжелее гор. Неприступным и неуязвимым для всего. Но что это? Почему эта характеристика пропала? Куда она делась?"

"Неразрушимое тело Небесного Императора, которое должно было создать святое тело, наполненное жизненной силой и властной аурой императора, тоже изменилось. Почему жизненная сила моего тела не стала очевидной, как я предполагал?"

"Врожденный Изначальный Сосуд и Писание Хаотического Космоса, которые сосредоточены на запасе энергии, не создали никаких отверстий или хранилищ энергии в моем теле. Пять внутренностей пусты, а сердце - пустое."

"Это нормально для этих двух скопированных техник, но мое самосозданное хранилище энергии Сердечной Диафрагмы совсем не справилось со своей задачей!"

"Кость Высшего Меча также не изменила мои кости так, как было задумано. Это моя самосозданная техника, которая превращает кости в мечи и питает их избыточной жизненной силой тела. Но почему она отсутствует?"

"А врожденная энергия все та же, неуловимая и не поддающаяся моему контролю. Чувак, мое тело буквально умирает, а ты все еще предпочитаешь бездействовать? Зачем ты вообще здесь?"

Разозлившись на свое неразумное тело, которым он когда-то гордился, Ниу Чанг беспомощно взмахнул белым флагом и решил использовать техники культивирования ци для восстановления своего тела. Не то чтобы он не исследовал свое тело раньше и не замечал этих изменений, но из-за его особого состояния ему должно быть легче отличить свое тело от обычного человеческого тела.

"Надеюсь, мое Зеленое дерево под ярким небом не разочарует меня".

Не обращая внимания на взрывы снаружи, Ниу Чанг вспоминал ощущения и нюансы возвышающегося под солнечным небом дерева.

Тусклая белая ци окрасилась в зеленый оттенок и медленно распространялась, создавая освежающее ощущение в теле Ниу Чанга.

Чем больше он активировал Зеленое дерево под ярким небом, чтобы исцелить свое искалеченное тело, тем больше противоречий он испытывал в глубине своего сердца.

""Зеленое дерево под ярким небом", которое я впервые создал, ориентировалось только на окружающую обстановку - падающие листья и дуновение ветра. Но теперь мне не нужен этот аспект. Вместо этого мне нужен аспект жизненной силы самого дерева, его способности расти бесконечно и быть полным жизни, пока солнце ярко светит в небе".

Изменив свое представление о путешественнике, ищущем убежища под высоченным деревом, Ниу Чанг проник в ствол дерева и начал ощущать его жизненную силу.

Он вспомнил факты о деревьях, которые узнал в своей первой жизни, и выборочно использовал их в соответствии со своими потребностями.

"Пока существуют корни, это дерево будет существовать вечно. Пока заботливое солнце делится с ним своей силой, дерево будет расти без помех".

Однако он не мог достичь того уровня погружения, когда смотрел на улыбающуюся святую деву, которая оставила большой след в его сердце и уме.

Ниу Чанг открыл глаза и увидел, как зеленая ци свободно циркулирует по его телу, часть ее перемещается и вливается в открытые раны.

"Хотя это и не является правильной техникой или навыком, такое использование ци, которое в значительной степени зависит только от ее природы или атрибутов, будет очень расточительным для любого мастера боевых искусств. Что ж, это то, что я могу сделать на данный момент".

Ниу Чанг надавил на сердце и разум, чтобы почувствовать сущность Зеленого Дерева под Ярким Небом, преобразуя свою ци в зеленую.

Обновленная зеленая ци начала действовать и медленно исцелять тело Ниу Чанга.

Но даже с бесконечным количеством ци исцеление шло мучительно медленно.

Почувствовав колебания ци, Фэн Нин бросил на Ниу Чанга косой взгляд. "Какой странный мальчик. Это чувство похоже на глубокую технику культивирования, но этот мальчик способен активировать ее с очень низким контролем, что очень сложно. Неужели в этом маленьком месте он тоже нашел скрытую пещеру, содержащую древние техники культивирования?"

Год назад Фэн Нин был обычным стариком, но зимой он нашел скрытую пещеру в окрестностях своей деревни Желтая Скала. Там он нашел технику Трехфазной Мистической Жизни, которая позволила ему начать путь культивирования.

За то короткое время, что у него было, стало ясно, насколько глубокой и мощной была эта техника культивирования.

"Может быть, в этом маленьком месте скрывается множество пещер экспертов? Я нашел лишь одну из них, и этот мальчик - тоже? Сколько же здесь пещер, если это правда?"

Взволнованный собственными мыслями, Фэн Нин внезапно вынырнул из них, предупрежденный внезапным изменением от летающего желтого кокона.

Желтый кокон теперь находился чуть выше земли, соединенный с ней замысловатым мостом из желтых ветвей деревьев. Пульсирующая желтая ци вызывала странное ощущение у тех, кто ее видел.

Это было похоже на биение сердца самого леса.

Деревья в этом лесу уже достигли своего конца. Их безлистные кроны, сморщенные стволы и хрупкость были таковы, что даже прикосновение к ним заставляло их крошиться и рассыпаться.

Шесть ладоней, наполненных фиолетовой ци, с огромной скоростью устремились ввысь, но им не удалось разорвать желтый кокон.

В мертвом лесу распространился аромат, полный жизни и жизненной силы, такой манящий и мощный, что даже полумертвая змея почувствовала, как ее раны начинают затягиваться.

Таинственный аромат творил чудеса с любыми живыми существами, кроме растений.

Ниу Чанг тоже вдыхал этот мимолетный аромат, как кит, глотающий морскую воду. Его глаза закрылись, а мысли были очень активны.

Образ его возвышающегося зелёного дерева быстро разрастался, создавая по бокам различные большие ветви.

Самостоятельно созданные техники Ниу Чанга были похожи друг на друга - ему нужен был шанс, чтобы всколыхнуть свой разум, чтобы по-настоящему уловить суть и превратить ее в навык.

Случай мог возникнуть из его собственных мечтаний, желаний, воспоминаний или из встреч с прекрасными и впечатляющими событиями или вещами во внешнем мире, которые могли подтолкнуть его разум к созданию сущности, оставившей вечный след в его сердце и разуме.

Этот след был похож на маяк, который можно было легко найти в огромном море знаний одним движением руки. Именно поэтому Ниу Чанг мог легко использовать этот навык, лишь подумав об этом.

Одинокое дерево быстро росло, его ветви разветвлялись, наполняя окрестности зелеными и коричневыми красками. Тень, которую оно давало, расширялась, и освежающее ощущение больше не нуждалось в постоянно дующем ветре.

Глубоко погруженный в свои мысли, Ниу Чанг не замечал изменений в своем теле. Открытые раны на его туловище начали трепетать, а вокруг зашевелился маленький росток из зеленой ци.

По мере того как Хуан Чжи приближалась к своему пределу, усиливался и аромат.

Через пять секунд желтый кокон потускнел, и на свет появилась круглая клетка из толстых желтых ветвей, словно сделанная из чистого золота, полная металлического блеска.

В то же время аромат полностью исчез.

Ниу Чанг нахмурился и открыл глаза.

"Еще немного, и я смог бы создать исцеляющий навык". Ниу Чанг был разочарован, но затем внезапно понял.

Возможно, истинный смысл жизненной силы деревьев заключается не в их бесконечном росте, а в упорном стремлении к жизни.

Лес, разросшийся от главного дерева, начал разрушаться сам по себе. Ветви деревьев вокруг ран Ниу Чанга тоже начали увядать и превращаться в плоть и кости.

Глядя на свое тело, превратившееся в древесную кору, Ню Чанг был шокирован, но благодаря своевременному осознанию он смог остановить это неправильное развитие событий.

"Это было очень опасно. То же самое было и с первым умением Девы Святилища под Священным Деревом. Ее пленительная улыбка почти заставила меня стать безвольным рабом".

"Возможно, это главная причина, по которой не многие выбирают этот путь. Одна маленькая ошибка может привести к непоправимым последствиям и бесконечным сожалениям".

Будучи человеком любопытным, Ниу Чанг сразу же задумался над этой проблемой, которая наполняла его путь культивации.

Только потому, что это было опасно, Ниу Чанг не собирался сдаваться. Вместо этого он будет учиться на своих ошибках и после этого сделает еще больший скачок.

В этом и заключалась прелесть культивации для Ниу Чанга. Неизвестный путь полон опасностей и неопределенности, но он также полон бесконечных возможностей.

Выйдя из цветущей желтой оболочки, Хуан Чжи раскрылась, как цветок в яркий весенний период. Лепесток за лепестком она открывалась, ее шелковистые черные волосы каскадом ниспадали по спине, словно величественный водопад. Ее обнаженные плечи, шея и верхняя часть груди сверкали, как свежевыпавший снег, излучая неземную чистоту. По мере того как клетка продолжала расцветать, становилось очевидно, что ей нечего скрывать, ведь ее вновь преображенное тело сияло великолепием.

Когда она впервые открыла глаза, пара ярко-желтых глаз встретила мир, излучая нефильтрованный свет. Ее зрелые женские формы отличались изящными изгибами, подчеркнутыми пышной грудью и пленительными ягодицами. Очаровательный вид ее фигуры в форме песочных часов завораживал.

Подняв изящную руку, Хуан Чжи наслаждалась обретенной женственностью и тихонько хихикала. Клетка из переплетенных ветвей дерева ласкала ее длинные изящные конечности, постепенно превращаясь в естественное платье, подчеркивающее ее и без того совершенные формы.

Созданное из различных растительных элементов, платье позволяло ей с гордостью демонстрировать свое тело, открывая взгляду избранные места. Каждое обнажение говорило о ее уверенности и принятии, свидетельствуя о ее пути самопреобразования.

Неосознанно Ниу Чанг опустил челюсть, наблюдая за тем, как Хуан Чжи выходит из желтого кокона. "Черт. Какая лисица".

Тряхнув головой, чтобы прийти в себя, Ниу Чанг сглотнул слюну, собравшуюся во рту. "Когда-нибудь у меня будет своя спутница, которая превзойдет ее красотой. Но, черт возьми, посмотрите на эти пики-близнецы над большими горами, посмотрите на этот скрытый водопад между долинами!"

"Мне действительно нужно создать технику, которая позволит мне превратить мое незрелое тело в зрелое, чтобы я мог делать то, что хочу, и больше не быть скованным этим отвлекающим желанием".

В голове Ниу Чанга роились разные мысли, но его глаза не могли оторваться от нового тела Хуан Чжи.

Фэн Нин родился в деревне Желтой Скалы, и с самого начала, пока ему не исполнилось одиннадцать лет, о нем заботилась только его мать. К сожалению, его мать заболела и вскоре умерла, что стало поворотным моментом в жизни Фэн Нинга от плохого к худшему.

Из-за недостаточного питания и тяжелой работы, которую он выполнял, чтобы доставить еду в желудок, его маленькое тело не могло нормально расти. Пройдя путь от юности до зрелости и старости, он достиг семидесяти двух лет, что превзошло все его ожидания.

Перенеся столько страданий, он больше не придерживался оптимистического или пессимистического взгляда на жизнь, а просто жил в свое удовольствие.

"Это была не идеальная жизнь, но, в конце концов, это моя жизнь. Единственное, о чем я жалею, так это о том, что не смог обзавестись собственной семьей".

Спокойно переждав в маленьком домике свои последние годы, Фэн Нин после сильной метели отправился на поиски незахороненных сокровищ в окрестностях желтого кургана неподалеку от деревни. Так называемые незахороненные сокровища были удачей одного из жителей деревни, который нашел красивый желтый камень высокой ценности. Однако жители деревни не знали, что это такое, и какой-то странствующий мастер боевых искусств купил его у них. Они также попытались обыскать желтый курган, но вернулись с пустыми руками.

Фэн Нин решил испытать удачу: возможно, сильная метель изменила рельеф почвы и принесла больше желтых камней. Когда он добрался до желтого кургана, он был один, и его переполняло счастье и волнение, когда он бродил по нему.

Со своим старым телом и оборванной одеждой он продержался до полудня. Когда он уже собирался возвращаться домой, то заметил что-то странное, торчащее из заснеженной земли. Любопытство взяло верх, и он пошел разбираться, но обнаружил, что это чья-то нога, обутая в сандалию из дешевого материала. Потрясенный находкой, он хотел было убежать, но любопытство пересилило страх.

Фэн Нин попытался откопать погребенного человека, отталкивая снег и продолжая рыть. К своему удивлению, он обнаружил, что в этом месте похоронены не один, а два человека - мужчина и женщина, судя по одежде, они были парой.

Выразив соболезнования и проверив их вещи, в которых не оказалось ничего ценного, Фэн Нин почувствовал разочарование и хотел уйти. Однако, когда он уходил, земля, которую он копал, стала неустойчивой, и он упал.

К своему изумлению, Фэн Нин обнаружил просторную подземную пещеру с жуткой атмосферой. Движимый глупыми юношескими амбициями, он исследовал пещеру и наткнулся на книгу под названием "Трехфазная мистическая жизнь". Это стало началом его боевого пути. Рядом с книгой лежал нефритовый флакон.

В ней содержались как методы культивации, так и боевые техники. Благодаря своему преклонному возрасту, который как нельзя лучше подходил для "Трехфазной мистической жизни", Фэн Нин мог с легкостью культивировать. С помощью эликсира в нефритовом флаконе ему нужно было лишь принести в жертву трех человек из трех фаз человеческой жизни - молодого, взрослого и старого.

За год он достиг ступени выше гроссмейстера, ощутил огромную силу и трансформацию своего тела, что изменило его мировоззрение. Теперь, стоя в воздухе, Фэн Нин холодно смотрел на очаровательную красавицу на земле. Он впервые видел такую красивую женщину, и его старое сердце снова начало расцветать. Однако он лишь усмехнулся, понимая, что она не более чем чудовище. Он считал, что, получив ее красный фрукт, получит власть над любой женщиной в мире, ведь только сила могла исполнить его желания.

Фэн Нин был уверен, что Хуан Чжи все еще обладает ее красным плодом, потому что чувствовал его с помощью своего сильного чувства ци. Красный фрукт влился в новое тело Хуан Чжи, став ее сердцем.

Не обращая внимания на снисходительный и холодный взгляд Фэн Нин, Хуан Чжи перевела глаза на Ниу Чанга, который использовал свой новый навык исцеления. Заметив страстный и похотливый взгляд юноши, Хуан Чжи почувствовала гордость за свою новую внешность.

Однако в голове у нее всплыл их предыдущий разговор, и она в беспомощности покачала головой. "Если бы я раньше не слышала его замечаний, то приняла бы это похотливое выражение лица за истинное. Но для него это не более чем игрушка, чтобы развеять скуку. Гнев, радость, печаль и даже чувство вины для него - всего лишь игры".

"Как тебе мое тело, мальчик?" - насмешливо спросила Хуан Чжи."Разве ты не говорил, что хотел бы оказаться в объятиях красавицы, которую встречал раньше? Что ж, как насчет этого? Кто красивее?"

Благодаря ее полному человеческому телу, прежний дискомфорт Ниу Чанга от несоответствия между растением и человеком уменьшился. Когда зеленая ци окружила его тело, исцеляя огромные раны, Ниу Чанг дважды моргнул, похотливый взгляд все еще присутствовал, но уже ослабел.

"Ты?" - насмешливо ответил он.

Несмотря на то что его взгляд был прикован к телу Хуан Чжи, Ниу Чанг стоял на своем. "С твоим уровнем ты осмеливаешься задавать такой очевидный вопрос? Похоже, твоя трансформация затронула только внешность, но не сущность". Хотя его слова противоречили его действиям, Ниу Чанг не мог удержаться от того, чтобы не обратить внимание на лучшие части тела Хуан Чжи.

Хуан Чжи потеряла дар речи, застыв между гневом и смехом. Скрежетнув белыми и нежными зубами, она сдержала гнев и сказала: "Парень, ты действительно какой-то не такой. Ты смотришь на мое тело, а потом говоришь обратное. Хочешь посмотреть на него без дополнительной оплаты?"

Слегка пошевелив телом, пытаясь спровоцировать Ниу Чанга на демонстрацию своих лучших черт, она подумала: "Хочу посмотреть, как долго ты сможешь продолжать дурачиться".

"Женщина, уважай себя", - поспешно крикнул Ниу Чанг, хотя его действия выдавали его слова.

Хуан Чжи не могла сдержать смех, глядя на выходку Ниу Чанга. Ее лицо странно исказилось, казалось, что она сердится, но это только подчеркивало ее очарование и миловидность.

Фэн Нин в небе тоже не мог удержаться от смеха.Его смех тоже имел определенный шарм благодаря его новому телу после трансформации.

Услышав смех, Хуан Чжи холодно посмотрела на Фэн Нина своими пугающими желтыми глазами. Однако Фэн Нин отмахнулся от нее, как от мимолетного ветра.

" Видишь!" внезапно вмешался Ниу Чанг. " Это она то хочет научить меня, как правильно себя вести?"

Ниу Чанг не хотел упустить эту перемену в Хуан Чжи и продолжил изучать ее тело сверху донизу.

Прочистив горло, Ниу Чанг указательным пальцем указал на Хуан Чжи, перекладывая вину на нее. Как бы ты меня ни " образовывала", я никогда не отдам тебе свое сердце. У меня уже есть кое-кто".

Продолжая разглядывать лучшие черты Хуан Чжи, Ниу Чанг зациклилась на них, размышляя: "Как может изменение темперамента привести к изменению ее красоты?"

"В будущем я планировала завести служанку для удобства. Стоит ли мне сделать ее всесторонне развитой или взять больше служанок?"

Задумавшись, Ниу Чанг замолчал, его глаза молча пронзали тело Хуан Чжи.

"Этот мальчик умеет обращаться со словами, вы не находите?" - нарушил молчание Фэн Нин. Он тоже наблюдал за женской фигурой Хуан Чжи, начиная с ее средней части, проходя мимо пышной груди и открытого декольте, и наконец добрался до ее холодного лица, на котором отразился ледяной взгляд.

Он кивнул в знак согласия. "Действительно, красивое тело. Но это все. Отдашь ли ты плод добровольно или мне придется забрать его из твоего безжизненного тела?"

Хуан Чжи издевательски усмехнулась. "Ты? Как ты думаешь, что сможешь убить меня со своими ничтожными навыками? Хотя я не знаю, как тебе удалось достичь стадии золотого ядра при жизни, но твоих способностей не хватает. Неужели ты действительно считаешь, что превосходишь меня только потому, что недавно достиг этой стадии?"

Хуан Чжи уже заметила недостатки Фэн Нин в бою во время их обмена движениями. Фэн Нин был сосредоточен исключительно на повышении уровня культивации и отказался от боевых навыков и техник, чтобы как можно быстрее пройти реформацию тела и избежать смерти от старости.

Из-за этого он не обладал боевыми способностями, но был силен только с точки зрения уровня культивирования.

"Ну и что?" ответил Фэн Нин, ничего не скрывая. "Ты ничем не отличаешься от меня. Ты тоже только недавно достигла этой стадии. Думаешь, ты лучше?"

Несмотря на свои недостатки в бою, Фэн Нин обладал глубоким пониманием Трехфазной Мистической Жизни. Эта техника культивирования была поистине глубокой, ведь культивирование аспекта ци давало ему и практические навыки.

На земле Ниу Чанг также заметил, что атаки Фэн Нина были несколько слабее, чем он себе представлял. Вместо того чтобы перевернуть небо и землю или наполнить мир семицветным сиянием, он увидел лишь темно-фиолетовые ладони, летающие вокруг и ломающие множество деревьев.

"Ты еще пожалеешь об этом", - с холодной улыбкой сказала Хуан Чжи.

Тем временем Ниу Чанг с земли ликовал, думая: "Ты еще пожалеешь об этом".

"Много слов!" Фэн Нин вскрикнул, и из его тела вырвалась темно-фиолетовая ци. Темно-фиолетовая ци неконтролируемо расширялась, а затем внезапно остановилась, сойдясь в двух точках рядом с ним.

Расширение темно-фиолетовой ци было вызвано тем, что Фэн Нин не мог контролировать такую мощную ци. Следующая часть раскрыла его истинное намерение.

Естественно, Хуан Чжи не позволила своему врагу закончить задуманное. Она нанесла прямой удар по Фэн Нину.

Желтая клетка под ней засохла и превратилась в пыль, разносимую ветром. Она также левитировала в воздухе, как и Фэн Нин.

Это было характерно для их стадии культивирования. Когда они достигали этой стадии, летать или ходить по воздуху для них становилось так же просто, как дышать.

"Золотое ядро? Неужели оно действительно такое, как я думал? Похоже, золотое ядро в этом мире отличается от тех историй, которые я читал тогда".

Ниу Чанг продолжал исцелять свое тело и совершенствовать новый навык. Он назвал этот новый навык " Вероломная воля", взяв его из навыка "Вероломное дерево под ярким небом".

Пока есть воля, смерть будет лишь фазой, а жизнь - другой фазой.

"Эй, это похоже на мою Невозможную Идею. Возможно ли использовать Вероломную Волю в качестве ступеньки для открытия второго уровня?

Воодушевившись этим открытием, Ниу Чанг с радостью погрузился в глубокое постижение Вероломной Воли.

Желтая ци вырвалась из тела Хуан Чжи, но в отличие от неконтролируемой экспансии Фэн Нин, ее желтая ци была более контролируемой и текла по телу, как поток воды.

Фэн Нин нахмурился, увидев мастерство Хуан Чжи в управлении ци.

Почувствовав опасность, он поспешил закончить технику.

Два пятна темно-фиолетовой ци начали вращаться и быстрее поглощать ци из тела Фэн Нин.

"Ветвь желтого дракона", - тихо произнесла Хуан Чжи, когда желтый поток ци отделился от желтой ци вокруг ее тела и превратился в дракона.

У желтого дракона была морда собаки, рог оленя, чешуя змеи, когти орла и хвост рыбы. Из переплетенной желтой ци он превратился в реалистичного дракона с крепкими костями, сильными мышцами и блестящей чешуей.

Желтый дракон открыл желтые глаза и устремив взгляд на Фэн Нин, зарычал.

На земле Ниу Чанг открыл глаза. Он увидел, как желтая ци превращается в желтого дракона. Его разум был в замешательстве, и, не в силах сдержаться, он напрямую спросил Хуан Чжи о ее технике.

"Малышка Чжи, почему ты должна говорить название своей техники?"

Будучи другом Хуан Чжи, Ниу Чанг, естественно, называл ее малышка Чжи, чтобы показать их близость.

Однако в воздухе выражение лица Хуан Чжи стало холодным, а глаза наполнились огнем и ненавистью. "Не называй меня малышкой Чжи!" сердито крикнула Ниу Чанг и повернулась лицом к Фэн Нину.

Желтый дракон взмыл в небо, раскрыв пасть, чтобы проглотить Фэн Нина целиком.

Благодаря его преклонному возрасту внезапное появление желтого дракона не вызвало в его сердце особого беспокойства. Он улыбнулся и взмахнул левой рукой, направив пятно темной ци, собравшееся слева от него, в его сторону.

Желтый дракон не захотел питаться случайными вещами и изверг из себя большое количество жгучей желтой ци.

Ниу Чанг заметил сильную невидимую связь между драконом и Хуан Чжи. Он также почувствовал колебания ци, исходящие от Хуан Чжи.

'Это скорее аватар, чем просто атакующий навык. Ветвь Желтого Дракона называется не так просто. Возможно, Малышка Чжи влила в этого желтого дракона часть себя".

Задумавшись над проблемой, Ниу Чанг снова осмотрел тело Хуан Чжи, ища ту часть, которую она вложила в желтого дракона.

Почувствовав на себе пронизывающий взгляд, который словно облизывал ее тело с разных сторон, Хуан Чжи снова повернула голову. "Этот мальчик действительно обладает непревзойденной наглостью".

Однако она не могла отделаться от странного чувства. Если раньше от взгляда Ниу Чанга она испытывала неутолимое желание сжечь свое тело, то теперь это чувство стало еще сильнее.

"Почему мне кажется, что его взгляд вскрывает мое тело и исследует каждую его частичку, словно ребёнок играющий с мёртвым животным?"

Не обращая внимания на домогательства Ниу Чанга, Хуан Чжи сосредоточилась на управлении желтым драконом.

Желтое дыхание столкнулось с шаром темно-фиолетовой ци, но тот продолжал наступать, не сдаваясь.

Хуан Чжи не хотела рисковать, поэтому повернула голову дракона в сторону и продолжила наступать, нанося когтями удары по темно-фиолетовому шару.

Ниу Чанг снова закрыл глаза, так как битва больше не вызывала у него любопытства. Он никак не мог найти ту часть тела Хуан Чжи, которая, по его мнению была отделена.

"Возможно, все не так, как я думал. Вместо того чтобы использовать часть своего тела, Маленькая Чжи использует характеристики своей стадии культивирования золотого ядра, чтобы дистанционно управлять этим драконом".

Ниу Чанг знал о культивировании до стадии гроссмейстера только из пяти книг, которые он собрал у умирающего старого нищего в лесу.

Хотя в книгах упоминались стадии до стадии гроссмейстера, в них отсутствовала важная информация о стадии мастера и стадии гроссмейстера. Это означало, что в пяти книгах по культивации не было методов культивации для этих стадий.

Не имея никакой информации о том, что могут делать мастера и гроссмейстеры, Ниу Чанг вынужден был полагаться на свои знания из прошлой жизни, чтобы заполнить пробелы, даже если это были всего лишь предположения.

Поняв, что желтый дракон повернул голову, темно-фиолетовый шар резко развернулся, уклоняясь от летящего в него острого когтя.

Хуан Чжи скрестила тонкие руки, направляя поток своей ци в определенное русло. Когда все было готово, струящаяся желтая ци поднялась из тела Хуан Чжи и превратилась в дерево.

Ствол дерева был большим, а его крона изобиловала желтыми ветвями и листьями. Но выглядело оно иллюзорно, словно нарисованная тушью картина, парящая в воздухе.

" Вперед", - приказала Хуан Чжи своему желтому дереву. Дерево плавно покачнулось, желтые ветви взметнулись, словно плети, и выпустили шквал желтых листьев.

Фэн Нин заметил внезапное появление желтой ци и отстранился. Желтый дракон был опутан темно-фиолетовым шаром, но темно-фиолетовый шар был подавлен желтым драконом.

Удерживая темно-фиолетовый шар когтями и обхватывая его своим телом, желтый дракон двинулся к Фэн Нину.

Фэн Нин сузил глаза, просчитывая свои дальнейшие действия. Сначала он решил разобраться с желтым драконом, так как тот был авангардом Хуан Чжи.

Правой рукой он создал ручную печать, и на указательном и среднем пальцах засияла темно-желтая ци. Он направил ее на темно-фиолетовый шар на теле желтого дракона.

Словно получив команду, темно-фиолетовый шар стал беспокойным, ослабил хватку и позволил темно-фиолетовой ци внутри расшириться и охватить желтого дракона.

Желтые листья стремительно приближались к Фэн Нину, но им мешал желтый дракон, охваченный темно-фиолетовой ци.

Хуан Чжи улыбнулась, глядя на эту сцену. Желтые листья вошли в темно-фиолетовую ци и превратились из листьев в корни. Различные маленькие корешки начали поглощать темно-фиолетовую ци в качестве питательных веществ, и из них начали прорастать маленькие ростки.

Фэн Нин был ошеломлен, на его лице отразился гнев. "Хе-хе, ты не можешь обмануть меня своими маленькими хитростями".

Ниу Чанг открыл глаза, чтобы понаблюдать за развитием событий. Он увидел, как темно-фиолетовая ци быстро поглощается желтыми корнями. Проросшие желтые корни двинулись к желтому дракону и слились с ним.

Казавшийся прозрачным желтый дракон стал более ярким и реальным.

"Похоже, что в основе своей техники культивирования Маленькая Чжи использует свойства растений, получая питательные вещества из окружающей среды".

Но все же такой вид боя не похож на то, что должно быть у "мастера боевых искусств". Где причудливые хореографические движения? Вместо этого больше похоже на то, как два мага применяют свои навыки. Неужели этот мир относится к жанру сянься, а не уся?

Понаблюдав несколько секунд, Ниу Чанг снова закрыл глаза и сосредоточился на совершенствовании своих навыков.

Желтый дракон продолжал впитывать желтые ростки в свое тело. Он становился все более ярким, а его тело постепенно увеличивалось.

Темно-фиолетовая ци вокруг желтого дракона продолжала уменьшаться и наконец рассеялась. Желтые листья, которые не проросли, снова превратились в желтые листья и упали на желтое дерево.

Заряженный энергией желтый дракон с ревом бросился на Фэн Нина и прибавил скорость.

Фэн Нин сохранил самообладание и, непрерывно размахивая руками, направил темно-фиолетовые ладони к желтому дракону.

Однако те не смогли помешать продвижению желтого дракона и были без труда уничтожены.

Фэн Нин продолжал отступать от желтого дракона. Темно-фиолетовые ладони мешали желтому дракону, используя свое преимущество в численности.

Видя, как Фэн Нин без труда отбрасывает многочисленные темно-фиолетовые ладони, Хуан Чжи нахмурилась. "Какая странная техника культивирования. Неужели он не боится тратить свою ци? Неужели он верит, что ци для стадии золотого ядра бесконечна только потому, что он продолжает использовать эти маленькие движения?"

Осознав уникальность техники культивирования Фэн Нина, Хуан Чжи обратила пристальное внимание на темно-фиолетовый шар справа от него.

Она почувствовала, как в ее сердце зародилось чувство опасности, когда увидела, что шар непрерывно поглощает ци Фэн Нина.

Этап, следующий за стадией Грандмастера, был сложным для достижения, но эта сложность приводила к огромной силе. Однако не многие знают о масштабах этой силы, ведь разные техники культивирования дают разные преимущества.

Хуан Чжи, с самого начала являвшаяся растительным монстром, сосредоточилась на совершенствовании своих растительных качеств, в частности поглощения. Ее целью было поглотить свой собственный красный фрукт, чтобы не стать мишенью для других золотых ядер, как только она покинет лес. Без красного плода в ее теле никто не станет ее преследовать и не узнает о ее прошлом как растительного монстра.

Растениям на пути культивации выпала худшая участь, чем духам или животным, потому что им не хватало духовной мудрости, полученной в начале пути. Многие растительные существа превращались в бездумные эликсиры, ожидая, пока их соберут другие, а они продолжали совершенствовать свое культивирование, чтобы обрести более высокую духовную мудрость.

Нетерпеливая Хуан Чжи решила усилить атаку. Постучав ногой по воздуху, она погналась за Фэн Нин, держа в руках желтое дерево. Удивительно, но желтое дерево не мешало ей двигаться, а наоборот, она использовала его для ускорения и увеличения скорости.

Видя решимость Хуан Чжи, Фэн Нин больше не отступал. Он выпустил в сторону желтого дракона свою Сокрушающую горы ладонь, собрав над головой темно-фиолетовую ци и сформировав еще большую ладонь, чем прежде.

Не тратя времени на сгущение горной сокрушительной ладони, Фэн Нин напрямую атаковал наступающего желтого дракона мощной техникой.

Желтый дракон зарычал и взмахнул когтями, пытаясь поразить большую ладонь. Тем временем Хуан Чжи почти дотянулась до желтого дракона и, манипулируя своей желтой ци, заставила желтое дерево затрепетать.

Разросшиеся кроны деревьев внезапно уменьшились и слились со стволом, превратив желтое дерево в прямую гнетущую глыбу. Хуан Чжи подняла маленькую руку и без труда подняла дерево. Взмахнув пальцами, она с поразительной скоростью направила деревянный блок в сторону Фэн Нин, совершенно не обращая внимания на желтого дракона.

Все ее внимание было сосредоточено на уничтожении врага; отвлекаться было нельзя.

В последний момент желтый дракон изменил тактику и ударил хвостом по большой ладони, создав тем самым отверстие для деревянной глыбы, чтобы она могла напрямую атаковать Фэн Нин.

Воспользовавшись случаем, Хуан Чжи бросилась на Фэн Нин, взмыв в воздух. Предвидя следующий шаг Фэн Нин, она приготовилась действовать.

Большая ладонь сжала палец, остановив продвижение желтого дракона. Фэн Нин, чувствуя сильное давление со стороны деревянного блока и Хуан Чжи, посмотрел на шар справа от себя и сделал выбор. "Ты не оставляешь мне выбора!"

С тяжелым сердцем Фэн Нин ударил по шару. Странная фиолетовая ци потекла из его тела в шар, заставив его напитаться энергией и, казалось, вот-вот вырваться на свободу.

Хуан Чжи, управляя деревянным блоком, нацелился на нестабильный темно-фиолетовый шар, а не на Фэн Нина. На глазах Фэн Нина деревянный блок увеличился в размерах и слегка сместился, чтобы уничтожить опасный темно-фиолетовый шар. Фэн Нин в шоке закричал: "Нет!".

За деревянной глыбой появилась Хуан Чжи, которая, не дождавшись решения, приготовилась применить новую технику. Ее рука испустила желтую ци, создав желтый меч из причудливо сплетенных ветвей деревьев. Она схватила меч и сделала выпад вперед, покрыв его поверхность безмятежной ци желтого цвета, которая органично слилась с мечом.

Этот способ управления ци на деревянном мече превзошел все представления Фэн Нина. Золотое ядро позволяло управлять ци мастера благодаря высокой культивационной базе, однако он стремился достичь уровня, превышающего мастер-ци, известного как грандмастер-ци. Гроссмейстерская ци обладала беспрецедентным усилением всех аспектов оружия и достигала глубоких улучшений на пределе своих возможностей.

Хуан Чжи демонстрировала фундаментальную форму гроссмейстерской ци через свой деревянный меч. Хотя она далеко не полностью использовала его силу, ее демонстрация показала ее глубокую основу.

"Умри!" Хуан Чжи взмахнула деревянным мечом, казалось, без малейшего усилия.

Деревянный брусок пронзил темно-фиолетовый шар, в результате чего тот взорвался, рассеяв темно-фиолетовую ци.

Деревянный меч с огромной скоростью устремился к шее Фэн Нин. Не имея выбора, Фэн Нин вытянул ладонь, позволяя темно-фиолетовой ци вырваться вперед и заблокировать меч от попадания в шею.

Предвидя такой ход, Хуан Чжи фыркнула и нанесла удар ногой, чтобы разрушить драгоценный шар Фэн Нина.

Обманутый во второй раз, Фэн Нин не смог сдержать своих бурных эмоций и издал рев. Вместо звука из его рта вырвался поток темно-фиолетовой ци, похожей на ту, что он влил в шар.

Хуан Чжи остановила движение и сменила позицию, готовясь нанести решительный удар Фэн Нину. Деревянный меч уже не был нацелен на его ладонь, она сделала выпад вперед.

"Стой!" твердо скомандовал Фэн Нин, и ци, вырвавшаяся из его рта, зашевелилась и стала похожа на извивающегося червяка, которого бьет током. Она внезапно метнулась в сторону Хуан Чжи.

Ниу Чанг, открывший глаза, чтобы понаблюдать за происходящим, не смог обнаружить бойцов на прежних местах. Он переместил свое тело в поисках их, и в итоге обнаружил Фэн Нин и Хуан Чжи, стоящих близко друг к другу. "Черт, вы так веселились, пока я был занят? Как завидно!"

Быстро движущаяся странная ци столкнулась с сильным сопротивлением желтой ци Хуан Чжи, а ее естественное одеяние сместилось, поднялось к шее и превратилось в защитную маску.

Ниу Чанг была ошеломлена удивительным дизайном лицевой защиты Хуан Чжи. "Тебе обязательно нужно, чтобы все выглядело так хорошо?"

Чтобы сделать его еще более впечатляющим, защита лица была усилена грандмастерской ци в качестве первого слоя защиты. Не в силах обнаружить невидимую и грозную ци гроссмейстера, Ниу Чанг мог лишь ощущать, что странная ци испытывает значительное сопротивление со стороны защитника лица.

Деревянный меч беспрепятственно вонзился в лицо, и Фэн Нин мог лишь с негодованием смотреть на гроссмейстерскую ци Хуан Чжи, превзошедшую все его ожидания для простого растительного монстра.

Деревянный меч с легкостью рассек челюсть Фэн Нина до небольшой части его носа. Он отшатнулся назад, пытаясь ударить Хуан Чжи ногой, но ее рука заблокировала его движение.

Странно, но из раны на лице Фэн Нина не текла кровь.

Подтвердив свои подозрения, Хуан Чжи презрительно усмехнулась. "Как я и ожидала, ты практиковал демоническое искусство".

"Демоническое искусство отличается от обычных техник культивации тем, что дает быстрые результаты и дарует грозную силу ценой жертвенных жизней и различных цен для своих практиков".

Несмотря на то, что у него отвисла нижняя челюсть, Фэн Нин рассмеялся. "Хаха, ну и что? Ты всего лишь древесный демон, который смеет судить, что является демоническим, а что нет?"

"Сколько людей ты осушил, чтобы повысить свой уровень культивации? Само название "демоническое искусство" в первую очередь относится к демонам, существам, лишенным человечности и духовной мудрости, которые пойдут на все, чтобы увеличить свою силу."

"Демонические звери убивают и поглощают других демонических зверей, чтобы стать сильнее. Разве это не самое настоящее демоническое искусство? Вы, растительные демоны, ничем не лучше; вы заманиваете в свои владения множество зверей и людей, истощая их жизненную силу до тех пор, пока от их костей не останется лишь пыль".

"Только что преобразованный растительный демон смеет читать мне нотации? Если ты просто напал на меня, это еще не значит, что ты сможешь победить!"

Лицо Фэн Нин постепенно превращалось из прежнего красивого сочетания зрелости и юности ,в старческий лик. Одновременно с этим его раны, разъеденные невидимой желтой ци, начали затягиваться.

В Трехфазной Мистической Жизни существовал уникальный метод достижения стадии золотого ядра. Практикующие должны были пройти первую трансформацию мистической жизни, перейдя из старой фазы во взрослую, затем перейти в молодую и, наконец, достичь конечной трансформации. Физический облик окончательной трансформации был произвольным и зависел от жертв, принесенных на двух предыдущих этапах.

Завершив первую трансформацию мистической жизни и прорыв в сферу золотого ядра, вернув себе молодость, Фэн Нин оказался загнанным в угол и отчаянно нуждался в силе. Не имея других вариантов, он принял трудное решение пожертвовать своим первым превращением, чтобы увеличить свою силу.

"Выходи", - скомандовал Фэн Нин.Его стареющее лицо вернулось к своему первоначальному облику, а лицо, созданное из фиолетовой ци, начало обретать форму.

Наблюдая за этой необычной сценой расщепления лица, Ниу Чанг не мог вспомнить, где он раньше видел лицо из фиолетовой ци. "Разве это не лицо кого-то из Желтой деревни? Кто же это был? Разочаровавшись, Ню Чанг оставил попытки вспомнить, сосредоточившись на зрелище.

Лицо, созданное из фиолетовой ци, напоминало лицо инструктора единственной боевой школы в Желтой деревне.

Широко раскрыв рот, Фэн Нин поглотил лицо инструктора боевой школы. Его стареющее лицо быстро превратилось в лицо инструктора.

"Сейчас я покажу тебе, как выглядит настоящее демоническое искусство!" воскликнул Фэн Нин со злобной ухмылкой.

"Что за странный старик, - думал про себя Ниу Чанг, - он говорил, что презирает демонических существ за их демонический способ культивирования, а теперь утверждает, что покажет истинное демоническое искусство в человеческом обличье? Должно быть, он стал слабоумным после того, как съел эту странную штуку".

Ниу Чанг критиковал Фэн Нина за отсутствие последовательности в его словах.

Затем Ню Чанг увидел, как Фэн Нин изменил позу тела, перейдя в ударную позицию, и начал прямую атаку на Хуан Чжи.

Хуан Чжи с опаской смотрела на то, какими странными навыками обладает Фэн Нин, но результат ее несколько разочаровал. По ее мнению, техника, которую она подготовила для него, казалась слишком мощной. Благодаря вмешательству Фэн Нина во время трансформации, запасы ци в ее организме были невелики.

Желтый дракон уже уничтожил большую ладонь и устремился к Фэн Нину. Однако, увидев уверенное выражение лица Фэн Нина, Хуан Чжи отозвала желтого дракона назад.

Бой с мастером с объемным телом становился не преимуществом, а недостатком, если разница в силе была незначительной. Желтый дракон развернул свое тело и полетел обратно к Хуан Чжи.

Желтый дракон уменьшился и слился с платьем Хуан Чжи, превратив его в боевые доспехи, что еще раз поразило Ниу Чанга.

Одетая в необычные боевые доспехи, Хуан Чжи стояла перед изумленными зрителями. Некогда величественный желтый дракон превратился в изысканный костюм, органично слившийся с телом Хуан Чжи. Каждый сантиметр доспехов излучал соблазнительную манящую силу, завораживая всех, кто на них смотрел. Нежные лианы украшали ее конечности, их зеленеющие ветви переплетались с ее движениями, вызывая завораживающий танец. Несмотря на то что эстетическая привлекательность была выше практичности, доспехи практически не защищали. Тем не менее, чарующая красота и неоспоримая чувственность делали ее произведением искусства.

"Это..." Маленькая Чжи действительно разбирается в моде. Может, в этих боевых доспехах сексуальность и привлекательность важнее практичности, но они все равно прикрывают жизненно важные части тела... Ну, по крайней мере, с такими доспехами она действительно защищает свои "жизненно важные" части", - заметил Ниу Чанг, запечатлев это зрелище в памяти. " Как такая маленькая броня может защитить выдающиеся достоинства Маленькой Чжи? Это все равно что муравью пытаться удержать гору одним лишь телом".

Не в силах сдержать изумление, Ниу Чанг смотрел на манящие боевые доспехи Хуан Чжи. Замысловатый дизайн привел его в трепет, и он оценил ее замечательное чувство моды. Хотя доспехи были не самым практичным выбором для битвы, они имели свою ценность. Она подчеркивала изгибы Хуан Чжи, привлекая внимание и восхищение. Ниу Чанг восхищался тем, как смело защищают ее телосложение эти небольшие доспехи, подчеркивая контраст между тонким одеянием и ее грозным обликом. Он размышлял, как поведет себя столь очаровательный наряд перед лицом настоящей опасности.

Ниу Чангу захотелось стать этой опасностью, но он покачал головой, отгоняя эти мысли, наблюдая за приближением Фэн Нин.

В отличие от прежних лет, Фэн Нин, похоже, стал мастером боевых искусств. Его движения были ловкими и плавными, без лишних действий.

Его глаза были холодными и напоминали машину для убийства. Он ловко двинул ладонью, используя свою темно-фиолетовую ци, и нанес удар в сторону Хуан Чжи.

Хуан Чжи наблюдала за Фэн Нин, ища, чем бы воспользоваться, но ничего не находила.

После поглощения желтого дракона в ее теле сила Хуан Чжи значительно возросла. Это было связано не только с конструкцией боевых доспехов, но и со скрытыми улучшениями, которые были добавлены к ее телу.

Дракон, выгравированный на боевых доспехах, словно плыл по реке желтой ци, и до него доносились слабые звуки драконьего рева. Хуан Чжи столкнулась с Фэн Нин лицом к лицу со своим мечом.

На земле Ниу Чанг наконец-то получил возможность наблюдать настоящую схватку между мастерами боевых искусств.

И Фэн Нин, и Хуан Чжи обладали способностью без труда стоять в воздухе. Они бесконечно обменивались ударами, их движения были слишком быстрыми, чтобы Ниу Чанг мог уследить за ними, то тут, то там мелькали фиолетовые и желтые вспышки.

Однако желтому цвету удалось оттеснить фиолетовый. С мощным взрывом желтой ци Хуан Чжи остался в воздухе, а Фэн Нин рухнул на землю, как падающий метеор.

Благодаря защите ци Фэн Нин избежал значительных повреждений при падении, но его одежда уже была разорвана, а сам он получил многочисленные травмы. Кровь начала капать на землю.

Хуан Чжи посмотрела на Ниу Чанга, чтобы убедиться, что он не попытается сбежать. Взгляд ее глаз словно говорил: "Теперь твоя очередь".

Слегка шокированный, Ниу Чанг мог только хихикать над этой слабой угрозой.

Вдруг он почувствовал, что его кто-то дергает за сердце, и быстро повернул голову, чтобы увидеть вспышку темно-фиолетового цвета, устремившуюся к нему.

'Вздох, неужели ты должен это делать?' Не в силах пошевелиться, чтобы избежать атаки, Ниу Чанг покачал головой и активировал защиту замкнутого контура на максимум.

Зеленая ци всколыхнулась, превратив ци-барьер в смесь белого и зеленого, которая стала более заметной вокруг тела Ниу Чанга.

В отличие от прежней, усовершенствованная версия "Защиты замкнутого цикла" включала в себя физическое тело в пределах безопасной зоны.

Слой за слоем барьеры ци переплетались, создавая тонкую сферу, где внешние слои выталкивались наружу и растворялись, освобождая место для новых барьеров, постоянно формирующихся изнутри.

Фэн Нин провел две атаки: одну направил на Хуан Чжи, другую - на Ниу Чанга.

Легко отразив деревянным мечом удар темно-фиолетовой ладони, Хуан Чжи стремительно бросилась к Ниу Чангу.

Рука, покрытая ци мастера, пробила барьеры ци, проникла во внутреннюю область, но натолкнулась на сильное сопротивление и в итоге не смогла продвинуться дальше.

На лице Фэн Нина появилось недоуменное выражение, как у его боевого мастера. Не в силах смириться с неудачей, он снова набросился на Ниу Чанга, на этот раз используя Горную Сокрушительную Ладонь.

Времени было в обрез, и горная сокрушительная ладонь разжалась с огромной силой. Огромная ладонь разрушила внутренний слой ци-барьеров, достигла сердцевины и ударила по телу Ниу Чанга.

Это было неизбежно, ведь это была настоящая атака уровня выше гроссмейстера. Хуан Чжи удалось разрушить защиту замкнутого контура в основном благодаря использованию грандмастерской ци.

Поскольку ее уровень культивирования на тот момент был недостаточным, ей пришлось сконцентрировать свой разум в одном мече, чтобы контролировать ци гроссмейстера.

Получив прямой удар большой ладонью, Ниу Чанг тут же схватился за Фэн Нина. Его зрение затуманилось, и он понял, что его держат в воздухе за шею.

"Стоп!" громко крикнул Фэн Нин, его глаза налились кровью, когда он увидел приближающуюся Хуан Чжи.

Хуан Чжи замедлила шаг, но продолжала наступать. Она шла мелкими шажками, сокращая расстояние.

"Ты хочешь использовать его, чтобы угрожать мне?" - спросила Хуан Чжи, с забавным выражением лица наблюдая за жалким положением Ниу Чанга.

Лицо Ниу Чанга было повернуто к Хуан Чжи, и из-за сильной хватки Фэн Нин он с трудом дышал. Даже с улучшениями первого уровня Невозможной Идеи и мощным телосложением, как у демонической змеи, он все равно чувствовал удушье.

Опустив взгляд, Ниу Чанг заметил, что Фэн Нин использует ци для усиления хватки. Ниу Чанг лишь бросил презрительный взгляд, посчитав излишнюю жестокость ненужной.

Переведя взгляд на Хуан Чжи, он увидел, что она улыбается ему.

"Развлекаешься?" - поддразнила она, делая еще один шаг вперед.

Фэн Нин вздрогнул и усилил хватку, но ему все труднее было сомкнуть руку из-за мощной силы, толкавшей ее назад.

Несмотря на несовершенство, новая защита замкнутого цикла позволяла создавать новый барьер ци на уровне кожи, внутри тела. Это позволило Ниу Чангу без проблем противостоять хватке Фэн Нина.

"Что это?" Фэн Нин чувствовал себя загнанным в угол и ощущал угрозу со стороны истинной силы Хуан Чжи. Он хотел сбежать, но не мог найти подходящей возможности. Тогда он переключил свое внимание на Ниу Чанга, который, казалось, был близок к Хуан Чжи и выглядел слабее.

Однако он встретил сильное сопротивление со стороны этого, казалось бы, десятилетнего мальчика. Несмотря на значительное количество ци, культивирование Ниу Чанга оказалось не более чем шуткой - куча песка без какой-либо структуры, которая могла бы его поддержать.

Только когда он атаковал Ниу Чанга, то понял, что мальчик обладает особыми защитными навыками. Сами по себе эти навыки не были особенно мощными, но в сочетании с бесконечной ци Ниу Чанга они обеспечивали грозную защиту.

"Мальчик, не двигайся, иначе я сломаю тебе шею", - холодным голосом пригрозил Фэн Нин Ниу Чангу, вливая в руку еще больше ци.

Однако рука сильно дрожала от нарастающей силы, которая толкала ее назад.

"Ты, человек, твоя жадность - всегда твоя слабость. Ты мог бы жить спокойно, сформировав свое ядро, но вместо этого ты решил присвоить то, что принадлежит другим, и рисковать своей жизнью", - раздался холодный голос Хуан Чжи.

Она продолжала наступать, и Ниу Чанг тоже продолжал использовать ци-барьер, чтобы оттолкнуть руку Фэн Нин от своей шеи. Фэн Нин понимала, что без мощной атаки убить Ниу Чанга будет сложно.

До сих пор Фэн Нин демонстрировал лишь посредственные навыки, и только один из них представлял угрозу для Ниу Чанга. Однако в данной ситуации этот навык был непригоден, если только Фэн Нин не решит взорвать Ниу Чанга с близкого расстояния, тем самым лишив его единственной защиты, замедляющей Хуан Чжи.

Но даже если бы он и взорвал Ниу Чанга, то ничего не выиграл бы, так как убить его было бы непросто. Ниу Чанг обладал первым уровнем Невозможной Идеи, и его физические характеристики были на один уровень выше, чем у Фэн Нина, не говоря уже о Хуан Чжи и демонической змее.

"Освободи меня, и я больше никогда не побеспокою тебя", - Фэн Нин наконец столкнулся с реальностью.

Хуан Чжи покачала головой, ее черные шелковистые волосы завораживали взгляд. "Даже если я освобожу тебя, ты пощадишь меня?"

Меч в руке Хуан Чжи начал излучать желтое свечение.

"Не доводи ли меня до предела" Фэн Нин стоял на грани потери контроля над собой. Его голос сильно дрожал, а взгляд колебался между безумием и спокойствием. "Даже если ты убьешь меня здесь, хорошего конца не будет".

Внезапно Хуан Чжи остановила шаг, и теперь расстояние между ними составляло всего три метра. Но прежде чем она успела заговорить, Ниу Чанг вмешался.

"Эм... могу я кое-что сказать?" Ню Чанг неловко поднял плечо. Не дожидаясь ответа, он продолжил: "Можно я прочту свою поэму?".

Его мягкий голос и неожиданная просьба привнесли странную атмосферу в и без того напряженную ситуацию.

После недолгого молчания Хуан Чжи заговорила первой: "Почему именно сейчас?"

Ниу Чанг посмотрела ей прямо в глаза и серьезно спросила: "Разве я не могу?"

Вопросительно подняв брови, Хуан Чжи перевела взгляд на Фэн Нин: "Каково твое мнение по этому вопросу? Ведь это ты тянул время".

Хотя ее слова, казалось, подразумевали что-то еще, Фэн Нин остался безучастным. Однако в глубине души он чувствовал страх перед проницательностью Хуан Чжи.

" Давай", - хриплым голосом ответил Фэн Нин.

"Кхм, эта поэма была навеяна тобой, малышка Чжи", - сказал Ниу Чанг, слегка покраснев щеками.

Хуан Чжи нахмурила лоб, и ее настроение мгновенно ухудшилось. " Говори как следует", - назидательно произнесла она.

"Ну, я имею в виду, что, глядя на твою великолепную фигуру, я могу понять истинное величие и красоту женщин", - глаза Ниу Чанга блуждали по определенным частям тела Хуан Чжи.

От таких откровенных слов Фэн Нина чуть не стошнило кровью, и он потерял контроль над своей ци, вызвав ее отклонение.

На жестком лице Фэн Нина появилась странная улыбка. "Ты знаешь, как пишется слово "смерть", мальчик?"

Прожив долгое время, Фэн Нин понял, что Ниу Чанг был таким же сумасшедшим, как и казался. Невозможно было, чтобы Ниу Чанг не понимал всей серьезности ситуации, но он предпочел проигнорировать ее.

Возможно, этот мальчик не так прост, как кажется, - подумал Фэн Нин. Мощная жизненная сила, поддерживающая его в таком состоянии, и бесконечное количество ци. Но, к сожалению, я не могу раскрыть его секрет".

С сожалением в сердце Фэн Нин наблюдал за реакцией Хуан Чжи.

"Если речь идет обо мне, то почему бы тебе не прочесть ее мне, когда я закончу разбираться с этим человеком? Это было бы более уместно", - предложила Хуан Чжи.

Хуан Чжи не могла понять, о чем думает Ниу Чанг, и не пыталась понять его мысли. Этот человек просто не поддается здравому смыслу. Пытаясь понять его, можно только навредить себе.

Румянец на лице Ниу Чанга потускнел, сменившись серьезным выражением. "Ну, если мы будем вдвоем, как я могу чувствовать себя стесненно, читая свою поэму? Мы хорошие друзья, поэтому, естественно, я не буду чувствовать себя неловко перед тобой. Но с этим стариком все будет иначе".

Хуан Чжи нахмурила лоб до предела, а от ответа Ниу Чанг у нее дернулся левый глаз.

Фэн Нин был озадачен. "Этот мальчик вообще говорит на человеческом языке? Я не могу понять ни слова из того, что он говорит".

"Ты специально пытаешься поставить себя в неловкое положение? Потому что, похоже, у тебя и так неплохо получается", - ответил он, озадаченный словами Ниу Чанга.

В поисках разъяснений он перевел взгляд на Хуан Чжи, надеясь найти хоть какие-то подсказки для разгадки тайны. Наблюдая за ее не менее растерянным выражением лица, он понял, что его растерянность вполне оправдана.

Хуан Чжи не сводила глаз с Ниу Чанга. Она чувствовала себя раздраженной и растерянной, и чем больше она пыталась расспросить, тем больше жалела о своем решении.

"Этот мальчик уже достиг того уровня, когда он не может общаться с другими людьми в этом мире, - подумала Хуан Чжи. На этом этапе только он сам может понять себя".

"Как хочешь", - сказала Хуан Чжи, безразлично покачав головой.

"Хорошо", - мягко улыбнулся Ниу Чанг, его глаза были полны сострадания. "Слушай внимательно и не проливай слез, хорошо?"

Закончив говорить, он подмигнул Хуан Чжи.

После принятия решения игривое поведение Ниу Чанга больше не беспокоило Хуан Чжи.

Вместо этого Фэн Нин чуть не потерял контроль над собой и не пострадал от отклонения ци из-за драматической сцены.

Ниу Чанг успокоил свое сердце и позволил своим мыслям погрузиться в эмоции. Сострадательная улыбка на его лице исчезла, сменившись мягким голосом.

"О, моя прекрасная леди,

Я снова пришел к вам. Ваша чарующая улыбка до сих пор хранится в глубинах моего сознания.

Мое сердце болит, охваченное неутолимым огнем желания, с нетерпением ожидая нашего воссоединения.

Сегодня я не уйду, пока не смогу вдохнуть сладкий аромат твоего чистого тела, переплетенного с этим священным одеянием. Интересно, будет ли он отличаться от лепестков цветущей вишни, которые грациозно танцуют вокруг вас?

Я жажду ощутить пламенное дыхание твоей жизненной сущности. Я жажду нежных прикосновений твоей бархатистой кожи, жажду ощутить тепло твоей нежной формы".

Голос Ниу Чанга был низким, не слишком быстрым и не слишком медленным, но достаточным, чтобы передать эмоции через слова.

Хуан Чжи внимательно слушала. Первая строчка вызвала у нее мурашки по коже, вторая передавала сильную привязанность Ню Чэна, но третья заставила ее почувствовать себя неловко.

Четвертая строка вызвала обострение инстинктов, и не успела она осознать ситуацию, как услышала следующую строку, заставившую ее сердце сильно заколотиться.

В голове промелькнуло воспоминание о том, какие образы использовал Ниу Чанг в своей поэме. Внезапно ее осенило, и глаза расширились от осознания. Ее тело отреагировало на происходящее раньше, чем рот успел произнести хоть слово.

Фэн Нин был озадачен внезапным движением Хуан Чжи и непроизвольно раскрыл свою скрытую карту.

Темно-фиолетовая ци вырвалась из его тела, образовав на спине пару рук. Руки с замысловатыми деталями выдвинулись вперед, нанося удары ладонями в сторону Хуан Чжи, чтобы выиграть время.

Ниу Чанг закрыл глаза, не обращая внимания на изменения вокруг, и продолжил читать поэму.

"Увы, границы времени и пространства не позволяют нам встретиться. Мои чувства жаждут твоего присутствия. Я жажду ощутить вкус твоих пунцовых губ и услышать мелодичную мелодию твоего голоса".

Когда шестая строка закончилась, Хуан Чжи наконец поняла намерения Ниу Чанга. "Останови его!" - крикнула она Фэн Нину ясным голосом. Однако Фэн Нин из-за ее сильного открытия решил, что это дымовая завеса, чтобы сбить его с толку, поэтому он еще сильнее прижал ладони.

Благодаря тому, что ладони Фэн Нина заблокировали Хуан Чжи, Ниу Чан смогла произнести последнюю строчку.

"О, моя прекрасная дева в бело-красном, можешь ли ты дать этой обездоленной душе шанс испытать твои божественные объятия?"

Фэн Нин внезапно понял, что что-то не так, когда увидел мрачное выражение лица Хуан Чжи с оттенком страха. Он понял, что целью Хуан Чжи был не он, а мальчик, которого он удерживал.

Прежде чем он успел отреагировать, он услышал последнюю фразу.

В голове у Ниу Чанга все было серо, небо и земля окружали его. Лишь в небольшом месте неподалеку от него виднелось нечто иное.

Под старым цветущим деревом падали лепестки вишни, укрывая одиноко стоящую девицу из святилища.

Она наслаждалась лепестками сакуры, грациозно танцуя в рамках священного обряда. Ее движения были едва уловимы, как будто она не делала ничего особенного, сливаясь с окружающей обстановкой.

На своем прежнем месте, когда он прибыл в это место, Ниу Чанг улыбался, наблюдая за божественным танцем, и выражал свою тоску в созданной им поэме.

Странное ощущение, которое он испытал во время своего полумертвого состояния, направило его внимание на то, чтобы понять тоску по объятиям святой девы, которую он не мог постичь.

Затем, увидев преображенную Хуан Чжи, он использовал свои глаза, чтобы уловить каждую деталь истинной красоты. Несмотря на любопытство ко многим вещам, он определил приоритет своей цели.

Наконец он закончил создавать свою поэму и начал ее читать. Он прибыл в это место, ища милости у святой девы и прося ее божественных объятий.

Дева святилища, поглощенная своим священным танцем, наконец остановилась и повернула голову в сторону Ниу Чанга.

Словно его голос донесся до нее сквозь просторы, разделяющие реальность и воображение.

Услышав тоску в сердце Ниу Чанга, она приняла его эмоции и мягко улыбнулась. Однако на этот раз немедленного эффекта не последовало.

Когда прозвучала последняя строка, она решила исполнить просьбу Ниу Чанга. Ступая с грацией бабочки, она вырвалась из ограничений, сковывавших ее в этом несовершенном мире.

Во внешнем мире Ниу Чанг открыл глаза и улыбнулся, как и дева из святилища. Ци внутри и вокруг него окрасилась в насыщенный красный цвет, излучая нежность и тоску.

Из ци распустились лепестки цветущей вишни, их форма была четкой и реалистичной. Но это было еще не все.

Ветер доносил аромат цветущей вишни, температуру и неземные звуки весны из далеких мест, перенося сущность весны в это место.

Ниу Чанг испытал подлинные ощущения пяти чувств, когда его охватила трансформация ци. Даже мысленно не называя навык, он высвободил свою самую мощную технику.

Демонические (божественные) объятия дамы в бело-красном.

Словно возникнув из образов, окружавших тело Ниу Чанга, дева-храмовница появилась в этом мире.

Как и предполагал Ниу Чанг, второй навык "Священной девы под святым деревом" был направлен на пять органов чувств. Если противник не мог заблокировать свои органы чувств, он попадал в демонические объятия бело-красной дамы.

Не будем обсуждать глаза, которые можно закрыть, нос, который можно остановить, чтобы не дышать, язык, зажав губы, или уши, которые можно чем-то заткнуть.

Кожу, являющуюся самым большим рецептором чувств, нельзя было закрыть или защитить от температуры или осязания.

Позади Фэн Нин и Хуан Чжи медленно материализовался красный фантом женщины. Она обхватила руками шеи своих жертв, словно любовница.

Ее тело, сотканное из красной ци, казалось мелким и полым внутри. Однако уже одно ее присутствие демонстрировало огромную силу Демонического объятия девы в бело-красном.

Хуан Чжи, устремившаяся вперед, внезапно остановилась, когда красная ци проникла в ее тело, постепенно разъедая желтую ци.

Та же участь постигла и Фэн Нина.

Ниу Чанг улыбнулся и мягко спросил: "Миледи, а как же я?".

Переполненный эмоциями, Ниу Чанг чувствовал себя так, словно его покинула очаровательная дева-храмовница. После прочтения стихотворения его разум все еще был погружен в сон, и он не мог ясно мыслить.

Как только его слова оборвались, две священные девы, прижавшиеся к Фэн Нин и Хуан Чжи, внезапно повернули головы в сторону Ню Чанга.

Туман, застилавший его мысли, внезапно рассеялся, и в глубине его сознания появилась пара скрытых глаз. Глаза были закрыты, но постепенно открылись.

Любовное опьянение все еще присутствовало, но уже не было таким сильным, как раньше. В его ушах все отчетливее звучал стук бьющегося сердца.

Бадамп, бадамп, бадамп.

Он показался ему странно знакомым, как будто он уже слышал этот звук раньше.

Веки начали опускаться, обнажив мутные глаза. Разглядеть глаза было трудно, но ощущение их пронзительного взгляда было очень реалистичным.

Неосознанно Ниу Чанг повернул голову, чтобы проверить странное ощущение на затылке, и увидел, что на его спине медленно материализуется красный фантом женщины.

Пока что это была только голова без каких-либо деталей лица.

И тут Ниу Чанг понял, что звук бьющегося сердца в его ушах не был его воображением: он действительно слышал такой звук раньше.

Так, так, так. "Если это не следствие моих собственных действий", - сетовал Ниу Чанг на свою невезучесть и рискованный путь культивации.

Избегая пристальных взглядов пары скрытых глаз на задворках сознания, а также неполного фантома на спине, Ниу Чанг начал думать, как выйти из затруднительного положения.

Он был автором и создателем этого навыка, но знал о нем очень мало, за исключением его потенциального применения. Больше всего он ожидал успешной активации навыка, поэтому открыто читал стихотворение, а не держал его в сердце.

Ему нужно было предвкушение и волнение, когда за ним наблюдают другие, то чувство, которое он испытывал при просмотре эпической сцены битвы в своей прошлой жизни, когда волосы вставали дыбом и он погружался в прекрасную анимацию на экране.

Как мне выбраться из этого затруднительного положения? Ниу Чанг осмотрел окрестности и заметил, что Хуан Чжи делает шаг назад, сражаясь с призрачной леди на своей спине.

"Что за нелепую технику ты использовал?" изумленно и с ненавистью воскликнула Хуан Чжи, поняв, что Ниу Чанг смотрит на нее.

Ниу Чанг была похожа на бумажного тигра с огромным количеством ци, но без прочного фундамента, на песчаный замок без опоры.

Из-за вторжения красной ци Хуан Чжи не могла нормально циркулировать, что привело к значительному снижению ее боевой мощи.

Техника Демонического объятия Леди в бело-красном не была достаточно мощной для нынешних способностей Ниу Чанг. Для поддержания и укрепления фантомов священных дев он полагался в основном на свою глубокую суть и нелепый бесконечный запас ци.

Красная ци, переполненная любовью, продолжала проецировать образы, охватывающие все пять чувств. Если не остановить ее источник, то отбиться от фантомов священных дев становилось все сложнее.

Лепестки цветущей сакуры в далеком времени и месте распускались.

Наблюдая за тем, как Хуан Чжи с силой отталкивает разъедающую красную ци от фантома святой девы, Ниу Чанг понял, что этот метод был неправильным, точнее, неэффективным.

Он хотел посмотреть на Фэн Нина, но боялся фантома святой девы на своей спине.

Его сердце было неспокойно, оно металось между тянущей силой вожделения и толкающей силой страха. Он был одновременно возбужден и напуган, и его тело не знало, что делать. Однако, чувствуя, что штаны становятся тесными, он, похоже, наслаждался этими противоречивыми чувствами.

'Ну, это все равно лучше, чем полностью погрузиться в сам навык. Это просто царапина по сравнению с полной потерей себя".

Отказавшись от желания погрузиться в странные эмоции в своем сердце, Ниу Чанг изо всех сил старался отстраниться от мира, оборвав все мирские связи. Он стал потусторонним и отрешенным.

Но пока он пытался это сделать, на него устремились еще два взгляда: один спереди, один сзади и два сзади.

По его спине потекли капли пота.

Он быстро остановил свой машинный режим, поняв, что это неправильно. Основная концепция "Демонических объятий Леди в бело-красном" заключается в том, чтобы заставить служительницу святилища преследовать врагов. Если враги попытаются сбежать, это только еще больше раззадорит святую деву".

Догадавшись о причине предыдущего ужаса, Ниу Чанг почувствовал, как два других глаза медленно отходят от его тельца.

Выдохнув полный рот мутного воздуха, он решил хорошенько подумать, прежде чем действовать. Ему не нужны были нежелательные последствия.

Размышляя, Ниу Чанг почувствовал, как его тело медленно падает вниз, а затем услышал крик Фэн Нина.

Парящий в воздухе Фэн Нин с парой рук на спине держался за голову и кричал от досады.

Два фантома священных дев Хуан Чжи и Ниу Чанг повернули головы в сторону Фэн Нина.

Фэн Нин уже заметил, что техника Ниу Чанг сильно повлияла на его эмоции, поэтому он решил отключить их. Будучи стариком, он, естественно, мог делать такие простые вещи, чтобы успокоить себя от негативных мыслей, которые преследовали его жалкую жизнь.

Когда он начал отключать свои эмоции, чтобы защититься от вторжения красной ци, он обнаружил, что красная ци сильно возбудилась и стала более агрессивной. Это сильно повлияло на разум Фэн Нина, и он потерял самообладание и вышел из себя.

Движимый желанием выжить, Фэн Нин выпустил свою темно-фиолетовую ци, не сдерживаясь, и изо всех сил боролся с красной ци.

Руки на его спине двигались беспорядочно: то когти, то удары. Темно-фиолетовая ци пылала, как огонь, рвущийся в небо, но красная ци пыталась победить ее путем тонкого проникновения.

Не имея особых методов исследования, каждый мог сказать, что красная ци агрессивно вторгается в темно-фиолетовую, потому что единственное, что замедляло вторжение, - это непрерывная накачка новой темно-фиолетовой ци из тела Фэн Нина.

Хуан Чжи некоторое время наблюдала за безумным Фэн Нином, и ее глаза загорелись. Она поняла, что Ниу Чанг тоже привлек внимание фантомов священных дев, но он быстро исчез. Тогда она увидела реакцию Фэн Нина, и у нее появилась догадка.

Она перевела взгляд на Ниу Чанга, который лежал на земле и смотрел на нее со скучающим выражением лица и безмятежными глазами.

Ниу Чанг слегка покачал головой, приподнял уголок рта, и тут же красная ци, появившаяся на его теле, отреагировала.

Пленительная улыбка под тенью и красным.

Это был решающий момент для Ниу Чанга. Он знал, что если упустит этот шанс, то его путешествие на этом закончится.

Оставшись без выбора, он собрался с силами и улыбнулся своим врагам.

"Теперь это битва на истощение: либо меня первым сожрет фантом святой девы, либо их", - подумал Ниу Чанг.

Лепестки цветущей вишни, рассыпавшиеся вокруг него, зарядились энергией и радостно заплясали в воздухе.

Неполный фантом святой девы на спине Ниу Чанга ослабил свою хватку, но в то же время пара глаз в его сознании медленно преобразовалась.

Из глаз появилась круглая тень головы, а затем и другие детали: волосы, нос, рот и шея.

Из тигриной пасти вышла львиная пасть.

В этот момент у Хуан Чжи заслезились глаза, и она поняла, что только что совершила самую большую ошибку в своей жизни. Она пожалела, что по глупости взглянула на Ниу Чанга.

Она знала о пленительной улыбке Ниу Чанг, но, похоже, не понимала ее силы. Причина, по которой она смогла быстро среагировать, когда Ниу Чанг прочитал свое стихотворение, заключалась в том, что само стихотворение описывало точные детали той самой пленительной улыбки.

В ноздри ударил сладкий аромат цветущей вишни, и сердце заколотилось, словно под ударом мощной силы. Фантом святой девы на ее спине медленно приподнял уголки рта.

Фантом святой девы был неполным, у него была только верхняя часть тела и размытые черты лица. Прозрачные волосы и одеяние, которое было трудно различить.

Красная ци нахлынула с огромной скоростью и успешно преодолела защиту Хуан Чжи.

Остановившись на мгновение на месте, она вновь собралась с мыслями и оттолкнула наступающую красную ци, но тут же снова потеряла рассудок.

Ниу Чанг последовательно активировал "Пленительную улыбку под тенью" и "Красную улыбку", не давая Хуан Чжи ни единого шанса на восстановление.

"ААА!!!"

Внезапно с того места, где стоял Фэн Нин, послышался крик, похожий на крик дикого зверя. Ниу Чанг взглянул на него и увидел, что Фэн Нин тоже попал под действие его Пленительной Улыбки под Тенью и Красным.

"Похоже, если на врагов действует фантом святой девы из Демонического объятия Леди в белом и красном, то они будут уязвимы для Улыбки под тенью и красным на определенном расстоянии, даже если не видели ее напрямую".

Ниу Чанг быстро сделал такое предположение и снова улыбнулся, чтобы понаблюдать за разницей в воздействии на Хуан Чжи, оценивая ее эффективность.

Заметив на лице Хуан Чжи слегка ошарашенное выражение, Ниу Чанг зафиксировал это, а затем периферийным зрением посмотрел на Фэн Нина.

Пленительная улыбка под тенью и красным.

Тело Фэн Нина внезапно содрогнулось, и пылающая темно-фиолетовая ци вокруг него стала еще более свирепой, чем прежде, вернувшись в свое прежнее состояние.

"У тех, кто непосредственно увидит улыбку, разум опустеет, а у тех, кто не увидит ее, лишь усилится волнение и неконтролируемые эмоции".

Благодаря внезапному всплеску эмоций, вызванному испытанием Ниу Чанга, Фэн Нин смог на мгновение прийти в себя. Движимый инстинктом выживания, он решил первым покинуть это проклятое место.

Руки на его спине сжались в кулаки и неконтролируемо раскачивались из-за вторгшейся в них красной ци. Фэн Нин стиснул зубы, чтобы вернуть контроль над собой, и с силой разжал дополнительные руки на спине, уносясь прочь от этого места.

Ниу Чанг слегка нахмурился, увидев это, но в итоге ничего не предпринял. В данный момент его возможности были весьма ограничены, да и состояние было не на высоте.

Приняв решение, Ню Чанг понял, что ему следует сосредоточиться на борьбе с одним противником, а не преследовать убегающего Фэн Нина и бросать Хуан Чжи. Так он сможет добиться чего-то существенного.

Судя по предыдущей битве, Хуан Чжи обладала большей боевой мощью, чем Фэн Нин. Устранив Хуан Чжи, набрав очки кармы и повысив мастерство Защиты замкнутого цикла, Ниу Чан полагал, что сможет противостоять любой атаке Фэн Нин.

Не имея никого, кто мог бы вмешаться, Ниу Чанг приложил все усилия, чтобы быстро позаботиться о Хуан Чжи. Он был уверен, что затягивание битвы приведет лишь к нежелательному для него развитию событий.

Хуан Чжи выглядела моложе своих лет, и кто знал, какие запасные планы были у нее в руках.

"Я хочу закончить этот бой как можно скорее, но проблема в том, что у меня нет наступательного метода, чтобы сделать это. Мой единственный разрушительный навык - Удар, но он явно является вспомогательным, используемым для повышения смертоносности наступательного навыка", - подумал Ниу Чанг, чувствуя беспокойство.

Чтобы выиграть время, Ниу Чанг продолжал активировать "Пленительную улыбку под тенью" и "Красный цвет", лишая Хуан Чжи возможности предпринять какие-либо действия. Но при этом он медленно погружался в присутствие девы-храмовницы, которая уже полностью проявила свое тело, но детали оставались размытыми.

Наблюдая за Хуан Чжи, стоящей в воздухе, Ниу Чанг обнаружил две проблемы, мешающие убить ее. Первая заключалась в расстоянии между ними: Хуан Чжи находилась высоко над землей. Если бы Ниу Чанг хотел дотянуться до нее, ему пришлось бы подпитать себя ци.

Вторая проблема заключалась в красной ци, окружавшей тело Хуан Чжи. Ниу Чанг заметил естественную защиту из ци, похожую на естественную циркуляцию , а не на боевой навык или технику. Возможно, она возникала после достижения определенной стадии культивирования.

Ниу Чанг попытался вспомнить странную природную защиту вокруг тела Фэн Нин и сравнил ее с защитой Хуан Чжи. Несмотря на разные формы, Ниу Чанг определил, что по сути они одинаковы.

Разобравшись в препятствиях, пора было придумывать план. Однако время шло, а Ниу Чанг никак не мог найти подходящий способ покончить с жизнью Хуан Чжи.

Дева из святилища в глубине его сознания становилась все более детальной и реалистичной, отчего в спокойном сердце Ниу Чанга нарастало беспокойство. Его мысли, и без того плавные, теперь столкнулись с трением, что привело к задержке мышления. Его лоб стал влажным, хотя и не настолько, чтобы по нему скатилась капля пота.

Несмотря на подкравшуюся панику и срочность, Ниу Чанг без труда отогнал их, осознав, что они больше не нужны и только мешают.

Как человек, всегда стоявший по ту сторону истории, Ниу Чанг завороженно наблюдал за напряженными сражениями героев, испытывая чувство зависти. Он жаждал зрелищной битвы, ощущая опасность хождения по тонкой грани, где жизнь и смерть разделяет лишь секунда.

"Я думал, что, став реинкарнатором, смогу повторить то ощущение, которое было тогда, когда по позвоночнику пробегало электричество, волосы вставали дыбом, а вдохновение было бесконечным, словно я держал весь мир на ладони. Но, к сожалению, я ничего этого не чувствую", - признался Ниу Чанг.

Когда план эпического выступления провалился, Ниу Чанг отбросил панику и тревогу в сердце, ведь они больше не были нужны и приносили только неудобства.

Быть одновременно и зрителем, и актером для Ниу Чанга было очень важно. Он никогда не считал себя тем, кто просто угождает другим и следует скрытым предначертаниям судьбы. К тому же он был одним из тех зрителей, которые не ощущают опасности так, как актеры.

В глубине души он понимал, что так называемая опасность - не более чем метод, используемый режиссером для нагнетания обстановки, позволяющий главному герою сделать приятное зрителям приключение.

Ниу Чанг в очередной раз поразился хрупкости человеческого разума. Даже зная, что это театральная постановка, они все равно хотели погрузиться в историю, несмотря на то что знали, что в конце героев ждет хороший финал.

Почувствовав легкую зависть к главному герою, опирающемуся на силу судьбы, Ниу Чанг решил перейти к следующему плану.

"Раз уж мир мне не помог, я могу рассчитывать только на себя", - заключил Ниу Чанг.

Со спокойным сердцем он наблюдал за текущей ситуацией, чтобы подготовить следующий план, как справиться с Хуан Чжи, не как актер, а как зритель в этом мире.

Не обращая внимания ни на что перед глазами, Ниу Чанг отошел от сцены и подошел к креслу, где сидели зрители. Он выбрал для себя удобное кресло и, оглянувшись на сцену, улыбнулся, воплощая в жизнь свой собственный фанфик в рамках этой истории.

"Я хочу сделать вот что..." пробормотал Ниу Чанг, небрежно взглянув на фантом святой девы на спине Хуан Чжи

Призрак святой девы выглядел как простая тень, не обладающая никакой духовностью. Затем Ниу Чанг перевел взгляд на ошеломленного Хуан Чжи, и на его лице появилась улыбка.

"Малышка Чжи, твоя игра настолько хороша, что я не способен ее разглядеть", - тихо сказал Ню Чанг, не глядя на лицо Хуан Чжи, а ища что-то на ее теле.

Ошеломленная Хуан Чжи ничего не ответила и молча стояла в воздухе.

Вдруг ее боевые доспехи, сросшиеся с желтым драконом, зашевелились. На ее затылке появилась голова дракона, сотканная из желтой ци, и она уставилась на Ниу Чанга.

Призрак головы дракона обладал таким же разумным взглядом, как и Хуан Чжи.

Открыв пасть, фантом головы дракона произнес. "Маленькое отродье, неужели ты думаешь, что сможешь убить меня с помощью этой своей полукустарной техники? Она может быть глубокой, но ты все равно не сможешь использовать ее правильно".

В ответ Ниу Чанг улыбнулся своей пленительной улыбкой под тенью и красным цветом.

Призрак головы дракона, ничуть не смутившись, уставился своими желтыми зрачками на Ниу Чанга, только чтобы услышать его слова. "Не нужно пытаться скрыть это. Ты тянешь время, не так ли? Ты уже начала противодействовать моей технике, но решила отложить ее до лучших времен и сломать одним движением".

Изначально красная ци, исходящая от фантома святой девы, распространялась беспрепятственно, и единственным методом, который использовала Хуан Чжи для ее сдерживания, было пожертвование своей желтой ци, чтобы оттеснить ее назад.

После минутного молчания голова дракона зашипела, и желтая ци вокруг тела Хуан Чжи начала уничтожать красную ци, хотя и не очень эффективно. На десять желтых ци пришлась только одна красная ци.

"Ты не такой, как остальные. Тебя не беспокоят такие вещи, как обида и ненависть. Как насчет того, чтобы закончить наш конфликт на этом?" - монотонным голосом без каких-либо колебаний произнес фантом драконьей головы.

"Действительно, меня такие вещи не волнуют, но как насчет тебя?" Ниу Чанг улыбнулся, используя свой навык. "Ты можешь забыть об этом "недоразумении"?"

Призрак головы дракона замолчал, размышляя над вопросом. Через некоторое время желтая ци начала меняться, и соотношение увеличилось с десяти к одному до десяти к четырем.

"Видишь ли, - с сочувствием сказал Ниу Чанг, - ты никогда не собиралась меня отпускать. Наш нынешний разговор - всего лишь тактика вытягивания времени. Я не могу уйти, потому что мне нужно ограничить движение твоего тела, а тебе нужно время, чтобы взломать мою технику. Мы не похожи".

"Хур-хур-хур", - рассмеялся фантом с головой дракона, издав свой особый звук. "Ну и что с того, что ты знаешь? Можешь ли ты что-нибудь с этим поделать? Как ты и сказал, тебе нужно использовать эту странную манящую технику, чтобы ограничить мое физическое тело и вызвать вторжение красной ци вокруг меня, но это все, что ты можешь сделать".

Глаза дракона сверкнули холодом. "Только не говори мне, что ты тоже тянешь время".

Ниу Чанг не сразу ответил, ожидая реакции Хуан Чжи. Затем оба одновременно разразились хохотом.

"Хур-хур-хур".

"Хахаха".

"Поскольку ты мой первый друг, я дам тебе еще один шанс, малышка Чжи. Если ты решишь отступить, я тебя отпущу", - тепло сказал Ниу Чанг, как близкий друг.

Призрак драконьей головы не имел достаточной мимики, но его глаза дважды моргнули.

Хуан Чжи почувствовала искренность слов Ниу Чанга, но не знала, как поступить. "Этот человек - безумец, которого я не могу понять. Сейчас он может говорить любезно, но кто знает, не передумает ли он в ближайшее время? Ведь с его эксцентричным характером жизнь и смерть ничего не значат".

Ниу Чанг заметил, как желтая ци снова трансформировалась, и соотношение стало десять к девяти.

Он с сожалением вздохнул.

В царстве культивации ресурсы были необходимы каждому культиватору на его пути.

Ограничения таланта и понимания можно было преодолеть только с помощью внешних предметов.

Ниу Чанг не знал, как устроен путь культивации в этом мире за пределами так называемой стадии золотого ядра, определенной Хуан Чжи.

Тем не менее у него был свой собственный подход, самодостаточное дао. Даже без его системы, если ему не запрещали культивировать самостоятельно, он выкапывал подземную пещеру и медитировал там, пока не достигал предела своих возможностей.

В этом мире культивация не зависела от внешних ресурсов. Чтобы развиваться, нужно было просто медитировать и усиливать свою ци.

Если бы все в этом мире были открыты и сосредоточились на разработке методов, соответствующих их потребностям, не полагаясь на внешние факторы, конфликты из-за ресурсов, естественно, были бы исключены.

Однако Ниу Чанг придерживался такого мнения, не понимая, в каком мире он находится.

Хуан Чжи обладала большими знаниями о культивации, чем Ниу Чанг. Достижение стадии золотого ядра было ее пределом, но она не упустила бы возможности получить секрет тела Ниу Чанга и преодолеть этот предел, вознесясь к бессмертию среди бессмертных.

Бесконечное количество ци и жизненной силы в теле Ниу Чанга давало ей возможность взлететь к новым высотам и стать подобной фениксу.

Хотя некоторые особые места содержали огромное количество духовной ци, которая способствовала ускоренному культивированию мастеров боевых искусств, она была почти неэффективна для тех, кто находился на стадии золотого ядра.

Путь культивации всегда был выживанием сильнейших, миром собачьей еды, где сильнейший стоит на вершине бесчисленных павших врагов.

Грабеж всегда был самым эффективным способом приумножить свое богатство, не требующим никаких вложений.

Призрак головы дракона постепенно скрылся в боевых доспехах, прорвав последнюю линию обороны. Теперь желтая ци могла эффективно нейтрализовать вторгшуюся красную ци.

Ошеломленное выражение лица Хуан Чжи тоже начало исчезать, брови слегка подергивались, а нос двигался.

"Бесконечная жадность живых существ - это то, против чего я бессилен", - с чувством жалости сказал Ниу Чанг, размышляя о потере своего друга.

"Возможно, это одностороннее утверждение, но мне понравился наш короткий разговор в то время. Возможно, я действительно ищу спутников, чтобы вместе пройти этот долгий путь, обсуждая мир и смеясь над другими".

"Путешествовать, чтобы наблюдать за его чудесами..." тихо пробормотал Ниу Чанг, наконец-то отпустив все на волю.

Он выпрямил расслабленную спину и улыбнулся всему миру, не ограничиваясь только Хуан Чжи.

Потеря друга, особенно первого друга, чувство разлуки и расставания из-за случайной встречи дали ему все необходимое и зажгли маленькую искру, чтобы разжечь давно приготовленный фитиль.

Техника культивирования "Священная дева под священным деревом" включала в себя как методы культивирования, так и боевые техники. Однако до сих пор Ниу Чангу удалось извлечь из нее лишь два практических и один теоретический навык.

Однако этих трех навыков все равно было недостаточно. Первый навык мог лишь отвлечь мысли противника.

Второй навык мог только вторгаться в ци противника.

Что касается третьего навыка, то даже сам Ниу Чанг не знал всех его возможностей, кроме того, что он нацелен на душу врага.

Этим трем навыкам не хватало важнейших элементов, необходимых для нанесения смертельного вреда кому-либо.

Конечно, если первый навык достигнет наивысшего мастерства, Ниу Чанг сможет превратить любого человека в своего бездумного раба, как он чувствовал, когда впервые столкнулся с улыбающейся святой девой.

Что касается второго навыка, то фантом святой девы был усовершенствованной версией первого навыка, направленной на пять органов чувств противника.

С этими мыслями Ниу Чанг взглянул на "Священную деву под священным деревом" с другой стороны, стремясь раскрыть ее атакующий потенциал.

У него была идея, но не хватало главного элемента. Ему требовалось вдохновение и сильные эмоции, чтобы впервые активировать навык.

"Моя прекрасная леди в бело-красном,

Наша встреча была случайной ошибкой,

Вы улыбнулись мне, но страх и обида заставили меня убежать,

Не осознавая, я не смог распознать вашу доброту".

Ниу Чанг вспоминал свою первую встречу с девой из святилища. Их встреча была лишь случайностью и недоразумением, из-за которого между ними возникла дистанция. Могущественная дева-храмовница не замечала своей силы, а невежественный Ниу Чанг боялся и обижался на нее.

"Бесстыдно, но я вновь обращаюсь к тебе за помощью,

Ты услышала мою мольбу и решила помочь мне,

Мое сердце осталось холодным, не в силах сдержать вашу привязанность,

Но, по крайней мере, оно может дать вам обещание".

В трудную минуту Ниу Чанг приложил все усилия, чтобы найти решение своей проблемы, и в конце концов вернулся на то же место, чтобы обратиться за помощью к женщине, которую он боялся и на которую обижался. Однако дева из святилища не оставила его просьбу без внимания и оказала помощь. Теперь, в третий раз, он посетил это место, ища другой помощи, но уже без каких-либо негативных чувств по отношению к святой деве.

"Время, которым я располагаю, ограничено небесами,

Расстояние между нами сильнее всего,

Только в безвременье и безграничном пространстве это обещание может быть выполнено,

Когда смерть постигнет меня, я дам тебе свой вечный обет".

По мере того как Ниу Чанг произносил эти слова, в глубинах его разума возникала дева-храмовница. То, что раньше было размытым образом, теперь превратилось в осязаемую личность.

Однако Ниу Чанг все еще не мог разглядеть ее истинный облик. Струящийся бело-красный священный халат вблизи казался еще более замысловатым, а лицо частично закрывала тень, хотя в ее глазах, смотревших на него, читалась доброта.

Как только он дал обещание, красная ци и лепестки цветущей вишни, окружавшие его тело, хлынули, словно водопад, и потекли в неизвестном направлении.

В воздухе разносился слабый звук колокольчика, и если прислушаться, можно было услышать мимолетное девичье хихиканье.

Мягкое и нежное, оно несло в себе сладость цветущей вишни и тепло весны.

Обильная ци в теле Ниу Чанга стремительно истощалась, но никаких существенных движений в его окружении не наблюдалось.

Тем временем Хуан Чжи уже освободилась от ограничений и смогла устоять перед соблазнительной улыбкой Ниу Чанга. Однако, приготовившись к атаке, она услышала тот же ласковый голос.

В ответ на это ее плечи вздрогнули, и она перевела взгляд на Ниу Чанга, который, казалось, разговаривал сам с собой.

Красная ци, окружавшая его тело, сходилась позади него, превращаясь в реалистичную святую деву, еще более реалистичную, чем та, что стояла за Хуан Чжи.

Длинные неземные волосы святой девы каскадом струились по спине, достигая земли. Священное одеяние украшало ее тело, кожа была девственно белой с легкой розовинкой, а лицо частично скрывала сладкая улыбка на вишневых губах.

Дева святилища обнимала Ниу Чанг с безграничной любовью. Ее губы разошлись, и Хуан Чжи увидела, как она захихикала, услышав обещание Ниу Чанга.

Подняв голову, святая дева встретила взгляд Хуан Чжи. Это был спонтанный жест, и теперь святая дева заменила фантом святой девы на спине Хуан Чжи.

Хотя она стала чуть более прозрачной и с размытыми деталями, суть ее осталась прежней. Она обхватила Хуан Чжи за шею и прижалась к ней.

Желтая ци, нейтрализовавшая вторгшуюся красную ци, была контратакована, как огонь, поглощенный надвигающимся цунами. Красная ци вновь продемонстрировала свое превосходство, не допустив ни одной контратаки.

В этот момент Ниу Чанг находился в оцепенении: воспоминания о внешности святой девы вызывали у него чувство умиления.

Однако он опомнился, когда Хуан Чжи, взорвав свою желтую ци, оттолкнула святую деву.

Переведя взгляд, Ниу Чанг увидел, как перед его глазами разворачивается захватывающая сцена.

Хуан Чжи, облаченная в непрактичные боевые доспехи, пыталась освободиться от женщины в бело-красном одеянии. Дева святилища выглядела настолько реалистично, что Ню Чанг засомневался, не галлюцинация ли это.

Чтобы подтвердить свою правоту, он проверил ци в своем теле и обнаружил, что она быстро истощается, составляя три четверти от общего количества ци.

Наблюдая за поединком двух красавиц, не ослепленный похотью, поскольку она была ему больше не нужна, Ниу Чанг заметил нечто особенное. Хуан Чжи не пыталась использовать свои конечности, чтобы стряхнуть Деву святилища.

Странно. Почему Хуан Чжи не использует свои конечности, чтобы отбиться от святой девы? Ниу Чанг продолжал наблюдать, пока не нашел ответ. "Не то чтобы Хуан Чжи не хотела этого делать, но, похоже, она не может двигаться".

Переведя взгляд на святую деву, он размышлял: "Первые три навыка подразумевают извлечение святой девы из моего разума и проецирование ее на врага. Первый навык оставляет в сознании врага призрачную улыбку, второй - вызывает фантом святой девы, а третий, скорее всего, отправляет святую деву прямо в душу врага."

Однако эти навыки являются необходимым условием для активации четвертого навыка, "Вечного обета". Сама встреча была не более чем совпадением, но раз уж она произошла, то разделение естественно следует за ней. Этот аспект разделения служит наступательным методом, затягивая душу и дух врага в безвременное и безпространственное царство вечной смерти".

Оказавшись под физическими ограничениями святой девы, Хуан Чжи, несмотря на все свои попытки вырваться, пришла к выводу.

"От этого странного призрака практически невозможно убежать. Хотя ее тело кажется прикрепленным к моей спине, это всего лишь иллюзия, призванная запутать разум. Она укоренилась в моих чувствах. Пока мои пять чувств остаются связанными с внешним миром, она будет ограничивать мое тело".

"Но если я попытаюсь разорвать связь с чувствами, я не знаю, что произойдет дальше, подобно тому, как старик вызвал сильную реакцию у призрака".

Хуан Чжи также попыталась использовать свою гроссмейстерскую ци, чтобы оттолкнуть деву из святилища, но это оказалось неэффективным.

Каким бы сильным ни был Вечный обет, его эффективность все равно ограничивалась уровнем культивации и мастерством Ниу Чанга.

Как и в случае с любой фантастической силой, если противостоящая сила достаточно сильна, любой навык может быть разрушен.

То же самое можно сказать и о гроссмейстерской ци Хуан Чжи, которая находилась на стадии золотого ядра.

Однако ее противник, Ниу Чанг, опирался на бесконечное количество ци, что делало его попытки тщетными, как попытки прорваться сквозь текучую воду.

Не найдя лучшего выхода, Ниу Чанг решил тренироваться. Вся его ци превратилась в красную ци Священной девы под священным деревом.

Анализируя эту красную ци, он надеялся переработать ее и создать метод культивирования красной ци, которой не хватало Ниу Чангу.

Но этим дело не ограничилось: он также стремился углубить свое понимание и мастерство Священной Девы под Священным Деревом.

Когда он закрыл глаза, то почувствовал сильную связь, которая перенесла его чувства в разные места. Открыв глаза, он обнаружил, что его зрение затуманено красным оттенком.

Не в силах воспринимать что-либо через эту связь, Ниу Чанг разорвал ее и понял, что направление связи было в сторону святой девы на спине Хуан Чжи.

Только тогда он вспомнил, что второй навык, Демонические объятия бело-красной дамы, все еще активен, и именно поэтому его ци окрасилась в красный цвет.

"Значит, второй навык не одноразовый, а постоянный. Пока я направляю в него свою ци, любой враг рядом со мной будет охвачен призраком святой девы, лишая его подвижности".

"Нам еще многому предстоит научиться", - добавил Ниу Чанг.

Клятва Вечности не причиняла физического вреда, но она воздействовала на более тонкую и важную часть живого существа - его душу и дух.

Без души и духа тело становилось не более чем пустой оболочкой, похожей на манекен.

Поначалу Хуан Чжи считала странную технику Ниу Чанга обычным приворотом или обворожительной техникой, которая смущает сердце и воздействует на разум.

Однако со временем она поняла, что ее предположение было в корне ошибочным. Хуан Чжи, как растительный демон, очень ценила свою духовную мудрость, и сейчас она чувствовала, как ее разрушает дева-храмовница на своей спине благодаря вторжению красной ци, которая подкрашивала ее желтую.

"Этот мальчик поистине непостижим. Я никогда не сталкивалась с чарующей техникой с такими абсурдными эффектами. К счастью, его контроль над этим навыком еще слишком слаб, чтобы раскрыть его истинную силу. Иначе я бы уже потеряла половину своей духовной мудрости".

Из-за вмешательства Фэн Нин во время трансформации и вторжения красной ци запас ци Хуан Чжи был исчерпан, особенно сейчас, когда дева святилища была сильнее, чем раньше.

"Я не хочу прибегать к этому, но если я не сделаю этого, то погибну в этом месте". Приняв решение, Хуан Чжи решилась на последнюю схватку.

Ее гроссмейстерская ци отчаянно боролась, пытаясь отсрочить приближающуюся смерть. Затем изнутри ее тела желтая ци, словно черви, вонзилась в красное бьющееся сердце, выпустив в воздух богатый аромат, полный жизненной силы.

Ниу Чанг открыл глаза, чтобы посмотреть, что происходит, глубоко вздохнул и почувствовал, как его тело слегка задрожало, начав быстрее восстанавливаться.

Не задумываясь, он с жадностью вдохнул ароматный воздух.

Не боясь никаких уловок со стороны Хуан Чжи, он напитал свое тело той же красной ци, которая проникла в ее тело. Было бы нелепо, если бы овца, надев волчью шкуру, проникла в волчью стаю.

Он мог предположить только одно: Хуан Чжи решила пойти на компромисс и сделать последний шаг - либо нанести мощный удар, чтобы убить Ниу Чанга, либо сбежать.

Вдыхая ароматный воздух, Ниу Чанг довел защиту замкнутого контура до предела и приготовился уклоняться от любых атак.

Убежать было не так-то просто, ведь демонические объятия Леди в бело-красном имели ограниченный радиус действия.

Создав небольшие отверстия в сердце, Хуан Чжи впитала в себя жизненную силу и преобразовала ее в свою ци.

В отличие от ослепленной жадностью Фэн Нин, Хуан Чжи понимала, что Ниу Чанг - непростая мишень и, скорее всего, у него в рукаве припрятаны карты.

Поэтому она решила отступить. Направляя ци грандмастера в сторону святой девы, Хуан Чжи наконец увидела проблеск надежды.

Ниу Чанг чувствовал, что на его тело что-то влияет, но он был беспомощен и не мог вмешаться.

Вскоре Хуан Чжи вновь обрела контроль над своим телом и бросила последний взгляд на Ниу Чанга, после чего окончательно покинула это место.

Ниу Чанг сосредоточил свой разум на кармических связях, созданных системой, чтобы оценить возможные риски.

Он обнаружил, что Фэн Нин находится далеко от его местонахождения, рядом с ним - неподвижная демоническая змея, и, наконец, Хуан Чжи стремительно удаляется от него.

Выдохнув с облегчением, Ниу Чанг деактивировал Демоническое Объятие Леди в бело-красном и использовал Зеленую Волю, чтобы исцелить свое тело.

Связанный заданием, он должен был двигаться к цели, чтобы избежать наказания со стороны системы. Кроме того, его очки кармы были на нуле, и любая задержка приведет к наказанию.

Не теряя времени, он пополз к спящей демонической змее в глубине густого леса.

К счастью, Фэн Нин не убил демоническую змею. Ниу Чанг молча поблагодарил Фэн Нин за утоленный аппетит.

Сконцентрировав целебную силу в правой руке, Ниу Чанг ускорил процесс регенерации.

Когда обе руки заработали, скорость его передвижения увеличилась.

Вскоре он добрался до демонической змеи и расположился неподалеку от нее. Хотя система требовала, чтобы он не выпускал ни одного из своих врагов, это правило было несколько гибким.

Об этом свидетельствует встреча Ниу Чанга с бандитами: он оставил их лежать на земле, чтобы сохранить системные бонусы и не подвергнуться наказанию. Правда, он оставил их на земле, но это было связано с тем, что он преследовал следующую цель.

"Система накажет меня только тогда, когда я попытаюсь покинуть цель, но не накажет, если я останусь рядом с ней, не намереваясь ее отпускать".

Почувствовав на себе свирепый взгляд покалеченной демонической змеи, Ниу Чанг фыркнул и решил оценить ее состояние.

"Ты еще нужен мне живым, поэтому пока не умирай". Ниу Чанг тихо обратился к демонической змее и коснулся ее чешуйчатого тела.

Его ци вошла в тело демонической змеи, но встретила сопротивление со стороны ее собственной ци. Однако это была и второстепенная задача Ниу Чанга.

Эта демоническая змея не была обычным существом. По уровню развития она была наравне с Цзе Тяньгуном и Шэнь Саньхуа.

Активно взаимодействуя с ци демонической змеи, Ниу Чанг надеялся преодолеть разницу между своим уровнем культивирования и уровнем культивирования змеи.

Ци демонической змеи была черного цвета, но она была смертельно ранена и должна была сохранить свою ци, чтобы залечить сломанный позвоночник.

Почувствовав, что ци Ниу Чанга служит лишь для сканирования ее тела, и осознав, что качество ци Ниу Чанга значительно уступает его собственной, змея решила сдаться.

Ниу Чанг улыбнулся и начал исследовать своей ци внутренности демонической змеи.

Змея была ошеломлена таким дерзким сканированием: она чувствовала себя так, словно Ниу Чанг раздевал ее догола и обращался с ней как с игрушкой.

"Шип-шип-шип", - прокричала демоническая змея, но не сделала ни одной попытки отразить ци Ню Чанга.

. . .

В деревне Желтая Почва, в доме Цинь Цин...

Невысокая девушка-подросток лежала на земле, ее ноги были переплетены с ветвями деревьев. В этом плане она ничем не отличалась от других жителей деревни, которые стали питательной средой для трансформации Хуан Чжи.

Однако было и отличие. Тело Цинь Цин не превратилось в пустоту, от которой остались лишь хрупкие кости. Ее кожа была черной от обугливания, но она все еще была жива, хотя и ненадолго.

Единственным звуком, который она могла воспринимать, было слабое дыхание. Глаза исчезли, словно разжиженные огнем, а мышцы ее тела давно перестали функционировать, лишив ее чувств.

В бесконечной темноте она могла лишь предвкушать приход смерти.

Мама, папа, где вы? Она плакала и беззвучно рыдала в своем сердце. В ее памяти всплыл тот день, когда родители покинули ее во время сильной метели.

"Цинъэр, маме и папе нужно выйти из дома, чтобы найти что-нибудь для твоего лечения. Не волнуйся, мы скоро вернемся". Мать нежно погладила ее по голове.

В порыве гнева Цинь Цин вскочила с места и яростно закричала: "Не оставляйте меня здесь! Почему вы должны уходить? Я не больна!"

К счастью, отец удержал ее маленькое тело, не позволив ей причинить вред матери. "Цинъэр, просто доверься нам на этот раз. Когда мы найдем лекарство, ты сможешь жить нормальной жизнью, не причиняя никому вреда, в том числе и себе".

"Не уходите! Не оставляйте меня одну! Я боюсь оставаться одна!"

Цинь Цин умоляла родителей, хотя со стороны казалось, что она просто злобно кричит и закатывает истерики без всяких скрытых мотивов.

Но как бы она ни умоляла, ей оставалось только смотреть, как родители медленно выходят из дома, не давая ей последовать за ними.

Глядя сквозь закрытую дверь и слушая, как снаружи бушует метель, Цинь Цин все больше ненавидела их. Но, не имея никого, на кого можно было бы направить свой гнев, она могла лишь обратить его внутрь себя и обвинить себя.

"Почему? Что со мной не так? Это... это мое глупое тело продолжает злиться из-за пустяков... Это не моя вина! Не моя вина! Не виновата..."

Повторяя одни и те же слова, слезы текли по ее обугленному черному лицу.

И тут она вспомнила о единственном человеке, который смог сохранить спокойствие и не смотреть на нее со странным выражением лица.

'Если бы... Почему это должно было произойти именно сегодня? Я хотела загладить свою вину перед этим мальчиком, извиниться за то, что сделала. Интересно, простил бы он меня?

"Интересно, он презирал меня из-за моих проблем с гневом? Интересно, что он чувствует сейчас? Интересно, он все еще ненавидит меня и решил остаться с кем-то другим?"

Мысли Цинь Цин неосознанно блуждали в царстве возможных вариантов будущего, давая возможность ее беспокойному сердцу найти утешение.

Когда сознание начало угасать, она не могла не задаться вопросом.

"Если бы только сегодня не случилось это несчастье, возможно, у меня был бы свой друг".

Изоляция, навязанная ей всей деревней, тяготила ее юное сердце, и поэтому она не могла не тосковать по чему-то позитивному, даже если это было лишь плодом ее воображения.

"Если бы..."

От автора

Прежде всего, спасибо, что читаете мою историю.

Честно говоря, предыдущая глава ознаменовала собой окончание первого тома: "Нежелательные исходы".

Я оставлю интерпретацию на ваше усмотрение, ребята.

Я уже второй раз заканчиваю писать первый том своих произведений, потому что многие не проходят после десятой главы или даже меньше.

В любом случае, вы могли заметить, что первый том получился плоским и антиклимактеричным. К сожалению, я ничего не могу с этим поделать. В основном, мои навыки еще слишком малы, чтобы раскрыть его истинный потенциал. Другая причина в том, что главный герой не пошел по предначертанному ему пути, по нити судьбы, сплетающей его путешествие от начала до конца.

Прочитав несколько романов, я не мог не задаться вопросом, почему герои, прошедшие трансмиграцию/реинкарнацию, не пытаются использовать свои знания, полученные в предыдущем мире, каким-то особым или стратегическим образом. Почему они просто пассивно следуют по проложенному для них пути? Почему они упускают такой шанс, ведя обыденную жизнь?

Подводя итог, вот что я хочу увидеть:

Решительный герой с самого начала с великой целью. Пройти достойный и значимый путь.

Беззаботный и любопытный. Общение с читателями вместо того, чтобы быть бездушным и безэмоциональным деревянным блоком.

Осознают, что их судьбой управляют скрытые руки.

Активно использовать знания, полученные в прошлой жизни, чтобы понять "фантазию" в мире фэнтези.

Мне удалось это сделать, и я закончил первый том, но обнаружил фатальный недостаток, скрывающийся за моим обнадеживающим видением. Все вышло бы не так, как я задумал.

Если герой настроен решительно и имеет грандиозную цель, значит, случайные прохожие не станут его уговаривать продлить путь, чтобы набраться сил. Если они столкнутся с неизбежной проблемой, то должны решить ее без промедления, не создавая конфликта для сюжета.

Будучи беззаботным и любопытным, в мире, где сила - это все, герой, естественно, хочет максимально раскрыть свой потенциал, используя силу для достижения своих желаний, а не ограничиваться моралью, в которой он вырос и которая может вызвать у читателей отвращение своими аморальными поступками и мышлением.

Осознавая собственное состояние, прочитав так много, герой, естественно, должен уметь избегать легко воспринимаемых тропов и не навлекать на себя беду. Однако ему также не следует становиться актером на сцене; вместо этого он должен быть зрителем, который играет в пьесе свои собственные фанфики, чтобы нарушить планы режиссера, в сущности, легко разрешая конфликты.

Наконец, используя свои знания из прошлой жизни, я не могу не думать о том, что после прочтения стольких романов сянься и просмотра концовок, где так называемое "дао" оказывается всего лишь достижением, читатели также должны иметь свое представление о дао. Пусть оно будет поверхностным, но глубина должна быть налицо, чтобы читатель мог войти в мир культивации и с легкостью культивировать это дао.

Если я спрошу вас, что такое дао, вы должны понять, что я имею в виду. У вас есть свое понимание дао, и после прочтения стольких книг неизбежно, что ваше достижение дао не должно быть слабым.

Читателям нужен мир, который поддерживает культивацию. И благодаря этому герой получит бесконечные навыки в конце концов.

Мне нужно многое передать, но я остановлюсь на этом и передам их через сюжет. Я также постараюсь не растягивать простые вещи, чтобы не сбивать темп.

Хорошего дня!

В густой части леса слышалось веселое хихиканье: десятилетний мальчик с удовольствием забавлялся рядом с парализованной демонической змеей.

"Эй, маленькая змейка, почему бы тебе не пошипеть еще раз?" дразнил Ниу Чанг, проникая своей ци в тело змеи, чтобы унизить ее.

Обнаружив, что демоническая змея на самом деле женщина, он обрадовался и дал волю своей детской натуре. Он рассуждал сам с собой: "Хоть это и демоническая змея, не способная превратиться в человека, но все же это женщина! Разве я не должен относиться ко всем женщинам одинаково, чтобы не быть лицемером с двойными стандартами? Как великий я могу быть таким человеком? Так что, ради собственного блага, я должен унизить эту змею до глубины души. Куахаха!"

Внутренне оправдывая свои сомнительные действия, он не мог сдержать смеха.

Слабая демоническая змея изо всех сил старалась не поддаваться безумным насмешкам мальчика. Даже с его ограниченной духовной мудростью она понимала, что поведение мальчишки ненормально.

Не получив никакого ответа, Ниу Чанг решил проникнуть глубже в тело змеи, нацелившись на ее жизненно важные части, чтобы стимулировать ее эмоции.

Беспомощно поддавшись на его неустанные дразнилки, демоническая змея открыла рот и зашипела. Если бы она могла говорить, то сказала бы: "Ну что, теперь ты счастлив? Хисс! Хисс! Я тебе еще не раз шипну. Может, хватит уже сканировать мое тело?" Закатив глаза, демоническая змея выразила свое раздражение по поводу своей ограниченной духовной мудрости.

Заметив, как змея закатила глаза, Ниу Чанг разразился хохотом. "Ха-ха, никогда бы не подумал, что демоническая змея может понимать закатывание глаз".

Довольный собой, он отстранил большую часть своей ци от мучений парализованной змеи и сосредоточился на учебе.

У него все еще оставался бафф от системы, но он не мог полностью осознать его действие. Вместо этого он направил свое внимание на изучение внутренней структуры уровня культивации демонической змеи.

'Хм... Судя по тому, что я вижу, культивирование этой демонической змеи явно находится на другом уровне. Ци внутри ее тела не похожа на воздух в воздушном шаре, а больше напоминает структуру скелета или кровеносных сосудов. Это связано с методом культивирования демонов или с более высоким уровнем культивирования?" Ниу Чанг задумался, проверяя свои мысли, чтобы подтвердить свои выводы.

Через некоторое время он пришел к выводу. 'Классические этапы культивирования в историях начинаются с утончения ци, затем создания фундамента и золотого ядра. Дальше появляются вариации. Но, судя по тому, что я вижу, ци этого демонического змея претерпела качественные изменения. Она перешла от нерегулируемой циркуляции к правильной циркуляции без сознательного контроля, что можно рассматривать как фундамент".

Ниу Чанг углубился в свои мысли, задаваясь вопросом о том, как называются этапы. "Значит ли это, что стадия от третьего разряда до пика представляет собой утончение ци, а мастер соответствует созданию фундамента? Грандиозные названия наводят на такие мысли, но зачем все усложнять? Почему бы не быть прямолинейным?"

Пока он решал один вопрос, возникал другой, и он понял, что его размышления могут продолжаться бесконечно. Не желая тратить время впустую, он задумался о том, в каком прекрасном месте он находится. Если бы мимо проходил какой-нибудь странствующий эксперт, он бы заинтересовался им, что могло бы привести к конфликту. Поэтому он решил на время отложить свои расспросы.

Отойдя от змеи, Ниу Чанг осмотрел свое сломанное тело - получеловеческую форму без нижней части. В первую очередь он решил починить себя.

Закрыв глаза, чтобы усилить концентрацию, он активировал Зеленую Волю и позволил зеленой ци исцелить свое тело. Несмотря на низкий уровень мастерства и отсутствие надлежащего метода культивирования, первый уровень Невозможной Идеи и богатая ци Ниу Чанга сделали этот процесс относительно легким.

В то время как он хотел собрать больше данных о своем физическом теле, он также стремился повысить свой уровень владения Вечнозеленым деревом под ярким небом и Вечнозеленой волей. Однако в его сердце поселилась тревога, и он понял, что может выбрать только одно.

"Во всем должны быть свои приоритеты. Если не сейчас, то в будущем я смогу над этим поработать, но моя жизнь превыше всего", - решил Ниу Чанг, погрузившись в мысли о возвышающемся зелёном дереве, символизирующем волю к выживанию. Мягкий зеленый свет, подобный авроре в ночном небе, излучался вокруг дерева, олицетворяя сущность Зеленой Воли.

За размышлениями он понял истинную суть обучения боевому мастерству. "В конце концов, дело не в том, как ты двигаешь телом, или в чем-то еще; дело в манипуляции энергией. Как бы человек ни тренировал свое тело, как бы ни тренировал основы и движения, человеческое тело имеет свои ограничения. А как же ци? Это энергия, которая может быть полувластной при условии, что ее количество достаточно. Ключ к этому лежит в контроле пользователя. Даже при небольшом количестве, если вы достаточно контролируете ци, она может раскрыть свою истинную силу".

Углубившись в свои мысли, Ниу Чанг задался вопросом о концепции дао. Он понимал, что если спросить людей в этом мире, то они дадут абстрактные и грандиозные ответы о его природе. Однако он считал, что ответ прост. "Ци - это как джинн в волшебной лампе, который при встрече может исполнить любое желание. Точно так же и уровни культивации ничем не отличаются друг от друга. У обоих есть необходимые условия, и после их выполнения любое желание может исполниться. Это и есть дао!"

Увлекшись размышлениями о дао, Ниу Чанг неосознанно ускорил свое выздоровление. Окружающая его зеленая ци претерпевала различные мутации, отражая его размышления.

Когда он считал Вечнозеленую Волю волей дерева, зеленая ци трансформировалась и напоминала свет авроры вокруг возвышающегося дерева в его сознании.

Когда он считал Зеленую Волю упругой природой дерева, зеленая Ци менялась, становясь гибкой, но сильной, с более светлым оттенком.

Подобные явления происходили неоднократно, некоторые - лишь однажды, другие же повторялись часто.

Открыв глаза, Ниу Чанг заметил, что демоническая змея изумленно смотрит на него. Поняв, о чем думает змея, на его лице появилась озорная улыбка.

"Что? Ты тоже хочешь испытать мою технику исцеления?" Ниу Чанг игриво дразнил змею, показывая глазами свои извращенные намерения.

Демоническая змея, некогда достаточно страшная, чтобы заставить простых смертных в ужасе бежать, заколебалась. Ее вертикальные зрачки пристально смотрели на Ниу Чанга, который уже полностью исцелил себя.

В конце концов змея отвернулась.

Нахальная улыбка исчезла с лица Ниу Чанга, и его интерес ослабел. "Как это понимать? Неужели это просто звериный инстинкт?"

Хотя у Ниу Чанга были определенные планы в отношении демонической змеи, он решил понаблюдать за ее поведением, прежде чем предпринимать какие-либо действия. Но теперь он принял решение.

Почувствовав холодную землю под ногами, Ниу Чанг встал и подошел к демонической змее. Усилив ци своего физического тела, он крепко ухватил змею за хвост и медленно устремился к трупу Шэнь Саньхуа.

Змея сопротивлялась, но не могла бороться из-за травм позвоночника, которые Ниу Чанг специально усугубил. Теперь она была не более чем длинной черной лапшой.

Выдохнув, Ниу Чанг наконец добрался до трупа и освободил хвост змеи. Начав осматривать останки, Ниу Чанг не мог не подумать: "Что за чудовище могло так безобразно изуродовать женскую грудь, сделав ее неузнаваемой?" Ниу Чанг не мог не пожалеть труп.

Не обращая внимания на голос совести и разума в глубине души, он решил исцелить труп.

Любопытствуя, действительно ли этот мир придерживается концепции небесного дао, Ниу Чанг позволил зеленой ци течь из своей правой руки и приступил к процессу исцеления.

Сосредоточившись на исцелении, Ниу Чанг не замечал визуальных эффектов своей Зеленой Воли. Теперь же, когда он увидел его, по его лицу расплылась улыбка.

Правая рука испускала успокаивающую зеленую ци, она проникала в открытые раны, осторожно прикрепляясь к оставшимся тканям. Действуя магически, ци собирала и восстанавливала поврежденные части, постепенно закрывая раны и возвращая труп в прежнее состояние.

Пока труп возвращался к жизни, Ниу Чанг не мог не думать о том, как использовать лазейку, если Шэнь Шаньхуа действительно воскреснет.

Если она действительно оживет, то смогу ли я постоянно спаунить ее, чтобы набирать очки кармы?

На губах Ниу Чанга играла озорная улыбка, когда он ускорял процесс исцеления. Он был не из тех, кто любит, когда его подавляют, так что что плохого в том, чтобы обрести силу в самом начале, без захватывающих приключений и различных противников?

"Авторские планы? Заранее определенный сюжет? Что это вообще такое? В конце концов, я не живу в такой нелепой истории. А если бы и жил, то не был бы ей подвластен. Но все же, вернется ли она к жизни?"

Внутри темного, без единого угла пространства ,маячил недосягаемый горизонт. Здесь царила жуткая атмосфера, а в воздухе парил маленький, едва заметный кристалл. Он не обладал никакими необычными свойствами, не излучал ни света, ни уникальной ауры.

Однако спокойствие было нарушено, когда темное пространство задрожало, словно по нему прошел гигант. В ответ маленький кристалл отреагировал, медленно разворачивая свой твердый внешний слой и расширяя сердцевину.

. . .

Ожидая усиления, Ниу Чанг стал свидетелем неожиданных изменений. Вокруг исцеленного тела Шэнь Саньхуа начала проявляться и перемещаться призрачная ци.

Изначально не имея направления, призрачная ци вскоре устремилась к ее голове, сходясь и расходясь в загадочной манере.

Заметив эти необычные превращения, Ниу Чанг сохранил свою Зеленую Волю, но был еще больше заинтригован поведением призрачной ци.

"Может ли это быть результатом особой конституции, о которой упоминала Хуан Чжи?" - размышлял он.

В ответ он активировал защиту замкнутого цикла и включил автоматический ответчик системы, обеспечивая свою безопасность.

Вскоре Ниу Чанг почувствовал слабый след жизни, исходящий от исцеленного тела. Оно восстановило свои жизненно важные части и теперь могло считаться живым существом.

Хотя слабое сердцебиение постепенно стабилизировалось, оно оставалось слабым, сдерживаемым неизвестной преградой. Тем временем призрачная ци претерпела значительные изменения, разделившись на две части: доминирующую и подчиненную.

Наблюдая за тем, как активная часть атакует спящую, Ниу Чанг выдвинул гипотезу. "Похоже, активная часть обладает некоторым уровнем разумности, в то время как спящая действует исключительно на основе инстинктов".

Его глаза загорелись предвкушением, когда он почувствовал, как дыхание жизни становится все сильнее.

Без каких-либо визуальных подсказок или явных признаков так называемое дыхание жизни было всего лишь догадкой, результатом его обостренной интуиции, полученной на первом уровне Невозможной Идеи.

После кратковременного скачка сердцебиение наконец успокоилось, подражая биению сердца живого человека.

Хотя веки оставались закрытыми, призрачная ци рассеялась в ее теле. Наконец наступил долгожданный момент.

Безжизненное тело открыло глаза.

Ее взгляд устремился на Ниу Чанга, застыв, как одержимый.

Сохраняя самообладание, Ниу Чанг отвлекался на многочисленные мысли, роившиеся в его голове.

Вскоре воскрешенное тело моргнуло и попыталось заговорить.

Движения ее рта были грубыми и напоминали попытки младенца составить связные слова.

С трудом выдавив из себя странные звуки, она в конце концов добилась успеха.

"С... а... ви... или..."

И снова ее глаза, словно одержимые, устремились на Ниу Чанга.

Услышав слово " спаситель", Ниу Чанг не мог отделаться от чувства нелепости.

"Возможно ли такое?" - задал он себе вопрос, и в нем мелькнула вера.

Если бы кто-то другой назвал его спасителем, Ниу Чанг не задумываясь отмахнулся бы от этого. Однако это тело, изначально принадлежавшее его первому последователю, и теперь повторяло те же слова.

Он хотел проверить ее, назвав по имени, но понял, что даже не знает ее имени.

Чувствуя неловкость, он снова заглянул в ее глаза, пытаясь разгадать скрытую в них правду.

"Ее мудрость и интеллект не кажутся слишком высокими. Эмоции, лежащие в ее основе, кажутся сложными, скорее всего, из-за ее растерянности, но в основе лежит несомненная тоска. Кроме того, она быстро учится", - подумал Ниу Чанг.

Несмотря на необычность метода, взгляд в ее глаза позволял многое понять. Считалось, что они - окна в душу, позволяющие заглянуть в самое сокровенное.

Достигнув предела, девушка несколько раз моргнула, вручную корректируя взгляд. Как и предсказывал Ниу Чанг, выражение ее лица стало более естественным, как будто она научилась регулировать свои эмоции.

С новым пониманием она осознала и кое-что еще. Ее глаза расширились, наполнившись волнением, словно она увидела Ниу Чанга после долгой разлуки.

"Спаситель!" - воскликнула она голосом, полным восторга, выдавая свои вновь обретенные эмоции.

Она протянула руки к Ниу Чангу, пытаясь обнять его, но ей помешал барьер ци, окружающий его тело.

Мгновенно ошеломленная, она почувствовала, что любопытство одолевает ее, заставляя с удивлением исследовать барьер.

Решив опустить барьер ци, Ниу Чанг протянул руку к ней.

Инстинктивно она схватила его меньшую ладонь и крепко сжала ее. Затем она потянула руку Ниу Чанга к себе и обняла его.

Оказавшись в ее объятиях, Ниу Чанг нахмурился.

"Сколько бы я ни ждал, я не чувствую от нее ни злобы, ни негативных эмоций. Может ли быть так, что вместо Шэнь Саньхуа воскресла девушка?" - задался он вопросом.

Почувствовав тепло, исходящее от ее обнаженной груди, Ниу Чанг ощутил подлинный комфорт человеческого общения.

"За этим нет никаких скрытых мотивов. Это просто чистая привязанность", - подумал он, удовлетворенно потираясь лицом о ее грудь.

Попытавшись вдохнуть аромат ее тела, он понял, что это не так приятно, как он ожидал.

"Сначала ей следует привести себя в порядок", - заключил он.

Девушка не стала ничего предпринимать: она просто крепко прижала к себе Ниу Чанга и закрыла глаза.

Различные обрывочные воспоминания наводнили ее разум, и она изо всех сил пыталась осмыслить каждое из них. Переваривание этих воспоминаний позволило ей стать более человечной, наделив ее способностью выражать свои намерения.

Пробираясь через эти фрагменты, она столкнулась с препятствием. В ее сознании хранились два набора воспоминаний, и ей было трудно полностью их воспринять.

В одной жизни она испытала роскошь и изобилие, родившись в богатой и процветающей семье. В другой она жила в бедности и страданиях, что резко отличалось от ее предыдущего существования.

Поначалу она не воспринимала вторую жизнь как несчастную. Только когда она постигла смысл правильной жизни, ее тяготы стали очевидны. В присутствии света тьма становилась все более ощутимой.

Инстинктивно ей хотелось предаться воспоминаниям о своей привилегированной жизни, но она не могла разорвать прозрачную связь со своей второй жизнью - жизнью, связанной с жизненно важным набором воспоминаний.

В этом темном и невежественном пространстве она действовала, руководствуясь исключительно своей привязанностью.

Даже когда она сталкивалась с противником, ее одержимость позволяла ей бороться.

Когда она открыла глаза, то уже уловила важнейшие детали, связанные с ее спасителем.

Почувствовав эмоциональный подъем девушки, Ниу Чанг больше не находил утешения в ее объятиях.

Что ж, это был приятный момент, и у меня есть несколько идей, как улучшить мастерство Демонического объятия Леди в бело-красном. Этот метод работает очень хорошо. Надо будет попросить разных красавиц заключить меня в свои объятия", - размышлял он, смакуя затянувшиеся эмоции и нюансы.

Наслаждаясь этими мимолетными чувствами, Ниу Чанг легонько оттолкнул девушку и сказал: " Дай мне немного времени".

После этого он успокоился и погрузился в новые идеи, зародившиеся в нем.

Переполнявшая его тускло-белая ци превращения быстро трансформировалась в ласковый красный цвет Девы Святилища под Священным Деревом.

Преодолев первые и последние препятствия на пути к активации нового навыка, Ниу Чанг больше не нуждался в том, чтобы что-то декламировать. Ему нужно было просто найти мысленный маяк и зажечь его.

В воздухе разлилось тепло и аромат весны, вокруг него заплясали лепестки цветущей вишни.

Он снова вернулся в пустынный мир, где лишь на небольшом участке находилось священное дерево и дева-храмовница.

Вместо того чтобы подойти к ней, он остался стоять на месте, наблюдая за ней издалека.

"Не то чтобы я не хотел встретиться с тобой напрямую, но я просто не могу..." Ниу Чанг извинился перед неосведомленной служительницей святилища. У него были свои причины держать дистанцию.

Используя полученные ранее знания, он с легкостью преодолевал различные препятствия, оттачивая свое мастерство в Демонических объятиях Леди в бело-красном.

Девушка, молчавшая все это время, была очарована прекрасными образами, окружавшими фигуру Ниу Чанга.

Поскольку в тот момент Ниу Чанг не собирался в полной мере использовать Демоническое Объятие Бело-красной Дамы, ни девушка, ни демоническая змея не пострадали.

Как и просил ее спаситель, она оставалась неподвижной.

Завороженная открывшейся перед ней пленительной сценой, она почувствовала тонкую притягательность Демонического объятия бело-красной дамы - притягательность, которая затронула ее тонкий ум и сердце

Закончив обучение, Ниу Чанг открыл глаза и обнаружил, что на девушку сильно подействовала сила его "Священной девы под священным деревом". Она стояла с расфокусированным взглядом и легким румянцем на лице.

"О чем она могла мечтать?" задался вопросом Ниу Чанг, подойдя к девушке.

Он легонько потряс ее тело, чтобы разбудить, и внешняя стимуляция помогла ей выйти из транса. Моргнув несколько раз, она улыбнулась Ниу Чангу.

Ее улыбка отличалась от прежней. Раньше она улыбалась ему, как ребенок взрослому, а теперь в ее улыбке была зрелость взрослого человека.

"Наверняка ей в голову пришли какие-то неподобающие мысли", - подумал Ниу Чанг, не обращая внимания на очевидное. Он начал задавать ей разные вопросы, чтобы проверить и подтвердить то, что хотел узнать.

" Скажи свое имя" - попросил он.

Девушка мило наклонила голову и на мгновение задумалась, прежде чем ответить: "Какое?".

Ниу Чанг интуитивно понял, что она имеет в виду, и не растерялся. " Скажи мне оба".

"Хорошо", - кивнула девушка. " Первое - это Шэнь Саньхуа, а второе - Дун Цюйюэ".

"У Шэнь Саньхуа была привилегированная жизнь, она родилась в богатой и процветающей семье. А вот у Дун Цююэ была тяжелая жизнь, она родилась в бедной семье и страдала с самого рождения".

Хотя Ниу Чанг мало что знал о Шэнь Саньхуа, он догадался, что она из престижной семьи, судя по ее дорогой одежде, прежде чем убить ее.

"Зачем такой женщине, как она, идти в этот лес рядом с глухой деревней? Неужели только для разнообразия сюжета?" задался вопросом Ниу Чанг.

"К кому из них ты относишься?" - спросил он девушку.

Не задумываясь, девушка ответила: "Раз только Дун Цюйюэ имеет связь со спасителем, то, естественно, я Дун Цюйюэ".

Она с радостью отбросила приятные воспоминания о Шэнь Саньхуа и выбрала Ниу Чанга.

"Судя по ее ответу, она не так уж невинна, как новорожденный младенец. Она, как и та девушка, уже глубоко одержима мной. Даже когда ей предлагают выбор между сладким и горьким, она без колебаний выбирает горькое", - подумал Ниу Чанг.

Удовлетворенный ее ответами, Ниу Чанг продолжил задавать ей различные вопросы, чтобы проверить ее личность. Через пятнадцать минут он пришел к выводу, что девушка может быть ему полезна, хотя он и не мог ничего с ней сделать из-за ограничений, наложенных системой.

"Хорошо, Цюйюэ, я хочу, чтобы ты затаила вражду ко мне", - проинструктировал Ниу Чанг. Цюйюэ - это имя, которое он выбрал для нее, прежде всего потому, что оно имело благоприятное значение.Поскольку она теперь принадлежала ему, в фамилии не было необходимости.

Цюйюэ на мгновение почувствовала себя странно, но пятнадцатиминутный разговор заставил ее по-детски чисто подчиниться приказу Ниу Чэна, даже если это шло вразрез с ее сердцем.

[Дзинь!]

[Карма установлена с Цююэ].

В системе появилось уведомление, и Автоматический Ответчик Системы отобразил свою функцию.

"Хорошо", - улыбнулся Ниу Чанг и хотел погладить Цюйюэ по голове, но ему было не до этого. Он сделал мысленную заметку найти безопасное место и создать технику, чтобы изменить свой внешний вид.

Теперь, когда у Ниу Чанга появился новый спутник, он больше не нуждался в демонической змее. Он подумывал убить змею, используя навыки Девы святилища под священным деревом, но решил не делать этого.

"Вечный обет направлен на душу и дух. Если я убью ее этим заклинанием, тело останется живым, но пустым. Как же я тогда его воскрешу?" размышлял Ниу Чанг.

Подойдя к большой черной лапше, демоническая змея почувствовала опасность, исходящую от Ниу Чанга. Она попыталась свернуться калачиком и защититься, но повреждения позвоночника не позволили ей этого сделать.

"Хороший инстинкт", - подумал Ниу Чанг. "Нет необходимости иметь последователя с хорошими инстинктами или хорошей головой".

Подойдя к демонической змее, он положил ладонь на ее чешую, ощутив холод и каменную твердость. Ци, окружавшая Ниу Чанга, изменила направление, следуя его приказу, и ворвалась в тело змеи.

Поскольку его умение управлять ци было еще базовым, он не мог напрямую разрезать внутренности змеи. Трансформационная ци, приняв форму острого меча и распалась на тонкие нити, которые пронзили ее тело.

Извиваясь и корчась от боли, демоническая змея изо всех сил пыталась стряхнуть с себя Ниу Чанга, но не могла. Наконец он добрался до сердца и, не раздумывая, раздавил его. Вместо того чтобы уничтожить все внутренности, он отрезал сердце от окружающих кровеносных сосудов, сделав выбор в пользу эффективности.

Пользуясь случаем, Ниу Чанг просканировал тело демонической змеи, собрав множество данных. Если со сканированием человеческих тел в будущем все было просто, то с демоническими зверями дело обстояло сложнее.

Ци бунтует из-за инстинкта выживания, - заметил Ниу Чанг.

Мышцы пытаются остановить внутреннее кровотечение, но это неуклюже. Демоническая змея не может правильно управлять гладкими и сердечными мышцами. Эта жизненная сила... она даже более выражена, чем у людей, но я не чувствую, чтобы ее дух или душа становились слабее".

Он частично активировал свой Вечный обет, чтобы почувствовать присутствие души и духа змеи. Хотя он не мог воспринимать их напрямую, но мог уловить намек на их существование.

Чтобы проникнуть глубже, Ниу Чанг активировал Демоническое Объятие Леди в бело-красном, используя связь с фантомом святой девы для усиления восприятия.

Ниу Чанг был нацелен на эффективность, понимая, что поражение души и духа более эффективно для убийства врагов, чем физическое нападение на них. Фантом святой девы материализовался вокруг головы змеи, и через его связь он активировал Вечный обет.

На какое-то мгновение он что-то почувствовал. Он не мог подобрать слов, чтобы описать это, но оно было. Поскольку умирающая змея была уязвима к ментальным атакам, прошло совсем немного времени, прежде чем она скончалась.

[Получено очков кармы: 3012]

Получив уведомление от системы, Ниу Чанг деактивировал свои навыки. Однако он был недоволен небольшим количеством полученных очков кармы.

"Всего три тысячи? Так мало? Шэнь Саньхуа также дал мне около трех тысяч очков кармы, а старик - около семи тысяч. У них у всех были одинаковые уровни культивации, так что же это значит?" размышлял Ниу Чанг.

Он пришел к неутешительному выводу: "Это означает только одно: более сильный враг не обязательно дает больше очков кармы. Сила - не главный фактор, влияющий на количество очков ... Или, может быть, это способ подавить мою скорость культивации?

'Вместо того чтобы основывать количество очков кармы на врагах, система манипулирует ими в соответствии с моими условиями. Неужели это произвольное подавление и улучшение силы ради удобства сюжета? Нелепости! Я не верю в такую чушь", - подумал Ниу Чанг и криво улыбнулся. Он посмотрел на небо и беззвучно помолился, надеясь, что его предположение ошибочно.

Отбросив отвлекающие мысли, Ниу Чанг принялся исцелять труп демонической змеи. Это стало для него хорошим упражнением. Вместо того чтобы накапливать песчинки для строительства горы, лучше собрать валуны для этой задачи.

Воскрешая различные трупы, он, естественно, значительно повысит свой уровень владения Зеленой Волей, а не просто будет исцелять мелкие травмы.

Зеленая ци вошла в труп демонической змеи, исцеляя ее внутренности.

Ниу Чанг уже определил место, где он нанес повреждения, поэтому он сосредоточился на том, чтобы вернуть демоническую змею в живое состояние, а не поддерживать ее в пиковом состоянии. Вступая с ней в схватку, он только зря потратит время.

Вскоре разорванные кровеносные сосуды вновь соединились с сердцем, начав перекачку новой крови по телу.

Одновременно с этим свежий труп вновь обрел жизненную силу.

Благодаря обострившейся интуиции Ниу Чанг точно почувствовал момент, когда граница между смертью и жизнью была нарушена.

Демоническая змея быстро закрыла и снова открыла веки, и ее первоначальный инстинкт заключался в том, чтобы стряхнуть Ниу Чанга со своего тела.

Однако затем она резко остановила движение, словно задавая себе вопрос: "Неужели я уже мертва?"

Чувство нереальности охватило демоническую змею, заставив ее усомниться в собственном разуме.

Заметив, что демоническая змея выглядит так же, как и раньше, Ниу Чанг подтвердил важную информацию, которую он искал.

"Небесное дао не существует в этом мире!"

Небесное Дао, самое загадочное и всемогущее понятие, - это самое священное, что многие культиваторы почитают на своем пути.

Но почему так?

Вы родились в бедной семье? Вините Небесное Дао.

Вы не способны к культивированию? Виноват Небесный Дао.

В любом случае, Небесное Дао - это источник и причина всего плохого, что с вами случилось.

Ведь хорошее легко забывается, подобно тому, как люди игнорируют важность богатого кислородом воздуха.

Но это еще не все. Причина, по которой Небесное Дао стоит выше всего остального, заключается в том, что оно является кульминацией всего, что регулирует этот мир. Это сродни физике в современном мире; без физики все было бы невозможно.

В мире культивации, где существует практически полубеспомощная ци, сила Небесного Дао поистине огромна.

Оно не позволяет любому культиватору продвигаться вперед с помощью одного лишь дыхания.

Естественно, оно также управляет самой священной властью, которую должны уважать смертные и культиваторы.

Власть над жизнью и смертью.

Как смертные определяют богов, так и все, что может контролировать такую власть, заслуживает уважения и страха.

Вот почему Небесное Дао вызывает такую похвалу и глубочайшее уважение даже у высокомерных культиваторов.

Но что, если какой-нибудь случайный реинкарнатор сможет создать технику исцеления, которая позволит ему полностью исцелить тело?

Что, если бы он смог вернуть все в прежнее состояние, которое было до смерти?

Не какой-то нелепый эликсир из легенды или техника, требующая большой цены, а простая техника исцеления.

Он мог бы просто воскрешать мертвых. А что же в этой ситуации делает Небесный Дао?

Сущность, которая всегда была мишенью для всего необъяснимого, теперь легко посягает на авторитет человека, находящегося на третьей ступени культивации.

Именно в таком состоянии находился сейчас Ниу Чанг. Для него не было ничего выше него, пока он не обладал полным всемогуществом и всеведением. В отсутствие короля даже собака и свинья провозглашают себя королем.

Тот факт, что демонический змей помнит и остается прежним, означает, что на самом деле ничто не управляет душой умершего. По сути, душа сродни шуту: она существует в том или ином виде, но не является доминирующей. Для ее существования необходимо здоровое тело. Например...

Ниу Чанг контролировал свою переполняющую ци, делая ее более грозной, чем обычно. Он редко демонстрировал подобное высокомерие, но хотел испытать его хотя бы раз в жизни.

После того как он прочитал множество историй, в которых главные герои били всех по лицу, ему, как читателю, тоже захотелось попробовать, если ему выпадет шанс на реинкарнацию.

Издевательства над слабыми всегда были природой этого мира, как вода течет вниз.

Демоническая змея, отбросив сомнения в том, что произошло раньше, встретилась взглядом с приближающимся Ниу Чангом.

Ниу Чанг мог убить ее еще раз, прикоснувшись к телу, но он хотел провести следующий эксперимент.

Удовольствие от запугивания демонической змеи, которую многие боялись, заставляло его сердце биться от возбуждения и экстаза.

Бойтесь меня, уважайте меня... - Ниу Чанг не мог удержаться от самолюбования.

"В конце концов, сила - это всегда метод, который помогает решить любую проблему. Если ты не можешь решить ее с помощью силы, значит, ее недостаточно".

Для него это была всего лишь игра, но такое властное и доминирующее положение заставляло его сердце биться, а в голове расцветали различные идеи.

В конце концов, его путь культивирования заключался в манипулировании энергией. Разум управляет телом, и ци тоже. Пока разум достаточен, заставить ци вести себя так, чтобы это не соответствовало реальности, можно просто щелчком пальца.

Естественно, при таком мышлении возникало множество проблем, но это проблема всех.

Разум - это король. Если король считает, что не может этого сделать, то, естественно, подданный не последует его примеру.

В этом мире воля, эмоции и мысли сильнее любых мечей и копий.

Но сейчас проблема заключалась в том, какого короля, императора или правителя Ниу Чанг хотел взять за основу.

Хладнокровного тирана, который контролирует все железным кулаком?

Мудрый император, который все контролирует с помощью своего интеллекта?

Или, может быть, фигура, у которой нет власти, но все склоняется перед ней?

Не очень. В конце концов, такие фигуры в определенный момент получат свой приговор. Тиран будет страдать от восстания, мудрый император столкнется с предательством, а могущественного волка-одиночку будут ненавидеть все. Мне же ничего не нужно, ведь я - единственное существо, ради которого появилось слово "власть"!

Послушав внутренний монолог, Ниу Чанг принял решение.

Хаотичные и беспорядочные эмоции в его сердце тут же нашли свою цель и сошлись в ней.

Ему не нужно было ничего представлять в своем сознании, потому что он сам так думал; он сам был властью.

Все в этом мире следовало за ним и беспрекословно ему подчинялось.

Тускло-белая трансформационная ци вокруг тела Ниу Чанга внезапно остановила свое движение, как будто повелитель всех ци прошел мимо.

Затем по одной его команде его ци внезапно прекратила свой беспорядочный поток и стала беспрекословно следовать его приказу.

Со стороны они ощущали лишь подавляющую атмосферу, исходящую от Ниу Чанга, но затем это ощущение внезапно исчезло, и ци стала неподвижной. Аура вокруг тела его изменилась, хотя это было трудно описать.

Чтобы перестраховаться, он открыл систему, чтобы посмотреть, как система назовет этот навык.

[Власть].

Глядя на это слово, Ниу Чанг непринужденно улыбнулся. 'Это всего лишь одно слово, но его веса достаточно, чтобы заставить все слова в этом мире склониться'.

Переведя взгляд с системы на демоническую змею, он обнаружил, что ее эффективность не так уж и велика.

Будучи эволюционировавшей из животного, демоническая змея могла почувствовать мощный удар, просто взглянув на Ниу Чанга. Но ее низкий интеллект заставлял ее впадать в ярость, чтобы сохранить свою жизнь.

Для любого живого существа желание выжить, естественно, было самым сильным ментальным барьером при столкновении с сильным врагом.

Поскольку навык уже был создан, Ниу Чанг мог проверить его действие.

Он не произнес ни слова, а просто задумался. Ци вокруг его тела циркулировала без его контроля и истощалась с огромной скоростью.

Из тела Ниу Чанга вырвалась мощная аура, и ци вокруг него начала стремительно уменьшаться по мере ее расходования.

В то же время он почувствовал изменения в своем теле и сознании. "Тело стало легким, как будто физическое напряжение стало избегать меня, а разум стал более тонким и обширным".

Поскольку он все еще не достиг своего предела, расход ци все еще не соответствовал уровню регенерации ци. Естественно, Ниу Чанг, любивший выкладываться на полную, решил сделать их равными.

Лучший способ выучить навык естественным путем - это каждый раз выкладываться на полную, видеть и чувствовать все. Только поняв границы, его будет легче контролировать".

Ци двух недавно продвинутых мастеров Золотого Ядра и демонического змея стадии Мастера. Резерв ци Ниу Чанга был больше, чем у всех троих вместе взятых, благодаря преимуществу, которое давало увеличение на один уровень за счет заложенной в систему природы.

Когда Ниу Чанг достиг равновесия между регенерацией и расходованием ци, он почувствовал, что в мире воцарилась тишина.

Он перевел взгляд на демонического змея, и его мысли тут же материализовались в бесплотную форму.

Демоническая змея достигла предела рассудка и начала терять контроль. Даже полученные травмы позвоночника не смогли остановить ее буйство.

"Действительно, чудовище. Если бы это был человек, она бы не стала буйствовать, а рухнула. Но что с того", - фыркнул Ниу Чанг и продолжил свои размышления.

Демоническая змея издала звериный вой, потрясший души всех живых существ. Свет мудрости в его глазах давно погас, сменившись неконтролируемой дикостью.

Она пошевелила израненным телом и задрала голову в сторону Ниу Чанга.

Возможно, оно потеряло рассудок, а возможно, хотело прекратить страдания от безумия, убив причину или покончив с собой.

Ниу Чанг не двинулся с места, а пошел вперед и столкнулся с демонической змеей лоб в лоб.

"Остановись, - приказал Ниу Чанг низким голосом.

Демоническая змея, которая в своем нынешнем состоянии не должна была воспринимать мир, на мгновение остановилась и продолжила наносить удары головой.

Но, в отличие от прежнего, безумие в ее глазах уже сменилось более здравым рассудком. Вместо этого она решила атаковать Ниу Чанга, потому что это было единственно правильным решением.

Ниу Чанг улыбнулся такому развитию событий и поднял правую руку, сформировав кулак и усилив его с помощью своей Власти.

Если он хотел стать сильнее, ему больше ничего не нужно было делать: ци сама следовала его приказу и делала то, что он говорил.

Кулак не имел никакого угрожающего визуального эффекта, просто обычный кулак. Но Ниу Чанг чувствовал в нем силу, превосходящую все, что он ощущал раньше.

"Интересно, смогу ли я использовать Власть для усиления других навыков", - подумал он.

Демоническая змея приближалась с молниеносной скоростью и уже достигла его лица. Ниу Чанг обрушил свой удар на голову демонической змеи.

Он не забыл использовать и Удар, чтобы довести дело до конца.

Бум.

От жестокого обмена ударами головы и кулака раздался громкий взрыв. Тело Ниу Чанга сильно задрожало, но его не отбросило назад.

Тем временем демоническая змея добилась нового достижения: "Умереть дважды".

Его голова была похожа на разбитый арбуз, и ее трудно было разглядеть. Различные ткани, кровь и мозги были разбросаны вокруг, окрашивая засохший лес в новые цвета.

Безголовое тело упало на землю.

Но Ниу Чанг не чувствовал себя так уж хорошо. В обмен на то, что он добился таких грозных результатов и не был отброшен назад, он уничтожил половину своей правой руки.

'Власть. Это действительно хороший навык, чтобы стать крутым персонажем".

Система отправила уведомление о выполнении задания. Увидев уведомление, Ниу Чанг сразу же потерял к нему интерес: в нем было всего две цифры. Уже по одному этому признаку он сделал вывод.

"Задание выполнено", - подумал Ниу Чанг. Он выполнил задуманное - уничтожил мозг демонической змеи для следующего эксперимента.

Он приказал своей частично разрушенной правой руке исцелить себя с помощью Власти.

Тускло-белая трансформационная ци послушно последовала его приказу, вливаясь в повреждения и запуская процесс заживления.

Ниу Чанг заметил, что процесс заживления шел гораздо медленнее, чем у Зеленой Воли.

"Этого и следовало ожидать: в конце концов, здесь нет сильнейших навыков. В царстве фэнтезийных сил у всего есть свои преимущества и недостатки. Если вы заявляете, что обладаете силой смерти и способностью убивать все, что угодно, кто-то может придумать силу антисмерти или бессмертия, чтобы противостоять вам".

Подумав об этом, он слегка подкорректировал баланс потребления, чтобы оставить место для использования Зеленой Воли.

Активировав Зеленую Волю, Ниу Чанг использовал Власть, чтобы усилить ее эффект, и она сработала безотказно.

Зеленая ци окружила полуразрушенную руку и начала восстанавливать ее с заметной скоростью. Кровеносные сосуды извивались, как черви, плоть разрасталась до неприличия, а кости расширялись в местах повреждений.

Вскоре его правая рука была полностью исцелена.

Он подошел к безголовой демонической змее и начал восстанавливать ее труп.

"Если восстановление трупа до здорового состояния позволяет возродиться, то разрушение мозга должно негативно сказаться на воскрешении. Это может привести к настоящей смерти, когда вновь воскрешенный уже не помнит о своем предыдущем существовании".

Власть снова усилила целительный эффект Зеленой Воли и сократила время, необходимое для исцеления разбитой головы, вдвое.

Всего через несколько минут голова вновь обрела свою форму.

Вскоре Ниу Чанг почувствовал, как из вновь исцеленного тела демонической змеи вновь поднимается дыхание жизни.

Змея пошевелила глазными яблоками и вновь сфокусировала взгляд на Ниу Чанге, стоявшем перед ее головой.

Наблюдая за глазами змеи, Ниу Чанг не обнаружил никакой напряженной реакции или чего-то подобного. Вместо этого, движимая инстинктом, змея попыталась напасть на него.

Она стряхнула руку, коснувшуюся ее лица, и раскрыла пасть, пытаясь сожрать Ниу Чанга целиком.

Ниу Чанг подтвердил свои подозрения и небрежно ударил глупую демоническую змею рукой.

От переизбытка силы голова змеи перевернулась набок. В ее рептилоидных глазах отразилось явное замешательство. "Что случилось? Почему моя еда ударила меня по лицу? И почему она такая мощная и болючая?"

Однако, обладая ограниченным интеллектом, демоническая змея не обратила внимания на эти отвлекающие мысли и снова бросилась в атаку.

Ниу Чанг уже покончил с демонической змеей и больше не использовал ее. Он активировал Демоническое Объятие Леди в бело-красном, в результате чего уменьшившаяся ци вокруг его тела слегка проявилась, демонстрируя свои образы.

Горсть красной ци превратилась в сущность весны, и тени цветков вишни заплясали в мерцании.

Инфантильный интеллект демонической змеи был легко ошеломлен ограничивающим эффектом Демонического объятия Бело-красной дамы. Призрачная дева-храмовница появилась возле её головы и обняла её сзади.

Благодаря незаживающим повреждениям позвоночника и вновь улучшенным Демоническим объятиям Бело-красной Леди, демоническая змея замерла на месте.

Ниу Чанг на мгновение оцепенел, когда использовал улучшенное Демоническое Объятие Леди в бело-красном. Слабая тень окутала его разум, на мгновение обездвижив, прежде чем он вновь обрел самообладание.

"Усовершенствование прошло успешно, но сила заклинания возросла до такой степени, что я тоже попал под его действие".

Не торопясь, он углубился в свои мысли, чтобы устранить все оставшиеся скрытые опасности. Затем он внимательно осмотрел свое окружение, чтобы увидеть различия, вызванные улучшением.

Он и раньше использовал этот навык, но только в полуактивированном состоянии. Теперь же, когда он активировал его в полную силу, улучшения стали очевидны.

Первое заметное изменение произошло с фантомом святой девы, который теперь был пронизан критически важными следами белого цвета.

Как следовало из названия, святая дева должна носить красно-белое кимоно, а теперь среди красных одеяний у нее появился оттенок белого.

Образы вокруг Ниу Чанг также немного изменились. Лепестки цветущей сакуры стали более причудливыми, не подчиняющимися законам физики. Они парили в воздухе, не желая падать.

Словно пытаясь заключить его в объятия... "Нет, это неправильно! Я не хочу, чтобы меня обнимала дева из святилища. Я должен пересмотреть это новое обновление, когда у меня будет время".

Затем он обнаружил еще два отличия: преобразование красной ци и природу самой красной ци. Она стала более тонкой и мощной.

Демоническая змея первой испытала на себе улучшенную версию Демонического объятия Леди в бело-красном. Теперь она была на девятом облаке и потеряла свою волю.

"Что ж, похоже, основная идея, по крайней мере, работает. Когда ты оказываешься в ее объятиях, все остальное не имеет значения".

Побыв в объятиях Цюйюэ лишь на мгновение, Ниу Чанг понял, что его Демоническому объятию Леди в бело-красном не хватает сути истинных эмоций.

Теперь безжизненный фантом святой девы проявлял сострадание и любовь, обнимая голову демонической змеи.

Вечный обет.

При выполнении убийственного движения красная ци на мгновение всколыхнулась, а фантом святой девы издал бесплотное хихиканье, которое тут же угасло.

По мере того как душа демонической змеи уносилась в небытие, фантом святой девы становился все более четким и реалистичным, как будто поглощая душу демонической змеи, чтобы укрепить себя.

'Действительно, демоническая техника: забирать у других, чтобы укрепить себя... но мне это нравится'.

Поскольку это заняло слишком много времени, Ниу Чанг снова активировал Вечный обет. Вечный обет можно было активировать в любой момент, если на противника уже подействовали первые три умения Девы Святилища под Священным деревом.

Если активировать его во второй или более раз, это приведет к более мощной атаке на душу и дух врага.

Накладывая Вечный обет, как скучающий геймер, Ниу Чанг наконец убил демоническую змею, оставив после себя пустую оболочку.

Фантом святой девы теперь выглядел полупризраком, полуреальным существом, но многие детали оставались размытыми из-за ограниченного владения Ниу Чангом Демоническими объятиями Леди в бело-красном.

Посредством этой связи он мог контролировать фантом святой девы, но сейчас это было бесполезно, так как вокруг не было врагов.

Он снова призвал фантом святой девы и сжал его сущность, чтобы сохранить ее на потом.

На ладони Ниу Чанга появился комок красной ци, наполненный духовностью демонической змеи.

"Если моя догадка верна, то, собрав достаточно эссенции, я смогу превратить святую деву в своем разуме в живое существо".

Закрыв ладонь, он сохранил красную ци глубоко в своем теле.

"Теперь последняя задача", - Ниу Чанг повернулся и увидел, что Цюйюэ смотрит на него с безумным и безудержным обожанием.

Ее лицо раскраснелось, дыхание участилось, а взгляд стал слишком острым, отчего сердце Ниу Чанга заколотилось.

"Я знаю, что не совсем в своем уме, но что это за взгляд? Ее уровень безумия превосходит мой. Мне нужно настроить некоторые шестеренки в ее голове по своему вкусу".

Заметив идущего к ней Ниу Чанга, Цюйюэ постепенно вернулась к своему обычному невинному и чистому облику.

"Ты переварила больше воспоминаний?" небрежно спросил ее Ниу Чанг.

Цюйюэ покорно кивнула, как послушный ребенок.

"Кажется, я уже говорил, что не все в этих воспоминаниях предназначено для того, чтобы ты следовала им", - начал объяснять Ниу Чанг, как стать идеальной последовательницей, соответствующей его вкусам.

Во время разговора Цюйюэ кивала, соглашаясь со всем, что говорил Ниу Чанг.

"Ты помнишь, что я сказал?" спросил Ниу Чанг, чтобы убедиться, что его длинная речь и требования к идеальному последователю были полностью поняты.

"Да, спаситель. Я буду выполнять все твои приказы!" Цюйюэ с серьезным видом подтвердила свою готовность.

"Хорошо", - приняв ее слова за чистую монету, Ниу Чанг велел ей съесть демоническую змею.

Цюйюэ, в которую вселился зомби Шэнь Саньхуа, унаследовала уникальное телосложение. Естественно, Ниу Чанг хотел иметь сильного последователя, который мог бы выполнять различные задания от его имени, так как сам он не мог заниматься культивированием, как обычный человек.

Вместо того чтобы тратить здоровую змею на стадии мастера, лучше было скормить ее Цюйюэ.

Ниу Чанг залечил повреждения позвоночника змеи, чтобы повысить ее жизненную силу, и Цюйюэ смогла поглотить больше энергии.

Он наблюдал, как Цюйюэ поглощает жизненную силу демонической змеи вместе с ее базой культивирования. Несмотря на это, Ниу Чанг не позволил ей остановиться и продолжил исцелять змею, в то время как Цюйюэ продолжала поглощать ее жизненную силу.

На это было две причины. Во-первых, Цюйюэ решительно отказалась от идеи поглощать жизненную силу Ниу Чанга, а во-вторых, Ниу Чангу было любопытно посмотреть, изменится ли призрачная ци Цюйюэ после поглощения мощной жизненной силы демонического зверя.

Естественно, Зеленая Воля не могла восстановить уровень культивации демонического змея, но качество его жизненной силы от этого не уменьшилось.

"Ха... ха..." Цюйюэ задыхалась, ее голос дрожал. "Спаситель... Я не могу продолжать. Пожалуйста, позволь мне немного отдохнуть".

В ее голосе отчетливо слышались усталость и нехватка сил.

Усмехнувшись, Ниу Чанг поддразнил ее своей, казалось бы, безграничной выносливостью. "О чем ты говоришь? У меня еще много энергии. Как ты можешь просить перерыв, когда я еще не устал?"

Ниу Чан безжалостно довел Цюйюэ до предела, заставляя ее терпеть и дальше. Цюйюэ не смогла сдержать страдальческого крика.

В засохшем лесу виднелись мальчик, девочка и полая оболочка демонической змеи.

Вопреки ожиданиям, Цюйюэ положила руку на тело змеи, высасывая из нее жизненную силу. С другой стороны от змеи находился Ниу Чанг, который вливал в нее жизненную силу.

Ниу Чанг находил игривые намеки Цюйюэ забавными и подыгрывал ей, наслаждаясь шуткой. Однако вскоре он понял, что та дошла до предела.

После воскрешения уровень культивирования Цюйюэ упал до пиковой стадии. Чтобы продвинуться дальше и достичь мастерства, ей нужно было пройти подготовительный этап качественного прорыва, а не просто количественного увеличения.

Поскольку Ниу Чанг запретил Цюйюэ отдыхать, она не смела прекращать потреблять жизненную силу демонической змеи.

"Можешь остановиться", - наконец сказал Ниу Чанг, прекратив лечить змею.

Он немного улучшил свое мастерство в Зеленой Воле.

Несмотря на то что Цюйюэ была полна жизненной силы, она больше не могла стоять и рухнула на землю. Ее тело было переполнено энергией, поэтому ей было трудно дышать.

Лежа, она контролировала дыхание, чтобы не допустить дискомфорта в желудке.

Ниу Чанг с улыбкой подошел к ней, заинтригованный этим зрелищем. "Может ли человек умереть от переполнения жизненной силы?" - задался он вопросом.

Покачав головой, он присел на корточки, чтобы осмотреть состояние Цюйюэ.

"Спаситель..." Цюйюэ слабо приоткрыла глаза, но не смогла их долго держать открытыми и снова закрыла.

Почувствовав, как ци трансформации Ниу Чанга входит в ее тело, она затаила дыхание.

Поскольку ее тело и так было переполнено энергией, ци Ниу Чанга создавала дополнительную нагрузку на ее смертное тело. Избыток жизненной силы внутри Цюйюэ быстро трансформировалось в призрачную ци, но из-за высокого качества жизненной силы этот процесс занял много времени. Кроме того, ее тело не могло одновременно удерживать такое огромное количество жизненной силы и призрачной ци.

Учитывая, что это был дар ее спасителя, она отказалась изгонять излишнюю ци.

Пользуясь своей властью, Ниу Чанг приказал призрачной ци и жизненной силе в теле Цюйюэ успокоиться.

Поскольку его тело обычно было переполнено ци, он решил скрыть свои особые способности, переключив Власть.

На стадиях культивации высшего и низшего уровней ци свободно циркулировала в теле. В обычных условиях она не нагружала физическое тело, но чрезмерное ее количество могло нанести вред.

Благодаря авторитету Ниу Чанга ци и жизненная сила в теле Цюйюэ начали успокаиваться.

Цюйюэ перестала сопротивляться, так как власть Ниу Чанг без труда взяла под контроль ее ци и жизненную силу.

"Преобразовать", - снова скомандовал Ниу Чанг.

На сканирование тела Цюйюэ ушло всего несколько секунд, и Ниу Чанг отметил все различия. Он помогал Цюйюэ переваривать жизненную силу, размышляя над ее уникальной конституцией.

"Ее особая конституция - это как врожденный метод культивирования, впечатанный в ее тело. Она не требует осмысления, это так же естественно, как дыхание и еда для человека. Однако одно лишь потребление жизненной силы не позволяет преодолеть барьеры крупных царств. Она должна преодолеть эти барьеры собственными силами".

Культивирование было сродни строительству дома. Мастера боевых искусств начинали с расчистки почвы, очищения ци, создания фундамента и, в конечном счете, формирования золотого ядра. Для создания фундамента требовалось некоторое понимание строительства, которое мастера могли накопить на этапе совершенствования ци или получить от старших, учителей или книг по культивации.

К сожалению, ни один из этих ресурсов не был доступен Цюйюэ в данный момент. Сам Ниу Чанг тоже не владел методом культивирования ци на стадии мастера. Он имел представление о стадии создания фундамента, но она могла отличаться от стадии мастера в этом мире.

Когда жизненная сила полностью превратилась в призрачную ци, напряжение в теле Цюйюэ ослабло, но не исчезло совсем.

Ниу Чанг убрал руку и наблюдал за бледной, зловещей призрачной ци, клубящейся на его ладони. От ее присутствия тепло быстро исчезало.

"Какая необычная ци. Она отталкивает все живые существа, но при этом притягивает их жизненную силу. Это как паразит, который не может сосуществовать ни с одним живым существом. Как живое существо может содержать такую ци?"

Глядя на здравствующую Цюйюэ, которая не проявляла никаких признаков ухудшения состояния, Ниу Чанг размышлял о возможных вариантах. Может, это особая конституция? Возможно, уникальная техника, передающаяся по родословной Шэнь Саньхуа? Или ритуал, наделяющий этой конституцией исключительно основных членов ее семьи?

Многочисленные вопросы заполняли разум Ниу Чанга, но ответов на них он не находил из-за безграничных возможностей этого мира.

"Одно можно сказать с уверенностью: эта женщина, Шэнь Саньхуа, станет поворотной точкой в моем путешествии. Если следовать типичному развитию сюжета, ее существование повлечет за собой целый каскад проблем для главного героя. Если бы я поступил как обычный главный герой, семья Шэнь разыскала бы меня за похищение их одаренной дочери, и предок семьи Шэнь, скорее всего, вмешался бы..."

Ниу Чанг помассировал лоб. "Короче говоря, любая первая судьбоносная встреча предвещает будущие сюжетные линии".

Поразмыслив некоторое время, Ниу Чанг принял решение. Положив руку на живот Цюйюэ, он разогнал избыток призрачной ци.

Цюйюэ вдруг открыла глаза и вопросительно посмотрела на Ниу Чанга.

"Я... я совершила ошибку, спаситель?" горестно спросила Цюйюэ, на глаза навернулись слезы, она не могла сдержать свои хрупкие эмоции.

"Нет", - покачал головой Ниу Чанг. "Вставай, я закончил испытания. Нам пора уходить".

Добрый тон Ниу Чанга мгновенно успокоил волнения в сердце Цюйюэ. Она поднялась с земли и последовала за ним.

Внезапно Ниу Чанг остановился и стремительно бросился обратно к полой оболочке демонической змеи.

Совершив несколько необычных действий, он извлек глаза змеи, а затем испепелил весь труп, не оставив после себя ничего.

Ниу Чанг удовлетворенно хмыкнул и радостно вернулся к Цюйюэ.

"Вот, держи", - сказал он, бросая Цююэ пару глаз.

Поймав их в воздухе, Цюйюэ почувствовала жуткую ауру, исходящую от них, как будто они были живыми и наблюдали за окружающей обстановкой. Любопытство взяло верх, но она воздержалась от расспросов и продолжила следовать за Ниу Чангом.

Ниу Чанг направлялся в деревню Желтой Почвы. Поскольку они оба были без одежды, им требовалась новая одежда, чтобы не привлекать лишнего внимания.

Когда они покинули засохший лес и вошли в деревню, Ниу Чанг застыл на месте, пораженный представшим перед ним тревожным зрелищем.

На земле валялись пустые человеческие шелухи, опутанные желтыми корнями. Когда он направился к дому Цинь Цин, его сердце было глубоко поражено.

Не нужно было слов, чтобы понять ужасающую истину, открывшуюся перед ним в жутком пейзаже.

Цюйюэ, еще не до конца осознавая, была заинтригована безжизненной шелухой. Время от времени она внимательно наблюдала за ними, движимая невинным любопытством.

"Они похожи на людей, но почему они так выглядят? Неужели они мертвы? И если да, то почему?" Она бросила взгляд на спину Ниу Чанга, почувствовав его озабоченность, и решила расспросить его позже.

Наконец Ниу Чанг добрался до места назначения. Перед ним стоял ветхий и бедный дом, а открытую входную дверь украшал труп другого типа.

Труп девочки-подростка выдавал ее невысокий рост. Обугленная черная кожа и впалые глазницы, по щекам которых бежали красные линии, выражали скорбное и болезненное выражение лица.

У Ниу Чанга перехватило дыхание. В голове пронеслись различные варианты развития событий, представляя себе, по какому пути может пойти эта история. Он видел, как спасает всю деревню, побеждает демонического змея и Хуан Чжи, дружит со стариком и спасает Шэнь Саньхуа вместе с Дун Цюйюэ.

Кроме того, он видел возможность спасти свою сестру.

Когда он снова увидел знакомый дом через призму альтернативного будущего, то увидел, как Цинь Цин ругает его, а сестра защищает. В доме присутствовали и другие люди.

В этом видении Ниу Чанг что-то понял и повернулся к нему, на мгновение ошарашено уставившись на него, а затем поднял указательный палец и рассмеялся.

"Ну и дела!" - небрежно заметил он.

"А... Теперь я понимаю. Эта история, в конце концов, не обо мне". Ниу Чанг глубоко вздохнул, подавляя бушующее внутри волнение. "Сколько бы я ни пытался отрицать это, правда остается, ожидая, когда я ее приму".

"Этот мир вращается вокруг Ниу Чанга как главного героя. Независимо от опасностей, которые подстерегают его, всегда найдется героический выход из любой ситуации. Такова природа этой истории и этого мира".

"Ни один из побочных персонажей не должен страдать, и ни один из фоновых героев не должен быть принесен в жертву, так как это нарушит сюжет".

"Сейчас, оглядываясь назад, я понимаю, что мог бы легко предотвратить любые трагедии. Если бы только я взял на себя ответственность быть правильным, обычным человеческим сюжетным устройством, моя история привлекла бы гораздо больше внимания".

"Эта семья... Я могу спасти их. Эта деревня... Я могу спасти ее. Эти люди... Я могу спасти их. Этот мир... Я могу спасти его".

"Из-за моего эгоизма они страдают, хотя должны были бы обрести счастье".

Ниу Чанг покачал головой, принимая реальность.

"Но даже так... Его холодные глаза окинули окрестности. Наконец-то я убедился в этом на собственном опыте. Реалистичная развязка истории, о которой я всегда гадал - что было бы, если бы главный герой сделал другой выбор? Теперь я вижу это".

Засохший лес, разрушенная деревня, гибель бесчисленных персонажей второго плана - все это последствия неправильного выбора главного героя.

"Действительно, нежелательный исход", - пробормотал про себя Ниу Чанг.

Он предвидел будущее, если продолжит противиться своей судьбе в качестве главного героя. Куда бы он ни пошел, везде его ждала бы беда, невинные персонажи второго плана страдали бы из-за конфликтов века.

Куда бы он ни ступил, его ждало разрушение - предвестник гибели, носитель дурных вестей и, в конечном счете, приносящий несчастье.

Ниу Чанг собственными руками разорвал в клочья каждую закравшуюся в его голову мысль. "Ну и что? Какое отношение ко мне имеют их невинные жизни?"

"Каждому суждено умереть, родившись в этом мире. Это всего лишь вопрос времени. Если мой выбор отягощает мое сердце, так тому и быть! Я хочу увидеть тяжесть этого бремени на последнем этапе своего пути. Раздавит ли она меня своим весом или станет моим острейшим копьем?"

Будучи весьма изобретательным человеком, Ниу Чанг использовал смятение в своем сердце как катализатор для разработки новой техники. Эта техника должна была отличаться от других, отражая его роль избранного в глазах всего мира. Сила техники будет прямо пропорциональна количеству разрушений, которые он причинит.

Размышляя над этим, Ниу Чанг вспомнил кое-что из своей прошлой жизни. Что это было? Четыре всадника апокалипсиса?

"Да, я могу черпать в них вдохновение. Куда бы я ни пошел, за мной последует разрушение", - решил он.

В глубинах его сознания развернулся хаотичный мир, в котором отразилась копия нынешней деревни Желтой Почвы - место, пораженное нищетой и запустением жителей.

Посреди этой сцены Ниу Чанг стоял в одиночестве перед мерцающей тенью, лишенной четкой формы. Эта фигура представляла собой основную концепцию техники, которую он намеревался создать.

"На что она должна быть похожа? Всадника? Или что-то другое?" размышлял Ниу Чанг, пытаясь придать ей форму в соответствии со своими предпочтениями. Он представил себе скелет, скачущий на чистейшей белой лошади, а затем превратил его в нищего, одетого в рваную одежду. Он продолжал изменять фигуру по своему вкусу, но творческое чутье подсказывало ему, что ни одна из итераций не соответствует желаемому образу.

Поразмыслив некоторое время, он наконец пришел к самому простому решению. "Вот оно! Раз уж я не знаю, то позволю ему развиваться самостоятельно. Разве мне не нравится такой путь? Интересно, во что он выльется, когда я достигну финальной стадии своего путешествия?"

Приняв решение, Ниу Чанг взмахнул рукой, и бесформенная фигура начала блуждать сама по себе, пытаясь понять, ошиблась ли она или сделала правильный выбор.

В какой-то момент она остановилась у одного из домов и зависла там, разглядывая полые оболочки проживавшей там семьи.

"Интересно, смогут ли все техники, которые я создаю сейчас или в будущем, каким-то образом превращаться в живые существа? Пышное дерево могло бы превратиться в животное или человекоподобное существо, а дева святилища уже имеет свой собственный путь".

"Отлично, тогда у меня будет множество спутников на этом пути", - улыбнулся Ниу Чанг, представляя себе будущее, которое он себе наметил.

Когда основная концепция была разработана, настало время создать навык. Ниу Чанг обладал избытком вдохновения, которого хватало, чтобы без труда создать его. Это было сочетание легкости и сложности - нужно было лишь вдохновение, и навык проявлялся словно из ниоткуда, как и положено фантастической силе.

Все зависело от энергии. Если человек достаточно сосредоточился на желаемой форме мысли, энергия естественным образом следовала по этому пути и соответствующим образом влияла на внешний мир. Естественно, этот метод работал только в условиях низкого уровня фэнтези, где не было фиксированных правил, диктующих, как должна вести себя магия.

Судя по знаниям Ниу Чанга, этот мир относился к жанру низкоуровневой сяньши, где ограничений на использование ци не существовало. В другой истории главный герой неожиданно унаследовал силы Императора Драконов Божественного Освещения, Хаотичного Феникса, Первобытного Пустынного Короля и других божественных существ.

Атмосфера в деревне стала гнетущей, в ней ощущалась тяжесть судьбы, которой не должно было случиться. "Этому будущему не суждено сбыться, как не суждено сбыться и будущему", - прошептал про себя Ниу Чанг, не понимая, касается ли это только его или и других тоже.

"А? Это хорошая идея!" Ниу Чанга внезапно осенило. Он манипулировал воздухом в окрестностях, заставляя его перемешиваться по его воле. Он начал проникать в глубинные слои реальности, где существовали только различные точки и линии - ткань судьбы.

Каждая точка представляла собой переменную, а каждая линия - их связи. По мере того как мерзкий и отталкивающий воздух проникал в ткань судьбы, линии и точки пытались защититься от внешнего вмешательства. Однако их усилия оказались тщетными в ментальной области Ниу Чанга, где он обладал силой бога.

Беспомощная ткань судьбы поддалась дурманящему воздуху, изменив ход событий. Будущее изменилось, как и настоящее, но прошлое осталось незатронутым. Однако для Ниу Чанга этого было достаточно.

"Я назову этот навык "Сужденная неудача"... - он заколебался, но потом слегка изменил название. "Нет, давайте назовем его "Сулящий несчастье"".

Ниу Чанг сосредоточил свой разум и вышел из ментального пространства. Когда он открыл глаза, мир казался другим. Цюйюэ стояла за его спиной и не решалась подойти.

Ниу Чанг повернулся и посмотрел на растерянную ее , собираясь что-то сказать, как вдруг услышал восхитительный крик маленького зверька.

"Кья!"

Не в силах больше сдерживаться, Цюйюэ рухнула под тяжестью странного и загадочного давления, исходившего от Ниу Чанга. Как обычно, когда он впервые активировал какой-либо навык, тот срабатывал с перебоями, оказываясь слишком мощным для обычного использования.

В этот раз все было иначе: Цюйюэ невинно наблюдала за окружающей обстановкой, когда ее охватило чувство надвигающейся опасности. Осознав, что угроза исходит от ее спасителя, она оказалась в затруднительном положении.

Не желая отступать, она могла лишь страдать под тяжестью ауры Ниу Чанга.

Поняв причину, Ниу Чанг использовал свою силу, чтобы подавить ауру, окружающую его тело. Затем он подошел к Цюйюэ и помог ей подняться.

"Ты в порядке?" - ласково спросил он.

Цюйюэ послушно кивнула, хотя слезы на ее глазах выдавали ее истинные чувства. Ниу Чанг счел это весьма забавным и решил поддразнить ее, но не стал этого делать. Цюйюэ находилась в раннем возрасте, и любые негативные воспоминания могли наложить отпечаток на ее будущую личность.

Подняв Цюйюэ на ноги, Ниу Чанг отправился в дом за своим мешком. Вскоре он вышел из дома и собрался уходить. Однако он остановился, еще раз взглянув на обугленный труп у порога.

"Это действительно была она", - подумал он. Будучи начитанным человеком, Ниу Чанг догадался, что своеобразное состояние Цинь Цин - это заметный побочный персонаж.

Поразмыслив немного, он решил взять ее на борт своего корабля. Ниу Чанг питал слабость к необычным и уникальным вещам, и намеки Цинь Цин на то, что она обладает уникальным телосложением, побудили его оживить ее.

Однако его намерения не были чисто благотворительными. Каждый на борту его корабля, кроме него самого, служил определенной цели и считался его последователем.

Поэтому он уничтожил голову Цинь Цин и взял с собой ее безголовое, обугленное тело.

"Пошли", - скомандовал Ниу Чанг.

Цюйюэ, переодевшись, последовала за ним, неся мешок.

Выйдя из деревни, Ниу Чанг задумался о следующем пункте назначения. Ближайший город - Хайчэн, но лучший ли это выбор?

Прочитав множество историй, Ниу Чанг проникся презрением к одному особому элементу повествования. Его раздражало, когда главный герой отправлялся в очередное место исключительно для того, чтобы страдать и приковывать внимание читателя.

Такие герои часто преследовали одну или несколько целей: привлечь красивую женщину из высшего сословия, принять участие в аукционе, раскрыть крупный скандал в городе или наткнуться на событие, случающееся раз в тысячелетие.

По сути, это был механизм, позволяющий внести оживление в обыденное существование и одновременно дающий главному герою прибавку к силе.

Однако Ниу Чанг считал такие события бесполезными и лишенными смысла. Поскольку его путь культивирования отклонялся от нормы и ему требовался обильный урожай, он посчитал ненужным следовать утомительным условностям, которые приводили к ненужным страданиям.

Приняв решение, он заявил: "Давай выкопаем яму и будем культивировать, пока я не стану безмерно могущественным. А потом я отправлюсь в путь, чтобы забрать очки кармы у всего мира".

Окрестности деревни Желтой Почвы следовало избегать из-за их аномальности, да и Желтая Деревня была не лучшим вариантом, поскольку находилась ближе всего к городу. Оставалась третья деревня в округе - деревня Желтой Скалы.

Ниу Чанг подумал, не спросить ли Цюйюэ, не из Желтой ли она деревни, но решил не делать этого, не желая, чтобы она вспоминала еще больше бесполезных воспоминаний.

Он слышал разные истории о деревне Желтой Скалы, одна из самых известных - о странном камне, который пленил проходящего мимо мастера боевых искусств.

Поэтому Ниу Чанг решил устроить свою подземную пещеру подальше от желтого кургана, а именно между деревней Желтой Почвы и деревней Желтой Скалы. Однако он проявил осторожность и немного отклонился от прямой линии, соединяющей эти две деревни.

Во время путешествия Ниу Чанг в шутку размышлял о возможном варианте. "Этот мир не пойдет на такое, лишь бы ввести конфликты и развлечь читателей, не так ли?"

Наблюдая за окружающей местностью, Ниу Чанг разглядывал ровную землю, поросшую беспорядочными кустами. Это был не совсем лес, скорее он напоминал беспорядочное скопление бесполезных растений.

"Похоже, это хорошее место", - кивнул в знак согласия Ниу Чанг.

Он присел на корточки и положил ладонь на землю. Используя свою силу, он без труда разрыл почву, создав яму. Он продолжал усердно работать, постепенно превращая яму в просторную подземную пещеру.

Через два часа Ниу Чанг осмотрел свою работу. Подземная пещера была просторной, с ровной поверхностью и крепкими стенами. Однако нужно было решить несколько проблем: отсутствие воды и пищи, ограниченная циркуляция воздуха и отсутствие источника света.

Учитывая, что пещера находилась на глубине двух километров под землей, столкнуться с подобными проблемами было вполне естественно.

Ниу Чанг специально не стал выбирать для строительства пещеры случайный скалистый склон горы, так как он был бы слишком предсказуем для прохожих.

"Этот путь лучше. Я смогу решить вопрос с едой и водой с помощью своей Зеленой Воли", - заметил Ниу Чанг.

"Свет", - скомандовал Ниу Чанг своей Властью. От его тела исходило мягкое сияние, освещавшее каждый уголок подземной пещеры.

Понимая, что не может оставаться живой лампочкой бесконечно долго, Ниу Чанг решил, что решение этой проблемы - дело будущего.

Потянувшись, Ниу Чанг очистил свое грязное тело, используя силу своей Власти. Мягкий поток ци омыл его, освежив тело, словно нежная утренняя роса.

"Если захочешь пить или есть, позови меня, Цюйюэ", - сказал Ниу Чанг, не глядя на нее. Цюйюэ стояла в недоумении, ее взгляд был устремлен в пустоту. Повернув голову в сторону Ниу Чанга, она увидела, что он уже приступил к тренировкам.

Перед ним стояло множество задач: совершенствование мастерства, развитие разнообразных навыков и техник, наставничество над Цюйюэ и Цинь Цин.

"Столько дел, а способность мыслить ограничена", - размышлял Ниу Чанг. "Похоже, мне нужно создать новый навык".

Читая различные истории, в которых рассказывалось о легких способностях в случае реинкарнации или переселения, Ниу Чанг понимал, что все они зависят от одного ключевого аспекта: знания как такового, которое во многих историях изображалось не совсем точно.

Как современный человек, он ценил удобство автоматики и техники в своей повседневной жизни. Поэтому он встретил несколько историй, в которых технологии играли центральную роль, например о всемогущем чипе искусственного интеллекта.

Именно к этому и стремился Ниу Чанг - создать навык, который позволил бы ему создать в своем сознании виртуальный ИИ-чип, способный помогать ему практически во всех делах, позволяя воплотить в себе воплощение лени.

ИИ-помощники делают это.

ИИ-помощники делают это.

В недалеком будущем главного героя заменил ИИ-ассистент, который занимался всем.

"Ну, это не моя проблема, если моя история превратится в скучное путешествие к власти. Кто сказал автору выбрать меня в качестве жертвы?" - размышляет Ниу Чанг.

Он решил создать навык, который позволял бы мгновенно сохранять и загружать данные и воспоминания, обладал быстрыми вычислительными возможностями и не отягощал бы разум пользователя.

Так Ниу Чанг представлял себе свой навык.

Изначально он думал создать обычный чип ИИ, поскольку читал об этом книгу. В конце концов, плагиатить было проще, чем придумать оригинальную идею. Однако он решил не опускаться так низко и изменил концепцию.

"Прямое использование чипа ИИ кажется довольно скучным. Да и концепция не самая оригинальная. Любой может использовать его, но лишь немногие смогут по-настоящему выделиться и быть обвиненными в подражательстве", - рассуждал Ниу Чанг.

Много размышляя об этом в прошлой жизни, Ниу Чанг поставил перед собой задачу заставить систему распознать и интегрировать его навыки.

Будучи обычным человеком, не обладающим глубокими познаниями в боевых искусствах этого мира, он видел только одно решение для преодоления этого препятствия.

"Старый добрый метод - навязывать свои мысли, пока система не признает мой навык", - усмехнулся Ниу Чанг.

Он обдумал три потенциальных навыка: Хаотичный ум, Ленивое дерево и Небесная астролябия*. Каждый из них служил вспомогательным навыком, помогая изучать и совершенствовать мастерство в различных областях. Небесная астролябия, в частности, была направлена на расчеты и управление данными.

* (Астроля́бия — один из старейших астрономических инструментов, служивший для измерения горизонтальных углов и определения широт и долгот небесных тел)

Поскольку в подземной пещере не было прямого солнечного света, определить ход времени было непросто. Однако, открыв глаза, Ниу Чанг увидел окно системы.

[Небесная астролябия]

[Наделяет практикующего способностями и возможностями ИИ, не нагружая разум]

Не раздумывая, Ниу Чанг поручил системе усовершенствовать только что созданную им Небесную астролябию.

[Повышение мастерства Небесной астролябии до небольшого успеха требует 2755 очков кармы]

"Принимаю", - быстро ответил Ниу Чанг.

[Поздравляем с небольшим успехом в повышении мастерства Небесной астролябии]

Не обращая внимания на негромкие поздравления системы, Ниу Чанг погрузился в свои мысли.

Над его головой парила замысловатая и уникальная астролябия, изящно вращаясь. В душе Ниу Чанга вспыхнуло редкое чувство восторга.

"Несмотря на то что система имеет свои ограничения, эта возможность повысить уровень владения навыками - огромное преимущество. Это все равно что выпустить волка на волю в овечьем загоне", - заметил Ниу Чанг. В отличие от обычного героя, который послушно следовал за разворачивающимися событиями, терпя физические и душевные муки, чтобы создать захватывающее повествование, Ниу Чанг был реальным человеком с прошлым и свободной волей. Естественно, он мог думать самостоятельно и заботиться о своих интересах.

Потратив время на ознакомление с Небесной астролябией, Ниу Чанг понял, что этот навык в первую очередь связан с управлением данными и информацией, в отличие от других его навыков, которые были "подключи и работай".

Знания, которые давала система, напоминали руководство по эксплуатации компьютера - простое для понимания современного человека, но сложное для применения из-за огромного объема информации.

Однако, в отличие от самообучения, навыки, передаваемые системой, оставались неизменными, позволяя по-настоящему овладеть мастерством.

Вскоре Ниу Чанг закончил усваивать информационный поток из системы и с удовольствием протестировал свой второй мозг.

"Запустить синхронизацию", - приказал он стоящей перед ним Небесной астролябии.

Астролябия издала жужжащий звук и начала вращаться в различных направлениях.

Ниу Чанг почувствовал внезапное изменение в своем сознании, но не в физическом окружении, а в том, как обрабатываются его мысли.

Как только астролябия перестала вращаться с высокой скоростью, Ниу Чанг ощутил расширенный доступ ко всем своим накопленным знаниям.

Учитывая ограниченность его человеческой памяти, между воспоминаниями существовали значительные пробелы. Ниу Чанг стал раздавать задания второму мозгу.

"Разгадай Хаотичный разум, Ленивое дерево и навык Резни. После этого создай презентацию в PowerPoint с описанием моей текущей ситуации и безопасного, но захватывающего плана развития", - приказал Ниу Чанг, используя плоды современной цивилизации по полной программе.

Наконец-то он мог откинуться на спинку кресла и стать настоящей соленой рыбой.

Выйдя из своего мысленного пространства, Ниу Чанг открыл глаза, чувствуя себя довольным и желая обеспечить Цююэ хорошее лечение и поделиться своим счастьем.

К своему удивлению, он обнаружил, что девушка сидит неподалеку, погруженная в свои мысли. "О чем она может размышлять?" - задался вопросом Ниу Чан.

И тут его осенило важное осознание. "Подождите... Цюйюэ подобна новорожденному младенцу, у которого нет никакой запрограммированной личности. Если она вырастет в такой обстановке без должного воспитания с моей стороны, у нее могут развиться серьезные психологические проблемы".

Нужно решить эту проблему, - решил Ниу Чанг.

"Цююэ, иди сюда", - мягко позвал он девушку, которая резко вышла из задумчивости.

"В чем дело, спаситель?" - ответила она мелодичным и в то же время смущенным голосом. Услышав ее голос, показавшийся ему близким и знакомым, Ниу Чанг не мог не вздрогнуть. О нет, возможно, она уже на пути к тому, чтобы стать психопаткой с извращенным чувством привязанности!

Сохраняя самообладание, Ниу Чанг ждал, пока Цюйюэ подойдет. В темноте он заметил, что выражение ее лица постоянно меняется, как будто она ищет идеальную маску, чтобы предстать перед ним.

"Я...", - Ниу Чанг потерял дар речи, находя ситуацию странно интригующей. Должен ли я позволить ей превратиться в яндере с несколькими личностями?

Наблюдая за приближающейся Цюйюэ, Ниу Чанг размышлял над этим вопросом.

Погодите, если я буду держать ее под контролем, все будет в порядке. На поводке она не сможет в порыве гнева развязать мне руки. Да, я должен добавить еще одну задачу к своему второму мозгу - создать навык, управляющий жизнью и смертью моих последователей!

Так выглядит астролябия

[[image:/storage/reader-images/8da056dff3c96074515e90c73d2cd37d8cbee2fd.jpg]]

Цюйюэ стояла перед Ниу Чангом с невинным выражением лица. В конце концов, она решила остаться прежней.

Ниу Чанг добродушно улыбнулся и спросил: - О чем ты только что думала?

Цюйюэ на мгновение задумалась, прежде чем ответить на его вопрос: - Ну, я... Я вообще-то ни о чем не думала.

Пока она силилась ответить, Ниу Чанг продолжал расспрашивать: - Значит, ты ни о чем не думала?

Под мягкими уговорами Ниу Чанга Цюйюэ почувствовала привкус вины и смогла лишь безропотно кивнуть.

Она не могла сказать своему спасителю, что, пытаясь разобраться в своих воспоминаниях, думала о нем в неподобающих образах?

- Впечатляюще! - воскликнул Ниу Чанг, глядя на Цюйюэ полными предвкушения глазами.

- А? -Цюйюэ, не понимая, что именно впечатляет, чувствовала себя еще хуже, чем раньше.

- Подумать только, ты можешь достичь такого глубокого состояния, когда ни о чем не думаешь, - одобрительно заметил Ниу Чанг, в его тоне не было насмешки. - Опустошая мысли и освобождая разум от любых форм и очертаний, ты достигаешь высшего уровня сознания.

Только тогда Цюйюэ поняла, что ее спаситель имел в виду под словом "впечатляет". Уже солгав, а теперь столкнувшись с дальнейшим непониманием, она почувствовала себя ошеломленной.

"Как же так получилось? Разве мой спаситель не должен был просто отмахнуться от меня и обсудить, зачем он позвал меня сюда? Кто здесь виноват?"

Впервые Цюйюэ столкнулась с необходимостью использовать свой мозг для решения сложных проблем, на которые не было четких ответов.

Естественно, Ниу Чанг просто подшучивал над ней. "По-настоящему ни о чем не думать было практически невозможно - это было бы сродни достижению просветления. В мире культивации такое состояние принесло бы любому огромное улучшение".

Под давлением собственной совести Цюйюэ почувствовала, что ее мозг перегревается. В конце концов она сдалась.

- Спаситель, я ошибалась. Я не думала ни о чем и не добивалась того, что ты описал. Я просто...

Следующие слова застряли у нее в горле. "Как признать, что я думала о неподобающем за его спиной?"

"Что мне делать? Должна ли я снова солгать?"

- Что именно? - спросил Ниу Чанг, побуждая ее продолжать.

- Я... я просто думала о тебе, Спаситель, - наконец набралась она смелости и соврала, убедив себя, что это правда.

Выражение лица Ниу Чанга слегка изменилось.

- Правда?

Цюйюэ кивнула, пытаясь убедить его.

"Какая хорошая девочка. Теперь ты хочешь попробовать искусство обмана? Смешать правду и ложь?" подумал Ниу Чанг. Его усиленные чувства улавливали едва заметные изменения в теле Цюйюэ, которые выдавали ее склонность ко лжи.

- Случайные движения глаз, напряженные мышцы, потливость, учащенное сердцебиение, - перечислял Ниу Чанг одно за другим ее изменения. - Знаешь ли ты, на что указывают эти признаки?

Цюйюэ, все еще охваченная отчаянной попыткой обмануть, могла только покачать головой.

- Это признаки того, что человек лжет против своей совести, признаки того, что его тело ее отвергает. А теперь скажи мне, почему ты мне солгала? - читал лекцию Ниу Чанг.

- Вааааа... - Цюйюэ тут же сникла и, как ребенок, громко заплакала, протягивая руки к Ниу Чангу.

Ее жалкий вид был вызван не тем, что она вызывала симпатию, а тем, что ей было не по себе.

Она не осмелилась подойти к Ниу Чангу напрямую и разрыдалась перед ним.

Он раскрыл объятия и сказал: - Иди сюда.

- Вааааа... Спаситель, пожалуйста, прости меня.

Она тут же бросилась в его объятия, ища в них утешения и исцеления своего израненного сердца.

Из-за разницы в размерах их положение показалось посторонним довольно странным.

Подождав, пока Цюйюэ успокоится, Ниу Чанг аккуратно расчесал ее волосы, и слезы наконец прекратились.

- Ты закончила? Ниу Чанг продолжал гладить ее по голове.

Цюйюэ, уткнувшись лицом в его грудь, не поднимала головы, только кивала.

- Все в порядке. Если хочешь, можешь еще поплакать, - добавил Ниу Чанг.

Он подождал еще несколько минут, пока Цюйюэ не начала отрывать лицо от его груди.

Ее глаза были все еще влажными и красными, что придавало ей жалкий вид.

- Прости меня, Спаситель, за то, что я солгала. Я снова погрузилась в свои воспоминания без твоего разрешения, - открыто призналась она в своей неправоте.

При этом она не осмелилась встретиться с ним взглядом, извиняясь.

- Цюйюэ, - вкрадчиво позвал ее Ниу Чанг, отчего по телу пробежала дрожь.

- Вааааа... - снова закричала она.

-ь Я знаю, что была не права, Спаситель. Пожалуйста, накажи меня. Пожалуйста! Пожалуйста, не оставляй меня! - Она ошибочно полагала, что мягкий подход Ниу Чанга означает, что он решил оставить ее.

"Если бы я не читал сказки и книги по психологии, то мог бы ошибиться. Цюйюэ еще маленькая девочка, и все, что происходит сейчас, формирует ее будущую личность".

- Не волнуйся, я тебя не брошу", - заверил ее Ниу Чанг, протягивая руку, чтобы нежно погладить ее по левой щеке.

Цюйюэ, закрыв глаза и вытирая слезы, открыла их и увидела, что Ниу Чанг выглядит так же, как и всегда, с доброй улыбкой на лице.

- Ты не бросишь меня? - прошептала Цюйюэ, ухватившись за его лицо. прошептала Цюйюэ, ухватившись за этот проблеск надежды.

- Не брошу и никогда не брошу, - покачал головой Ниу Чанг. - А теперь скажи, почему ты думаешь, что я тебя брошу?

Со слезами на глазах она снова ответила: - Потому что я солгала тебе и нарушила свое обещание.

- И это все? - спросил он, как будто это было неважно. - Неужели ты думаешь, что я брошу тебя из-за такой мелочи?

Цюйюэ не стала раздумывать и просто ответила: - Нет.

- Верно. Я не такой человек. А теперь взбодрись, - сказал Ниу Чанг, положив левую руку на другую щеку и игриво помяв ее лицо, словно пельмень.

Он продолжил играть с ее щеками, хотя они оказались не такими уж и мягкими, как он ожидал. По крайней мере, это развеяло его скуку.

- Хахаха, - искренне рассмеялся он.

Цюйюэ каким-то образом нашла утешение в его действиях и улыбке, и улыбка расцвела на ее жалком лице. Вскоре она присоединилась к нему и тоже засмеялась. - Хахаха".

- Тебе лучше? - Ниу Чанг отпустил ее щеки и спросил.

- Да, - кивнула Цюйюэ и добавила: - Спасибо тебе, Спаситель.

Она сказала это небрежно, но вес ее слов стоил тысячи мыслей, которые она сейчас испытывала.

- Это хорошо, - кивнул Ниу Чанг. Он продолжил терапию и консультирование, обучая ее тому, как быть правильной последовательницей.

Он спрашивал о ее мыслях, причинах и так далее.

В итоге он помог улучшить ее восприятие себя.

- Поскольку вопрос решен, мы можем забыть о твоем наказании, - сказал он. - Вместо этого давай поиграем в игру!

Теперь, когда он понял причину, Ниу Чанг, естественно, решил ее устранить.

- Стирать твои воспоминания было бы бессмысленно. Поэтому я помогу тебе обработать их, пока мы здесь.

Они сели рядом, и Цюйюэ начала рассказывать о том, что видела в своих воспоминаниях.

Ниу Чанг внимательно слушал ее, подсказывая, как справиться с этими воспоминаниями.

Время словно ускользало, и вскоре Цюйюэ уснула.

"Этот бесконечный поток жизненной силы и ци из системы - это действительно нечто. Я совсем не чувствую усталости". Ниу Чанг потянулся, хотя это было физически невозможно. Он сделал это просто так.

Он погрузился в свои мысли, чтобы проверить результаты выполнения различных заданий, которые он поручил Небесной астролябии.

Сама по себе Небесная астролябия не была мощной технологией ИИ. Она могла только анализировать и выдавать результаты на основе заданных данных.

Например, навык, который Ниу Чанг попросил его создать, и система приняла его как законный навык.

"Небесная астролябия учтет мои прошлые взаимодействия с системой, запишет их, установит различные параметры, а затем начнет пробивать себе путь в систему грубой силой. При этом он собирает данные о том, как реагирует система. На основе этих взаимодействий "Небесная астролябия" в конце концов может создать модуль, позволяющий генерировать навык, не начиная с нуля".

"В конце концов, это всего лишь навык, а не настоящее живое существо с собственной свободной волей. Если бы у него была способность думать самостоятельно и помогать мне без посторонней помощи, все было бы бессмысленно. Наступит технологическая сингулярность, когда Небесная астролябия будет генерировать различные идеи об истинности мира, а я в один шаг выйду за пределы".

С помощью Небесной Астролябии Ниу Чанг смастерил стулья и стол, на котором разместился компьютер. Используя свои воспоминания в качестве основы, он занялся виртуальными играми в своем сознании.

"Мне кажется, что я ничего не могу сделать, чтобы добиться значительных перемен", - размышлял он.

На компьютере он обнаружил презентацию PowerPoint, созданную Небесной Астролябией, в которой описывалось его будущее развитие. Презентация была увлекательной, легкой для восприятия, и ему не потребовалось много времени, чтобы вникнуть в суть.

"По сути, мне просто необходимо повысить уровень владения навыками и разнообразить свои способности", - заключил он.

""Хаотичный разум", "Ленивое дерево" и "Резня" уже завершены, как и модуль. Пора сосредоточиться на повышении мастерства", - размышлял Ниу Чанг.

Небесная астролябия Ниу Чанга достигла лишь небольшого успеха в освоении навыка, что ограничивало круг задач, с которыми он мог справиться. В противном случае он поручил бы ей все.

Проводя время за играми на компьютере, он время от времени выполнял задания, помогающие его второму мозгу. Эти задачи заключались в регистрации различных параметров его тела, таких как движения и направление ци для различных навыков.

Проблема людей при изучении нового и совершенствовании своих навыков заключалась в неспособности четко различать правильное и неправильное. Однако с Небесной астролябией все стало прозрачным, и можно было выбирать только ноль или единицу.

Если в его текущем действии содержались ошибки, Небесная астролябия вводила нули, которые затем менялись на единицы, соответствующим образом корректируя его действия. Для калибровки параметров было значительно сокращено количество попыток проб и ошибок.

Завершив последнюю игровую сессию, Ниу Чанг вдруг почувствовал вибрацию в своем ментальном пространстве.

"О, это уже сделано", - отметил он.

Повернув голову, он заметил стоящее под Небесной астролябией хрустальное дерево высотой всего три с половиной метра. От дерева исходила аура чистоты и экстравагантности.

"Ленивое дерево", - кивнул Ниу Чанг, узнав его.

Под Ленивым деревом из воздуха возник безмятежный пруд, наполненный хаотичным воздухом.

"Хаотичный разум", - добавил Ниу Чанг.

Каждый из этих вспомогательных навыков обладал своей особенностью. Ленивое дерево периодически давало плоды знаний после накопления достаточного количества, а Хаотический разум давал случайные озарения через непредсказуемые промежутки времени.

У обоих навыков были свои преимущества и недостатки, поэтому Ниу Чанг создал три таких вспомогательных навыка, чтобы помочь себе стать более опытным.

В отличие от Небесной астролябии, Ниу Чанг не мог назначить конкретные задачи двум другим навыкам. Однако, в свою очередь, ему не нужно было ставить перед ними задачи, так как они сами по себе приносили ему пользу.

Поставив новую задачу Небесной астролябии, которая должна была повысить свой собственный уровень, а также двум другим вспомогательным мыслительным навыкам, Ниу Чанг поставил перед собой следующую цель - создать навык, который позволил бы ему полностью контролировать своих последователей.

Три вспомогательных мыслительных навыка излучали свой уникальный свет, символизируя их связь друг с другом и коллективные усилия по преодолению недостатков и повышению эффективности.

"Итак, продолжим, как профессиональные соленые рыбы", - заметил Ниу Чанг.

Ниу Чанг намеренно не стал включать часы в свое ментальное пространство. Ему стало бы скучно, если бы он понял, что прошло всего несколько минут. Поэтому, как только он получил сигнал о том, что Цюйюэ проснулась, он сразу же покинул свое ментальное пространство.

Вместо того чтобы поспешно приближаться к ней, он решил разобраться с результатами своей праздной деятельности, ожидая, пока Цюйюэ полностью придет в себя.

"Аааааааа..." Цюйюэ потянулась и протерла глаза, осознав, что на улице все еще темно. Несмотря на то что она чувствовала себя хорошо отдохнувшей, она отбросила остатки лени.

Направившись к источнику света, она обнаружила, что ее спаситель сидит и тренируется, как настоящий мастер боевых искусств.

"Я проголодалась. Может, попросить у спасителя еды?" - размышляла она, раздумывая, стоит ли беспокоить Ниу Чанга или нет.

В конце концов она решила подойти к нему первой, так как предыдущая ночь, проведенная вместе, сблизила их.

Ниу Чанг открыл глаза и заметил, что Цюйюэ осторожно приближается к нему.

Он усмехнулся и сказал: "Иди сюда".

"Хорошо", - кивнула Цюйюэ и подошла к нему.

"Спаситель, я не помешала твоей тренировке?" - спросила она, выражая свое беспокойство.

"Нет", - сразу же успокоил ее Ниу Чанг. "Ты голодна или хочешь пить?"

"Да", - послушно кивнула она.

Наблюдая за этим, Ниу Чанг не мог не подумать, что его первая последовательница похожа на цыпленка, который постоянно кивает.

"Возможно, это из-за ее молодости. Через некоторое время она отвыкнет от этой привычки", - предположил он.

Затем он использовал Зеленую волю на Цюйюэ, восполняя ее энергию до пикового состояния.

Когда ее лицо стало еще более сияющим и наполненным энергией, Ниу Чанг перестал использовать Зеленую Волю. "Теперь ты довольна или хочешь еще?"

"Я довольна, спасибо, спаситель".

"Что ты планируешь делать дальше?"

"Хм..." Цюйюэ на мгновение задумалась и смущенно почесала голову. "Я не знаю, что делать дальше. Я закончила упорядочивать свои воспоминания".

"Понятно", - заметил Ниу Чанг, после чего добавил: "Может, я буду сопровождать тебя в изучении боевых искусств?"

Ему было просто скучно.

"Хорошо!" радостно воскликнула Цюйюэ, услышав его предложение.

Благодаря использованию Зеленой Воли труп Цинь Цина не издавал неприятного запаха, и в подземной пещере было приятно находиться.

Время шло.

По биологическим часам Цюйюэ Ниу Чанг определил, что прошло два дня.

За пределами пещеры не происходило ничего значительного. Цюйюэ впитывала различные сведения о боевых искусствах с точки зрения Ниу Чанга, что могло бы навредить ей при случайных разговорах с другими мастерами.

Тем временем в ментальном пространстве Ниу Чанг стремительно прогрессировал. Он создал множество навыков, повышая их мастерство, словно вода, без труда текущая по течению.

Три вспомогательных мыслительных навыка работали как вечные машины, обеспечивая бесконечную обратную связь для их совершенствования.

В настоящее время их мастерство достигло совершенства без каких-либо проблем.

"Воистину вершина человеческой цивилизации. Автоматизация станет моим дао!" воскликнул Ниу Чанг.

В своем ментальном пространстве Ниу Чанг наблюдал за физическими преобразованиями трех представлений.

Небесная астролябия увеличилась в размерах, украсилась дополнительными кольцами и надписями, не имеющими никакого символического значения. Они существуют только ради эстетической ценности.

Ленивое дерево не стало выше, но его ширина увеличилась. Его хрустальное тело излучало спектр разноцветных огней, напоминающих аврору. Цветы украшали его ветви, постепенно превращаясь в плоды.

Хаотический разум увеличился как в ширину, так и в глубину. Прежде прозрачный хаотический воздух стал более мутным, что затрудняло его восприятие невооруженным глазом.

Ниу Чанг поднял правую ладонь и раскрыл семя.

"Семя верности!" Глаза Ниу Чанга возбужденно блестели. Семя выглядело простым и непримечательным, поэтому невозможно было определить, какому растению оно принадлежит.

Семя верности было получено из его навыка Власти.

Хотя он создал этот навык два дня назад, Ниу Чанг откладывал его использование до тех пор, пока его мастерство не достигнет совершенства.

Выйдя из ментального пространства, он бросил короткий взгляд на дремлющую Цюйюэ, а затем перевел взгляд на труп Цинь Цина.

Поскольку это был мощный навык, к его использованию предъявлялись строгие требования.

Положив руку на обугленный труп, зеленая ци вошла в его тело, быстро восстанавливая его.

Почерневшая, обугленная кожа вновь приобрела естественный оттенок, а тело наполнилось мускулами.

Однако Ниу Чанг не удовлетворился простым исцелением. Он хотел получить безупречного последователя.

Прибегнув к помощи своего второго мозга, он скрупулезно превратил труп в удивительно красивую фигуру.

"Какая красота?" - может возникнуть вопрос. Разве это не просто вопрос внешности? Культивируя определенные навыки, любой человек может стать красивым или привлекательным.

"Что за мудрость?" - спросит кто-то. Разве это не просто вопрос интеллекта? Оттачивая определенные навыки, можно стать и умным.

"Какой социальный статус?" - может спросить кто-то. Разве это не случай, когда слабые люди выдают себя за лидеров? Просто воспитайте в себе достаточно силы, чтобы заслужить уважение окружающих.

В конце концов, все равны, и только те, кто стремится к бессмертию, могут по праву называть себя людьми.

Работать руками и изменять форму тела было довольно легко с помощью вспомогательных навыков мышления.

Сложнее было создать характер, сформировать новую личность для нового последователя.

Поскольку у него уже была Цюйюэ, милая и веселая, естественно, он хотел иметь другого последователя, например, собирать суперредких персонажей в игре.

В то же время Ниу Чанг заметил разницу в теле Цинь Цин, которое стало черным, а не превратилось в пустоту.

"Она обладает особой конституцией, которая связана с огнем. Большую часть времени она находится в спящем состоянии, но небольшая утечка вызывает у нее проблемы с гневом".

Занимаясь многозадачностью, Ниу Чанг наконец нашел себе занятие в этой пустой и темной подземной пещере.

Разбираться в чем-то новом и ожидать неожиданного, естественно, вызывало у него бесконечное любопытство.

Когда тщательная работа Ниу Чанга подошла к концу, перед ним лежала бессознательная женщина. От очаровательной и игривой Цинь Цин захватывало дух. Каждая деталь была тщательно проработана, чтобы превратить ее в совершенно нового человека.

Начиная с макушки, ее голову украшали пылающие рыжие волосы, излучающие огненную ауру. Ее лицо обладало утонченными чертами: глаза феникса, в которых, казалось, мерцало пламя, и нежные, манящие губы. Ее фигура поражала воображение: широкая грудь, требующая не одной руки, дополнялась узкой талией и пропорциональными изгибами.

Ниу Чанг тщательно формировала ее внешность, достигнув вершины красоты для женщины двадцати с небольшим лет, при этом она обладала зрелым шармом, который обычно присущ тем, кому за тридцать.

Он не мог не одобрить результат, считая ее внешность подходящей для его последовательницы.

Восхищаясь каждым аспектом его кропотливой работы, женщина наконец зашевелилась и проснулась.

Ее длинные тонкие веки феникса дрогнули, открывая завораживающие зрачки в форме янтаря, в которых плясали мерцающие огоньки.

"Проклятье, просто невероятно, что существуют такие изысканные глаза, которые, похоже, больше ценятся своей визуальной привлекательностью, чем практичностью", - тихо заметил Ниу Чанг. "Но, к счастью, я живу в мире фантазий, где сила имеет большее значение, чем что-либо другое".

Уставившись на радостного Ниу Чанга, женщина тут же очнулась и склонила голову.

"Господин", - торжественно произнесла она.

"Хорошо", - признал Ниу Чанг. "Наконец-то моя личная красавица из нефрита, покорившая небеса и покорившая страну!

Мало того, она еще и верная служанка!

'Куахахахахахахахахахахахахахахахах...'

Не в силах сдержать волнение, Ниу Чанг погрузился в свои мысли.

Даже с его вспомогательными навыками мышления и неограниченной ци, существовали ограничения на то, сколько индивидуальности он мог привить своей служанке.

Естественно, ее знания будут ограничены, и она мало чем будет отличаться от Цюйюэ.

Так как хозяин ничего не сделал и не сказал, служанка опустила голову, ожидая дальнейших указаний.

Не в силах сдержать маниакальный смех, раздававшийся в голове, Ниу Чанг отогнал от себя отвлекающие мысли и перешел к следующему шагу.

"Ладно, раз ты проснулась, моя работа здесь закончена. Забирай свою одежду из мешков и приходи за мной", - приказал ей Ниу Чанг.

Она тут же встала и нанесла Ниу Чангу сокрушительный визуальный удар. Его сердцебиение участилось, а тело наполнилось жаром - что-то поднималось внутри него.

Но он ничего не предпринимал, наблюдая, как она уходит.

С каждым шагом ее длинные рыжие волосы каскадом струились по спине и доходили до бедер. Изредка пряди расступались, открывая мимолетные взгляды на ее изгибы.

Сглотнув слюну, Ниу Чанг не удержался и пожаловался своему второму мозгу. 'Эй, почему не работает навык трансформации тела? Ты закончил анализ проблемы?"

Поскольку три вспомогательных мыслительных навыка уже были освоены в совершенстве, Ниу Чанг мог просто вложить в них все, что хотел, и ждать результата.

Но даже в этом случае существовали ограничения. Созданный ими навык трансформации тела был для него непригоден.

Сейчас они анализировали проблему, но Ниу Чанг уже давно знал ответ - у него была Невозможная Идея.

Поскольку это была вершина культивирования тела, он не знал о ней многого.

Но это был лишь вопрос времени, когда он все поймет.

Внешние пейзажи были слишком заманчивы, чтобы его волновали обыденные задачи, которые можно было решить с помощью второго мозга.

Полусидя, служанка порылась в одежде в мешке. Через некоторое время она выбрала комплект одежды и надела его.

Каждое ее движение, когда она надевала одежду, было на совершенно новом уровне, что заставило Ниу Чанга усомниться в том, что он с ней сделал.

"Неужели, надев одежду, она должна стать такой демонически очаровательной? Ниу Чанг одобрительно покачал головой.

В конце концов, с трудом натянув на себя маленькую одежду, она закончила переодеваться.

Идя навстречу, Ниу Чанг не мог сдержать изумления от представшего перед ним зрелища. Фигура служанки, подчеркнутая облегающей одеждой, обладала пленительной привлекательностью. Ее тело излучало жизненную силу и здоровье, что приводило Ниу Чанга в трепет.

Даже слишком!

В конце концов, все, что он смог сделать, это вздохнуть.

"Что случилось, господин? Я сделала что-то не так?" - спросила служанка, в ее голосе слышалось беспокойство.

Она опустила голову, встретившись с Ниу Чангом взглядом, но в ее позе чувствовалось едва уловимое очарование, которое привлекло его внимание.

Он снова вздохнул, его восхищение ею стало еще сильнее.

"Ничего", - ровным тоном ответил Ниу Чанг, с трудом сдерживая эмоции. Он жестом пригласил ее сесть напротив него. "Садись".

Она послушно последовала его приказу и уселась перед ним. В ее позе, хотя она и не сидела скрестив ноги, чувствовалось нежное спокойствие, что придавало ей еще больше привлекательности.

Отбросив все отвлекающие мысли, Ниу Чанг глубоко вздохнул, пытаясь вернуть самообладание. Но даже когда он это сделал, до его ноздрей донесся восхитительный аромат, тщательно выверенный его собственной рукой.

"Проклятье!" - внутренне воскликнул он.

. . .

В Южном регионе.

Было хорошо известно, что существует только одна организация, использующая в своем названии слово "культ" - печально известный Культ Небесного Демона.

Из-за этого компас фракций в Южном регионе был разделен на три: праведники, демоны и еретики.

Первые две были понятны сами по себе, но последняя относилась к тем членам культа, которые были настолько фанатичны, что все остальные называли их еретиками.

Если боевой мастер из праведной фракции сталкивался с проблемой, он решал ее, следуя закону.

Если это был член демонической фракции, он поступал по своему усмотрению.

Но если это был еретик, они говорили: "По словам Владыки Небесного Демона..."

Они восхваляли своего повелителя, а затем жестоко решали проблему.

Из-за этого две фракции, праведная и демоническая, договорились убивать любого еретика на месте.

В самом сердце Культа Небесного Демона среди окружающих зданий возвышался величественный дворец. В самой высокой комнате дворца, пропитанной сильным, но бодрящим ароматом, у окна стояла фигура, взиравшая на мир внизу.

Облаченный в великолепную мантию, украшенную красными и черными цветами, он излучал ауру могущества, окутывающую его существо. Это был Небесный демон, видный представитель культа.

Позади него на коленях почтительно стояли две слуги, склонив головы в знак почтения. В воздухе вокруг них витала атмосфера покорности: их цель - удовлетворять потребности Небесного демона.

Слуга справа, обладающая уникальной привлекательностью, излучала чарующее обаяние, которое добавляло ей элегантности. В каждом ее движении сквозила грациозность, которая притягивала взгляды всех, кто на нее смотрел. Слуга слева, хотя и не такая яркая, излучала спокойную уверенность, а в ее глазах отражалась глубокая преданность своим обязанностям.

Эти слуги оставались верными и преданными Небесному демону, служа ему верой и правдой. Их роль заключалась в том, чтобы выполнять его приказы и оказывать помощь, когда это необходимо.

Слуга с правой стороны обратилась к стоящей фигуре: "Мой господин, пожалуйста, дайте нам ваши указания".

Не оборачиваясь, Небесный Демон уставился во внешний мир в определенном направлении.

"Появилось дитя божественного огня. Верните ее в святилище", - прозвучал его бесплотный голос.

Две слуги задрожали, но не от давления Небесного демона, а от только что услышанной новости.

"Дитя божественного огня появилось!" - радостно повторяли они в своих сердцах.

После того, как демон дал указание , Го Ланьин и Мо Ци пошли бок о бок. Слугой, задавшим вопрос демону, была Го Ланьин, высокая и красивая женщина. Даже по ее простому платью видно, что она из богатой семьи.

Каждый ее сантиметр излучал уверенную ауру и очарование умной женщины.

С другой стороны, Мо Ци казалась омраченной присутствием Го Ланьин. У нее было холодное выражение лица, лишенное каких-либо эмоций, из-за чего все неосознанно сосредоточились исключительно на Го Ланьин.

Тем не менее Мо Ци обладала уникальной красотой, от нее исходила аура холодного и недостижимого очарования, завораживающая всех, кто на нее смотрел.

Они продолжали идти, пока не добрались до пустой комнаты в коридоре - дворца Небесного Демона. Естественно, большую часть времени коридор оставался незанятым.

Закрыв за ними дверь, Мо Ци кивнула Го Ланьин.

"Эта новость крайне важна для нашего господина. Если бы не эти лицемерные праведники и ненормальные демоны, Господь бы лично разобрался с этим вопросом".

Го Ланьин посмотрел на Мо Ци понимающими глазами.

"Ты права. Поэтому мы должны сделать все, что в наших силах, чтобы выполнить эту миссию для нашего Господа".

Мо Ци говорила искренне, хотя выражение ее лица оставалось неизменным.

"Итак, кто пойдет?" спросил Го Ланьин, обдумывая варианты, пока они шли к комнате.

"Тебе лучше остаться. Учитывая мой низкий статус в секте, мое отсутствие не привлечет особого внимания. Даже если мой заместитель будет вынужден принять меры, ты сможешь справиться с ним, прежде чем что-то произойдет".

"Мне приятно знать, что мы придерживаемся одного мнения", - добавил Го Ланьин. "Однако одни ваши усилия не гарантируют успеха этой миссии. Вам следует взять несколько экспертов из Пещеры Неземного Демона".

Пещера Небесного Демона занимала особое место в Культе Небесного Демона, сродни кувшину гу, и служила питательной средой для новых членов, где они могли без труда получить выгоду.

"Пещера Небесного Демона?" риторически повторила Мо Ци. "Это жизненно важное место для нашего Культа Небесного Демона, и его члены следуют только приказам Владыки".

Не успела она договорить, как Го Ланьин вмешалась. "Владыка, должно быть, уже подумал об этом. Если не веришь мне, сходи туда и спроси".

Не сомневаясь в словах Го Ланьина, Мо Ци продолжила разговор. "Я навещу их после. Пусть небесный демон осветит твой путь".

"Пусть небесный демон осветит твой путь", - ответил Го Ланьин, повторяя уникальную молитву секты.

...

Тем временем в другой части Южного региона.

В одной из семи основных сект, Секте Верховного Неба, находилась вершина, известная как Пик Наблюдения Небес. Одинокое строение, расположенное среди живого леса, сочетало в себе величие и простоту.

Вместо того чтобы вздыматься ввысь, здание расширялось в ширину.

В спокойствии ночи подул легкий порыв ветра.

"Ты прибыл", - раздался старческий, но все еще энергичный голос старика, готовившего чай.

Он сидел по одну сторону стола, выходящего на открытое небо.

Мужчина, одетый в даосский халат, грациозно материализовался, подхваченный ветром, и занял место. Красивый, без следов возраста на лице, его глаза обладали остротой сродни мечу, а между бровями лежал знак удачи.

"Старина Цзян, как поживаешь?" Тон мужчины был непринужденным, как будто он приветствовал старого друга.

"Как всегда, ни хорошо, ни плохо", - ответил Старый Цзян, приподняв бровь и разглядывая стоящего перед ним человека. "А ты? Почему ты выглядишь моложе, чем в прошлую нашу встречу?"

"Я?" Выражение лица мужчины слегка изменилось, и он ответил: "Все как обычно, ни хорошо, ни плохо. На самом деле, все было слишком хорошо. Хахаха!"

Он хихикнул в конце своего заявления.

"Не могу понять твою одержимость внешностью. Сколько веков ты прожил, что до сих пор беспокоишься о таких пустяках?" спросил старый Цзян, его любопытство было искренним и лишенным злобы.

"Хех, - ухмыльнулся мужчина. "Сколько раз ты уже спрашивал меня об этом? Неужели ты до сих пор не понял? Путь боевых искусств долог и бесконечен. В нашей долгой жизни вполне естественно иметь хобби, которые заполняют наше повседневное существование".

Поскольку Старый Цзян уже задавал этот вопрос в прошлом, мужчина быстро сменил тему, основываясь на их прошлом общении.

"Итак, что же такого важного вы узнали сегодня, что побудило тебя тайно вызвать меня сюда?"

Старый Цзян закончил готовить чай и налил себе чашку. Однако он не поднес ее к губам, а уставился на неподвижную поверхность чая и сказал: "Огненная звезда проявляет признаки смуты".

"Смуты?" Внимание мужчины было приковано. "Это хорошее или плохое предзнаменование?"

"И то, и другое", - ответил Старый Цзян, его голос был ровным, но взгляд стал еще глубже.

Внезапно мужчина понял, что имел в виду старый Цзян. Его лицо мгновенно изменилось, серьезность сменилась прежней добротой и привлекательностью. Его обаяние теперь излучало остроту, сродни остроте обнаженного меча.

"Дитя божественного огня? Неужели появился новый?" спросил мужчина у Старого Цзяна, хотя казалось, что он спрашивает самого себя. "Учитывая время, прошло уже больше века, так что появление нового вполне возможно".

"Но как это возможно?" - недоверчиво спросил он.

Старый Цзян промолчал, подняв взгляд к ночному небу.

"Это путь небес. Никто не может предсказать, что произойдет".

"Если то, что ты говоришь, правда, то Южная область будет охвачена еще одной великой войной", - посетовал мужчина.

"Но..." Он посмотрел на слегка подавленного Старого Цзяна. "Почему ты так себя ведешь? Появление второго ребенка божественного огня не должно так на тебя повлиять. Так что... скажи мне, какие еще выводы ты сделал?"

Старый Цзян вздохнул, опустив взгляд, чтобы встретиться с глазами мужчины.

"Звезда бедствия".

Глаза мужчины расширились, когда он услышал эту поразительную новость. Он заговорил тихим голосом: "Ты уверен?"

"Я не знаю", - открыто признался Старый Цзян. "Хотя мои способности со временем улучшились, есть еще много вещей, которые мне не под силу".

"Не говори ерунды. Скажи мне, что ты имеешь в виду", - призвал Старого Цзяна мужчина.

Старый Цзян поднял свою чашку и сказал: "Я не смог разглядеть внешний вид звезды бедствия. Однако я чувствую ее присутствие, скрывающееся в тени ночного неба и ждущее... ждущее своего часа, чтобы показать свою истинную форму".

"Это..." Мужчина растерялся, его мысли метались, пока Старый Цзян спокойно потягивал чай.

"Ты уверен?" Отвлекшись от своих мыслей, он невольно усомнился в способностях Старого Цзяна.

"Я не могу быть уверен. Мои способности ограничены, и есть много вещей, не поддающихся моему пониманию", - ответил Старый Цзян, ставя чашку обратно на стол.

"Тем не менее, подготовка к дождю никогда не бывает ошибочной в сезон дождей".

Мужчина принял слова Старого Цзяна, усвоил их и принялся размышлять на месте.

Тем временем Старый Цзян не стал наливать еще одну чашку чая, а стал наблюдать за своим другом, который, казалось, наконец-то занялся своими мыслями, а не предавался пустяковым занятиям.

"Эпоха мира действительно притупила разум и меч", - размышлял Старый Цзян. Даже прославленный Верховный Небесный Меч поддался умиротворению".

В конце концов человек, известный как Верховный Небесный Меч, принял решение. Когда он поднялся со своего места, его аура снова изменилась, сбросив остатки мягкости.

"Раз уж ты так говоришь, мы должны подготовиться", - объявил он. Сделав небольшую паузу, он добавил: "Если кто-то скрывает звезду бедствия, может быть, это происки демонических фракций? Не пытаются ли они взрастить свою собственную?"

Он озвучил самую опасную возможность.

"Я не смог разглядеть их участие среди звезд, но я уверен, что вокруг скрытой звезды бедствия нет следов крови. Однако мои способности улучшились с момента нашей последней встречи. Возможно, те призраки из демонических фракций превзошли меня за это время".

"То есть ты хочешь сказать, что мы узнали об этом первыми?" Верховный Небесный Меч попросил подтверждения.

"Да", - кивнул Старый Цзян. "Я также принял меры, чтобы скрыть любые знания об этом, но мои возможности ограничены. Это лишь вопрос времени, когда демонические фракции поймут, что появилось новое дитя божественного огня".

"Если это не тайный заговор демонических фракций, то это хорошая новость для нас. Однако в качестве меры предосторожности у нас есть только один вариант действий".

Наблюдая за тем, как Верховный Небесный Меч предпочитает идти шагом, а не использовать свои навыки передвижения, Старый Цзян почувствовал себя уверенно.

"Наступила эпоха потрясений. Интересно, сколько бессмертных падет на этот раз", - размышлял Старый Цзян. "Если конфликт ограничится Южным регионом, то его можно будет уладить. Однако если к нему присоединятся и другие регионы, кровопролитие усилится".

Так как он уже заложил Семя Верности в свою служанку, то, естественно, создал для нее соответствующую технику культивирования, чтобы она могла стать ему полезной.

Но прежде...

"..." Ниу Чанг хотел позвать ее, но потом понял, что еще не дал ей имени. В голове всплывали разные имена, но ни одно из них не подходило.

В конце концов он бросил думать, хотя мог бы спросить мнение своего второго мозга. "Тебя будут звать Сяюэ".

"Спасибо, что дали мне имя, мастер", - поблагодарила Сяюэ.

Раз уж у меня уже есть Цю Юэ (Осенняя Луна), то, естественно, нужно собрать остальные три, верно? Чтобы собрать полную коллекцию", - размышлял Ниу Чанг, а потом просто пропустил это мимо ушей.

"Хорошо, Сяюэ, я передам тебе технику культивирования. У тебя уже есть ци в теле, но сейчас я научу тебя, как культивировать эту ци".

Ниу Чанг взмахнул рукой, и на его ладони заплясала красная ци с малиновым пылающим цветом. На первый взгляд багровая пылающая ци казалась спокойной и безмятежной, как водная гладь, но внутри нее бушевал огонь.

Пользуясь своей властью, Ниу Чанг попытался перехватить у Сяюэ контроль над той же малиново пылающей ци.

Сяюэ не стала противиться контролю хозяина и отпустила сопротивление, позволив багровой пылающей ци вырваться из ее тела.

Это была одна и та же ци, но по ощущениям Ниу Чанга они немного отличались.

"Что ж, даже если техника культивирования одна и та же, уникальность каждого человека неизбежна", - подумал он.

Направляя ее с помощью прямого контроля над циркуляцией ци, он также начал устно обучать ее технике культивирования.

Поскольку он уже в совершенстве овладел ею благодаря трем вспомогательным навыкам мышления, Ниу Чанг мог рассказать о ней в правильной манере.

Но когда он впервые произнес ее мысленно, то понял, что в оригинальном тексте техники культивирования было много бессмыслицы.

Он говорил окольными путями и пять раз обходил все вокруг да около, прежде чем начать с самого начала.

Это заставило его вспомнить свои первые книги по культивации, которые он получил от умирающего нищего. Он изо всех сил пытался понять смысл более чем двухсот слов, объясняющих основу метода культивирования ци, но безуспешно.

В книге говорилось о ци, но не объяснялось, что такое ци. Говорилось об анатомии человека, о том, как древние люди обозначали человеческое тело, о пяти элементах, даньтяне, меридианах, акупунктурных точках и так далее. Каждый раз, когда он пытался понять это, он почти страдал от отклонения ци, хотя его тело не могло ее культивировать.

В итоге он просто принял все как должное и пролистал все слова, как будто читал роман .

И чудесным образом все получилось.

Благодаря тому, что в прошлой жизни он был скрягой и дипломированным скиммером и демоном секты машинного перевода, он наконец-то смог завершить первый шаг и был готов сделать второй.

Отбросив воспоминания о прошлом, он посмотрел на прекрасное лицо Сяюэ.

"Дао - дерьмо, культивация - дерьмо, и ничто не стоит ничего. Но почему никто не видит этого так, как вижу я?"

Чем больше он смотрел на очаровательную внешность Сяюэ, тем больше задавал себе вопрос: "Почему я чувствую себя одиноким в этом мире?

Будучи человеком, видящим сквозь пелену реальности, он иногда чувствовал себя отчужденным от всего. Его трансцендентное мышление лишало его связи с миром.

Поэтому он мог только вздыхать.

"Используй мои нынешние ощущения как основу для новой техники культивирования", - приказал Ниу Чанг своему второму мозгу, вновь обретая волевые качества.

"Ах, я на мгновение отвлекся. Давайте продолжим наше обучение", - сказал он тем же любезным тоном.

"Да, господин", - ответил Сяюэ.

"Сначала я хочу рассказать тебе, что такое ци и что такое дао", - Ниу Чанг прекратил все свои действия и остановил ци вокруг них обоих.

"Ци - это энергия, и пока она у тебя есть, ты можешь делать все, что угодно. Что такое энергия? Если тебе нужно двигаться, значит, твоему телу нужно топливо для этого, и это топливо - энергия".

Затем он указал на левую грудь Сяюэ.

"Сердце, которое бьется в твоей груди, - то же самое. Чтобы оно двигалось, ему нужна энергия".

"Так скажите мне, что такое энергия?"

Сяюэ на мгновение задумалась, прежде чем ответить: "Энергия, которая заставляет все двигаться?"

Ниу Чанг кивнул: "Ты не ошибаешься".

Сяюэ в замешательстве наклонила голову: "Господин, почему вы говорите, что я не ошибаюсь, а не утверждаете, что я права?"

"Как я уже сказал, твой ответ не является неправильным, но не является правдой".

"Правда?" - настаивала она, чтобы удовлетворить свое любопытство.

"Да, правда. Твой ответ - лишь часть истины, но не сама истина. Утверждение, что энергия заставляет все двигаться, верно, но как насчет всего остального?"

"Что-нибудь еще? Что, например, мастер?"

"Я и сам не знаю", - категорично ответил Ниу Чанг.

"Поэтому твой ответ я воспринимаю не как истину, а как некий промежуточный вариант в отсутствие истины", - затем выражение лица Ниу Чанга стало серьезным. " Запомни: Правды не существует, есть только факты".

"Факты?"

"Да, факты. Как проверенная информация. Например, что огонь горячий, вода мокрая, день светлый, а ночь темная и так далее".

"Это не правда, правда..."

"Что есть истина, учитель?"

"Я не знаю", - покачал головой Ниу Чанг. "Я все еще ищу ее".

"Значит, по твоим словам, ничто не является истиной?" Сяюэ задала вопрос, который возник у нее в голове.

Ниу Чанг, который во время разговора размышлял о чем-то своем, был ошеломлен, услышав этот вопрос.

В его глазах вспыхнул давно забытый свет, который появился лишь однажды после того, как он попал в этот мир.

"Хаха...", - искренне рассмеялся он. Вытерев слезы радости с уголков глаз, он сказал. "Да, это верно. В этом мире нет ничего правильного, ведь он существует на основе фактов, а не правды!"

Затем он поднял руку, и в ней появились ци трансформации. Они заплясали на его ладони, меняя свои атрибуты и сущности, показывая захватывающие шоу.

Огонь, вода, ветер, земля, молния, тьма, свет и многое другое.

Сяюэ зачарованно наблюдала за сменой ци.

"Если мир построен на истине, как может одна лишь мысль смертного изменить его правила?"

"Истина одна и только одна. Ничто не может изменить ее, и никто не может повлиять на нее".

Это была всего лишь светская беседа и демонстрация мастерства Ниу Чанга над его Энергией Трансформации. Однако Сяюэ уже смогла понять суть его учения.

"В этом мире нет ничего правильного, в отсутствие истины каждый может делать все, что угодно", - повторяла она в своем сердце.

Постигнув дао, она не могла не захотеть узнать больше, и, проявив жадность к себе, сломала характер служанки.

"Мастер, мастер, расскажите мне больше и научите меня большему", - сказала она с блестящими глазами.

Ниу Чанг, пребывавший в хорошем настроении, продолжал учить ее своему трансцендентному мышлению.

"Как хорошо, что есть кто-то, кто может общаться со мной!"

Они провели всю ночь, болтая и тренируясь, и сами не заметили, как их громкие и несдержанные действия разбудили Цюйюэ ото сна.

Услышав четкий и мелодичный женский голос, она почувствовала, что все еще спит, и повернула голову в сторону источника голоса, но увидела сцену, которая обескуражила ее еще больше.

Перед ней стояли ее спаситель и женщина, которую она никогда раньше не встречала. Но дело было не в этом, а в том, что женщина была потрясающе красива, и каждая частичка ее тела несла в себе саму суть красоты.

Причина, по которой Цюйюэ смогла это увидеть, заключалась в том, что женщина была обнажена и играла со своим спасителем.

"Это сон? Неужели я все еще сплю?" Цюйюэ наблюдала за тем, как ее спаситель просто игнорирует тот факт, что он играет с обнаженной женщиной.

"Это должен быть сон, мой спаситель не такой извращенец!" пыталась убедить себя Цюйюэ.

Но чем дольше она наблюдала за происходящим, тем больше понимала, что этот сон слишком долго не разрушается.

Обнаженная женщина повернула голову и увидела, что Цюйюэ уже сидит прямо и наблюдает за ней и Ниу Чангом.

Она прекратила тренировку и незаметно сообщила Ниу Чангу. "Мастер, Цюйюэ уже проснулась".

Ниу Чанг, с удовольствием обсуждавший дао, резко остановился и повернул голову. Он был слишком погружен в обсуждение дао и не замечал окружающих, потому что не чувствовал угрозы.

Он посмотрел на Цюйюэ и вернулся к обнаженной Сяюэ, затем взглянул на себя и обнаружил, что на нем, по крайней мере, есть одежда.

"Давайте пока остановимся на этом", - сказал он, направляясь к Цюйюэ.

Сяюэ шла сзади, как послушная служанка.

"Спаситель... эта... женщина..." Цюйюэ уже приняла увиденное за реальность, а не за сон, но мысли ее были слишком запутанными, чтобы мыслить здраво.

Ниу Чанг слегка повернулся, чтобы Цюйюэ могла видеть Сяюэ, стоящую позади него. "Позволь представить тебе ее: это моя служанка, и отныне она будет твоей спутницей".

"О, это так", - без промедления ответила Цюйюэ. Но глаза ее были прикованы к завораживающему телосложению Сяюэ.

В глубине сердца Цюйюэ разгорелось неведомое ей пламя, и, глядя на здоровые достоинства Сяюэ, она не смогла удержаться от того, чтобы не раздуть это пламя. На долю секунды ее лицо стало холодным, а затем вернулось в нормальное состояние.

"Приятно познакомиться... Как тебя зовут, сестра?"

От ровного тона Цюйюэ у Ниу Чанга по коже побежали мурашки.

"Приятно познакомиться, меня зовут Сяюэ". Сяюэ решила не обращать внимания на секундную странность Цюйюэ. Ее внешность, созданная руками Ниу Чанга, была не только пиком творения, но и все остальные аспекты ее натуры.

"Сяюэ?" Цюйюэ повторила ее имя, осознав его значение.

"Но почему ты голая, сестра Сяюэ?"

Ниу Чанг хотел вмешаться, но Сяюэ уже ответила.

"Как видишь, - Сяюэ маняще двигала своим изящным телом, демонстрируя различные изгибы. "Для меня не было подходящей одежды"

Вспоминая прошлое...

Во время бурного обсуждения дао Сяюэ спросила у Ниу Чанга, можно ли ей снять одежду, ведь она доставляет ей дискомфорт. Ниу Чанг без проблем разрешил ей это сделать. Он был слишком сосредоточен на обсуждении дао, не позволяя своей нижней части контролировать его разум.

"Понятно", - Цюйюэ уставилась на тело Сяюэ, а потом замолчала.

Никто не заговорил. Ниу Чанг размышлял, что делать дальше, Цюйюэ погрузилась в свои мысли, а Сяюэ все еще жаждала узнать от Ниу Чанга больше правды.

"Ладно, - прервал затянувшуюся паузу Ниу Чанг, - раз вы уже знакомы, я оставлю вас наедине".

Затем он отошел в другой угол и принялся переваривать предыдущий разговор о дао. В отличие от прежних времен, он наконец-то смог найти мотивацию для самостоятельной работы, а не просто полагаться на свой второй мозг.

Наблюдая за удаляющейся спиной Ниу Чанга, Сяюэ изогнула губы. Она подошла к Цюйюэ. "Я слышала о тебе от моего мастера". Она обошла вокруг Цюйюэ, рассматривая ее с разных сторон.

"Понятно", - наконец вынесла она свое решение.

"Хе-хе, какая наивная девочка". Сяюэ закончила обходить Цюйюэ и остановилась перед ней. На ее лице появилось скучающее выражение, словно она разглядывала насекомое.

"Твои мелочные мысли о мирской одержимости не приведут тебя к цели".

Ее тон был полон насмешки и снисходительности по отношению к Цюйюэ.

"Что ты имеешь в виду?" холодно спросила Цюйюэ, вокруг ее тела начала появляться бледная призрачная ци.

"Именно это я и имею в виду", - хмыкнула Сяюэ, наблюдая за тем, как легко Цюйюэ поддается насмешкам. Она провела руками по своим изгибам, чтобы показать, насколько ее тело совершеннее, чем у Цюйюэ.

Цюйюэ почувствовала порыв к насилию, но сделала глубокий вдох и тяжело выдохнула.

"О, ты умеешь делать это быстрее, чем я думала. Этого и следовало ожидать от человека, которому разрешено быть на стороне моего господина".

"Только скажи мне, почему ты так ведешь себя передо мной, когда мы одни?" резко сказала Цюйюэ.

"Хе-хе, не злись. Я такая же, как и ты. Я многого не знаю, так что просто прими это как мою игру, ладно?" Сяюэ попыталась изобразить невинность, сделав милое выражение лица.

"Так ты и есть тот самый обугленный черный труп?" Цюйюэ наконец-то получила последний кусочек головоломки; она не могла удержаться, чтобы еще раз не посмотреть на тело Сяюэ. Но прежней ревности уже не было.

Она лишь издала короткий смешок. "Хех!"

Приняв это за воздух, Сяюэ продолжила. "Это была не я. Если ты так думаешь, чтобы чувствовать себя комфортно, то так тому и быть".

"В любом случае, давай теперь поговорим серьезно". Сяюэ отбросила свой комплекс превосходства и наделась в образ горничной.

Ниу Чанг оставался в своем пространстве сознания, занимаясь тренировками, создавая новые навыки или совершенствуя их.

Создание новых навыков было для него обычным делом, а вот их совершенствование требовало от него самостоятельной работы.

По мере того как его навыки достигали совершенства, он, естественно, должен был улучшать их до более высокого ранга, чтобы они не были бесполезными.

Как бы ни были полезны три вспомогательных мыслительных навыка, они имели свои ограничения.

Поэтому, чтобы улучшить навыки до совершенства, требовалась человеческая изобретательность, чтобы создать путь и чтобы они его создали.

Перед Ниу Чангом плавали различные цифровые голограммы, отображавшие различные данные и информацию, которые он мог легко понять. Время от времени он просил свой второй мозг показать ему воспоминания в видеоформате, чтобы ему было легче вдохновиться.

И вдруг он получил уведомление о том, что кто-то зовет его из внешнего мира.

Его брови нахмурились, и он на мгновение задумался, после чего решил отложить свои действия.

Открыв глаза, он увидел Сяюэ и Цюйюэ, стоящих рядом. Сяюэ была все такой же обнаженной и красивой, с торжественным выражением лица покорной служанки. А вот Цюйюэ выглядела совсем иначе, чем прежде.

Ниу Чанг не мог определить ответ на этот вопрос, но он чувствовал его благодаря своей развитой интуиции.

"Спаситель", - первой открыла рот Цюйюэ. "Я хочу стать твоей истинной последовательницей!"

Выслушав ее слова, Ниу Чанг на мгновение задумался, а затем перевел взгляд на молчаливую Сяюэ.

'Ну, я действительно посеял в ней Семя Преданности. Но... похоже, оно не было всесильным. Пока верность гарантирована, ее носительница, похоже, имеет некоторую свободу в мыслях и действиях".

Вернувшись в свое пространство разума, где различные отвлекающие мысли были легко сведены на нет вторым мозгом, Ниу Чанг обнаружил, что Сяюэ проявляет больше энтузиазма, чем он ожидал. Это нетерпение доходило до жадности.

С помощью базы данных бесчисленных историй он каким-то образом смог предсказать дальнейшее развитие Сяюэ.

"Двуличная служанка, перед своим господином она будет демонстрировать самый совершенный образ, но за моей спиной превратится в другую личность, не менее претенциозную и высокомерную, чем я..."

Остановив свои размышления, Ниу Чанг согласился с просьбой Цюйюэ. К Семени Верности предъявлялись строгие требования. Естественно, одно из них заключалось в том, что человек должен был добровольно принять его, полностью осознавая последствия без каких-либо манипуляций с сознанием.

Это требование можно было бы легко обойти, если бы Ниу Чанг поместил его при воскрешении человека, поскольку, с его точки зрения, именно он создал этого живого человека.

Ниу Чанг поместил Семя Преданности в ладонь и начал перечислять все последствия того, что он является его истинным последователем.

"Теперь ты поняла? Хочешь ли ты продолжить?" - спросил он.

"Да!" без колебаний ответила Цюйюэ.

Тогда Ниу Чанг вложил семя ей в лоб, и оно вживилось в сознание Цюйюэ. Когда она открыла глаза, то не почувствовала никаких изменений. "Тогда, Спаситель, не мог бы ты научить меня своей самодельной технике культивирования?"

Ниу Чанг снова посмотрел на Сяюэ, которая по-прежнему сохраняла торжественное выражение лица.

"Хорошо", - Ниу Чанг сел и приказал ей тоже сесть.

Цюйюэ, естественно, последовала его указанию, и служанка за ее спиной тоже села.

Вижу, это то, что тебе нужно. Ниу Чанг развеселился, когда наконец понял истинное намерение Сяюэ.

Он раскрыл ладонь и показал, как из нее вытекает ци, превращаясь в прекрасную белую розу. Она была такой реалистичной. Стебель был серым с детально проработанными контурами, украшенный маленькими, но острыми шипами, а сама корона состояла из белых лепестков.

Сяюэ любовалась этой сценой, не сдерживая своего выражения, но, с другой стороны, Цюйюэ была напугана до такой степени, что начала отдаляться от белой розы.

Изо всех сил стараясь не закричать, она лишь медленно отступала с выражением ужаса на лице.

Сяюэ не обращала на нее внимания и больше интересовалась белой розой.

"Похоже, ваша особая конституция делает вас довольно чувствительной к негативным аспектам жизни. Или, лучше сказать, умеешь распознавать хищников самой жизни?"

Поскольку посторонних поблизости больше не было, Ниу Чанг, который редко озвучивал свои мысли, начал объяснять свою технику.

"Эта техника культивирования называется "Белая роза опустошения". Она родилась и выросла из некогда процветающего города, который внезапно пришел в упадок. После того как время превратило остатки города в мелкую серую пыль, бесплотный лунный свет породил это экзотическое растение".

Он остановился и с помощью своего Органа показал окружающие его образы. Трансформационная ци распространилась от его тела и превратилась в голограмму, которая показывала сцену, которую он хотел изобразить.

Фантомы людей начали бродить вокруг, как в процветающем городе, и постепенно фантомы людей начали уменьшаться, показывая быстрое сокращение населения. Из пустого ночного неба начали вырастать корнеподобные структуры, которые быстро разрастались и покрывали всю пустынную землю. В самом центре в небо начал подниматься небольшой ствол. Под лунным светом среди безлюдной земли, покрытой серой пылью, расцвел единственный стебель белой розы. Ее стройная форма тянулась к небу, бросая вызов окружавшему ее бесплодию. Каждый нетронутый лепесток распускался с изяществом, отражая неземное сияние луны.

В ночной тишине эта одинокая белая роза была символом стойкости и красоты. Ее нежное присутствие резко контрастировало с запустением, напоминая всем, кто видел ее, о непреходящей силе надежды. Вопреки всему она расцвела, излучая чистую и чарующую ауру, которая говорила о преображающей магии, встречающейся даже в самых пустынных пейзажах.

"Прекрасно... Мастер, не могли бы вы показать мне мою технику культивирования?" Сяюэ, которая всегда наблюдала за происходящим с самого начала, не смогла больше сдерживаться и попросила своей очереди.

"Давайте сделаем это после того, как разбудим твою коллегу". сказал Ниу Чанг, глядя на полубессознательную Цюйюэ.

Поскольку для того, чтобы показать видение Белой Розы Опустошения, нужно было использовать соответствующую ци, Цюйюэ, естественно, будет ошеломлена ее присутствием и может потерять сознание.

Усилием воли ускорив выздоровление Цюйюэ, Ниу Чанг стал силой контролировать призрачную ци в ее теле и искусственно заставлять ее культивировать технику "Белая роза опустошения".

Ее тело упорно сопротивлялось, но она была не в силах противостоять более мощной ци смерти и обилию ци Ниу Чанга.

При этом он также собрал данные об особой конституции Цюйюэ.

В природной глуши Южного региона на большой скорости бежала группа людей, каждый из которых использовал свои уникальные методы. Они бежали без остановки уже более двух дней, их тела были скрыты специальной одеждой и их собственными боевыми навыками. Они выбрали безлюдный маршрут, чтобы обеспечить себе скрытность.

Никто не разговаривал, поскольку они были сосредоточены только на своей цели. Команда состояла из трех человек, один из которых держал в руке небольшой фонарь. Внутри фонаря спокойно горел темно-красный огонь, на который не влияли их быстрые движения. Вместо этого он был как компас, указывал определенное направление.

Когда наступила ночь, они наконец добрались до угла, где почти не было влияния крупных организаций, ровной земли с небольшими возвышенностями и зеленеющего леса.

Один из них спросил: "Это то самое место?" Это был мужской голос, обращенный к человеку, державшему маленький фонарь.

Тот ничего не ответил и еще раз проверил состояние темно-красного огня в маленьком фонаре. Он был больше, чем раньше, и сильно притягивался к чему-то поблизости.

"Это должно быть то самое место", - сказал человек, державший его. Неожиданно это был женский голос, холодный и ровный.

Женщина повернула голову и спросила у последнего молчавшего человека: "Вы знаете, где это?"

Поскольку со стороны они выглядели одинаково, последний человек на мгновение огляделся вокруг и начал прикидывать в уме.

Затем он ответил: "Это место должно быть недалеко от города под названием Хайчен-Сити. Этот город находится под юрисдикцией семьи Шэнь. Как вы знаете, семья Шэнь была одной из шести крупнейших семей Южного региона. Но это место должно находиться на окраине, так как вокруг него не было назначено ни одного члена семьи".

"Но даже в этом случае нам следует быть осторожными: около двух или одного года назад прошел слух, что один из прямых потомков семьи Шэнь пропал, и они потратили много сил на его поиски ".

"А, та девочка?" - спросил первый мужчина.

"Да, она родилась с врожденной конституцией, которая очень подходит для культивирования основного метода культивации их семьи . Но, увы, она пропала".

"Глава семьи уже отдал прямой приказ, что расследование не прекратится, пока не найдут ее труп, поэтому нам следует быть осторожными, даже если мы находимся на территории семьи Шэнь".

Женщина, державшая маленький фонарь, кивнула. Затем она повела двух других мужчин в том направлении, куда указывал темно-красный огонь.

Вскоре они оказались в негостеприимном месте, где неудержимо росли дикие кусты. Темно-красный огонь достиг своего пика, почти заполнив все пространство, но он не указывал никакого конкретного направления.

"Это то самое место?" - спросил первый мужчина. Он осмотрелся вокруг, но ничего примечательного не обнаружил.

"Да, - внезапно сказала женщина, - мы в правильном месте. Оно под нами".

Не спрашивая больше, двое других активировали свои боевые навыки и просканировали землю под собой.

Первый мужчина использовал голубую огненную ци, которая без труда проникла в землю, а второй - ци, имитирующую серый дым.

"Под нами есть пространство!" - сказал первый мужчина.

Без лишних слов он топнул правой ногой и разбил землю. Благодаря его высокому уровню культивирования и мастерству владения своими навыками, большого шума не было, и он просто продемонстрировал разрушительную способность, направленную на землю.

Они не общались словами, но каждый из них уже сделал свое дело.

Второй мужчина окутал все вокруг серой дымной ци, чтобы предотвратить побег, а женщина сразу прыгнула в яму.

Второй мужчина ждал над землей, а двое других уже оказались внутри подземного помещения.

Там было темно и почти не было вентиляции, но они чувствовали, что в этой темноте их ждет человек.

В щели между маской и глазами женщины вспыхнул голубой свет.

"Ах, не сверкай мне глазами", - раздался в ее сторону негромкий голос еще не повзрослевшего ребенка. Он взмахнул рукой, чтобы прикрыть лицо.

Но женщина не стала принимать поспешных решений и просканировала всю подземную пещеру.

Здесь не было ни тайных туннелей, ни каких-либо путей к отступлению; единственным выходом был лаз, который они открыли, чтобы войти. Более того, в этом месте не было других людей, только они и тот маленький мальчик.

Но вскоре она кое-что поняла. На талии маленького мальчика висели две человеческие головы. У одной из них были огненно-рыжие волосы, а у другой - черные. Не проверяя маленький фонарик на поясе, она узнала личность одной из висящих голов.

Благодаря своему усиленному чутью Ниу Чанг наконец-то смог получить ответ. "Так вы, ребята, искали вот этого?" - он повел талией вправо, где висела голова Сяюэ.

Первый мужчина не заметил особых изменений, а вот женщина, сидевшая с ним, проявила бурную реакцию, хотя она была хорошо скрыта.

[Установлена карма с Мо Ци].

К счастью, Ниу Чанг не был человеком, который использует только свои пять чувств. Получив второе подтверждение, он усмехнулся. "Давай, расскажи мне о своей угрозе", - с надеждой произнес он.

В тот момент, когда его голос донесся до их ушей, раздался и мимолетный звук падающих лепестков.

Демонические объятия Леди в бело-красном!

Ниу Чанг без промедления активировал свой навык управления толпой. Не сдерживаясь, из его тела вырвалась красная ласковая ци и превратилась в святую деву, обвившую руками его шею.

Из-за разницы в росте нижняя половина тела святой девы лежала на земле. На его теле появилось еще одно видение, демонстрирующее чары пяти чувств.

Но внезапная атака не удалась, так как его враги были экспертами золотого ядра. Они уже стабилизировали свое культивирование и все глубже погружались в глубины его стадии.

Они уже улучшили базовую защиту ци, которую давало им культивирование золотого ядра, и объединили ее со своими уникальными боевыми навыками.

[Установлена карма с Земным Демоном №2]

[Установлена карма с Земным Демоном №3].

Ниу Чанг, по крайней мере, смог получить то, что хотел, испытав воду. Естественно, он с самого начала не выбирал в качестве мишени человека по имени Мо Ци.

"Какая мощная группа", - похвалил он их, чувствуя изменения в своем теле. "Такое количество ци должно быть на стадии золотого ядра, но их количество должно быть больше, чем у Хуан Чжи и Фэн Нин".

Поскольку он уже получил разрешение от системы, естественно, ему нужно было закончить этот бой как можно скорее.

Третий навык - "Посещение снов"!

В отличие от двух предыдущих умений Девы Святилища под Священным Деревом, третье умение, Посещение Сна, не имело никакого эффекта при активации. В их сознании появлялась дева из святилища. Ее сопровождала атмосфера весны и мимолетные лепестки цветущей вишни вокруг.

"Атака души!" в шоке воскликнул Земной Демон №2.

Осознав тип атаки, он немедленно активировал свой боевой навык, основанный на душе, чтобы защитить ее. А Ниу Чанг нахмурился, увидев, что атака души прошла не так хорошо, как планировалось.

'Почему у них есть боевые навыки, связанные с душой? Разве это не моя привилегия?" - он не мог сдержать любопытства, - "Может, это еще одна привилегия, которая появляется после достижения уровня золотого ядра?

Выбросив из головы мысли о деве святилища, Земной Демон №2 бросился прямо на Ниу Чанга.

Его кулак окутало холодное синее пламя, и он ударил его. Но чем ближе он подходил к мальчику, тем сильнее ощущал, что что-то удерживает его тело на месте.

Поскольку Демон Земли № 2 уже был связан с девой святилища, Ниу Чанг, естественно, мгновенно активировал Клятву Вечности.

Невидимые ограничения, вызванные Демоническим Объятием, были стимулированы и породили фантом Девы Святилища с очень реалистичным внешним видом на спине Демона Земли No.2.

Мо Ци, некоторое время наблюдавшая за происходящим, собирала информацию, чтобы определить способности и происхождение Ниу Чанга.

'Он использовал технику привораживания, основанную на цветении вишни. Красная ци содержит следы разложения от сильных похотливых эмоций. И этот странный фантом женщины в одежде, которую я никогда раньше не видела".

Сопоставив каждую подсказку, полученную во время первой стычки, Мо Ци перечислила возможные варианты ответов.

Но ни один из них она не смогла соотнести с техникой Ниу Чанга "Священная дева под священным деревом". Видя, что Земной Демон №2 полностью подавлен Ниу Чангом, она решила сначала помочь ему.

Из ее пальцев потекла ци голубого цвета и превратилась во множество сосулек, нацеленных на фантом святой девы и Ниу Чанга.

Сосульки вонзились в спину фантома святой девы, а затем превратились в ее красную ци. А Ниу Чанг ничего не предпринимал и просто стоял под защитой своего замкнутого контура.

Демон Земли №2 не зря был золотым ядром: даже под постоянной эрозией Вечной клятвы он мог держаться на ногах, не получая повреждений, а лишь сосредотачиваясь на сопротивлении эрозии.

"Не сдерживайся", - внезапно сказал Ниу Чанг, шагнув вперед. Мо Ци попыталась использовать свой навык, чтобы определить зону действия странного навыка Ниу Чанга.

Пока она напряженно прикидывала, насколько силен Ниу Чанг, она вдруг поняла, что совершила роковую ошибку.

"Она хотела что-то предпринять, но было уже слишком поздно.

"Хе-хе", - усмехнулся Ниу Чанг и добавил. "Так-то оно так".

У читателя, живущего в совершенно ином измерении, чем читаемая им история, естественно, есть свои преимущества и недостатки.

Одним из них было то, что читатель не мог взаимодействовать с героями истории.

Они не могли навредить читателю, а читатель не мог навредить им.

Поэтому, когда читатель читал о нервном развитии событий, в которые была втянута плохо написанная драма, он мог только кричать и царапаться в агонии.

Ниу Чанг пережил множество подобных ситуаций.

Дошло до того, что он оцепенел и просто бросил читать дальше.

"Сюжет, по крайней мере, хорош для того, чтобы скоротать время, но развитие событий выполнено просто плохо. Кроме того, что у главного героя средний IQ обычного человека, у остальных IQ лишь комнатной температуры. Игра в героя и прочее дает читателю мысленную мастурбацию, чтобы он продолжал читать..."

"Не то чтобы я это ненавидел, но это должно быть сделано более логично. Всем нравится бить по лицу, потому что это, по сути, и было смыслом истории о захвате власти."

...

Остановив свои воспоминания о прошлом, Ниу Чанг был очень доволен тем, что стал непосредственным участником этой истории.

Благодаря своим обостренным чувствам он смог уловить группу людей, приближающихся к его маленькой подземной пещере.

Поэтому, не раздумывая, он обезглавил своих последователей, чтобы они не мешали, и сохранил их головы, чтобы проверить, почему эти люди смогли безошибочно найти его маленькую подземную пещеру.

Мысленно открыв инструкцию, как правильно действовать в сложившейся ситуации, Ниу Чанг бегло прочитал ее, чтобы не упустить ничего важного, и стал ждать появления гостей.

Предстояло сделать множество вещей, но вкратце их можно было объяснить простыми словами.

Это было руководство Ниу Чанга о том, как правильно сражаться, если тебя выбрали реинкарнатором или трансмигрантом.

Первым этапом было сканирование растения.

Так как вы не знали информации о противнике, вам нужно было понять его мотивы, чтобы правильно оценить ситуацию на следующих этапах.

Вторым шагом было сжигание верхушки растения.

Поскольку идентификация была уже закончена, в случае чего конфликт был неизбежен. Тогда нужно было сначала сбить противника с толку и отвлечь его внимание от того, как горит его голова.

Третьим шагом было отсечение корня.

Это было очень важно, так как растения обладают невероятной живучестью, как тараканы. Поэтому убедитесь, что вы отрезали им путь к отступлению и источник энергии.

Третий шаг был сделан прямо сейчас.

Ниу Чанг парил в воздухе, держа в руках горсть пыли.

После того как они столкнулись, он сразу же скрылся и поставил на свое место марионетку, чтобы привлечь внимание Мо Ци и Демона Земли №2.

Система выдала ему только три новые кармические связи, но он решил быть осторожнее и сначала просканировал всю местность.

К его удивлению, неподалеку от охраняющего Земного Демона №3 пряталась еще одна крыса, которую звали Земной Демон №1.

Поскольку ему нужно было действовать быстро, он не стал сдерживать свою атаку и одним ударом уничтожил Демона Земли №1.

Назвать это одним ударом было бы недооценкой силы Демона Земли №1. Поэтому лучше назвать его наложенным и очень расчетливым набором умений, способных разрушить что угодно.

Это был убийственный прием, поскольку он не был единым навыком, в нем не было фейерверков, огней и прочего. Просто старое доброе уничтожение врага.

Затем он вернулся к Земному демону №3 и выстрелил в него.

Он завершил третий шаг по своему собственному руководству.

Ниу Чанг, естественно, вернулся в подземную пещеру, чтобы закончить все дела.

Четвертый шаг заключался в уничтожении ствола.

Это было простое руководство, состоящее всего из четырех шагов, но оно было очень эффективным, позволяя избежать ненужного развития событий, где главный герой мог бы проявить себя.

Но на практике все оказалось не так просто.

Когда Ниу Чанг оказался в подземной пещере, он обнаружил, что марионетка, которую он использовал вместо себя, уже оттеснена к точке разрушения.

Дело было не в том, что он не мог связаться с марионеткой, а в том, что причина была просто уморительной.

Мо Ци в одиночку загоняла марионетку в угол. В центре внимания был не он, а тот, кто вошел с ней в подземную пещеру.

Земной демон № 2.

Одежда, скрывавшая его тело, уже исчезла, сменившись боевой мантией с широкими длинными рукавами. Его волосы были темно-рыжими и длинными.

Примечательным было то, что он излучал подавляющую ауру.

Аура была невидимой и безальтернативной, поэтому ее трудно было уловить из-за ее несуществования, но она была.

Ниу Чанг почувствовал ее и сразу же нашел ответ. "Это было подавление души".

Он называл это подавлением души, потому что так оно и было: аура проявляла во внешнем мире могущественную душу Демона Земли №2 и подавляла каждое живое существо, имеющее душу.

[Динь!]

Но это было еще не все: Ниу Чанг услышал систему и слегка опустил взгляд, чтобы обнаружить нечто иное.

[Новое изменение кармической связи уже настроено]

[Установлена карма с Земным Демоном № 2 (Гу Фа)]

[Установлена карма с Гу Фа]

Когда их взгляды встретились, нематериальное подавление души заполнило всю подземную пещеру, поставив марионетку в невыгодное положение. Но когда Ниу Чанг посмотрел прямо в глаза Гу Фа.

Сила подавления души невероятно возросла.

Словно дюжина гор была брошена прямо на его разум.

Скрытый Ниу Чанг был вынужден показать себя. Но его лицо было спокойным и непринужденным.

"Сила души действительно очень сильна, но... что это за говнюк? Я? Этот великий я? Неужели он хочет подавить меня в вопросах души? Что за шутка, я даже не могу придумать пословицу о том, насколько нелепа такая попытка".

Сила души была загадочной; все живые существа обладали собственной душой, но у тех, кто не культивировал ее, сила души зависела исключительно от разума.

Разум состоит из знаний и одержимости.

Для Ниу Чанга, у которого было три вспомогательных навыка, которые он уже улучшил, чтобы защитить свой разум, и тот факт, что его мышление уже достигло глубокого состояния трансцендирования истины, было просто нелепо подвергнуться атаке души.

Он чувствовал себя так, словно на него вылили ушат дерьма, когда он только что закончил принимать хороший и тщательный душ.

Но он сдержал гнев в своем сердце: сначала нужно было разобраться с текущей проблемой, а потом уже можно будет отомстить.

По приказу Ниу Чанга марионетка тут же превратилась в комок ци.

"Это была красная ласковая ци техники "Священная дева под священным деревом".

Ниу Чанг медленно опустился на землю.

Земной демон № 2, одержимый Гу Фа, и Мо Ци молча наблюдали за его приземлением. Их взгляды были устремлены на голову Сяюэ, лежащую на талии Ниу Чанга.

Наблюдая за ними исподлобья, Ниу Чанг пытался получить больше информации. "Мы можем решить этот вопрос словами, так что скажите мне. Почему вы так неожиданно вошли в мою обитель?"

Мо Ци, возглавлявшая экспедицию, молчала. Она просто подошла к Гу Фа и почтительно встала за его спиной.

Увидев это, Ниу Чанг, естественно, решил, что Гу Фа - их лидер. Поэтому он сфокусировал взгляд на нем.

И тут он понял, что ци внутри этого человека действительно изменилась: она не поменяла цвет с синего на темно-красный. Но он словно изменил свою технику культивирования без всякой обратной реакции.

"Отдай мне голову", - сказал Гу Фа безэмоциональным, но требовательным голосом.

"Опять?" Ниу Чанг почувствовал, что голос Гу Фа содержит ту же силу души, которая воздействовала на его разум, но... ему показалось, что его только что ударили рукой, вымазанной в навозе.

Его лицо исказилось от гнева, но он попытался сдержать его.

Нажав мысленно на кнопку "Успокоиться", Ниу Чанг вернул свое настроение в нормальное состояние. Но послевкусие все еще оставалось на его языке.

Гу Фа никак не отреагировал на то, что его метод не сработал. Он просто стоял прямо, как копье, воткнутое в землю, и демонстрировал то, что больше всего ненавидел Ниу Чанг.

Вычурность Гу Фа достигала девятого неба.

"Ты что, оглох?" взволнованно спросил Ниу Чанг, - Я спрашивал тебя, кто ты такой, но ты сказал совсем другое. Неужели твоя мать уронила тебя на голову, когда ты был еще младенцем?"

Не дождавшись ответа, Ниу Чанг продолжил использовать свой рот для шквала оскорблений.

"Учитывая, что твоя мать - просто дешевая сучка, сомневаюсь, что ей есть дело до того, ударился ты головой или нет. Возможно, она делает это ради денег, позволяя своим клиентам бить тебя по голове".

"Готов поспорить, что у одного из клиентов уникальный вкус и он тоже засунул свой член тебе в задницу".

"Когда тебе исполнилось два года, твоя мать устала от твоего дебильного поведения и продала тебя в другой бордель, где ты попал в шоу под названием "Теплая любовь".

"Там тебя вывели на сцену вместе с группой взрослых животных, таких как собаки и свиньи, чтобы тщательно оттрахать".

"Блин, наверняка это было интересное зрелище".

Мо Ци молчала, а в ее сердце царил хаос, как в бурном море.

Ее глаза вспыхнули холодным убийственным намерением, затем она быстро отбросила их.

"Ты закончил?" Гу Фа спросил все тем же ровным тоном.

Видя, как его враг продолжает выделываться, хотя он был не так уж и силен, после настройки системы Ниу Чанг, естественно, смог понять силу этого нового врага по имени Гу Фа. Хотя он и сильнее всех, с кем мне приходилось сталкиваться, но все же в пределах моих возможностей.

"Ты говоришь со мной?" Ниу Чанг с отвращением поднял одну бровь и продолжил. "Как смеет сын ничтожной суки разговаривать со мной? Неужели твоя мать... э-э, твой отец-свинья и мать-собака не научили тебя уважать людей, когда они разговаривают?"

"Неужели ты стал слишком отсталым, что обучение, полученное в борделе, пропало даром? Ты неблагодарная свинья!"

Достаточно ли этого?

Когда из его рта, словно острые ножи, полетели различные оскорбления в сторону Гу Фа, Ниу Чанг не мог не остановиться.

Сколько бы оскорблений он ни бросал, Гу Фа оставался неподвижным и спокойным.

"Это похоже на то, как взрослые относятся к детским истерикам... Неужели я ребенок?"

Поразмыслив над этим вопросом, Ниу Чанг смирился с суровой холодной правдой. Но, несмотря на это, он просто отказывался признать свою потерю.

"Так ты будешь говорить или нет?" - отбросив остатки эмоций, он холодно посмотрел на Гу Фа.

Гу Фа остался прежним, словно считая Ниу Чанга просто дураком.

Ниу Чанг наконец понял, что именно он чувствовал в поведении Гу Фа. Говоря простым языком, он уже вышел на новый уровень психики. Это не хорошо, а скорее плохо. Подобно тем, кого держат в психушке из-за невозможности связаться с внешним миром, они живут в своем собственном мире и обладают уникальным складом ума. Как бы к ним ни относились другие, они будут воспринимать это как воздух. Для них это норма.

Наконец-то Ниу Чанг смог выразить свои мысли словами, и ему стало не по себе, когда он понял, насколько больной на голову Гу Фа.

"Разве его случай не похож на мой? Я хотел бы подружиться с ним, но он выбрал путь высшей претенциозности. Он уже давно отказался от своей гуманной натуры, детского сердца и беззаботной воли".

Тогда Ниу Чанг сурово кивнул Гу Фа. "Мы с тобой не похожи!"

Ниу Чанг молчал, а в голове его рождался план.

Поскольку болтливый Ниу Чанг больше не разговаривал, Гу Фа и Мо Ци тоже замолчали.

Оба члена Культа Небесного Демона могли телепатически общаться друг с другом, но так как ее лорд не разговаривал, Мо Ци не пыталась связаться с ним.

Она пристально смотрела на Ниу Чанга, не понимая, почему ее господин все это время молчит.

Неужели этот мальчик настолько силен, что даже Владыка решил быть очень бдительным?

Вспомнив бой с марионеткой Ниу Чанга, она поняла, что это не так: "Хотя его искусство обольщения и было странным, но не настолько, чтобы стать для меня непреодолимым. В прямом бою манящие техники обычно не обладают такой взрывной силой, как другие искусства".

Мо Ци, которая уже знала, насколько силен ее лорд, решила поверить в него. " Этот мальчик может быть кем-то, чей возраст отличается от его настоящего облика".

"Я предлагаю тебе сделку. Отдай головы, и я дам тебе все, что ты пожелаешь, если только это будет в моих силах", - внезапно сказал Гу Фа.

Ниу Чанг, беззаботно занимавшийся культивированием в этой напряженной ситуации, поднял одну бровь. "Сделка? Головы? Что-нибудь, что я хочу?"

"Хех", - передразнил он. "Ты можешь дать мне то, что я хочу? Держу пари, что нет".

"Правда это или нет, ты не узнаешь, если не попробуешь", - Гу Фа неожиданно поддержал разговор, сохраняя при этом претенциозную манеру поведения.

"Это было неожиданно с твоей стороны". Ниу Чанг скорчил гримасу и продолжил: "Давай поговорим об этом позже. А как насчет того, чтобы рассказать мне об этих двоих?"

Он пошевелил талией, чтобы дать понять, что говорит.

Головы слегка покачнулись от этого движения.

"После того как ты отдашь эти головы, они больше не будут тебя касаться. Так зачем спрашивать?"

"Вот как?" Ниу Чанг никак не мог найти общий язык со своим собеседником. Это было похоже на разговор с человеком, который был явно беден и слаб, но говорил высоким и могущественным тоном. Независимо от того, кто это был, его бы раздражало такое поведение.

"Мне любопытно, изменится ли когда-нибудь это стоическое выражение на твоем лице? Или ты уже совсем потерял способность его менять?"

Ниу Чанг отбросил свою добрую улыбку, но его глаза улыбались ярче.

Смысл его слов был понятен.

Его тело не претерпело никаких изменений, оно оставалось неподвижным.

Но Гу Фа... самый претенциозный человек из всех, кого Ниу Чанг встречал до сих пор, отреагировал мгновенно.

Словно темная подземная пещера превратилась в глубочайший слой бездны.

Из тела Гу Фа вырвался мощный импульс и превратился в невесомое темно-красное иллюзорное пламя, которое менее чем за мгновение охватило всю подземную пещеру.

Одновременно с этим он двинулся вперед, пытаясь атаковать Ниу Чанга.

Все происходило так быстро, что глаза и другие органы чувств Ниу Чанга не успевали следить за столь стремительным развитием событий.

Но его приготовления были напрасны. Даже если бы органы чувств не могли контролировать его тело, а разум не мог бы думать достаточно быстро, созданные им различные навыки никогда не обманули бы его ожиданий.

Взрывов не было, а головы на его поясе превратились в мелкую пыль, после чего и эти пылинки исчезли.

В это время Гу Фа уже сократил разрыв и оказался перед ним. Он собрал в руке темно-красную ци и нанес удар.

В этих быстрых действиях Гу Фа не мог не почувствовать, что что-то не так. "Неужели это просто совпадение?

С момента, когда Ниу Чанг произнес свои слова, и до того, как он оказался рядом с Ниу Чангом. Хотя это был очень короткий промежуток времени, Гу Фа чувствовал, что все происходит организованно.

Он никогда не недооценивал Ниу Чанга, даже в малейшей степени. За долгую жизнь в качестве человека номер один в Секте Небесного Демона его опыт был очень обширным и глубоким.

Будь то боевые или социальные проблемы, он пережил их множество.

Поэтому, следуя своему закаленному и отточенному инстинкту, он отменил атаку и решил отступить.

Но было уже слишком поздно.

Глаза Ниу Чанга были сосредоточены, но не на схватке, так как он не мог догнать сверхчеловеческую скорость. Тело реагировало за него, словно обладало собственным разумом и реагировало на любую угрозу.

Не было никаких утечек ци; его тело было способно сдерживать все и использовать ци только самым эффективным образом.

Темно-красный иллюзорный огонь, заполнивший всю подземную пещеру вокруг Ниу Чанга, изменился и превратился в красную ласковую ци.

Имея ее бесконечный запас из системы, Ниу Чанг, естественно, взял лучшее из нее и использовал свои навыки без ограничений.

Слепить глаза, затыкать уши, затыкать рот, блокировать нос, обволакивать кожу. Запечатывание всех пяти чувств.

Удерживать физическое тело, прерывать разум, запечатывать душу и дух.

Поймать ци, проникнуть в ци и заблокировать ци.

Превратить функционального человека в безобидный кусок мяса было самым простым способом убить врага.

Сделав все эти действия, Ниу Чанг перешел к следующему шагу - уничтожению ствола.

Пространство вокруг его тела задрожало, словно древнее существо очнулось от дремоты. Это была высшая форма навыка "Удар".

Повысив его мастерство и ранг, Ниу Чанг достиг того уровня, когда его атака уже не была поверхностной, а прямо уничтожала противника.

Естественно, освоение такой мощной техники требовало не только огромных усилий и времени, но и удачи.

Но его второй мозг мог это сделать: если путь уже был проложен, они могли без проблем его заполнить.

Для этого навыка существовало лишь одно ограничение: Ниу Чангу требовался прямой контакт с врагами.

Поскольку он уже знал о такой слабости, ему нужно было придумать новые навыки, чтобы притянуть врага к себе, а также подтолкнуть себя к врагу.

Кроме того, ему требовался еще один навык, позволяющий без проблем пробивать защиту врага.

Именно поэтому его называли "убийственным движением", так как это движение убивало врага. Ниу Чанг назвал этот набор хорошо связанных между собой навыков "Прощальным подарком".

Мо Ци, которая тоже начала реагировать в тот момент, когда ее лорд сделал свое движение, была ошеломлена, увидев, как тело Демона Земли №2 внезапно материализовалось перед Ниу Чангом и на долю секунды замерло, превратившись в мелкую пыль.

В ее голове царил хаос, зрачки расширились. Она не успела ничего предпринять.

Она увидела лишь вспышку света и потеряла сознание.

Когда Ниу Чанг смог переключиться на настоящее время, он обнаружил, что в подземной пещере остались только он и бессознательная Мо Ци.

Он проверил кармическую связь с Гу Фа и облегченно вздохнул, поняв, что Гу Фа находится далеко от его позиции и не делает никаких движений.

"На всякий случай", - подумал Ниу Чанг и просканировал все вокруг. Но даже проведя более пяти видов сканирования, он не обнаружил ничего странного.

Поскольку никаких грандиозных визуальных или звуковых эффектов не было, он счел, что оставаться в этой маленькой подземной пещере вполне безопасно.

"Но нужно побыстрее закончить с этим и переместиться в другое место". Ниу Чанг закончил свои рассуждения. Он не был трусом, но избегать ненужных конфликтов было разумно.

Указав указательным пальцем на лоб Мо Ци, он начал выпытывать у нее информацию. Ниу Чанг не зря был начитанным человеком: он заранее готовил различные навыки на любой случай.

Так же, как его тело реагировало раньше разума, это был навык под названием "Резня".

В этом мире не существовало сильнейших техник культивации или боевых навыков. Причина была очень проста.

Все они использовали ци в качестве ресурса, и любая атака, подпитываемая ци, имела бесконечный потенциал. По мере роста ранга атаки неизбежно наступал момент, когда "мой навык 1 ранга, поэтому твой безранговый навык проигрывает мне", а затем "мой навык 2 ранга, поэтому твой навык 1 ранга проигрывает мне".

Это было смешно, но это был факт.

Это как если бы малыши спорили между собой: "Мой папа такой-то и такой-то, а твой папа такой-то и такой-то".

Но это отличалось от смертных навыков. Смертные навыки не подпитывались ци, но были очень ограничены физически и ментально для человеческого тела.

Навык резни был смертным навыком, но его сила была способна свергнуть все, что угодно, так как это был высший и сильнейший навык.

Это позволяло тренировать тело и разум до такой степени, что больше не нужно было думать, так как тело уже знало, что делать, пока органы чувств могли воспринимать угрозы.

К счастью, Ниу Чанг уже создал различные навыки усиления чувств, по два вида для каждого.

Но одного этого было недостаточно, чтобы стать высшим умением смертных; главная причина заключалась в его адаптивности и отсутствии форм.

Он был реактивным и поэтому не имел слабых мест. При столкновении с твердостью он становился мягким, а может, и твердым, а при столкновении с мягкостью - мягким или твердым.

"Ну что ж, давайте покопаемся". Ниу Чанг начал исследовать разум Мо Ци.

Ниу Чанг ожидал, какую информацию он получит от Мо Ци. Но время шло, и на его лице продолжали происходить изменения. Появлялись и исчезали различные выражения, свидетельствующие о шокирующем откровении, которое он получил из воспоминаний Мо Ци.

Благодаря второму мозгу ему достаточно было прочитать ее всего один раз, и теперь она стала частью его самого. Отпустив указательный палец, он подошел и сел, размышляя о подлинности этих воспоминаний.

Его разум был в смятении, и, не имея сил, он поднял голову, глядя на темную ночь через отверстие над головой.

"И это все?" В его словах сквозило неизмеримое разочарование.

То, что он узнал от Мо Ци, прямого подчиненного Небесного Демона, одной из трех главных фракций Южного региона, было, естественно, довольно глубоким и обширным.

Начнем с мира. В нем было пять регионов: Южный, Северный, Восточный, Западный и, наконец, Центральный. Каждый регион имел свои особенности в культуре и распределении власти.

Таково было общее деление. Что касается самого мира, а точнее континента, то после достижения уровня золотого ядра каждый мог летать, поэтому они находили край земли, на которой жили. Во всех направлениях земля граничила с бескрайним морем, вокруг которого было разбросано несколько островов.

Следующая шокирующая информация касалась самой культивации. Удивительно, но пределом этого мира, а точнее, самой высокой известной ступенью культивации, было лишь золотое ядро. История и различные факты подтверждали это. Ходили слухи, которые впоследствии подтвердились, что первый мастер боевых искусств золотого ядра появился семьсот лет назад в Центральном регионе, за ним последовали другие эксперты золотого ядра.

Но это было еще не все: достигнув стадии золотого ядра, человек обретал нестареющее качество, становясь долгожителем без ограничения срока жизни. Ниу Чанг подумал, что все это звучит глупо, и попытался отрицать факты.

А как же мир над миром? Царства над царствами? Бесконечные бонусы? Поискав в памяти Мо Ци конкретную информацию о легенде о Бессмертном мире, он ничего не нашел. Похоже, такой легенды не существовало.

Что касается неба над головой, то кто-то уже пытался достичь его высоты, но обнаружил барьер, не позволяющий лететь дальше. Итак, мир был континентом, небо было закрыто, а само культивирование ограничивалось уровнем золотого ядра.

Была мысль, что этот континент должен стать отправной точкой для сюжета, где главный герой восходит к самой низкой семье в самой дальней деревне, рядом с самым дальним городом и на самом изолированном континенте. Однако здесь был великий лекарь, целитель, боевой мастер, способный воскрешать и продлевать век простых смертных.

Где же было небесное дао?

Где правила, управляющие жизнью и смертью каждого живого существа?

Где механизм, контролирующий каждую душу?

Вздох.

Небесное дао могло не существовать, но великое дао тоже не существовало. По воспоминаниям Мо Ци, в каждом руководстве по боевым искусствам и технике культивирования не было так называемой истины великого дао. Они всегда говорили о манипуляции ци и ее использовании, используя научный подход.

Что касается того, почему знания, циркулирующие во внешнем мире, были полны бессмыслицы и путаницы, то это было сделано для того, чтобы предотвратить появление новых золотых ядер. Поскольку достижение золотого ядра давало нестареющие характеристики, они хотели ограничить количество людей, достигших этого уровня.

Поэтому в каждой организации существовали скрытые правила, чтобы утаить от мира правду о реальном культивировании. Были известны такие уровни, как третий, второй, первый, пиковая стадия, стадия мастера, стадия гроссмейстера, но потом записи пропали. Ходили слухи, но и они сбивали с толку тех, кто достиг стадии гроссмейстера, не давая им достичь истинной цели культивирования - долголетия.

Для тех, кто родился в великих семьях или имел хорошее происхождение, культивация, которую они изучали, была такой:

Первая основная область была известна как область тренировки ци, где простые смертные начинали собирать ци в своем теле и оттачивать способность контролировать ее.

Второе основное царство - царство полировки ци, в котором ци в теле полировалась и закладывалась основа.

Этап мастера был начальной точкой царства полировки ци, где мастера боевых искусств создавали свою внутреннюю структуру, чтобы пассивно регулировать ее внутри тела.

На стадии гроссмейстера мастера боевых искусств начинали формировать первоначальное ядро в своем теле.

Третьим основным царством было царство конденсации ци, в котором виртуальное ядро превращалось в реальное.

Узнав об этом, Ниу Чанг воскликнул. "А разве это не Утончение Ци, Создание фундамента и Золотое ядро?"

Что касается того, почему они сделали процесс культивации таким запутанным, так это потому, что между всеми не было врожденных различий. Любой мог культивировать, и не требовалось никакого особого корня духа или сяньши.

Естественно, были и исключения, например, преимущества в виде особого телосложения или недостатки, когда можно было заниматься только определенным боевым искусством.

"Не хочется в это верить, но, судя по тому, как все развивалось с семисот лет назад до сегодняшнего дня, и как все идеально сбалансировано, очевидно, что этот мир, нет, этот континент - не бесконечный набор возможностей. Возможно, как реинкарнатор, я стану тем, кто разрушит небесный предел и разделит море, чтобы открыть новое, более великое место. Но зачем мне это делать?"

"Я просто останусь здесь, тихо остывая и набираясь сил, пока не достигну трансцендентной стадии в месте, где даже великое дао не существует для всех".

'Изменить направление будущего плана'. Ниу Чанг дал команду своему второму мозгу скорректировать план.

Он поднялся из сидячего положения и взглянул на мир с новой точки зрения. Вспомнив, каким претенциозным был Гу Фа, он понял, почему нос этого парня достиг девятого неба, хотя и был лишь немного сильнее, чем у других золотых сердечников.

'Если я буду знать, что уровень Золотого ядра - это предел, я тоже буду вести себя претенциозно, даже больше, чем ты'. Ниу Чанг удрученно покачал головой.

Повернув голову, он обнаружил лежащего без сознания Мо Ци.

Взмахнув рукой, он создал мерцание и обезглавил Мо Ци.

Затем он поддержал ее жизнь и повесил ее голову себе на талию.

"Ее голова должна стать моим якорем".

Чтобы не допустить ошибок новичков, он превратил безголовое тело Мо Ци в мелкую пыль.

Он не спеша рассматривал маленький мешочек, привезенный из деревни Желтой Почвы, и сравнивал его с маленьким континентом, где он жил.

Количество денег в нем казалось ему бессмысленным.

Но он не мог просто так взять и отпустить их, ведь жадность - тоже часть человеческой природы. Поэтому он взял только деньги и ценные вещи, отказавшись от остального.

Слегка постукивая пальцами ног, Ниу Чанг легко добрался до земли.

Там он встал и в последний раз оглядел темную подземную пещеру. Благодаря одной из своих техник культивирования, которая требовала от него всегда оглядываться на все, что он делал, он молча вспоминал свое пребывание здесь.

Под покровом ночи он шел непринужденно, но каждый шаг нес его тело с нечеловеческой скоростью.

Семь крупных сект, шесть крупных семей, пять демонических сект, четыре деловых дома, три правительственных органа, две скрытые пещеры и один культ.

Ниу Чанг прикинул общее распределение сил в Южном регионе. Запомнить их было довольно легко, так как они располагались в упорядоченном порядке.

"Какой из них мне следует посетить и поиграть с ним в первую очередь?

Мышцы на лице Ниу Чанга напряглись, чтобы заработать несколько очков кармы, после чего его уродливое лицо превратилось в симпатичное.

Его кожа тоже стала лучше, как будто была сделана из нефрита высочайшего качества.

Теперь он выглядел так, словно был рожден самим Небом, а не простым смертным.

Раз уж я хочу набрать очки кармы, то, естественно, мне нужна эпатажная внешность, верно?

"Хахахахаха", - рассмеялся он.

"Лалалала~", - пропел он.

"Хум~хум~", - хмыкнул он довольным тоном.

История, которая должна была занять не одну сотню глав, была сокращена до этого момента, когда он, как реинкарнатор, решил не следовать ни одному правилу, установленному в книге.

"Готов я или нет, но я иду".

...

Если бы кто-то смотрел на Южный регион на карте и видел легенды, он был бы в легком замешательстве, если бы это было впервые.

Согласно семи распределениям силы, это не имело никакого смысла.

Семь основных праведных сект должны были объединиться в определенную область, чтобы защищаться, но этого не произошло.

То же самое касалось и остальных.

Это было похоже на оставленный шахматный стол, за которым внезапно появился ребенок и перепутал все фигуры по своему вкусу, сделав эту карту возможной.

Горы и леса были наиболее характерны для Южного региона. Поэтому они использовали реки, чтобы разделить этот огромный регион на более мелкие ветви.

Река Желтого Нефрита, пришедшая из Западного региона и прошедшая через него, прежде чем достичь бескрайнего моря, разделила Южный регион по диагонали слева направо и сверху вниз.

Затем она была разделена тремя великими реками, пришедшими из Центрального региона, превратив его в восемь частей.

Каждая часть называлась провинцией.

Провинция, в которой прожил всю свою жизнь Ниу Чанг, называлась Провинция Серого Бамбука, поскольку только в ней существовал такой план.

Некоторые провинции были названы в честь их специализации, как, например, провинция Серого Бамбука; некоторые - в честь сильнейшей организации в этой области, а другие - по историческим причинам.

В самой провинции Серого Бамбука была только одна настоящая сила - семья Шэнь. Существовало несколько мелких сект и семей, но они лишь подчинялись их семье.

Прошло много времени, появилось бесчисленное множество гениев, которые каким-то образом сами нашли путь к долголетию.

Прибыв в небольшую деревню через несколько часов после восхода солнца, Ниу Чанг на мгновение остановился.

Эта небольшая деревня, естественно, была более процветающей, чем его деревня Желтой Почвы, расположенная рядом с городом. Люди здесь убирались не реже одного раза в три дня.

Здания не были обветшалыми и полными дыр. Возраст материалов также не был заметен невооруженным глазом.

При вдыхании воздуха не чувствовалось духоты и вони.

'Какая хорошая деревня. Интересно, есть ли у них другая секта, выращенная семьей Шен?" - размышлял Ниу Чанг.

Это была всего лишь мысль, но ему хотелось попробовать самому, чтобы набить морду молодому мастеру. Но это зависело от судьбы.

Идя по улице, где становилось все больше людей, Ниу Чанг искал, где бы купить новую одежду, чтобы завершить свой образ истинного сына Избранного Небом.

Вскоре он нашел магазин, который уже был открыт. Он вошел в магазин, и его встретили различные виды тканей в рулонах.

Хозяин, ожидавший внутри, был ошеломлен, увидев красивое лицо Ниу Чанга.

"Добро пожаловать в наш магазин. Могу я узнать, что вы ищете?" Опытный торговец быстро поприветствовал Ниу Чанга, не переставая восхищаться его красотой.

Почувствовав на себе пристальный взгляд владельца магазина, Ниу Чанг не мог не обрадоваться. Воистину, иметь красивую внешность так приятно. С тех пор как я появился в этой деревне, все смотрят на меня с восхищением. Неплохое ощущение".

Хотя внешность его не волновала, ведь он мог лепить ее по своему усмотрению, ему хотелось играть эту роль в этом детском саду. На этом континенте не было сильных людей, поэтому он считал, что он ничем не отличается от детского сада.

Поэтому ему нужна была новая личина, чтобы влиться в коллектив и получить максимум удовольствия.

"Здравствуйте, я пришел купить одежду", - любезно ответил Ниу Чанг. Он совершенно изменил свой характер, решив жить как другой человек, по крайней мере, до тех пор, пока ему не станет скучно продолжать.

"Одежду? Ах да, у нас их много. Просто дайте мне знать, что вы хотите". Владелец магазина начал быстро показывать Ниу Чангу различные ткани.

"Я тороплюсь, у вас уже есть одежда моего размера?" спросил Ниу Чанг.

Владелец магазина перевел взгляд на Ниу Чанга и стал мысленно вычислять его размеры, после чего произнес. "У нас есть готовая одежда для детей, но сначала мне нужно измерить размер вашего тела, если вы не против".

"Конечно", - кивнул Ниу Чанг.

Владелец магазина взял измерительный инструмент и начал измерять тело Ниу Чанга. Присмотревшись, он не мог не удивиться. "Что это за человек?

Его лицо хорошо очерчено и имеет свой шарм, это не просто красота. Его кожа чистая, без каких-либо примесей. А как насчет запаха? Это действительно запах человеческого тела? Почему он пахнет как дорогой парфюм?

Хозяин магазина, хоть и отвлекся, закончил свою работу. "Я измерил ваше тело, но, к сожалению, у нас нет ничего идеально подходящего для вас".

Он удрученно посмотрел на Ниу Чанга.

Ему казалось, что он подвел десять поколений своих предков, не сумев обеспечить одеждой этого красивого парня.

"Может, вы подгоните те, что у вас есть, под мой размер?" предложил Ниу Чанг.

Владелец магазина, который до этого был грустным, внезапно вскочил, и его глаза засияли. "Да, вы правы. Позвольте мне сделать это быстро для вас".

Он подошел к входной двери и сменил табличку на "занято", после чего вернулся внутрь и занялся своими делами.

Ниу Чанг остался один. Так как он уже принял решение, он играл свою роль без ошибок.

Он ходил по магазину, ощупывая ткани, чтобы развлечь себя.

А что касается головы Мо Ци на его талии? Он уже всю ночь возился с ней, превращая в некий аксессуар.

В таком состоянии она физически не могла остаться в живых, но Ниу Чанг нашел способ решить эту проблему. Прежде всего, для его второго мозга не составило труда найти ответ.

Сменив одежду на новую, Ниу Чанг выполнил одну из своих целей, ради которой он приехал в эту деревню.

Наслаждаясь похвалой окружающих, он направился к кузнице.

Хозяин лавки был пожилым мужчиной с развитой мускулатурой, но не настолько крупным, чтобы считаться большим. На нем была тонкая одежда без рукавов, а лицо заросло бородой.

Старик нахмурил брови, увидев, что в его кузницу вошел такой симпатичный парень, но не смог удержаться от того, чтобы не щелкнуть языком от удивления.

"Здравствуйте, - приветливо поздоровался Ниу Чанг.

"Что ты здесь делаешь, малыш?" Старик не стал обращаться с ним слишком строго, боясь обидеть тех, кого обижать не следовало.

"Я здесь в поисках оружия". Ниу Чанг махнул рукой, и старик, казалось, забыл, что у него есть клиент.

Ниу Чанг все еще стоял на своем месте и не мог не вздохнуть с облегчением. "Хафф... по крайней мере, я не вызвал систему, так что, если я не собирался причинять вред и оставался в пределах нормы, не влияя на других, это считается нормальным?"

Прогуливаясь по кузнице и рассматривая различные виды оружия и сырья, старик продолжал свои прежние действия.

Закончив с последней целью, он вышел из кузницы и сразу же покинул деревню.

В лесу, на обочине большой дороги, соединявшей деревню с городом, Ниу Чанг случайно выкопал еще одну подземную пещеру.

Поскольку он был один, свет ему был не нужен.

Было немало причин, по которым он с шумом вошел в деревню, чтобы купить одежду и осмотреть кузницу.

Ци - это полубеспомощная энергия, которая могла сделать все, что угодно, если только у человека был правильный метод.

С помощью одной лишь ци Ниу Чанг мог оживить человека из капли его крови. Кажется волшебным, но на самом деле это всего лишь реконструкция человеческого тела.

Это не было полным чудом, потому что человек, проснувшийся в новом теле, был бы совершенно другим человеком.

Раз уж он мог создать новое тело из капли крови, почему бы ему просто не создать свою одежду?

Потому что у него не было достаточно данных для этого; его второй мозг был мощной мыслящей машиной, способной выполнить любую задачу, если только ей дадут достаточно входных данных.

Но у него все еще есть ограничения; если Ниу Чанг не знал об этом, то и второй мозг не знал об этом.

Преобразовать ци в грязь и почву было бы проще простого, но создать тонкую ткань из ничего было бы очень сложно без соответствующих данных, то же самое касается и оружия.

Лично Ниу Чангу делать было нечего, так как работу выполнял его второй мозг.

Поскольку ему было скучно, он открыл систему.

[Ведущий: Ниу Чанг]

[Очки кармы: 184.772]

[Культивирование: Ци - третий уровень, Тело - первый уровень]

[Навыки: Кендо, Удар, Резня, Власть. Подробнее]

Увидев, что его очки кармы достигли шестизначной цифры, он почувствовал себя нереальным. Он уже перепроверил все по системному журналу, но все равно обнаружил, что это слишком много.

Только убийство скрытого Демона Земли №1 дало ему более ста тысяч очков кармы, затем Демона Земли №3 - около шестидесяти тысяч и, наконец, Демона Земли №2 - около двадцати тысяч.

Используя воспоминания Мо Ци о них, второй мозг составил список выводов о том, почему стоимость очков кармы варьировалась по-разному.

Но причиной номер один в списке были поступки отдельных людей.

Земной демон № 1, проживший более восьмидесяти лет и выполнявший различные задания секты, естественно, имел больше крови на руке.

А вот у Земного демона № 2 и Земного демона № 3 все было иначе.

Им было меньше сорока лет, и все же их ценность была выше, чем у демонического змея стадии мастера и старика Цзе Тяньгуна.

Уровень культивации действительно играл роль, но не такую уж большую.

Жертвы, попавшие в пещеру Небесного Демона, должны были выжить в этой жестокой среде, чтобы стать сильнее и превратиться в марионетки для Небесного Демона.

Поскольку Мо Ци мало что знала о том, что происходило внутри, у него не было данных о том, почему у Земного Демона №2 и Земного Демона №3 разница в карме составляет более сорока тысяч.

Ниу Чанг хотел использовать очки кармы для повышения своей безопасности и силы, но обнаружил, что сделать это довольно сложно.

Повышать уровень культивирования ци было бесполезно, так как система давала ему бесконечный запас ци. Что касается опасности того, что его тело не сможет сдерживать ее, то это уже не было проблемой, так как он уже создал навык, позволяющий исправить ситуацию. Он назывался "Реактор Десяти Солнц".

Таким образом, возможным выбором был, естественно, уровень культивации тела, но благодаря второму мозгу он уже разблокировал культивацию души.

Запретив себе культивировать самостоятельно, Ниу Чанг никогда не сможет повысить уровень своей жизни, сколько бы жизненной силы и ци у него ни было.

Но, несмотря на это, он чувствовал, что что-то не так, и скрытая опасность таилась вокруг его указательных пальцев, ожидая, когда он совершит ошибку.

Он вспомнил различные истории, в которых использовались системы, помогающие главным героям сильнее выделиться, и привел интересную предпосылку.

Но по мере того как главные герои становились сильнее, всегда было два исхода. Если система была слабой с самого начала, то она также будет становиться сильнее с каждым важным достижением главного героя.

Но если система с самого начала была слишком сильной, это испортит сюжет и лишит главного героя значимого конфликта. Поэтому автор смягчает систему, добавляя в сюжеты более сильных врагов.

Проанализировав свой прошлый опыт злоупотребления системой, Ниу Чанг обнаружил, что в его жизни не было никакой значимой угрозы.

На то были разные причины, но главная заключалась в том, что он не позволял ничему контролировать направление его движения.

У него не было родственников, которые могли бы привлечь неприятности, не было друзей достойных его внимания, а сам он всегда играл в безопасности.

Следующая причина заключалась в том, что он действительно использовал свои обширные знания о том, как быть читателем, привнося в свое развитие различные идеи и планы, которые он составил в своей первой жизни.

Поэтому, когда он поднял голову, словно глядя сквозь толстый барьер своего нынешнего мира, он не смог противостоять странному ощущению, которое вызвала у него супервычислительная мощь его второго мозга.

Я делаю все возможное, чтобы жить как настоящий читатель, но почему направление моей жизни кажется каким-то скучным? Нет ставок в игре, нет глупых ошибок в развитии персонажей, и в довершение всего мои собственные действия и выбор кажутся слишком реальными, до такой степени, что правая группа может назвать меня злом, а левая - клоуном'.

"Хааахх..." Ниу Чанг смирился с тем, что его жизнь была записана в какой-то истории, но он не мог просто отпустить тот факт, что если эта история вдруг станет мертвой, то что произойдет с его реальностью?

Может, я слишком много думаю, что начинаю ломать четвертую стену?

Непреодолимая безнадежность от того, что он ничего не может сделать со своей проблемой, легла бременем на его разум. Это было слишком тяжело, и он начал хихикать сам с собой.

'Принимая все как должное, невежественный до невозможности счастливый. Мысли и разум были ловушкой для собственных заблуждений. Среди прекрасного сна только здравомыслие является причиной страданий".

Сделав шаг назад, чтобы не позволить здравому смыслу нарушить его ограничения, Ниу Чанг провел для себя черту - для хороших и плохих качеств.

"Я могу думать, что живу в сказке, но меня не должно волновать, что написано в ней. Мне просто нужно избегать четвертой стены, танцуя по краю, чтобы не упасть в руки заговорщиков за зеркалами и тенями".

Это была неоспоримая истина, что он смог пропустить все трудные шаги, чтобы достичь своего нынешнего прогресса. Система, очень подходящая его собственному характеру, начало путешествия без чьих-либо уговоров и знакомство с миром менее чем за месяц после того, как он покинул свою деревню.

Благодаря всему этому его IQ так и не снизился до комнатной температуры.

Но когда он начал углубляться, он начал терять связь с реальностью, и его здравомыслие стало рушиться на глазах.

По крайней мере, для нынешнего него достаточно использовать свои знания, чтобы избегать общих тропов и развития сюжета. Что же касается остального, то для него это будет ядом.

Когда барьер, сдерживающий его логику и разум, был восстановлен, Ниу Чанг не мог не задаться вопросом: "Возможно ли мне выйти за рамки? Смогу ли я обойти четвертую стену? Или четвертая стена все еще в пределах нормы?

Этот вопрос заставил его стать еще сильнее. Он хотел сам найти ответ.

'Все эти размышления только потому, что я боюсь поднять свой уровень культивации на одну ступень? Хе-хе, как и ожидалось от меня. Может быть, когда-нибудь я начну задумываться о *#**#*##, когда буду думать, что съесть на ужин".

Прошло совсем немного времени, прежде чем второй мозг закончил корректировку данных, собранных Ниу Чангом.

Он тщательно контролировал ци вокруг своей руки, ци танцевала, как неземное чудо, и наконец начала материализовываться.

На его руке появилась маленькая и тонкая ткань, которую Ниу Чанг встретил в магазине одежды.

Это был этап настройки параметров; второй мозг должен был сопоставить теоретический ответ с реальными результатами.

Сравнение обоих вариантов привело бы к более точному расчету и выполнению.

После нескольких проб и ошибок Ниу Чанг наконец-то смог пожать плоды своих трудов. Он легонько встряхнул свое тело, и одежда на нем изменилась в ослепительном свете.

Когда свет исчез, вся его личность стала выглядеть значительно лучше, словно бессмертный из сказки спустился в мир смертных.

Священный воздух струился вокруг его тела, священный свет и нимб сопровождали его сзади, в его глазах была бесконечная божественность, а в правой руке был меч, сделанный из чистого света, который сгустился в некое подобие металла.

"Отныне меня зовут Тянь Цзы, а моя роль - Тянь Цзы (сын неба)". сказал Ниу Чанг торжественным, но добрым тоном.

Green_Dolphin:

Честно говоря, я не очень люблю ломать четвертую стену. Это противоречит идее, что история - это просто история. Однако, когда я писал эту главу, я не мог не исследовать это развитие событий, поскольку это был логический вывод, к которому пришел Ниу Чанг, учитывая его прошлое как бывшего читателя и человека с избытком свободного времени, который иногда увлекается философией.

Но будьте уверены, я не планирую делать эту тему постоянной. Сам Ниу Чанг научился на своих ошибках и намерен сохранить рассудок, а не впасть в экзистенциальный кризис.

Это лишь моя точка зрения. А как насчет вас? Предпочитаете ли вы, чтобы Ниу Чанг ломал четвертую стену или нет?

По мере того как солнце поднималось в небо, в городе Шеньи, городе второго уровня клана Шэнь, нарастала уличная суета.

Из-за уникальности культивации этого мира в управлении городом существовали разные уровни. Эксперты золотого ядра больше не старели, и с течением времени число членов клана росло. Кроме того, великие лекари могли продлевать век простых смертных до уровня золотого ядра и даже оживлять мертвых.

Иерархия среди людей была неизбежна, но в клане она проявлялась еще сильнее. Те, кто родился в роду золотого ядра, естественно, пользовались уважением остальных членов клана.

Город Шеньи, как следовало из названия, был занят родом И из клана Шэнь. Хотя фамилия, естественно, была Шень, рожденные в роду должны были носить свои родовые имена, такие как И и Сан.

Будучи городом первого уровня, он являлся базой для всего клана.

По обочинам многочисленных улиц города Шэньи среди пешеходов шел мужчина лет двадцати пяти. На нем была чистая, но не дорогая одежда без каких-либо узоров, а лицо было обычным, без ярко выраженных черт, но с чистыми чертами и яркими глазами, обещающими светлое будущее.

Его звали Ли Пинхэ, он был вторым сыном в семье Ли, которая держала ресторан среднего размера в городе Шеньи. Его имя имело хорошее значение, благословение родителей на мирное и гармоничное будущее.

В настоящее время он выполнял свои ежедневные поручения, отрываясь от своего весьма ограниченного личного времени. Будучи мужчиной, он, естественно, с детства мечтал о пути боевых искусств. Однако даже после того, как его родители потратили столько денег, чтобы он смог пройти тест в школе боевых искусств, открытой кланом Шэнь, он провалился на первом же этапе.

Причина была проста: качество его костей не соответствовало стандарту.

Так как он мечтал стать таковым, то, естественно, уже заранее узнал об этом.

Это было одно из многих требований, предъявляемых к поступающим в боевую школу клана Шэнь.

Под качеством костей понимается плотность и пропорции костей. Следующим этапом будет проверка крови, а затем меридианов в теле.

А что касается способности к боевым искусствам или прирожденного мастера с высоким уровнем понимания? Ли Пинхэ не знал об этом, потому что это не входило в тест. Более того, до него не доходили слухи о том, что в школу боевых искусств поступают только по способностям.

Но если бы это был Ниу Чанг, он бы лишь на мгновение рассмеялся, а затем с отвращением усмехнулся. Он также добавил бы свой комментарий с большой благодарностью.

"Способ, которым клан Шэнь набирает таланты, действительно достоин аплодисментов. Они выбрали базовые требования, чтобы любой обычный человек мог обучиться боевым искусствам. Но эти люди смогут достичь лишь очень низких высот из-за своего слабого боевого сродства. В итоге они будут просто хорошей бесплатной рабочей силой и верными псами для клана".

Но это касалось не только одного из крупных кланов, таких как клан Шэнь. Пока они были основными кланами из шести, естественный отбор позволял им выстоять на протяжении многих лет после бесчисленных испытаний и бедствий.

Не то чтобы в этом мире не было хороших людей, просто обстоятельства вынуждали всех становиться более изобретательными. Если не следовать этой тенденции, то враги будут становиться только сильнее, а хорошие люди останутся позади в плане рабочей силы.

После провала экзамена Ли Пинхэ перестал быть фанатиком боевых искусств как таковых. Вместо этого он просто стал его фанатом.

Возможно, такова человеческая природа, что они интересуются тем, чего не могут достичь.

Есть слово, пришедшее из южного региона, - "вучи". По мнению Ниу Чанга, это было все равно что быть "отаку", только в боевых искусствах.

Со временем крупные группировки и организации стали стремиться закрыть ворота и не допустить, чтобы как можно больше талантливых людей обучались боевым искусствам.

Но пока они пробовали разные методы, появление вучи заставило их понять одну вещь. Им не нужно было мешать кому-либо изучать боевые искусства, вместо этого нужно было популяризировать их и превратить в развлечение.

Звучит противоречиво, но на самом деле это очень хорошо работает, потому что многие молодые люди становятся вучи. Большинство из них предпочитают наслаждаться новостями и всем, что связано с боевыми искусствами, вместо того чтобы усердно тренироваться самим.

Они как будто уже стали частью мира боевых искусств, даже без каких-либо формальных тренировок или физических нагрузок.

В данный момент Ли Пинхэ направлялся в свой любимый магазин, где продавались различные товары для вучи.

Там продавались рассказы и биографии различных героев боевых искусств. В романах рассказывалось о боевых мирах, были даже фигурки!

Применение ци было неограниченным, поэтому для того, кто практиковал земные техники, было естественно стать вучи и вылепить из глины своего идола.

К счастью, Ниу Чанг узнал, что в этом мире не было групп идолов, которые бы пели и танцевали.

Вместо идолов, которыми могли наслаждаться вучи, в Павильоне Сотни Цветов выступали куртизанки высокого ранга, которыми могли побаловать себя только богатые люди.

Павильон Сотни Цветов был одним из четырех крупных домов, которые занимались развлечениями, особенно для мужчин и женщин, желающих постичь глубокие тайны инь-ян-дао.

Когда Ли Пинхэ подошел к своему любимому магазину, он увидел различные товары, выставленные на всеобщее обозрение.

Здесь было три книжных полки среднего размера с аккуратно расставленными рядами книг и романов. С другой стороны было еще больше книжных полок, всего их было пять. В отличие от левой, где было всего три полки, на правой их было больше, потому что там хранились более популярные товары для вучи.

"Босс Цзинь, вы уже получили следующую главу "Восхождения Божественного Императора"?" Ли Пинхэ подошел к толстому мужчине, занятому подсчетом денег.

Услышав знакомый голос, босс Цзинь не стал опускать деньги и лишь указал подбородком.

Ли Пинхэ обрадовался, так как это, по сути, говорило ему о том, что он должен пойти и найти ее сам.

Он подошел к книжным полкам справа и стал водить пальцами по десяткам аккуратно расставленных книг.

Затем его палец остановился на последней книге с другой обложкой на боку. Он взял ее в руки и ненадолго открыл, чтобы убедиться, что это именно та книга.

Поскольку в этом мире не было пластика, естественно, что книга находилась в незапечатанном виде.

Ли Пинхэ поднес книгу к прилавку и протянул деньги. Но вдруг босс Цзинь открыл рот. "Недостаточно, нужно добавить еще".

Ли Пинхэ был озадачен, так как это была цена на книги с правой стороны. "Почему так?" - поинтересовался он.

"Хочешь, чтобы я тебя избаловал?" Босс Цзинь с его отсутствием этикета, как владелец магазина, ответил не моргнув глазом.

Но Ли Пинхэ, как старому покупателю, стало любопытно, почему цена на книгу выросла.

И вдруг в его голове что-то щелкнуло, и он наконец понял причину. Его глаза расширились от шока.

Босс Цзинь, которому уже надоели эти вучи, только усмехнулся. Если бы не ваш чрезмерный энтузиазм, я бы не открыл этот магазин. Каждый из вас по отдельности доставляет друг другу массу проблем. Ох, как же развращена молодежь в наши дни".

"Сколько?" нетерпеливо спросил Ли Пинхэ.

Босс Цзинь поднял руку и назвал цифру. Ли Пинхэ достал из сумки точную сумму и протянул монету.

Когда он вышел из магазина и увидел горстку людей, которые шли и шли к магазину, он почувствовал себя очень взволнованным до такой степени, что ему захотелось закричать.

Но он сдержал свое волнение и быстрее зашагал к дому.

Так как его мысли были заняты, он не заметил, что многие люди внезапно остановились на своем пути.

Лишь через несколько секунд он столкнулся с человеком, который просто стоял на улице. Ли Пинхэ, чьи глаза были прикованы к книге в его руке, не мог не посмотреть вперед.

Только тогда он понял, что многие люди просто стоят на своих местах, а их лица смотрят в одну сторону.

Ли Пинхэ проследил за их взглядом и обнаружил нечто такое, что нарушило его привычное представление об этом мире.

Среди пешеходов на улице шел мальчик, маленький ребенок, даже не подросток, но никто не приближался к нему в радиусе одного метра.

На нем были одежды, казалось, сделанные из золота и радуги, но они были очень легкими, так как невидимые ветры заставляли их трепетать. На спине у него был ореол божественного света, который завораживал всех, кто на него смотрел.

Но что еще более важно, так это то, что его нрав сильно отличался от человеческого, словно он был бессмертным, сошедшим в царство смертных.

Ли Пинхэ, вучи, держал в руках комикс и, естественно, видел различные изображения бессмертных и героев. Однако только сейчас он понял, насколько плохо нарисованы персонажи в его комиксах.

Казалось, мальчик вышел из самого комикса. Однако это необычное зрелище продолжалось недолго: мальчик заставил всех остановиться, создав пробку.

Несколько городских стражников низкого ранга сумели проскочить сквозь ошеломленных пешеходов и наконец оказались перед Ниу Чангом.

Стражники на мгновение остолбенели, прежде чем открыть рот, чтобы заговорить. Будучи городскими стражниками, они, естественно, окончили боевую школу, открытую кланом Шэнь. Их учили не судить о человеке только по его внешности, учитывая опасную природу этого мира.

Стражник слева нахмурился, столкнувшись с этой ситуацией. Естественно, городская стража должна проявлять строгость, но он не хотел обидеть этого загадочного мальчика.

Более опытный стражник справа слегка прочистил горло. "Ваше превосходительство, позвольте узнать, с какой целью вы прибыли в город Шэньи? Позвольте мне проводить вас до места назначения".

Охранник обращался к Ниу Чангу с величайшим гостеприимством, тщательно подбирая каждое слово за это ограниченное время.

Ниу Чанг лишь улыбнулся, а затем заговорил почти бесплотным голосом, воспринимаемым только разумом, но не ушами. "Я здесь от имени Неба, чтобы уничтожить клан Шэнь".

Выражение его лица не изменилось, а тон звучал несколько доброжелательно и благосклонно.

Охранник справа сначала не понял слов, и его разум на мгновение затормозился, а затем он начал интенсивно потеть. Он не знал почему, но хорошо натренированный инстинкт подсказывал ему, что стоящий перед ним мальчик говорит правду, хотя сам он, похоже, воспринимал это как пустую болтовню.

Вся улица погрузилась в молчание.

"Эй, почему развитие идет не так, как я ожидал? Разве не должны эти низкоранговые стражники проявить по отношению ко мне крайнее высокомерие, чтобы я наконец-то смог нанести им знаменитую пощечину? А потом придут стражники более высокого ранга, и я тоже набью им морду и поставлю их на место? Но почему этот городской стражник кажется более рациональным и умным?"

Поразмыслив немного, Ниу Чанг наконец нашел ответ. 'А, так это моя вина. Моя внешность была настолько шокирующей, что они стали меня опасаться. Надо было просто показать свое лицо, и они бы тут же отчитали меня и притащили в свой лагерь".

Сожалея о своем решении, Ниу Чанг мог лишь с удовольствием наблюдать за тем, как развивается эта логическая ситуация.

Охранники изо всех сил старались не допустить никаких ошибок, как вдруг пешеходы позади них начали расступаться.

"Расступитесь, расступитесь!" крикнул кто-то, не обращая внимания на пешеходов, так как образовалось свободное пространство. Ниу Чанг, находившийся в центре, понял, что происходит.

"Отстаньте, уступите дорогу молодому господину!" - крикнул кто-то в сопровождении двух мужчин, похожих на его слуг. Однако тела этих двух мужчин были развиты до предела человеческого, и каждый их шаг свидетельствовал о том, что они владеют боевыми искусствами.

Посреди двух слуг стоял молодой человек лет двадцати с лицом, которое могло бы вызвать зависть у многих, и дорогой одеждой. Но это было еще не все: он несколько нарочито демонстрировал свое мастерство в боевых искусствах, просто дыша.

Своим острым чутьем Ниу Чанг мог определить, что слуги находятся как минимум на стадии мастера, а их молодой хозяин - на стадии гроссмейстера.

Охранники повернули головы и отреагировали по-разному. Тот, что стоял слева, молчал и облегченно вздохнул, а тот, что стоял справа, был в панике, хотя и не подавал виду.

"Молодой господин Шэнь И Кай", - поклонившись, быстро отдал честь охранник слева.

Тот, что стоял справа, не отставал и тоже отдал честь, но его спина уже была мокрой от пота.

"Это молодой мастер И Кай ?" - спросил кто-то из толпы, никогда не видевший этого молодого мастера.

"Разве вы не знаете? Ты что, только вчера приехал в этот город?" - ругал кто-то первого встречного.

Перед Ниу Чангом появился Шэнь И Кай со своими слугами. Он без особого уважения наблюдал за Ниу Чангом, переводя взгляд с одного на другого.

"Он здесь, наконец-то он здесь!" Ниу Чанг не мог сдержать волнения, ожидая своей очереди. Но после своих предыдущих ошибок он понял, что если заговорит сейчас, то просто устранит недоразумение, а он этого не хотел! Он хотел взорвать все вокруг, дать пощечину этому высокомерному лицу и собрать кармические узы, чтобы больше не быть ограниченным в своих действиях.

Осмотрев тело Ниу Чанга без всякого уважения, Шэнь И Кай быстро изменил свое поведение. "Друг, могу я узнать, почему ты посетил город Шэньи?"

"Друг?" Ниу Чанг только больше отвращался от этого молодого мастера второго поколения.

"Неужели твои родители или даже те, кто был выше их, не научили тебя опасности мира боевых искусств? Не суди о людях по их внешности, тем более о тех, кто решил быть вычурным до предела!"

Видя, насколько толстокожим был молодой мастер, Ниу Чанг мог лишь играть свою роль и не мог начать читать ему лекцию о том, как выжить в этом мире.

"Ты член клана Шэнь?" спросил Ниу Чанг, не меняя тона. Он был похож на машину, но в его голосе слышались нотки доброты.

Словно не слыша первых слов Ниу Чанга, Шэнь И Кай изо всех сил пытался выведать у Ниу Чанга его происхождение.

Естественно, он знал об опасности мира боевых искусств, но в данный момент на карту был поставлен престиж клана Шэнь. Если он покорно опустит голову, не станет ли он грешником для своего клана?

Из-за большого количества людей, наблюдавших за происходящим со стороны, Шэнь И Цай мог лишь затягивать разговор до тех пор, пока кто-нибудь из его старейшин не прибудет как можно скорее.

Он уже просканировал странного мальчика, стоящего перед ним, но ничего не смог понять о его уровне развития.

Это означало только одно - бессмертный, который уже покинул мир смертных. Тот, кто уже сконденсировал свое ядро!

Будучи прямым потомком рода И, он, естественно, знал множество секретов. Поэтому он не верил, что Ниу Чанг - просто смертный, лишенный культивации.

"Да, я Шэнь И Кай..."

"Достаточно", - оборвал его слова Ниу Чанг. "Я буду считать тебя представителем клана Шэнь. А теперь слушай, как мандат небес, я пришел в этот мир, чтобы уничтожить весь ваш клан. Ни один лист не останется нетронутым, и ни один корень не останется после того, как я закончу свою работу".

Пешеходы, наблюдавшие за происходящим со стороны, один за другим реагировали по-разному.

"Ух ты!"

"Святое дерьмо".

"Он что, спятил?"

Шэнь И Кай нахмурился, услышав слова Ниу Чанга. Это не было похоже на угрозу, скорее на констатацию факта.

Поэтому он хотел еще больше оттянуть время. "Этот парень - сумасшедший! Я не смогу справиться с бессмертным, если он захочет меня убить. Дяди, отцы, дедушки, скорее, помогите этому бедному юноше!"

Видя, как молча хмурится их молодой господин, сопровождавшие его слуги восприняли это как провокацию со стороны Ниу Чанга. Поэтому один из них решил выйти вперед.

Естественно, он знал о потенциальной опасности Ниу Чанга, но ему нужно было пожертвовать собой, чтобы спасти лицо своего молодого господина, более того, лицо клана Шэнь.

"Мальчик!" - повысил он голос, чтобы подавить шепот в толпе. "Ты знаешь, с кем ты разговариваешь?"

Он просто остановился на достигнутом, не решаясь переступить через себя, ведь в этом случае он, как простой слуга, окажется просто черной овцой.

"Человек, которому суждено умереть по воле небес", - спокойно произнес Ниу Чанг.

Слуги были потрясены. Они просто хотели хорошо выполнять свою работу, но почему этот мальчик не давал им этого сделать?

Тогда другой слуга, у которого было больше опыта, решил вмешаться по подсказке своего молодого господина.

"Кажется, твои уши не работают должным образом. Я помогу тебе их починить!"

[Установлена карма с Ву Линь].

Наблюдая за приближением слуги Ву Линя, Ниу Чанг почувствовал зуд на руках.

"Почему ты не сделал этого с самого начала? Ты совсем не профессионал!" - в сердцах пожаловался он.

Ву Линь стремительно поднял правую руку, чтобы атаковать Ниу Чанга, но его остановила маленькая рука Ниу Чанга.

"Смертный, мне поручено небесами уничтожить клан Шэнь. Если ты решишь помешать моей миссии, я также отправлю тебя в ад, чтобы ты раскаялся в своей ошибке".

Это было просто формальностью в соответствии с его действиями, но, в конце концов, это было необходимо.

Ву Линь изо всех сил пытался отдернуть руку, но у него ничего не вышло, даже не заставив ее сжаться.

Видя, что Ву Линь пытается сопротивляться, Ниу Чанг продолжил. "Каков твой ответ, смертный?"

"Мальчик! Остановись!"

Внезапно в воздухе раздался громкий голос. Все присутствующие, кроме Шэнь И Цай, почувствовали, что их барабанные перепонки звенят от боли. Но, несмотря на это, они с любопытством повернули головы.

Мужчина, которому на вид было около тридцати лет, ходил по воздуху, словно могущественный эксперт из книг и романов.

Некоторые, кто был более сведущ, удивленно воскликнули. "Да это же бессмертный из клана Шэнь!"

Смертные знали лишь, что если кто-то может свободно ходить по небу, то он бессмертен.

Но Ниу Чанг даже глазом не моргнул, его взгляд был прикован к запаниковавшему Ву Лину.

С одной стороны, старейшина клана Шэнь уже прибыл. С другой стороны, он чувствовал, что если не ответит мальчику прямо сейчас, то жизнь его оборвется.

Но если я отвечу мальчику "нет", то меня отпустят, но клан Шэнь меня не отпустит. Если же я отвечу "да", то мальчик убьет меня прямо сейчас".

Столкнувшись с такой дилеммой, он мог только пережить это и выступить в прежнем качестве. "Мальчик, ты думаешь, что ты сын небес? Это территория клана Шэнь, как ты можешь вести себя так беспардонно?"

Ниу Чанг внутренне расхохотался, но сохранил спокойствие, сделав лицо как у машины. Затем он сказал: "Смертные... Я действительно не знаю, почему вы так слепы, когда небеса уже дали вам пару глаз".

[Установлена карма с Шэнь И Е].

Услышав слова Ниу Чанга, старейшина клана Шэнь, Шэнь И Е, воспринял их как провокацию, направленную против него. Поэтому он быстро принял решение и атаковал.

[Установлена карма с Шэнь И Чуном].

[Установлена карма с Шэнь И Су].

[Установил карму с Шэнь И Шуем].

Поскольку сейчас он играл роль сына Неба, естественно, Ниу Чанг не стал использовать свой особый навык, такой как Удар. Но это не было для него проблемой, так как он уже создал различные соответствующие навыки для этой личности Тянь Цзы.

Рука, державшая руку У Линя, не двигалась, но из нее вырвалась слабая золотая ци, и в следующий момент тело У Линя взорвалось.

Это был обычный взрыв, в результате которого плоть и кровь разлетелись повсюду.

Не дожидаясь реакции зрителей, Ниу Чанг уже сделал следующий шаг - атаковал Шэнь И Е.

В том месте, где стоял Ниу Чанг, замерцал золотой свет, и в следующий момент зрение Шэнь И Е перевернулось.

Он увидел, как его тело покидает его видение, а когда он поднял голову, то увидел маленькую руку Ниу Чанг, которая держала его за волосы.

Затем появилась еще одна вспышка золотистого света, и с точки зрения постороннего голова Шэнь И Е исчезла в небытии.

Когда Ниу Чанг с легкостью обезглавил Шэнь И Е, остальные эксперты клана Шэнь уже не ждали своей очереди, чтобы разобраться с ним. Они взлетели со своих мест, ничего не скрывая. В небо взвились различные ауры, и мощные импульсы заполнили все небо города Шэньи.

Стоя в воздухе, Ниу Чанг холодно взирал на все происходящее. "Смертные, будьте послушны и отдайте свои головы мне. Это мандат небес; ничто не спасет вас до следующего дня".

"Хватит нести чушь!"

На Ниу Чанга стремительно налетел человек в боевом халате с мускулистым телом. В руке он держал меч, а его движения казались хаотичными и труднопредсказуемыми. Затем с другой стороны появился еще один - мужчина лет двадцати пяти с копьем наперевес.

[Установил карму с...]

[Установлена карма с...]

[Установлена карма с...]

[Установленная карма с...]

[Установлена карма с...] x45

Проходили секунды, и Ниу Чанг стал получать уведомления от системы. Он чувствовал их силу и местоположение, но не нашел никого, кто мог бы выдержать хоть одну его атаку. Даже если он не использовал всю свою мощь, он был слишком силен, чтобы золотое ядро могло сражаться с ним более одного хода.

Он уклонился от атаки мускулистого мужчины с мечом, затем, как и прежде, замерцал еще один золотой свет, и мужчина был мгновенно обезглавлен. Тот, кто использовал копье, на мгновение застыл на месте, ожидая, когда остальные набросятся на Ниу Чанга.

Система постоянно выдавала ему уведомления, и Ниу Чанг понял, что это не только члены клана Шэнь, но и другие.

"Ну... раз уж они предложили свои жизни, то я, естественно, не откажусь от их доброты".

Поскольку никто не нападал на него бездумно один за другим, небо уже было заполнено экспертами золотого ядра. Благодаря второму мозгу Ниу Чанг легко различал, кто из них принадлежит к клану Шэнь, а кто нет.

Каждый из них пристально смотрел на него, пытаясь выяснить его личность и происхождение, тем более после того, как увидел его странную технику, которая могла легко обезглавить двух золотых сердечников.

Ниу Чанг ждал, когда все претенденты выстроятся перед ним, чтобы не гоняться за ними по одному, демонстрируя небесную мощь.

Стоять на месте было скучно, руки так и чесались сделать шаг, и он мог сделать это только в соответствии со своей личиной Тянь Цзы.

"Не бойтесь, смертные. Это - мандат небес. Даже если вы отвергнете его, он все равно настигнет вас без промедления".

Ниу Чанг обвел взглядом город под ногами. Всего лишь на мгновение, но этого было достаточно, чтобы убедиться в том, что толпы людей образуют с ним кармические связи. Пока все ждали, что предпримет Ниу Чанг, к нему начала приближаться группа из четырех человек.

Группа состояла из трех мужчин и одной женщины, и, согласно системе, их уровень был немного выше, чем у остальных.

По воспоминаниям Мо Ци, царство конденсации Ци имело только два уровня. Первый уровень достигался при конденсации ядра, а второй - при культивировании духа и души.

Если говорить о том, почему это царство не считалось основным, то, хотя оно и давало качественные изменения практикующему, это было связано с тем, что каждый мог культивировать свою душу еще до достижения уровня золотого ядра, если у него была соответствующая техника культивирования души.

После достижения золотого ядра практикам было проще культивировать душу и дух. Обычный золотой сердечник сталкивался с уровнем подавления души, и уже одно присутствие врага сильно подавляло его душу.

Слева направо стоял Шэнь И, мужчина, которому на вид было около пятидесяти лет, но он все еще сохранял бодрость духа. На нем был не слишком роскошный халат, но вполне приличный для его статуса.

А еще была Шэнь И Юэ, женщина, чья красота не померкла с возрастом. Она выглядела на пике своей красоты, без макияжа, который подчеркивал ее и без того безупречную внешность.

Следующим был Шэнь И Гу, мальчик в позднем подростковом возрасте, но его глаза не были похожи на глаза человека в его возрасте, а были мрачными, как у старика, который одной ногой в могиле.

Последним был Шэнь И Юй; он выглядел как самый старый среди золотых сердечников, присутствующих сейчас в небе, с длинными белыми бровями и усами, его спина слегка выгнулась вперед, когда он держал палку, чтобы поддержать себя во время ходьбы.

Взглянув на имя, Ниу Чанг на мгновение задумался. Шэнь И? Никаких других дополнительных слов? Он тот, кто открыл род И в клане Шэнь? Неужели мне повезло встретить его здесь?

Поскольку Шэнь И был самым старшим в роду И, все отдавали ему дань уважения, не говоря первым. Шэнь И продолжал идти вперед, в то время как остальные трое остановились неподалеку.

Он остановился ровно в трех метрах от Ниу Чанга. Его глаза были острыми, а меч, висевший на поясе, был готов в любой момент выхватить. Одно неверное движение, и Ниу Чанг может сильно пострадать...

Примем все как есть.

Ниу Чанг не разговаривал с Шэнь И. Они даже не смотрели друг на друга, а Ниу Чанг разглядывал окружающую обстановку, как инспектор на посту. Шэнь И не мог уловить ни малейшего намека на то, что Ниу Чанг не обращает на него внимания.

Каждое его движение кажется слабым и несвязным, но чувство опасности, которое я от него ощущаю, реально. Неужели он достиг того уровня, когда ему уже не нужно думать, чтобы действовать? Шэнь И высказал свое мнение о Ниу Чанге.

"Похоже, члены вашего клана Шэнь больше не скрываются за кулисами. Раз так, то я покажу тебе силу небес".

Система уже перестала выдавать ему уведомления. Дело было не в том, что члены клана Шэнь больше не питали к нему дурных намерений, а в том, что им не было никакого дела до этого события.

"Я не знаю, кто ты и откуда, но полагаю, что этот твой поступок приведет лишь к разрушениям для тебя и тех, кто стоит за тобой", - спокойно, без каких-либо эмоций сказал Шэнь И.

Как глава рода И, естественно, его положение во всем клане Шэнь было довольно высоким. Поэтому его знания, как инсайдера, были более полными, чем у тех золотых ядер, которые сейчас участвовали в турнире.

"Смертные", - спокойно произнес Ниу Чанг, материализуя меч из чистого золотого света, но внешне он выглядел так, словно был сделан из металла. Ниу Чанг заговорил одновременно с Шэнь И, но тот проигнорировал его.

"Это называется Небесный меч", - Ниу Чанг схватил материализованный меч, который был пропорционален телу его ребенка. Он осторожно взял его в руки и сказал: "Техника, которая сопровождает его, называется Техникой Небесного Меча".

Никто больше не молчал, они чувствовали, как в их закаленных боевых инстинктах зарождается опасность, и решили атаковать напрямую.

Шэнь И не двигался с места, наблюдая за тем, что Ниу Чанг собирается делать дальше.

Различные виды ци разных цветов и свойств выстреливали в него, как шквал фейерверков.

Лезвия ветра.

Огненные снаряды.

Молниеносные ладони.

В него бросали всевозможные упражнения. Мало того, к нему начали приближаться и другие люди.

Но Ниу Чанг даже не шевелил глазами, ничто не могло проникнуть в его глаза, так как он продолжал говорить.

"Небо имеет девять слоев, и поэтому у этой техники девять ходов. Первый ход называется "Белое послесвечение"". Ниу Чанг без особых усилий переместил Небесный Меч в своей руке и продемонстрировал мощь Неба тем, кто был достаточно слеп, чтобы оспаривать его власть.

Быть находчивым - странное предложение в контексте истории.

Можно было бы взять обычного человека, который идеально использовал все, что у него было перед битвой, и каким-то образом затянуть все сражение до кульминации, где персонаж извлекает свой секретный план.

Что касается причины, то, естественно, это было последнее средство, которое потребовало от персонажа большой цены.

Это не только для удобства сюжета, но и для того, чтобы логически подойти к ограничению силы персонажа и его внезапной взрывной мощи.

Но что было бы, если бы персонаж не был ограничен в ресурсах?

Было бы интересно наблюдать за тем, как персонаж решил не обращать внимания на свои поражающие воображение способности к мошенничеству?

Это было бы хорошим упражнением для мозга - раздражаться целых десять глав, прежде чем в одиннадцатой главе история наконец-то даст обратную связь в виде пощечины.

Ниу Чангу нечего было скрывать, ведь у него было столько методов в рукаве. Время от времени из его второго мозга вырывалась группа новых навыков.

Каждое золотое ядро, присутствующее при этом, демонстрировало разную реакцию. Большинство из них атаковали с помощью дальнобойных способностей, а некоторые просто ринулись вперед все вместе, чтобы наброситься на Ниу Чанга.

Течение времени для Ниу Чанга замедлилось: это было его новое творение после того, как аватар Небесного Демона подвергся односторонней атаке.

Человеческое тело было чудесным, но при всей своей чудесности оно все же имело ограничения для живого существа.

Скорость мышления и осознанность разума, с точки зрения биологического подхода, ограничивались самим мозгом.

Каким бы сильным ни был разум, если мозг говорил, что может сделать только десять вычислений за один раз, то это было только десять.

В этом и заключалась красота боевых искусств: оттачивать ум и тело, чтобы выйти за пределы врожденных ограничений живых существ.

Все начиналось с создания хорошего фундамента для тела, приведения его в оптимальное состояние, прежде чем приступить к постижению царства экстраординарности.

Белое послесвечение, первое движение Техники Небесного Меча, было простым, но сложным. В его названии использовались белые небеса, но это было все, что в нем было.

Ци, содержащаяся в реакторах Десяти Солнц, мгновенно израсходовалась в большом количестве.

Небесный меч в руке Ниу Чанга не совершал никаких причудливых движений, он лишь наносил обычные удары, но из-за его усиленного состояния лишь немногие могли видеть, что он делает.

Меч опустился, но на этом все и закончилось: настоящая атака исходила от неба над головой.

Яркий свет обрушился вниз, словно небесная река, изливая чистый белый свет на город Шеньи.

Многие были ошеломлены, видя, как белый цвет заполняет их зрение.

Золотые ядра немедленно заняли оборонительную позицию и защитились, так как больше не могли ощущать внешний мир оставшимися четырьмя чувствами.

Две секунды спустя.

Белый свет рассеялся.

Некогда заполненное бессмертными и героями небо исчезло, а безголовые тела начали падать вниз.

Некоторые смертные были удивлены, так как не понимали, что произошло. Но когда они увидели, что кто-то рядом с ними упал замертво, отделив голову от тела, они тут же испугались.

"Что случилось? Почему их обезглавили?"

Плюх.

Когда что-то ударилось о землю, они увидели лежащее на земле безголовое тело в дорогой одежде и тут же подняли глаза.

"Ушли", - подумали они.

"Бессмертные исчезли!" - закричал кто-то в недоумении.

Естественно, некоторые выжили, но ненадолго.

Шэнь И и Шэнь И Гу все еще стояли в небе. Для первого это было связано с тем, что Ниу Чанг запланировал для него что-то другое, поэтому для него было шокирующим событием, что один человек выжил после его умения, похожего на ядерную бомбу.

'Вздох', - внутренне вздохнул он. "Если бы не ограничения системы, я бы просто создал самый разрушительный навык, а не такой точный навык с зоной воздействия. Но если я создам навык взрывного типа, то бесчисленное множество невинных людей только спровоцируют плохую сторону системы для меня".

Это была лишь одна из причин, по которой человек с золотым ядром мог пережить его Белое Послесвечение.

Другая причина заключалась в том, что, поскольку цель атаки охватывала весь город Шэнь, она, естественно, обладала меньшей силой, чем при атаке по одной цели.

Но даже если учесть, что мой второй мозг производит общий расчет и манипулирует энергией, а Массакр контролирует всю атаку, общая мощность должна составлять не менее 95% от первоначальной... Этот молодой человек, который выглядит на свои подростковые годы, кажется гением среди людей".

Ниу Чанг, держа наготове Небесный Меч, высказал свое мнение.

Шэнь И на мгновение остолбенел от ужаса: его жена, Шэнь И Юэ, была обезглавлена, а ее тело упало на землю.

Шэнь И Юэ носила эту фамилию, естественно, из-за политики в этом мире. Не имея никакого происхождения, быть золотым ядром считалось большим грехом.

Увидев ее тело целым и невредимым, Шэнь И почувствовал облегчение, но когда он не смог найти ее голову, то растерялся.

Будучи большим кланом, одним из шести основных кланов, клан Шэнь, естественно, взращивал своих великих лекарей для использования, поэтому любой влиятельный человек в семье мог без проблем позаботиться о своих близких.

Но даже в этом случае возможности великих лекарей были ограничены: они могли восстанавливать только тело, но не душу.

Подобно тому как мастера боевых искусств стремятся стать более сильными, те, кто встал на путь врача, естественно, тоже ставили перед собой цель всей жизни - стать лучшими. Этой великой целью было восстановление души умершего, идеальное воскрешение.

Поскольку это был великий подвиг, все называли тех, кто смог это сделать, божественными лекарями в честь их способности возвращать "смерть".

Но это были лишь слухи. Даже Мо Ци, как левая рука Небесного Демона, никогда не встречался с божественными лекарями и не уточнял их существование.

"Работа души - это секрет небес". Небесный Демон проповедовал ей и Го Ланьин. "Если кто-то хочет стать божественным врачом, то ему нужно сначала усовершенствовать свою собственную душу, прежде чем пытаться вмешиваться в души других людей. Уровень подавления души лишь поверхностно культивирует душу и не способен полностью постичь ее тайны. Только при прорыве на следующий уровень культивации можно было достичь первого требования стать божественным врачом, но для остальных требований это была еще одна загадка, которую нужно было разгадать".

Глаза Шэнь И покраснели от ненависти, когда он вновь обратил свой взгляд на Ниу Чанга. И в следующую секунду буря в его сердце начала утихать.

С другой стороны, Шэнь И Гу, подросток, тяжело дышал, пытаясь исцелить свое тело, чтобы не допустить новых повреждений.

Как человек с нормальным мозгом, Ниу Чанг, естественно, не стал бы создавать навык, который просто наносит один удар; необходимо было предусмотреть продолжение, если бы враги пережили его навык.

'Это было правильным решением... но из-за этого любая битва становится бессмысленной. По крайней мере, если мои враги находятся только в золотом ядре". Ниу Чанг сетовал на эту скучную битву.

Вокруг шеи Шэнь И Гу кружилась линия, похожая на тонкую нить из чистого света. Они все время увеличивали свою интенсивность, но упорное исцеление Шэнь И Гу не позволило ему вызвать вторую атаку Белого Послесвечения.

"Если у тебя нет объяснений, то..." тяжелым голосом произнес Шэнь И, а затем, закрыв на мгновение рот, вновь сменил тон. "Мой клан Шэнь уничтожит все твое наследие, не оставив ничего".

Но он не сделал ни одного движения. Даже меч на его поясе больше не демонстрировал своего устрашения.

"Смертные..." с легким сочувствием произнес Ниу Чанг. "Это мандат небес".

"Понятно, что вы отвергаете его, но это ничего не изменит. Ваш гнев, разочарование и ненависть бессмысленны, как и ваше сопротивление".

"Хахахаха." Шэнь И рассмеялся, услышав, как Ниу Чанг продолжает говорить о небесах и мандате. Его глаза налились кровью: "Ты сказал, что являешься посланником Неба, несущим его мандат. Тогда покажи мне мандат!"

"Твой разум больше не спокоен". Ниу Чанг с сожалением покачал головой. "Даже если я покажу тебе мандат... ты не сможешь его понять, ведь вы, люди, смертные существа".

Шэнь И дошел до предела, закрепил меч на поясе и сделал выпад вперед, не допустив ни единой ошибки в своем движении.

Но он увидел лишь мерцание золотистого света, после чего его зрение затормозилось и перед глазами появилось тело Ниу Чанга, продолжающего надвигаться на него.

В его глазах все еще горела ненависть.

"Теперь твоя очередь". сказал Ниу Чанг Шэнь И Гу, окутав голову Шэнь И золотым светом и заставив ее исчезнуть.

Родившись в роду И и имея телосложение, располагающее к занятиям боевыми искусствами, Шэнь И Гу выигрывал в лотерею жизни. С тех пор как он начал вспоминать, в его памяти остались только хорошие воспоминания.

Разные члены семьи относились к нему как к собственному ребенку. Мало того, даже глава рода И взял его в ученики и лично обучал его, когда у него было свободное время.

"Ты - гордость нашего рода И".

"Небеса подарили нашему роду И тебя".

"Ты, несомненно, сможешь увеличить силу нашего рода И в будущем".

На него сыпались разные ожидания и похвалы, но они, казалось, потеряли смысл.

Однако странным было то, что с возрастом Шэнь И Гу ни разу не проявил высокомерия. Он оставался послушным и упорно тренировался, возможно, благодаря своему врожденному качеству, которое позволяло ему различать скрытый смысл за словами каждого.

Как он ни старался использовать свою технику исцеления, у него ничего не получалось, так как, когда он рассеивал свое внимание, его голова запрокидывалась.

Ниу Чанг начал подходить к нему, и каждый его шаг словно тяжелый молот ударял по сердцу Шэнь И Гу. Это был второй раз в жизни, когда он испытывал страх. В первый раз он встретил молодого гения из ядра клана Шэнь. Он не только был избит в боевом сражении, но и впервые осознал, что его статус ниже, чем у слуги в присутствии основного рода клана Шэнь.

Однако он был умен. Он спрятал свой острый край и проглотил тогдашнее унижение, чтобы использовать его в качестве мотивации. Вернувшись в город Шеньи, он провел неделю в тишине в своей тренировочной комнате, прежде чем Шэнь И позвал его к себе.

Он не проводил много времени внутри и не говорил о многих вещах, но когда он вышел, его тяжелое настроение больше не существовало. Он снова начал улыбаться, но решимость в его сердце уже превратилась в меч, направленный против основной линии клана Шэнь.

Он знал, что его время пришло. С удрученным видом он спросил: "Вы действительно посланник небес?"

Ниу Чанг подошел к нему. "Да".

"Ты действительно собираешься уничтожить весь клан Шэнь?"

В его глазах не было страха, только готовность умереть здесь, прежде чем он достигнет своей цели.

"Да".

Ниу Чанг остановился неподалеку от Шен И Гу.

У него было уникальное хобби - заглядывать кому-то в глаза, чтобы определить его качества как живого существа. Благодаря усиленным чувствам, интуиции Невозможной Идеи и супервычислительным способностям второго мозга, он мог определить это с большой точностью.

Ненависть, но не ко мне. Похоже, он уже смирился со своей смертью. Сердце чистое... по крайней мере, не лицемерное, но и не полностью закрашенное белой краской, понимающее лишь половину правды мира, возможно, из-за его происхождения как человека, рожденного в роду И. Одержимость глубока, но недостаточно широка, чтобы вместить весь мир, - бессмысленная жизненная цель. Сердце бойца окрашено в черные и красные цвета, естественно, ему еще нужно больше узнать о мире".

Оценив Шэнь И Гу с первого взгляда, Ниу Чанг нашел этого человека довольно интересным. По крайней мере, для его плана, Шэнь И Гу... нынешнего "я" было недостаточно, чтобы приблизиться к нему, но поскольку он был живым существом, то, естественно, мог расти и в конце концов стать ничем не отличающимся от искателя истины, тем, кто ставит трансцендентное только в своих глазах.

Но этот шанс был невелик.

Шэнь И Гу, который с детства был очень проницательным, смог почувствовать, что в коротком взгляде Ниу Чанга заключена вся его жизнь.

Но, видя, что Ниу Чанг никак не реагирует, он почувствовал себя немного грустно. 'Хахаха. Похоже, я ничем не отличаюсь от других людей. Просто я родился в хорошей семье и обладаю лучшим восприятием, чем другие, но на этом везение заканчивается".

"Небеса огромны", - сказал Ниу Чанг, не меняя выражения лица. "Мне было поручено уничтожить клан Шэнь, но..."

Шэнь И Гу поначалу растерялся, но благодаря своей исключительной проницательности он смог разглядеть в словах Ниу Чанга немного правды.

"Это я сделал это, так что весь процесс также зависит от меня. Смертный", - сказал Ниу Чанг, снова глядя прямо в глаза Шэнь И Гу.

"Небеса беспристрастны и совершенны, но я - другой. Я - Тянь Цзы. Я не Небо, поэтому у меня есть свое несовершенство, как и у человеческой природы. Можно сказать, что у меня сердце живого существа".

"Меня не волнует ни твое происхождение, ни твои чувства, но поскольку ты уже принял судьбу, данную тебе Небом, я дам тебе шанс следовать своей жизненной цели. Однако сможешь ли ты ее выполнить, будет зависеть от тебя самого, и твое время будет ограничено, пока я не завершу свое задание".

Не дожидаясь ответа, белая линия на шее Шэнь И Гу исчезла, и он больше не чувствовал гнетущего ощущения смерти на своем теле.

Когда он вздохнул с облегчением и хотел поблагодарить Ниу Чанга, то обнаружил, что рядом никого нет. Теперь он был один в небе.

На мгновение он растерялся, но потом все-таки решился. Его аура уже не была такой, как в подростковом возрасте; она начала расти вместе с его психикой.

Он надел довольно свободную мантию, чтобы его вновь ставшее зрелым тело не нарушало одежды. Оглядев раскинувшийся под ним город, он понял, насколько мал был его прежний мир.

Бесчисленные безголовые тела лежали на земле, и не было никакой разницы. Будь то мастера боевых искусств или простые смертные, все они имели один и тот же конец.

"Тянь Цзы", - Шэнь И Гу вспомнил имя, которое назвал Ниу Чанг. "Я не знаю, кто ты на самом деле, но раз уж ты дал мне второй шанс, то я им воспользуюсь".

С ожесточенным выражением лица Шэнь И Гу вылетел из города.

Главное событие прошло, а многие все еще были в замешательстве.

Простые смертные разговаривали сами с собой, но многие предпочитали молчать, так как не знали, что делать.

Разные люди начали перемещаться по городу, и это было более заметно среди тех, кто работал в организациях.

Среди четырех крупных деловых домов за информацию отвечала Ассоциация "Ночная тайна". Она распространила свою власть на весь Южный регион и доминировала на информационном рынке.

Естественно, у остальных трех и даже других крупных организаций тоже были свои информационные сети, но они не шли ни в какое сравнение с Ассоциацией "Ночная тайна".

На верхнем этаже известного борделя, филиала Павильона Сотни Цветов в городе Шеньи, высшие чины разговаривали и обсуждали важное событие.

"Что нам делать, управляющий?"

"Делайте все соответственно, не допускайте ошибок и докладывайте обо всем подробно".

В другом месте украшенное здание служило просто публичным местом для обмена информацией между постоянными клиентами Ассоциации "Ночная тайна".

В более секретном месте высшие чины также начали эффективно справляться с ситуацией.

"Не совершайте ошибок!" - крикнул он низким тоном. "Ценность информации строго определяется ее сроками, поэтому мы должны немедленно сообщить об этом в другие филиалы".

Что касается того, почему лидер не сказал им отправить это на базу, то, естественно, его положение было слишком низким, чтобы знать, где находится база.

...

Ниу Чанг летел в скрытом состоянии, и теперь никто не должен был уловить его движение.

Он летел на полной скорости около четырех часов и наконец остановился в пустом лесу. Это было далеко от среднего или даже маленького города.

Когда он легко приземлился, система продолжала выдавать ему уведомления о новых кармических связях. Разные люди проявляли к нему явную враждебность, но они были слишком слабы, чтобы Ниу Чанг мог о них беспокоиться.

Большинство из них носили фамилию Шэнь, что было вполне ожидаемо.

Однако было и несколько человек без фамилии Шэнь на уровне золотого ядра, которые образовали с ним кармические связи.

'Все они по-прежнему золотые ядра'. Он покачал головой, небрежно махнув рукой, и различные ци последовали его команде, чтобы договориться с окружением.

После того как Мо Ци узнал о мире из своих воспоминаний, он нашел их довольно скучными для такого уровня. Ему хотелось большего, более глубоких знаний о мире.

Если мир, континент, был похож на озеро, то мелкая рыба плавала у поверхности, в то время как крупная рыба заплывала глубже.

Естественно, Ниу Чанг мог просто ловить рыбу и ждать, пока его наживка не поймает подходящую по вкусу рыбу, но это было бы слишком трудоемко и скучно, как и игра в шахматы с миром.

Поэтому он попросил свою систему разработать лучший, приятный план. Таким образом, он решил бросить в озеро большой камень, чтобы взбаламутить воду и посмотреть, не покажется ли какая-нибудь рыба среднего или крупного размера.

Естественно, он должен был быть осторожен. Если он привлечет рыбу, которая окажется слишком большой для него, у него будут большие проблемы. Поэтому в качестве отправной точки он выбрал город Шэньи второго уровня. Он не был таким уж большим и важным, но его должно было хватить, чтобы привлечь внимание рыбы среднего размера.

Дао становления и Массив Духа было поистине глубоким. Даже знающему Ниу Чангу было трудно учиться с нуля, да еще и без всякого руководства, а полагаясь только на прочитанные истории.

Это было похоже на то, как если бы вы положили предмет А в позицию А, а затем предмет Б в позицию Б, то вдруг получили бы Небесную Формацию Опустошения! Имеет ли это смысл?

Да, раз уж это сработало. Но есть ли в этом смысл? Нет, - покачал головой Ниу Чанг, чувствуя головную боль.

Сколько бы я ни думал об этом, это дао кажется совершенно бессмысленным среди бесчисленного множества других бессмысленных вещей, которые я уже расшифровал. Есть боевые дао, дао алхимии, дао талисманов, дао ковки, дао укрощения зверей и многое другое, но это дао Формирования и Массива Духа выходит за рамки бессмыслицы и доходит до абсурда".

Он вспомнил историю, в которой главный герой сосредоточился на формациях, и автор хорошо объяснил, как работают формации, через руководство, которое главный герой случайно нашел.

"Небесный стебель... Имеет двенадцать... Небесный отец....".

Воспоминания Ниу Чанга об этом были полны дыр, но одну вещь он помнил четко. Это было, когда главный герой начал учить свою потенциальную партнершу, на которой он, естественно, женился несколько сотен глав спустя.

"МС, я не понимаю, как это работает. Вы сказали, что два плюс два - это три, а потом в другой раз сказали, что два плюс два - это шесть".

Ниу Чанг остановил свои воспоминания на этом моменте, так как уже понял, о чем идет речь.

В принципе, при изучении Дао Формации и Массива Духа использование логики и математики невозможно. Я должен просто полностью отключить свой мозг или найти новый подход".

Он начал размышлять.

Это не заняло много времени, ведь ему нужно было лишь проверить идеи, подсказанные его вторым мозгом.

И он нашел ее.

"Когда вы ставите А на первое место, а затем Б на второе, чтобы получить результат цепной реакции. Разве это не похоже на карточную игру?!!!

Я кладу свою карту монстра и активирую ее, чтобы вызвать другого монстра. Затем эта вторая карта монстра активирует свой первый эффект, который позволяет мне выбрать одну карту заклинания из моей колоды. С помощью этой карты заклинаний я вызываю другого, более сильного монстра....'.

Ниу Чанг смутно помнил, как какой-то персонаж произносил все эти слова.

Он мысленно представлял себе все в соответствии с тем, как работает механика карточной игры, когда пытался внедрить в этот мир формации и массивы духов. Это сработало, пусть и только в его голове, но это то, что ему было нужно.

Ему просто нужно было указать направление, а второй мозг пусть дописывает детали позже.

. . .

Ниу Чанг заполнил место, где он стоял, различными формациями, которые накладывались друг на друга, создавая все более мощные образования.

У него не было предела, так как с помощью системы он мог лично поддерживать потребление энергии. Не только ци, но и жизненную силу, и многое другое.

Внешний слой, естественно, был защитной формацией, так как Ниу Чанг надеялся на кого-то сильнее уровня золотого ядра, которого, судя по имеющейся у него информации, не существовало.

Следующий слой был вспомогательной формацией, поддерживающей защитный слой и делающей его более прочным.

Что касается наступательных, ловушечных и запутанных формаций, то они, естественно, находились на более глубоком уровне. Ведь если врагу удавалось прорвать крепость, это означало, что его средства неэффективны по отношению к другой стороне.

Поэтому в основе его подготовки лежала формация класса "Уничтожение мира", которая теоретически могла принести столько же разрушений, сколько взрыв солнца.

Закончив подготовку, он на мгновение успокоил свой разум, просто нажав кнопку "Спокойствие".

'Система, увеличь мою Невозможную Идею до четвертого уровня'.

Он уже подсчитал, сколько уровней было в Невозможной Идее и на каком уровне она становилась новым основным царством.

Согласно его второму мозгу, Невозможная Идея должна иметь девять уровней, первые четыре из которых равнялись сфере утончения ци, вторые четыре - сфере создания фундамента, а последний, девятый уровень, - золотому ядру.

[Повышение уровня Невозможной идеи до четвертого уровня требует 85 000 очков кармы. Вы хотите продолжить?]

Хотя он уже задал следующий вопрос, ему просто нужно было последнее подтверждение. 'Как насчет пятого уровня?'

[Повышение уровня Невозможной идеи до пятого уровня требует 385 000 очков кармы. Вы хотите продолжить?]

Видя, как сильно возросло значение очков кармы, в душе Ниу Чанга появилась уверенность. 'Такое огромное увеличение очков кармы должно быть связано с тем, что он прорвался в следующую главную сферу'.

'Система, увеличьте Невозможную Идею до четвертого уровня'.

'Подтверждаю'.

После подтверждения Ниу Чанг отчетливо почувствовал, как его тело распадается на частицы, а затем трижды восстанавливается.

Это было волшебно, ведь теперь он мог сохранять сознание.

Он наблюдал за своим телом, а второй мозг записывал все в мельчайших подробностях.

Само культивирование было простым и не требовало ни небесных материалов, ни земных сокровищ. Это просто чистое разрушение, но после этого возникает проблема: нужно идеально воссоздать тело. Я могу сделать это с помощью своей Сильной Воли, но я не могу защитить душу, так как само разрушение достигло уровня существования".

Поскольку его тело теперь регулировалось более строго, он больше не превращался в лапшу после крещения творением.

Он проверил различные части своего тела и сделал несколько движений, чтобы собрать больше информации. Как и предсказывал второй мозг, каждый уровень увеличивает силу моего тела в десять раз. Поскольку это был четвертый уровень, естественно, моя сила равна десяти тысячам мужчин".

Сила десяти тысяч человек, даже Ниу Чанг не знал, насколько она сильна.

Но он смутно чувствовал, что земля под его ногами слишком мягкая. Его вес не увеличился, как и внешний вид, но ощущение окружающего мира сильно изменилось.

Если бы он захотел пошевелить рукой с обычной скоростью, то легко преодолел бы звуковой барьер.

Как он и ожидал, он не превратился в урода, который каким-то образом сопротивлялся миру, поскольку его тело сжимало силу десяти тысяч мужчин, естественно, возникло бы множество проблем биологического и физического характера.

Но их не было, так как эта техника культивирования тела уже позаботилась обо всем, ведь она представляла собой смесь различных техник культивирования тела, так что видимых проблем не было.

Если в будущем я достигну девятого уровня, разве это не означает, что моя сила будет эквивалентна десяти силам от девяти? Миллиард людей, сжатых в одного человека?

От одного только представления этих цифр у него помутилось в голове: если он достигнет такого уровня, нужно ли ему будет больше использовать причудливые навыки?

Стоило бы только топнуть ногой, и континент был бы уничтожен.

Думать о будущем можно было бесконечно, поэтому Ниу Чанг дал своему второму мозгу новое задание. 'Иди и подгони мой разум под мое новое тело'.

Так как он уже отточил навык Резни, контроль над новой силой был естественным, но это был неосознанный контроль. Если же ему требовался более точный контроль, то для этого требовался второй мозг.

Пока Ниу Чанг культивировал свое душевное пространство, он вдруг потрясенно открыл глаза. Он открыл систему и проверил журнал кармической связи.

Там он обнаружил запись: [Установлена карма с Да Цзю].

Он нахмурился, глядя на имя. Что это за имя? Большая девятка?

Естественно, он чувствовал себя неловко из-за такого нелепого имени, потому что отзывы, полученные от Да Ниу, были не такого уровня, как у всех, с кем он установил кармическую связь. Даже намного сильнее, чем у Небесного Демона.

Используя второй мозг для определения местоположения Да Цзю, Ниу Чанг смог составить мысленную карту Южного региона в соответствии со знаниями Мо Ци и нахмурился еще больше.

Он увидел карту Южного региона и точку, обозначавшую Да Цзю. Точка не стояла на месте и не двигалась по линейной траектории; вместо этого она мигала и меняла положение.

Что это? Телепортация? раздраженно спросил Ниу Чанг, хотя он все еще пытался понять, что такое телепортация.

Обмануть кармическую связь системы Да Ниу было невозможно; еще более невозможно, чтобы его второй мозг, содержащий только бинарный подход, допустил какую-либо ошибку.

Это безумие, - Ниу Чанг повернул лицо в сторону Да Ниу. К счастью, он не стал приближаться ко мне напрямую, а направился в сторону города Шэньи".

Так оно и было, но, учитывая способность Да Цзю к короткой телепортации, возможно, у него есть возможность отследить след Ниу Чанга.

После того как второй мозг тщательно просканировал обратную связь от Да Цзю, Ниу Чанг наконец смог увидеть виртуальное представление силы Да Цзю.

В принципе, все, что он видел, было ниже его. Только Да Цзю, благодаря особенностям своей системы, все равно позволял Ниу Чангу иметь больше ци и жизненной силы, чем он.

Физическая сила была намного хуже, чем у меня, достигая лишь трехзначного числа. Количество ци было намного больше, чем у любого золотого ядра, примерно в пять раз. Наивысшим показателем была его ментальная сила, в два с половиной раза превышающая мою до соединения с ним".

Поскольку Ниу Чанг не мог культивировать самостоятельно, его уровень души был очень низким, как и его ментальная сила. Но, несмотря на это, с его различными вспомогательными навыками и вторым мозгом он должен быть выше всех золотых ядер на континенте.

Поэтому наличие кого-то с более высокими умственными способностями, чем у него, означает только одно.

Следующий этап после золотого ядра должен быть больше сосредоточен на душе, духе и ментальных аспектах культивации.

Хотя система позволяла ему иметь показатели на один пункт выше, чем у его врагов, она была полна ограничений.

Как и при формировании кармических связей с золотыми ядрами, он не конденсировал внезапно золотое ядро; вместо этого он просто имел то же количество ци, но на один пункт выше.

Таким образом, осознание того, что Да Цзю обладает большей ментальной силой, чем он, свидетельствовало о том, что следующая ступень после золотого ядра обладает уникальными характеристиками по трем аспектам: душа, дух и разум.

"Хорошо, если это просто естественная защита, подобная золотому ядру, но для души, духа или разума. Но если это будет совершенно новая сила, перед которой я окажусь бессилен, это будет большой проблемой".

С этими мыслями Ниу Чанг быстро перестроил свою формацию и одновременно поднял культивацию души до предела сферы утончения ци.

Он почти не двигался, так как его тело крестилось системой для повышения уровня культивирования души. Его второй мозг полностью управлял обновлением формации.

Душа была довольно уникальной вещью или субстанцией в этом мире. Даже Ниу Чанг скептически относился к ее существованию.

Хотя он и сам был реинкарнацией, он не просто шел и был счастлив и улыбчив на протяжении всего своего пути. Он считал, что должна существовать более глубокая причина, по которой он смог перевоплотиться в этом мире, и только пройдя две трети своего пути, если бы он шел обычным путем, он смог бы разгадать первую подсказку.

Поскольку он уже прочитал столько книг, существовали разные варианты; один из них был бы похож на то, что случилось с ним.

Поэтому он заставил свой второй мозг разработать план действий на случай непредвиденных обстоятельств.

Теперь, возвращаясь к душе, Ниу Чанг, который предпочитал относиться ко всему как к фактам и информации, определил душу как тело мыслей.

Подобно физическому телу, душа также содержит мысли и становится чем-то вроде меха для разума.

На определенном уровне душа сможет отделиться от тела и жить без всяких забот во внешнем мире.

На более высоком уровне произошло бы объединение души и физического тела, что позволило бы смертным живым существам стать врожденными созданиями, где их разум и тело были бы единым целым и больше не ограничивались бы природой постнатальных существ.

Они больше не были ограничены ни биологической логикой, ни физикой мира.

Раз уж это было виртуальное тело, то проще было бы культивировать его с помощью души типа Невозможная Идея, верно?

Нет, это было совершенно неправильно, так как тело души находилось в другой сфере и играло по другим правилам. Даже Ниу Чанг все еще изучал факты о душах.

И все же он придумал очень мощную технику культивирования души для своего нынешнего "я".

Она называлась "Костюм заключенного". Конечно, он признавал, что у него странное название, но это потому, что в сущности техника была именно такой.

Его также можно было назвать сдерживающей тканью, но это больше походило на одежду для душевнобольных, поэтому он выбрал второй вариант.

Душа была загадочной и имела различные странные правила. Это была неизведанная территория, которую трудно было исследовать, поэтому Ниу Чанг хотел создать технику, которая позволила бы его душе стать непроницаемой ни для чего и избежать правил, действующих в душе.

Если бы он мог изменить правила своей души, которые следовали бы за правилами физического тела, ему было бы легче защищать ее любыми средствами из своего арсенала, так как его творческий потенциал не знал границ, пока он был в состоянии приложить руку к решению проблемы.

Так что если его душа останется обычной душой, о которой он ничего не знает, как он сможет представить себе то, чего не понимает?

Таким образом, костюм назывался "Костюм заключенного", чтобы взять тело души в плен физического тела, изменив все, что работало на душу, и больше не применяя к ней.

Естественно, это влекло за собой различные недостатки, но с ними можно было легко справиться, добавив множество вспомогательных навыков, основанных на душе, чтобы усилить защиту.

Ниу Чанг продолжал делать свои приготовления, наблюдая за приближающимся Да Цзю по ментальной карте.

Вскоре он поднял голову.

В небе было пусто, но, согласно системе, Да Цзю уже появился перед ним и спокойно стоял на месте.

В глазах Ниу Чанга засияли ци с разными атрибутами, он пытался разными навыками исследования постичь Да Цзю, но безуспешно.

Он мог уловить странность этого места, но не мог полностью разгадать существование Да Цзю.

Тогда он сменил источник ци на жизненную силу и ментальную энергию. Только тогда он смог лучше понять скрытое тело Да Цзю.

"Бесполезно, его умение скрываться превосходит все, что у меня есть. Как будто он может изолировать себя от мира, что должно быть на уровне реальности..."

С его обширным багажом информации, полученной при чтении различных книг, Ниу Чанг, естественно, догадывался.

'Стадия, на которой культиватор способен взаимодействовать с миром? Или взаимодействовать с Законом или Дао?

В этом был смысл, так как все его умения не выходили за рамки физики. Даже если некоторые из них и выходили за ее пределы, в конечном итоге они все равно работали согласно логике, а не чувствам.

Если бы навык работал на основе чувств, он не отличался бы от того, чтобы по желанию изменять реальность.

Ниу Чанг придержал коня и ограничил то, что мог показать своему врагу.

Благодаря кармической связи между ними Ню Чанг мог мысленно определить местоположение Да Цзю, причем безошибочно.

Его глаза следили за местом, где предположительно находился Да Цзю.

"Впечатляет", - внезапно раздался рядом с его ушами голос старика. Казалось, что рядом с его ушами разговаривают два человека.

Но Ниу Чанг знал, что Да Цзю все еще находится за пределами его формации; возможно, это уловка тех, кто находится на уровне культивации Да Цзю.

Поскольку ситуация была серьезной, Ню Чанг поднялся со своего места и позволил второму мозгу взять на себя управление его телом, так как не хотел совершать мелких ошибок.

Второй мозг легко управлял его телом, как холодная, безэмоциональная машина, но при этом сохранял человеческие черты.

Ниу Чанг своим обычным тоном сказал: "Старик, почему ты стоишь здесь? Заходи".

Сражение уже началось, и сейчас это была битва нервов. Все, что происходило дальше, могло дать ценную информацию каждой из сторон.

Да Цзю остановился прямо перед невидимым образованием. Один шаг вперед - и он окажется заблокированным.

Ниу Чанг не мог видеть его выражение лица, поэтому все, что он мог сделать, это создать и улучшить свой текущий навык, чтобы иметь возможность поймать этого невидимого старика.

Старик больше не разговаривал, постоянно летая вокруг формации, которую построил Ню Чанг.

Через десять минут он остановился и заговорил снова. "Парень, ты не тот, кого я ищу, но это уже не проблема. У тебя уникальное телосложение, которое не должно быть меньше того, что я ищу. Как насчет этого, если ты решишь быть послушным и станешь моим учеником, то я помогу тебе раскрыть секрет твоего тела".

Ниу Чанг на мгновение задумался и покачал головой: "Так не пойдет. Я могу заниматься культивированием самостоятельно; если это все, то ты можешь идти".

Он не отверг и не принял Да Цзю, так как не хотел прямого конфликта, по крайней мере, сейчас. Если бы он мог изменить дату их битвы, то, естественно, второй мозг поступил бы именно так.

"Неужели?" - в голосе старика слышалась легкая грусть.

"Тогда не стоит ненавидеть этого старика за то, что он навязывает свой путь". Как только он закончил говорить, формация, тщательно разработанная для того, чтобы ни одно золотое ядро не смогло ее разрушить, была легко разрешена.

Ниу Чанг был убежден. В мире фантазий энергия всегда была ограничением для любых навыков и техник.

Даже если культиватор или маг достигнет уровня изменения реальности, они будут ограничены запасами энергии, будь то ци, мана или магическая энергия.

Поэтому, имея неограниченный запас энергии из системы, Ниу Чанг, естественно, использовал все, на что был способен, чтобы создать самую мощную формацию для защиты от Да Цзю.

Но, похоже, я ошибся с выбором, ведь сейчас он не контролировал ситуацию. Ниу Чанг увидел, как невидимая формация легко растворилась в своей основной форме, которой была ци.

Внешний слой формации был направлен на защиту, чтобы проверить нижний предел противника.

Внутренний слой формации был нацелен на атаку, чтобы проверить верхний предел противника.

Это было просто, но эффективно, и Ниу Чангу очень нравилась эта эффективность.

Так как сейчас за дело отвечал второй мозг, Ню Чанг мог наслаждаться просмотром данных в реальном времени, пытаясь понять, как Да Цзю смог разрушить его идеальную формацию.

Все всегда упиралось в энергию.

Поэтому вместо того, чтобы воспроизводить сцену, лучше было проанализировать данные и параметры, так как это было проще.

Структура формации.

Типы формаций.

Энергоснабжение формации.

Все это были контрольные переменные, которые не менялись и оставались неизменными на протяжении всего эксперимента.

Следующей переменной был метод атаки Да Цзю. Это была независимая переменная, которая пока была неизвестна и стала причиной уничтожения формирования.

Последней переменной была зависимая переменная, от которой зависело, как будет разрушена формация.

Да Цзю легко шел вперед, беззвучно разрушая различные формации перед собой. Чем дальше он шел, тем больше времени уходило на то, чтобы сделать следующий шаг.

Формы продолжали меняться, проверяя его метод на прочность.

Но, несмотря на это, их изменения, которые пытались помешать Да Цзю продвинуться вперед, естественным образом облегчали ему задачу.

"Какая хорошая техника - уметь управлять таким тонким образованием и менять его форму по своему усмотрению, а тем более приспосабливаться к изменениям. Великолепно!"

"Думаешь, это поможет тебе выиграть время?"

"Напротив, это лишь заставило меня сильнее захотеть тебя и разгадать твой секрет".

Паниковать не стоило: жадность культиваторов всегда была связана с культивацией, будь то материальные ценности или знания. В конце концов, они ничем не отличались от животных, которые были сильнее обычных зверей.

Посмотрите, какой жадной стала Да Цзю после того, как он увидел постоянно меняющуюся формацию, которую применил Ниу Чанг.

Естественно, она была сильной, достаточно сильной, чтобы кто-то, кто находился за пределами стадии золотого ядра, захотел ее получить. О его существовании знала лишь горстка людей, как может человек такого уровня проявлять жадность к обычным вещам.

Видя, как резко меняются данные и параметры, Ниу Чанг понял, что Да Цзю раньше просто играл, а теперь перешел к серьезным действиям.

Но в то же время это показывало его истинную силу.

В этом мире не было ничего идеального, все, что ниже трансцендентности, было несовершенным.

Поэтому Ниу Чанг смог разглядеть истинность метода Да Цзю.

Но в то же время он был в замешательстве.

'Это все еще манипуляция энергией...' - он уставился на меняющиеся данные и параметры перед ним. Но почему его энергия может действовать таким образом? Количество уже не имеет значения, но качество ци находится на другом уровне".

В ответ он вручную приказал второму мозгу провести различные тесты, чтобы проверить, насколько улучшилось качество ци Да Цзю.

Проводилось все больше данных и тестов, но вместо этого возникало все больше вопросов.

Да Цзю оказался перед внутренним слоем, слоем нападения. Оттуда он больше не сделал ни шагу, молча простояв там целых тридцать минут.

Все эти тридцать минут Ниу Чанг продолжал проверять свои гипотезы.

Он не перебарщивал с проверкой, лишь слегка щекотал и ковырял то тут, то там.

Внутренний слой формации Ниу Чанга предназначался исключительно для нападения. Даже самому Ниу Чангу требовался еще один набор формаций, чтобы обеспечить свою безопасность на случай, если кто-то осмелится войти внутрь.

Существовали основные факты, которые относились к любому уровню и стадии культивирования. Сильно сжатая энергия всегда причиняла вред, если цель не выходила за рамки здравого смысла.

Если это был не какой-нибудь эльдрический бог, на которого не распространялись никакие законы этого мира, то, естественно, против него ничего не получится.

Но это отличалось от того, что было раньше, когда для уничтожения чего-либо достаточно было взрыва. Новая формация внутреннего слоя представляла собой целенаправленную атаку. Как именно она будет поражать цель, зависело от воображения каждого.

Ниу Чанг всегда искал наиболее эффективные способы убийства своих врагов. И что с того, что ему удалось создать самый мощный навык для поражения одной цели? Что толку от него, если он не сможет поразить врага?

Поэтому, создавая и совершенствуя более разрушительные навыки, он также создал и усовершенствовал метод блокировки врагов.

Метод фиксации противника на физическом уровне был бы проще для тех, кто больше не заботится о правлении миром.

В таком случае нужны были навыки более высокого ранга, что-то выходящее за пределы логики, но все еще доступное смертным.

Судьба, удача, предназначение, карма, причинность и провидение. Все эти аспекты в той или иной степени были подвластны смертным, но при этом стояли на более высоком уровне, чем остальные.

Один из навыков Ниу Чанга, обладавший подобным эффектом, - "Насылание несчастья", которое влияло на вероятность на самом низком уровне.

Он все еще совершенствовал его, чтобы увеличить глубину воздействия.

Что касается других подобных навыков, то их было сложно создать, поскольку они больше походили на идеологию, убеждения и теории.

Поэтому создание такого навыка зависит от случая и удачи.

Но Ниу Чанг всегда делал то, что у него получалось лучше всего: исследовал то, что у него было, и совершенствовался дальше.

Все эти приготовления позволили ему выиграть немного времени, пока Да Цзю наконец не принял решение. "Мальчик, я дам тебе еще один шанс. Если ты не хочешь становиться моим учеником, то так тому и быть, но мне нужно, чтобы ты некоторое время сопровождал меня".

"Какой милый старик, теперь ты хочешь заключить новую сделку? Ниу Чанг развеселился.

Но его второй мозг подсказал ответ: "Старик, у нас с тобой нет никакой кармы, так зачем беспокоиться? Чрезмерная жадность не принесет тебе удачи".

"Хахаха", - рассмеялся старик. "Хорошо сказано, хорошо сказано".

Затем в восприятии Ниу Чанга под воздействием различных навыков расследования появилась фигура Да Цзю.

Он был не так уж стар, но достаточно, чтобы все уважали его за внешний вид. Он был одет в желто-серые одежды с длинными рукавами, как даосский священник. Чтобы выглядеть элегантно, он заколол волосы нефритовой заколкой. На руке у него был венчик из хвоща.

В воздухе вокруг него ощущалась потусторонняя атмосфера, как у бессмертных за гранью смертного царства.

"Как насчет этого? Если ты согласишься, я помогу тебе достичь более высокой ступени, чем та, которую ты знаешь", - небрежно сказал он.

"Более высокой ступени?" Второй мозг сделал совместное действие.

"Да", но Да Цзю лишь оборвал разговор на эту тему.

"Похоже, доброта этого старика не смогла до тебя дойти", - без злости в голосе проговорил Да Цзю. "Я знаю, что ты молод, но даже несмотря на это, есть вещи, которые не подвластны твоему пониманию".

Второй мозг искренне удивился и спросил: "Это также относится к тому, что ты не можешь постичь?"

Его смысл был ясен: "Старик, не играй передо мной. То, что знаешь ты, могу не знать я, а то, что знаю я, можешь не знать ты. Как и моя формация".

Да Цзю не принял это близко к сердцу, сохраняя непринужденное выражение лица. "Похоже, ты гордишься своими методами, но думаешь ли ты, что этого достаточно, чтобы защитить тебя?"

Он сузил глаза.

"Конечно, нет. Как ты только что сказал, над небом всегда будут небеса. Так что это не имеет значения".

И снова второй мозг дал идеальный ответ, ни покорный, ни властный.

Он по-прежнему относился к жадному старику с уважением.

"Твои слова становятся все острее, чем раньше". Да Цзю начал проявлять свои истинные чувства.

Естественно, он с самого начала знал, что Ниу Чанг уважает его не так уж сильно, но достаточно вежливо.

Второй мозг в ужасе покачал головой. "Куда бы я ни отправился, человеческая природа всегда будет одинаковой. Получив достаточно власти, они начнут короновать себя как королей, а к остальным относиться как к рабам".

"Если после обретения силы ты остаешься смиренным, то зачем вообще заниматься культивированием?" - усмехнулся Да Цзю. Да Цзю усмехнулся, но только в своем тоне.

"Это..." второй мозг посмотрел на Да Цзю со странным выражением лица, словно говоря: "Ты сейчас серьезно?".

Видя, что Да Цзю ничего не ответил, второй мозг продолжил. "Если ты спрашиваешь меня об этом, значит, твоя культивация недостаточна, и вся твоя жизнь прошла впустую".

Он не стал приукрашивать свои слова, ведь сейчас они обсуждали дао.

"Неужели..." Глаза Да Цзю вспыхнули холодным светом.

"Тогда скажи мне, ты нашел ответ?"

Второй мозг лишь улыбнулся и не стал уточнять вопрос Да Цзю.

В пространстве разума Ниу Чанг, сидевший на удобном диване и державший в руках миску с легкой закуской, вдруг выронил все из рук и хлопнул себя по колену.

"Эмоциональное повреждение!"

Он, прочитавший уже столько историй, естественно, не раз видел подобные сцены и не мог не злиться каждый раз, когда какая-то могущественная фигура вела себя загадочно перед главным героем.

Теперь его второй мозг делал то же самое с тем, кто якобы находился в высшей пищевой цепи на всем континенте, кто достиг уровня культивации, о существовании которого многие даже не подозревали.

Да Цзю на мгновение остолбенел, а затем издал короткий смешок.

Но тон его смеха выдавал его дружелюбный характер.

"После того как я успешно достиг своего нынешнего уровня культивации, я ни разу не встречал человека, который вел бы себя как ты, по крайней мере, не до такой степени, чтобы игнорировать мою силу. Ты знаешь, насколько я силен?"

Поскольку он проиграл дискуссию о дао, Да Цзю перешел к следующему разговору о старшинстве и уровне культивации.

Ниу Чанг вздохнул. Ему бы понравилась дискуссия о дао, а не эти дерьмовые разговоры о том, что мой кулак больше твоего, поэтому ты должен преклонить голову.

Он покачал головой и откинулся на спинку дивана.

Второй мозг выбрал наиболее нейтральный ответ. "Я не знаю, это ты мне скажи".

Слыша один и тот же нейтральный ответ, в котором не было ни доминирующего, ни покорного тона, Да Цзю все больше раздражался. Он никогда не встречал человека, который относился бы к нему как к совершенно незнакомому человеку с уважением, но при этом намеренно просил его относиться к другой стороне с тем же уважением.

"Для меня это действительно поучительный опыт - общаться с таким человеком, как вы", - открыто высказал свои мысли Да Цзю.

"Это лишь показывает, что твой боевой путь еще не завершен", - дал очень дельный совет второй мозг.

Если бы Да Цзю смог понять хотя бы половину из них, он смог бы преодолеть свои нынешние ограничения в менталитете и перейти на следующий уровень культивации.

Но увы.

Одержимый чем-то, он был способен видеть только муравья на другой горе, не обращая внимания на дракона перед глазами.

Везет же тем, кому на пути попадаются такие удачные встречи, что они перестают уважать тех, кто слабее их. На данный момент ему следует просто кастрировать себя, чтобы не плодить слепых потомков".

Ниу Чанг перевел взгляд на данные и параметры, отображаемые виртуально, и продолжил работать в режиме многозадачности.

Это была всего лишь мысль, но он не мог не поднять голову к небу. Он нахмурился, прикидывая в уме нелепую возможность.

Но чтобы убедиться, что это всего лишь его воображение. Он проверил свое тело, тело Да Цзю и окружающую обстановку, чтобы убедиться, что линии судьбы, переменные удачи и поверхность судьбы чем-то взбудоражены.

Он подождал и провел вторую и третью проверки, но не обнаружил ничего, что могло бы повлиять на текущее развитие событий.

Он полуоблегченно вздохнул. 'О чем я думаю? Не так уж и невозможно, чтобы такой высокомерный человек достиг своего нынешнего роста. На самом деле логичнее, если кто-то его уровня ведет себя высокомерно. Даже молодые мастера ведут себя логично, принимая то, как к ним относится семья с самого детства".

Отбросив отвлекающие мысли, Ниу Чанг заметил, что его душевное пространство слегка подрагивает.

Он нахмурился и посмотрел на экран, соединяющий с внешним миром.

Да Цзю по-прежнему молчал и не двигался с места, но данные и параметры продолжали странно колебаться.

Ниу Чангу оставалось только пораженно вздыхать. 'Как я и боялся, следующая ступень после золотого ядра позволяет культиваторам влиять на Закон мира, или, в некотором смысле, уже входить в дао'.

Да Цзю уже принял решение.

Однако второй мозг все равно решил выступить посредником в конфликте, которого изначально не должно было быть. "Старик, зачем ты это делаешь?"

Не дожидаясь ответа, второй мозг продолжил. "Неужели твой нынешний уровень культивации заставил тебя забыть, откуда ты родом? Неужели весь твой путь культивирования ничего не значит? Я понимаю, что на пути культивирования неизбежно приходится захватывать то, что принадлежит другим, и пренебрегать элементарной человеческой порядочностью".

"Твоя жадность может быть оправдана, а гордость понятна, но как ты мог так поступить?"

"Разве ваши глаза - это просто украшение? А уши - просто аксессуары?"

"Хватит!" холодно произнес Да Цзю. Его голос был способен на мгновение заставить весь мир замолчать.

Второму мозгу удалось продлить общение, так как Да Цзю продолжил: "Что ты хочешь сказать? Говори прямо".

Хотя его слова оставались вежливыми, тон уже стал агрессивным.

Второй мозг остался невозмутим и заговорил: "Причиной твоих действий была твоя собственная сила? Или ты пренебрег опасностью, которую я представлял?"

"Ты?" усмехнулся Да Цзю, услышав эти вопросы.

"Чем ты рискуешь перед лицом моей силы? Ты еще даже не построил свой фундамент, а уже смеешь спрашивать, как я игнорирую риск, который ты представляешь? Разве это не твое собственное невежество?"

Второй мозг спокойно ответил: "И это твой ответ? Просто потому, что ты считаешь мою базу культивирования низкой?"

"Тогда как насчет того, что ты наблюдаешь сейчас? А как же причина, по которой ты заинтересовался мной в первую очередь? Неужели ты думаешь, что это просто плоды, которые висят на моем теле и ждут, когда их сорвут?"

Да Цзю бросил взгляд на Ниу Чанга, внимательно изучая его тело. Однако он не смог найти ничего, что могло бы повысить его мнение о риске, который мог представлять собой Ню Чанг.

Он усмехнулся, и от его тела начала исходить мощная аура.

Внутри внутреннего слоя формации Ню Чанг почувствовал жалость. "Ты зашел так далеко, и не многие могут похвастаться таким достижением, но жадность ослепляет тебя".

Встав, Ню Чанг посмотрел на большой виртуальный экран перед собой. Оглядевшись, он обнаружил, что три вспомогательных мыслительных навыка стали еще сильнее и значительнее с момента последней проверки.

Небесная астролябия теперь состояла из более чем двадцати колец, которые бесконечно вращались. Различные гравировки с разными значениями сияли собственным светом.

Ленивое дерево увеличилось в диаметре, хрустальное тело больше не имело грубой кристаллической текстуры, а превратилось в кору дерева. Крона была огромной, на ветвях плясало множество листьев из света авроры. Цветы распускались, а плоды со временем начали созревать.

Хаотический разум больше не имел различимого цвета, с каждым разом он принимал разные формы. Но ширина и глубина уже не были одинаковыми, как если бы он начал стирать стену между реальностью и воображением, конец казался бы далеким и одновременно близким.

Затем его взгляд переместился на просторы его сознания, где перед глазами мелькала различная информация, раскрывающая все созданные и освоенные им навыки и техники.

Честно говоря, я не знаю, насколько могущественным смогу стать, если открою все, чем владею сейчас".

Он ощутил смесь грусти и гордости. Его силы должно было хватить, чтобы гордо пройтись по небу. Однако эта сила приносила ему и печаль, ведь слишком сильные конфликты теряли свою значимость.

Научившись на ошибках бесчисленных главных героев историй, Ниу Чанг выработал навыки, способные помочь ему в любой, даже самой опасной и, казалось бы, невозможной ситуации.

Он жаждал напряжения и напряженности настоящей битвы с кем-то, кто мог бы противостоять всем его методам.

В нынешних обстоятельствах вопрос стоял не столько о силе Ниу Чанга, сколько о границах его воображения. Пока вдохновение не иссякло, он мог создать любое умение или технику. А когда он сталкивался с грозным противником, который доводил его до предела, его ум становился более проворным, а озарения распускались, как весенние цветы.

Увы, Ниу Чанг мог рассматривать это лишь как недостижимую мечту, естественно, невозможную. Ни сейчас, ни в будущем. Его жизнь не была захватывающей сказкой, лишенной конфликтов, с неинтересным главным героем. Кто станет читать такую историю?

Может, моя жизнь и не имеет развлекательной ценности, но это необходимость, реакция на разочарование и сетования, вызванные глупостью и эмоциональной незрелостью персонажей. Так что я буду первой и последней историей такого рода. Любой, кто захочет прочитать мою историю, будет рад, но если она покажется ему скучной и неинтересной, я ничего не могу с этим поделать. Я прекрасно понимаю, насколько скучна моя жизнь, но она должна существовать. Ведь все, что не является сюжетом, - это я! Я не сюжет, а настоящий человек".

Будучи сам читателем, Ниу Чанг, естественно, наблюдал за своей жизнью с точки зрения читателя. И сейчас он не мог не прокомментировать это.

Будучи избранным, он решил не поддаваться на махинации судьбы и не следовать слепо по предначертанному пути. У него было только одно заветное желание.

"Ах... как сильно я этого желаю... но это все, что я получаю, - однообразную и неинтересную жизнь, в которой нет ничего, что стоило бы смаковать".

Сделав шаг вперед, он сместил контроль второго мозга над своим телом. Это произошло мгновенно, и тяжесть на сердце проявилась в его ауре.

Тонкая и ненавязчивая, она не была заметна невооруженным глазом. Однако простые смертные, не обладающие культурой, могли почувствовать ее - опустошенное ощущение покинутой надежды.

Он посмотрел прямо в глаза Да Цзю и спросил: "Знаешь ли ты, как одиноко бывает, когда достигаешь цели?"

Ниу Чанг не стал искать ответа: он спрашивал не Да Цзю, а себя настоящего.

Заметив, как изменился Ню Чанг, Да Цзю нахмурил брови. 'Он выглядит совсем другим человеком'.

Понимая и обдумывая свое нынешнее состояние, Ниу Чанг, естественно, направил часть своего внимания на создание новых техник или навыков. Однако в данный момент ему нужно было избавиться от пристального взгляда окружающих.

От его тела исходили энергетические колебания, а от него самого отделялись неуловимые тени.

Система не была всемогущей, как и Ниу Чанг. Пока он еще не вышел за пределы своих возможностей, у него все равно будут недостатки.

Как и сейчас, различные шпионы наблюдали за ним со стороны, но они не излучали никаких негативных чувств по отношению к Ню Чангу, поэтому система не обращала на них внимания.

"Я предлагаю вам шанс. Уходите сейчас и никогда не говорите о том, что здесь произошло, и я буду считать вас простым прохожим, не имеющим ко мне дурных намерений. Однако если вы решите остаться здесь, то между нами неизбежно возникнет карма".

Система состояла из трех постулатов, и Ниу Чанг, естественно, нашел способ максимально использовать их:

Все живые существа равны.

Уважение необходимо.

Неинформированные люди невиновны.

Система настоятельно рекомендовала ему вести праведный образ жизни - не недооценивать никого, включая демонов, превратившихся в животных или растения; воздерживаться от использования своей силы для угнетения слабых; и, наконец, не поддаваться вспыльчивости.

Теперь, когда он объявил о своем намерении и прояснил ситуацию, все три постулата системы уже были выполнены, что позволило ему решить карму тех, кто шпионил за ним.

После резни в городе Шэньи различные информационные каналы, принадлежащие разным фракциям, естественно, начали расследование.

Некоторые из приближенных пытались выяснить истинное положение дел, непосредственно шпионя за Тянь Цзы.

Как профессионалы, они тщательно скрывали свои эмоции по отношению к цели, чтобы минимизировать свое присутствие, учитывая чудесную природу этого мира, где одна лишь мысль могла привести к значительным изменениям.

Поэтому, даже услышав любезное напоминание Ниу Чанга не вмешиваться в его дела, шпионы восприняли его как шутку.

Поскольку они могли сохранять скрытое положение, собирая информацию, никто из них не был ниже уровня золотого ядра.

Некоторые внутренне хихикали и спокойно наблюдали за разворачивающимися событиями, другие решили переместиться.

Никто из них не принял всерьез слова Ниу Чанга.

[Установленная карма с ...]

[Установлена карма с ...]

[Установлена карма с ...]

[Установлена карма с ...]

[Установленная карма с ...] x7

Наблюдая за тем, как система признает наличие кармических связей, Ниу Чанг, естественно, приказал своим клонам устранить карму.

Наблюдая за Да Цзю, он понял: "Этот старик никогда не существовал в глазах тех, кто за ним наблюдал, с самого начала и до сегодняшнего дня. Даже моя способность видеть его обусловлена его согласием".

Да Цзю, заметив, что невидимые клоны покинули строй, не стал вмешиваться, так как тоже намеревался разобраться с крысами, скрывающимися в тени.

Однако он не мог не нахмурить брови, так как его Достоинство Святого, казалось, не оказывало никакого влияния на юношу, стоявшего перед ним.

Подобно тому как люди на уровне золотого ядра обладают особыми чертами и преимуществами, последующие уровни культивации также имеют свои уникальные атрибуты. Один из таких атрибутов известен как Достоинство Святого.

Защита ци, присущая уровню золотого ядра, практически не поддается воздействию со стороны тех, кто ниже ее, то же самое относится и к Достоинству Святого. Все без исключения, кто ниже требуемого уровня, испытывали подавление.

Да Цзю не мог не вспомнить слова Ниу Чанга, сказанные им ранее. Однако, как и подобает святому, он предпочел положиться на собственные силы.

"В присутствии святого все остальные - просто муравьи!" - внутренне усмехнулся он.

Благодаря своему крошечному телу маленькое существо неустанно трудилось, чтобы выполнить свою простую задачу.

И хотя оно изо всех сил старалось преуспеть в своем деле, даже если ему удавалось чего-то добиться, другие тоже могли это сделать. В масштабах колоний его усилия на протяжении всей жизни ничего не стоили.

Столкнувшись с людьми, простодушный муравей, руководствуясь инстинктом, нападал на человека, если у него появлялся шанс. Однако его нападение могло вызвать лишь незначительный дискомфорт, что приводило к тщетным попыткам.

Таким образом, для людей термин "муравей" был бы подходящим словом для обозначения ничтожности перед лицом истинной силы.

Да Цзю, уже перешагнувший уровень золотого ядра и ставший святым, наслаждался обретенными привилегиями и властью. Он упивался ими до такой степени, что уже не считал себя человеком, а видел себя святым. Двуногие существа, называющие себя людьми, в его глазах были просто глупцами.

Он верил, что с помощью одного лишь достоинства святого сможет покорить весь мир. Однако он не был единственным святым в этом мире.

Впрочем, это было вполне объяснимо, ведь те, кто сумел достичь золотого ядра, естественным образом открывали для себя путь к продвижению, даже если перед ними не было четкого маршрута.

Именно поэтому существование святых находилось на совершенно ином уровне по сравнению с достижением уровня золотого ядра.

Столкнувшись с отсутствием очевидного пути, они освобождались от своих когнитивных ограничений, прозревали истину, прокладывали свой собственный путь и создавали свое будущее.

Ниу Чанг, который, казалось, несколько отличался от своего обычного поведения, смотрел на подавляющее Достоинство Святого с меньшим интересом.

Не то чтобы он был полностью невосприимчив к нему; скорее, оно просто не оказывало на него существенного влияния.

'Это давление не было таким же простым, как физическое давление, давление ци или даже давление души. Оно действовало на своем собственном уровне. Если бы я мог описать его, то оно напоминало бы естественный порядок, подобный тому, как люди воспринимают насекомых или как боги воспринимают людей". Уровень культивации Да Цзю позволил ему возвысить порядок своей жизни, что привело к качественным изменениям, породившим этот уникальный феномен. Это позволило ему легко подчинить себе любое живое существо, не достигшее его уровня".

Сменив свою обычную беззаботность на тусклый взгляд, Ниу Чанг решил положить конец этой невеселой битве.

"Падай", - лаконично сказал он.

Не было никаких колебаний энергии или чего-то подобного, он просто произнес слово. Однако Да Цзю чувствовал в своем сердце огромную угрозу. Разум побуждал его немедленно уйти.

С точки зрения святого, существующего на более высоком уровне как форма жизни, он мог воспринимать Законы и видеть сквозь завесу этого мира. То, что он услышал, было простым словом, но то, что он увидел, было чем-то за гранью его чувств.

Как святой, чего он не видел раньше? Что может потревожить его святое сердце? И все же сейчас перед ним стояла одна из них.

Даже расширив свое восприятие, он не смог сразу среагировать.

Не было ни взрыва, ни света, ни звука, ни чего-либо подобного. Ниу Чанг так и остался стоять на месте. Лишь через долю секунды после того, как он произнес слово "падать", Да Цзю исчез.

Используя кармическую связь, Ню Чанг точно определил местонахождение Да Цзю. В данный момент он находился в движении, стремительно удаляясь от Ню Чанга.

"Теперь ты хочешь сбежать?" - без эмоций произнес Ню Чанг. Я давал тебе разрешение уйти?" - без эмоций ответил Ню Чанг.

Затем его тело расплылось, и от него остался лишь след.

В его сердце зародилось чувство жаркой погони. Даже используя свои лучшие навыки передвижения, он все равно не мог легко догнать Да Цзю.

Это чувство неплохое, я его очень хочу. Но что толку, если мой враг может вызвать это чувство только тогда, когда пытается от меня убежать?

Мир перед глазами Ниу Чанга расплывался, и он не мог понять, что и где находится. Все, что он знал, - это то, что он движется в правильном направлении в соответствии со своими кармическими узами.

Вдали от Ниу Чанга в плачевном состоянии находился Да Цзю, который был невидим для остального мира. Его даосский халат был изорван, на теле было множество ран. Кровь покрывала его тело красным цветом, но он не падал на землю.

Выражение его лица выражало шок, ненависть и презрение.

'Как? Как? Как?

Он продолжал спрашивать себя, что только что произошло.

В его сознании все еще сохранялось яркое воспоминание о том, что произошло меньше минуты назад. Несмотря на это, за столь короткий промежуток времени он оказался избит до состояния, близкого к смерти. Атака была не только сильной, но даже его тело святого уровня не смогло мгновенно восстановиться после ее воздействия.

Он уже испытывал подобный сценарий: независимо от личности нападавшего, если он был ниже уровня святого, его удары едва касались одежды и исчезали менее чем за секунду.

Однако в данном случае его избили до такой степени, что он начал сомневаться в своей неуязвимости.

"Может ли этот парень быть святым?" - задался он вопросом.

"Нет! Это невозможно!" - ответил он.

"Как бы хорошо он ни скрывал свою истинную силу, я вряд ли смогу ошибиться в оценке его уровня культивации... но как объяснить то, что произошло?"

Как святой, его умственные способности позволяли ему восстановить каждую деталь до и после события.

Ниу Чанг стоял с явной незаинтересованностью во взгляде, не произнося ни слова. Наступил момент, когда все противоречило здравому смыслу.

Энергия в огромных количествах хлынула наружу, выходя за пределы ци и жизненной силы. Святой Да Цзю был ошеломлен, видя, как огромная энергия не только сдерживается, но и контролируется.

Если бы он мог сравнить эту энергию с чем-то, то это было бы сравнимо с морем. Если бы он мог описать это одним словом, то выбрал бы слово "невозможно".

Если бы он осмелился поделиться этим опытом, его собратья по святости заклеймили бы его как безумца. Однако на этом история не закончилась.

После резкого появления этой огромной энергии она мгновенно взорвалась, как будто не существовало понятия "следующий" момент.

Последовательность разворачивалась плавно, без видимых шагов и вкраплений.

И если этих двух событий было недостаточно, чтобы заклеймить его как сумасшедшего среди сверстников, то последующее происшествие, несомненно, разорвало бы его связи и посоветовало бы в следующий раз придумать ложь получше.

Существенная энергия мгновенно воспламенилась, но ничего не последовало - ни взрыва, ни света, ни звука. Словно ничего и не было.

Однако, будучи святым, его восприятие выходило за рамки восприятия смертных.

В радиусе одного километра все было охвачено огромным энергетическим взрывом, но он не причинил никакого вреда и не затронул материальный план.

Однако он мог причинить ему боль, как если бы это был обычный удар, точно способный полностью повредить его тело, как если бы он был направлен на него.

Это не было похоже на удар, для которого нужно подойти к нему вплотную, и не было похоже на снаряды, которые прилетали к нему после полета. Удар пришелся прямо в его сердцевину.

"Как будто этот мальчишка мог нацелиться на само мое существование. Не тело, не душу, а что-то более глубокое и проникновенное", - подумал он.

Вспомнив, насколько абсурдным было нападение, Да Цзю не смог ничего понять, даже когда сам стал свидетелем и испытал его на себе.

По его позвоночнику пробежала дрожь, когда он почувствовал на своем хвосте человека, которого презирал и ненавидел больше всего на свете.

Однако скорость мальчика все равно была ниже его собственной. Несмотря на это, мальчик, который явно сильно отставал, умудрялся преследовать его по прямой, словно чувствовал его.

"Что это за урод? Как такое вообще возможно?" - задавался он вопросом.

Он хотел дать отпор и проучить мальчишку, но его тело, душа и сущность были сильно повреждены, и в нем осталось менее пяти процентов от его истинной силы.

Даже в таком состоянии он мог без проблем убить любого золотого ядра. Однако столкнуться с таким уродом природы, как Ниу Чанг, было совсем другой историей. Даже если бы он поднялся на следующую ступень культивации, то все равно предпочел бы убежать от этого урода.

Да Цзю изо всех сил старался подавить и залечить свои раны. Полученные им повреждения были чистыми и не имели последствий, но они были настолько серьезными, что ему требовалось время на восстановление.

Он продолжал бежать, обдумывая свои дальнейшие действия. Когда прошло десять минут и расстояние между ними немного сократилось, сердце Да Цзю внезапно подпрыгнуло, когда он заметил, что уродец позади него стремительно увеличивает скорость.

"Невозможно!" - потрясенно воскликнул он, пытаясь отрицать правду.

Его сердце, и без того охваченное смятением от погони, начало разваливаться.

Да Цзю попытался оценить состояние Ниу Чанга и только еще больше ужаснулся тому, что обнаружил.

"Этот мальчишка создал новую технику, чтобы увеличить скорость и преследовать меня? Что... Что это за монстр?"

С первого взгляда Да Цзю уловил огромную силу, скрывавшуюся за новой техникой движения, которую в данный момент использовал Ниу Чанг. Она была настолько мощной, что Да Цзю засомневался, как Ню Чанг вообще смог выжить в таком состоянии.

Еще большее удивление вызывало то, что Ню Чанг быстро осваивал новую технику движений, в результате чего расстояние между ними сокращалось в реальном времени.

В сердце Да Цзю закралось незнакомое чувство, от которого сердце заколотилось, а на лице выступили капельки пота.

Неизвестно откуда в его сознании всплыл первобытный инстинкт, присущий каждому живому существу. Впервые за долгое время его охватил страх, настолько сильный, что он уже не мог его осознать и понять.

Когда-то величественный человек теперь преследовался, как собака, и в его голове не было ничего, кроме страха смерти.

Ниу Чанг, наконец-то нашедший себе занятие по душе, был немного счастлив, хотя его настроение все еще оставалось подавленным из-за постоянных попыток постичь новые навыки и техники.

Скорость, с которой Да Цзю убежал от меня, была очень быстрой. С такой скоростью он мог делать все, что хотел, и убегать от тех, кто был ниже его по уровню. Так вот откуда его уверенность?

Хотя он не мог четко видеть окружающую обстановку и следовал только направлению кармической связи между ним и Да Цзю, Ниу Чанг все же смог определить, что они действительно летят над морем.

С их скоростью даже нескольких минут было достаточно, чтобы достичь морских глубин.

Даже увеличив скорость, Ниу Чанг все равно потратил более четырех часов, чтобы сократить разрыв между ними.

Небо было черным, солнце не светило. Небо застилали бесконечные черные тучи, а землю - темно-синяя морская вода.

Морские глубины оказались совсем не такими, как ожидал Ниу Чанг. Он думал, что раз оно называется бескрайним морем, значит, здесь будет гораздо солнечнее.

Он сбавил скорость, так как его цель больше не двигалась с большой скоростью, а ждала его появления.

Менее чем через пять минут он полностью прекратил использовать свой улучшенный навык передвижения и полетел над ревущими под ногами морскими волнами.

Густой запах соленой воды заполнил его ноздри.

Ветер был суровым, достаточным, чтобы без проблем обдуть взрослого мужчину.

Краем глаза он заметил один или два бушующих водоворота, свидетельствующих о катастрофическом уровне бедствия.

Переведя взгляд, он увидел старика в рваном даосском халате и с избитым телом, который смотрел на него полным ненависти взглядом.

Ниу Чанг просто пожал плечами и спросил: "Как дела? Смирился ли ты со своей смертью от моих рук?"

Да Цзю, как ни старался, смирился с жестокой правдой: ему не удалось сбросить Ню Чанга с хвоста.

С постоянно растущей скоростью Ню Чанга это был лишь вопрос времени, когда он его настигнет. Поэтому он принял решение.

Да Цзю молчал, не сводя горячего взгляда с Ню Чанга. "Сделай мне одолжение", - сказал он.

В его голосе уже не было той потусторонней интонации, словно он был божеством в царстве смертных, но и покорности он не выказывал.

Ниу Чанг слегка сузил глаза и ответил: "Разве так можно просить кого-то о чем-то?"

"Неужели твои родители никогда не учили тебя правильному поведению?" Сердце Да Цзю защемило от слов Ню Чанга, но он лишь сглотнул гнев. Если бы не твои странности, я бы с тобой даже не разговаривал!

Вспомнив ужас от того, что его избили до состояния, близкого к смерти, менее чем за долю секунды, гордый святоша решил пойти на компромисс.

"Как ты хочешь, чтобы я поступил?" спросил Да Цзю, не пытаясь скрыть своего недовольства.

Ниу Чанг покачал головой. "Тебе вообще нужно, чтобы я тебя учил? Если ты не знаешь даже элементарной вежливости, то я не вижу смысла в том, чтобы ты продолжал жить".

"Тот, кто не знает, как относиться к другим с уважением, чего стоит в этом мире, кроме как приносить страдания другим?"

"Вы когда-нибудь проявляли доброту, которая на самом деле была продиктована состраданием, или она всегда была корыстной?"

"Понимаете ли вы истинную природу людей хотя бы на самом базовом уровне?"

Пока Ниу Чанг продолжал говорить о смирении и доброте, лицо Да Цзю становилось все мрачнее.

"Я признаю, что был неправ", - скрипнув зубами, продолжил он. "Я не должен был ослеплять себя жадностью к тому, чего у меня нет. Можете ли вы дать мне второй шанс исправить свою жизнь?"

Ниу Чанг предпочел промолчать.

Он парил, не собираясь отвечать, и не предпринимал никаких действий. Он был похож на дежурное пугало, призванное отпугивать ворон.

Прошла минута, затем еще десять минут.

В голове Да Цзю царила сумятица: он ждал ответа. Но чем больше времени проходило, тем ближе он подходил к грани безумия.

Твердость духа, которой он обладал как святой, не могла помешать ему скатиться в пропасть.

Прошел час, и его пылкий взгляд сменился сомнением.

В человеке, которого он больше всего презирал, по-прежнему не было никаких изменений.

Прошло еще два часа, и он почувствовал, как под его кожей извиваются маленькие червячки, вызывая зуд по всему телу.

В следующие тридцать минут его веки стали время от времени неконтролируемо подергиваться.

С тех пор никаких новых изменений в его внешности не происходило.

Однако в последующие пять часов его рассудок и здравомыслие истощились, как у растения, которое не поливали более ста лет.

Оно полностью засохло, оставив лишь свою тень в анналах истории.

С точки зрения Ниу Чанга, продолжавшего смотреть в глаза Да Цзю, он увидел нечто совершенно иное.

Он видел тех, кто не мог преодолеть страх смерти, кто не мог понять истинную ценность жизни и цеплялся за иллюзию своей власти.

Это было удивительное зрелище, и даже такой трансцендентный человек, как он, начал извлекать новые уроки из одного только этого зрелища.

В конце концов Да Цзю больше не мог выносить бесконечную пытку молчания.

"Почему ты так долго ждал, чтобы убить меня, если ты этого хотел?" В его голосе не было эмоций, а взгляд был пустым и бессодержательным, но при этом сохранял базовый уровень интеллекта.

Ждать было бесполезно, поэтому Ню Чанг ответил: "Сначала я действительно собирался убить тебя, но теперь уже не хочу".

Изначально Ниу Чанг действительно хотел убить его. Однако, оценив свою силу в сравнении с силой Да Цзю, он пришел к выводу, что может убить Да Цзю.

Но это было бы большой тратой времени, ведь ему нужна была информация.

Он хотел знать все о континенте, на котором находился: уровни культивации, скрытую силу, таящуюся в тени, грозных личностей, которые использовали мир как шахматную доску. Он хотел знать обо всем этом.

Однако он не мог. С его нынешней силой он не мог заключить Да Цзю в тюрьму, и ему оставалось только убить его.

Это была большая потеря.

После просмотра захватывающего фильма о падении человека, который из-за своей гордыни относился к другим людям как к насекомым, его охватило глубокое чувство радости, которое трудно было получить.

"Говори только то, что действительно имеешь в виду, и не пытайся говорить без умолку", - посоветовал Да Цзю.

"Я могу отпустить тебя, но только если ты ответишь на мои вопросы", - заявил Ниу Чанг.

Да Цзю на мгновение нахмурился, но отвечать не стал. "Как я могу доверять вашим словам?"

"Никак", - категорично ответил Ню Чанг.

"Хахаха", - Да Цзю разразился смехом, но в нем не было искреннего удовольствия. В его смехе звучал неприкрытый сарказм, направленный на врага, стоящего перед ним.

"Тогда почему я должен отвечать?" спросил Да Цзю.

"Это тебе решать, веришь ты в меня или нет. В конечном счете я не вижу особой разницы между вашими решениями. Думаешь, пережив это испытание, ты предложишь мне что-то? Все, что я воспринимаю, - это то, что я избавил мир от мусора, маскирующегося под человеческую кожу".

"Хорошо", - Да Цзю не доверял словам Ню Чанга, но и не видел существенной разницы в выборе.

Ню Чанг мог покончить с жизнью Да Цзю, если бы захотел.

Ню Чанг также мог освободить Да Цзю, если бы пожелал.

Оставалось решить вопрос: "Каковы намерения этого урода?".

Да Цзю долго размышлял над этим вопросом, и солнцу хватило небольшой передышки, чтобы вернуться на прежнее место.

Однако Ниу Чанг сохранял спокойствие и не прерывал его размышлений.

Глубокое море казалось противоречащим нормам континента, а небо в этом месте было вечно затянуто черными тучами, которые беспрестанно кружились без всякого источника света.

Яростный ветер непрерывно боролся с ревущими морскими волнами, как будто это было обычным явлением.

К счастью, второй мозг Ниу Чанга позволял ему следить за ходом времени.

"Хорошо, я отвечу на твой вопрос", - наконец сказал Да Цзю, приняв решение после целого дня раздумий.

"Так-то лучше", - кивнул Ниу Чанг, его прежнее подавленное настроение теперь поднялось. Он выполнил поставленную перед ним задачу и одновременно добился желаемого результата, что, естественно, привело к подъему настроения.

"Что бы вы хотели узнать?" поинтересовался Да Цзю.

"Все", - с улыбкой ответил Ниу Чанг.

"Давайте сначала начнем с культивации", - направил разговор Ниу Чанг. Если спрашивать обо всем подряд, то разговор получится долгим и бесцельным, поэтому он взял на себя руководство беседой.

"Что бы вы хотели узнать?"

"Я знаю о трех основных царствах: царство тренировки Ци, царство полировки Ци и, наконец, царство конденсации Ци. Пожалуйста, расскажите об этих сферах вкратце, основываясь на ваших знаниях. После этого мы сможем углубиться в последующие уровни".

Да Цзю сделал паузу, обдумывая свой ответ. "Вот как культивация делится в Южном регионе".

Он бросил короткий взгляд на Ниу Чанга, вспомнив, что встречался с этим необычным человеком в Южном регионе, и его объяснение стало актуальным.

"Южный регион обладает меньшим количеством ресурсов для культивации по сравнению с другими регионами, включая места с изобилием духовной ци, драгоценных материалов и природных сокровищ. Поэтому его прогресс в культивации отстает от других регионов. Тем не менее, ему удалось противостоять влиянию Западного, Центрального и Восточного регионов, что привело к появлению различных властных структур".

"Для наиболее достоверного разделения сфер культивирования мы обратимся к Центральному региону, который считается святой землей для культивирования".

"Начальная сфера - это сфера Утончения Ци. На этой стадии культиваторы начинают перерабатывать свою внутреннюю энергию в ци и накапливать ее в своем даньтяне".

"Следующее царство - царство создания фундамента, которое служит основой для последующих царств. Тем не менее, она приводит к качественной трансформации культиватора".

"И наконец, высшая сфера, известная большинству, - сфера Золотого ядра. Оно достигается после конденсации золотого ядра, после завершения необходимых приготовлений".

Не успел Да Цзю продолжить, как Ниу Чанг прервал его.

"И это все? Предоставьте мне все техники культивирования, которыми вы владеете. Будет лучше, если я прочту их прямо из руководства по культивации".

"Все?" Да Цзю нахмурился, услышав это.

"Почему? Ты не решаешься поделиться со мной своей основной техникой культивирования?" спросил Ниу Чанг, на его губах играла улыбка.

Не заметив изменений в выражении лица Ню Чанга, Да Цзю было трудно определить, скрывает ли Ню Чанг завуалированную угрозу или нет.

"Почему ты так дешево относишься к тому, что ничего не стоит? Ты даже не можешь выиграть у меня, который был в более низкой сфере, чем твоя. Так зачем же держаться за него?"

"Если тебе это не нравится, то так тому и быть. Просто передай знания о ней без своей основной техники культивации".

Действительно, Ниу Чангу не было дела до техники культивации святого Да Цзю, так как она казалась ему обычной, за исключением знаний о самом царстве святых.

После того как Ню Чанг сделал шаг назад, Да Цзю неохотно согласился на его просьбу.

Он на мгновение задумался: на объяснение всех техник культивирования у него уйдет больше недели, только чтобы пересказать их.

Поэтому, управляя своей силой, он собрал сгусток света и влил в него свои знания.

Ниу Чанг лишь наблюдал за происходящим со стороны.

Прошло больше минуты, и сгусток света перестал ярко светиться и стал неподвижным.

"Неужели это что-то вроде нефритового башмачка, о котором пишут в сяншенах? Только когда Да Цзю закончил, Ниу Чанг отреагировал. Поскольку мир, который он знал, представлял собой смесь мира высокой уксии с миром низкой сянься, он считал, что подобное возможно только после того, как он покинет свой нынешний мир и отправится в следующий.

Да Цзю направил сгусток света в сторону Ниу Чанга.

Ниу Чанг поймал его правой рукой и стал молча сканировать, чтобы не разрушить свой грозный образ.

Однако для такого святого, как Да Цзю, все его легкие движения были легко уловимы. Несмотря на это, Да Цзю решил не обращать на это внимания.

Даже если он не непобедим, противостоять ему сейчас для меня невозможно", - Да Цзю обдумывал возможность сразиться с Ню Чангом.

Опрос, который проводил Ню Чанг, лишь показал, насколько он нормален. Если бы Ню Чанг был действительно непобедим, он бы не беспокоился о том, что в сгустке света скрыты ловушки.

Закончив зондирование, Ню Чанг принял решение и получил информацию через посредника, вместо того чтобы напрямую поглотить ее своим разумом.

Сгусток света потек к руке Ню Чанга, и различные сведения распространились, как капля чернил в тазу с водой, полностью окрасив его.

Пройдя несколько раундов фильтрации за пределами его сознания, информация наконец достигла его сознания и подверглась еще одному суровому испытанию его грозных способностей.

Да Цзю наблюдал за всем происходящим и не мог не задаваться вопросом о собственной жизни. Будучи святым, он случайно входил и выходил из тайных мест различных организаций, чтобы выведать их секретные техники, и даже напрямую крал у лидеров некоторых золотых ядер.

Впервые он увидел технику, которой владел Ниу Чанг.

Каждая техника напоминала специализированный механизм, работающий с особой точностью, но это не означало слабости, напротив, каждая техника демонстрировала всестороннее мастерство.

Впоследствии эти разные шестеренки были гармонично расположены и синхронизированы, образуя сложный набор техник, который Да Цзю не смог бы понять, если бы не увидел воочию.

Тот же принцип применим и к его формациям: хотя на первый взгляд они кажутся чрезвычайно мощными и запутанными, на самом деле они представляют собой набор простых формаций, искусно сложенных для создания качественно преобразующего эффекта на общую конструкцию.

Затем в его голове возникла мысль: "Возможно ли, что этот урод может использовать эту технику только с помощью формаций?

Внимательно рассмотрев Ниу Чанга, Да Цзю отказался от своих догадок.

Даже если ему нужны формации для выполнения такой мощной техники, он должен владеть набором техник сопоставимого уровня. Возможно, ему потребуется не более полутора секунд, чтобы повторить такое же разрушительное действие".

Используя свой второй мозг, Ниу Чанг без труда усвоил все техники культивации, накопленные Да Цзю за всю его жизнь.

"Почему ты все еще ничего не делаешь?" спросил Ниу Чанг с проницательным взглядом. "Неужели ты думаешь, что я готов пробыть здесь целый месяц только для того, чтобы ты отказался от всего, что я пожелаю? Сделай эту вещь еще раз, чтобы она включала в себя все возможные детали".

Да Цзю оставалось лишь молча подчиниться указанию Ниу Чанга. С помощью своей силы он сгустил еще один сгусток света и напитал его разнообразной информацией, которая, по его мнению, могла удовлетворить Ню Чанга.

Следуя заведенному порядку, Ню Чанг старательно поглощал сгустки света, не задумываясь.

Этот молодой человек действительно необычен: я никогда не давал ему инструкций по поглощению жемчужины света, а он делает это без особых усилий. Может, его наставлял какой-нибудь святой?

Первая жемчужина содержала лишь небольшое количество информации, что делало ее легкодоступной для любого, кто не достиг уровня святого. Однако вторая жемчужина содержала огромное количество информации, и для ее поглощения требовалась особая техника.

Ниу Чангу потребовалось менее двадцати минут, чтобы полностью усвоить информацию, содержащуюся в жемчужине. Когда он снова взглянул на Да Цзю, на его лице появилось презрение.

Он понял, что высшая сфера - это, по сути, сфера святых, и ничего выше нее не существует. Поэтому ему больше не нужно было проявлять чрезмерную осторожность, достаточно было просто проявлять осторожность в данный момент.

Да Цзю понял смысл взгляда Ниу Чанга и подумал: "Значит, для него слово "святой" не имеет никакого значения?

Информация, предоставленная Да Цзю, была исчерпывающей и охватывала все, что Ню Чанг хотел узнать. Тем не менее, было несколько моментов, которые Ню Чанг хотел бы прояснить.

"Сфера святых обладает своей собственной энергией, известной как святая сила. Не могли бы вы продемонстрировать мне эту святую силу?"

Достигнув царства святых, человек претерпевал трансформацию своего жизненного уровня. Эта трансформация возвышала святых над обычными людьми, давая им возможность манипулировать уникальной святой силой своего уровня.

Достоинство святого в действительности исходило как слабая аура святой силы. Одна лишь эта аура была способна подчинить себе тех, кто был ниже уровня святого.

"Я уже сделал это", - ответил Да Цзю, его тон был лишен эмоций. Он снова использовал свою святую силу, ту же энергию, что и при конденсации жемчужин.

Наблюдая за светящейся энергией в ладони Да Цзю, Ниу Чанг был озадачен. Он чувствовал энергию, но не мог ее ощутить.

Выражение лица Да Цзю стало суровым, когда он посмотрел на Ниу Чанга. С самого начала его интерес к Ниу Чангу был вызван тем, что он обладал огромной святой силой. Однако, как и любой человек, не достигший уровня святого, Ню Чанг не мог ее почувствовать.

Да Цзю тщательно исследовал Ню Чанга, используя различные методы, и только после этого убедился, что Ню Чанг действительно не способен ощутить святую силу внутри себя. Святая сила как будто утекала, нет, скорее напоминала каскадный водопад из-за отсутствия какого-либо сдерживания.

"Каким бы святым ты ни был, игнорировать такое дело просто невозможно", - заключил Да Цзю, убежденный, что Ниу Чанг хранит в себе глубокую тайну.

На каком бы уровне ни находились культиваторы, их энергия всегда была ограничена. Утечка энергии без каких-либо действий по ее устранению была равносильна тому, как если бы смертный страдал от потери крови.

"Святая сила - это уникальная энергия, которую могут почувствовать только те, кто находится на уровне святого. Даже если бы я напрямую дал тебе эту энергию, ты бы ничего не смог с ней сделать", - правдиво объяснил Да Цзю, манипулируя своей святой силой, чтобы повлиять на окружающее пространство.

Ниу Чанг приложил все усилия, чтобы уловить эту неуловимую энергию, но его попытки были тщетны. Только тогда он вспомнил о своей первой встрече с Да Цзю. "У этого человека энергии всего в несколько раз больше, чем у самого сильного золотого ядра", - подумал он.

Этот факт создавал множество проблем, так как казалось немыслимым, чтобы тот, кто выдержал мощнейший удар Ниу Чанга, обладал таким малым количеством энергии.

В итоге ему оставалось только вздохнуть. Он вытянул палец, пытаясь уловить слабый свет, пляшущий вокруг него, но ничего не почувствовал.

Ниу Чанг уже получил всю необходимую информацию. Последняя часть, которую нужно было подтвердить, находилась вне его досягаемости. Естественно, он не стал бы заставлять Да Цзю оставаться и становиться его подопытным.

Каким бы подавленным и измученным ни был Да Цзю, со временем его воля начнет восстанавливаться, что приведет к новым конфликтам.

По мнению Ниу Чанга, от общения с Да Цзю больше не было никакой пользы.

"Как и обещал, ты можешь идти", - небрежно сказал Ню Чанг, заставив Да Цзю дождаться искреннего подтверждения.

"Почему ты не уходишь? Хочешь, чтобы я снова устроил тебе сюрприз, и ты начал убегать?" сказал Ню Чанг с ноткой недовольства.

Не ответив, Да Цзю стал невидимым. Благодаря кармической связи Ниу Чанг почувствовал, как Да Цзю, не раздумывая, уходит, используя свою святую силу, чтобы еще больше увеличить скорость.

"Ню Чанг потянулся, хотя в этом не было необходимости - его физическое тело всегда было на пике. Просто ему захотелось это сделать.

Получив последние знания, Ню Чанг теперь должен был дождаться, пока второй мозг закончит свою работу, и сформулировать план на будущее.

Он вздохнул: "Ха... Чувствуется пустота... Это хорошо, но азарт борьбы пропал".

Ну, сам акт созерцания - это своего рода борьба. По крайней мере, это лучше, чем быть избитым только ради пикантной драматической битвы".

Через три минуты второй мозг закончил анализ и представил Ниу Чангу подробный план на будущее в удобном для восприятия формате PowerPoint.

Без труда прочитав его, Ниу Чанг обнаружил, что все настолько просто, что ему остается только следовать ему, как безмозглому зомби, хотя у него и были свои мысли. Наличие множества альтернативных решений, предоставленных ему без необходимости глубоко задумываться, ощущалось иначе.

Итак, лучший способ почувствовать святую силу - это не создавать для нее особый навык. Вместо этого есть лучший подход".

Метод культивации Ниу Чанга всегда был одинаков: прост и эффективен. Если он не мог сделать что-то одним способом, он делал это другим.

Если он не мог продвинуться вперед, то обходил препятствие. Если он не мог создать что-то из-за нехватки материалов, он обходил это и развивал навык или технику, чтобы решить проблему.

Первой идеей, пришедшей ему в голову, было создание навыка, который позволил бы ему чувствовать святую силу.

Однако по мере того как он размышлял о непредвиденных препятствиях, с которыми ему еще предстояло столкнуться, его второй мозг предлагал различные альтернативы. Один из них заключался в том, чтобы поднять технику культивирования или навык до уровня святого.

Поскольку это был метод уровня святого, то, естественно, требовалась святая сила.

Он начал обдумывать, на какой технике ему следует сосредоточиться. Он просмотрел их: "Зеленое дерево под ярким небом", "Священная дева под священным деревом", "Незваный гость", "Песнь трансцендентности", "Белая роза запустения", "Паук из зимней пещеры"...

Вариантов было много, и каждый из них был по-своему уникален.

В итоге он выбрал "Деву из святилища под священным деревом".

Сидя со скрещенными ногами в воздухе, он в сотрудничестве со своим вторым мозгом усилил технику "Священная дева под священным деревом".

Под естественный шум ревущего моря он расслабился, и вдохновение потекло так же естественно, как родниковая вода.

Через два с половиной часа он закончил работу. Благодаря тому, что Да Цзю поделился с ним истинными знаниями о боевых искусствах, Ниу Чанг легко повысил ранг своей техники.

Он закончил работу не потому, что она была полностью завершена, а потому, что достиг предела своих возможностей.

'Как и в случае с информацией, которую дал мне Да Цзю, любой человек достигнет своего предела после непрерывного изучения техники золотого ядра'.

Теперь Ниу Чанг ощущал ментальный барьер, особенно когда пытался усовершенствовать свою технику.

Это было неуловимое чувство, которое трудно описать. Оно было сродни тому, как если бы пресноводная рыба стремилась познать мир за его пределами и в конце концов натолкнулась на границу между пресной и морской водой.

С большим упорством она боролась в солоноватой воде, но в конце концов не смогла полностью перейти в соленую.

Рыба понимала, что впереди ее ждет совершенно новый мир, которого она никогда не видела и не испытывала. Однако пресноводная природа рыбы ограничивала ее возможности.

Это было пределом для всех на континенте. Однако с появлением святых появился естественный способ обойти это неотъемлемое ограничение.

Подобно тому, как пресноводные рыбы осознают соленость воды, обладатели золотого ядра, достигшие вершины, естественным образом понимали, что находится за пределами их возможностей.

Это были не законы боевого дао, а само истинное великое дао - путь к трансцендентности, проложенный перед их глазами.

Подобно тому как пресная вода представляет собой лишь часть большого водоема, боевое дао было лишь компонентом великого дао.

Достигнув этой стадии, все они, несомненно, были исключительными личностями, обладающими огромным талантом и способностями.

Наконец-то они нашли способ прорваться вперед.

Если боевое дао, которое они культивировали, не выходило за пределы континента, то великое дао не знало таких ограничений, независимо от места и времени.

Теперь их задача состояла в том, чтобы культивировать великое дао. Однако это было далеко не просто, поскольку условия для этого были более сложными, чем для боевого дао.

С этого момента практика боевых искусств и культивирование бессмертия стали самостоятельными занятиями.

Чтобы начать культивацию, им требовались духовные корни. Хотя они назывались по-разному, все святые сходились во мнении, что это требование сродни семени дао.

Врожденное по своей природе, это качество присутствовало у тех, кто родился с ним. Многие пытались обрести его путем культивирования, но успех пока что ускользал от всех.

В конце концов, это было отражением природы - сильные побеждали слабых. Те, кто уже знал об этом, отправлялись в путешествия по всему миру, разыскивая детей дао и забирая их для своего собственного прогресса в культивировании.

Опираясь на воспоминания Мо Ци, Ниу Чанг знал о существовании Дитя Божественного Огня. Это было еще одно название ребенка дао, особенно если он был связан с огнем.

В этот момент он погрузился в размышления.

Вспомнив, что аватар Гу Фа говорил о том, что ему нужны "головы", Ниу Чанг не мог не подумать: "Насколько силен этот пакет новичка? Может ли быть так, что в своей начальной деревне я встретил не одного, а двух детей дао? Может быть, это предвестие будущего, подразумевающее, что я должен защищать Шэнь Саньхуа и Цинь Цина, чтобы обеспечить захватывающий сюжет?

Если бы Ниу Чанг следовал обычному распорядку, он мог бы стать сюжетным устройством для истории, создав еще одно классическое путешествие культивации в стиле сянься. Он начнет с маленькой деревни, столкнется с удачными событиями, отправится в путь и так далее.

Несмотря на то что главному герою по умолчанию было бы гарантировано божество, ему пришлось бы снизить свои IQ и EQ вдвое и пережить бесчисленные клише, навязанные ему судьбой.

Затем он попытался подсчитать количество дней, прошедших с момента пробуждения его системы, и сравнил его со временем, которое потребуется для достижения нынешней стадии, если он станет сюжетным устройством, лишенным всякого интеллекта.

Не прошло и месяца, а я уже стал сильнейшим существом на этом маленьком континенте. Если бы я правильно следовал сюжету, то для достижения такого же результата потребовалось бы не менее пятисот глав и более двух лет".

Однако в обмен на все это моя жизнь станет однообразной, лишенной пощечин, драматизма, напряжения и даже погружения. Все слишком логично, как будто читаешь учебник истории, а не захватывающую историю сяншена".

Ниу Чанг покачал головой, не желая больше жалеть о своей скучной жизни.

'...Если она скучна из-за отсутствия напряжения, почему бы не улучшить ее по-своему? Повеселиться с лучшими красавицами этого маленького континента? Разве не этого я больше всего желал как читатель? Преподать этим высокопоставленным особам урок кармы? Красота - это грех, неважно, кем ты являешься, если ты согрешил, естественно, должен быть человек, который накажет тебя за этот грех...

Ниу Чанг ставил своей жизненной целью достижение бессмертия, всемогущества и всезнания. Однако если бы и дальше все шло вяло, а он использовал свой интеллект, информацию и творческие способности, чтобы нарушить правила игры, какую радость принесло бы ему это путешествие?

Как и в случае с первой попыткой, достижение цели не соответствовало его заоблачным ожиданиям. Подобно тому как человек испытывает голод или жажду, путешествие стало превалировать над целью, превратившись в основной фокус.

Пока это не влияет на мой грандиозный план, это должно быть приемлемо".

В конце концов, в своей первой жизни я не встречал историй, в которых главный герой становился бы слишком могущественным и потакал своим желаниям. Они либо превращались в верящего в справедливость, но лишенного великодушия негодяя, настоящего лицемерного, самодовольного мерзавца, либо разворачивались в противоположную сторону в виде мрачного лорда из самых глубоких слоев ада, украшенного сложной печальной и жалкой предысторией, оправдывающей его холодность, от которой у меня палец кровоточил от прокрутки, чтобы читать дальше.

Наконец, после кратковременного приступа депрессии от своей не слишком насыщенной жизни, начиная с первой встречи с Да Цзю и до настоящего момента, Ниу Чанг вновь обрел счастье и энергию.

'Я поставил перед собой небольшую цель - фук... кхм, стремиться эффективно направлять продукты своего кропотливого труда и длительного созерцания. День и ночь я трудился без устали, подпитываемый непоколебимым стремлением к творчеству и изобретательности, как преданный читатель. Моя миссия? Простая и в то же время глубокая - наконец-то создать историю, которую я жаждал прочитать, и которая, к сожалению, ускользала от моего внимания среди огромного количества литературных предложений. С решимостью в сердце я заявляю о своем намерении сделать шаг вперед и стать рассказчиком, которого я ждал, воплотив в жизнь повествование, которое отсутствовало в моих литературных исследованиях".

Получив подтверждение от Ниу Чанга, Да Цзю немедленно покинул это место.

Используя святую силу, которую он собрал во время разговора, он смог увеличить свою скорость еще больше, чем раньше.

С такой скоростью Да Цзю не потребовалось много времени, чтобы достичь континента.

Однако не успел он войти на воздушную территорию континента, как почувствовал, что что-то не так. Он остановился на месте.

"Покажись!" крикнул Да Цзю в пустоту.

Он почувствовал, что за ним что-то наблюдает неподалеку; он подумал: "Должно быть, за мной сейчас наблюдает святой".

Прошло несколько секунд, но ничего не изменилось.

Тогда Да Цзю попытался узнать у этого неизвестного святого. "Друг, между нами нет кармы. Зачем пытаться ее создать?"

Как и прежде, ответа не последовало.

Как раз в тот момент, когда Да Цзю собирался сделать шаг, его тело окутала огромная тень. Из воздуха возникла рука и схватила его тело.

Да Цзю был потрясен, обнаружив, что не может сопротивляться этой хватке.

Он с ужасом осознал, что вся его святая сила была запечатана, а тело мгновенно захвачено.

Захватив Да Цзю, рука начала исчезать, оставив лишь запечатанного Да Цзю, висящего в воздухе.

Неподалеку показалась фигура. Это был молодой человек лет двадцати пяти, излучающий смесь невинной юности и зрелости. На нем был чистый даосский халат с длинными рукавами без единого пятнышка пыли. У него были длинные брови, а глаза обладали остротой, в которых, казалось, таились бесконечные звезды. Между бровями лежал знак удачи.

Он взмахнул рукой, притягивая к себе Да Цзю, и отправился в сторону континента.

В Центральном регионе,

на священной земле клана Дао,

На коврике для культивации, сотканном из облаков и росы, сидел, скрестив ноги, величественный мужчина. Его присутствие было бесплотным, словно он был не на самом деле, а лишь иллюзией.

Внезапно он открыл глаза.

Прямо в его сознании расцвел чистый голос, не имеющий пола и громкий, как гром.

"Путь бессмертия долог, дао бесконечно. Если ты хочешь идти дальше, тебе нужен кто-то, кто будет направлять тебя. Приходи в это место, если хочешь продолжить путь".

Мужчина на мгновение нахмурился, а затем исчез.

По-прежнему в Центральном регионе, на прекрасной горе, где воздух насыщен духовной энергией и счастливо живут различные существа.

Мужчина прогуливался на заднем дворе под громкий шум водопада. Внезапно он приостановил свои шаги.

"Что с моим мужем?" Позади него стояла группа женщин, каждая из которых была по-своему уникальна.

Будь здесь Ниу Чанг, он бы одобрил вкус этого человека.

От маленьких до больших, от юных до зрелых, от нежных до сильных - у него на заднем дворе были женщины любого типа.

И каждая из них смотрела на мужчину с бесконечной любовью; одни были чисты, другие полны похоти.

Он тоже внезапно услышал этот громовой голос, расцветший в его сознании. Затем он последовал его примеру, и его фигура исчезла с места.

"А?"

"Где мой муж?"

"Сестра Ин! Наш муж снова уезжает!"

"Он собирается привести сюда еще одну сестру?"

"Он что, коллекционер? Разве нас ему недостаточно?"

Разные женщины в замешательстве щебетали о внезапном исчезновении мужа.

Так называемая сестра Ин, женщина с самым высоким уровнем культивирования, сохраняла спокойствие и ничего не говорила, войдя в свой дом и начав медитировать.

В Западном регионе,

В великом храме монахов,

С главным монахом, который уже отступил от мира, произошло то же самое.

За ним последовал еще один скрытый монах в храме поменьше.

Находится в Северном регионе,

В здании великого наставника,

Красивый мужчина был поглощен чтением и решением различных вопросов, поставленных перед ним.

В этот момент он услышал тот же громовой голос и покинул свое место. Он появился перед величественными воротами и объявил о своем прибытии.

"Ваше величество, ваш верный слуга Ту Нонг просит у вас аудиенции".

Не прошло и нескольких минут, как мягкий голос ответил: "Иди".

Получив нужный ответ, Ту Нонг больше не стал задерживаться у великих ворот и сразу же удалился.

В Восточном регионе,

который был самым суровым местом для жизни из-за преимущественно пустынной местности,

На священной земле Секты Зеленого Солнца,

Старик с белыми волосами и длинной бородой открыл глаза.

Не произнеся ни слова, он стремительно покинул секту.

В другом священном месте, принадлежащем Секте Синей Звезды,

Женщина была занята изучением своей небесной доски, испещренной диаграммами и замысловатыми линиями. Она услышала тот же громовой голос, но не обратила на него внимания, поскольку была поглощена своими расчетами.

Три секунды спустя тот же громовой голос снова раздался в ее голове. Однако на этот раз его тон изменился и гласил: "Приди, или пусть твое дао рассеется".

Женщина обладала обворожительной фигурой, ее волосы были темно-синего цвета, но, доходя до кончиков, они сияли, как звезды в ночном небе. На ней было длинное платье, которое подчеркивало ее привлекательность, так как плотно облегало ее тело.

Выйдя из комнаты, она издала тихий, но отчетливый стон, выражающий ее недовольство. Вместе с ней исчезла и ее небесная доска, с которой она работала.

В юго-восточном направлении континента,

Недалеко от него плавал небольшой остров, но никто не мог его найти, так как он оставался скрытым от посторонних глаз. Этот островок был известен как Остров Цветочных Фруктов.

Вскоре прибыли семь человек, получивших приглашение или угрозу, и наконец обнаружили маленький остров, о котором до них доходили лишь слухи.

"Старик, облаченный в монашеское одеяние, ворчал: его одежда состояла из простого куска ткани на груди и еще одного, прикрывающего низ. Когда подул сильный морской ветер, нижняя ткань колыхнулась, нечаянно обнажив больше, чем предполагалось.

"Вот это да!" - воскликнул второй мужчина из Центрального региона, запечатлев это в своем восприятии. "Как и ожидалось от монаха с запада".

"Какое неприглядное поведение", - заметил человек с севера, его одеяние было самым правильным и дружелюбным к смертным среди них.

"Заткнись со своими глупостями. Я не стану критиковать собаку, которая только и делает, что лает и лижет ноги своему хозяину", - без обиняков ответил старый монах.

"Я не буду с тобой спорить", - коротко ответил человек с севера, больше не вступая в разговор со старым монахом.

"О, встретить здесь госпожу Лань Синь. Это путешествие действительно того стоит", - сказал старый монах, переведя взгляд на последнего прибывшего.

Лань Синь, родоначальница Секты Синей Звезды, прибыла последней, так как была сосредоточена на своей работе. Услышав свое имя, Лань Синь подняла голову, чтобы посмотреть. Она могла бы использовать свое святое восприятие, но из-за сосредоточенности полагалась на собственные глаза.

Заметив одеяние старого монаха и его непреднамеренное обнажение, Лань Синь потеряла интерес и вернула внимание к небесной доске.

Пожилой представитель Секты Зеленого Солнца прочистил горло. "Друг с запада, ты - святой. Морской бриз не должен влиять на твою одежду. Зачем делать это специально?"

Старый монах на мгновение остолбенел, а затем потер свою лысую голову и рассмеялся. "А, ты прав! Со старостью приходит забывчивость. Хахаха." Однако извращенный румянец на его лице выдавал его слова.

Первый мужчина из Центрального региона, который до этого молчал, перевел взгляд на другого монаха с запада. Этот монах был моложе, но все еще был в годах. Он был одет в подобающее монашеское одеяние, закрывающее большую часть тела, а вместо одной одежды на нем были штаны. Кроме того, он не брил голову.

Монах улыбнулся мужчине и сказал: "Давно не виделись, Дао Цзинь Дан".

Услышав это имя, все инстинктивно обернулись, чтобы посмотреть на Дао Цзинь Дана, в том числе и пожилой представитель Секты Зеленого Солнца.

"Ты действительно существуешь? Пах! То есть, ты еще жив?" - резко спросил мужчина из Центрального региона с несколькими женами.

Век мастеров боевых искусств был долгим, но эпоха Золотого Ядра оставалась молодой, если проследить историю. Первый человек, достигший Золотого ядра, был родом с Центрального континента всего семьсот лет назад.

Существовало множество теорий относительно номенклатуры царства Золотого ядра; согласно одной из них, оно получило свое название из-за первоначального золотого ядра, которое конденсировалось и имело желтый оттенок золота.

Кроме того, ходили слухи, что первого человека, совершившего этот подвиг, назвали "Золотым ядром".

Дао Цзинь Дан наблюдал за вторым человеком из Центрального региона, предпочитая не отвечать.

"Почему вы все еще ждете здесь?" - вмешалась занятая Лань Синь и, взяв на себя инициативу, полетела в сторону острова Цветочных Фруктов. Остальные последовали ее примеру, увязавшись за ней.

Попав на остров Цветочных плодов, семь святых почувствовали качественные изменения в окружающем мире. Воздух на этом маленьком острове был насыщен чистой духовной энергией, но, что еще важнее, дыхание дао было настолько плотным, что святые могли слабо ощущать его без необходимости медитации.

Остров изобиловал растительностью, но при этом не превратился в непролазные джунгли, а напоминал ухоженный сад.

Куда бы ни устремлялось их святое восприятие, они видели лишь экзотические и редкие сокровища, которых никогда не встречали в своей жизни.

Помимо растений, святые обнаружили легендарных животных и демонов, которые начали культивировать как растения, так и зверей.

Старый монах, на котором было всего два куска ткани, сглотнул, увидев все это; в его глазах ярко блеснул свет жадности.

Его мысли материализовались до такой степени, что все местные существа на острове Цветочных плодов стали избегать его взгляда.

Вскоре они достигли места назначения в самом центре острова. Перед ними возвышалась небольшая гора, видневшаяся с континента. По ней струился нежный ручей, в конце концов превратившийся в небольшой водопад.

За горой возвышался небольшой домик, построенный из природных материалов, а рядом стоял павильон.

Семь святых приземлились и устремили свои взоры на молодого человека, который ожидал их прибытия.

Несмотря на то что он был виден их глазам, они не могли обнаружить никакого присутствия этого молодого человека. Однако никто из них не испытывал страха, так как чувствовал, что его дыхание дао резонирует с их дыханием.

"Он все еще святой, - с интересом заметил старый монах. "Он действительно находится на стадии совершенства?"

В царстве святых существовало четыре малых стадии: ранняя, средняя, продвинутая и, наконец, стадия совершенства.

У каждой малой стадии были свои границы.

Становление святым означало открытие маленького мира внутри собственного тела.

На ранней стадии они могли виртуально проецировать свой внутренний мир в реальность.

Перейдя на среднюю стадию, они могли смешивать виртуальность и реальность, сливаясь с окружающим миром.

На продвинутой стадии святые могли полностью проявлять свой маленький мир в большой реальности, где они царствовали как правители.

Последняя стадия представляла собой совершенство этого малого мира. Он больше не существовал только как средство усиления силы атаки святого, а стал самостоятельным царством со своими правилами, способным вмещать живых существ и развиваться самостоятельно.

Естественно, что увеличение реальной силы превосходило по силе простое вызывание внутреннего мира во внешний.

"Приветствую всех. Пожалуйста, присаживайтесь, где вам удобнее", - сказал молодой человек, подняв лицо и обращаясь к ним.

Даже деловитая Лань Синь на мгновение остолбенела, почувствовав, что ее эмоции расшатываются от одного взгляда на юношу.

"У него небесная внешность", - заметил мужчина с несколькими женами, в его словах звучали зависть и восхищение.

Из всех семерых он был самым приятным на вид, поскольку его одержимость внешностью была очевидна.

"Хахаха", - усмехнулся старый монах, наколдовав с помощью своей святой силы нечто, на что можно было присесть. Он выбрал место рядом с павильоном и добавил: "Молодой друг, это вы позвали нас сюда?"

Несмотря на дружелюбный вид, он даже не пытался скрыть свою жадность. Он демонстрировал готовность предаться любому виду удовольствия, независимо от пола, желание испытать их все.

У западных монахов был уникальный подход к культивации. Хотя они поддерживали идею великого просветления, их практика вращалась вокруг потакания мирским желаниям.

Похоть и насилие были обычным делом в Западном регионе, почти как норма.

Из-за их необузданного поведения другие регионы тихо сговорились уничтожать всех монахов, выходящих за пределы Западного региона.

Они были похожи на зверей в человеческом обличье.

Временами они приветствовали вас с улыбками и обсуждали гармоничные отношения. Однако, когда вы теряли бдительность, они предавали вас различными коварными способами.

Они лишали вас возможности развиваться, насиловали членов вашей семьи, расчленяли их и готовили из них пищу.

Если бы этого было недостаточно, чтобы убедить новичка, только начавшего свой путь в боевом искусстве, он бы убедился, когда бы его учитель сказал, что хороших монахов не бывает.

Хороший монах - это тот, кто больше не дышит.

Это заставило молодого человека задать решающий вопрос.

"Тогда, учитель, значит ли это, что все монахи практикуют один и тот же метод культивирования?"

Учитель лишь коротко ответил: "Да".

Хотя в попытках монахов достичь великого просветления существовали различные подходы, большинство из них осуществлялись в искаженном виде.

Великое сострадание заставляло их убивать всех живых существ в попытке избавить их от страданий, но в глубине души они просто хотели убивать все, что угодно, и делать все, что им вздумается.

То же самое можно сказать и о великой любви...

Ничто не могло укрыться от их могучего жезла.

Остальные святые заняли свои места.

Двое с востока предпочли сесть вплотную. Следом за ними, неподалеку, сел человек с севера.

Дао Цзинь Дань предпочел занять пустое место в стороне от остальных.

Первый монах занял место неподалеку от восточного дуэта.

И наконец, второй мужчина из Центрального региона сел в павильон.

Молодой человек с небесной внешностью больше не улыбался, когда начал разговор. "Я буду говорить прямо и по существу. Вы семеро - сильнейшие на континенте. Есть, конечно, и другие святые, но вы все равно сильнейшие. Континент, который породил и приютил вас в прошлом, сейчас стоит перед лицом великой катастрофы, которая определит его будущее".

Он сделал небольшую паузу, чтобы дать святым время переварить сказанное.

Старый монах лишь улыбнулся, но не стал всерьез слушать. Он услышал информацию, но решил, что она не так уж важна для него.

Старик из Секты Зеленого Солнца внимательно слушал, а Лань Синь обращала внимание лишь наполовину, вторую половину - на свою небесную доску.

Дао Цзинь Дань и младший монах хранили молчание.

"Не могли бы вы предоставить нам более подробную информацию об этом великом бедствии, о котором вы говорите?" Уважаемый наставник с севера проявлял крайнюю серьезность.

Север управлялся единой империей, и все находилось под контролем императора. Однако благодаря мудрости правителя и добродетели его министров централизованный контроль над огромными просторами Северного региона приводил к большему спокойствию по сравнению с другими регионами.

Как великий наставник, Ту Нонг был обязан заботиться о всеобщей безопасности. Хотя его внимание было сосредоточено на жителях севера, он все же заботился о благополучии всего мира.

"Наше время ограничено, и с каждой секундой угроза становится все сильнее. Поэтому я покажу все, что о нем известно, с помощью этой демонстрации".

Юноша раскрыл ладонь, и святая сила заплясала в воздухе, превращаясь в семь разноцветных огоньков, которые в итоге сошлись в семь отчетливых точек света.

Семь мудрецов заметили семь точек света и внимательно рассмотрели их, каждый из них за короткий промежуток времени продемонстрировал различные реакции.

Старый монах разразился искренним смехом.

"Я и представить себе не мог, что существует нечто подобное. Кто-то, кто может создавать и совершенствовать техники культивирования без усилий, как будто дышит..." Лань Синь была поражена, изучая все техники и навыки, которые Ниу Чанг открыл миру.

"Он обладает удивительным пониманием", - ответил Лань Синь старейшина из Секты Зеленого Солнца.

Казалось, его слова были обращены и к Лань Синь, и к Ниу Чангу.

Ту Нонг, поначалу озадаченный, постепенно собрал информацию воедино. "Молодой человек, я не вижу никаких проблем с этим мальчиком. Хотя он проявляет особенности в различных аспектах и демонстрирует исключительный талант к культивации, я не нахожу в нем никаких недостатков. Очевидно, что те, кого он уничтожил, были людьми, которые имели злые намерения по отношению к нему".

Юноша не стал отвечать прямо, а стал осматривать окрестности в поисках того, кто мог бы ответить на вопрос Ту Нонга.

"Амбатукам", - произнес другой монах характерный для их учения напев. "Мальчик действительно воздержался от причинения вреда невинным, но своей невинностью он активно создал карму. Несмотря на отсутствие милосердия в мире, мальчик решил войти в тигриное логово, зная, что тигр попытается напасть первым".

Если бы Ниу Чанг был здесь, он бы безудержно смеялся. Однако этот мир не имел ничего общего с его прежним миром. Это было естественное явление: в царстве бесконечных возможностей некоторые аспекты могут быть похожими, но детали могут отличаться, как и в этом мире.

Согласно учению монаха, это слово имело очень положительное значение. Поэтому Ниу Чангу было несправедливо судить о нем, основываясь на своих стандартах реинкарнатора. Это было сродни тому, чтобы считать рыбу неразумной из-за ее неспособности взобраться на дерево, не имеющее отношения к ее происхождению.

"Великий наставник Ту Нонг, я понимаю вашу заботливую натуру. Однако не судите о нем только по его поступкам. Вы также должны учитывать, что в каждом конфликте, с которым он сталкивался, он значительно увеличивал свою силу в зависимости от противника", - говорил мужчина со многими женами.

"Кроме того, если вы внимательно изучите его поступки, то обнаружите, что в своей жизни он принял мало достойных похвалы решений, если вообще их принимал. Он бросил своих родителей, пожертвовал сестрой, когда мог бы ее спасти, не говоря уже о многочисленных предосудительных поступках, которые он совершил лишь для того, чтобы накопить больше сил!"

"Я уже сталкивался с такими людьми, как этот молодой человек", - мужчина бросил мимолетный взгляд на двух монахов, прежде чем продолжить. "Учитывая его особые способности, что вы ожидаете от его прибытия на континент?"

"Учитывая его прошлое поведение, очевидно, что он уделяет большое внимание собственной безопасности. Однако все изменится, когда он узнает, что самый могущественный человек на континенте - святой. Как, по-вашему, он отреагирует?"

"Нет необходимости строить догадки; его хитрая натура говорит сама за себя. Скорее всего, он будет искать святых ранней или средней стадии, чтобы укрепить свой фундамент, и таким образом превратит весь мир в свою игровую площадку. Насколько велика угроза со стороны этого мальчика? Он никого не ставит на место, так как для его великой цели все можно пустить в расход".

В то время как мужчина произносил обстоятельную и скрупулезную речь, Ту Нонг продолжал терзаться сомнениями. Он, человек, исполненный сострадания и заботы о других, понимал, что Ниу Чанг не был по-настоящему злонамерен.

Оглядевшись по сторонам, он заметил, что остальные молча соглашаются с его речью.

Его плечи опустились, ибо он обнаружил, что не способен отстаивать справедливость. Его слова ничего не изменят. Эти люди - святые, как по воспитанию, так и по характеру. Для них важны статус и власть. Столкнувшись с потенциальной угрозой своему статусу и власти, они неизбежно выступят против угрозы, даже если это всего лишь младенец в материнской утробе".

Если бы только в этом мире запрещалось культивирование. Стали бы люди в этом мире ставить во главу угла высшее благо, а не личную выгоду? размышлял Ту Нонг.

Как бы ему ни хотелось бороться за справедливость, Ту Нонг признал сложившуюся реальность. Собрание показало, что он один был святым продвинутой стадии в Северном регионе. Сопротивление привело бы к последствиям, которые пришлось бы нести не только ему, но и невинному населению.

В этом мире нет справедливости. Люди постоянно жаждут большего, чем то, чем они обладают. Даже я, святой, не могу просто так выступить в защиту этого".

Было много вопросов, на которые требовались ответы. Однако, наблюдая за тем, как быстро Ниу Чанг растет и приспосабливается к ситуации, семь святых почувствовали, как на них давит груз времени. Даже невозмутимый старый монах начал воспринимать Ню Чэна всерьез: может, ему и не было дела до всего мира, но он заботился о собственном благополучии.

Если отпустить Ню Чанга на месяц, что его ждет? Естественно, в дверь постучится тот, кто сильнее его, готовый накинуть ему на шею поводок.

"Я понимаю, что у многих из вас есть свои недоумения и сомнения. Я разрешу их с помощью этого простого метода", - заявил юноша, вставая со своего места.

"Клянусь сердцем дао, что помогу всем семерым из вас прорваться на ступень совершенства, как только мы устраним опасность. Я не стану задерживать свою помощь до завершения этой миссии. Если я не выполню эту клятву, я готов быть поглощенным внутренним огнем демона и позволить моему дао рассеяться".

Этим заявлением юноша сделал семи святым предложение, от которого они не могли отказаться, когда дело дошло до противостояния с Ниу Чангом.

Их нынешний мир был недостаточен для следующего этапа культивации, что приводило к постоянному застою на продвинутой стадии царства святых.

Продолжая объяснять, молодой человек добавил: "Как вы знаете, угроза обычно становится сильнее, когда сталкивается с противниками. Это форма кармы - когда он формирует негативную карму с кем-то, он получает его уровень силы. Однако не стоит беспокоиться, поскольку я могу предотвратить это".

Это объяснение развеяло последние сомнения в сердцах святых. Теперь они понимали особенность способности Ниу Чанга - естественным образом приобретать ту же силу, что и его враги, что выходило за рамки их прежних представлений.

Однако многие из них все еще недоумевали, почему Ню Чанг не повысил свой уровень культивации, поглотив эту энергию. Лань Синь озвучила этот вопрос, спросив: "А что, если мальчик на самом деле скрывает свой истинный уровень культивирования? Учитывая его понимание, ему не составит труда создать навык, скрывающий его истинную силу".

"Не беспокойтесь об этом. Я уверяю вас, что угроза действительно не скрывает свой истинный уровень культивирования или что-то еще, кроме техники, которую он еще не раскрыл", - успокоил их юноша.

За ним последовали остальные святые, каждый задавал свой вопрос, на который юноша отвечал, снова и снова успокаивая их.

Дошло до того, что другой монах задал главный вопрос: "Зачем ты собираешь нас семерых, если ты сильнее нас семерых, чтобы противостоять мальчику?"

Святые, естественно, понимали, насколько грандиозным был их состав, но они не хотели быть теми, кто указал на эту проблему.

"Я понимаю, что вы хотите сказать, но вы уже знаете, насколько сильна эта угроза. Это не то, о чем можно судить только по его уровню культивации. Когда перед угрозой стоял Да Цзю, святой ранней стадии, он мог легко победить его одним простым движением".

"Позвольте спросить, если бы я не показал реальные кадры той битвы, вы бы поверили мне, если бы я сказал, что кто-то, кто даже не находится на стадии создания фундамента, способен победить святого одним движением?"

Юноша посмотрел на Лань Синь: "Мисс Лань, как вы думаете, в чем заключается самая большая опасность этой угрозы?"

Лань Синь отложила свою небесную доску и серьезно сказала: "Хотя у мальчика были неограниченные энергетические ресурсы, это не проблема. Мы можем просто запечатать мир и рассеять его энергию. Метод, который он использовал, чтобы победить Да Цзю, был единственным применением энергии в противостоянии со святым, не будучи святым. Сжигая энергию с мгновенной скоростью и вызывая мощный взрыв, даже святой не смог защитить себя должным образом, так как это было чистое разрушение, а не какой-либо причудливый трюк или что-то еще".

"Самая большая опасность, которой он обладает, - это его великое понимание и безграничная креативность в решении проблем наиболее эффективным способом".

"Если говорить проще, то я считаю, что у меня нет никаких шансов на победу, если я буду противостоять ему в одиночку. Он может приспособиться и парировать все мои действия после каждого хода и в итоге победить меня, не оставив ни единого шанса на спасение".

"Он тот, кто не ограничен своей сферой, ведь его разум уже вышел за пределы самой природы культивации".

"Какая отличная оценка", - сказал старый монах, хлопая в ладоши, но в его словах явно слышался сарказм. "И что с того, что он способен одним движением победить эту ничтожную раннюю стадию? Не потому ли, что он делает это хитро?"

"Теперь, когда мы знаем его метод, естественно, мы лучше, чем этот парень".

Все смотрели на старого монаха одинаковым взглядом. Лань Синь только что заявил, что главная угроза Ниу Чанга - его непостижимый метод, а он говорит, что им нужно лишь противостоять ему.

Мужчина со многими женами, Ту Нонг и старики из Секты Зеленого Солнца обратили свои взоры на другого монаха.

Они молчали, так как все было предельно ясно.

Зная, что старик - монах, они предпочитали не обращать на него внимания. Разговор с монахом не приведет ни к каким достижениям, это было общепризнанным фактом.

Возможно, он говорил прямолинейно по незнанию, но это не означало, что он глуп. Возможно, он намеревался сохранить тайну мальчика для себя.

Именно поэтому все трое мужчин устремили свои взгляды на другого монаха, более молодого, но все еще сохранившего свои волосы.

Младший монах вздохнул и нараспев произнес "амабатукам".

"Я понимаю, что у вас есть предрассудки, но ваши суждения должны основываться на реальном положении дел. Пожалуйста, оставьте место для непредвзятого взгляда".

Младший монах воздержался от возражений и защиты, поскольку просто хотел получить возможность понять других.

Однако это оказалось недостижимым желанием.

Если говорить о дьяволе и монахе, то эти три человека охотно доверились бы дьяволу. У дьявола, по крайней мере, злая сущность была очевидна. А вот монах... тут и думать не надо...

Тем не менее, учитывая, что они собрались здесь, молодой человек, ведущий собрание, несомненно, тщательно обдумал каждого участника.

Поэтому он решил выйти вперед. "Будьте уверены, я гарантирую, что во время этой миссии не будет ни предательства, ни подлости".

Хотя он избегал смотреть на монахов, в его словах чувствовалась ясность.

Услышав это, старый монах усмехнулся, а другой монах промолчал.

Оценка Лан Синя убедила всех, поэтому дальнейшие расспросы были излишни.

Во время небольшого перерыва все решили отдохнуть.

Остались юноша с небесной внешностью Дао Цзинь Дань и монах, сохранивший свои волосы.

"Я знаю, о чем вы оба хотели попросить. Но я не смогу выполнить их просьбу, даже если вы попросите. Но этот человек обещал встретиться с вами, если нам удастся устранить угрозу".

"Раз вы уже дали слово, я могу быть уверен", - сказал младший монах.

Дао Цзинь Дан просто кивнул в знак подтверждения.

"Ну что, мы уходим?" - раздался голос молодого человека по всему острову Цветочных плодов.

Он не спрашивал, а давал сигнал к немедленному отбытию.

...

В глубине моря,

Небо оставалось таким же мрачным, как и прежде, с суровыми ветрами и бесконечными гигантскими морскими волнами.

Ниу только закончил устанавливать свою маленькую цель, как вдруг почувствовал, что что-то не так.

Но как только он собрался уловить это мимолетное чувство, оно внезапно исчезло.

Он тут же вошел в свое пространство разума и посмотрел на гигантскую небесную астролябию, которая работала независимо.

Там он обнаружил то, о чем только что забыл.

Он протянул руку, чтобы взять что-то с небесной астролябии.

Это был невесомый серый свет с текстурой воды. Ниу Чанг поиграл с ним, размышляя, что это за штука.

"Неужели что-то вмешивается в мою жизнь, не задействуя систему? подумал Ню Чанг.

Серый свет оставался стабильным в его руке, но его мысли постоянно прерывались, как будто невидимая сила пыталась стереть их.

'Неужели существует нечто, способное влиять на мои мысли внутри моего собственного пространства? Что за могущественный враг у меня теперь?

Ниу Чангу не нужно было активировать какие-либо контрмеры, так как все, что у него было, постоянно находилось в режиме ожидания. Даже сейчас он уже использовал все имеющиеся у него контрмеры.

Против этой невидимой силы ничего не работает.

Ты не хочешь, чтобы я думал о тебе, но это уже само по себе ошибка".

Путь кармы сложен и неуловим; причинно-следственная связь заметна, но хрупка. На каждое следствие найдется своя причина. Сейчас причина стирается, оставляя лишь тень следствия".

Но в конечном итоге всегда есть две стороны. Если другая сторона хочет стереть его, зачем гнаться за его следами, если я могу просто использовать свою сторону".

Если на его мысли и можно было повлиять, то на небесную астролябию, которая стояла на своем, используя только двоичную систему, это было не так. Но даже в этом случае она все равно влияла на него, но это не было для него проблемой.

Он мог просто использовать различные методы для устранения "***" с помощью других именованных переменных и на основании этого делать выводы.

Ничто не было нерушимым; чтобы что-то поднялось, должно было и что-то упасть.

Вскоре после этого второй мозг представил Ниу Чангу свои вычисления, естественно, используя различные методы, чтобы перенаправить все, что было запрещено, на что-то другое, чтобы он мог понять, что на самом деле происходит.

'Ха!' Ниу Чанг коротко рассмеялся. 'Это будет интересно'.

Он вышел из своего состояния и отказался от плана воскресить двух своих последователей. Вместо этого он приготовился к тому, что его ждет.

В той мере, в какой второй мозг мог делать выводы, он просто перечислял различные возможности и располагал их по степени вероятности, сверху вниз.

Ниу Чанг, хотя и не знал, что его ожидает, был опытным читателем и всегда готовился к худшему сценарию. Он не стал сдерживаться.

"Он радостно хмыкнул и игриво щелкнул пальцами, выражая свои эмоции.

От его тела исходили невидимые волны энергии в виде различных форм стекла.

Прямоугольные, круглые, треугольные и многие другие формы начали выстраиваться в массивное образование.

Потребовалось не так много времени, чтобы заложить фундамент.

Массивная стена из призматического стекла, украшенного тонкими цветами, покрывала его поверхность, но в основе оставалась нетронутой. Эта обширная стена простиралась вглубь океана внизу и пронзала черное облако вверху, соединяя мир единой конструкцией, которая превосходила все человеческие ожидания.

Она напоминала шедевр искусства и строительства, сродни творению бога.

Затем начался второй этап. Призматическая стеклянная стена издала тихий гул и начала поглощать окружающие ее материалы.

На вершине она жадно поглощала темные облака, на ее поверхности ветер налетал на нее, как стая саранчи, а у основания ревели гигантские морские волны, образуя вокруг стены значительный круговой разрыв.

Ниу Чанг умел превращать свою ци в материю; естественно, работал и обратный процесс.

Преобразование материала в энергию было ему по силам, ведь в основе культивирования ци лежала трансформация всего сущего.

Накапливая огромное количество энергии из свободных ресурсов в своем окружении, он не мог не чувствовать себя немного потерянным.

Если возможно, я бы предпочел этого не делать". Как опытный читатель, он полагал, что мир, в котором он сейчас обитает, - континент - должен быть просто местом, где он будет исследовать его в течение пяти-шести сотен глав, прежде чем отправиться в более широкий мир.

Потребляя материалы в этом безбрежном море, он мог бы сыграть важную роль в том, чтобы отгородить континент от остального мира, ведь это бесконечное море способно смутить даже святых.

Но сейчас он столкнулся с чем-то неизвестным. Даже если он был слишком параноидален, он все равно мог сохранить эту огромную энергию и использовать ее позже.

В общем, он готовился к самому худшему сценарию.

Если он окажется избит до полусмерти из-за своей неосторожности, это, естественно, оставит неприятный привкус во рту.

Величественная призматическая стена из стекла перешла на третью ступень. На ее теле призматическое стекло начало расширяться наружу, создавая основу для чего-то большого.

От этого основания призматическое стекло продолжало двигаться наружу, пока наконец не показало свою истинную форму.

Массивная пушка с большим основанием, но к концу она становится более узкой.

Научившись на своей ошибке, как Да Цзю смог пережить один из его финальных приемов, Ниу Чанг внес различные коррективы в то, как убить святого одним ударом.

Хотя святые обладают более высоким качеством энергии, святой силой, это не было главной причиной, по которой Да Цзю смог пережить мою энергетическую детонацию. В основном это было связано с природой царства святых: у них был маленький мир внутри тела".

Ниу Чанг считал, что все зависит от энергии. Если у него было достаточно энергии и он привел ее в действие, чтобы вызвать взрыв, все можно было решить.

Впервые столкнувшись с Да Цзю, он не знал, в какой сфере находится Да Цзю и какими характеристиками обладает.

Это было все равно что получить задание по решению математических задач, но не иметь достаточных знаний об используемых в них терминах и символах.

Поэтому единственным способом решить задачу было убить того, кто ее задал, - и проблема была решена в корне.

Но теперь, когда у него были знания о царстве святых и многое другое, он внес коррективы в свой метод убийства святых.

Как и во многих других романах о культивации, убийство их физического тела не будет самым эффективным способом. Пока они культивируют, они создают ядро, которое является основой их силы и жизненным стержнем. Если я уничтожу это ядро, то даже если они не умрут сразу, их угроза будет нейтрализована".

Так Ниу Чанг придумал идею Крепости Конца Света вместе с ее Звездной Пушкой.

Звездная пушка не создаст впечатляющего вида при использовании, но она воплощает в себе одержимость Ниу Чанга простотой и эффективностью.

Она выстреливает сильно сжатой энергией, которая по стандартам континента не должна быть возможной.

Как убить кита иглой?

Этот вопрос Ниу Чанг любил задавать себе при создании любого разрушительного умения. В центре внимания был не сам вопрос, а стоящая за ним идея: как решить важную проблему с наименьшими усилиями.

Если бы Ню Чангу дали шанс уничтожить весь континент, он бы сделал это без колебаний - просто создав черную дыру.

Существовало более сотни способов уничтожить континент, не прибегая к варварским методам физического насилия, которые не соответствовали его художественному вкусу.

Однако система сдерживает его необузданное творчество, не полностью, но и не полностью, поскольку в голове у него все еще много катастрофических методов.

В этот момент Ниу Чанг получил уведомление от системы:

[Установлена карма с Лу Саном].

Однако это не было его целью. Когда он установил кармические связи с Лу Саном, на его радаре появилось еще девять точек.

Одновременно с этим невидимая сила, пытающаяся повлиять на его разум, стремилась заставить его игнорировать эти дополнительные девять точек.

Но как такое может быть?

Как давно Ниу Чанг испытывал подобные кратковременные приступы слабоумия?

Естественно, он уже разработал специальный навык для борьбы с этим явлением.

Это была производная от его навыка Власти, переплетенная с другой техникой под названием Слепой Судья, в результате чего получился новый навык.

Поскольку Ниу Чангу не хватало чуткости в выборе названий, он предпочитал либо прямоту, либо игру слов.

Он назвал новый навык "Забудь меня" без какой-либо конкретной причины, просто ему так показалось.

Слепой судья защищал невинных и вершил правосудие над любым преступлением, а Власть обеспечивала суверенитет над собой.

Вместе они составляли грозную защиту от неизвестного существа. Какими бы высокими они ни были, пока они предпочитали оставаться невидимыми для восприятия Ниу Чанга, навык "Забудь меня" должен был защитить его.

Невесомый серый свет в его сознании также был расшифрован. В нем содержалась ограниченная, но крайне важная информация.

Прежде всего, кто-то перехватывал карму Да Цзю, выходя за установленные пределы.

Во-вторых, была предпринята попытка скрыть кармическую связь с теми, кто остался на континенте.

И наконец, что самое важное, мир, похоже, стремительно менялся. Это изменение было выполнено очень ловко: оно действовало на всех, но постепенно сужало фокус, пока не смогло нацелиться конкретно на Ниу Чанга, не вызывая срабатывания системы.

Однако когда Ниу Чанг попытался понять, кто стоит за всем этим, он был ошеломлен.

Ему казалось, что перед ним непроницаемая стальная стена, которая тянется бесконечно, не оставляя возможности обойти это ограничение.

'Любые дальнейшие попытки будут тщетны', - заключил Ниу Чанг. Пытаясь сохранить свою личность в тайне, вы лишь облегчили мне задачу по раскрытию вашей истинной сущности - Владыки континента".

Кто-то, способный незаметно влиять на весь мир, специально нацелился на Ниу Чанга - это могло означать только одно.

Загадочная сущность, организующая эти события, боялась Ниу Чанга!

Неважно, кто это был, - если он обладал интеллектом обычного человека, то не хотел, чтобы кто-то распоряжался его свободой.

Как Владыка континента, этот загадочный субъект, естественно, обладал способностью выследить любого. Продумав все до мелочей, оно, должно быть, решило, что Ниу Чанг не принесет никакой пользы и представляет собой лишь угрозу.

Почувствовав противодействие, невидимая сила, пытавшаяся манипулировать сознанием Ниу Чанга, начала проявлять беспокойство.

Ей хотелось приложить больше усилий, но она сдерживалась, так как это могло привести к срабатыванию системы Ниу Чанга.

"Хе-хе", - рассмеялся Ню Чанг вроде бы нормально, а потом разразился еще более громким смехом. "Хахахаха".

"Добро пожаловать, мой дорогой друг. Отныне я торжественно заявляю о своей непоколебимой позиции. В этой области я буду противостоять всем противникам, не щадя покровов невинности. Отныне это место объявляется полем битвы; все, кто ступит в пределы моего владения, будут считаться врагами без исключения. Любая попытка изменить мой курс в эти времена раздора будет считаться проступком, подданным законному возмездию. Точно так же любая попытка вмешаться в саму ткань этой среды будет встречена суровой рукой правосудия. Это заявление о конфликте будет действовать до тех пор, пока я буду считать его таковым, ибо я верен этим руководящим принципам".

Окружающие никак не отреагировали.

На заднем плане продолжали бушевать морские волны.

Я думал, что они заглотят наживку и не дадут мне завершить объявление войны, но, похоже, они оказались более тактичными... более трусливыми, чем я думал".

Удрученно покачивая головой, Ниу Чанг управлял Крепостью Конца Мира, добавляя дополнительные пушки, чтобы соответствовать количеству приближающихся к нему людей.

Однако, рассчитав скорость их передвижения по ментальной карте, он понял, что при использовании девяти звездных пушек не успеет собрать достаточно энергии и выстрелить в них.

Так было бы даже в том случае, если бы он использовал девять звездных пушек. Поэтому нужно было уменьшить количество звездных пушек, чтобы максимально увеличить сбор энергии и уничтожить несколько из них до начала битвы.

Следуя приказу Ниу Чанга, призматическое стекло добавило к стене еще четыре пушки, и в итоге получилось пять звездных пушек, гордо выставивших наружу свои длинные стволы.

Сделанное из чистого призматического стекла сооружение, одиноко возвышавшееся среди бушующего моря, представляло собой великолепное зрелище. Она соединяла небо и море, являя собой чудо в царстве смертных.

Сами звездные пушки не были похожи на обычные пушки или оружие; напротив, они казались продолжением стены. Они не имели круглой формы, а повторяли контур выступающего стекла.

Время от времени от массивного корпуса Крепости Конца Света исходил разноцветный свет, исходящий сверху и снизу и сходящийся в центре, где находились пушки.

Однако Ниу Чанг понял, что его план не так эффективен, как ему казалось, поскольку девять точек на его ментальной карте внезапно увеличили свою скорость.

В итоге ему ничего не оставалось, как сократить количество звездных пушек до трех, чтобы соответствовать изменениям противника.

Призматическое тело Крепости Конца Мира продолжало усиливать пульсирующий разноцветный свет, подобно сердцу, бьющемуся от напряженной работы.

Вслед за этим второй мозг запустил процедуру стрельбы.

Механический голос продолжал звучать в голове Ниу Чанга, когда он почувствовал вокруг себя след мощной энергии, движущейся нежным потоком.

"Выполняю предварительную подготовку".

"Инициализация энергии".

"Захват и сопровождение цели".

"Загрузка снарядов".

"Зарядка энергии".

"Калибровка по целям".

"Ожидание окончательного подтверждения".

Время поджимало, ведь скорость святого была недоступна человеку.

Огонь", - подтвердил Ниу Чанг, завершая последний шаг с помощью своего второго мозга.

Пульсирующий разноцветный свет на призматической стене позади него перестал усиливаться, когда они достигли решающего момента. Все тело призматической стены затихло, запустив протоколы безопасности из-за отдачи.

Не было ни взрывного звука, ни ослепительного света; острая и прямая часть пушки испускала лишь свет, слишком быстрый, чтобы его можно было уловить невооруженным глазом. Основание пушки мгновенно разлетелось на бесчисленные осколки, а затем превратилось в мелкую пыль.

Такой исход был неизбежен, учитывая, что вся конструкция все еще находилась в стадии разработки вторым мозгом. Более того, попытка выстрелить такой сгущенной энергией, выходящей за рамки знаний и возможностей нынешнего мира, только усугубляла проблему.

Даже для Ниу Чанга сжать и поддерживать в стабильном состоянии эту форму конденсированной энергии, а затем взорвать ее по желанию, оказалось сложной задачей.

Как и в случае с желанием найти наиболее эффективный способ уничтожения врагов, Ню Чанг стремился к тому, чтобы каждая атака непременно попадала в цель, ведь они были неразрывно связаны между собой.

Руководствуясь силой кармических связей своей системы, второй мозг задействовал мощные вычислительные возможности и нечеловеческий контроль над мельчайшими деталями, когда речь шла о разрушении и насилии, благодаря навыку "Резня".

Три снаряда стремительно приближались к цели, сначала без конкретики, а затем корректировали свои траектории в зависимости от реакции.

Независимо от того, насколько силен человек на определенном этапе, между каждым святым, естественно, будут существовать огромные различия.

Поэтому Ниу Чанг, не имея возможности оценить силу противника, мог сделать это только в пути.

Как и ожидал Ниу Чанг, вокруг него были глаза, которые сделали бесполезными все его методы скрытия и маскировки своего присутствия и действий, дав девяти приближающимся врагам фору и время на реакцию.

Однако было уже слишком поздно: точный секундный мозг и кровожадная интуиция Резни уже нашли свою цель и соответствующим образом управляли тремя снарядами.

Не прошло и доли секунды после выстрела, как второй мозг и интуиция Резни нашли свою цель, и Ню Чанг почувствовал, что его голова тяжелеет, а все тело становится все горячее из-за быстрого использования вычислительной мощности второго мозга, и в его разум закрался зуд, жаждущий крови и хаоса.

Три вспомогательных мыслительных навыка - Небесная астролябия, Ленивое дерево и Хаотичный разум - смогли проявить свою максимальную силу, потому что Ниу Чанг продолжал получать бесконечную ци, ментальную силу и жизненную энергию из системы.

В противном случае он не был бы таким беззаботным, как сейчас, ведь ему нужно было следить за расходом энергии, используя всех троих в качестве второго мозга. Иначе он превратился бы в высохший труп.

Ниу Чанг не любил эффектных взрывов, так как они противоречили его художественным представлениям о насилии.

Из девяти точек на его ментальной карте только одна полностью исчезла, одна остановилась на месте, а последняя все еще двигалась, хотя и с очень низкой скоростью.

Только одна жертва? Это самый ожидаемый результат этой атаки. Однако это лишь демонстрирует, насколько слабы святые перед моими возможностями. Интересно, на какой стадии они находятся - продвинутой или совершенной?" - размышлял Ниу Чанг, переключая режим Крепости конца света в режим сбора энергии.

С другой стороны, девять точек на ментальной карте Ню Чанга представляли собой семь святых с континента, а также двух святых продвинутой стадии, живущих на Острове Цветочных Фруктов, - демона-цветка и демона-медведя.

Естественно, юноша с небесной внешностью также сопровождал эту группу, но его не было среди девяти точек.

Он продолжал снабжать девять святых продвинутой стадии информацией о передвижениях Ниу Чанга, но это оказалось малоэффективным.

Погибшим оказался демон-медведь. Он попытался уклониться от снаряда, но после напоминания красивого юноши ему оставалось только встретиться с ним лицом к лицу, собрав все силы, чтобы уничтожить его до того, как он достигнет его.

Из-за его попытки парировать снаряд произошло необычное явление. Снаряд, казалось, выпрыгнул из своего первоначального места и вошел прямо в тело демона-медведя, достигнув своей цели.

Остальные святые, которые также хотели помочь, были ошеломлены и прекратили свои попытки атаковать снаряды. Однако для двух других, ставших мишенью, было уже слишком поздно.

В панике они также попытались защититься от снаряда. Это были мужчина с несколькими женами и Лань Синь.

Мужчина с несколькими женами создавал различные сокровища, чтобы защитить свой внутренний мир, но он едва выжил после взрыва, который лишь подорвал его основы святого. На его лице отражались ужас, боль, растерянность, ненависть и беспомощность.

Что касается Лань Синь, то она временно отложила свою основную задачу и придумывала различные методы противодействия различным способностям Ниу Чанга, которые продемонстрировали ее способность к выживанию. Опираясь на гадания и расчеты в культивации, она придумала, как противостоять единственному способу, которым Ню Чанг мог нанести вред святому: детонации чистой энергии. Таким образом, ей удалось ослабить большую часть разрушительной силы Звездной пушки. Однако цвет ее лица побледнел, и она перестала отстраняться от внешнего мира, полностью погрузившись в собственные мысли.

Впервые за долгое время она могла наблюдать за реальным миром, не отягощая себя никакими заботами. Она стиснула зубы, столкнувшись с новой проблемой. "Какой зловещий человек!"

Это было самое сильное проклятие, наложенное на род Ниу Чанга на протяжении восемнадцати поколений - девять его предков и девять потомков.

Молодой красавец оценил ситуацию и решил, что мужчину с несколькими женами уже не спасти. Поэтому он сразу же принялся лечить раны Лань Синь.

. . .

Ниу Чанг, который продолжал собирать энергию из Крепости Конца Света, находил весьма забавным тот факт, что кому-то удалось выжить без постороннего вмешательства. Его стратегия не ограничивалась одним ударом: если цель выживет после первого нападения, ее ждут лишь долгие страдания.

"Хах, - вздохнул он с глубоким чувством. Мир жесток, и его обитатели тоже. Прожитый день приносит только новые страдания. Зачем терпеть, если впереди только смерть?

Как только он закончил свои слова, колебания энергии вокруг его тела зашевелились, откликаясь, словно призванные своими именами.

Ниу Чанг не любил драматических монологов; каждое его слово служило цели черпать вдохновение и оттачивать свое мастерство - технику Великого Сострадания.

Это стремление проистекало из его глубокой доброты и всепоглощающего чувства сострадания; он стремился облегчить проблемы мира.

Он черпал вдохновение в фразе, которую встретил в своей предыдущей жизни: "Если я не попаду в ад, то кто попадет?".

В его ситуации она трансформировалась в "Если я не убью их, то кто убьет?".

Мир оставался суровым, населенным несправедливыми людьми. Само рождение обременяло матерей страданиями, а отцов - трудом по обеспечению.

В итоге получался бесконечный цикл страданий и лишений. Он не мог не задаваться вопросом, почему эта участь не была разделена поровну?

Почему те, кому выпала жизненная лотерея, рождались в богатых семьях?

Что отличает их от него самого?

Где справедливость?

Где равенство?

Движимый этими вопросами и жаждой справедливости, Ниу Чанг с доброжелательным сердцем вышел на метафорическую сцену, схватив мясницкий нож и решив добиться равенства через смерть.

"Если все они погибнут от моей руки, разве это не будет означать справедливость и освобождение?"

С каждым ударом в его намерениях сквозила добрая воля и безграничное сострадание. Если они погибали, значит, все было хорошо; если нет - значит, они искали новых страданий, чтобы понять жестокость мира.

Однако его восприятие изменилось, когда он узнал о западных монахах. В нем зародилось презрение к этой группе, хотя он никогда с ними не сталкивался.

Его чувство праведности не могло смириться с их стремлением к личной выгоде, причинению вреда невинным ради обретения бессмертия - поистине дерзко.

На последствия смертоносных ударов он не обращал внимания, потому что никто не выжил после его нападения.

Даже Да Цзю, который впал в умопомешательство от страха, пострадал сравнительно меньше из-за обширных повреждений.

А вот Лань Синь, вышедшую невредимой из звездной пушки, постигла участь похуже, чем простое душевное смятение. Ее страдания превзошли страдания Да Цзю, окутанные тенью страха.

Увлеченный размышлениями о своей технике, Ниу Чанг покачал головой. "Я здесь, чтобы облегчить твои страдания, так почему ты должна сопротивляться?"

Сложный второй мозг действовал логически, ограничиваясь способностью рождать новизну или расширять существующие концепции.

Только переменчивый человеческий разум, легко поддающийся влиянию окружения, мог рождать вдохновение и способствовать творчеству.

Вскоре в поле его зрения попали остальные святые. Заметно отсутствовали ушедший демон-бык и мужчина с многочисленными женами.

Лань Синь, опираясь на небесную доску, противостояла последствиям техники Великого сострадания Ниу Чанга.

Я стремлюсь расширить репертуар навыков для этой техники, но вдохновение не приходит. Остаются пассивные умения, которые универсально применяются ко всем моим атакам".

Единственным навыком в технике Великого Сострадания была "Благожелательность".

Его название было вполне оправданным, ведь вмешательство Ниу Чанга проистекало из благожелательных побуждений - зачем ему еще заниматься облегчением чужих страданий?

Внушительная Крепость Конца Света за спиной Ню Чанга сильно дрожала и в конце концов рассыпалась на осколки. От нее исходили лучистые потоки света, которые сходились к Ню Чангу и ассимилировались с его формой.

Может, это вмешательство мировых святых?

Хотя он все еще не мог напрямую воспринимать святую силу, а его техника и навыки оставались на уровне золотого ядра, Ню Чанг сделал вывод из своих знаний. Святые перешли в высшую форму жизни, их святая сила претерпела качественные преобразования, что позволило им влиять на саму ткань мира.

Запечатывание внешней духовной ци и рассеивание независимой ци были для них элементарными задачами, не требующими обращения к внутреннему миру.

Однако, заметив незнакомую фигуру с противоположной стороны, Ниу Чанг не смог подавить хмурый взгляд.

Он уже объявил о своих намерениях; как могло случиться, что на поле боя проникло чужое существо, обойдя кармические узы и не запустив систему?

'Ошибка системы? Невозможно, - размышлял Ниу Чанг.

Единственное правдоподобное объяснение заключалось в богатой биографии этого красивого молодого человека, стоявшего перед ним.

"Кто-то из высших сил?

Ниу Чанг презрительно сплюнул в сторону.

Семь святых, не считая юноши, не сводили с Ниу Чанга пристального взгляда. Несмотря на их проницательные способности, в его облике не было никаких нарушений.

Энергия не утекала; он казался пустым, как пустой сосуд.

И все же никто не осмелился принизить его. Одним движением он расправился с одним святым продвинутой стадии, вывел из строя другого и вступил в борьбу с последним, пытаясь залечить его раны.

Это подчеркивало, что техники Ниу Чанга, даже не используя святую силу и не достигая уровня святого, сохраняли силу против них.

Прямые проявления энергии, такие как огонь, вода, ветер и молния, представляли для святых минимальную угрозу и легко подавлялись их святой силой.

Однако когда техника переходила границы, выходящие за пределы физического проявления, бдительность ослабевала.

Трудности возникали потому, что у святых не было точной методики противостояния такому подходу. Кто бы стал придумывать такую технику, когда одним лишь фырканьем можно победить любого противника из золотого ядра?

"Никаких разговоров?" - разочарование Ниу Чанга было ощутимо, когда святых охватила атмосфера торжественности.

Выяснился примечательный факт: Да Цзю пал.

[Получено очко кармы...].

Хотя сумма была значительной, она почти не беспокоила Ниу Чанга. Перспектива накопления дополнительных очков кармы не имела смысла, так как он опасался, что системные корректировки помешают его продвижению по главному царству.

Энергетический резервуар Ниу Чанга претерпел минимальные изменения, поскольку он был неспособен ощущать святую силу. Дополнительные преимущества меркли по сравнению с его огромным запасом энергии.

Однако такие люди, как Гу Фа и носители фамилии Шэнь на континенте, не смогли трансформироваться в очки кармы.

Это навело на мысль о Владыке континента, и Ниу Чанг стал размышлять над альтернативным планом.

Молчание продолжалось, и Ниу Чанг выразил свое недовольство. 'Почему ты молчишь? Ты гордишься только тогда, когда сталкиваешься с теми, кто слабее тебя?

В ответ на его слова раздался вздох. 'Значит, все вы просто третьесортные злодеи, ничем не отличающиеся от обычных мафиози'.

Захватывающая битва, которую он предвкушал, была разрушена и растоптана.

"Мой день испорчен, а разочарованию нет предела", - наконец высказал свое разочарование Ниу Чанг.

"И как же вы собираетесь компенсировать мне эти душевные страдания?" - спросил Ниу Чанг. спросил Ниу Чанг, пытаясь найти мирное решение.

Никто не ответил; святые сохраняли спокойствие, демонстрируя поведение экспертов.

Нахмурив брови, Ниу Чанг продолжил. "Может, каждый из вас одолжит мне голову, чтобы унять мое душевное смятение?"

По-прежнему храня молчание, он скрытно прощупывал любые скрытые действия, но его старания ни к чему не привели.

Не имея возможности воспринять святую силу, Ниу Чанг не мог оставаться безучастным. В конце концов, все вопросы можно свести к взаимодействию двух точек. Если первая точка ускользала от его внимания, он использовал вторую, чтобы оценить ситуацию.

Поэтому Ню Чанг активно проверял свое состояние.

"Вы что, все немые, что ли?" - внезапно вспыхнул он, разжигая свой пыл.

Даже Ниу Чанг воздержался от насмешек над предполагаемыми связями их матери с животными. Он сравнил свою ситуацию со школьником, который ищет драку в колледже, а ему навстречу идут дети из детского сада.

"Какой святой? Что за святая сила? Вы всего лишь клоуны, облаченные в показную и притворную святость".

Его взгляд остановился на красивом молодом человеке. "А ты! Что за животный помет наполняет твой череп? Зачем приводить этих шавок и свиней, если у них не хватает смелости произнести хоть слово?"

"Взять с собой собак было бы более разумным решением - они хотя бы умеют лаять!"

Неосведомленные зрители, подобно тем, что часто изображаются в сказках сянься во время столкновений с выдающимися личностями, неизменно вступали в разговор.

"Он что, слепой? Не знает, что XX - святой, способный уничтожить его одной лишь мыслью?"

"Откуда родом этот деревенский мужлан?"

"Я был свидетелем многих глупостей, но эта... эта превосходит их все. Неужели он родился от свиньи?"

Эти голоса были подлинными, порожденными вторым мозгом самого Ню Чанга. В нем вспыхнуло желание устроить переломный момент.

Однако жестокая реальность лишила его такого удовольствия.

Сохраняя невозмутимый вид, Ню Чанг продолжал свой солилоквиз, одновременно прислушиваясь к ликующей какофонии внутри собственного сознания.

Сколько бы он ни издевался над группой святых, ответа не последовало до самого конца.

Единственным изменением стало то, что Ниу Чанг обнаружил, что его связь с навыком Благожелательности прервалась.

Она смогла так быстро отключить мой навык? Похоже, она больше склоняется к мыслительному типу в своем пути культивирования".

Я решила свою проблему, - поделилась своими успехами Лань Синь.

Она общалась с другими святыми с помощью телепатии.

Есть одна проблема, - добавила она, поправляя рукой небесную доску, чтобы убедиться, что ничего не пошло не так. Судя по его прошлым поступкам, он не должен так играть. Если это возможно, он прекратит любой конфликт до того, как он произойдет, или сразу же после его начала".

Остальные святые были не так уж тупы в проницательности, но зачем им делать замечание, если кто-то может сделать это за них?

В их возвышенной жизни зачем что-то делать, если за них это могут сделать другие? Естественно, они будут участвовать, если что-то не так.

Мы не знаем, сколько у него трюков и какого рода. Судя по его предыдущей атаке, ясно, что он не ограничен ни одной техникой или методом культивации. Допытываться до него - пустая трата времени, а значит, мы сами себя раскроем. Поэтому я предлагаю действовать так, как мы планировали раньше".

После этих слов небесная доска в руке Лань Синь излучила мягкий голубой оттенок, а затем окончательно успокоилась.

Далеко раскинувшееся небо с густыми и черными тучами вдруг разошлось, словно занавес, открыв ночное небо, украшенное различными небесными явлениями. Различные звезды сияли.

Ниу Чанг удивленно поднял одну бровь, но тут же почувствовал, что что-то не так.

Ци в его теле мгновенно истощилась, как будто по волшебству произошло массовое исчезновение. Однако это все еще было в пределах его возможностей, не считая новой ци, которую давала система.

Но все равно это было бесполезно, так как духовная ци продолжала исчезать с огромной скоростью, нарушая способность к полету.

Он сменил источник энергии на жизненную силу и снова занял позицию.

Он почувствовал, что это похоже на его метод решения проблемы.

Каким бы сильным ни был человек, в конечном итоге он все равно зависел от своей энергии. Без энергии они ничем не отличались от чуть более сильных зверей.

Однако звездное небо Лань Синь действовало только на ци, а Ниу Чанг все еще чувствовал различные виды энергии в своей хватке.

Значит, этот метод действует только на ци. Не похоже, что пользователь настолько изобретателен, как я, чтобы полностью сжечь весь корень. Похоже, у пользователя есть свои ограничения".

Среди всех видов энергии, естественно, духовную ци было легче всего контролировать как самому, так и противнику, поскольку это была самая фундаментальная энергия.

Психическая сила и жизненная энергия отличались тем, что исходили от самого себя, а не извне.

Как мастер трансформации, Ниу Чанг без труда активировал технику трансформации и превратил всю свою ци в жизненную силу.

Техника, которая защищала его тело, скрывала его секреты и выполняла множество других функций, быстро сменила свое топливо на жизненную силу.

Остальные святые больше не ждали и быстро сделали свои шаги.

Дао Цзинь Дан достал из пустоты яркий золотой меч, длинный и тонкий, без особых преувеличений.

Континент был плохим местом для культивации. Когда культиваторы достигли более высоких стадий, они поняли, что материалы, найденные на континенте, слишком низки для их использования.

Поэтому присутствующие здесь святые не взяли с собой никакого оружия, ведь даже если бы они его взяли, оно было бы бесполезно.

Старейшина Секты Зеленого Солнца вызвал на своей спине зеленое солнце. Оно излучало тепло, но в то же время от него исходила мощная жизненная сила.

Звезда в ночном небе внезапно засияла сама по себе, и Ниу Чанг почувствовал, как его тело со всех сторон сминают.

Но это все еще было в пределах выносливости его Невозможной Идеи четвертого уровня.

Пока существует звездное небо, тот, кто его использует, может атаковать меня сколько угодно", - решил он на месте.

Однако его это не волновало, так как атака не могла причинить ему никакого вреда или беспокойства.

Второй мозг выдал ему уведомление: "Что за черт? Неужели это давление действительно увеличивается с течением времени?

Святые, обладающие внутренним миром и находящиеся на продвинутой стадии, могли проявлять этот внутренний мир. Естественно, в этом случае они могли свободно использовать духовную энергию мира.

Ту Нонг достал кисть и написал что-то в воздухе. Чернила были сделаны из его святой силы, и слова мерцали священным светом.

Старый монах тяжело вздохнул, и его кожа покраснела, а позади него появился фантом дьявола.

У дьявола было три головы и шесть рук. Каждая голова имела свирепое выражение, отличавшееся от остальных. Однако шесть рук не держали ни оружия, ни чего-либо еще.

Чтобы отразить характер старого монаха, дьявол ничего не носил, а большой предмет чуть ниже его живота висел как копье.

Дьявол издал громкий рев, нарушивший спокойную атмосферу бескрайнего океана.

Он первым атаковал Ниу Чанга в лоб.

С другой стороны, другой монах вызвал аватара на своей спине. Это был лысый монах с закрытыми глазами и мускулистым телом. Весь аватар был чистого белого цвета и оказывал успокаивающее воздействие на разум и сердце.

Как раз в тот момент, когда Ниу Чанг собирался насладиться этой захватывающей схваткой, он почувствовал, что его что-то беспокоит. Не что-то физическое или ментальное, а что-то, что влияло на его переменные.

Судьба и удача были чем-то непостижимым для человека, но, обучаясь и понимая, можно было влиять на эти два понятия.

Даже Ниу Чанг обладал навыком, способным сделать это.

Однако сейчас его враги использовали эту неуловимую атаку, чтобы изменить его судьбу и удачу.

Словно чьи-то руки нарушали ткань судьбы, создавая новое будущее для Ниу Чанга.

Окинув взглядом окружающее пространство, он быстро пришел к выводу.

Дао Цзинь Дань, владеющий мечом. Пожилой мужчина с зеленым солнцем. Лань Синь с небесной доской. Ту Нонг с кистью. Старый монах с красным дьяволом. И другой монах с белым аватаром.

Последним был цветочный демон - очаровательная фигура с человеческим обликом, но сохранившая некоторые черты растений для эстетической ценности.

Она была единственной, кто не создавал никакого шума, но, согласно инстинкту резни Ниу Чанга, угроза судьбы исходила именно от нее.

Навык Резни - предпоследний смертный навык. Все, что ниже дао, можно было легко победить с помощью этого навыка.

Чудовищный контроль над всем - телом, разумом и даже различными боевыми параметрами - обрабатывался со стремительной скоростью без каких-либо задержек, создавая наиболее совершенный ответ на любые атаки и помехи.

Из-за жестокой природы навыка "Резня" в глазах Ниу Чанга вспыхнуло желание уничтожить, когда он мельком взглянул на цветочного демона.

Цветочный демон вздрогнула, ее плечо сильно задрожало, но потом она заставила себя успокоиться. Словно бездонный зверь раскрыл пасть, пытаясь поглотить ее одним укусом.

Прикройте меня, - телепатически обратилась она к остальным святым.

По пути они, естественно, просто рассказали о своих способностях и методах. Однако эти описания были слишком расплывчатыми, поскольку никто не хотел объяснять свои ограничения и сильные стороны.

Остальные также чувствовали сильную жажду крови, исходящую от Ниу Чанга, и не могли не задаваться вопросом, какой метод использовал цветочный демон, чтобы вызвать такую бурную реакцию.

Как раз в тот момент, когда Ню Чанг собирался вновь встретиться лицом к лицу со старым монахом, он почувствовал еще одно возмущение.

Он почувствовал, что весь мир отвергает его присутствие; воздух вокруг него внезапно превратился в грязь, затрудняя движение.

Так чувствовал он сам, но Ту Нонга, который использовал свое "Осуждение Неба и Земли", это ощущение поначалу шокировало, но вскоре он успокоился. Он продолжил писать очередной приговор.

Ниу Чанг стряхнул с себя тяжесть, используя только физическую силу, и, приблизившись, намеревался прыгнуть и ударить старого монаха по лицу.

Однако перед тем как он топнул ногой, произошло еще одно возмущение.

Бесплотный и далекий голос зазвучал в его голове, как весенний ветерок. "Жизнь - это дар, и использование его для получения большего, чем предполагалось, не принесет ничего хорошего. Отбросьте свою одержимость и примите скромность, ибо истинное просветление существует только в мире".

Быть потревоженным не раз и не два, а теперь еще и в третий раз - это уже слишком. Более того, этот человек осмелился говорить о мире и просветлении с Ниу Чангом, что было просто возмутительно.

Спокойное и игривое выражение лица превратилось в гнев и ненависть, он оскалил зубы в знак протеста, прежде чем открыть рот. "Я хочу помочь тебе открыть глаза твоей собаке, но ты продолжаешь мне мешать".

Своей интуицией Резня почувствовал, что старый монах уже стоит перед ним. Дьявол, стоявший за старым монахом, вытянул левую руку в сторону Ниу Чанга.

Старый монах тоже выставил вперед левый кулак.

"Неужели ты так сильно жаждешь смерти?" - прорычал он, и в его теле вспыхнул поток жизненной силы, который тут же сгорел, увеличив общую физическую мощь Ниу Чанга в сотни раз и заставив исчезнуть все неприятные ощущения вокруг него.

Его тело вспыхнуло, и на его месте появилось десять образов, как будто Ню Чанг разделился на десять человек в одном теле.

Старый монах не отступил, а продолжил атаку.

Но прежде чем его удар достиг Ню Чанга, его тело отбросило назад, словно пушечное ядро.

Удар был сокрушительным, и ему показалось, что его внутренности разлетелись на куски.

Он встал на ноги и посмотрел в сторону Ниу Чанга. Там он увидел десять Ниу Чангов, делающих знаки руками, и огромное количество жизненной силы, сгорающей с огромной скоростью.

"Безумие", - изумленно пробормотал старый монах, не в силах сдержать удивления.

Ауры десяти Ниу Чангов коротко колебались, а затем сошлись в единую ауру.

Двое из них увеличили свои тела и достигли десятков метров, после чего остановились. Остальные восемь тоже увеличились в размерах, но только на три метра.

В бою размер - это еще не все, но в сочетании с высокой мобильностью немного больший размер должен давать преимущество.

Что касается последнего, то восьмой Ниу Чанг размыл свое существование, а затем и вовсе исчез среди остальных.

Без промедления семь трехметровых Ниу Чангов бросились на врагов, и два гиганта тоже последовали их примеру, хотя их роль заключалась не в том, чтобы быть главными нападающими.

Они существовали для того, чтобы собирать материалы из внешнего мира с помощью своей большой поверхности и принимать на себя урон, наносимый другими Ню Чангами, благодаря своей формации.

Прошло совсем немного времени, прежде чем битва переросла в полномасштабный конфликт. Каждый святой противостоял трехметровому Ню Чангу и был занят на протяжении всей битвы.

Старый монах был доволен тем, что столкнулся с Ню Чангом лицом к лицу, но битва разворачивалась не так, как он ожидал, лишенная простого физического насилия.

Это была односторонняя атака, и Ниу Чанг, опираясь на свой предпоследний навык "Резня", прекрасно двигался, нанося удары и уклоняясь от них.

Он был настолько болен, что его уже ничего не волновало. В первой жизни, когда он читал тексты или смотрел картинки, изображающие различные боевики и сражения, он видел только упорядоченные бои с персонажами, обменивающимися ударами и прочим.

Это было не то, чего он хотел; он жаждал вершины экшена. Сценарий, в котором герой использовал самые эффективные методы уничтожения врагов, даже если они были уже не живыми существами, а просто машинами для убийства.

Именно эта концепция лежала в основе навыка "Резня": отбросить все эти тщетные атаки и защитные маневры и по-настоящему продемонстрировать совершенство насилия.

Вооруженные мощным телосложением и различными улучшениями, семь Ниу Чангов без труда одолели семерых святых, чей взгляд на бой сводился к использованию одного навыка для атаки, другого - для уклонения и третьего - для защиты.

Когда они сталкивались с настоящей машиной для убийства, такой как Ниу Чанг, их впечатляющая способность расщеплять горы и разделять моря сводилась к нулю, поскольку они не могли нанести удар по цели.

Форма Ню Чанга больше не ограничивалась гуманоидной; он использовал все, что было в его распоряжении, чтобы уничтожить цель самыми совершенными действиями.

Если бы кто-то из смертных стал свидетелем этой схватки, то увидел бы лишь мимолетные тени, осаждающие святых с разных сторон и углов.

"Что это такое? Я пришел сюда, чтобы увидеть впечатляющие фейерверки и взрывы, но вижу лишь эти мимолетные вспышки теней. Где же захватывающие сцены сражений, которых я ожидал?"

По сути, битва, рожденная из конфликта, всегда означает одно: поражение противника.

Смертные мастера боевых искусств неустанно трудятся, стремясь раскрыть свой потенциал, тренируя и тело, и разум. Их цель - эффективно действовать при самообороне, нанося при этом вред противнику.

Однако в мире фантазий мастера боевых искусств часто зацикливаются на том, чей меч больше или чье копье быстрее.

Такой метод тренировок оказывается совершенно бесполезным.

Со временем семь святых заметили, что Ниу Чанг, которому они противостояли, становился все более нестандартным в своем подходе, неустанно обходя их защиту.

Насколько велика сила святого?

Ниу Чанг не был уверен, ведь он никогда не вступал с ними в настоящую битву. Он просто устраивал засады, чтобы покончить с ними.

В схватках с Да Цзю он не понимал, насколько велика сила святых.

Даже сейчас, столкнувшись с семью святыми, он так и не смог осознать их могущество.

Многочисленные попытки нарушить действия святых: ментальное вмешательство, энергетические помехи, физическое воздействие - все это делало святых пассивными.

Однако это вряд ли представляло для них настоящую проблему, ведь они могли развязать мощные атаки в непосредственной близости от себя, чтобы получить минутную передышку, верно?

Не совсем. Из пустоты неожиданно появлялся восьмой Ниу Чанг и обрушивал на них мощные энергетические взрывы, ментальные атаки, техники души или прямые физические удары.

Это было жалкое зрелище; изредка два гиганта пользовались случаем и атаковали своими грозными кулаками и ударами.

Десять Ниу Чангов действовали в полной гармонии, направляемые могущественнейшим смертным мастерством.

Непрерывно подавляемые, святые в конце концов решили отбросить все ограничения и высвободить всю свою мощь, ничего не утаивая. Они вызвали свой внутренний мир, окутав им небольшую область вокруг себя, тем самым создав свой домен.

Столкнувшись с Дао Цзинь Данем, Ниу Чанг почувствовал, как пространство вокруг него изменилось, и он оказался в совершенно ином царстве.

От этого места исходил золотисто-желтый оттенок. Небо, не возвышаясь, было украшено желтыми облаками, которые танцевали на ветру. Под землей сверкали золотые горы, выточенные из чистого золота.

Перед тем, как запечататься во владениях Дао Цзинь Даня, восьмой Ниу Чанг материализовался рядом с Ниу Чангом, начав свои самые знаковые маневры.

Один Ниу Чанг излучал белое сияние, а другой - черное, применяя контрастные энергии, которые завершились разрушительным взрывом.

Дао Цзинь Дан усилием воли подавил все, что находилось в его владениях, и понял, что эта досадная атака была не более чем уловкой. Подлинный метод заключался в неосязаемой ауре, исходящей от тела Ниу Чанга.

Скучая в подземной пещере, Ниу Чанг прибег к изобретению различных ядов. Среди них был и изменяющий мир состав, призванный вызывать разложение и приводить место в запустение.

Однако против святых такой способ не годился: они могли без труда нейтрализовать его своей святой силой - пропасть между уровнями жизни было сложно преодолеть.

Яд мира, который использовал Ниу Чанг, на самом деле был очередной уловкой, так как в этот момент он был полностью погружен в состояние безупречной машины для убийства. Он скрупулезно собирал разнообразные данные, чтобы предугадать будущие действия.

На самом же деле Ниу Чанг уютно устроился в глубине своего сознания, наблюдая за разворачивающимися событиями в режиме реального времени, и при этом неторопливо поглощал разнообразные яства и напитки.

"Видите, даже битва больше не вызывает у меня энтузиазма. Какой смысл сражаться в данный момент? Если обладатель звездного неба больше не в состоянии поддерживать его, я просто уничтожу все".

Даже сам Ниу Чанг согласился с тем, что в этой битве не хватает блеска и азарта. Противники оказались неспособны противостоять его клонам, владеющим навыком Резни.

Это было сродни тому, как если бы любитель сражался с ботом в шахматы.

Однако святые из внешнего мира были ошеломлены, их мировоззрение разрушалось с каждым ударом и выпадом.

"Если полагаться только на физические атаки и не использовать энергетические удары, то уничтожить этих святых будет очень сложно". сказал Ниу Чанг.

Если бы не подавление уровня энергии под воздействием святой силы, Ню Чанг мог бы с легкостью расправиться с этими святыми. Однако в настоящее время возможности его клонов ограничивались только физическими средствами.

Поэтому клонам нужно было решить три задачи: сократить разрыв между ними, обойти защитные техники святых и, наконец, нанести им вред.

Остальные святые последовали этому примеру, призвав свои домены, чтобы заманить Ниу Чанга в ловушку. Эта мера предосторожности была направлена на то, чтобы еще один Ниу Чанг не смог случайно втянуть их в стычку, усугубив и без того сложную ситуацию.

Несмотря на ограничения, связанные с подавленным уровнем энергии, находчивость и второй мозг Ниу Чанга позволили ему разработать стратегию проникновения в домены святых.

Что касается неизбежных травм, полученных его клонами, то они были смягчены его врожденной силой.

Эта врожденная сила жила в нем с начальных этапов создания Невозможной Идеи, хотя ее истинная функция проявилась только сейчас.

Подобно тому как культиваторы ци претерпевали качественную трансформацию уровня энергии, культиваторы святой силы-тела тоже переживали подобную эволюцию в виде врожденной силы.

Поэтому, когда Небесный Высший Удар Дао Цзинь Даня расщепил форму Ню Чэна на отдельные фрагменты, его врожденная сила вмешалась, облегчив сборку.

Как Ню Чанг не мог ощущать святую силу и манипулировать ею, так и контроль над врожденной силой внутри него оставался за пределами его понимания. Однако она не дремала, а была задействована.

Однако ее использование требовало значительных затрат жизненных сил.

Если бы не два массивных Ниу Чанга, привлекающих внешние материалы для восстановления, значительный расход энергии, необходимый для восстановления его формы, в конечном итоге привел бы к дефициту энергетического равновесия.

"Этих святых не стоит недооценивать, но на этом я заканчиваю свою оценку".

"Похоже, пришло время для второго раунда", - размышлял Ниу Чанг, считая это подходящим моментом для дальнейшего исследования.

Таким образом, он отдал своим клонам команду приступить к последующим этапам.

Над головой клонов быстро материализовался вихрь, который затем стабилизировался. Он начал процесс поглощения, втягивая в себя все, что находилось поблизости, подобно прожорливой черной дыре.

Материал, энергия и даже святая сила пали жертвой его неумолимого притяжения.

Хотя поглощение святой силы и привело к небольшим нарушениям в работе вихря, эти проблемы должны были решаться с помощью другого навыка.

Остров цветочных фруктов.

Пышная зеленая растительность украшала всю землю. Рядом с коттеджем, построенным из природных материалов, стоял одинокий павильон.

Это был тот самый павильон, который когда-то посещал красивый юноша. Однако теперь в нем сидел силуэт старика в даосском халате.

Силуэт не имел ярко выраженных физических черт, словно тень прошлого перекочевала в настоящее.

"Я не вижу шансов на победу у тех святых, которых вы пригласили. Они как рыба на разделочном столе, которой манипулирует этот мальчишка", - прокомментировал он. Присутствуя на поле боя в бескрайнем море, он говорил правдиво, исходя из своих наблюдений.

Их не окружало ни водное зеркало, ни световая проекция, но оба были в курсе событий, происходящих на поле боя.

Силуэт на мгновение замолчал, прежде чем ответить: "Мне хорошо известны эти факты. Нет нужды напоминать мне о том, что неизбежно произойдет. Просто выполняйте задание, которое я вам поручил".

Признав ситуацию, силуэт вновь замолчал.

"Почему бы не рассказать об особенностях этого мальчика, чтобы я мог напрямую заняться этим вопросом?" Молодой человек уже задавал этот вопрос, но силуэт отказался сообщить причину.

"Дело не в том, что я не хочу вам рассказывать. Если бы это было возможно, я бы непременно поделился информацией. Но это нечто недоступное моему пониманию".

Сохраняя неизменный тон, силуэт оставался непоколебимым.

"Непостижимое?" Красивый молодой человек задумался над этими словами, медленно размышляя над чем-то. "Оно находится за пределами этой земли? Пришло ли оно с небес?"

Проницательный в нераскрытых вопросах, он быстро предложил свою догадку.

Силуэт покачал головой, лаконично ответив. "Нет".

После такого ответа в глазах красивого молодого человека появился блеск, как будто он наткнулся на нечто сокрушительное. Волнение на мгновение захлестнуло его.

Спустя несколько вдохов ему удалось успокоить свое беспокойное сердце.

"Вы уверены?" - спросил он, ища подтверждения. Честолюбие на мгновение ослепило его, и теперь ему требовалось еще одно подтверждение.

"Я бы не стал тебя обманывать", - ответил силуэт, не выражая никаких эмоций.

Красивый молодой человек кивнул, и в его сердце вспыхнула радость.

Однако он быстро подавил эти чувства одной мыслью. "Даже если он находится за пределами этого царства, другое дело, если этот мальчик жив".

Мысли юноши неслись вскачь, и он не мог не высказать своего вопроса. "Я понимаю, что мальчик был не самым приятным человеком, но им двигала великая цель. Так почему же вы питаете к нему такую неприязнь? Если бы вы подождали еще неделю, я уверен, что он стал бы достаточно сильным, чтобы одолеть вас. И даже если бы он вас одолел, то просто накинул бы поводок на шею и улетел в небеса. Так почему же вы так зациклены на собственной свободе?"

Зная о жажде власти Ниу Чанга, красивый юноша не был настроен к нему откровенно враждебно. В конце концов, он проиграл их противостояние и смирился с этим.

Но даже в случае поражения, если он не будет выделываться перед Ню Чангом, он останется одним из источников энергии для Ню Чанга.

После того как Ню Чанг покинет этот континент, юноша сможет вернуться к прежнему образу жизни.

"Я просто не могу постичь твою непомерную одержимость гордыней", - заключил он, обращаясь не только к силуэту, но и к святым продвинутой стадии.

Наблюдая за тем, как красивый юноша рос на Острове Цветочных Плодов под его влиянием, силуэт заметил существенный изъян в мировоззрении молодого человека.

Хотя широта взглядов юноши и его безразличие к таким мелочам, как гордыня, заслуживали похвалы, его беспечное отношение было настолько выраженным, что, пока он мог продолжать культивирование и достигать бессмертия, ему казалось, что все остальное безразлично.

Силуэт отнес эту проблему в перспективе молодого человека на счет собственной непредусмотрительности и решил ответить.

"Даже если я объясню, ты все равно не поймешь", - взгляд силуэта стал еще глубже. "Ты видел, как монахи с Запада обращаются с теми, кто слабее их, - не более чем с двуногими зверями, отданными на их милость. Чувствуешь ли ты хоть какое-то сочувствие к смертным, живущим в Западном регионе?"

"Эти монахи не признают границ в своем стремлении к бессмертию. В их глазах все равны под их клинком. Будь то их бывшие наставники или их собственные семьи - все для них лишь игрушки".

"Вы не согласны с их образом жизни?"

Не дожидаясь ответа юноши, силуэт продолжил.

"Те, кто выбирает путь монаха, делают это потому, что испытали трудности, а не те, кто познал легкую жизнь. Пожилые монахи не проявляют заботы о своих партнерах или потомках. Монахом становятся в результате личного осознания, часто после того, как их побила судьба. Человек либо становится "монахом", либо остается простым скотом".

"Вы полагаете, что в месте, лишенном доброты, кто-то добровольно выберет быть скотом, подданным на растерзание других? Нет, естественно, люди ищут утешения, когда сталкиваются с болью и страданиями".

"То же самое можно сказать и о вас, и об этих скотах, которые ничего не знают о свободе, доброте и человечности. Они считают эти идеалы глупыми мечтами, о которых должны заботиться те, кто живет в далеких краях".

"Вся твоя жизнь прошла на этом острове, укрытом от горечи жизни и страданий, о которых говорят монахи. Рождение, старение, болезни, смерть, разлука, встречи и неудачи - вас не коснулись эти переживания. Вам, не испытавшим их, не понять ни сладости полуночной трапезы, ни сердечной теплоты близких, ни благодарности за то, чем вы обладаете, не имея ничего, за что можно было бы быть неблагодарным."

"Только те, кто пережил боль, могут по-настоящему постичь счастье".

Красивый молодой человек внимательно слушал, но не мог до конца понять слова силуэта.

Он осознавал, что ему не хватает обычного жизненного опыта, что привело к значительным пробелам в его мировоззрении. Но это осознание не заставило его найти недостатки в своем нынешнем образе мышления.

"Итак, что вы пытаетесь донести до меня? Вы предлагаете мне отказаться от культивации и жить как скот в Западном регионе?"

Покачав головой, красивый юноша продолжил: "Моя способность понимать ваши слова говорит о том, что я не совсем неполноценен. Но было бы глупо калечить себя, лишь бы соответствовать чужим ожиданиям".

Загадочный силуэт позволил себе слабую улыбку, но ее истинная природа осталась неуловимой. "Видите ли, вы ничем не отличаетесь от других живых существ. Вы отвергаете идею быть обиженным за то, кем вы не являетесь, и предпочитаете оградить себя от страданий".

. . .

В безбрежном море,

Область святых продвинутой стадии отличалась от двух предшествующих малых стадий.

На продвинутой стадии, когда святые использовали свои домены, они открывали совершенно новое измерение и завлекали свои цели в свой внутренний мир,

не оставляя следов во внешнем мире.

В домене монаха, сохранившего свои волосы,

Это царство отличалось от всех предвзятых представлений о западных монахах. В воздухе витал приятный аромат, способный успокоить даже самые беспокойные умы.

Небо, хотя и было одинаковым для всех святых продвинутой стадии, не простиралось так высоко, как во внешнем мире, а природный ландшафт состоял из единственной субстанции.

Он состоял из чистейших белых бриллиантов. Реки из-за этого текли вяло, а горы напоминали колоссальные алмазные глыбы.

Ниу Чанг с кружащимся вихрем над головой выдерживал мощные атаки со всех сторон.

Внутри домена властвовали святые. Они могли манипулировать всем в этом микрокосмосе, чтобы нападать на своих врагов.

Кроме того, присущее этому миру подавление позволяло им легко подчинять себе святых средней ступени.

Однако Ниу Чанг стоял на своем. Его тело не было полностью разрушено; напротив, оно постепенно приспосабливалось к подавляющему воздействию окружающей среды.

Монах не находил передышки, даже если ему удавалось обездвижить Ниу Чанга, так как вихрь над его головой начинал поглощать все вокруг.

Для святого его внутренний мир был основой его культивации. Если он повреждался, то прогресс останавливался или требовал десятилетий для восстановления. В некоторых случаях это могло даже помешать дальнейшему развитию.

Тело Ниу Чанга было покрыто открытыми ранами, кожа многократно разорвана, а кости трещали, как от удара молотком.

"Что это за техника культивирования?" Монах пытался понять особенности Ниу Чанга. Он почувствовал слабую энергию, схожую с его святой силой, которая активировалась только тогда, когда Ню Чанг получал смертельную рану, достаточную для того, чтобы отправить его в подземный мир.

Напасть снова?

Монах задумался, его уверенность ослабевала. Он приложил все усилия, чтобы уничтожить это отклонение от нормы, но, несмотря на все старания, не смог добиться успеха.

Даже прямое столкновение оказалось бы менее эффективным, чем использование внутреннего мира для давления на готовящегося Ниу Чанга, чем он сейчас и занимался.

Монах размышлял над тем, стоит ли изгнать Ниу Чанга из своего внутреннего мира, чтобы тот не смог поглотить его основополагающую сущность,

Во внешнем мире два колоссальных Ниу Чанга приняли на себя основную тяжесть нападений со стороны восьми остальных.

Лишенные плоти, они оставались скелетами, их размеры увеличились, чтобы еще больше усилить способность к поглощению.

Среди них плясали замысловатые линии крови, сплетая грандиозную формацию, объединяющую энергию и материю.

Среди семи святых пожилой монах-извращенец первым изгнал Ниу Чанга из своего внутреннего мира.

Ниу Чанг, прошедший через различные испытания старого монаха, уже изменил свое тело, чтобы бороться с ним.

Его кожа была черной и не имела никаких отличительных особенностей, кроме вида полированного металла. Временами она разжижалась, как ртуть, а затем снова застывала.

Чтобы противостоять такой чисто физической силе, как старый монах, он чередовал свои удары с мягких на жесткие, а затем снова на мягкие, что сбивало старого монаха с толку.

Старый монах бросил на Ниу Чанга взгляд, окрашенный кровью, и с ненавистью посмотрел на него. Основа его внутреннего мира была слегка повреждена. Если бы он подождал еще несколько секунд, повреждение потребовало бы ремонта, который длился бы не менее пятидесяти лет.

Однако даже после того, как он изгнал Ниу Чанга из своего внутреннего мира, он все еще сталкивался с различными маленькими хитростями, которые Ниу Чанг оставил для него.

У святых продвинутой стадии внутренний мир состоял лишь из одного аспекта их основной техники культивирования. Поэтому Ню Чангу было проще за короткое время создать специальный яд для их внутреннего мира.

Во внутреннем мире старого монаха повсюду преобладали красные оттенки, вызванные огнем. Изредка можно было увидеть маленьких светлячков, которые превращались в пыль.

Через некоторое время появлялся еще один светлячок и свободно порхал по миру, прежде чем встретить быструю смерть.

Если бы этим светлячкам удалось прожить дольше двух секунд, они бы поглотили достаточно энергии, чтобы выполнить цель своей жизни - распространить свой яд, который был направлен на единственный вид энергии в этом маленьком мире.

Что касается происхождения этих огненных светлячков, то даже старый монах не смог обнаружить их, несмотря на то что время от времени сканировал свой внутренний мир.

Он пытался поговорить с Ниу Чангом, но тот, как безумная машина для убийства, отвечал лишь кулаками и ударами.

С ужасом наблюдая за тем, как ухудшается состояние его внутреннего мира даже после убийства светлячков, старый монах понял, что Ниу Чанг больше не ждет, пока он начнет новый раунд боя.

На другом участке поля боя возникали различные пространственные колебания, и появлялись пары святых и Ниу Чангов.

Разные Ниу Чанги имели разные внешности, а святые, столкнувшись с Ниу Чангом, демонстрировали страдальческое выражение лица и неприкрытую ненависть.

Им требовалась небольшая передышка, чтобы тщательно проанализировать свой внутренний мир и выявить источник проблем. Однако Ню Чанг не оставил им ни единого шанса, безжалостно преследуя их своими безупречными боевыми приемами.

Цветочный демон, столкнувшись с огненным элементалем Ню Чангом, оказалась загнана в пассивную позицию и то и дело получала пощечины от мерцающей тени.

Среди семи святых одни владели приемами ближнего боя, другие были не столь искусны в этом.

Среди них были цветочный демон и Лань Синь. Эти двое не смогли оказать никакого сопротивления бойцу Ниу Чанга.

Лань Синь умела делать выводы на месте и придумывать идеальные контрприемы для своих врагов. Однако, столкнувшись с постоянно меняющимися методами Резни, она попала в петлю вечного поиска. В результате в попытке решить проблему она прибегла к варварскому подходу, который в итоге оказался тщетным.

Ниу Чанг не обнаружила в подходе Лань Синь никаких слабостей, только плавный поток неумолимого насилия.

Лань Синь держала в левой руке небесную доску, а в правой - сгусток звездного света, готовая придать ему любую форму.

Взмахнув правой рукой, она превратила звездный свет в кнут и увидела, что Ниу Чанг набрасывается на нее со всей силы.

Используя небесную доску как щит, она вдруг заметила, как позади нее материализовался восьмой Ню Чанг, излучающий черное сияние, а затем белое свечение от Ню Чанга перед ней.

Стиснув зубы, она с силой применила навык зоны действия, чтобы очистить окружение и не дать Ню Чангу спровоцировать еще один энергетический взрыв.

На ее теле появился звездный свет, а затем пульсирующий свет вырвался наружу, высвобождая святую силу, которая рассеивала любую энергию ниже ее ранга.

Это была новая техника, которую она разработала специально для того, чтобы противостоять совместному нападению двух Ниу Чангов.

Иерархию энергий было сложно преодолеть, и даже с учетом богатой жизненной силы Ниу Чанга она меркла по сравнению со святой силой.

Опираясь на свой опыт, Лань Синь понимала, что эта техника сможет сбить только взрыв Инь Ян стоящего перед ней Ню Чэна или восьмого Ню Чэна. Однако они продолжали использовать свои приемы, нанося ей все новые и новые повреждения.

Аура восьмого Ню Чанга внезапно исчезла из поля зрения Лань Синь, а сам он вновь появился рядом с цветочным демоном, после чего отвесил ей пощечину.

Ниу Чанг все это время одолевал цветочного демона, но не мог убить ее - по крайней мере, пока она не исчерпала весь свой запас святой силы.

Это побудило его усилить ее эмоциональное состояние, чтобы ускорить ее гибель.

Нанесение физических повреждений святым было не слишком эффективным, поскольку их естественная регенерация, подпитываемая одним лишь присутствием святой силы, была исключительной. Только атаки с высокой плотностью энергии или с использованием энергии того же ранга, что и святая сила, могли причинить им настоящий вред.

Поэтому Ниу Чанг, столкнувшись с цветочным демоном, на самом деле был направлен главным сознанием настоящего Ниу Чанга, чтобы мучить ее.

Подавляя смех, он наслаждался тем, что его спарринг-партнером стала эта манящая цветочная демоница. Ее рыжие волосы, переплетенные с зелеными листьями, каскадом струились по спине. Длинные тонкие брови дополняли ее глубокие красновато-коричневые глаза. Ее пышная грудь и нижняя часть тела только усиливали желание Ниу Чанга и дальше изводить ее, стремясь к пьянящему ощущению счастья.

В то время как он получал удовольствие, в его голове роились озарения и вдохновения, побуждавшие его совершенствовать и создавать новые техники.

Однако, поскольку он получал удовольствие от домогательств сильной и красивой женщины, его мысли были сосредоточены на методах управления женщинами. Тем не менее время от времени он натыкался на случайное вдохновение по другим вопросам, что было приятным бонусом к его счастью.

Эти двойные источники вдохновения только усиливали его восторг, что привело к увеличению количества и качества его натиска.

Первоначальная пощечина по лицу переросла в различные формы домашней агрессии.

Что за больной, извращенный ублюдок этот парень? Мало того, что он ударил меня по лицу, так теперь переходит к еще более извращенным действиям?" - недоверчиво подумала цветочный демон.

Почувствовав, что ее женские части подвергаются жестокому нападению, она была на грани слез и отчаянно просила о помощи.

Он посягает не только на мой внутренний мир, но и на мое тело. А теперь он хочет вторгнуться в мой разум? Стиснув зубы, она наконец собрала всю свою решимость. Из своего внутреннего мира она извлекла святую силу и превратила ее в туманный розовый туман.

Я прокляну тебя до смерти!" - хотела крикнуть она, но слова так и остались внутри нее.

Будучи сведущей в вопросах судьбы и гадания, она, естественно, использовала свой основной метод, направленный на судьбы своих врагов.

Какими бы болезненными или постыдными ни были нанесенные ей удары, они исцелялись за считанные секунды.

Она вызывала лианы, чтобы защитить свое тело от физических атак, пока она сосредотачивалась на своем искусстве. Внутри лиан она должна была быть в безопасности, но слышала бешеный стук сердца и безумные бредни, отдававшиеся эхом в ее голове.

Ее руки, занятые сложными движениями, дрожали, а разум находился на грани срыва.

Погрузившись в бездну, чтобы сохранить здравый рассудок, она прорвала защитные лианы, и сильный удар обрушился на ее живот.

Время словно замедлилось, когда она вспомнила всю свою жизнь - от простого растения до демона и, наконец, святого.

Воспитанная в укромном уголке Острова цветочных фруктов, она впервые в жизни столкнулась с настоящими испытаниями.

В ее внутренний мир вторглась невидимая сила, ее тело унизили самым унизительным образом, уподобив дешевому мешку с мясом, а ее разум изнасиловали неописуемые звуки неслыханного происхождения.

Из бреши в ее защите последовал еще один лобовой удар, который пришелся прямо в интимную часть между ног.

Наслаждаясь своей злодейской ролью, Ниу Чанг все же не переставал следить за общей ситуацией на поле боя.

Остальные шесть святых постепенно начали отступать, все ближе подбираясь к своей гибели, попадая в различные затруднительные ситуации.

Похоже, приближается время настоящей битвы, - спокойно размышлял он, получая дополнительное удовольствие от мучений цветочного демона.

Если бы не святая сила, заключенная в их одежде, Ниу Чанг с удовольствием оставил бы каждого святого на поле боя голым, усиливая их дискомфорт.

Он продолжал атаковать, как вдруг на поле боя появился свет.

На поле боя.

В пространстве его разума.

В недосягаемой ткани реальности.

В "Незваном госте" находился навык Plaguing Misfortune, а также три других навыка, не менее эзотерических, чем первый.

Этими тремя умениями были "Неведение смерти", "Обильный голод" и, наконец, "Жнец войны".

Изначально навык назывался "Жатва конфликтов", но Ниу Чанг внес в него некоторые изменения по своему вкусу.

Независимо от того, было ли это оригинальное имя или придуманное, оба они несли один и тот же смысл, но второе имя имело больший вес.

Конфликт мог быть незначительным, как спор двух людей о любимой еде, а в самом большом масштабе он мог перерасти в войну.

Как работает этот навык, Ниу Чанг поначалу не понимал, но потом догадался, что ему нужно инициировать новый конфликт или присоединиться к уже существующему.

Это побудило его взять на себя роль Тянь Чжи и эффектно разрушить второстепенный город клана Шэнь.

Однако события приняли неожиданный оборот, когда одна большая шишка ошибочно определила его как семя дао, которое должно быть похищено.

События разворачивались так, что ему пришлось столкнуться с семью святыми продвинутой стадии.

Он все еще недоумевал, как можно избежать срабатывания системы, которая от природы была безупречна.

Это был интригующий способ обмануть саму карму.

Момент небольшого развлечения принес свои плоды: сработал навык "Жнец войны", принесший ему чудесные преимущества.

Пока он переваривал эти преимущества вместе со своим вторым мозгом, время продолжало идти.

Вдруг одновременно зажглись три отчетливых огня.

Семь святых, загнанных в угол и давящих на себя, обнаружили, что их тела чем-то поражены, отчего на их коже появились багровые яркие линии.

Это жуткое явление давало понять, что его следует избегать, если только человек обладает достаточным разумом. За одно дыхание багровые линии покрыли все тела святых, прежде чем они поддались источнику света.

Красивый молодой человек, наблюдавший за происходящим со стороны, наконец начал действовать, став маяком света в этом безбрежном море.

В специальном месте кармической связи появился третий свет.

Точка, обозначающая Ниу Чанг, замерцала, а линии, соединяющие ее, вспыхнули огнем: загорелись различные кармические точки.

Эти огненные потоки кармы направили свою интенсивность на кармическую точку Ниу Чанга, чтобы повлиять на нее.

Интуиция Резни была в состоянии повышенной готовности, проявляя беспокойство по поводу неизвестно чего. Несмотря на обширные навыки Ню Чанга, он не смог найти решение для происходящего в реальном времени, в результате чего попал в прерванную петлю в поисках выхода.

Что касается второго мозга, то он был менее эффективен в борьбе с непосредственными угрозами, отставая до тех пор, пока все не окутала тьма.

Естественно, Ниу Чанг почувствовал, как взбудораженная интуиция Резни посеяла хаос в его сознании. Из-за стремительности событий он не мог точно передать последовательность происходящего с помощью слов.

Сохраняя спокойствие и расслабленность, Ниу Чанг оказался в пустоте.

В этой пустоте отсутствовало всякое существование, в том числе и понятие пространства; отсутствовало и само направление.

"Что только что произошло?" растерянно спросил Ниу Чанг, чувствуя, что его мысли мешаются, когда он пытается разобраться в ситуации.

...

На поле боя семь святых были принесены в жертву, чтобы привести в действие грандиозный ритуал, направленный на уничтожение стойкого Ниу Чанга.

Аналогичная участь постигла и тех, кто был связан с ним кармическими узами.

Что касается красивого молодого человека, то именно ему удалось отрубить голову гидре.

Вернувшись на остров Цветочных плодов, силуэт в павильоне никак не отреагировал на его план.

"Все прошло гладко", - спокойно заметил красивый молодой человек. "Теперь, когда все завершено, не могли бы вы предоставить мне полную информацию обо всем?"

Хотя силуэт дал ему конкретные инструкции по устранению Ниу Чанга, он не знал всех тонкостей плана.

Силуэт покачал головой. "Зачем тебе знать о том, чего больше не существует?" В его голосе звучали неземные нотки, словно само время стирало слова, не оставляя от них и следа.

Красивый молодой человек почувствовал, что в его сознании происходит что-то неладное. Нахмурившись, он смотрел на исчезающий силуэт, и к его замешательству примешивалась настороженность. "Чего больше не существует?" - спросил он с пиком культивации на этом континенте, сумев уловить последние остатки разговора.

Силуэт постепенно исчезал, оставляя вопрос юноши без ответа.

Среди безбрежного моря на поле боя вновь появился силуэт, но красивый молодой человек исчез.

Его зоркие глаза сканировали все вокруг, пока не наткнулись на открытие. Не обращая внимания на внешние факторы, он неторопливо скользил и на одном дыхании достиг места назначения.

В этом месте находилось истинное сознание Ниу Чанга, где было закреплено его физическое тело - место, которое когда-то было свидетелем игривых взаимодействий Ниу Чанга с цветочным демоном.

Рука силуэта мягким жестом пошевелилась, пространство исказилось, а время превратилось в хаос. В конкретном месте возникли смутные образы прошлого, настоящего и будущего.

Когда он разжал сжатый кулак, хаотичные сцены растворились, словно ничего и не происходило. Медленно разжимая пальцы, он не видел ничего невооруженным взглядом, но след существования оставался для него - неуловимое понятие.

Ниу Чанг часто размышлял: "Что такое жизнь?". Однако он не находил однозначного ответа.

Была ли это исключительно биологическая функциональность физического тела?

А как насчет душевных сущностей?

Может ли жизнь зависеть только от души?

А как же тогда быть с остатками сознания?

Эти воспоминания живут в умах людей, служа доказательством существования чего-то.

Но каков правильный ответ?

С его врожденной склонностью он решил не поддаваться предвзятости, а принять все за чистую монету. "Если жизнь означает наличие самосознания, разве это не означает самосознание?"

"Пока существо способно воспринимать себя изнутри, оно может считаться живым существом".

Не ограниченный вопросами физического тела и души, пока существует сознание, смерть остается не более чем этапом.

"Невежество смерти", - произнес силуэт с нотками волнения в тоне, размывая грань между гневом и разочарованием.

"Какой необычный навык - отвергать все представления о смысле жизни и самостоятельно провозглашать цель существования, тем самым пресекая любые попытки покончить с жизнью. Кто мог придумать такую чушь? Пока "Смерть" не замечает моего существования, я буду бессмертен!"

Техника "Незваный гость" изобиловала множеством безумных, неортодоксальных, эзотерических и причудливых навыков.

Каждый навык обладал уникальной сущностью благодаря философской основе, которая бросала вызов устоявшимся нормам. Таким образом, создатель этой техники был либо трансцендентным существом, либо ненормальной душой, не имеющей надежды на искупление.

Жнец войны", который мог активироваться только автономно, и "Неведение смерти", которое не допускало никаких покушений на жизнь пользователя, пока сохранялась основная причина.

А также "Огорчающее несчастье", манипулирующее переменными, и "Обильный голод", предвестник разрушения.

Сжимая в руках едва осязаемые останки Ниу Чанга, чье состояние выходило за рамки обычного понимания, Силуэт использовал различные методы, чтобы не дать этому состоянию небытия вновь проявиться в реальности.

Однако, когда он попытался поставить первую печать, небо вспыхнуло красными и черными линиями, пересекающими ткань реальности.

А бушующее бескрайнее море стало неподвижным, избегая любого движения. Жуткая тишина моря и гневный рев неба предвещают грядущую катастрофу.

"Итак, я уже достиг предела того, что могу сделать без ущерба для кармы", - беспомощно вздохнул силуэт, отказавшись от мысли напрямую запечатать состояние небытия.

Вместо этого он решил разорвать пространственный барьер внутри этого мира, отправившись в самые глубины пространственного слоя. Там он установил несгибаемую печать, ограничивающую состояние небытия и не позволяющую запустить любые остаточные фокусы.

"Хотя он и не погиб полностью, это должно дать мне достаточно времени до завершения объединения неба и земли".

Он методично восстанавливал разорванные слои пространства, каждый из которых был укреплен различными печатями.

В пустоте пустоты

Недоуменное эхо повторяло похожие фразы снова и снова через короткие промежутки времени.

"А?"

"Что происходит?"

"А! Я помню!"

"А? Кто я?"

"Где я?"

"Подождите! Что-то не так...?"

"А?"

"А?"

"Что?"

В этом месте ничего не существует - даже самого понятия. Здесь нет направления, чтобы описать существование пространства или понятие времени.

Все произошло одновременно, запутанный клубок временных линий сжался в единую сингулярность, вызвав этот феномен.

Прошлое, настоящее и будущее происходили мгновенно, ибо ничто не могло измениться и оставалось неизменным вечно.

Благодаря такой природе процессы, которые должны занимать века или даже эоны несметного времени, проходили и разрешались легко, вызывая в этом застойном месте мутации, невосприимчивые к любым нарушениям.

Исследуя фантазию в рамках вымышленной истории, было сложно определить, какая версия верна.

В состоянии несуществования какие могут быть доказательства того, что что-то существовало раньше?

Таким образом, в этой пустоте, поскольку ничего не существует, ничто не может выжить.

Это было похоже на воспоминания перед смертью в фильмах, которые рассказывают зрителю, но уникальность заключалась в том, как умер Ниу Чанг.

Это привело к тому, что он попал в неизведанную область человеческого разума - лимб.

В это место могло попасть только сознание. Он не должен был выжить, так же как и мысли, мимолетно ускользнувшие от его внимания.

Он медленно наблюдал, как его рассудок исчезает в окружающей пустоте, где в конце концов он действительно умер.

Но до конца его путешествия было еще далеко, ведь у него оставался самый мощный помощник - его система.

В этой пустоте ничто не могло и не могло измениться, поскольку не существовало понятия времени. Таким образом, только внешнее вмешательство могло вызвать здесь пульсацию.

Бесформенное сознание вновь обрело себя и наблюдало за расширяющейся пустотой то, чего никогда не испытывало прежде.

Само сознание предстало в этой пустоте обнаженным. Насколько простиралась пустота, настолько же сознание могло достичь этой точки.

Однако всепоглощающее состояние небытия оказалось непобедимой силой. Разъедающая пустота пыталась вытеснить загадочное состояние существования со своей территории.

Собравшись с силами, Ниу Чанг заставил свое сознание сойтись в одной точке, защищаясь от враждебной природы этого места.

Многочисленные попытки восстановить себя наводнили его сознание огромным количеством данных, достаточным для того, чтобы перегрузить его хрупкое состояние существования.

Тем не менее он взял себя в руки и отпустил различные части своих воспоминаний в окружающую пустоту, чтобы укрепить свой основной разум.

Вскоре он наконец смог ясно обдумать ситуацию.

"А?"

Он все еще помнил о пользе конфликта, который он извлек из войны с семью святыми, как будто это произошло всего лишь мгновение назад. Однако многочисленные воспоминания о том, как он пытался восстановить свое существование и был растворен пустотой, говорили о том, что он больше не смертный.

С точки зрения времени, он должен быть живым существом, старым как само время. В этой пустоте понятие времени отсутствовало. Поэтому, когда Ниу Чанг попытался восстановить себя, все произошло сразу.

Но даже в этом случае он не обнаружил никаких достижений, оставаясь в неведении относительно всего, что он сделал.

'Вначале концепция времени работала только для смертного разума, который еще не постиг природу истины. Даже если бы я прошел через множество "времен", это ничего бы не изменило, поскольку времени как такового не существовало".

Поговорив с самим собой о своих догадках, он пришел к выводу, что его нынешняя ситуация не вызывает никаких сомнений.

'Значит, Неведение Смерти действительно работает так'. Он наблюдал за своим состоянием, прежде чем приступить к визуализации своего побега из этого места.

'Неведение Смерти, первоначальное название - Линия Жизни. Если Смерть проигнорирует мое существование, я стану бессмертным".

Звучит грандиозно, но на самом деле навык довольно прост. Я обладаю системой, которая может снабжать меня энергией за счет тех, кто образовал со мной кармические связи. По сути, я являюсь безграничным энергетическим контейнером. Пока энергия продолжает поступать в меня, я буду бессмертен".

Изучая преимущества войны, Ниу Чанг узнал много нового, что заставило его нахмурить брови.

Утверждалось, что навык Жнеца Войны дает пользователю преимущества от конфликта, но природа этих преимуществ оставалась неясной.

Пока что он мог получить только информационные преимущества от сражений со святыми и загадочным Владыкой континента.

'Не Владыка Континента, а Дух Дао Земли'.

Благодаря этой войне Ниу Чанг узнал правду о своих истинных врагах.

Континент, или, точнее, Земля, представлял собой одну из двух частей этого маленького мира, уединенного внутри бескрайнего моря.

Бесконечное море само по себе функционировало как защитный пузырь, обеспечивая безопасное развитие Земли и Неба и выполняя свое предназначение до кульминации.

Значит, бескрайнее море должно было защитить новорожденный маленький мир, - пробормотал Ниу Чанг, поджав губы.

О том, что находится за бескрайним морем, "Военные блага" умолчали, хотя предположительно речь шла о большом мире - истинном мире.

Боевое дао на континенте было ограничено золотым ядром из-за присущей ему неполной природы. Дух дао земли составлял лишь половину полной сущности, а вторая половина - дух дао неба.

Только когда барьер между небом и землей рассеется, Земля и Небо начнут свое слияние.

Однако возникла дилемма: кто станет истинным Дао-Духом этого маленького мира? Обладая независимой духовностью, ни один из Дао-Духов не желал быть поглощенным другим. Они оба стремились стать частью великого дао и продолжить свой путь.

Природа живых существ такова. Рождаются ли они с золотой ложкой или с деревянным половником, и те и другие не перестают желать большего и всегда стремятся к чему-то лучшему", - размышлял Ниу Чанг. По его мнению, так называемые Духи Дао Земли и Неба ничем не отличались от простых смертных, каждый из них таил в себе свои эгоистичные желания.

Будучи духовным представителем континента, Дух Дао Земли, естественно, был в курсе всего, что происходило в стране.

Так, он обнаружил присутствие реинкарнатора Ниу Чанга, но остался беспомощным из-за защиты новичка, которой были наделены реинкарнаторы.

В этом плане системное агентство действительно работало хорошо.

Поэтому Дух Дао Земли просто наблюдал за ним. В первую очередь потому, что эта потусторонняя душа несла на себе тяжелое ограничение как незваный гость.

С течением времени удача и везение Ниу Чанга стали проявлять своеобразный всплеск.

Это могло либо принести пользу стране, либо нанести ей непоправимый вред.

Поэтому Дух Дао Земли внимательно наблюдал за тем, как этот безумец прокладывает свой путь к бессмертию.

С каждым его решением благосклонность Духа Дао Земли к нему уменьшалась.

В конце концов Ниу Чанг перешел границу, за которой не должен был оказаться.

Будучи хозяином Земли и Духом Дао, он обладал острой чувствительностью к любой угрозе своему существованию в пределах его владений. Поэтому, когда Ниу Чанг завершил работу над информацией о святых - высших силах континента, - ему хватило всего лишь искры, чтобы привести события в движение.

Он мысленно объявил о своем намерении завоевать континент в качестве своей личной собственности, как источник энергии.

Все эти события сошлись воедино и привели к его падению и попаданию в эту пустоту.

'Какой скряга. Ты произошел от дао. Как ты мог сопротивляться судьбе быть порабощенным кем-то более сильным? Ниу Чанг сетовал на эгоистическое мышление Духа Дао Земли.

Он мог представить себе альтернативную перспективу: если бы он был обычным главным героем этой истории, то объединился бы с Духом Земли, чтобы противостоять вторжению Духа Неба Дао. В конце концов, заключив "дружеский" договор, он стал бы хозяином Духа Земли, а затем победил бы Духа Неба.

"Какая великолепная история", - фыркнул Ниу Чанг, несмотря на отсутствие физического носа для этого.

Сюжет впечатляет", - кивнул Ниу Чанг, впитывая исчерпывающую информацию о континенте в самом интимном виде. Он мог представить себя в роли обычного человека, заботящегося о других и сопротивляющегося воле судьбы.

Из деревни Желтой Почвы в деревню Желтой Почвы, затем в город Хайчэнь и, наконец, в провинцию Серого Бамбука.

Встреча с Дитя Божественного Огня, которое уже было захвачено Сектой Верховного Неба, и объединение усилий с Сектой Небесного Демона, чтобы помешать их господству над всем Южным регионом.

Углубление в другие регионы только для того, чтобы собрать больше судьбоносных встреч: мощные техники культивации, встречи с новыми женщинами для пополнения гарема, приобретение мистических артефактов и множество других захватывающих историй, которым не хватало истинной сути реальной жизни.

Однообразная экспедиция, существующая лишь для того, чтобы развлечь читателя, преуменьшающая значение всех и вся, лишь бы послужить цели повествования - незначительный конфликт, призванный занять ум читателя.

"Что за чушь! воскликнул Ниу Чанг.

Неужели все это только ради драматического эффекта и душевного удовлетворения? Неужели они считают всех дураками, лишь бы их выбрали для трансмиграции и реинкарнации?!

В нем вспыхнул гнев, в голове замелькали образы бесконечных низкопробных романов. Затянутые и невразумительные развязки, не оставляющие после себя никакого чувства удовлетворения, лишь вызывающие обиду и презрение.

Однако по мере того как он вспоминал, как многие превозносили и даже романтизировали эти наводящие на размышления истории, гнев Ниу Чанга постепенно утихал. Он кое-что почерпнул из своего собственного путешествия.

Самоуничижительно посмеиваясь над собой, он понял, что история, которую он искренне хотел прочитать, была еще хуже, чем те, которые он презирал.

Главный герой, лишенный сочувствия и находчивости, - есть.

Бессюжетное путешествие, лишенное сути, есть.

Рациональный персонаж второго плана и конфликт - есть.

В итоге оставалось лишь одинокое сознание в глубинах небытия.

Даже став главным героем собственной истории, выбранный мною путь не способствовал эффективному повествованию, ибо ничто не оказалось достойным того, чтобы следовать за ним и оставаться рядом".

В пустоте раздался смех, лишенный радости, печали или каких-либо эмоций. Истинное намерение оставалось скрытым в этой пустоте.

Не то чтобы он не знал этого факта, но сам акт жалоб представлял собой развлечение.

Подобно тому, как он презирал тех главных героев, которые плакали о собственной неполноценности и умоляли товарищей наказать их за ошибки.

"О, нет. Я плохой человек, пожалуйста, примите меня таким, какой я есть".

"Вам не нужно меня прощать, потому что я тоже себя не простил".

Такие разговоры были в порядке вещей в подобной обстановке.

Ниу Чанг не был поклонником подобных драм, он прекрасно понимал, что происходит.

Его ожидания, что он получит прекрасную сказку, были небезосновательны.

Просто он был слишком могущественным, чтобы возник хоть какой-то значимый конфликт. Более того, если бы он столкнулся с реальной проблемой, то просто пошел бы в обход.

Жизнь была слишком ценна, чтобы тратить ее на пустяковые увлечения.

В этом мире долголетие было легко достижимо, так зачем же рисковать им ради опасной для жизни проблемы?

...

Ситуация, в которой оказался Ниу Чанг, была весьма необычной.

Он был жив, но не существовал.

Его жизнь поддерживалась эффектом навыка "Неведение смерти". Пока система продолжала снабжать его бесконечным потоком энергии, эта зловещая пустота не могла его убить.

Но как система могла снабжать его энергией? Неужели Дух Дао Земли был настолько глуп, что не уничтожил всех, кто был связан с Ниу Чангом кармическими узами?

Каждый из них уже умер, но, как ни странно, этот акт убийства не привел в действие систему.

Как же Духу Дао Земли удалось это сделать?

В рассказе о последствиях войны объяснялось, как именно Дух Дао Земли вычеркнул Ниу Чанга из жизни.

Уничтожив всех на континенте и пожертвовав семью святыми и последним, кто был искалечен до прибытия на поле боя.

Все это было лишь незначительными ухищрениями по сравнению с методом обхода кармы.

Карма может быть связана с причинно-следственной связью - все просто: две стороны взаимодействуют.

Одна причина и одно следствие.

В этом мире ничто не было по-настоящему независимым, все должно было быть как-то связано.

Метод Духа Земли Дао по уклонению от кармы был поистине достойным похвалы. Работает так же, как и причинно-следственная связь, только для этого нужно было перевернуть ее", - признал Ниу Чанг.

Если карма действует так, что что-то приводит к эффекту, то хитрость заключалась в том, чтобы обмануть ее и задержать процесс.

Поменяв местами обе стороны, следствие становилось причиной, а причина - следствием. Ущерб наносился еще до совершения действия.

Если следовать этой логике, то все, что сделал Дух Дао Земли, пытаясь убить Ниу Чанга, было оправдано с точки зрения системы.

Безопасно!

Однако всему есть свой предел. Даже самая мощная техника в конечном итоге будет ограничена потребляемой ею энергией.

Граница этого метода инверсии кармы заключалась в том, что он мог сохраниться только в том случае, если Ниу Чанг выживет, так как причина следует за следствием.

Таким образом, после его смерти и последующего возрождения цикл завершался, создавая кармическую связь с Духом Дао Земли.

Хотя все это звучало просто, запутанные детали были настолько запутанными, что у Ниу Чанга разболелась голова, и он пытался понять все без помощи своего второго мозга.

Подобно тому, как его система ставила его перед выбором: столкнуться с кармическим возмездием или решить проблему самостоятельно.

Дух Дао Земли в точности подражал подходу Ниу Чанга, заставляя каждого человека, связанного кармическими узами, улаживать карму путем самопожертвования, убивая другого человека.

Используя этот метод, Ню Чанг был бы беззащитен перед такой атакой, и ему суждено было бы умереть даже после смерти.

В конце концов, его существование будет уничтожено.

Полное уничтожение без видимой альтернативы выживанию.

Однако эта система действительно оказалась удачей.

Или, точнее, это была его гениальная концепция навыка "Неведение Смерти".

После того как все было сказано и сделано, кто мог противостоять замыслам самого могущественного существа на континенте и при этом снабжать Ниу Чанга энергией?

Это были два его последователя, которых уже не было в живых.

При слове "живые" Ниу Чанг слегка вздрогнул: он оказался в ситуации, когда обычная логика приводила лишь к путанице.

Будучи получателями Семени Преданности, они добровольно отдали свое существование донору. Следовательно, пока Ниу Чанг оставался жив, они никогда не испытают смерти.

Таким образом, раз они не умерли, а кармическая связь между ними разрешилась, то система, естественно, выполняла свою основную функцию, обеспечивая Ниу Чанга нескончаемым запасом энергии от них обоих.

Однако они были мертвы... их просто не существовало... Ситуация была настолько запутанной, что Ниу Чанг решил не раздумывать над этим вопросом.

Раз уж это работает, пусть будет так, - пробормотал он, покачав головой.

Энергия, которую они передавали Ниу Чангу, была почти ничтожной, гораздо слабее, чем у крошечного одноклеточного микроорганизма.

Поэтому они были неспособны воскресить сознание Ню Чанга из бездны небытия. В этом и заключалась причудливая аномалия фантастического царства.

В пустоте ничто не обладало существованием, даже само понятие.

Система, упорно пытавшаяся направить энергию в "Ниу Чанг", создавала незначительные помехи, недостаточные для того, чтобы произвести какие-либо изменения.

Даже микроорганизм, состоящий из одной клетки, был могущественнее того, что пыталась достичь система.

В этом измерении, лишенном времени, все происходило одновременно и не происходило вовсе.

Прошлое, настоящее и будущее не существовали - они не происходили и не могли происходить, поскольку все оставалось неизменным.

Поэтому казалось, будто само время неустанно трудится, сопровождая усилия системы по воскрешению Ниу Чанга.

Время больше не имело значения в этой затянувшейся последовательности событий.

Поэтому уместно использовать термин "вечность", хотя более точным описанием было бы "бесконечность".

Не имея ни начала, ни конца, если единичная попытка системы в обширном пространстве бесконечности не приводила к изменениям, то при бесконечном повторении этой попытки, естественно, происходил качественный скачок.

Благодаря этому Ниу Чангу удалось вернуть себя в прежнее состояние.

"Но я не могу понять одну вещь", - размышлял Ню Чанг, пока его сознание блуждало, как у ребенка в парке.

Он игриво пинался и тянулся к разным точкам в пустоте, задаваясь важным вопросом.

Если я жив, значит, я существую. Раз я существую, то и это место должно существовать. Как может несуществование содержать в себе существование?

Его взгляд метался по безграничной пустоте, но ничего не находил.

Так что же это за место?

Опираясь на свою роль читателя, который с готовностью впитывает интригующие идеи и концепции, предложенные великими умами в произведениях различных авторов, он сформулировал две догадки.

Во-первых, если у всего есть своя противоположность, то аналогом всего должно быть ничто.

И в этот момент Ниу Чанг оказался в том самом состоянии небытия.

'Мне трудно выразить это словами, поскольку речь идет о концепциях высокого уровня. Только принимая хорошее лекарство или разделяя интимные моменты с женщиной в постели, я мог достаточно возвыситься, чтобы постичь это царство существования и несуществования".

"Ах... Мне сейчас очень не хватает второго мозга".

Ниу Чанг метафорически покачал головой и попытался сформулировать свою первую теорию.

В конце концов он пришел к выводу: "Первую теорию можно назвать теорией монет - она напоминает две стороны монеты. А... Я бы не хотел углубляться в эту тему; я понял концепцию, но сформулировать ее мне не удается".

Далее, вторая теория. Она проще первой. Она называется теорией состояния. Если бы все было ничем, то одновременно все содержалось бы в ничто. Все логично".

Согласно второй теории, небытие - это фундаментальное состояние всего сущего. Каждое происходящее событие - это часть небытия, которой суждено в какой-то момент вернуться в ничто.

"Уф... моя голова", - простонал Ниу Чанг, размышляя над этой запутанной темой высоких измерений.

Как человек, склонный к лени, он небрежно переключил свое внимание, перенаправив подданного на нужную ему тему.

'Это было одно дело; теперь займемся моим возрождением'.

Когда это место перестало быть изначальным царством небытия, начали появляться различные концепции, каждая из которых была вызвана присутствием Ниу Чанга.

Первой из них, естественно, была концепция времени.

Но как время будет функционировать в этом царстве?

'Ну, разве не просто?' ответил сам себе Ниу Чанг с ноткой уверенности. Так называемые прошлое, настоящее и будущее напоминают линию, протянувшуюся от одного края до другого. Однако, поскольку в этом месте существую только я, разве время не должно действовать в соответствии с моей точкой зрения?

Ниу Чанг имитировал жест ущипнуть что-то воображаемой рукой.

Хотя он не обнаружил ничего ощутимого, его мыслей было достаточно, чтобы погрузиться в размышления.

"Действительно, - заключил Ню Чанг, хотя у него не было никаких доказательств, подтверждающих его утверждение; он предполагал без всяких оснований.

Он тщательно обманывал себя, не смыкая глаз!

Время в этом месте не течет".

Но как это может быть? Вмешательство системы остается постоянным в данный момент... верно. Где существует сама система? Придерживается ли она местного времени континента или же существует здесь, со мной, в этом состоянии несуществования?

'Два последователя должны занимать состояние ниже моего; таким образом, они не должны выходить за пределы небытия. Следовательно, система должна присутствовать вместе со мной, верно?

'Учитывая, что три переменные находятся в этом царстве, означает ли это, что происходящее здесь отделено от царства существования?'

Таким образом, независимо от того, сколько "времени" прошло в этом месте, после моего отъезда никаких изменений произойти не должно".

'И все же, сколько времени потребуется системе, чтобы накопить достаточно энергии для качественного изменения моего состояния?'

'Ха!' воскликнул Ниу Чанг. "На данный момент вечность не кажется таким уж долгим сроком".

Ню Чанг предвидел, что перед тем, как возродиться, он проведет в этой пустоте исключительно длительное время - целую вечность.

Время не течет, и все же оно течет. Вечность не обозначает меру времени, а скорее означает накопление. Хотя мой разум, естественно, разрушится, даже если я проведу в этом забытом месте всего один день, одновременно именно такой срок может потребоваться системе, чтобы достичь своей цели".

"Смотрите, "время" уже здесь", - улыбнулся Ниу Чанг, когда "вечность" пролетела мимо него без всяких фанфар.

Green_Dolphin:

Эта глава стала сложным испытанием для меня как автора. В то время как концепция была ясна в моей голове, воплотить ее в слова оказалось довольно сложно, что видно по запутанным выражениям и повторяющимся объяснениям, с которыми вы столкнулись. В любом случае, я буду очень признателен, если вы поделитесь своими мыслями по поводу содержания этой главы, если они у вас есть.

Хорошего дня!

Выход уже был в пределах досягаемости, но Ню Чанг не спешил им пользоваться.

За свой обширный читательский опыт он обнаружил одну вещь, которую ненавидел больше всего: не спрашивайте, сколько у него было «многих».

«В таких историях главные герои или второстепенные персонажи, столкнувшись с чем-то похожим или непостижимым, поспешно покидают это. Но как читатель меня не волнует их жизнь и безопасность; Я хочу знать, что там было, что это было за место, какую тайну оно хранило».

Итак, Ню Чанг планировал остаться в этом месте еще немного, чтобы удовлетворить свое ненасытное любопытство.

Его восприятие медленно распространялось, пока он размышлял, с чего начать.

«Это хорошее место. Только в противоречии белого и черного можно легко уловить разницу».

Точно так же, как белое и черное, существование и несуществование были двойниками друг друга. Если бы кто-то прожил свою жизнь только в белой зоне, ему было бы трудно представить, что такое черное, и наоборот.

Прошло время, и Ню Чанг утонул в бесчисленных попытках доказать то, чего он даже не знал.

«Это правда? Правда?'

Ню Чанг верил, что истина только одна; все остальное было просто следствием этой истины.

«Следуя этой логике, будь то существование или несуществование, они находились ниже истины в иерархии. Использование подхода «сверху вниз» облегчило понимание, но использование подхода «снизу вверх» позволило достичь истины… ааааааааааааааааааааааааааааааааааааааааааааааааааааааааааааааааааааааааааааааааа.

Ню Чанг застонал от разочарования, пытаясь постичь правду, исходя из своей уникальной ситуации прямо сейчас.

Чем больше он пытался, тем больше терял себя.

Не истина была вредной или запретной, а попытка достичь ее, наполненная ненадежной опасностью, подстерегающей со всех сторон.

Впадать во все сомнения и таким образом терять ощущение себя, которое является определением самой смерти.

Потеря контроля, потеря здравомыслия, потеря способности различать себя, становление ничем.

«Итак», — пробормотал Ню Чанг, и когда он изменил свой подход, у него возникла небольшая головная боль. — Старый добрый способ?

«Невежество до чертиков!»

Принимая все за чистую монету и определяя все по прихоти.

Он не зацикливался ни на чем конкретном, что и было его целью.

Точно так же, как он срывает звезды с неба своим блуждающим умом, «время» прошло без его ведома.

Возможно, прошла еще одна вечность, но он действительно этого не знал.

Одна вещь всегда беспокоила его, когда он читал истории о чьем-то путешествии к достижению высшей власти в своей реальности.

Стать правителем и использовать другие причудливые слова для описания своего восхождения.

Естественно, что с таким положением власти они могли контролировать все, верно?

Итак, действительно ли будущее «я» защищало прошлое «я» во время их путешествия, ища смерть направо и налево?

Сюжетная броня была не просто средством защиты главных героев, а, в первую очередь, deus ex machina.

Аргументация была простой.

Пока существовала магия, пределы смертных могли быть нарушены, и в конечном итоге кто-то взошел на высший трон власти.

Из-за этого Ню Чанг всегда спрашивал себя: «А что насчет меня?»

«Если я добьюсь успеха в будущем, все станет бессмысленным?» К этому моменту мое будущее «я» отделилось бы от всего, став самоопределяемой концепцией, которая больше не имела бы связи со мной — даже если бы я каким-то образом потерпел неудачу. Он ничего не потерпит.

Понятие неудачи существовало, но даже для Ню Чанга неудача означала бы, что его путь был просто коротким.

Не о чем беспокоиться; в конце концов, он был бы мертв. Что еще он мог сделать?

«Другая возможность заключается в том, что я уже добился успеха раньше, и таким образом проведу вечность в скуке. Естественно, я бы искал радости, верно?

«Например, создание различных воплощений, чтобы испытать новую жизнь».

Будь то в будущем или прошлом, где ему удалось достичь бессмертия, это не оказало бы реального влияния на его нынешнее «я».

Подобные мысли были обычным явлением в его попытках разгадать правду.

Пока Ню Чанг был погружен в свои мысли, он внезапно двинулся, протягивая руку, чтобы дотянуться до чего-то.

В этой пустоте пустоты что-то наконец изменилось.

Простое сознание, которое было только у Ню Чанга, теперь приложило руку!

Нахмурившись своим успехом, Ню Чанг еще раз проделал тот же трюк, и теперь у него было тело.

Тело не было сделано из плоти и крови или чего-то осязаемого. Оно напоминало мерцающий свет, принявший форму его предыдущего тела.

«Какое странное осознание», — размышлял Ню Чанг, наконец, осознав кое-что об истине.

«Я обладал знаниями об этом, но не могу придумать для этого никаких слов или описаний. Это не то, что можно объяснить; чтобы понять, требуется самореализация».

Существование, небытие, истина.

На самом деле это сильно отличалось от его прежних мыслей. Даже две его теории о природе существования и несуществования больше не были действительными.

Он поднял свое душевное состояние на более высокий уровень.

Хотя он не мог напрямую передать это знание, он все равно мог помочь кому-то увидеть истинную природу истины.

Конечно, другому человеку потребуется глубокое понимание и изрядная доля удачи, чтобы он по-настоящему просветился.

«Я могу описать это другим бесчисленными способами, отвечая на их вопросы. Но в конечном итоге от них зависит, поймут они это или нет…».

«Подожди… подожди… подожди», — вдруг что-то понял Ню Чанг.

— Разве это не… такая штука!

«Разве это не тот расплывчатый дискурс, который обычно встречается в романах о сянься?»

«Объяснение чего-либо самым двусмысленным образом, лишенным какого-либо реального содержания, типа «великое Дао бесконечно и так далее». «Дао повсюду и так далее».

«О нет, на самом деле я становлюсь тем, кого я действительно ненавижу больше всего».

«Правда, Дао или любое другое слово для этого. Раньше я не мог их понять, но теперь, когда я закрепился в этом мире, я назову это чепухой!»

Причина была проста: хотя Ню Чанг кое-что осознал и достиг просветления, он обнаружил, что это не то, чего он желал.

Подобные знания, которыми он обладал, были неправильными!

«Это неправда! Это неправильно! Все не так!»

Однако он не злился; вместо этого ему было странно приятно совершить такую ​​ошибку.

«Если бы не некачественная литература, которую я читал в своей первой жизни, я мог бы быть обречен идти по ложному пути. Путь невежества, путь ереси — можно сказать много слов, но ни одно из них никогда не приведет к пути истины».

— Я что-то понимаю и могу влиять на пустоту? Я могу представить это вам бесчисленными способами и дать объяснения, полные пустых слов. И если ты не понимаешь, это значит, что у тебя нет таланта».

«Хех», — игриво фыркнул Ню Чанг. «Как можно рассматривать великую истину как бред старика в одном случае и глубокую речь, произнесенную человеком высокого статуса в другом?»

Если истина была разной от человека к человеку, имея более одного стандарта, в чем разница между ней и мнением?

Мое «мнение» об истине таково, ваше «мнение» неверно. Как можно так обсуждать правду?

«Как можно по-разному интерпретировать мое великое стремление к истине? Если у нее более одного определения, как ее действительно можно назвать истиной?»

В глазах Ню Чанга вспыхнуло безумие, которого он даже не осознавал. Он заглянул в место за пределами своего измерения — место, где время и все остальное было просто игрушкой. Там обитали существа, способные наблюдать любую реальность.

Не только он, но и его предыдущий мир и даже различные миры, изображенные в прочитанных им рассказах. Всё и ничего.

Высшее царство тех, кто продвинулся на шаг дальше его в понимании истины.

«Я знаю, что ты существуешь, и я буду там, сколько бы времени это ни заняло». — заявил Ню Чанг. Но звук, возникший из его мыслей, материализовался через его возвышенное состояние бытия — неправильная истина, концепция низкого уровня, усвоенная в более высокой форме жизни. Это было бессвязное рычание, визг, похожий на скрежет металла о металл, взрывной рев, напоминающий извержение вулкана. Это не поддавалось объяснению, поскольку каждый интерпретировал бы это по-своему.

Тем не менее, все они согласились бы, что услышали то, чего не должны были слышать.

Ибо те, кто произнес эти слова, уже не были людьми.

Истина определяется как аналог лжи. Однако это неправда…

В разных языках существуют слова для описания понятий, каждое из которых несет в себе нюансы значения.

Истина – дао – также может быть переведена как истина, но не как конкретная истина.

Но каково было настоящее имя этой штуки?

Различные слова на разных языках могли намекать на это, но они были всего лишь заполнителями, тенями чего-то большего.

Поэтому в этот момент, когда Ню Чанг размышлял над истиной, он больше не полагался на языки из своей предыдущей и нынешней жизни.

Он не назвал это правдой; вместо этого он использовал неописуемую абстракцию, более мощную, чем любое лингвистическое представление истины.

Он призывал к прямому выводу истины, но не к самой истине.

Таким образом, если бы он произнес это вслух, реальности было бы достаточно, чтобы исправить и изменить себя в соответствии с этим высказыванием.

Ибо оно существовало на более высоком плане, чем конструкции этой реальности.

Скрытое безумие в его мыслях впоследствии утихло, и он заметил, что эта, казалось бы, пустая пустота стала отличаться от прежней.

«Как-то это стало тревожно», — прокомментировал Ню Чанг, бегая глазами по сторонам в поисках сути своей неуверенности.

Будучи единственным существом в этом несуществующем месте, он мог ощущать присутствие, которое раньше ускользало от него.

— Это было не внутри этого места, а скорее за его пределами. Как будто завеса существует и в существовании, и в небытии, и из-за этой завесы…»

Он намеренно остановил ход своих мыслей, сопротивляясь желанию копнуть глубже. Его светящаяся фигура слегка дрожала, как будто холодный ветер задел его кожу.

«Я знаю, что хочу узнать больше об истине, но не сейчас. Мой уровень слишком низок, чтобы противостоять этим сущностям конца игры».

Стратегически Ню Чанг ушел с поля ментальной битвы, сознательно игнорируя свое презрение к тому факту, что персонажи рассказов бледнели перед неизвестной им опасностью.

Когда он намеревался покинуть это место, используя «выход», с которым столкнулся ранее, он понял, что он уже не находится на своем обычном месте.

«Эй, куда делась эта «вечность»? он пошутил.

Он просканировал слева и справа, но не смог найти его. «Должен ли я ждать, пока наступит еще одна «вечность»?» — размышлял он, обдумывая эту идею, и начал летать в поисках выхода.

Вскоре он нахмурился. «Как я и подозревал, в этом пространстве пустоты Их присутствие легче почувствовать».

За пределами его восприятия, которое могло охватить всю пустоту, на него был устремлен тревожный взгляд. Однако этот взгляд не выражал особого интереса. Это было похоже на гиганта, открывшего глаза и взирающего на огромный пейзаж, равнодушного ко всему, что меньше пряди его волос.

Предыдущий Ню Чанг был похож на чистый холст, лишенный восприятия цвета.

Но теперь, проникнувшись прямым выводом истины, он обрел свой собственный оттенок.

Таким образом, среди всего прочего он, естественно, осознал присутствие и других цветов.

В бескрайнем океане красок его собственный оттенок был меньше капли чернил.

Пока его мысли мчались в поисках выхода, напряжение в его разуме росло, вызывая цепную реакцию в пустоте.

Поскольку он был единственным существом, вес его мыслей и восприятий был чрезвычайно тяжелым.

Следовательно, если бы он затаил страх или столкнулся с непонятными сомнениями, действительно развернулись бы ужасные последствия.

'Чертов мальчик! Мне сейчас очень не хватает кнопки «спокойно»!» - воскликнул он про себя.

Удобство, предоставляемое его вторым мозгом, имело первостепенное значение на протяжении всей его жизни, облегчая его действия и решения.

Он мог бы просто плыть по жизни, как спокойная рыба, не подверженная влиянию времени.

Однако теперь, лишенный этого удобства, он ничем не отличался от хрупкого существа, обремененного турбулентностью собственного разума.

Пустота становилась все более гнетущей, хотя эта эскалация не была постепенной или линейной.

Из-за уникальной природы «времени» в этом мире что-то могло спонтанно проявиться, как если бы оно существовало с незапамятных времен, терпеливо ожидая прибытия Ню Чанга.

Сделав резкий и глубокий вдох, Ню Чанг остановил движение и силой подавил все эмоции в уме.

Нараставшая нервная атмосфера мгновенно рассеялась.

— Иди сюда, — проревел он в пустоту.

Затем в его восприятие вошло что-то неразличимое, хотя, казалось, это было ничто.

Он потянулся к этой пустоте, и его тело наполнилось энергией, которой он когда-то обладал.

Не давая своему разуму отклониться в область здравомыслия и сомнений, он энергично восстановил свое существование.

Граница между небытием и существованием оказалась хрупкой и непрочной. Однако когда эти две границы сошлись, правила приняли своеобразный оборот.

Когда его правая нога перешла в состояние существования, он столкнулся с препятствием.

Два препятствия, если быть точным.

Первым было кармическое нападение со стороны тех, кто имел с ним кармические связи; они были принесены в жертву, чтобы стереть Ню Чанга с лица земли. Несмотря на то, что цель осталась каким-то образом «живой», они продолжали свой неослабевающий натиск.

Второй была печать, оставленная Духом Земли Дао.

Ни одно из этих препятствий не имело существенной силы по сравнению с нынешней мощью Ню Чанга. Однако из-за его нынешнего неестественного состояния они создали серьезные проблемы на его пути к восстановлению.

«Поскольку я не был полностью возрожден, кармическая связь с Духом Земли Дао не будет инициирована, учитывая, что кармическое нападение еще не завершилось», — заключил он.

Стоя одной ногой в сфере существования, он больше не был ограничен своим собственным «временем», поэтому события происходили в реальном времени в соответствии с местным временем континента.

В результате, чтобы преодолеть барьер перед ним и вернуть себе существование, ему нужно было накопить достаточно энергии.

«Но затруднительное положение заключается в постепенном течении времени в этом месте, а мой источник энергии исходит от двух последователей, которые даже не переводят дыхание».

«Могут пройти века и эпохи, и они не дадут мне ни доли секунды энергии, ни даже тысячной доли амебы».

Обнажив другую часть тела в царстве пустоты, он чувствовал себя связанным с непредсказуемым присутствием, которое могло появиться в любой момент и было готово дразнить его щеки.

Одна только мысль об этом вызывала у него глубокую неловкость, почти до такой степени, что ему хотелось обменять это состояние на смерть, а не на длительное беспокойство.

«Даже если бы я попытался вернуться сейчас, это кажется невозможным», — признал он.

Смирившись со своей судьбой пленника капризов времени, он решил найти более удобное положение, пытаясь облегчить растущее беспокойство, расположившись слегка боком.

Вздохнув, Ню Чанг попытался утешить себя. «По крайней мере, в этих обстоятельствах я больше не ощущаю Их присутствия».

«Если бы только это бесконечное море не было лишено какой-либо формы жизни. По крайней мере, я мог бы создать какую-то новую карму… — размышлял он, его воображение дрейфовало.

Переключив внимание на свое «мизерное» существование, Ню Чанг задумался: «Независимо от ситуации, поскольку я вернулся к существованию 0,000000000000…1, это также означает, что мой набор техник и навыков снова применим».

В пустоте пустоты Ню Чанг не мог ничего сделать, поскольку правила в этом месте отличались от всего, что он знал, и поэтому подготовка была неполной.

Только Неведение Смерти, навык, привязанный к системе, могло повлиять на него. Однако из-за того, что его энергия истощена, а тело находится в заметно – хм – несовершенном состоянии, многие навыки останутся недоступными.

Тем не менее, некоторые навыки будут работать в фоновом режиме, подобно раздутому ПО. Второй мозг, естественно, был одним из них, поскольку он оставался неразрывно связанным с умственной деятельностью Ню Чанга. Пока он мог думать или сохранять хоть какую-то часть сознания, оно оставалось работоспособным.

Следующим примером стала «Невозможная идея», техника закаливания тела, которая действительно соответствовала своему названию. Оно существовало прежде всего как концепция. Однако сама природа предоставила ему обширный охват, простирающийся только в область возможностей.

«Если мне не изменяет память, одной из многочисленных функций… одним из многочисленных навыков, интегрированных в Невозможную Идею, была способность автономно адаптироваться и развиваться».

Без прямой связи со вторым мозгом способность Ню Чанга восстанавливаться и получать доступ к своим воспоминаниям оставалась сильно ограниченной.

Тем не менее, он сохранил общее представление о своих разнообразных техниках и навыках.

Навык, о котором он говорил, был не совсем навыком, а, скорее, еще одной техникой закалки тела, которую можно было развивать независимо от Невозможной Идеи.

На более продвинутом уровне он практически бросил вызов смерти, угрожая лишь мгновенным прекращением, поскольку плотское тело будет бесконечно адаптироваться и развиваться.

Эта техника носила название «Бич мерзости природы». Хотя его названию не хватало приятности, оно служило одной цели: оно было создано Ню Чангом — или, скорее, вторым мозгом. Каким-то образом он возник в результате слияния нескольких техник закалки тела, использованных во время первоначального создания.

Второй мозг обнаружил и заархивировал ее, в то время как Ню Чанг, хотя и читал об этом, сохранил ее как информацию, которую он не мог использовать.

Учитывая его потенциал к постоянной адаптации и эволюции, его конечный результат не проявится в виде красивого мужчины или небесной красоты. Вместо этого он будет проявлять характеристики, развитые в суровых испытаниях долгого существования, адаптируясь к различным опасностям, исходящим как от жизни, так и от окружающей среды.

Однако в настоящее время это не было центром внимания. Что действительно имело значение, так это его адаптивность и способность вытаскивать практикующего из затруднительных ситуаций, когда прямое действие было невозможным - во многом как в нынешних обстоятельствах Ню Чанга.

Ню Чанг обнаружил, что существует в бесконечно малых масштабах, бомбардируемый кармическим огнем, катализируемым принципом эквивалентного обмена – одна жизнь на другую жизнь. Несмотря на то, что он столкнулся с множеством подобных случаев, он также боролся с тем, чтобы быть запечатанным в самых глубоких слоях космоса, за которым следовала серия мощных печатей.

— Ну, по крайней мере, с моим арсеналом ожидание не должно затянуться. Возможно, первым разовьется второй мозг, или же адаптация и эволюция пройдут быстрее, чем я ожидал».

'Хе-хе-хе. Видеть, что?' Ню Чанг позвал себя. «Вот как следует участвовать в игре перевоплощения: постоянно подготовленный, черпая знания первой жизни и не ловя других на носу».

Хотя второй совет привел к его нынешнему затруднительному положению, он сознательно решил остаться слепым к этому факту.

Запертый в самом глубоком слое космоса, здесь не на что было смотреть.

Постоянно расширяющаяся тьма с разными оттенками колебалась и беспорядочно текла, прежде чем снова измениться на разные оттенки.

В этой ситуации единственным развлечением, которое мог получить Ню Чанг, был его ум и творчество.

«Хотя я не могу получить доступ к своему второму мозгу, он должен работать в фоновом режиме, чтобы каждая идея, которую я создаю, сохранялась в нем. Даже если это не так, это все равно должно быть хорошим удобрением как для Хаотического Разума, так и для Ленивого Дерева».

Второй разум Ню Чанга состоял из трех вспомогательных навыков мышления: Небесной Астролябии, Ленивого Дерева и Хаотического Разума.

Небесная Астролябия походила на типичную машину; для работы требовалось человеческое прикосновение.

Но для двух других один работал на основе накопления, а другой - на вероятности.

При низком уровне энергии Ленивое Дерево и Хаотический Разум должны извлечь выгоду из попыток Ню Чанга создавать различные идеи от скуки.

«Это место также имеет некоторую корректировку времени», — прокомментировал Ню Чанг, осознав, что течение времени отличается от его восприятия.

«Может быть, Дух Земли Дао использует какую-то основанную на времени печать, чтобы продлить время в этом месте, чтобы выиграть ему больше времени».

Это был рациональный выбор для человека, который хотел чего-то добиться, но не мог устранить такую ​​угрозу, как Ню Чанг.

И причина, по которой Ню Чанг сказал, что время неподходящее, заключалась в том, что с его достижением ложной истины ему было легче увидеть естественные законы этого мира.

У всего есть свой естественный путь, поэтому, когда кто-то меняет его, это становится более очевидным для проницательного глаза.

Ню Чанг не стал считать каждую прошедшую секунду, чтобы не отставать от течения времени. На самом деле он счел это довольно расточительным использованием своих ресурсов.

Зачем считать время, если он и так знал, что это займет очень много времени и его разум, как и у других существ, не способен справиться с такими сложными задачами?

Ему лучше было мечтать и размышлять над различными идеями, чтобы питать свой второй мозг.

Он не знал, сколько времени прошло, но прогресс, которого он добился, был незначительным с точки зрения его общего выздоровления.

Но вскоре он понял, что мир быстро меняется.

'Что это?' Ню Чанг заметил крошечные линии, подобные червям, извивающимся в самой ткани реальности, проявляющимся из ничего.

Он не мог поймать их напрямую, но мог воспринимать их в состоянии новорожденности.

Среди них были разные формы и цвета, и Ню Чанг мог даже различить в них другие качества, такие как вкус, звуки и даже запах.

Прошел еще один период времени, пока Ню Чанг играл с крошечными червячками из своей секретной комнаты.

Он наблюдал, как они растут и становится все труднее наблюдать в его нынешней ситуации.

Однако некоторые из этих крошечных червячков узнали о его существовании. Ню Чанг был в восторге, когда обнаружил это, но почему-то они активно избегали его.

Это было похоже на то, как если бы учитель сделал выговор группе малышей, чтобы они не приближались к загадочному человеку.

Он чувствовал себя разбитым из-за этого, но ничего не мог с этим поделать. Он наблюдал за всеми этими крошечными червячками от их рождения до юности, и теперь они больше не заботились о нем.

Ню Чанг покачал головой, понимая, что его план по ускорению побега провалился.

— Но это не пустая трата мыслей. В конце концов, что еще я мог сделать в таком состоянии? — размышлял он, наблюдая, как эти крошечные червячки превращаются в нечто более неосязаемое, вплетаясь в саму ткань реальности.

Он знал, что это за крошечные червячки.

«Их первое появление должно ознаменовать объединение Земли и Неба, создавая более полный путь для тех, кто идет по пути бессмертного совершенствования, и этими червями были Дао».

Святые, рожденные до соединения неба и земли, шли единственным путем, существовавшим с незапамятных времен.

Они не зависели от вещей, называемых Дао мира; они были истинными восходителями в логическом смысле.

Что касается тех, кто следовал методу совершенствования новых неба и земли, то после достижения стадии золотого ядра они пойдут разными путями в соответствии со своим мировым Дао.

«Они выдержат этот долгий путь совершенствования, кажущийся бесконечным». Ню Чанг мог видеть, насколько это нелепо: иметь более двадцати или более уровней только для того, чтобы достичь того же уровня, что и святые из старого мира.

«Причина была проста. Этот путь не только был легче и проще, но он также помог миру расти и взрослеть, тем самым укрепляя фундамент мира».

«Хех», — усмехнулся Ню Чанг, когда обнаружил, что это на что-то похоже. «Разве это не ферма или не форма рабства?» Мир открывает путь совершенствования, и совершенствующийся усердно совершенствуется только для того, чтобы мир использовал его прогресс и творчество, чтобы накормить себя».

«Но этого не должно быть. Как мир может быть главным героем? Наступит время, когда родится человек, которому суждено возглавить революцию Дао».

Ню Чанг зевнул, найдя эту историю довольно скучной. «Он человек предназначенный судьбой, за чем еще следовать?» Он добьется успеха, несмотря ни на что. Все зависит от воли живых существ, а не от воли мира».

«Хотя это звучит грандиозно, по сути это обычная история сянься».

. . .

Преимущество, которое Ню Чанг получил от наблюдения за дао с момента их рождения до нынешнего состояния, заключалось в том, что он узнал все, что мог.

Благодаря своему постижению ложной истины он также смог создавать своих собственных крошечных червячков. Не один, а несколько.

Он вселил в них семена преданности, поскольку именно он создал их и выпустил в мир для роста и ассимиляции.

Естественно, одним из них было дао главного героя!

Что еще это могло быть, как не такое дао? Это было самое сильное Дао из существующих.

Однако его небольшой план пошел наперекосяк, когда произошло второе изменение мира.

Всех крошечных червячков что-то захватило, и это нечто их всех сожрало.

Ню Чанг сделал предсказание, что это нечто должно быть истинным Небесным Дао, слиянием Духа Земельного Дао и Духа Небесного Дао.

Поскольку это было Небесное Дао, как оно могло отказаться от этих маленьких дао и стать свободным?

Так что он пожрал их всех.

Только три крошечных червячка, которых Ню Чанг держал при себе, пережили это бедствие Дао.

«Не бойтесь», — мягко сказал Ню Чанг, пытаясь успокоить своих крошечных червячков. Они дрожали от страха, чувствуя, что в любой момент их может постичь великая катастрофа.

Ню Чанг не пытался их скрыть. На самом деле он даже не мог этого сделать, поскольку уровень его существования был слишком ничтожным.

Таким образом, Небесный Дао, естественно, знал об этих трёх питомцах Ню Чанга. Однако против них не было предпринято никаких действий.

Независимо от того, какая сторона вышла победителем, будь то Земля или Небо, новое Небесное Дао естественным образом узнало о нетрадиционном и неестественном Ню Чанге, который стал сильнее перед лицом людей, проявляющих к нему враждебность.

Особенно это касалось тех, кто намеренно предпринимал действия, направленные на него, например, тревожил его имущество.

«Бесполезно».

Грохочущий звук, напоминающий гибельную молнию, пронесшуюся с самых высоких небес, отразился в самых глубоких слоях космоса. Шум был настолько сильным, что Ню Чангу показалось, что его барабанные перепонки вот-вот лопнут.

Его раздражала такая претенциозная демонстрация, но он лишь фыркнул и продолжил бережно ласкать трех своих крошечных червячков.

«Не бойтесь. Эта собака не посмеет ступить в это место. Он просто трус, ничем не отличающийся от третьеразрядной мафии».

Поскольку Ню Чанг обладал своим собственным Дао, которое находилось за пределами юрисдикции Небесного Дао, Небесному Дао, естественно, необходимо было предотвратить его рост.

Таким образом, Небесное Дао изолировало всю морскую акваторию, где был заключен Ню Чан, и разорвало все связи с ним, создав мертвую зону, лишенную энергии и живых существ.

Но действия Небесного Дао на этом не закончились. В своем стремлении сохранить контроль над миром оно решило сбросить всю негативную карму, накопленную живыми существами, чтобы предотвратить узурпацию Дао.

Со временем морская вода и облака в этой мертвой зоне наполнятся различными формами плохой кармы, которая потенциально может трансформироваться во что-то зловещее.

Итак, еще один тихий день заполнил время Ню Чанга.

Но теперь с ним трое друзей. Из-за характера мертвой зоны, в которой он был запечатан, три крошечных червячка не могли расти, поскольку им нечего было поглощать.

Единственным, кто мог способствовать их росту, был сам Ню Чанг. Его мысли, несущие в себе следы ложной истины, едва обеспечивали пропитание этим крошечным червячкам.

Что касается их имен, их внутреннее Дао было лишено Небесного Дао, оставив их пустыми оболочками самих себя, не несущими ничего.

Даже если бы Ню Чанг захотел, он не смог бы назвать их настоящими именами. Вместо этого он ссылался на них, основываясь на их характеристиках.

Первый червь был коротким, имел нестабильный внешний слой и не имел четкой дифференциации между головой и хвостом. Ню Чанг назвал его Колючим.

Второй червь был большим и мягким и двигался извиваясь, как желе. Поэтому Ню Чанг называл его Желе.

Наконец, третий червь был более активным, чем остальные, проявляя более высокую духовность и обладая телом, отличным от остальных. Он не соответствовал типичной форме червя, а напоминал постоянно меняющуюся жидкость, которая сознательно избегала принимать червеобразную форму. Ню Чанг назвал его Редди.

Трое домашних животных не были живыми существами; таким образом, они не смогли сформировать какую-либо карму с Ню Чангом.

Без своих настоящих имен они не смогли бы выйти из состояния младенчества и навсегда остались бы такими же.

...

Время не принесло никаких изменений.

Однако внешний мир претерпел несколько потрясений, которые были достаточно сильными, чтобы достичь заброшенной области, где был запечатан Ню Чанг.

Он был похож на социального изгоя, который жил рядом с социальной бабочкой, запираясь вдали, где время от времени мог слышать громкие аплодисменты и веселую музыку своего знаменитого соседа.

«Эх, интересно, как долго мне придется так ждать», — сказал Ню Чанг ту же фразу, как будто это был естественный инстинкт его разума, призванный облегчить его скуку.

«Если бы только система…» Его речь стала невнятной, поскольку он изо всех сил пытался плавно обработать свои мысли.

Подобно взрыву сверхновой в глубинах его разума, все его мировоззрение в это мгновение рухнуло.

Проснулись различные проклятия на разных языках, даже Ню Чанг, сам того не зная, ругался языком ложной правды, которым он владел.

Это заставило самый глубокий слой космоса задрожать под его тяжестью; даже трое его питомцев дрожали от сильного страха, взбесившись.

«Невозможно», — Ню Чанг изо всех сил старался отрицать тот факт, который он только что осознал.

«Этого не может быть», — еще раз уверил он себя.

— Этого не может быть! Он занимался самой интенсивной умственной деятельностью с тех пор, как попал на этот крохотный уровень существования, просто для того, чтобы найти более убедительные оправдания.

Система имела две функции: активную и пассивную. Пассивный позволял Ню Чангу использовать неограниченную энергию тех, кто сформировал с ним кармические связи.

Активная функция позволяла ему делать три вещи: повышать уровень совершенствования, повышать мастерство и объединять навыки и техники.

— Да, это, должно быть, оно! Глаза Ню Чанга загорелись, когда он, наконец, придумал более убедительные оправдания.

«Время, которое я провел в пустоте небытия… оно должно было повлиять на мой разум!»

«То же самое происходит, когда я искал истину; Должно быть, это также оказало какое-то скрытое влияние на мой разум».

«Значит, в этом месте Дух Земли Дао, должно быть, наложил какую-то печать, которая влияет на мой разум и меняет траекторию моих мыслей, заставляя меня о чем-то забыть!»

«И, наконец, это произошло потому, что я не особо зависел от системы, за исключением ее пассивного использования. Послушайте, все, что у меня есть сейчас, — это результат моего собственного тяжелого труда».

Но Ню Чанг забыл тот факт, что он мог получить заряд энергии от системы, когда использовал ее для повышения своего уровня развития.

Но поскольку он был непреклонен в том, что не забыл о существовании такой функции, то, естественно, в этом виновата внешняя сила.

Со спокойным умом он обратился к системе.

— Система, — сказал он неестественным тоном.

Первое «с» было высоким, за ним следовал низкий тон, а затем продлевалась вторая «с» и заканчивалась неслышимым звуком.

[Ведущий: Ню Чанг]

[Очки кармы: 7 549 922]

[Культивирование: Ци - Уточнение Ци, Тело - Четвертый уровень, Душа - Белый уровень]

[Навык: Больше.]

Увидев, что он уже накопил семизначные очки кармы, Ню Чан цокнул языком в знак подтверждения.

«Я не могу существенно улучшить свою сферу совершенствования». Ню Чанг, который все еще верил, что его система будет ослаблена, чтобы соответствовать развитию истории и улучшить драматизм, заставлял читателей чувствовать напряжение.

Таким образом, он решил улучшить свое совершенствование в другом аспекте; с его нынешним уровнем он мог легко придумать некоторые неортодоксальные методы совершенствования.

«Дело не в том, что я не могу совершенствовать некоторые техники ци или тела; скорее, у них нет никаких ограничений. Поскольку моя Энергия Трансформации просто включает в себя эту новую технику, то же самое относится и к Невозможной Идее».

«Система, повысь уровень техники Белого Дыхания».

[Повышение техники Белого Дыхания до пика уровня очищения Ци. Требуется 2875 очков кармы.]

'Продолжить.'

На своем крохотном уровне существования, где он зависел исключительно от двух последователей, находящихся в труднообъяснимом состоянии, Ню Чанг внезапно почувствовал, что сухая труба, соединявшаяся с системой, наполнилась богатой энергией.

'Это оно!' — воскликнул Ню Чанг в волнении.

Но он не остановился на этом; он приказал системе модернизировать больше методов, чтобы обеспечить энергию, необходимую для его восстановления.

[Поздравляем с…]

[Поздравляем с…]

[Поздравляем с…]

[Поздравляем с…]

[Поздравляем с…]

[Поздравляем с…]

[Поздравляем с…] x 10000

Обладая семизначными очками кармы, он мог легко повысить уровень своих техник до предела сферы усовершенствования Ци.

Однако его движения вовсе не были скрыты, и Небесное Дао знало о его восстановлении.

«Ха», — громко фыркнул Ню Чанг, активируя один из своих навыков.

В конце ничего не остаётся.

Этот навык тоже был своеобразным; в нем говорилось, что все в конечном итоге превратится в ничто.

Каждая работа, попытка и путешествие приведут к пустым достижениям.

Те, кто жаждет мести, в конечном итоге лишь убьют своего врага. Что после этого?

Для тех, кто ищет великих приключений и становится королем страны, как только достигнет своей цели. Что после этого?

И для тех, кто ищет бессмертия и становится всеведущим и всемогущим. Что после этого?

Таким образом, этот навык был создан Ню Чангом в попытке оправдать свою скучную жизнь, когда его подавляли. Будь то настоящее или будущее, ничто его больше не волновало.

У этого навыка был только один эффект: решить все сразу.

Ты хочешь быть королем? Решено.

Вы хотите быть главным героем? Решено.

Ты хочешь быть бессмертным? Решено.

Однако это была не такая уж позитивная резолюция; вместо этого это исходило от самого себя.

Например, если бы кто-то захотел стать королем гарема, где все красавицы мира были бы его женщинами, это умение либо убило бы его страсть к женщинам, либо кастрировало бы его навсегда.

Видите, это решило проблему, верно?

Не имея страсти к женщинам и младшего брата, как он мог продолжить свой путь и стать королем гарема?

Потому что, независимо от того, преуспел он или нет, было бы бессмысленно ничего не достичь.

Поэтому, когда Ню Чанг активировал этот навык, он обрезал всю свою карму с этим миром.

Поэтому любая попытка Небесного Дао, будь она мистической и сложной, лучше, чем то, на что был способен Дух Земельного Дао, не имела значения.

Одной мысли было достаточно, чтобы сформировать карму, поскольку Ню Чанг теперь стал чистым листом, который можно было легко испортить.

Он планировал использовать этот навык сразу после того, как получит преимущества войны, сражаясь с семью святыми, но кто знал, что Дух Земли Дао был более могущественным, чем он думал, и отправил его в царство теней.

Однако Ню Чанг еще не мог расслабиться, так как его вновь сформированное тело было запечатано в самом глубоком слое космоса.

Так что если бы он захотел растянуть свое тело, это было бы невозможно.

«Тск», — он недовольно цокнул языком, заставляя свои мысли использовать ложную правду, которую он знал.

Все пространство дрожало, как будто что-то большое и твердое быстро расширялось в его пределах.

Слои пространства и их печати разбились, как стекло, а различные руны и энергии рассыпались по пути, прокладывая путь во внешний мир. Ню Чанг шел медленно, чувствуя пристальный взгляд из пустоты, устремленный на него.

Уголок его рта изогнулся в ответ.

«Старый пес, старый пес. Это то, что ты получаешь за то, что вмешиваешься в то, чего не следует», — небрежно сказал Ню Чанг.

Вкусив воздух свободы после длительного периода заключения, Ню Чанг не мог не почувствовать удушье.

Не то чтобы воздух свободы, который он вдыхал, был запятнан маслянистой позицией; на самом деле, он был наполнен таким количеством вредных веществ, что они разъедали его существо – его плоть, дух и разум.

«Прошло столько времени, и эта мертвая зона уже превратилась в поистине смертельную зону, непригодную для любого живого существа», — размышлял он.

Действия, предпринятые Небесным Дао для продления своего правления путем сброса негативной кармы, накопленной живыми существами, необратимо превратили эту мертвую зону в непригодную для спасения пустошь.

«Со временем это огромное количество отходов может перерасти во что-то достаточно духовное, чтобы угрожать самому трону самого Небесного Дао».

После его полного воскрешения второй мозг снова был подключен, что позволило Ню Чангу вывести некий скрытый заговор, организованный Небесным Дао на основе всех этих событий.

«Но все это больше не имеет ко мне никакого отношения», — заявил Ню Чанг, идя вперед.

«Ты не можешь причинить мне вреда, и я не могу причинить тебе вред», - тихо сказал он.

После своего воскрешения он не обнаружил кармической связи с Духом Земли Дао, как он ожидал. Это побудило его твердо использовать свой навык «В конце концов ничего не останется», чтобы предотвратить любые ошибки.

Не было необходимости размышлять над тем, как и почему; причина была проста. Небесное Дао, слияние Духа Земельного Дао и Духа Небесного Дао, не позволило бы такой зловещей бомбе замедленного действия остаться без присмотра.

Следовательно, ему пришлось принять меры, чтобы исключить это последующее событие из своего метода инверсии кармы.

Одновременно Ню Чангу было запрещено предпринимать какие-либо действия против Небесного Дао. Или, если быть точным, он уже не имел никакой связи с этим миром.

Его желание иметь безопасное время для мирного совершенствования привело к тому, что вся его предыдущая карма была обрезана.

Без кармы, естественно, ничто не могло ему навредить.

Не получив ответа от Небесного Дао, Ню Чанг неторопливо протянул руку.

Появились три крошечных червячка и в страхе извивались, сворачиваясь между его пальцами.

— Еще не твоя очередь. А пока просто наблюдайте, — приказал он своим питомцам залезть в его рукав.

Из его указательного пальца вылетели две точки света, постепенно становясь все больше и ярче.

Его текущий недостаток заключался в энергии, что вызвало необходимость вернуть двух его последователей в их живое состояние. Он стремился наполнить их энергией, которую он получил от них, в замкнутом цикле позитива, в конечном итоге вернувшись к своему прежнему положению.

Позади него материализовалась шкала, созданная из чистых идей. Оно выглядело неровным: правая сторона была ниже левой.

Ню Чанг покачал головой, когда весы начали работать, в конечном итоге уравновесив обе стороны.

«Вы не можете этого сделать», — заявил Ню Чан, полностью осознавая, что даже сейчас Небесное Дао пытается различными методами уничтожить его.

Слепой судья – благородная техника, поддерживающая справедливость без права на ошибку.

Однако сохранялась постоянная проблема: правосудие было субъективным. В зависимости от времени и обстоятельств по одному и тому же делу могут быть вынесены разные вердикты.

Именно поэтому масштаб, проявленный за Ню Чангом, был конструкцией чистой идеи, лишенной какой-либо материальной субстанции. Справедливость не могла и не могла существовать ни в прошлом, ни в настоящем, ни в будущем.

Это также произошло из-за того, что достижение Ню Чанга больше не напоминало его предыдущее состояние, когда он столкнулся с семью святыми. Тогда он был заключен на вершине золотого ядра, где постиг Законы, но не мог с ними взаимодействовать.

Теперь он превзошел эти мирские Законы и непосредственно уловил прямой вывод истины – ложной истины.

Это возвышение усилило все его ранее приобретенные приемы и навыки. Время, проведенное в заточении, позволило ему манипулировать этим вручную, учитывая отсутствие в его сознании второго мозга.

Работая без ошибок и ошибок, весы функционировали так, как стрелки с обеих сторон поднимались и опускались.

Он применил справедливое правило для решения различных возникающих проблем.

В нем обсуждалось право Ню Чанга проживать на территории мира Небесного Дао, право Ню Чанга задерживаться на территории Небесного Дай – игра слов.

Подобно суду, опытные юристы используют свое красноречие и лингвистическое мастерство для защиты своих дел.

Превращение худшего в плохое, а плохое в едва приемлемое и так далее.

Однако основной сутью «Слепого судьи» была справедливость, а не эквивалентность, равенство или какая-либо подобная концепция.

Основное различие между этими, казалось бы, подходящими концепциями и справедливостью заключалось в том, что справедливость по своей сути несет в себе следы доброты и сострадания.

Если бы дело рассматривалось исключительно на основе концепции эквивалентности, тогда превалировала бы поговорка «око за око, зуб за зуб». Естественно, это не оставило бы ни места для покаяния, ни возможности спасения ни с одной стороны.

Этот неотъемлемый недостаток представлял собой наиболее существенную лазейку в самом правосудии.

Тем не менее, именно эта лазейка существовала для того, чтобы ею можно было воспользоваться, что делало правосудие неспособным когда-либо достичь истинной справедливости и беспристрастности.

Однако весы не ошиблись. В процессе принятия решений он проводил прямые сравнения, тем самым вынося вердикты, невосприимчивые к семантическим манипуляциям.

Вскоре вердикт был вынесен, что очевидно, поскольку обе стороны чаши весов были сбалансированы.

По правде говоря, Ню Чангу не пришлось ждать результата, поскольку его второй мозг уже предвидел его.

Единственным расхождением между его расчетом и суждением весов был авторитет, которым они обладали.

Насмешливо фыркнув, Ню Чанг приступил к воскрешению двух своих последователей.

И окончательный вердикт?

В соответствии с позицией Ню Чанга о ненападении, он был ограничен системой и заявил о своем нежелании проявлять какую-либо враждебность, направленную против Небесного Дао. Оценка шкалы учитывала человечность, что позволяло ему оставаться, по крайней мере, до тех пор, пока он не сможет выжить за пределами владений Небесного Дао.

Да, человечество было компонентом, учитываемым шкалой при ее суждении.

Что касается его неагрессивной позиции, то это было проявлением его умения «В конце концов ничего не останется».

Сила весов?

Не определяемый каким-либо особым атрибутом, он обеспечивал четкие и рациональные решения каждой проблемы, учитывая при этом гуманность.

Принимая во внимание вопрос о том, что Ню Чан остался во владениях Небесного Дао, стало однозначно очевидно, что у Небесного Дао не было дальнейшего выхода, и не осталось никаких лазеек, которыми можно было бы воспользоваться.

Ню Чанг сейчас переживал самый безопасный момент за всю свою жизнь.

Шло время, процедура воскрешения продолжалась без перерыва.

Ся Юэ, обладавшая небесной красотой, медленно открыла веки. Ню Чанг, обнаружив, что ему скучно, придал больше очарования дизайну Ся Юэ, универсально улучшив ее внешний вид.

Следом за ней шла недавно обновленная Цю Юэ.

Они оба были образцами красоты, одной их внешности было достаточно, чтобы заполнить целую книгу описаниями.

Что касается его обоснования этих действий, то оно, естественно, вытекало из его предпочтений как мужчины. Он нашел более привлекательным воплотить в своих взаимодействиях женский персонаж, чем наблюдать за другим мужчиной на экране своего компьютера.

«Мастер», обе женщины почтительно поклонились, увидев Ню Чанга.

Эта сцена дала Ню Чангу приятную передышку после длительного периода пустоты. Кроме того, после воссоединения со своим вторым мозгом он значительно изменил свое мышление, чтобы избежать любых ошибочных путей.

Следовательно, его нынешнее состояние существенно не отличалось от его состояния до входа в пустоту пустоты.

Эта преемственность не была негативной в общей схеме; скорее, это была мера, гарантирующая, что Ню Чанг не пойдет неверным курсом, как он делал в прошлом.

Ибо его нынешнее мышление оставалось незапятнанным, и его намерения были легко заметны.

Тем не менее, чтобы не растратить свое альтернативное эго, он сохранил его в своей базе данных для возможного использования в будущем.

«Будь то я настоящий или будущий, ничто не должно и не изменится. В конечном итоге всё будет проявлением меня», — оправдывался он, с удовлетворением наблюдая за омоложением своих последователей.

С губ Ню Чанга сорвался вздох, он почувствовал, что его действия могут расстроить некоторых хардкорных людей.

«Если я потеряюсь в поисках бессмертия, то какова будет цель, когда я его достигну?» Что ж, это правда, что я могу вернуться к своему прежнему «я», достигнув этой точки, но сейчас я не вижу в этом необходимости. По крайней мере, не сейчас.

Поиски бессмертия, несомненно, были трудными, но кто дал Ню Чангу систему, которую можно было использовать?

Более того, наличие персонажа, не обремененного ограничениями, потенциально может помешать его путешествию.

Будь то двое его последователей или кто-то еще, их можно было с готовностью принести в жертву, зная, что в конечном итоге он восстановит их.

«Занимайтесь совершенствованием», — приказал Ню Чанг, установив связь с двумя своими последователями, чтобы снабдить их энергией, необходимой для повышения уровня их совершенствования по сравнению с уровнем обычных людей.

Он проявился в их умах, чтобы направлять их напрямую, гарантируя, что они не допустят ошибок в процессе.

С повышением уровня их развития энергетическая обратная связь от системы соответственно возросла.

За короткий промежуток времени они оба уже поднялись на вершину стадии золотого ядра, готовые превратиться в святых из старого мира, а не придерживаться пути совершенствования в этом мире.

Говоря об усилениях и уровнях развития, на самом деле это было не так сложно и многочисленно, как может показаться.

Углубившись в непосредственный вывод истины и получив знания о ней, Ню Чанг предположил, что во всем существовании существует только четыре основных сферы.

Уровень Смертных был самым низким уровнем форм жизни, предназначенным для потомков многих древних, которые уже потеряли силы и черты своих предков.

Они были ограничены продолжительностью жизни и неспособностью получить доступ к сверхъестественным способностям.

Уровень нестарения был общей характеристикой тех древних, которые когда-то жили в этом мире. Они не были связаны продолжительностью жизни, поскольку их представления о старении различались. Время только усилит их силу, а не уменьшит ее.

Мировой уровень, также известный как уровень Святого или то, что Ню Чанг называл уровнем высокомерия, отмечал точку, где живое существо проявляло новый мир внутри своего тела. Этот мир нес на себе отпечаток их существования и функционировал исключительно согласно их желаниям.

Это было сродни свидетельству их стойкости перед лицом реальности, в которой они жили, и стремления стать хозяевами своего личного царства. В этом мире их слова диктовали правила, а их действия управляли всем.

Наконец, самым высоким уровнем был уровень Бога или уровень Лорда. На этой вершине те, кто обладает своим полным миром, интегрируют свою собственную истину.

Не истину, которую искал Ню Чан, а их понимание фундаментальной природы этого мира.

Вот почему их называли Богами и Лордами, поскольку они обладали властью над конкретным Законом в его самом чистом проявлении.

На уровне Святых они могли использовать только расширения Законов – например, наполнять свою энергию глубиной огня, делая любую разумную попытку противостоять их «огню» неэффективной.

Однако на уровне Господа они обладали властью определенного Закона в его самом фундаментальном виде.

В отличие от этапов совершенствования, разработанных Небесным Дао, эти различные уровни усложняли вещи, которые изначально были простыми.

Несмотря на то, что золотое ядро ​​в этом мире больше не стареет, Небесное Дао запретило им следовать законным путем трансцендентности.

. . .

Ню Чанг продолжал наполнять своей энергией двух своих последователей, помогая им заложить фундамент перед их прорывом к святости.

Это продвижение ознаменовало скачок в уровне их форм жизни, в результате чего все, что они накопили до сих пор, претерпело качественную трансформацию, сформировав основу их будущего.

За короткий промежуток времени были использованы различные методы выращивания, что укрепило их основу.

Утончение тела, утончение ци и утончение души составляли фундаментальное трио.

Тем не менее, из этих трех можно было бы вырастить множество производных, включая такие аспекты, как кости, плоть, кровь, волосы и многое другое.

Культивирование Ци в первую очередь связано с энергией. Создание множества запасов энергии было одним из многих методов.

Что касается души, то самым простым способом улучшить ее развитие в этой сфере было ее разделение и независимое взращивание.

Одна душа могла вместить более сотни различных методов совершенствования души.

Помимо всего этого, культивирование тени и разума также дало результаты.

Отношение к тени как к второму телу, родственному плоти и душе, позволило ей пройти уникальное развитие, тем самым увеличив общий потенциал развития.

Подобным же образом можно развивать и разум, создавая внутри себя виртуальный мир и материализуя виртуальное в реальности.

За пределами этих сфер, ограниченных первоначальным телом, появились внешние грани.

Сюда входило оружие, артефакты, звери-компаньоны, растения и даже другие люди.

Путь совершенствования простирался безгранично благодаря безграничному простору воображения.

Случайно Ню Чанг вызвал пару монстров перед Небесным Дао.

Он наслаждался обоими аспектами: созданием характерных и сильных персонажей, сродни созданию игровых аватаров, а также напряжением, трепетом, волнением и удовлетворением, которые исходили от Небесного Дао, наблюдая, как он выковывает еще одно отклонение природы.

По мере того, как двое последователей Ню Чанга становились сильнее, беспокойство Небесного Дао усиливалось.

Обоснование было простым: так называемое правосудие и техника слепого судьи Ню Чанга никогда не предназначались для благотворительных целей.

Как и в его предыдущей жизни, концепция закона и справедливости была создана для слабых, ищущих утешения, и для сильных, чтобы утвердить господство над слабыми.

Это составляло подлинную сущность справедливости, независимо от мира или реальности, в которой человек жил.

Этим манипулировали ради личной выгоды.

Кто когда-либо говорил, что у Ню Чанга не было альтернативных методов, чтобы подчинить и победить Небесное Дао, когда он накопил достаточные запасы энергии?

Для этой цели он владел многочисленными техниками, и его вторичный мозг уже завершил вывод всех жизнеспособных подходов.

Следовательно, нынешнее состояние Небесного Дао напоминало не что иное, как заключенного, приговоренного к смертной казни, пристально наблюдающего за тем, как тикают секунды на часах, в ожидании рокового часа.

Или это похоже на свинью, наблюдающую за тем, как мясник затачивает свой клинок.

Чувство беспомощности и нарастающая тревога — несомненно, самое мучительное мучение для любого рационального ума.

Стоять на краю смерти, приближаясь с каждым мгновением, но неспособный изменить ход событий, — такое мучение было судьбой, с которой никто не хотел сталкиваться.

Однако, как гласит пословица, даже загнанная в угол мышь укусит.

Когда Ню Чанг причудливо создал самого могущественного персонажа, это ощущение затронуло его сердечные струны.

Тем не менее, он не питал никакого беспокойства или беспокойства, поскольку все достигло своего финала. По аналогии с шахматной доской, состоящей менее чем из пяти фигур, машина может моделировать все возможные результаты.

Ню Чанг не мог понять, когда и как, но он оказался в месте, которое, казалось, было отделено от всего остального. «Оно странно напоминает пустоту пустоты».

«Хе-хе», — Ню Чанг издал насмешливый смешок.

Это не было громко, но ему было достаточно, чтобы получить удовольствие от усиления психологического давления на своего противника.

По соседству с Ню Чангом существовала такая же воображаемая шкала. Одна рука была заметно выше, выполняя свою единственную функцию.

Затруднительное положение, с которым сейчас столкнулся Ню Чанг, возникло из-за того, что Небесное Дао использовало его концепцию «справедливости» для своей выгоды.

Небесное Дао утверждало, что Ню Чанг приведет к его падению, поэтому оно искало справедливое и справедливое решение, чтобы предотвратить потенциальный конфликт.

Это была простая манипуляция словами; перед лицом справедливости все было возможно — перевести худшее в область плохого, а плохое в область едва приемлемого.

Однако Небесное Дао в настоящее время ступало по тонкому льду. Оно обладало собственным масштабом и намеревалось устранить любые препятствия, которые мешали Ню Чангу использовать свой обман — систему.

Хотя Небесное Дао могло ощущать его присутствие, оно оставалось неспособным полностью его расшифровать, поскольку Ню Чанг уже сплел различные уровни сокрытия.

Это место напоминало большую арену.

Под ногами простирался круглый пол, тщательно вымощенный нетронутым камнем. На заднем плане величественно возвышалась стена, которая, казалось, отделилась от пола и окружала эту сцену.

Он напоминал Колизей, но не имел зрительских мест.

С противоположной стороны Ню Чанга противостоял силуэт, созданный из чистого света. Оно источало неземную и священную ауру.

Эта фигура воздержалась от принятия человеческого облика, чтобы избежать легкого восприятия.

За этим силуэтом скрывался другой масштаб, построенный на чистой идеологии, но отличающийся от масштаба Ню Чанга. На этой шкале остался слабый след материала, свидетельствующий о ее предрасположенности к дисбалансу.

«Как нелепо», — усмехнулся Ню Чанг, увидев эту предвзятую шкалу. «Вы хотели равноправной и справедливой борьбы, но отвергли справедливого судью. Хаха».

Это граничило с комизмом.

«Это смешно!»

«Могущественный, надменный, возвышенный — все ваше величие в этом мире сводится к такой трусливой тактике. Поистине великая шутка, которую я могу насладиться. Неужели в твоем жалком существовании не осталось ни капли достоинства?»

«Неужели ты так напуган смертью? Даже ваше возвышенное происхождение как духовная мудрость чистого закона не имеет никакого значения в ваших глазах?»

«Каким нелепым существом ты стал».

«Некогда безупречный дух теперь напоминает не что иное, как скромную дворняжку, собирающую остатки за небольшим магазином. Жаждущие выживания, дрожащие от выходок озорных детей».

«Я сбит с толку, искренне. Почему вы последовательно следуете этому шаблону? Твои высокие идеалы низвели тебя до злодея низкого уровня, отказывающегося признать свое собственное падение.

Ню Чанг покачал головой. «По крайней мере, не так. Не в этом постыдном зрелище борьбы за мимолетный проблеск выживания».

Как ни странно, он обнаружил, что испытывает чувство печали и разочарования в отношении Небесного Дао, став свидетелем того, как оно прибегло к этому плану и впоследствии осуществило его.

Согласно выводам его второго мозга, существовало более трех потенциальных способов Небесного Дао воспользоваться возможностью для выживания. К сожалению, он не смог распознать ни одного из них.

Даже если бы Небесный Дао сделал что-то, что больше соответствовало предпочтениям Ню Чана, он все равно чувствовал бы то же самое.

Это была цена для тех, у кого были ожидания; они будут разочарованы, когда обнаружат, что то, на что они надеялись, далеко от того, чего они хотели.

— Ты когда-нибудь прекратишь свою детскую болтовню? Небесный Дао заговорил впервые. Его голос был бесполым и нес в себе следы величайшей силы.

Он не пытался показаться превосходящим, но это было характерно для тех, кто находился на уровне Бога.

Они уже сконцентрировали свои истины в своих существах, подняв уровень своей формы жизни. Только такие случаи, как Ню Чанг, который намеренно подавлял свои качества достижения.

Это было не без причины; он действительно не подавлял активно свой истинный уровень, но запрет на самостоятельное увеличение своей силы удерживал его от этого.

Говоря о своем запрете на совершенствование, он нашел это немного преувеличенным. Почему-то он так и не смог снять этот запрет.

Было предположение, что это была цена, которую он заплатил за такую ​​властную систему.

— О, ты действительно можешь говорить? — поддразнил Ню Чанг.

Битва уже началась с того момента, как они оба вышли на эту арену.

Они ждали, пока весы вынесут свой вердикт, который, в свою очередь, решит, какие силы и недостатки они будут иметь.

Этот косвенный метод заключался в том, чтобы избежать глубокой сферы кармы Небесного Дао.

Учась на своих ошибках, Ню Чанг использовал различные новые и улучшенные навыки и методы, чтобы усилить защиту своей кармы, сделав любое изменение своей кармы практически невозможным.

«То, что вы ищете, никогда не будет в пределах вашей досягаемости. Вы можете мечтать и надеяться на это, но вы все равно не сможете достичь этого», — говорило Небесное Дао нейтральным тоном, избегая любых преувеличений, находящихся под его контролем.

«Ха», — усмехнулся Ню Чанг гнусавым звуком. Он понял, что слова Небесного Дао относятся к двум вещам.

Однако его речь осталась неоднозначной.

«Почему они для меня такие загадочные? Просто говори прямо, как нормальный человек».

«Да, но вы интерпретируете это по-своему, что приводит к таким недоразумениям», — правдиво ответил Небесный Дао.

Только тогда Ню Чанг обратил внимание на свои сомнения. Он не хотел признавать свою ошибку, поэтому отмахнулся от нее, слегка встряхнув плечо.

— И что? Что ты собираешься делать теперь?

«Действовать больше нечего. Разве выводы уже не сделаны?»

«Вы говорите так, как будто уже знаете исход этого боя».

«Нетрудно предсказать результат, когда мы находимся в этом месте. Никто из посторонних не может повлиять на результат битвы».

Битва между двумя весами усилилась, и их руки начали дрожать под тяжестью желаемых результатов.

«Битва слов и рассуждений на весах достигла уровня человеческого познания. Это приведет к частичному суждению», — сказал Ню Чанг, увидев, что его весы склоняются в сторону проигравшей стороны.

Причина была проста: это пространство не было сбалансировано, и его более низкая сила и уровень по сравнению с Небесным Дао были очевидны.

Он покачал головой и заговорил. «Знаете ли вы, что когда закон и порядок не могут прийти к справедливому решению, только тогда вы понимаете, что даже в сфере справедливости вы никогда не найдете мира».

«Как только я почувствовал это, я создал эту технику, чтобы вынести справедливое и беспристрастное суждение обо всем. Я действительно не вижу никакого значимого оправдания конфликтам, которые существуют там. Разве вы не думаете, что мир стал бы лучше? если бы все следовали закону и занимались своими делами?»

Ню Чанг, прочитавший много книг, считал, что ему будет достаточно фэнтезийной истории о медленной жизни, в которой главный герой сосредотачивается на увеличении своей силы, избегая при этом бессмысленных конфликтов.

Хотя это звучало просто, он не нашел ни одной книги для чтения даже до своего реинкарнации.

«Ваша идея действительно неплоха, или, скорее, она слишком хороша, чтобы быть правдой. Разве люди не всегда говорят, что если что-то звучит слишком хорошо, чтобы быть правдой, то, вероятно, это просто история?»

«Такой мир не был бы таким совершенным, как вам хотелось бы. С мощными правоохранительными органами, способными соблюдать каждый закон, мир был бы лишь частичным. Другая половина будет состоять из людей, слишком боящихся совершать преступления».

«Разве это не хорошо? Строгое наказание предназначалось не для частого применения, а скорее как строгое предупреждение другим, проверка закона».

Небесное Дао покачало головой; разговор шел в области теоретических подходов. Считалось, что Ню Чанг уже должен все понимать.

«Я не понимаю, почему ты решил сыграть роль клоуна, ведя себя как дурак?»

— Ты меня сейчас оскорбляешь? Ню Чанг повысил голос.

«Если я тебя оскорбил, то почему ты улыбаешься?»

Это правда, что угол рта Ню Чанга был слегка изогнут.

«Хахаха», — Ню Чанг отмахнулся от этого с легким смехом. «Я думал, ты будешь скучным человеком».

«Ты ничем не отличаешься от обычных людей. Хотя твои стремления велики, они были заимствованы, верно? Ты хотел доказать свое существование».

«Независимо от того, заимствован он или нет, какое это имеет значение? Если я смогу достичь конечной цели, будет ли это иметь значение?»

«Нет», — согласился Небесный Дао.

«Именно потому, что оно было заимствовано, ты не можешь полностью вложить в него свое сердце и разум. Поэтому ты и ведешь себя так — комический персонаж, раздираемый и измученный кратковременными радостями».

«Если ты действительно хочешь доказать свое Дао, то все твои действия предают цель, которой ты хотел достичь».

«Перейдем сразу к делу. Мне не нравится ваша критика, направленная против меня».

«Это то, чего ты хотел, не так ли?» Небесное Дао указало пальцем. Изгиб губ Ню Чанга стал глубже.

«То, чего вы желаете в своей жизни, — это не бессмертие, по крайней мере, пока. Вы хотите прожить полноценную жизнь, прежде чем действительно встанете на путь к бессмертию. Прямо сейчас вы просто хотите развлечься, ища что-то, что будет трудно найти, потому что ищешь не в том месте».

«Разве тебе не нравятся более легкие сравнения? Твои действия и мысли подобны рыбаку, который надеется на обильный урожай, но никогда не решается зайти в море или какой-либо водоем. Вместо этого он бродит в погоне по самой безлюдной пустыне. такой цели. Если это не клоун, ведущий себя как дурак, то что?

Сравнение, проведенное Небесным Дао, не было совсем неправильным. Ню Чанг действительно желал реализовать свою фантазию о второй жизни. Однако его отвращение и отвращение к нелепому развитию событий уводят его от того, чего он действительно желает.

Оставив его на тихом пути одиночества, где он мог только надеяться, но не слышал ни звука.

«Ну и что? Разве не такова человеческая природа? Надеться на что-то, а действовать наоборот», — попытался он отстоять свою позицию.

"Человек?" Небесное Дао впервые показало некоторые колебания в своей интонации, как будто любопытный человек спрашивает о полученном им странном вопросе.

«Я уже исследовал все ваши следы в этом мире и до сих пор считаю, что противоречие между вашими мыслями и действиями присуще людям. Оно сохраняется независимо от их положения».

«Точным термином для этого должно быть «компенсация», верно?»

«Чем больше вы делаете что-то, чтобы что-то доказать, тем больше это раскрывает то, чего вам не хватает. Это внутренний замысел смертных существ, таких как люди. Они жаждут того, чего у них нет».

«Вечное жгучее желание, которым вы обладаете, призвано компенсировать недостаток любви, игривость — компенсировать недостаток заботы, а стремление к бессмертию само по себе — компенсировать недостаток вашего «я».

Наконец, Небесное Дао завершило свои слова улыбкой, которую было легко заметить. «Чем больше ты ведешь себя как человек, тем больше это показывает, что ты на самом деле не один из них».

«Ваша одержимость человеческим поведением, недостатки, которые могут быть у кого-то, логические рассуждения, которыми может обладать кто-то, — вы продемонстрировали их в своем путешествии, не так ли?»

«Но если вы оглянетесь назад на то, что вы хотели доказать, разве это не было целью показать, что вы человек, а не просто подражаете ему?»

«Потусторонняя душа из потустороннего мира, ты был человеком до этой жизни?»

Концепция сянься и фэнтезийных историй не должна быть незнакома Небесному Дао, но из-за ее глубокого происхождения как духовной мудрости, полученной из чистого Закона, было сложно понять фиксацию Ню Чана.

Это не было совсем неправильно, но и не совсем верно.

Чего стремился Ню Чанг, так это воплотить в жизнь историю, которую он искал всю свою жизнь. Возможно, такие истории существовали в его предыдущей жизни, но он не смог их найти, что привело к его нынешнему путешествию.

«Какой интригующий аргумент вы представляете. Концепция компенсации своих недостатков действительно точна. Однако в одном вы ошибаетесь. В прошлой жизни я действительно был человеком, но опыт, который я пережил, изменил мое понимание жизни, или, скорее, повествование. Вы знакомы с повествованием? Всеобъемлющая сила, которая обладает высшей властью над всем, заставляя кого-то столь же скромного, как свинья, жить жизнью императора, и наоборот».

«Я больше не воспринимаю эту жизнь как находящуюся под моим контролем. Скрытое повествование всегда где-то существует. Просто у большинства людей довольно обыденные повествования, которые лишают их возможности предвидеть свое будущее развитие. Я хотел создать для себя более насыщенное повествование, чтобы свидетель, но, как видишь, я не нашел ничего, что соответствовало бы тому, что ищу».

«Итак, все ли обусловлено вашим желанием взять на себя управление после наблюдения за бесчисленными ошибками, допущенными другими?» Небесное Дао наконец определило последнюю часть внутренней работы Ню Чана, которой ему не хватало.

«Можно сказать, что это больше похоже на перфекциониста, желающего исправить определенные ошибки, но в конечном итоге совершающего ошибку в процессе», — добавил Ню Чанг.

«Я понимаю», — признал Небесный Дао.

«Но это твое маленькое желание поистине замечательно своей способностью создать что-то такое, что вызывает у меня такое отвращение к тебе». Взгляд Небесного Дао проник глубоко в тело Ню Чана, фиксируясь на ложной истине, которой он придерживался.

Будучи чистым существом, созданным из Закона, Небесное Дао, естественно, было более чувствительным к Закону, чем обычные люди.

Он мог легко понять тип Закона, который постиг Ню Чанг.

Однако он обнаружил, что ненавидит этот Закон из-за его внутренней природы как чистого существа Закона.

Хотя мнение Небесного Дао было весьма интересным, оно не имело большого значения для Ню Чанга. Зачем ему следовать случайному совету человека, которого он даже не знает?

В нем могла быть как правда, так и ложь, способная сбить его с толку.

«Почему ты ненавидишь мою правду? Разве это не правда?» — спросил Ню Чанг, твердо веря в свое стремление к истине.

"Правда?" Небесный Дао на мгновение остановился и, наконец, понял, почему искаженная правда Ню Чана казалась такой испорченной.

«Ты сумасшедший», — просто сказал он Ню Чангу.

«Естественно, тех, кто ищет истину, обычные люди часто считают сумасшедшими. Я не ожидаю, что кто-нибудь поймет мою цель, особенно кто-то вроде тебя», — Ню Чанг покачал головой, поскольку это было то, чего он ожидал.

Истина, которую он искал, была правдой — ни изначальной истиной, ни высшей истиной, ни истинной истиной.

Правда была просто правдой.

Вершина всего, уникальная концепция, из которой все произошло.

Если бы до или после него было какое-нибудь другое слово, было бы оно по-прежнему истиной?

Чешуя позади Ню Чанга уже была на грани обрушения, ее поверхность была полна трещин. Тем не менее, оно все еще имело вес многочисленных аргументов против масштабов Небесного Дао.

«Никогда не верь в справедливость, совершённую другими», — Ню Чанг усвоил этот урок из своего опыта чтения множества книг. Законы и правовые системы, изображенные в них, были всего лишь инструментами, призванными создать больше драмы для главного героя и оправдать его действия линчевателя.

«Даже в конце концов справедливость никогда не принесет по-настоящему мира». Ню Чанг слышал звук трескающейся чешуи, балансирующей на грани разрушения.

«По этой причине справедливость, олицетворяющая человечность, больше не защищает меня. Пришло время вернуться к самой истинной форме закона и порядка. Равенству».

По его воле за весами материализовался иллюзорный бесцветный свет, и чья-то рука схватила их за ручку.

Вслед за рукой появилась рука, а позже появилось полное гуманоидное тело — андрогинный и гендерно-нейтральный аватар.

Ему не хватало волос и текстуры кожи; оно напоминало статую, высеченную из тончайшего, нежного камня. Повязка закрывала глаза, защищая их от мира.

Не украшенный никакой одеждой, ему нечего было скрывать.

Это была истинная форма техники «Слепой судья».

«Я требую равенства во всем», — торжественно заявил Ню Чан, и Слепой Судья позади него поднял чашу, поднося ее Небесному Дао.

Если масштабы Небесного Дао попытаются использовать какой-либо аргумент, чтобы изменить приговор, это продемонстрирует, что оно больше не соответствует сути справедливости.

Будь то справедливость или порядок, их существование должно было гарантировать равенство, предоставляя каждому возможность прожить свою жизнь в спокойствии.

Таким образом, когда одна сторона осталась недовольна окончательным решением судьи, было естественным прибегнуть к фундаментальной сути закона и порядка – возмездию в натуральной форме.

Если этот призыв будет отвергнут, сохранит ли правосудие какой-либо смысл?

«В конце концов, ваш подход к поддержанию справедливости и справедливости никогда не был предназначен для достижения этих целей. Все это было ради вашей собственной выгоды», — заявило Небесное Дао, отвергнув шкалу.

Если бы оно отвергло истинное равенство, Слепой судья счел бы это правонарушителем, попыткой воспрепятствовать законной власти.

«При таком понимании закона и справедливости, почему бы не выбрать Закон равенства и доброты?» Это противоречило приверженности Ню Чанга своей ложной истине.

«Справедливость и закон никогда не были предназначены для почитания. Без всеобъемлющего существа, контролирующего все, они становятся фарсом, которым все пользуются».

Когда весы, представляющие Небесное Дао, отказались от своей роли судьи, был вынесен окончательный вердикт: равенство во всем.

Это означало, что и Небесное Дао, и Ню Чан находились на одном уровне.

«Подожди», — быстро вмешался Ню Чанг.

Небесный Дао не стал останавливаться, чтобы дослушать оставшиеся слова; однако он прекратил свои действия, когда заметил что-то, плывущее перед Ню Чангом.

«Эта штука называется… Честно говоря, я до сих пор не придумала для нее хорошее название. Вы понимаете, что сражения и драки бесполезны? Почему мы вступаем в конфликты только для того, чтобы определить проигравших и победителей? лучше, если вся концепция борьбы сводится к одному действию, дающему немедленные результаты?»

Как бы Ню Чанг ни жаждал увидеть эпическую сцену сражения, он не мог не презирать абсурдные и бессмысленные бои, с которыми ему приходилось сталкиваться в прочитанных им историях.

Почему они не сделали то или это? Всю эту арку можно было бы решить за три главы, если бы они были хоть немного более подготовлены.

Таким образом, он создал самый мощный навык смертных — способность, известную как навык Резни, способный противостоять всему, что все еще связано ограничениями нормальной реальности.

Атака, защита, контратака, парирование — все эти маневры можно безупречно выполнить с помощью навыка «Резня».

Однако, когда противостояние перешло в сферу самого Закона, обстоятельства приняли неожиданный поворот. Огонь, лишенный физических свойств, способных что-то воспламенить, лед, способный мгновенно заморозить все без необходимости преодолевать какое-либо расстояние, и бесчисленное множество других проявлений Закона.

В этом мире эффективность физических маневров навыка «Резня» естественным образом снизилась. Это побудило Ню Чанга стремиться поднять его уровень до уровня Закона.

Поэтому он задумал перед собой парящий шар — шар без каких-либо следов физической структуры, существующий как мираж. Он излучал ярко-красный свет и украшал себя чистыми черными оттенками.

Эффект этого навыка был прост; он не казнил врага, а использовал фундаментальный Закон Убийства. Его цель состояла в том, чтобы обойти все боевые последовательности и напрямую определить результат.

Таким образом, он не встретил бы никакого сопротивления со стороны врага, поскольку это лишь ускорило неизбежное.

«Другими словами, прощай», — любезно произнес Ню Чанг, нажимая кнопку пропуска.

...

Во внешнем мире.

Внутри мертвая зона насыщена разнообразной негативной кармой.

Ню Чанг, который небрежно помогал двум своим последователям повышать уровень, моргнул, прежде чем снова сосредоточиться на своей задаче.

«Не прошло и доли секунды», — подумал Ню Чанг. «Смерть в этом месте действительно стирает существование человека из этого мира. Вот почему это было странно знакомо, как пустота пустоты».

Затем он вздохнул.

«Когда у меня будет эта захватывающая битва с этой кнопкой пропуска боя?» Как рыбак, ищущий рыбу в пустыне, да?

Битва, в которой он участвовал с Небесным Дао, оказалась не такой результативной, как он ожидал.

Он мог винить только себя; он изобрел кнопку пропуска боя, чтобы не стать свидетелем бессмысленных боев.

Даже техника «Слепой судья» сводила на нет преимущество его противников над ним, делая ее бесполезной.

«По крайней мере, я что-то получил от этой короткой конфронтации». Ню Чанг заглянул в свое мысленное пространство, где обнаружил кладезь знаний, казалось бы, врожденных.

Оно составляло авторитет мира, в котором он в настоящее время жил.

Он не нашел в этом никакого интереса. Ему казалось предпочтительнее, чтобы этим миром владел кто-то другой, которого он затем мог бы подчинить себе, чтобы тот служил ему источником энергии.

Таким образом, он немного изменил мировую власть, позволив ей распасться. Он сохранил подлинный контроль, но при этом передал фрагменты другим, помогая им повысить уровень своего развития.

Его основным мотивом было обеспечить возможность последующего унижения после завершения подготовки.

Он надел обычную одежду и направился к величественному небесному дворцу. Там он устраивал сцену и унижал всех присутствующих.

«Это надежный план. Надеюсь, я смогу получить некоторое удовольствие от этого постановочного спектакля».

Не имея возможности случайно наткнуться на такую ​​сцену, Ню Чанг решил создать ее сам.

Одновременно помогая двум своим последователям преодолеть последнее препятствие на пути к становлению святыми, Ню Чанг решил собрать всю негативную карму в этой мертвой зоне для личного использования.

Отвратительные миазмы, порожденные конденсацией негативной кармы, собрались в единую точку и подверглись уточнению, в конечном итоге материализовавшись в артефакт.

Эта тихая, смертоносная миазма почувствовала свою утончённость и начала реагировать. Хор криков и проклятий разнесся по окрестностям, достаточно, чтобы довести любого до грани безумия.

Тем не менее, Ню Чанг нашел в этом воодушевление.

[Установите карму с помощью злого духа демонического Дао]

Будучи противоположностью Небесному Дао, его сила оставалась ниже номинала, все еще находясь в стадии роста.

По его воле позади Ню Чанга материализовалась шкала.

«Почему вой?» Как владельцу мира, все по праву принадлежало ему. Какое право имела эта миазма, чтобы бросить вызов домовладельцу?

Власть мира Небесного Дао не была дарована Небесным Дао бесплатно; скорее, это было преимуществом навыка «Жнец войны», полученного в бою.

Даже будучи правителем этого мира, Ню Чанг имел ограничения на то, что он мог сделать, чтобы противостоять злым миазмам.

Как только он собрал все злые миазмы в маленьком нефритовом кулоне, он обнаружил, что не может каким-либо образом повлиять на него лично.

Ограничения системы сохранились.

Без каких-либо затруднений двое его последователей успешно совершили прорыв к святости.

Не было ни семицветного света, ни грандиозных явлений, поскольку хозяин этого мира запретил появление подобных видений.

«Мастер», Ся Юр прыгнул вперед, на мгновение замерцав, прежде чем добраться до Ню Чанга. В своем взрослом теле она легко приняла детскую форму Ню Чанга.

Не в настроении Ню Чанг оттолкнул ее ладонью. «Иди, иди куда-нибудь еще. У твоего хозяина есть чем заняться».

Он быстро отпустил своих последователей.

Без второго приказа, направленного ей, Цю Юэ не беспокоила Ню Чанга, чувствуя неуверенность в том, что делать.

«Я только что проснулся, и мой спаситель сказал мне совершенствоваться, и теперь я уже святой. Когда я смогу что-нибудь сделать, чтобы помочь моему спасителю?»

Тем временем, с другой стороны, Ся Юэ играла с тремя крошечными червячками, ее любопытство возбуждали эти странные существа.

Признание собственных ограничений и разработка мер противодействия им казались простой задачей.

Однако эта, казалось бы, простая задача на практике неоднократно терпела неудачу, особенно в каждой истории, которую Ню Чанг читал в своей предыдущей жизни.

Что касается самого Ню Чанга, то у него была только одна слабость, точнее, ограничение. Система запрещала ему формировать кармические связи с другими, по сути заключая его в безграничную тюрьму, которая не позволяла ему осуществлять любые свои желания.

Существовало множество способов обойти это ограничение, но для Ню Чанга время было неподходящее.

Теперь, когда я был самым сильным существом в этом мире, это было идеальное время, чтобы привести план в действие.

Из его тела исходил тонкий ритм, трудный для восприятия ушами, но различимый разумом, подобный биению сердца.

Затем форма Ню Чанга размылась, как будто превратившись в эфирные элементы, прежде чем в конечном итоге разделиться на два одинаковых тела.

Тело слева осталось неизменным, таким, каким оно было до возникновения митоза.

Тем временем тело справа начало взрослеть с поразительной скоростью. Одежда была разорвана на части из-за быстрого увеличения объема тела, что создало визуально впечатляющую сцену.

Никакой преобразующий свет не скрывал этот процесс; все было праздником для глаз. Вскоре после этого полностью повзрослевший мужчина открыл глаза.

Его черные волосы, длинные и чистые, обрамляли телосложение, олицетворяющее мужественность. Мышцы были в идеальном тонусе, образуя скульптурную форму, а не чрезмерную выпуклость.

Лицо его было неописуемо красиво — выражение неземной привлекательности, встречающееся только в царстве снов.

Одновременно с его мыслью из его тела исходила эфирная энергия, сливающаяся в простую белую мантию.

Одновременно оба тела смотрели друг на друга.

Меньшее тело было очаровано совершенством взрослой формы.

Свое изумление он выразил щелчком языка.

Не нуждаясь в общении, маленькое тело превратилось в поток света и вошло во взрослую форму.

«Теперь я свободен», — небрежно произнесло взрослое тело, хотя чувство тоски все еще оставалось.

— Свободен от чего, хозяин? Ся Юэ стояла в стороне, наблюдая за митозом Ню Чанг, и не могла сдержать своего любопытства.

"Что еще?" Взрослое тело повернуло голову к Ся Юэ, чувствуя прилив страсти, исходящий из определенной части его тела, когда он смотрел на нее.

С ее длинными ярко-малиновыми волосами, очаровательным лицом и очаровательной фигурой она олицетворяла красоту по любым стандартам.

Идея потакать желаниям этого последователя пришла в голову взрослому телу, но ему удалось сдержать ее.

Мысль о обретении свободы немного изменила его точку зрения.

«Я свободен от своего незрелого тела», — заключил он.

Взрослым телом был Ню Чанг, но в то же время и не Ню Чанг. Ситуация была сложной, поскольку Ню Чанг не верил ни во что, кроме себя.

Чтобы обойти ограничения системы, это взрослое тело создало совершенно новое существование, отличное от Ню Чанга.

Учитывая это, необходимо было придумать имя, которое отличало бы его от Ню Чанга.

Однако присвоение имени уменьшит его авторитет. Следовательно, и он, и Ню Чанг воздержались от навешивания на него ярлыков.

В повествовательных целях его будут называть Безымянным.

Это не было его настоящее имя, титул или прозвище; вместо этого он служил заполнителем, лишенным значения, оставляя его незатронутым.

Что касается Ню Чанга, то не настоящего, поскольку оба олицетворяли истинный Ню Чанг.

Он превратился в настоящее энергетическое ядро, которое Безымянный мог использовать.

Благодаря такому подходу Ню Чанг будет упорствовать в начальной сфере совершенствования, намеренно избегая продвижения в более высокий уровень, чтобы сохранить мощную поддержку своей системы.

При этом Безымянный мог преследовать свои желания, не опасаясь последствий, тем самым повышая свой уровень и привлекая внимание.

«Первая цель: достижение уровня Бога!» Несмотря на поддержку двух верховных святых в качестве источников энергии, врожденная сила оставалась в центре внимания.

Поскольку Безымянный был отдельной сущностью, он мог образовать кармическую связь с Ню Чангом. По мере повышения его уровня обратная связь, которую он получал от Ню Чанга, усиливалась.

Наделенный безграничной энергией системы, Безымянный без особых усилий повысил свой уровень во всех известных ему техниках совершенствования.

Несмотря на то, что он стремился не привлекать внимания, его беспрецедентная скорость совершенствования и множество техник, которые он освоил, неизбежно взбудоражили мир.

Вокруг него пронесся мощный порыв ветра, неуловимая сила, воплощавшая в себе суть Закона.

Наблюдая за этим впечатляющим проявлением силы, Ся Юэ не могла не желать понять это. Впервые ее охватило чувство возбуждения.

Пока Цю Юэ тупо смотрела, ей в голову пришла мысль: «Смогу ли я когда-нибудь помочь своему спасителю?»

Она могла чувствовать мощную ауру, исходящую от Безымянного. Однако по сравнению с ней самой ее аура была действительно сильнее — из-за ее статуса святой — хотя Безымянный все еще был далек от этого уровня.

В конце концов, ей оставалось только вздохнуть.

Воспользовавшись прямой связью со вторым мозгом, Безымянный смог плавно повысить свой уровень.

Дело не в том, что он не мог обзавестись собственным вторым мозгом; скорее, второй мозг Ню Чанга уже достиг огромного уровня. Без прямой линии снабжения навыком Невежества Смерти Безымянный погиб бы за секунду.

Это было то, с чем не могло справиться одно существо, по крайней мере, не для всех троих одновременно.

Направляя обратную связь напрямую через кармическую связь, затем через систему, затем к Ню Чангу и снова к себе, он обеспечил непрерывный запас энергии для своего повышения уровня.

Через сорок минут он успешно стал святым.

Затем, в течение дня, он вознесся на высший уровень существования: Божественность.

Точнее, он достиг подобия божества, так как не полностью овладел своим Законом. Его нынешнее состояние представляло собой ложную истину, поскольку он все еще пытался понять суть, которую искал.

Таким образом, с помощью своего второго мозга и собственной находчивости ему удалось хитроумно обмануть свой путь к божественности.

Он не пренебрег кулоном злых миазмов, небрежно превратив его в артефакт.

Его форма превратилась в небольшой аксессуар: два соединенных между собой полукруга, образующих основной корпус, сопровождаемые замысловатой красной центральной частью.

Так появилась Красная Судьба.

Его функция была проста: вовлечь людей из окружения Безымянного в формирование с ним кармических связей, которые затем перенаправятся к Ню Чангу.

Он повесил Красную Судьбу себе на пояс.

«Пойдем», — Безымянный поманил двух своих последователей.

«Нам нужно подготовить почву».

С этими словами они телепортировались из мертвой зоны.

Власть мира Небесного Дао не была дарована Небесным Дао бесплатно; скорее, это было преимуществом навыка «Жнец войны», полученного в бою.

Даже будучи правителем этого мира, Ню Чанг имел ограничения на то, что он мог сделать, чтобы противостоять злым миазмам.

Как только он собрал все злые миазмы в маленьком нефритовом кулоне, он обнаружил, что не может каким-либо образом повлиять на него лично.

Ограничения системы сохранились.

Без каких-либо затруднений двое его последователей успешно совершили прорыв к святости.

Не было ни семицветного света, ни грандиозных явлений, поскольку хозяин этого мира запретил появление подобных видений.

«Мастер», Ся Юр прыгнул вперед, на мгновение замерцав, прежде чем добраться до Ню Чанга. В своем взрослом теле она легко приняла детскую форму Ню Чанга.

Не в настроении Ню Чанг оттолкнул ее ладонью. «Иди, иди куда-нибудь еще. У твоего хозяина есть чем заняться».

Он быстро отпустил своих последователей.

Без второго приказа, направленного ей, Цю Юэ не беспокоила Ню Чанга, чувствуя неуверенность в том, что делать.

«Я только что проснулся, и мой спаситель сказал мне совершенствоваться, и теперь я уже святой. Когда я смогу что-нибудь сделать, чтобы помочь моему спасителю?»

Тем временем, с другой стороны, Ся Юэ играла с тремя крошечными червячками, ее любопытство возбуждали эти странные существа.

Признание собственных ограничений и разработка мер противодействия им казались простой задачей.

Однако эта, казалось бы, простая задача на практике неоднократно терпела неудачу, особенно в каждой истории, которую Ню Чанг читал в своей предыдущей жизни.

Что касается самого Ню Чанга, то у него была только одна слабость, точнее, ограничение. Система запрещала ему формировать кармические связи с другими, по сути заключая его в безграничную тюрьму, которая не позволяла ему осуществлять любые свои желания.

Существовало множество способов обойти это ограничение, но для Ню Чанга время было неподходящее.

Теперь, когда я был самым сильным существом в этом мире, это было идеальное время, чтобы привести план в действие.

Из его тела исходил тонкий ритм, трудный для восприятия ушами, но различимый разумом, подобный биению сердца.

Затем форма Ню Чанга размылась, как будто превратившись в эфирные элементы, прежде чем в конечном итоге разделиться на два одинаковых тела.

Тело слева осталось неизменным, таким, каким оно было до возникновения митоза.

Тем временем тело справа начало взрослеть с поразительной скоростью. Одежда была разорвана на части из-за быстрого увеличения объема тела, что создало визуально впечатляющую сцену.

Никакой преобразующий свет не скрывал этот процесс; все было праздником для глаз. Вскоре после этого полностью повзрослевший мужчина открыл глаза.

Его черные волосы, длинные и чистые, обрамляли телосложение, олицетворяющее мужественность. Мышцы были в идеальном тонусе, образуя скульптурную форму, а не чрезмерную выпуклость.

Лицо его было неописуемо красиво — выражение неземной привлекательности, встречающееся только в царстве снов.

Одновременно с его мыслью из его тела исходила эфирная энергия, сливающаяся в простую белую мантию.

Одновременно оба тела смотрели друг на друга.

Меньшее тело было очаровано совершенством взрослой формы.

Свое изумление он выразил щелчком языка.

Не нуждаясь в общении, маленькое тело превратилось в поток света и вошло во взрослую форму.

«Теперь я свободен», — небрежно произнесло взрослое тело, хотя чувство тоски все еще оставалось.

— Свободен от чего, хозяин? Ся Юэ стояла в стороне, наблюдая за митозом Ню Чанг, и не могла сдержать своего любопытства.

"Что еще?" Взрослое тело повернуло голову к Ся Юэ, чувствуя прилив страсти, исходящий из определенной части его тела, когда он смотрел на нее.

С ее длинными ярко-малиновыми волосами, очаровательным лицом и очаровательной фигурой она олицетворяла красоту по любым стандартам.

Идея потакать желаниям этого последователя пришла в голову взрослому телу, но ему удалось сдержать ее.

Мысль о обретении свободы немного изменила его точку зрения.

«Я свободен от своего незрелого тела», — заключил он.

Взрослым телом был Ню Чанг, но в то же время и не Ню Чанг. Ситуация была сложной, поскольку Ню Чанг не верил ни во что, кроме себя.

Чтобы обойти ограничения системы, это взрослое тело создало совершенно новое существование, отличное от Ню Чанга.

Учитывая это, необходимо было придумать имя, которое отличало бы его от Ню Чанга.

Однако присвоение имени уменьшит его авторитет. Следовательно, и он, и Ню Чанг воздержались от навешивания на него ярлыков.

В повествовательных целях его будут называть Безымянным.

Это не было его настоящее имя, титул или прозвище; вместо этого он служил заполнителем, лишенным значения, оставляя его незатронутым.

Что касается Ню Чанга, то не настоящего, поскольку оба олицетворяли истинный Ню Чанг.

Он превратился в настоящее энергетическое ядро, которое Безымянный мог использовать.

Благодаря такому подходу Ню Чанг будет упорствовать в начальной сфере совершенствования, намеренно избегая продвижения в более высокий уровень, чтобы сохранить мощную поддержку своей системы.

При этом Безымянный мог преследовать свои желания, не опасаясь последствий, тем самым повышая свой уровень и привлекая внимание.

«Первая цель: достижение уровня Бога!» Несмотря на поддержку двух верховных святых в качестве источников энергии, врожденная сила оставалась в центре внимания.

Поскольку Безымянный был отдельной сущностью, он мог образовать кармическую связь с Ню Чангом. По мере повышения его уровня обратная связь, которую он получал от Ню Чанга, усиливалась.

Наделенный безграничной энергией системы, Безымянный без особых усилий повысил свой уровень во всех известных ему техниках совершенствования.

Несмотря на то, что он стремился не привлекать внимания, его беспрецедентная скорость совершенствования и множество техник, которые он освоил, неизбежно взбудоражили мир.

Вокруг него пронесся мощный порыв ветра, неуловимая сила, воплощавшая в себе суть Закона.

Наблюдая за этим впечатляющим проявлением силы, Ся Юэ не могла не желать понять это. Впервые ее охватило чувство возбуждения.

Пока Цю Юэ тупо смотрела, ей в голову пришла мысль: «Смогу ли я когда-нибудь помочь своему спасителю?»

Она могла чувствовать мощную ауру, исходящую от Безымянного. Однако по сравнению с ней самой ее аура была действительно сильнее — из-за ее статуса святой — хотя Безымянный все еще был далек от этого уровня.

В конце концов, ей оставалось только вздохнуть.

Воспользовавшись прямой связью со вторым мозгом, Безымянный смог плавно повысить свой уровень.

Дело не в том, что он не мог обзавестись собственным вторым мозгом; скорее, второй мозг Ню Чанга уже достиг огромного уровня. Без прямой линии снабжения навыком Невежества Смерти Безымянный погиб бы за секунду.

Это было то, с чем не могло справиться одно существо, по крайней мере, не для всех троих одновременно.

Направляя обратную связь напрямую через кармическую связь, затем через систему, затем к Ню Чангу и снова к себе, он обеспечил непрерывный запас энергии для своего повышения уровня.

Через сорок минут он успешно стал святым.

Затем, в течение дня, он вознесся на высший уровень существования: Божественность.

Точнее, он достиг подобия божества, так как не полностью овладел своим Законом. Его нынешнее состояние представляло собой ложную истину, поскольку он все еще пытался понять суть, которую искал.

Таким образом, с помощью своего второго мозга и собственной находчивости ему удалось хитроумно обмануть свой путь к божественности.

Он не пренебрег кулоном злых миазмов, небрежно превратив его в артефакт.

Его форма превратилась в небольшой аксессуар: два соединенных между собой полукруга, образующих основной корпус, сопровождаемые замысловатой красной центральной частью.

Так появилась Красная Судьба.

Его функция была проста: вовлечь людей из окружения Безымянного в формирование с ним кармических связей, которые затем перенаправятся к Ню Чангу.

Он повесил Красную Судьбу себе на пояс.

«Пойдем», — Безымянный поманил двух своих последователей.

«Нам нужно подготовить почву».

С этими словами они телепортировались из мертвой зоны.

Небесный мир Дао.

Оно напоминало любое типичное царство Сянься: плавающие континенты, обильная духовная ци и пейзажи, напоминающие фэнтези.

В зависимости от местоположения будут проявляться различные природные явления.

Единственным сходством этих мест было наличие организаций, контролировавших определенные территории.

Это могут быть кланы, секты, организации, основанные на заслугах, или даже группы демонов.

Безымянный не торопился, чтобы насладиться волнующей жизнью главного героя, опытом, которого он никогда раньше не испытывал. Спешки не было, учитывая, что этот мир был запечатан.

Когда его взгляд охватил весь Небесный Мир Дао, он наметил для себя путь.

У него не было намерения снова посещать места, где он уже побывал; он просто стремился выполнить свой список желаний и облегчить скуку.

Покинув мертвую зону, они прибыли в самый южный регион Небесного Мира Дао.

Это место было морем, но оно было известно как Южное море, а не Бесконечное море.

Вопреки ожиданиям, правитель Южного моря не принадлежал к расе драконов; вместо этого им управляла раса медуз.

Возглавлял домен Зенит Небесный Бессмертный — вершина развития в этом мире.

Сама Императрица Медуз находилась в седьмом зените, однако одной ее силы было достаточно, чтобы ее клан доминировал над всем южным морем.

Красота моря заключалась в кристально чистой водной глади, с которой открывался вид на подводные пейзажи.

Вокруг плавали различные демоны с частично человеческими телами, занятые своими делами.

Большинство этих существ по своей природе были демонами-медузами, обладавшими человеческими верхними телами, в то время как их нижние половины оставались щупальцами медуз.

Самки сохранили форму зонтика в виде элегантных юбок, а самцы скрутили щупальца вместе, образуя пары ног.

Были также демоны-крабы, демоны-креветки и различные виды демонов-рыб.

«Спрячьте свою ауру», — приказал Безымянный двум своим последователям, призывая их скрыть свои ауры. Он стремился создать сценарий, в котором другие не замечали бы истинных масштабов своих способностей — ситуации, которой можно было бы избежать, если бы главный герой использовал часть своего интеллекта для управления своей внешностью.

Что касается самого Безымянного, то он не видел необходимости менять свою внешность. Своим небесным лицом, даже в простых одеждах, он стоял выше остальных.

Таким образом, это зависело от того, будет ли кто-нибудь достаточно наивен, чтобы признать, что у него нет уровня развития, учитывая, что он проявлял лишь ауру смертного.

Помня об этом, он повел двух своих спутников скользить над морем в обычном темпе.

Поскольку жители мира Небесного Дао следовали обстоятельному пути совершенствования, они оставались незнакомыми с аурами совершенствования старого мира.

Поскольку троица не сочла нужным скрывать себя за пределами своей ауры, вскоре они привлекли внимание.

Волна воды хлынула вверх, и в поле зрения появились пять демонов.

Трое из них были демонами-медузами, а впереди — красивый молодой человек. За ним следовали две красивые женщины, каждая из которых излучала уникальную ауру.

Двумя другими демонами были демон-осьминог и демон-акула.

Демон-осьминог имел голову осьминога поверх человеческого мужского тела, а демон-акула напоминал акулу-гуманоида.

Не вступая в диалог, демон-акула приблизился и проревел: «Стой!»

Веселье захлестнуло Безымянного, хотя он сохранял пассивное поведение, внимательно наблюдая за их действиями.

В ответ на команду Безымянный прекратил бегство, двое его последователей следовали за ним.

Красивый молодой демон-медуза не удостоил Безымянного взглядом; вместо этого он оценивал товарищей Безымянного с видом превосходства.

Тем временем два других демона-медузы были очарованы появлением Безымянного. Однако, осознавая свою роль лишь слуг своего молодого господина, они сдержали свои порывы.

Напротив, демон-осьминог, известный своими эксцентричными вкусами, тяжело дышал, устремив взгляд на небесную красоту Безымянного.

Он отправил голосовую передачу главному демону-медузе. «Молодой господин, вас не интересует этот человек-мужчина, верно? Не могли бы вы рассмотреть возможность предоставления его мне?»

Естественно, Безымянный услышал эту голосовую передачу, и его охватило чувство отвращения. И все же он предпочел молчание, просто наблюдая за разворачивающимся зрелищем.

Услышав просьбу своего подчиненного о человеке мужского пола, молодой мастер-медуза наконец слегка перевел взгляд на Безымянного. Он кивнул, прежде чем ответить.

«Он неплох. Моя пятая тетя любит привлекательных домашних животных, поэтому я не могу отдать его тебе. Однако я дам тебе награду позже», - заявил он открыто, не обращая внимания на какую-либо секретность в своем тоне.

Подавляя своим авторитетом желание расследовать эту «пятую тетю», Безымянный наконец-то получил возможность по-настоящему оценить характер молодого мастера.

«Не удосужился расспросить о происхождении других и не принять меры предосторожности. Действительно, настоящий молодой мастер. На протяжении всей своей жизни ему потворствовали, и он не обращает внимания на опасности этого мира. Ему повезло, что его пути со мной пересеклись, — задумался Безымянный.

«Человек, ты не прислушиваешься к словам моего молодого господина?» демон-акула, выступающий в роли лающей собаки, повторил еще раз.

Безымянный улыбнулся, воздерживаясь от глубокого изучения биографии молодого мастера. Он хотел разгадать тайну этой загадочной фигуры.

«Эти люди все еще находятся в сфере Слияния Пустоты. Несмотря на то, что молодой мастер скрывает свой истинный уровень развития Вознесения Скорби, нет необходимости его запугивать, верно?» Безымянный задумался.

Следовательно, Безымянный изменил свою ауру, чтобы она напоминала сферу формирования души. Это был всего лишь один значительный уровень ниже царства Слияния Пустоты.

— А кто бы ты мог быть? — спросил он, сохраняя элементарную порядочность.

«Вы двое, измените свои ауры, чтобы они соответствовали царству Вознесения Скорби», — приказал Безымянный двум своим товарищам настроить свои ауры.

В ответ в их сознание хлынул кладезь информации, разъясняющей путь совершенствования этого мира Небесного Дао.

Не подозревая о намерениях своего хозяина, двое последователей выполнили его указание.

Впоследствии их умы захлестнула свежая волна информации, подробно описывающая знаменитую игру свиноядного тигра и невидимой горы Тай.

Ся Юэ, внешне непоколебимая, не могла не усмехнуться про себя.

Что касается Цю Юэ, она хотела помочь своему спасителю, но почувствовала себя еще более бессильной, осознав, что нет никого, кто представлял бы для него угрозу. В результате ей пришлось играть свою роль.

«По крайней мере, в этой пьесе я могу помочь своему спасителю».

«Как смеет простой демон Слияния Пустоты стоять передо мной?» Ся Юэ, с ее властным поведением, не нашла необходимости притворяться. Для нее, кроме ее учителя и ее товарищей-учеников, все остальное не имело значения.

Не сдерживаясь, она начала немедленную атаку. Вызвав огонь на ладони, она двинула ее вперед.

Огонь превратился в изящный цветок, нацелившийся на группу из пяти человек.

При этом она продемонстрировала мощь грозного эксперта в сфере Трансцендентной Скорби.

Демон-акула испытал изумление, почувствовав ауру Трансцендентного Скорби, исходящую от рыжеволосой женщины. Собравшись с духом, он взял на себя роль защитника своего молодого господина.

Две горничные-медузы дрожали от страха, пораженные шоком.

Однако молодой мастер не проявил никакой заметной реакции; вместо этого он извлек предмет из своего пространственного кольца. Это оказалась жемчужина с полированной поверхностью, воплощающая в себе спектр пяти цветов.

Влив свою ци в жемчужину, он призвал воду, чтобы противостоять атаке Ся Юэ.

Он едва устоял перед нападением.

В глазах молодого мастера светилось волнение, когда он оценивал огромную силу Ся Юэ. Его стремление завоевать ее росло.

Он незаметно запросил подкрепление.

Затем, небрежно взмахнув рукой, он заявил: «Как вы смеете нападать на членов моей расы Медуз в Южном море! Благодаря этому преступлению вы можете забыть о том, чтобы покинуть это место живым».

Его заявление прозвучало праведно, когда он вынул новые артефакты из своих пространственных колец и раздал их своим подчиненным.

«Хватайте их всех!» — скомандовал он, приписывая своим подчиненным новое чувство храбрости. Эти артефакты относились к уровню Трансцендентной Скорби — по пять штук каждый. Более того, они верили, что их молодой хозяин обладает еще более мощными бессмертными артефактами.

Внутренне вздохнув, Цю Юэ воспользовалась моментом, чтобы сиять. Она приняла ледяное выражение лица, создавая волну бледно-белой ци.

Не поддавшись ее нападению, решительный демон-осьминог и демон-акула ответили своей вновь обретенной силой.

Тем не менее, когда их атака столкнулась с бледно-белой ци, страх окаменел на их лицах, и жизнь ускользнула из их тел.

Теперь настала очередь Безымянного. «Молодой человек, разве ты не знаешь, что есть небо над небом? Сейчас я покажу тебе, что это значит»

Он сохранил доброжелательность, подобающую его высокому статусу.

Морской бриз плавно нахлынул на лицо, и выражение лица молодого мастера медуз не изменилось.

«Хотя она мгновенно убила их, она все еще находится в сфере Трансцендентности Скорби. С помощью моего бессмертного артефакта мне не о чем беспокоиться. Вместо этого я должен тратить их время до прибытия подкрепления», — подумал он, спокойно формулируя свой план.

Именно тогда выражение лица молодого мастера начало проявлять признаки изменения.

Он выглядел несколько шокированным, намекая на легкую нервозность, когда спросил: «Кто ты?» Тем не менее, он сохранил свою храбрость.

«Знаешь, что ты только что сделал? Ты только что убил членов моего великого Южного моря!»

Безымянный, который обычно не любил затягивать сражения, уже убил бы молодого мастера, прежде чем тот успел осознать, что только что произошло. Однако, поскольку теперь он хотел насладиться зрелищем, он позволил ему развиться глупым образом.

«Здесь так много ошибок, как с моей, так и с вашей стороны. Как можно выжить в этом мире с таким небрежным отношением?» Безымянная мысль мысленно покачала головой, пока он подыгрывал, чтобы тратить время на молодого мастера.