Выступая в роли идеального злодея Bomga Eul Его звали Монстром в железной маске, Дьяволом Северного фронта и Улыбающимся палачом — и за каждым прозвищем тянулся след из врагов, которых он успел нажить. Покажи хоть тень слабости — и тебя разорвут на части, быстро и без пощады. Поэтому, как бы мне ни претила эта мысль, как бы я её ни ненавидел, я обязан сыграть «Джулиана» безупречно. Придётся стать тем самым жутким, ненормальным типом с прищуренными глазами, которого трепещет вся империя. Черта [Вежливая речь]: Вы неизменно обращаетесь ко всем — от детей до стариков — с уважением. — Может, хватит разговаривать с самим собой? ==================== От фаната до хейтера — Понятно. Так значит, это были вы, черный рыцарь. Павший герой, Хэйден Райх, звезда, упавшая с неба. Из-под покрытых кровью черных доспехов послышался насмешливый голос. Вытерев окровавленный меч носовым платком, он горько усмехнулся. — Значит, даже вы, которого народ когда-то прославлял как героя, дошли до такого. Разве вы не должны были подготовиться лучше, раз вас возносили как героя? Если бы вы позаботились о своей безопасности в этом великолепном особняке, этой трагедии бы не случилось. Рядом с упавшим телом, прямо рядом с мужчиной в черных доспехах, лежала женщина в луже липкой крови. — Такая жалкая тварь, не знающая своего места. Похоже, она долго не протянет. — Джулиан... — Да. — Пощади Ринне... Разве я не служил империи верой и правдой как рыцарь? Так что, пожалуйста... Глухой звук. Прежде чем Хэйден Райх, черный рыцарь, успел договорить, Джулиан вонзил свой меч в сердце женщины. Женщина, едва живая, теперь совсем перестала двигаться. Она перестала дышать. — Всегда полностью прерывайте дыхание своего врага. Разве не этому учил наставник? — Тогда... не мог бы ты также безжалостно прервать и мое дыхание, своего наставника? Слова Хэйдена были встречены ухмылкой Джулиана. Хотя в его прищуренных глазах не было ни капли тепла, его вид напоминал демона, на которого надели клеймо. — Это не так уж и сложно. Он взмахнул мечем. Жестоко, как будто это было чем-то само собой разумеющимся. *** — Ни за что, сейчас не время для шуток! Я выплеснул свое недовольство, глядя на монитор и недоверчиво наблюдая за абсурдным развитием событий. Содержание видео, которое я только что посмотрел, было просто невероятным. Это провокация для фанатов, которые до сих пор любили игру? — Почему Хэден так бессмысленно умирает в трейлере DLC*? *дополнение к основной игре, которое можно загрузить отдельно Эта мысль внезапно пришла мне в голову. Эти парни вообще думают о том, как заработать деньги? Видео, которое я смотрел, было трейлером DLC для игры от "Promwell Soft" под названием "Давайте убьем Повелителя Демонов прямо сейчас". Я сжимал кулаки в предвкушении выхода DLC к долгожданной игре. Но когда вышел трейлер, мое волнение улетучилось, сменившись отвращением и разочарованием. И на то есть веские причины. — Он - главный герой, Хэйден Райх! В "Давайте убьем Повелителя Демонов прямо сейчас" главным героем является 'Хэйден Райх'. Но в трейлере DLC он превращается в хладный труп. Основная часть - это знаменитая игра, которая привлекла внимание людей своим разнообразным ИИ, различными историями, великолепным экшеном и многими другими привлекательными элементами. У игры огромное количество поклонников по всему миру, в том числе и в Корее, и я был одним из них. Больше всего я полюбил эту игру из-за ее персонажей. Точнее, мне очень понравился главный герой, 'Хэйден Райх'. "Герой Северного фронта, гений охоты на демонов". В мире отчаяния, постоянно терзаемом демонами, он был самым сильным. Конечно, это естественно, что главный герой должен быть сильным, но что мне понравилось в нем, так это его благородное и героическое поведение даже в безвыходных ситуациях, ведущее не только его, но и всех к надежде на будущее. И вот теперь такая живая легенда и главный герой произведения, 'Хэйден Райх', умирает так бессмысленно? — "Еще и от рук Джулиана?" —Дальний родственник престижной семьи Крайпарт и рыцарь, воспитанный главным героем - 'Хэйденом Райхом'. После того как Хэйден научил его выживать на Северном фронте, он становится выродком, который обращает меч против своего наставника, ослепленный эгоистичными желаниями. В итоге, главный герой игры, Хэйден Райх, погибает от рук этого предателя. Это был слишком тусклый конец для главного героя, который до сих пор возглавлял столь известную работу. Я был в ярости от ошибки производственной компании 'Promwell Soft'. — Это просто невероятно... Хотя это всего лишь персонаж в игре, 'Хэйден Райх' меня вдохновлял. Дворянин, который отправился на Северный фронт Империи, чтобы гарантировать, что никто больше не пострадает от потери семьи из-за 'Демонов', как он. Черный рыцарь, который величественно вершил собственную справедливость, не навязывая свою философию другим. Такой крутой главный герой заслуживает столь же грандиозного конца. Многие игроки, положительно оценившие эту игру, наверняка ожидали и хотели этого. Если они, как и я, испытали себя в роли Хэйдена Райха, исследуя мир, защищая империю, воспитывая ученика и ощущая теплое товарищество с компаньонами, то невозможно принять никаких исключений. Даже если он должен был умереть трагически, такой нелепый конец действительно непонятен. Как такой великий персонаж мог быть убит простым предателем-учеником, который не может думать ни о чем, кроме как нанести удар в спину своему наставнику? Любой, кто играл в игры, знает, что это не имеет смысла. Но увидев, как компания, создавшая игру, выкладывает такой трейлер для DLC, я не мог не разозлиться. Это сравнимо с оскорблением для фанатов игры! [Похоже, Джулиан - главный герой этого произведения.] [Почему этот узкоглазый злодей стал главным героем тайтла?] [Должна быть какая-то причина. Кажется, они пытаются показать это в этой работе.] [Я доверяю Promwell Soft, поэтому для меня это однозначно предварительный заказ.] Комментарии были абсурдными. Казалось, всех волнует только факт выхода продолжения, а не 'нелепая смерть Хайдена Райха'. Среди них были даже те, кто защищал 'Джулиана Крайпарта Фрейсона'. Да, честно говоря, я тоже соблазнился новостью о DLC. Но так быть не должно. Разве это не то, против чего я, как фанат игры, должен протестовать? Но почему люди оправдывают это? [Вы хотите отменить предварительный заказ?] — Вздох... Нажав кнопку отмены предварительного заказа, я глубоко вздохнул, глядя на появившееся сообщение. была для меня не просто обычной игрой. Это было мое маленькое убежище, которое помогало мне забыть о стрессах, связанных с работой стажера. Игра была создана для того, чтобы погрузиться в образ 'Хэйдена Райха'. В любой ситуации, в любом эпизоде. Но чтобы вот так разрушить такое пристанище. [Ваш предварительный заказ был отменен.] И все же, что я могу сделать? Как простой геймер, я могу возразить против решения создателей только бойкотом. Только так я, как фанат игры, могу выразить свое недовольство. — Мне нужно полить орхидею. Я встал и полил орхидею, которую недавно начал выращивать в качестве хобби. Иногда, когда я чувствовал себя неспокойно, уход за орхидеей и вытирание ее листьев приносили мне успокоение. Неудивительно, что многие пожилые люди любят выращивать орхидеи. Уникальное чувство спокойствия, которое они дарят, успокаивает. Некоторые говорят, что выращивать орхидеи - все равно что лелеять душу. Надеюсь, что ты, по крайней мере, не станешь такой, как эта игра, и вырастешь сильной и крепкой. Динь! В этот момент из моего компьютера раздался звук уведомления. — Что это? Я приостановил свои действия и проверил. Это было сообщение с сайта, который занимается распространением игр. Отправителем был... — Promwell Soft? Создатели . Те самые, кто разбил мое убежище вдребезги. Щелкнув языком, я открыл сообщение. Это наверняка был автоматический ответ на мою отмену. [Здравствуйте] Но, вопреки моим ожиданиям стандартного автоматического ответа, сообщение оказалось на удивление простым. Просто легкое приветствие, ничего больше. [От создателей , Promwell Soft.] Пока я бездумно читал, пришло еще одно сообщение. [Да, я знаю.] [Вы - Ли Си Ху, который играет в нашу игру уже 5 лет, верно?] [Да, это так.] [Мы получили уведомление о том, что вы отменили предварительный заказ на DLC .] Действительно ли производственная компания отправит личное сообщение ради чего-то подобного? Ну, это уже совсем другое дело. Если они планировали сделать такую историю, то должны были предвидеть, что клиенты уйдут! Чем больше я думаю об этом, тем больше злюсь. Как они могли так бессмысленно убить главного героя? Может быть... они действительно не понимают, что сделали не так? Но я больше не хотел спорить об этом. Какой смысл говорить что-то человеку, который не понимает, что он сделал не так? Это все равно что бросать жемчуг на растерзание свиньям. И в тот момент, когда я увидел трейлер DLC и отменил предварительный заказ, вся моя привязанность к Promwell Soft растаяла как снег. Ожидать новой игры от компании, которая так бессмысленно испортила мою любимую игру, было не более чем напрасной надеждой. Как раз в тот момент, когда я собирался встать со своего места, пришло еще одно сообщение. [Похоже, на этот раз вам не понравилось направление сюжета, господин Ли Си Ху. Может, вы сами попробуете изменить сюжет?] Прочитав только что пришедшее сообщение, я насмешливо хмыкнул. Неужели они настроены так серьезно? Как низко они готовы опуститься... — А....? Грохот—! В этот момент из включенного монитора с громким звуком просочился неимоверный свет. Что происходит? Что здесь происходит? Компьютер ведь не сломался из-за этого сообщения? — Угх..Ааааа! Пока я пребывал в замешательстве, свет, исходящий от монитора, охватил всю комнату. Я поспешно принудительно выключил компьютер. Глухой звук. В ранее шумной комнате вновь воцарилась тишина. — Фу-ух... Что это вообще было... Я повернул голову и посмотрел на затихший монитор. Это явление не было обычным. Казалось, что свет пытается куда-то меня втянуть. Возможно, мне это показалось, но если бы я остался на месте, кто знает, какая невообразимая ситуация могла бы произойти. Я почувствовал, как ко мне подкрадывается чувство ужаса. — Слава богу, я успел среагировать. Если бы я просто остался там... Грохот—！ В этот момент все и произошло. Послышался звук чего-то ломающегося, и мое зрение начало расплываться. В отчаянии я огляделся. Ах. — "Что за....." Разбилась орхидея, которую я старательно выращивал. Я не уверен, что орхидея, которая стояла на столе, упала на пол, но горшок разбился, а почва была беспорядочно разбросана по полу. Естественно, орхидея, которую я лелеял и у которой я протирал каждые листочки каждый день, сломалась и обломилась от падения, став неприглядной. Хотя на мгновение я почувствовал себя подавленным, сейчас не было времени обращать на это внимание. — Почему я все ближе к полу? Глухой стук! Прежде чем я это осознал, я упал на пол, как орхидея. Я попытался встать, но мое тело не слушалось меня. — "Что такое... эй..." Мои глаза начали закрываться, как будто я был под наркозом. https://tl.rulate.ru/book/108664/?ref=258040 ---------- Ненавистный бастард (1) — Вздох... С плотно закрытыми глазами и ровным дыханием человек по имени Геранд Крайпарт вскоре снова начал идти по длинному, выложенному из камней коридору. Особняк был настолько ослепительно великолепен, что было сложно закрыть рот от ошеломления. Это место, источающее ауру, величественную, как у дворца, любой незнакомый человек восхитился бы им, как произведением искусства. Однако Геранд не чувствовал того же. Вместо этого его прошиб холодный пот. Представьте себе монстра, поджидающего в конце коридора, по которому он идет; любой почувствовал бы то же самое. — "Я не хочу идти. Я не хочу встречаться с ним." Негативные мысли начали заполнять его разум. Подойдя к двери, за которой ждал монстр, Геранд задумался, не лучше ли просто повернуть назад. — Господин Геранд, господин ждет вас внутри. Но теперь было слишком поздно поворачивать назад. Махнув рукой слуге, стоявшему у двери, он дал понять, что в указаниях не нуждается, Геранд поправил свой растрепанный наряд и толкнул дверь. Приемная, в которую он вошел, была оформлена еще более роскошно, чем коридор. Там мужчина поливал растения из лейки. — Орхидеи? Растение, которое поливал мужчина, действительно было орхидеей. Для владельца такого роскошного особняка это казалось довольно скромным увлечением. Словно услышав его бормотание, мужчина повернул голову. Первое, что бросилось в глаза, - это узкие глаза, в которых не было видно зрачков, и слабая улыбка в уголках рта. — Вы прибыли? Брат Геранд. — Да. Услышав мягкий голос, Геранд внутренне сглотнул слюну. Каждое его действие невозможно было игнорировать. Джулиан Крайпарт Фрейсон. Дальний родственник семьи Крайпарт, он был самым искусным фехтовальщиком в семье и родился монстром, отличавшимся холодностью и жестокостью. Его прозвище 'Улыбающаяся гильотина' было широко известно; не было человека, который не знал бы, что рука, держащая лейку, была запачкана кровью множества демонов и людей. Поэтому Геранд, несмотря на то что был старше и знатнее, боялся Джулиана. Он был демоном, который мог убивать демонов, людей и даже свою собственную семью, не моргнув глазом. — С твоей головой все в порядке? Геранд, изо всех сил стараясь скрыть свой страх, открыл рот и указал пальцем на голову Джулиана. — Я слышал, что ты был ранен в голову во время охоты на демонов на границе Империи. — Да. — Я слышал от врача, что ты, возможно, страдаешь от потери памяти... — Есть немного, но вам не о чем беспокоиться, брат. Геранд кивнул на слова Джулиана. — Кстати говоря, я слышал, что оставшиеся в живых члены семьи Хайранс, в которой ты недавно проводил чистку, попросили убежища в Священном королевстве Фернанда. — Семья Хайранс... — Ты их помнишь? Кажется, второй сын той семьи особенно недолюбливал тебя. В итоге, он погиб от твоей руки. — Прошу прощения, брат. Джулиан повернул голову. — Я не помню. Геранд вздрогнул от такого прямолинейного ответа: "Он не помнит." — Учитывая характер Джулиана, это заявление было сделано не бездумно. Число людей, которых он убил, слишком велико, чтобы их можно было сосчитать. Он как будто сомневался, можно ли вспомнить каждого из них. В то же время Геранд подумал: "Это сигнал не говорить о ненужных вещах и перейти к делу." — Перед этим узкоглазым чудовищем ложь казалась ничтожный, а сокрытие истинных намерений - бесполезным. Геранд тяжело сглотнул. Как сказал Джулиан, у его сегодняшнего визита была и другая причина. — Да, я знаю, что ты ранен, но... старейшины совета хотят, чтобы ты принял участие в качестве инструктора в сегодняшнем испытании на посвящении в 'Закрытые Глаза'. — Закрытые Глаза... Ха-ха. Геранда снова напугал отстраненный смех Джулиана. Словно смеялось чудовище, подражающее человеку. — Понятно. — Н-неужели... — Вы будете сопровождать меня, брат Геранд? Геранд кивнул. — Да, старейшины Дома Крайпарт приказали мне сопроводить тебя туда. Дом Крайпарт, один из четырех великих дворянских родов Империи, издревле ценил кровное родство. Все внимание было строго сосредоточено на прямых потомках, а если кто-то из боковых родственников переступал границы дозволенного, это не оставалось без внимания. Боковые родственники, каких бы успехов они ни достигли, никогда не признавались официальными членами семьи, и они очень не любили, когда те приобретали публичную известность. Поэтому, чтобы провести различие между прямыми и побочными родственниками, семья Крайпарт обязала использовать второе имя 'Фрейсон' для побочных родственников. Семья Крайпарт, доминировавшая в совете старейшин, желала, чтобы этот монстр, 'Джулиан Крайпарт Фрейсон', пал. Он был не только презираемым членом побочной семьи, но и чудовищем, способным убить даже новорожденного, если на то будет воля империи. То, что такое бессердечное существо носило имя семьи Крайпарт, было невыносимо для консервативного совета старейшин. Визит Геранда сюда также был одним из шагов, предпринятых с этой целью. Ходили слухи, что Джулиан потерял память в схватке с демонами. Задача состояла в том, чтобы проверить правдивость этих слухов и оценить его физическое состояние. — Наставление... наставление, хах... хаха. Улыбка снова появилась. По этой улыбке Геранд мог догадаться о мыслях Джулиана. Вероятно, этот отстраненный смех означал, что он все знает. Геранд почувствовал, как по позвоночнику пробежал холодок. — Понятно. Но вам же еще нужно немного времени? Чтобы переодеться и морально подготовиться, ведь с момента вашей последней работы прошло немало времени. — ...Ну что ж, тогда давай так и сделаем. У нас еще есть немного времени до начала испытания. — Но брат. Повернувшись, чтобы уйти, Геранд резко остановился, услышав голос брата. Осталось что-то еще? Ему казалось, что он изложил все причины своего визита. — Вы нездорово выглядите. На мгновение Геранд почувствовал непреодолимое желание крикнуть в ответ: 'Это из-за тебя!' — Я, я так выгляжу? — Да, это похоже на стресс. Как насчет того, чтобы попробовать вырастить это? Джулиан вдруг протянул горшок с растущей в нем орхидеей. — Ты имеешь в виду орхидею? — Это растение легко выращивать. Просто держите его в тени и поливайте только во время дождя, и оно будет цвести. Сардоническая улыбка играла на лице Джулиана, когда он произносил эти слова. Увидев эту улыбку, он почувствовал, что не может отказаться. - "Эта орхидея, если я о ней не позабочусь и она погибнет, значит ли это, что на кону окажется моя голова...?" Возможно, это предположение, но Джулиана не зря прозвали 'Улыбающимся палачом'. Будь то на северном фронте или в империи, он - безумец, который относится к жизни своих жертв как к игрушке. Если есть хоть какой-то повод, он, несомненно, взмахнет мечом. — Сп-спасибо............ — Не за что. Увидев зловещую улыбку Джулиана, Геранд неохотно взял горшок дрожащими руками. *** Глядя на угол приемной, заставленный орхидеями, я неискренне рассмеялся. Изначально я намеревался оставить только одну или, может быть, максимум две. Но, похоже, слуга неправильно понял мой приказ и превратил один из углов приемной в джунгли с таким количеством орхидей. Где они только нашли их столько? По крайней мере, мне удалось избавиться от одной только что. Это должно быть хорошим поступком - отдать ее тому, кто, похоже, нуждался в душевном покое. - "Судя по реакции Геранда, моя игра сработала." Бормоча себе под нос, я перевел взгляд на зеркало в глубине приемной. Что привлекло мое внимание, так это слабая улыбка, словно надетая маска, среди седых волос и повязок, обернутых вокруг головы. — С такими глазами удивительно, как хорошо я вижу. Это были узкие глаза, настолько совершенные, что зрачки были полностью скрыты. Бормоча себе под нос, я внимательно рассматривал 'себя', отражающегося в зеркале. 'Ходячее лицемерие', 'рассадник предательства' - все это обычно ассоциируется с "щелеглазым персонажем", и пришло мне на ум при взгляде в зеркало. По крайней мере, мне это отражение показалось злобным. Этот человек на самом деле не я. 'Джулиан Крайпарт Фрейсон.' Отвратительный злодей из игры, которой я был одержим и которую любил - 'Давайте убьем Повелителя Демонов сейчас'. Да, я стал Джулианом Крайпартом Фрейсоном из 'Давайте убьем Повелителя Демонов сейчас'. — "Играть роль Джулиана довольно легко." Короче говоря, мне не нравится этот персонаж. Нет, точнее будет сказать, что я его ненавижу. Он отплатил за доброту главного героя Хэйдена Райха враждебностью и, несмотря на вежливую речь, обладает лицемерным характером. В конечном счете, он - худший из персонажей, который даже оборвал дыхание Хэйдена в последний момент. Поэтому мне было очень легко играть Джулиана и вспоминать его реплики. — "Чем больше вам кто-то не нравится, тем яснее вы его помните." Но это не значит, что я доволен ситуацией. В первый день из-за головной боли я даже не смог встать с постели. Слуги и незнакомые люди приходили спросить, все ли со мной в порядке, а я, несмотря на головную боль, кричал, чтобы они убирались, что породило слухи о том, что у меня амнезия. Однако, похоже, это не повод для беспокойства. Сейчас важно то, что я стал персонажем игры 'Давайте убьем Повелителя Демонов сейчас'. — И именно из всех персонажей я должен был завладеть телом Джулиана. Да, все именно так. — Но преобразуется ли даже мой внутренний диалог в вежливую речь? Я сделал недоверчивое лицо и снова посмотрел на человека с узкими глазами в зеркале. === Джулиан Крайпарт Фрейсон Характеристики ⇒ Глаза-щельки ⇒ Вежливая речь ⇒ Покерфэйс ⇒ Доминирующее присутствие ⇒ Бесчувственный === Атрибуты персонажа ⇒ Невероятная интуиция ⇒ Цвет отречения ⇒ Прирожденный фехтовальщик https://tl.rulate.ru/book/108664/?ref=258040 ---------- Нежеланный (2) Джулиан Крайпарт Фрейсон. Этот сумасшедший, узкоглазый персонаж всегда говорил вежливо, но при этом никогда не был покорным. На самом деле он любил покрасоваться, обладая эксцентричным эго. Интерьер особняка, наполненный экстравагантными произведениями искусства, обрамлениями и драгоценностями, был тому подтверждением. Даже одежда, которую он носил, была достаточно громкой, чтобы доказать это. Открыв шкаф, я обнаружил множество невероятно яркой одежды. — Вы с ума сошли? Вы... Трудно было найти нормальную одежду, даже не смотря на мой непридирчивый вкус. — Думаю, лучше выбирать менее заметные. Я надел относительно приличную одежду. Кобальтово-синее пальто, серая рубашка и черные перчатки. Даже потенциально чрезмерное сочетание цветов выглядело на 'Джулиане' стильно. — Он на 10...нет, на 20 сантиметров выше? Признаюсь честно. Он красавчик. Исключительный. Хотя в его узких глазах чувствовалось что-то зловещее. Или, может быть, это только мое восприятие. С неохотой я признаю, что он 'немного' лучше меня прежнего. — Нужно уже выходить... черт, черт! Проклятье... Ругаясь под нос, я собирался выйти на улицу. Мой взгляд привлек меч на стене недалеко от входа. Ножны были украшены замысловатыми узорами, соответствующими характеру Джулиана, но рукоять была на удивление простой. Насколько я помню, Джулиан был худшим из худших, но он был искренне предан своему мастерству фехтования. — Джулиан не был бы так глуп, чтобы выйти на улицу без меча... И правда попал. Шлеп. Отвесив самому себе пощечину за автоматически вежливую речь, я повесил меч со стены себе на пояс. *** В карете ехал третий сын семьи Крайпарт, Геранд, его лицо было наполнено тревогой и беспокойством. Все потому, что его попутчиком в карете был Джулиан. Он член Закрытых Глаз, эксклюзивной королевской организации. Это организация, которая тайно выполняет задания королевской семьи, а также является частью Имперской гвардии, Золотой армии. Поэтому, чтобы вступить в нее, нужно обладать значительным боевым мастерством. Естественно, это мастерство далеко от обычного. При желании они могут легко расправиться с демонами или рыцарями. Конечно, если бы дело было только в этом, Геранд не был бы так напуган. В империи Адратан много могучих воинов. Геранд сам видел и встречал немало таких. Однако причина, по которой он боялся Джулиана, была одна. — "Этот меч также может быть обращен против меня." Джулиан без раздумий замахнулся бы своим мечем на любого, если таков будет приказ королевской семьи. Он не думал бы ни о каких отношениях или интересах. Никаких человеческих эмоций или личных мыслей. Он убивал просто потому, что таков был королевский указ. В результате кровь на кончике меча Джулиана принадлежала не одной или двум жертвам. Среди них были даже высшие вельможи империи. — "Бешенный пес королевской семьи..." Достаточно было услышать имя 'Джулиан', состоящее из трех слогов, чтобы по спине дворян пробежали мурашки. Многие проклинали его, желая ему смерти. Ехать одному в карете с таким человеком? Это, несомненно, пугающая ситуация. — Брат Геранд. Среди тревожной тишины Джулиан внезапно заговорил. — А, да? — Куда мы направляемся? — Что ты имеешь в виду? — Место, где проходит вступительное испытание в 'Закрытых глаз'? — Ах...Ах, а-ах! Геранд, чей разум был полон мыслей о том, почему Джулиан разговаривает с ним, наконец пришел в себя. Он пробормотал ответ дрожащими губами. — Оно... оно должно состояться на тренировочной площадке академии Байер. — Академия Байер......... — Кстати, а ты разве не выпускник академии Байер? — Ну, это было довольно давно, так что я мало что помню... Скрип, скрип! Пока Джулиан говорил, карета внезапно с шумом остановилась. — ...... Что происходит?! — Изв-извините! Просто... какие-то дети внезапно выскочили перед нами! Кучер с видом несправедливости ответил на колкий вопрос Геранда. — Дети выскочили? С лошадью все в порядке? — Да, да...... — Тц... Они что, невоспитанные отродья, раз так просто прыгают перед каретой? Геранд щелкнул языком. Он, как и другие дворяне, захваченные чувством принадлежности к избранной элите, не питал особой любви к простолюдинам. — Что нам делать, милорд? — А что еще можно сделать? Скажите им, чтобы убирались с дороги прямо сейчас...... В этот момент дверь кареты открылась. — Джулиан? Геранд увидел, как Джулиан выходит из кареты. Все так же жутко улыбаясь, он направился к передней части кареты, где только что произошла суматоха. — Почему, почему ты это делаешь, Джулиан? Несмотря на вопрос Геранда, Джулиан покинул карету, не сказав ни слова. Геранд, наблюдая за ним, заметил меч в ножнах на поясе Джулиана. Богато украшенные ножны отражали индивидуальность их владельца. Мириады мыслей пронеслись в голове Геранда. Джулиан Крайпарт Фрейсон. Не зря жители империи называют его 'Смеющейся гильотиной'. Он - палач без эмоций. Безумец и убийца, способный убить даже собственную семью по приказу королевской семьи. Даже пустяковый случай может привести его в ярость, и невозможно предугадать, что произойдет. Он может убить даже простолюдина, ребенка, просто за то, что тот остановил карету. - "Но все же... точно, нет." Мысль 'точно, нет' внезапно пришла ему в голову, но Геранд быстро вышел из кареты. Он не мог придумать никакой другой причины для Джулиана покинуть карету при таких обстоятельствах. Он должен был вмешаться, несмотря ни на что. Даже благородный человек не может безрассудно убить простолюдина, особенно ребенка, без того, чтобы это не стало проблемой для общества. Более того, такой поступок не только плохо отразится на Джулиане, но и вызовет критику в адрес всей семьи Крайпарт. Естественно, Геранду, присутствовавшему на месте происшествия, тоже пришлось бы нести ответственность. В конце концов, его отправили следить за Джулианом и быть готовым к любым возможным инцидентам. — Джулиан......! Его голос, зовущий Джулиана, прервался. Ситуация, которой он так боялся, разворачивалась на его глазах. Мальчик и девочка, обоим около семи лет, прижались друг к другу, дрожа от страха. Джулиан посмотрел на них с непостижимой улыбкой. Пока что это не представляло большой проблемы. Настоящей проблемой было то, что рука Джулиана лежала на мече у пояса. Если его не остановить, может начаться кровавая баня. — "Ах.....!" Внезапно его осенила блестящая идея, и Геранд вскрикнул. — Вы проклятые отродья! Как вы смеете без страха блокировать карету благородного человека! — Изв-извините.........! — Думаете, простого извинения будет достаточно? Вот каковы простолюдины... ищут смерти, видимо! Прежде чем Джулиан успел начать действовать, Геранд решил взять ситуацию в свои руки. Он агрессивно обругал дрожащих детей, не давая Джулиану повода достать меч. Бросив взгляд на Джулиана, Геранд увидел, что тот все еще молча улыбается. — "......он хочет большего?! "— Неужели того, что он сделал, недостаточно? Как только Геранд замешкался, Джулиан двинулся с места. Его рука по-прежнему висела над мечом, а на лице застыла ледяная улыбка. У Геранда не было иного выбора, кроме как силой разрулить ситуацию, даже если это направит гнев Джулиана на себя. Защита чести семьи была превыше всего. — Проваливайте, проклятые простолюдины! Размахивая тростником и крича, перепуганные дети убежали. Это, по крайней мере, разрядило обстановку. Однако от одной мысли о том, что он может навлечь на себя гнев Джулиана, Геранда прошиб холодный пот. Затем Джулиан произнес: "Не нужно было так жестоко прогонять их." — ...... Пр-прости. Я просто не очень люблю детей. — Не нужно извиняться, ху-ху-ху. Эта ужасающая улыбка. — Жаль, если бы вы не испытывали к ним такой неприязни, мы могли бы отнестись к ним по-доброму. —"Прекрати лгать, монстр!" Геранд цокнул языком, но с одной стороны почувствовал облегчение. Казалось, ему все-таки не придется терпеть гнев Джулиана. Когда они оба вернулись в карету, кучер продолжил движение. В карете, как и прежде, воцарилась неловкая тишина. В это время Геранд размышлял о недавнем событии. — "Ходили слухи, что он потерял память, но его действия сейчас совсем не подходят под это описание.........." К счастью, ничего серьезного не произошло. Но Геранд был уверен, что, если бы он не вмешался, эти дети были бы убиты. Рука Джулиана лежала на мече, казалось, готовая в любой момент выхватить его. — "Может быть, слух о потере памяти был... чем-то, что этот парень намеренно распространил?" Возможно, он сделал это, чтобы устранить скрытых политических врагов, пользуясь случаем. Учитывая действия Джулиана до сих пор, было бы разумно заподозрить его. Когда эта мысль пришла Геранду в голову, по его позвоночнику пробежал холодок. Возможно, его неосознанно используют в качестве приманки в схеме Джулиана. — "Что за монстр............" Он хотел как можно скорее убраться отсюда. *** Громоздкий. Я потянулся, чтобы отрегулировать положение меча в ножнах на талии. Несмотря ни на что, я так и не смог привыкнуть к жесткой металлической текстуре. Каждый раз, когда я поправлял меч, я чувствовал на себе неловкий взгляд Геранда. — "Выглядит напуганным." В какой-то степени причина была ясна. Он ехал в одной карете с 'Джулианом', общепризнанным безумцем в игре. Это было все равно что путешествовать с необузданным убийцей, поэтому даже небольшое движение могло вызвать чувствительную реакцию. — "Но все равно быть таким суровым с детьми. Возможно, он и напуган, но все еще дворянин до мозга костей." Я вспомнил о детях, которые едва не попали под карету. Образ их панического бегства, подстегнутого бранью Геранда, вызвал чувство сочувствия. Я хотел поинтересоваться, не пострадали ли они где-нибудь. — "......Ха?" Тогда-то я и заметил это. Задумчиво наблюдая за Герандом, я увидел, как над его головой поднимается слабый туман. — Что это? — Что, что ты имеешь в виду............ Геранд ответил на мой вопрос с шокированным выражением лица. Судя по его реакции, он не заметил ничего необычного. — "Только я могу это видеть?" Пока я размышлял, туман начал приобретать цвет. Глубокий фиолетовый. Когда я сосредоточился, эмоции, исходящие от цвета, напрямую донеслись до меня. Это было глубокое чувство 'страха'. Особенность: "Цвет обмана" Ранг: Особый ▷ Вы чувствительны к негативным эмоциям, направленным на вас. ▷ Когда на вас направлены негативные эмоции, вы можете различать их как цвета. Кажется, это оно. Если вспомнить, то 'Джулиан' в этой истории обладал исключительной способностью улавливать эмоции других людей. Особенно он умел использовать чужие эмоции для создания выгодных для себя ситуаций. Он использовал 'страх', чтобы вывести из строя своих врагов без боя, и 'гнев', чтобы спровоцировать своих противников атаковать его первыми. Эта особенность, должно быть, сделала эти манипуляции возможными. - 'Прекрасно.' Это может оказаться полезным. — Джулиан, мы прибыли в академию Байер. — Уже? Я вышел из остановившейся кареты. Передо мной раскинулся огромный кампус с воздвигнутыми на нем величественными зданиями. Это была академия Байер, учебное заведение, основанное империей для воспитания талантов. Несмотря на то, что я приехал сюда не для осмотра академии, а для прохождения испытания на посвящение в 'Закрытые Глаза', это зрелище все равно вызвало чувство ностальгии. — Увидев ее воочию, можно сказать, что она впечатляет. — Что ты сказал? — Ничего, брат. Ху-ху-ху......... Зрелище, которое я видел своими глазами только в игре, вызвало на моем лице улыбку. Странно, но "фиолетовый туман" над головой Геранда, казалось, яростно колыхался. https://tl.rulate.ru/book/108664/?ref=258040 ---------- Последствия (1) Кампус "Академии Байер" был поистине величественным. По простой оценке, его площадь была сопоставима с площадью Ёидо. Это было место сбора самых выдающихся талантов империи, подходящее для колыбели высшего образования. — Каково это, Джулиан, посетить свою альма-матер после стольких лет? — внезапно спросил Геранд во время экскурсии по Академии Байера. ([«Альма-матер» — введено в обращение в середине 14 века, как синоним слов университет, институт. Кстати, в более позднее время так стали называть и школы]) — Неплохо. — Правда? Пурпурный туман, обозначающий «страх», все еще яростно трясся. Я понимал его чувства, но это было немного несправедливо, поскольку на самом деле я ничего не сделал. Я только ответил на его случайный вопрос. — Теперь можешь идти обратно, брат. Я ценю, что ты нашел время, чтобы привезти меня сюда. — О, нет. Теперь, когда я здесь, мне хотелось бы посмотреть, как проводится вступительный тест «Закрытых глаз». Хм? Я думал, он так напуган, что захочет уйти как можно скорее… Было в этом что-то странное. Согласно моей черте «Цвет обмана», эмоцией Геранда определенно был «страх». Очевидная причина заключалась в его нежелании общаться со мной, «Джулианом». Однако его ответ предполагал какую-то другую причину, выходящую за рамки его воли. — "Это слежка?" Семья Крипарт, известная побочная ветвь, считала «Джулиана» занозой в боку. Его известность, в основном из-за позора, сделала его головной болью для семьи. Они, должно быть, жаждут найти любую причину, чтобы выгнать его. — "Они используют этот вступительный тест, чтобы следить за мной?" Конечно, я не могу позволить себе быть исключенным сейчас. Хоть я и овладел Джулианом, я не полностью овладел его боевым мастерством. Учитывая слухи о моей потере памяти, изгнание из семьи определенно ослабило бы любое сдерживание внешних обид. — "Те, кто затаил обиду, ухватятся за эту возможность." Этот узкоглазый злодей совершил немало ужасных поступков. На войне, не говоря уже о пытках пленных, Джулиан — злодей, убивший бесчисленное количество простолюдинов и дворян под предлогом королевского приказа. В империи немало тех, кто мечтает отомстить Юлиану. Если есть хоть малейшая возможность… — "Они сразу же нацелились бы мне в шею." Это стало очевидным, если просто взглянуть на Академию. — Это Джулиан…? — Один из членов «Закрытых глаз», Джулиан? — Почему королевский бешеный пес здесь? — Тихо! Говори тише и не смотри в глаза! Студенты перешептывались, увидев меня, и все с фиолетовым туманом страха над головами. Одного вида Джулиана было достаточно, чтобы вселить в них ужас. Хотя нынешний страх может действовать как сдерживающий фактор, учитывая скрытые эмоции, ситуация далеко не безопасна. — "Черт… как же я их понимаю." Я такой же антифанат Джулиана, как и они. Я мог бы на 100% сопереживать страху и скрытым негативным эмоциям. Но я не могу позволить себе показать это сейчас. Что я могу сделать, будучи «Джулианом». Я глубоко вздохнул от нежелательной ситуации, заставив Геранда рядом со мной заметно вздрогнуть. В этот момент мне почти стало его жаль. Стремясь избежать этой реальности, я поспешил к месту, где проводилось испытание на посвящение. Так продолжалось до тех пор, пока я не услышал позади себя мелодичный голос. — Здравствуйте, лорд Джулиан. Если бы не этот голос, я бы, возможно, продолжил: "Тот, кто осмелился приветствовать Джулиана, должен быть очень отважным." Повернув голову, я посмотрел на лицо высокой фигуры. Темно-синие волосы напоминали ночное море, а глаза были подобны изумрудам, вкрапленным в ее глаза. Эта была женщина такой красоты, что заставила бы любого мужчину взглянуть на нее еще раз. — …Эйлин? Эйлин де Донасьен. Одна из второстепенных персонажей в игре «Давайте убьем Повелителя Демонов прямо сейчас». Она была членом Магической башни империи Адратан и штатным профессором в Академии Байер. В юном возрасте 24 лет она была магическим вундеркиндом, способным управлять элементом «Золота» 5-й иерархии среди 5 элементов. В игре она появляется в истории академии, давая главному герою различные советы. Но почему… Почему Эйлин поприветствовала Джулиана? — "Джулиан и Эйлин были знакомы?" Я не знаю. Мои знания ограничены главным героем игры Хэйденом Райхом и его окружением. В любом случае, поскольку она инициировала контакт, я не мог просто стоять там. Я собирался поприветствовать ее как можно более естественно, когда туман над ее головой вспыхнул, как пламя. Он был темно-красным, почти черным, цвет, который я никогда раньше не видел. — "Этот цвет…" Я на мгновение был озадачен цветом этой незнакомой эмоции. Со временем, например, когда я начал часто видеть «фиолетовый туман», я начал смутно его понимать Ненависть. Острая, режущая эмоция сильно отпечаталась в моем сознании, отличная от страха. — "По какой причине?" Я не мог понять, почему Эйлин испытывала такие чувства - "Очевидно, произошло что-то, о чем я не знаю…" Незнание того, что произошло между нами, было проблематичным, но более тревожным было то, что этой эмоцией была «ненависть». Хотя это лучше, чем «враждебность», учитывая потенциальные риски, это не совсем хорошие новости. Страх может и не привести к внезапной агрессии, но ненависть, родственная враждебности, может привести к насилию в любой момент. — "Если Эйлин превратится во врага… это будет непросто." Она — волшебница высшего уровня в «Золотом элементе» 5-й иерархии. С изначальными способностями Джулиана я, возможно, и не проиграю сразу, но в моем нынешнем состоянии можно с уверенностью предположить, что у меня нет шансов. Поэтому я не должен показывать никакой слабости. Мне нужно было идеально изобразить Джулиана, настолько сильного, чтобы это противоречило слухам о моей амнезии. — Полукровка из семьи Донасьен, кто дал тебе разрешение говорить со мной? Я понял, что сказал, только после того, как слова сорвались с моих уст. Этот ублюдок действительно заслуживает того, что бы с ним ни случилось. Проблема в том, что это я. Проклятие. *** Для волшебника принадлежность к побочной линии — пожизненное невыгодное положение. Волшебники придавали большое значение чистоте маны, накопленной в организме на протяжении поколений. Естественно, считалось, что это благословение наследуется только прямыми потомками, а не боковыми линиями. Среди волшебников часто говорили, что в боковых линиях присутствуют примеси. Однако в реальных магических способностях существенной разницы не было. Это была просто дискриминация, преобладающая в волшебном обществе, которое ценило родословную, устаревшую традицию. 'Бастард.' Эйлин слегка прикусила губу. На ум пришли предыдущие слова Джулиана о ней. К ней применили уничижительный термин: «полукровка семьи Донасьен». Несмотря на то, что она достигла выдающихся успехов в обращении с «Золотым» элементом 5-й иерархии в молодом возрасте, к ней относились как к низшей, потому что она принадлежала к боковой ветви семьи Донасьен. Половина ее крови была кровью простолюдина, не связанной с магией. — "Сказать слова, которые я ненавижу больше всего, так беспечно…!" Было ошибкой признавать его. Она подошла к нему, чтобы спросить о его благополучии, услышав слухи о том, что он повредил голову, охотясь на демонов высшего уровня, но его презренная натура не изменилась. Он был воплощением грубости и высокомерия, без следа смирения. — "Он сам из боковой линии, как и я!" Больше всего ее раздражало то, что он, находясь в такой же ситуации, как выходец боковой линии, разговаривал с ней в такой манере. Эйлин сжала кулак и дрожала, глядя на тренировочную площадку, где проводился вступительный тест «Закрытые глаза». Ее присутствие там, профессора магии академии, было не без причины. Она стала свидетельницей падения Джулиана, члена «Закрытых глаз» и печально известной фигуры в семье Крайпарт, известной как «Смеющаяся гильотина». — "Хм, он даже не подозревает, что вступительный тест может оказаться ловушкой." Эйлин тонко улыбнулась. Среди претендентов, собравшихся на тренировочной площадке, был второй сын семьи Торсо, тесно связанной с семьей Крайпарт. Чтобы присоединиться, нужно было получить признание инструктора посредством проверки навыков, традиционно проводимой посредством спарринга. Другими словами, в качестве инструктора Джулиану придется сразиться со вторым сыном семьи Торсо на вступительном тесте. — "Если сын семьи Торсо получит травму во время процесса, Совет старейшин не будет просто стоять в стороне." Семья Крайпарт, долгое время доминировавшая в Совете старейшин, искала повод исключить Джулиана, который был неприятной фигурой, несмотря на то, что происходил из побочной линии. Это испытание посвящения было больше похоже на постановочную пьесу, предназначенную для определенной цели. Даже Джулиану, находящемуся под защитой королевской семьи, было бы трудно избежать этого преследования. Тем более, что ходили слухи, что дворяне в Совете старейшин, объединенные своей целью, не позволят этому так просто спустить с рук. Джулиан должен был избегать появления на этом мероприятии любыми способами. Когда он наконец появился на тренировочной площадке, Эйлин ухмыльнулась. Однако, когда Джулиан окинул взглядом претендентов, он отразил ее выражение. — Так много претендентов на посвящение. Но все они просто мусор. От его слов претенденты и публика зашевелились, но никто не осмелился высказать свое недовольство. Их ошеломила странная, необъяснимая атмосфера. Наблюдая за этим, Эйлин вспомнила о прошлом. Время, когда она видела такое поведение в положительном свете. Впервые она встретила Джулиана во время учебы в Академии Байер. Тогда Джулиан был самым надежным старшим. Хотя всего на год вперед и имел клеймо выходца из побочной ветви, он сиял ярче других прямых потомков и был полон доброты. Он быстро стал многообещающим талантом империи благодаря своему беспрецедентному мастерству фехтования. В ситуации, когда бастарды, часто отчаявшиеся по поводу своего происхождения, обычно оказывались середнячками, Джулиан был исключительным человеком. Особенно для Эйлин, которая хотела избавиться от своего «побочного» ярлыка и добиться признания, он был объектом восхищения. Она буквально боготворила его, веря, что он может изменить общественное мнение о боковых линиях. В то время Эйлин была слишком юна, чтобы различать «восхищение» и «романтическую привязанность». Поэтому она… О своих чувствах она сообщила в любовном письме Джулиану... — Ааааа! — вспомнив свою темную историю, Эйлин схватилась за голову и беззвучно закричала в агонии. Она неудержимо дрожала, смущенная этим воспоминанием — Фух… — она наконец успокоилась, отдышавшись. В любом случае, Джулиан в те времена отличался от нынешнего. Джулиан когда-то считался личностью, которая могла представлять множество коллатералей, ценила честь, была благоразумной и обладала значительным талантом. Однако, вопреки ожиданиям, Джулиан стал предателем. Из маяка надежды для коллатерального дворянства он стал бешеным псом королевской семьи, печально известным тем, что убивал даже детей ради своего восхождения, накапливая позор за свою честь и успех. Этот путь запятнал его репутацию, особенно среди таких пособников, как Эйлин, у которых возникла к нему сильная неприязнь. Уже имея дело с негативным восприятием, дурная слава Джулиана усилила убеждение, что "выходцы из побочных ветвей - проблема". — "Так будет лучше. Лучше будет, если его лишат дворянского статуса." Хотя Эйлин была немного обеспокоена недавними слухами о его несчастном случае, на этом все. Подтвердив, что с ним все в порядке, хотя и отрицательно, она надеялась, что это станет возможностью для его падения, гарантируя, что он не сможет снова подняться. Казалось, для него нет выхода из этой ситуации. — "Метод подчинить кого-то на дуэли, не причинив вреда? Такое маловероятно…" — Надеющиеся на посвящение… В этот момент по тренировочной площадке раздался спокойный голос. Все, включая Эйлин, обратили внимание на говорившего человека, Джулиана Крайпарта Фрэйсона. — Знаете ли вы, какой звук издает человек, когда умирает? От этой фразы все вздрогнули от страха. В этот момент Эйлин поняла, что что-то было ужасно неправильно. Она сильно его недооценила. https://tl.rulate.ru/book/108664/?ref=258040 ---------- Последствия(2) Глядя на собравшихся на тренировочной площадке претендентов, я не мог не улыбнуться про себя. — "Я сделал это. Я действительно это сделал!" Будем честны. О том, что испытание на посвящение в «Закрытые глаза» включает в себя дуэли, я узнал только после прибытия сюда. Хотя я и принес меч, это было сделано лишь для того, чтобы продемонстрировать характер «Джулиана»; я никогда не думал, что мне действительно придется его использовать. Узнав от гида, что тест включает в себя бои, мой разум опустел. В конце концов, я находился в облике «Джулиана», но не был им на самом деле. Сначала я думал о побеге под предлогом травмы. Но это был не вариант. Присутствовало слишком много людей, которые знали Джулиана. С уже циркулирующими слухами о моей потере памяти и сниженных возможностях, проявление любой слабости могло бы полностью загнать меня в угол. Тем более, что там были люди, которые уже нацелились на Джулиана. Для меня это была бы верная смерть. — "И с существующей переменной я не могу поступать опрометчиво." Единственный человек, который питал к Джулиану «ненависть», а не «страх». — "Эйлин де Донасьен." Она была среди тех, кто наблюдал за испытанием посвящения. Незнание того, почему она испытывала такие эмоции, еще больше усложняло проявление какой-либо уязвимости. Она могла превратить свое «отвращение» во «враждебность» и напасть после этого события. Как я уже упоминал ранее, нынешний я, «Джулиан», не обладает никакими реальными средствами сопротивления. Если бы она решила действовать, я был бы беззащитен. — "Этого не должно произойти." Поэтому мне нужно было что-то доказать в этом вступительном тесте. — "Например то, что я, Джулиан, все также ужасен." Итак, я решил открыто спровоцировать их. Терять мне было нечего, я полностью вжился в характер Джулиана и сыграл идеально. К счастью, это, похоже, сработало, поскольку атмосфера стала ледяной. И вот, наконец, заговорил один из тех, на кого я возлагал надежды. — Вы имеете в виду… какой звук издает человек, когда умирает, лорд Джулиан? — Да. — Почему вы вдруг об этом спросили? Я посмотрел на него с улыбкой, небрежно проверяя туман, поднимающийся над его головой. Фиолетовый. «Страх», который я ожидал, появился. Хорошо, я продолжу. — Каждый, желающий присоединиться к "Закрытым глазам", должен знать, что это место пропитано запахом крови больше, чем любое другое в империи. Все дружно сглотнули, явно напряженные. Не было никаких признаков подозрений. Естественно, все слова, которые я произнес, были настоящими строками, сказанными «Джулианом Крайпартом Фрэсоном» в произведении. — Судя по вашим лицам, вы, кажется, совершенно не в курсе. Подумать только, вступить в "Закрытые глаза" с таким настроем... хухуху. Я продолжил действовать, не останавливаясь. — Тогда, как ваш старший, я дам вам возможность испытать это. Это может показаться пустой риторикой, призванной запугать. Однако бессмысленность слов может меняться в зависимости от говорящего. Прямо сейчас я Джулиан. Они не могли не знать, какое значение имело это имя. На самом деле, они, вероятно, знали это лучше, чем я, пережив реальность, а не просто прочитав о ней в книге. Итак, я использовал это в своих интересах. — Начнем тест на посвящение. Условие прохождения — убить меня. Тест закончится, когда я умру или… когда не останется ни одного претендента. Я с яркой улыбкой посмотрел на претендентов, собравшихся на тренировочной площадке. — Угх. Фиолетовый туман. Их "страх" стал более отчетливым, когда они поняли значение моих слов. Я оглядел лица каждого из них. На их лицах был заметен не только "цвет эмоций", но и цвет страха. "Подчинение через страх." Это была лучшая стратегия, которую я мог использовать, чтобы выпутаться из сложившейся ситуации. Последний ультиматум, использующий печально известный образ «Джулиана», имени, известного своей дурной славой. — "Если не хотите умирать, просто сдавайтесь. Многие ли осмелятся бросить вызов самому сильному злодею империи?" — …Я-я сдаюсь. Эффект был мгновенным и однозначным. Один претендент, подавленный собственным страхом, заявил о своем уходе. Затем, следуя примеру... — Я тоже сдаюсь. — Я сдаюсь... тоже. — Я тоже. Один за другим претенденты в "Закрытые глаза" начали заявлять о своем выходе из участия. — "Уф, неужели у меня получилось?" С облегчением я приготовился завершить испытание. — Какая жалость. Успешных кандидатов нет. Сбежали, даже не попытавшись, хухуху. Я усмехнулся в сторону претендентов, которые даже не могли встретиться со мной взглядом. Хорошо, это было очень в духе Джулиана. Даже я, презиравший Джулиана, почувствовал озноб. Другим я, должно быть, казался в точности таким же, как сам Джулиан. Мой взгляд переместился на зрителей. Эйлин де Донасьен. Должно быть, она все ясно видела. Теперь она точно не могла начать питать к Джулиану более враждебных чувств, чем "ненависть", по крайней мере, это случится не так легко, как раньше. —"Ну как? Теперь ты больше не сможешь меня недооценивать... А?" Подождите, чего? На мгновение я чуть не потерял свою улыбку. Потому что он исчез. Цвет «ненависти», который так отчетливо присутствовал над головой Эйлин, исчез. Конечно, его исчезновение было приятным событием, но... —"Нет, если бы это сработало, ее бы охватил страх, верно? Или она хотя бы проявила некоторую настороженность…?" Я чего-то не знал? Сбитый с толку неожиданным поворотом событий, я наблюдал, как Эйлин покидает тренировочную площадку со странным выражением лица. — Отличная работа, Джулиан. — Лорд Джулиан! Вы прекрасно поработали! Ко мне подошел Геранд в сопровождении человека, похожего на рыцаря. Недолго думая, я положил руку на плечо Геранда, и тут же над его головой вспыхнул пурпурный туман. — Джулиан, что случилось…!? С моей чертой характера «Цвет обмана» проблем не было. Реакция Геранда была достаточным тому подтверждением. — "Значит, Эйлин стала ко мне совершенно безразлична?" Ситуация была непонятной. Я просто не мог ее понять. Покачав головой, я улыбнулся Геранду. — Вы много работали, брат. Гораздо больше меня. Я хотел улыбнуться, чтобы успокоить его, но он, похоже, еще сильнее испугался. *** Закончив вступительный тест и покинув академию, Геранд, третий сын семьи Крайпарт, беспокойно взглянул на фигуру, идущую рядом с собой. Это было похоже на то, как будто дьявол в человеческой маске улыбался, прогуливаясь по коридорам академии. — "Когда он собирается заговорить…?" Геранд почувствовал, как по спине потек холодный пот. Джулиан закончил испытание, не взмахнув мечом, что не было странным, учитывая его репутацию. Проблема была в том, что произошло потом. — "Вы много работали…?" После испытания Джулиан ответил на слова признательности Геранда словами: "Вы работали больше, брат". — Геранд точно знал, что это значит. Несмотря на травму, Джулиан взял на себя роль инструктора по тестированию из-за влияния Совета старейшин. План состоял в том, чтобы привлечь к тестированию второго сына семьи Торсо, что раскроет слабости Джулиана. Если слухи о его потере памяти были правдой, его сниженные навыки были бы раскрыты. Даже если слухи были ложными, это все равно пошло бы на пользу Совету. Ожидалось, что во время дуэли второй сын семьи Торсо получит травмы, что станет предлогом для изгнания Джулиана на северную линию фронта. Испытание на посвящение было не чем иным, как сценой, устроенной для того, чтобы поймать Джулиана. Однако всё пошло не так, как планировал Совет Старейшин. Джулиан знал о планах Совета Старейшин. Более того, он знал, что был входил в них. Однако он так и не начал допрос. Когда он начнет? Несмотря на отсутствие прямой конфронтации, Геранд почувствовал огромное давление, его плечи и шаги стали тяжелее. — "Все эти слухи о том, что ты потерял память, были ложью!" Не замечая или не обращая внимания на волнение Геранда, рыцарь, следовавший за ними с тренировочной площадки, продолжал расхваливать Джулиана. В обычной ситуации Геранд счел бы его шумным, но сейчас он не мог произнести ни слова. Страх что-то выдать заставил его держать рот на замке. — Но, лорд Джулиан. Знаете ли вы, что второй сын семьи Торсо также участвовал в этом испытании? — Второй сын семьи Торсо? Это неожиданно. Однако, когда заговорили о семье Торсо, Геранд больше не мог сдерживаться. — Разве второй сын семьи Торсо не должен иметь право участвовать в испытании «Закрытых глаз»? Неужели вы хотите сказать, что он не выдержал испытания и опозорил свое имя? — О, Геранд, сэр. Я не это имел в виду… — Не говори безрассудно, будучи стажером! Если ты не будешь помнить о взаимоотношениях между семьями Крайпарт и Торсо, ты можешь оказаться в большой беде… — Брат, мне кажется, вы реагируете слишком остро. Геранд вздрогнул, услышав замечание Джулиана. — М-моя реакция не была преувеличенной…! — Верно. Что действительно преувеличенно, так это семья Торсо. Действительно, довольно странно... — Что ты имеешь в виду? Улыбка, лишенная всяких эмоций. Она была ясной, но лишенной всяких сантиментов. Это было что-то почти сродни небытию. «Закрытые глаза» сохраняют строгий нейтралитет среди сложной политической паутины, опутывающей империю. Большинство его членов — простолюдины. Даже дворяне среди них — падшие люди, у которых нет никаких фракций. — Ты, ты правда член нашей семьи Крайпарт!? — А вы действительно так думаете? Я слышал звание «Бешенный пес императора» чаще, чем меня называли «Крайпарт». Геранд был ошарашен. Джулиан, хотя и носил имя «Крайпарт», никогда не был по-настоящему принят в качестве члена семьи, поскольку был из побочной ветви. Это был общеизвестный факт. — Думаете, я смог присоединиться к «Закрытым глазам», потому что королевская семья посчитала, что я смогу сохранять нейтралитет в любой ситуации? Пока Джулиан говорил, по спине Геранда пробежал холодок. — А что насчет второго сына семьи Торсо? Насколько я понимаю, даже если он пройдет первую фазу теста, он наверняка провалит стадию оформления документов. Маловероятно, что другая сторона не будет знать о факте, который знаю даже я. Разве это не странно? — Что ты имеешь в виду…? — Причину, по которой он прошел вступительный тест, зная, что, скорее всего, потерпит неудачу. Геранд низко опустил голову, слишком напуганный, чтобы смотреть прямо в лицо Джулиану. — Ху-ху, конечно, я не предполагаю, что здесь есть что-то подозрительное. В конце концов, как могла быть какая-либо нечестная игра при выборе членов «Закрытых глаз», организации, находящейся под непосредственным подчинением королевской семьи? Должно быть, это было простое недоразумение или что-то такое, о чем я не знал. — Э-э? Хлоп.хлоп. Вздрогнув от внезапного похлопывания Джулиана по плечу, Геранд поднял глаза. — Было бы действительно проблематично, если бы было иначе, хухуху... Увидев его глаза, Геранд понял что-то. Джулиан видел все насквозь. И слова, которые он произнес, положив руку ему на плечо, должны были его припугнуть. Однако мысли Джулиана были совершенно иными. — "Он напуган сильнее, чем я думал, до такой степени, что мне становится его жаль." Его слова были вызваны сочувствием, поскольку он знал обстоятельства жизни Геранда. https://tl.rulate.ru/book/108664/?ref=258040 ---------- Адаптация(1) — Благодарим за ваш тяжелый труд, господин. Когда я вернулся в особняк, меня встретили слуги. Кивнув головой, я снял пальто, и они поспешно схватили его обеими руками. — Может быть, вы хотите, чтобы приготовили ужин, учитывая время? — Нет, откажусь. — О? Ах… понял. Как ни странно, хотя я и не ужинал, я не был особенно голоден. Я даже не чувствовал усталости. Возможно, это было связано с тем, что хорошо натренированное тело «Джулиана» было за пределами обычного. Это была огромная разница по сравнению с тем временем, когда я был обычным человеком в Южной Корее. Я немедленно направился в свой кабинет. У меня не было желания есть или спать, но в голове было много мыслей. Во-первых, о «действиях, предпринятых Советом старейшин сегодня». — Я понял, что они послали брата Геранда следить за мной… Я снял меч, висевший у меня на поясе, и положил его на стол. Тихо послышался звук столкновения металла. — Никогда бы не думал, что Совет старейшин будет иметь влияние на вступительном экзамене... Проклятье! Я ударил себя рукой по губам за то, что разговаривал сам с собой формальной речью. Мне следовало бы привыкнуть к этой чертовой речи, но она до сих звучит для меня не естественно. По крайней мере, мои внутренние мысли могут быть случайными. — Вздох… Я глубоко вздохнул и вернулся к своим мыслям. Я прекрасно понимал, что семья Крайпарт, захватившая Совет старейшин, пыталась избавиться от меня. Предыдущие действия Джулиана были достаточно серьезными, чтобы вызвать неодобрение со стороны семьи. Но столь быстрое раскрытие своих намерений было неожиданным. Как я уже много раз говорил, изгнание из семьи сейчас было бы катастрофой. В тот момент, когда в «крепости Джулиана» появится трещина, я окажусь в безвыходной ситуации. — "Этого ни за что не должно произойти." Особенно, когда на меня смотрит так много людей. Включая «Эйлин де Донасьен», которую я видел сегодня, не будет преувеличением сказать, что в империи бесчисленное множество людей, питающих обиду на Джулиана. — "Я бы хотел разобраться с этим немедленно." Честно говоря, ситуация не очень хорошая, чтобы даже думать о решении проблем семьи Крайпарт. Я собирался отложить это и спланировать все позже. Но если что-то подобное сегодняшнему повторится… Смогу ли я справиться с этим так же гладко, как сейчас? — "По крайней мере, было бы разумно внести некоторые корректировки в условия вступительных испытаний." Будучи связанным с «Закрытыми глазами», я, скорее всего, еще несколько раз сыграю роль инструктора по вступительным экзаменам. Казалось разумным принять меры хотя бы для этого. Было бы неприятно, если бы подобный инцидент повторился. — Мне придется поговорить об этом, когда я буду сообщать о результатах теста завтра. Приведя мысли в порядок, я взглянул на лежащий на столе вложенный в ножны меч. Тот самый предмет, который входит в отличительные черты «Джулиана». Его гордость и высокомерие проистекают из его навыков владения мечом. Поскольку он верит в свои силы, он может победить кого угодно и где угодно. Именно поэтому, даже имея такое количество врагов, он остаётся невредимым. — Я тоже должен овладеть этой силой. Мощной силой, подавляющей других. Я схватил рукоять меча. Твердость и прохлада металла передались через кожаную рукоятку, усиливая ощущение хвата. Хотя я держал меч во время вступительного экзамена, это было всего лишь приспособление для запугивания абитуриентов. Это был буквально инструмент для выступления. — Я тогда даже не вытаскивал меч... Итак, я делал это впервые. Странное напряжение заставило меня медленно приложить силу. Свиш Послышался звук скрежета металла о металл, когда лезвие появилось. Вид меча, мягко светившегося в лунном свете, был поистине завораживающим. Казалось, он умолял, чтобы его взяли в руки. Это инструмент для лишения жизни, но почему-то возникло именно такое ощущение. Почему-то мое сердце похолодело, но в то же время… — Красиво. Клинок, мягко отражавший лунный свет, был поистине прекрасен. Более того, почему-то в моих глазах отразился способ владения мечом. Возможно, это путь меча? Что-то вроде того. — Наверное, по этой причине. Я примерно знал ее. Должно быть, это связано с какой-то чертой характера, присущей Джулиану. ► Черта «Природный мечник» Оценка: Уникальная ► Вы с рождения умеете обращаться с мечем. Вы рождены, чтобы идти по пути меча. ► Вы можете обращаться с чем угодно в форме «меча», независимо от его типа. Это уникальная черта персонажей-мечников, появляющихся в «Убьём Короля Демонов». Персонажи с этой чертой выделяются в искусстве фехтования с юных лет. Естественно, Джулиан, который привлек внимание Святого Меча Хэйдена Райха, также обладал чертой характера «Прирожденный мечник». — "Но." Вшух! Следуя видимому пути меча, я взмахнул им, и прохладный звук эхом разнесся по ночному воздуху. — "Этого недостаточно." Навыки фехтования Джулиана были превосходны, но этого уровня в империи было предостаточно. Если говорить только о поименных персонажах, включая Святого Меча Хэйдена Райха, то их были десятки. А учитывая второстепенных персонажей, их число может достигать сотен. Тем не менее, причина, по которой этот парень с патологическим мышлением выжил, заключалась в том, что он обладал выдающимися способностями, с которыми большинство персонажей не могли сравниться. А именно, достаточно острый глаз, чтобы видеть сквозь эмоции, и ошеломляющее понимание «ауры». — "Чтобы управлять аурой, необходимо понимание маны." С этой мыслью я остановился и начал сосредотачиваться на «мане», находящейся в моем сердце. Теперь я в теле Джулиана. Даже если я не помню, все, чего он достиг, должно быть, хранится в этом теле. Его восстановление должно сделать управление аурой несложной задачей. Все началось с таких простых мыслей, но результат пришел быстрее, чем ожидалось. Проще говоря, я чувствовал «ману». Я никогда не думал, что смогу так легко почувствовать «ману», известную только через настройки, но, возможно, это талант «Джулиана». — "Так легко чувствую ману. Тогда, станет ли это возможным?" С этой мыслью возникла жадность. — "Если я могу так легко чувствовать «ману», разве я не смогу с такой же легкостью использовать особый навык Джулиана?" Специализация Джулиана — Меч Лунного Света. Обычно, когда аура окутывает оружие, только его острие излучает слабый свет. Однако аура Джулиана была другой. Не только острие, но и весь клинок светился голубоватым светом. Люди, преисполненные уважения и страха, называли его «Лунным мечом». Потому что казалось, будто он впитал в себя лунный свет. — Не помешает попробовать. В конце концов, это одно из видов оружия, которым должен обладать «Джулиан». Тогда необходимо проверить. Мне нужно оценить возможности, чтобы соответствующим образом подготовиться. — Рано или поздно мне все равно придется это доказать. Я закрыл глаза и снова сосредоточился на сердце, где была сосредоточена мана. Зная обстановку «Убьём Короля Демонов», я, естественно, понял, как использовать «ауру». Мана, хранящаяся в сердце, должна быть перенесена в «сосуды маны» внутри тела. Конечно, когда объясняешь, это кажется простым. Но неспособность должным образом завершить эту серию процессов может привести к тому, что человек превратится в овощ. Если мана не течет в сосуды маны, а вместо этого течет обратно, она может повредить мозг и другие жизненно важные органы. Действительно высокорисковая и высокодоходная ситуация. Таким образом, необходим осторожный прогресс. Всего в теле 38 сосудов маны. Шесть «крупных сосудов», подобных гигантским рекам. И 32 - «малых», подобных небольшим ручьям. Среди них «главные сосуды» в сердце и голове, называемые «открытыми воротами» и «соединительными воротами», должны быть активированы для использования «ауры». — Я знаю устройство организма… Я хорошо понимаю теорию. Но знать что-то в теории и применять это на практике — две разные вещи. Тем более, что активация «сосудов маны» сопряжена со значительным риском. Вот почему мне вдруг стало страшно. Я боялся, что меня ждет ужасный конец, как тех, кто не смог активировать свою ауру. Но… —"Мое тело подсказывает мне." Тело Джулиана нашептывало мне ощущение «ауры». Благодаря этому между мной и этим телом образовалась своего рода связь. Голова по «теории». Тело для «практики». Все завершилось еще до того, как я попытался это сделать. Не нужно было бояться. Я вздохнул, а затем направил ману в главные сосуды «открытых ворот» и «соединяющихся ворот». Странное ощущение потока маны поначалу было непривычным, но вскоре стало естественным. Вскоре неизвестная сила начала распространяться по моему телу. — "Физическое улучшение, вызванное маной." Это тоже часть «ауры». Однако на этом тело Джулиана не остановилось. Его отличительное оружие, которое вполне можно было бы назвать его специальностью, «Меч лунного света», еще не раскрыло себя. — Сфокусируйся. Снова закрыв глаза, я схватил меч обеими руками и начал собираться с силами. — Угх... В отличие от сосредоточения на «сосудах маны», сосредоточение на «мече», казалось, вызывало реакцию отторжения маны. Это имеет смысл, поскольку «сосуды маны» являются частью моего тела, но меч не является ни частью моей плоти, ни органическим материалом. Перевод маны в другую среду был задачей, которая потребовала большего сопротивления, чем ожидалось. Тем не менее, это делается так легко, поэтому, вероятно, их называют монстрами, электростанциями и так далее. После мгновения жгучей боли, пронесшейся по моему телу, спокойствие вернулось, как будто ничего не произошло. Неужели ситуация наконец стабилизировалась? Я медленно открыл глаза. «Меч лунного света». ⇒ Вы приобрели новую черту, [Меч Лунного Света: Незавершён]. Первое, что бросилось в глаза, это чистый голубой свет клинка. Выражение «напитанный лунным светом» не было бы преувеличением; это демонстрировало подавляющее присутствие. Несомненно, это был Меч Лунного Света Джулиана, воплощение остроты, обезглавившей бесчисленное количество демонов, и секретной техники, которая, можно сказать, определила его личность. По сравнению с моими опасениями, исполение прошло успешно. Однако была одна проблема… — Это полумесяц? Область, преобразованная в «Лунный меч», была невероятно мала. Казалось, что яркость напоминала тонкий полумесяц, а не полную луну. —Ха-ха, ну... Тем не менее, я был в какой-то степени доволен. Даже если он не соответствовал подлинному «Лунному мечу», я убедился, что его можно использовать. Более того, это только первый день. Ожидать, что с самого начала все получится идеально, — это высокомерие. — Еще многое предстоит улучшить… многое для, для! Этот чертов рот… Как долго ты будешь все портить!? Не в силах сдержаться, я шлепнул ладонью по губам. Похоже, этому проклятому рту тоже есть что улучшать. https://tl.rulate.ru/book/108664/?ref=258040 ---------- Адаптация (2) Хотя вчера вечером мне не удалось в совершенстве овладеть «Лунным мечом», но в некоторой степени я научился применять его на практике. Как только наступило утро, я встал и направился на тренировочную площадку. Я вытащил меч из-за пояса и направил его на деревянный манекен. Когда я использовал неполный «Меч лунного света», я увидел, как лунный свет начал формироваться на острие клинка, и взмахнул мечом. Вшух~ Звук рассекания воздуха тихо раздался на тренировочной площадке. Тут же голова манекена с грохотом упала на землю. Благодаря таланту «Прирожденный мечник» и «Лунному мечу» я всего за один день обрел навык, позволяющий мне постоять за себя, как рыцарю. Однако я все равно чувствовал, что этого недостаточно. — "Главным приоритетом должно стать завершение техники «Лунного меча»." Я не только заранее располагал игровыми знаниями, но были и другие вещи. Способность чтения книг в этом мире или поиск совета у других. Хотя, конечно, можно с уверенностью сказать, что «Джулиан» не может обращаться за советом к другим. Итак, остается только один вариант. — Господин, к вам гость. Вернулся я в реальность от оклика слуги. Гость? Ко мне? Может быть, у Джулиана был друг? Учитывая его личность, если у него был друг, он тоже должен быть ненормальным. Попросив их немного подождать, я пошёл в свою комнату, переоделся и пристегнул меч, которым размахивал ещё минуту назад. Мне не нравилось таскать с собой громоздкий меч, но он был необходим, чтобы идеально сыграть Джулиана. — С-сэр Джулиан! Гостем, о котором упомянул слуга, был мужчина с каштановыми волосами, все еще проявлявшим признаки молодости. Во-первых, он не «известный персонаж». Он не был тем, кого я помнил. Но он и не казался мне незнакомым. — "Я видел его вчера." Я вспомнил. Этот парень был рыцарем, который следовал за мной вместе с Герандом после того, как вчера закончился тест на посвящение в «Закрытые глаза». Конечно же, имени я его не знаю. — И-извините! Я забыл представиться! Увидев, что я просто тупо смотрю на него, он представился, весь в поту. — Я-я Разлот. Я ученик, выполняющий разные поручения для «Закрытых Глаз». П-пожалуйста, позаботьтесь обо мне. А, так это тот парень. В любом случае, похоже, он прошел вступительный тест, не вчера, а в другой день. — Ученик? — Да, да… Меня уже полгода официально не повышали… Но ничего страшного! Казалось, он хотел сказать что-то еще... Так или иначе, я посмотрел на Разлота и заговорил: Что привело тебя сюда? — Ах! Я пришел проверить результаты вступительного испытания, которое проводилось вчера в Академии! — Если речь идет о результатах, ты увидел их вчера. — Это… Это обязательная процедура, нужно услышать это напрямую. Ха-ха. — Правда…? Какая бессмысленная процедура. Я внутренне раскритиковал неэффективное управление «Закрытых глаз», но, поскольку это была обязательная процедура, решил ответить. — Сообщи, начальный тест - 0 прошедших. — Да! Тогда удачного дня, сэр Джулиан! Таким образом, мне не придется напрямую посещать королевскую семью. Я почувствовал облегчение от того, что у меня стало на одну утомительную задачу меньше. Глядя в спину Разлота, я вспоминал вчерашние события. Я решил изменить правила, чтобы семья Крайпарт не стала снова строить интриги во время вступительного испытания. — Подожди, задержись-ка. — Да, да!? Разлот, словно испуганное животное, подпрыгнул и остановился на месте. — Я сообщу обо всем лично. — Что? Ах, да. — Поехали вместе в моей карете. Я подвезу тебя. Я решил проявить некоторую доброту из сочувствия к тому, что ему пришлось проделать весь этот путь от королевского дворца без лошади и кареты, используя только на ноги. — ……Хорошо? Но я увидел, как над головой Разлота образовалась фиолетовая дымка. В этот момент я кое-что понял. Чья-то явная доброжелательность может стать для кого-то страхом. Этот парень действительно доставляет проблемы, независимо от обстоятельств. *** На континенте Розенда действуют три признанные сверхдержавы. Священное королевство Фернандо, принявшее в качестве государственной религии крупнейшую религию континента — Солнечную веру. Гегемонистская Империя Адратан, которая после запечатывания Бога Демонов Барбатоса насильственно объединила ослабленные нации посредством силы. И Альянс Бримана, где королевства, соседствующие с двумя сверхдержавами, объединили свои силы в противостоянии. Если бы нужно было выбрать сильнейшую из этих трех стран, то это, без обиняков, была бы Империя Адратан. Ее сильная монархия позволила ей вырасти в могущественную страну, объединив другие государства под более грозной системой. Об этом свидетельствуют огромные масштабы императорского дворца, сердца империи. Его размеры таковы, что даже великая академия Байер позавидовала бы, при этом миллиарды нар* ежегодно вкладывались только в его поддержание, демонстрируя огромную национальную мощь империи. *валюта того мира Конечно, впечатляет не только императорский дворец. Дороги, аккуратно проложенные вокруг него, тянутся во всех направлениях, завершая столицу ее великолепными зданиями. Известно, что они были разработаны профессиональными ландшафтными дизайнерами и архитекторами, а красота этих мест сравнима с «Восьмью видами» империи, включая дворец среди пяти лучших живописных мест. Однако, пока Разлот шел по одной из дорожек дворца, одному из этих пяти великолепных видов, его взгляд ничего не привлекло. Он сильно вспотел и слишком нервничал, чтобы осматриваться вокруг. Причиной его беспокойства стал сопровождавший его человек, Джулиан Крайпарт Фрейсон. Находясь в обществе человека, известного как «улыбающийся палач империи», не было возможности для неторопливого осмотра достопримечательностей. — "Мне страшно...........!" С того момента, как они покинули особняк, и до сих пор Джулиан улыбался, прищурив глаза, словно в маске. Разлот был обеспокоен зловещей аурой, исходящей от неизменного выражения лица Джулиана, не понимая, почему тот вдруг решил сопроводить его в королевский двор, тем более, что обычно он полностью оставлял отчетность за ним. — Смотри, это Джулиан. — Я слышал, что он был ранен и потерял память? — Увидев его в хорошей форме, сразу стало понятно, что это всего лишь слухи. Реакция окружающих при виде Джулиана была очевидной. Наряду с осторожностью, некоторые испытывали страх, а иногда в их сторону была направлена завуалированная враждебность. Разлот почувствовал разницу между этими и теми взглядами, которые он получил из-за того, что был простолюдином и застрял на должности подмастерья на полгода, — как день и ночь. Поэтому он, естественно, отпрянул. Человек, идущий рядом с ним, «Джулиан», представлял собой вершину иерархии, которой он не мог бросить вызов. Человек, который, несмотря на то, что был из побочной линии, внушал страх дворянам и владел мечом без дискриминации со стороны королевской семьи. — Умх… За исключением командира Одвина, Джулиан пользовался самым высоким авторитетом в «Закрытых глазах». Осознав это снова, Разлот почувствовал головокружение. Пройтись по королевскому дворцу с таким человеком было большой честью, но в то же время это было невероятно страшно. — Пейзажи королевского дворца по-прежнему представляет собой великолепное зрелище. В этот момент Джулиан заговорил с Разлотом, который не мог подобрать слов. — Да, э-э… Да! —Похоже, что наша цель — вторые врата, Врата Уважения(敬意門) — это те, через которые нам нужно пройти. Первые ворота, Ворота Небесного Почитания(敬天問), открыты для всех граждан империи, поэтому это не подходящее место для наблюдения за внутренними административными делами королевского дворца. — ... Да, верно. Разлот искоса взглянул на Джулиана, который говорил так, словно слова просто лились из него сами собой. Это было очевидное заявление, но в отличие от Разлота, который вошел в королевский дворец всего полгода назад, Джулиан посещал его так, словно это был его собственный дом. Но зачем упоминать то, что и так известно всем? — "Может ли быть так, что он меня проверяет?" Вчера, во время вступительного испытания, Джулиан не принял ни одного кандидата, завалив всех. Дело было не в том, что претендентам не хватало навыков. На самом деле, некоторые из них были даже более способными, чем Разлот, который официально не получал повышения в течение полугода. Провал всех означал, что они не соответствовали стандартам Джулиана. Возможно, этот комментарий был косвенным способом сказать, что Разлот, который (к счастью?) прошёл испытание посвящения, не подходит для «Закрытых глаз». Упоминание общеизвестных фактов, казалось, наводило на определенные мысли. Обеспокоенный увольнением, Разлот стал еще более осторожным в своих словах и действиях. Однако он сильно ошибался. Предыдущий комментарий Джулиана не был предназначен для проверки Разлота. Это было просто потому, что: —"В игре он казался намного меньше, и я не могу понять, где находится здание в «Закрытые глаза» в королевском дворце." Он искренне спрашивал, потому что не знал дороги. *** Пройдя через первые ворота, Ворота Небесного Почитания, и вторые ворота, их приветствовали ярко сияющие белые здания. Равномерно посаженные зеленые деревья и льющийся солнечный свет создавали настолько совершенную и гармоничную картину, что слово «живописный» казалось недостаточным. Прекрасные пейзажи поднимали мне настроение, но не потому, что я испытывал удовлетворение от искусства. А потому, что я мог своими глазами увидеть те достопримечательности, которые раньше видел только на экране игры. — Тогда, сэр Джулиан! Мне еще надо кое-куда сходить, так что я откланяюсь. — Хорошо, береги себя. — Мне жаль! Разлот, который привел меня сюда, сбежал, как будто убегая, заявив, что у него другие дела. Но я не мог понять, за что он извинился. Оставив это позади, я направился в штаб-квартиру «Закрытых глаз». Конечно, целью был кабинет командира. — Сэр Джулиан, командир Одвин сказала, что вы можете войти. Вызванный секретарем, я направился прямиком в кабинет командира. Будучи организацией, предназначенной исключительно для королевской семьи, «Закрытые глаза» обслуживали только ее, и поэтому ее члены поддерживали между собой в основном горизонтальные отношения*. *отношения между людьми, находящимися на одном уровне. На одном уровне достатка, карьеры, профессии. Это отношения приятельские, на равных, без ощущения себя начальником или подчиненным. Однако был только один человек, который стоял над участниками как лидер. И этим человеком была женщина по имени Одвин Валадир, командир, с которым я собирался сейчас встретиться. — "Падшая дочь семьи Валадир." Как я уже упоминал, чтобы присоединиться к «Закрытым глазам», необходимо иметь политически нейтральный статус. Поэтому дворянам сложно вступить в «Закрытые Глаза». Особые случаи, такие как Джулиан, который отдалился от своей семьи, или просто дворянин по имени из падшей знати, являются исключением. Нынешний командир «Закрытых Глаз» Одвин — один из таких падших дворян. Подойдя к кабинету командира, я дважды постучал. — Я захожу. — Войдите. Получив разрешение, я поправил одежду и открыл дверь. Первое, что бросилось в глаза, это женщина, сидящая в кресле. — Джулиан, приветствую тебя. Давно не виделись. Седовласая женщина встретила меня спокойно. Она поднялась со своего места и медленно подошла ко мне. Шаг, два шага, по мере того как она приближалась, мой взгляд постепенно опускался. Причина заключалась в том, что командир «Закрытых Глаз», Одвин Валадир, была довольно низкого роста. — Я слышала, что ты был ранен. Ты в порядке? Я на мгновение заколебался, не зная, как ответить. Как и в случае с Эйлин, я не знаю, как Джулиан относился к каждому персонажу. На этот раз предсказать было особенно трудно. Этот человек не был простой мишенью для внушения вражды или страха. Поэтому я не мог знать, какое влияние мои слова могут здесь оказать. Ошибка может раскрыть мою истинную личность. — "Может, мне просто говорить благоразумно?" Одвин Валадир — начальница Джулиана. Даже великий Джулиан говорил бы с ней, своим командиром, уважительно, не так ли? — Спасибо за вашу заботу. Травма была не из легких, но ее было недостаточно, чтобы пошатнуть мою преданность к королевской семье. Я ответил более вежливо, чем обычно, добавив немного уважения. Этого должно быть достаточно в качестве знака уважения к начальнику. — ...... Странно. — Ты всегда так говорил? Или еще......... Она поднесла руку к подбородку, с коротким охом пробормотала, «Хм-м», а затем посмотрела на меня полуоткрытыми глазами. Это были определенно глаза, полные подозрения. Проклятие! Кажется, ошибся. https://tl.rulate.ru/book/108664/?ref=258040 ---------- Адаптация(3) Я вздохнул про себя и встретился взглядом с женщиной передо собой. Лавандовые глаза Одвин пристально смотрели на меня, полные подозрения. Даже «серая дымка», парящая вокруг ее головы, указывала на «сомнение» — цвет эмоций, представляющий негатив. Я догадался о причине. Должно быть, потому, что я не был похож на того Джулиана, которого она знала. — "Это потому, что моя речь слишком длинная…? Или из-за формальной речи?" Нет, этого не может быть. Для Джулиана использование формальной речи было способом выразить эго и идентичность. Если уж на то пошло, отказ от формальной речи сделал бы его более подозрительным, чем он уже был. В конце концов, даже его мысли возникали в формальной речи, так что еще он мог сделать не так? В чем же дело? — Есть проблема? Я не мог понять, в чем проблема. Решив, что молчание только усилит ее подозрения, я решил проявить наглость. В каком-то смысле бесстыдство было частью обычного поведения Джулиана, так что это не должно было стать большой проблемой. — Нет, Джулиан... разве ты обычно не просто смотрел, ничего не говоря, а потом уходил? Это... Что этот парень думал о своем начальстве? Это озадачивало. Но если проблема была в этом, то я чувствую облегчение. Это я еще смогу пережить. — У меня был длительный перерыв из-за травмы. Я здесь просто из-за отчета. — Правда? — Да. Какие-то проблемы? Я слегка усмехнулся и уклонился от вопроса. Мой ответ в стиле Джулиана заставил ее подозрения, как и ожидалось, исчезнуть. — Я слышала, что ты повредил голову, но ты всё тот ​​же. Хотя услышать, что я «все тот же» было несколько успокаивающе, это также, как ни странно, разозлило меня. Нет, я знал, что Джулиан, как задумано, не в своем уме, и я добросовестно играл эту роль, но слышать такую ​​открытую оценку все равно было неприятно. Никто из тех, кого я встречал до сих пор, не говорил этого напрямую. Одвин, эта женщина, была неординарной. Тот факт, что она не стеснялась делать такие замечания в присутствии Джулиана, показал, что она не была обычным человеком. — Тогда доложи. Были ли на вступительном испытании какие-нибудь полезные личности? Она задала этот вопрос с серьезным выражением лица, возвращаясь на свое место. Это был простой вопрос, поэтому я ответил сразу. — Не было. — Ну, я этого и ожидала. В конце концов, ты ученик святого меча, Хэйдена Райха, так что средние навыки должны казаться тебе смехотворными. Одвин кивнула головой и откинулась на спинку стула, скрестив руки. — И все же, должен же был быть кто-то с достаточными навыками, чтобы использовать его в качестве ученика. Несколько человек, по крайней мере. — Их не было. — А? От удивления Одвин разжала руки и быстро наклонилась вперед, сидя на стуле. — Что, прям ни одного человека? — Да. — Ни одного? Я не мог сказать, сколько раз она задала этот вопрос, но мой ответ оставался прежним. Я кивнул. Одвин, видимо, с опозданием осознала ситуацию и постепенно открыла рот шире. — Зачем ты это сделал?! «Закрытым глазам» сейчас нужна вся рабочая сила, которую они могут получить, даже если это всего один человек! — Мы не можем просто принять любого посредственного человека только потому, что у нас не хватает рабочих. Все претенденты на этот раз не подходили для «Закрытых глаз». — Но все же! Если бы мы взяли их в ученики и попробовали, кто знает, может, они смогли бы стать полезными! — Это пустая трата времени. Даже должности учеников были слишком хороши для этих кандидатов. Я коротко рассмеялся. По правде говоря, это был смех от смущения. Я дисквалифицировал всех, но не из-за навыков. Это было сделано исключительно в моих личных целях. И все же нельзя сказать, что даже должности учеников были для них слишком хороши. Хоть это и было притворством, я чувствовал себя бессовестно. — Ах...... Словно встревоженная, Одвин крепко сжала виски. Тем временем я медленно подошел к ней и небрежно положил на стол лист бумаги. Одвин с озадаченным видом подняла его. — Что сейчас? Разве мы не говорили о вступительном испытании? — Да, это также связано с ним. — ... Что это? — Я собрал здесь некоторые проблемы, которые обнаружил во время вступительного теста. — Проблемы? Одвин раздраженно спросила, как будто она смотрела на что-то раздражающее. — Кандидаты сражаются с инструктором и после одобрения проходят собеседование, на котором окончательное решение принимает королевский секретариат. В чем проблема? — Это метод спарринга. — Метод спарринга? Перед Одвин, которая в замешательстве наклонила голову, я изложил историю, которую подготовил заранее. — Похоже, заявителям не хватает чувства осторожности. Еще до подачи заявления им определенно нужно знать, что представляет собой эксклюзивное бюро. — Ну, если так говорит ответственный инструктор, то это, должно быть, правильно, но... Одвин начала читать «Предложение по улучшению вступительного испытания», которое я ей передал. По мере того, как ее взгляд опускался, выражение ее лица все больше и больше искажалось. — ...При подаче заявки на вступительное испытание, в случае каких-либо несчастных случаев «Закрытые глаза» не несет ответственности? — Да. — Значит, ты хочешь увеличить интенсивность спарринга? — Верно. Я кивнул. Вступительное испытание в «Закрытые глаза» имело множество ограничений. Одним из правил было то, что инструктор должен был обеспечить безопасность абитуриентов во время экзамена. Естественно, было абсолютно недопустимо, чтобы кто-либо из абитуриентов был ранен или убит. Если бы такое несчастье произошло, ответственность всегда лежала бы на инструкторе. — "Абитуриенты Академии Байер в тот день, должно быть, знали об этом правиле." Но причина, по которой они испугались и отказались от испытания из-за моего замечания «Я убью вас», проста. Это потому, что человек, который это сказал, был я, «Джулиан Крайпарт Фрейсон». "Неужели он правда нарушит правила?" Даже если эта мысль изначально и приходила им в голову, воспоминание о количестве трупов, скопившихся под именем «Джулиан», заставляли их снова и снова сомневаться. — "Если это тот сумасшедший, то он действительно может это сделать..." — именно так все думали. Это была авантюра, которую можно было использовать только в своих интересах. Рассматривая каждое из предложений по улучшению, Одвин нахмурилась. В конце концов она взяла бумагу пальцами и потрясла ею. — Хорошо, я поняла. Я передам это в совет. — Да, спасибо, командир Одвин. — Но ты же не выбрал никого на этом вступительном испытании только из-за этого, не так ли? — Конечно, нет. Таланты, собранные с помощью некорректного теста, совершенно бесполезны. Мы — эксклюзивное бюро королевской семьи, не так ли? Очернение этого благородного имени непростительно... — Ах, поняла я, поняла! Я небрежно пожал плечами, заметив, что ее лицо превратилось в гримасу. Безумно брехлив, когда речь заходит о чем-либо, связанном с «королевской семьей». Это тоже была черта «Джулиана». *** После ухода Джулиана в кабинете командира повисла тишина. Откинувшись на спинку кресла, нынешний командир «Закрытых глаз» командир Одвин снова обратила свой взгляд на документы, оставленные Джулианом. Документ представлял собой предложение по улучшению вступительного теста в «Закрытые глаза». Обычно рядовой член не имеет полномочий делать так много, но положение Джулиана в «Закрытых Глазах» было несравненно выше, чем у обычного члена. Проще говоря, он был прямо под самим командиром. Вот почему такое предложение по улучшению было принято. Более того, разве он не был дворянского происхождения, пусть и из боковой линии? — Тем не менее, это не похоже на него — вмешиваться в правила таким образом. Одвин с интересом посмотрела на документ. Почерк Джулиана заполнил страницу до краев, Но вся эта информация была лишь дымовой завесой, скрывающей одну важную возможность. В конце концов, ключевым было одно. "Ни при каких обстоятельствах «Закрытые глаза» не несет ответственности за любые произошедшие несчастные случаи............" Если это новое правило будет применено, это буквально будет означать, что независимо от того, что произойдет во время вступительного испытания, преподаватель не будет нести ответственности. Даже если кто-то умрет, находясь под защитой королевской семьи, он будет «невиновен». Конечно, это не значит, что суть вступительных испытаний, проводимых до сих пор, изменится. В конце концов, большинство тех, кто подает заявку в «Закрытые глаза», — это либо падшие дворяне, либо простолюдины, способные сохранять политический нейтралитет. У них нет власти, точнее, полномочий. Легко игнорировать жалобы таких людей. — Джулиан тоже должен это знать. Так что настоящая цель этого предложения по улучшению должна быть в другом. Одвин на мгновение закрыла глаза, чтобы привести мысли в порядок. Почему кто-то, кто обычно не интересуется правилами, вдруг представляет такой документ? — Ах! Затем она вспомнила один факт о «схеме», которая имела место во время вступительного испытания. Совет старейшин и семья Торсо сговорились сфальсифицировать этот вступительный тест. Она сама примерно понимала ситуацию. Сидя на важной должности командира королевского эксклюзивного бюро «Закрытые глаза», даже если она не хотела этого слышать, всевозможные новости естественным образом лились рекой. Когда ее мысли дошли до этой точки, кусочки головоломки в ее сознании сложились воедино, и она поняла, почему было подано это, казалось бы, бесполезное «предложение по улучшению». — Это предупреждение. Да, это было предупреждение. Предупреждение от Джулиана семье Торсо и Совету Старейшин. — "Я вижу ваши планы насквозь. Если вы попробуете сделать то же самое снова, я не позволю сойти эту с рук, как в этот раз." Поняв внутренние мысли Джулиана (?), Одвин немедленно позвала слугу, ожидавшего снаружи. Вскоре дверь кабинета капитана поспешно распахнулась. Она передала вошедшему слуге предложение, написанное Джулианом. — Не мог бы ты передать это в совет? — В совет? — Да. — Понял, командир Одвин. Вежливо поклонившись, слуга взял документы и вышел из кабинета командира. Глядя ему вслед, Одвин положила правую руку на подбородок и задумалась. — "Он изменился после этой серьезной травмы." «Джулиан Крайпарт Фрейсон», которого она знала, был ужасно жестоким воином с соответствующим уровнем боевого мастерства. Ни больше, ни меньше. С леденящей улыбкой и прищуренными глазами, которые ничего не выражали. Прочитать его эмоции было практически невозможно, но до сих пор это не имело значения. Джулиан был всего лишь псом, преданно выполняющим королевские приказы. Он исполнял приказы сверху, не испытывая никакого недовольства, - бесстрастный меч. Но проблема в том, что у такой собаки появились свои собственные мысли. https://tl.rulate.ru/book/108664/?ref=258040 ---------- Роковая связь(1) После встречи с Одвин, командиром «Закрытых глаз», я направился в свой личный кабинет, расположенный в здании. Скрип! Когда я открыл дверь, перед моими глазами предстал интерьер комнаты. Увидев его, я нахмурился. — Сумасшедший придурок. В поле моего зрения появились экстравагантные произведения искусства и ремесла, похожие на те, что были в особняке Джулиана, а теперь разбросанные тут и там. Керамика, рамы и аксессуары, инкрустированные драгоценными камнями. Да, этот безумец обставил свое рабочее место так же, как и собственную резиденцию. Сильное проявление эго. Здесь тоже все было ясно. — Это хуже, чем в резиденции… С головой не все в порядке? Зачем оставлять здесь аксессуары, которые никогда не понадобятся, вместе с манекенами! Может быть, он совершил импульсивные покупки и, не найдя места в особняке, перевез их сюда? Я не мог больше этого терпеть. Я решил провести генеральную уборку в офисе. Я взял коробку, положил в нее рамку и большую часть аксессуаров. — Этого должно хватить. Членам «Закрытых глаз», как правило, не приходится ожидать, поэтому нет ни причин, ни необходимости выделять комнаты для каждого человека. Однако у Джулиана был офис в эксклюзивном здании «Закрытых глаз». Это дало мне общее представление о том, насколько значимой была позиция Джулиана. Тук-тук. Как раз когда я закончил уборку, я услышал стук. Кто бы это мог быть? Может быть, кто-то из королевского дворца? — Войдите. С моего разрешения дверь медленно открылась. Там стоял Разлот, ученик «Закрытых Глаз». — П-прошу прощения, лорд Джулиан! Разлот поприветствовал меня с напряженным выражением лица. Я улыбнулся, как будто он идеально рассчитал время. — Ты пришел вовремя, Разлот. — Д-да? — Да. — Не мог бы ты погрузить это в карету, в которой я приехал? Эти вещи не должны быть слишком тяжелыми. Я указал на коробку. Коробку, которую я только что наполнил предметами роскоши, загромождавшими офис. — Это… Увидев коробку, полную поделок, глаза Разлота расширились, когда он посмотрел на меня. — Ах, понял, лорд Джулиан. — Так что привело тебя сюда? Услышав мой вопрос, Разлот, похоже, что-то вспомнил и начал рыться в своих вещах. Вскоре он вручил мне письмо, запечатанное королевской печатью. — Королевский секретариат направил вам письмо с поздравлениями по случаю вашего возвращения! Письмо из секретариата? Когда я протянул руку, Разлот слегка поклонился и медленно приблизился, чтобы передать его мне. "Уважаемому члену семьи Крайпарт и члену ордена Закрытых Глаз, лорду Джулиану." Суть письма была следующей: Мы слышали, что ваши травмы немного зажили? Так не пора ли вернуться к работе? Такова была вежливая суть послания, которое они послали. Ну, я ожидал, что что-то подобное произойдет. Среди членов, которых могли бы использовать «Закрытые Глаза», нет никого столь же преданного и компетентного, как Джулиан. — "Даже с таким расположением дел они отправляют меня работать." Миссия, написанная в письме - «Восстановление Камня Резонанса». Если быть точным, это была миссия по сопровождению волшебника, который должен был починить Камень Резонанса. В игре «Убьём Короля Демонов» существуют монстры, называемые «Демонами». После смерти Демонического Бога Барбатоса остатки его злобных мыслей стали паразитировать на живых существах или обрели форму, и эти сущности в этом мире стали называться «Демонами». Их вполне можно назвать заклятыми врагами человечества. Хотя между ними существует очевидная разница в силе, даже демон самого низкого ранга может легко убить обычного человека. Упомянутый «Камень Резонанса» используется для подавления активности и возникновения этих демонов. Он рассеивает остатки злобных мыслей Демонического Бога с помощью особой длины волны, предотвращая их приближение. Поскольку этот процесс тесно связан с «маной», для ремонта необходим мастер 4-го ранга «Лео» или выше. — Ремонт Камня Резонанса, ха... Еще раз просмотрев содержание миссии, я начал взвешивать свои варианты. Риск столкнуться с демонами был, но рано или поздно это должно случиться. Более того, эта миссия показалась мне подходящей для проверки приобретенных мною уникальных качеств. Характеристика, Неполный Лунный Меч Класс: Уникальный ▷ Ваша аура словно пронизана лунным светом, элегантна. ▷ Ваш меч, наполненный светом луны, наносит демонам дополнительный урон. ▷ Это все еще неполная характеристика. Это также была хорошая возможность публично объявить о том, что Джулиан возобновил свои обязанности в «Закрытых глазах». — "Нет причин отказываться." Я решил принять эту миссию. Кроме того, для сопровождения волшебника будут мобилизованы и другие солдаты. Если я испугаюсь мощи демонов, я могу оставить это на них. Хм-м, да. — Понял. Об остальном я поговорю напрямую с командиром. — Да! Разлот громко ответил и поднял коробку. — Тогда я перенесу это в карету! Когда я кивнул, Разлот, неся коробку, вышел из комнаты. — Угх! При этом он споткнулся о порог, из-за чего его тело покачнулось. К счастью, он не упал, но из коробки раздался громкий звук, как будто что-то сломалось. Как будто что-то разбилось. На мгновение в комнате повисла тишина. Оставив бледного Разлота позади, я начал осматривать предметы внутри коробки. — Божечки, рама сломалась. Судя по всему, Разлот споткнулся и аксессуары, размещенные на манекене, столкнулись с рамой. — Мне, мне очень жаль, лорд Джулиан…! — Все в порядке. Они в любом случае на выброс. Я не почувствовал особой потери. В конце концов, не я их покупал. Более того, предметы, отражающие вкус «Джулиана», слишком отличались от моих собственных, превращаясь в не более чем громоздкий хлам. — Я обязательно возмещу ущерб! — В этом нет необходимости. — Нет, нет… Я должен, я обязан! Разлот был непреклонен в своем желании компенсировать это, его лицо выражало напряжение. Увидев выражение его лица, я почувствовал прилив сочувствия. Было бы хлопотно, если бы наше взаимодействие всегда было таким напряженным. Поэтому я решил облегчить его нервозность. — Хе-хе. Ничего страшного, Разлот. Это ошибка, которую может совершить любой ученик. — Д-да? Взгляд Разлота блуждал бесцельно, потерянно. — Лорд Джулиан… — Да. — Меня… исключат из «Закрытых глаз»? Как такое возможно...? *** — До встречи. Попрощавшись со стражей у Вторых ворот Почитания королевского дворца, Эйлин вышла. Ее голос был таким же, как обычно, но выглядела она измученной. Сегодня Эйлин снова была измотана написанием статей. Хотя она была признанным профессором, преподающим «Золотую элементологию» в Академии Байер, как магу, связанному с Башней Магов, ей приходилось постоянно сдавать статьи, чтобы доказать свою состоятельность. В противном случае ее не признали бы из-за титула и как мага в плане «ранга». Воистину, по мнению кого-то, это была отвратительная система. — Эйлин, ты уже уходишь? Услышав свое имя, Эйлин повернула голову. — Диана? Увидев Диану, выпускницу Академии Байер и женщину-мага, связанную с Имперской магической башней, Эйлин слегка улыбнулась. — Ты тоже возвращаешься? — Да, ах! Давненько мы не гуляли вместе. Хочешь зайти в новое кафе на перекрестке? — Нет, откажусь. — Не будь такой! Мы все время ходили вместе в школьные годы! Диана пожаловалась. Наблюдая за ее привычным нытьем, Эйлин невольно улыбнулась. — Нет, у меня сегодня работа. В любом случае, Диана, ты совсем не изменилась с тех пор, не так ли? — Люди должны быть постоянны? Верно…? Внезапно Диана замолчала, заставив Эйлин вопросительно на нее посмотреть. Словно недоумевая, что происходит, Диана указала указательным пальцем на карету. — Разве это не карета Джулиана? — Э? — Смотри, карета вон там. На ней герб семьи Крайпарт нарисован, только неполный. Это была правда. Там, куда указала Диана, действительно была припаркована карета, на которой лишь наполовину была изображена эмблема семьи Крайпарт — «меч и роза». Это был символ, используемый исключительно «Фрейсонами», побочной ветвью семьи Крайпарт, символ унижения и угнетения. — Должно быть, он вернулся! Я слышала, он даже был инструктором на вступительном испытании. — Верно. Эйлин, на лице которой еще минуту назад играла мягкая улыбка, отреагировала равнодушно. Затем на лице Дианы появилось игривое выражение. — Ого. Прошло не так много времени с тех пор, как мы окончили Академию Байер, но этот день был весьма насыщенным, не правда ли? — Ага. Эйлин отвела взгляд в сторону, как будто ей это было неинтересно. В тот момент она собиралась отказаться от предложения пойти в кафе. — В то время наша Эйлин была совсем наивной. — Я? — Да. Ты поверила глупому слуху, что признание под королевской вишней за Академией Байер гарантирует успех, и призналась Джулиану... — Диана! Диана! Кафе… Пойдём в кафе!? Эйлин, отчаянно размахивая руками, прервала его. Диана усмехнулась. — Э? Откуда такая внезапная перемена? Всего минуту назад ты не казалась такой заинтересованной. Интересно, с чего вдруг такая перемена? — Эм, ну… Я просто вспомнила старые времена. — Правда? Это здорово! Тогда поторопимся? Увидев сияющее лицо Дианы, Эйлин внутренне вздохнула. Она чувствовала себя полностью поверженной. — Да, такое забавное воспоминание! Иметь возможность так дразнить мага 5-го ранга, что за воспоминание. — Для меня это темная история... — Это почему? Джулиан тогда был действительно крутым. Это правда. Джулиан в Академии Байер был настоящим старшим и образцом для подражания, возглавляя борьбу с неравенством, с которым сталкивались боковые ветви. Он был благороднее самих дворян, человеком истинного благородства. Однако после возвращения с северного фронта и присоединения к «Закрытым глазам» этот образ исчез. Остался только безжалостный пес королевской семьи. — Но тебя это устраивает? — Ты о чем? — Тот факт, что Джулиан вернулся, означает, что вы будете часто сталкиваться с ним в королевском дворце, верно? Конечно. Как отметила Диана, в какой-то момент их пути неизбежно пересекутся. Естественно, для Эйлин, которая все еще таила в себе неразрешенные чувства, это была весьма неприятная ситуация. Вид его, настолько изменившегося, словно ярко подчеркнул неизменную реальность жестокого обращения с побочными ветвями. — Ну, а что можно с этим поделать? Просто поприветствую его и пойду дальше. — И правда. — И я некоторое время не буду посещать дворец. — А? Почему? На вопрос Дианы Эйлин достала документ, полученный ею из Волшебной башни, и показала его ей. На нем была выделена надпись «Ремонт Камня Резонанса». — Я буду в командировке в Особом районе некоторое время. Камень резонанса там достиг конца своего срока службы и нуждается в ремонте. https://tl.rulate.ru/book/108664/?ref=258040 ---------- Роковая связь(2) — "Если подумать, это действительно хорошее решение." Мне тоже показалось это хорошей идеей. Сопровождение волшебника ради Камня Резонанса. Решение заняться этим было поистине блестящим. Это была лучшая миссия из всех возможных в сложившихся обстоятельствах. Это миссия будет проходить в безопасной зоне. Если не произойдет ничего необычного, большой опасности быть не должно. — "Кроме того, там будут войска, готовые к любым непредвиденным обстоятельствам." Я оглянулся на людей, суетящихся и готовящихся к отъезду. Среди них выделялись двое крепких мужчин, явно отличавшихся от обычных солдат. Имперские официальные рыцари, рыцари Лазурного Льва. На эту миссию по сопровождению был отправлен не только я, но и члены рыцарского ордена. Хотя официально это поддержка, реальная цель может быть иной, но меня это не волновало. Когда я встретился взглядом с ними, два рыцаря что-то сказали друг другу и медленно двинулись ко мне. — Сэр Джулиан, вы хорошо потрудились. Я Ферн Теллунд, член Рыцарей Лазурного Льва. — Аналогично сказанному, рыцарь Генрих. Двое рыцарей вежливо меня приветствовали. Однако, несмотря на вежливые слова и действия, в их глазах читалась настороженность. Эмоция, похожая на , была фиолетовой, что указывало на то, что они испытывали страх по отношению ко мне. Хотя это было не так очевидно, как с обычными людьми, учитывая, что рыцари были физически и морально подготовлены. — "Какой мерзкий тип, действительно мерзкий." Вновь испытывая внутреннее отвращение к обычному поведению Джулиана, я ответил на их приветствие. — До особого района Юйлинь не так уж и далеко, но мы не можем быть уверены в том, что может произойти, так что давайте все будем осторожны. Лазурные львы, ха-ха. Когда я заговорил в манере, подобающей Джулиану, они оба нервно сглотнули и ответили: Понял. — Но, сэр Джулиан, как насчет того, чтобы поехать в Юйлинь на экипаже? — Вы говорите, о карете? — Да. Рыцарь «Ферн» кивнул. — Разве это не было бы удобнее, чем ехать верхом? — А карета есть? — Есть одна, подготовленная для сопровождения волшебника. Учитывая, что это долгое путешествие, это может быть более удобным для вас. — Хм-м. После короткого мычания я посмотрел на Ферна. Не похоже, чтобы он говорил это для моего удобства. Я прекрасно понимаю, что Джулиан — фигура, не достойная такого внимания. — "И я также чувствую странное намерение." Это борьба между боевыми силами? Похоже, им не нравится идея поставить меня, принадлежащего к «Закрытым глазам королевского двора», на передний план. Вероятно, они хотят взять на себя командование вперед меня, намереваясь управлять войсками, выделенными для выполнения миссии сопровождения, по своему усмотрению. — "Какая мелочная гордость." Большинство официальных рыцарей состоят из дворян. Напротив, «Джулиан» — дворянин из побочной ветви знатной семьи. Тот факт, что им приходится следовать приказу такого человека, вероятно, не очень им нравился. Более того, они одержат верх над «Джулианом». Скорее всего, потом они будут этим хвастаться, и их гордость раздуется еще больше. — Ну что ж, давайте так и сделаем. Зная их намерения, я охотно согласился. Не было никакой необходимости его уговаривать. Не стоит ввязываться в такие мелкие баталии. Более того, не было никаких причин выбирать лошадь вместо удобного экипажа. — Понял, сэр Джулиан! Услышав мой ответ, лицо Ферна снова залилось краской. — Тогда, когда прибудет волшебник, я обязательно ему сообщу... — О чем вы сообщите, когда я приеду? — Ах, вы приехали? Кажется, прибыл мастер, которому было поручено починить Камень Резонанса. Я повернул голову, чтобы небрежно поприветствовать и посмотреть в лицо вновь прибывшему. — Ах. Коротко вздохнула волшебница, увидев мое лицо. И внутренне я ощутил похожую реакцию. — "Почему она здесь?" Эйлин де Донасьен. Широко известна как Эйлин. Там стояла праведная волшебница 5-го ранга, которая проявляла ко мне сильную враждебность. — Сэр Ферн. — Да, сэр Джулиан. — Прошу прощения за то, что передумал, но я ведь пришел сюда за эскортом, не так ли? — …Да? О, да. — Итак, я тоже поеду на лошади. Мы не знаем, что может случиться, и мы должны быть в состоянии отреагировать немедленно. — Сэр Джулиан, ваши слова отличаются от предыдущих. Лицо Ферн на мгновение исказилось. — "Я тоже хочу ехать в экипаже, но тогда мне придется находиться в одном пространстве с Эйлин." Этого я должен избегать любой ценой. — "Опасно находиться рядом с человеком, чьих замыслов я не знаю." Разумеется, я не мог рассказать ему настоящую причину, поэтому отмахнулся от нее в стиле «Джулиана». — Простая прихоть. У тебя с этим проблемы? *** «Улыбающаяся гильотина» империи Адратан Джулиан Крайпарт Фрейсон. Человек, вооруженный подавляющей силой и жестокостью, с которым не может справиться даже Одвин, командир «Закрытых глаз» королевского двора. Он представляет собой невероятную силу, которой новобранец из ордена Рыцарей Лазурного Льва не сможет бросить вызов, несмотря на то, что у него нет существенной разницы в статусе или звании. Однако Ферн смог прямо сказать, что этот хитрый человек ему не нравится. — "Прихоть? Просто прихоть?" Причина была не только в известности, связанной с именем «Джулиан», но и в его почти безумном характере. Поведение, указывающее на веру в то, что его можно простить за любой поступок, или на искреннюю веру в то, что это была воля королевского двора. Для Ферна, только что получившего звание рыцаря, это было неприемлемой самонадеянностью. Причина, по которой он хотел посадить его в карету, была также в этом. Он не хотел видеть это неприятное лицо. В то же время он намеревался передать контроль над этой миссией своей собственной группе — «Рыцарям Лазурного Льва». Хотя это было «обдуманное» предложение со скрытым мотивом, Ферн был очень расстроен, когда его нелепо отвергли, особенно из-за того, что его план был разрушен прихотью. — "Нет, подождите." Во время своих размышлений Ферн внезапно кое-что понял. А что если Джулиан знал его намерения и действовал таким образом по этой причине? — "Вполне возможно... Этот парень похож на монстра, который выжил в хаотичной политике королевского двора без какой-либо фракции." Возможно, называя это прихотью, он имел в виду своего рода провокацию, демонстрирующую намерение взять миссию под контроль. Иначе это не имело смысла. По какой ещё причине можно предпочесть лошадь комфортному экипажу? По сути, отклонение предложения было его собственным объявлением войны. — "Ну что ж, попробуем?" Ферн невольно ухмыльнулся. *** Назначенным волшебником оказалась Эйлин. Мне следовало бы внимательнее читать приказы. Я был так взволнован, что не успел как следует проверить важные детали. — "Мой косяк." Я посмотрел на карету, движущуюся рядом со мной с такой же скоростью. Внутри ехала Эйлин. Женщина, которая проявила враждебность по отношению ко мне во время вступительного испытания в «Закрытые глаза». К счастью, похоже, она больше не проявляет «отвращения», как раньше. Но если вы спросите, делает ли это ситуацию менее неловкой, то, конечно, ответом будет - нет. Эмоции непредсказуемы. За исключением страха, если причина других эмоций не понята должным образом, невозможно предсказать, как отреагирует другой человек. Если подумать об этом в крайней степени, враждебность может проявиться в любой момент, потенциально перерастая в опасную для моей жизни ситуацию. Итак, как мне действовать в таком случае? — "Избегать этого настолько, насколько это возможно." Это также включало в себя избегание разговоров и проявление осторожности, чтобы не столкнуться с ними. В настоящее время я не имею абсолютно никаких сведений о том, какими были отношения между Джулианом и Эйлин и что между ними произошло. В такой ситуации безрассудное вмешательство может спровоцировать ненужный инцидент. — "Можно только надеяться, что миссия быстро закончится и мы вернемся." Чем больше времени это займет, тем больше вероятность, что я столкнусь с Эйлин. И это действительно принесло бы только проблемы! — Похоже, в округ Юйлинь не назначен ни один волшебник. Пока я пребывал в раздумьях, ко мне подошел Ферн, член ордена Рыцарей Лазурного Льва, и завязал разговор. Он дружелюбно улыбался, но я мог различить слабый оттенок «страха» над его головой. — Раз уж им даже приходится вызывать людей с других территорий… должно быть, этот так называемый особый район довольно мал. — Район изначально недостаточно большой, чтобы называться особым. Это просто место, получившее название особой туристической зоны, потому что знать и бюрократы из сельской местности захотели оживить город, используя название Карунский лес. — О-о... Когда я поделился с ним своими скудными знаниями, Ферн тяжело вздохнул. — Кажется, вы много знаете о внешней политической ситуации. Вы когда-нибудь бывали в районе Юйлинь? — Ну, видеть разные места — это часть работы, когда работаешь в Закрытых Глазах. — Разные места... По правде говоря, это было из-за того, что я видел их через монитор компьютера. И это с точки зрения «Хайдена Райха», главного героя «Убьём Повелителя Демонов», а не «Джулиана». Вот почему я считаю это тривиальным знанием. В конце концов, знания не могут заменить опыт. Но, конечно, это лучше, чем не иметь ничего вообще. Это кое о чем напомнило мне. — "Умел ли я ездить на лошади?" Я не осознавал этого, потому что был глубоко погружен в свои мысли, но я ехал на лошади очень искусно. На самом деле, это был мой первый опыт езды на лошади. Возможно, тело Джулиана помнило, как это делать. — Сэр Джулиан. Я думал сделать небольшой перерыв. Что вы об этом думаете? Ферн предложил сделать перерыв. Действительно, прошло уже некоторое время с тех пор, как мы двинулись в путь. Возможно, пришло время пехотинцам, которые не едут верхом, почувствовать усталость. — Нет, давайте продолжим путь. Однако я отказался. Нет времени на отдых, когда нам нужно как можно быстрее завершить миссию. После моего ответа Ферн снова открыл рот, чтобы заговорить. — Мы едем уже три часа. Солдаты очень устали. Не лучше ли сделать перерыв? — Скоро мы сможем увидеть район Юйлинь. Если мы сейчас остановимся отдохнуть, к тому времени, как доберемся, уже стемнеет. — Тогда мы сможем разбить лагерь. Ферн ответил, не колеблясь ни секунды. Справедливое замечание, но нет. Я хотел побыстрее закончить миссию! — Я не понимаю, зачем нам разбивать лагерь без необходимости. Солдаты тоже хотят добраться как можно скорее. — Но если мы столкнемся с демоном в нашем нынешнем состоянии, не отдохнув как следует, это может быть очень опасно, сэр Джулиан! Ничего с нами не случится. Не слишком ли он осторожен, если это в любом случае маловероятно? Хотя я не мог понять логику Ферна, мне в голову пришла одна мысль. — "Это продолжение намерения посадить меня в экипаж перед отправлением?" Из покон веков рыцарские ордена империи не любили «Закрытые Глаза». Члены «Закрытых Глаз», хотя и опытные, по происхождению из низкого класса. Возможно, Ферн горит духом сопротивления из-за комплекса неполноценности, который у него появился из-за этого. В обычной ситуации я бы последовал его совету. Остановка, хоть и нежелательна, была бы идеальной ситуацией для получения настоящего боевого опыта. Более того, я не собирался тратить энергию на ненужные споры. Но сейчас ситуация была совсем другой. Чтобы не нахватать проблем, мне нужно закончить эту миссию как можно быстрее. — Большая опасность, говоришь? Кажется, сэру Ферну не хватает уверенности. Хоть мне и не хотелось этого делать, я решил направить разговор в манере Джулиана, чтобы побыстрее завершить миссию. — Уверенности? — Да, будь то демоны, варвары или освободительная армия. Что, по-вашему, делает их опасными? Взгляд Ферна стал острым. Кажется, он понял, что я пытаюсь сказать. — Разве это не потому, что тебе не хватает уверенности в своих силах? Хах. Я даже добавил небольшой смешок в конце. Диалоги и мимика, которые я передал, были действительно идеальными. Идеальный пример человеческого мусора! — Итак... вы хотите сказать, что я, член Рыцарей Лазурного Льва, - трус? В его глазах читалась враждебность. Но в отличие от Эйлин, с ним я не чувствовал волнения. Зная, что источником этой враждебности является моя провокация, я ясно видел, как он будет действовать. — Тогда, почему бы вам не доказать обратное? Я спровоцировал его еще больше. — Доказать, что мои слова неверны. Таким образом, он будет действовать именно так, как я ожидаю. https://tl.rulate.ru/book/108664/?ref=258040 ---------- Демон Место назначения — особый район Юйлинь — был, как и говорил Джулиан, городом, больше похожим на сельскую местность. В отличие от переполненных улиц имперской столицы, здесь было трудно встретить даже местных жителей. Едва мы прибыли, нас встретил чиновник, ответственный за этот район. — Гости из столицы. Добро пожаловать. Пожалуйста, следуйте за мной. Чиновник провёл нас на окраину Юйлиня, где стояла небольшая башня с резонирующим камнем. Эйлин распорядилась, чтобы солдаты выгрузили из повозки новый резонирующий камень и инструменты для починки. — Ящик с камнем поставьте туда, а магическую трубку — сюда… А это я сама перенесу. После того как всё было размещено, Эйлин вошла в башню, чтобы осмотреть повреждённый камень. — Как я и думала, здесь трещины. Похоже, его уже не починить. Нужно заменять. — Что же делать? Если барьер исчезнет, демоны нападут… Чиновник побледнел, но Эйлин успокоила его улыбкой. — Не волнуйтесь и доверьтесь мне. Работа займёт не так много времени. — Ох… Получив разрешение, она быстро приступила к делу. Ремонт и замена резонирующего камня — сложная задача, требующая знаний магии четвёртого ранга, уровня «Льва». Однако, если обладать нужными знаниями, это не так уж трудно. Закончив подготовку, Эйлин позволила себе небольшую передышку. «Джулиан…» Она отправилась искать его. Поскольку он отвечал за сопровождение миссии, он находился неподалёку от башни. Причина, по которой она искала его, была проста. Ещё при прибытии в городе произошёл небольшой переполох. Похоже, между орденом «Лазурного Льва» и Джулианом произошла словесная перепалка. Сообразительная Эйлин быстро догадалась, в чём дело. «Наверняка спорили о том, кто здесь главный». Обычная борьба амбиций. Для Эйлин в этом не было ничего нового — подобное случалось каждый раз, когда в миссии участвовал знатный рыцарь. И уж тем более, если этим рыцарем был Джулиан. Учитывая его происхождение и характер, было бы странно, если бы его высокомерная манера поведения не вызвала проблем. — «Тогда докажи. Докажи, что я ошибаюсь», — провокационно бросил Джулиан рыцарю, который хотел взять командование на себя. К этому моменту рыцарь уже понял: среди «Закрытых Глаз» Джулиан был далеко не заурядной личностью. Неважно, о чём шла речь — о статусе или чём-то ещё. Если он считал себя правым, он никогда не отступал. Настоящий монстр в человеческой оболочке, на которого ничего не действовало. — Прошу прощения, сэр Джулиан. В конце концов, рыцарь «Лазурного Льва» отступил. В каком-то смысле это было неизбежно. Обычный рыцарь должен был бы рискнуть жизнью, чтобы противостоять «улыбающемуся палачу». «Его высокомерие никуда не делось», — подумала Эйлин. Действительно, он совсем не изменился. Как мог его лечащий врач диагностировать у него амнезию? Эйлин никак не могла этого понять. — «Полукровка дома Донасьен, кто дал тебе право говорить?» — Ух… — Всё в порядке, леди Эйлин? Воспоминание заставило её вздохнуть. Один из солдат, переносивших вещи, поинтересовался, всё ли у неё хорошо. — А? Да… Всё нормально. Слова, которые Джулиан бросил ей во время вступительного испытания в «Закрытые Глаза». Почему они всплыли в памяти именно сейчас? «Полукровка дома Донасьен» — прозвище, которое Эйлин ненавидела больше всего. Это было просто нелепо. Особенно учитывая, что сам Джулиан тоже был побочным родственником. «Раздражающий тип», — мысленно огрызнулась она. И тут же приняла решение: «Он точно должен извиниться». Она направилась к Джулиану, но с каждым шагом в голову лезли ненужные мысли. Всё-таки она имела дело с Джулианом. Разве этот самодовольный человек вообще способен извиняться? А если вместо этого он решит ответить силой? У неё не было никакой возможности противостоять ему. В конце концов, он был монстром, который выжил в аду и вернулся обратно. «Нет, я всё равно должна сказать», — сжала она кулаки. Если она струсит сейчас, в следующий раз всё повторится. А больше всего её бесило то, что… «Ты сам из побочной ветви!» Ведёт себя так, будто он особенный, хотя находится в таком же положении! Раздражённая, она подошла к нему. Казалось бы, что тут сложного? Просто нужно подойти, назвать его по имени и потребовать извинений за те оскорбительные слова в академии. Сглотнув, Эйлин открыла рот: — Лорд Джулиан. И в этот момент… — Демоны! Демоны появились! Раздался крик солдата. Обернувшись на крик, я увидел существ, покрытых липкой фиолетовой слизью, рычащих и скалящих клыки. Демоны. Порождения смерти Демонического Бога Барбатоса, паразитирующие на живых существах и ставшие злейшими врагами человечества. «Чёрт…» Я мысленно скривился. Конечно, я знал о демонах, но вживую они выглядели отвратительно. Их мускулы раздулись до уродливых размеров, скрывая первоначальную форму, а безумные глаза светились слепой жаждой убийства. Слизь, стекающая с их тел, мерзко напоминала примитивных существ из стратегий в жанре RTS. — Безрогие и Однорогие! — закричал солдат. Безрогие и Однорогие — так классифицировали силу демонов. Они сильно различались по боевой мощи, и их ранг определялся по количеству рогов на голове или теле. Если рогов не было — Безрогий . Один рог — Однорогий. Два рога — Двурогий, и так далее. Естественно, чем больше рогов, тем сильнее демон. — Почему… Почему демоны появились именно сейчас?! Несколько солдат, напуганных жутким видом тварей, пробормотали в страхе. Их внешность определённо была читерской. — Если бы ремонт резонирующего камня затянулся, всё могло бы закончиться куда хуже. Все, готовьтесь к бою! К счастью, нашёлся тот, кто взял ситуацию в руки. Когда рыцарь «Лазурного Льва» Ферн повысил голос, окружающие встрепенулись. — Даже если это демоны, они всего лишь Безрогие и Однорогие! Солдаты, прикрывайте магов! — Да, сэр! — Понял! Обученные бойцы быстро построились и направили оружие в сторону приближающихся чудовищ. — Замена резонирующего камня займёт около десяти минут, — подошла к Ферну Эйлин и доложила о времени ремонта. Тот кивнул. «Значит, нужно продержаться до завершения починки», — подумал я. В данной ситуации лучшей тактикой была оборона. Если удастся восстановить барьер, демоны ранга Однорогого и ниже не смогут сохранять форму и рассыплются. Пока я размышлял, Ферн подошёл ко мне. — Мы с Генрихом и солдатами уничтожим всех демонов в округе, — уверенно заявил он. Выходить до починки камня? Казалось, это лишний риск… Сначала я не понял, но потом осознал: Он хочет доказать свою правоту после того, как я проигнорировал его слова. Очередное измерение амбиций. Я пожал плечами, не отвечая. Мол, делай как знаешь. Если они хотят геройствовать — пусть. Я же пока понаблюдаю и получу первый опыт сражения с демонами. — Всем солдатам внимание! — Ферн повысил голос. — С этого момента мы уничтожим всех демонов в округе! Некоторые бойцы выглядели неуверенно. Они рассчитывали просто держать оборону до починки камня — зачем лишний раз рисковать? Но Ферн, словно предвосхищая возражения, твёрдо заявил: — Если демоны останутся здесь, жители района Юйлинь не смогут спать спокойно. Мы обязаны очистить эту территорию! Звучало убедительно. Хотя солдатам, которым предстояло сражаться, от этого было не легче. — За мной! Орден «Лазурного Льва» займётся Однорогими, остальные — Безрогими! Ферн обнажил меч. Лезвие окуталось голубоватым сиянием — аурой, техникой, доступной лишь искусным мечникам. Видимо, даже номинальный рыцарь умел ей пользоваться. — Во имя вечности Империи и безопасности Императора! Ферн, как и положено члену ордена, произнёс девиз, и солдаты подхватили его. Разумеется, демоны не могли противостоять такой силе. Если сравнивать с игрой, Безрогие были обычными мобами. Даже Однорогий не дотягивал до именного противника. Бой был совершенно односторонним. Тёмная кровь демонов разбрызгивалась во все стороны, а куски плоти превращались в слизь и разлетались в воздухе. Особенно впечатлял меч Ферна — его аура рассекала тела демонов, словно масло. Я кивнул, наблюдая за бойней. «Пожалуй, стоит присмотреться поближе». Фехтовальные приёмы, которые я отрабатывал на манекенах в особняке… Пора испытать их в реальном бою. Мысль о том, чтобы применить «силу Джулиана» на практике, зажгла во мне азарт. …Хотя ненадолго. Внезапно я почувствовал неладное. Барьер из резонирующих камней — это абсолютная защита от демонов. Даже ослабленный, он должен отпугивать низших тварей. Это знали все. Но, зная сеттинг этой игры вдоль и поперёк, я помнил: бывают исключения. А именно — когда демонами командует лидер. «Безрогие и Однорогие практически лишены разума. Если они идут против инстинктов и используют тактику…» Значит, среди них есть Двурогий или выше. Свист! Пока я размышлял, что-то врезалось в дерево рядом со мной. Очень быстро я понял, что это был Генрих, рыцарь «Лазурного Льва». Даже без сознания он сжимал меч, но аура на лезвии медленно гасла. — Сэр Генрих! — вскрикнул Ферн. Я повернул голову в сторону, откуда прилетел рыцарь. — Двурогий демон! — Э-э-это же… кошмар! Демон с неестественно раздутым телом стоял на двух ногах. Два рога росли у него на голове. И… «Человекообразный демон» Я понял: ситуация только что стала гораздо хуже. ---------- Меч Лунного Света С появлением Двурогого демона воздух вокруг стал леденеть и тяжелеть. Эйлин почувствовала резкую перемену атмосферы кожей, оглядываясь по сторонам. Рыцарь Ордена Лазурного Льва — без сознания или мёртв после удара о дерево. Другой рыцарь, уставившийся на демона, не находил способа противостоять ему. Солдаты, чьи лица белели от страха. Эйлин сжала зубы так сильно, что на губах выступила кровь. «Все заклинания, которые я помню, предназначены для починки резонирующих камней, а не для боя…!» Даже в полной готовности победа такого демона не была гарантирована. Эйлин, волшебница пятого ранга «Барко», дрожала перед подавляющей аурой Двурогого. — Шшшш… Вокруг башни воцарилась мёртвая тишина, слышно было одно лишь тяжёлое дыхание чудовища. «Неужели барьер резонирующего камня ослаб настолько… Или агрессивность демонов возросла?» Даже Двурогий должен быть беспомощен перед барьером. То, что он явился сюда, означало лишь одно — повреждения камня серьёзнее, чем казалось. «Что делать…!?» Она изо всех сил старалась успокоить бешено колотящееся сердце, лихорадочно ища выход. Сражаться с Двурогим? Безнадёжно. Стоило одному из рыцарей Лазурного Льва пасть от его удара — и боевой дух солдат рухнул. «Бежать?» Можно было вскочить на коня и ускакать. Но если это место падёт, последствия будут необратимы. Демон двинется из этого региона прямиком к имперской столице. И вся ответственность ляжет на тех, кто не смог его остановить. Она не могла просто развернуться и бежать. «Тогда что…!» В этот момент она ощутила пронзительное желание убить. Подняв голову, Эйлин увидела, как демон в облике зверя летит в её сторону, словно стрела. «Ах…!» Он выждал момент, когда барьер ослаб. У этого существа был интеллект. Когда тварь была уже в паре шагов, Эйлин инстинктивно зажмурилась. Но удар так и не пришёл. Медленно приоткрыв веки, она увидела перед собой… — Джулиан? Спину человека, которого она так ненавидела. Имперский меч, известный тем, что казнил десятки дворян и простолюдинов. И сейчас этот клинок защищал её. — О чем задумалась? — тихо произнёс Джулиан. Он встряхнул мечом, стряхивая с него кровь. Кровь демона, что летела прямиком на Эйлин. — Волшебница класса "Барко", а толку — ноль. Неожиданно его голос, звучавший негромко, заглушил даже тяжёлое дыхание демона. — Ты забыла, чем должна сейчас заниматься?? Эйлин вспомнила то, что действительно упустила из виду. Ответ был очевиден. — П-принесите магический проводник и новый резонирующий камень! Я продолжу ремонт! — её слова враз вернули чиновников Юйлиня к действиям. Солдаты, сжимающие оружие, тоже будто обрели второе дыхание. Одно лишь присутствие Джулиана возвращало людям рассудок и волю к сражению. — Это займёт около семи минут! Сказав это, Эйлин снова взглянула на его спину. Человек, ставший безродной собакой императорской семьи, продавший душу ради карьеры. «……» Но в этой ситуации «Джулиан» был надёжнее всего. Так же, как когда-то в академии Байел. Она не хотела это признавать, снова кусая губу. Но его осанка, его аура — всё отрицало образ просто прихвостня. Я размышлял, стряхивая кровь демона с клинка. Всё хреново. Ситуация не лучшая. Я пытался вжиться в роль, цитируя «реплики Джулиана» из оригинальной работы, но это было непросто. «Я хотел реального опыта, но это перебор» Я посмотрел на Двурогого, наблюдающего за нами. Был ли он когда-то человеком или ходил на двух ногах — теперь это чудовище вышло за пределы человеческого. Почти три метра ростом, с двумя рогами на голове и буграми мышц. Слизь, капающая из пасти, заставляла морщиться. «Один рыцарь Лазурного Льва вне игры. Второй вряд ли справится» Здесь противостоять ему могу только я. Только «Джулиан Крайпарт Фрасон». «Смогу ли?» Конечно, не обязательно убивать. Если Эйлин починит камень — этого будет достаточно. «Ей нужно минимум семь минут» То есть мне придётся сдерживать монстра, который одним ударом вырубил рыцаря с сверхчеловеческой силой. «Придётся» Даже если сбежать — это лишь отсрочка бедствия. В столице найдутся те, кто с радостью воспользуется этим провалом. Безвыходное положение. Но если и был плюс, так это то, что тело Джулиана сильнее, чем я думал. Я вспомнил, как легко рассек демона. «Чистое попадание» Это доказывало — «Джулиан» обладал чудовищной силой. Даже черта «Прирождённый фехтовальщик» помогла мне понять, как владеть мечом. «Я смогу» Во мне забрезжила надежда. Что, возможно, я справлюсь. Сжимая руякоять своего клинка, я шагнул к демону. С каждым шагом давление смертельной угрозы нарастало, а глаза наливались кровью. Но вместе с тем — азарт. Схватка насмерть. Тело Джулиана ощущало эйфорию. «Чёртов маньяк» Это было похоже на пламя эмоций. Если бы я, ненавидящий «Джулиана» как персонажа, отверг эти чувства — Я бы не выжил. Мало копировать действия и речь. Я должен слиться с ним полностью! — Сэр Джулиан! Крик Ферна заставил меня поднять голову. Прямо передо мной — рука Двурогого. Удар, отправивший рыцаря Империи в нокаут. Но мои глаза видели всё: Траекторию. Цель. Точку, куда нужно направить клинок. Бам! Я парировал, и вокруг разнёсся визг металла. — Он… он блокировал! — Остановил атаку Двурогого! Я и сам был удивлён, насколько естественно это вышло. Тело Джулиана превосходило обычного человека. Но этого было мало. Я сосредоточился, наполняя клинок аурой. И тогда проступил свет «Лунного Меча» — визитная карточка Джулиана. — Это… Лунный Меч. Даже те, кто лишь слышал легенды, узнали его. Но меня результат не удовлетворил. Лишь четверть лезвия светилась. Однако эффект был ошеломляющим. Я нанёс вертикальный удар — и по телу демона потекла слизеподобная кровь. Гррхк! Чудовище застонало от боли. Оно чувствовало её, в отличие от низших тварей. «Надо давить» Я крепче сжал рукоять. Тзз! Моё тело взлетело в воздух от глухого удара, и я выплюнул кровь. Осознание пришло не сразу — Демон ударил меня ногой в живот, используя слепую зону. «Блять, как же больно…!?» Я мысленно выругался. Будь я обычным Ли Си Ху, я бы уже корчился на земле. Но разум оставался спокоен. Одержимость «быть Джулианом» меняла меня. — …!! С рёвом демон ринулся вперёд. Воздух рвался от его ударов. Пропустишь один — конец. Уворачиваться и атаковать одновременно было нереально сложно. — Это невозможно… — Это же «Джулиан с Повязкой»*… Но сейчас я мог. Не знаю, как. Не знаю, почему. Просто двигался, как велело тело. С каждым ударом по демону брызги слизи летели во все стороны. Его регенерация мгновенно затягивала раны. Но, судя по замедляющимся движениям, боль делала своё дело. «Неважно, силён он или нет. Боль вызывает колебания» Боль — это тоже эмоция. Чем выше интеллект, тем острее её чувствуешь. Бум-м-м! Над головой демона заклубился «фиолетовый туман». Страх. — Резонирующий камень восстановлен! Барьер скоро активируется! — крикнула Эйлин. Я шагнул к демону. С каждым шагом его эмоции окрашивались ярче. Вскоре фиолетовый окутал его полностью. Демон, движимый инстинктом, рванул на меня. И это была ошибка. Испуганный противник не опасен. Мой разум прояснился, и «знания» Ли Си Ху слились с «опытом» Джулиана. — Чтобы убить одним ударом — бей сюда. Точно так же, как в тренировочном зале особняка, я опустил меч. [Вы получили новую черту: «Прозрение»] Будто предыдущая схватка была иллюзией, демон развалился на две части. Солдаты, рыцари, даже Эйлин — все смотрели на меня с открытыми ртами. — Вау. Что ж… Я и сам был в шоке.Примечания: "Джулиан с Повязкой" - отсылка на то, что Джулиан постоянно сражается с закрытыми глазами. ---------- За кулисами (1) — Демоны отступают! Как только Эйлин закончила ремонт резонирующего камня, а Двурогий демон-командир был убит, оставшиеся твари начали бежать за пределы барьера. — Наконец-то… — Мы живы! Солдаты облегчённо выдохнули. Их взгляды на Джулиана уже не выражали прежнего страха перед «Улыбающемся Палачом». Теперь в них читались уважение и благодарность к человеку, спасшему всех от гибели. — Благодарю за ваши усилия, сэр Джулиан. Ферн из Ордена Лазурного Льва смотрел на него совсем иначе, чем при выезде из столицы. Закрытые глаза Джулиана всё ещё раздражали его, но само отношение к нему изменилось. Пришлось признать: Джулиан был существом иного уровня. Слухи оказались правдой. Даже его аура была слишком благородной для «побочной ветви». — Дальнейшие действия оставляю на вас. Я не привык к таким делам. — Принято. — Благодарю. Тогда мне нужно очистить меч от крови. Неподалёку есть озеро. — Прикажу солдату сопроводить вас. — Нет, не стоит. Коротко усмехнувшись, Джулиан удалился. Ферн вдруг вспомнил, как спорил с этим монстром за лидерство в миссии. Какое глупое решение. Это всё равно что пытаться разбить скалу яйцом. «Он в одиночку убил Двурогого демона… даже не моргнув?» Ферн невольно восхитился удаляющейся фигурой. Неужели его сердце сделано из стали? Такие абсурдные мысли теперь казались правдоподобными. — Ах… Глядя на своё отражение в озере, я вздохнул. «Я думал, что умру» Точнее, был близок к этому. Демон, которого я никогда не видел. И уж точно не ожидал, что буду сражаться с тварью уровня Двурогого. Но, слава Богу, я жив. Оглядываясь назад, я сам удивляюсь, как справился. Опустив руки в воду, я почувствовал холод и дрожь, пробежавшую по кончикам пальцев. «Настоящий бой куда жёстче, чем я думал» Ощущение, как клинок рассекает демона, до сих пор горит в ладонях. А вместе с ним возвращаются эмоции того момента: — Омерзительный вид демонов. — Страх смерти. — Отчаяние, когда я увидел силу Двурогого. Но Джулиан в отражении лишь слабо улыбается, будто всё это — обычное дело. «Чтобы идеально изображать его, я должен воспринимать такое как норму?» Невыносимо. Мне страшно. Я хочу сбежать. Но, как ни странно, я спокоен. Я даже уверен, что в следующий раз не запаникую. — «Тело меняет сознание…!» Шлёп. Я ударил себя по губам. Привычка говорить архаично всё ещё со мной. Черта: «Прозрение» Ранг: Уникальный ▷ Ваша острая наблюдательность позволяет легко выявлять слабости противника. ▷ Вы лучше чувствуете эмоции других. ▷ Вы наносите дополнительный урон тем, кто испытывает к вам страх. == Пока я мыл руки, я вызвал интерфейс, чтобы проверить новую черту. Последний удар, оборвавший жизнь Двурогого. Траектория клинка в тот момент. Всё это — благодаря «Прозрению». «Знания» Ли Си Ху и «опыт» Джулиана слились, открыв мне слабые места врага. «Если бы это был Джулиан в расцвете сил, он бы легко победил Двурогого…» Но я не смог бы убить его одним ударом — если бы не эта черта. Теперь я смогу восполнить его боевую мощь хотя бы отчасти. «Хорошая добыча» Это поможет мне правдоподобнее играть его роль. И уменьшит подозрения окружающих. — …… Когда мысли немного упорядочились, сердце, бешено колотившееся в бою, успокоилось. Первое, о чём я подумал — состояние «Лунного Меча». «Он повреждён» Достав клинок, я увидел трещины на лезвии. Они появились из-за перегрузки маной. Ещё несколько ударов — и он разлетится. «Значит, до оригинала ещё далеко» Но я не расстроился. Этот бой показал мне, как усовершенствовать неполный «Лунный Меч». Вложив меч в ножны, я задумался. «По возвращении нужно подготовить почву» Геранд, третий сын дома Крайпарт, одного из четырёх великих домов Империи, сглотнул, ощущая на себе враждебные взгляды. Совет знати — организация, созданная аристократами для защиты собственных интересов. Старшие представители влиятельных семей собрались здесь. Их взгляды заставляли волосы на шее Геранда вставать дыбом. Одно неверное слово — и он мог лишиться жизни. — Так вы говорите, что мальчишка раскусил наши планы? — Д-да, похоже на то… Геранд низко склонил голову перед суровым голосом. Старейшины цокали языками, разглядывая его с презрением. — Может, это ты оказался некомпетентен и провалил всё? — П-простите, лорд Оран… — Если бы ты не был родной кровью нынешнего главы, сброд вроде тебя вышвырнули бы давно. Оран Крайпарт, нынешний председатель Совета знати. Под его взглядом Геранд ещё ниже склонился. — Лорд Оран, более того… «Закрытые Глаза» внесли предложение в императорский секретариат… — Какое? — В будущем не привлекать инструкторов к ответственности за смерти на вступительных испытаниях. Оран нахмурился, выслушав слова другого старейшины. Но это было не всё. — Также запретить обвинять кого-либо от имени императорской семьи. — Ах…! Некоторые аристократы не скрывали своего недовольства, а кое-кто тихо ругался. — Раз предложение исходит от «Закрытых Глаз», значит, это слова Джулиана? — Именно. Секретариат отклонил его, не допустив до императора. Оран оглядел присутствующих с обеспокоенным видом. «Закрытые Глаза» никогда не выступали против имперских правил. Это беспрецедентно. — Тогда это… — Предупреждение от Джулиана, — предположили другие. Оран провёл рукой по бороде, не веря услышанному. Он всё знает. Дальнейшие неосторожные действия недопустимы. Судя по всему, именно это Джулиан и хотел донести. — Проклятый выродок… Уже опозорил род Крайпарт, став собакой короны, а теперь ещё и угрожает? Оран вспомнил его яростные поступки. — Дворняга осмеливается предостерегать нас… — Лорд Оран, а если это наша возможность? Айден, мужчина средних лет, вмешался спокойно. — Что ты имеешь в виду? — Джулиан впервые действует не по указке короны. Он начал думать сам. Если мы поторопимся, то проиграем. Пока он подчинялся императору — его действия предсказуемы. Но если он действует самостоятельно — переменных стало больше. — Может, понаблюдаем? — Просто смотреть? — Оставить этого монстра без контроля? Он окончательно опозорит имя Крайпартов! — Тише! Оран резко прервал шум. Его взгляд на Айдена был острым, как змеиный. — Продолжай. — Это лишь предположение, но… Джулиана можно использовать куда выгоднее, чем просто отправить на север. «Имперский меч», не имевший ранее собственных мыслей, начал думать… Айден говорил уверенно, с твёрдостью в голосе. — Сэр, вы всё ещё полны решимости. Айден поднял голову на слова кучера. — Похоже на то. — Тогда возобновим попытки завербовать сэра Джулиана? — Да. Если слухи о потере памяти — ложь, он помнит наши дела. Действуйте без лишних проволочек. — Хорошо. Кучер почтительно поклонился. Айден снова погрузился в раздумья. «Монстр, способный в одиночку убить высшего демона…» Завербовать такое оружие — лучшая поддержка. Но тут его осенило. Диагноз лечащего врача Джулиана. Только семья Крайпарт знала об этом. Но слухи разлетелись по знати, будто их специально распространяли. «А если… он сам их запустил?» От этой мысли по спине пробежал холодок. Приманка — основа охоты. Но никто не ставит себя в качестве приманки. Это смертельно опасно. Но если Айден прав, то Джулиан сознательно подставился, чтобы выманить тех, кто позарится на его «слабость». — Он, возможно, безумнее, чем я думал. — Простите? — Ничего… ---------- За кулисами (2) После завершения миссии по ремонту резонирующего камня я вернулся в имперскую Столицу на следующий день. Отправляться на работу во дворец — не самое приятное занятие, но я состоял на службе у императорского агентства. Хотя Джулиан обычно жил как хотел, к делам «Закрытых Глаз» он относился серьезно, поэтому я решил, что стоит явиться. И, как и ожидалось, это было правильным решением. Я прошёл через Врата Небесного Почитания — первые ворота дворца — и направился к штабу «Закрытых Глаз». Едва войдя, я расставил принесённые растения в горшках. Теперь здесь стало гораздо лучше. Раньше кабинет был завален безвкусными украшениями, которые Джулиан считал «искусством». Но после уборки и добавления орхидей атмосфера стала намного уютнее. Орхидеи — прекрасные растения. Они не требуют особого ухода и успокаивают душу любого, кто на них смотрит. Раньше я не понимал такого утончённого хобби. Но со временем втянулся. Что поделать — человеческие вкусы непредсказуемы. Осмотрев теперь уже обустроенный кабинет, я подошёл к окну, сквозь которое лился солнечный свет. Отсюда открывался вид на имперский дворец, признанный одним из семи чудес Империи за свою архитектурную красоту. Но помимо этого, я видел резонирующие камни и алые магические барьеры, установленные по всему периметру. Смертоносная защита, превращающая демонов и иных злоумышленников в пепел. «Метод завершения Лунного Меча» Я размышлял, как усовершенствовать фирменный приём Джулиана, глядя на эти барьеры. Хотя в бою с демонами он показал себя хорошо, его эффективность была далека от идеала — лишь часть клинка светилась аурой. «Именно поэтому меч не выдержал» Мой взгляд упал на ножны, лежащие на столе. Меч, который я использовал в миссии, был в жалком состоянии — ещё пара ударов, и он разлетелся бы. Естественно, я не мог продолжать им пользоваться, поэтому взял новый из особняка. «Хотя в этот раз я справился, в будущем неизбежно столкнусь с более сильными врагами. Нужно поскорее завершить Лунный Меч» Хорошая новость: после реального боя я примерно понял, как это сделать. Тук-тук! Пока я любовался орхидеями, в дверь кто-то постучал. — Войдите. В кабинет заглянул Разлот, ученик «Закрытых Глаз». — П-прошу прощения, сэр Джулиан! Его голос дрожал от страха, а лицо побледнело. Он съёжился, словно ожидая наказания. «Будто я уже сделал что-то ужасное» — Как вы и просили, я принёс драгоценности из императорской казны! — Хорошая работа. Я лёгко улыбнулся и жестом указал на стол. Разлот, слегка запинаясь, поставил ларец с камнями. Самоцветы мерцали, словно намекая на свою неописуемую ценность. Я перебирал их по одному, внимательно осматривая каждый. — Сэр Джулиан… а зачем вам эти камни? Разлот с любопытством посмотрел на меня, но его взгляд тут же заметался, будто он испугался собственного вопроса. «Если боишься — зачем спрашиваешь?» — Ищу камень, совместимый с моей маной, — ответил я. Скрывать это не имело смысла. — С… совместимый? — Да. Мана каждого человека имеет уникальные свойства. Даже ученик должен это знать. Разлот кивнул, затем достал блокнот и начал записывать мои слова. — Именно поэтому у каждого мага своя специализация, а аура рыцарей различается по цвету и свойствам. Разлот снова кивнул, продолжая конспектировать всё мною сказанное. Чувствовалось, будто я читаю лекцию, хотя просто объяснял игровую механику этого мира. Под его восхищённым взглядом я поднял рубин, алый, как пламя. — Любой материал может проводить ману. Но драгоценные камни — лучшие проводники. Я наполнил рубин маной, и его цвет стал ярче. — Понял! — Однако, если свойства противоположны… Трррах! Рубин треснул. — А-а! Разлот аж подпрыгнул от неожиданности. — Поэтому маги классифицируют ману по пяти цветам, чтобы легче понимать её свойства. Продолжая объяснять, я нашёл в ларце камень с голубым свечением. Лунный камень. Я наполнил его манной — и его свет усилился, но не треснул, как рубин. «Вот он. Самый совместимый из них» — Маги используют камни в заклинаниях. Но рыцари тоже могут применять их — выгравировав «магические каналы» на клинке. — Тогда… я тоже смогу использовать ауру?! — Теоретически — да. Лицо Разлота засияло. — Если у тебя хватит маны. Его энтузиазм мгновенно угас. Тело Джулиана обладало маной, сравнимой с уровнем полноценного мага. Только поэтому такой метод вообще возможен. «Нынешний Лунный Меч несовершенен, потому что мана Джулиана не передаётся мечу полностью. Это исправимо, если создать магический канал» Я положил лунный камень обратно в ларец. Эти камни были взяты из казны, так что их нужно вернуть. — Отнесите эти камни обратно. — Слушаюсь, сэр Джулиан! Я уже размышлял, где достать больше лунных камней, как Разлот замялся. — Сэр Джулиан… — М? — Рубин ведь разбился. Что делать? — Ах, точно. Вернув его в таком состоянии — проблемы гарантированы. А чинить самоцветы я не умею. — Возьми это взамен. — …Э-это? Выбора не было — пришлось отдать что-то своё. Я указал на «украшения», пылившиеся в углу. Те самые безвкусные безделушки, которые Джулиан считал искусством. — Казна… примет такое? Разлот усомнился, но эти вещи действительно были дорогими. Джулиан, любивший пускать пыль в глаза, тратил половину жалования на безделушки. Некоторые из них стоили дороже рубина. Но если Разлот всё ещё сомневался, я добавил: — Скажите, что это от меня. — О-от вас? — Именно. «Джулиан Крайпарт Фрасон» Я ещё не до конца осознавал, какой вес имело это имя в «Закрытых Глазах». Но разговор с капитаном Одвином всё прояснил. Когда я сообщил, что ухожу по делам, его ответ поверг меня в шок: — «А когда ты вообще предупреждал меня перед уходом?» «Каким же бездельником был Джулиан?» Да и сам Одвин, спокойно воспринимавший это, видимо, не отстаёт. Впрочем, жалеть его некогда — завершить Лунный Меч важнее. Я покинул штаб и направился в город, но сначала нужно было заглянуть в императорский секретариат. — «Зайдите перед уходом. Они хотят лично услышать отчёт о миссии» Я догадывался, зачем. Для обычного члена «Закрытых Глаз» это немыслимо, но Джулиан — исключение. Меткое определение: полезный пёс. Видимо, они хотели лично проверить, в каком он состоянии. Коридоры дворца. Полы здесь настолько отполированы, что в них видно собственное отражение. — Я Джулиан из «Закрытых Глаз». Меня вызывал сэр Седден Орбиан из секретариата. Секретари обладали властью выше, чем у многих дворян, поэтому их офисы располагались в отдельном здании. Услышав имя Седдена Орбиана, секретарь вежливо улыбнулась: — Сэр Седден занят с гостем. Он просил вас подождать в приёмной. — Понял. Приемная секретариата. Первое, что бросилось в глаза — роскошный интерьер. Классическая элегантность, совсем не похожая на вкус Джулиана. Но среди всего этого выделялся один предмет. — Что это? В углу стояли ножны. Грубые, не вписывающиеся в утончённую атмосферу. — Это, кажется, принадлежит спутнику гостя. «Гость… со спутником? Да ещё и с мечом?» Я нахмурился, медленно приближаясь к ножнам. — Знакомые… Они вызывали странное ощущение дежавю. Взяв их в руки, это чувство только усилилось. — «Сильный телом, сильный духом» Прочитав гравировку на ножнах, я наконец понял, что это. — Убери руки от этого меча, извращенец. Сзади раздался ядовитый голос. По ненависти в нём было ясно — это не секретарь. Учитывая ситуацию, я догадался, кому принадлежали ножны. Мне даже не нужно было оборачиваться. Но я всё же повернулся — и мои подозрения подтвердились. Длинные золотые волосы, изумрудные глаза. Даже недовольное выражение лица не могло испортить её красоту. — Давно не виделись, Линне Лондебэлл. Линне Лондебэлл Дочь дома Лондебэлл, одной из величайших рыцарских семей Империи. Как и Джулиан — ученица Мечника Хайдена Рейха. И, что важнее — главная героиня, которая погибает от руки Джулиана в трейлере DLC. ---------- Линне Лондебель Можно подобрать множество слов, чтобы описать Линне Лондебелл. Но если бы мне пришлось выбрать лишь одно, это было бы — «красота, способная покорить целую нацию» . Внешность Линне была исключительной. Её манеры без усилий покоряли сердца мужчин. Благодаря характеру, который делал её идеальной спутницей главного героя и представительницей игрока — Хейдена Райха — она стабильно занимала высокие места в опросах популярности среди игроков. И правда, её облик был поразителен. Если бы я не был Джулианом, я бы сразу попытался подружиться с ней. Но это было невозможно. Потому что я был учеником, предавшим своего учителя. Между ней, следующей за моим наставником Хейденом Райхом, и мной не могло быть дружеских отношений. В любом случае, причина её появления была очевидна. Ножны, которые я держал, принадлежали Хейдену Райху. Значит, гость в канцелярии секретаря — это Хейден Райх. — Давайте опустим формальности. Верните меч учителя. Как и ожидалось. Линне сделала жест, явно выражая недовольство, но потребовала меч обратно. — Похоже, учитель посещал королевский дворец, не так ли? — Какое тебе до этого дело? — Просто интересуюсь, Линне. В конце концов, сэр Хейден — и мой учитель тоже. Я вернул ей ножны. У меня не было намерения удерживать их — мне просто было любопытно. Затем я сел и стал ждать вызова. «Колючий взгляд». Чувствовалось, как с того конца зала на меня смотрят с особой остротой. Я старался не обращать внимания, скрестив руки и отводя взгляд в сторону, но периодически замечал украдкой брошенные на меня взгляды. Она пыталась казаться равнодушной, но, должно быть, её это очень беспокоило. «Учитывая её характер и прошлое, иначе и быть не могло». Линне гордилась тем, что была ученицей Хейдена Райха. Для неё Хейден Райх был всем в её жизни. А Джулиан — тот, кто получил его знания и наставления, лишь чтобы затем отвергнуть их. Единственное, что радует — в отличие от Айлин, я не в полном неведении насчёт ситуации. Эмоция Линне, увиденная через «Цвет Отрицания», была красной — «гнев». Впервые я столкнулся с эмоцией, отличной от страха, но это не смущало. В каком-то смысле, знать явную эмоцию даже успокаивает, потому что я хорошо понимаю пределы её отношения и действий, проистекающих из этой эмоции. «Пока я сам не перейду черту, она не сделает первого шага». Сейчас для меня самый проблемный человек — тот, кто может внезапно напасть в любой момент. В этом плане Линне не считается объектом для опасений. Хотя она явно проявляет враждебность, она как щенок на поводке, который только лает. И, разумеется, этот поводок — Хейден Райх. Пока она рядом с ним, Линне не сможет поднять на меня руку, даже если я ей неприятен. «Потому что Хейден Райх не позволит этого». Хотя Линне описывают как человека, который в будущем превзойдёт Джулиана, пока она всего лишь новичок. — Мисс Линне Лондебелл, сэр Хейден Райх вызывает вас. Односторонняя враждебность в тишине была прервана сотрудником канцелярии. Линне обняла ножны и встала. Было видно, что она не хочет оставаться здесь ни секунды дольше — её торопливость выдавала желание поскорее уйти. — Я пойду вперед, сэр Джулиан. Давайте постараемся больше не встречаться. Линне попрощалась с язвительной интонацией, как и в начале. — Не будьте так резки. Разве мы не ученики одного мастера, мисс Линне? В ответ на мои слова Линне холодно посмотрела на меня. Похоже, моя игра в Джулиана была безупречна. Она вышла из комнаты для ожидания, не удостоив меня ответом. Причина, по которой королевский секретарь лично вызвал меня, была именно такой, как я и предполагал. Помимо отчёта о миссии, это была также личная проверка. Поэтому отчёт формально пробежали по верхам, и разговор закончился после обмена ничего не значащими фразами вроде «Всё в порядке?» или «Есть ли ранения?». Закончив дела, я покинул королевский дворец и направился в Имперский город. «Может, стоит закончить это сейчас». Было подходящее время, чтобы завершить нестабильный «Лунный Меч». Поскольку до сих пор моё оружие было недостаточно мощным, сейчас самое время обзавестись новым. Нанесение магических прожилок с помощью драгоценного камня на клинок — самый эффективный метод на данный момент. Конечно, подойдёт не любой камень. Как я уже убедился, мне нужен лунный камень — он подходит мне лучше всего. Если всё так, как я знаю, лунный камень должен быть у ювелира. Наверняка смогу найти, если спрошу там. «Как же многолюдно». Адрэтанская Империя была одной из самых густонаселённых на континенте, поэтому Имперский город кишел людьми. Найти нужное место среди этой толпы было нелёгкой задачей. «Хорошо, что есть карта». Я достал карту, полученную от слуги, проверил её и двинулся дальше. Джулиан, любивший выставлять себя напоказ, интересовался драгоценностями не меньше, чем оружием. Похоже, у него был любимый ювелирный магазин, раз слуга смог дать мне карту с его местоположением. — Сэр Джулиан, давно не виделись! Как поживаете? Когда я вошёл в ювелирную лавку, меня встретил седовласый мужчина в монокле. По его реакции было ясно, что я здесь частый гость. — Я хотел бы приобрести лунный камень. — Лунный камень, говорите? — Да. Хозяин магазина выглядел озадаченным. — Это… У нас нет лунных камней. — Вот как? Какое разочарование. Но я понимал. В этом мире лунные камни были редкостью, и спрос на них почти отсутствовал. — Очень жаль. Я вздохнул с оттенком сожаления, а хозяин лавки нервно улыбнулся, слегка вспотев. Над его головой колыхался «фиолетовый туман». — Но если это просьба сэра Джулиана, я приложу все усилия, чтобы раздобыть его. — Это возможно? — Да… Будет сложно, но я позабочусь об этом. Похоже, дурная репутация иногда бывает полезна. В любом случае, это хорошо. Честно говоря, было бы куда хлопотнее искать его самому. Закончив дела, я вернулся в свой кабинет. — Что это всё? Стол был завален бумагами. Там были не только рабочие документы, но и личные — счета за услуги, квитанции о членских взносах в каком-то странном художественном сообществе. «Что это ещё за художественное сообщество…» Я выбросил ненужные бумаги в мусорную корзину. В этот момент раздался стук, и вошёл Разлот. — Сэр Джулиан! Командор Одвин требует вас! Одвин? Не понимая причины, я направился в её кабинет. — Джулиан, у тебя новое задание. Опять? Я только вернулся. На мой вопрос, что за задание, она ответила, что поступила информация о появлении демона в трущобах Имперского города. Приказ — провести расследование. Но что-то казалось не так. — С чего это нас вдруг заботят жалкие трущобы? Я намеренно говорил резко. С каких пор королевская семья интересуется этим районом? Появление демона — проблема, но пока он не причиняет вреда. Расследование может оказаться пустой тратой времени. Особенно в трущобах. Королевская семья никогда не обращала на них внимания. Они бы действовали только при реальной угрозе. — Мне тоже показалось странным. Королевской семье плевать на трущобы. Видимо, Одвин уже разузнала подробности. Трущобы — это последствия насильственного присоединения других стран империей. Люди, не следующие господствующей культуре или религии, даже представители других этносов — все они не допускаются в город и оседают в восточных трущобах. — Слишком много тех, кто будет против, если королевская семья проявит интерес к трущобам. Хотя у них и нет такого намерения. — Тогда зачем? — Похоже, это просьба сэра Хейдена Райха. Чтобы проверить слухи о демоне, королевская семья распорядилась отправить кого-нибудь. «Чёрт». При упоминании имени главного героя я внутренне скривился. Впутываться в его дела сейчас — не лучшая идея. Я ещё не до конца освоился в роли Джулиана, и внезапное столкновение с главным героем принесёт больше проблем, чем пользы. Особенно учитывая, что их отношения, согласно сеттингу, далеки от идеальных. «Но я не могу просто отказаться». Раз это официальный запрос, отказываться некрасиво. В конце концов, если бы я и вправду был Джулианом, мне было бы всё равно на взаимодействие с главным героем. — Мы не можем отправить отряд рыцарей — это привлечёт слишком много внимания, поэтому решили послать кого-то из «Закрытых Глаз». Вряд ли сам сэр Хейден приедет. — Значит, приедет кто-то другой, а не учитель? — Скорее всего. Судя по информации из канцелярии, так и есть. Слова Одвин немного успокоили меня. Но кто-то другой? Главный герой — не тот, кто просто делегирует задачи и действует по указке. Значит… «Они хотят дать Линне опыт?» Должно быть, так. После моего разрыва с Джулианом он назначил Линне своей преемницей и посвятил все силы её обучению. Внезапно вспомнились её слова при прощании: «Давайте постараемся больше не встречаться». Говорила такое, а вот мы и снова встречаемся. — Я думала, мы договорились больше не видеться. Линне Лондебелл говорила с раздражением. Даже не глядя, я знал, что её лицо искажено недовольством. — Разве жизнь всегда идёт так, как мы хотим? — Не хочу это слышать. Ты не нужен для этого задания. Тебе не обязательно идти. Нет, пожалуйста, не иди. — Это личная просьба учителя. Разве мы можем её проигнорировать? — Это… это… Её резкость смягчилась. Она не нашла, что ответить, когда зашла речь о главном герое. Поистине, магическое слово. Когда Линне замолчала, я перечитал приказ. Место — трущобы, подозрение на появление демона; наша задача — проверить. Всё, как я и слышал ранее. — Но почему только мы вдвоём? Если это миссия по уничтожению демона, разве не должны быть солдаты? — Это скорее расследование, а не уничтожение. Наверное, не хотят лишнего шума. … Она вдруг замолчала, и я повернул голову. Линне, как я её знал, должна была сказать что-то ещё. — Не думала, что ты способен на столь разумные слова. Неужели моя репутация настолько плоха? Насколько же безрассудно я вёл себя, если даже такое обычное замечание вызвало такую реакцию… С лёгким вздохом я пошёл вперёд, а Линне последовала за мной с недовольным лицом. «Главное, чтобы миссия ограничилась расследованием». Я ещё не приобрёл достаточной силы. Как и в прошлый раз с сопровождением, но… Учитывая, что рядом Линне — враждебно настроенная ученица главного героя, мне нужно быть ещё осторожнее. Честно говоря, лучше бы не дошло до «уничтожения». Свист Пока я сверялся с указаниями, Линне прошла мимо и взяла на себя роль ведущей. Она посмотрела на указатель и свернула направо. — Мисс Линне. — Что? — Это не туда. Трущобы — это лабиринт из незаконных построек, дороги здесь запутанные. Если следовать указателям, только заблудишься. Она остановилась и пристально посмотрела на меня, подозрительно щурясь. Я попытался успокоить её улыбкой, но быстро понял, что это было ошибкой. — Тогда зачем эти указатели? Я скорее поверю им, чем словам сэра Джулиана, который тут впервые. Моя улыбка злодея только усилила её неприязнь. — Я знаю, ты хочешь превзойти славу учителя. Поэтому ты и участвуешь в этой миссии, да? Хочешь пустить слухи, что затмил любимую ученицу нынешнего Мастера Меча. — Нужно уметь отделять личные чувства от работы. Что будет, если личное начнёт мешать заданию? С этими словами Линне снова пошла вперёд. Обвинять меня в том, что личные чувства мешают работе… Мне было что сказать, но я решил промолчать. Всё равно она бы мне не поверила. В любом случае, правильный путь — налево. Восточные трущобы — это как «Стена Отчаяния», которую хотя бы раз чувствовал каждый игрок . Запутанные, как лабиринт, улицы сводили с ума многих. Конечно, пройдя игру несколько раз, я знал это место как свои пять пальцев. «С точки зрения Хейдена Райха, она была довольно милой». Всё, что она делала — навострила уши, записывала истории, её манеры были по-настоящему очаровательны. Конечно, с моей нынешней позиции она просто раздражающая особа, которая ко всему придирается. Наблюдая, как Линне уходит, я один раз провёл рукой по волосам и медленно последовал за ней. ---------- Глава 16 Улицы трущоб, местами покрытые застарелой грязью, тонули во мраке из-за неисправных фонарей. Линне оглянулась на мужчину, который следовал за ней. Узкоглазый, с достойной осанкой, без лишних деталей в облике — он излучал элегантность. Но Линне знала: это всего лишь маска, скрывающая его истинную сущность. Его звали Джулиан Крипарт Фрасон. Он отверг учение своего мастера, Хейдена Райха, и выродился в подхалима королевской семьи. Заметив, что он всё ещё идёт за ней, Линне мысленно цокнула языком. «Неужели он не понял, что я сказала?» Ещё недавно она дала Джулиану понять, что им не стоит мешать друг другу и каждому лучше заниматься своим делом. Но он, словно не расслышав, продолжал следовать за ней. Конечно, этот хитрый человек не мог не понять её намёков. — Разве мы не ученики одного мастера? Не будьте так суровы. Линне внутренне усмехнулась его фальшивым словам. Он был человеком с болезненной жаждой признания. Ненавидел ярлык «ученика Хейдена Райха», но при этом больше всего на свете мечтал о титуле Мастера Меча. Настолько, что, когда Хейден отрёкся от него, дело едва не дошло до смертоносного сражения. Именно. Он хотел превзойти эту «стену» — своего учителя, даже если для этого придётся сделать его врагом. Но слышать такие речи от него было попросту смешно. — Хватит ходить за мной. В конце концов Линне нахмурилась и высказалась прямо. — Мисс Линне, вы ставите меня в неловкое положение. Всё-таки это и моя миссия. Её пробрала дрожь от его усмешки. Что скрывалось за этой жуткой улыбкой — она не могла понять. Просто проигнорируй. Линне решила сделать вид, что ничего не заметила, и перечитала приказ. «Расследовать признаки появления демона в трущобах». Локация — Зона 034А. Это часть трущоб, и прибытие на место означает начало задания. Линне быстрым шагом шла по грязным улицам. Вскоре её взгляд уловил замызганную табличку. Текущее местоположение: 031А. Ещё немного — и она достигнет цели, Зоны 034А. — …Э? Но на следующей табличке красовалось: 011С. По порядку должна была быть 032А. Линне пришла в полное недоумение. И тут позади раздался голос. — Хе-хе, разве я не говорил? Из-за незаконных построек указатели в трущобах ненадёжны. Голос Джулиана. Тон был обычным, но в данной ситуации звучал раздражающе. — Не лезь без причины. А если ты такой знаток, почему бы не пойти вперёд самому, вместо того чтобы следовать за мной? Она огрызнулась и попыталась продолжить путь. Но следующие указатели уводили её не к 034А, а куда-то в другую сторону. — Тьфу! Да что же это такое?! 01А. В итоге Линне вернулась к началу, в ярости топая ногой. А Джулиан всё так же шёл за ней. Если так пойдёт и дальше, она может не успеть до наступления ночи. С этой мыслью Линне украдкой взглянула на Джулиана. Судя по его словам, он знает эти места. Если подождать и незаметно последовать за ним, возможно, она доберётся до цели. «Лучше смерть». Но как единственной ученице её мастера не пристало терять достоинство. Особенно перед этим предателем. Джулиан… Он обладал талантом, которого хватило, чтобы быть признанным Хейденом Райхом. Линне неохотно, но знала это. Даже походка выдавала его. Чёткий шаг, не растрачиваемый попусту, идеальное дыхание, угрожающая аура, которую любой, следующий пути меча, почувствует сразу. Не приобретённое — врождённое. «Даже если это убьёт меня». Как ученицу Мастера Меча, Линне постоянно сравнивали с Джулианом. «Если бы это был он, то справился бы». «Если бы это был он, то так и должно быть». «Если бы это был он, если бы это был он…» С тех пор как она встала на путь меча, чтобы отомстить за орден, эти слова грызли её гордость, как назойливые насекомые. «Я справлюсь сама. Даже если провалю миссию, не стану просить помощи у тебя». Возможно, этот «улыбающийся палач» ждёт. Ждёт, чтобы сломать её гордость, увидеть, как она протянет руку за помощью. «Джулиан» наверняка так и думает. Потому что он — человек с гнилой натурой — Вы… заблудились? В этот момент к Линне подошёл плохо одетый мужчина, лежавший на улице. Одёжка и внешность выдавали в нём нищего, а неуверенная походка лишь подтверждала это. — Я не смогу провести вас сам, но если пройдёте по этой улице и свернёте в первый переулок, то увидите здание. Там вам помогут. — …Здесь есть проводники? — Место довольно запутанное. Он указал направление, едва держась на ногах. В этом жестоком мире не бывает доброты без ожидания награды и щедрости без причины. Линне знала: доверять незнакомцам нельзя. Но мысль о том, чтобы не показаться слабой перед Джулианом, толкала её вперёд. — Спасибо! Она тепло улыбнулась и протянула нищему 100 нарсов — валюту империи. В глазах нищего вспыхнул огонь жажды, но Линне не заметила. — Видишь? Мне не нужна твоя помощь, чтобы выполнить миссию. — Впечатляет, мисс Линне. Джулиан пожал плечами, наблюдая, как она уверенно идёт к указанному месту. Линне едва сдержала гримасу, но, увидев здание, скрыла эмоции. *** В Адратанской Империи было три крупных преступных группировки. Одна из них, «Шесть Пальцев», хозяйничала в трущобах, куда не доходила королевская власть. Торговля людьми, убийства, контрабанда, воровство, азартные игры — они брались за всё ради денег. Один из членов группировки, Бейден, усмехнулся, увидев двух молодых «ягнят», забредших в его логово. «Дураки». Трущобы, куда редко заглядывала стража, славились ужасной безопасностью. Люди пропадали поодиночке, и винили в этом не преступников, а самих жертв — мол, не умели постоять за себя. То же касалось и чужаков. Новички постоянно терялись в этом лабиринте, и большинство исчезновений было делом рук банд. «Мужчина… сойдёт. Но девушка…» Взглянув на Линне с её золотистыми волосами, Бейден внутренне ухмыльнулся. Её красота действительно могла «покорить нацию». Желание прикоснуться к её белой коже заставило его кровь закипеть. — Так вы ищете дорогу? — Да, мне нужно в Зону 034А. — Ох… Бейден вздохнул и разлил кофе по трём чашкам. Конечно, кроме его собственной, остальные были «специальными». В них на дне лежал порошок снотворного, активирующийся от горячей воды. Бейден первым сделал глоток, чтобы избежать подозрений. — Если хотите проводника до 034А, это будет стоить 300 нарсов. У вас есть деньги? Люди настороженно относятся к бескорыстной помощи, но куда спокойнее — к тем, кто открыто хочет денег. Ведь ясно, чего добивается собеседник. — 300 нарсов… Ладно. Линне кивнула и взяла чашку. Она расслабилась, решив, что это просто «сделка» — он хочет денег, она — информации. Но Бейдену нужны были не «деньги». А она сама. Наблюдая, как Линне подносит чашку к губам, он сглотнул слюну. Бам! Внезапно чья-то рука выхватила чашку и грохнула её об стол. Бейден нахмурился, но узкоглазый мужчина уже шагнул вперёд, схватил чайник и— — А-а-а-а! Облил его кипятком. — Да ты охренел, ублюдок! Бейден вскочил, хватаясь за меч. — Т-ты псих…! — Джулиан, что ты творишь?! Услышав это имя, Бейден остолбенел. «Джулиан? Она сказала — Джулиан?» По его спине пробежал холодный пот. Улыбающийся палач. Безжалостный дворянин, который, будучи псом королевской семьи, рубил и знать, и простолюдинов без разбора. В империи не было человека, который не слышал бы о его злодеяниях. «Но… Неужели это действительно он?» — Мне показалось, в напитке есть примеси. Просто проверка. Хихикнув, «Джулиан» взглянул на две оставшиеся чашки. — Раз сам напиток чист, значит, проблема в чашках. — О чём ты… — Если нет, может, выпьете из той, что нам налили? Он протянул чашку Бейдену. — Э-э… Неуверенность нищего заронила сомнения и в Линне. Бейден мысленно выругался и решил позвать подельников. Но в этот момент… Звяк! Узкоглазый мужчина достал монету и положил на стол. — За проводника вы сказали 300 нарсов, верно? Если нет… Звяк! Он положил ещё одну. Теперь на столе лежало 1200 нарсов. — Или мне учесть ещё и троих охранников, которых ты расставил рядом? Его голос был спокоен, как озеро в лунную ночь. Но смысл за этими словами был недвусмысленным. Он знал о засаде. И вошёл сюда, зная об этом. А значит, был уверен в своей силе. «Тогда… Передо мной действительно тот самый человек». — Как поступим? Его голос был ровным. И Бейден понял. Эти деньги — не просто «плата». Это «цена за жизнь». Четверых человек в этой комнате. — Ч… Что мне делать? Бейден сдался. Чтобы выжить, у него не было выбора. — Местоположение Зоны 034А и информация о недавних происшествиях там. В той лёгкой улыбке не было ни капли милосердия. Только бездонная пропасть. Трясясь, Бейден заговорил. Отчаянно молясь, чтобы это поскорее закончилось. — И… советую сдаться властям. Всё просто, да? ---------- Глава 17 Великолепная имперская столица, напоминающая город, который никогда не спит. Но стоит свернуть на восток от центра — и вот они, обширные трущобы. Не вдаваясь в причины их появления, корень проблемы лежал в политике Адратанской Империи: она предпочитала захватывать соседние государства, а не договариваться с ними. Череда завоевательных войн. Хотя большинство из них были победоносными, потери и неспособность новых граждан адаптироваться к культуре и законам империи привели к тому, что они осели здесь, вдали от сердца столицы. Вряд ли эта социальная структура изменится при нынешнем императоре. С такой мыслью я взглянул на указатель с надписью «Дорога 034А». «Вот оно». Место, где, по сообщениям, видели демона. Сверяясь с картой, которую мне вручил человек по имени Бейден, я двинулся вперёд. Как говорится, «без тигров лисы — короли». Трущобы были зоной, которую королевская семья предпочитала игнорировать. А этот Бейден оказался членом преступной группировки, контролирующей этот район. Они были в курсе большинства происшествий в трущобах. И, конечно же, кое-что знали и о Дороге 034А. На карте также кратко упоминались инциденты в округе. — Как ты догадался? Просматривая карту, я услышал вопрос Линне, следовавшей за мной. — О чём именно? — Что в том доме прятались люди. В её изумрудных глазах читалось недоверие и нежелание задавать этот вопрос. — Тебе интересно? — Да, ответь. Неожиданно честно. Линне Лондебелл. Она верила, что чему-то можно научиться у каждого. Даже у Джулиана, каким бы отвратительным он ни был, навыки были настоящими. Она ненавидела его, но ставила знания выше личных предубеждений. Меня это устраивало. Конечно, было бы лучше без враждебности. — Почувствовал ману. — Ману?.. — Всё живое, каждый предмет, любое явление — вся вселенная пропитана маной. И мана реагирует на другую ману. — То есть, ты… — Перед входом я выпустил немного маны через 2 из 38 «Магических Вен» — «Главные Вены». Это позволило почувствовать присутствие спрятавшихся. — Как у летучих мышей? Я кивнул. — Не знала, что такое возможно… Она пробормотала себе под нос, а я усмехнулся. На самом деле, этот метод чаще использовали маги, а не рыцари вроде Джулиана. Но, зная сеттинг этой игры, я догадался, что это сработает. Не думал, что будет так просто — видимо, благодаря огромным запасам маны Джулиана. Обычно рыцари полагались на интуицию или слух, но я не был идеальным Джулианом. Пришлось импровизировать. — Но ты спрашивал того человека не о происшествиях, а о бытовых условиях? Линне всё ещё копала. — Мы здесь, чтобы проверить сообщения о демоне, разве нет? — Именно поэтому. — И это как-то связано? Она нахмурилась. — Что ты знаешь о «Демонизации»? — Ты что, считаешь меня дурочкой? Это явление, когда злая воля демона Барбатоса вселяется в нечеловеческое существо, превращая его в демона. — А кто сказал, что люди не могут стать демонами? — Это общепринятое мнение. Таких случаев не было. — Их просто очень трудно заметить. Линне замолчала. — Даже в трущобах, рядом со столицей, полно резонансных камней. Демоны не могут появиться здесь спонтанно. А мелкие животные не подходят как носители из-за размеров. Её лицо напряглось. — К чему ты клонишь? Получается, демону неоткуда взяться? — Нет. Здесь полно потенциальных носителей. Она огляделась, не понимая. — Ты хочешь сказать, что здесь человек подвергся Демонизации? — Да. — Это абсурд! Судя по её реакции, в это время факт, что люди могут становиться демонами, ещё не был раскрыт. — Люди не становятся демонами? Ты назвала это «общепринятым мнением», но на деле это просто «слепая надежда», что так и есть. — …Ладно, допустим. Но при чём тут жилищные условия? Объяснять всё с нуля было утомительно, но раз информация не была известна, пришлось. — Люди, подвергающиеся Демонизации, страдают от сильной лихорадки. На этой карте отмечены дома, где покупали жаропонижающее у местной группировки. Я потряс картой. — Три места за неделю. Проверим их — управимся за день. Линне скривилась: «А если ничего не найдём?» — Если нет — на следующий день действуем, как ты хочешь. Какая же она трудная. *** Первые два дома ничего не дали. По пути к третьему Линне сказала с лёгким торжеством: — Это последний. В её словах было «Я же говорила». Она, видимо, уже праздновала победу, уверенная, что люди не могут становиться демонами. Но, как я сказал, любое существо может подвергнуться Демонизации. Просто у людей меньше шансов. — Вон там. Она указала на дом вдалеке. Снаружи — обычное жилище. Но чем ближе мы подходили, тем сильнее становился запах ладана. Я нахмурился. Фонари у дома горели не на масле, а на чём-то странном, издавая едкий дым. — Какая вонь… Линне тоже поморщилась. Я постучал в дверь. — Кто-нибудь есть? Ответа не последовало. Я уже собрался стучать снова, когда… Скрип! Дверь медленно открылась. — К-кто там? На пороге стояла старуха с седыми, растрёпанными волосами. Ни рогов, ни слизи — никаких признаков демона. Но… «Страх». Над её головой витал «Цвет Отрицания». Её взгляд был нервным, речь — прерывистой. А из дома тянуло знакомым запахом. Не ладана. Тем самым, что я почувствовал во время миссии с камнем резонанса. Запах крови, смешанный с демоническим смрадом. Будто огонь в глазах, жжение в носу. Боевой инстинкт Джулиана проснулся. То же самое я ощущал перед битвой с Бикорном. «Оно здесь». Демон был в этом доме. Подозрения из доклада подтвердились. Я подавил нахлынувшие эмоции. — Я из «Закрытых Глаз», организации при имперской семье. Нам нужно осмотреть дом. — И-из «Закрытых Глаз»?.. Глаза старухи расширились. А затем в них вспыхнула ненависть. — Вон! Вон отсюда! Она попыталась захлопнуть дверь. Я подставил ногу. Рывком распахнул дверь настежь. «В семье двое: старуха и её сын». Человек, подвергшийся Демонизации, не может сопротивляться воле демона. Если это не старуха… Значит, её сын. — У-у… Когда дверь открылась, волна смрада ударила в лицо. Линне зажала нос. Теперь сомнений не было: в доме был демон. И ещё одна деталь. Эта старуха либо не мешала демону охотиться на людей… Либо… «…сама кормила его людьми». На столе стояли две тарелки и две пары приборов. Странно. Если сын уже стал демоном, он не мог есть человеческую еду. — Что означают два прибора? — Какой ужас… Я направился к источнику запаха. В глубине дома была дверь с висячим замком. — М-мой сын просто болен! Он буйный, но это не демон! — Сэр Джулиан! Мы должны объяснить ситуацию, а не вламываться!.. — Разве объяснения уместны? — Но это слишком грубо! — Напротив, логично. — Мы здесь для расследования, а не убийства! Хотя бы предупреди… — Взгляни на стол. Линне повернула голову. — Два прибора. Один нетронут, другой аккуратно чист. — Ты сказала, здесь двое… — … — Если кто-то может есть, его бы не запирали. Линне не нашлась, что ответить. — Старуха заманивала соседей, травила их и кормила сына-демона. — Не может быть… Лицо Линне исказилось. А старуха бросилась к запертой двери. Достала ключ, дрожащими руками открыла замок. — Беги, сынок! Быстрее, выбегай…! Хрусть! Из двери вырвалась пасть и откусила старухе голову. Линне остолбенела. А мой разум остался холоден. Как и в битве с Бикорном, инстинкты Джулиана подавили ужас. Демон, словно одержимый, пожирал тело старухи. На его голове формировался рог. — Демон! Линне выхватила меч. Увидев, что у демона один рог, она бросилась в атаку. Но её движения были скованными. Она растерялась. Скрииик! — А-ах!.. Демон ударил её, отшвырнув в сторону. Глядя на её размытую ауру меча, я вспомнил слабость Линне. «У неё больше магических вен, чем у других». Она управляет маной нестандартно, но сама не осознаёт этого. Проблема во многих аспектах. Если так пойдёт дальше, она погибнет. «Но это миссия Джулиана». Если в ходе задания пострадает «ученица Мастера Меча», это привлечёт ненужное внимание. А мне нельзя допускать подозрений. Кииии! Когда демон ринулся к Линне, я оттолкнулся от земли и врезался в него. Существо взвыло от боли, врезавшись в стену. Но оно не умерло. Сквозь пыль я чувствовал его присутствие. — Мне не нужна помощь!.. — Не нужна? Ты еле держишься. Я достал меч, оставив её бормотать недовольство. Но тут возникла новая проблема. «Видела ли Линне «Лунный Меч» Джулиана?» Сейчас он несовершенен. Если Линне знает, на что он способен, и увидит его ослабленным… «…Это добавит правдоподобности слухам о моей амнезии?» Пока я размышлял, демон атаковал. Пришлось убить его без «Лунного Меча». Конечно, без маны клинок не резал демона так легко, как Бикорна — их тела тверже металла. Кр-р-рак! Но «Прозрение» позволило мне видеть слабые места. Я наносил неглубокие, но точные удары. — Без… ауры? Линне остолбенела. Я тоже был удивлён. Резать демона без маны — это… После серии атак демон истёк кровью. Кииии! Последний вопль — и он рухнул замертво. — Ты мог закончить быстрее с «Лунным Мечом». Почему не использовал? — Так веселее. Безумный узкоглазый злодей. Эта фраза вновь напомнила, насколько безумен был настоящий Джулиан. ---------- Глава 18 — Вся премия за задание — ваша. В конце концов, я ничего не смогла сделать. После завершения задания в трущобах, прямо перед тем, как войти в королевский дворец, Линне остановилась и с трудом произнесла. Джулиан повернул голову и посмотрел на лицо Линне. Их взгляды встретились, но на лице Джулиана невозможно было прочесть никакие эмоции. Как всегда, его глаза были полузакрыты, а на лице играла легкая улыбка. — Не говорите так, мисс Линне. Мы же с вами товарищи по обучению, не так ли? — Вы мне не нравитесь. Линне сказала это прямо. Многим Джулиан был неприятен, но лишь немногие выражали это открыто. Однако, несмотря на откровенную враждебность, Джулиан остался невозмутим. — Жаль. Мы ведь с вами ученики одного мастера. Ху-ху. — То, что мы когда-то учились у одного мастера, не делает нас одинаковыми. Мастер говорил, что с силой приходит ответственность. Но сила, которой вы обладаете, не несёт за собой никакой ответственности. Может, вам стоит проявить хоть немного сдержанности? Вспомнив ту сокрушительную силу, с которой он только что расправился с демоном, Линне вновь ощутила все свои давние претензии. Почему он идёт против учения мастера? Почему желает смерти мастера? — Сдержанность — добродетель лишь для трусов. — Значит, вы называете нашего мастера трусом? Оскорбление в адрес мастера было недопустимо. Линне сжала кулаки. Она закусила губу от растущего гнева. Знал ли об этом Джулиан или нет — он спокойно произнёс: — Мисс Линне, вы действительно не понимаете этот мир. — Что вы сказали? — Некоторым людям просто не по силам жить со сдержанностью. — Чушь какая… Прежде чем она успела закончить, Джулиан уже сделал первый шаг вперёд. — Как бы там ни было, вы сегодня хорошо потрудились. Так что я заберу свою долю за это задание. Коротко усмехнувшись, Джулиан направился к королевскому дворцу. Смотревшая ему вслед Линне нахмурилась. — Жизнь, в которой невозможно позволить себе сдержанность… Это была фраза, которую она никак не могла понять, особенно в свете учений их мастера. На душе у Линне стало тяжело. Действительно, он был человеком, которого она не могла понять… и не хотела. — Возвращаешься? В этот момент её окликнул чей-то голос. Она обернулась — в карете сидел мужчина, обращённый к ней. Увидев знакомое лицо, Линне слабо улыбнулась. — Дядя Эрген. Эрген Лондебель. Член семьи Лондебель, брат её отца. Сердечно поприветствовав племянницу, он распахнул дверцу кареты. — Если возвращаешься в особняк, давай подвезу. Садись. — Нет, я сама… — Не отказывайся. Отказ в этой ситуации был бы только лишней неловкостью. Линне села в карету. Когда она тихо отдала указания кучеру, повозка медленно тронулась с места. — Возвращаешься после задания от сэра Хайдена? — Да. — Всё прошло хорошо? В тот момент, когда она уже собиралась ответить «да» на вопрос Эргена, Линне вдруг осознала, что в этом задании она ничего не сделала. Хотя всё закончилось благополучно, было неловко просто кивнуть. — Так себе. — Рад это слышать. Видимо, сэр Хайден по достоинству оценил твой талант. Но не переусердствуй. Эрген посмотрел на неё с тревогой. — Извини, наверное, я зря тебя поучаю. — Вовсе нет, дядя. — Но тот человек, с которым ты была… неужели это был сэр Джулиан? При упоминании этого имени лицо Линне на мгновение скривилось, прежде чем она вернула себе спокойствие. — Да. — В последнее время его действия сильно тревожат Сенат. Говорят, он подал запрос в канцелярию, чтобы надавить на Сенат. Среди знати Империи было трудно найти кого-то, кто бы не интересовался Джулианом. Поэтому вопросы Эргена, как аристократа, были вполне естественны. Пёс королевской семьи, печально известный своими многочисленными выходками. Его взлёты и падения были предметом обсуждений в высоких кругах, и многие желали посплетничать о нём. Особенно учитывая, что он — дворянин, ставший псом короны, было неизбежно, что он привлекал внимание. — Оказывать давление на Сенат дворян, будучи дворянином… Невозможно понять этого человека. — Да. — Но больше всего тебе стоит опасаться самого Джулиана. Эрген произнёс это негромко, затем взял Линне за руку и с серьёзным выражением продолжил: — По какой бы причине ни было, держись от него подальше. Этот человек — слишком опасен. Он — меч королевской семьи, лишённый всякой привязанности, абсолютно не учитывающий человеческие отношения. Человек, которого дворяне должны сторониться. — Понимаю, дядя. — Но… у меня есть некоторые сомнения. — Какие? — Почему сэр Хайден изгнал его, несмотря на все слухи о его выдающемся мастерстве? В голосе Эргена прозвучала едва заметная насмешка. — Можно начать думать, что он вовсе не такой уж великий мечник, как о нём говорят. — Это… — Хм? — …Неправда. Линне категорически опровергла это. Идеальный путь меча. Хладнокровие даже в экстренной ситуации. Сила, которой он пользовался, была не бездумной — всё было выверено и сдержанно. Это было очень похоже на тот стиль меча, который она считала идеалом. — Что бы там ни было, его искусство меча подлинно. Мастер наверняка именно это и разглядел, приняв его в ученики. Умение точно поражать жизненно важные точки демона без использования ауры, и физические способности, чтобы реализовать это. Даже если он сделал это «ради удовольствия», если судить только по результату, он действительно убил демона без использования маны. — Он силён. Гораздо сильнее, чем она. Линне хотелось сказать больше, но гордость не позволила. — Что именно произошло? После завершения миссии в трущобах я докладывал Одвину, командиру. А что действительно произошло? Перед глазами пронеслось множество мыслей. А вдруг я что-то напортачил? Вспомнив, как раньше Одвин усомнился во мне из-за простого тона голоса, я насторожился. — О чём вы? — Тебя ведь посылали в трущобы, чтобы проверить слухи о появлении демона? — Верно. И это оказалось правдой. — Тогда почему один преступник вдруг пришёл с повинной? И при этом упомянул твоё имя? Сначала я не понял, о чём речь. Но, немного подумав, вспомнил — я же тогда встретил Байдена в трущобах. И действительно, я велел ему покаяться. Но чтоб он и правда пошёл и сознался? — Наверное, он осознал свои грехи. Раскаялся... и решил сознаться. Почему моё имя всплыло — понятия не имею. Одвин посмотрел на меня с сомнением, но я это проигнорировал. Просто отмахнулся. В любом случае, он и королевская семья сами разберутся с последствиями. Он вздохнул и слегка сдвинул в мою сторону лист бумаги. Ещё одно задание? — мелькнула мысль, но надпись вверху листа показала, что дело в другом. — Это компенсация за миссии. Включая бонус за два последних задания. Компенсация за задания. Иными словами, зарплата. Я прочитал документ — и онемел. — ...11 тысяч нар? В Империи Адратан валюта называется нар. Согласно краткому описанию сеттинга «Давайте убьём Владыку Демонов», один нар примерно равен одному доллару Земли. Так что 15 000 нар — Это же 15 миллионов вон? При ближайшем рассмотрении оказалось, что фиксированная часть зарплаты, помеченная как «ставка Закрытых глаз», была небольшой. Основной прирост дался за счёт бонусов за два последних задания. Кроме того, Линне отказалась от своей доли — и она досталась мне. — Впечатляет. Сам не заметив, пробормотал я. Одвин кивнул: — Правда? — Да... — Это меньше обычного. В этом месяце у тебя много пропусков из-за ранений. Я усмехнулся про себя. Значит, обычно я получаю ещё больше? Юлиан был не обычным человеком. Титул «пёс королевской семьи» был не для простаков. В конце концов, «Закрытые глаза» — это агентство, принадлежащее исключительно короне. Зарплата не могла быть маленькой — для сохранения престижа империи. — Хм? Пока я вчитывался в платёжную ведомость, взгляд упал на графу с вычетами. [- Плата за содержание поместья] [- Зарплаты слугам] Ну, с этим всё ясно. [- Взнос в Имперскую ассоциацию искусств] [- Подписка на журнал «Рыцари»] Хм... До этого момента всё ещё можно понять. Я знал, что Джулиан увлекался искусством и тратил на это деньги. Но подписка была чересчур дорогой. [- Рассрочка за фарфор «Невеста» из атриума Донатьена] [- Рассрочка за «Космос Ид» от известного художника Корузия] "Что за безумие?" Имена художников, знакомые каждому жителю империи. Произведения из их атриумов стоили непомерно дорого. В итоге графа вычетов была заполнена ужасающими суммами. [Чистая выплата: 900 нар] В итоге мне досталось 900 нар. Для дворянина — абсурдно малая сумма. "Этот парень... вообще откладывал деньги?" Я закрыл глаза, и перед мысленным взором встал образ особняка, заваленного ненужными антиквариатами. Гостиные, спальни, даже библиотека — всё уставлено картинами и статуэтками. "Вот же..." У меня даже закружилась голова. Я ведь должен был скоро забрать заказанный лунный камень у ювелира.Но без денег — никак. "Придётся занять у кого-нибудь..." Нет. Джулиан бы так не поступил. Он бы взял ещё одно-два задания, чтобы добыть нужную сумму. — Сэр Одвин. — Да? — Есть ещё задания? Удивление промелькнуло в глазах Одвина. — Впервые ты сам об этом заговорил. Но, к сожалению, новых миссий нет. Внутри я тяжело вздохнул. Джулиан Крайпарт Фрейсон, бывший ученик Мечного Мастера. Улыбающийся палач Империи, призрак с клеймом. Мужчина, облечённый множеством титулов и дурной славы, даже не мог представить, что его путь будет преграждён... финансовыми трудностями. ---------- Глава 19 Прим. переводчика: Маг Aileen, которую я до этого переводила как "Айлин" в дальнейшем будет переведено как "Эйлин". «Насколько же бесполезной может быть человеческая жизнь». Бормотание, похожее на внутренний монолог. Это моя оценка действий Джулиана до сих пор. Этот чертов узкоглазый злодей не только пытался убить своего наставника, Хайдена Рейха, но ещё и оказался идиотом, который не умел как следует распоряжаться деньгами. «Нет большего дурака, чем тот, кто, находясь в таком положении, собирает произведения искусства вместо того, чтобы откладывать деньги на чёрный день». Конечно, от жалоб проку немного. Я тут же взял несколько предметов искусства из особняка и направился в обещанный ювелирный магазин. Работы известных художников, признанных во всей империи и даже на всём континенте. Я подумал, что смогу обменять их на лунный камень. «…» — Сожалею, господин Джулиан, но мы не проводим сделки посредством натурального обмена. Это была наивная мысль. Хозяин ювелирной лавки излучал «страх», но всё равно вежливо отказал. Купец не станет заключать убыточную сделку. Они не будут просто так скупать искусство. В конце концов, искусство остаётся искусством лишь для тех, кто может распознать его ценность. Однако в любом мире есть места, где подобные вещи можно продать. А именно — художественная галерея. — Ах, добро пожаловать, господин Джулиан. Я — Пирсос, оценщик из галереи искусства «Id Cosmos». — Приятно познакомиться. Зайдя в «Id Cosmos», одну из галерей в столице империи, я был встречен оценщиком. Обычно на организацию такой оценки уходят недели, но «Джулиану» удалось назначить встречу всего за один день. — Могу ли я взглянуть на предмет, который вы хотите оценить? По просьбе оценщика я достал картину, что висела у входа в особняк. Масляный портрет, с кремовой текстурой, характерной для масла, отражающий уникальный внутренний мир художника. — О… Из уст оценщика вырвался вздох. Очевидно, это была не обычная вещь. Казалось, любой причастный к искусству человек стал бы пускать слюни. Оценщик не мог скрыть улыбки, стал поворачивать картину под разными углами, достал увеличительное стекло, чтобы осмотреть её поближе. Через несколько минут он натянуто улыбнулся. — Это подделка. — …Подделка, говорите? — Да. Оценщик кивнул в ответ на мой вопрос. — Оригинальный автор этой работы — Корусиус Винсент. В мире искусства в своё время была мода подражать его уникальной технике… В конечном счёте, это означало, что передо мной — подделка, имитирующая технику известного художника. А значит, ценности она не имеет. Может, стоило принести что-то другое?.. Я подумал, что это достойная картина, раз она висела у самого входа в особняк, но, похоже, ошибался. — Тем не менее, я впервые вижу настолько искусную подделку. Я хотел бы её купить. Как насчёт 1000 нар? К счастью, оценщик выразил готовность купить картину. Похоже, он предложил честную цену. Я кивнул. Учитывая, что мне срочно нужен был лунный камень, чтобы завершить несовершенный «Лунный меч», каждая монета была на счету. Не было причин отказываться от 1000 нар. — Тогда, господин Джулиан, позвольте мне принести договор? — Да. Я кивнул, и оценщик, извинившись, удалился вглубь галереи. Оставшись один, я осмотрелся. «Довольно людно». В галерее было много посетителей, все они были поглощены разглядыванием произведений. Особенно интересно было то, что большинство работ здесь выполнены в импрессионистской технике. Учитывая, что сеттинг «Давайте убьём Повелителя демонов» находится где-то между средневековьем и современностью, это выглядело довольно прогрессивно. С такой мыслью я стал рассматривать самую броскую картину. Хм. Всё равно не понимаю. Говорят, «знать» и «ценить» — это разные вещи, но по моим ощущениям, это просто хорошо нарисованная картина. — Ценить искусство… довольно старомодное увлечение для вас. Кто-то заговорил со мной — тот, кто, как и я, не мог постичь глубокий мир искусства. Судя по знакомому тону, этот человек знал меня. Я обернулся, чтобы увидеть, кто осмелился так запросто обратиться к печально известному Джулиану. Тёмно-синие волосы. И лицо, к которому тянется взгляд. Эйлин де Донасьен. Человек, чьи намерения с момента нашей первой встречи оставались неясными. Её алые глаза будто втягивали в себя. — Мисс Эйлин тоже пришли посмотреть на картины? Я ответил с безразличием. Я мог бы и проигнорировать её, но с таким непредсказуемым персонажем важно было собирать информацию при каждом удобном случае. К счастью, над её головой не появилось «цвета отрицания». — Разумеется. Эйлин пожала плечами. В конце концов, какая ещё причина может быть для визита в галерею, кроме желания посмотреть на картины? Это я тут странный — пришёл продавать искусство за деньги. — У одного моего родственника здесь выставлена работа. Эйлин указала пальцем на картину, висевшую перед нами. На ней был написан заголовок — «Прогулка», а в качестве художника значилось имя «Ферен де Донасьен». Похоже, именно эту работу своего «родственника» она имела в виду. — Знаете? — внезапно заговорила Эйлин, продолжая разглядывать картину. — Знаю что? — Сенат в последнее время пристально за тобой наблюдает. Эта женщина с поразительной легкостью бросала такие фразы, будто говорила о погоде. Делая вид, что меня это не задело, я тоже продолжал рассматривать картину. Эйлин тем временем продолжила: — На самом деле, ещё во время вступительного экзамена в «Закрытые глаза» я примерно представляла, чего добивается Сенат. — Именно поэтому экзамен был устроен так, как был. Потому что я хорошо понимала их намерения. Я кивнул, изображая невозмутимость, но внутри всё бурлило. То, что только что рассказала Эйлин, было для меня новостью. Если бы я знал об этом заранее, я бы всеми силами отклонил роль инструктора на том испытании. — Отчасти потому, что твоя стратегия тогда не сработала, а отчасти — из-за предложения, которое ты недавно подал в канцелярию, Сенат теперь скрежещет зубами. Они расценили это как посягательство на их власть. Предложение, в котором я указал на недостатки вступительного экзамена в «Закрытые глаза», было воспринято как вызов? — Понятно. — Притворяешься, что тебя это не беспокоит, да? Просто будь осторожен. Можно не сомневаться, что они что-нибудь предпримут. — Спасибо, леди Эйлин. Но... вы уверены, что вам стоит говорить такие вещи? Эйлин прищурилась, глядя на меня. — Что ты имеешь в виду? — Вы же дворянка. Вам наверняка нужна поддержка Сената. Разве можно вот так свободно говорить о таких внутренних делах? — Всё в порядке. Я хоть и дворянка, но в первую очередь — маг с Башни магов. И… — Она замялась, взгляд её на миг потух, но затем снова стал твердым. — Ты помог мне в Специальном округе Юлин. Я не люблю оставаться в долгу. Будь то за добро… Или за зло. Эйлин добавила это с особым акцентом. Старое выражение: «Отплачу добром за добро, злом — за зло». — Хорошая привычка, — я едва заметно усмехнулся. — Сэр Джулиан! Я принёс договор! — Оценщик, ушедший было за документами, поспешно вернулся. Он аккуратно разложил бумаги на столе. Я достал из кармана перо. — Что вы делаете? — Эйлин, стоявшая рядом и наблюдавшая за происходящим, спросила. Я вкратце объяснил: пришёл посмотреть на картины и заодно продать одну. — Эту картину? — Да, леди Эйлин, — ответил вместо меня оценщик. Эйлин медленно подошла к картине, лежавшей на столе в раме. Её выражение стало серьёзным. Она внимательно всматривалась в изображение. — Вы собираетесь так просто продать эту работу? — Ах, леди Эйлин тоже узнали технику Корусиуса Винсента. Но, к сожалению, это подделка… — Это подлинник. Я уверена, что в Империи нет ни одного художника, кто работал бы с маслом так же. И подпись в углу — точно Корусиуса. — Простите?.. — Простите?.. Оценщик снова принялся изучать картину, особенно ту часть, на которую указала Эйлин. Спустя какое-то время лицо оценщика побледнело. — Э-этого не может быть… Это действительно подлинник… Такая редкость… Похоже, я допустил ошибку. — При таком качестве это не может быть подделкой, — твёрдо заявила Эйлин. Подлинник? Услышав бормотание оценщика, я снова взглянул на картину, лежащую на столе. — Это меняет оценочную стоимость? Честно говоря, мне было всё равно — подделка это или нет. Главное — чтобы цена была повыше. А подлинники, естественно, ценятся больше. — Простите, сэр Джулиан… Если это действительно оригинал, наша галерея не может позволить себе такую покупку. Не может позволить? Тогда сколько же на самом деле стоит эта картина? — Я спросил, насколько изменилась оценка? Сколько она стоит? Оценщик с побелевшим лицом не мог вымолвить ни слова. Зрачки дрожали, а над головой густо клубился «цвет страха». — Д-дорогой Джулиан! В оценке ведь можно и ошибиться! Людям свойственно ошибаться! — Простите, сэр Джулиан…! Они, наконец, осознали, каким я, должно быть, им показался. «Улыбающийся Палач», который вот-вот вынесет приговор оценщику за ошибку в оценке. Похоже, в своём возбуждении я действительно случайно их припугнул. Даже Джулиан не стал бы так поступать… …Наверное. — Я не собираюсь никого винить за ошибку. Как сказала леди Эйлин, людям свойственно ошибаться. Я постарался говорить спокойно, давая понять, что им не о чем беспокоиться. Но Эйлин, похоже, вовсе не была в этом уверена. — Однако, теперь я в затруднении. Что же делать с этой картиной… Если покупка лунного камня затянется, у меня начнутся проблемы. Мне нужно как можно скорее завершить «Лунный Меч» ради хоть какой-то безопасности. — Тогда, может, мне вас с кем-то познакомить? — Пока я размышлял, внезапно заговорила Эйлин. — Я знаю одного человека, которому точно будет интересно купить картину Корусиуса. — Правда? Я невольно отреагировал на эту неожиданную удачу. Такое везение, да ещё и помощь от непредсказуемой Эйлин — повод для подозрений. — Но тебе придётся кое-что сделать для меня. Как и следовало ожидать. Она напомнила: в этом мире ничто не даётся даром. ---------- Глава 20 Вместо того чтобы представить кого-то, Эйлин попросила об одолжении. После того как я согласился и последовал за ней, мы прибыли в Академию Байель. Красивое зрелище. Хотя академия считалась одним из семи чудес Империи из-за контрастов в архитектуре, напоминающих королевский дворец, сдержанная естественность этого места придавала ощущение стабильности. «Стабильность, да…» Наверняка, я так чувствовал отчасти потому, что Академия Байель — одна из ключевых сцен в «Убьём Повелителя демонов». Это место было глубоко связано с главным героем — Хайденом Рейхом. Именно здесь он впервые увидел Джулиана, и здесь же скрываются фрагменты его прошлого. Игроки часто бывали в этом месте по ходу сюжета. — Итак, что именно вы хотите от меня, леди Эйлин? — Задание простое, — ответила она, двинувшись по ухоженной дорожке академии. Разумеется, я последовал за ней. — Это как раз то, в чём вы особенно хороши. Что именно она имеет в виду? Пока я молча шёл за ней, почувствовал, как взгляды окружающих обращаются в нашу сторону. Некоторые полны «страха», другие — настороженности. — Леди Эйлин, вы направляетесь в старое здание? — В этот момент к нам на дороге подошёл мужчина. На его плече красовался символ «Четвёртого Ордена, Лео», а на шее висел преподавательский жетон Академии Байель. Он был профессором, преподающим магию, и магом. — Да, сэр Харди Годфри. — Эйлин с яркой улыбкой поприветствовала его. — Приятно видеть и вас, господин Джулиан. Не ожидал, что мы встретимся в таком месте. — Взаимно. Рад встрече. — Мужчина признал и моё присутствие. Когда я в ответ слегка улыбнулся, он на миг дёрнулся, после чего поспешно перевёл взгляд обратно на Эйлин. — И всё-таки, леди Эйлин, вам поручили довольно хлопотное дело. — Хлопотное? Это нужно для студентов. Я никогда не считала это обузой. — Вот как? Что ж, учитывая ваше происхождение, это не то, на что вы бы стали жаловаться. Он усмехнулся с пренебрежением. Я думал, они просто знакомы, но, похоже, между ними напряжённые отношения. — Чтобы избавиться от клейма боковой ветви, приходится терпеть и стараться, верно? — Значит, у сэра Харди тоже есть трудности, которые нужно преодолевать. — Эйлин не осталась в долгу. — Что вы этим хотите сказать? — На последнем просмотре диссертаций вы получили оценку хуже, чем я. Даже хуже, чем я — представительница боковой ветви. — Ч-что… Лицо мужчины покраснело. Теперь презрение, раньше лишь намекавшееся, проявилось явно. — Я-то беспокоился, что вам поручили такое обременительное задание, а в ответ слышу только оскорбления. — Я тоже волновалась. — Кто о ком волнуется!? Голоса становились всё громче. Если так пойдёт дальше, спор может перерасти в драку. — Вот почему нельзя нанимать людей из боковых ветвей. Они не знают своего места… — Это, похоже, ваше личное мнение, сэр Харди. — Он явно растерялся, не ожидая моего вмешательства. Да, по-хорошему, это вовсе не моё дело. Ничего хорошего от участия в чужих конфликтах нет. Но я не собирался терять время на пустяки. Особенно когда каждая секунда на счету. — Родственные ли связи или нет, все дворяне — граждане Империи. Можно ли считать ваши слова вызовом Императору, который заложил основы порядка в Империи? — Вы, похоже, слишком многое себе воображаете, в очках-то. Я всего лишь указал на недостатки боковой ветви… — Правда? Я широко улыбнулся, глядя, как он кивает. — Я тоже из боковой линии. Если верить словам сэра Харди, я — один из тех самых «недостаточных», не так ли? — … Я коротко усмехнулся, и лицо мужчины застыло. Вскоре над его головой появилась фиолетовая дымка. Коснувшись рукояти меча на поясе — чисто жестом — я с удовольствием отметил, как испуг отразился у него на лице. — Судить людей по таким бесполезным критериям недостойно профессора академии. Когда я порезался, то увидел, что кровь у всех красная — независимо от происхождения. Хотите проверить? — …Ик. Мужчина начал икать. Разумеется, я и не думал вытаскивать меч. Это был просто жест. Надеюсь, это преподаст ему горький урок — не нарываться по пустякам. — Пойдёмте, леди Эйлин. — Э? А… Да. Эйлин тронулась с места, слегка запнувшись, словно всё ещё была в замешательстве. Я молча поклонился мужчине и пошёл следом. — Вы ведь не собирались на самом деле вытащить меч? Спустя какое-то время осторожно спросила Эйлин — по всей видимости, испуг всё ещё не до конца прошёл. — Разумеется, нет. — Облегчение. Она тихо вздохнула с явным облегчением. — Спасибо. — За что? — Просто. За то, что избавили меня от этого раздражающего человека. — Не стоит благодарности. Вскоре перед нами показалось старое здание. Несмотря на то, что это был «старый корпус», по архитектурному стилю он ничем не уступал новому. Это наглядно демонстрировало, каким огромным был бюджет Академии Байель. Размеры его были внушительными. Тот факт, что такое здание просто оставили как «старое крыло», красноречиво говорил о расточительности. — Так что же вы хотите, чтобы я сделал? — Вы сами это сказали раньше. То, в чём вы особенно хороши. После того как я осмотрел огромных размеров старый корпус, я снова взглянул на Эйлин, и она продолжила: — Охота на демона. Охота на демона? В Академии Байель? — Это же место должно быть защищено барьером из резонансных камней. — Я тоже с трудом в это поверила. Но внутри старого здания обнаружили небольшое существо. Эйлин достала похожий на компас футляр. Внутри находился камень, сияющий голубоватым светом, — Резонанс. — Судя по размеру, он совсем небольшой… — Раз камень Резонанса среагировал, значит, это точно демон, — кивнула она. — С таким размером — это мелкий демон, которого можно было бы проигнорировать. Но с учётом недавнего роста числа проявлений демонов и различных инцидентов… Эйлин добавила, что инциденты происходили и в трущобах. — Обстановка и так напряжённая, поэтому мы решили разобраться с ним до того, как здание откроют для публики. Более того, в последнее время участились случаи появления культов, поклоняющихся демонам… Словом, проблем хоть отбавляй. Проще говоря, Эйлин поручили разобраться с демоном, засевшим в старом здании. В обычной ситуации направили бы рыцарей или специалистов по борьбе с демонами, вроде «Закрытых глаз». Однако демон в этом корпусе слишком мал, чтобы его обнаружил барьер из резонансных камней. Похоже, академия не хочет придавать делу широкую огласку. — Проблема в том, что демон слишком мал, чтобы оказаться в зоне действия барьера, и его невозможно корректно обнаружить магией. — Это, должно быть, проблематично. — Очень. Как мне справиться с демоном, которого даже камень Резонанса не может обнаружить в таком огромном здании? Эйлин с усталым выражением взглянула на меня, затем украдкой заглянула в лицо. — Вот я и хотела попросить тебя о помощи. Как тебе такое? — Хм… Я коротко хмыкнул. Как и сказала Эйлин, старое здание, что стояло перед нами, было поистине огромным. Найти в нём крошечного, неуловимого демона — всё равно что искать иголку в пустыне. Разговор с тем человеком по имени Харди, по сути, был не так уж далёк от истины. «…Может, сработает тот метод». Разумеется, это не значит, что способа вовсе нет. — Даже тебе это может не под силу. Не обращая на неё внимания, я толкнул дверь у входа в старый корпус. Я ожидал затхлого запаха из-за долгого запустения, но внутри было на удивление чисто. Пересекая коридор к центру здания, я закрыл глаза и сосредоточил всё внимание на «Крови маны» внутри меня. Глубоко вдохнув и выдохнув, я несколько раз взболтнул «Кровь маны», и изнутри тела начала едва ощутимо струиться мана. Это была техника «Обнаружение маны», которую использовали для поиска преступников, скрывающихся в трущобах. — Если бы я могла найти его таким способом, я бы уже давно так сделала, — пробормотала Эйлин рядом. Действительно, «Обнаружение маны» — прерогатива волшебников. Даже если я знаю теоретические основы магии, это не означает, что я смогу лучше Эйлин — которая прошла практику — применять «Обнаружение маны». «Тогда, выходит, способа нет?.. Хм?» В этот момент среди распространяющейся по зданию маны начала проявляться особая «окраска». . Он показывает негативные эмоции, что таит в себе другой человек. Однако «цвет» появился в местах, слишком узких для людей — например, на потолке. — Ты меня слушаешь? Существо такого размера невозможно обнаружить с помощью обнаружения маны… — Тсс. Я жестом велел ей замолчать, и она, недовольно прищурившись, всё же замолчала. Я начал выделять больше маны. Мана, колеблясь, визуализировалась, как «аура», используемая рыцарями, заполняя коридор старого здания подобно воздуху. Убедившись в этом, я спросил Эйлин: — Если здание повредится, мне придётся платить за ущерб? — Э? А… Нет, не нужно. Мы и так собирались делать ремонт. Прекрасно. Я вытащил меч и ударил по потолку. Тррресь! С резким звуком в потолке сразу появилась трещина, обломки посыпались вниз. — Ч-что такое!? Я увидел маленькие лапки, отчаянно пытавшиеся вскарабкаться вверх к потолку. — Похоже, это демон, паразитирующий на крысе. Из-за такого размера барьер и методы обнаружения были бесполезны. Существо в панике пыталось скрыться над потолком. Я снова взмахнул мечом, сбив его вниз, и затем добил, окончательно разрубив тело. Затем я снова начал распространять ману более широко. Если виден , возможно, поблизости есть другие демоны. Но, к счастью, кроме этого, ни один не проявился. — Похоже, это был единственный. К счастью, дело оказалось несложным. — …Как ты узнал? — Что именно? — Где находится демон! Он был настолько мал, что ни барьер резонансного камня, ни магия не могли его уловить. Как ты узнал? Она с нажимом требовала ответа, но я не мог просто так сказать ей. Что я увидел , исходящий от демона, и по нему определил его местоположение. Что я намеренно распространил ману в плотной форме, чтобы этот проявился яснее. — Секрет. Уклончивый ответ вызвал у Эйлин недовольство — её лицо стало капризным. ---------- Глава 21 Передо мной сейчас улыбается пожилой мужчина по имени Альром Кхорни. Он был одним из заместителей директора Академии Байера, представленный мне Айлин. Поглаживая свою, казалось бы, неухоженную бороду одной рукой, он заговорил: — Я и представить не мог, что увижу это произведение искусства лично. — Неужели? — Да, действительно. Это посмертная работа великого художника Коррузиуса… Осмотрев принесённую мной картину, Альром пробормотал, словно погрузившись в далёкие воспоминания. — Под тёмными грозовыми тучами яростно колышется пшеничное поле, низко летают чёрные вороны. За этим полем виднеются несколько дорог, ведущих в никуда… Казалось, он смотрел дальше того, что было изображено на картине. Конечно, я понятия не имел, что там могло быть. Что же там, за пределами? — Пейзаж, окутанный грозовым небом… Коррузиус, написавший эту картину, в письме к своему младшему брату, который был его главным меценатом, сказал: «Я заключил в этой картине свою скорбь и крайнее одиночество». Альром повернул голову и пристально посмотрел на меня, словно ожидая ответа. — Да, это верно. Простое согласие. Услышав такой прямой ответ, на лице Альрома мелькнула лёгкая досада, и одновременно над его головой появился «серый мираж». Цвет сомнения означает «скептицизм». Я едва осознал, что Альром хотел не просто подтверждения, а «сопереживания» искусству. Чёрт возьми. Я начал лихорадочно соображать. Чтобы продать картину по хорошей цене, нужно было учитывать чувства собеседника. «Посмертная работа… посмертная работа… ах». Вот, надо сказать так: — Великий художник Коррузиус покинул этот мир вскоре после создания этой работы. — Да, в винограднике красного цвета, прямо как на этой картине. Альром закрыл глаза и на несколько секунд погрузился в раздумья. Сработал ли мой ответ? Серый мираж над его головой исчез. — Я и не подозревал, что вы цените искусство. — Конечно, нельзя узнать глубину человека, пока не поговоришь с ним. Это естественно. — Верно. Заместитель директора Альром осторожно кивнул. — Тогда обсудим цену, сэр Джулиан? Я охотно кивнул. В конце концов, я пришёл сюда не для того, чтобы спорить об искусстве. Альром тактично кашлянул. — Думаю, оценка не потребуется. Сэр Джулиан вряд ли принёс бы что-то менее подлинное. — Я гарантирую подлинность этого предмета честью своих глаз, — ответил я с лёгкой напускной уверенностью. До того, как Айлин сказала мне, я и сам не знал, подлинник это или подделка, но это уже неважно. — Как насчёт такой суммы? Альром, проверяя мою реакцию, осторожно показал четыре пальца. 40 000 нар? Этого хватило бы с лихвой даже после покупки лунного камня. «Немного разочаровывающая цена». Она была выше ожидаемой, но я всё равно был разочарован. В надежде оставить хоть немного денег, я вступил в переговоры. — Художник Коррузиус не был при жизни признанным мастером. — …Да, лорд Джулиан. — Ирония в том, что его работы теперь считаются шедеврами, но их ценность признали лишь после смерти. При жизни, как и многие другие художники, он жил в бедности. Он кивнул, поглаживая бороду, видимо соглашаясь, так как я не видел «серого миража» над его головой. — Это последняя работа Коррузиуса. Картина, поставившая точку в его несчастливой жизни. Беглый взгляд. Миража по-прежнему нет. — Работа, открывшая золотой век после его смерти. Разве для картины, представляющей жизнь столь известного художника, это не слишком низкая оценка? Я повторял это много раз, но я не разбираюсь в искусстве. Однако можно упаковать известную информацию. Не так уж сложно аргументировать правдоподобную цену, опираясь на факты. Но оговорка может всё испортить… Впрочем, у меня есть «Цвет Обмана». С его помощью я могу понять его намерения и исправить ошибки. Риск практически нулевой. Хм…? Он заметно нахмурился, но, похоже, не собирался отказывать. Значит, если немного поднять цену… — Да. — Добавьте ещё 100 000 нар… Хм. — Что? Добавить 100 000 нар? Это больше изначально предложенной суммы. — Как насчёт 500 000 нар? «5… 500 000 нар?!» Погодите, разве пальцы, которые я изначально показал, не означали по 10 000 нар каждый?! Значит, картина стоит больше 500 миллионов?! Я сглотнул. Я был ошеломлён, но уникальные лицевые мышцы Джулиана и его улыбка сохранили моё выражение лица. — Теперь вы понимаете её ценность. Будто так и было с самого начала, я ответил нагло. *** После того, как Айлин доложила о завершении задания, сотрудники академии были поражены. — Разобраться с делом в старом здании всего за один день… Поистине удивительно. — Действительно. Как и ожидалось, у кого-то из семьи Донасьен свой уникальный подход. Конечно. Задача, на которую, казалось, уйдёт не один день, если не недели. Справиться за один день — это достойно восхищения. — Хоть и из побочной ветви… — Твоя спесь снова растёт. Конечно, были и те, кто смотрел на неё свысока. Но безосновательная клевета — не более чем лай испуганного щенка. Айлин открыто улыбнулась им. — Проклятая побочная… — Воображают себя выше своего положения… Увидев их недовольные лица, Айлин вышла из административного офиса. Воспоминание об их раздражённых выражениях вызвало у неё усмешку. Она знала, что они не любят её из-за её происхождения. Но они не могут сказать этого прямо, потому что семья «Донасьен», к которой она принадлежит, имеет более высокий статус, чем их собственные семьи. «Быть из побочной ветви — это постоянное испытание». Это то, что её отец всегда говорил. Неважно, из побочной ты ветви или нет, если ты докажешь свою ценность достойно, это само по себе благородно, вне зависимости от крови. — Уф. Но даже Айлин, до недавнего времени стойко переносившая подобное, в какой-то момент усомнилась. — Полукровка из семьи Донасьен, кто дал тебе право говорить? Слова Джулиана стали шоком. Было ещё хуже от того, что это сказал именно он. «… Он из той же побочной ветви, что и я». Говорить такое среди тех, кто сам из «нечистой» крови, было возмутительно. «Кто-то изо всех сил борется, а вместо помощи…»* Он - холодный клинок, пятнающий не только себя, но и имя «побочной ветви» и «Крипарта». Человек, запятнанный всевозможной дурной славой. — Будь ты из побочной ветви или основной, все дворяне - подданные империи. Можно ли расценить эти слова как вызов Его Величеству Императору, установившему законы империи? Но почему тогда… — Я тоже из побочной ветви. По словам сэра Харди, значит, я тоже из неполноценных? …Он вдруг сказал это? Ему плевать на свою родословную и семью. Всё, чего он хочет, — это собственное возвышение и превзойти своего учителя, «Мастера Меча», в боевом мастерстве. «Теперь?» Запятнанное имя, даже если он изменится сейчас, какая разница? И всё же она подумала. Если бы он вернулся к тому Джулиану, каким был в их академические годы. Окружённый теми, кто презирает его за происхождение, если бы он вернулся как Джулиан, доказавший свою силу и благородство… Тогда… — Мисс Айлин, как раз вовремя. Потерянная в мыслях, Айлин повернула голову на внезапный голос позади. Заместитель директора Академии Байера, Альром Кхорни, приближался, обильно потея. — Заместитель директора Альром. Когда Айлин поздоровалась, Альром провёл рукой по бороде, показывая улыбку, окрашенную лёгким дискомфортом. — Разговаривать с сэром Джулианом - настоящее испытание для нервов. Я повидал многих рыцарей и волшебников за своё время, но столь яростную ауру, кроме сэра Хейдена Райха, Мастера Меча, я не видел ни у кого. — Он выдающийся. Эм… Ваш разговор прошёл хорошо? Айлин организовала их встречу. Чувствуя ответственность, она спросила, и на его лице расплылась улыбка. — Я очень доволен! «Красный виноградник» Коррузиуса — это картина, которую я давно хотел заполучит! Конечно, это бьёт по кошельку, но держать её в руках… — Рада это слышать. — Всё благодаря вам, мисс Айлин. Ха-ха-ха! Альром рассмеялся, затем кашлянул, чтобы успокоить взволнованное сердце. — Кстати, я слышал, вы завершили задание в старом здании… — Да. — Это хорошо. Ходят слухи, что еретическая группа «Общество Рассвета» расширяет своё влияние. Жаль, что мисс Айлин пришлось заниматься таким неприятным делом из-за них. «Общество Рассвета»: культ поклонников демонов, недавно появившийся в империи. Айлин горько усмехнулась. — Всё же лучше разобраться с этим до того, как что-то случится. — Рад, что вы так думаете. — Сэр Джулиан уже ушёл? — Получив часть оплаты наличными, он поспешно удалился. Может, ему что-то срочно нужно было купить… — Интересно, что же Джулиан мог захотеть купить… Ах! Внезапно вспомнив что-то, Айлин вздохнула. — Простите, заместитель директора Альром. Я только что вспомнила о срочном деле! — Что-то случилось? — Мне нужно срочно достать лунные камни для статьи, которую я подаю в Магическую Башню! Вежливо извинившись, Айлин поспешила выйти из коридора. ** — Что?! Лунные камни закончились?! Айлин громко воскликнула, добравшись до ювелирного магазина «Слёзы Делана» на площади Бенедикта. — Да, простите, мисс Айлин. — Но я была уверена, что запас достаточный… И разве я не предупредила заранее, что собираюсь их купить? — Дело в том, что лунные камни забрал тот, кто заказал их первым. Он оформил заказ до вас, и мы ничего не могли поделать. — Это… Айлин расстроилась, узнав, что лунные камни закончились. Как специалист по элементу золота среди пяти элементов, составляющих ману, она планировала написать статью о «Мане, содержащейся в металлах». Но без лунных камней она ничего не могла сделать. — Не могли бы вы сказать, кто их купил? Столь большое количество лунных камней — вряд ли они ему все понадобятся. — Ну… — Продавец замялся, но затем ответил. — Это был сэр Джулиан. — Что?! — Получив часть оплаты наличными, он поспешно удалился. Может, ему что-то срочно нужно было купить… Кто бы мог подумать? Что причина, по которой ему срочно понадобились наличные, — покупка лунных камней, прямо как у неё. — Всё это количество?! Да зачем ему столько?! Конечно, количество лунных камней в «Слёзах Делана» было немаленьким. Скупить всё — для чего это могло понадобиться? — Он сказал, что для изготовления меча. Меча? Из этого драгоценного материала? Вместо других, более подходящих материалов?! «Лунный камень — это драгоценный камень…!» Джулиан, известный своей расточительностью, наверняка планировал сделать украшенный меч для декора в своём доме. — Из драгоценных камней… Да какой же это будет меч?! Ирония ситуации. Разве не она помогла ему продать картину, что привело к этой проблеме? «Перемены? Да никакой помощи!» Айлин внутренне возмутилась, пересмотрев своё недавно изменившееся мнение о нём. ---------- Глава 22 Банг-банг! Звук молота, обрушивающегося на раскалённое железо. Затем — вид докрасна нагретого металла, погружаемого в ледяную воду. За стеклянной перегородкой открывалась кузница, словно сошедшая со страниц фэнтези. Моё сердце согрелось при этом зрелище, но… — Это не меч, а просто поделка! Моя гордость не позволит мне создавать подобное! Реальность резко вернулась, когда я увидел перед собой хмурого старика. Его волосы были белы, как снег, а имя — Лугер Орланд, владелец кузницы «Пламя Заката», самой знаменитой в королевстве. Он был кузнецом, выковавшим меч для «Мастера Меча» Хейдена Райха. — Это не поделка. — Нет, это именно поделка. Взгляни на чертёж, который ты принёс! *Бам!* Лугер ударил ладонью по деревянному столу, отчего единственный лист с эскизом слегка подпрыгнул. Назвать это «чертежом» было даже стыдно. Это был просто список требований к мечу из лунного камня. — Судя по этому чертежу, ты хочешь создать именно поделку, а не оружие. Меч из самоцветов… Разве можно назвать это клинком?! Взгляд Лугера впился в мой эскиз. — В «Пламени Заката» мы ковали оружие только для рыцарей. Поэтому, как я уже сказал, если тебе нужна безделушка… — Я уже не раз повторил: мне нужно оружие. *Щёлк.* Взгляд Лугера стал ещё острее. — Оружие? Но в твоём чертеже… лунный камень должен быть сердцевиной клинка, верно? — Да. — Лунный камень — это самоцвет. Он куда менее прочен, чем обычная сталь. Судя по чертежу, ты хочешь выгравировать «мановые жилы», но он разлетится от первого же удара. — Это не важно. Всё равно сделайте. Моя упёртость, кажется, разозлила его ещё сильнее. Лицо Лугера исказилось. Тогда вмешалась сидевшая рядом красивая женщина с обеспокоенным выражением лица. Люпина Орланд. Вредный старик передо мной, Лугер, приходился ей дедом. — Сэр Джулиан… Наше клеймо стоит на каждом оружии, которое мы создаём. Если клинок разобьётся при первом же использовании, разве это не ударит по нашей репутации? — Хм…? — Лунный камень — это самоцвет. Меч с таким ядром сломается мгновенно. Сэр Джулиан, вы ведь понимаете, о чём мы… Её аргумент был логичен. Для оружия, которое продаётся рыцарям, прочность — едва ли не главный критерий. Если меч от «Пламени Заката» разлетится при первом же ударе, что подумают люди? «Этот бренд — полный отстой». Хотя они ставят небольшое, но узнаваемое клеймо, я задумался: может, стоит обратиться в другую кузницу? Но «Пламя Заката» оставило во мне глубокий след. «В конце концов, именно здесь был выкован меч для Мастера Меча, Хейдена Райха». Другими словами — гарантия качества. Что же делать? Размышляя, я вдруг нашёл решение. В конечном счёте, они хотят сохранить репутацию. — Тогда, если я смогу использовать этот меч, не сломав его при этом, это вас устроит? — Что? Ответ был прост. Мне нужно лишь доказать, что клинок выдержит. — Если, как вы говорите, я смогу сражаться специальным мечом из лунного камня, не повредив его, этого будет достаточно? — Да? Ах, да… конечно. — Ты вообще слушаешь? Лунный камень — хрупкий самоцвет. Меч из такого материала сломается при любом ударе… — Если вы сомневаетесь, вот решение. Ситуация явно беспокоила Люпину. Лугер же смотрел на меня с вызовом, словно говоря: «Ну, попробуй». Я достал кошелёк и положил на стол сумму, необходимую для заказа. — Пожалуйста, приступайте к работе. — Ты вообще ничего не понял… — Затем я продемонстрирую, смогу ли я использовать этот меч, не сломав его. — Что?! Игнорируя его возмущение, я продолжил: — Если он сломается во время испытания, я не потребую возврата денег. Как вам такое условие? — Ты говоришь очень уверенно. — Ах, и за само испытание я тоже заплачу. С этими словами я достал ещё денег и положил их рядом. Это была половина суммы заказа. Если меч сломается — всё пойдёт прахом. Но я был уверен, что он выдержит. *** — Сэр Джулиан, ваш меч готов, но… Через несколько дней, когда я вернулся в кузницу, меня встретила Люпина. В её руках были изящные ножны. — Как и ожидалось, у него проблемы с прочностью. Наши кузнецы несколько раз ломали его в процессе. Они сказали, что смогли лишь придать ему форму. — Понятно. Это не важно. Когда я взял меч, по пальцам пробежал лёгкий холодок. «Вот он». В момент, когда я обхватил рукоять, мана в моём теле забурлила. Я мгновенно извлёк клинок. «Лунный меч» — слишком красивый, чтобы называться оружием, и слишком грубый для украшения — предстал передо мной. — Как видите, как декоративный предмет он прекрасен. Но как оружие… — Он хрупкий. — Да. Люпина кивнула. В её глазах читалась уверенность: этот клинок никогда не станет оружием. — А где сэр Лугер? — Он сказал, что пойдёт на полигон первым. — Хорошо. Тогда проводите. Она кивнула и повела меня вглубь кузницы. Вскоре мы вышли на просторную площадку. Видимо, здесь демонстрировали доспехи и оружие, созданные в кузнице. — Здесь собралось немало народу. Странно, но все кузнецы «Пламени Заката» стояли вокруг. А Лугер, всё так же хмурый, смотрел в нашу сторону. — Да… все хотят посмотреть, сможете ли вы реально использовать этот меч. — Понятно. Чувство, будто я стал зрелищем, было… не таким уж неприятным. Меч из лунного камня хрупок из-за низкой прочности. Зная это, все гадали: «А что, если?» Если бы это было сразу после моего «превращения» в Джулиана, напряжение, наверное, сдавило бы горло. Но теперь я привык быть в центре внимания. Более того — мне даже хотелось немного поиграть на публику, ведь Джулиан обожал выставлять себя напоказ. — Если сэр Джулиан сможет разрубить этот доспех лунным мечом, мы разрешим вам забрать его. Я кивнул на слова Люпины и подошёл к манекену в доспехах. Проведя рукой по металлу, я ощутил монолитную твердь. Швы между пластинами были идеально подогнаны — явно работа мастеров высшего класса. — Хм? Вокруг манекена валялись куски железа. Присмотревшись, я заметил царапины на доспехе. «Толщина — 1 см. Обычные латы — 2 мм. Это даже не доспех, а кусок стали». А железные обломки вокруг — осколки от предыдущих ударов? — Испытание готово. Как вы и сказали, если меч сломается… — Я не потребую возврата денег. Если он разлетится… он мне и не нужен. Я слегка повернул голову и усмехнулся. — Но этого не случится. Хотя я обычно избегал излишней самоуверенности в роли Джулиана, сейчас, держа лунный меч, я чувствовал азарт. Желание немедленно испытать его. Глубокий вдох. Я приложил клинок к доспеху. Если просто ударить — меч разлетится на куски. Но этот клинок был создан именно для «Лунного Меча». Естественно, аура была основой. Чтобы активировать «Лунный Меч», я открыл 6 из 38 мановых сосудов — главные меридианы. «Врата Сердца» — главный меридиан. «Врата Покоя», ведущие к голове. Двое «Врат Перехода» — к рукам. Двое «Врат Исправления» — к ногам. Когда все главные меридианы активировались, лунный меч начал светиться. — Это же легендарный… — Но прочность у него ужасная. Даже сэр Джулиан не справится. Игнорируя шёпот за спиной, я сосредоточился на клинке. Раньше область «Лунного Меча» была узкой, как серп луны. Если открыть все меридианы, обычный меч не выдержит маны Джулиана и разрушится. Но мановые жилы, выгравированные на клинке, были созданы, чтобы распределять ману, не позволяя ей скапливаться. Для завершения «Лунного Меча» нужен был проводник. Лунный камень стал им. «Так что в этот раз, используя не только главные, но и второстепенные меридианы, меч выдержит». Я открыл два из четырёх второстепенных меридианов в голове — «Золотые Линии». Три из шести в сердце — «Активные Линии». И четыре «Линии Перехода», ведущие к правой руке, держащей меч. «Аргх…» Когда я полностью открыл путь для маны, хлынувшей в клинок, мне показалось, будто я выливаю воду в бездонную бочку. Но это длилось мгновение. — Ох… Кто-то ахнул. «Наконец-то…» «Лунный Меч», которым владел Джулиан. Теперь он сиял так ярко, что мог считаться истинным. Особенность: «Незавершённый Лунный Меч эволюционировал в настоящий Лунный Меч». Аура, входящая в ТОП-5 во вселенной «Let’s Kill the Demon Lord». Чувствуя, как тело горит, словно в горниле кузницы, я медленно поднёс меч к доспеху. Не с грубой силой, а естественно, как ветер, скользящий по полю. От одного края доспеха — к другому. Кланг! Там, где прошёл клинок, сталь рассеклась чисто, и доспех, разрезанный пополам, рухнул на землю. — Не может быть… — Он даже не напрягся, но разрубил эту броню… Фишка Джулиана, «Лунного Меча», заключалась в том, что мана, переполняющая клинок, вращалась внутри него беспрерывно. Как цепная пила, например. Режущая способность — подавляющая. Причина, по которой я, ненавидя Джулиана, так хорошо знал это умение, проста. «Я умирал от него много раз». Главный герой «Let’s Kill the Demon Lord», Хейден Райх, его бывший ученик и заклятый враг. Персонаж, который в большинстве сюжетных линий выступает антагонистом. Именно поэтому, как один из самых сложных противников, я хорошо изучил его способности. — Итак, сэр Лугер, могу я забрать этот меч? Осмотрев разрубленный доспех, я перевёл взгляд на Лугера. Угрюмый кузнец, кажется, так и не разгладил брови. ---------- Одежда по размеру (2) Забрав меч из кузницы «Пламя Заката», я отправился обратно в особняк по ровным мощёным улицам столицы. Сумерки сгущались, и один за другим вспыхивали уличные фонари на мановых камнях. Вскоре столица вновь засияла так ярко, словно на дворе стоял полдень. Улица жила запахами и голосами людей. Пробираясь сквозь оживлённую толпу, я покосился на два меча у пояса. Вокруг громко переговаривались горожане. Один — простой стальной клинок, которым я пользовался до сих пор. Второй — заказанный в «Пламени Заката» меч из лунного камня. При виде его изящных ножен на губах сама собой появилась улыбка. «Теперь я без труда справлюсь с большинством угроз». До сих пор мне приходилось лишь изображать Джулиана, потому что собственной силы я ещё толком не обрёл. Но теперь, когда я мог полноценно использовать «Лунный Меч», до задуманного совершенства оставалось всего около тридцати процентов. — Хе-хе… Тихий смешок невольно сорвался с губ. — И-и-и…! — Кхм! Кха… Несколько прохожих испуганно покосились на меня, а над их головами проступил Цвет Страха. Вот же. Как бы хорошо мне ни было, нельзя терять самообладание. С этой злодейской узкоглазой физиономией даже сдержанный смешок способен напугать людей до полусмерти. «Заодно стоит решить, что делать дальше». Я намеренно отказался от кареты и пошёл в особняк пешком. Завершение работы над «Лунным Мечом» подняло мне настроение, и захотелось прогуляться, а заодно спокойно обдумать дальнейшие действия. «Продолжать играть Джулиана необходимо. И ещё нужно найти способ вернуться домой…» Разумеется, я не переставал думать о возвращении в родной мир. Без всякого предупреждения я очутился в теле игрового персонажа — да ещё и худшего злодея из всех возможных. Мир и сам герой были мне знакомы, но поселиться здесь навсегда я не собирался. «Что может вернуть меня обратно? Увидеть финал игры?..» Погрузившись в мысли, я свернул в один из столичных переулков. Через него путь до особняка был заметно короче. Под ногами раздался плеск. Сюда почти не попадал солнечный свет, поэтому земля так и не высохла после недавнего дождя. «Тогда в первую очередь нужно не допустить воскрешения Демонического бога. А значит, столкновения с Орденом Рассвета не избежать». Орден Рассвета. Джулиан Крайпарт Фрейсон и сам шёл по злодейскому пути, но даже среди многочисленных игровых фракций Орден Рассвета стоял особняком. Его целью было воскрешение Демонического бога Барбатоса. Еретики были готовы ради этого на всё. Кроме того, они были заклятыми врагами игрового героя Хейдена Райха, и именно они убили отца Линне Рондвейл. Подлинное воплощение зла. «Может, стоит объединиться с Хейденом Райхом? Но…» Ради общего блага я мог бы обратиться к Святому Мечу с предложением. Однако в памяти снова и снова всплывала сцена из трейлера, где Джулиан перерезал горло Хейдену Райху и Линне. «Что же делать… А?» В этот момент голову словно пронзил электрический разряд. Тело Джулиана предупреждало меня об опасности. Черта «Обострённое чутьё». — Кто здесь? Переулок был пуст. Ни звука, ни малейшего признака чужого присутствия. Лишь мой голос прокатился эхом по мёртвой тишине. Ответа не последовало. Показалось? Нет. «Обострённое чутьё» не ошибается. «Придётся искать с помощью маны». Я уже потянулся сознанием к внутреннему запасу маны, когда… Плеск! Кто-то двинулся ко мне. *** Линне пришла в «Пламя Заката», чтобы забрать оставленный там меч. Услышав, что Джулиан ушёл совсем недавно, она с облегчением произнесла: — Хорошо, что мы не встретились. — Ха-ха… Ты и правда терпеть не можешь сэра Джулиана, да? Кузнец Люпина криво улыбнулась, услышав её недовольное ворчание. — Конечно. Даже думать не хочу об этом наглеце. Он ведь не устроил здесь неприятностей? Если снова что-нибудь натворил, это опять бросит тень на имя мастера Хейдена Райха… — Был небольшой шум, но ничего серьёзного. Джулиан постоянно вёл себя отвратительно и тем самым порочил имя своего бывшего наставника. Поэтому, узнав о его визите, Линне сразу обеспокоилась: вдруг он снова устроил скандал, как раньше? — В этот раз он хотя бы не угрожал убить нас, если мы откажемся ковать ему меч. Так что не переживай. — Ну… хотя бы так. Год назад Джулиан бросил вызов Хейдену Райху и потерпел поражение, после чего свалил всю вину на свой меч. Он явился в «Пламя Заката» и потребовал изготовить точную копию клинка Хейдена. Главный мастер Лугер Орланд отказался, заявив, что не станет делать копию уже существующего меча. Тогда Джулиан обнажил оружие и начал угрожать. — Как ни странно, на этот раз он был довольно вежлив. Заплатил всю требуемую сумму и покрыл дополнительные расходы. — Правда? Люпина кивнула. Линне вздохнула с облегчением, но вместе с тем в ней проснулось любопытство. — Тогда из-за чего был шум?.. — М-м? Да ничего особенного. Сэр Джулиан попросил изготовить меч из самоцветов. — Из самоцветов? Линне не поняла, что та имеет в виду. — Да. Он принёс целую груду лунных камней и потребовал вставить их в сердцевину стального клинка. — Наверняка хотел поставить его дома как украшение. Линне не была близка с Джулианом, но они учились у одного мастера, поэтому кое-что о его характере она знала. Например, Джулиан был помешан на произведениях искусства. — Нет, он сказал, что будет пользоваться им сам. — …Прости? — Не выставит в особняке как украшение, а будет сражаться им как обычным оружием. — Это же нелепость. Линне сразу отвергла услышанное. Лунный камень был самоцветом и по твёрдости значительно уступал стали. Если использовать такой меч в бою, его сердцевина неизбежно расколется. Это понимал любой, кто хоть немного разбирался в оружии. — После нескольких ударов он развалится изнутри. Использовать в бою меч с самоцветной сердцевиной… — Сначала я сказала то же самое. Но он ответил, что это не имеет значения, и настоял на заказе. Это был ещё один совершенно неожиданный ответ. Линне молча уставилась на Люпину. Та неловко улыбнулась. — Хочешь посмотреть? Мы ещё не успели прибрать площадку после испытания. — Испытания? Линне недоумённо склонила голову, а Люпина кивнула и повела её во двор «Пламени Заката». Взгляд Линне сразу упал на центр площадки. Там стоял манекен для доспехов, а рядом лежали две идеально ровные половины лат. Доспех был настолько толстым, что обычный меч скорее сломался бы, чем пробил такую защиту. — Сэр Джулиан разрубил эти латы тем самым мечом из самоцветов. Слушая объяснение Люпины, Линне подошла ближе и внимательно осмотрела доспех. Даже нормальным клинком добиться такого было непросто. А Джулиан использовал меч, чья сердцевина была значительно мягче стали. — Нет, такое даже я могла бы… Линне уже собиралась сказать, что способна повторить подобное, но, приглядевшись, замерла. Срез был безупречно ровным. Настолько гладким, словно меч прошёл по единственной, идеально выверенной линии. Так не рубят изо всех сил. При мощном замахе траектория клинка неизбежно хоть немного искажается — даже у опытнейших мечников. Но здесь не было ни малейшего отклонения. А значит… «Он разрезал доспех медленно, почти не прикладывая силы». Линне тоже могла разрубить подобные латы. Но результат — одно, а способ — совсем другое. «Разве такое вообще возможно?» У неё закружилась голова. Линне прекрасно знала пределы собственных возможностей. Пусть она и носила звание ученицы Святого Меча, до его прежнего ученика ей было далеко. Но она и представить не могла, насколько пугающе велика эта пропасть. — До чего же чистый срез. Услышав знакомый голос, Линне обернулась. Седые волосы, измождённое лицо. Перед ней стоял Святой Меч Хейден Райх. — Учитель, вы забрали свой меч у сэра Лугера? — Да. Хейден пришёл в «Пламя Заката» за заказанным ранее клинком. Он указал на меч у пояса, покоившийся в простых ножнах без единого украшения. — …Похоже, здесь был Джулиан. — Как вы поняли? — Эти доспехи разрублены «Лунным Мечом». Его аура целиком сосредоточена на рассечении. Хейден подошёл к половинам лат и внимательно осмотрел срез. В его взгляде появилась непонятная тоска. — По-прежнему впечатляет. От этих тихих слов у Линне болезненно кольнуло в груди. Но гордость не позволяла открыто показать свои чувства, и ей оставалось лишь прикусить губу. — Не принимай это так близко к сердцу. Хейден сразу заметил её смятение. — У каждого свои сильные стороны. И фехтование у всех разное, и аура развивается по-разному. Ты способна стать сильнее Джулиана, если пойдёшь собственным путём. — Да… Даже после утешения наставника в голосе Линне так и не появилось прежней бодрости. Сколько бы она ни тренировалась, ей было трудно представить себя на таком уровне. — Кстати, как Джулиан вёл себя во время задания? Хейден провёл ладонью по срезу доспеха. Недавно Линне выполняла миссию вместе с Джулианом. На самом деле их отправили вместе вовсе не случайно. Именно Хейден Райх предложил провести совместное расследование и лично попросил имперский секретариат отправить с Линне Джулиана. Причина была проста. Орден Рассвета был тайным культом, стремившимся воскресить Демонического бога. Хейден хотел выяснить, связан ли Джулиан с Орденом. Разумеется, Линне об этом заранее не сообщили. — Я не стал спрашивать тебя сразу после задания. Личная неприязнь могла повлиять на твои выводы. В конце концов, ты… не любишь Джулиана. Линне без труда услышала невысказанное продолжение: «Очень сильно не любишь». — Демон в трущобах, несомненно, был делом рук Ордена Рассвета. — Да. — Как думаешь, Джулиан может состоять в Ордене? — …Я пока не уверена. — Тогда скажи, что думаешь. По-твоему, он с ними связан? Голос Хейдена оставался спокойным и ровным, словно течение реки, но в нём ощущалась непреклонная сила. — …Во время задания я ничего подобного не заметила. — Он уничтожил бесчисленное множество демонов и наверняка видел самые разные их виды. Само по себе это ничего не доказывает. Хейден перестал изучать доспех и выпрямился. — А что было потом? — Простите? — После обнаружения демона. Ничего необычного не произошло? — …Нет. — Тогда каково твоё впечатление? Джулиан может быть членом Ордена Рассвета? Хейден посмотрел на неё твёрдо и проницательно. Его острый, как лезвие, взгляд почти не позволял солгать. — Джулиан… Линне замялась, вспоминая случившееся в трущобах. «Она приглашала соседей на ужин, подмешивала им снотворное, а потом скармливала демону, запертому в той комнате». Тогда Джулиан по-настоящему разгневался. Разгневался на старуху, которая ради спасения одержимого демоном сына приносила ему в жертву соседей. Впервые Линне увидела человеческую сторону того, кого звали Джулианом Крайпартом Фрейсоном. — Сейчас судить слишком рано. — Почему ты так думаешь? — Во время задания он ничем себя не выдал. К тому же, если бы Джулиан действительно состоял в Ордене Рассвета, он бы не согласился расследовать происшествие в трущобах. Как ни странно, именно неприязнь к Джулиану позволила Линне оценить его поступки беспристрастно. Хейден одобрительно кивнул, услышав её ответ. — Да. Надеюсь, так оно и есть. Пусть он и изгнал ученика, привязанность к нему не исчезла полностью. Хейден не хотел превращать бывшего ученика во врага и горько улыбнулся. *** Плеск! Из темноты переулка вышли две фигуры в чёрных мантиях, наступив в лужу. Первый оказался огромным мужчиной, чьё телосложение не могла скрыть даже плотная ткань. Вторая фигура была невысокой и хрупкой — судя по силуэту, женщина. Чёрные мантии, огромный мужчина и хрупкая женщина… Последнюю я узнал. Поэтому в голове возник лишь один вопрос. «Какого чёрта здесь делает Орден Рассвета?» Заклятые враги главного героя, Хейдена Райха. Несомненное воплощение зла. Я положил руку на рукоять меча у пояса. — Епископ Элеонора. Что привело вас сюда? Я намеренно назвал женщину по имени. Она едва заметно вздрогнула. — О, так вы меня знаете. — Разумеется. И причину вашего визита тоже. — Вы и правда сэр Джулиан. Она тихо, почти игриво рассмеялась, затем откинула капюшон, открывая лицо. — Мы ведь встречаемся впервые, верно? Я епископ Элеонора из Ордена Рассвета. Епископ Ордена Рассвета, маг пятой ступени ранга Барко, владеющая элементом Тени. Элеонора Д’Мишель. Она посмотрела на меня с соблазнительной улыбкой. — Раз уж вы утверждаете, что знаете нашу цель, я хотела бы услышать прямой ответ. Какую ещё цель? Эти слова едва не вырвались сами собой. Но я уже сделал вид, будто всё понимаю, и теперь не мог отступить. — Что ж, вопрос достаточно серьёзный. Я хотел бы ещё немного его обдумать. Оставалось лишь продолжать спектакль. По фиолетовым глазам Элеоноры было видно, что мой ответ слегка её раздражал. — Такой ответ ставит нас в затруднительное положение, сэр Джулиан. Ведь именно вы первым обратились к нам с предложением, разве нет? — Верно. Поэтому мне и нужно ещё немного времени. — …То есть вы намерены отложить вступление в Орден Рассвета? — Да. Даже я сам удивился, насколько спокойно прозвучал мой ответ. Внешне я оставался невозмутим, будто речь шла о пустяке. А внутри орал во всё горло: «…Вступление в Орден Рассвета?!» Примечания: Общество Рассвета ⟩ Орден Рассвета Мастер Меча ⟩ Святой Меч ---------- Орден Рассвета Орден Рассвета. Тому, кто хотя бы раз играл в «Let’s Kill the Demon King Now», забыть это название было невозможно. А ещё это название неизменно приводило игроков в ярость. Больше ста лет эта организация строила планы по воскрешению Демонического бога Барбатоса, некогда погрузившего весь континент в кошмар. Иными словами, Орден Рассвета без преувеличения можно было назвать врагом всего человечества. — Да. Ведь это несложно, верно? Вы всего лишь откладываете вступление. Сам факт того, что Джулиан собирался примкнуть к врагам человечества, потрясал. Сначала я просто не мог в это поверить. Но если задуматься, всё сходилось. На разных маршрутах «Let’s Kill the Demon King Now» Джулиан неизменно оказывался связан с Орденом Рассвета. Скорее всего, именно с этим была тесно связана и смерть Хейдена Райха, показанная в трейлере дополнения. Но… неужели Джулиан вступил в Орден именно сейчас? — Да, вы правы. Само по себе это несложно. Но… вы ведь понимаете, что с нашей стороны ваше промедление можно истолковать иначе? Элеонора едва заметно улыбнулась. Епископ Ордена Рассвета, маг пятой ступени ранга Барко, владеющая элементом Тени, — Элеонора Д’Мишель. В её фиолетовых глазах отражался Джулиан с привычной узкоглазой улыбкой. — Именно из-за этой разницы в понимании мы и пришли без предупреждения, даже не назначив встречу. Всегда остаётся вероятность, что вы используете предложение о вступлении как приманку, чтобы заманить нас в ловушку. — В конце концов, вы состоите в имперской организации «Закрытые Глаза», — добавила она. — Иными словами, чем дольше я откладываю ответ, тем сильнее вы подозреваете, что я что-то замышляю против Ордена Рассвета. Это вы хотите сказать? — Мне нравится, как быстро вы понимаете. Элеонора улыбнулась ещё соблазнительнее. Этой улыбкой она могла пленить мужское сердце, но сама была опасна, словно чаша с ядом. — Теперь, когда вы знаете нашу тайну, отказ… сами понимаете, что он будет означать. Но до этого ведь не дойдёт, верно? В конце концов, именно вы первым обратились к нам. — Разумеется. Джулиан — человек, способный в одиночку противостоять сотне, надменный и властный. После поражения от Хейдена он, убеждённый, что в этом мире решает лишь сила, возжелал силы демонов. Именно поэтому Джулиан потянулся к Ордену Рассвета: он хотел превзойти своего наставника, Святого Меча Хейдена Райха. — Тогда к чему сомнения? У нас есть то, чего вы желаете. — Именно поэтому я и проявляю осторожность. Элеонора нахмурилась. Над её головой проступил цвет сомнения. — …Почему? Почему? Потому что вы, блядь, мировое зло! Вступить в Орден Рассвета означало отвернуться от императорской семьи. Конечно, пока связь не раскрыта, никаких проблем не возникнет. Но одно было очевидно. «Я неизбежно стану врагом Хейдена Райха». Целью главного героя «Let’s Kill the Demon King Now» были мир в империи и месть. Хейден всей душой ненавидел Орден Рассвета, виновный в его трагедии. Он сохранил Джулиану жизнь после смертельной дуэли, но, узнав о его связи с Орденом, без колебаний вновь обнажил бы меч. Такого развития событий я хотел избежать. Пусть я ещё не овладел всей силой Джулиана, становиться врагом главного героя игры мне совершенно не хотелось. — С нашей точки зрения это попросту нелепо. И разве я не сказала? Вы знаете слишком много. Отступите сейчас — и станете нашим врагом. Однако существовала и другая проблема. Если я откажусь вступать в Орден ради того, чтобы не конфликтовать с Хейденом Райхом, Орден попытается устранить меня и не допустить утечки информации. Это была настолько опасная организация, что даже Святой Меч Хейден Райх не решался недооценивать её. Их боевое подразделение, «Монсеньоры», по силе значительно превосходило обычных рыцарей. — С этими людьми словами не договоришься. Гигант, пришедший вместе с Элеонорой Д’Мишель, как раз и был одним из таких Монсеньоров. Он цокнул языком и шагнул вперёд. Одного его вида хватало, чтобы подавить окружающих. Откинув капюшон, мужчина открыл смуглое лицо, почти целиком покрытое татуировками. Одна из них скрывала левый глаз. Могучая Рука Фелхор. Даже я хорошо знал этого заметного персонажа Ордена Рассвета. — Помнишь этот шрам? Он указал пальцем на левый глаз, покрытый татуировками. Так это шрам? Я всё это время думал, что там просто рисунок. — Шрам, который ты мне оставил, болит каждую ночь! Сегодня прямо день открытий. Теперь я знал, что это не татуировка, а шрам. И, оказывается, оставил его именно я. «…Но я этого не делал». Несправедливо, конечно. Только теперь я Джулиан, и объяснить ничего не получится. Блять. — Прошу прощения. Обычно я не запоминаю мелкую сошку. Наверное, Джулиан ответил бы именно так. — Кх… Ку-ха-ха-ха-ха! Услышав ядовитый ответ в духе Джулиана, Фелхор разразился громовым хохотом. Тот прокатился по всему переулку. Но вскоре смех оборвался. Фелхор резко оттолкнулся от земли и бросился на меня. «Обострённое чутьё». Для человека таких размеров он двигался неестественно быстро. В одно мгновение Фелхор закрыл собой половину моего поля зрения, но тело Джулиана не запаниковало. «А?..» Проблемой оказались укоренившиеся привычки Джулиана. «Прирождённый фехтовальщик». При внезапной атаке он инстинктивно обнажал меч, чтобы защититься или нанести ответный удар. В тот миг, когда Фелхор рванул слева, моё тело само потянулось к клинку у правого бедра. Но не к тщательно изготовленному мечу из лунного камня. К обычному стальному мечу. «Тц…!» Каждая доля секунды была на счету. Из-за привычек Джулиана рука инстинктивно выбрала знакомый клинок, которым я пользовался до сих пор, а не новый меч из лунного камня. Мысленно цокнув языком, я наполнил сталь аурой и рубанул по чудовищному кулаку Фелхора. При столкновении меча и кулака вспыхнули красные искры, на мгновение озарив переулок. Треск! По клинку, укреплённому аурой, расползлась глубокая трещина. Если продолжить давить, меч неизбежно сломается. Опасно. Я уже собирался отступить и сменить позицию, когда увидел зловещую ухмылку Фелхора. Он понял. Понял, что меч трещит. — Гра-а-а-а! Подтверждая мою догадку, Фелхор взревел и вложил в удар всю силу. Хруст! Клинок разлетелся на куски. Огромный кулак врезался точно в солнечное сплетение. Меня отбросило в дальнюю стену переулка. Тело пронзила такая боль, что я не мог вдохнуть, но даже тогда оно само попыталось правильно сгруппироваться при падении. — Кха… кха… Из горла вырвался сухой кашель. С каждым приступом казалось, будто рёбра, на которые пришёлся удар Фелхора, скрипят и смещаются. — Получил от кулака мелкой сошки, Джулиан?! Наконец-то я отомщу за этот глаз! Насмешливый голос Фелхора. Презрение в его взгляде. Не обращая внимания ни на то ни на другое, я посмотрел на сломанный меч. И почувствовал не страх перед чудовищной силой его удара. Раздражение. Я уже оказался персонажем этого безумного мира — да ещё, как назло, ненавистным Джулианом Крайпартом Фрейсоном. Словно угрозы демонов было мало, мне приходилось стремиться к совершенству, чтобы знать и дворяне, желавшие падения Джулиана, не смели открыто выступить против меня. Жизнь, не имеющая ничего общего с обычной. Жизнь, совершенно непохожая на ту, которой я жил раньше. «И ради чего я всё это терплю?» Я бросил обломок меча на землю. — А? Что такое, Джулиан? Сдаёшься? Не обращая внимания на Фелхора, я обнажил второй клинок. Меч из лунного камня. Крепко сжав рукоять, я направил в него ауру. ⇒ Эмоциональное напряжение достигло предела. Лунный свет начал просачиваться в тёмный переулок. ⇒ Проявилась уникальная черта «Открытые глаза». Увидев знакомое игровое окно «Let’s Kill the Demon King Now», я поднял меч и шагнул вперёд. — Что это за клинок? Фелхор недоумённо разглядывал меч из лунного камня. Обычно, играя Джулиана, я ответил бы издёвкой. Но сейчас в голову не приходило ничего подобного. Мне хотелось лишь выплеснуть накопившееся раздражение. — И этот меч я тоже сломаю…! В его насмешке отчётливо звучала враждебность. Но дослушивать я не стал. Оттолкнулся от земли и мгновенно сократил расстояние. Несмотря на мою скорость, Фелхор не растерялся и приготовился встретить атаку. Сказывался боевой опыт, отточенный во множестве сражений. — Кх…! Но когда меч из лунного камня рассёк его правую руку, на лице Фелхора появилось изумление. — Ты прорезал мою ауру?! Он отшатнулся, уставившись на рану. Я не остановился. Фелхор отвечал ударами, пытаясь не дать мне нанести новые раны. — Ты… ублюдок…! Но благодаря почти пророческому чутью все его попытки оказались бесполезны. Я уходил от контратак и снова взмахивал мечом. Каждый раз вслед за лезвием в воздухе расцветала ярко-красная дуга крови. При виде крови, остававшейся на земле и стенах, моё сердце забилось быстрее. Это и правда напоминало живопись. Каждый взмах превращал меч в кисть, оставлявшую новый мазок на чистом холсте переулка. — Хватит… кх… остановись… Лишь полный боли стон Фелхора остудил нарастающее возбуждение. Он стоял на коленях, над головой полыхал Цвет Страха, а обе руки превратились в кровавые лоскутья. В обычном состоянии подобное зрелище привело бы меня в ужас. Но сейчас я оставался пугающе спокоен. Нет. Я улыбался. — Теперь ты не Могучая Рука, а Калеченая Рука Фелхор. Я насмешливо рассмеялся, глядя на стоящего на коленях великана. Во мне не было ни капли сочувствия. Вид поверженного чудовища казался исключительно забавным. — П-прошу… пощади… Фелхор умолял сохранить ему жизнь. Разумом я понимал, что убивать полностью обезвреженного противника незачем. Но на этот раз желание поддаться этому порыву оказалось сильнее здравого смысла. Я поднял меч. Сияние «Лунного Меча» залило переулок. В глазах Фелхора, смотревшего на меня снизу вверх, отражался уже не узкоглазый мужчина с привычной улыбкой-маской, а безумец с распахнутыми красными глазами. Там был «он». ▶ Черта: «Открытые глаза» Ранг: уникальный ⇒ Активируется только при сильном эмоциональном возбуждении. ⇒ Доступна лишь обладателям черты «Узкоглазый». ▷ Пробуждает непреодолимую агрессию. ▷ Повышает физические способности и расширяет возможности зрения. Это был не я, изображающий Джулиана. Это был сам Джулиан Крайпарт Фрейсон — Улыбающийся Палач. Осознав это, я опустил меч. «Эта черта…» Опасна. Инстинкты кричали об этом. ---------- Открытые глаза Особенности узкоглазых персонажей можно свести к трём основным пунктам. Хитрость, которая всё равно проглядывает наружу, как бы они ни пытались её скрыть. Поведение, из-за которого кажется, будто они постоянно что-то замышляют в тени. И, наконец, когда такой персонаж по-настоящему злится и открывает всегда прищуренные глаза, его боевая сила резко возрастает. Я думал, что всё это лишь часть образа. В самом деле, что изменится, если человек, и без того способный видеть сквозь щёлочки век, вдруг раскроет глаза полностью? — Пожалуйста… пощади… Но я ошибался. Стоило глазам раскрыться, как тело стало лёгким, словно пёрышко, а динамическое зрение обострилось настолько, что я без труда различал каждое движение огромных кулаков Фелхора. Похоже, плотность и упругость мышц тоже выросли, поэтому отбивать его атаки стало удивительно легко. «…Узкоглазый персонаж действительно становится сильнее, когда открывает глаза». Клише из романов, игр и прочих произведений оказалось полноценной игровой чертой. Но у неё была своя цена. «Врождённая жестокость вырывается наружу без всякого фильтра». Я опустил взгляд на стоящего на коленях Фелхора. Его тело было изрезано так сильно, что напоминало потрёпанную тряпичную куклу. Рваные раны и ярко-красная кровь, сочившаяся наружу, заставили бы любого поморщиться от отвращения. Но с открытыми глазами это зрелище приводило меня в восторг. «В обычном состоянии я бы так не подумал». Физические способности выросли заметно. Но не меньше изменились и эмоции. Черта «Открытые глаза» влияла на эмоции сильнее любой другой, с которой я сталкивался до сих пор. Размышляя об этом, я заставил сердце успокоиться. Дело было не в общественных нормах моего прежнего мира. Я просто не хотел потерять человечность, которую сохранял всю жизнь. В конце концов, Ли Си Ху я был намного дольше, чем Джулианом. — Может, на этом остановимся? Я уже собирался убрать меч в ножны, когда наблюдавшая за происходящим Элеонора наконец заговорила. В руке она держала короткую волшебную палочку, направленную на меня. На её кончике мерцала мана, характерная для магии Тени. — Но ведь он сам начал. Я ответил спокойно, хотя в душе испытал облегчение от того, что Элеонора решила вмешаться. Как бы я ни старался успокоиться, внутри всё ещё кипело желание добить стоящего передо мной Фелхора. — …Я знаю, он повёл себя грубо. Но он один из нас. — И поэтому вы всё это время просто стояли и смотрели? — Он проявил неуважение и должен был ответить за последствия. Элеонора едва заметно улыбнулась и рассеяла ману на кончике палочки. Затем лёгкой, изящной походкой подошла к Фелхору и принялась затягивать его раны простым исцеляющим заклинанием. — Фелхор, ты действовал без моего разрешения. Я этого не забуду. Он ничего не ответил, но Элеонора, похоже, сочла молчание согласием. — Вот и хорошо. Она повернулась ко мне. — Прошу простить его невежливость. Ах да… при желании сэр Джулиан может обвинить Фелхора в оскорблении достоинства. Что скажете? — Звучит неплохо. — Правда ведь? Элеонора резко повернула голову и встретилась со мной взглядом. Соблазнительная улыбка и родинка-слезинка под правым глазом делали её лицо ещё притягательнее. Нетрудно было догадаться, зачем она это предлагает. Скорее всего, хотела подтолкнуть меня к немедленному решению. Вступить в Орден Рассвета или стать его врагом. — Мы высоко вас ценим. Вашу подавляющую силу, соответствующую ей решительность и даже доверие, которым вас наделила императорская семья. Давайте прекратим бессмысленные проверки и объединимся. Как вам и самому известно, вы ничего не потеряете. — Разумеется. — Тогда не будем больше откладывать… Не дослушав, я тихо улыбнулся. Сколько бы Элеонора ни угрожала и ни давила, принимать решение на месте я не собирался. Я прекрасно понимал расстановку сил. Как бы Элеонора ни пыталась это скрыть, было очевидно, кто сейчас находится в более выгодном положении. А условия диктует тот, у кого преимущество. — И всё же я ещё немного подумаю. Улыбка на лице Элеоноры едва заметно исказилась. *** После ухода Джулиана холодный ночной воздух столицы вдруг показался Элеоноре почти приятным. Перед ним она держалась совершенно спокойно, но леденящая аура Улыбающегося Палача, с которым она столкнулась в мрачном переулке, заставила её содрогнуться. «Точно как при нашей первой встрече во дворце». Элеонора задумчиво провела пальцем по родинке-слезинке. — Ну и? Как он, Фелхор? До неё доходили слухи, будто Джулиан потерял память. Она считала их отчаянной попыткой ухватиться за призрачную надежду. У человека с таким количеством врагов не было бы ни единого шанса выжить, будь эти слухи правдой. Но что, если всё же… Именно Джулиан первым проявил интерес к Ордену Рассвета — точнее, к его силе. И всё же с тех пор он ни разу не вышел на связь. Это было странно. — Когда он превратил твой глаз в это, Джулиан был таким же? Что-нибудь изменилось? — Он всё то же чудовище, епископ Элеонора. — Вот как. Значит, слухи в столице точно ложные. Элеонора ответила лениво, вновь поглаживая родинку пальцем. — Но это была моя личная проверка. Другим епископам о ней лучше не рассказывать. Верно, Фелхор? — Да, епископ Элеонора. — Хорошо. От её мягкого голоса щёки огромного Фелхора покрылись румянцем, совершенно не подходившим его грозной внешности. Причиной была родинка-слезинка — наследственная аномалия семьи Д’Мишель. Она была одновременно благословением, позволявшим легко завоевать расположение противоположного пола, и проклятием, способным вызвать беспорядочную ревность. Обычно Элеонора скрывала родинку своей фирменной магией Тени. Перед Джулианом она показала её намеренно, но, как и в прошлый раз, на него способность не подействовала. Вновь спрятав родинку за иллюзией, Элеонора посмотрела туда, где исчез Джулиан. Ещё некоторое время она смотрела ему вслед, пока переулок окончательно не опустел. *** Лязг! Обломок стального меча с неприятным звоном лёг на стол. После череды раздражающих событий виски ломило от тупой боли. Желая вдохнуть свежего воздуха, я открыл окно и откинулся в кресле. — Ха-а… Первым делом с губ сорвался тяжёлый вздох. Ещё бы. Я только что узнал, что Джулиан действительно связан с Орденом Рассвета, и выбора у меня почти не осталось. Я и раньше подозревал такую возможность, но одно дело — догадки, и совсем другое — когда члены Ордена лично появляются перед тобой. От одной мысли становилось тошно. «И ещё…» Вспомнив, как изрезал Фелхора, я посмотрел на правую ладонь. По коже всё ещё будто пробегало электричество. Ощущение было настолько сильным и приятным, что казалось почти вызывающим зависимость. Последствие проявления черты «Открытые глаза». — Блядь… Почему у меня столько проблем? С невесёлой усмешкой я глубже утонул в кресле. Единственным утешением было то, что «Открытые глаза» активировались лишь на пике эмоций. Черта была обоюдоострым мечом, но при должном контроле могла серьёзно усилить меня в бою. А главной проблемой прямо сейчас оставался… «Разумеется, Орден Рассвета». Я знал их цели и понимал, зачем они расширяют влияние, но действовать безрассудно не мог. Орден был слишком могущественен, чтобы один человек мог противостоять ему в открытую. Даже если этим человеком был печально известный Джулиан. «Если я доложу о них, Орден Рассвета немедленно попытается меня устранить». Пусть организация действовала тайно, её руки дотягивались почти повсюду. А значит, даже в императорском дворце Адратанской империи наверняка находились их шпионы. Как бы осторожно я ни передал сведения, они неизбежно просочатся в Орден. «…Да и кто вообще поверит Джулиану?» Вряд ли найдётся хоть один человек, готовый безоговорочно довериться словам узкоглазого злодея. Но вступление в Орден тоже не решало проблему. «Если я приму их сторону…» Я окончательно стану врагом Святого Меча Хейдена Райха. А если Орден достигнет своей конечной цели и воскресит Демонического бога, это создаст огромные проблемы для всех — включая меня. В мир вернётся существо, некогда опустошившее целый континент. — Проблема… Какая же это проблема. Я был настолько подавлен, что даже не заметил, как невольно заговорил в свойственной Джулиану подчёркнуто вежливой манере. — И что теперь делать? Если продолжать без плана, останется лишь безвольно ждать глупой смерти. Хорошо хотя бы то, что теперь я воплощал Джулиана куда убедительнее, чем в первые дни после пробуждения в его теле. Роль всё ещё не была идеальной, но уже приближалась к совершенству. «„Лунный Меч“ завершён, да и сама техника постепенно подчиняется мне. Это радует». Я посмотрел на роскошные ножны готового оружия. Черта «Открытые глаза» сильно помогла одолеть Фелхора, но прорезать его плотную ауру и нанести раны мне позволил прежде всего готовый меч из лунного камня. — Пусть моя нынешняя сила и не сравнится с силой настоящего Джулиана, её уже достаточно, чтобы сыграть его роль. Я снова выпрямился в кресле и принялся обдумывать, как действовать и какую позицию занимать дальше. После недолгих размышлений решение пришло само. — Я вступлю в Орден Рассвета. Причина оказалась на удивление простой. Сейчас я не хотел вступать с Орденом в открытое противостояние. Даже Святой Меч Хейден Райх считал их настолько опасными, что одиночное противостояние было бы равносильно самоубийству. Это и определило мой выбор. «Если вступлю, немедленного конфликта с Орденом не будет». Разумеется, по-настоящему работать ради их целей я не собирался. Я лишь притворюсь союзником Ордена — так же тщательно, как притворялся Джулианом. Чтобы спастись от тигра, придётся самому войти в его логово. Но пока это выглядело лучшим решением. — Впрочем… Более-менее упорядочив мысли, я покосился на сломанный стальной меч. Клинок был искорёжен так сильно, что о ремонте не могло быть и речи. — Такое вообще принимают на переработку? Осколки мерцали в лунном свете, льющемся из окна, и разбрасывали по комнате крошечные блики. Я решил избавиться от них лично, не поручая это слуге. Даже такая мелочь могла неожиданно обернуться неприятностями. ---------- Невольно (1) Монастырь Генмель. Расположенный на окраине имперской столицы, он принадлежал Церкви Солнца — крупнейшей религии континента Розенда. Когда Джулиан, имперский Улыбающийся Палач, ступил на территорию монастыря, все, кто оказался поблизости, уставились на него с неподдельным ужасом. Их можно было понять. Джулиан не верил в богов. Что должны были подумать монахи, увидев такого человека у себя на пороге? «…Он пришёл кого-то казнить». В девяти случаях из десяти именно это и приходило им в голову. — С-сэр Джулиан… Что привело вас сюда? Один из монахов приблизился ко мне и почтительно заговорил, явно думая о том же. — Я пришёл увидеться с настоятелем. Он внутри? Стоило мне улыбнуться, как над головой мужчины ярко вспыхнул Цвет Страха. — К-какое дело… у вас к настоятелю Херрену? Я внимательно посмотрел на монаха. Даже без «Цвета Негатива» его страх был очевиден. По его поведению было ясно и другое: о причине моего визита он ничего не знает. Похоже, этот человек ни при чём. Тогда задерживаться с ним не было смысла. — Настоятель Херрен сейчас внутри. Я провожу вас. Из глубины монастыря донёсся мягкий женский голос. — Следуйте за мной. Вперёд вышла монахиня. Не произнеся ни слова, я пошёл следом. Чем дальше мы заходили в монастырь, тем громче становились стоны больных и тем сильнее ощущался резкий запах лекарств. Генмель служил ещё и больницей, поэтому тяжёлый запах лекарств здесь никого не удивлял. — Вы пришли раньше, чем я ожидала. Я как раз рассматривал гармоничное сочетание мраморных колонн и символов Церкви Солнца, когда идущая впереди монахиня заговорила. Я резко повернул голову, и незнакомое прежде лицо на глазах превратилось в хорошо знакомое. — Думала, вам потребуется больше времени. — Я не из тех, кто долго колеблется, Элеонора. Передо мной была епископ Ордена Рассвета. Элеонора скрывалась под обликом монахини с помощью своей фирменной магии Тени. На губах играла слабая улыбка, но искренностью от неё и не пахло. Осторожность выдавало расстояние, которое она старательно держала между нами. — Решение изменилось за один день? Обычно это называют непостоянством. Она подозрительно посмотрела на меня. Я лишь безмятежно улыбнулся и не стал отвечать. Мы прошли через просторные внутренние помещения Генмеля, пока перед нами не возникла массивная деревянная дверь. — За ней вас ожидает архиепископ, сэр Джулиан. Прошу, не забывайте о манерах. — Я никогда о них не забываю. Ни с кем. С этими словами я распахнул тяжёлую дверь. Помещение за ней почти не отличалось от остального монастыря с его белым мрамором, однако атмосфера здесь была совершенно иной. «…Мрачновато». Внутри стояли культисты в чёрных мантиях. На их лицах застыло недовольство. Над головами мерцал цвет гнева, а комнату переполняло напряжённое убийственное намерение. Вся эта отрицательная энергия впивалась в меня, словно град стрел. Я ничем не выдал своих чувств и спокойно двинулся дальше. — Это правда Джулиан? — Тот самый Джулиан… в Ордене Рассвета?.. — Слухи о его вступлении правдивы? Игнорируя шёпот, я медленно шёл вперёд. — Должно быть, вы сэр Джулиан. Раздавшийся голос постепенно заставил всех замолчать. Он принадлежал мужчине в маске. Нынешнему главе Ордена Рассвета. Восседая на троне, он говорил тоном аристократа, но в его речи не было ни капли подлинного достоинства. Будто простолюдин пытался подражать знати, не понимая её привычек. Так и было: Тенелон не имел никакого отношения к дворянству и большую часть жизни оставался обычным крестьянином. — Джулиан, ты стоишь перед архиепископом. Прояви уважение. Заговорил стоявший рядом с Тенелоном мужчина средних лет с проседью в волосах. Я остановился и неторопливо ответил: — С какой стати? В ту же секунду температура в комнате будто рухнула. Воздух похолодел и заколол кожу тысячами иголок. — Епископ Элеонора сообщила, что ты пришёл вступить в наши ряды. Так встань на колени и докажи свою верность. — Я передала не это, — вмешалась Элеонора. После моих слов помещение погрузилось в такую тишину, что стало трудно дышать. — Я пришёл сюда не ради жалкой веры. Мне нужен деловой партнёр. В самом сердце Ордена Рассвета, среди его сильнейших членов, подобная дерзость могла оказаться неразумной. Но, как я уже решил, мне следовало держаться не как верный последователь Ордена, а как партнёр, согласившийся на взаимовыгодное сотрудничество. Если я сейчас преклоню колено, ничего хорошего из этого не выйдет. «Стоит мне встать на колени — и на то, чтобы подчинить себе Орден, уйдёт вдвое больше времени». Я мысленно вздохнул. Меня слегка раздражало, как далеко всё зашло, но я постарался отринуть эмоции и продолжил: — Моя цель — сила. Ваша — сотрудничество. Я пришёл лишь потому, что наши интересы совпадают. И ни по какой другой причине. — Разве вы не собирались оказаться с нами в одной лодке? Голос Элеоноры прозвучал рядом. Кажется, даже она немного растерялась. — Быть в одной лодке ещё не значит грести в одном ритме. — Неразумное решение. Неразумное, значит. Если смотреть поверхностно, пожалуй, так оно и выглядело. Я намеренно изображал слегка неуравновешенного Джулиана, одновременно стараясь обеспечить себе безопасное положение. «…Полностью растворюсь в Ордене — столкнусь со Святым Мечом Хейденом Райхом. Попытаюсь уйти — Орден меня не отпустит». Поэтому я выбрал промежуточную позицию. Официально вступить в Орден, но не посвящать себя ему целиком, сохраняя путь к отступлению на случай, если понадобится выйти из игры. «К тому же Тенелону такое поведение должно понравиться». Намерения вечно улыбающегося узкоглазого Джулиана невозможно прочесть. Зачем ему вступать в Орден Рассвета? Если при таком вопросе я внезапно поклянусь в безусловной верности, подозрения лишь усилятся. В худшем случае меня примут за двойного агента, планирующего предательство. Даже мне подобная внезапная преданность показалась бы сомнительной. Узкоглазым персонажам в принципе нельзя доверять. — Разве не разумнее положиться на реальную силу, чем вверять себя туманным богам? Лучше прямо заявить, что меня интересует только сила, и не оставлять окружающим простора для лишних догадок. — Джулиан! Как ты смеешь вести себя столь нагло перед архиепископом?! — Высокомерный ублюдок! Даже здесь строит из себя… — Довольно. Раздражённые голоса разом стихли, когда заговорил Тенелон. — Раз он пришёл ради сотрудничества, а не просто для того, чтобы вступить в Орден, нет нужды обращаться с ним подобным образом. Я мысленно сглотнул. Не перегнул ли я палку? Пока я об этом думал, Тенелон снова заговорил: — Все, кроме сэра Джулиана и Элеоноры, выйдите. По его приказу остальные культисты покинули зал. Когда остались лишь Элеонора и я, атмосфера немного смягчилась. Тенелон поднялся с трона и медленно пошёл по ковру в мою сторону. Увидев это, Элеонора неторопливо опустилась на одно колено. — Ха-ха-ха! И правда, как говорят слухи, духу тебе не занимать. Джулиан, Джулиан… гордый отпрыск прославленного дома Крайпарт, одного из Четырёх великих родов! Легкомысленный смех совершенно не вязался с тяжёлой аурой собравшихся здесь епископов. Тенелон казался на удивление весёлым. Эмоции отчётливо звучали в голосе, и я без труда представлял широкую улыбку под маской. Впрочем, всё было логично. Я открыто заявил, что хочу стать партнёром, а не рядовым последователем, но для Ордена это всё равно оставалось выгодной сделкой. Джулиан объявил, что не станет их врагом и готов сотрудничать. — Хорошо. Очень хорошо. Мне даже нравится эта дерзость. Тенелон прошёл мимо меня и направился в глубь монастыря. Элеонора поднялась и последовала за ним. Разумеется, я тоже пошёл следом. Мы углублялись всё дальше. Когда я уже начал гадать, куда нас ведут, Тенелон произнёс: — Сюда запрещено входить всем, кроме епископов. Здесь хранится священная реликвия. — Вот как? — Как думаешь, зачем я показываю тебе это место? — Не знаю. Мудростью я никогда не отличался. Элеонора едва заметно повернула голову и покосилась на меня. Я улыбнулся ей, и она снова отвернулась. — Ты утверждаешь, что пришёл лишь ради сотрудничества. Но мне нужен преданный член Ордена, а не временный союзник. — Какая жалость. — Однако отпустить такого человека, как ты, означало бы собственноручно создать врага. А это нам невыгодно. Пусть Орден Рассвета и был корнем всего зла в «Let’s Kill the Demon King Now», он всё равно оставался тайной организацией. Какими бы сильными ни были отдельные члены, подполью всегда не хватает людей. — Как только вступишь, тебя сразу признают епископом. — П-погодите… Архиепископ?! Что вы такое говорите? — Тихо. Оборвав возмущение Элеоноры, Тенелон продолжил: — Разве Джулиан не герой Северного фронта? Если я дарую ему соответствующий статус, это лишь укрепит мой авторитет. — Но… — Я решил именно так. Это было откровенным злоупотреблением властью, но никто в Ордене не смел перечить Тенелону. И неудивительно. Орден Рассвета в своём нынешнем виде существовал во многом благодаря ему. Точнее — благодаря тому, что священная реликвия выбрала именно Тенелона. Он довольно усмехнулся. — Итак, Джулиан. Вступишь к нам? Я гарантирую тебе условия, которых прежде не получал никто. — Даже если наши отношения останутся лишь сотрудничеством? — Разве ты не человек с ясной целью? Судя по словам Тенелона, моя недавняя бравада оказалась не совсем бесполезной. Я слабо улыбнулся. — Раз вы так ставите вопрос. — Прекрасно! Тогда в честь того, что Улыбающийся Палач становится одним из нас, я покажу тебе кое-что интересное. С этими словами он вывел нас в огромное открытое помещение, посреди которого стоял фонтан. Но обычным фонтаном его назвать было невозможно. Вокруг всё было забрызгано кровью, а в центре сияла ослепительно яркая золотая чаша. Священная реликвия — Чаша Демонического бога. Инструмент, способный воплощать остаточные мысли Демонического бога Барбатоса. Плеск! Тенелон шагнул в наполненный кровью фонтан и подошёл к Чаше Демонического бога. Он опустил руку в чернильно-чёрную жидкость и принялся придавать чему-то форму. Вскоре Тенелон вынул руку, и из чаши показался длинный чёрный стержень. — Это рог демона. С помощью Чаши Демонического бога я способен создавать источник демонической силы — рога. Стержень, с которого стекала густая чёрная жидкость, постепенно принимал форму. Через несколько мгновений его уже невозможно было отличить от настоящего рога демона. — Впечатляет, не правда ли? Тенелон внимательно следил за моей реакцией. Впечатляло, конечно. Одна лишь способность материализовать рог демона заслуживала внимания. Но я прекрасно знал природу реликвии и то, какую силу дарит созданный ею рог. Тем не менее разыграть удивление было полезно — так я мог заслужить расположение Тенелона. Я глубоко вдохнул и изобразил самое потрясённое выражение, на какое был способен. — Поразительно… Если воспользоваться этим рогом, можно получить силу демона? — Именно. — Бог ты мой… Достаточно. Теперь следовало показать, насколько сильно я жажду этой силы. — Заинтересован? С чего бы мне интересоваться? Я прекрасно знал, чем заканчивается использование такого рога. Но для безупречной игры мысли и слова должны расходиться. — Разумеется. Этот рог, несомненно, станет ступенью на пути к моей мечте. — Если он тебе так нужен, я могу отдать его прямо сейчас. — А? Я как раз подбирал следующую реплику, но слова Тенелона заставили меня поднять взгляд. Он действительно собирается отдать его так просто? ---------- Невольно (2) В «Let’s Kill the Demon King Now» реликвиями называли останки и предметы святых, оставивших заметный след в истории. Они могли воплощать желания или мысли, которые святые хранили при жизни. Появившаяся перед нами Чаша Демонического бога была одной из таких реликвий. «Сила этого Святого Грааля позволяет материализовать остаточные мысли Демонического бога — источник силы демонов». Чтобы понять её возможности, не требовалось сложных объяснений. Достаточно вспомнить демона из трущоб. Гуманоидное чудовище, встреченное нами там, было созданием Чаши Демонического бога. Обычный человек превратился в творение Демонического бога и получил мощь настоящего демона — а возможно, даже превзошёл его. Но цена оказалась огромной. …Он сам стал демоном. Принять рог означало отказаться от человечности. — Для изготовления одного рога требуется кровь множества демонов и Камни души. В этот образец вложено немало времени и денег. — Вот как? — Интересно, насколько сильным ты станешь, если воспользуешься этим рогом? Тебе-то, блядь, какое дело? Мысль едва не сорвалась с языка, но я успел её проглотить. — Даже разрушить замок одного известного Святого Меча будет вполне возможно. Тенелон протянул рог ко мне. И в этот момент я понял: «Мне пиздец». Даже в самых безумных фантазиях я не представлял, что рог предложат настолько легко. Джулиан вступил в Орден Рассвета исключительно ради силы. Поэтому при виде демонического рога он, разумеется, должен был показать желание заполучить его. Я лишь играл Джулиана и упомянул об интересе из вежливости, но… «Они что, и правда вот так запросто собираются его отдать?!» Сохраняя невозмутимое лицо, я лихорадочно искал выход. Только что Тенелон сам рассказал, сколько ресурсов уходит на создание одного рога. Отказаться — значит оскорбить его. Но принять — значит согласиться на вживление рога. «…Совсем, блядь, спятили». Я украдкой взглянул на Тенелона. Маска скрывала выражение лица, но приподнятые уголки глаз и губ выдавали возбуждение. Он только прощупывал почву, а уже почти мгновенно решил принять меня с распростёртыми объятиями. Да насколько же ты рад? — Архиепископ… Вам не кажется, что это несколько поспешно? Пока я тонул под грузом чрезмерной щедрости, стоявшая рядом Элеонора наконец вмешалась. Я мысленно вздохнул с облегчением. — Сэр Джулиан ещё не дал окончательного ответа. Сразу даровать ему сан епископа, а затем предложить столь исключительную привилегию — слишком рано. Если другие епископы узнают, они наверняка будут недовольны. — Хм… думаешь? Молодец, Элеонора! В душе я победно сжал кулак. — Что скажешь, Джулиан? — Ничего не поделаешь. Я пришёл не для того, чтобы сеять раздор внутри организации. — Вот как? Какая предусмотрительность. Даже сквозь маску чувствовалось одобрение Тенелона. Похоже, теперь я понравился ему ещё сильнее. — В таком случае у меня, как у архиепископа Ордена Рассвета, есть к тебе одна просьба, Джулиан… *** Завершив разговор с Тенелоном, Элеонора посмотрела на Джулиана. Он, как всегда, улыбался. По его лицу невозможно было угадать ни единой мысли, но главное желание мужчины Элеонора знала. «Одержимость силой». Ещё во время их первой встречи при императорском дворе она почти кожей ощутила, насколько неутолима его жажда могущества. «И такой человек отказался от милости архиепископа». Элеонора вспомнила радикальное предложение Тенелона. Немедленно дать Джулиану сан епископа и вдобавок вручить рог, созданный священной реликвией, — настолько щедрый дар казался безумием. Рог из Чаши Демонического бога нельзя было назвать совершенным, но он несомненно даровал владельцу огромную силу. Создание даже одного требовало колоссальных затрат времени и денег. «Как бы знаменит ни был Джулиан, оказывать ему такие почести…» Тенелон относился к нему совсем иначе, чем к остальным членам Ордена. Элеонору это тревожило. Среди последователей наверняка найдутся недовольные чрезмерной благосклонностью архиепископа. — Госпожа Элеонора. Погружённая в мысли женщина быстро надела улыбку, услышав голос Джулиана. — Да? Чем могу помочь? — Вы неважно выглядите. Вас что-то беспокоит? Элеонора на миг растерялась. Словно одного взгляда ему хватило, чтобы распознать тревоги, возникшие после его вступления. — Разумеется, нет. Теперь, когда к нам присоединился Дьявол Северного фронта, что вообще может меня тревожить? — Вот как? Произнеся это, Джулиан посмотрел в глубину главного зала Ордена. В его взгляде чувствовалась наблюдательность. Элеонора проследила за ним и увидела несколько знакомых фигур, идущих навстречу. — Давно не виделись, Джулиан. Надеюсь, ты помнишь, кто я? Мужчину с кривой улыбкой звали Альфас Майенд. За его спиной возвышался Монсеньор Фелхор. Элеонора сразу поняла, зачем Альфас пришёл сюда. Как и Фелхор, прежде он состоял в рыцарях Лазурного Льва. Когда-то сумел дослужиться до заместителя командира и считался искусным мечником. «…Так и знала. Этого следовало ожидать». При виде Альфаса Элеонора мысленно цокнула языком. Своей должности он лишился из-за совершённых преступлений. А человеком, который раскрыл их и добился наказания, был стоявший перед ним Джулиан. Один из рисков вступления Джулиана в Орден проявился почти немедленно. Альфас наверняка собрал бывших рыцарей ради мелочной мести. «Такой высокомерный человек не мог забыть его лицо». При императорском дворе они сталкивались не раз. — Простите, но разве мы не встречаемся впервые? Что? Он его не знает? Насмешливый ответ Джулиана удивил Элеонору. Это лицо невозможно было забыть. Она лично видела их конфликты при дворе. Женщина невольно всмотрелась в Джулиана, но привычная улыбка-маска не позволяла понять его мысли. — Всё тот же мерзкий тон, ублюдок. Даже ругань Альфаса прозвучала с лёгкой дрожью. Похоже, он был удивлён не меньше неё. О высокомерии Джулиана знали многие, но даже для него подобная наглость поражала. «Его самоуверенность опирается на непоколебимую веру в собственную силу». В открыто враждебной обстановке лицо Джулиана оставалось неподвижным, словно гладь тихого озера. Это лишь сильнее подчёркивало его бесстрашие. — Кхм. Если ничего не сделать, конфликт неизбежно обострится. Осознав это, Элеонора откашлялась. Когда все взгляды обратились к ней, она заговорила: — Если вы намерены устроить скандал, может, лучше воздержаться? — Епископ Элеонора, это всего лишь воспитательная беседа — посвящение новичка в Орден Рассвета. — Вот как? Тогда я тем более вынуждена запретить вам продолжать. Увидев, что Альфас недовольно кивнул, Элеонора сладко улыбнулась. — Потому что теперь сэр Джулиан выше вас по статусу. Альфас прищурился. — Что это значит? Элеонора снова кашлянула и продолжила: — Архиепископ признал сэра Джулиана одним из нас и одновременно даровал ему сан епископа. — …Что вы хотите этим сказать, епископ Элеонора? Не обращая внимания на потрясённый шёпот окружающих, она спокойно следила за лицом Альфаса. Он явно был недоволен, но заговорил осторожно: — Это правда? — Мне незачем лгать. С чего бы мне это делать? Скрежет! Альфас так громко заскрипел зубами, что звук разнёсся по залу. — Ну вот, так всё и обстоит. Джулиан тихо усмехнулся. Его улыбка выглядела так, словно он открыто издевался над бывшими рыцарями Лазурного Льва. — Если больше обсудить нечего, я пойду. С этими словами он развернулся. Альфас проводил его широко раскрытыми глазами. Исходившее от него убийственное намерение почти обрело физическую форму и могло взорваться в любой момент. Но даже под этой зловещей аурой Джулиан невозмутимо прошёл мимо. «Не зря его называют Дьяволом Северного фронта». Подумав так, Элеонора последовала за ним. *** Пока мы шли по коридору, цвет гнева над головой Альфаса разгорался всё ярче, и я мысленно цокнул языком. «Этот проклятый идиот и правда оставил после себя целую кучу врагов». Мне и без того хватало раздражения от вынужденного вступления в Орден Рассвета. А теперь какие-то незнакомые люди ненавидели меня так сильно, что от одной мысли начинала болеть голова. С чувствами Альфаса всё было предельно ясно. Его переполняла ярость, которая однажды непременно направит на меня клинок. «Не думал, что один человек способен настолько ненавидеть другого… Или этот тип просто мелочный». А может, Джулиан действительно был великим талантом — хотя бы в искусстве наживать врагов. — Я хотела бы вернуться к нашему прежнему разговору. Элеонора заговорила у меня за спиной. — Архиепископ поручил вам добыть Камни души. Камни души. Сердца демонов с тремя и более рогами. Сосуды, содержащие остаточные мысли Демонического бога. — Проще говоря, меня просят охотиться на демонов. — Ну… если выразиться так. — Но если требование окажется нелепым, я откажусь. В конце концов, я состою в «Закрытых Глазах». Организация позволяла членам действовать самостоятельно, но, если я переступлю черту, подозрения обязательно возникнут. Мне требовалось скрывать связь с Орденом Рассвета. — Не беспокойтесь. Уладить вопрос с «Закрытыми Глазами» будет несложно. Элеонора говорила уверенно. Сначала я не понимал, откуда эта уверенность берётся. Но вскоре всё прояснилось. Стоило мне вернуться в кабинет и приступить к обязанностям члена «Закрытых Глаз», как я получил неожиданную новость. — Сэр Джулиан! Из императорского секретариата пришло задание на уничтожение трёхрогого демона! Не обращая внимания на панику Лазлота, я пробежал глазами приказ в его руках. Сразу после вступления в Орден Рассвета мне поручили охоту на трёхрогого демона. Тогда подозрение, давно сидевшее в голове, превратилось в уверенность. «Похоже, Орден Рассвета протянул свои нити и в императорский секретариат». ---------- Камень души (1) Камень души. Сердце, которое можно извлечь лишь из трёхрогого или более высокорангового демона. Оно служило материалом для создания рогов с помощью Чаши Демонического бога Барбатоса и одновременно сосудом для накопления его остаточных мыслей. Если собрать достаточно таких мыслей, Демонический бог может воскреснуть. Поэтому Камни души были напрямую связаны с нынешней целью Ордена Рассвета. — Стоило мне вступить в Орден, как мне тут же поручили уничтожить трёхрогого демона. Я предполагал, что в императорских структурах могут находиться люди Ордена Рассвета. Но когда догадка превратилась в реальность, во рту всё равно появился горький привкус. Орден был слишком могущественен и обладал слишком необычной силой, чтобы считать его обычным тайным обществом. От одной мысли о том, как справиться с таким огромным влиянием, перед глазами становилось темно. — Но что я могу поделать? Раз уж стал одним из них, придётся довести дело до конца. Я опёрся руками о подоконник и продолжил смотреть на меняющийся за окном пейзаж. Сейчас я ехал в гордости Адратанской империи — скоростном пассажирском поезде. Моей целью был пограничный город Вернидн, где, согласно сообщению секретариата, появился трёхрогий демон. В вагоне было немноголюдно. Поезда работали на чрезвычайно дорогих резонансных камнях, поэтому пользоваться ими могли в основном состоятельные дворяне. К тому же железные дороги покрывали далеко не всю империю, что ещё сильнее сокращало число пассажиров. — Ах, как тихо и спокойно. Транспорт, соединяющий крупные города, — настоящее благословение. Пока я мысленно оценивал поезд, сидевший напротив Геранд заговорил. — Согласен, старший брат Геранд. — Ха-ха… Он неловко рассмеялся, а по лицу потёк холодный пот. Случайно обнаружив меня на соседнем месте, Геранд выглядел так, словно увидел призрака. — Кстати, старший брат, куда вы направляетесь? Тоже в пограничный город Вернидн? — Да. Скоро День Вознесения Церкви Солнца. Меня назначили представителем семьи Крайпарт. День Вознесения… Точно, уже приближается. Я улыбнулся в ответ, и Геранд тяжело сглотнул. — А ты едешь по заданию? — Да. Исполняю обязанности члена «Закрытых Глаз». — Понятно. Усердно работаешь. — Не стоит придавать этому значения. Я взглянул на макушку Геранда, где без конца извивался Цвет Страха. Впрочем, даже без него было ясно, насколько старшему брату неуютно: он почти вжался в самый край сиденья. — Кстати, старший брат, вы хорошо ухаживаете за орхидеей, которую я подарил? Желая немного разрядить напряжение, я перевёл разговор на растение. — Д-да! Разумеется! Берегу каждый листок… как собственную жизнь! — Рад слышать, что вы заботитесь о ней как о собственной жизни. — Ха-ха… ха-ха-ха! Геранд рассмеялся громче, но Цвет Страха над его головой лишь зашевелился сильнее. Я всего лишь спросил об орхидее. До чего он успел додуматься? *** Когда поезд прибыл в Вернидн, я покинул станцию и направился в город. В отличие от особого района Юйлинь, где всё ещё шла масштабная застройка, Вернидн был многолюдным и жил настоящей городской жизнью. На задание отправили только меня. Маг для обслуживания резонансных камней в пути не требовался, а поезд обладал собственной охраной, поэтому сопровождающих тоже не выделили. Иными словами, в бою с демоном мне, возможно, придётся справляться в одиночку. Цель была мне знакома, но сражаться с ней без поддержки всё равно не хотелось. «Интересно, сколько членов „Закрытых Глаз“ находится в Вернидне?» — Что ж, я пойду. — Да. Берегите себя. — И ещё одно. Постарайся не задеть маркиза Оронила. Удивившись внезапному предупреждению, я посмотрел на Геранда, и тот обеспокоенно пояснил: — Семья Хиланс, которую ты уничтожил… была тесно связана с ним. С этими словами он покатил чемодан в сторону центра города. Семья Хиланс, которую я уничтожил… «Кажется, один из их сыновей особенно сильно меня ненавидел». По какой-то причине семью объявили предателями и вырезали, а выжившие бежали в Святое Королевство Фернанд. Лично я ничего подобного не делал, но неприятный привкус всё равно остался. Впрочем, к таким чувствам я уже привык. В конце концов, я прибыл сюда ради задания, а не для разговоров с дворянами. — С-сэр Джулиан. Благодарим, что проделали такой долгий путь из столицы. Стоило Геранду скрыться из виду, как ко мне приблизились местные члены «Закрытых Глаз». Похоже, они внимательно следили за моим прибытием. Я прикрыл ладонью глаза от яркого солнца и посмотрел на приветствовавшего меня мужчину. — Где сейчас находится демон из доклада? Согласно сведениям, в окрестностях Вернидна появился трёхрогий демон. На одну ступень выше двурогого, которого я уничтожил прежде. Лёгким противником его не назовёшь, но после завершения «Лунного Меча» я чувствовал определённую уверенность. К тому же теперь у меня была новая черта — «Открытые глаза». — Предположительно, он скрывается в лесу Фирун, на границе Священного Королевства Фернанд и империи. Однако… Заметив неловкость мужчины, я посмотрел прямо ему в лицо. Репутация Джулиана была огромна. Когда речь шла лишь об уничтожении демона, многие считали вопрос решённым уже в момент его появления. Но эта заминка подсказывала, что дело не ограничивается охотой. — Изначально операцию назначили на время празднования Дня Вознесения Церкви Солнца. Поэтому маркиз попросил отложить уничтожение демона до окончания торжеств. — Перенести? — Да! Жёсткого срока у задания не было, но мне требовалось как можно скорее вернуться в столицу и проследить за дальнейшими действиями Ордена Рассвета. «И за движениями Хейдена Райха тоже нужно наблюдать». Для этого стоило поскорее вернуться в столицу — центр почти всех важных событий. — Когда начинается День Вознесения? — Через неделю. Праздник продлится два дня. Вот же морока. Если застряну здесь почти на десять дней, не смогу узнать, что предпримет Орден Рассвета. — Слишком долго. Придётся обсудить это с маркизом. — То есть… Пограничным городом Вернидн управляла семья Оронил? Я уже хотел попросить проводить меня в резиденцию маркиза, когда в памяти всплыли прощальные слова Геранда. «Постарайся не задеть маркиза Оронила». — Хлопотно… — Простите? — Ничего. В конце концов, эту ситуацию создал персонаж по имени Джулиан. Мысленно цокнув языком, я продолжил: — Проводите меня к резиденции маркиза. *** — Прошу прощения, сэр Джулиан, но сейчас вход в лес Фирун запрещён всем, кто не принадлежит Церкви Солнца. Там идут приготовления ко Дню Вознесения. Как и ожидалось, моё предложение уничтожить демона до праздника отклонили. Беспечность этого решения заставила меня мысленно вздохнуть, хотя внешне я продолжал улыбаться. — Демон в лесу Фирун предположительно относится к трёхрогому рангу. Если он пробудится, празднование Дня Вознесения окажется сорвано. — Но до сих пор он не проявлял активности. Это вообще можно считать аргументом? Я едва не произнёс вопрос вслух. — Это приказ императорской семьи. — Я не отказываюсь исполнять приказ. Я лишь прошу немного отложить его. Я пристально посмотрел на Оронила. Над головой маркиза на мгновение появился слабый Цвет Страха, но вскоре исчез. — День Вознесения — важнейшее туристическое событие Вернидна. Скажи уж прямо: источник дохода. — Если из-за вашей операции праздник будет сорван… сможете ли вы взять на себя ответственность? Оронил смотрел на меня с неприкрытой враждебностью. Поняв, что словами его не переубедить, я поднялся. Маркиз вздрогнул и на мгновение перевёл взгляд на меч у моего пояса. Он серьёзно решил, что я обнажу оружие из-за такого спора? — Папа! В этот момент напряжение прорезал звонкий детский голос. В комнату вбежала девочка семи-восьми лет. Судя по отсутствующему переднему зубу, она совсем недавно лишилась молочного зуба, что лишь сильнее подчёркивало её возраст. — Т-Терина! — А? Папа, кто это? Он такой красивый! — Н-не подходи к нему, Терина! Быстро ко мне! Стоило девочке появиться, как исчезнувший прежде Цвет Страха вновь вспыхнул над головой Оронила. Да кто вообще станет хвататься за меч при ребёнке? Хотя с репутацией Джулиана подобная боязнь, возможно, не была преувеличением. — Тогда продолжим разговор в другой раз, маркиз Оронил. Обсуждать больше было нечего. Я вежливо попрощался и покинул резиденцию. Пройдя через ухоженный сад и выйдя за ворота особняка, я увидел ожидавших меня членов «Закрытых Глаз». — Как всё прошло, сэр Джулиан? — Перенести операцию на более ранний срок не удалось. Маркиз оказался крайне упрям. — Понятно… Люди выглядели разочарованными. Очевидно, им хотелось поскорее вернуться в столицу. — Тогда, как приказал маркиз, приступим к уничтожению через неделю… — Нет. Не расслабляйтесь. Сомневаюсь, что всё пойдёт по расписанию. — Простите? Что вы имеете в виду? Я обернулся к особняку Оронила и вспомнил события, которые вскоре должны развернуться в лесу Фирун. Именно в пограничном городе Вернидн игроки впервые встречали трёхрогого демона. И тогда, как и сейчас, приближался День Вознесения. Благодаря этому я мог примерно определить, когда чудовище вновь активизируется в лесу. — Сколько членов «Закрытых Глаз» сейчас находится в Вернидне? — Меньше пяти. Такого количества не хватит, чтобы остановить угрозу. А из-за приказа Оронила привлечь солдат Вернидна будет невозможно. И всё же я не думал, что операция затянется надолго. ---------- Камень души (2) В этом мире демонов классифицировали по внешнему виду и количеству рогов. Однако в игре трёхрогим и более сильным особям давали уникальные имена в зависимости от их особых способностей. Одним из таких демонов был Зверь Сновидений Гамелин. Он появлялся в лесу Фирун неподалёку от Вернидна. Я так хорошо помнил его имя благодаря печально известной репутации Гамелина. «Неудивительно, что на вики ему посвятили больше пятнадцати страниц тактик». Гамелин относился к демонам поглощающего типа. Завершив поглощение определённой территории, он превращал её в собственную крепость. Входы и выходы, меняющиеся каждый день. Болото, на вид совершенно обычное, но мгновенно отравляющее всякого, кто в него ступит. Демоны, вооружённые всевозможными отрицательными эффектами. Ментальные атаки основного тела Гамелина… И множество других угроз. Этот демон был настоящим кошмаром игроков. Поэтому, услышав всего три слова — пограничный город Вернидн, трёхрогий демон и лес Фирун, — я сразу вспомнил Гамелина. Знание его способностей также подсказало мне, что операцию придётся начать раньше назначенного срока, ещё до Дня Вознесения. Прошло уже около двух дней, значит, скорее всего, он активизируется завтра. А если нет — то в день начала торжеств… — Сэр Джулиан! Маркиз Оронил просит вас немедленно явиться в резиденцию! Я ожидал этого… но всё произошло быстрее, чем предполагалось. Нежась под тёплым солнечным светом, я как раз намазывал на хлеб местный деликатес — беконовый джем, — когда в комнату ворвался член «Закрытых Глаз». Над его головой проступил Цвет Страха. — П-простите! Я не заметил, что вы едите! — Ничего. Дело срочное. Я откусил хлеб, и во рту разлился насыщенный сладко-солёный вкус. Не зря беконовый джем считался местным деликатесом. Идеальное начало дня. *** В резиденции меня первым встретил Оронил. Вчера он держался самоуверенно, а сегодня выглядел так, словно стоял одной ногой в могиле. Рядом находилась женщина, очевидно его супруга, — такая же бледная и потерянная. — Вы звали меня, маркиз Оронил. После вежливого приветствия он медленно поднял голову и посмотрел на меня. Был ещё только полдень, и с нашей последней встречи не прошло даже суток. Но тревога, избороздившая его лицо, показывала: случилось что-то серьёзное. — … Когда маркиз наконец смог заговорить, первым делом он упомянул дочь. — Моя дочь Терина не просыпается с прошлой ночи. — Вот как. — Даже семейный врач не понимает, что с ней произошло… Оронил говорил как в бреду. Судя по всему, Терина потеряла сознание ещё ночью и с тех пор не приходила в себя. Причина оставалась неизвестной. Если даже семейный лекарь не сумел поставить диагноз, для маркиза и его семьи это наверняка стало громом среди ясного неба. — Терина — моё драгоценное дитя. Она родилась после нескольких выкидышей… Почему это случилось именно с ней?.. На миг я задумался: Джулиан бы над ним насмехался? Но у меня не хватило бы жестокости издеваться над отцом, который и без того боялся потерять ребёнка. — Я позвал вас из-за Терины, сэр Джулиан. Я надеялся, что вы знаете, почему она не просыпается. — Для начала, я не лекарь. Я специалист по уничтожению демонов. Но вы вызвали именно меня, потому что и сами кое-что подозреваете, не так ли, маркиз? Оронил глухо застонал, охваченный раскаянием. — Тогда скажу прямо. Как вы и предполагаете, состояние вашей дочери, вероятнее всего, вызвано демоном из леса Фирун. В его глазах вспыхнула надежда. Я назвал прежде неизвестную причину болезни и указал на её источник. Лицо, ещё секунду назад казавшееся мёртвым, ожило, и Оронил торопливо спросил: — Тогда… мы можем начать охоту, которую вчера отложили? Какое теперь значение имеет День Вознесения? Моя дочь…! — Уже слишком поздно. Стоило мне назвать виновника, как едва зародившаяся надежда снова погасла. — Ч-что вы хотите этим сказать?! — Демона, спавшего в лесу Фирун, называют Зверем Сновидений Гамелином. Это трёхрогий демон поглощающего типа. Он укореняется в земле и превращает окрестности в свою территорию. Оронил слушал, не отрывая взгляда. — Поглощая энергию земли, Гамелин рассеивает споры и внедряет семена в окружающих животных. — Семена? — Заражённые звери вскоре становятся его марионетками. К счастью, на людей споры почти не действуют. Но есть исключение. — Какое? — Дети. Лицо маркиза мгновенно потемнело. Из моих слов он уже мог понять, что произошло с дочерью. — Особенно уязвимы дети, у которых недавно выпали молочные зубы. Оставшееся отверстие становится удобным путём к нервам и мозгу. — Тогда тем более нужно немедленно уничтожить демона! Оронил сорвался на крик, но мой ответ остался холодным. — Я уже сказал: поздно. Демон начал действовать. Такие существа не безмозглы, а у трёхрогих и более сильных демонов интеллект развит особенно хорошо. Такой демон вступает в бой, лишь когда уверен в победе. — Зверь Сновидений Гамелин пробудился, потому что решил: лес Фирун уже полностью под его контролем. Теперь он будет использовать захваченную территорию, чтобы помешать нам найти его настоящее тело. — Но даже тогда… — Пока мы будем блуждать по лесу, ваша дочь умрёт, маркиз Оронил. Он уставился на меня широко раскрытыми глазами. Над головой вспыхнул цвет гнева, будто маркиз вот-вот ударит меня. Но вспышка быстро прошла. Красное пламя постепенно угасло. — Сэр Джулиан… я должен спросить. Если бы вчера я дал вам разрешение, этого можно было избежать? — Да. Именно поэтому я приехал из столицы. Из груди Оронила вырвался стон, полный муки. Его жена больше не смогла сдерживаться и расплакалась, а он мягко обнял её. — Вы хотите спасти дочь? Услышав вопрос, обращённый к погружённой в отчаяние паре, маркиз снова вздрогнул. — Э-это возможно? — Возможно. Но, если говорить точно, ради этого пострадает весь Вернидн. — Пострадает?.. — Да. Маркиз понимал, что здесь что-то не так. Но тревога за дочь оказалась сильнее недоверия, и вскоре он был готов поверить каждому моему слову. Джулиан Крайпарт Фрейсон — имперский Улыбающийся Палач. У этого персонажа было множество титулов. И одним из них был Мастер уничтожения демонов. — Ради дочери… я заплачу любую цену. — Вот как? Тогда хорошо. Получив согласие, я подавил невольную улыбку. С моей репутацией улыбка выглядела бы ужасно — словно я забавляюсь, играя жизнью его дочери. Зверь Сновидений Гамелин. Как я уже говорил, игроки боялись одного этого имени. После пробуждения он превращал лес Фирун в лабиринт и насылал бесчисленных прислужников, вооружённых отравлением, параличом и прочими отрицательными состояниями. К тому же выходы из лабиринта менялись каждый день, поэтому составить универсальную стратегию было невозможно. Игроки называли Гамелина демоном, набитым чистой злобой разработчиков. «А стоило пожаловаться на форуме, как тебе отвечали: просто терпи и проходи на силе воли». Разумеется, я тоже был жертвой этого издевательства. Из пятнадцати страниц вики примерно семь написал я сам. Даже вспоминать, сколько ярости в них вложено, было страшно. Теперь я стоял перед этим воплощением разработческой злобы в теле Джулиана. Но, в отличие от прошлых прохождений, совершенно не нервничал. Не потому, что готов был несколько дней мучительно пробиваться через лабиринт леса Фирун. И не потому, что меня не пугали враги с отравлением, параличом и прочими состояниями. Причина была куда проще. Из всех тактик я выбрал самую лёгкую и прямолинейную, полностью проигнорировав долгосрочные последствия. *** — Подготовка завершена, сэр Джулиан. Можем начинать, как только изменится ветер. — Но… это действительно необходимо? — Необходимо. Оставить угрозу нерешённой — значит подвергнуть Вернидн смертельной опасности. Игнорировать её было бы глупостью. — И всё же… сжечь весь лес Фирун… Члены «Закрытых Глаз» с пустыми бочками из-под масла в руках смотрели на меня в полном недоумении. — Мы не собираемся сжигать весь лес. Лишь продезинфицируем участок, заражённый демоном. — Но лес Фирун тесно связан с Днём Вознесения. Разве маркиз Оронил не придёт в ярость? Я спокойно ответил обеспокоенному мужчине: — Маркиз уже согласился. Безопасность жителей Вернидна для него важнее праздника. — Человек, который ещё вчера так яростно возражал, теперь… Он осёкся и покосился на меня. Я мягко улыбнулся. Мужчина кашлянул и низко поклонился. — Н-нет. Я сказал лишнее. Стоило ли объяснить недоразумение? Наверняка он решил, что я принудил маркиза, хотя на деле лишь ясно описал последствия. — Ветер изменился! Раздался крик другого члена отряда. Все — и люди из «Закрытых Глаз», и солдаты Вернидна, присланные Оронилом, — посмотрели на меня. — Тогда начнём? Медлить больше не было причин. По моему приказу солдаты и агенты одновременно бросили факелы в лес Фирун. Огонь коснулся пропитанных маслом деревьев и мгновенно разросся, превращаясь в пылающего демона. Треск! Треск! Искры разлетались по воздуху, едкий дым заполнял окрестности, а я лениво постукивал пальцем по рукояти меча. Гр-р-р-р-р! Одновременно раздался полный муки рёв, и земля содрогнулась. Из самого сердца леса к нам понеслось чудовищное существо, похожее на ожившее огромное дерево, — Зверь Сновидений Гамелин. — А-а-а! — Демон! Приготовиться к бою! При виде несущегося на них трёхрогого чудовища несколько солдат в ужасе осели на землю, а остальные попятились. Не обращая внимания на панику, я шагнул вперёд, обнажил меч из лунного камня и привычно наполнил его аурой. Каким бы жутким ни было это громадное деревообразное тело, бояться не стоило. Из пятнадцати страниц вики четырнадцать и девять десятых были посвящены преодолению крепости Гамелина. А описание боя с самим Зверем Сновидений занимало жалкие пятьсот знаков. Раз уж он показал настоящее тело, его судьба была решена. ---------- Камень души (3) Едкий запах гари и пороха заполнил воздух так сильно, что от него начинала болеть голова. Пламя пожирало деревья, а среди огня страшный Гамелин медленно тащил к нам своё огромное тело. Неужели так выглядит сам ад? При виде подобного зрелища у любого бы отнялся язык, но мне, на удивление, удавалось сохранять спокойствие. Такие ситуации стали привычными. Опыт принёс с собой хладнокровие. — Отойдите. Я разберусь с демоном один. — Простите? У Зверя Сновидений Гамелина, стоявшего перед нами, из головы выступали три рога. Их количество напрямую указывало на силу. Трёхрогий демон, несомненно, был самым могущественным чудовищем, с которым местным солдатам и агентам доводилось сталкиваться. Поэтому, услышав, что я собираюсь сразиться с ним в одиночку, люди из «Закрытых Глаз» и солдаты потрясённо уставились на меня. — В-вы точно справитесь? — Да. После уничтожения будьте готовы тушить пожар. — Но… — Вы будете лишь мешать. Мой холодный и твёрдый тон заставил встревоженных людей кивнуть. — Понял. Если наше присутствие станет помехой… мы не будем вмешиваться в сражение, сэр Джулиан. На лице ответившего агента смешались противоречивые чувства. Он испытывал облегчение, потому что ему не придётся сражаться с трёхрогим демоном, но одновременно был задет тем, что его отточенные навыки сочли бесполезными. По правде говоря, я тоже не горел желанием биться с Гамелином в одиночку. Даже лишившись своей крепости, он оставался трёхрогим демоном. Он определённо превосходил двурогих существ, которых я встречал прежде. «Но для тех, кто не способен полностью контролировать ауру, Гамелин — настоящий кошмар». Его не просто так прозвали Зверем Сновидений. Главным оружием демона были ментальные атаки, передававшиеся через пыльцу. Гипноз, судороги, потеря способности отличать союзников от врагов — всего за несколько мгновений он мог погрузить целый отряд в хаос. Но даже такая мощная атака оказалась бесполезна против характера Джулиана. ▶ Ментальная атака Гамелина отражена. ⇒ Доминирующее присутствие ⇒ Двуличие ⇒ Покерфейс… Джулиан Крайпарт Фрейсон был настолько высокомерен, что вера в самого себя достигала уровня непоколебимой религии. Проще говоря — безумец, которому уже нечего терять. *** Непрерывная борьба за власть. Именно так выглядели отношения между дворянами — мир без родства, слёз, признания и сочувствия. Но Оронил с детства дружил с главой семьи Хиланс. Они росли вместе, учились в одной академии и за долгие годы стали почти братьями. Поэтому, когда Джулиан появился в его резиденции, маркиз едва смог скрыть неприязнь. Имперский Улыбающийся Палач, уничтоживший семью его дорогого друга. Каждый раз, когда Оронил видел вечно улыбающееся лицо, старая ненависть поднималась всё выше, и он отвергал любые предложения Джулиана. Разумеется, были и другие причины. Но всё изменилось в одно мгновение. Узнав, что любимая дочь потеряла сознание из-за демона в лесу Фирун, Оронил был вынужден забыть о ненависти и попросить Джулиана о помощи. — Благодарю за содействие в уничтожении демона. Императорская семья высоко оценит быстрое решение маркиза Оронила. Джулиана окружала всевозможная дурная слава, но в её основе всегда лежала его подавляющая боевая мощь. И всё же Оронил не ожидал, что трёхрогого демона удастся уничтожить всего за один день. — Ваша дочь уже проснулась? — Да. Благодаря тому, что вы расправились с демоном. — Нет. Всё это лишь милость Его Величества. Отвечая Джулиану, Оронил внимательно изучал его лицо. В обычном разговоре и особенно на переговорах люди считывали эмоции по глазам собеседника. Но понять узкоглазого Джулиана было практически невозможно, поэтому маркиз не имел ни малейшего представления о его намерениях. «Он наверняка хотя бы приблизительно знает, какие отношения связывали меня с семьёй Хиланс». Сейчас Джулиан, должно быть, смеётся над ним в душе. Вместо мести Оронил благодарил человека, виновного в гибели семьи его друга, за спасение дочери. — Кажется, вашу дочь зовут Терина? — М-м? Пытаясь подавить нарастающее самоуничижение, Оронил недоумённо склонил голову. — Д-да. — Тогда передайте это леди Терине. Джулиан достал из одежды небольшое ожерелье. Само украшение выглядело просто, но вставленный в него самоцвет сразу притягивал взгляд. — Ожерелье изготовлено из кристалла спор Гамелина. То, что леди Терина так быстро отреагировала на пыльцу, означает: её мановые жилы развиты лучше, чем у сверстников. Вероятно, способности к магии у неё тоже выше. — Тогда это… — Я слышал, юные маги часто начинают с извлечения маны из самоцветов, делая первые шаги к своей мечте. Если леди Терина решит заняться магией, этот кристалл спор окажет ей большую помощь. …Это подарок Терине? Этот поступок совершенно сбивал с толку. Пусть Джулиан и имел отвратительную репутацию среди Фрейсонов, боковой ветви дома Крайпарт, он всё равно оставался дворянином. Какую выгоду мог принести жест, настолько противоречащий его интересам? «…Зачем?» К тому же перед Оронилом стоял Улыбающийся Палач. Человек, способный без жалости расправиться даже с ребёнком, если тот встанет у него на пути. Подарок такого человека непременно должен скрывать второе дно. — В чём причина? Не выдержав, маркиз прямо спросил о намерениях Джулиана. Но от его коварной улыбки грудь сдавил первобытный страх. — Хо-хо. Это знак моей искренности. Оронил вновь всмотрелся в его лицо. Знакомый холодок по позвоночнику никуда не исчез, и всё же сейчас Джулиан казался немного другим. — Искренности?.. — Да. Пусть лес пришлось сжечь ради уничтожения демона, в итоге половина Фируна всё равно превратилась в пепел. При этих словах Оронил тихо застонал и устало вздохнул. — Вас ждут неизбежные трудности. Считайте это небольшим проявлением заботы. Заботы. Услышать такое слово от Джулиана было настолько нелепо, что маркиз не нашёлся с ответом. — …И это действительно всё? — Разумеется. ⇒ Доминирующее присутствие Для столь надменного человека подобное заявление было совершенно нехарактерно. Оронил продолжал смотреть на Джулиана с растерянностью, уверенный, что за его поступком обязательно скрывается нечто большее. — Тогда я откланяюсь, маркиз Оронил. Благодарю за сотрудничество в уничтожении демона. Словно больше никаких дел не осталось, Джулиан поправил федору и слабо улыбнулся. Оронила эта улыбка всё ещё пугала, но злобы в ней не было. Терину лечили, демон был уничтожен, а половина леса Фирун сгорела. В поместье наконец вернулся покой. Оронил смотрел вслед уходящему Джулиану. Какой бы ни была ценность подарка, пустым жестом его назвать было нельзя. — Дорогой. — …Как Терина? — Уже достаточно оправилась и может ходить. Маркиз глубоко вздохнул и протянул руку. Жена передала ему свиток и перо. — Я должен написать правому председателю Совета старейшин дворянства. — Что ты собираешься сделать? Джулиан Крайпарт Фрейсон. До Совета старейшин дошли сведения, что он прибыл в пограничный город Вернидн для уничтожения демона. Сейчас целью Совета — точнее, его старшего председателя Орнна Крайпарта — было вырезать из семьи опухоль по имени Джулиан. — Разве они не просили хотя бы ненадолго задержать операцию, чтобы помешать Джулиану? — У меня не было выбора. Жизнь Терины оказалась под угрозой. Оронил написал несколько строк, поставил печать и снова свернул документ. Затем подозвал ожидавшего снаружи слугу и передал письмо ему. — Доставь это лорду Геранду в Вернидне. И сообщи, что отныне сотрудничать будет трудно. Слуга кивнул и удалился. Провожая его взглядом, Оронил снова тяжело вздохнул. «Прости, что выбрал покой семьи вместо мести за друга». Вспомнив слова Джулиана перед уходом, маркиз пришёл к одному выводу, хотя сами эти слова звучали совершенно на него не похоже. В жилах Улыбающегося Палача текла такая же красная кровь, как у любого другого человека. *** По дороге обратно в столицу я снова устроился в поезде и потянулся к шкатулке, полученной перед отъездом. Щёлк! Внутри лежал Камень души — редчайшая добыча, встречавшаяся только у демонов с тремя и более рогами. Сердце Зверя Сновидений Гамелина испускало слабое красное свечение. — Повторю ещё раз: мерзкая вещь. Именно этот предмет Орден Рассвета сейчас желал больше всего. Одновременно он был материалом, необходимым для пробуждения Демонического бога — источника всего зла в «Let’s Kill the Demon King Now». Стоило открыть коробку, как наружу хлынула чудовищная аура, словно сам Камень души заявлял о своём существовании. Обычный человек, прикоснувшись к нему, от одного давления потерял бы сознание. «Теперь всё начинается». Если я передам Камень души Ордену, то, несомненно, заслужу их доверие. Кто-то мог бы сказать, что это излишне, учитывая странную благосклонность архиепископа Тенелона к Джулиану. «Но признание остальных епископов не менее важно, чем доверие Тенелона». Моей конечной целью было уничтожить Орден Рассвета или хотя бы ослабить его настолько, чтобы держать под контролем. Поэтому доверие других епископов играло такую же важную роль. «Однако если я отдам им Камень души, то приближу воскрешение Демонического бога и усилю Тенелона…» Что же делать с камнем? Вместо того чтобы просто вручить его Ордену, наверняка существовал другой вариант. «Какой именно? Возможно… Нет, не стоит принимать решение поспешно». Пока я размышлял, поезд начал замедляться. [Поезд прибывает на станцию Рондриан.] Объявление сообщало об остановке перед столицей. Поезда этой эпохи работали на резонансных камнях и были крайне неэффективны, поэтому им приходилось часто останавливаться для пополнения энергии. Станций из-за этого построили много, хотя пассажиров оставалось мало. «А что насчёт Хейдена Райха? Удастся ли скрыть от него, насколько глубоко я втягиваюсь в дела Ордена?» Чем теснее я связывался с Орденом Рассвета, тем выше становилась вероятность столкновения со Святым Мечом. «Подумаю об этом позже. Пока главное — ничего не раскрыть…» Погрузившись в мысли, я вдруг ощутил чьё-то присутствие и повернулся к двери купе. — Купе сто четырнадцать… А, вот оно… Кто-то тихо пробормотал это и открыл дверь. Передо мной возникло до боли знакомое лицо. Линне Рондвейл. Увидев ученицу Святого Меча Хейдена Райха, я немедленно захлопнул шкатулку с Камнем души. ---------- Неловкая встреча Сочетание изумрудных глаз и платиновых волос выглядело по-настоящему чарующе. Но при виде прекрасного лица Линне по моей спине потёк холодный пот. «…Что она здесь делает?» Спрятанный в шкатулке Камень души был необходим для воскрешения Демонического бога, а остальному миру о его существовании пока ничего не было известно. Если Линне обнаружит его, последствия окажутся непредсказуемыми. «Если она поймёт…» Я собственными руками дал бы Святому Мечу зацепку, ведущую к моей связи с Орденом Рассвета. Конечно, возможно, я просто накручивал себя. Даже если Линне увидит Камень души, его наличие можно объяснить. «Скажу, что это трофей». Но риск всё равно оставался. Не желая подвергаться ненужной опасности, я решил, что лучше вообще не показывать ей Камень души. — Мы удивительно часто встречаемся при неожиданных обстоятельствах. Леди Линне, кажется, сами небеса устраивают эти случайности. Не находите нашу судьбу странной? Я спрятал настоящие чувства и постарался вести себя как можно беззаботнее. Джулиан в любом случае всегда улыбался и не показывал эмоций, так что Линне не заметит моей тревоги. — …Купе сто четырнадцать. Сто четырнадцать… Даже услышав приветствие, она снова сверилась с билетом и номером на двери. Убедившись, что пришла куда нужно, Линне заметно помрачнела. — Наверняка вы сейчас думаете: «Почему он здесь?» — Да. Именно это я и хотела бы узнать. — У меня были дела в пограничном городе Вернидн. А вы, леди Линне?.. Я замолчал и посмотрел на её багаж. В одной руке она держала чемодан, а другой тянула за собой ещё один, на колёсах. По цвету и покрою торчащей наружу ткани нетрудно было узнать форму Академии Байер. Судя по хронологии игры, сейчас Линне как раз готовилась к выпуску. — Вы навещали семью? Высказав правдоподобную догадку, основанную на её багаже, я незаметно покосился на шкатулку. Она лежала прямо на круглом столике и слишком сильно бросалась в глаза. Главное — спрятать её прежде, чем Линне заметит и заинтересуется. — …Как вы поняли? — У вас столько вещей, что потребовалось два чемодана. Поскольку сезон меняется, скорее всего, это одежда. — Я могла просто ездить за покупками. — Тогда зачем покидать столицу? Здесь и выбор больше, и товары доступнее. К тому же… Я указал пальцем на её чемодан. — У вас одежда торчит наружу. Линне немного повернула голову и посмотрела на верхнюю часть багажа. Заметив белую ткань и светло-голубую ленту, она торопливо затолкала их внутрь. Делая вид, будто ничего не произошло, Линне яростно сверкнула на меня глазами, а кончики её ушей покраснели от смущения. — Буду признательна, если вы не станете лезть в мои личные дела. — Прошу прощения, если обидел вас. Ответив, я увидел, как она нарочито спокойно поднимает чемодан на багажную полку. «Вот он, шанс!» Я тут же потянулся к шкатулке, собираясь незаметно убрать её в сумку. — Когда я бронировала это купе, других пассажиров здесь не было. Вы ведь не преследуете меня? От неожиданного вопроса я вздрогнул, быстро отдёрнул руку и изобразил непринуждённую улыбку. — Из-за моей работы билеты обычно приобретает императорский секретариат. Может, это вы следуете за мной, леди Линне? — С-следую за вами?! — Не нужно так остро реагировать. Я пошутил. Я тихо рассмеялся, хотя внутри веселья не испытывал. Не стоило вообще доставать шкатулку. Но разве я мог предсказать такой поворот? Линне недовольно осмотрела мою одежду и багаж, будто теперь сама пыталась понять, чем я занимался, как до этого сделал я. — Вы сказали, что ездили в Вернидн. Хотели посмотреть День Вознесения? — Выполнял задание «Закрытых Глаз». — Для человека после задания вы слишком хорошо одеты. И у вас всего один меч. Под внешним равнодушием на её лице скрывалось какое-то чувство, но сейчас мне было не до этого. — Когда прошлое задание проходило неподалёку от столицы, это ещё можно было понять. Но Вернидн находится далеко. Разве учитель не повторял, что на случай непредвиденных обстоятельств нужно брать запасные мечи? — Как я мог забыть его наставление? Но сейчас я достиг уровня, на котором запасной клинок больше не нужен… Хотя человеку с вашими способностями, леди Линне, лучше носить несколько. — Ч-что вы…! — Шучу. Не сердитесь. Я просто забыл взять запасные мечи. Линне нахмурилась и тяжело опустилась на сиденье. — Хмф. Она резко отвернулась к окну, всем видом показывая, что больше не желает меня видеть. «Отлично. Так и смотри наружу». Я осторожно потянулся к шкатулке, стараясь не привлечь внимания. — Эта шкатулка ваша? Совершенно на вас не похожа. Она уже заметила. Любопытство Линне заставило меня мысленно выругаться. Впрочем, неудивительно: яркая шкатулка лежала прямо посреди стола. Как её вообще можно было не увидеть? — Как нетрудно догадаться, внутри лежит драгоценный камень. — …Камень? Не думала, что вы интересуетесь подобным. — Да. В отличие от некоторых, я ценю классическую красоту. Я намеренно задел её, надеясь, что Линне снова отвернётся и позволит мне спокойно спрятать шкатулку. — Хмф. Как и ожидалось, она недовольно повернулась к окну. Сейчас! Я быстро ухватился за шкатулку. Почувствовав под пальцами твёрдую поверхность, испытал облегчение и убрал коробку под стол, скрыв от взгляда Линне. «Теперь осталось положить её в сумку…» Щёлк! Но облегчение продлилось недолго. Поезд тряхнуло на стыке рельсов, крышка распахнулась, и Камень души выпал наружу. Причём упал он именно туда, куда не должен был. «…Блядь». Прямо на колени Линне. Все попытки скрыть Камень души пошли прахом. Алый самоцвет, испускающий величественную ауру, лежал на её юбке, а Линне потрясённо смотрела вниз. Я растерялся. «Блядь…» Она увидела Камень души. Я понимал, что люди Хейдена Райха рано или поздно узнают о нём, но не ожидал, что это произойдёт так скоро. Если Линне расскажет Святому Мечу, подозрения станут неизбежны. Что мне теперь делать?.. — Жаль. Если эта вещь вам дорога, лучше бы она упала на пол и поцарапалась. К счастью… По её тону было ясно, что истинную природу Камня души она не распознала. Но необычную ауру Линне всё же почувствовала. Она прищурилась и внимательно осмотрела самоцвет. «Что-то заметила?» Пока мысли лихорадочно сменяли друг друга, Линне с безразличным видом положила Камень души обратно в шкатулку. — Похоже, он связан с вашим заданием. Храните внимательнее. Её равнодушный голос прозвучал для меня как музыка. Вот за полное отсутствие интереса ко мне я иногда был ей искренне благодарен. *** — Леди, позвольте взять ваш багаж. Когда поезд прибыл в столицу, Линне, не желая оставаться рядом с Джулианом ни мгновением дольше, поспешно вышла из купе. Она уже собиралась отдать чемоданы слуге, но внезапно вспомнила его прежнее замечание. — Подождите минуту. Линне тщательно проверила оба чемодана. К счастью, на этот раз наружу ничего не торчало. — Карета готова. Она доставит вас прямо к общежитию Академии. — Да, благодарю. Линне передала багаж слуге. Цок. Цок. Услышав отчётливые шаги за спиной, она обернулась. — Долгая поездка порядком утомляет. Хотя всё равно лучше кареты. Из открытой двери вышел Джулиан, с которым она делила купе номер сто четырнадцать. Он держался с врождённой элегантностью выходца из знатного рода, хотя обычное поведение и язвительные замечания постоянно портили это впечатление. — Согласна. С раздражающим попутчиком дорога показалась настоящим адом. — Вот как? А мне общество собеседника было весьма приятно. Он изобразил невинность, словно они вовсе не провели всю дорогу в одном купе. Линне нахмурилась, но ничего не ответила. Если показать раздражение, Джулиан лишь получит удовольствие. — Что ж, я пойду. Надеюсь, мы ещё встретимся. Одарив её улыбкой, вызывающей настороженность у любого нормального человека, Джулиан удалился с единственным чемоданом в руке. Линне смотрела, как его фигура постепенно исчезает вдали. Ей хотелось, чтобы он пропал окончательно, но гордость не позволила промолчать. — Сэр Джулиан. Тихий голос заставил его остановиться и обернуться. Глаза всё так же скрывал узкий прищур, а выражение лица почти не отличалось от того, с которым он противостоял её наставнику, Святому Мечу. Но сейчас в нём почему-то ощущалось больше человечности. — Спасибо за помощь в трущобах. Без вашей силы я могла бы оказаться в серьёзной опасности. Линне не думала, что когда-нибудь поблагодарит его. Наверное, всё изменилось после того, как она увидела след меча, оставленный Джулианом в «Пламени Заката». Он был отвратительным человеком, которому нельзя доверять. Но в отношении меча оставался искренним. Поэтому как мечник мечнику она могла выразить ему уважение. — Зачем благодарить за такую мелочь? Разве мы не соученики? — Нет. Учитель ведь изгнал вас. Уважение и привязанность — разные вещи. Стоило Джулиану назвать их соучениками, как Линне сразу провела чёткую границу. — Какая бессердечность… Он безмятежно улыбнулся и ушёл со станции. Линне ещё некоторое время смотрела ему вслед, после чего обратилась к слуге: — Хорошо, поехали. — Да, леди. Сев в ожидавшую карету, она наблюдала, как станция постепенно отдаляется. Красноватый свет фонарей залил салон, и это почему-то напомнило ей о шкатулке Джулиана. — …Где-то я уже видела этот камень. Он казался знакомым. — Простите? Леди, вы что-то сказали? Слуга отреагировал на тихое бормотание, но Линне отмахнулась и ответила, что ничего. ---------- Подковёрная работа — Вы хорошо потрудились, проделав путь из столицы до далёкого пограничного Вернидна. Стоило мне войти в кабинет командира, как из-за бумажной горы донёсся голос Одвин. Огромная груда документов полностью скрывала её миниатюрную фигуру. Что это за бумажные горы? Я уже хотел просто спросить, но вовремя вспомнил об отношениях Одвин и Джулиана. При общении с такой проницательной женщиной даже обычный вопрос следовало формулировать в стиле Джулиана. — Я и правда немало потрудился. В отличие от командира Одвин, которая, кажется, пренебрегает обязанностями. — Что? — Эта гора бумаг невольно навела меня на такую мысль. В голосе прозвучала насмешка. Однако на лице Одвин, едва видимом между стопками, не появилось заметных эмоций. Скорее она ответила тоном, будто всё и так очевидно: — Как думаете, из-за кого здесь скопилось столько документов? — Разве не из-за небрежности командира Одвин? — Ничего подобного! Всё это исключительно из-за вас, сэр Джулиан! Одним движением она отодвинула бумаги рукой и слегка нахмурилась. — Зачем вы сожгли лес Фирун?.. Вы ведь знали, что он связан с Церковью Солнца. Пусть это не священная земля, но он имеет важное символическое значение. — Разве членам «Закрытых Глаз», отправленным на место, не разрешено в особых обстоятельствах принимать самостоятельные решения, опираясь на опыт? — …И? — Мой опыт подсказал, что лучше быстро и просто уничтожить демона, чем подвергать людей ненужному риску. — Но всё равно… Ах, забудьте. Одвин зажала переносицу пальцами и снова посмотрела на документы. — В будущем, прежде чем что-то сделать, подумайте, сколько работы это создаст для меня. Среди этой горы лежат и письма с протестами от Церкви Солнца. — Я решил, что с точки зрения государственных интересов приказ императорской семьи важнее религиозной символики. — Я не обсуждаю ваши религиозные взгляды… К счастью, императорская семья отклонила жалобы Церкви. — Хотя разбираться со всей этой мелочью в итоге приходится мне, — сухо добавила Одвин. — Кроме того, значительная часть документов тоже связана с вами. — Помимо писем Церкви Солнца? — Да. Академия Байер, которую вы окончили, просит произнести несколько слов на празднике, и это ещё не всё… Шурх. Шурх. Порывшись в бумагах, Одвин наконец нашла нужный лист и показала мне. — Семья Хайнрих просит «Закрытые Глаза» выделить охрану для одного приёма. Точнее, просит именно вас. Я принял документ и недоумённо склонил голову. Кому вообще пришло в голову звать на подобное мероприятие Джулиана? Они там с ума сошли? Или жить надоело? — Ах да, ещё кое-что. В секретариате хотят услышать ваш доклад о трёхрогом демоне из леса Фирун. Возможно, вам стоит снова показаться там, как в прошлый раз? — Да. Пусть я только вернулся в столицу, полагаю, придётся прийти. Какая честь. Одвин ответила тоном, ясно показывавшим полное отсутствие благодарности, и снова погрузилась в бумаги. Учитывая, что именно я в значительной мере создал эту гору, отвлекать её пустой болтовнёй было бы неразумно. *** — Сэр Джулиан! Вы вернулись из Вернидна! Перед визитом в секретариат я зашёл в собственный кабинет, чтобы оставить вещи. Увидев меня, ученик «Закрытых Глаз» Лазлот заметно напрягся. Я слабо улыбнулся. — Да. Только что прибыл. — Вы в одиночку уничтожили трёхрогого демона?! Слух уже разошёлся по всей столице! — Тогда наверняка говорят и о лесе Фирун? — А? Ну… ха-ха… Лазлот неловко рассмеялся. — Ах! Я заранее разложил в кабинете письма и посылки, адресованные вам. — Правда? Благодарю. — Не стоит. Это меньшее, что я мог сделать. Он не преувеличивал: в кабинете скопилось немало вещей и документов. Как и раньше, среди них попадались странные журналы об искусстве и бессмысленные счета вроде членского взноса в Ассоциацию рыцарей. Я уже собирал всё это, чтобы выбросить, когда взгляд зацепился за знакомые слова. — Монастырь Генмель. Письмо пришло из монастыря, где находился один из приходов Ордена Рассвета. Сколько я ни думал, разумной причины отправлять мне послание не находил. Разве что внутри скрывалось какое-то тайное поручение. — Они совсем ебанулись?.. Ругательство едва не сорвалось с губ. Я из кожи вон лезу, скрывая связь с Орденом, а они присылают письмо, способное меня выдать? Тр-р-ресь! Убедившись, что никто не смотрит в мою сторону, я быстро разорвал конверт и прочитал содержимое. К счастью, ничего из того, чего я боялся, там не оказалось. «Письмо явно отправил Орден. Но если внутри лишь обычное приветствие… А?» Я собирался перечитать текст, чтобы проверить, не упустил ли чего, когда буквы на странице одна за другой начали менять места. «Похоже на работу Элеоноры». Заклинание срабатывало только тогда, когда конверт вскрывал определённый человек. Если кто-то в Ордене и мог вложить такую оккультную магию в письмо, то только она. «Архиепископ желает, чтобы епископ Джулиан посетил приход». Послание поражало прямотой. Но истинная цель была очевидна: Орден хотел забрать Камень души, добытый в Вернидне. «Можно было и не писать». Я смял лист и уже собирался сжечь его ради сохранения тайны, но внезапная мысль заставила развернуть бумагу снова. Точную дату завершения моей миссии и возвращения в столицу знали лишь командир Одвин и сотрудники императорского секретариата. Даже Лазлот, фактически исполнявший обязанности моего помощника, не был в курсе. «И всё же они узнали сразу…» В секретариате сидел осведомитель Ордена Рассвета. То, как быстро мне отправили письмо, говорило о его исключительной преданности организации. «Не знаю, движет им выгода или вера в учение Ордена…» Упорядочив мысли, я поджёг письмо маной и проследил, как пламя пожирает его целиком. «До чего же мерзко». *** Монастырь Генмель заливал свет полной луны. Ночью его обычная святость исчезла, уступив место холодной зловещей атмосфере. Убийственное намерение, смешанное с ночным холодом, было направлено на одного человека. В самом центре напряжения стоял имперский Улыбающийся Палач — Джулиан. — Епископ Джулиан, прошу простить, что заставила ждать. Элеонора словно скользнула к нему. Джулиан не выказывал ни малейшего беспокойства, будто окружающая враждебность его совершенно не касалась. Одновременно женщина оглядела людей вокруг, которые сверлили его взглядами. Каждый из них затаил на Джулиана обиду — большую или малую. Похоже, они заранее сговорились и ждали его прибытия в приходе, но их план ни к чему не привёл. Благородная осанка и спокойствие Джулиана выдавали настоящего мастера. — Кхм. Большинство, не выдержав давления, просто опустили глаза или неловко закашлялись. — Я задержалась, потому что докладывала архиепископу о вашем прибытии. Пройдём внутрь? — Надеюсь, в следующий раз ждать не придётся. Столько людей смотрели на меня… Было весьма страшно. — Ох, вы шутите. Говорить о страхе с невозмутимой улыбкой среди почти осязаемой ненависти мог только Джулиан. Элеонора сочла его слова шуткой и пошла вперёд. — События в Вернидне взбудоражили столицу. Все говорят, как вы в одиночку уничтожили трёхрогого демона и заодно сожгли лес Фирун. — Вот как? Джулиан слабо улыбнулся. Для человека, ставшего главным героем обеих обсуждаемых историй, он держался слишком спокойно и быстро погасил энтузиазм Элеоноры. — Епископ Элеонора. Услышав внезапное обращение, она остановилась и посмотрела на него. — Да? — В будущем не могли бы вы не отправлять подобные письма, пока меня нет в столице? Они ставят меня в затруднительное положение. В руке Джулиан держал письмо с пометкой монастыря Генмель. — Что в этом затруднительного? Благодаря заклинанию посторонний почти наверняка ничего не обнаружит. — Вероятность остаётся всегда. Надеюсь, такое больше не повторится. Увидев, как настойчиво он отказывается, Элеонора слегка улыбнулась. Пусть лицо Джулиана ничего не выдавало, редкий проблеск его неудобства показался Элеоноре удивительно свежим и забавным. Ей даже захотелось растянуть разговор. Может, открыть родинку-слезинку и ещё немного проверить его намерения? — Но разве отправлять человека не опаснее? Риск обнаружения будет ещё выше. — Пока я нахожусь в столице, это не имеет значения. — Правда? Хорошо. Тогда, пожалуй, стоит придумать способ, чтобы епископ Джулиан при необходимости мог первым связаться с нами. — Об этом беспокоиться не нужно. — Простите? Неожиданный ответ озадачил Элеонору. Джулиан вступил в Орден исключительно ради собственной выгоды. Она полагала, что отсутствие удобной двусторонней связи его не устроит. — При необходимости я сам навещу епископа Элеонору. — Меня? Хм… Я ведь не всегда нахожусь в монастыре Генмель. Заявление, что он лично её найдёт, показалось смешным. Большинство епископов Ордена, тщательно скрывая настоящие личности, вели двойную жизнь. Одну — как члены Ордена Рассвета. Вторую — как обычные подданные империи. Элеонора особенно ревностно оберегала свою публичную личину, поэтому слова Джулиана лишь забавляли её. — Я знаю. Поэтому и говорю, что навещу госпожу Элеонору среди бела дня. Теперь она посмотрела на него особенно пристально. — Епископ Джулиан, ваше хвастовство заходит слишком далеко. Я не против шуток, но скучный юмор мне не нравится. — Вот как? Ха-ха. Он ответил загадочно, коротко рассмеялся и снова пошёл вперёд. Разумеется, это была лишь бравада. Такой человек не мог знать личность, которую Элеонора скрывала строже всего. И всё же её мысли продолжали возвращаться к недавнему смеху Джулиана. «…Хмф! Наверняка блефует». Она последовала за ним и вскоре дошла до комнаты, где ожидал Тенелон. Дверь распахнулась, и в торжественной атмосфере их встретил внушительный архиепископ в маске. — А, добро пожаловать, епископ Джулиан! Наконец-то вы пришли. Вы даже не представляете, с каким нетерпением я ждал встречи! Как и прежде, Тенелон осыпал Джулиана ничем не сдерживаемым доверием и расположением. — Покажите же, что принесли. Камень души трёхрогого демона, которого вы одолели в одиночку! Ха-ха! Было очевидно: благосклонность Тенелона сохранится, пока Джулиан не совершит чего-то по-настоящему серьёзного. — Я не принёс Камень души. От неожиданных слов Элеонора резко повернула голову. Тенелон удивился не меньше. — …Не принесли? Хотите сказать, это был не трёхрогий демон? Но отчёты подтверждают обратное. — В Вернидне я действительно встретил трёхрогого демона и успешно извлёк Камень души из его тела. Он говорил дерзко и даже не пытался оправдываться, будто вовсе не совершил ничего подозрительного. Элеонора недоверчиво цокнула языком. Даже сквозь маску было видно, как взгляд Тенелона становится всё острее и опаснее, но Джулиан продолжал улыбаться. — Тогда… где Камень души? Элеонора как раз думала, что ему стоит ответить осторожнее. — Я передал его императорскому секретариату. После настолько будничного признания у неё потемнело в глазах. Такой наглости Элеонора не ожидала даже от Джулиана. ---------- Притворный трус (1) Я чувствовал холодный взгляд Тенелона и пылающий гнев, похожий на вулкан, который мог извергнуться в любую секунду. Воздух в комнате стал удушающе тяжёлым. — Повторите, пожалуйста. Голос Тенелона разрезал напряжение. Маска скрывала лицо, но крайнее недовольство Тенелона ощущалось и без выражения. Ещё бы. Вместо ожидаемого Камня души я передал добычу секретариату, и архиепископ не мог скрыть эмоций. — Да, архиепископ. Камень души, полученный после уничтожения трёхрогого демона, я передал императорскому секретариату. — Т-ты, идиот… Ты совсем обезумел?! Архиепископ приказал принести Камень души… Один из епископов, постоянно находившийся рядом с Тенелоном, взорвался от ярости, но архиепископ поднял руку и остановил его. — Объясните причину. Тон оставался спокойным и ровным. Однако над его головой извивалось слабое красное сияние. Красный — цвет гнева. Эмоция, которую позволял видеть «Цвет Негатива». — Учитывая общность интересов между человеком, жаждущим силы, и нами, сомневаюсь, что вы действовали без намерения. — Вы правы. — Тогда зачем отдали Камень души императорскому двору? В зависимости от ответа… Он не договорил, и из тела хлынула колоссальная аура. Тенелон будто хотел, чтобы я сам представил продолжение. — Что ж, если объяснить мой поступок… Под его острым, словно кинжал, взглядом я сохранил невозмутимое выражение. — Я отступил на один шаг, чтобы продвинуться на три. Максимально спокойно. Тихо, но достаточно отчётливо, чтобы услышал каждый. Вокруг мгновенно воцарилась тишина. — И это ты называешь объяснением?! Молчание нарушил епископ, который первым осыпал меня оскорблениями. Его лицо налилось кровью, а голос стал ещё громче. — Сейчас мы обязаны собрать как можно больше Камней души! Ты не просто провалил поручение — передать камень императорскому двору равносильно открытому предательству! — Епископ Пинтель. Услышав собственное имя, он вздрогнул. Вероятно, потому, что официально нас никто не знакомил. — Если бы я собирался предать Орден, то не явился бы сюда. Может, вам стоит хоть иногда думать? — Ч-что ты…! — Именно. Поэтому сначала выслушаем его. Если объяснение окажется неразумным, тогда и потребуете ответа. Лицо Пинтеля исказилось, и он уже собирался разразиться новой порцией ругани, но Элеонора вмешалась как раз вовремя. — …Хмф. Я прочистил горло и упорядочил мысли. Дальше начиналась важная часть. От давления пересохло во рту, но показывать это было нельзя. — Я передал Камень души императорскому двору, чтобы воспользоваться его разведывательными ресурсами. — Воспользоваться… разведкой? В голосе Тенелона появилось любопытство. Ещё несколько секунд назад он звучал исключительно недовольно, но упоминание императорской разведки мгновенно привлекло внимание. — Да. Переданный мной камень официально стал первым обнаруженным сердцем трёхрогого демона. Если двор выяснит его возможности и способ применения, разве он не начнёт активно искать другие Камни души? — Верно. Напряжённые эмоции Тенелона постепенно угасали. Пока всё шло хорошо. — Таким образом, мы получим сведения о новых Камнях души. — Понимаю… Тенелон кивнул. — Вы предлагаете использовать императорский двор как источник информации. Неплохая мысль. — Благодарю. — Более того, подобные задания наверняка поручат «Закрытым Глазам», где состоите вы — Мастер уничтожения демонов… — Именно. Тогда добывать Камни души станет значительно проще. Увидев, что Тенелон в некоторой степени принял доводы, я мысленно вздохнул с облегчением. Если он готов закрыть глаза настолько легко, мне повезло. — Но, архиепископ! Его всё равно необходимо наказать за самовольное решение! Заметив, что я вот-вот выйду сухим из воды, Пинтель снова шагнул вперёд и повысил голос. У меня зачесались руки схватить его за усы. — Самовольное решение без согласования с приходом — вызов власти архиепископа! Нужно преподать остальным урок! — Да. Я действительно действовал самостоятельно. — Видите?! Он сам признаёт… — Потому что считал это лучшим решением для Ордена Рассвета. — Ч-что? Оставив растерянного Пинтеля позади, я продолжил: — Я до сих пор не разделяю учение Ордена. Более того, даже не желаю его понимать. — Что за бред…! — Но то, что я не желаю разделять вашу веру, не означает, что у нас нет общих интересов. Небольшая игра слов должна была подчеркнуть уверенность, хотя сейчас она казалась не самой убедительной. — Мне пришлось принять решение самостоятельно, потому что сейчас на мне сосредоточено слишком много внимания. Я принялся излагать официальную причину, по которой действовал без доклада Ордену. — После того как я в одиночку уничтожил трёхрогого демона, по столице расходятся всевозможные слухи. «Опора Закрытых Глаз», будущий Святой Меч и… герой! Я говорил высокомерно и сам называл себя героем. Но, к моему удивлению, лица слушателей почти не изменились. «…Как же стыдно». Похоже, неловкость от этой наглости испытывал только я. — Кроме того, все обсуждают пожар в лесу Фирун, тесно связанном с Церковью Солнца, — добавила Элеонора. Её помощь пришлась очень кстати и позволила продолжить без паузы. — Именно. — Но разве это оправдывает ваш поступок? — Я не хочу создавать лишний шум, пока за мной наблюдает столько глаз. Падения Ордена Рассвета желает не только императорский двор. — О ком вы говорите? — Называть его нет нужды. Я сделал театральную паузу и перевёл взгляд на Тенелона. — Архиепископ, вы тоже должны знать этого человека. — Я? — Да. И он был… нет, до сих пор остаётся очень близким мне человеком. Я заговорил так, будто окончательно разобрался с прошлым. Тенелон опустил голову и задумался. Спустя несколько мгновений он тяжело выдохнул, поднял лицо, и его глаза начали наливаться кровью. — Конечно. Я не смогу забыть это имя, сколько бы лет ни прошло. Будто от мучительной боли, Тенелон провёл дрожащей рукой по маске. Зубы заскрипели. — Человек, изуродовавший моё лицо… Святой Меч Хейден Райх! — Да. Мой учитель до сих пор идёт по вашему следу. — Я знаю. — И он подозревает, что я могу быть связан с Орденом Рассвета. Это было лишь предположение, но я подал его как неоспоримый факт. Правда или ложь сейчас значения не имели. Важно было одно: Тенелон люто ненавидел Святого Меча, и эту ненависть можно было использовать. — Если в такой ситуации я заявлю об уничтожении трёхрогого демона, но не смогу показать добычу, подозрения лишь усилятся. Поэтому я самостоятельно передал Камень души секретариату. Если моё прикрытие раскроют, Орден тоже окажется под угрозой. Завершив объяснение, я улыбнулся. — Понимаю. Этот проклятый Святой Меч подозревает даже собственного ученика, Джулиан. Тенелон пробормотал это себе под нос, обдумал услышанное и поднялся с места. Его внушительная фигура внезапно приблизилась, на миг заставив меня напрячься, но я сохранил спокойствие. — Бессердечный ублюдок. И такого человека восхваляют как Святого Меча и называют героем! Насмешка над здравым смыслом! Сдерживая кипящий, вулканический гнев, Тенелон протянул мне руку. Я пожал её и ощутил пульсирующую силу в правой ладони. Хватка не причиняла боли, но в ней чувствовалось твёрдое доверие. Теперь я понял, почему Тенелон настолько благоволил Джулиану. «…Это же группа поддержки пострадавших от Святого Меча». Похоже, он считал Джулиана такой же жертвой Хейдена Райха, как и себя. Не то чтобы это было полной неправдой… но поправлять его не стоило. — Джулиан, теперь причина вашего вступления в Орден Рассвета наконец стала ясна. Все сомнения исчезли, и Тенелон с широкой улыбкой потряс мою руку. Глядя на него, я мысленно усмехнулся. Всё ты понял неправильно, дружище. *** Передав Камень души императорскому двору, я отсрочил осуществление планов Ордена Рассвета по воскрешению Демонического бога Барбатоса. Но это не означало, что все угрозы исчезли. Орден по-прежнему желал Камней души, а Святой Меч и императорский двор продолжали охоту на Орден. «Я состою в Ордене Рассвета…» И одновременно состою в «Закрытых Глазах» — организации, напрямую служащей двору. Передача Камня души не избавила меня от опасностей. Тук-тук! Я растирал виски из-за ноющей головной боли, когда кто-то постучал в дверь кабинета. — Войдите. Дверь открылась, и внутрь нерешительно вошёл Лазлот. — Официальная корреспонденция из секретариата. — Положите туда. — Д-да! Он с чрезмерной осторожностью положил документ на стол. Лазлот молчал, но стоило мне посмотреть на него, как тело напряглось ещё сильнее, будто он физически ощущал взгляд. — Вы хотели что-то сказать, сэр Джулиан? Ха-ха… Неловко рассмеявшись, он почесал затылок. — Вам тяжело здесь работать? Есть что-то, что особенно беспокоит? — Ничего. Пусть я всего лишь ученик, служба императорской семье — большая честь. — Понимаю. Я сцепил пальцы, подпер подбородок и осторожно спросил: — А как идут другие ваши дела? Там трудностей нет? — Другие дела?.. О чём вы? Почувствовав странный поворот разговора, Лазлот испугался, и над головой проступил соответствующий цвет. — Ученик Лазлот довольно часто посещает секретариат под предлогом обязанностей в «Закрытых Глазах». — Да… Командир Одвин и остальные очень заняты, поэтому большую часть сообщений передаю я… — И по совпадению вы находились там, когда я принёс Камень души. — Д-да… был. «Цвет Негатива» позволял видеть отрицательные эмоции других людей в виде оттенков. Но сейчас над головой Лазлота проявился только один цвет. Ничего необычного, учитывая весь мой прежний опыт. — Однако знаете что? — Что? Я до сих пор хорошо помнил эмоции, кружившие над ним в день передачи Камня души. Тогда появилось не одно обычное чувство, а сразу два: оранжевое замешательство и серое любопытство. — При вас я впервые произнёс название «Камень души». ---------- Притворный трус (2) Сердце, которое можно получить лишь из трёхрогого или более сильного демона. О Камнях души знали только Орден Рассвета, Святой Меч и я. В остальном мире этот предмет оставался практически неизвестен. Поэтому и само название слышали единицы. — Вы ответили так, словно уже знали, о чём идёт речь. — Вы произнесли «Камень души», и я, естественно, подумал о самоцвете, который видел в секретариате… Лазлот заметно растерялся. Его взгляд метался из стороны в сторону, словно маятник разогнавшегося метронома. — Будь это правдой, вы бы спросили: «Камень души — тот самоцвет, который мы тогда видели?» Но как ответили на самом деле? — Н-нет, я… — Всё ещё намерены притворяться, будто ничего не знаете? Я расцепил руки, которыми подпирал подбородок, откинулся в кресле и заговорил неторопливо: — Не бойтесь так сильно. Я не собираюсь предпринимать ничего радикального. Хочу лишь поговорить. — …Что? Лазлот широко раскрыл глаза. Цвет Страха над его головой стал темнее, а рядом с ним проступили другие оттенки. Серый — сомнение. Как и тогда у секретариата, над одним человеком одновременно появились два цвета. «Раньше такое почти не встречалось». Обычно «Цвет Негатива» показывал у каждого человека лишь одну эмоцию. Даже если он испытывал несколько сразу, наружу выходила сильнейшая. Почему же сейчас их две? «Либо моя черта развилась, либо…» В Лазлоте скрывалось нечто особенное. Дрожа, он принялся шарить по карманам. «Что ищет?» Я уже хотел спросить, когда Лазлот достал ожерелье с рубином. Обычным украшением оно не выглядело: самоцвет явно подвергли магической обработке. Лазлот прижал ожерелье ко лбу, закрыл глаза и что-то тихо прошептал. З-з-зинь! Камень испустил слабое сияние. Когда свет угас, оба цвета, колебавшиеся над его головой, исчезли. «Магия, воздействующая на разум». Обычно заклинания вмешивались в физический мир: зажигали огонь в воздухе, замораживали пространство и тому подобное. Но существовала и магия ментальной области, способная менять эмоции или сознание. В этом ожерелье, должно быть, заключено заклинание, влияющее на разум. Пока это лишь догадка, но если оно позволяло управлять непроизвольными чувствами, я вряд ли ошибался. — Прошу простить обман, сэр Джулиан. Орден Рассвета приказал мне никому ничего не раскрывать. Лазлот заговорил серьёзно. Прошло всего несколько секунд, а передо мной будто стоял другой человек. Спокойный, собранный и рассудительный — настолько, что я невольно задумался, тот ли это Лазлот, которого знал прежде. — Так я и думал. Но… сейчас вы и правда кажетесь другим человеком. — Да. Когда я нахожусь в императорском дворце, то пользуюсь ожерельем с ментальным заклинанием. — Хм. Зачем? — Иначе я не смог бы обманывать чудовищ, которые скрываются во дворце. Довольно смелое заявление. Таков его настоящий характер? Привыкнуть будет непросто. Я слабо улыбнулся. Увидев улыбку, Лазлот отступил на шаг, и его губы задрожали. Даже подавив эмоции магией, страх передо мной никуда не исчез. — Могу я спросить, что именно вы хотели обсудить? — Ах, разумеется. Разговор подошёл к главному, и я выпрямился. Отныне в секретариате начнут накапливаться сведения о Камнях души. Чтобы контролировать их, уши Ордена Рассвета внутри дворца должны перестать работать исправно. «Или хотя бы передавать ложную информацию». — Хм… Я ненадолго задумался, а затем быстро принял решение. — Лазлот, не хотите работать на меня? Я решил завербовать осведомителя Ордена Рассвета. *** Лазлот напряжённо смотрел на Джулиана. Теперь, когда тот разоблачил его как шпиона Ордена, невозможно было понять, что произойдёт дальше. Джулиан славился тем, что совершал чудовищные поступки, ни разу не моргнув. Пусть он и заявил, что хочет лишь поговорить, в любой момент всё могло измениться. — Лазлот, не хотите работать на меня? Но настоящее предложение оказалось совершенно неожиданным. — Что вы имеете в виду? — Именно то, что сказал. Я хочу, чтобы вы стали моим осведомителем. — Но… что именно вы хотите сказать? Лазлот окончательно растерялся. Чего добивается это узкоглазое чудовище? В голове бушевала буря вопросов, и среди хаоса невозможно было найти ответ. — Всё просто. Вы действуете как осведомитель по приказу одного из епископов Ордена Рассвета, верно? Глоток. Джулиан с пугающей точностью описал его положение, и Лазлот невольно сглотнул. — Я предлагаю продолжать выполнять приказ этого епископа и одновременно работать на меня. — Вы хотите, чтобы я стал двойным агентом? — Быстро соображаете. Мне нравится. Джулиан усмехнулся. По его тону было ясно: решение принято единолично. Ни остальные епископы, ни архиепископ Тенелон о нём не знали. В голове Лазлота неизбежно появился вопрос. «Зачем?» Джулиан сам состоял в Ордене Рассвета. Почему же он предлагает подобное? Разрозненных сведений хватало лишь для одного смутного вывода. — Вы собираетесь предать Орден Рассвета? — Предать? Вы говорите слишком необдуманно и можете вызвать ненужное недоразумение. Я лишь хочу создать более благоприятные условия для собственной деятельности. Лазлот не собирался позволять бессмысленной игре слов сбить его с толку. Неважно, что скрывается за этой улыбкой. Он согласится, а затем передаст Ордену все подробности разговора. — Ах да, ещё кое-что. Лазлот как раз мысленно насмехался над тем, насколько беспечно Джулиан раскрывает планы, когда тот указал пальцем в сторону. — Не хотите взглянуть? Он показывал на официальный документ, который Лазлот принёс ранее. Тот взял бумаги со стола. Пробежав глазами плотные строки, он растерянно замер. — Приют Генмель… список жертвователей. Приют Генмель. Небольшой приют для осиротевших детей из трущоб. В документе тщательно перечислялись все, кто жертвовал ему деньги в последние годы. Лазлот медленно поднял взгляд. Джулиан всё ещё улыбался. — Увидев вашу реакцию в секретариате, я на всякий случай распорядился навести справки. Вы ведь выросли там? Стиснув зубы, Лазлот снова посмотрел на список имён. Среди них было и его собственное. — Приют, похоже, совсем небольшой. Малейший скандал — и он развалится. По спине Лазлота потёк пот. Угроза. Джулиан предлагал представить, что произойдёт, если он откажется сотрудничать. — Не волнуйтесь. Я не собираюсь причинять им вред. Он серьёзно думает, что в это можно поверить? Лазлот едва проглотил рвущуюся наружу ругань. — Однако суммы пожертвований впечатляют. Они значительно превосходят жалованье ученика «Закрытых Глаз». И так каждый месяц. — Разве это проблема? — Разумеется, нет. Вы хотите улучшить жизнь приюта, в котором выросли. Похвальное намерение. Улыбка стала ещё холоднее. — Даже если деньги… получены не совсем чистым способом. У Лазлота закружилась голова. Но он заставил себя сохранить спокойствие и широко раскрытыми глазами посмотрел на чудовище напротив. Выражение Джулиана не изменилось. Он без труда раскрывал чужие эмоции, но собственные прятал за узкоглазой маской. — Раз руки уже испачканы, почему бы не запачкать их ещё немного? С этими словами Джулиан достал из кармана другой документ. *** Ночь в столице казалась зловеще тихой. Возможно, причиной был непривычный холод и непрерывный мелкий дождь. В такой погоде очертания расплывались уже в нескольких шагах, а по переулкам бежал мужчина в плаще. Он остановился у дорогой кареты, припаркованной на углу улицы. Открыв дверь и забравшись внутрь, мужчина встретился взглядом с человеком, от которого веяло утончённым достоинством. — Лазлот, принесли то, о чём я просил? — Да, епископ Айден. Вот следующее место назначения Святого Меча Хейдена Райха. — Хорошо. Что ещё? — Один из старейшин Совета дворян подал прошение по личным причинам. Подробностей и мотивов я не знаю… — Неважно. Наверняка какая-то мелочь. Нас интересует только Святой Меч. Получив документы, тщательно защищённые от дождя, Айден удовлетворённо улыбнулся. Он прочитал содержимое переданного конверта, а затем протянул бумаги мужчине, сидевшему рядом с кучером. — Доставь это архиепископу. Сообщи, что следующим местом назначения Святого Меча будет указанное здесь место. — Понял, епископ Айден. — И ещё… Хм? Собираясь продолжить, Айден заметил выражение Лазлота и остановился. — Ты плохо выглядишь. Что-то произошло? — А? Нет… просто… Что-то произошло? От вопроса в памяти Лазлота мгновенно всплыл недавний разговор. Джулиан заставил его стать двойным агентом и потребовал ограничить поток информации к Ордену Рассвета. — Странно. На тебя не похоже. Лазлот замолчал, и проницательный Айден прищурился, словно уже что-то заподозрил. Рассказать? Или продолжить скрывать? Если рассказать, епископы Ордена непременно осудят Джулиана. Возможно, объявят предателем и отправят за ним Монсеньоров. Но даже во время преследования Джулиан наверняка сможет добраться до самого Лазлота. Его сил хватит. Он был настоящим демоном. А если промолчать из страха? «…Зерния окажется в опасности». Разрываясь между решениями, Лазлот сжал кулак и вспомнил последние слова Джулиана. «Я лично рекомендую вашу младшую сестру Зернию и других воспитанников приюта для поступления в Академию Байер. Как дворянин, имеющий право давать рекомендации». «Сколько бы денег у вас ни было, выпускники приюта не могут поступить в Академию. Но с рекомендацией дворянина это возможно. А рекомендация представителя такого великого рода, как Крайпарт… дальнейшие объяснения излишни». С тех пор как Лазлота вместе с младшей сестрой бросили в трущобах, он привык тщательно взвешивать каждый выбор. Мужчина тяжело сглотнул. А затем, будто окончательно решившись, придал лицу бесстрастное выражение. — Нет. Ничего не произошло. Ради драгоценной сестры он был готов принять даже такой риск. ---------- Утончённый эстетический вкус Холодная, острая тишина стояла в коридорах особняка. Добравшись до спальни, я бросил принесённые документы на стол. В глубине души медленно закипало раздражение. Не яростное, подобное извержению вулкана, а тихое и неотступное — словно волны, раз за разом разбивающиеся о берег. Я примерно понимал, почему оно появилось. Причина была проста. — Кажется, я окончательно становлюсь тобой. Поступки, мысли, воспоминания. Всё это принадлежало Ли Си Ху. Но эмоции… Если копнуть глубже, в области инстинктов всё чаще проступал оттенок Джулиана. «…Почему я вообще ничего не чувствую?» Впервые это подозрение появилось, когда я узнал, что Лазлот шпион Ордена Рассвета, а затем — когда начал ему угрожать. Я использовал его слабости, чтобы завербовать, но разум и сердце оставались невыносимо спокойными. Словно подобное поведение было совершенно естественным. «Лазлот — шпион Ордена Рассвета. Несомненный преступник, которого трудно оправдать». И всё же, ухватив его за больное место и принявшись дёргать за нитки, я не испытал ни тени сомнения. «Будь я Ли Си Ху, я бы не…» — Если подумать… Я поднял голову и посмотрел в зеркало. При виде отражения узкоглазого злодея с губ сорвалась невесёлая усмешка. — Я уже говорю о себе в третьем лице. Никогда не думал, что стану размышлять о кризисе личности, словно подросток, который только формирует собственное «я». Ещё сильнее раздражало то, что даже во время таких переживаний разум и сердце оставались спокойными, словно гладь неподвижного моря. — Сейчас важнее не спорить о личности, а решить, что делать дальше. Справедливо. Согласившись с собственным выводом, я уже собирался повесить одежду на плечики, когда… Тук-тук! Неожиданный стук заставил меня обернуться. — Войдите. В комнату вошла одна из служанок особняка. С напряжённым лицом она почтительно поклонилась, затем медленно подняла голову. — П-пришло сообщение из главного дома. Главного дома? Я недоумённо склонил голову. Для Джулиана главным домом была семья Крайпарт, один из Четырёх великих дворянских родов империи. «Он принадлежит к боковой ветви и печально известен. Отношения с главным домом наверняка плохие». Связь между Джулианом и семьёй Крайпарт нельзя было назвать открыто враждебной, но она оставалась тяжёлой и пропитанной старой обидой. Об этом знали все. Зачем же семья решила связаться со мной сейчас? — Речь идёт о свадьбе леди Ринии Крайпарт, вашей сестры, сэр Джулиан. Глава семьи желает, чтобы все родственники… присутствовали. Даже я? Вопрос едва не вырвался вслух, но, скорее всего, приглашение было простой формальностью. Пусть Джулиан и Фрейсон, он всё равно носил имя Крайпарт. — Ответить, как обычно, что вы не сможете присутствовать из-за других дел? — Да, будьте добры… Я уже хотел закончить фразу, но внезапно вспомнил о Камнях души. Остаточные мысли Демонического бога, встречавшиеся лишь в трёхрогих и более сильных демонах, по странной причине принимали форму самоцветов. Они сияли настолько красиво, что дворяне, помешанные на роскоши, вполне могли использовать их как украшения. Поэтому в «Let’s Kill the Demon King Now» игроки иногда получали Камни души не только из демонов, но и от людей. «Разве у семьи Крайпарт не было одного?» Учитывая богатство и военную мощь великого рода, Ордену Рассвета вряд ли удастся просто отнять камень. Но лучше подготовиться заранее. — Хорошо. Я передам главному дому… — Нет, я передумал. — Простите? — Я приду на свадьбу. Сообщите об этом главному дому. — А… Да! Похоже, служанка хотя бы частично понимала семейные обстоятельства, потому что на мгновение потеряла дар речи. Через короткую паузу она кивнула, но в глазах читалась тревога. — И по пути займитесь ещё этим. Я передал ей несколько документов. Они касались приюта Генмель. Я забрал бумаги из кабинета «Закрытых Глаз», намереваясь распорядиться ими лично. — Сожгите. — Поняла. Служанка снова поклонилась и вышла. Я направился к шкафу. Даже если отношения с главным домом оставляли желать лучшего, на свадебный приём следовало одеться подобающим образом. Таков этикет дворянского общества. — Угх… Я забыл. Открыв шкаф, я оказался лицом к лицу с буйством красок. Экстравагантный вкус Джулиана снова погрузил меня в уныние. Несколько вещей можно было принять за официальный наряд, но их цвета заставляли щуриться. — По крайней мере, не розовый… Кажется, раньше я уже говорил нечто похожее перед этим шкафом. Кобальтово-синий костюм выглядел терпимо, но тоже мне не нравился. «Впрочем, какая разница?» Что бы я ни надел, люди примут это, потому что перед ними Джулиан. Я уже собирался закрыть дверцу, когда… — …Разве сама эта мысль не звучит слишком по-джулиановски? Философский вопрос, недавно занявший мою голову, вернулся. Тело принадлежало Джулиану, но душа — Ли Си Ху. Теперь, когда боевая сила более-менее стабилизировалась, я мог позволить себе отстаивать хотя бы собственный вкус в одежде. Да. Уж это точно допустимо. Пускай мой эстетический вкус и нельзя назвать выдающимся, он, несомненно, лучше вкуса человека, который держал в шкафу розовый костюм. *** — На этом вводная лекция по учению о пяти элементах окончена. Завершив занятие, Айлин собрала книги и покинула аудиторию. Когда коридор опустел, она тяжело вздохнула. — Ух… Устала. Изнеможение ясно читалось на лице. Высокие требования Академии Байер означали, что одной лишь подготовки к занятиям и работы после них хватало, чтобы выжать преподавателя досуха. Но настолько истощённой Айлин прежде не чувствовала себя никогда. Причиной была не Академия, а исследование самоцвета, вызвавшего переполох в Магической башне. Камня души. — Не думала, что когда-нибудь буду благодарна Джулиану за то, что он забрал лунный камень. В этом году Айлин оставалась единственным магом ранга Барко, владеющим элементом Золота и ещё не представившим собственного исследования. Из-за того, что Джулиан скупил весь лунный камень, ей пришлось искать новую тему. И тут внезапный императорский заказ на исследование Камня души привлёк внимание. Чем глубже Айлин изучала самоцвет, тем сильнее убеждалась: для новой работы он подходит идеально. — Кто бы его ни принёс, я буду благодарна до конца жизни! Она урезала сон и целиком погрузилась в исследование. Но пренебрегать занятиями в Академии тоже было нельзя, поэтому под глазами постепенно залегли слабые тени. — Вы хорошо потрудились, Айлин. Сегодня снова собираетесь в Магическую башню? Когда она вошла в преподавательскую кафедры элементологии, один из профессоров мягко обратился к ней и предложил взять книги. Он тоже преподавал элементологию. Хотя мужчина не принадлежал к одному из великих родов, его семья славилась магами, а лицо выражало искреннее расположение. Скрывая усталость, Айлин благодарно улыбнулась и кивнула. — Тогда позвольте проводить вас. Не могу же я смотреть, как хрупкая леди несёт такую тяжесть. — Ох, правда? Стоило Айлин ответить благосклонно, как профессор заметно оживился и поспешил развить предложение. Она широко раскрыла глаза, изобразила удивление и улыбнулась. Не из настоящей теплоты, а благодаря навыку, который якобы есть у каждой женщины. Проще говоря — притворной невинности. — Тогда, раз вы предлагаете… Ах! Айлин уже собиралась отправиться с ним в Магическую башню, но внезапно вспомнила о предстоящем приёме. Свадьбе Ринии Крайпарт, третьей дочери одного из Четырёх великих родов. Для представительницы боковой ветви приглашение выглядело немного странно, но семья Крайпарт любила демонстрировать дворянское достоинство. Вероятно, это было частью традиции. — Прошу прощения. Я очень ценю предложение, но сегодня у меня другие дела и посетить Магическую башню не получится. — Вот как?.. Профессор не смог скрыть разочарования. Извинившись, Айлин вышла из Академии Байер. Она отложила исследование Камня души и направилась в самый знаменитый столичный магазин одежды. Огромный торговый дом, созданный совместно семьёй Хайнрих — одним из Четырёх великих родов — и золотым купцом Хаккелем. Его назвали универмагом «Сто нарядов», потому что под одной крышей находилось около сотни брендов самых разных направлений. «Какая роскошь…» Айлин пришла сюда впервые и была поражена великолепными костюмами, высокими потолками и невероятными размерами здания. «Я ведь хотела лишь купить пару нарядов для церемонии…» Платья, повседневная одежда, десятки стилей и марок — даже Айлин, собиравшаяся быстро выбрать костюм для приёма, почувствовала желание пройтись по магазинам. «Раз уж пришла… можно немного посмотреть». Она двинулась глубже в универмаг. Маленькие аксессуары вроде запонок и пуговиц, строгие костюмы, бальные платья и повседневные вещи — разнообразие окончательно разбудило интерес. — А? Пока Айлин восхищалась масштабом магазина, в поле зрения попал знакомый человек. Джулиан Крайпарт Фрейсон. После нескольких недавних встреч рядом с ним стало чуть менее неуютно, но собеседником он всё равно оставался крайне неловким. Они не были настолько близки, чтобы непринуждённо поздороваться или обменяться любезностями. Айлин решила сделать вид, будто не заметила его, и продолжить покупки. «Но почему он вдруг выбирает нормальную одежду?» Несмотря на принятое решение, любопытство победило. Джулиан славился кричащими цветами и безумно смелыми сочетаниями, а сейчас рассматривал сдержанную официальную одежду. «Может, он тоже идёт на свадьбу Ринии?» Какими бы плохими ни были отношения с семьёй, Джулиан всё равно оставался родственником, пусть и принадлежал к боковой ветви. Приглашение выглядело логично. «Погоди…» Как раз тогда продавец предложил Джулиану чёрный сюртук. По сравнению с его обычными нарядами вещь была совершенно нормальной. Но вышитая на левой стороне груди эмблема категорически не подходила для приёма в доме Крайпарт. «Королевский знак Фебранса». Так называемая метка резни дворян. В прошлом её носили рыцари, служившие императорскому дому и казнившие знать под предлогом укрепления власти монарха. Со временем значение символа поблекло. Из-за красивого узора дизайнеры начали использовать его просто как декоративный мотив, и теперь он встречался довольно часто. Но для члена «Закрытых Глаз» появиться с такой эмблемой на приёме семьи Крайпарт всё равно было крайне опасно. «Закрытые Глаза» исполняли императорские приказы по устранению дворян, а Крайпарты были одним из сильнейших аристократических родов империи. Джулиан — представитель боковой ветви с репутацией безжалостного убийцы — приходит на семейную свадьбу с Королевским знаком Фебранса на груди? «Да ладно. Даже Джулиан не станет настолько открыто провоцировать семью…» Айлин покачала головой, убеждая себя, что это невозможно. Но он уже собирался примерить сюртук. Забыв о решении не вмешиваться, она подошла ближе. — Вы собираетесь объявить войну семье Крайпарт? ---------- Одна кровь хуже другой (1) — Вы что, собираетесь объявить войну семье Крайпарт? Я как раз раздумывал, не купить ли довольно простой сюртук, который посоветовал продавец, когда неожиданный голос выдернул меня из мыслей. Повернув голову, я увидел Айлин де Донасьен с таким выражением лица, будто она не верила собственным глазам. Её волосы были темны, словно ночное море, а яркие розовые глаза резко с ними контрастировали, отчего недоверчиво нахмуренные брови бросались в глаза ещё сильнее. — Добрый день. Похоже, вам тоже понадобилась новая одежда, госпожа Айлин. — Да. Подозреваю, направляемся мы с вами в одно и то же место. «В одно и то же?» Судя по тому, что она находилась в отделе парадной одежды, Айлин тоже пригласили на свадьбу. Возможно, как и у меня, у неё не нашлось подходящего наряда. — Значит, вас тоже пригласили на свадьбу Ринии, госпожа Айлин. — Разумеется. В конце концов, я принадлежу к прославленной семье Донасьен. — Вот как. Я изобразил полное равнодушие, однако перед покупкой всё же вспомнил её первые слова. — Госпожа Айлин, что вы имели в виду, когда заговорили об объявлении войны? — …Только не говорите, что вы не знаете, что означает этот узор. Айлин указала на грудь сюртука, где красовалась изящная эмблема: золотая корона и скрещённые мечи. — Это знак, который носили верные короне рыцари Фебранса, когда расправлялись с противниками под предлогом укрепления королевской власти. — Вот как? — Сейчас его значение уже не столь остро, но политический подтекст никуда не исчез. Как, по-вашему, люди воспримут вас, если вы явитесь в таком сюртуке на свадьбу собственной родственницы? Если подумать, она была права. Теперь я понял, почему Айлин назвала это «объявлением войны». Джулиан состоял в имперской организации «Закрытые Глаза», а семья Крайпарт фактически возглавляла дворянскую оппозицию. Моей целью было первым заполучить Камень души, хранившийся в главном доме Крайпарт. Учитывая и без того натянутые отношения Джулиана с семьёй, провоцировать лишний конфликт было бы глупо. — Действительно, не самый разумный выбор. — Хорошо, что вы хотя бы сейчас это поняли. — Жаль только, что в этой цветовой гамме это был единственный вариант. Я тихо вздохнул и вернул сюртук продавцу. — Так выберите другой цвет, — сказала Айлин так, словно это было очевиднее некуда. Совет вполне здравый. С такой внешностью и телосложением Джулиану шло бы что угодно. Но мне хотелось чего-нибудь простого и тёмного! Так почему же взгляд постоянно цеплялся только за розовый и неоновые оттенки? Где-то глубоко внутри инстинкты Джулиана требовали выделиться любой ценой. Настолько настойчиво, что меня всё время тянуло посмотреть даже на висевшие у стены неоновые очки в форме звёзд. «Насколько я знаю, нормальная парадная одежда обычно ближе к чёрному». Розовый в сочетании с неоном, как ни крути, не укладывался в понятие «нормального». И всё же, наблюдая за тем, как меня к ним тянет, я начал подозревать, что сегодняшняя покупка добром не кончится. Если пустить всё на самотёк, в будущем гардероб окончательно окажется во власти вкусов Джулиана. Но сегодня я пришёл сюда именно затем, чтобы уравновесить вкусы Джулиана чувством прекрасного Ли Си Ху. «Точно». Продолжая поглядывать на яркие цвета, я вдруг придумал выход. Одежда Айлин выглядела куда привычнее, чем всё, что предпочитал Джулиан. Если заставить её дать совет, проблема хотя бы отчасти решится. — Тогда, пожалуй, возьму вот это. Я быстро понял, что по доброй воле она мне помогать не станет, и решил прибегнуть к небольшой хитрости. С довольной улыбкой я выбрал простой тёмно-серый сюртук, сделал вид, будто тщательно обдумываю сочетание, а затем подобрал к нему брюки. Разумеется, розовые. — Постойте. Подождите-ка. — Что такое? Айлин заметно растерялась. Отлично. Именно такой реакции я и добивался. — Вы… правда собираетесь сочетать это? — Да. Не думаю, что можно подобрать палитру удачнее. — Кто вообще носит серое с розовым?! Увидев её потрясённое лицо, я понял, что пора задеть гордость. — Сдержанный, пусть и немного скучный серый, оживлённый выразительным розовым акцентом. Выбор, в точности соответствующий последним веяниям моды. — Какой это акцент, если вы взяли целые брюки одного яркого цвета?! Здесь деталь не подчёркивает образ, а пожирает его целиком! — Критиковать чужой выбор нетрудно. Но разве не печально, что представительница семьи Донасьен, прославленной своим художественным вкусом, сама не способна предложить ничего лучше? Айлин нахмурилась, попалась на мою провокацию и принялась ходить между рядами. Вскоре она набрала несколько вещей и сунула их мне. — Я бы сочетала вот так. Для вас это, может, и слишком просто, зато хотя бы не похоже на костюм клоуна, который выбрали вы! С этими словами Айлин резко развернулась и ушла. На месте, где она только что стояла, осталась аккуратная стопка подобранной в запале одежды. Я довольно улыбнулся и повернулся к продавцу. — Оформите, пожалуйста, всё это. *** Сад, в котором тихая красота словно вобрала в себя все времена года, окружал величественное поместье Крайпарт. Сам особняк выглядел настоящим произведением искусства, но, стоя перед ним, я ощущал лишь нарастающую неловкость. Есть ли что-нибудь неприятнее мероприятия, где ты не знаешь ни единого человека? «Хотя в нас течёт одна кровь, из всех родственников мне знаком только Геранд». Оказаться среди незнакомых родичей и поздравлять с браком девушку, которую ты тоже не знаешь, — удовольствие сомнительное. Но ради Камня души, хранившегося у семьи Крайпарт, жаловаться было нельзя. Придётся вытерпеть этот банкет. Спрятав раздражение за привычной улыбкой, я протянул приглашение стражнику. Тот сверился с ним, посмотрел на моё лицо и явно опешил. — Господин Джулиан Крайпарт Фрейсон… Ваше приглашение подтверждено. Похоже, моего появления здесь никто не ожидал. Неудивительно: Джулиан практически разорвал отношения с главным домом, и само его присутствие на семейном торжестве должно было стать сюрпризом. — Благодарю. Коротко кивнув стражнику, я последовал за слугой в бальный зал. Огромное помещение было украшено множеством картин и дорогих произведений искусства, а с высокого потолка свисали ослепительные люстры. Толпа гостей гудела, наполняя зал шумом. Впрочем, ненадолго. Стоило мне войти, как разговоры начали один за другим стихать. Тишина расходилась вокруг меня кругами, словно от капли, упавшей в гладь спокойного озера. «…Неловко». На этом празднике меня явно воспринимали как незваного гостя. И это было не предположение, а очевидный факт. Представитель боковой ветви и имперский Улыбающийся Палач явился на торжество, где должны звучать только благословения? Неудивительно, что на меня смотрели с отвращением. — У него вообще есть чувство меры? Зачем он сюда припёрся? — Вот именно. Боковая ветвь должна знать своё место, а имперская шавка — своё. — Согласен. Смотреть на этого ублюдка противно. Некоторые дворяне даже не пытались говорить тише. К счастью, с подобным отребьем я уже научился обращаться. Достаточно было слегка повернуть голову и мягко улыбнуться. — Ух… — Кхм. Вот и всё. Правда, от этого обстановка приятнее не становилась. Моей целью был Камень души в поместье Крайпарт, поэтому сразу после завершения банкета я собирался действовать быстро… — Джулиан! Ты всё-таки пришёл! Неловкую тишину разрезал знакомый голос. Повернувшись, я увидел женщину в изящном свадебном платье. Судя по наряду, именно она была главной героиней сегодняшнего праздника — сестра Джулиана, Риния Крайпарт. — Старшая сестра Риния. Подхватив юбки, она быстро приблизилась, раскинула руки и крепко меня обняла. «Что?» Неужели существовал человек, способный так искренне радоваться Джулиану? — Столько лет прошло! Джулиан, ты хоть представляешь, как я по тебе скучала? Её голос звучал совершенно искренне. Она действительно была счастлива видеть младшего брата после долгой разлуки. Встречал ли я раньше кого-нибудь, кто относился к Джулиану подобным образом? Нет. Это невольно заставило меня насторожиться. Я посмотрел над головой Ринии, воспользовавшись «Цветом Негатива», но не увидел ничего. Никаких дурных чувств. — Давно не виделись, старшая сестра Риния. — А глаза всё такие же узкие! Честное слово, с детства ни капли не изменился! Кто бы мог подумать, что Джулиана можно встречать с такой теплотой. Учитывая, что я явился сюда тайком забрать Камень души, её расположение было мне даже на руку, но всё равно казалось странным. Как вообще такой человек мог быть близок с настолько отвратительным типом? Пока мы обменивались приветствиями, я заметил за спиной Ринии знакомое лицо. К нам подходила Айлин. — Айлин, прости. Я бросила тебя посреди разговора. Риния повернулась и виновато улыбнулась. Значит, до моего появления они беседовали вдвоём. — Ничего страшного, Риния. Айлин ответила улыбкой, а затем пробежалась взглядом по моей одежде. Каждый раз, когда её глаза отмечали очередную деталь, уголки губ поднимались всё выше. Она прямо-таки источала самодовольство. — Позволь представить моего брата, Джулиана Крайпарта… Хотя, пожалуй, знакомить вас не нужно? Вы ведь знакомы ещё по академии: Джулиан был вашим старшим. Я покосился на Айлин. «Значит, он был её старшим по академии?» Возможно, неприязнь, которую она проявила при нашей первой встрече, была как-то связана с академическими годами. — И всё же, Джулиан, в таком простом наряде ты выглядишь удивительно опрятно. Обычно ты одеваешься как настоящий клоун. — Вообще-то это последний столичный тренд. — Боже мой. Если подобное и правда вошло в моду, я уеду из столицы при первой же возможности. Хо-хо. Риния рассмеялась, явно довольная собственной шуткой. Я уже собирался перевести разговор на настоящую цель своего визита, когда её имя произнёс кто-то ещё. — Старшая сестра Риния. К нам приблизился юноша с резким выражением лица. — О, Джошуа! У него были ещё по-мальчишески юные черты и герб семьи Крайпарт на плечах. От него исходило высокомерие, отличавшееся даже от джулиановского, и одного взгляда хватало, чтобы понять: этот тип станет проблемой. — Я рада, что ты пришёл, Джошуа. — Ага, сестра. Платье тебе идёт. — Спасибо. — Но… что ты вообще сейчас делаешь? Говорят, внешность часто отражает характер. Резкая перемена в его тоне заставила Ринию слегка растеряться. — Почему на таком важном празднике ты бросила других благородных гостей и болтаешь с этим сбродом? Несмотря на грубость, Риния не выказала особого недовольства. Она попыталась отшутиться, как только что со мной. — Я просто обрадовалась встрече. К тому же в последний раз вы с Джулианом виделись лет десять назад… — Кто вообще посмел назвать такое существо моим братом? Ты с ума сошла, старшая сестра? После этих слов улыбка с лица Ринии наконец исчезла. — Ты забыла, как отец разозлился, когда ты настояла, чтобы этому идиоту отправили приглашение? — Прости… — Ты так упрашивала, а теперь ещё и открыто любезничаешь на празднике с отбросом боковой ветви. И вы двое — у вас хоть капля такта есть? — Господин Джошуа, это мы первыми заговорили с госпожой Ринией… — Полукровка Донасьен, кто позволял тебе открывать рот?! Айлин попыталась заступиться за Ринию, но Джошуа тут же ткнул в неё пальцем и грубо оборвал. Она нахмурилась, явно взбешённая, однако ничего не могла сделать. Это была свадьба Ринии. Если здесь разразится скандал, пострадает прежде всего она и остальные гости из боковых ветвей. — А ты. Не удовлетворившись сказанным, Джошуа перенёс гнев на меня и обвиняюще ткнул пальцем. — О чём ты вообще думал, когда сюда шёл? Решил, что тебя признают членом семьи, жалкий выродок боковой ветви? — Я пришёл не как представитель семьи Крайпарт. Я всего лишь принял адресованное мне приглашение. Я спокойно поднял приглашение, показывая его Джошуа. Тот вырвал бумагу из моей руки и разорвал в клочья. — Теперь вопрос решён. Вали отсюда к чёрту. — Не могу. Я пришёл благословить будущее старшей сестры Ринии. Я ответил мягко, и над его головой вспыхнуло красное марево. Красный — цвет гнева. Тогда Джошуа схватил бокал вина с подноса проходившего мимо слуги. «…Он что, правда собирается вылить его на меня?» Мелочная выходка порой приводит к крупным неприятностям. Джошуа наклонил бокал в мою сторону. Вино было густого тёмно-красного цвета и наверняка безнадёжно испортило бы одежду. Поняв это, я почти смирился. Я пришёл сюда не скандалить, а добыть Камень души семьи Крайпарт. Если ради этого придётся позволить облить себя вином, тогда… «…Погодите. Если одежда испачкается, мне ведь не во что будет переодеться». Жестокая реальность обрушилась на меня внезапно: это был единственный нормальный комплект в моём гардеробе. Кобальтовый сюртук, который мне нравился, всё ещё оставался у портного на переделке после поездки в Вернидн. А значит, оставались только… «Розовый и неон». Шлёп! Стоило этой мысли промелькнуть в голове, как моя ладонь уже врезалась в щёку Джошуа. Что угодно, только не розовый. Ни за что. ---------- Одна кровь хуже другой (2) — Ты… Ты! Лицо Джошуа налилось краской, руки задрожали, а взгляд стал бешеным. Даже не глядя на «Цвет Негатива» над его головой, нетрудно было понять: эмоции достигли предела. Одной рукой он прижал быстро краснеющую щёку, другую сжал в кулак. Стойка, надо признать, была неплохой. Судя по самодовольству, Джошуа действительно немного обучался и был уверен в своих силах. — Кха! Шлёп! Не успел он броситься на меня, как вторая щека тоже вспыхнула от боли. Он выбрал не того противника. Джулиана называли непревзойдённым гением. В его глазах Джошуа был всего лишь жалким ягнёнком. Первый удар понадобился, чтобы спасти мою одежду, но теперь это стало ещё и частью роли Джулиана. — Ты… опять… ударил меня по лицу?! Жалкий выродок боковой ветви…! — Разве один из святых Церкви Солнца не говорил: «Если тебя ударили по правой щеке, подставь и левую»? Шлёп! С этими словами я снова влепил ему пощёчину. — Раз уж я ударил по правой, обязан ударить и по левой. А после левой снова наступает очередь правой. Если так пойдёт и дальше… мне придётся бить вас бесконечно. Со стороны это могло показаться чрезмерным, но судьба Джошуа была предрешена, когда он поднял бокал с вином. Даже если клыки показывал родственник, зверя следовало хорошенько выдрессировать. Таков был Джулиан. — Ты… кх…! Джошуа держался за горящие щёки и смотрел на меня с убийственной ненавистью. Не выдержав, он потянулся к богато украшенной рукояти меча на поясе. — Д-Джошуа…! Раздался испуганный крик Ринии. Одновременно с его безрассудным движением воздух вокруг словно промёрз. — Обнажите меч? Я понизил голос, не сводя с Джошуа взгляда. — Если остановитесь сейчас, всё произошедшее можно списать на семейную ссору. Скажете, что старший брат воспитывал неразумного младшего. — Кто… кто позволил такому ничтожеству, как ты, называть меня братом?! — Но в тот миг, когда вы обнажите меч, передо мной окажется уже не Джошуа из семьи Крайпарт, а мечник Джошуа. Я небрежно постучал пальцами по ножнам на поясе. Разумеется, вытаскивать меч я не собирался, но Джошуа об этом не знал. Перед собой он видел лишь печально известного Джулиана Крайпарта Фрейсона — именно таким, каким его описывали слухи. — Вы уверены, что готовы к этому? Джошуа замер. Жилы на шее всё ещё вздувались, белки глаз налились кровью. Я медленно двинулся к нему, понимая, что в любой момент он всё-таки может обнажить клинок. Вокруг напряжённо сглатывали гости. «Фиолетовый». Но «Цвет Негатива» над его головой подсказывал: до этого не дойдёт. Снаружи Джошуа кипел от ярости, но даже он боялся дурной славы Джулиана. — Мудрое решение. Шлёп! *** Джулиан Крайпарт Фрейсон. Человек, прославившийся своим хладнокровием, избивал представителя прямой линии прямо на свадьбе Ринии Крайпарт. Гости невольно морщились. Да, Джошуа наговорил немало мерзостей, однако Джулиан явно зашёл слишком далеко. Достаточно было взглянуть, как распухли обе щеки юноши. В обычной ситуации подобное поведение следовало осудить. «…Как же приятно». Но Айлин испытывала не осуждение, а удовлетворение. Джошуа Крайпарт учился в академии Байер и пользовался там дурной славой. Он собирал вокруг себя шайку и издевался над простолюдинами, срывал занятия преподавателей невысокого происхождения и творил всё, что ему вздумается. За спиной Джошуа стояло могущество семьи Крайпарт, поэтому академия почти ничего не могла с ним сделать. И теперь, наблюдая, как Джулиан одну за другой отвешивает ему пощёчины, Айлин ощущала странное, почти неприличное облегчение. «…Мне не следует так радоваться». Она кашлянула, беря себя в руки, и направилась к Джулиану. Айлин хотела потребовать, чтобы он прекратил устраивать сцену и не создавал Ринии ещё больше проблем, но её опередили. — Х-хватит, Джулиан. В спор вмешался третий сын семьи Крайпарт — Геранд Крайпарт, поспешно вошедший в зал. — Старший брат, вы здесь. Джулиан изящно улыбнулся ему. Ни раскаяния, ни колебаний за этой улыбкой не было. Он искренне считал свои действия правильными. — На вас смотрят гости. Может, уже остановишься? Геранд встал перед Джошуа и, обливаясь холодным потом, заговорил дрожащим голосом. — Я всего лишь воспитывал зарвавшегося младшего брата. Уверен, остальные всё понимают. — Боковой ублюдок…! Кто тебе брат?! — Хватит, Джошуа! Разве не ты первым оскорбил Ринию и Джулиана? — Н-но… старший брат Геранд. Джошуа явно рассчитывал на поддержку, однако Геранд неожиданно встал не на его сторону. — Само присутствие этого ничтожества на таком празднике уже… — Не желаю слушать! Ты устроил скандал на мероприятии семьи Крайпарт и опозорил наше имя! — Но почему… Почему вы защищаете его?.. — Уходи! Пусть старейшина и благоволит тебе, твоё поведение бесчестит семью! После этой отповеди Джошуа посмотрел на Джулиана с неприкрытой ненавистью, зажмурился и, униженный, покинул зал. — Прошу простить нашего незрелого брата, Джулиан. Проводив Джошуа взглядом, Джулиан повернулся к Геранду. — Ничего страшного. Я ожидал чего-то подобного ещё до прихода. — И ты прости меня, Риния. — Всё хорошо, старший брат. Джошуа ещё молод, такое бывает. Поклонившись Ринии, Геранд также слегка кивнул Айлин в знак извинения. — Кстати, старший брат Геранд, глава семьи не приехал на торжество? — Ты об отце? — Да. — У него появились дела, поэтому я прибыл как его представитель. — Понятно. В голосе Джулиана прозвучало разочарование. Затем он внезапно поправил одежду и подошёл к Ринии. — Старшая сестра Риния, прошу простить меня за этот шум. — А? Да ничего, правда. — Нет. В такой единственный в жизни день я устроил сцену. — Ну, знаешь ли, никто не гарантирует, что он у меня будет единственным. Риния ответила двусмысленной шуткой, и Джулиан тихо рассмеялся. После короткого разговора она вместе с Герандом ушла приветствовать остальных гостей. Айлин осталась с Джулианом наедине, и между ними сразу повисла неловкая тишина. Её взгляд заметался по сторонам. — О. Она заметила его запонки — те самые, которые в раздражении подобрала в универмаге «Сто нарядов». — Вы так издевались над моим вкусом, а теперь всё-таки надели то, что выбрала я? Айлин победно улыбнулась, вспомнив, как Джулиан насмехался над её чувством прекрасного. — Разве? Не припоминаю. На его губах появилась лёгкая улыбка. — Вот как вы решили себя повести? Айлин слегка надулась. — Для человека, который ничего не помнит, вы удивительно точно выбрали мои запонки, пуговицы и ремень. — Простое совпадение. — …Слишком уж много совпадений! Его наглость начинала раздражать. Этот человек был настолько переполнен гордостью, что никогда не склонял головы и не признавал чужой правоты, если она расходилась с его убеждениями. Даже если гордость однажды раздавит его своим весом, он всё равно не признает… — Я шучу. Вы правы, Айлин. Эта одежда… мне действительно нравится. — …Что? — Как и ожидалось от представительницы семьи Донасьен. Шутка, похвала и признание прозвучали совершенно внезапно. Услышав такое из уст Джулиана, Айлин на мгновение лишилась дара речи. Она думала, что от одного признания чужой правоты у него язык отвалится. Похоже, не отвалился. — Тогда мне пора. — А… Уже? От неожиданности её голос дрогнул, а щёки сами собой покраснели. — Я не настолько бессердечен. Моё присутствие ведь заставляет остальных чувствовать себя неуютно. Шум, поднятый Джошуа, уже улёгся, и в зале стало спокойнее, однако дурная слава имени Джулиана никуда не исчезла. Гости продолжали украдкой поглядывать на него. Для них одно его присутствие означало неприятности. — Я и пришёл лишь поздороваться. Просто по пути возникли лишние помехи. С этими словами Джулиан покинул зал. Айлин испытала странное дежавю. Казалось, она уже слышала от него нечто похожее. Когда же? Точно. В годы учёбы в академии Байер. — Будто вы поймали в ладони звёзды. Поистине прекрасное заклинание, достойное магического рода Донасьен. Воспоминание вспыхнуло с пугающей ясностью. В тот день Джулиан впервые признал её способности. Там, под цветущими вишнями на заднем холме академии… — А-а-а-а… Вспомнив то, что предпочла бы навсегда забыть, Айлин схватилась за голову и тихо застонала. *** Глава семьи не приехал. Я явился сюда ради Камня души, принадлежавшего дому Крайпарт. В игре он находился у главы семьи, а значит, без него задерживаться на празднике не имело смысла. «Хотел заполучить Камень души, а хозяина нет…» На языке появился горький привкус. Представится ли мне ещё такая возможность? Глава семьи ненавидел Джулиана, несмотря на его принадлежность к боковой ветви, поэтому не было никаких гарантий, что он вообще согласится меня принять. «Проблема». Я потёр ноющие виски и услышал, как меня окликнули. — Джулиан! Из зала быстрым шагом вышла Риния — всё такая же сияющая, как при нашей встрече. — Уже уходишь? Я надеялась, что ты останешься до конца. Вместо ответа я лишь улыбнулся. Риния, похоже, поняла причину и кивнула, а затем достала из-за пазухи маленькую неприметную шкатулку. — Ты ведь пришёл на мою свадьбу, чтобы увидеться с отцом? Хотел забрать это? — Это… — Память о твоей матери. «Память о матери?» Я с недоумением принял шкатулку. Она была грубой и слишком простой для драгоценностей. — Когда я выбирала свадебные подарки в хранилище самоцветов, случайно наткнулась на неё. Сразу вспомнила о тебе и вынесла. Ты ведь сильно поссорился с отцом из-за этой вещи? — Да. Было такое. Я кивнул, хотя понятия не имел, о чём она говорит. Значит, у Джулиана был ещё и подобный конфликт с семьёй. — Я сделала вид, что выбрала её в качестве свадебного подарка, и тайком забрала для тебя. — …Спасибо. Риния тепло улыбнулась, явно довольная моей благодарностью. Шкатулка была мне незнакома, но при одном прикосновении к ней грудь наполнилась странным теплом и нежностью. А внутри находился… «…Камень души». Тот самый Камень души, которым владела семья Крайпарт. Невероятно, но в шкатулке лежал кулон, изготовленный из него. Получается, он принадлежал матери Джулиана. Раз это память о ней, значит, она уже умерла. Я провёл пальцем по центральному камню кулона. В отличие от Камня души, добытого в лесу Фирун, этот прошёл магическую обработку и почти не излучал остаточной ауры. — Не думал, что получу его таким образом. — Что ты сказал? — Ничего. Спасибо, что вернули мне вещь матери. Ещё раз поблагодарив Ринию, я посмотрел на шкатулку в своих руках. Холод металла отзывался в сердце неожиданной болью. Тоскливое желание. Мягкое тепло. Печаль, в которой всё равно чего-то не хватало. Эти чувства принадлежали не мне. Они, без сомнения, были чувствами Джулиана. ---------- Одна кровь хуже другой (3) За окном кареты раскинулась ночная столица. Вдоль дороги тянулись изящные здания, освещённые мягким светом уличных фонарей. Когда-то этот вид считался одним из пяти чудес империи, но теперь успел превратиться для меня в обыденную часть жизни. По дороге домой я посмотрел на шкатулку, которую передала мне Риния. «…Как бы там ни было, цели я достиг». На самом деле я подготовил немало планов: встретиться на свадьбе с главой семьи Крайпарт, придумать подходящее приветствие и естественно подвести разговор к ожерелью с Камнем души. «Главное — результат». Именно так. Согласившись с самим собой, я задумался, что теперь делать с добытым Камнем души. Я забрал его, никому не сообщив, чтобы в будущем он не попал в руки Ордена Рассвета. То же касалось и Святого Меча: лучше было не совершать поступков, которые могли вызвать ненужные подозрения. Как же поступить с Камнем души? «…Поглотить?» В мире игры «Let’s Kill the Demon King Now», как и следовало из названия, существовал Король демонов. Единственный, кто был способен пробудить Демонического бога. Главный враг игрока и финальный босс. Цель игры заключалась в том, чтобы убить Короля демонов Барбатоса до завершения ритуала воскрешения Демонического бога. Если остановить его не удавалось, Демонический бог возвращался, миссия считалась проваленной, а прохождение приходилось начинать заново. «Архиепископ Ордена Рассвета Тенелон — один из кандидатов». И ещё… «…Джулиан тоже». ▶ Черта: «Сосуд Короля демонов» Ранг: легендарный ▷ Вы связаны с воскрешением Короля демонов Барбатоса. ▷ Вы способны поглощать остаточные мысли Демонического бога и получать их силу. ▷ Вы способны использовать реликвии со свойством «Зло». ▷ Эта черта исчезнет после появления Короля демонов. Перед глазами возникло знакомое интерфейсное окно. Это была одна из черт, которыми Джулиан обладал с самого начала, наряду с «Прирождённым Святым Мечом» и «Цветом Негатива». Используя её, я мог поглотить заключённые в Камне души остаточные мысли Демонического бога и без особого труда обрести силу. «Это, конечно, безопаснее, чем получать силу через Чашу Демонического бога…» Но я хотел оставить такой вариант на крайний случай. Каждый раз, когда проявлялась черта «Открытые глаза», я начинал путаться в собственной личности. Если к этому добавится ещё и поглощение остаточных мыслей из Камня души, нельзя было предсказать, что произойдёт с моим настоящим «я». «К тому же сейчас я не так отчаянно нуждаюсь в силе, как прежде». Поэтому пока о поглощении не могло быть и речи. Добравшись до поместья, я спрятал шкатулку в сейфе, стоявшем в углу спальни, и запер его. Но даже этого казалось недостаточно. Может, выучить простое запирающее заклинание? Мысль мелькнула и исчезла. Сначала стоило поесть: желудок уже требовательно урчал. — …Хм? Выйдя из спальни в коридор, я сразу заметил, что в поместье непривычно тихо. «Обострённое чутьё». В движении воздуха ощущалась едва уловимая чужая аура. Благодаря особенностям тела Джулиана я воспринимал мельчайшие изменения в доме и течение маны так ясно, словно они сами указывали направление. В поместье был посторонний. Убедившись в этом, я проверил Лунный Меч на поясе и медленно двинулся по коридору. «Где именно он находится? Зачем пришёл? Один или их несколько?» Вопросы накатывали один за другим. Некоторые ответы можно было получить с помощью поиска маной, но тогда незваный гость сразу понял бы, что его обнаружили. «…По крайней мере, я не чувствую жажды убийства. Наверное, это хорошо». Значит, посторонний пришёл не для того, чтобы убить Джулиана. Хотя можно ли считать это хорошей новостью? С того мгновения, как неизвестный тайком проник в мой дом, моя жизнь уже могла оказаться под угрозой. Мысленно проклиная все злодеяния, накопленные Джулианом, я шёл по мрачному, непривычно безмолвному коридору. Даже без поиска маной острое чутьё тела примерно указывало, откуда исходило присутствие. «…Гостиная?» Именно там скрывался незваный гость. — Надо же, вы вернулись позже, чем я ожидала. Когда я открыл дверь, меня встретила женщина с длинными серебристыми волосами, спускавшимися до талии, — Элеонора Д’Мишель. Она изящно держала чашку чая. — Пока ждала, попросила слуг приготовить чай. Надеюсь, такую малость вы можете позволить гостье? На её губах играла чарующая улыбка, способная завладеть человеческим сердцем. Я строго приказал слугам никого не впускать без предварительной договорённости. Если Элеонора всё же сидела здесь, оставалось лишь два объяснения. Она либо пробралась тайком, либо… «Воспользовалась магией?» Вот почему в доме было так тихо. Наверняка Элеонора применила свои чары и заставила прислугу покинуть поместье. Как бы то ни было, её неожиданный визит был крайне нежелателен. Если Орден Рассвета узнает, что я тайно заполучил Камень души, последствия окажутся непредсказуемыми. — Епископ Элеонора. Что привело вас в мой дом? — Решила укрепить товарищеские отношения. В конце концов, люди — существа общественные. Совсем не смешно. С каких пор укрепление товарищества подразумевает вторжение в чужой дом без приглашения? Внутри я кипел, но из-за опасности ситуации даже её лёгкая шутка заставила меня напрячься. — Сегодня я пришла, чтобы кое-что спросить. Элеонора поставила чашку на стол и перешла к делу. Я мысленно сглотнул. — Недавнее задание, которое вы выполняли в трущобах… Тема оказалась неожиданной. — В отчёте сказано, что вы обнаружили там демона и уничтожили его. Верно? — Именно. — Этот демон… случайно не был человекоподобным? Я осторожно поднял взгляд, изучая её лицо. Элеонора то сжимала, то разжимала пальцы и слегка прикусывала губу. Она старалась выглядеть равнодушной, но напряжение скрыть не сумела. Понятно. По вопросу я догадался, зачем она пришла. — Да. Демон был человекоподобным. — …Я так и думала. — Однако это была не одна из копий, созданных епископом Тенелоном. Точнее, существо лишь пытались воспроизвести по их образцу. — Что? Я криво улыбнулся её растерянности. — Чему вы удивляетесь? Разве не за этим ответом пришли? Я намеренно говорил вызывающе. Камень души был спрятан в поместье, поэтому мне требовалось как можно скорее выпроводить Элеонору. Для этого нужно было захватить инициативу в разговоре. Кто управляет беседой, тот и решает, когда её закончить. — Я не думала, что вы вообще что-то знаете… Насколько многое вам известно? — Хе-хе. Не настолько многое, как вы опасаетесь. — Вот как? Но о существовании искусственных рогов вы знаете. — Просто повезло. На самом деле всё это было известно мне по игре. Я сделал вид, будто ничего особенного не произошло, а Элеонора уставилась на меня исподлобья. — Ладно. Неважно. Она слегка прикусила губу и поднялась. По лицу было видно, что ответ её не удовлетворил. — Это всё, что вы хотели спросить? — Да. Элеонора неторопливо направилась к выходу из гостиной. Я уже успел расслабиться, когда она резко обернулась. — Епископ Джулиан, вы прекрасно понимаете положение Ордена Рассвета. Надеюсь, впредь вы будете принимать верные решения. На этот раз в её голосе впервые прозвучала искренность, почти обнажившая настоящие чувства. — Давайте хотя бы не станем направлять клинки друг на друга. Если мы окажемся врагами, я доставлю вам не меньше неприятностей, чем вы мне. Она оставила после себя недвусмысленный намёк: либо встань на её сторону, либо хотя бы не вмешивайся. После этого Элеонора вышла из комнаты. В поместье воцарилась тишина. Слуг не осталось, и внутри не чувствовалось ни единого присутствия. Убедившись, что она ушла, я облегчённо выдохнул и опустился в кресло. — Вот же напугала. Её внезапное появление заставило меня понять очевидное: хранить Камень души в поместье опасно. Если очередной незваный гость почувствует его энергию, сразу станет ясно, что я что-то скрываю. Это создаст массу проблем. «Нужно другое место». К счастью, я быстро вспомнил человека, которому можно было доверить Камень души. У него камень не обнаружат ни люди Святого Меча, ни Орден Рассвета. *** — Ты хочешь, чтобы я хранил это у себя? — Да. Я мягко улыбнулся. Геранд с беспокойством погладил бороду. — Неожиданно… Я думал, ты заговоришь о наказании Джошуа после случившегося. — Как я уже сказал, меня это не слишком задело. — В-вот как? Тогда я рад. Опираясь правой рукой на трость, Геранд облегчённо вздохнул. Затем свободной рукой указал на лежавшую на столе шкатулку. — Но что это? Почему ты хочешь оставить её именно у меня? — Внутри хранится память о моей матери. «Мать». Услышав это слово от Джулиана, Геранд невольно вздрогнул. — Ты говоришь о вещи госпожи Милены? Но почему доверяешь её мне?.. Увидев, как ему стало не по себе, я с недоумением наклонил голову. Может, за этим скрывалась какая-то история? Я хотел спросить, но сейчас важнее было пристроить Камень души в безопасное место. — Разве… эта вещь тебе не дорога? Дорога. С этим не поспоришь. Если Камень души попадёт к одному из кандидатов в Короли демонов из Ордена Рассвета, Демонический бог воскреснет и уничтожит континент. Тогда погибну не только я — под угрозой окажется весь мир. — Да. Она дорога мне не меньше собственной жизни. — Т-тогда почему отдаёшь настолько ценную вещь мне? — Потому что сейчас я не могу держать её при себе. В этих словах не было лжи. Если кто-нибудь выяснит, что я тайно заполучил Камень души, неприятностей не избежать. Но Геранд услышал в них совсем иной смысл. «…Почему он не может хранить вещь госпожи Милены сам?» Геранд знал: какой бы лживой ни была жизнь Джулиана, перед матерью тот всегда оставался честен. Только рядом с ней его улыбка была искренней, а язык, обычно источавший насмешки, произносил тёплые слова от самого сердца. Милена была для Джулиана не просто матерью. Она олицетворяла последние остатки его человечности. «Если он отдаёт её вещь другому человеку, значит…» Неужели Джулиан решил окончательно стать цепным псом короны? Отбросить остатки человечности и посвятить себя жизни чудовища? Геранд не мог понять его намерений. Поэтому, пересилив страх, всё-таки задал вопрос. — …Джулиан, ты что-то решил? Что именно подразумевалось под «решил», он и сам не знал. Единственным объяснением, пришедшим в голову, были недавние действия Совета старейшин. Джулиан медленно улыбнулся. — Да. Какая безжалостная улыбка. Геранду показалось, что вскоре императорский дворец захлебнётся кровью. От этой мысли отчаяние стиснуло ему грудь. ---------- Стратегическая жертва — М-молодой господин Джошуа, я пришла сменить вам полотенце. Джошуа прижимал влажную ткань к воспалённым, раскрасневшимся щекам. На служанку, принёсшую в комнату холодную воду и свежее полотенце, он посмотрел полуприкрытыми глазами. — Меняй. — Д-да…! От его резкого тона девушка напряглась и поспешно заменила полотенце, успевшее нагреться от пылавших щёк. К коже снова прикоснулся холод. Но в груди Джошуа, напротив, разгоралось пламя ярости. «Всего лишь ничтожный выродок боковой ветви…!» Вспомнив лицо человека, из-за которого распухли его щёки, он до боли прикусил губу. Серые волосы оставались отличительным признаком семьи Крайпарт, пусть кровь в его жилах и была разбавлена. Джулиан Крайпарт Фрейсон. Джошуа не мог усмирить кипевшую внутри ненависть к этому высокомерному ублюдку. — В тот миг, когда вы обнажите меч, передо мной окажется уже не Джошуа из семьи Крайпарт, а мечник Джошуа. Наглый, самоуверенный голос. Насмешливая улыбка человека, смотрящего на всех сверху вниз. Поведение того, кто совершенно не знает своего места. — Вы уверены, что готовы к этому? Джулиан не имел ничего общего с благородством семьи Крайпарт, но Джошуа почему-то так и не сумел ему ответить. Уверенность в его фехтовальном мастерстве ощущалась почти физически. Она давно переросла уровень, который мог дать один лишь знатный титул. Именно поэтому ярость Джошуа была такой обжигающей. Почему он? Почему из всех людей семьи Крайпарт именно этот ублюдок боковой ветви? Почему Святой Меч выбрал такого ничтожного… Плеск! Погружённый в мысли, Джошуа медленно повернулся туда, откуда на лицо попали капли воды. — П-простите, молодой господин Джошуа! Перед ним стояла служанка, менявшая полотенце. Когда она опускала запасное в холодную воду, несколько капель случайно брызнули ему на щёку. Взгляд Джошуа стал холоднее ткани, которую он держал у лица. Он поднялся, подошёл к служанке и резко занёс руку. — Вы звали меня, молодой господин Джошуа? Раздался знакомый голос. Вспомнив, что действительно приказал кому-то явиться, Джошуа опустил руку и медленно обернулся. — Альфас. Альфас Майенд. Опытный воин, дослужившийся до заместителя командира рыцарей Лазурного Льва — одного из сильнейших орденов империи. За бесчестные поступки его лишили рыцарского звания, но мастерство мечника всё ещё признавали по всей стране. Увидев Альфаса, Джошуа раздражённо махнул служанке, приказывая уйти. — Видишь мои щёки? Он ткнул пальцем в распухшее лицо. — Вижу, молодой господин. — И чем ты, член моей личной охраны, занимался, пока меня доводили до такого состояния? — Молодой господин Джошуа, я исполнял приказ главы семьи… — Я не об этом спрашиваю! Твоя обязанность — защищать прямую линию Крайпарт! Губы Джошуа задрожали от бессильной злости. Он прекрасно понимал, насколько нелепы его обвинения. Но сначала ему требовалось выплеснуть клокотавшие внутри эмоции. — И правда… Большой ошибкой было взять в охрану такого неудачника, как ты. — Прошу прощения, молодой господин Джошуа. Услышав покорное признание вины, Джошуа презрительно усмехнулся. — О, ты даже понимаешь, что должен извиняться? Хотя всё равно наверняка струсил бы и ничего не сделал. Он сорвал с лица мокрое полотенце. Шлёп! И бросил прямо в Альфаса. — Бесполезный идиот. Намокшая ткань медленно сползла по его лицу. Аккуратно уложенные волосы растрепались, а на форме остались тёмные пятна воды. Несмотря на унижение, выражение Альфаса не изменилось. — Меня унизил полукровка, а потом ещё отчитывал Геранд! Ты хоть представляешь, какой это позор для меня?! — Прошу прощения. — Мне не нужны извинения! Немедленно придумай, как смыть это унижение! Огонь в груди Джошуа и не думал угасать. — Молодой господин Джошуа, вы хотите отомстить Джулиану? Слова Альфаса лишь подлили масла в и без того бушевавшее пламя. — Что? Под пристальным взглядом Джошуа он поправил растрёпанные волосы. — У тебя есть план? — Да, есть… — Тогда говори! Джошуа резко перебил его, и Альфас продолжил, будто вынужден был подчиниться. — Сейчас Джулиан действительно силён. Его мастерство настолько превосходит обычных рыцарей, что им нечего и думать о сравнении. Джошуа и сам это знал. Как бы ни хотелось отрицать, от реальности никуда не деться. — Однако основа его силы — аура. Огромный запас маны, скрытый в теле. — И что? — Усиление концентрации, исправление стойки, укрепление мышц — он насыщает аурой каждое действие. Всё благодаря избытку маны и вершине его искусства, Лунному Мечу. — И что с того?! Я не затем тебя позвал, чтобы слушать хвалебные речи в его адрес! Стоявший перед ним Альфас сам считался одним из чудовищ империи. До Джулиана он не дотягивал, но всё равно входил в число самых выдающихся воинов империи. Поэтому слушать, как он серьёзно перечисляет достоинства врага, было особенно мерзко. Джошуа требовался лишь способ растоптать гордыню этого низкорождённого выродка. — Если лишить Джулиана возможности использовать ауру, молодой господин всё ещё сможет победить. Джошуа не стоял в одном ряду с чудовищными звёздами империи, однако неплохо владел мечом и без труда одолел бы обычного рыцаря. — … Пока он размышлял, Альфас достал из кармана небольшой минерал, испускавший слабое голубое сияние. Джошуа знал, что такие камни назывались резонансными. — Это резонансный камень? — Не тот, который используют сейчас, а неудачный образец. — Неудачный? — Да. Обычные резонансные камни подавляют демоническую энергию и вызывают у демонов отторжение. Это Джошуа было известно. Но прежде чем он успел ответить, Альфас продолжил: — Этот дефектный образец подавляет не только демоническую энергию, но и само течение маны. — Даже маны? Чтобы продемонстрировать эффект, Альфас вложил минерал ему в ладонь. — Ух…? Джошуа сразу почувствовал неладное. Мана, обычно ясно ощущавшаяся в воздухе и собственном теле, словно скрылась за густым туманом. — Если создать из таких камней временный барьер, течение маны нарушится. Джулиан не сможет использовать ни всю свою силу, ни Лунный Меч. Действительно, барьер из подобного резонансного камня создавал крайне неблагоприятные условия для ауры. — …Но тогда и я не смогу ею пользоваться. — Даже так разрыв между вами значительно сократится, разве нет? В его словах была логика. Но достаточно ли отнять у Джулиана одно преимущество, чтобы сравниться с «Улыбающимся Палачом»? Словно прочитав сомнения на лице Джошуа, Альфас достал ещё один небольшой футляр. — Оставшуюся разницу мы восполним этим. — …Рог? Внутри лежал маленький демонический рог, источавший тяжёлую, зловещую энергию. *** «Хорошо, что Геранд согласился так легко». Закончив разговор, я покинул его поместье. Он не был связан ни с Орденом Рассвета, ни со Святым Мечом. Поэтому можно было не опасаться вмешательства с их стороны. Если не произойдёт ничего чрезвычайного, Камень души у него никто не обнаружит. Одной заботой меньше. С такими мыслями я ухаживал за орхидеями в кабинете «Закрытых Глаз», когда дверь внезапно распахнулась. Бах! — Господин Джулиан! Несколько членов Ордена Рассвета, затаивших на вас обиду, готовят засаду! Я вздрогнул и случайно надломил кончик листа, который держал пальцами. — Это точно? — Да. Информация пришла прямо из монастыря Генмель. — Среди заговорщиков… есть епископы? Само известие о засаде меня, конечно, озадачило, но прежде всего требовалось узнать, кто именно в ней участвует. Если к заговору примкнул хотя бы один епископ, дело становилось по-настоящему серьёзным. Формально центром Ордена Рассвета был архиепископ, однако стоявшие ниже епископы служили прежде всего собственным интересам. То, что кто-то из них мог пожелать устранить Джулиана ради выгоды, не казалось невероятным. — Насколько мне известно, нет. — Значит, против меня замышляют люди, которые даже не являются епископами? Ха. Уже хорошо. Испытав облегчение оттого, что никто из епископов пока не стал моим врагом, я осторожно погладил надломленный кончик орхидеи. И тут над головой Лазлота заклубилась фиолетовая дымка. Чистый, явный страх. Почему? Я всего лишь прикоснулся к цветку. — …Что вы намерены делать? Задавая вопрос, Лазлот не сводил глаз с повреждённого листа. — Пока они ничего не предприняли, остаётся лишь ждать, разве нет? Подозрения были, но доказательств не имелось. Действовать лишь на основании догадок было бессмысленно. «Понаблюдаю за развитием событий». Не стоило без нужды тормошить осиное гнездо. Пока заговорщики не начали действовать, их замысел оставался лишь замыслом. Возможно, план вообще развалится сам собой. — …Кхм. Я покосился на Лазлота. Страх никуда не исчез. Похоже, роль двойного агента доставляла ему немало беспокойства. В будущем его помощь могла мне понадобиться, поэтому я решил немного разрядить обстановку обычным разговором. Разумеется, не только из доброты. О чём бы поговорить?.. Точно. — У здоровой орхидеи листья обычно не сморщиваются вот так. — Простите? Раз он всё это время смотрел на цветок, наверняка ему было интересно. Почему бы не поделиться полезным советом? — В подобных случаях проблема чаще всего в корнях. — В-вот как? Не обращая внимания на его реакцию, я стряхнул немного земли и осторожно вынул орхидею из горшка. Показалось множество корней, один из которых, как я и ожидал, пожелтел. — Видите? Один корень начал гнить. Даже единственный испорченный корень способен разрушить всю систему. — Да… понимаю. Я протянул руку к повреждённому отростку. — Поэтому при уходе за орхидеями один корень всегда оставляют с внешней стороны. Если начнётся гниение, этот жертвенный корень примет удар первым и защитит остальные. — Что-то вроде приманки. Хруст! Я отломил корень пальцами, вернул растение в горшок и посмотрел на Лазлота. Невинная беседа о цветах должна была немного его успокоить. — Понятно… Вы выжидаете, чтобы использовать эту возможность и разом выкорчевать всю оппозицию. Но вместо этого страх Лазлота лишь разгорелся ярче. ---------- Незваный гость академии (1) Подрезав сгнившие корни и снова посадив орхидею, Джулиан спокойно смотрел на Лазлота. «…Не может быть, чтобы это жестокое чудовище позволило жить тем, кто затаил на него обиду». Джулиан наверняка знал, что некоторые члены Ордена Рассвета настроены против него. С его характером просто проигнорировать подобное было невозможно. — При уходе за орхидеями один корень всегда оставляют с внешней стороны. Что-то вроде приманки. Как всегда, он сломает направленный на него меч, отрубит державшую его руку, а затем оборвёт и жизнь нападавшего. Разве не так поступал «Улыбающийся Палач»? «На этот раз он, должно быть, хочет разом уничтожить всех противников внутри Ордена Рассвета». Если кто и был способен использовать в качестве приманки собственную жизнь, то именно этот человек, лишённый всяких чувств. «…Кхм». От леденящей ауры Джулиана Лазлот нервно сглотнул. — Это всё, ради чего вы пришли? Джулиан задал вопрос тихим голосом, вырывая его из размышлений. Перепуганный Лазлот поднял голову. Перед ним были ничего не выражающие узкие глаза и неуловимая улыбка. Он изо всех сил попытался сохранить спокойствие. — Н-нет. Кроме того, что мы уже обсудили, из секретариата поступили задания для «Закрытых Глаз». На грядущий День Победы требуются люди для охраны императорской семьи. — Хм… — Также академии нужен преподаватель фехтования: провести лекцию и помочь на практическом экзамене. Продолжая говорить, Лазлот был уверен, что Джулиан выберет службу в императорской охране. — …В День Победы может появиться мой учитель, Святой Меч Хейден Райх. — А? Да… скорее всего. Это была возможность увидеть учителя, с которым он разорвал отношения, — Святого Меча Хейдена. — Какое задание вы выберете? На День Победы… — Нет. На этот раз мне почему-то хочется работы попроще. Возьму задание академии. Охрану императорской семьи передайте другому члену «Закрытых Глаз». — Понял. Тогда… Что? Лазлот невольно переспросил. Такой выбор совершенно не соответствовал привычному Джулиану. «Кто бы мог подумать, что настолько честолюбивый человек откажется от подобной возможности… Неужели!» Всё ради чистки рядов «Монсеньоров», подчинявшихся епископу, который готовил засаду. «Улыбающийся Палач» отказался от задания, полезного для продвижения, и хладнокровно выбрал сцену, на которой собирался казнить враждебные силы. В столь важную имперскую дату, как День Победы, охрану дворца усиливали. Поэтому часть стражи академии тоже направляли туда. «Значит, защита академии станет слабее обычного». Люди, ненавидевшие Джулиана, не упустят такой возможности. Они наверняка нападут, когда он будет исполнять задание в академии. «И Джулиан именно на это рассчитывает…!» Осознание, что он намерен использовать День Победы для уничтожения врагов, заставило Лазлота мысленно цокнуть языком. — Вы не услышали? Я сказал, что беру задание академии. Лазлот снова сглотнул. — А, да. Я сообщу командиру Одвин. В глубине души он лишь надеялся, что приближающаяся буря пройдёт как можно скорее. *** — Ха-ха… Заместитель директора Аллом Чорни неловко рассмеялся, вытирая платком выступившие на морщинистом лбу капли пота. Мы шли по коридору главного корпуса академии Байер. Я на мгновение остановился и посмотрел на него. — Я действительно просил «Закрытые Глаза» прислать лектора или инструктора… Для заместителя директора он улыбался на удивление робко. Хотя причина, разумеется, была во мне. — Но и представить не мог, что придёте лично вы, господин Джулиан. — Вот как? — Я полагал, вы возьмёте одно из заданий ко Дню Победы. Раньше вы всегда выбирали именно их. Ха-ха. Справедливости ради, Аллом был прав. Широко известный Джулиан наверняка предпочёл бы службу на Дне Победы, чтобы в очередной раз показать себя императорской семье. Однако… «Там может появиться Святой Меч Хейден Райх». Именно поэтому в этот раз я выбрал задание академии Байер, а не дворца. — Я ожидал обычного сотрудника, но ваше присутствие — большая честь для нас. — Хе-хе, не стоит таких слов. Я легко рассмеялся и ответил так, будто речь шла о пустяке. — Но… вы точно не возражаете, господин Джулиан? В голосе Аллома прозвучало беспокойство, и я повернул голову. — О чём вы? — Поручение «Закрытым Глазам» также включает… специальную лекцию для учеников, которым предстоит практический экзамен. «Что?» Я едва не переспросил, но вовремя сдержался. Нельзя было выглядеть идиотом, который даже не знает подробностей собственного задания. Кашлянув и взяв себя в руки, я ответил: — Да, мне известно. Лицо Аллома сразу просветлело. Похоже, он боялся, что я откажусь читать лекцию. Зато теперь тревожиться начал я. «Мне придётся кого-то учить?» Честно говоря, от Святого Меча я прятался ещё и потому, что работа помощника на практическом экзамене казалась проще вступительного испытания «Закрытых Глаз». Но одна мысль о преподавании уже вызывала головную боль. — Когда же должна начаться специальная лекция? Я не считал задачу совершенно невыполнимой и постарался спросить о расписании невозмутимо. — Разве… вы не поэтому пришли сегодня? «Блядь». Услышав ответ, я выругался про себя. *** Академия Байер славилась на всю Адратанскую империю, и её учебная программа была известна своей жестокостью, почти бесчеловечной нагрузкой. Поэтому специальная лекция была для учеников редкой передышкой. Линне почувствовала необычно расслабленную атмосферу сразу, как вошла в аудиторию и заняла место. — Линне, ты пришла? Приглашённого лектора пока нет. Её поприветствовала однокурсница Паруна, пришедшая раньше. Коротко ответив, Линне опустилась грудью на парту и спрятала лицо в руках. «…Устала». Изнеможение накрыло волной. Последние две ночи она тренировалась с мечом допоздна и теперь едва держалась. При обычном расписании академии Линне не позволила бы себе настолько изнуряющие занятия, но сегодня ведь была специальная лекция. — Как хорошо, что сегодня не обычные пары. — И не говори. На оценки почти не влияет, просто посидим тихо и послушаем гостя. — Старшекурсники рассказывали, что к будущим рыцарям обычно присылают кого-нибудь из «Закрытых Глаз». — Значит, простолюдина? — Ха-ха! И чему нас будет учить простолюдин? Специальная лекция значила куда меньше остальных занятий, поэтому Линне решила использовать её для отдыха. Перед гостем было немного неловко, но сил не оставалось. — Лектор пришёл! Услышав взволнованный голос Паруны, Линне подняла голову и посмотрела на вошедшего человека. — …Погодите, разве это не?.. — Что? Ох… Тишина прокатилась по шумной аудитории, словно цепочка падающих костяшек домино. На кафедру вышел человек, которому здесь совершенно не место. «…Почему он здесь?» Линне тоже потеряла дар речи. Ещё мгновение назад веки наливались тяжестью, но при виде лица лектора сонливость исчезла без следа. — Я приглашённый лектор от «Закрытых Глаз» — Джулиан Крайпарт Фрейсон. Рад сегодняшней встрече. Человек, которого она могла назвать заклятым врагом. Одной фразой он завладел вниманием всех учеников. Гул стих, и аудитория сделалась тихой, словно спокойное озеро. — Не стоит так напрягаться. Сегодня я лишь дам несколько советов перед практическим экзаменом. Стоя на кафедре, Джулиан с безмятежной улыбкой оглядел зал. Несколько учеников под его взглядом вздрогнули и нервно сглотнули. Он держался так уверенно, словно регулярно выступал перед аудиторией. Но у Линне возник один вопрос, который никак не давал покоя. «…Что он с этого получит?» Зачем Джулиан добровольно согласился стать инструктором на практическом экзамене? — Вообще-то на этой специальной лекции мне почти нечего вам сказать. «Что он несёт?» Линне нахмурилась. Пусть это и было заданием «Закрытых Глаз», но слышать от приглашённого лектора, как тот сам обесценивает собственное выступление, казалось абсурдом. — Ради чего каждый из вас изучает фехтование? *** В аудитории царило напряжение, на лицах учеников читалась настороженность. Открытой враждебности ко мне никто не испытывал, но и расположением это назвать было нельзя. «…Неловко». Я давно привык к подобным взглядам, однако учить людей в такой обстановке было неприятно. Пытаясь разрядить атмосферу, я задал вопрос, который придумал по дороге. — Кхм. Никто не ответил. Как же стыдно. Стараясь не показать смущения, я принялся поочерёдно осматривать сидевших в аудитории учеников. Заметив знакомое лицо, мысленно облегчённо вздохнул. — Похоже, отвечать никто не хочет. Тогда спросим госпожу Линне. — …Да? Не ожидавшая, что назовут именно её, Линне вздрогнула и посмотрела на меня. — Почему вы изучаете фехтование, госпожа Линне? — Почему вы спрашиваете меня?.. Она уже хотела привычно показать своё недовольство, но резко остановилась. Сейчас Джулиан был лек-то-ром. А она — всего лишь сту-дент-кой. Помня об этом, Линне заговорила самым мягким тоном, на какой когда-либо была способна при общении со мной. — …А ради чего господин Джулиан совершенствовал фехтование? Не понимая цели вопроса, она ответила вопросом на вопрос. Для кого-то он мог показаться простым, но для другого затрагивал слишком личные мотивы. Линне словно безмолвно бросила вызов: «Посмотрим, что ответите вы». — Разве не очевидно? Ради продвижения по службе. Но человек за кафедрой не испытывал ни капли стыда и вообще был далёк от нормальности. ---------- Незваный гость академии (2) «На него смотрит столько людей. Мог бы хотя бы для приличия сказать, что делает это ради императорской семьи». Линне мысленно поразилась прямоте Джулиана. Какой честный человек. Вернее, какой бесстыжий. — Тогда задам вопрос ещё раз. Госпожа Линне, ради чего вы совершенствовали фехтование? Снова столкнувшись с вопросом, на который было трудно ответить, она замялась. Но когда взгляды всех учеников постепенно обратились к ней, Линне всё же открыла рот. — …Чтобы закалить тело и дух и достичь своей цели. Точнее, ради мести. Однако она не солгала, поэтому выражение её лица не изменилось. — Неплохой ответ. Цель действительно способна стать движущей силой. Выслушав Линне, Джулиан продолжил лекцию. — Я поднял эту тему вот почему. Он говорил негромко, но голос почему-то звучал необычайно ясно и легко удерживал внимание всей аудитории. — Чем дольше вы оттачиваете своё фехтование, тем сложнее исправить заложенные в него ошибки. Когда Джулиан опустил руку к поясу, ученики напряглись и уставились на простые ножны. — За время одной специальной лекции приглашённый инструктор практически не способен изменить вашу технику. Фехтование строится годами. Каким бы выдающимся ни был талант, чтобы он засиял, необходимо посвятить тренировкам огромное количество времени. Его слова были совершенно верны. Линне удивляло уже то, что настолько здравые вещи произносит именно Джулиан, но она всё же кивнула. — Поэтому сегодня я буду говорить не о фехтовании, а об ауре. Стоило прозвучать слову «аура», как по тихой аудитории прошёл ропот. Среди мечников империи Джулиан считался одним из лучших мастеров её использования. Мысль о том, что такой человек поделится своими знаниями, поразила всех. — У каждого человека есть мановые каналы. Один из способов использовать текущую по ним ману — укреплять тело или предметы. Это и называется аурой. Он говорил то, что наверняка было известно каждому присутствующему. Но перед ними стоял сам Джулиан, поэтому ученики слушали предельно внимательно, боясь пропустить хотя бы слово. «Разве это не самые основы?» Линне уже заскучала от столь банального объяснения, когда Джулиан продолжил: — Кроме того, аура позволяет очень ясно увидеть разницу между вами и противником. Лязг! Он взялся за ножны, наполнил их аурой и вытянул перед собой. «Красиво…» Лунный Меч славился изяществом своей ауры, и это сияние действительно завораживало. — Какого цвета моя аура сейчас? В этот момент Джулиан покрыл слабой аурой не только ножны, но и правую руку. Сияние было настолько тонким, что без пристального внимания его легко было пропустить. Большинство учеников, вероятно, вообще не заметило ауру на его кисти. «…Так вот что он имел в виду под разницей между противниками?» Разгадав замысел лекции, Линне едва заметно усмехнулась. — Какой цвет? Ученики заговорили почти хором: — Серый. — Серый, похожий на лунный свет. — Может, серебряный?.. Как и остальные, Линне назвала цвет ауры на ножнах. — Серебряный. Но затем с уверенной улыбкой добавила: — И ещё слабый кобальтовый. Она заметила на одну ауру больше, чем остальные. Взгляды учеников сразу переместились с Джулиана на неё. — Господин Джулиан использовал две ауры. Серебряную на ножнах и кобальтовую на правой руке. Я права? — Да, госпожа Линне. Получив подтверждение, она слегка расправила плечи. Ей удалось заметить вторую ауру, которую Джулиан намеренно пытался скрыть. Значит, разрыв между ними был не таким огромным, как ей казалось. Увидев оставленный Джулианом след на доспехах в кузнице, Линне болезненно осознала собственную слабость. После этого она тренировалась до изнеможения и, похоже, всё-таки сумела хотя бы немного к нему приблизиться… — Но есть ещё одна. Спокойное продолжение заставило её распахнуть глаза. Позади Джулиана дрожало сияние. Не первая и не вторая аура, которые Линне уже увидела. Третья. «Невозможно…» Она совершенно её не заметила. Когда он успел скрытно выпустить настолько плотную ауру? — Похоже, никто из учеников не обнаружил третью. В узких глазах Джулиана не отражалось ни радости, ни злости, ни печали, ни удовольствия. Он просто констатировал факт так, словно тот был очевиден. — Именно так можно определить разницу в уровне. Если вы способны выпустить ауру, которую противник даже не замечает, поражения от него почти не стоит опасаться. Только тогда Линне поняла, насколько самонадеянной была сама мысль, будто она хотя бы немного сократила разделявшую их пропасть. *** — Как и ожидалось, вы были великолепны, господин Джулиан! Когда специальная лекция закончилась и я вышел из аудитории, меня встретил сияющий от радости Аллом Чорни. Он что, всё это время подслушивал за дверью? Как иначе объяснить, что появился ровно в момент окончания? — Я и представить не мог, что ученики будут слушать специальную лекцию с таким вниманием! Когда услышал, что преподавать станете вы, у меня, признаться, были сомнения… Кхм! Увлёкшийся Аллом внезапно понял, что проговорился, и торопливо прикрыл рот. Что ж, его сомнения были понятны. Кому вообще пришло бы в голову, что Джулиан станет кого-то учить? «Даже я сам в себе сомневался, так что реакция естественная». По крайней мере, судя по атмосфере в конце занятия, лекция не провалилась. Теперь никто не должен был сомневаться, что я способен справиться с поручением. — Надеюсь на вашу помощь и во время практического экзамена, господин Джулиан. Неловко улыбнувшись, Аллом двинулся дальше по коридору. Мне тоже пора было домой. Но стоило сделать шаг, как взгляд зацепился за удивительно знакомый пейзаж академии. Тщательно спланированный и безупречно ухоженный двор по идее должен был казаться чужим. Однако благодаря воспоминаниям об игре я испытывал странное узнавание. — Значит, Чёрным Рыцарем был ты. Павший герой, Хейден Райх. «Ух…» Стоило погрузиться в воспоминания, как перед глазами вспыхнула сцена из трейлера. Я — Джулиан — держал меч у горла главного героя, Хейдена Райха. «В этот раз всё может сложиться иначе». С этой мыслью я ещё раз оглядел территорию академии. Место действительно вызывало ностальгию. «Может, немного прогуляться?» Не знаю почему, но мне внезапно захотелось осмотреться. *** — …Почему он до сих пор не вернулся? Недовольно пробормотав, Джошуа сидел на диване. Вокруг стояли странные произведения искусства: непонятные мраморные скульптуры, жутковатые картины с глазастым солнцем, сияющим над ячменными полями. Джошуа считал свой вкус вполне нормальным и совершенно не понимал, зачем кому-то понадобилось покупать подобное. «…И почему здесь столько орхидей?» В гостиной стояли десятки горшков. Он и раньше знал, что хозяина этого поместья невозможно понять, но не предполагал, что у Джулиана настолько странные увлечения. — Молодой господин, барьер установлен. По вашему приказу мы сможем сразу перекрыть течение маны. К Джошуа подошёл молодой мужчина и прошептал это дрожащим голосом. Рыцарь семьи Крайпарт. Он не производил такого подавляющего впечатления, как Альфас, но обладал навыками, которых хватило бы для достойной службы почти в любом месте. — Ты боишься? — Простите? — Боишься Джулиана? Рыцарь ненадолго замялся, но затем решился ответить честно. — Сейчас в поместье Джулиана находятся двое рыцарей, включая меня, которые участвовали в охоте на двурогих демонов, шесть солдат семьи Крайпарт и вы, молодой господин. У нас есть барьер, подавляющий ману, и маг третьего круга ранга Кенша. — И? — Чтобы справиться с одним рыцарем, этого более чем достаточно. Но если противник — Джулиан… сил определённо мало, молодой господин. «Продолжай». Джошуа не сводил с него взгляда. — Кроме того, в поместье странная атмосфера. Уже поздно, но мы не увидели ни одного слуги… — Наверняка их отпустили раньше. — Хотелось бы верить. Но если Джулиан предвидел наш приход и… Шлёп! Джошуа с размаху ударил трусливого рыцаря по щеке. Голова мужчины дёрнулась в сторону. На мгновение он застыл с пустым лицом, а затем понял свою ошибку и покорно опустил взгляд. — Жалкий трус! Ты настолько его боишься? И после этого называешь себя рыцарем семьи Крайпарт? — …Прошу прощения, молодой господин. — Вам даже не придётся сражаться напрямую. Просто активируйте барьер, когда я прикажу! — Да, молодой господин. Получивший пощёчину рыцарь почтительно склонил голову и вернулся к подготовке. На что вообще годен такой трус? Джулиан сильно зависел от ауры. После активации барьера он не сможет показать всю мощь. А значит… — С новой силой победа будет моей. Взгляд Джошуа переместился на лежавший рядом футляр. Находившийся внутри предмет источал зловещую ауру, но одного взгляда на него хватало, чтобы сердце наполнялось необъяснимой уверенностью. С этой вещью он способен победить Джулиана. — Молодой господин Джошуа! Снаружи кто-то приближается. — Хе-хе. Час мести был близок. Джошуа зловеще усмехнулся. *** На уединённое поместье падал свет звёзд и луны. С самого вечера внутри не ощущалось ни единого признака жизни. Шорох! В зарослях вокруг дома появились чужие силуэты. Мужчины один за другим пробирались сквозь кусты. — В это время Джулиан уже наверняка готовится ко сну. Возглавлял их Уильям Хиланс. — Я не понимаю, почему архиепископ оказывает Джулиану такое покровительство. — Этот ублюдок нарушает правила и всё равно продолжает вести себя настолько высокомерно. — А дать ему сан епископа сразу после вступления? Это вообще невозможно принять! Все собравшиеся принадлежали к Ордену Рассвета и имели личные причины ненавидеть Джулиана. — Сегодня этому безумию придёт конец. Мы перережем Джулиану глотку! Глядя на товарищей, объединённых общей целью, Уильям почувствовал прилив храбрости. «Если бы ты не вынес приговор семье Хиланс, я бы уже достиг четвёртого круга и меня не изгнали бы из Башни магии!» Одна мысль о том, что он лично обезглавит знаменитого «Улыбающегося Палача», заставляла улыбку расползаться по лицу. — Кхм. Уильям едва не потерял самообладание из-за сильных эмоций, но вовремя прокашлялся и успокоился. Когда-то его талант признавали в Башне магии, а первоклассный маг не должен действовать под властью чувств. — Начинаем проникновение. Все соберитесь возле меня. Он тихо произнёс заклинание, и культисты сгрудились рядом. Уильям сосредоточился на посохе. Вскоре самоцвет на его вершине засиял тусклым светом. — В радиусе пяти метров от посоха звук и наше присутствие будут подавлены. Джулиан не проснётся из-за шума. — О-о… — Потрясающе, господин Уильям! Его собственное заклинание — «Неполная тишина». Уильям создавал её не специально для проникновения в дома, но теперь с удовлетворением понял, насколько она здесь полезна. — Идём. Они вскрыли защищённую магией дверь и вошли. Внутри их встретила глубокая тишина. Расследование показало, что все слуги покидали поместье Джулиана до заката. Значит, ночью он оставался здесь один. Они это знали. И всё же… — …Ух. Продолжая поддерживать «Неполную тишину», Уильям нахмурился. Он ощутил приближение странной энергии. — Что случилось, господин Уильям? — Возникла проблема? Культисты заметили перемену и обеспокоенно заговорили. Тем временем лицо мага всё сильнее бледнело. Он посмотрел на самоцвет на вершине посоха. Сияние, означавшее работу заклинания, начало тускнеть, словно его закрывали густые облака. «Течение маны меняется!» Свет медленно угасал. Глядя на это, Уильям ощутил настоящий ужас. — Господин Уильям? Один из культистов широко раскрыл глаза. Уильям напряжённо огляделся. — Этот ублюдок Джулиан предвидел наш приход и приготовил ловушку! ---------- Ночное недоразумение (1) — Похоже, это ловушка, молодой господин Джошуа. «Что?» Рыцарь, который почувствовал чьё-то присутствие и активировал барьер, выглядел растерянным. — Ловушка? Что ты несёшь? Джошуа был совершенно уверен, что Джулиан уже вернулся с задания, поэтому слегка нахмурился. — Объясни нормально. — Похоже, Джулиан предвидел наше появление и подготовился. Кто-то явно выдал ему информацию… — Заткнись! Джошуа повысил голос и яростно уставился на рыцаря. — Информация никак не могла утечь! Объясни, почему ты решил, что это ловушка! — …В тот миг, когда мы активировали барьер, нарушающий течение маны… Рыцарь сглотнул и продолжил: — В поместье появилось множество посторонних. — Множество? — Да. Услышав это, Джошуа сильно прикусил губу. Кроме Джулиана, в поместье никто не жил. Слуги не оставались допоздна, поэтому в такое время огромный дом должен был быть пустым и безмолвным. Но внезапно внутри обнаружилась целая группа людей. «И именно сегодня». Именно сегодня! Джошуа начал понимать, почему сопровождавший его рыцарь заподозрил ловушку. При обычных обстоятельствах такого совпадения произойти не могло. — Молодой господин Джошуа, что будем делать? Несмотря на рыцарский статус, мужчина выглядел совершенно запуганным. «Когда вернёмся, я выгоню этого бесполезного идиота». Приняв решение, Джошуа ответил: — Даже если это ловушка, неважно. Сегодня я убью Джулиана. Увидев, что рыцарь продолжает дрожать, он злобно улыбнулся. — Пока действует барьер, Джулиан ослаблен. План меняется лишь в одном: я займусь им, а вы расправитесь с остальными. Чтобы доказать, что он превосходит пресловутого Джулиана, нельзя было допустить ни одной ошибки. Нет. Он просто не имел права на ошибку. — Где находятся враги? — В коридоре за дверью гостиной. — Отлично. Джошуа поднялся с дивана. При необходимости он воспользуется рогом, поэтому провал был невозможен. — Нападём первыми, пока они не успели действовать. Лязг! По приказу рыцари и солдаты одновременно обнажили мечи. Стоявший ближе всех к выходу мужчина с размаху выбил дверь и бросился наружу. — Они могут ждать с другой сторо… А-а-а! Из коридора донёсся тревожный крик. Следом один за другим зазвенели рассекающие воздух клинки. Джошуа тоже вышел из гостиной. Перед ним предстали люди в плащах, скрывавших лица, и от каждого исходила подозрительная аура. Обычными людьми они точно не были. Наверняка занимались грязной работой. Иначе не стали бы прислужниками Джулиана. — Бесчестные черви. Служить такому отребью — самое подходящее для вас занятие. Джошуа выплюнул оскорбление ядовитым голосом. Уильям посмотрел на лежавшего товарища и широко раскрыл глаза. — Это ты ещё смеешь говорить о бесчестии?! Взвинченный маг собрал ману и направил её в посох. То, что он сумел сотворить заклинание внутри барьера, нарушавшего течение маны, говорило о выдающемся контроле. — …Молодой господин, перед нами маг как минимум третьего круга, — предупредил стоявший рядом рыцарь. — Из-за барьера он всё равно не способен использовать всю силу. Разберитесь с ним. — Да, молодой господин. По приказу рыцари и солдаты Джошуа бросились на людей в плащах. В тёмной ночи резко зазвенело железо, в стороны полетели искры. Наблюдая за схваткой, Джошуа оглядывался. «…Где Джулиан?» Если всё происходящее действительно было ловушкой мерзкого «Улыбающегося Палача», тот должен был показаться. Но сколько Джошуа ни смотрел, нигде его не видел. — Кха-а-а-а! Грохот! В этот миг рыцарь, первым выбивший дверь, с ужасным криком вылетел через окно. Джошуа вздрогнул и осмотрел упавшее тело. На нём остались явные ожоги, а к дереву мужчину отбросило именно магией. Мощь заклинания пугала. — Даже внутри барьера он способен на такое… Услышав потрясённый шёпот своего рыцаря, Джошуа ещё раз поклялся выгнать его после возвращения. — Тц…! Мимо пронеслось пламя, и Джошуа нахмурился. Он острым, словно лезвие, взглядом уставился на мага. Несмотря на барьер, тот продолжал плести атакующие заклинания. Как и предположил рыцарь, перед ними действительно был маг третьего круга или выше. — Кх… кха…! Впрочем, барьер действовал. Каждое заклинание давалось всё тяжелее, на губах Уильяма появилась кровь. Но даже видя, насколько шатко тот держится, Джошуа не мог просто сократить расстояние. Одно смертельно опасное заклинание — и он окажется рядом с разбросанными вокруг солдатами. «Проклятый ублюдок, да упади ты уже!» Пол вокруг был залит кровью, повсюду лежали тела. На ногах остались лишь маг и Джошуа. И всё же тот не решался использовать рог. «Он нужен против Джулиана. Это последний козырь». Альфас особо подчёркивал, что предмет одноразовый. Нельзя тратить его на жалкий сброд, пока настоящий враг ещё не появился. Затянувшаяся схватка никак не разрешалась. «Блядь!» Зрение Джошуа начало мутнеть, тело тяжелело от усталости. Но и противник был на исходе. Непрерывное колдовство приближалось к пределу. Взгляд Уильяма расфокусировался — сказывались последствия насильственного использования магии в неблагоприятной среде. Маг попытался вытереть кровь с губ и сохранить сознание. «Сейчас!» Увидев брешь, Джошуа швырнул в него цветочный горшок, сбивая концентрацию, и тут же рванул вперёд. — Кх…! Уильям торопливо поднял посох, пытаясь сотворить заклинание, но горшок закрыл обзор, и момент был упущен. Джошуа не дал ему второго шанса. Горизонтальным ударом меча отбил посох, а затем пнул мага в живот и повалил на пол. — Проклятый ублюдок. Он приставил клинок к горлу поверженного противника. Тот сумел использовать магию даже внутри барьера, подавлявшего ману. Подобный талант соответствовал как минимум четвёртому кругу, но этот человек растратил его, став цепным псом Джулиана. — Бесчестный мусор… Ты смеешь вставать у меня на пути? — Кх… у-у-ух! — Сколько тебе заплатил Джулиан? Пять тысяч нар? Десять? Идиот, ты хоть раз подумал, что именно столько будет стоить твоя жизнь? Издеваясь, Джошуа сильнее надавил ногой на солнечное сплетение мага. Хруст! — Кхе… Кха! П-погоди! Не обращая внимания на стон, он усилил давление, собираясь переломать рёбра. — Я… меня не нанимал Джулиан! От неожиданных слов Джошуа лишь сильнее прижал его к полу и посмотрел с подозрением. — Думаешь, кто-то поверит такой наглой лжи, бесчестный мусор? — Ух! Кхе, кхе! Я… правда не его человек! Я пришёл… кха… сегодня устроить Джулиану засаду… Кхе! Клянусь, он меня не нанимал! — Правда? Неважно. Ты помешал мне, а значит, всё равно умрёшь. Маг продолжал оправдываться, и на лице Джошуа мелькнуло сомнение, но он тут же его отбросил. Именно этот человек сорвал план. Крепче сжав рукоять, Джошуа занёс меч над поверженным магом… — Ц-ц-ц… Он замер на полувзмахе и повернулся к источнику голоса. Неподалёку стоял виновник всего происходящего. Хозяин разгромленного поместья — Джулиан Крайпарт Фрейсон — как всегда, улыбался. «Когда он успел?..» Несмотря на усталость после боя с магом, чувства Джошуа оставались достаточно острыми, чтобы заметить любое приближение. «Как? Я ведь совершенно его не почувствовал…» Даже обострённое битвой восприятие не уловило присутствия Джулиана. Уже одно это показывало пропасть между ними, и Джошуа не сумел скрыть потрясения. «Чудовище…» Для столь высокомерного человека сама подобная мысль уже означала признание подавляющей силы противника. Джулиан безучастно посмотрел на осколки горшка, которым Джошуа отвлёк Уильяма, и тихо произнёс: — Горшок с орхидеей… разбился. Джошуа нервно сглотнул. Джулиан опустился на колено и осторожно коснулся рассыпавшейся земли. Наблюдая за ним, Джошуа перевёл взгляд на футляр с рогом, а затем снова на противника. «И всё же барьер не позволит ему свободно использовать ауру. Всё решит чистое фехтование!» Внутри зародились сомнения в победе. Из глубины души поднялся первобытный страх. Но Джошуа изо всех сил подавил эмоции и вновь приготовил меч. — Я дорожил этим горшком. Немного обидно. Шорох. Убрав обломки в сторону, Джулиан поднялся. Между его пальцами с тихим шелестом сыпалась земля. Какая история была связана с горшком и какие чувства он хранил, Джошуа не знал и знать не хотел. Но одно он понял совершенно точно. «…Невозможно». Одного нарушения течения маны было недостаточно, чтобы остановить ауру Джулиана. За его спиной заструилось синее сияние. — Похоже, вам всё же требуется урок хороших манер. ---------- Ночное недоразумение (2) Закончив задание в академии, я вернулся в поместье и сразу почувствовал, что атмосфера изменилась. Я растерялся, но сохранил спокойное выражение лица. От дома веяло угрозой. Вокруг чувствовалось нечто неестественное, а потоки маны были нестабильны. «Наконец случилось то, чего я ждал…» С того дня, как я оказался в теле злодея из «Let’s Kill the Demon King Now», я понимал: рано или поздно это произойдёт. Людей, ненавидевших узкоглазого злодея, в империи было не меньше, чем звёзд в ночном небе. Естественно, среди них нашлись желающие отомстить. «Но теперь у меня достаточно силы». В отличие от первых дней, Лунный Меч уже был завершён. Я был уверен, что смогу защитить себя, поэтому бояться было нечего. Обострив чувства до предела, я медленно открыл входную дверь и вошёл. Внутри царил хаос. Повсюду валялись обломки, произведения искусства были разбиты вдребезги. Пол и стены покрывала тёмно-красная жидкость, а среди осколков лежали тела незнакомцев. Всё говорило о жестокой схватке. «Что здесь произошло? И почему именно у меня?..» Сохраняя осторожность, я направился к гостиной, откуда чувствовалось чьё-то присутствие. Сломанные предметы искусства встречались на каждом шагу. На мгновение внутри вспыхнуло раздражение, но настоящей злости я не испытывал: для меня эти вещи не имели личной ценности. «Настоящий Джулиан уже наверняка взревел бы от ярости». Я снова ощутил странную границу между Джулианом и собой. Да, это было поместье Джулиана, и я прожил здесь уже достаточно долго. Но разгромленный дом не вызывал у меня почти никаких чувств. «Неужели эта жизнь меняет мои эмоции? Погодите… Что?» Внезапно из глубины поднялось настолько сильное чувство, что все прежние мысли исчезли. «Анжелика!!» В углу гостиной лежал разбитый горшок с моей любимой орхидеей. — Сколько тебе заплатил Джулиан? Пять тысяч нар? Десять? Идиот, ты хоть раз подумал, что именно столько будет стоить твоя жизнь? — Кхе, кхе… П-погоди! Я… меня не нанимал Джулиан! Не обращая внимания на крики и стоны, я подошёл к осколкам. Это была первая орхидея, за которой я начал ухаживать после того, как стал Джулианом. Анжелика. С тех пор как я занялся цветами в этом мире, у меня вошло в привычку давать им имена. Так они становились мне ближе. — Это… Увидев, что осталось от Анжелики, я почувствовал нечто, чему не мог подобрать названия. Аура сама собой хлынула из моего тела. Пользоваться маной всё ещё было непривычно, но гнев оказался сильнее. — А-аура?.. Как?.. Я проигнорировал растерянный шёпот Джошуа и обнажил меч. Даже без сознательного усилия клинок засиял голубовато-серебряным светом Лунного Меча. В голове осталась лишь ярость на двух незваных гостей. За Анжелику следовало отомстить. А значит, эти ублюдки… Они должны умереть. «А? Стоп!» Эта мысль возникла настолько быстро и естественно, что я сам испугался. Разгромленный дом и разбросанные тела не вызвали почти ничего, но одного разбитого горшка хватило, чтобы привести меня в такую ярость. «Как ни посмотри, это ненормально». Неужели так на меня влияло превращение в Джулиана? До сих пор я изо всех сил играл его роль, стараясь не поддаваться влиянию его личности. Но такая внезапная перемена… «Ух…» Потрясённый, я поспешно отвёл взгляд от осколков. Успокойся. Нельзя поддаваться эмоциям. Это всего лишь цветок. Простой цветок, который я каждый день поливал, переставлял к солнечному окну, протирал листья перед сном и время от времени подкармливал особыми удобрениями… Моя любимая Анжелика…!! «Блять». — Как он и сказал, я никого не нанимал. Поняв, что контролировать чувства становится всё труднее, я решил сменить тему. От моих тихих слов оба ещё остававшихся в сознании человека вздрогнули. Джошуа и Уильям. Они растерянно переглянулись. Напряжение между ними ясно показывало, что союзниками они не были. Следы драки между ними тоже бросались в глаза. «Неужели две группы, которые отдельно готовили мне засаду, столкнулись здесь и передрались?» Звучало невероятно, но иначе объяснить происходящее было невозможно. Осознав, что произошло, я на мгновение потерял дар речи, но сохранил невозмутимость и посмотрел на обоих. — И что вы будете делать теперь? Загнанные в тупик враги окончательно растерялись. — Ваша ночная засада провалилась. Есть ещё какие-нибудь планы, Джошуа? — …Ух. Услышав своё имя — единственное из двух, которое я знал, — Джошуа вздрогнул и отступил. Он был полностью подавлен. Над его головой ярко горел Цвет Страха. Лежавший на полу человек испытывал то же самое. Пора было со всем разобраться. Я уже собирался сделать шаг, когда в голову пришла тревожная мысль. «Раз они решили устроить засаду самому Джулиану, значит, должны быть уверены в своих силах». Джошуа, похоже, был мечником, как и я, и справиться с ним было бы нетрудно. Проблема заключалась в другом. «Маг…» Рядом с Джошуа лежал человек с посохом. В этом мире я ещё ни разу не сражался с настоящим магом. Благодаря игре я мог предположить, какие заклинания тот использует, но догадки не заменяли настоящего опыта, поэтому стоило проявить осторожность. «Если бы маг был один, я наверняка легко его победил бы…» Но если я попытаюсь одновременно разобраться с обоими, они, скорее всего, объединятся против общей угрозы. «Будет хлопотно». Поражения я не боялся, но хлопот явно прибавилось бы. Что же делать? После недолгих размышлений мне пришла в голову хорошая идея. Для начала нужно было показать, кто здесь хищник. — Вы ведь понимаете, что даже вдвоём не сможете меня одолеть? И знаете, что я не оставляю безнаказанными тех, кто скалит на меня клыки. По мере моих слов страх над их головами становился всё темнее. При таком уровне страха они не посмеют напасть, пока я сам не загоню их в угол. — Но! Сегодня у меня хорошее настроение, поэтому дам вам шанс. Договорив, я уселся в кресло, закинул ногу на ногу и принял как можно более высокомерную позу. — Сражайтесь друг с другом. Хе-хе. Победителя я пощажу. Я постарался улыбнуться как можно мерзостнее. *** «Что?» Джошуа не мог поверить ушам. Джулиан приказал ему сразиться с магом и пообещал сохранить жизнь победителю. Наглый тон взбесил Джошуа, и он сильнее стиснул рукоять меча. «Он считает меня шутом для собственного развлечения?» Но ещё сильнее бесило то, что Джулиан даже не спросил, почему они пытались его убить. Ему было плевать на заговоры и их причины. Он воспринимал обоих лишь как незваных гостей, вторгшихся в его дом. От этого равнодушия Джошуа задрожал от ярости. «Проклятье… Ему правда настолько всё равно?!» Возмущённый безучастным видом Джулиана, он уже хотел броситься вперёд, но инстинкт остановил. В одиночку это чудовище не победить. Даже здесь, где магией почти невозможно было пользоваться, Джулиан без труда выпустил ауру. «Не знаю, кто этот глупый маг, но придётся объединиться. К тому же у меня есть рог…» Джошуа покосился на принесённый футляр. Вспомнив содержимое, он почувствовал, как страх немного отступает. Затем осторожно посмотрел на мага. Пришли они с одной и той же целью. Нужно было лишь временно действовать сообща. — Н-не смеши меня! Говоришь так, а сам собираешься ударить в спину, да?! «Безмозглый идиот!» Уильям из-за страха полностью поверил словам Джулиана, и Джошуа скрипнул зубами. Пощадит победителя? «Улыбающийся Палач»? Неужели этот дурак действительно поверил? «Он просто хочет посмотреть, как мы будем убивать друг друга!» Но обезумевший от ужаса Уильям уже беспорядочно размахивал посохом. Измученный и почти лишившийся маны, он даже пускал пену изо рта, но всё равно не отступал от Джошуа. — Жалкий идиот! Свист! Свист! Разозлившись, Джошуа взмахнул мечом и рассёк ему плечо. — А-а-а-а! Уильям схватился за кровоточащую рану и рухнул. — Ха… ха… Тяжело дыша, Джошуа смотрел на поверженного мага. Рана была не смертельной, но держать посох Уильям больше не мог. И всё же вместо радости от победы Джошуа ощутил отчаяние. Теперь наступала его очередь. «Улыбающийся Палач» не оставлял в живых тех, кто проявил враждебность. Смерть. Для Джошуа, всю жизнь прожившего в роскоши под покровительством старейшины семьи Крайпарт, она всегда казалась далёкой. Теперь же стояла прямо перед ним. — Хм… Уже закончили? Эта самая «смерть» неторопливо поднялась из кресла с кривой улыбкой на лице. — Боже… Сколько крови. Наверное, очень больно. Его улыбающееся лицо выглядело пугающе спокойным и ничем не выдавало настоящих эмоций. «Что делать? Как выбраться?» «Рог!» Демонический рог, полученный от Альфаса. О побочных эффектах ничего не было известно, однако рог, по слухам, даровал врождённую силу демона. С его помощью можно либо убить Джулиана, либо получить достаточно мощи, чтобы сбежать. Джошуа резко повернулся к принесённому футляру. «…Нет?» Но футляра на прежнем месте не оказалось. Лихорадочно осмотрев комнату, Джошуа наконец заметил футляр. Он был пуст. — Э-это… демонический рог? По злой иронии рог выпал прямо перед побеждённым магом. Скрючившись от боли, Уильям схватил рог раненой рукой и, словно одержимый, поднёс его ко рту. ---------- Реплика В игре «Let’s Kill the Demon King Now» реликвия под названием «Чаша Демонического бога» создавала демонические рога. Они даровали огромную силу, но цена была не менее страшной. Демонизация. Человек поглощал остатки сознания Демонического бога Барбатоса, терял собственную личность и превращался в демона, живущего одними инстинктами. — Ух… у-у… Кха-а-а-а! Хруст. Скрежет. Процесс выглядел по-настоящему чудовищно. Под леденящий душу хруст выворачивающихся костей тело Уильяма раздувалось, а из всех отверстий начала сочиться фиолетовая слизь. Крики невыносимой боли постепенно сменились звериным рёвом, и вскоре в его глазах не осталось ничего, кроме жажды убийства. — Ч-что это такое?! Наблюдавший за превращением Джошуа в ужасе отшатнулся. — Альфас… безумный ублюдок! Ты сказал, что я получу силу демона, а не превращусь в него! — А-а, так этот рог принесли вы? По тому, как Джошуа заговорил о роге, я без труда понял, что тот принадлежал ему. Способ применения рогов был известен лишь членам Ордена Рассвета, поэтому я предполагал, что предмет принадлежал магу, связанному с орденом. — Это… ну… — Альфас, значит… Из бормотания Джошуа стало примерно понятно, откуда взялся рог. Альфас Майенд. Член Ордена Рассвета, питавший к Джулиану особенно сильную ненависть. Я не знал, что именно связывало его с Джошуа, но связь явно существовала. «Хорошо хотя бы, что это не настоящий рог, а реплика». Происходящее напоминало демона из трущоб, с которым я уже сталкивался. Значит, это и был один из «аномальных случаев демонизации», о которых спрашивала Элеонора. Разумеется, реплика не могла воспроизвести и половины возможностей рога, созданного Чашей Демонического бога. Из-за примесей это был низкокачественный предмет, способный даровать силу не выше уровня двурогого демона. — Кр-р-р… Кха-а-а-а! Но даже двурогий демон был слишком опасен для измотанного Джошуа. Он смотрел на существо, чья враждебность становилась всё очевиднее, и цепенел от страха. Демон почувствовал это и повернулся к нему. — Я… я должен выжить. Выжить… Реплика уступала оригиналу, поэтому сразу после активации человек ещё не полностью утрачивал сознание. Его действия определяло последнее сохранившееся желание. — И-и-и! Грубая, ничем не прикрытая жажда убийства. Когда она обрушилась на Джошуа, его лицо исказилось ещё сильнее. — Джулиан! Я-я был неправ! Пожалуйста, разберись с этим демоном! — Один из вас ещё жив, разве нет? — Ты… ты тоже Крайпарт! Ты обязан меня защитить! Этот человек только что называл меня отребьем боковой ветви, проник в мой дом, устроил засаду и пытался убить. А теперь требовал, чтобы я спас его от демона. Пока Джошуа в ужасе умолял, существо медленно приближалось, шаг за шагом. Во взгляде, в котором не осталось ничего человеческого, застыла безжалостная решимость. — Я выживу. Я выживу. Свист! Похоже, в его сознании сохранилась лишь одна мысль: выжить. Демон внезапно прыгнул и в одно мгновение оказался перед Джошуа. Рана на правом плече, оставленная мечом, во время демонизации полностью зажила. Правая рука двигалась свободно и тут же обрушилась вниз. — А-а-а-а! Джошуа, судя по всему, не пренебрегал тренировками и инстинктивно подставил меч под удар. — Н-нет! Лязг! Но то ли из-за истощения, то ли из-за разницы в силе клинок вылетел из его рук. Клинок отлетел ему за спину. Стоило Джошуа повернуться за оружием, и быстрый демон сразу нанёс бы смертельный удар. — Хе-хе. Если не постараетесь, и правда можете умереть. Джошуа поочерёдно смотрел то на демона, то на меня, и в его глазах появились слёзы. — Д-Джулиан… б-брат, пожалуйста… «Брат?» Какая нелепость. На свадьбе он с пеной у рта кричал, что никогда не признает родственником низкородного полукровку. Теперь же сам называл меня братом. — Кр-р… Кр-р-р. Демон окончательно усвоил энергию рога. Из горла вырывались уже не человеческие слова, а звериные звуки. Он посмотрел на Джошуа, полностью утратившего волю к борьбе, но затем по непонятной причине перевёл взгляд на меня. «Демон остаётся демоном». Стоило мне увидеть, как маг окончательно потерял человечность, и тело само напряглось. Наверняка сказывался инстинкт охотника на демонов: глубокое отвращение вскипало внутри и превращалось в жажду убийства, которую существо тоже почувствовало. «Какая мерзкая тварь». Джулиан настолько ненавидел демонов, но при этом жаждал их силы. Я мысленно покачал головой, поражаясь его лицемерию, и поднял меч. — Кха-а-а-а! Почувствовав направленную на него жажду убийства, демон рванул вперёд с невероятной скоростью. Он двигался почти так же быстро, как двурогий демон из особого района Джулин. Но после завершения Лунного Меча эта скорость казалась мне жалкой. — Ко мне ползёт червь. Тварь осмелилась направить на меня жажду убийства. Разозлившись на эту наглость, я пропустил её ближе и рассёк ноги залитым лунным светом клинком. Огромное тело, с лёгкостью отбившее меч Джошуа, разошлось, словно бумага, едва наполненный маной Лунный Меч коснулся плоти. Демон рухнул вперёд. — Кха-а! — И-и-и! От грохота и брызнувшей фиолетовой крови Джошуа издал странный писк. Не обращая на него внимания, я снова замахнулся и направил клинок в плечо упавшей твари. — Кха-а-а! Свист! В этот момент «Прирождённый фехтовальщик» предупредил об опасности. Я отступил, и громадная ладонь рассекла воздух там, где только что находилось моё тело. — Хм. Несмотря на перерубленные ноги, демон уже снова стоял. Заинтересовавшись, я внимательно посмотрел на его ноги. Лунный Меч точно отсёк конечности. Но плоть пузырилась и прямо на глазах восстанавливалась. «Понятно. Регенерация». Согласно игровым правилам, демонизация обычно усиливала способности, которыми человек владел раньше. Однако если последние остатки сознания цеплялись за особенно сильное желание, оно могло воплотиться в новую демоническую способность. Уильям до ужаса боялся Джулиана и отчаянно хотел жить. Именно это желание и даровало ему регенерацию. — Как вообще можно убить подобное?! В отличие от паникующего Джошуа, я почувствовал облегчение. До превращения Уильям был магом. Причём не обычным: он владел заклинаниями верхней ступени четвёртого круга. Если бы после демонизации его сложные магические способности усилились, противник оказался бы крайне неприятным. Но если он получил только регенерацию… С этим я справлюсь. «Сработала черта „Проницательность“? Я отчётливо вижу ядро». Даже регенерирующий демон не бессмертен. У людей есть сердце, а у демонов — ядро. В ядре постепенно скапливались отрицательные эмоции, обрывки мыслей и демоническая энергия, пока оно в конце концов не превращалось в Камень души. «Проверим». Я усилил тело маной и бросился на демона. — Кр-р-р! Увидев меня, он взревел и взмахнул правой рукой. Я уже поймал ритм движений и провёл мечом снизу вверх по диагонали. Шурх! — Кха-а-а! Наполненный маной клинок отсёк правую руку. Вязкая кровь хлынула в лицо и закрыла обзор. Демон завопил от боли, но безрассудно продолжил атаку левой рукой. Однако рисунок его движений уже отпечатался в памяти. — Зачем продолжать столь бессмысленное сопротивление? — Осмелиться бросить вызов мне, охотнику на демонов… Вполне в духе ничтожного мусора. От непроизвольной тирады в стиле Джулиана меня самого передёрнуло. Я развернул бёдра и снова взмахнул мечом. Теперь слетела левая рука. — Кха-а-а! Не обращая внимания на рёв, я направил остриё в ядро, находившееся внутри головы. Демон запаниковал. На обрубках вспухли пузыри, и стремительно восстанавливающиеся конечности попытались остановить клинок. — Сгинь, паразит. Окутанный мягким лунным сиянием меч прошил регенерирующие руки и добрался до ядра в голове. — Я — Джулиан, охотник на демонов. Ху-ху. — Кхр… кхр… Из горла вырвался последний затихающий хрип. Пузырение прекратилось, безумный блеск исчез из расфокусированных глаз, и тело обмякло, словно соломенная кукла. «…„Сгинь, паразит“? Что за херню я несу?» Очередная привычная фраза сорвалась сама собой. Я повернулся к Джошуа. — Невозможно… Он стоял, парализованный потрясением, и лишь бессвязно бормотал. Я улыбнулся настолько приветливо, насколько вообще умел, и стряхнул с меча липкую кровь. Капли упали совсем рядом с ним. За ночную засаду Джошуа заслуживал сурового наказания. Однако у него всё ещё имелось определённое влияние в семье Крайпарт. «Неплохо будет получить на него рычаг давления». Хотя бы из вредности. — Быстро садитесь. Я указал на кресло, сохраняя, пожалуй, самую сияющую улыбку в жизни. Почему-то над головой Джошуа поднялся самый тёмный фиолетовый туман, который я когда-либо видел. — Д-да, старший брат! *** — Значит, рог-реплика… После завершения кошмарной ночи я убрал остатки рога в ящик для хранения и задумчиво пробормотал. Так рано увидеть в столице реплику, подобную той, что встретилась в трущобах… В каноне Орден Рассвета действительно распространял свою деятельность на столицу, а искусственные рога создавали немало проблем. Но сейчас было слишком рано. По первоначальной временной линии этим должна была заняться Линне Рондвейл, ученица Святого Меча, уже после окончания академии. История реплик была тесно связана с её местью, поэтому эта сюжетная линия обычно разворачивалась вокруг неё. «Теперь я не игрок и вряд ли слишком глубоко вмешаюсь в её линию…» И всё же появление реплики в столице опережало события. Я подошёл к окну. В широком проёме сияла полная луна. — В обычном сюжете развитию истории искусственных рогов должен был помешать Чёрный Рыцарь. Чёрный Рыцарь. В игре он скрывал личность за чёрной маской и тайно разрушал планы Ордена Рассвета в имперской столице. На самом деле под маской скрывался Хейден Райх — главный герой и Святой Меч. «Если Чёрный Рыцарь уже действует, по столице должны ходить слухи о репликах. Но вокруг тишина». Почему? По сюжету Чёрный Рыцарь впервые заявлял о себе, сорвав попытку епископа Пинтеля получить Камень души. «Именно поэтому его имя так хорошо отпечаталось в памяти». Одной из ключевых развилок игры было задание «Сорвать план епископа Пинтеля». «Но столица пугающе спокойна». Неужели Чёрный Рыцарь ещё не появился? «Это будет проблемой». Чтобы предотвратить воскрешение Демонического бога и уничтожить Орден Рассвета, мне требовался такой незримый союзник. Если Чёрный Рыцарь останется бездействовать… «Нет, такого быть не может». Я покачал головой, отгоняя мрачные мысли. Хейден Райх не станет молча наблюдать, как жители империи оказываются в опасности. Дело было даже не в сюжетной линии, а в моём доверии к нему. В конце концов, он главный герой. «Как бы там ни было, сейчас важно другое». Я отбросил лишние размышления и снова посмотрел на ящик с демоническим рогом. — Нужно преподать им показательный урок. ---------- Предупреждение в мой адрес (1) — Господин, что здесь, во имя всего святого, произошло? Раннее утро. Слуги, только что пришедшие на работу, не могли скрыть потрясения при виде поместья. Некоторые переводили взгляд с разгромленного поместья на меня, а затем начинали перешёптываться. — Когда мы прибыли, здесь всё было разнесено! — Да, повсюду кровь… — Вы правда провели ночь в таком месте? — А главный дворецкий сказал, что незваных гостей было больше десяти… Неужели вы справились со всеми один? Они смотрели на меня с неверием, почти как на чудовище. Но я не обращал внимания. Разве не естественно было испугаться такого вторжения? Даже сейчас при воспоминании о прошлой ночи у меня начинали неудержимо дрожать руки и ноги. Сохранить спокойствие удалось лишь благодаря одной мысли: я обязан идеально изображать Джулиана. Любой обычный человек наверняка оцепенел бы при виде крови и трупов, но мне следовало выглядеть как можно невозмутимее. Слухи о произошедшем неизбежно разойдутся по столице. Лучшее, что я мог сделать, — укрепить репутацию «Улыбающегося Палача». — Господин, а с этим что делать? — Если это пустяк, не тревожьте меня… Я повернул голову и увидел в руках слуги разбитый горшок с табличкой «Анжелика». Его жалкий вид неожиданно больно кольнул меня в сердце. — Похороните её как следует во дворе. *** Как и ожидалось, весть о том, что я отбил нападение на поместье, разлетелась очень быстро. — Говорят, «Улыбающийся Палач» перебил всех, кто ворвался в его дом. — Напасть на поместье Джулиана? Они совсем ебанулись? Слух сразу стал любимой темой дворян, обожавших сплетни. Одни пытались хоть немного отвлечься от мира, где знать непрерывно грызлась между собой, другие хотели заполучить эффектную историю для светских разговоров. В результате рассказ обрастал подробностями и становился всё нелепее. — Господин Джулиан, императорская семья всерьёз обсуждает случившееся. Я слышала, вы в одиночку уничтожили целый рыцарский орден? Слух раздулся до чудовищных размеров. Он вырос из реального события, но теперь превратился в пустую придворную байку. — Уничтожить рыцарский орден… Разве я способен провернуть такое всего за одну ночь, командир Одвин? — Пожалуй, нет. — Вот именно. Я лишь избавился от нескольких мерзких незваных гостей. Услышав мой будничный тон, Одвин тихо усмехнулась. — Даже это трудно назвать пустяком, не находите? — Вот как? Для меня подобное — обычная рутина. — Жизнь, в которой такое стало рутиной, вряд ли можно считать нормальной… В глубине души я был с ней полностью согласен. Жизнь, в которой враги копят обиды и приходят убивать тебя по ночам, — разве это не очевидный провал? Очень хотелось высказать командиру Одвин своё настоящее мнение, но я сдержался и лишь уверенно пожал плечами. — После всего произошедшего вам не помешал бы отдых. Обязанности практического инструктора в академии Байер можно передать другому сотруднику… — Нет, всё в порядке. Когда я отказался, Одвин посмотрела с любопытством. — Я не настолько слаб, чтобы прекращать работу из-за мелкого происшествия. На самом деле я отчаянно хотел отдохнуть, но Джулиан ни за что не взял бы отпуск по такой причине. «К тому же, если откажусь от академии, меня могут отправить на празднование Дня Победы». А встречаться лицом к лицу со Святым Мечом мне всё ещё не хотелось. — Что ж, своё тело вы знаете лучше. Тогда я сообщу академии. Получив подтверждение, я коротко кивнул и вышел из кабинета командира. С формальной стороной отчёта о нападении на Джулиана было почти покончено. Оставалось разобраться с репликой. «…Оставить это без внимания нельзя». И рог, попавший к Джошуа, и «Монсеньор», пытавшийся напасть на меня, были тесно связаны с Орденом Рассвета. В такой ситуации следовало потребовать ответа от руководства ордена, закрывавшего глаза на происходящее. «Блять! Я ведь просто хотел ничего не делать!» Но сам мир словно вынуждал Джулиана не игнорировать проблему. *** — Епископ Элеонора, давненько не виделись. — Надо же, епископ Айден. Что привело вас в монастырь Генмель? Элеонора встретила его улыбкой, за которой словно прятались шипы. Епископы вступали в Орден Рассвета ради собственных интересов, поэтому равные по рангу неизбежно становились соперниками. — Что ещё может привести меня в монастырь Генмель, кроме аудиенции у архиепископа Тенелона? Айден широко улыбнулся, изображая добродушие. Но Элеонора давно видела скрытое за ним коварство. Айден де Донасьен. Представитель прямой линии Донасьен — одного из Четырёх великих домов империи и символа магии — и главный претендент на пост главы семьи. Он был одержим родовой мечтой о создании философского камня — «Эликсира» — и известен болезненной приверженностью чистоте крови. — Какая досада. Боюсь, у меня назначена встреча с архиепископом раньше вас. — Ха-ха. Значит, мне придётся подождать в приёмном зале. Айден сохранил приветливую улыбку и вместе с Элеонорой направился к месту, где находился архиепископ. «Погодите». Она будто невзначай оглянулась на него. Элеонора пришла в монастырь Генмель обсудить искусственные рога — реплики, распространившиеся по трущобам и столице. Они уступали рогам Тенелона и содержали множество примесей, но всё равно вызывали демонизацию. «Такие реплики нельзя изготовить без оригинала». Скорее всего, их создавал один из епископов Ордена Рассвета, имевший доступ к настоящим рогам. Это оставалось лишь догадкой, однако Айден был главным подозреваемым. «Рога архиепископа обладают свойствами, близкими к свойствам Эликсира Айдена». Если подозрение верно, Айден тайно ставил опыты на мирных жителях, пытаясь завершить работу над собственным Эликсиром. «Нет. Не стоит спешить с выводами. Доказательств пока нет. Если виноват он, достаточно сообщить архиепископу». Но затем возник другой вопрос. Стал бы нынешний глава Ордена Рассвета Тенелон сожалеть из-за жертв искусственных рогов и наказывать виновного? Возможно, он сам приказал епископам создавать реплики. Ради падения империи. Ради скорейшего убийства ненавистного Святого Меча Хейдена Райха. «Если Тенелон замешан, поднимать вопрос здесь невыгодно». Противоречивые мысли теснились в голове Элеоноры. Решение она приняла лишь в приёмном зале, оказавшись перед архиепископом. — Приветствую вас, архиепископ. Надеюсь, вы пребываете в добром здравии. — Да, епископ Элеонора. Мне сообщили, что вы хотели поговорить. — Нет. Похоже, полученная мной информация была ошибочной. Прошу прощения… Бах! Посреди её фразы двери внезапно распахнулись, и в зал вошёл мужчина. Он держался сдержанно, но в каждом его шаге ощущались благородное достоинство и уверенность. Его лицо украшала неизменная узкоглазая улыбка. Джулиан. — Епископ Джулиан! С-сейчас в приёмном зале уже находятся другие епископы!.. Один из растерявшихся монахов у двери попытался остановить его. Джулиан мгновенно вытащил меч и направил острие на монаха. — А-а…! В зале сразу повисло тяжёлое напряжение. Обнажить оружие в покоях архиепископа означало оскорбить священный порядок. Но от Джулиана исходила настолько подавляющая аура, что никто не решался приблизиться. — …Епископ Джулиан, что вы себе позволяете? Тенелон нарушил молчание голосом, пропитанным раздражением. Я несколько секунд смотрел в глаза, скрытые за маской. Затем убрал меч, порылся в кармане и бросил что-то на пол. Стук! Это был рог, оставшийся от напавшего на меня Уильяма. — Досточтимый архиепископ. Вам известно, что по столице распространяются низкосортные копии рогов, создавать которые способны лишь вы? «Что? Это должна была сказать я». Вопрос, который собиралась поднять Элеонора, прозвучал из уст Джулиана. Все монахи смотрели на меня. Отступать было уже некуда. «Я всё-таки это сделал». Пусть меч был направлен лишь на обычного монаха, само обнажение оружия в зале аудиенций бросало вызов власти архиепископа. Вся враждебность вокруг сосредоточилась на мне, и казалось, в любой момент вспыхнет насилие. Но жребий уже был брошен. Я не мог закрыть глаза на происходящее, а значит, этот шаг был необходим. — Низкосортные копии рогов?.. Услышав меня, Тенелон не стал отвечать сразу и задумчиво посмотрел на меня. — Хм. Пока он размышлял, в разговор вмешался другой епископ. — Епископ Джулиан. Это был Айден де Донасьен — мужчина с безупречными манерами. — Прежде чем выяснять правдивость ваших обвинений, следует обсудить поведение, недостойное епископа. Встретившись со мной взглядом, Айден едва заметно, почти понимающе улыбнулся. Его голос звучал непринуждённо, но властно, выдавая полную уверенность в себе. И всё же скрыть «Цвет Негатива», который видел только я, он не мог. — Пусть архиепископ и благоволит вам, врываться в зал аудиенций с обнажённым мечом — довольно варварский поступок, не находите? Над его головой клубилась фиолетовая дымка, однако речь оставалась ровной. — Ха. Как забавно. Я усмехнулся, и Айден на мгновение растерялся. — Что именно вас забавляет? — Разве не смешно слышать подобное от епископа Айдена, который своими поддельными рогами сам поставил Орден Рассвета под угрозу? Я коротко взглянул на лежавший на полу рог, затем снова посмотрел на Айдена. Тот кашлянул. — Ч-что вы имеете в виду? Мне ничего не известно… — Стремления семьи достойны уважения. С безмятежной улыбкой я продолжил: — Желание — могущественная сила, которая поддерживает существование Ордена Рассвета. — Кхм. — Но если эта жажда угрожает разоблачить нас… Я намеренно оборвал фразу и внимательно изучил его лицо. Несмотря на исходящий от него страх, Айден небрежно пожал плечами. — Епископ Джулиан, мне трудно вас понять. Как стремление Донасьен связано с теми самыми поддельными рогами? «Он намеренно строит дурака?» От его притворного невежества во мне начал закипать гнев. «Если бездумно штамповать реплики, их обязательно заметят Святой Меч или императорская семья!» Пусть сам Айден хоть сдохнет — мне было всё равно. Но если раскроют Орден Рассвета… «Меня тоже признают его членом!» Даже идеальный «Улыбающийся Палач» не смог бы противостоять всей мощи империи. Можно ли было это допустить? Ни за что. — Философский камень, универсальное лекарство — Эликсир. Всем известно, что семья Донасьен мечтает создать этот мифический предмет. А рог, изготовленный архиепископом… — Благодарю за столь высокую оценку наших стремлений. — Епископ Айден, я пытаюсь сказать… — И всё же не понимаю. Какая связь между мечтой Донасьен и вашими так называемыми поддельными рогами? ⇒ Активирована уникальная черта «Открытые глаза». — Говори. ---------- Предупреждение в мой адрес (2) ⇒ Проявилась уникальная черта «Открытые глаза». — Я… вообще-то ещё говорю! Треск! Пол зала аудиенций раскололся, в стороны полетели каменные осколки. Джулиан, всегда державший глаза закрытыми, распахнул их, и из тела вырвалась чудовищная аура. Каждое его слово пропиталось жаждой убийства. Эта аура напоминала суровую зиму. Джулиан и прежде вёл себя высокомерно в Ордене Рассвета, однако настолько неприкрытой жажды убийства ещё не показывал. Он словно вовсе не собирался скрывать враждебность, а клинок в его руке начал окрашиваться лунным светом. Лунный Меч — главное искусство Джулиана. Когда проявился прекрасный и смертоносный клинок, тусклый зал наполнился лунным сиянием. — И-и-и…! Фелхор, носивший звание монсеньора и уже однажды подавленный этим светом, побледнел и невольно отступил. — Кхе… кхе. Но сильнее всех это давление ощущал Айден. Под убийственной аурой Джулиана он начал кашлять, словно ему не хватало воздуха. «Как и думала… чудовище остаётся чудовищем». Наблюдая за Джулианом, Элеонора изумлённо цокнула языком. Непревзойдённая, подавляющая сила. Даже малой части этой силы, выпущенной без всякой маскировки, хватило, чтобы Айден начал задыхаться. — Боже. Кажется, я немного увлёкся. Поняв, что зашёл слишком далеко, Джулиан неловко улыбнулся и начал сдерживать разлившееся вокруг убийственное намерение. Элеонора сомневалась, что он остановился из заботы об Айдене. Джулиан не признавал власть Тенелона, но ради собственных целей явно притворялся, будто уважает её. — Впечатляет, — произнёс Тенелон. Даже за маской чувствовалась улыбка. Притворство Джулиана его, похоже, не беспокоило. — Одной аурой ты подавил собравшихся здесь епископов и верующих. Тенелон ценил всех епископов, но Джулиану доверял особенно сильно. «Человек, чья сила сравнима с ненавистным ему Святым Мечом Хейденом Райхом». Как и Тенелон, Джулиан пережил унижение от рук Святого Меча, но при этом сам обладал силой его ученика. Иметь на своей стороне человека, способного владеть легендарным клинком Святого Меча, было поистине завидным преимуществом. — Епископ Айден. — Да, архиепископ. — Вы создаёте копии рогов, как утверждает епископ Джулиан? От мягкого тона Тенелона Айден вздрогнул и ненадолго опустил голову. Он нервно облизнул губы, а затем вновь поднял взгляд. — …Да. Это правда. — Это нехорошо. Вы действовали самостоятельно и создавали подобные вещи, ничего мне не сообщив. «Так и есть». Элеонора убедилась, что верно истолковала беспокойство Айдена. — Но особенно меня это не тревожит, — с равнодушным видом продолжил Тенелон. — По сравнению с настоящим рогом, который создаю я, низкосортная реплика не представляет проблемы. Если такая подделка способна противостоять императорской семье, пусть существует. Получив подтверждение, что Тенелон готов закрыть глаза на производство искусственных рогов, Элеонора едва заметно кивнула. «Значит, он простит и опыты над простолюдинами?» Она хотела поднять этот вопрос, но поняла, что смысла нет. Обычная мораль здесь наверняка никого не интересовала. — Он ставит опыты на простолюдинах, чтобы усовершенствовать реплики. Вы и на это закроете глаза? Элеонора удивлённо взглянула на Джулиана. Он снова произнёс именно тот вопрос, который собиралась задать она. — Подданные империи, живущие по её законам, разделяют имперские идеалы. Если их использование укрепит Орден Рассвета, что в этом плохого? Софистика, полная противоречий и чудовищного эгоизма. Ценности Тенелона оказались совсем не такими, какими Элеонора представляла себе идеалы Ордена Рассвета. Одновременно ей стало интересно, как Джулиан относится к простолюдинам. Он вступил в орден ради силы. Он отчаянно желал получить рог. И всё же теперь он спрашивал, допустимы ли опыты над обычными людьми. — Меня беспокоит лишь то, что искусственные рога оставят след, ведущий к нам, — ответил Джулиан. Элеонора поняла: им двигало не сочувствие к простолюдинам, а желание защитить себя. — Чем больше искусственных демонов появится, тем пристальнее будут следить за теми, кто ими пользуется, даже если никто не узнает о нашем участии. Каким бы умелым ни был епископ Айден, от всех разведывательных сетей не скрыться. — Хм… верно. — Поэтому от опытов над простолюдинами лучше отказаться, епископ Айден. Ху-ху. Джулиан коротко рассмеялся. В начале разговора Айден ещё мог спокойно обмениваться с ним колкостями, но теперь уже не мог сохранять невозмутимость. — Для человека с прозвищем «Улыбающийся Палач» вы слишком сильно печётесь о жалких простолюдинах, епископ Джулиан. Почувствовав, что разговор складывается не в его пользу, Айден попытался спровоцировать противника насмешкой. — Я слышал, вы выращиваете орхидеи. Разве обычные люди для вас не дешевле этих цветов? — Хе-хе. Как такое возможно? — Если бы это было не так, вы не исполняли бы приказы империи вслепую, убивая её граждан. Слова Айдена сочились злобой, но Джулиан демонстративно отвернулся, словно не счёл их достойными ответа. Он явно не собирался реагировать на пустую провокацию. И всё же Элеонора увидела, как едва заметно дрогнули его пальцы. Неужели от гнева? Или из-за раскаяния за убитых простолюдинов? «Нет… не может быть». Обе догадки были совершенно неверны. Пальцы Джулиана дрожали совсем по другой причине. «…Анжелика». Упоминание орхидей напомнило о внезапной утрате Анжелики. *** — Проклятый ублюдок… Покинув монастырь Генмель, Айден сел в карету. Он смотрел, как здание удаляется, а его бешено колотившееся сердце постепенно успокаивалось. На смену страху пришло раздражение. Джулиан. Айден испытывал облегчение оттого, что оказался подальше от этого чудовища. Одновременно он испытывал унижение из-за того, что тот помешал его исследованиям. Два несовместимых чувства смешались, и Айден не удержался от тихого проклятия. «Хорошо, что Тенелон проявил снисхождение, но теперь продолжать опыты с репликами будет трудно». Айден рискнул связаться с Орденом Рассвета, несмотря на преследование императора, исключительно ради мечты семьи. Теперь работа на пути к этой цели временно остановилась, и Айден не мог не испытывать нетерпения. «Нет. Эликсир из демонического рога можно создать позже». Спешка приведёт лишь к провалу. Раскаяния Айден не испытывал, но понимал: пока Джулиан наблюдает, дальнейшие эксперименты над людьми невозможны. «Может, сделать решительный шаг?..» Как бы ни хотелось избежать риска, другого выбора не оставалось. Айден обратился к кучеру: — Альфас Майенд. Услышав имя, тот откинул капюшон и посмотрел назад. — Ты сможешь уйти от преследования Крайпарт? — Да. В дело вовлечена не вся семья, а те, кого Джошуа способен задействовать напрямую, уступают мне как минимум на один класс даже среди рыцарей. На лице Альфаса появилась саркастическая улыбка. На коже ещё оставались следы крови. — Тогда спрошу ещё раз. Ты всё ещё считаешь себя моим должником? Альфас кивнул. — Моя жизнь должна была закончиться на плахе, но милость господина Айдена спасла меня. Я никогда не забуду этот долг. — Хорошо. Довольный непоколебимым ответом, Айден улыбнулся. — Тогда любым способом принеси мне голову Джулиана. *** После предупреждения в монастыре Генмель массовое производство искусственных рогов должно было замедлиться. Святой Меч и императорская семья, выслеживавшие Орден Рассвета, тоже узнают о репликах не сразу, а значит, я выиграл время. «Проблема в том, что затаивший на меня обиду Айден может выкинуть какую-нибудь глупость». Осмелится ли он действовать безрассудно? Вряд ли нападение на поместье организовал сам Айден. Но ради мечты семьи этот человек без колебаний переступал любые границы человечности. «После такого жёсткого предупреждения он не должен торопиться». Айден был магом до мозга костей, а потому оставался непредсказуемым. И всё же инстинкт самосохранения должен был подсказать, что превращать Джулиана во врага опасно. Тук-тук. — Вы звали меня, господин Джулиан? На следующее утро Лазлот вошёл в кабинет, и я перевёл на него взгляд. — Проходите. Я легко улыбнулся. Над его головой сразу зашевелился слабый фиолетовый оттенок. Раньше я попытался бы успокоить его, но теперь понимал: небольшой страх делает Лазлота послушнее. Поэтому не стал обращать внимания. — Ваш доклад о готовящемся нападении членов Ордена Рассвета очень помог. Если в будущем узнаете что-нибудь ещё, сообщайте немедленно. — Да, господин Джулиан. Но одного кнута для хорошей работы недостаточно. Иногда требовался и пряник. — Лазлот, возьмите это перед уходом. — …Что? Он заметно напрягся, сглотнул и осторожно принял документ. — Что это? Читая документ, Лазлот задержал взгляд на крупной печати академии Байер внизу страницы. — Разве это не… рекомендация для поступления в академию Байер? — Да. Обещанное письмо. — Обещанное? — Разве я не говорил, что, если вы станете моим информатором внутри Ордена Рассвета, помогу детям из приюта получить шанс поступить в академию? Называть их «низшими» было неприятно, но Джулиан наверняка выразился бы именно так. Лазлот снова посмотрел на документ. — Это подделка? Адратанская империя была одной из великих держав континента и обладала огромной мощью. Образованию здесь уделяли особое внимание. Академия Байер считалась лучшим учебным заведением империи, и желающих поступить туда всегда было бесчисленное множество. Даже знатные дворяне часто не получали места, поскольку к вступительным испытаниям допускали далеко не всех. Поэтому подозрение Лазлота было понятно. Подобные рекомендации редко удавалось заполучить даже великим домам. — Вы намекаете, что я, Джулиан, подделал документ? Я мог с уверенностью сказать: письмо было настоящим. Недавно я исполнил поручение «Закрытых Глаз», прочитав специальную лекцию, и получил рекомендацию от заместителя директора Аллома Чорни. — Н-нет, что вы! Как я мог… — Рад слышать. Это письмо позволит детям из вашего родного приюта пройти вступительное испытание. Молча выслушав, Лазлот встретился со мной взглядом. В его тревожных глазах отражался узкоглазый Джулиан, совсем не похожий на благодетеля. Хотя я всего лишь честно выполнял своё обещание. — Выгляжу я всё-таки… пугающе. — Простите? — Ничего. На этом я закончил разговор, поднялся и взял сюртук. Об академии Байер мы снова заговорили неслучайно. Сегодня там проходил практический экзамен, на котором мне предстояло работать инструктором. «Хотя бы сегодня всё закончится». С этой обнадёживающей мыслью я отправился в академию. Но почему-то с каждым шагом ноги становились всё тяжелее. ---------- Старая ненависть Линне Рондвейл. Её трагедия произошла, когда ей было шестнадцать. В тот день стояла необычная тишина. Не слышалось ни привычного пения птиц, ни суеты слуг. Линне поняла, что случилось нечто страшное, когда увидела у входа дворецкого, который всегда выходил её встречать. — Ч-что здесь произошло?.. Его тело медленно остывало в луже крови. Одного этого зрелища хватало, чтобы понять: рядом опасность. — …Глупец Дерейн. Не думал, что зашёл слишком далеко? Затаив дыхание, Линне медленно приблизилась к окну, из-за которого доносился тихий голос. Через окно она увидела человека в чёрном капюшоне и отца, стоявшего на коленях в луже собственной крови. «Отец…!» Ей хотелось закричать и немедленно броситься к нему, но зловещая атмосфера заставила инстинктивно зажать рот ладонью. — Ты мне с самого начала не нравился. Особенно эта твоя физиономия пиявки… Мужчина с мечом приблизился к её отцу. Линне почувствовала, что сейчас произойдёт нечто необратимое. «Что вообще происходит?..» Первобытный страх сковал тело и превратил её в статую. В этот миг отец, вероятно заметив дочь за окном, посмотрел на неё. В его глазах мелькнула надежда. Стараясь не привлечь внимания нападавшего, он едва заметно шевельнул губами. «Беги». Именно это он сказал. — Хех. Не следовало уходить из Ордена Рассвета. К счастью, убийца не заметил его движения. Он презрительно усмехнулся и поднял меч над стоявшим на коленях отцом Линне. «Нет!» Свист. Стук. Звук рассечённой плоти. Затем — глухой стук чего-то упавшего на пол. Линне крепко зажмурилась и отвернулась. Как бы ни хотелось закричать и выбежать наружу, она ничего не могла сделать. Помня последнюю просьбу отца, девушка зажала рот ладонью и тихо покинула дом, словно вообще сюда не приходила. Когда она уходила, лицо отца почему-то выглядело умиротворённым. *** — Любимый… Любимый! — Старший брат, ты не можешь вот так нас покинуть!.. В день, когда отца положили в гроб, Линне не плакала вместе с остальными. Нет. Она не могла позволить себе слёзы. Плакать можно будет после завершения мести. «Орден Рассвета…» Это название въелось ей в кости. И ещё… «Шрам на шее». Когда убийца занёс меч, капюшон сдвинулся и обнажил старый шрам. Линне запомнила его до мельчайших деталей. «Мне нужна сила». Она разыскала человека, которого называли сильнейшим среди звёзд Адратанской империи. Святого Меча Хейдена Райха. — Я хочу отомстить. Научите меня владеть мечом. После года беспощадных тренировок под руководством Святого Меча она поступила в прославленную академию Байер. — Линне, ты невероятная! — Да! Ты управляешь аурой лучше обычного рыцаря! Даже в академии с её высочайшими требованиями среди ровесников почти не было тех, кто мог сравниться с ней. Некогда непривычная рукоять меча со временем стала естественным продолжением её руки. И всё же Линне постоянно ощущала себя недостаточно сильной. Возможно, вокруг неё было слишком много чудовищ. Святой Меч. Джулиан. Орден Рассвета. Большинство будущих рыцарей брали меч задолго до десяти лет. А что насчёт неё? Линне начала тренироваться ради мести лишь в шестнадцать. Как минимум на шесть лет позже остальных. — На практическом экзамене Линне точно займёт первое место, да? — Разумеется! Даже сомнений нет! — Гений. Настоящий гений! — Гений среди гениев! Но окружающие, вопреки её опасениям, называли Линне гением. Помимо таланта, она обучалась у самого Святого Меча. Было бы странно, если бы она уступала людям, проходившим обычную подготовку. Однако Линне не позволяла себе довольствоваться этим. Она тренировалась ещё усерднее и цеплялась за звание гения. «Я обязана быть гением». Чтобы настичь мечника, убившего её отца, ей нужно было намного опередить всех остальных. Но… — Госпожа Линне, с тех пор вы совершенно не изменились. Такими темпами ничем не будете отличаться от остальных. Оценка Джулиана прозвучала как гром среди ясного неба. Линне опустошённо подняла на него глаза. Обычно этот хитрый узкоглазый мужчина прятал всё за улыбкой, но сейчас пристально смотрел прямо на неё. — …Господин Джулиан, что вы хотите сказать? — О, я оговорился. Прошу простить ненужное замечание, госпожа Линне. Он безразлично пожал плечами и уже собирался уйти. Но Линне не могла позволить ему уйти после настолько возмутительных слов. — Практический экзамен проверял владение аурой, разве нет? Я получила высшую оценку. Она настойчиво напомнила о результатах недавнего испытания для будущих рыцарей. — Да. Вы действительно «Ле Мейер», лучшая на курсе. Этого никто не отрицает. — Тогда возьмите свои прежние слова назад. По итогам экзамена Линне превзошла всех сверстников и не могла согласиться с его оценкой. Она не позволила бы Джулиану обесценить её старания. — Ха-а… Он тяжело вздохнул, словно оказался в затруднительном положении. Такое поведение было для него непривычным, но сейчас главное — заставить его исправить сказанное. — По меркам академии вы действительно лучшая. Но если выйти за их пределы… ваш талант совершенно средний. Похоже, этот узкоглазый мужчина вообще не собирался брать слова назад. В другое время Линне могла бы счесть всё шуткой. Джулиан испытывал к Святому Мечу и искажённое уважение, и чувство неполноценности. Такое замечание легко можно было принять за обычную провокацию. Но… «Почему он говорит это сейчас?» После событий в трущобах, встречи в кузнице и специальной лекции Линне уже не могла смотреть на него по-прежнему. Она на собственном опыте почувствовала подавляющую разницу в мастерстве. И где-то глубоко внутри признала его силу. — …Почему? Поэтому слова о «среднем таланте» нельзя было просто отбросить как случайную оговорку. — У вас должна быть причина. Объясните. Похоже, загнанный в угол её настойчивостью, Джулиан ответил неохотно. — Между той вами, которую я видел во время задания в трущобах, и вами нынешней почти нет разницы, госпожа Линне. — И это вся причина? Объясните нормально… — Качество вашей ауры действительно намного превосходит сверстников. Но как долго вы способны её поддерживать? — Э-это… Линне запнулась, а Джулиан снова улыбнулся привычной улыбкой. Невозможно было понять его чувства. Под его узкоглазым взглядом и хитрой улыбкой взгляд Линне слегка дрогнул. — Неспособность долго поддерживать ауру — признак третьесортного мечника. Какой смысл в её высоком качестве, если в затяжном бою она становится бесполезной? От его тела начала исходить тонкая аура. — Ваша аура обладает выдающейся мощью, но ей не хватает устойчивости. Вы плохо умеете равномерно распределять её вот так. Он назвал её слабость так, будто знал о ней с самого начала. — Когда мы встретились в поезде, вы говорили о запасном мече, помните? — Да… — А я сказал, что мне запасной не нужен. Как думаете, почему? — … Линне знала ответ, но из упрямства не могла его произнести. — Потому что, в отличие от вас, я не порчу мечи нестабильной аурой. От прямоты Джулиана она так сильно прикусила губу, что на ней выступила кровь. — Поэтому ваш талант средний. Закат окрашивал территорию академии в красный. Сумеречный пейзаж был прекрасен, но для Линне в тот момент не значил ничего. Слова Джулиана, словно кинжалы, вонзились в сердце, и она не могла им возразить. От этого её настроение становилось всё мрачнее. «Ты ведь сама знаешь, что он прав…» Разум пытался отрицать, но глубоко внутри Линне соглашалась. Поэтому она сидела одна в пустой аудитории и долго размышляла. «Я давно чувствовала, что это нужно исправить». На языке оставалась горечь, а тело охватывала пульсирующая злость. Это чувство было почти невыносимым. Навязчивые мрачные мысли никак не отпускали. «Недостаток контроля ауры». С этой проблемой следовало обратиться к учителю, но в последнее время он был чрезвычайно занят. «Смогу ли я исправить это сама?» Линне резко покачала головой, отгоняя нерешительность. «Даже без помощи учителя я найду способ». Крепко сжав кулак, она поднялась. На её лице появилась решимость. «Отец говорил: если чего-то хочешь, скажи об этом прямо. А если ошибаешься — исправь». Линне направилась к главному корпусу академии. Она поговорит с заместителем директора Алломом Чорни, а затем ещё раз встретится с Джулианом, который собирался уходить. «Как вы и сказали, мне недостаёт контроля. Но за месяц я исправлю эту слабость». Это будет её заявление. Способ укрепить поколебленную решимость. — Слышали? Телохранитель семьи Крайпарт убил другого рыцаря. — Тот самый рыцарь, служивший Джошуа? Бывший заместитель командира паладинов? — Да. — Жутко. Как он вообще собирается выжить после предательства семьи Крайпарт? По дороге Линне услышала сплетни учеников, но не придала им значения и продолжила идти. Вскоре впереди показался коридор, ведущий к главному корпусу… «…Ух». Нос обжёг резкий запах крови. Линне поспешно повернула голову и, осмотревшись, нашла источник слабого, но отвратительного запаха. Мужчина с тяжёлыми ожогами. Его лицо целиком покрывали шрамы, поэтому узнать человека было невозможно. Уже одно это привлекало внимание, однако было ещё кое-что. «…Сильный». Аура, исходившая от натренированного тела, и походка, выдававшая глубокое мастерство владения мечом, снова и снова притягивали взгляд. Почувствовав наблюдение, обожжённый мужчина повернулся и встретился с Линне глазами. На его губах появилась мерзкая ухмылка. «Этот шрам…» Шрам на шее. Линне словно ударили молотом по голове. В сознании стало пусто. Как она могла забыть? Лицо убийцы скрывал чёрный капюшон, но этот шрам на шее она запомнила безошибочно. Во время тренировок и совместного со Святым Мечом расследования Линне узнала его имя. «Альфас… Майенд!» Она впилась в него пылающим взглядом. Дыхание стало тяжёлым, тело задрожало от вскипевшей ярости. Тук. Тук. Стук сердца оглушал. Линне попыталась глубоко дышать, чтобы вернуть контроль над эмоциями. Тук. Тук. Но сердце не успокаивалось. В голове осталась единственная мысль. «Он должен умереть». В глазах вспыхнуло пламя мести. ---------- Узкие глаза и насмешка Альфас Майенд. Разве можно забыть это имя? У Линне закружилась голова. Три года назад в прежде мирном поместье Рондвейл произошла трагедия. Увиденная тогда картина до сих пор не отпускала Линне и бесконечно мучила её. Зловеще тихое поместье. Безжизненное тело дворецкого, залитое алой кровью. Холодно блеснувший меч. Последний взгляд отца, приказывавшего ей бежать… Взгляд Линне дрожал, пока она смотрела на виновника той трагедии. Ей хотелось немедленно броситься вперёд и вонзить меч в его проклятое лицо. Но в памяти всплыли слова учителя Хейдена Райха, и благодаря им она едва сохранила рассудок. — Линне, если столкнёшься с членом ордена ранга «Монсеньор» или выше, немедленно отступай и зови товарищей. Совет Хейдена Райха был совершенно разумным. При встрече один на один с монсеньором или более высокопоставленным членом Ордена Рассвета исход боя невозможно было предугадать. Правильнее всего было временно отступить и вернуться с подкреплением. «…Ноги не двигаются». Но потрясение от встречи с долгожданным врагом смешалось со страхом перед его силой и опасением, что он исчезнет, пока она ищет помощь. Линне не могла уйти. «Что делать? Что мне делать?» После коротких колебаний она решила сначала проследить за ним. Обычно Линне не стала бы поступать настолько безрассудно. Но желание не потерять человека, которого искала годами, пересилило всё. И всё же тело чувствовало силу Альфаса, и первобытный страх сковывал мышцы. «Нет! Я не могу быть такой! С подобной слабостью я никогда не отомщу за отца». Сосредоточившись, Линне двинулась следом. Желание обнажить меч и немедленно напасть было почти невыносимым, но тонкая нить разума пока удерживала её. «Зачем он здесь?» Изо всех сил подавляя кипящий гнев, она тихо преследовала Альфаса. Он прошёл через сад у главного корпуса и продолжил путь. «Это место…» Наконец мужчина остановился возле пристройки на окраине академии. Старое здание давно забросили из-за устаревшего оборудования, и посторонним вход туда был запрещён. «Что он задумал?» Его непонятное поведение вызывало вопросы, однако Линне импульсивно последовала за ним внутрь. — Слишком очевидно для слежки. — Ух. Альфас уже ждал её. Увидев понимающее выражение его лица, Линне инстинктивно выхватила меч. — Судя по форме, ты не рыцарь, посланный семьёй Крайпарт. Ты знаешь, кто я? «Знаю ли? Как я могу не знать?» — Три года назад… поместье Рондвейл… На вкрадчивый вопрос Альфаса она ответила голосом, дрожавшим от ярости. — Рондвейл?.. Хм. А! Неужели… После короткой паузы он что-то вспомнил, и по его лицу медленно расползлась мерзкая ухмылка. — Знакомое миленькое личико. Ты, должно быть, дочь того ублюдка Дерейна Рондвейла. Не обращая внимания на его отвратительный тон, Линне приняла стойку и направила на него меч, готовая броситься вперёд в любую секунду. — Пришла мстить? Несмотря на неприкрытую враждебность, выражение и голос Альфаса не изменились. — Могла пройти мимо, промолчать или доложить рыцарям. Какая жалость. Жизнь у тебя всего одна. Едва он закончил, как подавляющая мана хлынула наружу и обвила Линне. Она с трудом подняла внутреннюю ману, пытаясь противостоять напору. — Для твоего возраста впечатляет. Альфас насмешливо наблюдал за её сопротивлением. — Может, просто забудешь? Как в тот день, когда подглядывала в окно, пока умирал Дерейн. — Просто… сдохни! Выжав всю ману, Линне разорвала окутавшее её давление и бросилась вперёд. — Хе. Младенец, от которого ещё молоком пахнет. Бах! Альфас небрежно взмахнул кулаком, и Линне отлетела назад быстрее, чем бросилась в атаку, а затем врезалась в противоположную стену. — Глаза меня не обманули. По меркам сверстников твоя аура и правда хороша. Но до настоящего мастерства тебе ещё далеко. Хе-хе. Придётся сначала вбить это в твою голову. Он слегка нахмурился, заметив царапину на кулаке, а затем с коварной улыбкой подошёл к оглушённой Линне. *** Вспомнив потрясённое лицо Линне после моих безжалостных слов, я ощутил ненужную вину. В обычной ситуации она лишь фыркнула бы или проигнорировала мою оценку. Но я не собирался брать слова назад и тем более извиняться. В такой момент Джулиан наверняка сказал бы именно это. Извинения исключены. «К тому же я не ошибся». Даже если слова вырвались случайно, моя оценка Линне была обоснованной. Её стойка, дыхание и шаги показывали, что она продвинулась в фехтовании, однако главная проблема с аурой осталась нерешённой. Я заметил её ещё в трущобах. «Слишком много мановых каналов». При обычном управлении аурой внутренняя мана Линне исчерпывалась слишком быстро. Решить проблему должен был её учитель, Святой Меч Хейден Райх. В конце концов, исправлять слабости ученика — обязанность наставника. — Что ж, она наверняка справится. Сейчас это не моё дело. Я холодно произнёс очередную ненужную фразу. — Ха-ха, отличная работа, господин Джулиан. Когда я закончил с несложными административными делами, связанными с поручением «Закрытых Глаз», ко мне подошёл заместитель директора Аллом Чорни. Я как раз собирался покинуть академию. — Когда экзамен проводил такой выдающийся рыцарь на имперской службе, ученики, похоже, не смогли оспорить результаты. В конце концов, это была «оценка Джулиана». Возражать против неё означало полностью отрицать мой профессионализм. — Хе-хе. Если бы они уже доросли до того, чтобы искать ошибки в моих решениях, им следовало бы проходить посвящение в рыцари, а не оставаться учениками. — Верно! Аллом громко рассмеялся. — Возможно, я вмешиваюсь не в своё дело… — Говорите. — То, что вы занялись этой работой вместо участия в праздновании Дня Победы… не создаст ли это проблем? Кажется, нечто подобное я уже слышал. — Хотя вслух об этом не говорят, некоторые при дворе задаются вопросами о ваших действиях. — Вот как? — Да. Тем более там появился Хейден, и если бы вы тоже… кхм! Упомянув Святого Меча, Аллом неловко кашлянул и начал оглядываться. Люди, близкие ко двору, обычно знали об отношениях Святого Меча и «Улыбающегося Палача». Поэтому его осторожность была понятна. — Не беспокойтесь. Мои разногласия с учителем давно улажены. — Ха-ха! Э-это замечательно! На самом деле я до сих пор не обменялся со Святым Мечом ни единым словом. «В любом случае идти на церемонию было бы ошибкой». После слов Аллома я окончательно убедился, что правильно отказался от Дня Победы. — Я искренне рад слышать, что ваши отношения с Хейденом наладились. — Да. — О! Кстати, Линне ведь единственная, кто оспорил вашу оценку на практическом экзамене? Аллом достал из кармана документ. На нём смутно виднелось имя «Линне Рондвейл». — Она лучшая на курсе и носит звание «Ле Мейер», но подала прошение об изменении вашей оценки. Он продолжил с несколько огорчённым видом: — Жаль. Я надеялся, что на этот раз возражений не будет вовсе. — Передайте мне прошение. Аллом удивился, но послушно протянул документ. — Это моё поручение. Я хочу закончить его аккуратно. — Закончить?.. — Да. Я добьюсь, чтобы Линне осталась довольна. Тогда и возражений по итогам экзамена не останется. — А-а… Аллом восхищённо посмотрел на меня. Затем несколько раз попрощался, кивнул и ушёл. «Прошение… На самом деле беспокоиться не о чем». Отказавшись от службы рядом со знаменитым Святым Мечом и выбрав работу обычного инструктора, я уже дал двору повод для вопросов. «Любой шум могут использовать против меня». Я не явился на День Победы лишь потому, что избегал Святого Меча, а не из-за императорских подозрений. «Для начала нужно найти Линне». Я закрыл глаза и сосредоточился на дантяне. Я использовал «Поиск маной», которым часто пользовался прежде, и расширил область восприятия, пытаясь обнаружить Линне на территории академии Байер. «…Особых надежд нет». Академия занимала огромную площадь. Найти ману одного человека на таком пространстве было всё равно что искать иглу в стоге сена… — Хм? Но вопреки ожиданиям обнаружить Линне оказалось нетрудно. Во время недавнего экзамена я наблюдал её ауру. Знакомое ощущение легко откликнулось на «Поиск маной». «Судя по месту… пристройка?» Я знал это здание. Определив возможное местонахождение, направился туда. *** — Госпожа Линне, с тех пор вы совершенно не изменились. В меркнущем сознании Линне отчётливо всплыла одна фраза. Замечание, словно перечеркнувшее все годы её беспощадного труда. — Впечатляет! В твоём возрасте аура сильнее, чем у обычных рыцарей. Но выносливость ужасна. Альфас почти дословно повторил слова Джулиана. Линне лишь дрожала губами от бессилия и собственной слабости. «Неужели это мой предел?» Она считала себя выдающейся, верила похвалам о своей гениальности, а в итоге оказалась глупой девчонкой, обманывавшей саму себя. — Лежи спокойно. Сейчас я быстро всё закончу. Бух! Линне цеплялась за дрожащие ноги и пыталась подняться, но Альфас не позволил. Он жестоко пнул её обратно на пол и приставил меч к лицу. «Мой враг прямо передо мной…» Беспомощно лежащая Линне не удержала слёз сожаления. Нужно было стараться ещё сильнее. Ещё раз поднять меч. «Отец, прости меня». В слезах холодно блеснул клинок. — Ну что ж. Покончим с этим. Боль была настолько сильной, что Линне не могла ни ответить Альфасу, ни удержать меч. Возможно, смерть действительно принесла бы покой. Она вспомнила, как отказывалась от сна и тренировалась вдвое усерднее других, пытаясь обогнать тех, кто начал раньше. «Всё оказалось напрасно». — И это всё, на что вы способны? Словно галлюцинация, прозвучал голос Джулиана. Линне крепко сжала кулак. Она не могла умереть здесь! Несгибаемая воля к мести переплелась со злостью на Джулиана и вырвала её из объятий смерти. Как жалко она, должно быть, выглядит сейчас в глазах наблюдающего с небес отца? А ещё эта насмешливая улыбка Джулиана, будто говорящая: «Иного я от вас и не ожидал». «Не хочу…» Желание отомстить за отца было огромным. Но не менее сильным оказалось отвращение к мысли увидеть насмешливое лицо Джулиана. Высокомерное существо, осмелившееся поднять меч на её учителя. Бездушный клинок, способный по приказу империи убить даже младенца. Бесстыдный человек, который ради успеха бросит товарищей. Человек, не заслуживающий ни капли уважения. И при всём этом — обладатель выдающейся силы. Увидев Линне сейчас, он наверняка стал бы над ней издеваться. «Как жалко». Возможно, сказал бы… — Жалкое зрелище. Разве вы не позорите имя моей младшей соученицы? У входа в пристройку стоял невыносимый узкоглазый Джулиан. ---------- Ложное лицо, истинная натура (1) Я пришёл лишь затем, чтобы найти Линне и пересмотреть её оценку за практический экзамен. Так что это ещё за ситуация? Я посмотрел на лежащую на полу Линне и мужчину, державшего перед ней меч, пытаясь понять, что происходит. — Что привело вас сюда? Вы не похожи на человека, которому хватило бы воспитания обзавестись связями в академии. Сохраняя видимость спокойствия, я заговорил насмешливым тоном. Я уже привык к этому телу, поэтому фразы, которые мог бы произнести Джулиан, сами всплывали в голове. — Давно не виделись, Джулиан. Впервые после монастыря, верно? Даже не представляешь, как сильно мне хотелось снова увидеть твою рожу. Мужчина, половина лица которого была изуродована ожогами, прорычал это, стоя над поверженной Линне. Повернувшись ко мне, он выпустил острую, словно лезвие, ауру. «А, точно». Эту жажду убийства я уже ощущал в монастыре Генмель. Член Ордена Рассвета ранга «Монсеньор» и бывший заместитель командира рыцарей Лазурного Льва. А ещё человек, передавший Джошуа искусственный рог. Альфас Майенд. — Нынешнее лицо вам идёт больше настоящего, Альфас. Я произнёс его имя с откровенной издёвкой, и губы мужчины уродливо скривились. — Эти ожоги остались после боя с магом, который за мной охотился. Магом S-ранга, между прочим. Я собственноручно разрубил ублюдка на куски и скормил собакам. — Опасные вещи не стоит раздавать кому попало. Из-за вас ведь пропал один важный образец. — Кхе-кхе. Острый язычок совсем не изменился. Судя по его поведению, между ним и Джулианом действительно тянулась долгая и мрачная история. Что же прежний Джулиан натворил? Отбросив праздные размышления, я сосредоточился на том, зачем Альфас явился в академию Байер. Пришёл свести старые счёты и отомстить Джулиану? Нет, похоже, дело было не только в этом. «…Приказ Айдена?» Джошуа говорил, что получил рог именно от Альфаса. А искусственные рога Айден создавал ради великой мечты своего рода. Вывод напрашивался сам: я помешал эксперименту, и Айден приказал меня устранить. «А Линне… Она столько времени искала убийцу и наконец его встретила». Сначала ситуация казалась запутанной, но стоило немного подумать, и всё стало понятно. «В любом случае его нужно убить». Мысль возникла в духе Джулиана, и рука легла на ножны. Колебание. Мне пришлось с усилием удерживать тело, рвавшееся немедленно атаковать Альфаса. «Эй, моё собственное тело. Ты не видишь, что рядом лежит невиновная Линне?» Истинно джулиановский инстинкт требовал забыть о союзнице и уничтожить врага любой ценой. — Если подумать, эта женщина использовала технику, похожую на твою. Возможно, Альфас заметил мою скрытую тревогу. Он схватил Линне за горло и поднял её. «Блять!» Я избегал встречи со Святым Мечом именно из-за сцены в трейлере. Главными героями «Let’s Kill the Demon King Now» были не Джулиан, а Святой Меч, Линне и их соратники. Смерть одного из ключевых персонажей могла вызвать совершенно непредсказуемый эффект бабочки и разрушить основной сюжет. А для меня, знавшего хотя бы основные события, это было крайне невыгодно. «Что делать?» Линне безвольно висела в его руке, словно мёртвая. Я лихорадочно размышлял. — Она тоже училась у Святого Меча? — Да. К сожалению, она моя младшая соученица. — Вот как? Кхе-кхе. Альфас рассмеялся и швырнул Линне в мою сторону. Её тело летело прямо на меня, и я инстинктивно подался вперёд, чтобы поймать. За спиной Линне, перекрывшей обзор, вспыхнул красный цвет гнева и почувствовалась пронзительная аура. «Обострённое чутьё». «Цвет Негатива». Даже не видя происходящего, я точно понял: Альфас наполнил меч жаждой убийства и собирался без колебаний разрубить нас обоих. «Разрежь её». Врождённый инстинкт и сознание Джулиана требовали проигнорировать Линне и разрубить Альфаса прямо сквозь неё. Вместо этого я обхватил девушку руками и перекатился в сторону. — Кх…! Меч Альфаса скользнул по спине, оставляя длинную рану. На полу за мной остался яркий кровавый след. Голову пронзила ослепляющая боль. — Пф… Пухахахаха! Будто издеваясь над моим положением, Альфас громко расхохотался. — Ты сильно изменился, Джулиан Крайпарт Фрейсон! Он стряхнул кровь с клинка и начал выпускать ауру по всему телу. В ней ощущалась абсолютная уверенность. — Прежний ты пронзил бы эту женщину насквозь, лишь бы добраться до моей шеи! Голос сочился ядом. «Пронзил бы её, чтобы добраться до него?» Он серьёзно? Линне была ученицей и ближайшей помощницей Святого Меча Хейдена. Если она погибнет, Святой Меч непременно поднимет все силы, чтобы найти убийцу. А если во время расследования раскроется Орден Рассвета… И выяснится, что я тоже связан с орденом? «Он не понял этого даже после слов о младшей соученице?» Идиот. — А жажда убийства осталась прежней, — протянул Альфас с кривой улыбкой и поднял меч. — Но по сравнению с прошлым твоя дурная слава теперь ничего не стоит! Что я ему вообще сделал? Выплеснув накопившуюся злобу, Альфас бросился прямо на меня и обрушил клинок, наполненный аурой. «Быстро». Но не настолько, чтобы я не успел ответить. Лязг! Меч мгновенно покинул ножны. Наполнив его аурой, я отбил удар. Однако нападение не закончилось. Свист! Альфас оттолкнулся от стены, изменил траекторию и снова взмахнул мечом. Лязг! Тяжёлый удар, в который он вложил весь вес тела и ауру, оказался чудовищно мощным. Всего двух столкновений хватило, чтобы понять: этот мечник принадлежал к совершенно иному уровню, чем все мои прежние противники. «Прирождённый фехтовальщик». Но усилия, потраченные на освоение Джулиана, не пропали зря. Последовательность движений Альфаса. Траектория его клинка. Я видел всё совершенно ясно. Одновременно тело Джулиана, как во время охоты на демона, подсказывало, куда ударить. — …Кх! За первым натиском последовали ещё более яростные атаки. В ходе непрерывного обмена ударами Альфас инстинктивно почувствовал, что уступает в технике. Его лицо постепенно напрягалось. Он пытался загнать меня в угол, вкладывая всё больше ауры и силы. Но чем сильнее старался, тем тяжелее становилось дыхание и заметнее дрожал кончик меча. Всё сильнее торопясь закончить бой, Альфас сделал широкий шаг и высоко поднял клинок. «Он торопится закончить бой». Я раз за разом подбрасывал нетерпеливому противнику приманки. В своей, казалось бы, безупречной защите я намеренно открывал небольшие бреши, которых Альфас не замечал. Особенно уязвимой я выставлял шею. Заметив это, он сократил расстояние и обрушил сверху удар всей силы. Но отразить предсказуемую атаку было нетрудно. «Решение закончить всё одним ударом и станет твоей гибелью». Я шагнул в сторону, пропуская клинок мимо головы, и нацелился в открывшийся живот Альфаса. Если ударить Лунным Мечом, он легко прорежет защитную ауру. «Погодите…» Удар в живот станет не просто тяжёлой раной. Он будет смертельным. А значит… Я убью человека. До сих пор от моей руки погибали лишь те, кто превратился в демонов. Я думал о них именно как о демонах, поэтому не колебался. Но Альфас всё ещё был человеком… — Умри, Джулиан! Пока я на мгновение замешкался, меч Альфаса резко изменил траекторию и обрушился на моё тело. От левого плеча до живота. Кровь хлынула так обильно, что остановить её казалось невозможным. Голова закружилась, и я вынужденно отступил. — Идиот! Ты потерял концентрацию! В голосе Альфаса звучала ярость. Он продолжил атаку. Удар за ударом. Под натиском, напоминавшим бурю, я мог лишь уклоняться и не успевал отвечать. — …Кхе. Кровь из раны пропитала сюртук красным. «Блять. А мне нравился этот сюртук». Даже в такой ситуации подобная мысль раздражала. «Убийство». Оставшееся сомнение обратилось против меня самого и обвиняло в том, что я не убил Альфаса раньше. Возможность победить была. Был момент, когда можно было перерезать горло этому высокомерному ублюдку. Почему я не закончил бой? — Подумать только, тебя оказалось так легко убить! Ты стал слабее прежнего, Джулиан! Причина была понятна. Сознание Ли Си Ху, никогда прежде не убивавшего людей. Естественный внутренний запрет остановил тело Джулиана перед ударом в живот. Именно наивная надежда разрешить ситуацию, не пачкая рук, и привела меня к нынешнему положению. — Не напоминает ли это мост Банпист, Джулиан? Только теперь всё наоборот! Так продолжаться не может. Альфас был переполнен жаждой убийства и хотел моей смерти. И после этого я должен был его пощадить? «Улыбающийся Палач» Джулиан никогда бы так не поступил. С подобным мышлением я не пережил бы будущих опасностей. Разве не решил я ради выживания идеально сыграть узкоглазого злодея? *** Альфас злобно улыбался, глядя на раненого противника. Улыбающийся Палач империи — Джулиан Крайпарт Фрейсон. Мысль о том, что именно он положит конец кровавой легенде этого человека, разжигала в теле предвкушение. — Слаб. До смешного слаб. С презрением в голосе Альфас поднял меч. Оставалось совсем немного — и нить жизни Джулиана будет перерезана. «Нельзя убивать тебя так быстро. Я должен насладиться этим, как когда-то наслаждался ты». Перед последним ударом Альфас хотел подольше смаковать радость. — Проползи у меня между ног, Джулиан. Тогда я сохраню тебе жизнь. С мерзкой ухмылкой он сделал высокомерное предложение. Разумеется, это была откровенная ложь. Всего лишь издевательство. Даже благородные забывали о гордости и чести, когда речь шла о жизни. Альфас был уверен: стоящий перед ним человек поступит так же. «Улыбающийся Палач», который не склонял головы, даже когда собственная гордыня тянула его на дно. Увидеть его сломленным и ползающим было бы невероятно смешно. — Мост Банпист… Я не помню того времени. Но Джулиан произнёс совсем не то, чего ожидал Альфас. — Точнее, после события, породившего слухи о моей потере памяти… можно сказать, человек по имени Джулиан в тот день фактически умер. Он продолжал говорить словно сам с собой, а Альфас презрительно усмехнулся. — Перед смертью ты окончательно лишился рассудка. — Это факт, которым я ни с кем не делился. Если слухи распространятся, я окажусь в опасности. — Что ты пытаешься сказать? Бессвязный набор фраз. Ясно было лишь одно: Джулиан действительно сошёл с ума. — В конце концов, всё зависит от настроя. ⇒ Эмоции достигли предела. ⇒ Проявилась уникальная черта «Открытые глаза». Медленно. Обычно сомкнутые веки Джулиана начали подниматься. «…Что?» В тот же миг Альфас почувствовал убийственное намерение, от которого по коже побежали мурашки. Чудовищная жажда убийства пронзила всё тело, заставила кожу покалывать, а сознание — мутиться. Отточенные годами фехтования инстинкты сами заставили его ударить навстречу надвигавшейся угрозе. Однако… — Кх… Кха-а-а! Мастерство противника находилось далеко за пределами того, что могли оценить даже эти инстинкты. Скривившись от чудовищной боли рассечённой плоти, Альфас посмотрел на правую руку. Её не было. Руку отсекло идеально ровно, и из обрубка фонтаном брызнула алая кровь. — Убить человека… Оказывается, это не так уж трудно. Несмотря на боль, от которой можно было потерять сознание, Альфас смотрел на Джулиана налитыми кровью глазами. — Вы должны умереть здесь. Потому что я, Джулиан, так решил. ---------- Ложное лицо, истинная натура (2) После проявления «Открытых глаз» тело Альфаса покрылось бесчисленными ранами. Над его головой продолжал подниматься тёмно-фиолетовый туман страха, а лицо искажалось от невыносимой боли. Но воля к сопротивлению ещё не исчезла. Зажав обрубок руки, Альфас лихорадочно озирался. Наверняка искал потерянный меч. Он настолько сосредоточился на поисках, что даже не заметил, что повернулся ко мне спиной. — Как вы смеете показывать мне спину? Даже демон не опустился бы до подобного. С холодной улыбкой я воспользовался возможностью и рассёк ему спину. — Кха-а-а-а! Подавив смешок, я посмотрел на пошатнувшегося Альфаса. Из глубины души поднимались жестокие инстинкты Джулиана. Казалось, если полностью принять усиленные «Открытыми глазами» эмоции, произойдёт нечто, что я уже не смогу контролировать. — Ха… ха… Альфас лежал на полу и тяжело дышал. Похоже, он всё-таки нашёл меч: мутные глаза не отрывались от отсечённой правой руки, всё ещё сжимавшей его рукоять. Оружие лежало совсем близко. Достаточно было оттолкнуться от пола и протянуть руку. — Кха-а…! — Чтобы взять меч в моём присутствии, нужно моё разрешение. Разумеется, давать его я не собирался. Я наступил ему на живот и перенёс вес. В отчаянной попытке выжить Альфас обхватил меня оставшейся левой рукой и правой ногой. Одновременно он выжал ману из каналов, пытаясь резким усилением тела опрокинуть меня. Но теперь все его движения казались медленнее ползущей черепахи. — Ух…! — И это всё? Насмешливо улыбнувшись, я небрежно вонзил меч в солнечное сплетение. Именно там находилось устье великого манового канала. Когда канал повредился, лицо Альфаса побелело от чудовищной боли. Левой рукой он отчаянно попытался вытащить клинок из груди, но лишь лишился пальцев — их отсекла окружавшая меч аура. — К-кхе-хе… Поняв, что вариантов не осталось, Альфас расслабил руку. Затем он с кровавым смешком посмотрел на меня снизу вверх. — Арх… архиепископ Тенелон благоволит тебе… Но не думай, будто всё принадлежит тебе, Джулиан! Не отвечая, я медленно повернул рукоять. Нужно было окончательно оборвать его дыхание. — Д-другие епископы… Кх! Большинство епископов… кхе… не признают… тебя… Я надавил сильнее. Альфас закашлялся, изо рта хлынула кровь. — Ты… чудовище… Я буду ждать тебя в аду… Произнеся последнее проклятие, он уронил голову набок. Я смотрел на обмякшее тело и чувствовал странную пустоту. После открытия глаз и без того заметный разрыв в силе превратился в настоящую пропасть. — С такой мощью… разве я не смогу убить даже Святого Меча? Я вздрогнул от слов, которые Джулиан произнёс совершенно бездумно. Кто-нибудь слышал? — Кхе… кхе! Услышав кашель за спиной, я резко обернулся. — Точно. Линне ведь потеряла сознание. На первый взгляд серьёзных внешних ран у неё не было. Вероятнее всего, она получила внутренние повреждения из-за чрезмерного использования ауры. Она встретила убийцу отца и всё равно потерпела беспомощное поражение. Но сейчас меня тревожило совсем не сочувствие к Линне. «Она слышала?» Нельзя было понять, всё ли время девушка оставалась без сознания или уже пришла в себя. Если Линне очнулась, она могла услышать наш разговор об Ордене Рассвета. «Стоит ей немного подумать, и она решит, что я связан с орденом». Конечно, если она так и не пришла в сознание, то ничего не слышала. Но полагаться на такую неопределённость было глупо. «Хм. Что делать?» Я не хотел смерти главной героини. Однако приходилось расставлять приоритеты. С решительным выражением я крепче сжал рукоять и медленно подошёл к ней. Чтобы устранить будущую угрозу — точно так же, как Альфаса. Колебание. Меч, направленный на Линне, остановился. «Что я вообще делаю?» Это уже выходило за рамки игры роли. Мне требовалась идеальная игра, а не полное слияние с Джулианом. Стоило мне прийти к этому выводу, как снаружи я почувствовал новые присутствия. Громкий шум привлёк людей. — Ч-что здесь произошло?! Сотрудники академии, ворвавшиеся в пристройку, не могли скрыть ужаса при виде жестоко убитого человека, разгромленного помещения и крови повсюду. Несколько человек, не разобравшись в ситуации, сразу посмотрели на меня с неприкрытой враждебностью. — Г-господин Джулиан?.. К счастью, недоразумение не успело разрастись. Заместитель директора Аллом Чорни протолкнулся сквозь толпу и узнал меня. *** — Ах… С коротким стоном Линне пришла в себя и открыла глаза. Перед ней были белый потолок, светлые обои и стеклянные пузырьки, от которых резко пахло спиртом. «Лазарет… Ай!» Попытка приподняться вызвала тупую боль во всём теле. «Что произошло?» Сознание оставалось затуманенным. Пока Линне с трудом собиралась с мыслями, в памяти начали всплывать события, из-за которых она оказалась в лазарете. — Знакомое миленькое лицо… Ты, должно быть, дочь того ублюдка Дерейна Рондвейла. Встреча с Альфасом — членом Ордена Рассвета и одним из людей, напавших на поместье и убивших её отца. — Жалкое зрелище. Разве вы не позорите имя моей младшей соученицы? И одновременно она вспомнила, почему всё ещё жива. Джулиан Крайпарт Фрейсон, использовавший учение наставника Хейдена Райха лишь ради личной выгоды, спас её в самый отчаянный момент. Линне крепко зажмурилась и стиснула простыню. «…Как унизительно». Была ли она благодарна Джулиану? Полностью отрицать это она не могла. Но собственную слабость Линне ненавидела куда сильнее. Она не сумела отомстить за отца. Не смогла достойно следовать учению наставника. Мрачные мысли закрутились водоворотом. Ради чего она вообще всё это время старалась? — Очнулись? Прежде чем сомнения окончательно поглотили её, от входа донёсся знакомый голос. — …Господин Джулиан. В обычной ситуации Линне посмотрела бы с презрением и бросила несколько оскорблений. Но сейчас сдержалась. Невозможно было отрицать: он спас её. Сначала следовало его поблагодарить. Как ученица Святого Меча и представительница семьи Рондвейл, Линне не могла ещё сильнее запятнать свою честь. — Спасибо, что спасли меня, господин Джулиан. Однажды я верну этот долг. — Я не считаю это долгом. Всего лишь проявил милосердие к слабой младшей соученице. Линне вздрогнула. Она широко раскрыла глаза и сердито посмотрела на него, но промолчала. Отрицать сказанное не имело смысла. — Сегодня вы удивительно спокойны. Я ожидал спора. — …Я лучше всех понимаю своё положение. — Раз уж вы осознали пределы своих способностей, пересмотрите и это. С совершенно бесстрастным видом Джулиан достал из сюртука документ. Апелляция. Заявление, которое Линне подала в учебную канцелярию, требуя пересмотреть поставленную Джулианом оценку. — Недолговечность ауры — ваш недостаток. Вместо того чтобы отрицать его и писать апелляцию, следовало смиренно принять мою оценку. — Я не отрицала!.. — Тогда нужно было принять моё мнение, а не подавать этот документ. Тр-р-р! Джулиан разорвал апелляцию. По его узким глазам и хитрой улыбке невозможно было понять, что он чувствует. Он положил клочки на стол и поднялся. Словно завершив дело, он поправил ворот рубашки и повернулся к выходу. Подавленная и опустошённая, Линне опустила взгляд. «Он прав…» Если бы она действительно приняла его мнение, апелляция бы не появилась. Это был лишь вызов Джулиану, рождённый хрупкой гордостью и опьяняющей уверенностью в собственной гениальности. «На что я вообще тратила столько времени? Я позорю имя семьи, не могу отомстить за отца… Чего я пытаюсь достичь?» — У вас больше мановых каналов, чем у обычного человека. Линне подняла голову. — …Что? — Попытка применять обычные методы лишь создаёт проблемы. Нужно задействовать и другие великие каналы, а не накапливать всю ману только в канале «Раскрытие». Не ожидавшая таких слов Линне не сумела ответить. «Это сейчас был совет? От человека, который желает лишь силы и роскоши, а доброту считает чуждым понятием?» Она смотрела на него с пустым выражением. — Почему вы мне это говорите? — Потому что вы моя младшая соученица. Младшая соученица. Губы Линне слегка дрогнули. Если подумать, он наверняка сказал это не ради неё. Просто намекал, чтобы она не позорила имя Святого Меча. Всем было известно, насколько Джулиан одержим этим титулом. — Что случилось с Альфасом?.. — Он мёртв. В голосе Джулиана не было ни единой эмоции. — Я… понятно. Часть мести, которую она должна была совершить сама, выскользнула из рук. Внутри неё смешались противоречивые чувства. — Похоже, вы действительно полностью потеряли сознание. Это к лучшему. Услышав слово «хорошо», Линне медленно открыла рот. — На самом деле… я смутно помню ваш разговор с Альфасом. Джулиан вздрогнул. Он медленно повернул голову. Характерная улыбка исчезла с лица. Но паники, как всегда, не показал. — Вот как? — Да. Джулиан пристально смотрел на неё. Под этим взглядом становилось трудно дышать, но Линне не отвернулась. — …Я потерял… Как она и сказала, сквозь туман сознания до неё донеслись обрывки разговора Джулиана и Альфаса. — …После того события человек по имени Джулиан фактически умер. Среди неясных слов несколько фраз отпечатались особенно сильно. «Потерял». «После события». «Практически умер». Сложив их вместе, Линне пришла к выводу. Наверняка Джулиан, как и она, потерял из-за Ордена Рассвета дорогого человека. — Вы поверите, если я скажу, что всё поняли неправильно? — Что… именно неправильно? — Всё. Ложь. Интуиция подсказывала ей, что Джулиан лжёт. — Поэтому никому не рассказывайте. С этими словами он вышел из комнаты. — Это факт, о котором не знает никто. Тот, кто не проявляет сострадания, и сам его не получает. Того, кто не пытается понять других, тоже никто не поймёт. Поэтому Джулиан похоронил своё прошлое. «Какой глупый человек». Линне почувствовала горечь на языке. Она не понимала его ценностей, но, как человек, тоже желавший мести, не могла не восхищаться его решимостью. «…Мне нужно стараться ещё сильнее». С этой мыслью Линне посмотрела на окно, рядом с которым лежали ножны её меча. *** Едва выйдя из лазарета, я резко ускорил шаг. «Она говорит, что смутно помнит мой разговор с Альфасом?» Узкие глаза скрывали эмоции, но торопливая походка выдавала мою тревогу. «Мне же пиздец?!» ---------- Семья Крайпарт (1) Лазлот, тайный агент внутри Ордена Рассвета, невольно восхищался спокойствием Джулиана. «Даже после всего случившегося он ухаживает за орхидеями, словно сегодня самый обычный день…» Нормальный человек хоть как-то отреагировал бы. Хотя бы порадовался тому, что пережил недавние события, или стал бы раздражительнее. Но Джулиан вернулся к привычному распорядку так, будто ничего не произошло. — На этом мой краткий доклад о господине Айдене закончен. — Хм… Единственное, что по-настоящему его заинтересовало, — епископ Ордена Рассвета Айден де Донасьен, открыто показавший клыки. Лазлот кратко сообщил о последних действиях Айдена и нервно сглотнул, услышав тихий вздох Джулиана. Враждебность, порой проступавшая сквозь его спокойствие, была остра, словно кинжал. — Ничего примечательного в его действиях нет. Я думал, после смерти Альфаса он решится на серьёзный шаг. В мягко произнесённых словах чувствовалась удивительная смелость. «Он остаётся настолько спокойным, хотя знает, что на него охотятся». Лазлот прекрасно понимал, насколько близко жизнь Джулиана соседствует со смертью. Такой образ жизни одновременно вызывал восхищение и лишал дара речи. — Кроме того, епископ Пинтель из Ордена Рассвета решил напасть на караван, который, предположительно, перевозит Камни души. — Епископ Пинтель… Камни души… Хм. Джулиан ненадолго задумался, а затем снова безмятежно улыбнулся. — Кстати, мне любопытно: рекомендация оказалась полезной? Одной улыбкой он ловко сменил тему. Разумеется, вопрос едва ли был вызван простым любопытством. Скорее Джулиан напоминал Лазлоту, кому тот теперь обязан хранить верность как тайный агент. — Да. Благодаря вам. — Рад слышать. Он вновь мягко улыбнулся. Узкие глаза не выдавали ни тени эмоций, а улыбка оставалась такой же спокойной, как всегда. Глядя на него, Лазлот подумал, что в этом мире, вероятно, не существует ничего, чего Джулиан мог бы бояться. *** «…Почему всё так тихо?» Я закончил работу инструктором и подал отчёт. Происшествие в пристройке заместитель директора Аллом тоже официально закрыл. Но из головы не выходил разговор с Линне в лазарете. — На самом деле… я смутно помню ваш разговор с Альфасом. Я был уверен, что она потеряла сознание. Однако Линне услышала беседу, из которой легко могла заключить, что я связан с Орденом Рассвета. «Я ожидал, что ко мне кто-нибудь придёт». Святой Меч или представители империи должны были прийти, чтобы проверить факты. Я даже заранее подготовил речь в свою защиту. Именно для этого на столе лежала стопка документов. «Может, она почти ничего не расслышала?» Существовала вероятность, что Линне не поняла смысла услышанного. «Вполне возможно». В тот момент она находилась далеко не в нормальном состоянии. Да. При такой глубокой ненависти к Ордену Рассвета Линне не стала бы молчать, если бы действительно всё расслышала. — Тогда можно выдохнуть. Я выдохнул и откинулся в кресле. Полностью расслабляться пока рано, но за несколько дней не последовало никакой реакции. Похоже, тревожиться особенно не о чем. «Наверное, Айден думает так же». Я знал, что он охотится за моей жизнью и именно он отправил Альфаса. Но особой необходимости мстить ему я не ощущал. Ведь путь к отступлению епископа Айдена должен был отрезать Хейден Райх — Чёрный Рыцарь. — Главный герой сам обо всём позаботится. Мне незачем пачкать руки. Великая история Чёрного Рыцаря. При этой мысли на лице появилась спокойная улыбка. Так называлась тайная личина, под которой Хейден Райх скрывал, что он и есть Святой Меч. Начав с епископа Пинтеля, о котором только что упомянул Лазлот, Чёрный Рыцарь вскоре должен был прославиться на всю столицу. «До тех пор мне достаточно не позволять Айдену создавать проблемы». Мысль о том, что работы станет меньше, заставляла улыбаться всё шире. — Ху-ху. Ху-ху-ху… Но радость продлилась недолго. К кончикам пальцев вернулось липкое ощущение убийства человека. Оно тревожило меня не настолько, чтобы мешать жить. И всё же стоило вспомнить имя Чёрного Рыцаря, как инстинкты Джулиана начинали вести себя всё страннее. «…Наверное, из-за увиденного трейлера». Тёмный переулок столицы. Там Джулиан узнавал, что главный герой Хейден Райх и есть Чёрный Рыцарь, а затем безжалостно его убивал. Когда я только оказался в этом теле, был уверен, что подобного не допущу. Но чем чаще я использовал «Открытые глаза», тем сильнее мне казалось, что инстинкты Джулиана беспрерывно грызут спрятанное внутри сознание Ли Си Ху. «Нужно больше тренироваться, чтобы они меня не сожрали». При первом проявлении «Открытых глаз» я безжалостно размахивал мечом и пришёл в себя лишь в последний момент. В этот раз удалось контролировать клинок до конца. «В здоровом теле — здоровый дух». Похоже, в этой поговорке действительно был смысл. — Раз уж решил, пора действовать. Говорят, железо куют, пока горячо. Я взял меч и направился к тренировочной площадке. *** Среди множества полигонов во дворце я выбрал площадку номер три. Здесь рыцари, свободные от дежурств и заданий, обливались потом и оттачивали мастерство, надеясь однажды вступить в более престижный орден. Стоило войти, как внимание окружающих сосредоточилось на мне. — …Это Джулиан. — Кхм. Остановились и те, кто сражался в парах, и те, кто бездумно отрабатывал удары. Все начали коситься в мою сторону. Над головами некоторых открыто проявился страх. «Ничего нового». Оставив их позади, я подошёл к стойке с оружием. Лучше всего в руке лежал висевший на поясе Лунный Меч, но сегодня хотелось попробовать что-нибудь другое. «Раз уж всё равно тренируюсь, стоит поискать новые возможности». Со стойки я взял копьё. В отличие от меча, копьё требовалось держать двумя руками. Возможно, поэтому оружие сразу показалось непривычным. — Копьё?.. — Разве специализация Джулиана не фехтование? — Конечно. Не зря его называют Джулианом Лунного Меча. Когда окружающие увидели в моих руках непривычное оружие, напряжение немного ослабло. — Господин Джулиан, не желаете прочувствовать копьё в поединке со мной? Один из тех, кто недавно явно боялся, теперь предложил спарринг с самодовольной ухмылкой. На нём не было знаков рыцарского ордена. Значит, обычный оруженосец, который ещё никуда не вступил. «Как прозрачно». Он хотел воспользоваться моей неопытностью с копьём и произвести впечатление на наблюдавших за нами представителей рыцарских орденов. Но отказываться не хотелось. Пусть копьё и было непривычным, спарринг принёс бы больше пользы, чем бессмысленные удары по манекенам. «…Раньше я избегал подобных поединков». Многое действительно изменилось. Улыбнувшись, я ответил в духе Джулиана: — Ху-ху. Похоже, я кажусь вам лёгким противником. Что ж, немного разомнёмся. После согласия площадку быстро освободили. Множество рыцарей прекратили тренировки и отошли в стороны, чтобы посмотреть на бой Джулиана. — Копьё… Странный выбор. — Каким бы талантливым он ни был, с непривычным оружием его сила уменьшится вдвое. — Его самомнение достаёт до небес. Некоторые рыцари вокруг явно ждали моего поражения. Признаю: копьё ощущалось чужим и неудобным. Оно было намного длиннее привычного меча. Центр тяжести располагался совершенно иначе, и это было неудобно. «Однако…» Не было ни малейшего ощущения, что я проиграю. — Хра-а-а! Пока я оценивал баланс, спарринг начался. Оруженосец с громким криком бросился вперёд. «Меч». Дистанцию было легко оценить, ведь сам я обычно пользовался мечом. «С копьём нужно использовать длину, не подпускать противника близко и выводить его из строя на расстоянии». Свист! Я легко выбросил копьё вперёд, и тренировочный зал наполнил резкий рассекающий звук. Хотя наконечник учебного оружия был тупым, выпад всё равно сопровождался резким свистом. Оруженосец испугался, отступил и потерял стойку. — И это всё? С такими навыками вас не примет ни один орден. Даже во время обычного спарринга язык сам перешёл к насмешкам. — Ты… ты! Лицо противника покраснело. Он снова бросился на меня, кипя от гнева. Почувствовав слабую жажду убийства, я ещё раз ударил копьём. Но, уже проиграв первый обмен, оруженосец показал, что не был полным глупцом. Он предугадал атаку, отбил древко мечом и отвёл в сторону. Общеизвестно: в ближнем бою короткий меч удобнее длинного копья. Если позволить ему сократить расстояние, противостоять клинку с копьём будет трудно. «Хотя даже вблизи я не чувствую, что проиграю…» Но если он приблизится, репутация Джулиана пострадает, пусть я и использую незнакомое оружие. «Придётся подавить его силой». На руке, державшей копьё, вздулись синие вены. Используя инерцию отведённого древка, я обрушил его на голову противника. Лязг! Оруженосец, пытавшийся ударить меня, не ожидал такой атаки и инстинктивно подставил меч. — Ч-что это за сила?! Клинок начал прогибаться под напором. Потрясённый мужчина пробормотал это, пытаясь удержать стойку. Он упирался изо всех сил, но постепенно сдавал. «Бесполезно». Треск! Я надавил ещё немного, и в древке раздался зловещий хруст. «Погодите». В тот же миг копьё разломилось пополам. — К-ка-а-а! Сломавшееся при нисходящем ударе древко рассекло одежду оруженосца от груди до живота. — Кх. Он застонал и отступил, широко раскрыв глаза и уставившись вниз. Острый излом распорол рубашку и оставил на коже небольшую, но заметную рану. Повреждение было лёгким, однако из него начали стекать капли крови. «Блять…» Несчастный случай во время спарринга. Чтобы отреагировать подобающим Джулиану образом, я приблизился к оруженосцу. — Это всё, на что вы способны в поединке со мной? Услышав ровный голос, он перевёл взгляд с окровавленного живота на моё лицо. — И-и-и… Мужчина задрожал и попятился. Над головой вспыхнула густая тёмно-фиолетовая аура. Почему наглый оруженосец, недавно бросавшийся на меня с горящими глазами, внезапно так испугался? Причину понять было нетрудно. — Как и ожидалось… Это Джулиан. — Даже в спарринге он не проявляет милосердия к тому, кто показал клыки? — Кто-нибудь, остановите его!.. — Это чудовище невозможно остановить. Окружающие решили, что копьё сломалось не случайно и я намеренно использовал обломок, чтобы ранить соперника. «Не слишком ли они подозрительны?» Да, желание оруженосца прославиться за мой счёт раздражало, но спарринг оставался спаррингом. Однако теперь все смотрели на меня как на безумца, готового убить любого, кто покажет клыки… «…Хотя звучит правдоподобно». Осознав это, я неохотно кивнул, признавая, что их вывод звучал правдоподобно. — Д-Джулиан!.. В этот момент сквозь толпу протиснулось знакомое лицо. Геранд Крайпарт, третий сын семьи Крайпарт. — Старший брат Геранд. — Продолжать не нужно. Победа очевидна. Может, на этом закончим? Он говорил с привычной дрожью. К счастью, его появление немного разрядило тяжёлую атмосферу. Оруженосец, всё ещё трясущийся от страха, покинул площадку с быстротой, казавшейся невозможной в его состоянии. — Ху-ху. Старший брат Геранд, даже я не убиваю людей настолько легко. Провожая беглеца взглядом, я с улыбкой пошутил. — В-вот как?.. Р-разумеется! Но, как всегда, Геранд не понял шутки. Над его головой поплыл фиолетовый страх. ---------- Семья Крайпарт (2) Вытерев пот после тренировки, я повернулся к Геранду. — Кстати, давно не видел вас в императорском дворце. Старший брат Геранд, вы пришли по какой-то особой причине? — О, председатель Орнн просто велел мне ненадолго заглянуть в секретариат. «Председатель Орнн?» Услышав имя, я пристально посмотрел на Геранда. Бывший глава семьи Крайпарт и нынешний председатель Совета старейшин. Он не любил Джулиана настолько, что это чувство правильнее было назвать ненавистью. Причины были понятны. Орнн был фанатиком чистой крови. Он презирал выходца из боковой ветви, который стал цепным псом императорской семьи, вступил в напрямую подчинённые ей «Закрытые Глаза», а затем приобрёл славу, превзошедшую даже известность Четырёх великих домов. Если, конечно, дурную славу считать славой. И всё же… «Зачем Орнну секретариат?» Я сам не заметил, как заинтересовался. — Не волнуйся. Это никак не связано с тобой. Похоже, Геранд отчасти понял, о чём я подумал, и нервно замахал рукой. На его лице не было следов лжи. — Кстати, Джулиан. — Да, старший брат? — Эта… вещь, оставшаяся от госпожи Милены. «Вещь Милены?» А, должно быть, он говорил об ожерелье с Камнем души, которое я раньше доверил ему. — Ты уверен, что хочешь и дальше хранить её у меня? Разве она не дорога тебе? Геранд смущённо погладил бороду. Похоже, он хотел поскорее вернуть шкатулку, опасаясь, что однажды я использую её против него. Но забрать предмет я не мог. Безопасного места для хранения не было. А если Орден Рассвета узнает, что я тайно завладел Камнем души, меня не оставят в покое. — Подержите её у себя ещё немного. Когда закончу нынешние дела, заберу сам. — Вот как? При словах о завершении дел тело Геранда слегка задрожало. Я совершенно не понимал, что он себе представляет. — Тогда я пойду, старший брат. Слышал, скоро состоится семейный совет. Передавайте главе мои почтения. Решив, что больше обсуждать нечего, я повернулся к выходу. После испытания копья на тренировочной площадке выяснилось, что мой талант распространяется не только на меч, но и на другое оружие. Это открытие пробудило во мне желание опробовать и другие виды оружия. — Не хочешь сам прийти на семейный совет, Джулиан? От неожиданного предложения я обернулся. Когда наши глаза встретились, над головой Геранда проявился страх. — Ты ведь тоже принадлежишь к семье Крайпарт. — Я из боковой ветви, старший брат. Разве не вы добавили к моему имени обозначение «Фрейсон»? Если бы я полностью понимал Джулиана, то наверняка легко рассмеялся бы и перевёл разговор в шутку. Но что это за горячее чувство поднималось в груди? Гнев? — Я понимаю, что ты глубоко ненавидишь семью Крайпарт. Эта эмоция естественно исходила из тела Джулиана. Геранд явно страдал под её давлением, но продолжал говорить. — Ты рос в ужасных условиях и получал отвратительное отношение. Даже похороны госпожи Милены провели кое-как, а скорбящему ребёнку не позволили присутствовать, потому что якобы не могли терпеть его плач. У меня не было таких воспоминаний, но одно имя Милены снова пробудило необъяснимую боль в глубине сердца. Впрочем, разговору она не мешала, лишь ненадолго приглушила кипевшую ярость. — Я не прошу забыть прошлое. Но… — Старший брат, я ценю вашу заботу, однако на семейный совет не приду. Я прервал его и твёрдо обозначил свою позицию. — Вот как… — Да. На неуверенный ответ я спокойно кивнул. Разум подсказывал: вражда с такой семьёй, как Крайпарт, не принесёт выгоды. Но инстинкты Джулиана отвергали примирение с главным домом. Вопреки моим рациональным доводам, эти отношения уже нельзя было восстановить. «И дело не только в этом». Кроме того, мне хотелось избежать ненужных связей. Высокомерная прямая линия Крайпарт наверняка потребует безусловного подчинения. — Если это твоё решение, больше настаивать не стану. Геранд снова погладил бороду. Беспокойство на лице выглядело искренним. В отличие от остальных ожесточённых Крайпарт, этот робкий третий сын действительно был довольно сердечным человеком. Наверное, поэтому я не испытывал к нему особого отвращения, несмотря на происхождение. — Что касается госпожи Милены… Мне искренне жаль. Понимаю, мои извинения мало что для тебя значат, но всё равно хотел это сказать. — Всё в порядке. Дело далёкого прошлого. Хотя на самом деле я никогда этого не переживал. — …Но ты точно уверен? На семейном совете будет и Джошуа. В последнее время у вас возникли серьёзные проблемы. Вот почему Геранд хотел, чтобы я пришёл на совет. Джошуа Крайпарт. В игровом сюжете он пользовался любовью нынешнего главы семьи и поддержкой правой руки председателя Совета старейшин. Со временем он укрепил положение и внутри, и за пределами дома, а затем о нём даже начали говорить как о следующем главе семьи. — Он впервые участвует в семейном совете. Старейшины и многие вассалы неизбежно обратят на него внимание. Джошуа может потребовать наказать тебя за недавнее происшествие… — Не беспокойтесь, старший брат. Я улыбнулся в ответ на заботу. Собственного выражения лица я не видел, но по обильному поту Геранда можно было догадаться: успокаивающим оно не казалось. — Недавно у нас с Джошуа появилась возможность укрепить братские отношения. *** — Проклятый ублюдок… Прибыв на семейный совет, Джошуа пробормотал проклятие с сильно нахмуренным лицом. Он теребил галстук парадного костюма и с раздражением поглядывал на часы на стене. «…Скоро начнут». Это был его первый семейный совет, но обычно Джошуа не нервничал бы настолько. Для человека, переполненного уверенностью не меньше, чем необузданной гордыней, само чувство тревоги было почти незнакомо. — Начнём переговоры, Джошуа. Случившееся слишком серьёзно, чтобы просто замять. Но сейчас всё изменилось. Он прикусил губу, вспомнив «переговоры» с Джулианом в день нападения на поместье. — Во-первых, передайте «Закрытым Глазам» данные о личности Альфаса Майенда. Кроме того, вы возьмёте на себя всю компенсацию ущерба от этого происшествия. До этого момента условия не представляли серьёзной проблемы. Однако следующие слова повергли Джошуа в растерянность. — На ближайшем семейном совете вы поддержите мою кандидатуру на пост главы. Из-за прежних поступков Джулиана и Совет старейшин, и семья Крайпарт имели к нему множество претензий. Разве недавно они не отправили через секретариат предупреждение? Гордость Крайпарт была задета беспрецедентным происшествием. Семья отчаянно искала повод вернуть Джулиана на Северный фронт. Скандал на банкете давал идеальную возможность. Жалкий представитель боковой ветви публично опозорил представителя прямой линии. «Зря я вмешался… Поддался эмоциям!» Безрассудное нападение на поместье Джулиана, совершённое в ярости после унижения на банкете, обернулось ударом по самому Джошуа. Он сам уничтожил идеальный шанс изгнать врага, заглотив приманку. — Молодой господин Джошуа, господин Геранд уже прибыл. Совет скоро начнётся, прошу пройти внутрь. Из раздумий его вырвал голос слуги. Джошуа поднял голову, кивнул и двинулся вперёд. Чем ближе был зал совета, тем тяжелее становились шаги. «…Блять». Но он всё же подавил тревогу, открыл дверь и вошёл. Взгляды вассалов сразу сосредоточились на нём. — Ты пришёл, Джошуа. Обен Крайпарт, нынешний глава семьи и отец Джошуа, встретил его нейтральным взглядом. Юноша слегка кивнул и занял место. Оглядевшись, он увидел знакомые лица. Первым бросился в глаза Геранд, заметно потевший. За ним стоял главный дворецкий Лахарт, сохранявший относительное спокойствие. — Начнём совет. После слов Обена заседание открылось. Первым вопросом стали действия Святого Меча Хейдена Райха. — Всем известно, что Святой Меч близок ко второму принцу. Если он поддержит его, борьба за престол может склониться в его пользу. — Но нельзя забывать господина Кальдрага, третьего принца, прославившегося на Северном фронте. Его поддерживает большая часть армии… — Я также считаю, что четвёртую принцессу, за которой стоит Башня магии, нельзя сбрасывать со счетов. — Всё же её влияние несравнимо с влиянием Святого Меча. Единственный человек, чья известность хотя бы приближается к его… Говоривший замолчал. Пусть слава этого человека была прежде всего дурной, существовал лишь один человек, способный сравниться по известности со Святым Мечом. — Однако Джулиан, похоже, совсем не интересуется борьбой за престол. — И хорошо. Если он проявит интерес, положение станет ещё запутаннее. — Что думаешь ты, Джошуа? Внезапный вопрос Обена заставил зал замолчать. Все посмотрели на юношу. — Ты впервые участвуешь в совете и можешь волноваться. Говори спокойно и честно. — Да, отец. Ответив официальным тоном, Джошуа медленно поднялся с места. Он мог открыто выразить ненависть к Джулиану, но это создаст проблему. — Не вздумайте делать глупости. Если сведения о нападении попадут к «Закрытым Глазам» и в секретариат, начнётся расследование. На этих переговорах поводок держал Джулиан. «Тогда…» Я сыграю по твоим правилам. — Приветствую. Я Джошуа Крайпарт. Большинство вассалов слушали его с довольными лицами. — Предлагаю официально признать Джулиана членом семьи. Удовлетворение исчезло мгновенно. На лицах мелькнуло потрясение, которое быстро сменилось возмущением. — Что?.. — Ты понимаешь, что говоришь? — Признать этого негодяя — значит опозорить имя Крайпарт! Джошуа решил занять как можно более агрессивную позицию. Из-за договора с Джулианом нельзя было требовать его ссылки на Северный фронт. Значит, следовало спровоцировать остальных как можно сильнее. Возмущайтесь. Возмущайтесь как можно громче. — Но разве известность Джулиана не сравнима со славой Святого Меча? Поэтому я считаю… Наблюдая за повышавшими голоса вассалами, Джошуа искривил губы. — Джулиан достоин стать следующим главой семьи. Я поддержу тебя, как обещал. Настолько яростно, чтобы все неизбежно выступили против. — С-следующим главой?! — Ты серьёзно это предлагаешь? — Джошуа, даже с учётом твоего возраста такое заявление невозможно оправдать! Как он и рассчитывал, сопротивление оказалось бурным. Некоторые вассалы даже вскочили с мест. — Джошуа ещё молод и легко поддаётся слухам. — Само распространение подобных слухов по столице кажется мне нелепым. — Согласен. Немедленная отправка Джулиана на Северный фронт послужит интересам и семьи, и императорской власти… «Да. Именно так». Джошуа внутренне усмехнулся, наблюдая за разгневанными участниками. «После его изгнания сегодняшний разговор легко забудется». Он считал, что выполнил требование и никто не воспримет его слова всерьёз. «Теперь противников быть не должно». Разговор всё увереннее склонялся к ссылке Джулиана на Северный фронт. — Однако… вынужден признать, что доводы Джошуа разумны. В обсуждение вмешался Геранд. Потрясённый Джошуа медленно повернулся и посмотрел на него. «Старший брат Геранд?» Он был уверен, что Геранд не любит Джулиана и боится его. Что вы делаете, старший брат? — Даже Джошуа, прежде испытывавший к Джулиану сильнейшее презрение, изменил мнение. Разве это не доказывает, что в последнее время Джулиан стал человечнее? «Нет». «Совершенно нет, старший брат!» Джошуа хотел опровергнуть внезапное заявление, но не мог. Если сейчас отказаться от собственных слов, его репутация нерешительного человека станет ещё хуже. — Действительно, учитывая нынешнюю расстановку сил при дворе, положение Джулиана чрезвычайно весомо. — Верно. Дурная слава — тоже слава. Словно они давно ждали подходящего случая. Вслед за Герандом начали выступать вассалы, не испытывавшие к Джулиану сильной ненависти. Особенно активно его поддержали те, кто добился нынешнего положения исключительно благодаря своим способностям. «Неужели я… сам всё это начал?» Джошуа покосился на Геранда и мрачно задумался. «Б-блять…!» ---------- Второе обличье (1) — Ух… Признаю поражение. Тихо простонав и скривившись, рыцарь наконец сдался. Я улыбнулся и вытер пот со лба. — Следующего противника нет? Я побеждал рыцарей оружием, которым прежде почти не пользовался. Постепенно об этом разнеслись слухи, и вокруг площадки собрались зрители. Вскоре даже настоящие рыцари начали выходить вперёд, пытаясь взять крепость по имени Джулиан. «…Сам не заметил, как оказался в такой ситуации». Впрочем, для меня она была даже полезной. Если бы противниками оставались одни слабаки, навыки почти не развивались бы. Именно благодаря таким поединкам… ⇒ Получена черта «Преобразование ауры». …у меня появилась возможность приобретать новые черты. Поначалу насыщать аурой оружие, отличное от меча, было очень трудно. Чем дольше я тренировался и чем чаще участвовал в поединках, тем быстрее тело приспосабливалось к любому оружию. Так и появилась эта способность. — …Похоже, желающих больше нет. Какое разочарование. И это всё, чем вы собираетесь защищать императорскую семью? Я насмешливо посмотрел на окруживших площадку рыцарей. Те лишь нервно сглотнули. Похоже, новых противников действительно не будет. Жаль. С этой мыслью я вернул на стойку непривычную рапиру. — Хорошая работа, господин Джулиан. Наблюдавший неподалёку рыцарь поспешил ко мне и протянул полотенце. Его лицо казалось странно знакомым. Мы определённо встречались. Точно. Он служил в ордене Рыцарей Лазурного Льва и сопровождал меня во время поездки в особый район Джулин. Фамилию я помнил, а вот имя… — Ф-Ферн. Возможно, вы забыли, ведь с нашей последней встречи прошло много времени… — Господин Ферн Теллунд. Не сомневайтесь в моей памяти. Ху-ху. Кстати, оправился ли господин Хайнрих, который сопровождал нас? Стоило соединить подсказанное имя с известной фамилией, как лицо Ферна просветлело. Не понимаю, чему он так обрадовался. — Д-да! Из-за ран, нанесённых демоном, он некоторое время провёл в лечебнице, но недавно полностью восстановился! — Вот как? Рад слышать. В конце концов, тот демон был всего лишь двурогим. Я вытер пот полотенцем, и Ферн неловко улыбнулся. — Ха-ха… Наверное, только господин Джулиан способен сказать «всего лишь» о двурогом демоне. Если честно вспомнить ту встречу, слово «всего лишь» подходило плохо. Тогда Лунный Меч ещё не был завершён, а к телу я почти не привык. В бою с простым двурогим демоном я едва не погиб. — Разумеется. Человек, способный насытить аурой любое оружие, даже столь тонкий клинок, может себе такое позволить. Похоже, Ферн часто бывал на третьей тренировочной площадке. По его тону было ясно, что он не раз наблюдал, как я пробую насыщать аурой разное оружие. — И… возможно, мне только кажется, но сейчас ваша аура стала острее, чем при нашей прошлой встрече. Услышав эту нехитрую похвалу, я взглянул на Ферна. Острее прежнего. Я и сам чувствовал то же самое. Между нынешним состоянием и моментом, когда я впервые стал Джулианом, лежала целая пропасть. — Особенно поразительно, что человек вашего уровня продолжает так усердно совершенствовать мастерство… — У вас тоже есть талант, господин Ферн. До сих пор собственный рост замечал и ценил только я. Услышать признание со стороны оказалось неожиданно приятно. Поэтому я ответил Ферну добрее обычного. — Простите? — Вы станете превосходным рыцарем. Возможно, однажды добьётесь такой же славы, как я. — Ч-что вы… — Хотя слава «Улыбающегося Палача» может оказаться не самым приятным вариантом. Не сказал ли я лишнего? Я вернул полотенце, и Ферн тихо пробормотал: — Спасибо. За что он благодарит? Полотенце ведь изначально принадлежало не мне. Я направился к выходу с площадки. «Я стал сильнее». Теперь не требовалось дрожать от страха, как в первые дни после превращения в Джулиана. Наконец я достиг уровня, на котором мог полноценно пользоваться этим телом. «К тому же впереди не так много дел». Максимум — изображать члена Ордена Рассвета и исполнять обязанности в «Закрытых Глазах». Да, приходится скрывать некоторые вещи. Но до сих пор я справлялся. Достаточная сила. Стабильные будни. Больше не придётся так неловко притворяться. Жизнь в этом мире без преувеличения вошла в устойчивое русло. «Если только знакомый мне мир не отклонился слишком далеко». *** После тренировки я принял душ и вернулся в кабинет «Закрытых Глаз». — …И господин Пинтель успешно заполучил Камень души. «Хм». Слушая доклад Лазлота об Ордене Рассвета, я мысленно вздохнул. «…Почему?» Ранее мне сообщили, что Пинтель собирается напасть на караван ради Камня души. Чем больше таких камней получал Орден Рассвета, тем ближе становилось воскрешение Демонического бога Барбатоса. Закрыть на это глаза я не мог — орден следовало остановить. Но известие о том, что Пинтель отправился за добычей, почему-то не показалось мне угрозой. Его должен был остановить Чёрный Рыцарь — второе обличье главного героя Хейдена Райха. «…Нет, разве он не должен был перекрыть им обратный путь после нападения на караван?» Как я ни напрягал память, Чёрный Рыцарь точно использовал момент возвращения и срывал операцию. Я помнил это совершенно ясно. Чёрный Рыцарь был одним из ключевых элементов «Let’s Kill the Demon King Now». «Именно поэтому имя Пинтеля так хорошо запомнилось». Дебют Чёрного Рыцаря считался одной из самых знаменитых сцен игры. Праведный воин останавливал Пинтеля. Эффектная и величественная сцена заставила ликовать множество игроков. Поэтому доклад о том, что епископ Пинтель благополучно завладел Камнем души, сбивал с толку. «Нет, почему ты не выполняешь свою работу, Хейден Райх?..» Это уже напоминало служебную халатность. — Господин Джулиан… Вы плохо себя чувствуете? Я настолько погрузился в мысли, что перестал слушать Лазлота. Услышав его голос, я поднял голову. — Никто не появился? — Простите? Лазлот удивился вопросу. — Во время нападения господина Пинтеля на караван. Не появился ли невероятно сильный мечник? — Нет. В докладе ничего подобного не упоминалось… Ответ исключал возможность того, что Чёрный Рыцарь всё-таки пришёл, но был побеждён Пинтелем. «…Он правда не сделал свою работу!» От раздражения я прикусил губу. Уверенность в стабильности моей жизни отчасти строилась на будущих подвигах Чёрного Рыцаря. Почему? Чёрный Рыцарь должен был перехватывать Камни души, нужные Ордену Рассвета, одного за другим устранять ключевых руководителей и в конце концов победить нынешнего архиепископа Тенелона. «М-м-м…» Но Чёрный Рыцарь… Не появился тогда, когда обязан был появиться. Во рту возник горький привкус, а дурное предчувствие не отпускало. Я слегка нахмурился. Такого не ожидал. — Вам известен путь, по которому вернётся господин Пинтель? — Простите? Вопрос прозвучал слишком внезапно, и Лазлот недоумённо переспросил. — Может произойти непредвиденное. Не только мы желаем получить Камень души. — А… Он согласно кивнул и ответил: — Господин Пинтель, успешно добывший Камень души, должен сегодня войти в столицу через западные ворота. — Вот как. Из-за наблюдения империи они наверняка приедут глубокой ночью. — Да, похоже на то. Даже после ответа горечь на языке и тревога никуда не исчезли. И всё же где-то глубоко внутри, словно ребёнок, верящий в Деда Мороза, я продолжал надеяться на появление Чёрного Рыцаря. «Этот тип должен работать, чтобы мне самому досталось меньше работы!» Правда, вера рождалась не из невинности, а из чистого желания спасти собственную шкуру. Получив доклад, я начал собираться уходить из дворца. — …Куда вы направляетесь, господин Джулиан? — Вспомнил об одном срочном деле. Передайте командиру Одвин, что мне пришлось уйти. Одной из привилегий Джулиана как ключевого члена «Закрытых Глаз» было отсутствие строгого рабочего графика в дни без заданий. — Да, разумеется. Лазлот явно знал об этом и без лишних вопросов кивнул. — Тогда… передать командиру документы, сложенные на столе? Он взглянул на высокую стопку бумаг. — Да. Скажите командиру Одвин, что я ей очень благодарен. *** — Фу-у… Я глубоко вдохнул. Холодный ночной воздух обжёг лёгкие. Возможно, помогало натренированное тело — мороз не казался невыносимым, однако недовольство всё равно бурлило внутри. «Разведывательная сеть Хейдена Райха должна знать, что Орден Рассвета получил Камень души». Следуя сведениям Лазлота, я устроился на вершине большого дерева неподалёку от западных ворот. Низко натянув капюшон, я ждал появления кареты Пинтеля. По моим расчётам, это место было последней линией обороны. «Он появится. Обязан появиться». Если карета пройдёт отсюда в столицу, Чёрный Рыцарь уже не сможет помешать Ордену Рассвета получить Камень души. В столице их ждали монсеньоры и епископы. Если они нападут все разом, даже Святой Меч окажется в опасности. «До сих пор никого?» Во мне бушевали разные чувства. Вдалеке появилась карета и направилась к воротам. Даже в непроглядной ночи глаза Джулиана видели её ясно. На её борту виднелся знак, который распознавали лишь члены Ордена Рассвета. «Она». Карета, перевозившая добытый Пинтелем Камень души. «Чем ты вообще занимаешься, Хейден Райх?..» Но Чёрного Рыцаря не было. Ни одной живой души. Такими темпами карета спокойно пройдёт через ворота и окажется в столице. После этого исправить уже ничего не удастся. «Ха-а…» Я беззвучно вздохнул. Почему Чёрный Рыцарь не появился, понять не удавалось. Но одно стало совершенно ясно. Моих проблем сейчас прибавится. Цок-цок! Цок-цок! Стук копыт становился всё громче. Я поднялся из приседа. «Знал бы, что так выйдет, хотя бы раз потренировался». Собравшись с духом, я прыгнул на крышу кареты. ---------- Второе обличье (2) Прыгнув с ворот в сторону кареты, я услышал резкий свист рассекаемого воздуха. Земля стремительно приближалась, однако сердце оставалось спокойным, словно гладь тихого озера. Шорох! Перед самым приземлением на крышу я ухватился за ветку, погасил скорость и мягко опустился на карету. — …Хм? Что это было? Из грузового отсека донёсся голос. Похоже, кто-то из сидевших внутри обладал острым слухом. Скрыв присутствие, я глубже натянул капюшон. Если Орден Рассвета узнает о сегодняшнем происшествии, отделаться так же легко, как прежде, уже не выйдет. Дело было не только в Камне души. Я намеревался помешать конечной цели ордена — воскрешению Демонического бога. К тому же все пассажиры этой кареты состояли в Ордене Рассвета. Следовало соблюдать осторожность. — Да что такого? Наверняка белка на крышу прыгнула. Я снова применил обнаружение маны и обследовал карету изнутри. «Двое в грузовом отсеке и кучер». Ни от одного не исходило особенно сильного присутствия. «Похоже, епископ Пинтель с ними не поехал». Я немного успокоился. Будь здесь кто-нибудь уровня епископа, всё могло стать куда опаснее. «Пора начинать». Я схватился за стойки, поддерживавшие крышу, и изо всех сил раскачал их вверх-вниз. — …Какого чёрта?! Стойки задрожали, натянутый сверху тент громко захлопал, и один из мужчин осторожно высунул голову из грузового отсека. — Постойте, это не белка… А-а-а! Я мгновенно схватил его за челюсть и выбросил из кареты. «Угх…» Я знал, что силён, но не думал, что настолько. Поднять взрослого мужчину одной рукой и без труда швырнуть наружу — невероятная мощь. Даже самому стало не по себе. Затем я снова ухватился за опору и нырнул в грузовой отсек. — Совсем охренел?! Оставшийся мужчина, потрясённый тем, как его товарища выбросили из кареты, тут же потянулся к мечу. Точнее, попытался потянуться. Прежде чем клинок покинул ножны, моя правая нога уже врезалась ему в живот. — Кха! Резкое ощущение в носке подсказало, что удар пришёлся точно. Мужчину отбросило в угол. Он ударился головой и затих — похоже, потерял сознание. Я неторопливо прошёл вперёд и отдёрнул занавес, отделявший грузовой отсек от кучера. — Эй! Что там у вас происхо… Ик! Кучер обернулся на шум и застыл, увидев перед собой человека в низко надвинутом капюшоне с мечом у горла. Над его головой, как и ожидалось, вспыхнул отчётливый Цвет Страха. — К-кто вы такой?! — Тебе незачем это знать. Останови карету… Шлёп. Едва я заговорил, как тут же ударил себя ладонью по губам: привычная вежливая речь едва не выдала меня. К счастью, кучер и без объяснений понял требование. Он натянул поводья, остановил карету и перебрался в грузовой отсек. Стоило мне открыть рот, как формальная манера речи могла проявиться снова. Поэтому я решил общаться на универсальном языке жестов. Щёлк. Я протянул ладонь, требуя отдать нужную вещь. — …Чего вы хотите? Мы обычные путники. У нас нет ничего ценного, прошу, пощадите. Я покачал головой и повторил жест. — Господин, умоляю! Дома меня ждут жена и дети! Продолжая жалобно молить, кучер беспокойно водил глазами и будто пытался прикрыть что-то собой. В отсеке стояло несколько ящиков, но внимание привлёк небольшой короб позади него. «Этот?» Я оттолкнул кучера и потянулся к коробу, когда кончики пальцев обдало холодом. — Ха-а! Кучер каким-то образом успел достать короткий кинжал и попытался ударить меня. Слишком медленно. Прежде чем лезвие достигло цели, я развернул вытянутую руку и ударил его в бок. — Кха! Оставив кучера, со стоном вылетевшего из кареты, я зажал короб под мышкой и приготовился уходить. Снаружи поверженный мужчина тяжело дышал и злобно смотрел в мою сторону. — …Ты вообще знаешь, кто мы такие?! Реплика, достойная третьесортного злодея. — Мы — Орден Рассвета! Сделаешь нас врагами — живым не останешься! Как бы он удивился, узнав правду. Таинственный налётчик перед ним сам был епископом ордена. — Как бы ты ни скрывал лицо, от нашей погони тебе не уйти… Кха! Его непрерывная болтовня раздражала, и я пнул мужчину под дых, мгновенно заставив замолчать. На всякий случай открыл короб и проверил содержимое. Внутри лежал красный Камень души, источавший зловещую энергию. «Получилось. Орден Рассвета не получит этот Камень души…» И всё же одна тревога не отпускала. Чёрный Рыцарь так и не появился. «В следующий раз обязан прийти». Он всё-таки главный герой. Иначе какого чёрта я должен выполнять за него всю работу? *** В зале аудиенций Ордена Рассвета, скрытом в монастыре Генмель, царила гнетущая тишина. Обычный человек мог бы задохнуться от одной лишь тяжести этой атмосферы. Элеонора огляделась и перевела взгляд на трон. Тенелон сидел там с явно недовольным выражением, излучая высокомерное давление. Перед ним, словно преступник, на коленях стоял мужчина. — …Пинтель. — Д-да… архиепископ. От одного обращения Тенелона мужчина покрылся холодным потом. Под суровыми взглядами архиепископа и остальных епископов его губы задрожали. — Я разочарован. Услышав эти слова, Пинтель зажмурился. — Тебе поручили лично доставить столь важный для нас Камень души, но ты доверил его простым членам ордена. — П-простите… Это моя небрежность…! — Небрежность, значит… Тенелон повторил его слово. Тяжёлый взгляд Тенелона не отрывался от Пинтеля. — Я хотел бы дать тебе возможность искупить вину. Вот только не представляю, как именно ты это сделаешь. — Я-я найду напавшего на карету и верну Камень души…! — Человека, чьего лица ты даже не видел? Мягкий, но беспощадный вопрос заставил Пинтеля замолчать. — Нельзя призвать того, чьего имени не знаешь. Как ты намерен разыскать безликого противника, Пинтель? С каждым словом воздух в зале становился тяжелее. «Густо…» Из тела Тенелона сочилась демоническая энергия, постепенно заполняя помещение. Под этим давлением никто из епископов не решался заговорить. Гнев, направленный на Пинтеля, в любой момент мог перекинуться на другого. Элеонора не была исключением. — Епископ Пинтель, какой жалкий вид. Посреди удушающего потока раздался голос человека, на которого демоническая энергия будто совсем не действовала. «…Джулиан». Слова Тенелона будто не оказывали на него никакого влияния. — Подумать только: тот, кто так громко требовал призвать меня к ответу, сам оказался в подобном положении… Воистину, мир непредсказуем. — …Угх. Пинтель прикусил губу под жалящим сарказмом Джулиана. — Епископ Джулиан, вы опоздали. — Да. Задержался из-за дел «Закрытых Глаз», господин Тенелон. Вместо почтительного обращения «архиепископ» Джулиан предпочитал называть его по имени, добавляя обычное «господин». Так он подчёркивал, что вступил в Орден Рассвета ради собственных целей, а не как истинный последователь. — Пинтель заслуживает порицания за потерю Камня души, однако разве не важнее определить нашего врага? В его словах был смысл. Тенелон, похоже, согласился и кивнул. — Верно… — На самом деле я смотрю на происшествие иначе. Возможно, потеря Камня души даже пошла нам на пользу. — Хм? Элеонора задержала дыхание. Внимание, прежде сосредоточенное на Пинтеле, постепенно переключилось на Джулиана. Остальные епископы тоже смотрели на него, испытывая самые разные эмоции. Но Джулиан не дрогнул. Напротив, он улыбнулся шире, будто наслаждался происходящим. — Подумайте. «Враг», напавший на карету, знал, что мы перевозим Камень души, и точно представлял маршрут возвращения. — Хм. — О чём это говорит? — У них потрясающая разведывательная сеть. Сравнимая с императорской семьёй или даже со Святым Мечом. Элеонора, до этого молчавшая, наконец высказалась. — Епископ Элеонора, какая наивная мысль. — Тогда просветите столь недалёкую меня. От её ответа улыбка Джулиана стала шире. — Это означает, что в Ордене Рассвета есть предатель. Зал аудиенций взорвался гулом. Шёпот разошёлся по помещению волнами. Элеонора нервно сглотнула. — В таком случае разве не разумнее было бы ударить непосредственно по нам, а не перехватывать Камень души? — Возможно, это рядовой член, не знающий расположения главного убежища. Или он выжидает подходящего момента, чтобы уничтожить Орден Рассвета целиком… — Достаточно. Торжественный голос Тенелона оборвал рассуждение Джулиана на полуслове. Под маской его глаза ярко сверкнули. Добившись своего, Джулиан послушно склонил голову. *** Вернувшись домой после собрания Ордена Рассвета, я сел в кресло и задумался. Я не рассчитывал одной фразой расколоть орден изнутри, но хотя бы ограничить его действия она могла. «Пока они ищут несуществующего предателя, им придётся следить друг за другом». Хотя, если учитывать меня, предатель всё-таки существовал. Не знаю, насколько действенным окажется этот ход, но хоть что-то лучше, чем ничего. «Однако меня беспокоит другое…» Почему Чёрный Рыцарь не появился? Я положил на стол большой календарь с надписью «Континентальное летоисчисление» и принялся отмечать даты пером. Отметки обозначали дни, когда Чёрный Рыцарь должен был появиться и действовать в столице. — Пусть день дебюта уже прошёл, он ведь может показаться в один из следующих, верно? Изучив пометки, я оторвал лист текущего месяца и убрал его в ящик. — Прошу тебя… просто появись. Именно Чёрный Рыцарь, а не Святой Меч, расправлялся с епископами и в конце концов убивал Тенелона. Я искренне молился. — Хейден Райх, как твой ученик, умоляю… Хм? Тогда я заметил аккуратно сложенную на столе газету. «Адратанский вестник». Под названием огромным заголовком растянулись строки: [Святой Меч Хейден Райх покинул столицу?] [Звезда Империи Адратан: зачем Святой Меч уехал из столицы?] Прочитав их, я издал сухой, лишённый радости смешок. — …Наставник? Чёрный Рыцарь, а выходить на сцену ты вообще собираешься? ---------- Второе обличье (3) В императорском дворце, где интриги не прекращались ни на день, Секретариат — средоточие огромного количества сведений — обладал немалым влиянием. Однако эта «сила» рождалась не из боевого могущества, а из политических связей и отношений с другими дворянами. Люди, которым, как принято говорить, было плевать на мнение окружающих, не особенно боялись власти Секретариата. — Кхм. Глава Секретариата Седн Орбиан прочистил горло, обращаясь к одному из тех, кому было плевать на мнение окружающих. Джулиан Крайпарт Фрейсон. У этого Бешеного Пса императорского дворца попросту не было поводка. Он клялся в верности империи, но лишь ради собственного удовлетворения, а не ради чести, престижа рода или материальной выгоды. Именно поэтому люди боялись непредсказуемого чудовища. — Недавно состоялся семейный совет Крайпартов. Впрочем, открыто показывать страх было бы поведением третьесортного дворянина. Всегда оставаться изящным и сдержанным, как подобает дворянину. Напомнив себе об этом принципе, Седн посмотрел на Джулиана. — Да. — Вам известно, что там обсуждали? Императорский двор внимательно наблюдает за семьёй Крайпарт. Следить за ней было естественно. Когда спор о наследовании престола в любой момент мог обернуться кровавой бурей, невозможно было предсказать последствия любого шага одного из четырёх великих родов. — Простите, но семья давно отвернулась от меня. — Вот как? Услышав учтивый ответ Джулиана, Седн кивнул, подтверждая собственную догадку. В конце концов, перед ним стоял один из Фрейсонов семьи Крайпарт. — Прискорбно. Хотя на лице Седна не было ни капли сожаления. На самом деле он позвал Джулиана вовсе не для того, чтобы узнать содержание семейного совета. «Мне, конечно, любопытно, но истинная причина в другом». Как глава Секретариата, официально он взаимодействовал с Джулианом через «Закрытые Глаза». Но если удастся показать, что их отношения выходят за рамки формальной работы и они ведут личные беседы… «Моё положение станет значительно прочнее». Пусть этот человек с головы до ног покрыт дурной славой, его сила неоспорима. Несколько слов без особых затрат могли послужить предупреждением другим дворянам. Как естественно и изящно! — Однако, господин Седн. Мягкий голос Джулиана заставил Седна оторваться от чашки, которую он уже поднёс к губам, собираясь насладиться своей маленькой удачной интригой. — Я слышал, что Святой Меч Хейден Райх покинул столицу. Услышав из уст Джулиана имя Хейдена Райха, Седн вздрогнул. — Да, мне известно. — Могу ли я узнать, с какой целью и куда именно он направился? Зная их отношения, Седн сразу разгадал намерения Джулиана. Ни для кого не было секретом, что тот относился к Святому Мечу далеко не тепло. — Не понимаю, почему вас это интересует. Официально вы ведь не близки со Святым Мечом? Седн не скрыл неудовольствия, косвенно обозначил свою позицию и посмотрел на Джулиана. «Только бы не сглотнуть…» На лице мужчины появилась зловещая улыбка. Он улыбался почти всегда, но это не означало, что у него не было эмоций. Сейчас за улыбкой почти не скрывалось истинное настроение. «Всё ещё отчаянно желает убить Святого Меча». Под давлением исходящей от Джулиана жажды убийства Седн невольно сглотнул и решил сообщить местонахождение Хейдена Райха. Раз уж он сам вызвал Джулиана по личным причинам, следовало заплатить соответствующую цену. «Да. Я вовсе не испугался». Это тоже обязанность дворянина и часть достойной жизни. *** Вернувшись в особняк, я рухнул на диван. — Сейчас господин Хейден по приказу Его Величества направился в Святое королевство Фернанд. Уехал в Фернанд именно сейчас. «А как же Чёрный Рыцарь?..» Опасение, что главный герой не исполнит роль Чёрного Рыцаря — важнейшей части «Let’s Kill the Demon King Now», — стало реальностью. Голова разболелась ещё сильнее. «Плохо… Очень плохо…» События шли совсем не так, как ожидалось. Внутри всё горело, а подходящего решения не находилось. «Что делать?» Нельзя ведь подойти к самому Хейдену и начать расспрашивать о Чёрном Рыцаре. — Нет… Если начать с самого начала… Я посмотрел в окно. Высокое небо и далёкий императорский дворец. Этот вид казался странно знакомым, почти родным. — А существует ли здесь Чёрный Рыцарь вообще? Отсутствие персонажа из моей любимой сцены даже немного разочаровывало. «Похоже, но всё же иначе». Я достал из кармана лист бумаги и положил на стол. Это была первая страница календаря с отмеченными датами прошлых действий Чёрного Рыцаря. «Если его действительно нет, все происшествия, которые он должен был предотвратить, случатся». Какая головная боль. Помимо Чёрного Рыцаря, требовалось решить и ещё одну проблему. Я вытащил из ящика спрятанный там небольшой короб. Внутри лежал Камень души, добытый Пинтелем. «Что с ним делать?..» После визита Элеоноры стало ясно: хранить Камень души в особняке глупо. Любой человек, способный обращаться с маной или знакомый с демонической энергией, легко обнаружит спрятанный камень. «Геранду я доверил ожерелье лишь из-за связанной с ним истории». Есть ли кто-нибудь, кому можно спокойно передать обычный Камень души? Нет. — Оставлять его в нынешнем состоянии явно опасно. Немного подумав, я принял решение. Щёлк. Короб открылся. Внутри лежал Камень души — самый маленький из всех, что мне доводилось видеть. «Для эксперимента размер идеальный». Я достал его и всмотрелся в поверхность. В зловещей кроваво-красной поверхности камня отражалось моё лицо. На меня смотрело прищуренное лицо Джулиана. — Знал, что когда-нибудь придётся это сделать. Просто не думал, что настолько скоро. Чтобы выжить, нужно использовать всё доступное. ▶ Черта: «Сосуд Короля демонов» Ранг: легендарный В Камне души заключены остаточные мысли Демонического бога. Черта «Сосуд Короля демонов» позволяет поглощать их и в конечном счёте превращает владельца в Короля демонов. Черта, достойная злодея. «Поглотить Камень души». А если начнётся демонизация? Тревога мелькнула, но жажда силы оказалась сильнее. «Без силы это тело беспомощно». Тогда поглоти. Я крепко сжал Камень души. Маленький самоцвет растаял, превратившись в жидкость, и впитался в кожу. Одновременно я ощутил поток демонической энергии. «Сосредоточься». Когда она через кончики пальцев проникла в каналы маны, я сосредоточился и перекрыл ей путь к главным меридианам. Мана по своей природе чиста. Даже если в эту чистоту попадает загрязнённая аура, именуемая демонической энергией, управлять ею несложно. — Значит, этого достаточно… Кхе. Я закашлялся, машинально поднёс ладонь ко рту и увидел между пальцами алую кровь. Капли крови сорвались с губ. Следом внутренности обожгло болью, будто их прижигали раскалённым железом. К тому же внутри словно копошились черви, расползаясь по всему телу и вызывая омерзительный зуд. — Угх… Я мыслил слишком просто. Пусть Камень души был маленьким, в нём находилась концентрированная демоническая энергия трёхрогого демона. Глупо было ожидать, что поглощение пройдёт бесследно. Но даже в водовороте боли и отвращения разум сохранял ясность. — Ху… Ху-ху… Вместо страха поднималось другое чувство. Предвкушение. Радость при мысли о силе, которую я получу, когда буря закончится. Даже сквозь боль из горла вырвался смех. Сам удивляясь инстинктам Джулиана, я выпрямился и сел, скрестив ноги. «Так будет удобнее». Поменяв позу, чтобы хотя бы немного сосредоточиться на каналах маны, я выровнял дыхание. Первым делом следовало оценить состояние тела. «Демоническая энергия не смогла войти в каналы из-за перекрытого потока и теперь циркулирует снаружи». Вероятно, поэтому я и выплюнул кровь. Что делать? «Может, наоборот, открыть каналы и принять её?» Стоило подумать, как проклятое тело само раскрыло главный меридиан — «вход» в сеть маны, словно это было единственно верным ответом. Главная артерия сердца — Врата Открытия. Врата Покоя, соединяющие сердце с головой. Две Ветвящиеся Враты, ведущие к рукам. Две Главные Враты, ведущие к ногам. — Кхе… Когда демоническая энергия растеклась по неподготовленным меридианам, кровь вновь поднялась к горлу. Боль была настолько сильной, что дрожали руки, однако страха не возникало. «Меридианы… приспосабливаются». Обычный человек превратился бы в демона в тот же миг, когда поглотил Камень души. Моё тело отличалось. И дело было не только в черте «Сосуд Короля демонов». «Запас маны несравнимо больше, чем у остальных». Маленький пруд легко окрасить, но изменить цвет целого океана невозможно. Мана в теле Джулиана напоминала море, поэтому демонизация, при которой демоническая энергия захватывала тело, продвигалась медленнее. — Ху-у… Сосредоточиться. И ещё раз. Я медленно раскрывал каналы маны, регулируя количество поступающей демонической энергии. Всё внимание сосредоточилось на этом процессе, и остальные ощущения постепенно притупились. Сколько времени прошло, я не понимал. Кап. Одно было ясно: пот лился уже давно и в таком количестве, что началось обезвоживание. Губы пересохли. Боль отступила, но теперь голова кружилась от жажды. «Воды…» Вспомнилось, что после возвращения в особняк слуга оставил кувшин в спальне. Стоило выпить, и эта жгучая сухость исчезла бы. «…Но двигаться нельзя». Разумеется, это было лишь несбыточное желание. Сейчас все нервы были напряжены до предела. Малейшее движение разрушит концентрацию. Терпи. Но жажда продолжала усиливаться. До мысли о воде она не казалась такой невыносимой. «Кувшин ведь остался на столе…» Блять! Теперь эта мысль никак не выходит из головы! Желание стало почти мучительным, рот будто набили песком. «Не стоило вспоминать… Хм?» В этот момент на макушку упала тонкая струйка воды. К счастью, она стекла к губам и увлажнила растрескавшуюся кожу. Настоящий дождь посреди засухи. Когда вызванное жаждой головокружение немного отступило, я медленно открыл глаза. Несмотря на глубокую концентрацию, в комнате не ощущалось ничьего присутствия. Кто же тогда полил меня водой? — …Тень? Из-за спины вытянулась тонкая, угольно-чёрная нить, которая держала кувшин, снятый со стола. — Что ты такое? ---------- Шаг вперёд, шаг назад — Это… А! Неужели оно? Я осторожно провёл рукой по обсидиановой «нити» и быстро понял её природу. Моя мана. Иными словами — аура. ⇒ Получена новая черта «Сомбра». Пока я читал сообщение, удерживавшая кувшин нить рассыпалась, словно пыль. — Угх…! Я едва успел поймать падающий сосуд и медленно поднялся. Демоническая энергия, прежде бурлившая внизу живота, больше не ощущалась. «Я полностью её поглотил?» Уверенности не было. Но раз я больше ничего не чувствовал, похоже, всё закончилось. Так значит, черта, позволяющая материализовать ауру, стала результатом поглощения Камня души? — Сомбра… Я слышал это имя. На западе Империи Адратан располагался каньон Вивр. Там обитал трёхрогий демон по имени Сомбра. — Значит, камень принадлежал ему. Как и подсказывало значение слова «сомбра», способность позволяла с помощью демонической энергии материализовать рассеянную в воздухе ману и управлять ею, словно продолжением собственного тела. «Материализовать…» Осознав название силы, заключённой в Камне души, я глубоко вдохнул и направил ману к кончикам пальцев. Материализация ауры. Явление, противоречившее здравому смыслу этого мира. Нет, даже в моём прежнем мире ничего подобного не существовало. Понять его было сложно, однако недавно увиденная «нить» дала нужный образ. Ш-ш-ш. — Проще, чем ожидалось. Отбросив привычные представления, я снова создал угольно-чёрную нить Сомбры. ▶ Черта: «Сомбра» Ранг: уникальный ▷ Позволяет материализовать ману и ауру. ▷ Прочность и длина Сомбры зависят от уровня освоения. ▷ Черта ещё не освоена полностью. Поглощение нового Камня души может вызвать сильную обратную реакцию. Изучив описание, я представил, как Сомбра вытягивается к книге на другом конце комнаты. Это оказалось несложно. «Притягивать предметы довольно легко». Пока управлять ею как полноценной рукой не получалось, но с каждым применением я всё лучше понимал принцип на уровне инстинкта. «Тогда…» Что произойдёт, если покрыть ею меч? Изначально мысль возникла из простого любопытства, но почти сразу показалась разумной. «Лунный Меч прекрасно сочетается с моей маной, однако самоцвет уступает стали по прочности». Поэтому, пользуясь им, я бессознательно ограничивал силу. А если укрепить клинок Сомброй? Должно получиться. «Стоит проверить». Я вытащил меч и полностью сосредоточился, позволяя Сомбре вытечь из пальцев. Мягко сиявший Лунный Меч быстро почернел, словно тень пожрала лунный свет. «Неплохо». Направив ауру в ставший чёрным клинок, я применил технику Лунного Меча. Гу-у-у! Гу-у-у! Тихо, но отчётливо. Лунный Меч вошёл в резонанс с Сомброй. — Потрясающе. Я невольно выразил восхищение. Сомбра изначально была способностью демона. А Лунный Меч был создан для уничтожения демонов. Сочетание двух несовместимых сил, подобных воде и маслу, вызвало неожиданную реакцию. «Они отталкиваются друг от друга». Сопротивляясь отдаче Сомбры, Лунный Меч мог выдавать ещё большую мощь. — Она не только повышает прочность, но и усиливает отдачу? Какая практичная способность… Хм? Хруст. Что-то сломалось. Резонанс Лунного Меча начал затихать, и меня охватила тревога. — Это… Я убрал покрывавшую клинок Сомбру и увидел повреждение. — …Трещина. *** Едва войдя в одну из лучших кузниц столицы — «Пламя Заката», Линне почувствовала обжигавший кожу жар. — Линне! Едва она переступила порог, к ней с дружелюбной улыбкой подошла женщина с собранными назад длинными волосами. — Как рука? Я слышала, ты пострадала. — Быстро зажила. Спасибо, Люпина. — Правда? Вот что значит молодая кровь! Люпина смущённо рассмеялась. Хотя разница в возрасте между ними была небольшой, Люпина изображала взрослую, и Линне не удержалась от улыбки. — А, сейчас не время! Ты как раз вовремя, Линне! Этот меч — лучший из всех, что я когда-либо делала! Линне пришла забрать оружие, заказанное взамен повреждённого в недавнем бою. Лицо Люпины сияло, когда она схватила девушку за запястье и потащила за собой. — Смотри. Как ты и просила, я сделала его особенно лёгким. Люпина взяла с заваленного чертежами и металлическими деталями стола ножны и передала их Линне. — Действительно лёгкий. — Правда? Раз заказ твой, я постаралась особенно сильно. Поблагодарив гордую Люпину, Линне обнажила клинок. Отполированная сталь блестела, словно зеркало. В ней смутно отражалось лицо девушки. «…Какое хмурое». Увидев собственное выражение, Линне горько улыбнулась. Лёгкий меч. Она заказала его, последовав совету Джулиана. — Твои каналы маны содержат больше энергии, чем у остальных. Совет должен был помочь снизить рассеивание маны. Более лёгкое оружие позволяло лучше сосредоточиться на каналах маны — поэтому Линне и сделала этот особый заказ. «Пусть он мне и неприятен, в фехтовании и обращении с аурой ему почти нет равных». Линне была уверена, что совет Джулиана верен, и снова посмотрела на Люпину. — Ну как? Ножны ещё не закончены, но меч тебе подходит? — Идеально лежит в руке. Сразу видно будущую хозяйку «Пламени Заката»! — Ха-ха, лестью скидку не получишь. Линне уже собиралась возразить, что вовсе не добивалась скидки, когда… — Люпина! Мастер Лугер зовёт тебя! — Правда? Линне, подождёшь здесь немного? Услышав срочный тон, Люпина попросила её остаться и быстро выбежала. Линне проводила её взглядом и вновь сосредоточилась на мече. — Если подходить с позиции общепринятых знаний, возникнут трудности. Нужно использовать не только основные меридианы вроде Врат Открытия, но и другие крупные каналы, накапливая в них ману. Слова Джулиана неотступно звучали в памяти. Общий смысл она уже понимала, но полностью разобраться в методе пока не могла. Из-за этого она нервно ходила по комнате. «…Использовать сразу два основных канала? Разве это возможно?» Согласно общепринятым знаниям — нет. Профессора Академии Байер тоже никогда об этом не говорили. Даже наставник, Святой Меч, не упоминал подобный способ обращения с аурой. Метод Джулиана явно выходил за рамки обычного. «А вдруг он просто издевался?» Возможно. Даже весьма вероятно — ведь это Джулиан. И всё же Линне закрыла глаза, решив полностью сосредоточиться и попробовать предложенный им необычный способ. «…Он единственный заметил мою слабость и дал совет». Но ей не хватало знаний и опыта. Если бы Джулиан оставил ещё хотя бы одну подсказку… — О чём я вообще думаю? Полагаться на этого человека? Пусть у них есть общая цель, Джулиан оставался человеком, с которым трудно иметь дело. «Нет, нельзя допускать такие слабые мысли. Просить помощи следовало лишь один раз…» Отбросив сомнения, Линне открыла глаза. Перед ней мелькнул знакомый силуэт. Серые волосы, смешивавшие чёрное и белое. Сдержанная улыбка, будто все эмоции пропустили через фильтр. Тот самый человек, который дал ей совет об ауре. Джулиан. «…Почему он здесь?» В следующую секунду он исчез из поля зрения. Линне тут же пошла следом. «Отбрось гордость». Признать собственные недостатки и попросить совета — не повод для стыда. Напротив, это зрелый поступок. Она вложила меч в ножны и поспешила следом за Джулианом. За поворотом показалась дверь, ведущая наружу из здания «Пламени Заката». Линне вышла наружу и… — …Хм? Джулиан исчез, словно мираж. Она растерянно огляделась. Он точно пошёл сюда. — Куда… он делся? Надвигались сумерки, один за другим зажигались фонари, издалека доносилось стрекотание сверчков. Линне нахмурилась. «…Обычно появляется из ниоткуда именно тогда, когда я не желаю его видеть». А сейчас, когда она сама его искала, он исчез, словно привидение. *** Инстинкты Джулиана были отточены даже для обыденной жизни. Чувствительное к чужому присутствию тело без труда замечало слежку. Я почувствовал Линне ещё в тот момент, когда вошёл в «Пламя Заката». «Спрятался почти машинально». Честно говоря, встречаться с ней не хотелось. Причиной было недавнее происшествие в Академии. — На самом деле… я смутно помню ваш разговор с Альфасом. Времени прошло немного, но ситуация так и не прояснилась. Я по-прежнему не знал наверняка, осведомлена ли она о моей связи с Орденом Рассвета. «К тому же Линне впервые сама пытается ко мне подойти». Я дождался, пока её присутствие исчезнет, и лишь затем спрыгнул с крыши. С характером Линне она вряд ли искала меня ради простой беседы. «Но причина непонятна». Единственное логичное объяснение — желание расспросить о том, что она услышала тогда. Однако в таком случае проще было бы подойти напрямую. «Как бы то ни было, некоторое время лучше с ней не пересекаться». Разобравшись с мыслями, я направился к личной мастерской Лугера Орланда. Несмотря на звание великого мастера, помещение оказалось не особенно большим. Сотрудник «Пламени Заката», стоявший у входа, задрожал от страха, едва увидел меня. — Д-добро пожаловать, господин Джулиан… Приветствие было вежливым, но крайне неловким. Для встречи с лучшим кузнецом империи требовалась запись, поэтому о цели моего визита сообщили заранее. Хотя для Джулиана даже отсутствие записи вряд ли стало бы препятствием. — Господин Лугер внутри? Я улыбнулся. Сотрудник судорожно сглотнул и кивнул. — Д-да…! Но, эм… «Хм?» Я с любопытством слегка наклонил голову, и его и без того испуганное лицо исказилось ещё сильнее. Наверняка решил, что я недоволен. — П-предыдущая посетительница ещё не ушла… Я сейчас зайду и сообщу о вас… — В этом нет необходимости. Предыдущая посетительница, значит. Обычно ожидание не стало бы проблемой, но сейчас не хотелось задерживаться ни на минуту. Я знал, что Линне находится в «Пламени Заката», и желал закончить дело как можно быстрее. — Я поговорю с ним сам. Сохраняя максимально мягкую улыбку, я направился к двери и заметил, как лицо работника окончательно окаменело. Дзинь! — Ха! Мой сын недавно вступил в рыцарский орден! Стоило войти в мастерскую, как помещение заполнил пронзительный женский голос. Увешанная кольцами и брошами женщина стояла перед Лугером, высокомерно поджав губы и скрестив руки. — Я прошу всего лишь выковать меч. Не слишком ли вы упрямитесь? — У меня нет времени делать меч для какого-то новичка, который только вчера стал рыцарем! — Н-новичка?.. Следите за языком! Одного обращения во дворец хватит, чтобы простолюдину вроде вас отсекли голову! После ответа Лугера лицо женщины покраснело, а губы возмущённо сжались. В разгар гнева она заметила меня и осторожно перевела взгляд. — Обращение во дворец, говорите… Как вас там? ---------- Гарантийное обслуживание На груди женщины висело ожерелье с эмблемой Золотого Яблока. Это был символ семьи Годрихт — одного из четырёх великих родов, обладавшего огромным влиянием в высшем обществе Империи Адратан. — …Вы кто такой? Прищурившись, женщина окинула меня взглядом, а затем повернулась к стоявшему рядом мужчине, по всей видимости телохранителю. — Чего стоишь? Выведи его. Рыцарь неловко кашлянул и явно растерялся. Он осторожно приблизился к хозяйке и что-то прошептал ей на ухо. Высокомерное выражение на её лице исказилось почти мгновенно. — Этот человек… «Улыбающийся Палач»? — Да, госпожа Эрджена. Даже знаменитость не всегда легко узнать вживую. Это похоже на встречу с известным актёром в кафе: лицо кажется знакомым, но не сразу понимаешь, откуда. — Кхм, кхм… Прикрыв рот веером, госпожа Эрджена пристально посмотрела на меня, после чего резко отвернулась. — Я-я зайду в другой раз. Она пыталась говорить невозмутимо, однако над головой уже дрожал отчётливый фиолетовый Цвет Страха. Женщина торопливо покинула мастерскую. Просторное помещение мгновенно погрузилось в тишину, будто недавнего шума и не было. Внутри остались только Лугер и я. — Проклятая баба. Поэтому терпеть не могу ублюдков из семьи Годрихт. Молчание нарушил владелец «Пламени Заката» Лугер Орланд. Продолжая ругаться, он потёр виски и нахмурился от головной боли. — Так зачем пришёл? Только не говори, что хочешь узнать, почему Святой Меч уехал из столицы. В голосе Лугера всё ещё кипело раздражение. «О? Даже он об этом знает?» Любопытно, но сегодня меня привело другое. — Разумеется, нет. Я не настолько праздный. Пришёл отдать это в ремонт. С улыбкой я положил на стол Лунный Меч. Во время испытания новой способности Сомбры на клинке появилась небольшая трещина. — …Удивительно. Не ожидал, что ты попросишь починить старый меч, а не заказать новый. Пробормотав это, Лугер обнажил Лунный Меч. Некоторое время он осматривал лезвие, а затем произнёс: — Повреждение странное. Экспериментировал с маной? Попал точно. Не зря его называли великим мастером. — Во сколько обойдётся ремонт? — Забудь. Денег не возьму. От ответа Лугера я удивлённо повернулся к нему. — Я сам его выковал и с самого начала собирался следить за ним ради собственной репутации. Поэтому и отдал тебе. С этими неожиданными словами Лугер вернул меч в ножны. Атмосфера сильно отличалась от нашей первой встречи, когда я заказывал Лунный Меч. — Сколько времени понадобится? — Три дня. — Понял. Лугер ответил всё тем же резким голосом. Три дня — довольно долго. Но подождать можно. Проблема заключалась в том, чем пользоваться всё это время. — Перед уходом забери меч вон оттуда. Когда я уже собирался выйти, Лугер заговорил снова. — Ты прогнал эту проклятую женщину из семьи Годрихт. Она постоянно ноет, чтобы я выковал меч её сыну. Сил нет слушать. Голос оставался грубым. От этого предложение казалось ещё страннее. При первом заказе Лунного Меча он приходил в ярость, даже несмотря на полную оплату. — Вы словно стали другим человеком. Раньше одно моё предложение выковать меч приводило вас в ярость. Я прямо высказал то, о чём думал. — Изменился не я. Ответ Лугера меня озадачил. Я молча смотрел на него, и кузнец, не меняя угрюмого выражения, продолжил: — Изменился ты. По сравнению с прошлым от тебя хотя бы человеком пахнуть начало. Я застыл, не зная, что сказать. Меня охватило странное чувство. Я всегда считал себя и Джулиана совершенно разными людьми, однако теперь граница между нами постепенно разрушалась. — Хотя рожа всё ещё пугающая. …С этим спорить не стану. *** Неожиданно мне достался хороший меч. Поблагодарив Лугера, я вышел наружу и вытащил подаренный клинок, внимательно осматривая его. Кузнец вручил оружие с таким безразличным видом, будто отдавал ненужную вещь. Но меч был далеко не обычным и превосходил лучшие изделия большинства кузниц. — Бесплатно починил Лунный Меч и ещё подарил такой клинок. Вместо благодарности щедрость Лугера вызывала подозрение. Настолько сильное, что я даже задумался, не впадает ли старик в маразм. Выйдя через заднюю дверь «Пламени Заката», я подставил лицо холодному вечернему ветру и направился к особняку. — …Хм. Кожу кольнуло направленное раздражение. Это была не случайная, рассеянная эмоция, а враждебность, нацеленная именно на меня. — Господин Пинтель. Или вне ордена лучше называть вас лордом Пинтелем? Подобное ощущение возникало каждый раз, когда я приближался к убежищу Ордена Рассвета, поэтому имя источника определить было нетрудно. Вскоре из переулка вышел епископ Пинтель. Выглядел он необъяснимо измождённым. Его внезапное появление удивило, но я постарался не показать реакции. «Неужели узнал?» Именно я сорвал получение Камня души. Единственной логичной причиной, по которой Пинтель, не связанный со мной ни личными, ни рабочими делами, пришёл сам, была его уверенность, что вором был я. — …И он не один. Подозрение усилилось, когда из темноты начали выходить другие члены Ордена Рассвета. «Только бы не сглотнуть». А мой любимый Лунный Меч сейчас находился в ремонте. Ситуация могла стать неприятной. — Столько враждебности к товарищу. Я чем-то провинился, господин Пинтель? Я решил прощупать его и выяснить причину визита. В тёмном переулке, куда не доходил свет фонарей, особенно ярко выделялись горящие голубые глаза Пинтеля. — …Джулиан, я ни разу не считал тебя товарищем. — Вот как? Я улыбался так, будто мне безразлично, но по спине уже стекал холодный пот. «Он правда знает?» Открытая неприязнь всерьёз выбила меня из колеи. Появиться поздней ночью с тремя культистами можно было только по одной причине. Я медленно потянулся к мечу, подаренному Лугером. — В конце концов, ты сам заявил, что вступил ради силы, а не веры. Значит, возражений у тебя быть не должно. Это были мои слова при вступлении в Орден Рассвета. Удивительно, что он их запомнил, ведь тогда я выпалил всё от нервов. — Поэтому, Джулиан, я помогу тебе быстро получить желаемую силу. Сотрудничай со мной. «Хм?» Неожиданный поворот заставил руку замереть у ножен. — Вы хотите дать мне силу? — Я собираюсь завербовать кузнеца из «Пламени Заката» — Лугера. Его слова потрясли меня, но одновременно принесли облегчение. Похоже, Пинтель не понял, что именно я украл Камень души. — Если Орден Рассвета вооружится изделиями этого мастера, наша боевая мощь значительно возрастёт. — Думаете, упрямый кузнец вас послушает? — Если станет сопротивляться… придётся заставить. Он особо подчеркнул последнее слово. От его уверенного вида я невольно рассмеялся. — Что смешного? — Простите. Просто забавно, что ради подобной мелочи вам понадобилось моё участие. Слово «мелочь» заставило бровь Пинтеля дёрнуться. — Я предложил это ради установления сотрудничества. — Простите, но, кажется, вы слишком высоко себя оцениваете. Саркастичный тон мог оказаться не лучшим выбором: он был способен спровоцировать не только Пинтеля, но и его людей. — Сотрудничество предполагает равное положение. Вы когда-нибудь слышали, чтобы тигр заключал союз с лисой? И всё же я уже успел заметить: подобная манера лучше всего отваживала нежелательных просителей. — …Кроме того, скоро к нам присоединятся епископы из других отделений. План осуществится и без тебя. — Ха-ха. Сколько епископов понадобилось, чтобы завербовать одного кузнеца? Похоже, у вас у всех слишком много свободного времени. Я насмешливо фыркнул, и лицо Пинтеля окончательно перекосилось. — Джулиан, предупреждаю в последний раз. Присоединяйся. После того как ты настроил против себя господина Айдена, сотрудничать с другими епископами уже не сможешь… — Господин Пинтель, вы отчаянно цепляетесь за должность. Он не ответил, но направленная на меня враждебность усилилась. — Впрочем, всё понятно. Вас лишь недавно повысили до епископа. Естественно, хочется покрепче удержаться за место: недавно приобретённое легче всего потерять. С каждым словом лицо Пинтеля темнело, будто я ударил по больному месту. Скрежет. В переулке отчётливо послышался скрип зубов. — Как и ожидалось! Не стоило рассчитывать на такого, как ты. Теперь я сам выгляжу идиотом. Сорвавшись, Пинтель ушёл вместе со своими людьми. Когда вокруг наконец стало тихо и я убедился, что никого поблизости нет, из груди вырвался облегчённый вздох. — Я-то думал, он явился мстить. Но облегчение быстро прошло. Пинтель собирался завербовать Лугера — владельца «Пламени Заката». — Завербовать Лугера… Разумеется, кузнец откажется. Тогда Пинтель перейдёт к обещанному «принуждению». — Он сказал, что ремонт Лунного Меча займёт три дня. Если сейчас с Лугером что-то произойдёт, клинок не починят как следует. — …Цок. Я мысленно щёлкнул языком. Изначально Пинтель должен был погибнуть после того, как Чёрный Рыцарь разрушил его планы. Он выжил и теперь придумал новую операцию, отчего раздражение на Хейдена Райха только росло. — Не хочется вступать в бой с епископом, но ради ремонта Лунного Меча выбора нет. На поясе висел клинок, подаренный Лугером. — Господин, возвращаемся? Когда я подошёл к карете, меня встретил дворецкий и почтительно поклонился. — Внезапно захотелось прогуляться. Возвращайтесь без меня. Я открыл дверцу и достал футляр, спрятанный в заднем отсеке кареты. — Прогуляться…? — Да. — Понял, господин. Дворецкий легко согласился, будто Джулиан нередко предавался подобным причудам. Когда карета скрылась вдали, я открыл футляр. Внутри лежала одежда с капюшоном, которую носил во время кражи Камня души. — Взял её, чтобы выбросить. Не думал, что снова пригодится. Я снял пальто и облачился в тёмный наряд, криво усмехнувшись. — Халатность наставника оборачивается тяжёлой работой для ученика. Закончив переодеваться, я натянул капюшон. Но сегодня предстояло столкнуться с епископом Пинтелем. Если бой станет ожесточённым, капюшон мог слететь. — …Может, закрыть лицо Сомброй? Нужно было надёжно скрыть личность, поэтому я решил попробовать сделать маску из Сомбры. [Преобразование ауры] Благодаря недавно полученной черте и накопленному опыту управляться с Сомброй оказалось несложно. Я вытянул её достаточно, чтобы закрыть лицо, придал форму маски и надел. Она почти не мешала. — Как выглядит? После вчерашнего дождя на земле осталась лужа. Я заглянул в отражение и увидел… — Отвратительно до ужаса. Врождённое чувство прекрасного Джулиана проявило себя во всей красе: маска получилась настолько чудовищной, что могла присниться в кошмаре. Увидев подобное существо на улице, стража наверняка подняла бы всю столицу. — Выглядит просто пиздец. И всё же… — …Почему-то мне уже кажется, что не так уж плохо. Похоже, мой вкус окончательно испорчен. ---------- Чёрный Рыцарь (1) Люпина Орланд. Внучка владельца знаменитой столичной кузницы «Пламя Заката» Лугера Орланда считалась его преемницей и наиболее вероятной будущей хозяйкой мастерской. Люпина никогда не избегала тяжёлой работы и всегда сохраняла улыбку, хотя в кузнечном деле женщине приходилось особенно непросто. За это её любили все сотрудники. — Люпина, как и договаривались, сегодня закрытие оставляю на тебя. — Да, дедушка. Вы говорили, что пойдёте покупать материалы для ремонта Лунного Меча, верно? — Верно. Люпина застенчиво улыбнулась, наблюдая, как Лугер поправляет шляпу. — Не переживайте. Теперь я и одна справлюсь. — Рад это слышать. Грубо ответив, Лугер развернулся и покинул здание. Проводив его взглядом, Люпина принялась готовить опустевшее «Пламя Заката» к закрытию. Все остальные сотрудники уже разошлись. — Как аккуратно всё убрали. «Закрыть кузницу» звучало серьёзно, но на деле требовалось лишь проверить, разложены ли инструменты, погашены ли лампы и нет ли беспорядка. В других мастерских подобные дела поручали младшим работникам, однако в «Пламени Заката» существовала традиция: последнюю проверку всегда проводил управляющий. — Магические лампы выключены, всё готово к завтрашнему дню! Отлично! Закончив обход, Люпина удовлетворённо улыбнулась. — Хм? Свет горел лишь в одной комнате — кабинете Лугера. «Разве я не выключила его первым?» Может, дедушка вернулся за какой-то вещью? Не особенно встревожившись, она направилась к кабинету. Дзинь! Люпина распахнула дверь и вошла. — Дедушка, вы уже вернулись?.. Она оборвала фразу и растерянно огляделась. — …Кто вы? В кабинете стояли четверо в капюшонах, скрывавших лица. Люпина не обучалась боевым искусствам, однако инстинктивно поняла: это не обычные люди. От них веяло угрозой. — …Странно. К этому времени здесь должен был остаться только Лугер. Мужчина, от которого исходила самая зловещая аура, заговорил с недовольством. По спине Люпины пробежал холодок. — П-простите. Мне следовало проверить внимательнее… — Неважно. Это его внучка? — Похоже на то. Что за чушь эти незваные гости несли в её мастерской? Хотелось возмутиться, но сейчас было не время проявлять характер. — Что делать? — Придётся изменить план. Человек с самым тяжёлым присутствием посмотрел ей прямо в глаза. — Схватите её. Едва услышав приказ, Люпина развернулась и побежала. *** Проникнуть ночью в «Пламя Заката» оказалось совсем несложно. Точнее, после первого раза я уже успел привыкнуть к подобным делам. «…Не верится, что снова занимаюсь этим». С другой стороны, выбора не было. Приходилось разгребать последствия отсутствия Чёрного Рыцаря. «Почти как повторение сцены из игры». Где-то внутри даже просыпался азарт. Останавливать тайные операции Ордена Рассвета — разве не именно этим занимался Чёрный Рыцарь в «Let’s Kill the Demon King Now»? «Сосредоточься». Подавив поднимающийся азарт, я закрыл глаза и сконцентрировался. Я решил применить способность, которой пользовался здесь чаще всего, — обнаружение маны. Но на этот раз тщательно. «Пять человек?» С помощью обнаружения маны я приблизительно определил количество людей внутри «Пламени Заката». «Один — Пинтель. Другой, должно быть, Лугер». Было уже поздно. Работники наверняка разошлись, оставив хозяина одного. «Почему они разделились?» Почувствовав неладное, я распределил ауру по зданию тонким слоем, чтобы провести более точное обследование. Усиленное обнаружение маны позволило ясно установить местоположение каждого. «Один наверху. Четверо — на первом этаже, где нахожусь я». Странно было другое: из четырёх присутствий на моём этаже трое будто преследовали четвёртое. «Лугер убегает?» Ауры двигались в реальном времени и довольно быстро. С учётом возраста Лугера он вряд ли мог бежать с такой скоростью. «К кому направиться первым?» После короткого раздумья я выбрал четверых. Перед тем как двинуться, заметил своё отражение в стекле. «Даже второй раз выглядит отвратительно». Щёлкнув языком при виде маски из Сомбры, я углубился в здание. *** Люпина бежала к задней двери, возможно, быстрее, чем когда-либо в жизни. — Ха… ха…! Дыхание сбилось, сердце грохотало в ушах. «Какого чёрта… Что происходит?» Грабители? Вряд ли. Она не успела хорошо рассмотреть незнакомцев, но чувствовала: пришли они не ради кражи. — А-а! Люпина споткнулась и неловко подвернула ногу. Её пронзила сильная боль, и левая нога перестала слушаться. В тёмном коридоре, освещённом лишь магическими лампами, послышались приближающиеся шаги. «Надо… бежать». Тени уже были достаточно близко, чтобы различить силуэты. Стиснув зубы и игнорируя боль, Люпина поднялась и попыталась продолжить бегство. Но кто-то преградил ей путь, и она медленно подняла голову. — Ах! Перед ней стоял человек в маске, настолько ужасной, что она казалась порождением кошмара. Тёмный коридор, чудовищное лицо, преследователи — всё слилось в один всепоглощающий страх. — Прошу… пощадите… С дрожащих губ с трудом сорвались слова. Но, не дослушав, человек в маске равнодушно прошёл мимо. — …Кто ты такой? В коридоре раздался голос преследователей. По их враждебности к незнакомцу было очевидно: союзниками они не были. — Какая уродливая маска. Впервые Люпина была с ними полностью согласна. — …Похоже, он не простак. — Нормальный человек такое дерьмо на лицо не наденет. Человек в маске вздрогнул. — Дерьмо… Тело человека в маске на мгновение дёрнулось. От него повеяло необъяснимой яростью. Но почти сразу ярость исчезла. Незнакомец снова стал спокойным, словно неподвижное озеро, под тёмной глубиной которого могло скрываться что угодно. «…Кто он?» Трое преследователей ринулись на человека в маске с куда большей скоростью, чем показывали раньше. Люпина застыла от изумления. В тот же момент незнакомец спокойно жестом велел ей отойти. Стоило сделать шаг назад, как из его тела потекли тени. «Ма… магия?» В ночной темноте «тень» вытянулась, словно кнут, ударила одного из нападавших и связала его. Сам человек в маске тут же бросился вперёд. Уверенность перед численным превосходством оказалась не пустой. «Ого…» Он двигался быстрее, чем Люпина успевала следить. Незнакомец обнажил меч, отбил удар и одним движением рассёк второго врага. — А-а-а! — Т-ты, ублюдок! Фехтование было сдержанным и изящным. Пугающая маска и прекрасный клинок. Контраст завораживал, будто перед ней ожило настоящее произведение искусства. Последний противник, охваченный страхом, отчаянно атаковал. Но прежде чем его меч достиг цели, из тела незнакомца вновь вытекла тень и сжала шею. — Кхр! Капюшон скрывал лицо, но мучительный хрип ясно выдавал отчаяние. Вскоре рука нападавшего безвольно опустилась, и тень вернулась к человеку в маске. «…Потрясающе». Разобравшись со всеми, он молча стоял и разглядывал собственную ладонь. Люпина не понимала, зачем. «А». Внезапно её осенило. «Будто ожила старая история, которую рассказывал дедушка». Давным-давно. В столице, погрязшей в хаосе, злодеи охотились на мирных жителей, высасывали из них жизнь и наслаждались страданиями. Ужас достиг таких масштабов, что боль горожан невозможно было описать, а бессильный трон лишь наблюдал за зверствами. Тогда появился благородный человек в маске. Он начал уничтожать злодеев, и преданность народа, прежде принадлежавшая трону, постепенно перешла к нему. Испугавшись, власть назначила награду за голову героя. Но даже после этого он продолжал убивать чудовищ ради простых людей. Без помощи. Совершенно один. «Нет, не может быть». Люпина всегда любила подобные чудесные истории сильнее любых романов о рыцарях в сияющих доспехах. Разум подсказывал, что человек перед ней не мог быть героем древней легенды. И всё же, стоя в одиночестве под холодным лунным светом, словно последний человек в мире, он выглядел героем той самой истории. А история называлась… — Ч-Чёрный Рыцарь?.. Люпина произнесла имя дрожащим голосом. Человек, до этого не двигавшийся, медленно поднял голову и встретился с ней взглядом. *** Я восхищённо изучал силу Сомбры, когда шёпот Люпины прервал мои мысли. «О чём она?» Ошеломлённый её словами, я посмотрел на девушку. Чёрный Рыцарь? Да кто, по её мнению, заставил меня заниматься всей этой работой? «Хм?» Постойте. Она сказала «Чёрный Рыцарь». Значит, настоящий Чёрный Рыцарь всё-таки действует где-то без моего ведома? — Дедушка рассказывал. Когда-то давно в столице жил дворянин, которого называли Чёрным Рыцарем… Когда-то давно? Дворянин? Похоже, речь шла о совсем другой легенде. Если бы нынешний Чёрный Рыцарь существовал, он не позволил бы Ордену Рассвета беспрепятственно собирать Камни души. «В любом случае». Я посмотрел на Люпину. Именно её только что преследовали члены Ордена Рассвета. «Разве здесь не должен был быть Лугер?» Владелец «Пламени Заката» славился упрямством и обычно сам оставался допоздна, выполняя закрытие. Почему сегодня здесь оказалась его внучка? — Это правда? Вы тот самый Чёрный Рыцарь из легенды? Пока я размышлял, Люпина задала новый вопрос. Хотелось отрицать, но из-за черты «Формальная речь» я не мог открыть рот, не рискуя выдать себя. ⇒ Получена новая черта персонажа «Чёрный Рыцарь». В этот момент перед глазами всплыло системное окно. Прочитав сообщение, я широко раскрыл глаза. «…Что это?» Черта персонажа «Чёрный Рыцарь». Какого чёрта ты появилась именно сейчас? ---------- Чёрный Рыцарь (2) — Чёрная маска, скрывающая лицо, и фехтование, будто вобравшее лунный свет! Всё точно как в рассказе дедушки Лугера! Люпина говорила с непонятным восторгом. Я совершенно не понимал, почему она так возбуждена. Разве происходящее не должно пугать? С этой мыслью я заметил своё отражение в её широко раскрытых глазах. На Чёрного Рыцаря оно совсем не походило, но исходившая от меня атмосфера действительно странным образом совпадала. «…Неужели?» В этом мире Чёрного Рыцаря сейчас не существовало. Точнее, человек, который должен был исполнять эту роль, отказался от неё. «А я взялся выполнять задачи, предназначенные Хейдену Райху». Получается, невольно занял пустующее место? «Блять». Я вовсе не собирался становиться Чёрным Рыцарем. Хотел лишь не позволить истории слишком сильно отклониться от первоначального пути. — Я… я так мечтала вас увидеть! Когда дедушка рассказывал, думала, что это сказка, а теперь…! Покрасневшая Люпина поднялась и двинулась ко мне, словно встретила кумира. Пока я разбирался в мыслях, слова сами вырвались наружу. — Не подходи. Я сразу понял ошибку. Но произнесённая фраза прозвучала не в моей обычной формальной манере. — …Простите? — Я сказал: не подходи. Действительно, никакой формальной речи. Возможно, причина заключалась в недавно полученной черте Чёрного Рыцаря. — Где Лугер? — Л-Лугер ушёл домой раньше. — Значит, его нет в здании? — Да. Люпина кивнула, и я примерно понял, почему преследовали именно её. — Тогда оставшийся человек — не Лугер, а… Треск! Я резко повернул голову, почувствовав убийственное намерение. Что-то острое пронеслось в мою сторону. К счастью, Сомбра сама возникла на пути и заблокировала удар. — Невероятно! Маной созданный клинок выпустил не кто иной, как епископ Ордена Рассвета Пинтель. Он смотрел на меня с ошеломлением. — Заклинание, которое я только что применил, объединяет все знания, накопленные мной после достижения четвёртого ранга магии! Значит, присутствие на втором этаже принадлежало Пинтелю. Остановленный Сомброй клинок упал на землю и рассеялся дымом. — Я создал эту магию так, чтобы она не издавала звука и не требовала заметной подготовки… Как ты успел среагировать?! — Значит, она не настолько впечатляющая, как ты думаешь. — Ч-что?! Я всмотрелся в лицо Пинтеля. Он пытался скрыть состояние, но тревога читалась ясно. — Блять. Коротко выругавшись, Пинтель оглядел лежавших вокруг культистов. — Даже тип в нелепой маске мне мешает. Он пробормотал это себе под нос. Странно, но внутри вспыхнула непонятная злость, хотя слова не должны были так задевать. Из-за оскорбления маски? А у самого усы, как у человечка с банки чипсов. Вскоре ладонь Пинтеля слабо засветилась, и из неё хлынули те же клинки маны. На этот раз они были видимыми и заметно крупнее. «Сомбра не выдержит». Решив не полагаться на неё, я резко отступил. Расчёт оказался верным. Клинок маны, врезавшийся в землю, вращался, словно пила, и быстро ушёл вглубь. «Он изменил способ атаки, увидев Сомбру всего один раз». Как и ожидалось, пусть Пинтель и был первым побеждённым епископом, титул получил не просто так. «…Что делать?» Честно говоря, сражаться не хотелось. Бой с епископом нёс слишком много рисков. Одна ошибка могла привести к тяжёлой ране. «Может, отступить?» Неплохой выбор. Лугера в здании всё равно нет, значит, Пинтель, скорее всего, тоже уйдёт. — Понятно. Значит, это ты. Пока я раздумывал, Пинтель тихо произнёс и поднял посох. Сузившиеся глаза выражали раздражение. — Тот, кто напал на карету и украл Камень души. — Не понимаю, о чём ты. — Не притворяйся, ублюдок! От моего ответа Пинтель взревел. — Описание подчинённого почти полностью совпадает с твоим видом! Вот как. Возможно, стоило сменить одежду. — Чего ты добиваешься? Он продолжил уже немного спокойнее. — Лицо скрываешь, но на человека из «Безымянных» не похож. И последователем Святого Меча тоже не выглядишь. Разумеется, я не относился ни к тем, ни к другим. — Тогда зачем преследуешь нас? — Ради мира во всём мире. Тон прозвучал насмешливо. Даже без формальной речи характер Джулиана никуда не исчезал. Лицо Пинтеля начало краснеть. — Идиот. Он поднял посох, готовя новое заклинание. Я тут же оттолкнулся от пола и сократил расстояние. «Лунный Меч». …Нет, применять технику нельзя. Чтобы полностью скрыть личность. Благодаря чудовищной силе ног дистанция исчезла почти мгновенно. Обычный маг растерялся бы, но Пинтель действовал спокойно. «Это ловушка?» Внезапно я почувствовал за спиной поток маны. Клинок, который Пинтель ранее загнал в землю, не исчез. — Сзади! Люпина отчаянно закричала, когда тот же клинок полетел мне в спину. Я едва успел изменить положение тела в воздухе и увернуться, но Пинтель уже читал новое заклинание. — В воздухе ты не сможешь уклониться. Он был прав. Поэтому я обвил Сомброй его руку и резко потянул к себе. — Угх! Подлетевшего Пинтеля я со всей силы ударил ногой под дых. — …Кх. Однако в процессе один из клинков маны задел бок. Я прикусил губу от пронзительной боли. Но сперва нужно было разобраться с Пинтелем. Удар достиг цели. Изо рта епископа хлынула кровь, и он рухнул на колени. Несмотря на это, в глазах продолжала гореть враждебность. «Нужно закончить быстро». Без главной техники — Лунного Меча — затяжной бой мог породить непредсказуемые осложнения. — Кха… ублюдок! Когда я приблизился, Пинтель со смертельной ненавистью поднял посох. Точнее, попытался. — Ч-что это?! Посох прилип к полу. Сомбра, оставшаяся на нём после рывка, прочно удерживала оружие. — Не могу оторвать…! Бам! Я со всей силы ударил Пинтеля в челюсть. Удар явно хорошенько встряхнул ему мозг: тело дёрнулось и обмякло. — Фу-у. Убедившись, что он затих, я облегчённо выдохнул и осмотрел бок. Из-за всплеска адреналина боль ощущалась слабо, но кровь продолжала течь. После победы в памяти всплыли слова Пинтеля. «Безымянные». Как «Шесть Пальцев» и «Орден Кровавого Демона», эта организация делила трущобы на три части. Она была связана с одним из епископов Ордена Рассвета, но я не думал, что Пинтель знает о ней достаточно, чтобы упомянуть. — Вы в порядке? Пока я размышлял, Люпина вышла из укрытия и осторожно спросила. — В порядке. — Но рану нужно обработать. — Не нужно. Важнее другое. Поправив маску, я повернулся к ней. — Никому обо мне не рассказывай. — …Почему? Почему? Потому что Чёрный Рыцарь — не я, а Хейден Райх. Если пойдут слухи, возникнут лишние проблемы. — Тебе незачем знать. — Ни за что. Люпина, которая, как мне казалось, была напугана, неожиданно ответила твёрдо. — Если вы действительно тот Чёрный Рыцарь из легенды, нельзя снова прятаться, как раньше! В её голосе звучали одновременно восхищение и решимость. — Не понимаю, о чём ты. — Нельзя повторять ошибки прошлого. Какого прошлого? Я живу в этом мире совсем недавно. — В любом случае я не стану молчать! Она говорила с такой уверенностью, что переубеждать было бессмысленно. *** На следующий день Линне снова пришла в «Пламя Заката», чтобы забрать заказанный меч, и удивлённо осмотрела шумную кузницу. — Я правду говорю! В центре переполоха стояла Люпина. Она громко спорила с владельцем мастерской Лугером. В отличие от обычного, лицо девушки пылало. — Хватит врать. Эта сказка была популярна давным-давно и никогда не была правдой! — Но это действительно произошло, дедушка! Услышав их, Линне медленно подошла ближе. Заметив её, Люпина покраснела ещё сильнее. Лугер это заметил, щёлкнул языком и скрестил руки. — Цок. Значит, и сама понимаешь, что несёшь сказки. — Я не вру! — Достаточно. Отдай Линне меч и отдохни. Строго предупредив внучку, Лугер ушёл в личную мастерскую. Люпина проводила его тяжёлым вздохом. — Старшая сестра Люпина. — А, Линне. Пришла за мечом? Пойдём. — Да. Линне последовала за Люпиной. Вскоре они вошли в знакомую рабочую комнату. — Но что произошло? Сегодня в кузнице слишком шумно. Услышав вопрос, Люпина резко обернулась, будто ждала именно его. На её губах появилась улыбка. — Вчера в мастерскую ворвались какие-то негодяи. — …Негодяи? — Не знаю зачем, но они незаконно проникли внутрь и выглядели очень опасно. — Их удалось поймать? — Да, стража забрала всех. Линне облегчённо выдохнула, узнав, что никто не погиб. — Но это не главное, Линне! — …А что? — Появился Чёрный Рыцарь. — …Чёрный Рыцарь? — Да! Люпина энергично закивала. — Именно он спас меня от тех негодяев! «Она шутит?» Линне хотела произнести это вслух, но искренний взгляд Люпины не позволил. — П-правда? — Да! Видела бы ты его изящное фехтование… Будто танец в лунном свете! — Ха-ха… Линне выдавила неловкий смешок. Верилось с трудом. Чёрный Рыцарь. Старая легенда, ходившая по империи. Теперь о ней вспоминали лишь немногие, но Линне, как дочь семьи Рондвейл, старавшаяся разбираться в настроениях народа, знала эту историю. И знала, что Чёрный Рыцарь — вымышленный персонаж. — Линне, ты тоже не веришь? Похоже, её мысли отразились на лице. — Поэтому ты спорила с дядей Лугером? — Да! Я сама его видела, а дедушка всё равно говорит, что Чёрного Рыцаря не существует! — Ну, я… Увидев реакцию подруги, Люпина тяжело вздохнула. — Я так и думала… Ух. Она обиженно отвернулась, и Линне невольно мягко улыбнулась. «…Но фехтование, похожее на танец в лунном свете?» На ум приходил лишь один человек. «Неужели… Нет, невозможно». Подозрение быстро исчезло. Ей вспомнился человек, чья прекрасная траектория меча напоминала лунный свет. Но без какой-либо выгоды он не стал бы помогать другим. «Да. Это точно не Джулиан». Линне окончательно убедила себя. *** Невольно став Чёрным Рыцарем, я, как обычно, пришёл на работу и первым делом просмотрел газеты. «Я ведь просил её молчать». [Злоумышленники с личной обидой напали на лучшую кузницу империи — «Пламя Заката».] [Чёрный Рыцарь спас «Пламя Заката» от беды?!] Она разболтала буквально всё. Большинство статей о Чёрном Рыцаре ссылались на Люпину Орланд. Я так настойчиво просил никому не говорить, а она разнесла историю по всей столице. Аккуратно сложив газету, я бросил её к столу. Сомбра вытекла из ладони и услужливо положила лист на место. — Угх. Бок пронзила боль. Рана от магии Пинтеля ещё не зажила полностью. «Всё-таки епископ есть епископ». В основной истории он погибал первым, однако даже Пинтель доказал, что титулы в ордене не раздают просто так. «Хотя интерес к Чёрному Рыцарю оказался довольно слабым». Статья не попала ни на первую полосу, ни в заголовки и заняла лишь небольшой угол третьей страницы. Даже простые люди считали Чёрного Рыцаря вымыслом, не заслуживающим серьёзного внимания. «Легенда и правда успела устареть». Главная проблема — неизвестно, как Хейден Райх отреагирует на то, что я занял его место. В трейлере дополнения Джулиан раскрывал личность Чёрного Рыцаря, после чего убивал Хейдена Райха и Линне. «Но раз Хейден Райх не действует как Чёрный Рыцарь, события не должны повториться». Вот только теперь невозможно предсказать дальнейшие действия «главного героя». «Может, приставить к Хейдену Райху наблюдателя?» ---------- Что посеешь, то и пожнёшь — Цок… Джошуа недовольно посмотрел на здание, на фасаде которого выделялась эмблема «Закрытых Глаз». — Молодой господин, даже если это поручение главы семьи, вам не обязательно было приходить лично. Можно было послать слугу… — Тогда почему бы тебе не пойти вместо меня? — …Кхм. Когда один из сопровождавших его приближённых заговорил, Джошуа лениво приоткрыл глаза и ответил. Тот неловко прочистил горло, заметно стушевавшись, и выдавил виноватую улыбку. — Тупой ублюдок. Оскорбление не удивило Джошуа: к подобным реакциям он давно привык. В конце концов, он пришёл сюда ради встречи с Джулианом Крайпартом Фрейсоном. — Неважно. Я войду один. Ждите здесь. С глубоко нахмуренным лицом Джошуа направился в здание. Оставшиеся снаружи люди беспокойно заёрзали. У него была причина не брать свиту. «…Этот ублюдок знает мою слабость». Во время нападения на Джулиана он воспользовался помощью подозрительной организации под названием Орден Рассвета, и Джулиан об этом знал. Кроме того, Джулиан служил в «Закрытых Глазах» — престижной структуре, напрямую подчинённой императорской семье. Пусть многие презирали его смешанную кровь, никто не решался недооценивать его положение. А если Джулиан доложит? «Ничем хорошим это не закончится». Поэтому Джошуа исполнял его требования, надеясь, что позор останется похороненным. «Никто не должен узнать». Никто. — Что привело вас сюда? Войдя в здание, он увидел улыбающуюся женщину за стойкой приёма. — Я пришёл к Джулиану. Проводи меня. — А, одну минуту. Она осмотрела доску за спиной. — Господин Джулиан сейчас отсутствует по личным делам. — Куда он ушёл? — Насчёт этого… Бровь Джошуа дёрнулась. Он преодолел весь путь ради самого ненавистного человека — и теперь ему сообщили, что того нет. Более того, никто даже не знал, куда он ушёл. — Почему вы не знаете? — Простите? Ну… — Разве это не ваша работа? Увидев широко раскрытые глаза Джошуа, женщина мгновенно побледнела. — Думаю, достаточно. В разговор вмешался человек, до этого наблюдавший со стороны. Джошуа повернулся. — Вам прекрасно известно, насколько непредсказуем господин Джулиан. К нему спокойно подошла Одвин, командир «Закрытых Глаз». Миниатюрная женщина обладала уверенным присутствием, совершенно не соответствовавшим её росту. — Давно не виделись, командир Одвин. Хотя не слишком ли громко называть «командиром» представительницу разорившегося дворянского рода? Насмешливое приветствие не произвело на неё никакого впечатления, словно подобное происходило ежедневно. — Называйте как пожелаете. Для меня это ничего не меняет. Однако раз вы лично пришли сюда ради господина Джулиана, должно быть, что-то произошло? Одвин слегка улыбнулась. Джошуа мысленно щёлкнул языком. Она никак не могла знать подробностей его отношений с Джулианом, но даже предположение раздражало. — Вы слишком много воображаете. Ничего подобного. — Вот как? Значит, вы пришли к господину Джулиану без всякой причины? Улыбка Одвин стала чуть шире. — Какая замечательная братская привязанность. Хруст. Джошуа сам не заметил, как сжал кулак. На шее проступили вздувшиеся вены. «Проклятая женщина». Она прекрасно знала об отношениях Джулиана с семьёй Крайпарт и намеренно пыталась вывести его из себя. Обедневшая дворянка осмеливалась принижать престиж великого рода. — Как смеет такая, как ты… — Давно не виделись, Джошуа. Тогда раздался знакомый голос. Узнать Джулиана было нетрудно. Джошуа медленно повернулся. Перед ним стояло привычное лицо, только сегодня более утомлённое. — Зачем ты пришёл? — Старший брат, мне нужно поговорить с вами. — Поговорить? — Да. Уделите немного времени? Увидев состояние Джулиана, Джошуа заговорил особенно вежливо. В их отношениях поводок держал именно Джулиан. К тому же сегодня он явно был не в лучшем настроении. Разозлить его сейчас означало рисковать тайной. — …Неожиданно. Даже твой нрав смягчился. Одвин тихо пробормотала, наблюдая за Джошуа. Тот стоял достаточно близко, чтобы услышать, и ещё сильнее прикусил губу. — Сначала пройдёмте внутрь. Кажется, это не разговор для коридора. *** Что привело его сюда? Именно это я подумал, увидев ожидавшего Джошуа. Я знал, что он ненавидит меня. Если просьба, высказанная на семейном совете, была исполнена, причин являться лично не оставалось. Надеюсь, дело не слишком хлопотное. Особенно сейчас, когда и без того хватало мыслей из-за Чёрного Рыцаря. — Отец… то есть глава семьи желает серьёзно поговорить с вами, старший брат Джулиан. А. Значит, всё-таки хлопотное. — Глава семьи? — Да. — Это действительно необходимо? Я озвучил мысль. Я спрашивал буквально: зачем мне с ним встречаться? До сих пор семья Крайпарт относилась к Джулиану как к изгнаннику. Глава рода Обен Крайпарт наверняка не был исключением. — Причины я не знаю. Разумеется, существовал вариант, что Джошуа не выполнил моё поручение как следует. Я украдкой перевёл на него взгляд. Над ним проступил тёмный Цвет Негатива. После прошлых событий презрение ко мне заметно уменьшилось, но сегодня Джошуа вёл себя особенно формально. — Просьба оказалась слишком сложной? — Н-нет! Я поддержал вас как претендента на место главы, как вы и приказали! Голос Джошуа повысился, словно он оправдывался. Я просил его поднять моё имя на семейном совете и привлечь внимание к кандидатуре наследника. Семья Крайпарт официально признавала претендентов на главенство. Если моё имя войдёт в список, семье станет сложнее действовать против меня открыто. — Думаю… глава семьи хочет встретиться не из враждебных побуждений. В тихом голосе Джошуа слышалось раздражение. — Что вы ответите? — Хм… Я намеренно протянул, приводя мысли в порядок. «Сейчас нужно сосредоточиться на Хейдене Райхе и Ордене Рассвета». Тратить время нельзя. — Понял. — Тогда свяжитесь с главным домом, когда вам будет удобно. Глава семьи… — Нет. Я не поеду в главный дом. Джошуа заметно опешил. — Что? Старший брат Джулиан… разве вы только что не согласились? — Согласился. Однако сейчас у меня есть более важные дела. По мере разговора его лицо каменело. Похоже, он уже понимал продолжение. — Если глава семьи придёт лично, возможно, я найду время в плотном расписании. Я улыбнулся. Взгляд Джошуа забегал, не в силах остановиться на одном месте. Представитель боковой ветви «вызывал» к себе главу рода. Даже он не был глупцом и понимал: это твёрдый отказ. «Глава хочет встретиться со мной». Причину я примерно представлял. Вероятно, они желали воспользоваться известностью Джулиана на фоне странной обстановки в императорском дворце. Неважно, дурной славой или доброй. «После того как Джошуа упомянул меня на совете, повышенное внимание уже не выглядело бы странным». Но после разговора с Герандом я испытывал к семье Крайпарт лишь презрение. Наверное, это чувство принадлежало прежнему Джулиану. — …Разве не лучше будет вам самому приехать, старший брат? Скрежет. Будто кто-то скрипнул зубами. Даже смотреть не требовалось, чтобы понять — это Джошуа. — Если вы лично призовёте главу семьи… внутри и снаружи рода это воспримут крайне плохо. — Значит, Джошуа заботится о репутации семьи. Поэтому и пришёл ко мне тайно, ночью. От сарказма его зрачки слегка расширились, после чего он отвёл взгляд. Вскоре он прикусил губу. — Я… в точности передам ваши слова главе семьи. Когда кабинет опустел, я поднялся и сразу подошёл к зеркалу. На ладони сформировалась Сомбра. Она приняла форму маски. Дизайн немного отличался от использованного в «Пламени Заката», но из-за угольно-чёрного цвета впечатление оставалось тем же. — …Внешность неважна. Достаточно чёрной маски. Стоило надеть её, как привычка к формальной речи исчезла без следа. Похоже, черта Чёрного Рыцаря имела приоритет над «Формальной речью». *** Выйдя из здания, Джошуа двигался с напряжённой шеей, на которой пульсировали вены. Ждавшие снаружи приближённые тут же подбежали, но, увидев его лицо, не решились заговорить. «Блять… Блять!» В семье Крайпарт сейчас наметилось странное движение. Начали обсуждать возможность признать Джулиана, которого прежде никогда не считали своим, и даже убрать унизительное прозвище «Фрейсон». Пока всё ограничивалось разговорами. Дурная слава была слишком велика, чтобы принять его без колебаний. «Но сама тема уже возникла». Джошуа с детства учили ценности чистой крови, и разговоры о полукровке из боковой ветви приводили его в ярость. Ещё хуже был источник перемен. «Это сделал я…» Кто мог подумать, что яростная поддержка на семейном совете, предназначенная вызвать презрение, вернётся бумерангом? И кто мог ожидать, что старший брат Геранд сочувствует Джулиану? Чем выше становилось положение Джулиана, тем слабее становилось положение самого Джошуа. Ведь поводок держал тот человек. «Остаётся только один выход». Джошуа сжал кулак. «Отец обязан встретиться с Джулианом». Скорее всего, глава пожелал вызвать Джулиана именно из-за участившихся упоминаний на совете. Других причин быть не могло. «Отец не станет сочувствовать ему, как старший брат Геранд. Никогда». После встречи главы семьи с высокомерным ублюдком странное движение внутри рода само собой исчезнет. «…Не может быть, чтобы мои действия снова придали ему силу. Ведь не может?» Мелькнувшая тревога заставила Джошуа покачать головой. Нет. Такого быть не могло. ---------- Орден Кровавого Демона Узнав, что Лунный Меч починили, я сразу направился в «Пламя Заката». Кузнецы усердно работали. Однако жаркая атмосфера мастерской заметно остыла с моим появлением. — …Джулиан? — Пришёл расследовать дело Чёрного Рыцаря? — Возможно. Пусть он и помог Люпине, действовал всё равно как самозваный вершитель правосудия. Стал бы я расследовать Чёрного Рыцаря? Я ведь сам им являюсь. В любом случае сотрудники «Пламени Заката» явно много говорили о нём. Я думал, слухи не разойдутся, раз статья появилась только на третьей странице газеты. — Ты язык-то придержи! Он спас Люпину, а ты называешь его самозванцем! — Верно! Его следует называть героем. — Помочь другому без всякой награды непросто. Сам знаешь. И такого человека ты называешь каким-то самозванцем… Самозванцем! — Кхм. От неожиданной похвалы я машинально прочистил горло. Самолюбию Джулиана, жаждавшему внимания, было приятно, однако смущение от этого не исчезало. — …Похоже, господину Джулиану не нравится эта тема. — Ну, Чёрный Рыцарь действовал без разрешения императорской семьи. Не совсем поэтому, но кашель, видимо, прозвучал угрожающе. Собравшиеся кузнецы склонили головы и начали расходиться. — Здравствуйте. Тем временем ко мне подошла Люпина с ножнами Лунного Меча в руках. «Хм». Я мысленно вздохнул. Она не могла знать, что Чёрным Рыцарем являюсь я, но почему-то всё равно захотелось отступить. Заметив странную реакцию, Люпина спросила: — Ч-что-то не так? — Ничего. Старшего Лугера нет? — У дедушки появились дела, поэтому пришла я. — Вот как? В прошлый раз и сегодня Лугер оказался занят. Впрочем, будучи лучшим мастером столицы, он наверняка имел много работы. Это меня не касалось. Нужно было лишь забрать починенный Лунный Меч и уйти. «Когда я начал называть Лугера старшим, а не господином?» Чем больше проходило времени, тем хаотичнее смешивались моя личность и личность Джулиана. — Дедушка хорошо его починил. Он применил новый метод, поэтому клинок уже не должен так легко трескаться. Люпина, не заметив моего замешательства, продолжила с неловкой улыбкой. — Но это всё равно меч из самоцвета, а не из стали. Ты ведь понимаешь, что он не такой прочный? Разумеется. Лунный Меч использовался не из-за твёрдости, а благодаря прекрасной совместимости с моей маной. Если правильно направлять ауру, он всё равно становился прочнее стали. — Передайте его. Я проверю. Я протянул руку, и Люпина вздрогнула. Над головой мелькнул Цвет Негатива. Хотя девушка старалась не показывать, она боялась меня. После того как прежде Джулиан устроил здесь скандал, это было понятно. — В-вот. Я принял Лунный Меч, обнажил клинок и осмотрел его. Яркое голубое сияние казалось немного иным, чем раньше. «Наверное, Лугер использовал накопленный опыт». Не зря его называли мастером. Я направил ауру в меч. Мягкий свет клинка всегда напоминал луну. — Ах. Наблюдавшая рядом Люпина тихо восхитилась. Цвет Негатива над ней почему-то тоже начал исчезать. Почему? Я не понимал. — Что такое? — Хм? Нет… Н-ничего! От моего вопроса Люпина испуганно замахала руками. Но взгляд по-прежнему был прикован к мечу. «…Любопытно». Даже когда я закрепил ножны на поясе и покинул кузницу, странное напряжение не исчезло. С возвращением Лунного Меча пропало чувство пустоты. Всё-таки привычное оружие незаменимо. *** — М-мне сообщили, что господин Джулиан придёт, поэтому я ждал. Вернувшись в императорский дворец, я направился не в здание «Закрытых Глаз», а в тюрьму под первыми воротами — Вратами Небесного Почтения. Внутри встретили тяжёлый запах, мрачная атмосфера и управляющий с мутными глазами. — Ха-ха… Господин Джулиан, заключённого подготовили к общественным работам, как вы просили. Но, эм… понимаете… небольшая… Он потёр ладони и многозначительно замялся. Я смотрел и не мог решить, в своём ли уме этот человек. Вымогать взятку у Джулиана — не знаю, восхищаться смелостью или сомневаться в рассудке. Я улыбнулся. — Похоже, мне не хватает проницательности. Хотите увидеть, что у меня получается лучше всего? Рука двинулась к поясу, где обычно висел кошель. Управляющий улыбнулся шире. Однако пальцы легли не на деньги, а на ножны меча. Мужчина побледнел, глубоко поклонился, пробормотал извинения, передал ключи и поспешно ушёл. Я всё так же улыбался и направился вглубь тюрьмы. Странным образом тяжёлый воздух и унылая обстановка казались знакомыми, а не чужими. — Давно не виделись. Добравшись до нужной камеры, я положил ладонь на решётку и посмотрел внутрь. — Г-господин Джулиан? Там сидел Байрон, рядовой участник «Шести Пальцев» — одной из преступных организаций, поделивших трущобы. Он растерянно уставился на меня. — Зачем вы пришли в такое место? — Разве управляющий не сказал, что тебя подготовили к работам за пределами тюрьмы? Учреждения, связанные с дворцом, могли при соблюдении процедуры использовать заключённых на общественных работах. «Закрытые Глаза», напрямую подчинявшиеся императорской семье, не являлись исключением. На следующий день после газетной статьи о Чёрном Рыцаре я подал запрос на временный вывод Байрона. — Сказал, но я и подумать не мог, что запрос подали вы… Байрон явно боялся. Во время прошлого визита в трущобы с Линне он испугался одной намёка на угрозу и сам сдался страже. Если всё это происходило из-за страха перед Джулианом, нынешняя реакция была понятна. — Ч-что именно мне предстоит делать снаружи? — Любопытно? В ответ Байрон яростно замотал головой. Я не хотел пугать его настолько. — Подробности раскрывать нельзя. Дело тесно связано с приказом императорского дворца. Можно сказать, государственная тайна. На самом деле поручение не имело никакого отношения ко дворцу и служило исключительно моей выгоде. Когда объяснить обстоятельства трудно, достаточно сослаться на императорскую семью — и спорить никто не станет. — Государственная тайна дворца… Но Байрон не мог знать правду. Он посмотрел почти с благоговением. Щёлк. Я вставил ключ и повернул. Железная дверь распахнулась, открывая его потрёпанный вид. — Выходи. Байрон послушно кивнул и покинул камеру. Пока я шёл впереди, чувствовал, как он то и дело бросает на меня взгляды. Логично. Человек, который поймал его в трущобах, теперь сам выводил из тюрьмы ради непонятной работы. — Ты слишком напряжён. Учитывая предстоящее дело, лучше немного расслабиться. — Д-да! Понял, господин Джулиан… Байрон ответил громко, но голос быстро затих. Он никак не мог догадаться, зачем понадобился. — Господин Джулиан, так что именно мне нужно сделать? В конце концов любопытство победило. Вместо ответа я повернулся к нему. — Насколько помню, ты состоял в подпольной организации «Шесть Пальцев»? — Да. — Тогда твоё лицо наверняка знают не только там, но и в других организациях? — Ну… скорее всего. Я довольно общительный человек. При упоминании собственной известности Байрон расправил плечи. Я тоже усмехнулся. — Прекрасно. Не останавливаясь, мы направились к окраине центра. Он узнавал дорогу, и на его лице появилось недоумение. — Этот путь ведёт в трущобы, верно? — Да. Вскоре показались знакомые вывески и унылый пейзаж. Я глубже натянул грубый капюшон. Серо-светлые волосы и дорогой костюм слишком выделялись среди трущоб. «Личность тоже лучше скрыть». Мы шли всё глубже. После таблички 032A вскоре появилась 040A. — Эм, господин Джулиан. Лицо Байрона потемнело. — Что? — Этот район контролируют не «Шесть Пальцев». Это территория Ордена Кровавого Демона. — Знаю. — Что? Он удивился ещё сильнее. Орден Кровавого Демона. Одна из трёх преступных организаций, разделивших трущобы. «Шесть Пальцев» занимались всем, что приносило деньги: рабами, контрабандой, охраной, азартными играми. Орден Кровавого Демона сосредоточился на одном. Публичных домах. Разумеется, сами заведения находились не в трущобах. Знатные клиенты не стали бы приходить в настолько жалкое место. — Мы идём во владения Ордена Кровавого Демона, который управляет публичными домами. — У меня плохое предчувствие… Господин Джулиан, вы пришли встретиться с Вампиром?! Байрон даже не пытался скрыть ужас, произнося это прозвище. Так широко называли главу Ордена Кровавого Демона. Во время борьбы за территорию огромный мужчина ростом почти в три метра, по слухам, купался в море крови. Жители сравнили его с чудовищем, пьющим кровь, и прозвище «Вампир» закрепилось. — Быстро понимаешь. — С-спасибо за похвалу. Хотя благодарить было особенно не за что. — Тогда устроишь здесь беспорядок? Глубже натянув капюшон, я заговорил так, словно просьба была совершенно естественной. — Что? В каком смысле?.. — Я хочу вызвать Вампира. ---------- Вампир (1) — Ч-что вы такое говорите, господин Джулиан? После моих слов Байрон заметно задрожал, зрачки метались. — Разве не сказал? Устрой здесь беспорядок. — Н-но ведь я только что объяснил: это территория Ордена Кровавого Демона… — Да. — В территориальных спорах они никого не щадят… Я улыбнулся Байрону, чей голос становился всё тише. Под моим взглядом он отступил на шаг. — Именно этого я и хочу. Орден Кровавого Демона управлял крупнейшими публичными домами столицы, поэтому обычно не применял силу за пределами своей территории. Но к вторжениям во владения относился не менее строго, чем к собственному бизнесу. — Сегодня я пришёл встретиться с главой. Если беспорядок устроит незнакомец вроде меня, орден не заинтересуется. Сглотнуть. Байрон тяжело проглотил слюну. — Поэтому я привёл тебя, участника «Шести Пальцев». — …Что вы собираетесь делать, когда он появится? Разумеется, подготовить слежку за Хейденом Райхом. Поскольку Орден Кровавого Демона владел заведениями, которые посещали влиятельные люди, туда стекалось множество сведений. Но сила организации заключалась не только в подслушанных тайнах. Идеальное наблюдение и преследование — вот в чём они действительно превосходили остальных. «Святой Меч даже не появился в образе Чёрного Рыцаря. Какого чёрта он улетел в Фернанд?» Именно это я хотел выяснить. Подобное совсем не соответствовало нашему благородному главному герою. — Государственная тайна. Я понизил голос, и Байрон нерешительно пошевелил губами. — Т-тогда пообещайте хотя бы одно, господин Джулиан. — Что? Под моим взглядом он снова сглотнул и с трудом продолжил: — К-когда люди Ордена Кровавого Демона придут, вы сами с ними разберётесь? — Разумеется. Я улыбнулся, и он неловко вышел на середину дороги. Наблюдая за ним, я ещё раз проверил капюшон. Интересно, насколько быстро отреагирует Орден Кровавого Демона… — А-А-А-А-А! «Хм? Какого…» Едва я собирался поправить капюшон, Байрон закричал и рухнул передо мной. — Г-господин Джулиан! В-Вампир…! Даже перекатившись по грязи всем телом, он не потерял сознание и уверенно сообщил об опасности, отползая ко мне. Настолько быстро? Не думал, что тот появится ещё до начала беспорядка. Подняв глаза, я увидел гиганта почти трёхметрового роста — слухи не лгали. — Байрон. Как ты, участник «Шести Пальцев», посмел без разрешения войти на нашу территорию? Думал, мы не заметим? От низкого, глубокого голоса Вампира Байрон задрожал и спрятался за мной. — Если даже этот гигант тебя знает, значит, ты действительно общительный. — Я-я же говорил, господин Джулиан! Услышав имя, Вампир слегка наклонил голову. — Джулиан…? Я снял капюшон. — Вампир. Слухи не врали: ты действительно ростом почти в три метра. — Бешеный Пёс императорской разведки — «Закрытых Глаз». Хех. Вживую выглядишь не так впечатляюще, как рассказывают. Он насмешливо фыркнул. Низкий голос странно сочетался с речью уличного бандита. — С таким телосложением твоей матери, наверное, пришлось нелегко. — Ты пришёл в эту дыру только ради дешёвых шуток? — Разумеется, нет. Я пожал плечами. — Сегодня хочу встретиться с настоящим главой Ордена Кровавого Демона. Гигант вздрогнул. — Г-господин Джулиан… глава Ордена Кровавого Демона стоит прямо перед вами! Байрон, не понимавший ситуации, закричал, указывая на мужчину. Похоже, несмотря на знакомства, внутренних тайн он не знал и считал гиганта настоящим руководителем. — Не понимаю, о чём ты. Командир Ордена Кровавого Демона — я. Он продолжал притворяться до конца. Я постучал пальцем по ножнам на поясе. — Ты не понимаешь человеческую речь? Может, обучить манерам силой? Зная дурную славу Джулиана, он должен был испугаться. Мне хотелось, чтобы провокация заставила сдаться, ведь драться не было желания. — Тогда я сам научу тебя манерам Ордена Кровавого Демона. Вампир откуда-то достал перчатки с шипами и махнул кулаком. Похоже, провокация задела не страх, а гордость. Я быстро вытащил Лунный Меч, направил ауру и под углом отбил прямой удар. — Что…! Судя по потрясённому лицу, в своём кулаке он не сомневался. Не останавливаясь, я развернул меч и вонзил его между пластинами перчатки. Удивительно, но всё произошло автоматически, по привычке, без осознанного решения. — Аргх! Похоже, давно не испытывал подобной боли и не удержался от стона. Искажённое лицо Вампира оказалось прямо передо мной. — Теперь как ощущения? Сможешь ответить нормально? Тон звучал издевательски, но это был мой вариант мирного подхода. И, разумеется, влияние характера Джулиана. Хруст! Под звук рвущейся плоти из щелей перчатки фонтаном хлынула кровь. Вампир напряг мышцы, не позволяя вытащить застрявший клинок. «Крепкий тип». Я покрыл Лунный Меч Сомброй. По лезвию пробежали искры, когда две несовместимые силы начали отталкиваться. — А-А-А-А! Рёв соответствовал трёхметровому телу — казалось, рядом ревёт настоящий великан. Боль должна была быть страшной: всё-таки на него одновременно давили сила Камня души трёхрогого демона и моя аура. — Ха… ха… Правая рука Вампира превратилась в месиво, но боевой дух в глазах не угас. Неужели придётся нанести ещё больше повреждений, чтобы услышать нужный ответ? Я уже собирался усилить Лунный Меч, когда… — П-пожалуйста, остановитесь! Раздался неожиданно юный голос. К нам поспешно подбежал мальчик, дрожащий от страха. Он передал чьи-то слова: — Мадам желает встретиться с вами, господин Джулиан. *** Луна рассеивала густую тьму. Крики сверчков и сов из леса добавляли безмолвной ночи странное изящество. Прохладный ветер, проходивший сквозь деревья, создавал ощущение, будто я стал бессмертным отшельником и иду по широкой дороге за пределами мира. [Павильон Ясной Луны] Вскоре показались небольшая вывеска и крупное здание. «Павильон Ясной Луны» — публичный дом, которым управлял Орден Кровавого Демона. Яркое строение не спало среди ночи и действительно выглядело соблазнительно. Словно фонарь, приманивающий насекомых. «Вживую вижу впервые». Но само место было знакомо. В «Let’s Kill the Demon King Now» сюда можно было попасть при определённых выборах. А для встречи с мадам — настоящей главой Ордена Кровавого Демона — требовался проводник изнутри. «Поэтому пришлось тащиться в трущобы». Заведение посещали влиятельные лица. Если привлеку внимание, и без того плохая репутация может провалиться ещё ниже. — М-мадам находится на пятом этаже. Мальчик, приведший меня из трущоб, шёл впереди и вошёл в лифт внутри здания. Разумеется, механизм работал не на электричестве, а на резонансных камнях. И всё же после столь долгого времени лифт казался странно непривычным. Мы поднялись на пятый этаж, и двери раскрылись. «…Какой удушающий запах духов». Стоило войти, как нос обдало резким ароматом, заставляющим морщиться. Длинные плотные занавеси спускались до пола. Под ними угадывалось присутствие и пряди красных волос. — Госпожа Талле, я привёл господина Джулиана. Мальчик, не обращая внимания на запах, вежливо доложил. — Вот как? Вы пришли раньше, чем ожидала. Соблазнительный голос прозвучал из-за шторы. Красные волосы качнулись, и занавес плавно отдёрнулся. — Рада знакомству, Джулиан. Талле — мадам «Павильона Ясной Луны» и настоящий лидер подпольной организации Орден Кровавого Демона. — Слышала, вы хорошенько проучили Артура? Артур? А, значит, так звали Вампира из трущоб. — Да. Для сторожевого пса у него слишком плохие манеры. — Сторожевого пса? Вампир — законный командир Ордена Кровавого Демона. — Забавное прозвище. Особенно когда настоящий вампир находится в другом месте. Я усмехнулся. Спокойное выражение Талле на мгновение дрогнуло. — Эрен, оставь нас. Я внезапно захотела поговорить с гостем наедине. Взмахом руки она отпустила мальчика. Тот учтиво поклонился и вернулся к лифту. Когда мы остались одни, Талле взяла стоявший на столе бокал. В бокале была багровая жидкость. Обычный человек решил бы, что это красное вино. Но нет. Кровь. Причём человеческая. «Поэтому здесь так пахнет духами. Они скрывают запах крови». Талле Генида Батори. Она не человек. Точнее, когда-то давно перестала им быть из-за особых обстоятельств. Вампир. Существо, живущее во тьме и питающееся человеческой кровью. Сам Орден Кровавого Демона она создала, чтобы без лишних трудностей получать кровь в трущобах. — … Сделав глоток, Талле издала соблазнительный вздох. Невозможно было понять, от природы ли её губы настолько алые или их окрасила выпитая кровь, но выглядели они завораживающе. — Эрен? Талле снова позвала мальчика. Не получив ответа, наконец встала. — Кхм. Ненадолго прочистив горло, она заговорила: — …Господин Джулиан. Почему-то теперь её тон стал куда почтительнее, чем при приветствии. — Простите за прежнюю дерзость. За нами наблюдали подчинённые. — Вот как? — Да… Прошу прощения. Талле склонила голову. Резкая перемена по сравнению с моментом, когда рядом находился мальчик, показалась знакомой. Подобные персонажи прекрасно понимают своё положение. Во многих фэнтезийных мирах вампиры считают себя высшими существами, а людей — мешками с кровью. Но здесь всё было иначе. Их раса почти вымерла. Во время появления Короля демонов погибли чистокровные вампиры высшего ранга, а выжили лишь молодые особи, чьи способности ещё не пробудились. Чтобы защищаться от демонов, им требовалось огромное количество крови. Они охотились на людей, но в ответ императорская семья приказала уничтожать вампиров. Трагичная судьба. Чего больше всего боятся существа, вынужденные раствориться в человеческом обществе ради выживания? — Прошу, не позволяйте «Закрытым Глазам» узнать об этом… Государственной власти. ---------- Вампир (2) Над склонённой головой Талле густо разливался Цвет Страха. Давно я не видел настолько ярко выраженной эмоции. «Она действительно до смерти напугана». Талле вежливо улыбнулась, подняв на меня взгляд. Но улыбка выдавала её состояние: губы растянулись, брови печально опустились, а уголки рта едва заметно дрожали. — Ху-ху… Господин Джулиан, клянусь богом Солнца Соларуном, я, Талле, никогда не совершала ничего противозаконного. Особенно того, что могло бы потревожить императорскую семью. Я едва не рассмеялся. «Вампир клянётся Соларуном — воплощением солнца. Она издевается?» — Кхм. Чтобы подавить смех и разрядить обстановку, я прочистил горло. Зрачки Талле заметно задрожали. — А, я-я прошу прощения! Для меня огромная честь, что господин Джулиан лично посетил это скромное место, а я проявила недостаточно гостеприимства. Совершила тяжкий проступок. Она восприняла обычный кашель как недовольство, тут же поднялась, достала второй бокал и начала что-то наливать. Жидкость была того же цвета, что и кровь, которую она пила. Неужели собирается предложить мне кровь? Пусть Джулиан и видел немало крови, пить её явно не следовало. — Вы предлагаете мне это выпить? — Хм? А… Вы не любите вино? Вино? Не кровь? — Шато Бавальди, знаменитое вино региона Бавальди. Стоит попробовать — и все прежние вина покажутся дешёвыми… Я прервал испуганные объяснения и взял бокал. Сладкий виноградный аромат действительно щекотал нос и долго не рассеивался. — Господин Джулиан… пусть я и питаюсь кровью, вам её предлагать не стала бы… Похоже, Талле догадалась о моих мыслях и неловко улыбнулась. Она была права. Я снова понюхал напиток. Насыщенный аромат винограда заполнил лёгкие. А вдруг вино отравлено? Вряд ли — Талле только что пила из того же сосуда. — Хм. Сделав глоток, я искренне удивился. Обычно вино мне не нравилось. В нём почти никогда не ощущалась обещанная «сладость», а грубый виноградный осадок на языке особенно раздражал. Но вино Талле обладало насыщенным вкусом без неприятной шероховатости, а сладость и аромат винограда ещё долго оставались на языке. «Хотя говорить, будто в нём заключена сама природа, не стану». На мой непритязательный вкус вино было превосходным. Однако Джулиан, пробовавший множество дорогих напитков, считал его скорее «неплохим», чем «великолепным». — Итак, могу ли я узнать, зачем вы пожелали встретиться? Когда я поставил бокал, Талле нервно посмотрела на меня. — Я пришёл попросить вас об услуге, госпожа Талле. — Об услуге? Она слегка наклонила голову. — Какой именно? Надеюсь, я смогу её выполнить. — Разумеется. Это как раз то, что вы умеете. — Что же? Я провёл пальцем по краю бокала, улыбнулся и молча встретился с Талле взглядом. Красивое, но неприятное лицо Джулиана и рука, бессознательно касавшаяся меча, создавали достаточное давление и без слов. Талле сглотнула. Она нервно сжала кулаки. — Хочу, чтобы вы наблюдали за одним человеком. — …Наблюдали? Просьба была для неё привычной и потому почти не удивила. В определённом смысле слежка была её специализацией. — Если я выполню просьбу, вы сохраните мою природу вампира в тайне? — Разумеется. Перестав притворяться спокойной, Талле облегчённо выдохнула. — Тогда всё хорошо. В этом деле я уверена. — Иначе не пришёл бы. — Но как вы узнали, что я не человек? — Ху-ху. Вам обязательно это слышать? Я улыбнулся как прежде и нарочно коснулся рукояти меча. Честно говоря, ответить было сложно. Поймёт ли она, если рассказать об игровом опыте? — Нет-нет! Не спрашиваю. Наверное, лучше не знать. К счастью, сочинять объяснение не пришлось: Талле поспешно отказалась от ответа прежде, чем я начал. — Мудро. — С-спасибо, господин Джулиан. Я мягко кивнул, и она поднесла бокал к губам. Поняв, что целью визита была не охота на неё, Талле заметно успокоилась. — Итак… за кем наш уважаемый господин Джулиан желает наблюдать? — За Святым Мечом Хейденом Райхом. — Да, за Святым Мечом… Кха! Кхе-кхе! Она поперхнулась, и из уголка губ вытекло немного вина. — Что? Я ослышалась? — Судя по реакции, нет. — И всё же повторите, пожалуйста. — Святой Меч Хейден Райх. Наблюдайте за ним. Дрожащими руками Талле поставила бокал. — Господин Джулиан… Святой Меч — лицо имперского фехтования. Он тесно связан с императорской семьёй и, по сути, обладает такой же государственной властью, как непосредственно подчинённые трону «Закрытые Глаза». — Верно. Можно сказать, что он сам — живое воплощение государственной власти. Его влияние превосходит влияние большинства дворян. Чем дольше я подтверждал её опасения, тем сильнее бледнела и без того бескровная Талле. — А если Святой Меч обнаружит слежку? Как нам пережить последствия? Она хотела спокойно жить, не выходя за рамки закона. Но если её поймают на слежке за Святым Мечом, последствия окажутся слишком тяжёлыми. Поэтому Талле так боялась государственной власти. Вампиры не считались гражданами империи. Разоблачение означало бы потерю не только заведения, но и жизни. — Святой Меч наверняка влиятельнее «Закрытых Глаз» и имеет связи с императорской семьёй! — Госпожа Талле, заранее готовиться к провалу — третьесортно. К тому же вас никогда не ловили во время слежки, верно? От уверенных слов уголки её губ слегка дёрнулись. — Не беспокойтесь. Даже если мой наставник вас «обнаружит», я разберусь. — Разберётесь?.. — Хотите узнать как? — Н-нет! Совершенно не хочу! Она яростно замотала головой. Все знали: Джулиан, бывший ученик Святого Меча, после изгнания желал его убить. Эта история дошла даже до вампиров. Но на деле вероятность, что Хейден Райх обнаружит наблюдение Талле, была ничтожной. — Фью-у! Талле свистнула, и через окно влетело маленькое существо — сова с приметными серыми перьями. Она протянула руку, и птица села ей на ладонь. Талле что-то прошептала сове, после чего та снова вылетела наружу. «Значит, это её фамильяры». Именно из-за таких «маленьких существ» я пришёл сюда. Как и вампиры из легенд, местные создавали фамильяров собственной кровью, использовали их как продолжение своего тела и могли заимствовать их глаза и уши. Обычными способами такую слежку обнаружить невозможно. Маленькие животные встречаются повсюду, от них не исходит мана, и никто не испытывает к ним враждебности. — Сообщение отправлено. Но Святое королевство Фернанд далеко, поэтому быстрых новостей не ждите. — Благодарю, госпожа Талле. — Не стоит. Служить «Закрытым Глазам» и императорской семье — обязанность каждого подданного, не так ли? С неловкой улыбкой она протянула руку. Когда я пожал её руку, пальцы ощутили слабую дрожь. — Было бы жаль отпускать господина Джулиана так быстро. Может, желаете получить тёплый приём в нашем заведении? Одновременно воздух наполнился соблазнительным ароматом. Талле и правда была непростой женщиной. Раз я знал её истинную природу, Талле навсегда оставалась бы под моим контролем. Разорвать такие отношения обычным способом было невозможно. Единственный выход для неё — чем-нибудь связать меня. «Наверняка этот „тёплый приём“ именно для этого». Взятка, алкоголь или соблазнение. — Простите, но вы забыли, кто перед вами? Разумеется, соглашаться я не собирался. Талле натянуто улыбнулась. — К-кхм… Как и ожидалось, господин Джулиан идеально подходит для службы императорской семье. Пустая лесть. *** Спустившись на лифте, я увидел у входа в «Павильон Ясной Луны» ожидавшего Байрона. — Г-господин Джулиан! Он тут же подбежал. Следом шёл огромный мужчина — вампир, руководивший людьми Ордена Кровавого Демона в трущобах. Кажется, его звали Артуром. — Джулиан. Он произнёс имя низким, рычащим голосом. Но прежде всего моё внимание привлекла его перебинтованная правая рука. — Раз рука всё ещё на месте, похоже, я был слишком мягок. Зачем демонстрировать бессмысленную гордость? — …Заткнись. Он ответил, разрываясь между страхом и уязвлённым самолюбием. — Я не забуду сегодняшний день! Проклятый ублюдок. Классическая реплика злодея едва меня не рассмешила. — Ху-ху. Дворяне, погибавшие от моего меча, тоже говорили подобное. Но ни один не исполнил обещание. Естественная манера Джулиана проявилась сама собой, и даже я невольно восхитился. — …Кровожадный человек вроде тебя служит в структуре, напрямую подчинённой императору. Императорская семья и дворяне действительно лишены здравого смысла. Согласен. Я улыбнулся Артуру и прошёл мимо, собираясь покинуть заведение. — Берегись, Джулиан. Скоро появится тот, кто собьёт тебя с высокого коня. Неожиданная угроза заставила остановиться и медленно повернуться. Кто-то, способный меня одолеть? В столице хватало людей сильнее Джулиана, но по словам Артура речь шла о недавнем новичке. Кто это? Возникло невольное напряжение. — И кто же? — Чёрный Рыцарь. Слышал о нём? А, этот. Очень хорошо знаком. На мгновение я потерял дар речи. — Чёрный Рыцарь? Он, может, сильнее Святого Меча? Не забывай, я Джулиан Крайпарт Фрейсон. От моих слов глаза Артура расширились. Не обращая внимания, я снова направился к выходу. «Какая ирония». Вдыхая прохладный ночной воздух, я презрительно оглянулся на скрывшийся за спиной «Павильон Ясной Луны». В оригинальной истории Святой Меч подозревал, что Джулиан связан с Орденом Рассвета. «Изначально именно главный герой Хейден Райх просил Талле следить за Джулианом. Теперь всё наоборот». По просьбе Святого Меча она прикрепляла к Джулиану сову-фамильяра. Ситуация полностью перевернулась. «Интересно, куда теперь повернёт история». ---------- На грани (1) — Спасибо за работу, Байрон. Теперь вернёмся внутрь? — Благодарю, господин Джулиан. Но… с учётом сегодняшнего дела, может, вы сократите срок наказания?.. Не обращая внимания на лишние слова, я вернул Байрона в камеру, получил приветствия охраны и покинул императорский дворец. По дороге я поднёс рукав пальто к носу и принюхался. Резкие духи «Павильона Ясной Луны» настолько пропитали ткань, что начинала болеть голова. Хотелось немедленно вернуться и переодеться. Сегодня тело особенно плохо переносило этот запах. Сильные духи никогда мне не нравились, и, к счастью, Джулиан испытывал то же самое. «…Не слишком ли поспешное решение?» Внезапно я начал беспокоиться о поручении Талле. Вероятность обнаружить слежку через маленьких животных была мала, но всегда оставалось «а если». «Нынешний Хейден Райх слишком отличается от оригинала». Я не видел его действий лично, однако они были слишком странными для «главного героя». Он пренебрёг всеми обязанностями Чёрного Рыцаря, оставил императорскую семью и Камни души без защиты. Словно вовсе не был главным героем. «Нужно понять его намерения». Стоило ослабить внимание — и знакомая история могла окончательно сойти с рельсов. — …Джулиан. Кто-то окликнул меня, погружённого в мысли. Я повернулся и увидел знакомое лицо, которого здесь не ожидал. — Господин Пинтель, вы ужасно выглядите. Это был Пинтель Аград, недавно столкнувшийся с Чёрным Рыцарем в «Пламени Заката». Под мигающим фонарём он казался совершенно измотанным. Прежней враждебности больше не ощущалось. Похоже, он не понял, кто скрывался под маской. — Слышал, после задержания военной полицией вам пришлось несладко. — Да. Только что выпустили, поэтому и выгляжу так… — Для человека, которого поймали с поличным, вы вышли довольно быстро. — Всё-таки дворянин. И доказательств моей связи с Орденом Рассвета нет. Дворянин. Одно слово объясняло многое. Пусть «Пламя Заката» и принадлежало лучшему мастеру империи, в итоге это была мастерская простолюдина. «Без доказательств членства в Ордене Рассвета Пинтеля могли обвинить лишь в дворянском произволе». — Кстати, «то место»… Джулиан, ты говоришь так, будто сам там был. Чёрт, оговорился. Пришлось осторожно подобрать ответ. — У меня были дела. Из-за господина Пинтеля там стоял ужасный шум. И, ху-ху, похоже, вы снова потерпели неудачу. — Цок. От насмешки Пинтель тихо вздохнул. — Проклятье, опять этот ублюдок. — Какой? — Тот, кто в прошлый раз украл мой Камень души! — Кто именно? Я прекрасно знал, но изобразил неведение. — Чёрный Рыцарь! Он! — Угх. Я не сдержал вздоха. «Слышать имя прямо в лицо неловко». Почему и этот Артур, и Пинтель постоянно подчёркивают Чёрного Рыцаря? О самом человеке никто не думает. Конечно, никто не ожидал увидеть его рядом. — Проклятье! Мы понимаем, что он затаил на нас обиду, но почему постоянно позорит именно меня?! Руки Пинтеля задрожали от ярости. «Его можно понять. Прости». Нынешний Чёрный Рыцарь действительно словно специально мешал только Пинтелю. Но у меня были веские причины. «Он даже не понимает, что жалуется виновнику». Стало немного жаль. Но что поделать? Он выжил, хотя по сюжету должен был умереть, а значит, теперь придётся преодолевать трудности. И правду всё равно не узнает. — Клянусь, если встречу снова, обязательно убью! Пинтель выпучил глаза, не в силах сдержать гнев. Прости. Я прямо здесь. — «В следующий раз» говорят только проигравшие. Жёсткий голос вмешался в разговор. Я повернул голову и мысленно щёлкнул языком, увидев говорившего. «Герард Оклин». В Ордене Рассвета существовало несколько людей, чья угроза сравнима с нынешним архиепископом Тенелоном. Герард Оклин был одним из них. После гибели Тенелона от руки Чёрного Рыцаря Герарда рассматривали как одного из кандидатов на пост следующего главы ордена. «Он должен управлять западным отделением. Что делает в столице?» Подумав, я быстро понял причину. Святое королевство Фернанд находилось на западе Империи Адратан. А Святой Меч недавно отправился туда по неизвестной причине. «Прибыл в столицу, чтобы избежать столкновения?» Учитывая воинственность Герарда, он мог бы пойти против Святого Меча напрямую. Но раз оказался здесь, вероятно, Тенелон вызвал его лично. — Ха! Действительно, именно так говорят побеждённые, верно? Ха-ха-ха! Герард громко рассмеялся, демонстрируя золотые коренные зубы своим спутникам. — Господин Герард, следите за словами. Теперь я тоже епископ, как и вы. — Епископ? Идиот, ты новости не слышал? С такими ушами далеко пойдёшь! От ядовитого ответа лицо Пинтеля покраснело, кулаки сжались. Герарду было всё равно. Хотя сам он был дворянином, манерами больше напоминал уличного громилу. — Тебя лишили должности епископа. — …Что? — Потерял Камень души, а потом самовольно взялся за дело и снова провалился. Думал, господин Тенелон ничего не сделает? Герард коротко хохотнул. Кулаки Пинтеля дрожали от унижения. Герард лишь пожал плечами и перевёл внимание на меня. — Так вы и есть Улыбающийся Палач! Простите за позднее представление. Герард Оклин, отвечаю за западное отделение. — Да, я вас знаю. Не ожидал встретить здесь, господин Герард. — Ха-ха. Никогда бы не подумал, что вы присоединитесь к нам. В отличие от отношения к Пинтелю, ко мне он подошёл почти дружелюбно и протянул руку. Я не ответил. Этот человек… Герард Оклин использовал любые грязные методы и был одним из самых неприятных персонажей Ордена Рассвета. Существовал даже сюжет, где Линне принимала его рукопожатие и мгновенно оказывалась парализована ядом, спрятанным в перчатке. — Простите, не особенно люблю пожимать руки мужчинам. В голос невольно проникло отвращение. — Всё такой же холодный. Герард говорил, будто мы знакомы, хотя я не помнил взаимодействия Джулиана с ним в игре. За исключением события в Святом королевстве. — Не может быть… Это действительно приказ архиепископа?.. Пока мы разговаривали, потрясённый Пинтель вмешался. Глаза под тёмными кругами яростно дрожали. — Нет… Не может быть… Не успел закончить, как от Герарда вспыхнуло убийственное намерение. Он мгновенно вытащил кинжал. Лязг! Я заблокировал удар ножнами. Искры на мгновение осветили потемневшее лицо Пинтеля. — И-ик!.. Застигнутый врасплох мужчина не удержался и упал. Герард насмешливо фыркнул, затем посмотрел на меня. — Не ожидали? Да, не ожидал. Вероятно, тело само остро отреагировало на враждебность и моё отвращение к Герарду. — Будь это Элеонора или Дантес, ещё можно понять. Но думал, вы закроете глаза. — Хотя так не выглядит, я забочусь о товарищах. Каким бы бесполезным ни был господин Пинтель, он всё ещё «товарищ». — Только поэтому? От Улыбающегося Палача? — Ха-ха. Вы забыли, что я состою в «Закрытых Глазах»? Не могу же позволить убить дворянина посреди столицы при свете дня. Оправдание пришлось придумать на ходу. Для Джулиана подобное вмешательство действительно выглядело странно. — Хитрый ублюдок. Бросив эти слова, Герард снова повернулся к Пинтелю. Тот прикусил губу, встретившись с его взглядом. — Чего так напрягся, Пинтель? Это была безобидная шутка! Ха-ха-ха! Громко смеясь, Герард ушёл вместе с людьми. Пинтель медленно поднялся и, пошатываясь, побрёл в тёмный переулок. «…Мне уже почти жаль его». Если слова о лишении должности правдивы, главным виновником был я. *** — Господин Джулиан, вы случайно не посещали трущобы? На следующий день, когда я вернулся в Секретариат разбираться с документами «Закрытых Глаз», Лазлот осторожно спросил. — Откуда вы знаете? На мгновение я растерялся. Он следил? Нет, уверен: после входа в трущобы за мной никто не шёл. Как тогда узнал? — М-мальчик по имени Эрен рассказал. Он живёт в приюте Генмель и иногда передаёт мне сведения. А, тот самый проводник к «Павильону Ясной Луны». — Да, был там по личному делу. — По какому именно?.. Лазлот почему-то говорил нервно. — Это связано… со слухами внутри Ордена Рассвета? Слухами? Я не понимал, о чём речь, но само слово заставило веки едва заметно дрогнуть. Сейчас ходило несколько слухов, способных заинтересовать орден. Самый тесно связанный со мной касался Чёрного Рыцаря. «Они предполагают, что я связан с Чёрным Рыцарем?» — Речь о Чёрном Рыцаре? — Да. Лазлот осторожно кивнул. Я сохранил спокойствие и спросил снова: — Не понимаю, как мой визит в трущобы связан с Чёрным Рыцарем. — Дело в том… Лазлот замялся. Ладони начали покрываться потом. — Личность Чёрного Рыцаря раскрыта. ---------- На грани (2) — Личность Чёрного Рыцаря раскрыта. От осторожных слов Лазлота по моей спине потёк холодный пот. «Что… ты сказал?» Застигнутый врасплох, я ничего не ответил и лишь молча смотрел. Казалось, маска невозмутимого Джулиана, которую удавалось сохранять всё это время, вот-вот треснет. Неужели просто показалось? Нет. Я изображал Чёрного Рыцаря всего дважды! И ни в одном случае меня не могли раскрыть… «Допустил ошибку? Нет, не было…» Даже полное знание игры не позволяло предвидеть всё. «История могла измениться из-за меня». Лазлот работал двойным агентом и не стал бы докладывать неподтверждённые сведения. Тем более что я знал его слабость, а фиолетовый Цвет Страха, всегда появлявшийся при встрече, подтверждал надёжность сведений. «Он не принесёт бессмысленную сплетню». Увидев твёрдый взгляд Лазлота, я понял: «Это правда? Блять». Эта новость обрушилась на меня словно бомба. Я сглотнул. Я попытался загасить внутренний пожар глотком, но не помогло. Звук показался оглушительно громким. Лазлот мог услышать. — Ха-ха. Вот как? Мне тоже любопытно узнать, кто скрывается под именем Чёрного Рыцаря и поднял такой шум в столице. Фух, произнести это оказалось непросто. Я постарался сохранить спокойное лицо и безразличный голос, добавив лишь оттенок праздного интереса. Но фиолетовая дымка над Лазлотом не исчезла. — Подробностей я не знаю. Архиепископ услышал слухи и желает лично поговорить с вами. Скоро пришлют посланника. «Очень плохо». Я незаметно прикусил губу, сохраняя внешнее спокойствие. Что-то всё равно не сходилось. Я помешал Пинтелю получить Камень души. Сорвал попытку завербовать Лугера. И оставил епископа Пинтеля ни с чем… Вспомнив всё, даже испытал укол вины перед ним. Кхм. В любом случае, если Орден Рассвета знал виновника, мирного решения уже не будет. Они отправили бы Монсеньоров, боевых епископов… «…И давно попытались бы меня убить». С учётом того, что я знал об ордене, они поступили бы именно так. «Почему тогда ничего не произошло?» Непонятно. Оставалось надеяться на ошибку. — Что вы собираетесь делать? Напряжённый вопрос Лазлота заставил медленно посмотреть на него. — Если господин Тенелон просто желает встретиться… Я специально оборвал фразу и изучил его лицо. Никакой перемены. Похоже, он действительно не знал ничего сверх уже сказанного. «Возможно, ловушка». Но избегать встречи, когда возникло подозрение, означало лишь усилить слухи. Догадка мгновенно превратится в уверенность. — Когда прибудет посланник? *** В карете Ордена Рассвета я вскоре приехал к оранжерее на окраине столицы. — Господин Тенелон ждёт внутри. Когда я вышел из кареты, охранявшие стеклянное здание люди приблизились и почтительно поприветствовали меня. Внешне и по манерам они казались обычными, но я знал одно. Это Монсеньоры. «Почему они здесь?..» В иной ситуации охрана архиепископа выглядела бы естественно, но сейчас даже она казалась подозрительной. Неужели правда?.. С ростом сомнений всё нормальное начинало выглядеть ненормальным. Подавив беспокойство, я вошёл. «…Здесь хорошо поработали». Оранжерея дышала жизнью. Благодаря правильно подобранным температуре и влажности растения выглядели пышными. Ухаживал за ними явно умелый человек: ни одного запущенного уголка. Однако посреди гармонии за центральным столом сидел человек, совершенно сюда не подходивший. — Вы пришли. Кажется, впервые встречаемся наедине. Неожиданно приветливый тон Тенелона заставил меня слегка растеряться. Разумеется, внешне это не проявилось. — Как вам? Он жестом предложил оглядеться. Вокруг стояли свежие, ухоженные горшки с цветами и орхидеями. «Чего он хочет?» Зачем этот вопрос? Почему вызвал? Уже всё знает? Мысли закрутились бурей. — Слышал, вы увлекаетесь орхидеями. Как вам эта? Удалось хорошо вырастить? Вопрос оказался неожиданным, но выражение моего лица не изменилось. Пряча эмоции за образом прищуренного злодея, я провёл рукой по растению, которое Тенелон назвал своим. — Даже специалистом быть не нужно, чтобы понять: состояние ужасное. Как вообще можно было настолько испортить орхидею? Если бы вы просто поливали по расписанию и иногда ставили на солнце, она выглядела бы лучше. У вас совершенно нет таланта к орхидеям. Оценка прозвучала резко, но была правдивой. Края листьев потемнели от чрезмерного солнца, местами виднелись следы прежней плесени. Если снаружи всё настолько плохо, корни наверняка сгнили. Можно было выразиться мягче. Однако моя любовь к орхидеям, казавшимся почти детьми, в сочетании с прямотой Джулиана сама вытолкнула эти слова наружу. — Ха-ха. Вот как? Несмотря на грубость, Тенелон весело рассмеялся. — Джулиан, мне нравится ваш характер. В отличие от других епископов вы не льстите сладкими словами ради расположения. Он улыбался, но взгляд оставался острым. — Именно поэтому недавнее дело меня так удивило. «Хм? Какое?..» Внутри я вздрогнул. — Не ожидал, что кто-то станет действовать под именем «Чёрного Рыцаря»… Эти слова тяжёлым грузом легли мне на грудь. Тенелон говорил дальше, но я слышал только одно имя. Чёрный Рыцарь. «Он знает?» Я отчаянно удерживал тело от реакции, однако едва заметная дрожь всё равно прошла по мышцам. Как много ему известно? В худшем случае здесь начнётся бой, после которого придётся прорываться наружу, преследуемому Орденом Рассвета. Нет, даже побег из оранжереи мог стать проблемой. «Вокруг Монсеньоры и культисты». А передо мной сидел Тенелон — сильнейший боец Ордена Рассвета. «Не стоило приезжать». Я заставил сердце успокоиться и посмотрел на него так, словно всё было в порядке. — Независимо от масштаба влияния Чёрный Рыцарь остаётся непростительным врагом. Он мешает делам Ордена Рассвета. — Разумеется, господин Тенелон. Нельзя позволять «ему» свободно действовать. От ответа в глазах Тенелона мелькнул странный свет. Он продолжал возиться с несчастной орхидеей. Я делал вид, что согласен, и одновременно внимательно следил за его движениями. Я незаметно переместил правую руку ближе к мечу, чтобы мгновенно обнажить клинок. — Угх. Бок пронзила боль. Рана, полученная от Пинтеля в «Пламени Заката», ещё не зажила. От обычных Монсеньоров или епископов можно было уйти без особых последствий. Но от Тенелона? Разум судорожно просчитывал кратчайший путь побега. Ничего хорошего. «Кровавый ад, будет тяжело». Положение становилось всё тревожнее. «Ударить первым?» Пока мысли метались, Тенелон спокойно продолжил, глядя прямо на меня: — И кто бы мог подумать, что вы сами первым начали расследовать дело Чёрного Рыцаря… «Эм… что?» — Более того, такой брезгливый человек, как вы, не пошёл бы в грязные трущобы без причины. От нелепости происходящего я едва не рассмеялся. — …Разве не так? Тенелон недоумённо наклонил голову, увидев заминку. Нельзя упускать шанс. Внутренний голос прорезал хаос. — Ху-ху. Я действовал осторожно, но ваша разведка превзошла ожидания. Поразительно, господин Тенелон. — Именно. Кто мог ожидать? Он коротко рассмеялся. — Чёрный Рыцарь связан с одной из трёх организаций трущоб — «Безымянными». «Что за чушь?» Несмотря на уверенность Тенелона, меня охватило недоумение. — Ху-ху. Поистине впечатляет. Ваши способности невозможно переоценить. Язык сам собой продолжал подпитывать недоразумение. — Подумать только, вы узнали раньше меня, хотя я лично расследовал всё в трущобах. Когда вам стало известно? Только что! Прямо сейчас! Ты сам сказал секунду назад! — Мне тоже совсем недавно. Я тайно приказал «Закрытым Глазам» изучить Чёрного Рыцаря. Это свежие сведения. — Вот как? Императорская разведка действительно грозна! Ха-ха-ха! От громкого смеха Тенелона мне захотелось рассмеяться вместе с ним. Ты… идиот? Подумать только, «Безымянные» заявили, будто Чёрный Рыцарь принадлежит им. Причину можно было понять. Среди трёх организаций трущоб они были слабейшими. Они не получали больших денег от грязных сделок и связей, как «Шесть Пальцев» или Орден Кровавого Демона. Это была обычная небольшая группа, пытавшаяся казаться значительнее, чем позволяли её скромные силы. Похоже, ради известности они распространили слухи о связи с Чёрным Рыцарем. «Безымянные» скрывали лица, и стать их участником мог почти любой. Эти особенности хорошо сочетались с таинственным героем. «Неплохая стратегия». Они присвоили популярную легенду и спрятались за ней. Для самой слабой организации ход был разумным. Проблема заключалась в том, что дворяне, которым противостоял Чёрный Рыцарь в «Пламени Заката», были не простыми аристократами. «Они связаны с Орденом Рассвета». Поэтому положение «Безымянных» стало опасным. Или скоро станет. — Рано или поздно «Безымянных» придётся уничтожить. Тенелон хотел полностью стереть организацию. «Нужно было лучше выбирать, к кому примазываться». Им невероятно не повезло. «А для меня это удача?» Даже если они погибнут, называя себя Чёрным Рыцарем, само имя не исчезнет. Пока внимание сосредоточится на них, мне станет легче действовать. Чтобы предотвратить воскрешение Демонического бога, всё равно придётся мешать планам Ордена Рассвета. *** — Джулиан. Когда после встречи вернулся к зданию «Закрытых Глаз», у входа стояла Одвин. Та самая миниатюрная женщина. Можно было сомневаться, способна ли она выполнять обязанности командира, но одно лишь отсутствие страха перед Джулианом доказывало, что должность она занимала не зря. — Вы вовремя. Хотя, вероятно, снова откажетесь, я всё равно обязана спросить ваше решение. Деловито произнеся, она достала из кармана небольшой свиток. В отличие от обычных документов, свиток был богато украшен, что сразу вызвало любопытство. — Возьмите. Я развязал узорчатый свиток и прочитал содержимое. — …Приглашение. — Да. На день рождения Альбы Годрихта, старшего сына семьи. Они попросили, чтобы именно вы представляли «Закрытые Глаза». Семья Годрихт. Название семьи напомнило мне женщину из «Пламени Заката». Высокомерную аристократку, воплощение избалованного дворянства. «Почему меня приглашают на день рождения старшего сына?» Я не понимал причины. На празднике наследника они едва ли захотели бы видеть Джулиана, портящего настроение. По крайней мере, я бы не захотел. Зачем искушать судьбу? — Странно. Я думал, «Закрытые Глаза» будет представлять командир Одвин. Честно говоря, идти не хотелось, а вмешиваться в возможное происшествие — тем более. Не понимая скрытого намерения за приглашением, я слегка поддел её. — …Не ожидала услышать такое. Вы действительно любите хвастаться. Сомневаюсь, что искренне так думаете. Я прекрасно знаю, что всего лишь марионеточный командир. Она прищурилась. — К тому же среди четырёх великих родов именно Годрихты относятся к вам благосклонно, верно? Странно. Почему они могут хорошо относиться к Джулиану? — Благодаря уничтожению семьи Хиланс они получили полный контроль над универмагом «Сто нарядов», тесно связанным с их родом. Теперь понятно. — Но какая разница? Вы всё равно никогда не посещаете подобные приёмы. По её взгляду было видно, что отказ она считает само собой разумеющимся. Похоже, Джулиан всегда отклонял приглашения, приходившие через «Закрытые Глаза». — С учётом прежних отношений… Мне, зажатой между двором и дворянами, было бы проще, если бы вы пошли. — Понял. Я приду. — Видите, всё как всег… Осознав смысл ответа, Одвин подозрительно посмотрела. — Что? — Ради искренней просьбы командира Одвин я сделаю исключение. ---------- Нет худа без добра (1) — Мы прибыли, господин Джулиан. Голос кучера отвлёк меня от пейзажа за окном кареты. Перед глазами возник особняк семьи Годрихт — одного из четырёх великих родов Империи Адратан. Здание поражало размерами и роскошью. Даже у ворот толпились люди. Когда дверь кареты открылась и я вышел, из особняка торопливо приблизился дворецкий. — Г-господин Джулиан! Огромное спасибо, что нашли время в плотном расписании! Молодой господин Альба будет счастлив! — Вы получили приглашение на день рождения Альбы Годрихта, старшего сына семьи. — Понял. Тогда пойду. — Что? Правда? — Раз командир Одвин настолько искренне просит, один раз сделаю исключение. Так я и оказался на праздновании дня рождения Альбы Годрихта. Дворецкий встретил меня крайне почтительно, однако глаза выдавали потрясение. «Одвин тоже удивилась». До сих пор, изображая Джулиана из «Закрытых Глаз», я лишь казнил дворян и охотился на демонов. Других обязанностей почти не выполнял. Мысль о том, что именно я буду представлять организацию, даже мне казалась нелепой. Одвин объяснила это так: — Как ни крути, именно вы являетесь лицом «Закрытых Глаз». К тому же само приглашение говорит о немалой смелости, не находите? И действительно. Кто вообще станет звать Улыбающегося Палача на праздник? Даже если я не приду, семья всё равно сможет похвастаться тем, что осмелилась отправить приглашение Джулиану. А если я неожиданно соглашусь, они тем более смогут заявить: «Мы способны и на такое». — И ещё кое-что. Знаете, старший сын Годрихтов восхищается вами. Однако добавленные Одвин слова окончательно сбили с толку. Восхищается мной? Точнее, Джулианом? Это звучало так же нелепо, как демон, рассуждающий о человечности. «Совершенно не понимаю». Но раз они проявляли доброжелательность, я решил воспользоваться шансом и наладить отношения. В мире, где переплелись десятки интриг и в любую секунду могло произойти что угодно, мне не хотелось, подобно игровому Джулиану, в одиночку идти против всех. К тому же… «Связь с одним из четырёх великих родов просто так не получить». Следуя за дворецким к банкетному залу, я заметил выглядывавший из-под рубашки край бинта. Рана, полученная от Пинтеля в «Пламени Заката». Слабая боль раздражала, но тугая повязка немного помогала. «С первого взгляда незаметно. Но если присмотреться, могут увидеть». Вряд ли кто-то догадается, что я получил эту рану, действуя как Чёрный Рыцарь. — Что-то не так, господин Джулиан? Я на мгновение остановился, и дворецкий вопросительно посмотрел. Сдерживая дискомфорт, я улыбнулся и непринуждённо ответил: — Здесь выставлены впечатляющие произведения. Правда, среди них немало подделок. Ху-ху. — Н-нет! В нашем доме не может быть подделок… — Вот как? Тогда продолжим. Оставив растерянного дворецкого, я уверенно направился дальше. Банкетный зал был устроен безупречно и сразу показывал, почему семья Годрихт господствует в светском обществе. Частично открытый купол разделял внутреннее и внешнее пространство, создавая впечатляющий контраст. — Г-господин Джулиан! Не думал встретить вас здесь! Пока я осматривал интерьер, меня окликнули напряжённым голосом. Кто вы… А! Лысина! Это был Аллом Чорни, заместитель директора Академии Байер, с которым я познакомился во время работы преподавателем. Его сияющую голову забыть невозможно. — Я тоже не ожидал увидеть господина Аллома. — Ха-ха… Академию Байер давно связывают тесные отношения с семьёй Годрихт. Связь с одним из великих родов. Наверняка речь шла о покровительстве. Пусть Академия и была государственной, от пожертвований она не отказывалась. — Особенно приятно видеть вас, ведь на подобных встречах вы почти не появляетесь. — Вот как? — Да, ха-ха! — Но… кажется, остальные не разделяют радость. Громкий смех Аллома постепенно затих. Он тоже ощущал окружающую атмосферу. Собравшиеся дворяне косо смотрели и шептались. Некоторые буквально желали мне смерти — вероятно, были связаны с людьми, которых когда-то устранил Джулиан. Казалось, они готовы убить меня одними взглядами. К счастью, я уже привык и почти не испытывал отвращения. Не впервые. — В-все просто немного напряжены вашим присутствием. Имя императорских «Закрытых Глаз» всё-таки не обычное. Ха-ха. Аллом пытался истолковать настроение оптимистично, хотя и сам понимал невозможность. — О, господин Юлиус! Рад встрече! С неловкой улыбкой он быстро переключился на другого дворянина вдалеке. Оставив его, я направился к куполу и заметил там неожиданного человека. «…Элеонора?» Епископ Ордена Рассвета и маг пятого ранга Барко, овладевшая элементом Тени, Элеонора Д’Мишель находилась среди гостей. Но выглядела не так, как в ордене. Она изменила внешность своей фирменной магией Тени. А точнее, вероятно, именно это и было настоящим обликом Элеоноры Д’Мишель. «Поздороваться?» Мысль мелькнула, но действий не последовало. Шаги за спиной были тихими, но не скрытными. Если бы человек скрывал своё присутствие и излучал убийственное намерение, я уже потянулся бы к мечу. Сделав вид, что не замечаю, я остался на месте. — Великолепная работа, не правда ли, господин Джулиан? Её создала Этерона, ученица Корсиуса. Слегка повернув голову, я увидел молодого человека с робким и мягким выражением лица. — Э-Этерона училась у великого художника Корсиуса, но прославилась не живописью, а интерьером и архитектурой. Вы ведь прекрасно это знаете, господин Джулиан? Джулиан, возможно, и знал. Я — ни черта. Но этот парень, должно быть… «Похоже, Альба Годрихт». Стоило хрупкому юноше приблизиться, как взгляды окружающих едва заметно переместились к нему. Разумеется. Он главный герой сегодняшнего банкета. Рядом с ним стоял суровый мужчина. — Молодой господин Альба. Дворецкий тихо обратился, и юноша спохватился. — П-простите, господин Джулиан. Следовало сначала поприветствовать вас, но я слишком обрадовался встрече… Старший сын одного из четырёх великих родов, семья которого господствовала в светских кругах. «Какой беспомощный дурак». Первое впечатление было не лучшим. Однако он упомянул, что мы встречались прежде. Значит, наладить связь будет проще: общая история поможет поддержать разговор. «Где мог пересечься этот робкий наследник и Джулиан?» Не в высшем обществе — Джулиан там почти не появлялся. Ауры у юноши не чувствовалось, значит, мечом тоже не занимался. Максимум — случайная встреча во дворце. — Да. Прошло немало времени со встречи в императорском дворце. — …Простите? По растерянному лицу Альбы я понял, что ошибся. Не дворец? — В-вы имеете в виду симпозиум Императорской ассоциации искусств?.. Императорская ассоциация искусств? Название показалось знакомым. Именно оно встречалось среди многочисленных счетов на имя Джулиана, где с него вымогали деньги под видом «членских взносов». — Вы полагаете, что я ошибся? — Нет-нет! Господин Джулиан не мог ошибиться. Хотя Альба по-прежнему выглядел озадаченным, он отчаянно замахал руками. Мне пришлось продолжать. — Ошибки нет. Стиль того зала напоминал императорский дворец. Кажется, тогда я и сказал: «Будто нахожусь во дворце». Раз уж я начал изображать знакомство, отступать было поздно. В такие моменты играть Джулиана особенно мучительно. Приходилось без тени стыда сохранять невозмутимое лицо и говорить свысока. — Вы действительно это сказали? — Не помните? — Стиль дворца представляет сложное сочетание работ множества архитекторов и художников, и… Ах! Глаза Альбы расширились, словно он что-то понял. — Среди мастеров, участвовавших в строительстве дворца, наверняка был человек, оформивший тот зал! Теперь понимаю, что вы хотели сказать. — Ху-ху. Я ограничился короткой улыбкой. Восхищение во взгляде Альбы стало ещё ярче. «…Неужели сама атмосфера заставляет людей додумывать?» Даже когда говорю абсурд, окружающие сами находят объяснение. Альба, вспомнив прошлую встречу, робко продолжил: — И всё же это поразительно. Я никогда не заметил бы связи со стилем дворца… — Добрый вечер, молодой господин Альба! Наш разговор прервал громкий голос. — …Господин Герард. — Для меня честь, что вы меня помните. Ха-ха! Опрятный вид и учтивые манеры. Он совсем не походил на уличного громилу, которым выглядел ночью рядом с Пинтелем. «И этот здесь». Пока я размышлял, Герард бодро подошёл. — Я многим обязан лорду Бинрану, главе семьи Годрихт. О, господин Джулиан, вы тоже здесь. Хм? Хотя прекрасно меня видел, притворился удивлённым. Затем с любопытством указал на бок. На место, где из-за бинта рубашка слегка выпирала. Герард усмехнулся. — Кажется, у вас повязка. Получили ранение на задании «Закрытых Глаз»? — Да. Глупцы, порочащие имя императорской семьи, редко понимают слова. — Правда? В-вы в порядке, господин Джулиан? Услышав разговор, Альба посмотрел на мой бок с искренним беспокойством. — Ничего серьёзного. — Это хорошо. Но если движения доставляют трудности, мы можем… — Молодой господин Альба. Дворецкий рядом прервал его. — Беседа приятна, но вам, как хозяину праздника, следовало бы уделить внимание и другим гостям. — Но я ещё… — Думаю, лорд Бинран пожелал бы именно этого. При упоминании главы семьи Альба опустил голову и заметно сник. — П-понимаю. Тогда я вернусь позже, господин Джулиан. Господин Герард. Слегка поклонившись, он последовал за дворецким вглубь зала. Первое впечатление не обмануло: он и правда был робок. — Такой неуверенный старший сын… Неудивительно, что семьёй Годрихт управляют наложницы, грызущиеся за влияние. Проводив Альбу взглядом, Герард пробормотал. В лицо смеялся, а за спиной сразу начал сплетничать. Жалкое зрелище. — Подумать только, кто-то сумел ранить бойца вашего уровня. Должно быть, противник был весьма силён. Я не стал отвечать. Реагировать на каждое замечание было утомительно, а связываться с этим человеком не хотелось. Уже собирался уйти, когда… — Неужели… это был Пинтель? Я остановился и медленно повернулся к Герарду. Да, рану нанёс Пинтель. Но в тот момент я действовал как Чёрный Рыцарь. Вопрос мог вызвать панику, однако Тенелон уже подтвердил: Орден Рассвета не знает правды. «…Похоже, ты и сам не уверен». Герард лишь пытался проверить реакцию. — Допустим, это правда. Что бы вы сделали? ---------- Нет худа без добра (2) — Если я Чёрный Рыцарь, что вы сделаете? Когда я повторил вопрос твёрже, Герард замялся. Окончательно стало ясно: доказательств у него нет, одни подозрения. Как он смеет провоцировать меня! — Обвинять людей одними словами — любимое развлечение дворян, не правда ли, господин Герард? Под моим давлением его губы растянулись в хитрой усмешке, но прежней уверенности в голосе уже не было. «…Фу-у». Увидев, что Герард отступает, я мысленно выдохнул. Но разговор не закончится так же просто, как с Тенелоном. В том случае произошло недоразумение, а Герард действительно подозревал. «Не стоило надевать повязку». Бросив взгляд на бок, я снова сосредоточился на нём. — За годы службы Императорским Мечом я пережил множество подобных обвинений. И всё же до сих пор состою в напрямую подчинённых трону «Закрытых Глазах». Более того, сегодня представляю организацию. Знаете почему? Я слегка качнул рукоять меча. — Болтающим языком можно ранить. Меч же убивает наверняка. Лязг! Клинок ударился о ножны. Металлический звук прокатился по залу, и атмосфера мгновенно остыла. — Господин Герард, я предпочитаю решительный меч скользкому дворянскому языку. Хотите увидеть? — Господин Джулиан?.. — Почему он вдруг взялся за меч?.. — Что опять задумал этот безумец? Гости удивлённо обернулись. Даже Альба, хозяин праздника, выглядел встревоженным. На губах Герарда появилась кривая улыбка. Похоже, он решил воспользоваться всеобщим вниманием и театрально развёл руки. — Ха-ха, зачем так серьёзно, господин Джулиан? Я лишь заметил, что рана похожа на ту, о которой говорят в связи с Чёрным Рыцарем. В игре и сейчас он оставался отвратительным персонажем. Но лучше было отступить. Дальнейшие возражения только помогут разыграть желаемый им сценарий. — …Джулиан — Чёрный Рыцарь? — Быть не может. Настоящий Джулиан не обратил бы внимания на окружающих и просто вытащил меч, чтобы зарубить Герарда. Спокойно. Спокойно. «Джулиан, пока придётся потерпеть». «Нам» нужны хорошие отношения с семьёй Годрихт ради выживания. Связи важны. Один раз позволим этому пройти тихо. — Верно. Я лишь хотел доказать всё мечом, чтобы меня не «перепутали» с Чёрным Рыцарем. Других намерений не имел. — Это тоже дворянское развлечение. Вам стоит чаще посещать светские приёмы и учиться, господин Джулиан… Я перебил его и намеренно бросил не слабость, а маленькую подсказку. — Однако в вашей шутке нет ни крупицы истины. Разве недавно не объявилась группа, называющая себя Чёрным Рыцарем? «Безымянные»? При упоминании организации лицо Герарда едва заметно исказилось. Перемена длилась лишь мгновение и осталась незамеченной для остальных, но тело Джулиана уловило её. История была слишком знакомой. Сколько раз я проходил эту игру? — У господина Герарда наверняка есть связи с «Безымянными». Почему бы не спросить их «лично»? Не думаю, что вы станете отрицать знакомство. Ху-ху. — …Джулиан, ублюдок. «Хм? Ублюдок?» Мне точно не послышалось. Я огляделся, но остальные, похоже, ничего не услышали. Обвинять его было бессмысленно. Герард смотрел уже иначе — лицо застыло. — Что вы хотите сказать? Намекаете, будто я связан с этими жалкими отбросами? Он едва удерживал эмоции, но тревога читалась ясно. Герард Оклин. Его игровая характеристика была проста. «Человек с патологической жаждой владеть всем». Благодаря этой одержимости он возглавил западное отделение Ордена Рассвета и тайно пожелал завладеть «Павильоном Ясной Луны», принадлежавшим Ордену Кровавого Демона. Получив заведение, Герард мог собрать тайны и скандалы имперской знати, а затем держать дворян за слабые места. Однако человеку его положения было опасно появляться в трущобах: это привлекло бы слишком много внимания. «Поэтому он отобрал сильных людей, тайно ввёл их туда и создал организацию „Безымянные“». Они скрывали личности, поскольку среди них были императорские рыцари и солдаты. Со временем маски стали частью образа организации. Так трущобы разделились между «Безымянными», Орденом Кровавого Демона и «Шестью Пальцами». А «Безымянные» постоянно строили планы уничтожения двух соперников. Объединить весь преступный мир столицы под своим контролем — конечная цель Герарда. — Что с вами, господин Герард? Разве это не просто «дворянское развлечение»? От моего насмешливого тона он тихо щёлкнул языком и подошёл ближе. Даже теперь его взгляд оставался прикован к повязке на моём боку. — Что ты знаешь? Он прошептал так, чтобы слышал только я. Ему явно не нравилось, что кто-то раскрыл тайну. Учитывая нынешнюю ненависть Ордена Рассвета к Чёрному Рыцарю, если Тенелон узнает правду, положение Герарда станет опасным. — Ху-ху. Что я могу знать? Благородному господину Герарду стоит «лично» спросить Барана. При имени Барана лицо Герарда вспыхнуло, и самообладание исчезло. Вокруг дворяне уже шептались. — …Если моя шутка была неприятна, прошу простить. Извините, господин Джулиан. Поняв, что дальнейший спор слишком рискован, он попытался отступить и с дружелюбной улыбкой протянул руку. О, теперь решил закончить, когда ситуация обернулась против тебя? «…Ладно. На этом остановимся». Раздувать скандал я не собирался. Каким бы Улыбающимся Палачом и Императорским Псом ни считался Джулиан, мы находились в доме Годрихтов — одного из четырёх великих родов. К тому же хорошие отношения с ними были важны, если я хотел приобрести союзника. Я нехотя протянул ему руку. «Угх…!» В бок ударила боль, будто туда влили расплавленный металл. Не успев понять источник, я увидел улыбку Герарда. — Ху-ху. Пока не проверишь «лично», нельзя быть уверенным. Боль прошила от пальцев ног до макушки. Зрение поплыло, а ярость почти достигла уровня, необходимого для активации Открытых глаз. Но ещё до этого тело отчаянно исторгло ману, словно пытаясь доказать мою невиновность. «Этот ёбаный псих!» — Слышал, Чёрный Рыцарь серьёзно ранен в бок магией Пинтеля. При прикосновении это должно ощущаться… Хм? Когда ладонь коснулась моего бока, лицо Герарда вытянулось. — …Ничего. Неужели… — Кха! Подчинить его было легко. Сквозь боль тело двинулось само: я схватил Герарда за горло и приставил клинок к его шее. *** Наблюдая за сценой, Элеонора щёлкнула языком, когда Джулиан стиснул горло Герарда. «Какой идиот». Неутолимая жажда владения всегда заставляла Герарда вести себя нагло независимо от места. Пока дерзость Герарда не была направлена против Ордена Рассвета или архиепископа, Элеонора терпела её. Но прекрасно понимала: однажды он может перейти все границы. «Нужно было выбирать противника умнее». На этот раз наглость ударила не туда. — Угх… кх… Банкетный зал замер. Слышалось лишь хриплое дыхание Герарда, похожее на свист воздуха из проколотого меха. Сила Джулиана совершенно не соответствовала его телосложению: он мог в любую секунду свернуть Герарду шею. «Это уловка?..» То, что Джулиан сдерживался даже в ярости, вероятно, объяснялось положением Герарда как епископа того же ордена. Элеонора решила просто наблюдать. Честно говоря, ей было безразлично, кто пострадает или умрёт. «Если исчезнут оба — идеально. Но вряд ли». Она внимательно следила за движениями. — Что вы делаете?! — Немедленно уберите меч! — Вы намерены осквернить праздник господина Альбы? Дворяне, начавшие тревожиться ещё при звоне ножен, теперь громко осуждали Джулиана. Но никто не решался вмешаться. Даже стража Годрихтов колебалась. Видимо, все помнили силу, доказанную дурной славой. «…Как удачно». В прошлом, если Джулиан обнажал меч, дело обычно заканчивалось кровью или смертью. — Чёрный Рыцарь… Почувствовав удобный момент, он тихо заговорил. Несмотря на разгоревшийся скандал, голос Джулиана звучал неожиданно спокойно. — Мне безразлично, сравниваете ли вы меня с тем мерзавцем. Пока не делаете этого при мне. Но! — Угх… — Говорить подобное прямо в лицо — уже проблема, господин Герард! Пальцы на его горле сжались, и лицо мужчины стало мертвенно-бледным. «Хочется сломать прямо сейчас». Раздражение и боль толкали перейти черту, но Джулиан понимал: последствия необратимы. — Разве это не была простая светская шутка, сравнение с мимолётной знаменитостью из слухов? Один дворянин повысил голос. Джулиан посмотрел на него. — Я почётный член императорской разведывательной организации «Закрытые Глаза». Он твёрдо подчеркнул власть. — Сравнение меня с беззаконным разбойником порочит достоинство императорской семьи. Вы предлагаете терпеть? — Э-это… — Господин Герард должен был понимать последствия, когда провоцировал меня. — … — Ох. Кажется, я слишком долго вёл себя тихо, и вы забыли моё прозвище. Улыбающийся Палач. Безжалостный мясник, не щадивший ни дворян, ни простолюдинов, если они шли против трона. Присутствующие вновь вспомнили об этом. Сейчас Джулиан действовал не как Чёрный Рыцарь, защищающий простых людей от произвола знати, а вернулся к образу прищуренного злодея. — Господин Джулиан!.. Внезапно из толпы выбежал мягкий на вид юноша. «Хм? Зачем он полез?» Это был Альба Годрихт, хозяин праздника. — Господин Альба, опасно! — Этот безум… кхм, господин Джулиан обнажил меч. Лучше не приближайтесь. Несмотря на попытки остановить, Альба собрал мужество, сжал кулаки и медленно подошёл. — П-пожалуйста, остановитесь. Это банкет семьи Годрихт. Он дрожал, но говорил твёрдо. Джулиан тихо усмехнулся. Юноша мог помочь смягчить ситуацию. — Этот человек попытался унизить дворянскую честь, высмеяв представителя императорской семьи. Спокойный тон только сильнее напугал Альбу. Он походил на жалкого щенка, поджавшего хвост. Все гости подумали о том же. Исход казался очевидным. Даже проявив храбрость, слабый старший сын великого рода не обладал достоинством, способным изменить положение. — Господин Альба, достаточно. Продолжайте закрывать глаза, как всегда. — Простите? — Вас ведь называют марионеточным наследником семьи Годрихт. Даже молчавшая Элеонора нахмурилась от жестоких слов. Зачем он оскорблял совершенно постороннего виновника торжества? — Как вы смеете позорить господина Альбу?! Как она и ожидала, дворецкий и дворяне возмутились. — Независимо от поддержки императорской семьи, это уже слишком, господин Джулиан! — Немедленно извинитесь перед господином Альбой… — Следите за речью. Я разговариваю с господином Альбой. Или мне самому заставить вас замолчать? Слуги Годрихтов и дворяне мгновенно проглотили языки. И тогда Альба неожиданно снова шагнул вперёд. — С-спасибо, что пришли на мой праздник, господин Джулиан. Но дальнейшего безобразия я не потерплю! Присутствующие удивились более властному тону. «Да. Именно так». Пусть он дрожал и выглядел хрупко, Альба твёрдо выразил свою волю. — Прошу вас уйти. Приказ ошеломил зал. Неуверенный наследник Годрихтов говорил прямо с Джулианом. С прищуренным демоном, Улыбающимся Палачом. Предчувствуя бурю, дворяне затаили дыхание. — Раз господин Альба настаивает… Хорошо, я уйду. Несмотря на напряжение, Джулиан спокойно принял требование. Глухой удар. Джулиан отпустил горло Герарда, и тот рухнул на пол, судорожно хватая воздух. — Кха… кхе-кхе! Когда дыхание восстановилось, лицо Герарда понемногу приобрело цвет. — Прошу простить за беспорядок на вашем празднике, господин Альба. Наслаждайтесь вечером. Джулиан почтительно поклонился, затем окинул Герарда взглядом. — Больше не произносите имя Чёрного Рыцаря при мне, господин Ге-рард. Оставив предупреждение, он с лёгкими шагами и спокойной улыбкой вышел из зала. После ухода на мгновение воцарилась тишина. — Великолепно, господин Альба! — Действительно. Вы прогнали самого Джулиана! — Прекрасная работа! — Да! На этом празднике не место Бешеному Псу! Вскоре зал снова ожил. Главной темой стал Альба Годрихт. Он смог одержать своего рода победу над Джулианом. — Нет, я ничего не сделал… — Достоинство, способное соперничать даже с Улыбающимся Палачом! — Хехе. Хотел бы я, чтобы мой сын брал с вас пример. Отношение дворян явно изменилось. Изменились даже обращения. «Из „молодого господина“ превратился в „господина“». Из слабого старшего сына Годрихтов — в претендента на место следующего главы. Одним поступком Джулиан изменил мнение, складывавшееся об Альбе годами. «Неужели господин Джулиан всё продумал заранее?» Для Альбы это казалось вполне возможным. Кроме того, Улыбающийся Палач был презрительным прозвищем, которым недоброжелатели называли Джулиана. На его месте Альба попытался бы заставить насмешников замолчать мечом или совершить подвиг, чтобы получить другое имя. Но Джулиан поступил иначе. Использовал прозвище, чтобы внушить страх. «Его не волнует мнение окружающих, и он использует всё, что может пригодиться…» Альбу восхищал не только Лунный Меч Джулиана, но и невозмутимое самообладание. С первой встречи в императорском дворце до спасения во время нападения демона. Что бы ни произошло дальше, его кумиром оставался Джулиан. «…Разумеется, всё было рассчитано». Одновременно унизить дерзкого епископа Герарда и завоевать расположение будущего наследника Годрихтов. Если бы Альба ничего не понял, усилия исчезли бы впустую. «Но, похоже, даже робкий Альба что-то уловил». Элеонора посмотрела на юношу, продолжавшего неотрывно глядеть в сторону выхода. Он осознавал, какую пользу принесли действия Джулиана. «Кстати». Она вспомнила, как перед уходом их взгляды на мгновение встретились. Хотя Джулиан никогда не видел её в этом облике, возникло ощущение, что он узнал. «Наверное, показалось». *** — Блять, как же больно! Покинув банкет и закрывшись в уборной, я размотал повязку на месте, куда надавил Герард. Под ней обнаружилась затвердевшая Сомбра. «Он ничего не должен был увидеть…» Когда рука приблизилась к боку, я мгновенно выпустил Сомбру, обернул ею рану и затвердил. Подозрение Герарда удалось развеять, но цена оказалась болезненной. К тому же наполненная маной Сомбра ощущалась чужеродно, будто под кожей копошились насекомые. «Ху-у…» Ослабив волю, я прекратил поток маны. Сомбра снова стала мягкой и бесследно исчезла. «Надеюсь, этот мальчишка что-нибудь понял». Боль заставила ускорить уход, но перед этим я всё же немного постарался с игрой. «Герард». Стоило вспомнить его мерзкое лицо, как бок запульсировал сильнее. Я поднял взгляд к зеркалу над раковиной. За влажными растрёпанными волосами скрывались прищуренные глаза без видимых эмоций. Обычно такое лицо вызывало раздражение, но сейчас я отчётливо понял одно. «Тебя я не прощу». ---------- Намерение под маской (1) — …И на этот раз никакой реакции. Почему? В лаборатории, заваленной документами, Айлин схватилась за голову и нахмуренно посмотрела на ярко-красный Камень души в пробирке. Для Ордена Рассвета Камень души был бесценен, но для неё превратился в сплошную головную боль. Она с ненавистью уставилась на камень. — Я ввела правильное количество магического раствора! Почему он не реагирует?! Раздражённо воскликнув, Айлин снова принялась перебирать стопку бумаг. Затем отчаянно пробормотала: — Теория ведь верна? — Угх… Неужели гипотеза ошибочна? Тогда придётся всё пересматривать с самого… А-а-а! Бам! Она наступила на лежавший лист, поскользнулась и рухнула. После нескольких дней безвылазной работы усталость давала о себе знать. Сил подняться не хватало. — Может, зря взялась за это?.. Когда изнемогает тело, слабеет и разум. Айлин прикрыла глаза правой рукой. Усталость накрыла её волной, а тело стало тяжёлым, словно губка, впитавшая воду. Веки медленно опускались… — И всё же что остаётся? Другого выхода всё равно не было! Подбодрив себя, она снова поднялась. Ассоциация магов и без того смотрела на неё свысока. Представительницу боковой ветви с дворянской, но «нечистой» кровью старались принизить и лишить пятого ранга Барко. — Да. Позволить старикам из ассоциации добиться своего было бы унизительно. Ты справишься, Айлин! Ты из семьи Донасьен! Сжав кулак, она медленно встала. — Да, ты справишься! — Ты справишься-а~ Неожиданный голос за спиной заставил её закричать громче, чем при падении. Айлин резко обернулась и увидела знакомую ровесницу. — Ди-Диана?.. — Показалось, что ты окончательно сходишь с ума, поэтому решила проверить. Айлин, когда слишком долго сидишь в лаборатории, всегда начинаешь делать странные вещи. — Когда это? — Эм… минуту назад? Айлин неловко прочистила горло. Диана тихо рассмеялась, наблюдая, как подруга собирает бумаги с пола. — Исследование важно, но, может, немного развеешься? Ты несколько дней не выходила отсюда. — Прогресса не было. Получается, всё это время потрачено впустую. — Впустую? Айлин кивнула. На самом деле, расскажи она подобное другому магу, тот завалил бы вопросами. Но Диане как близкой подруге можно было говорить честно. — Да. По моей гипотезе, Камень души реагирует не только на ману, но и на воду… Хм? Тогда она заметила слабое свечение. — Сработало! — Что? — Сработало! Айлин бросилась к экспериментальной установке. Диана лишь мягко улыбнулась. *** Зафиксировав результаты, Айлин с заметно улучшившимся настроением покинула лабораторию и направилась в Башню магии для отчёта. — Значит, до семинара у тебя появилось свободное время? — Да, к счастью. От прежней мрачности не осталось следа. Диана тоже невольно улыбалась, глядя на неё. — Как раз вовремя. На выходных хотела заглянуть в универмаг «Сто нарядов» и выбрать одежду. Пойдёшь со мной? — В «Сто нарядов»? Услышав название, Айлин задумалась. Недавно во время выбора костюма она столкнулась там с Джулианом. — На самом деле Айлин права. Эта одежда мне действительно нравится. — Как и ожидалось от представительницы семьи Донасьен. Увидев Джулиана в выбранном ею комплекте, Айлин не смогла скрыть удивления. Чтобы человек с настолько раздражающим упрямством и убеждением в собственной безупречности принял её совет… «И сначала всё равно отказывался признавать». Его упрямство оказалось проще сломить, чем она ожидала. Само это признание заставило Айлин улыбнуться. — Хм? Почему ты внезапно улыбаешься? Диана вопросительно наклонила голову. Поняв, как странно выглядит, Айлин быстро вернула обычное выражение. — Ничего. — Так что решишь? — Насчёт чего? — Я только что спросила. Пойдёшь на выходных выбирать одежду? — Конечно, не возраж… Она оборвала ответ, заметив знакомое лицо, появившееся из лифта в центральной части Башни магии. — Госпожа Айлин, вот вы где. — …Господин Джулиан. В федоре, с формальным поклоном — Джулиан приветствовал её. Айлин осторожно спросила: — Что привело вас сюда? — Пришёл забрать результаты исследования Камня души. Разве Секретариат не отправлял уведомление? — Ах! — Неужели забыли? Айлин внутренне вздрогнула. — Какая неприятность. Говорят, семья Донасьен славится вниманием к деталям, но, глядя на госпожу Айлин, начинаешь сомневаться. «Угх». Она поморщилась от лёгкой улыбки Джулиана. Из-за неизменного прищура эмоции прочитать было невозможно, но издевательство звучало ясно. Айлин раздражённо щёлкнула языком про себя. Этот человек всегда добавлял ненужные замечания, только чтобы действовать на нервы. «Хм?» Взгляд упал на его пальто. То самое, которое она выбрала в «Ста нарядах». Раздражение понемногу отступило. Он продолжал носить рекомендованную одежду. Значит, мужчина с огромным самолюбием всё-таки признал её художественный вкус. — Исследование Камня души принесло результаты. Отчёт уже подготовлен. Обретя уверенность, Айлин решила ответить. — Вот как? Раз вас давно не было видно, я подумал: возможно, после громких обещаний результат не появился, и вы сбежали. — Не все любят выставлять достижения напоказ, как вы! Насмешка о побеге попала в больное место. Айлин повысила голос, намереваясь наконец высказать всё. — Господин Джулиан, вам явно не хватает скромности. Стоило бы взять пример с человека, который передал Камень души Секретариату и не потребовал награды. — Айлин… Диана рядом подавала знаки успокоиться, но теперь Айлин уже не желала останавливаться. — Говорят, именно он первым во дворце понял важность Камня души, но всё равно ничего не попросил. — Хо. — Вам не помешала бы хотя бы часть его скромности. Увидев короткий вздох Джулиана, Айлин решила, что прищуренный интриган наконец растерялся. — Эм, Айлин? — Да, Диана? — Человек, который принёс Камень души. — Да? — Это господин Джулиан. Айлин застыла. Наступила короткая тишина. Нарушив короткую тишину, девушка прочистила горло и с притворным спокойствием произнесла: — Я принесу отчёт для Секретариата. Пожалуйста, подождите. Она жестом попросила Диану остаться и повернулась к лаборатории. Хотя старалась выглядеть невозмутимо, уши пылали красным. Когда Айлин скрылась, Диана сухо рассмеялась. — Ха-ха… Давно не виделись, господин Джулиан. Кажется, впервые после выпуска из Академии Байер? — Да, госпожа Диана. Под его нечитаемым взглядом она невольно напряглась. — Всё ещё изучаете звуковую магию? — Хм? Да. Это направление, которое я развивала много лет… — Верно. Звуковая магия, воздействующая на разум, сильно зависит от накопленного опыта. Имя Джулиана было знакомо Диане по рассказам Айлин. Но только при личной встрече стало понятно: человека нельзя оценивать по слухам. Он сильно отличался от того, каким был в Академии. Она уже пыталась вспомнить, не обидела ли его когда-то необдуманно, когда… — На самом деле сегодня я пришёл в Башню магии не только по запросу Секретариата. Хотел встретиться с госпожой Дианой. Неожиданное заявление заставило её вздрогнуть. — Со мной? — Да. Похоже, украшение Лазлота изготовили вы. Он словно бы невзначай произнёс знакомое имя. — …Украшение? — То, в которое вложена магия, заставляющая владельца робеть. Диана попыталась изобразить непонимание. Джулиан коротко рассмеялся. Хотя из-за прищура его глаз почти не было видно, она почувствовала: он видит её насквозь. — Благодаря ему Лазлоту было легко раствориться среди чиновников. Кроткий характер заставлял дворец считать его безобидным. — Я не понимаю, о чём вы. Едва знаю человека по имени Лазлот… — Всё ещё притворяетесь? В голосе Джулиана появилась ощутимая твёрдость. — Епископ Элеонора. Диана едва заметно дёрнулась, но быстро взяла себя в руки и вздохнула. Она провела пальцем под глазом, раскрывая скрытую родинку-слезу. — Когда вы узнали? Воздух мгновенно стал тяжёлым, совсем не таким, как рядом с прежней Дианой. — О чём именно? — Хватит притворяться. Когда вы раскрыли мою настоящую личность? — Даже я не уверен. Джулиан снова тихо рассмеялся. Элеонора нахмурилась, словно от головной боли. И всё же то, что он специально пришёл ради разговора на чувствительную тему, давало надежду. «Значит, ему нужна услуга». Пусть слабость раскрыта, наличие конкретной темы возвращало ощущение контроля. Элеонора внутренне улыбнулась. — Хорошо, сменим тему. Зачем вы пришли? — Уже сказал. Забрать отчёт о Камне души. — Какая чушь. Наглец. Прикусив губу из-за уклончивого ответа, Элеонора всё поняла. — Нет. Обычные поручения Секретариата — не единственная причина. — Вы угадали. Мне действительно нужна одна деликатная услуга. Как и ожидалось. Уверенность придала улыбке спокойствие. «Деликатная услуга». Она ещё не знала содержания просьбы, но сам её факт означал, что инициатива в разговоре принадлежит ей. Приведя мысли в порядок, Элеонора почувствовала раздражение на стоявшего перед ней Джулиана. Он пришёл просить, но без всякого стеснения произнёс имя Элеоноры в открытом месте? — Для человека, которому нужна услуга, вы удивительно невежливы. Не ожидала такой бесстыдности. Хотелось хотя бы немного поставить раздражающего мужчину в неудобное положение. — Ха-ха. Похоже, возникло недоразумение. Но едва в сердце начала просыпаться застарелая неприязнь… — Не я буду просить вас. Это вы попросите меня. Джулиан снова произнёс загадочную фразу. ---------- Намерение под маской (2) «Я попрошу Джулиана об услуге?» Что он вообще пытался сказать? Элеонора была озадачена, но не настолько наивна, чтобы показать это открыто. Тот Джулиан, которого она знала раньше, в лучшем случае был глупцом. Точнее — раньше был глупцом. Будь она на его месте, она ловко использовала бы дурную славу Улыбающегося Палача и положение в «Закрытых Глазах» ради политической или экономической выгоды. «Ещё недавно Джулиан не обладал ничем подобным и воспринимал убийства как развлечение». Но в какой-то момент что-то изменилось. Элеонора была уверена. «Наверное, после травмы головы во время охоты на демона у границы». Сущность осталась прежней. Он всё ещё был Улыбающимся Палачом и Императорским Псом. Однако теперь к прежней натуре добавились хитрость и политическое чутьё. Джулиан редко действовал напрямую, но создавалось ощущение, будто он незаметно направляет общий ход событий из тени. «Иначе…» Он не устроил бы подобную сцену на празднике старшего сына семьи Годрихт. Провокация Герарда едва ли действительно преследовала цель разоблачить Чёрного Рыцаря. Это была лишь внешняя причина. «Он видел в Джулиане соперника». Неважно, насколько архиепископ благоволил Джулиану: возможная связь с Чёрным Рыцарем могла хотя бы немного пошатнуть доверие. Ставка Герарда сработала. Однако Джулиан ловко обратил ситуацию в свою пользу и одновременно завоевал расположение старшего сына Годрихтов. За считанные мгновения после появления Герарда он просчитал последствия на несколько шагов вперёд. Это не мог быть спонтанный поступок. — Мои слова не должны были показаться сложными, госпожа Ди-а-на. Почему молчите? — Потому что они слишком абсурдны. — Вот как? Ху-ху. — Здесь слишком много глаз. Перейдём в другое место. Элеонора отвела волосы, открывая родинку-слезу под глазом. Та едва заметно выделялась между прядями. Благословение и проклятие, легко пленявшее разум. Способность проявилась почти машинально, по привычке, но выражение лица Джулиана не изменилось. «Как и думала…» Она и прежде подозревала, однако всё равно щёлкнула языком и почувствовала любопытство. «Почему он решил встретиться именно сейчас и именно здесь?» Почему искал Элеонору, когда она находилась в образе обычной гражданки? Какова настоящая причина? Направляясь в уединённое место, она слегка повернула голову и посмотрела на Джулиана, следовавшего сзади. — Не я буду просить вас. Это вы попросите меня. Самая загадочная фраза. «…Пойму, когда услышу». Добравшись туда, где никого не было, Элеонора развернулась. — Здесь достаточно. Господин Джулиан, какую же услугу я якобы собираюсь попросить? — …Госпожа Элеонора. Он сделал паузу перед ответом — приём, которым сама Элеонора часто пользовалась против других. Способ получить инициативу в разговоре. Она понимала, что ответ позволит ему навязать свой ритм, но всё равно должна была услышать продолжение. Элеонора вздохнула. — Ха-а… Да? — Не задумывались ли вы вернуть своей семье её «изначальное положение»? До этого стоявшая вполоборота, она медленно развернулась к нему всем телом. Выражение её лица почти не изменилось, но внутри эмоции вспыхнули с новой силой. «Откуда он знает?» Потрясение. Когда она в последний раз испытывала подобное? — Что именно вы хотите сказать? — Ровно то, что сказал. Едва заметная улыбка Джулиана заставила мысли на мгновение сбиться. «Он ещё не раскрыл настоящую цель. Я лишь строю предположения». Сохраняя спокойное лицо, Элеонора продолжила: — Хм. Не понимаю. Как вам известно, наша семья обладает долгой историей в империи… Нельзя проявлять интерес. Если Джулиан заметит её интерес, ему станет слишком легко управлять разговором, каковы бы ни были его истинные намерения. — Ох, похоже, я выразился слишком косвенно. Скажу прямо. Должность архиепископа… Заметив, как дёрнулась её щека, Джулиан нанёс решающий удар. — …Разве она вас не привлекает? Застигнутая врасплох, Элеонора принялась просчитывать возможные сценарии. — Должность архиепископа… мне не подходит. А вам, господин Джулиан? Кажется, вы куда более достойны… Необходимо раскрыть его истинное намерение. — Меня устраивает жизнь Императорского Пса. Собаке не позволено кусать хозяина. Хех. Но для семьи госпожи Элеоноры эта «должность» наверняка имеет особое значение? Несмотря на раздражение, её охватило любопытство. «Откуда он всё знает?» — Вы предлагаете выступить против господина Тенелона? — Похоже, мои слова создали такое впечатление. — Потому что именно это вы и сказали. Элеонора внимательно следила за лицом Джулиана. Оно оставалось неизменным, словно маска. — Разве вы вступили в наши ряды не ради силы? Пусть его прежний блеск и померк, Джулиан был готов на невообразимые поступки, чтобы превзойти наставника. Какая выгода в противостоянии с Тенелоном? — Да. И что с того? — Тогда достаточно продолжать как сейчас. Господин Тенелон относится к вам благосклонно. Со временем вы получите достойную награду… — Хех. Короткий смешок заставил Элеонору нахмуриться. — …Что смешного? — Вы неправильно поняли, госпожа Элеонора. Джулиан подошёл к растению и отломил тонкую веточку. — Я не люблю слова вроде «выступить против» или «восстать». Причины вам известны. И не предлагаю переворачивать внутреннюю иерархию Ордена Рассвета, чтобы захватить место. Его уклончивость раздражала, но Элеонора держала себя в руках. — Даже вы, любимая господином Тенелоном, похоже, не осведомлены. Он намерен занять давно пустующую должность Верховного понтифика Ордена Рассвета. — …Верховного понтифика? — Да. Безразличный тон Джулиана заставил её незаметно прикусить губу. Должность Верховного понтифика сильно отличалась от аналогичных постов других религиозных организаций. За всю историю Ордена Рассвета её занимал лишь основатель — Олент Д’Мишель, отец Элеоноры. — Пусть для меня это место ничего не значит… Несмотря на раздражение, любопытство усилилось. «Как он узнал?» — Вы выглядите неважно. Что-то случилось? — Нет! Господин Тенелон, возможно, решил, что время пришло. — Именно. Пусть немного рано, но так он сможет укрепить единство Ордена Рассвета. — Единство… Элеонора задумалась, ощущая горечь на языке. «…Поэтому он вернул в столицу людей из других отделений?» Она и сама замечала эти перемещения. Существовали люди, стремившиеся отобрать у Тенелона контроль над орденом. Его власть строилась не на личности, а на реликвии — Чаше Демонического бога. «Если появится человек, способный владеть Чашей, недовольные Тенелоном непременно поднимутся». Официально приняв титул Верховного понтифика, он мог попытаться сосредоточить силы в столице. Здесь скрывалось множество агентов Ордена Рассвета, поэтому любых несогласных было легко устранить. — Предложение кажется вам непривлекательным? Голос Джулиана резко прервал её размышления. Если Тенелон станет Верховным понтификом, пост архиепископа, управляющего епископами и Монсеньорами, освободится. Отрицать привлекательность было невозможно. «Значит, вот что он имел в виду». Теперь стало понятно, кто у кого попросит услугу. Всё сошлось. Хруст. Листья снова ломались в пальцах Джулиана. «Но откуда у него сведения и почему именно он их получает?» Возник новый вопрос. Как он мог знать настолько много? Даже если спросить, этот человек… «Никогда не ответит прямо». — Если, как вы утверждаете, пост архиепископа освободится и его займёт один из епископов… Тогда дальнейшие действия очевидны. — Теперь понимаю, почему вы сказали, что просить буду я. Джулиан посмотрел на неё. — И что решите? Проницательная госпожа Элеонора ведь не упустит столь прекрасную возможность? На лице Джулиана появилось искреннее удовлетворение. Словно сделка с дьяволом. — Хорошо. Тогда официально «прошу»: помогите мне стать архиепископом. — Мудрый выбор. Ху-ху. Тогда Элеонора заметила руку, которой он мял листья. — …Хм? К пальцам прилипли мелкие кусочки. Обычно ладони Джулиана были сухими. Мечник обязан всегда держать руки чистыми, иначе рукоять может выскользнуть и стоить жизни. Но листья прилипли из-за влаги. «Он нервничает? Великий Джулиан?» Почему? Она могла многого не знать, но как маг Тени особенно тонко ощущала эмоции. Элеонора с сомнением посмотрела на него. Как всегда, прищуренные глаза изгибались полумесяцами, а на губах сохранялась мягкая улыбка. Элеоноре эта улыбка казалась насмешкой. — Неужели… ---------- Безымянные (1) «Фу-у, я весь вспотел». Честно говоря, зачем так долго сомневаться, когда тебе предлагают выгодную сделку? Умные люди всегда доставляют лишние хлопоты. Перед Элеонорой я изображал спокойствие, хотя ладони снова покрылись потом. Чтобы скрыть нервозность, я специально растирал пальцы и ломал листья с веточками. «Сообщение должно прийти примерно сейчас. Неужели возникла проблема?» В этот период Тенелон по игровому событию отказывался от титула архиепископа и становился Верховным понтификом. Полагаясь на память, я заранее заговорил с Элеонорой. К счастью, она поверила. Если бы восприняла вопрос о должности архиепископа как предложение мятежа и сообщила другим епископам или Тенелону… Опасность стала бы чудовищной. Особенно после того, как я уже взбудоражил Орден Рассвета словами о предателе. «Нет смысла без причины рисковать, привлекая одного епископа». И этот проклятый Герард. Его амбиций хватало, чтобы в будущем захватить весь Орден Рассвета. Я знал: ради одобрения Тенелона он не остановится ни перед чем. Из-за него не раз погибал на ранних этапах игры. «Нужно остановить его до назначения архиепископом. Поэтому выбрал Элеонору». Семью упомянул по той же причине. В оригинальной истории Герард поддерживал хорошие отношения с Джулианом, устранял политических противников и занимал пост архиепископа. В процессе погибали многие простолюдины и дворяне. Вся система власти погружалась в хаос. Чёрный Рыцарь иногда пытался остановить Орден Рассвета и Джулиана, но одному справиться было почти невозможно. Это ужасно раздражало. Блять! Сколько раз я начинал заново? Десять? Двадцать? А если амбиции Герарда приводили к призыву Демонического бога… Выхода не оставалось. Конец игры. Перезапуск. Но тогда это была игра. Сейчас я Джулиан, и начать заново нельзя. Поэтому требовались крайние меры. До дня, когда Тенелон официально объявит себя Верховным понтификом, оставалось немного. — Господин Джулиан, архиепископ объявил, что примет титул Верховного понтифика. Скоро состоится церемония преемства. Я ухаживал за орхидеями в кабинете особняка, когда тайно проникший член Ордена Рассвета передал доклад. Обычно сведения шли через Лазлота, но сегодня посланник пришёл лично. — Понял. От простого кивка он слегка растерялся. — …Вы не спросите, почему? Я оторвался от орхидеи и посмотрел на него. Мужчина вздрогнул. Даже без объяснений мне были известны намерения Тенелона относительно церемонии. Я проходил «Let’s Kill the Demon King Now» много раз. — Есть причина задавать вопросы? — П-простите, господин Джулиан! Культист быстро поклонился. Над его головой вспыхнул Цвет Страха. В моих словах не было особого смысла. — П-прошу… сохраните мне жизнь! Почему он уже просит о жизни? Что я такого сделал? С трудом успокоив перепуганного человека и проводив его, я перевёл внимание на короб, который передала Элеонора. Внутри лежали магический инструмент для двусторонней связи, похожий на телефон, и небольшой Камень души. «Камень семьи Д’Мишель». Учитывая, что именно этот род основал Орден Рассвета, наличие Камня души не удивляло. Разумеется, знал я это благодаря игре. «Обычно мне пришлось бы искать новое место для хранения…» Но не сегодня. Этот Камень души станет платой за переправу Герарда в загробный мир. Его непредсказуемость создавала слишком большой риск. «Не только сцена на банкете. Он пытался убить Пинтеля». Корень проблемы — чрезмерная жажда власти. Амбициозный епископ опасен. Орден Рассвета должен оставаться в тени, по крайней мере пока Святой Меч не придёт в себя. И ни в коем случае не может привлекать внимание — ради моей безопасности тоже. Раз бестолковый наставник бросил обязанности, придётся исполнять роль Чёрного Рыцаря до его возвращения. Блять! «Ростки опасности лучше срезать заранее». Поэтому я направился на окраину трущоб, где обосновались так называемые «Безымянные» — один из таких ростков. Прежде чем заниматься главой по имени Герард, следовало отрубить ему конечности. А до того, как использовать Камень души, нужно было посадить организацию на поводок — хотя бы настолько, чтобы «Безымянные» не устроили новую глупость. «Чёрный Рыцарь с нами!» «Чёрный Рыцарь — наша надежда!» Если подобная чушь распространится, она станет мешать работе. Трущобы, которые в последнее время я посещал слишком часто, казались уже почти гостиной дома. Игровой опыт помогал ориентироваться без труда. Я добрался до окраины территории «Безымянных». Вскоре показалась грязная лачуга, идеально вписывавшаяся в окружение. Одержимое чистотой тело Джулиана инстинктивно сопротивлялось входу. «К сожалению, сегодня это наша цель». Здесь жил Баран, глава «Безымянных». Сказать ему требовалось простое: не использовать имя Чёрного Рыцаря и ничего не предпринимать до завершения церемонии Ордена Рассвета. Так у меня останется свобода действий в маске. Разумеется, Баран мог не послушать. Если бы с ним было так легко, я не пришёл бы лично. «Небольшого предупреждения хватит». Если они продолжат выдавать себя за Чёрного Рыцаря, императорская семья может начать расследование. Главная цель группы — выживание. Одной такой фразы должно быть достаточно. «А если нет…» Я коснулся ножен Лунного Меча. Лязг. Придётся говорить жёстче. «Хорошо бы они просто сидели тихо до конца дела с Герардом…» Тогда сквозь привычную вонь трущоб пробился другой неприятный запах. Будь это обычная грязь, я бы не обратил внимания. Но тело Джулиана прекрасно знало этот запах. «Кровь». Мысль об опасности мгновенно прояснила разум. Со скрипом открыв дверь, я вошёл в лачугу. Отдёрнул занавес и увидел… «…Что это?» На полу лежал мёртвый мужчина, похожий на Барана. Металлический запах крови окончательно обострил чувства. Казалось бы, при виде трупа следует оцепенеть, но вместо этого по телу хлынула энергия. Почувствовав угрозу, я вытащил меч и осмотрелся. Обнаружение маны. Рассеянная энергия не обнаружила ничьего присутствия. «Кто это сделал?» Другая организация трущоб? Нет. Баран не стоил конфликта, а две оставшиеся группы избегали открытой войны. «Может, для меня это удача?» Человек, присваивавший имя Чёрного Рыцаря, умер. Но уже через мгновение стало ясно: нет. «Тот, с кем можно было договориться, погиб. Теперь всё сложнее». Такая мысль рядом с трупом выглядела бесчувственной, но именно она пришла первой. Кто совершил убийство? От предчувствия новых проблем заболела голова. «…На столе беспорядок». Рядом с телом стоял стол, по которому были хаотично разбросаны документы. Для грязной лачуги беспорядок не выглядел необычным, но мой взгляд снова и снова возвращался к Барану. «Кто-то что-то искал». Я просмотрел бумаги. Ничего важного, что само по себе настораживало. «Ни одного документа с печатью семьи Оклин». Баран, глава «Безымянных», изначально был личным солдатом Герарда Оклина. Его внедрили сюда ради будущего поглощения «Шести Пальцев» и Ордена Кровавого Демона. Но на столе не оказалось ничего связанного с Оклинами. «Не мог же он спрятать всё перед смертью». Может, бумаги хранятся в другом месте? Я принялся осматривать комнату в поисках тайника. «Постой». Вдруг пришло осознание: если меня здесь увидят, последствия будут неприятными. Холодный труп главы «Безымянных». И Улыбающийся Палач Джулиан Крайпарт Фрейсон, рыскающий рядом. Человек, не знающий обстоятельств, легко сделает неправильный вывод. «Неужели именно сейчас, с моей невероятной удачей, кто-нибудь войдёт…» Грохот! — Старший брат Баран! Беда, беда! Сообщают, что Джулиана видели в нашем районе. Ты опять что-то натворил?! У входа раздался пронзительный женский голос. Я поспешно спрятался в углу. «Вот дерьмо…!» Из-за линии обзора девушка меня пока не заметила. — Хм? Старший брат Баран? Проблема в том, что вход был один, а окон не существовало. — Старший брат Баран!!! Её отчаянный крик наполнил лачугу. Она увидела тело. — Ч-что делать… Что теперь делать? Что произошло… Нужно сообщить остальным… Судя по голосу, она собиралась уйти. Я мысленно выдохнул с облегчением. — Майер, внутри ощущаются следы недавнего использования маны… Но затем ей что-то тихо прошептал другой голос. Острое чувство маны позволило понять: говорил дух. «Она маг духов?!» В мире магии, маны и вампиров естественно существовали и метафизические существа — духи. Среди их многочисленных свойств было почти сверхъестественное умение чувствовать след своего прародителя — маны. Но как они нашли? На духа высокого уровня, способного замечать ману в теле, не похоже. «…Обнаружение маны?» Осматривая лачугу, я рассеял энергию. Дух мог заметить остатки. — К-кто здесь?! Немедленно выходи! Услышав предупреждение, девушка приняла боевую стойку и крикнула громче. «Блять, что делать?» Выйти и объяснить, что Барана убил не я? «…Кто поверит?» В ситуации с Джулианом это звучало как плохой сценарий. Для постороннего всё выглядело просто: Баран совершил преступление, а Джулиан провёл «чистку» по приказу трона. Независимо от оправданий девушка всё равно увидит во мне прищуренного злодея и станет врагом. «Объективно положение только ухудшится». Что делать? — Б-быстро выходи! Она снова крикнула. Я решил, что единственный вариант — обезвредить её. «А, можно иначе». Особая мера промелькнула молнией. Я выпустил Сомбру и снова создал маску. — Иначе сожгу эту хижину вместе с тобой! Выходи сейчас же, или… Когда я показался, девушка запнулась. — Ч… Что?! Вскоре первоначальная ярость сменилась растерянностью. Враждебность в её глазах и красный Цвет Гнева над головой начали исчезать. — Г-г-господин Чёрный Рыцарь? ---------- Безымянные (2) «Господин… Чёрный Рыцарь?» Зачем так почтительно обращаться к человеку, который всего пару раз совершил заметные поступки? Резкая перемена в поведении девушки посреди напряжённой сцены заставила меня внутренне поморщиться. До сих пор я не показывался этим людям. Да и перед широкой публикой почти не появлялся. Один раз напал на карету с Камнем души. Один раз остановил Пинтеля в кузнице. И был ли ещё случай?.. В любом случае безликий Чёрный Рыцарь успел приобрести таинственный образ. То, что меня мгновенно назвали этим именем, заставило тревожно задуматься. — Это же… Та самая легенда, передаваемая из уст в уста. История этого мира, которой не было в игре. Но Чёрный Рыцарь изначально не был моей ролью, поэтому подобная реакция оставалась непривычной. — Неужели личность Чёрного Рыцаря… Знают, что под маской скрывается Улыбающийся Палач империи? Не зря говорят: меньше знаешь — крепче спишь. — В-вы правда… тот самый Чёрный Рыцарь? Почему вы здесь?.. Я внимательнее всмотрелся в лицо девушки. Изумрудные глаза и серебряные волосы совершенно не подходили грязной лачуге. По возрасту она казалась ровесницей Линне. «Её назвали Майер». Имя, произнесённое духом, всплыло у меня в памяти. «Неужели здесь живёт незаконнорождённая дочь Солвернов?» Полное имя — Майер де Солверн Эания. Она была внебрачным ребёнком семьи Солверн — одного из четырёх великих родов, славившегося властью в магии, отличной от Донасьенов. «Раз она управляет духом, кровь не спрячешь». Специализация семьи — магия духов. Если Донасьены изменяли законы мира, манипулируя природной маной, Солверны обращались к существующим в природе духам и через них творили магию. В будущем Майер подчинит духов пяти стихий, получит прозвище Пятицветного Гения и станет одной из опор Башни магии. Иронично видеть такую фигуру в трущобах. Но сейчас это не моё дело. — Ах… Майер посмотрела на маску, вздохнула, а затем перевела взгляд на тело Барана. В изумрудных глазах появилась враждебность. — Неужели вы, Чёрный Рыцарь… Нет! Это вы убили старшего брата? Несмотря на дворянское происхождение, речь Майер была грубой и резкой. Хорошего воспитания она явно не получила. — Блять, отвечай! Это ты его… — Нет. Я ответил без формальной речи и почувствовал неловкое облегчение. Непривычно. — Когда пришёл, он уже был мёртв. — Врёшь, ублюдок! Здесь полно рассеянной маны. Как объяснишь? Хунин всё рассказал! Хунин? Значит, так зовут духа. Судя по ощущениям, она заключила контракт только с духом ветра. Услышав имя, робкое сияющее существо спряталось в её руках. — Эй, ублюдок! Говори правду! Я тебя разрежу и скормлю демонам… Шух. Когда Майер повысила голос, я поднял ножны Лунного Меча. — Спроси своего драгоценного духа ветра. Есть ли на моём клинке запах крови? Уверенность заставила Майер замолчать. Она тихо прошептала что-то существу, и дух проявился слабым свечением. — На мече этого человека нет крови. Думаю, он не убийца. Несмотря на крошечный размер духа, его голос звучал ясно. — Что? Не он? Тогда почему сразу не сказала?! Майер сорвала раздражение на духе, затем неловко посмотрела на меня. — Тогда что вы делаете здесь, господин Чёрный Рыцарь? — Пришёл приказать вам не использовать моё имя. Если состоишь в «Безымянных», должна понимать причину. Майер была именным персонажем, но в нынешней ситуации я не знал, связана ли с организацией. Основные события вокруг Святого Меча помнились хорошо, но второстепенных персонажей было слишком много. Поэтому решил проверить реакцию. — Аргх! …Ещё молода и совершенно не умеет скрывать чувства. Как она вообще станет Пятицветным Гением? — Но, судя по происходящему, предупреждать уже поздно. Услышав мои холодные слова, Майер снова посмотрела на тело Барана. Глаза наполнились слезами. Она быстро вытерла их, словно слабость была позором. Затем прямо сказала: — Помоги мне. Что? Почему она вырезала весь контекст? — Блять! Помоги! Найди того, кто убил старшего брата Барана! — …Почему я должен? От моего ответа сила в её голосе исчезла. — Что?.. — Я спросил: почему? — Вы герой простых людей! Благородный мученик! Тень, защищающая слабых! Что? Герой народа? Благородный мученик? Тень слабых? От стыда пальцы сами скручивались. — Кхм. Эти имена придумали вы. Я не ношу маску ради помощи другим. Действую исключительно из эгоистичных желаний. Если точнее, десять процентов — чтобы подстраховать бездельника Святого Меча, девяносто — ради собственной безопасности. Вот и всё. — Как и вы использовали моё имя ради выживания. — Л-ложь… Разочарование Майер невозможно было скрыть. Мне хотелось уйти из запутанной ситуации, но сначала следовало договорить. Теперь Барана не было, и предупредить стоило Майер, называвшую его братом. — Второго раза не будет. Если снова воспользуетесь моим именем… Я собирался произнести последнее предупреждение, когда почувствовал приближающиеся присутствия. — Один, два, три… Трое двигались к лачуге скрытно. Их явно обучали убийствам. — Люди «Безымянных»? Скорее всего. Здесь жил их глава, а громкий голос Майер мог привлечь остальных. — Хм? Но вскоре догадка оказалась ошибочной. К лачуге приближалось тонкое, тщательно скрытое убийственное намерение. С Обострённым чутьём заметить угрозу от людей, не достигших уровня епископа, было просто. И затем… «Они убили Барана». — Хорошо! Я сама найду виновника… Свист! Посреди фразы ткань у входа рассёк яркий блеск. Я заранее почувствовал опасность, схватил Майер за руку и резко притянул. Хорошо, что подготовился. — Угх… Она растерянно смотрела на меня, оказавшись в объятиях. Затем заметила кинжал, вонзившийся в стену рядом, и побледнела. — К-кинжал?! Откуда он прилетел?! — Повезло. Похоже, те, кого ты ищешь, вернулись. — Те, кого я ищу?.. — …Запах тот же! Приближаются люди, пахнущие кровью Барана! Дух в руках Майер подтвердил мою догадку. Я посмотрел на него и спросил: — Точно? Сияние качнулось вверх-вниз, изображая кивок. — И… кажется, этот человек меня видит! Благодаря знаниям магии я мог смутно различать форму духа, хотя без контракта очертания оставались неясными. Удивлённый тем, что посторонний его замечает, Хунин снова спрятался у Майер. — Ещё раз прошу. Помоги. После летящего кинжала Майер заговорила спокойнее. — Старший брат Баран… Пусть не по крови, но был моей семьёй. Я хочу отомстить. Голос не дрожал. — Сделаю всё, что попросишь… Я не ответил и сосредоточился на кинжале в деревянной стене. «Лунный Меч привлечёт слишком много внимания. Пока воспользуюсь этим». Вежливость здесь ни при чём. Чтобы выйти, всё равно придётся столкнуться с приближающимися людьми. Видимо, решив, что молчание означает согласие, Майер благодарно засияла. — Спасибо, господин Чёрный Рыцарь! Всё как в слухах! Слухи подобны облакам: их невозможно схватить, зато они постоянно разрастаются. Я совершенно не понимал, что значит «как в слухах». Разве я сам не хочу выжить? *** Линне почти ничего не знала о Чёрном Рыцаре, однако дурная слава пробудила любопытство. Её фехтование застопорилось, наставник Святой Меч уехал в Святое королевство, и увидеть технику более сильного мечника казалось полезным. — Меч Чёрного Рыцаря танцевал в лунном свете! Хотела бы увидеть снова! После слов Люпины интерес только усилился. «…Ха-а». В идеале существовал человек, у которого можно было попросить совета. «Джулиан… Угх». Она уже переступила через гордость и попыталась обратиться к нему, но после встречи в «Пламени Заката» Джулиан исчез словно ветер. «Обычно появляется именно тогда, когда просишь не обращать внимания». Его безразличие пробудило в ней неожиданное упрямство. «Больше никогда не попрошу у него помощи». Приняв это решение, Линне направилась в грязные трущобы. «Говорят, Чёрный Рыцарь часто появляется здесь?» Она знала, почему легенда привлекала людей: таинственный герой из древней истории наказывал несправедливых дворян и был особенно популярен среди простолюдинов. В трущобах Чёрного Рыцаря знали особенно хорошо. Считалось, что он использовал любовь народа как щит и скрывался среди местных. Линне хотелось собственными глазами увидеть человека и его фехтование, но её не покидало беспокойство. «Это точно разумно?» Она отправилась в трущобы из любопытства, хотя Чёрный Рыцарь не принадлежал ни к императорской страже, ни к официальной организации империи. Связь с самозваным вершителем правосудия могла обернуться неприятностями. «…Меня поймают? Впрочем, я только посмотрю, что он за человек и как владеет мечом». Но сильнее тревоги раздражало другое. «…Какая грязь». Пусть она уже бывала здесь, нищета и нечистоты всё равно заставляли морщиться. «Ужасное место, а я снова пришла». В прошлый раз рядом был Джулиан, и Линне делала вид, будто ничего не замечает. На самом деле грязь переносила плохо. Просто не хотела, чтобы он понял и начал издеваться. «Ничего не поделать». Колодец ищет тот, кто испытывает жажду. Она выпрямилась и пошла глубже. Через некоторое время… «О?» Внимание привлекли трое мужчин у отдельной лачуги. Они походили на обученных рыцарей и выглядели необычно напряжёнными. «Что они делают?» Линне не собиралась вмешиваться, но из хижины вышел человек, при виде которого она инстинктивно спряталась. «Полностью чёрная маска и благородная осанка рыцаря». Точно как описывала Люпина. «Так это Чёрный Рыцарь». Однако, вопреки восторженному рассказу подруги, первое впечатление оказалось разочаровывающим. «…Маска чудовищно уродливая». ---------- Сложные чувства (1) — Что привело столь знаменитого дворянина в скромную лачугу? Слушая насмешки солдат, я посмотрел на кинжал в своей руке. Не привычный длинный меч… Но с обычными подчинёнными Герарда трудностей возникнуть не должно. — Эй, почему молчишь? Я спросил, зачем пришёл. Один из знакомых солдат нахмурился и повысил голос. Двое за спиной уже приготовились обнажить клинки. «Наверное, сначала стоит обезвредить». Я поднял взгляд. — Уйдёте сейчас — не стану преследовать. Голос прозвучал максимально бесстрастно. На самом деле драться мне не хотелось. Пусть не слишком заметно, но в моём теле оставалось влияние Святого Меча. Фехтование естественно носило его оттенок. Если сражаться всерьёз, истинную личность Чёрного Рыцаря могут раскрыть. «Даже использование ауры…» Тогда солдаты бросились вперёд. Блять, одежда снова испачкается. Кто, кроме одержимого чистотой Джулиана, подумает об этом первым? Раздражённый, я решил сперва разобраться с противниками. Они двигались достаточно быстро, но после Монсеньоров их скорость казалась смешной. «Как и ожидалось». Я перехватил кинжал удобнее. Короткое лезвие требовало войти вплотную, чтобы нанести серьёзный удар. Но солдат оставил настолько широкий разрыв во время замаха, что сократить дистанцию было легко. При моём приближении его лицо исказилось паникой. — Угх… угх! Кинжал в обратном хвате вошёл в его тело. Из горла солдата вырвался свистящий хрип, и ноги потеряли силу. Он уже падал, но, опасаясь ответной атаки, я ещё несколько раз быстро всадил в него лезвие. Глухой удар. Первый солдат рухнул, залитый кровью. Брызги крови заставили мои руки задрожать от раздражения, но оставались ещё двое. Пришлось терпеть. «Хм?» Однако они не двигались. Наступила такая тишина, будто замёрз сам воздух. Над головами людей, только что издевавшихся, ясно горел страх. Почему вдруг? Что я сделал? — Я предупреждал. Уйдёте — не стану преследовать. Это цена за неповиновение. Вопреки собственным мыслям, я мгновенно заговорил в манере Джулиана. — Вы тоже желаете испытать меня?.. Я стряхнул кровь с кинжала и шагнул вперёд. — И-и-и-и! А-а-а-а!!! Оба развернулись и бросились бежать. Хм? Куда? Я растерянно смотрел, как они исчезают, не оглядываясь. — Эм… господин Чёрный Рыцарь? За спиной прозвучал испуганный голос. Я повернулся и увидел Майер. Над её головой горел тот же Цвет Страха. Майер сглотнула. Даже звук был слышен. Почему? Сначала её реакция казалась бессмысленной. Я ведь помог ей, а благодарности почему-то нет. Но затем я увидел отражение Чёрного Рыцаря в глазах Майер. «Настоящий герой фильма ужасов». Человек в кошмарной маске только что одним кинжалом превратил противника в почти мёртвый кусок мяса. На его теле буквально не осталось места без колотых ран. Естественно, Майер и остальные испугались. — Кхе… кха… Пока я размышлял, упавший солдат закашлялся. Я специально обходил жизненно важные органы, чтобы не убить сразу. Двигаться он не мог, но слабые подёргивания даже впечатляли. — Герард приказал убить Барана? От вопроса в глазах солдата мелькнуло замешательство. Я ожидал, но реакция окончательно всё подтвердила. — Предатель господина Герарда получил по заслугам! Он тяжело дышал и выплюнул слова. «Предатель…» В нынешней ситуации Герард действительно должен был разорвать связь с «Безымянными», но сделал это быстрее, чем я ожидал. Само слово подсказало причину. «Потому что я назвал Барана на банкете?» Похоже, Герард решил, что тот предал его, вступил в сговор с Джулианом и передал сведения. Прости, покойный Баран. — Не неси чушь, ублюдок! Майер с яростью схватила солдата за ворот. Тот захрипел, но был слишком слаб, чтобы сопротивляться. — Старший брат Баран был предан Герарду больше всех! Как вы смеете называть его предателем?! Судя по словам, Майер прекрасно знала, что Барана внедрил Герард. «Теперь между „Безымянными“ и Герардом может начаться настоящая война». Подумав об этом, я… — Хочешь отомстить? Ситуация казалась удобной для использования. Одновременно возник вопрос: «Разве правильно так поступать?» Обычно следовало сочувствовать девушке, потерявшей человека, которого считала братом. Я же думал только о выгоде. Эмоции и мысли будто существовали отдельно. Иногда это вызывало отвращение. Но что поделать? Я Джулиан. — Не бросай пустые слова, если не собираешься помогать! Майер широко раскрыла глаза и сердито посмотрела. Перед продолжением она пнула солдата, окончательно лишив сознания, чтобы тот ничего не услышал. — У меня есть счёт к Герарду. — Счёт?.. — Да. Она кивнула и снова посмотрела на поверженного. — Что нужно сделать, чтобы отомстить за старшего брата Барана? Я достал из кармана короб и протянул. — Что это? — Средство связи. Внутри лежал инструмент, полученный вместе с обещанием поддержать Элеонору. — Пока остаётся ждать подходящего момента. Когда он наступит — покажи решимость. — Решимость?.. Сначала в её глазах мелькнуло непонимание, но вскоре исчезло. Говорят, враг моего врага — друг. И всё же я немного растерялся, завербовав участницу «Безымянных». «Причём не кого-нибудь, а будущего Пятицветного Гения». Совсем скоро амбиции Герарда непременно достигнут этих трущоб. После грядущей церемонии Верховного понтифика для получения свободного места архиепископа потребуются заслуги. К тому же Герард уже подозревал Барана в связи с Чёрным Рыцарем. Теперь его подчинённые подтвердили присутствие героя в штабе «Безымянных». Вопрос времени, когда он начнёт действовать. Собственные ошибки проигнорирует и постарается полностью уничтожить все связи. Значит, распад «Безымянных» неизбежен. Пусть события ускорились, они почти не отличались от оригинального сюжета «Let’s Kill the Demon King Now». Пинтель выжил, Святой Меч покинул столицу, но общий поток не изменился слишком сильно. Возможно, потому что ключевая фигура истории — Чёрный Рыцарь… «Ну, теперь эту роль исполняю я». Но существовало ещё кое-что. Человек, которому не следовало вмешиваться, зачем-то преследовал меня. …Можно ли считать это непредвиденным фактором? — Что заставило благородную леди из прославленной семьи Рондвейл преследовать меня по переулкам трущоб? Я поправил маску из Сомбры и заговорил холодно, тихо. Перед этим человеком личность нельзя раскрывать ни при каких условиях. Вскоре на краю поля зрения появилось знакомое лицо. Светлые волосы спадали по спине. Глаза были такими же зелёными, как у Майер, но куда спокойнее. — Когда вы поняли, что я иду следом? — С самого начала. …Ложь. На самом деле я заметил её лишь после входа в этот переулок. Однако блеф сработал: глаза Линне слегка дрогнули. — Если знали, что я слежу, не стали бы настолько открыто действовать. — Потому что понимал: вы не нападёте из засады. — Что?.. — Представительница уважаемой семьи Рондвейл не опустится до подобного. И это тоже ложь. — Кхм. Но Линне, похоже, понравились слова. Она кашлянула и слегка отвернулась. — Итак, зачем леди Рондвейл преследовала меня до трущоб? — Хотела своими глазами увидеть ваше фехтование. Я ожидал уклончивого ответа, но она неожиданно прямо назвала причину. Хотела увидеть технику? «По крайней мере, личность Чёрного Рыцаря её не интересует». Я тайно облегчённо выдохнул. После прошлого происшествия рядом со мной ей, вероятно, было немного неловко. — И что-нибудь удалось понять? — Да. Ответ последовал без паузы и пробудил любопытство. В собственном фехтовании я был уверен полностью, однако не выстраивал его с нуля — оно уже было создано. Именно поэтому чужая оценка интересовала. — Что же? — Вопреки слухам, ваше фехтование не такое изящное. Такое мнение возможно. Но почему-то я сразу почувствовал желание защищаться. — Вы вправе судить, однако неприятно слышать это от человека, который только следовал за мной. — Но это правда. Ваше фехтование грубое. Выражение «меч, окутанный лунным светом» не подходит разбойнику вроде вас. Не подходит мне… Услышав это, я мгновенно понял, о ком Линне думает. Наверняка о наставнике, Святом Мече Хейдене Райхе. Для неё вершина фехтования всегда сводилась к нему. — Можно ли делать столь уверенные выводы, увидев лишь бой с кинжалом? — Я увидела ваш настрой. — Судя по словам, вы лично наблюдали человека, использующего «фехтование лунного света»? — Разумеется. Как и думал. Естественный кивок подтверждал: речь о Святом Мече. «…Почему раздражаюсь?» Пусть я лишь занял это тело, нынешняя техника Джулиана казалась мне по-настоящему прекрасной. «Фехтование Святого Меча действительно заслуживает славы, но…» Не ожидал, что моё настолько открыто принизят. Особенно на фоне Святого Меча, который внезапно покинул столицу и оставил роль Чёрного Рыцаря мне. Невольно возникла обида. — Вы, похоже, сильно им восхищаетесь. Поэтому мне захотелось сказать нечто более эмоциональное, чем обычно. — «Восхищение» — чувство, наиболее далёкое от «понимания». Именно эти слова оригинальный Джулиан говорил Линне. Одним восхищением Святого Меча никогда не превзойти. Ядовитая фраза предназначалась девушке, всегда следовавшей за наставником словно тень. В истории она становилась важным толчком к росту. — …Что? Линне заметно растерялась, слегка приоткрыв губы. Кажется, смысл дошёл. Она крепко сомкнула рот и больше ничего не сказала. Оставив её, я направился прочь из трущоб. Рядом с Линне возникало тревожное напряжение. И ещё… «Хочу как можно быстрее выбраться из этой грязи!» *** — Значит, вы лично видели человека с подобным фехтованием? Застигнутая вопросом Чёрного Рыцаря врасплох, Линне прикусила губу. Изящный меч, наполненный лунным светом. Когда её спросили о владельце такой техники, первым в мыслях возник не молчаливый наставник Хейден Райх, оставивший столицу. — Вы, похоже, сильно им восхищаетесь. Перед образом Святого Меча возникло ненавистное лицо Джулиана Крайпарта Фрейсона. — «Восхищение» — чувство, наиболее далёкое от «понимания». Разумеется, этот человек был впечатляющим. «Я знаю, что к мечу он относится искреннее, чем казалось». Уровень техники почти превращал движения в искусство. «Но восхищение…» Изначально оно должно было принадлежать Святому Мечу. Почему всё вышло так? Не понимая собственных чувств, Линне задумчиво прикусила губу. ---------- Сложные чувства (2) — Это правда? От низкого голоса Герарда докладчик вздрогнул. Герард не скрывал недовольства. Он считал связь «Безымянных» с Чёрным Рыцарем беспочвенным слухом. — Д-да… Я видел человека, похожего на Чёрного Рыцаря, возле лачуги Барана. Однако часть слухов оказалась правдой. — Баран, проклятый ублюдок. Занимался ненужными вещами… Именно Герард создал «Безымянных». По первоначальному плану он собирался незаметно поглотить уже бесполезную организацию Орденом Рассвета и записать это в свои достижения. Теперь всё осложнилось. Чёрный Рыцарь. Беззаконник, внезапно вмешавшийся в дела Герарда. После перехвата Камня души архиепископ скрежетал зубами от одного имени. Нетрудно представить, что произойдёт, если Орден Рассвета узнает о связи Герарда с «Безымянными». Даже несмотря на то, что сейчас он отдалился от них. «Нужно любым способом вырвать „Безымянных“ с корнем. Иначе…» Либо передать Тенелону местоположение Чёрного Рыцаря. — Что ты о нём подумал? — …Простите? — Когда увидел. Какого он уровня? — Ну… эм… Под резкими вопросами солдат задрожал. Давление от тела Герарда было достаточно острым, чтобы в любой момент разорвать человека. — Говори быстрее. Пока я не повесил на твою шею вину за бегство от Чёрного Рыцаря. Несмотря на жестокие слова, тон оставался спокойным и от этого ещё более угрожающим. Солдат нервно сглотнул и уже собирался ответить, когда… — Ха-ха, Герард. Может, историю дослушаем позже? В разговор вмешался новый голос. Герард ненавидел, когда его перебивали, но не показал недовольства. — Дантес. Наконец пришёл. Это был Дантес — епископ Ордена Рассвета и дворянин, как и Герард. — Слова напуганного человека могут оказаться преувеличением. Вы ведь это знаете? Дружелюбный тон немного смягчил раздражение. Согласившись, Герард отпустил солдата жестом и повернулся к Дантесу. — Хорошо рассуждаешь. Архиепископ обязан уметь управлять эмоциями. Герард понимал: Дантес говорил так, будто назначение уже решено, лишь ради лести. — Именно. Вы правы. Он с удовольствием принял сладкую хитрость. Дантес был одним из немногих союзников Герарда как среди дворян, так и внутри Ордена Рассвета. Но полностью доверять ему Герард не собирался. В сложном мире политики вечных союзников не существует. — И всё же, даже если господин Тенелон станет Верховным понтификом, нельзя быть уверенным, что архиепископом назначат меня. — Почему? — Из-за Джулиана, проклятого ублюдка. Произнеся имя, Герард мысленно щёлкнул языком. — Он самый новый епископ, но расположение господина Тенелона к нему необычно сильное. Герард потёр шею, на которой ещё оставался след после приёма у Годрихтов. — Ха-ха, вы правы. Но разве это не естественно? Он слегка нахмурился от беззаботного ответа. — Господин Тенелон всегда ненавидел благородство Святого Меча, но признавал его фехтование. А Джулиан — человек, который разорвал это «благородство». Более того, он перешёл на сторону Ордена Рассвета. «Я знаю причину». Герард хотел сказать, но промолчал. Проблема заключалась не в причине расположения Тенелона, а в последствиях. «Если Джулиан займёт место архиепископа, возникнут проблемы». Их отношения ещё не были окончательно разрушены, но после события у Годрихтов примирение казалось невозможным. «Всего лишь Императорский Пёс…» Провокации рождались не только из соперничества за должность. Герард испытывал инстинктивное отвращение. Обычно он был готов использовать даже врага ради возвышения, но Джулиана использовать не мог. Слишком много ситуаций выходило из-под контроля. И проблем было несколько. Снаружи — Чёрный Рыцарь. Внутри ордена — Джулиан Крайпарт Фрейсон. «Оба слишком мешают». Он пытался придумать способ избавиться от двух сразу, но подходящего решения не находилось. — Кстати, картина начинает складываться. — О чём ты? Герард вернулся к действительности. — Хейден Райх. Благородный Святой Меч. Кажется, я начинаю понимать, почему он покинул столицу и отправился в Святое королевство. Глаза Герарда загорелись интересом. — Правда? Почему? — Похоже, звезда Империи Адратан, прославленная как Святой Меч, утратила благородство. — Не люблю загадки… Дантес неловко кашлянул и объяснил прямо: — Святой Меч, вероятно, готовится перейти на сторону Святого королевства. — Что? Герард по-настоящему удивился. Многие считали, что императорская семья благоволит Хейдену Райху, но это было неправдой. Имя Святого Меча и его достижения были настолько велики, что затмевали влияние самой империи. Трон не мог спокойно наблюдать. Всякий раз, когда слава героя начинала превосходить славу императорской семьи, ему поручали тяжёлые или грязные задания. Это пятнало честь Хейдена, а императорская семья одновременно раздавала милости и укрепляла собственное положение. — Им так долго манипулировали, и он наконец понял? — Похоже. Его «благородство» сломалось. — Не благородный. Просто глупец. Герард усмехнулся. — Если сведения правдивы, господин Тенелон придёт в ярость. Святой Меч, которого он хотел убить собственными руками, сбежит. — Ха-ха. Как вы говорите, он непременно разгневается. Наблюдая за громким смехом Дантеса, Герард подумал: «Вот бы и Джулиан отправился в Святое королевство Фернанд». Он прекрасно понимал, что это пустая мечта. «Чёрный Рыцарь или Джулиан…» Оставался один ответ — лично срезать оба ростка. «Пока нет ясного способа справиться с Чёрным Рыцарем, сначала нужно ограничить Джулиана». *** «Именно так Герард наверняка сейчас думает». Блоха воображает, будто способна прыгнуть до небес. Зная всю историю от начала до конца, я видел планы Герарда насквозь. Человек с такой жаждой власти непременно считал меня препятствием на пути к должности архиепископа. — Любому очевидно, что Тенелон мной заинтересован. Ирония. Я отчаянно мешаю его планам. Само место меня не интересует, однако претенденты на должность архиепископа неизбежно попытаются ограничить мою силу. — С его характером действовать будет тайно. А значит, возникнут проблемы. В прямом столкновении сила тела справится. Скрытые интриги — другое дело. — Поэтому разумно ударить первым и отсечь конечности. Блять, сколько хлопот. Чем больше я действовал, тем сильнее события отклонялись от моих планов. Пока всё вроде бы под контролем. Но смогу ли справиться с дальнейшими событиями — неизвестно. — Лучше бы меня сделали младшим сыном великого рода. Хотя, если подумать, Джулиан почти и есть младший сын престижной семьи. Пусть и бастард. *** — Ха-а… Айлин с головной болью закрыла книгу. Она понимала: как представительницу боковой ветви главная семья не признаёт. К презрению из-за примеси в крови привыкла. — Но это всё равно бесит. Она раздражённо посмотрела на диссертацию на столе. — Мою работу отклонили? Не думала, что такое возможно. Исследование Камня души было первым, поэтому Айлин не ожидала, что его просто положат на полку. Впрочем, немного подумав, она поняла причину. — Наш благородный лорд Айден, наверное, ужасно разозлился. Айдена называли следующим главой семьи Донасьен. Он был одержим древней мечтой рода и при этом фанатично верил в чистую кровь. Сходство Камня души и желаемого семьёй Эликсира видел любой, кто читал работу. Айдена наверняка раздражало, что результат многолетних усилий может получить человек из боковой ветви. — Разве это не слишком?! Ради прогресса семьи иногда нужно чем-то жертвовать! Чистота крови не гарантирует результат! — И Башня магии тоже! Как бы много Донасьены ни вкладывали, слушаться одной семьи… Она замолчала, осознав иронию. Семья Донасьен действительно была одним из основателей Башни магии. Она служила главной опорой школы Донар в направлении элемента Металла. Они щедро жертвовали средства, участвовали в создании магического факультета Академии Байер… — Ох… Ладно. Понятно, почему их слушают. Осознав власть рода, Айлин поняла и причину отказа. Одновременно в ней совершенно неуместно поднялась гордость. В конце концов, она тоже принадлежала семье Донасьен. Хотя следом пришло и самоосуждение. — Не думайте, что я просто отступлю. Айлин прикусила губу. — Если меня не хотят признавать, я покажу ещё более выдающийся результат…! В этот момент она почувствовала неладное. Одно из защитных заклинаний вокруг особняка исчезло. Звон! Одновременно сработала тревога. Айлин вскочила, не понимая происходящего. — …Защитное заклинание снято, а сигнализация сработала? Последовательность была странной. Физические защитные чары действовали скрытнее и сложнее снимались, чем сигнализация. Обычно даже после отключения тревоги незваного гостя ловила защита. «А сейчас наоборот». По спине потёк пот. «Меня специально вызывают?» Опасаясь намерений вторженца, Айлин направилась туда, где исчезли чары. — Покажитесь. Добравшись, она заговорила низко и спокойно. Число врагов неизвестно, но это её особняк. На собственной территории Айлин была не слабее любого мага высокого ранга Барко. — …Кто вы? Но внешность незваного гостя удивила. Угрожающая фигура, скрытая ночным плащом. Несмотря на вторжение, от фигуры исходило благородство, словно безмолвное обещание не причинять вреда. — Знаете, кто я? Айлин кивнула. — Чёрный Рыцарь. Главная сенсация столицы. — Почему вы здесь? Тон оставался резким. — В отличие от остальных вы не боитесь этой маски. Голос прозвучал глубоко и глухо. От слов по телу пробежал холодок, но сама внешность не пугала. И это было естественно. «…Почему? Маска ведь крутая». К собственному удивлению, Айлин находила образ Чёрного Рыцаря весьма эстетичным. ---------- Обрезка (1) Восхищение внешностью быстро прошло. Мысли Айлин закрутились, пытаясь понять, зачем Чёрный Рыцарь, о котором говорила вся столица, пришёл сюда. — Любопытно? Он словно прочитал её мысли. Айлин вздрогнула, но быстро вернула самообладание. — Не переживайте. Я изложу дело и уйду. Чёрный Рыцарь сухо продолжил и достал из-под плаща небольшой предмет. Обычный короб для мелочей. Он не был ни гладким, ни украшенным, однако содержимое почему-то вызывало сильное любопытство. — Внутри Камень души. «Что?» Голос оставался безразличным, но слова потрясли Айлин. — …Камень души? — Да. Разум заполнили вопросы. Почему у Чёрного Рыцаря есть Камень души? Действительно ли камень внутри? Зачем отдавать его ей? — …Что это? Вопрос содержал слишком много смыслов. Айлин тут же мысленно отругала себя за нелепую формулировку. — Как можно не узнать предмет собственного исследования? — Я-я знаю! Спрашиваю, зачем вы его отдаёте! Стараясь скрыть смущение, она немного сорвалась. Чёрный Рыцарь открыл короб. Внутри действительно лежал Камень души. Внешне он немного отличался от исследуемого экземпляра, но багровое сияние и зловещая аура были теми же. — Сотрудничество. — …Сотрудничество? — Я не намерен противостоять императорской семье. Пусть и наносил удары по чести дворян, всё делалось ради достоинства империи. Айлин всмотрелась в маску. Эмоции по глазам прочитать было невозможно, но в нём чувствовалось сходство с одним человеком из императорской структуры. — …Ложь. — Что? — Вы лжёте. В отличие от того человека, намерения этого она могла немного различить. — Почему так решили? — Если бы действительно искали сотрудничества с императорской семьёй, пошли бы прямо в Секретариат. Она высказалась без обходных путей. Если Чёрный Рыцарь искренне желал официального сотрудничества, ему следовало обратиться к чиновникам. Айлин была лишь магом, изучавшим Камень души, и не имела прямой связи с троном. «Он наверняка это знает». Раз обладает Камнем души и пришёл именно к ней. Тогда зачем? — Неожиданно проницательно. Несмотря на грубость и лёгкую насмешку, Айлин не показала раздражения. — Как вы сказали, есть и другая цель. Но желание сотрудничества — не ложь. — Тогда настоящая цель… — Вам обязательно её знать? Твёрдый ответ заставил вздрогнуть. — Дополнительный Камень души ускорит исследование. Для вас это не убыток. — Ещё один не нужен. Я уже добилась определённых результатов… — Разве первую представленную работу не отклонили? «Угх». Айлин попыталась скрыть эмоции, но на этот раз всё отразилось на лице. — О-откуда вы знаете?.. — Существует множество способов. Так вы примете Камень души? Отказывать не было причины. И всё же, пусть люди называли его героем простолюдинов, мысль о том, что она играет по замыслу Чёрного Рыцаря, вызывала дискомфорт. Но Айлин всё равно взяла короб. — Мудрое решение. Слова немного испортили настроение, однако перед ней находилось средство доказать собственную ценность. Отказ был бы глупостью. — Передайте Секретариату: Чёрный Рыцарь не намерен нарушать законы империи. Наблюдая, как он растворяется в тенях, Айлин почувствовала странное волнение. Из-за насмешки над умом? Нет. «Почему эта маска настолько меня цепляет?» Причину оказалось слишком трудно выразить словами. *** — Господин Джулиан, можно войти? Я разбирал обычные документы в кабинете «Закрытых Глаз», когда вместе со стуком услышал голос Лазлота. — Входи. Он вошёл и почтительно поприветствовал меня. — Похоже, есть новости. — Да. Лазлот слегка кивнул, на мгновение встретился со мной взглядом, сглотнул и начал докладывать. — Церемонию преемства архиепископа, вероятно, отложат. — Вот как? — Да. — Из-за Чёрного Рыцаря. От тихих слов Лазлот удивился. — Откуда вы знаете? — Секретариат поднял немалый шум после того, как Чёрный Рыцарь принёс Камень души. Я всё-таки член «Закрытых Глаз». Как мог не узнать? Ху-ху. Разумеется, признаваться, что доставил камень лично, нельзя. — П-простите. Я сказал лишнее… Хотя ответ не содержал угрозы, Лазлот сразу извинился. — Но это может ускорить уничтожение «Безымянных». Теперь, когда подтверждено, что Чёрный Рыцарь связан с ними… Тук-тук. Посреди доклада снова постучали. Я разрешил войти. — Простите, Джулиан. Мне сообщили, что вы желали видеть меня… В кабинет вошёл мужчина. При виде знакомого лица Лазлот широко раскрыл глаза. — Г-господин Дантес. Дантес Кристо — один из епископов Ордена Рассвета. С дружелюбной улыбкой он посмотрел на Лазлота. — О, значит, тебя назначили сюда, Лазлот. — Д-да. Над его головой вспыхнул фиолетовый Цвет Страха. Если вскроется, что сейчас он работает на меня, а не на Орден Рассвета, возникнут неприятности. Лазлот прекрасно это понимал. — …Так вот почему Джулиан настолько хорошо осведомлён о внутренних делах ордена. Благодаря тебе? Как опытный дворянин, Дантес быстро уловил отношения. Я сохранил спокойствие, а фиолетовая аура Лазлота забушевала ещё сильнее. — Верно. Он сотрудничает со мной не только в делах Ордена Рассвета, но и лично. Лазлот потрясённо посмотрел. Вероятно, ожидал, что я его прикрою. — И вы поступите так же, Дантес Кристо. После твёрдого заявления дружелюбная улыбка исчезла. — Семья Кристо разбогатела на перевозках. Я понимаю ваши усилия ради престижа империи, однако… Я указал на один из документов на столе. В нём прямо перечислялись скандалы рода Кристо, которые тот годами скрывал. — Связи со Святым королевством Фернанд создают проблемы. Дантес без видимого волнения прочитал лист и с улыбкой вернул. — …Ха-ха. Вы действительно многое знаете. Как узнали? — Существует множество способов. В моём случае не «узнал», а «знал изначально». Дантес Кристо, епископ Ордена Рассвета, был одним из персонажей, с которыми приходилось разбираться по мере прохождения. И всё же постоянно возникал вопрос. Почему Хейден Райх, прославленный непобедимым героем и Святым Мечом, никогда не пытался приручить таких людей, а только вступал в прямой конфликт? «У него ведь была вся информация». Например, что семья Кристо втайне ревностно следует Церкви Солнца и поддерживает тесные отношения со Святым королевством. Или то, что «Безымянные» созданы руками Герарда. И многое другое. — В империи достаточно храмов бога Солнца Соларуна. Семья Кристо, похоже, об этом не знает? На самом деле лежавший перед ним документ был простой подделкой, наскоро написанной в нужном формате. Но проверить подлинность Дантес не мог. — Почему организацию называют «Закрытыми Глазами»? Мы следуем праведному пути, однако на мелкие отклонения можем «закрыть глаза». Для него проблемой были не доказательства, а сам факт моего знания. — Я всегда думал, что подобный день наступит. Сохраняя спокойное выражение лица, Дантес заговорил почти как в монологе. — Итак, чего вы хотите, Джулиан? Если пришли не как представитель «Закрытых Глаз», значит, вам что-то от меня нужно. Даже поняв, что слабость раскрыта, он оставался поразительно спокойным. Императорская семья обладала чудовищной властью и сурово карала измену. Раз Дантес не паниковал, значит, верил в путь спасения. — Если строго применить закон, вы, вероятно, окажетесь на виселице, господин Дантес. — Именно. Ха-ха, какая неожиданность. Спасибо, что пока оставили в живых. Он странно расслабился и посмотрел на Лазлота. — Теперь понимаю, почему ты выбрал службу у Джулиана. Наверняка оказался в положении, похожем на моё. Лазлот осторожно покосился на меня. Эти люди постоянно выставляют меня злодеем… Хотя я и есть злодей. Да. Прищуренный злодей Джулиан из «Let’s Kill the Demon King Now». *** — Проклятый Чёрный Рыцарь снова вмешался… Герарда тоже выводило из себя, что герой передал Камень души императорской семье. Он собирался начать «работу» после того, как Тенелон станет Верховным понтификом и освободится место архиепископа. Перенос церемонии ломал график. «Хотя, возможно, это даже удача». Джулиан оказался хитрее, чем он ожидал. А Чёрный Рыцарь, якобы связанный с «Безымянными», напоминал призрака. Перед борьбой с двумя опасными врагами требовалась тщательная подготовка. «К тому же господин Тенелон лично вызвал меня». Отсрочка церемонии и одновременный вызов, должно быть, означали намерение объявить Герарда будущим архиепископом. Конечно, Герард понимал тщеславность надежды. Но другой причины приглашать именно сейчас не видел. Подойдя к месту встречи, он поправил одежду и вошёл. — Говорят, Чёрный Рыцарь передал Камень души императорскому двору. Первые слова Тенелона не имели отношения к церемонии. — Да, слышал. Проклятый человек. Сколько ещё терпеть его предательства… — Герард. Тенелон тихо оборвал. Обычно вмешательство посреди речи раздражало бы, но перед этим человеком Герард не показывал недовольства. — Если по созданному вами саду пробежит крыса, что вы сделаете? Вопрос удивил, однако он решил ответить искренне. — Убью. — Почему? — Одна замеченная крыса означает, что где-то спрятано ещё много. — Хм… — Нужно устроить показательное наказание. Крысы есть повсюду. Если не показать пример, они появятся снова. Пока Герард говорил, Тенелон снял маску и открыл шрамы, оставленные Святым Мечом. Герард сглотнул. Он впервые видел лицо Тенелона. — Вот как? Раз вы так считаете, ничего не поделать. Тон звучал обречённо, но губы Тенелона слегка искривились. Он хотел улыбнуться, однако шрамы превращали выражение в жуткую гримасу. — Почему вы предали нас, Герард? ---------- Обрезка (2) — Почему вы предали нас? От слов Тенелона Герард напрягся, и по его спине потёк холодный пот. Липкая влага мгновенно вызвала отвращение, но услышанное потрясло настолько, что думать об этом было некогда. — Ч-что вы такое говорите?.. — Я спрашиваю, почему вы решили нас предать. — Не понимаю, что вы имеете в виду, архиепископ… — «Безымянные». Одно слово заставило Герарда вздрогнуть. «…Откуда он узнал?» Осознав масштаб ситуации и причину обвинения в предательстве, он принялся перебирать, от кого Тенелон мог узнать об организации. В голову пришёл лишь один человек. Джулиан Крайпарт Фрейсон. «Проклятый ублюдок!» Скрежеща зубами, Герард подавил эмоции и принялся искать путь спасения. — Я слышал, истинным владельцем «Безымянных» были вы. — …Вам это сказал Джулиан? «Не верьте лжи этого ублюдка». Он уже собирался возразить, когда… — Почему вы так решили? На самом деле мне рассказал Дантес. Неожиданное имя ошеломило Герарда. Дантес, которому он в некоторой степени доверял как епископу, предал? Нет. Между «достойным доверия» человеком и настоящим доверием лежала огромная разница. Герард ничего не рассказывал ему о «Безымянных». Какой разумный человек раскроет тайну сопернику за должность епископа? «Дантес сам меня расследовал?» Он стиснул зубы. — Я узнал, что «Безымянные», к которым принадлежит Чёрный Рыцарь, созданы вашими руками. — Подождите! Всё это осталось в прошлом! Я давно разорвал с ними связь! — Вот как? Под сомневающимся взглядом Тенелона Герард яростно закивал. — Именно. — Вот как? А вы что скажете? Тенелон с изуродованным шрамами лицом повернул голову. Из тёмного угла зала вышла фигура в маске. «Женщина?» Невысокая девушка. Единственная примечательная деталь — маска. «Она из „Безымянных“?» Герард прекрасно знал: маска была символом организации. Так скрывали личности тайно внедрённых личных солдат. — Я слышал, что ещё совсем недавно они действовали по приказу Герарда. Это правда? Если вся встреча предназначалась для обвинения, возможный ответ был только один. — Д-да… Это правда. Как и ожидалось. Во рту Герарда пересохло. — Похоже на то. — Хватит издеваться! Тварь! Кто заставил тебя лгать? Дантес? Или это последняя воля Барана?! Резкий крик рассёк мягкий, но властный голос. — Не стоит так повышать тон, господин Герард. Вы находитесь перед господином Тенелоном. В зал вошёл Джулиан. Он говорил тихо, но слова обладали несомненной силой. Привлекая внимание, Джулиан насмешливо поднял указательный палец и приложил его к губам. Увидев направленную на него хитрую улыбку, Герард поморщился. Вопреки прозвищу Улыбающегося Палача, его манеры оставались благородными, а непроницаемое лицо создавало ощущение, будто он видит человека насквозь. «Ты…!» От спокойствия Джулиана ярость поднялась ещё сильнее. *** «…Мы зашли довольно далеко, не так ли?» Стараясь не замечать убийственный взгляд Герарда, я посмотрел на человека в маске. Она скрывала лицо, как подобало участнице «Безымянных», однако не могла спрятать Цвет Страха над головой. «Прости». Внешность соответствовала возрасту. Под маской дрожала Майер. Даже гений, способный управлять духами, мог испугаться подавляющего присутствия Тенелона. Именно я вызвал её. Разумеется, не как Джулиан, а через сообщение Чёрного Рыцаря. Сказал, что это поможет отомстить за Барана. — Вы стоите перед господином Тенелоном. Следовало бы знать, когда нельзя повышать голос. Я снова посмотрел на Герарда и положил Майер руку на плечо. Хотел успокоить, но… «Ах». Цвет Страха задрожал ещё сильнее. — Ты знал, что этот мерзавец связан с ними. Настолько жаждал места архиепископа?! — Я пришёл не ради власти. Мне всё равно, кто займёт должность архиепископа. После слов «всего лишь должность архиепископа» воздух в зале похолодел. Преемник ещё не был назначен, значит, титул по-прежнему принадлежал Тенелону. Наверное, поэтому. — Ах. К счастью, он не выглядел оскорблённым. Напротив, удовлетворённо кивнул. Если бы рассердился, пришлось бы срочно сглаживать слова. Но почему такая реакция? — Впрочем, сейчас речь не об этом. Коротко посмотрев на Тенелона, я продолжил: — Господин Герард, проблема в том, что вы создали «Безымянных» и как владелец позволили Чёрному Рыцарю действовать среди них. Я вернул разговор к теме, от которой мы отклонились. Герард широко раскрыл глаза, полные ненависти. — Более того, говорят, недавно Чёрный Рыцарь передал Камень души императорской семье. Это тоже ваш приказ? — Я никогда такого не делал! Разумеется. Камень передал я сам, действуя как Чёрный Рыцарь. — Какая бесстыдная ложь. Что ещё вы способны сказать в подобной ситуации? Понимая, что лишь сильнее распаляю Герарда, я продолжил. «Красный. Совсем красный». Цвет Негатива над ним стал ярко-алым, воплощая гнев. — Неожиданно преданно с вашей стороны. Разве переданный Чёрным Рыцарем Камень души не тот самый, который добыл господин Пинтель? Игнорируя ярость, я насмешливо усилил обвинение. — Камень, доставленный императорской семье, действительно принадлежал Пинтелю? Больше всех заинтересовался Тенелон. Он провёл рукой по шрамам и вздохнул. — Если это правда, Герард, вы разочаровали меня ещё сильнее. — Неправда! К тому же нет доказательств, что Камень души Чёрного Рыцаря — тот же самый, который потерял Пинтель! — Тогда проверим? Я достал из одежды Камень души. Первым интерес проявил Тенелон. — Хм? Это камень, который Чёрный Рыцарь передал императорской семье? — Да. Благодаря полномочиям я смог его забрать. — Впечатляет. Достойно высокопоставленного члена «Закрытых Глаз»! — Вы слишком добры. И правда, слишком. Именно я передал Камень души Айлин. А затем сам получил его обратно через императорскую структуру. — После проверки его придётся вернуть. Он здесь лишь для раскрытия преступления господина Герарда. — Но как установить, что это камень Пинтеля? Я улыбнулся сомневающемуся Тенелону. — Очень просто. Спросим самого владельца. Через тот же вход, которым пришёл Герард, вошёл мужчина с достойным выражением. — Пин… Пинтель?.. Как и ожидалось. Он опустился на колено перед Тенелоном и поклонился. — Монсеньор Пинтель явился к господину Тенелону. — Пинтель. Камень в руках Джулиана — тот, который Чёрный Рыцарь у вас отнял? На мгновение Пинтель испугался открытого лица Тенелона, но быстро собрался и пристально осмотрел самоцвет. — Хм… Он тихо хмыкнул и продолжил изучать камень. «Хорошо подумай, прежде чем отвечать». Это последний шанс выжить. Камень не был тем, который Пинтель потерял. Он тоже это понимал. — Господин Пинтель, это Камень души, полученный после нападения на караван? Но одно было очевидно: Пинтель ненавидел Герарда. Тот унижал его жестокими словами и даже пытался зарезать кинжалом. Падение с епископа до Монсеньора тоже во многом произошло из-за Герарда. Поэтому, хотя прежний Камень души уже был поглощён мной и больше не существовал… — Да. Именно он. Лукавый язык оживил несуществующий предмет, а тяжёлое преступление целиком легло на Герарда. Все действия «Безымянных» и Чёрного Рыцаря превратились в его дела. По лицу Герарда заметно потёк пот. — Не знал, господин Герард. Ваша преданность императорской семье оказалась настолько глубокой. Пусть это и ложь. Атмосфера сомнения уже рисовала его предателем. — Похоже, прозвище Императорского Пса подходит вам больше, чем мне. Ху-ху. — Нет!! Всё ложь!! Господин Тенелон, поверьте! Я никогда не делал ничего подобного! Герард отчаянно оправдывался, но глаза Тенелона оставались холодными. — Герард, я давно знал, что вы прикрывались именем Ордена Рассвета за моей спиной. Делал вид, будто не замечаю. Даже когда вы угрожали жизни Пинтеля, позволил, решив, что это может принести пользу ордену. — Но это… — Однако подобное нельзя игнорировать. По крайней мере, вам не следовало становиться псом императорской семьи. Шрамы ясно подчёркивали недовольство. Герард попытался возразить, но Тенелон поднял руку и заставил замолчать. — Дантес, Пинтель и Джулиан доказали вашу вину. После приговора глаза Герарда забегали, оценивая окружение. Я тихо заговорил, наблюдая за ним, словно за испуганной собакой. — Господин Герард, зачем так отчаянно оглядываетесь, будто трусливый щенок? Ху-ху. Он резко посмотрел и скрипнул зубами. — Проклятый… Я убью тебя! — Меня? Ха-ха. Смело. Попробуйте. Пока мы обменивались угрозами… Бам! Герард закричал. — А-А-А-А!!! Схватившись за раненое плечо, он повернулся и увидел усмехавшегося Пинтеля. — Считай, мы квиты. В плечо вонзился магический кинжал, который Пинтель часто использовал. Он явно хотел отрубить Герарду голову, но понимал: до окончательного решения Тенелона смертельный удар наносить нельзя. Поэтому выбрал плечо. — И тебя убью! Герард, чьи глаза налились кровью, выплюнул угрозу в адрес меня и Пинтеля. Но сейчас она не пугала. — Куда исчез прежний Герард, которого называли Безумием Запада? Как он превратился в такой мусор? Тенелон вынес окончательный приговор. — Казнить. После бесстрастного приказа Монсеньоры начали медленно приближаться. Покрытый потом Герард торопливо достал из одежды магический свиток. — Думаете, сбежите? Тенелон протянул правую руку. Из неё хлынула тёмная демоническая энергия. Но Герард уже разорвал свиток. — Вы ещё увидите. Ослепительная вспышка и классическая последняя реплика злодея — после этого он исчез. Перед самым перемещением демоническая энергия Тенелона всё же задела руку Герарда. Шух. Послышался звук разрезаемой плоти. — … В зале воцарилась тишина. Тенелон вопросительно посмотрел на меня. — Джулиан, почему вы не вмешались? О нет. Он заметил, что я намеренно позволил сбежать. Нельзя было сказать: хочу использовать жажду мести Герарда в будущих планах и ослабить Орден Рассвета. Пришлось придумать оправдание. — С телепортацией, записанной в свитке, он не выживет. — Пожалуй, верно. Тенелон понял и слегка кивнул. В мире «Let’s Kill the Demon King Now» магию можно было записывать на разные носители, включая свитки. Но они не стали повседневным инструментом из-за огромной опасности. — А если выживет? — Тогда разберусь лично. Я мягко улыбнулся. Похоже, улыбка получилась пугающей: Пинтель внезапно задрожал. Хм? Перестарался? Тенелон же остался доволен, громко рассмеялся и хлопнул в ладони. — Надеюсь, вам не придётся утруждаться. Да… если честно, я тоже не собирался с ним разбираться. ---------- Обрезка (3) — Благодарю за сотрудничество, господин Пинтель. Я покидаю вас. Коротко попрощавшись, я вывел безымянную гостью и покинул зал аудиенций. В помещении воцарилась спокойная тишина. Пинтель не выдержал удушающей атмосферы и поспешно вышел следом. «Он превратился в чудовище». Идя по коридору, Пинтель размышлял о только что произошедшем. Как дворянин Империи Адратан, он помнил почти все шаги Джулиана до настоящего момента. Всё-таки тот тоже обладал благородной кровью, пусть и запятнанной. Не сумев доказать ценность происхождения, он стал глупым палачом империи, псом императора. …По крайней мере, так Пинтель считал. «Куда исчез прежний человек?..» Когда Джулиан вызвал его, никаких подробностей не сообщил. Но стоило занять место в зале, как инстинкты отчаянно зашептали: Одним словом он способен задушить ненавистного Герарда. «После того дня мы не обменялись ни единой фразой, но Джулиан понял мои желания». Прежний Джулиан наверняка почувствовал бы лишь оскорбление. — Использовать нынешние события, чтобы лишить Герарда положения. И всё же чувства Пинтеля понял именно тот, кого он считал обычным императорским псом. Теперь всё изменилось. «Он сам… нет, господин Джулиан…» Пинтель понимал, что подобная мысль может быть святотатственной. Однако сомнения постепенно размывали его прежние жёсткие убеждения. В конце концов сложилось одно решение. «Именно он подходит на место архиепископа Ордена Рассвета». С этой мыслью Пинтель продолжил путь. *** — Где Чёрный Рыцарь? После выхода из зала Майер заговорила в коридоре. Она пыталась показать недовольство грубым голосом, но страх всё равно слышался. Цвет Страха над её головой это подтверждал. — Что собираетесь делать, когда найдёте? Даже если скажу правду, ты не поверишь. — Хочу поблагодарить. За возможность отомстить за старшего брата Барана. — Передам ему ваши слова. — …Не хочу. Не понимаю, почему отказывается. — Хочу сказать лично. И ещё кое-что спросить. — Что именно? — Почему должна рассказывать тебе? Потому что человек, которого ты отчаянно ищешь, стоит перед тобой. — Воспользуйтесь сферой связи. Вы ведь получили её? — …Он запретил связываться первой. Чёрный Рыцарь особо это подчеркнул. Вот же головная боль. Но её верность обещанию, несмотря на грубость, даже немного впечатляла. — Передай, что хочу встретиться. Если не согласится, расскажу императорскому двору о твоих делах… Кья! Я сдёрнул с Майер маску, открыв её изумрудные глаза. — Знайте своё место. Грубые слова заставили её вздрогнуть. Но лишь на мгновение: её взгляд тут же стал острым. — Моё место? Я держу твою слабость! Если ты не идиот, понимаешь, что произойдёт, когда дворец узнает… Мф! Я зажал ей рот ладонью. Боже, сумасшедшая! Тише! — Ценю беспокойство, но вы уверены? Как думаете, зачем Чёрный Рыцарь попросил вашей помощи? Я пристально посмотрел. Гордость не позволяла Майер оставить долг неоплаченным. Значит, после услуги она не расскажет о сегодняшнем никому. — …Угх. Она болезненно поморщилась, словно её укололи. Хм? Что это с ней? — Ладно… Понимаю, что человека вроде меня, из трущоб, никто не станет воспринимать всерьёз. Над её головой яростно полыхнул Цвет Страха. Майер оттолкнула мою руку и отступила. — Деревенщина вроде меня может исчезнуть без следа, и никому не будет дела. Именно это хотел сказать? …Нет. Я искренне беспокоился. Но после множества подобных случаев я уже начал понимать: «Внешность имеет значение». Я привык, однако даже слова заботы из уст хитрого прищуренного человека звучат совершенно иначе. — Я никому ничего не скажу, как ты и думаешь. Но не потому, что боюсь! Майер дрожала. Судя по реакции, слова имели личную причину. — Промолчу из-за связи с Чёрным Рыцарем. В отличие от тебя, ему… можно доверять! Я невольно криво улыбнулся. — Что смешного?! Возможно, смех показался ей насмешкой. А может, и правда ею был. Майер покраснела и повысила голос. Ситуация вовсе не смешная. Я старался вести себя больше как Джулиан, но при этом по возможности не убивать. Разумеется, это не стирало дурную славу, накопленную прежним злодеем. И всё же забавно: человеку в маске она доверяла сильнее, чем мне. — Забавно видеть доверие к тому, кто скрывает лицо и имя. Так способен поступать только ребёнок. — Он намного лучше тебя! — В чём? Майер растерялась и немного подумала. — Для начала он крутой. Неожиданная фраза выбила меня из колеи. — …Как понять, что человек крутой, если вы ни разу не видели его лица? — Просто знаю. В отличие от тебя, у него точно не мерзкие прищуренные глаза! Мне почему-то стало неловко. — И пусть я не знаю личности, в нём чувствуется надёжность. Вот как. Раз ты так говоришь. — Не понимаю, зачем сотрудничаю с человеком, чьи истинные намерения скрыты… Но всё равно! Он не такой, как ты! — Вот как? — Да! Голос был полон непоколебимой убеждённости. Услышав её… «Хотя Чёрный Рыцарь — это я?» …Я удержался от глупого замечания. *** Вернувшись в особняк, я отправился в ванную. Когда впервые вошёл в тайный зал Тенелона, холодный пот вызывал сильный дискомфорт. Теперь стало ясно: напряжённым был лишь первый момент. Позже я действовал всё спокойнее. — Господин Джулиан, как распорядитесь насчёт ужина? Когда вышел и вытирался, служанка почтительно спросила. — Приготовьте. Прошло достаточно времени, голод заметно усилился. Закончив, я направился в столовую. Сначала подали маленькую закуску: хлеб с тёртыми грибами и сыром. Затем — креветки с травами на один укус. «…Я ведь просил сократить количество закусок». Раньше сообщил повару, что блюд перед основным слишком много. Наверняка правило установил любящий роскошь Джулиан. Мне оно не нравилось, поэтому попросил уменьшить число подач. «Повару, должно быть, нелегко». Капризный характер прежнего Джулиана наверняка доставлял ему немало проблем. Поэтому менять привычный порядок страшно. — Может, он проверяет меня? Однажды я слышал подобный шёпот. — Телятина выдерживалась семь месяцев в пчелином воске. Повар кратко объяснил, подкатывая тележку. — У телятины почти нет выраженного мясного запаха, поэтому мы использовали особый маринад для насыщенности. Специально под ваш вкус, господин Джулиан. — Вот как? — Да. Гурманом я не был, однако напряжённое лицо повара пробудило любопытство. С детства воспринимал пищу лишь как источник энергии. Калории определяли качество блюда. — Попробую. Я отрезал кусок и положил в рот. Как повар и говорил, характерного мясного запаха почти не было. Зато аромат трав и масла насыщенно разошёлся по языку. Сильный маринад и мягкая телятина неожиданно хорошо сочетались. Мне действительно понравилось. — Соответствует вашему вкусу? — …Вкусно. Лицо повара засияло облегчением и гордостью. — Ещё осталось? Заметив реакцию, я указал на тарелку. — Да, разумеется! — Тогда принесите ещё примерно десять таких порций. Учитывая невероятную физическую силу, телу требовалось много энергии. После освоения Сомбры голод ощущался ещё острее. — Д-десять?! — Я очень голоден. Нужно съесть немного больше. Глаза повара дрогнули от непонимания. Затем он будто принял решение и кивнул. — Я найду способ приготовить. — Если слишком трудно, подойдёт что-нибудь другое. — Нет! Позвольте мне сделать это! В голосе звучала отчаянная решимость. Неужели он снова решил, что это испытание? Я хотел остановить его, чтобы он не перенапрягался, но повар уже быстро выбежал. «…Если станет слишком тяжело, сам прекратит». Я вернулся к еде. По мере утоления невыносимого голода в голову лезли случайные мысли. С Герардом разобрались быстрее, чем в оригинальной истории. Как справиться с бурей, вызванной неожиданным изменением? «Какая теперь разница?» Добавлять слово «оригинал» к хаотичному сюжету уже бессмысленно. «Сомбра и отказ Святого Меча от роли Чёрного Рыцаря тоже были неожиданными». Значит, важнее эффективно справляться с будущими событиями. — Господин Джулиан! Простите, что мешаю ужину, но… у вас гость! Когда мысли немного успокоились, взволнованный голос слуги вернул меня к действительности. Я долго посмотрел на него. Он явно боялся, но понимал: сообщить необходимо, несмотря на еду. Значит, гость важный. — Кто? — О-Обен Крайпарт. Обен, Обен… Повторяя имя, я замер с вилкой в руке. Так звали главу семьи Крайпарт. И одновременно… — Отец?.. Мой. Точнее — Джулиана. — Я приглашу его. Слуга воспринял шёпот как разрешение, поклонился и поспешил к входу. «Почему он пришёл в мой особняк?» Странно. Разве Джулиан не отвергнутый ребёнок семьи? Зачем глава лично навещает? Немного подумав, я вспомнил. — Если глава семьи придёт сам, возможно, найду время в расписании. Вот последствия той случайной фразы. Кто мог знать, что он воспримет всерьёз и действительно явится! В смятении я прервал ужин. Услышав приближающиеся шаги, положил вилку и поднялся. Сейчас телятина не главное! Подобной сцены не существовало даже в игре. Глава Крайпартов посещает Джулиана. Нужно справиться умело. Одно слово этого человека способно изменить историю персонажа. Глава великого рода мог свободно распоряжаться судьбой боковой ветви, но всё равно требовалось играть осторожно. — Джулиан, господин Обен прибыл. Как и в других встречах. Хотя перед главой семьи стоило поклониться чуть ниже. Пусть меня и называют Фрейсоном, я всё ещё принадлежу Крайпартам. — Ты ужинал? Давно не виделись, Джулиан. В столовую вошёл опрятный мужчина. Черты немного напоминали Джулиана, если не считать прищура. Очевидно — отец Обен. С лёгкой теплотой в улыбке он протянул руку. — Да. Давно не виделись, господин глава. Теперь следовало пожать. Я осторожно протянул ладонь. Неплохое начало. Приветствие получилось вполне приличным. — Почему ты не участвовал в семейном совете? Если бы пришёл, я лично бы… Угх! …Я кое-что упустил. Джулиан также яростно ненавидел главу семьи Обена. Инстинкты тела взбунтовались, и пальцы начали сдавливать его руку, будто собирались её сломать. К счастью, я успел не дать применить ауру. Прости, Обен. Это действительно не моя воля. ---------- Падшая звезда (1) — Что ты делаешь?! Пронзительно вскрикнув, Обен Крайпарт отшатнулся. Лицо Обена покраснело, на висках вздулись вены от боли в сжатой руке. Старый рыцарь тут же бросился вперёд. — Стой! Остановись! Обен удержал его, уже готового обнажить меч. В этот момент я отчаянно подавил инстинкт Джулиана, пытавшийся раздробить чужую ладонь, и силой разжал пальцы. «Проклятое тело!» Я не понимал, почему движение возникло само, но причину примерно представлял. Джулиан, носивший прозвище Фрейсон, испытывал физиологическое отвращение к семье Крайпарт. И именно Обен довёл это чувство до предела. Поэтому моё тело — точнее, тело Джулиана — так яростно реагировало на психологический раздражитель. — Давно не виделись, но приветствие у тебя весьма сильное, Джулиан. Обен поморщился и потёр правую руку, однако не выглядел особенно встревоженным. Он мог наказать меня за поступок, поэтому спокойствие казалось странным. «Я думал, Обен унаследовал деспотичный характер от своего отца Орна». Я пытался вспомнить старую информацию из игры, но об Обене почти ничего не было. Хотя он носил титул главы семьи Крайпарт, сюжетных линий с ним существовало мало. Зато председатель Совета старейшин дворян Орн Крайпарт постоянно создавал проблемы, и вокруг него строились многие события семьи. Орн часто выглядел фактическим главой рода. Поэтому встречаться с Обеном игрокам почти не приходилось, а сведений не сохранилось. — Ты всё ещё меня ненавидишь? Пока я пытался разобраться в своих впечатлениях, он внезапно спросил. — Как я могу ненавидеть главу семьи? Несмотря на мои слова, глубоко внутри что-то кипело. Не лёгкая обида. Скорее сложное, тяжёлое чувство, которому больше подходит слово «ненависть». — Я всегда сожалел. — О чём? — О Милене. Милена? Кто такая Милена?.. А! Мать Джулиана?! Пока я торопливо искал память, сердце болезненно сжалось. Эмоции захлестнули меня с такой силой, что их едва удавалось сдерживать. Рука сама потянулась к мечу. В душе смешались тоска и нежность, но телом управляли ненависть и гнев. Столкновение противоположных чувств сбивало с толку. Я отчаянно пытался остановить пальцы. «Пожалуйста, послушайся». Старый рыцарь заметил движение и яростно посмотрел. — У поступков главы семьи наверняка были причины. Со мной всё в порядке. Едва удержав руку, я заговорил с Обеном так, словно ничего не случилось. — Я знал, что вам с Миленой тяжело жилось в главном доме Крайпартов. — Вот как? — Поэтому предлагаю отпустить прошлое и начать заново. От искреннего, задумчивого тона сердце Джулиана на мгновение будто заколебалось. Но пламя ярости тут же вспыхнуло вновь. — …Теперь вы говорите об этом? — Да. Я признаю тебя членом семьи… — Господин глава, мы зашли слишком далеко. Меня трясло от гнева. Джулиан не собирался прощать. Настолько обнажённые эмоции показывали, как сильно его и мать притесняли и отвергали. Разумеется, настоящей истории между Джулианом, Миленой и Обеном я не знал. Мог только предполагать. — Чтобы избавиться от накопленной ненависти, понадобится намного больше времени. — Ты хочешь сказать… тебе нужно время? — …Да. Я выдавил слабую улыбку. Лицо Обена слегка дрогнуло. Вены, проступившие от боли, исчезли, но глубокие морщины остались. — Если так, я подожду. Немного подумав, он кивнул. — Только не затягивай. Было бы… Нет, я хотел бы увидеть тебя на следующем семейном совете. Обен явно собирался добавить что-то ещё, но проглотил слова и натянуто улыбнулся. — Если сердце подскажет, я приду. — Я ухожу. Энил, веди. Старый рыцарь почтительно поклонился и повернулся. Даже уходя, убийственное намерение в мою сторону не убрал. Когда Обен покинул особняк, меня охватили подозрения. — Не ожидал, что глава действительно придёт. Глава одного из четырёх великих родов не должен был действовать столь поспешно. Это мнение вытекало из скрытых инстинктов Джулиана, но лично я думал так же. «Именно сейчас?» В оригинальной истории Джулиан до конца носил клеймо Фрейсона и никогда не получал признания семьи. Чтобы Обен лично явился и вёл себя подобным образом, должна существовать причина. Влияние изменившегося Джулиана, то есть Ли Си Ху, наверняка сыграло роль. Кроме того, поступок Джошуа на семейном совете не мог его не удивить. Назвать Джулиана претендентом на главенство… Если учесть всё, дело не сулило ничего хорошего. Обен редко вмешивался лично. Охота на демонов, наказание мятежников и сдерживание влияния Святого Меча. Хейден Райх выглядел верным императорскому двору, но устал от давления. Поэтому главный герой поддерживал хорошие отношения с Советом старейшин дворян. «А председатель Совета…» Орн Крайпарт — прежний глава семьи. — Понятно. После этого вывода всё встало на место. Причина визита. Причина признания. И почему Джулиан настолько ненавидит этого человека. «Пока Святого Меча нет, они хотят отобрать влияние у Совета старейшин и получить власть напрямую». Я посмотрел в зеркало. Прищуренный мужчина с коварным, нечитаемым лицом смотрел в ответ. — Вы вспомнили о брошенном сыне лишь ради собственной выгоды… Отец. Кровь действительно не лжёт. Это сказал не я. Слова вырвались из Джулиана сами. Из-за Ордена Рассвета и Чёрного Рыцаря у меня не было ни времени, ни желания глубоко вмешиваться в семейные дела. Просьба дать время возникла спонтанно, но, похоже, оказалась правильным решением. Хотя семья всё равно вряд ли его примет. *** На рассвете тело Джулиана полностью пробудилось, и глаза открылись сами. Я привёл себя в порядок, легко позавтракал и отправился на службу в «Закрытые Глаза». В личном кабинете я заметил старый журнал, на который был подписан Джулиан. Издание называлось «Рыцари». Зачем высокомерному человеку читать подобное? «Если речь о мечах, он бы сказал: „Путь лежит там, куда я иду“». Из любопытства я перелистнул страницы. Первым моё внимание привлёк крупный заголовок: [Солнце делает рыцарей сильнее] Статья утверждала: управление аурой связано с силой духа, поэтому рыцари, тренирующиеся под палящим солнцем, естественно превосходят остальных. «Какой мусор». Пробежав текст глазами ради развлечения, я бросил журнал в угол. Ценить старания хорошо. Поощрять неправильные методы — нет. Однако связь управления маной с силой разума действительно существовала. «Сомбра — хороший пример». Чтобы ещё немного отвлечься, я вновь задумался об её применении. «Лунный Меч и Сомбра сильно отталкиваются». Главная задача — гармонизировать две техники. В прошлый раз сопротивление оказалось настолько сильным, что клинок треснул. «Если научусь управлять процессом, стану намного сильнее». Но легкомысленно подходить нельзя. Сомбра существовала только в описании мира. В «Let’s Kill the Demon King Now» её никто не совмещал с Лунным Мечом. «…Хм?» Посреди рассуждений мелькнула мысль. «Может, я не контролирую их, потому что сочетание не имеет имени?» Звучало нелепо. Отбросив шутку, я решил снова покрыть Лунный Меч Сомброй. Если раньше клинок сломался из-за неспособности контролировать мощность, то теперь… — Господин Джулиан, у вас гость. Когда я начал собирать ману, из-за двери раздался голос. Судя по присутствию, это был не Лазлот, а другой член «Закрытых Глаз». — Кто? Раздражение от прерванного открытия проникло в тон. Служащий замялся. — П-простите! Мальчик по имени Эрен утверждает, что пришёл по вашему поручению! Я уже собирался его прогнать! Эрен? Имя казалось смутно знакомым. «А, мальчик Талле». Значит, гость прибыл из «Павильона Ясной Луны». Я поручил им следить за Святым Мечом. Похоже, появился результат. — Нет. Впустите. — Что? — Я сказал впустить. Нужно повторить? — Н-нет! Понял! Жаль откладывать эксперимент с Сомброй, но что поделать? Это поручение я дал сам. *** — Вы пришли так рано. Не терпелось? На пятом этаже «Павильона Ясной Луны», отведённом под личные комнаты Талле, она встретила меня томным голосом. По сравнению с прошлым разом выглядела значительно высокомернее. — Госпожа Талле, я ухожу. — Да. Возвращайся, Эрен. — Д-да! А, вот этот мальчик. Как и ожидалось, стоило ему исчезнуть из виду, всё изменилось. — Ха-ха… Вы ведь не злитесь? Высокомерие испарилось, уступив слабому смеху и осторожной улыбке. — Нет. — Какое облегчение! Понимаете, господин Джулиан, только поддерживая харизму, я могу управлять этим местом… Она называет это харизмой? Фраза уже вертелась на языке, но я её проглотил. Мне может быть непонятно, однако окружающие именно так её воспринимали, и «Павильон Ясной Луны» продолжал существовать. — Раз вы пришли, может, выпьете вина? — Нет. Лучше расскажите, что узнали о моём наставнике. — Что? А… если вы хотите. Талле вздрогнула, прочистила горло и изменила поведение. Соблазнительная аура давно исчезла вместе с униженными объяснениями. — Господин Джулиан, новость может вас потрясти, но я обязана сообщить. Она говорила осторожно. — Святой Меч Хейден Райх решил отказаться от статуса гражданина империи и запросил убежище в Святом королевстве Фернанд. Убежище… Вот почему он не исполнял роль Чёрного Рыцаря. — …Вы не настолько удивлены, как я ожидала. На самом деле потрясён. Очень сильно. — Честно говоря, думал, что всё может к этому прийти. — Что? Талле переспросила, не понимая. — Не мне такое говорить, но вы были учеником Святого Меча, верно? — Да. — Тогда должны знать, как сильно он любил империю и на какие благородные жертвы шёл… — Жертвы? Ха-ха. От слов Талле я рассмеялся. Если подумать… само слово «благородство» показалось мне забавным. ---------- Падшая звезда (2) «Let’s Kill the Demon King Now» — сюжетная игра с высокой свободой, позволявшая принимать самые разные решения. Обычно игроки проецируют себя на главного героя и ведут его по идеальному, праведному пути. И Святой Меч, отражавший их желания, был предан империи и благороднее любого другого. — Но человека, который выбирал за него этот путь, больше нет. В определённом смысле Хейден Райх обрёл человечность. Императорская семья Адратана поддерживала со Святым Мечом тесные отношения и внешне помогала, но втайне желала падения. Народ любил его настолько, что влияние героя угрожало непоколебимости трона. Его несколько раз пытались убрать, однако Святой Меч терпел и продолжал действовать в рамках системы. Но в конце концов неизбежное произошло. — Бегство в Святое королевство. Я бы тоже не захотел оставаться в подобной империи. — Не ожидала, что господин Джулиан рассмеётся над такой историей. Голос Талле прервал мои размышления. — А над чем здесь не смеяться? — Вот как? Хо-хо-хо! До этого она говорила серьёзно, но после ответа натянуто улыбнулась. Иногда крайняя услужливость превращается в часть характера. «Святое королевство Фернанд». Место, куда мне когда-нибудь придётся отправиться. Родина Церкви бога Солнца Соларуна, центр самой распространённой религии континента и одновременно… «Страна с наибольшим количеством священных реликвий». Разумеется, реликвии тоже делились по рангу. Такие, как Чаша Демонического бога Тенелона, обладали огромной областью действия и влиянием, поэтому считались национальными сокровищами. В Святом королевстве хранилось несколько предметов сопоставимого уровня. — Было бы неплохо заполучить реликвию… Но национальное сокровище не зря носит такое имя. Если бы его можно было получить одним лишь желанием, оно не считалось бы сокровищем. Однако один вариант существовал. В Святом королевстве действительно была реликвия, которую сравнительно легко получить. Колокол Безмолвной Ночи. Пусть не национальное сокровище, эффективность трудно описать словами… — Итак, господин Джулиан, каковы ваши… планы? Талле спросила, смешивая страх с любопытством. — О чём вы? — О господине Хейдене Райхе. Собираетесь последовать за ним в Святое королевство? Разумеется, нет. Но общество воспринимало Джулиана как безумца, мечтающего отрубить наставнику голову. — Таких намерений у меня нет. — П-правда? — Пока что. Ху-ху. Чтобы соответствовать ожиданиям, я тихо рассмеялся. Лицо Талле побледнело. — Н-нет! Я сообщила сведения о Святом Мече. Если господин Джулиан нападёт на Хейдена Райха, меня тоже могут втянуть в тяжкое преступление! — Тогда достаточно убить свидетеля. Мёртвые не разговаривают. — Ик. От непринуждённой жуткой фразы Талле задрожала. Я едва не рассмеялся сильнее. У вампира оказалась неожиданно милая сторона. *** Как обычно, я ухаживал за бонсай. Лучший способ очистить голову от лишнего шума и тревог. Я твёрдо верил: забота о дереве успокаивает разум. Обрезать ветви, выбирать листья. Постепенно запутанные мысли становились тише. Разум становился похож на спокойное озеро — почти просветление. Выражение «в тихом омуте черти водятся» идеально подходило. — С Герардом разобрались, всё успокоилось. Тенелон наверняка скоро назначит церемонию преемства. Когда разум прояснился, мысли легче распространились на новые темы. Я приблизительно представил дальнейшие шаги Ордена Рассвета. — Впрочем… Остановив руки, я посмотрел на горшок. Кусочек природы, перенесённый в другое место. — Красиво. Даже самолюбие Джулиана согласилось, заставив невольно кивнуть. Одновременно нахлынула ностальгия. — Анжелика. Я вспомнил прежний бонсай, который должен был начать здесь новую жизнь. Если бы вырос, выглядел бы таким же гордым. Угх! Тук-тук. Прежде чем я окончательно погрузился в грусть, постучали. Наверняка Лазлот. Скорее всего, принёс сведения о церемонии. — Господин Тенелон назначил церемонию преемства. Как и ожидалось, «тот день» наступил. — Когда? — Через три дня в монастыре Генмель. — Хм. Из груди вырвался короткий стон. С этого момента Орден Рассвета начнёт подниматься и активно действовать, используя накопленные оправдания. Немного раньше положенного, но Тенелон, вероятно, решил, что отсутствие Святого Меча создаёт идеальный шанс. — …Хм. Однако как важная фигура ордена я не мог радоваться. Почему? «Если эти ублюдки продолжат побеждать, нам конец!» Глава Ордена Рассвета Тенелон — точнее, остаточная мысль Демонического бога в Чаше — желал уничтожить людей, которые его запечатали. Нетрудно представить, что случится, если Чаша — центр этой силы — продолжит развиваться. «Я здесь, чтобы не позволить ордену выполнить предназначение». Внешне поддерживать и одновременно активно саботировать. — Остальные епископы тоже собираются участвовать. — Я не приду. Именно поэтому на церемонию идти не собирался. — Да, раз вы непременно будете участвовать, следует избегать конфликтов с другими епископами. Господин Джулиан недавно быстро получил должность, а после происшествий с господином Айденом и Герар… Лазлот был уверен в моём участии и продолжал говорить. Затем Лазлот почувствовал неладное и широко раскрыл глаза. — …Что? — Сказал, что не приду. — П-почему, господин Джулиан? Почему? Потому что я не хочу становиться ближе к Тенелону. — В последнее время господин Тенелон особенно высоко вас оценивает! Вы объединили «Безымянных» и раскрыли истинные намерения Герарда. Если теперь откажетесь от церемонии… Вот именно поэтому! В последнее время отношение Тенелона становилось всё неприятнее. Не в негативном, а в положительном смысле, как и сказал Лазлот. После происшествия его и без того благосклонное отношение к Джулиану стало почти липким. Особенно после того, как Святой Меч покинул систему. Это лишь предчувствие, но Тенелон мог рассматривать меня на место следующего архиепископа. Поспешно выданного титула епископа уже было достаточно. Дальше заходить нельзя. Даже сейчас я мог уверенно заявить: будучи епископом, пока не совершил ничего, прямо нарушающего законы империи ради Ордена Рассвета. Но архиепископ? — Придётся часто заниматься делами на поверхности. Это будет катастрофой. Разумеется, уверенности, что меня выберут, нет. Но подготовиться к маловероятному варианту не повредит. Ведь моя позиция — внедрённый агент. Когда культ вырвут с корнем, нужно иметь путь отхода, скрывающий личность. «Значит, ещё раз подчеркнуть чисто деловые отношения». Подавив кипящее раздражение, я пристально посмотрел на Лазлота. Он перестал возбуждённо болтать и прочистил горло. — Не совсем понимаю… Разве господин Джулиан не говорил, что желает силы? — Да. — Тогда это идеальная возможность приблизиться к цели. Лазлот не понимал решения. Впрочем, учитывая, что прежний Джулиан убивал людей любого возраста ради продвижения, сомнение естественно. Реакция настолько оправданна, что возразить нечего. А рассказывать о внутренних мучениях нелепо. — Лазлот, почему бы не смотреть выше? …Лучше уйти от темы. — Выше?.. — Да. Пусть я остаюсь с Орденом Рассвета ради силы, наши стремления не совпадают. — Тогда насколько далеко вы намерены зайти? Насколько далеко? Обычную фразу без глубокого смысла он воспринял всерьёз. Под Цветом Страха Лазлот пристально и серьёзно смотрел. — Какое тебе дело до моей цели? — Простите? — Если точки зрения различаются, даже при одном пункте назначения пейзаж будет другим. Такую фразу Джулиан однажды произносил, направив меч на Святого Меча. Говоря сейчас, я мысленно щёлкал языком. Раньше абсурдная реплика уже не вызывала ничего. Напротив, начинала казаться немного осмысленной. — Вот… как? Лазлот пробормотал это, будто его осенило. — Понимаю. Тогда передам, что господин Джулиан не будет участвовать. Да. Именно так. После его почтительного ухода я наконец остался в тихом кабинете и смог упорядочить мысли. — Для Тенелона церемония очень важна. Значит, отсутствие наверняка его заденет. В этом и состоял замысел. Положение нестабильное и заставляет паниковать. Не знаю, когда всё закончится, но нужно продолжать. После церемонии императорская семья и Орден Рассвета наверняка столкнутся. — Зачем добровольно стоять в центре бури? Лучший ход — избегать. Хруст. — …Хм? Размышляя, кто займёт место архиепископа, я почувствовал в пальцах странный хруст. — Ах… Одна ветвь бонсай сломалась. Почему-то дурное предчувствие. *** — Поздравляю с назначением следующим архиепископом. Новость поразила меня словно молния. Я слегка коснулся уха. Может, ослышался? — Что вы сказали? — Теперь вы одна из опор Ордена Рассвета. Решение архиепископа показывает, насколько господин Тенелон благоволит вам. Она шутит? Мысль мелькнула, но передо мной стояла Элеонора. Она не любила подобные шутки и ненавидела бессмысленные разговоры. — Очень серьёзная шутка. По-вашему, я подхожу для должности? И всё же на всякий случай высказал сомнение. Элеонора, ваша шутка зашла слишком далеко? — Какая скромность. Она коротко рассмеялась и прикрыла рот ладонью. Я потёр висок, успокаивая пульсирующую боль. — Что мне делать? Тут в памяти всплыл наш разговор. — Госпожа Элеонора, вы, похоже, недовольны решением. — Почему вы так думаете? — Разве мы не договаривались, что я помогу вам стать архиепископом? — …А-а. По её голосу было ясно, что она поняла. — Именно я рекомендовала вас, господин Джулиан. …Как вы могли? ---------- Каприз (1) Элеонора предложила назначить меня архиепископом? — Что происходит? Долго размышляя, почему мне ни в коем случае нельзя становиться архиепископом, я посмотрел на Элеонору, выдвинувшую мою кандидатуру. — Да ты совсем… «…Блять». Ругательство подступило к самому горлу, но фирменная язвительная манера Джулиана и черта 〈Учтивая речь〉 заставили его проглотить. — Это странно, госпожа Элеонора. Архиепис… Говоря, я осмотрел окрестности с помощью 〈Обнаружения маны〉. Если нас кто-нибудь подслушивал, последствия могли оказаться неприятными. К счастью, поблизости никого не было, и я продолжил: — Разве вы сами не просили помочь вам занять место архиепископа? Но теперь… — Да, просила. Однако после нашего разговора я много думала и мучилась сомнениями. А результат… вы видите сами. Элеонора пожала плечами, едва не заставив меня вновь выругаться. Чего она вообще добивается? — Я хотела стать архиепископом не из прихоти. Мне нужно выживание Ордена Рассвета. — … — И пусть должность архиепископа немного, совсем немного меня привлекает, ради будущего ордена господин Джулиан подходит лучше. Да это одно и то же! Орден Рассвета под руководством Тенелона успеет приобрести дурную славу, но долго не просуществует. В конце концов история завершится от руки Святого Меча. — Я не стала рекомендовать вас бездумно. Всё тщательно взвесила и лишь затем назвала вашу кандидатуру. Элеонора улыбнулась мне, пока я стоял с совершенно пустым выражением на лице. — И не только я. Вместе со мной вас поддерживают три епископа. Трое? Что я сделал, чтобы заслужить поддержку сразу трёх епископов? Разве епископы не должны меня ненавидеть? Я — безродный выскочка, получивший их титул сразу после вступления, к тому же любимчик Тенелона. Для остальных епископов я обязан быть занозой в заднице. — Господин Пинтель и господин Дантес. Они со мной согласны. Двое остальных сторонников вызывали не меньше вопросов. Допустим, после истории с Герардом я ожидал небольших перемен в Пинтеле, но не настолько же. А Дантес? Он поддержал меня, даже несмотря на угрозы? — …Господин Пинтель снова стал епископом? — Вы и правда совершенно не интересуетесь внутренними делами Ордена Рассвета. Он занял место Герарда. Проклятый Пинтель! Вернул должность — так веди себя как раньше! Что он творит? Куда делась та грозная фигура из зала аудиенций? — Понятно. И всё же должность архиепископа меня не интересует. — …Почему? Почему? Потому что не хочу увязнуть в этом дерьме по уши! — Я не знаю, чего именно вы добиваетесь, господин Джулиан, но большое число последователей наверняка окажется полезным. Вот же наивность. Чем больше Ордена Рассвета окажется в моих руках, тем туже затянется петля на моей шее. — Слабые сбиваются в стаи. Сильный проводит свою волю в одиночестве. — То есть вы отказываетесь от должности архиепископа? — Как и ожидалось от госпожи Элеоноры. Вы быстро понимаете суть. Произнеся это, я задумался, как добиться встречи с Тенелоном. Нет, с ним стоило сразу занять жёсткую позицию. Так я покажу, что не признаю власть Тенелона, ставшего Верховным понтификом, и заодно немного уменьшу его расположение ко мне. — …Нелепость какая-то. Когда-то мне приходилось заискивать перед Тенелоном и помогать ордену, а теперь нужно было намеренно портить с ним отношения. *** — Сегодня солнце взошло не с той стороны? Раньше ты рычал на Джулиана, а теперь поддерживаешь его… По дороге к монастырю Пинтель медленно повернул голову к собеседнику. Перед ним стоял мужчина с подозрительно беззаботной улыбкой. — Давно не разговаривали, Дантес. В голосе Пинтеля не было ни капли радости. Дантес Кристо. Дворянин из семьи Кристо, гордости имперских перевозок, известный близкими отношениями с Герардом. Снаружи он мог позволить себе улыбаться, вести себя любезно и учтиво, но разговаривать с ним таким же образом внутри Ордена Рассвета Пинтелю было противно. — Не будь таким холодным, Пинтель! Дантес то ли не заметил его настроения, то ли умело притворился и дружелюбно приблизился. — Раньше наши цели различались, но теперь мы в одной лодке, разве нет? «В одной лодке»… Взгляд Пинтеля стал острым. — Не называй нас товарищами. Разве ты не выбрал господина Джулиана щитом вместо Герарда? — Хм… Дантес, предложивший присесть, тяжело вздохнул. — А ты разве нет? — Что?.. — Тебе, как и мне, понадобился огромный щит, чтобы без помех пользоваться именем Ордена Рассвета. Всё способно превратиться в яд. Особенно организация, связанная с настолько тёмными делами. Самому Дантесу требовался волнорез, за которым он мог бы спокойно собирать выгоду, оставаясь в тени. — Такова природа общих интересов. Ха-ха! — Не равняй меня с собой! От громового крика Пинтеля Дантес оторопел. — Господин Джулиан подарил мне новую возможность! Мне безразлично, по каким нечестивым причинам ты его поддерживаешь, но не смей говорить об этом при мне. В его голосе слышалась почти религиозная убеждённость. Дантес окончательно растерялся. — Ха-ха… Пинтель, я считал тебя более рассудительным человеком. — Я достаточно рассудителен. Кроме того, я принадлежу к дому Обрадин. «И какое это имеет отношение?» Дантес уже собирался озвучить вопрос. — Посвяти жизнь тому, кто даровал тебе имя. Разве не таков девиз нашей семьи? «Он окончательно спятил». Дантес мысленно цокнул языком. — Не знал, что ваши отношения настолько глубоки, что вы говорите о «дарованном имени», господин Пинтель. В разговор вмешалась Элеонора. Пинтель посмотрел на неё без особого восторга, зато Дантес расплылся в улыбке. — Госпожа Элеонора, ваша красота день ото дня становится ярче, словно пламя, к которому тянется такой жалкий светлячок, как я. Она проигнорировала сладкую лесть. — А слова о «дарованном имени» связаны с тем, что империя пожаловала титул первому главе дома Обрадин. Разве это не обходной способ сказать: «Будьте вечно верны императорской семье»? — Кх. Пинтель коротко усмехнулся, словно заранее подготовил ответ. — Это история наших предков, госпожа Элеонора. Ни императора, даровавшего имя, ни человека, принявшего его, давно нет в живых. Абсурд. Пусть верность императорской семье давно забыта, дворянин оставался дворянином. Подобные дерзкие слова могли стать достаточным поводом стереть с лица земли три поколения семьи. — Какая нелепость. — Мне безразличны имена мертвецов. Лишь вырожденцы ставят такие пустяки превыше всего… Хм? — Что такое, Пинтель? — Господин Джулиан прибыл. Все проследили за взглядом Пинтеля. По коридору монастыря действительно шёл узкоглазый мужчина. Его фигура в тишине выделялась подобно луне над спокойным озером. — Вредители слетелись. Под «вредителями» Пинтель подразумевал членов Ордена Рассвета. Точнее, тех, кто сейчас смотрел на Джулиана с презрением и завистью. — Ха-ха. Похоже, это монсеньор, служивший Герарду. Я хорошо его знаю! — Тогда почему бы вам не вмешаться? Господин Джулиан, кажется, сегодня не в настроении. — О, госпожа Элеонора, вы овладели телепатией? По-моему, он выглядит как обычно… Пинтель, куда ты? Дантес окликнул Пинтеля, который уже поднялся. — Этот наглец. Он понимает, с кем говорит, раз обращается к господину Джулиану настолько фамильярно? Дантес расхохотался, наблюдая за необычайной преданностью Пинтеля, а затем посмотрел на Элеонору. Та лишь пожала плечами. — Кхе… Кха-а-а! Тишину монастыря разорвал пронзительный крик. Джулиан вывернул монсеньору руку и впечатал его в пол. — Простите, но сегодня я занят. После этого он как ни в чём не бывало продолжил путь вглубь монастыря. Всё произошло мгновенно, но наблюдавшие всё равно опешили. Негласное правило не устраивать конфликтов в монастыре только что нарушили прямо у них на глазах. — …Госпожа Элеонора оказалась права. Несмотря на свою славу, в монастыре он обычно вёл себя тихо, а сегодня устроил подобное представление. — Это вполне естественно. На замечание Дантеса Пинтель гордо кивнул. — Господин Джулиан вскоре станет архиепископом и поступает соответственно. В отличие от епископа или монсеньора, архиепископ несёт ответственность за весь орден. Господин Джулиан просто показал пример, сохраняя достоинство будущей должности. Пинтель говорил с непререкаемой уверенностью. Дантес снова посмотрел на него так, словно едва сдерживал смех. На этот раз Элеонора подумала то же самое. «…Идиот». ---------- Каприз (2) Я обдумывал ситуацию. А что, если принять должность архиепископа, а затем использовать её как ступень, чтобы пожрать Орден Рассвета изнутри? Став архиепископом, я смог бы управлять дворянами ордена почти как личными слугами. За моей спиной стоял бы авторитет Тенелона. Пусть им это не понравится, но ослушаться они не смогут. «Если подумать…» Для начала я избежал бы отправки на Северный фронт, а с помощью дворян из Ордена Рассвета смог бы в какой-то мере сдерживать Совет старейшин. «Возможно, это не так уж плохо…» …Шутка. Если я продолжу расширять влияние таким образом, то окажусь в самом сердце Ордена Рассвета. Когда чрезмерно амбициозный орден наконец разгромит императорская семья, архиепископу избежать ответственности не удастся. Глядя, как я поднимаюсь на эшафот, люди наверняка скажут: — Ха-ха! Улыбающийся Палач сам угодил в собственную ловушку! Угх. Блять! От бесполезно разыгравшегося воображения заболела голова. Чтобы не допустить назначения архиепископом, я решил лично встретиться с Тенелоном. После официальной церемонии отменить решение будет трудно, поэтому следовало действовать немедленно. — Я отказываюсь от должности архиепископа. Найдите другого. Я прямо высказал Тенелону своё решение, но его реакция оказалась неожиданной. — Я примерно это предполагал. Он знал?.. Что это вообще значит? Завершив церемонию преемства и став Верховным понтификом, Тенелон облачился в роскошные одежды, словно намеренно демонстрировал власть. — Джулиан, я давно замечал, что ты не желаешь глубоко связывать себя с Орденом Рассвета. Попал точно в цель. Сам сказал. Джулиан ставил нечто другое выше ордена… И я отказывался делать Орден Рассвета приоритетом. — Хо-хо, вот как? Но сейчас это неважно. Подобное отношение я показывал ещё до вступления. — Для меня важна сила. Я желаю превзойти Святого Меча. Поэтому ничего нового Тенелон не услышал. Проблема была в другом: он заранее ожидал, что я откажусь от должности архиепископа. — Да. Поэтому я знал, что ты придёшь ко мне до официального объявления. Но одного я понять не могу. Тенелон задумчиво погладил подбородок. — Даже если тебе безразличен Орден Рассвета, почему ты отказываешься от власти? В его открытых глазах читалось сомнение. Вскоре над головой Тенелона проявился 〈Цвет Негатива〉. — Ты жаждешь силы, но отказался от рога. Теперь отказываешься и от власти Ордена Рассвета. Тёмно-серый цвет сомнения. Мои поступки сбивали его с толку. «Чёрт. Если он сейчас догадается, будет плохо…» Не замечая напряжения, Тенелон продолжил: — Если вступление в Орден Рассвета не служит твоей цели, остаётся лишь гадать, зачем ты вообще находишься среди нас. Его лицо стало серьёзным, а серый цвет над головой — насыщеннее. — Я вижу только одно объяснение… Джулиан, вопреки моему доверию, ты проник в Орден Рассвета как имперский шпион. Тяжёлая атмосфера и пронизывающий взгляд давили на меня. Настроение Тенелона явно ухудшилось. Я понимал почему. Постоянные отказы значительно усилили его недовольство. «Похоже, он всё ещё зол из-за истории с Герардом». По напряжению в воздухе чувствовалось: если ответ его не устроит, он может перейти к действиям. И неважно, каким любимчиком считался Джулиан. Да, подозрения вполне естественны. Но я пришёл не без подготовки. Предательство Герарда, разочарование в епископах, которые донесли о нём. В подобном состоянии человеческие эмоции особенно остры. — Господин Тенелон, я глубоко разочарован. И это было идеальное время, чтобы ими воспользоваться. — …Разочарован? Он склонил голову, словно спрашивая: «С чего это вдруг говоришь ты?» — Причина, по которой я отказываюсь от власти, полностью совпадает с причиной моего вступления в Орден Рассвета. — С причиной… Тенелон опустил голову и задумался. Здесь нельзя было отвечать сразу. — Хм. Вскоре он будто что-то понял и коротко выдохнул. — Святой Меч… потому что он покинул империю? Клюнул. Внутренне я улыбнулся. — Да. Теперь, когда его нет в империи, чего я достигну, даже если вы даруете мне место архиепископа? — Понятно. Вот почему ты отказался. Тенелон снял маску и слегка усмехнулся. Всё его лицо пересекал ужасный старый шрам. — Ха-ха! Так вот оно что! Наконец поняв поведение Джулиана, он громко расхохотался. — Ты хочешь покончить с этим мерзким Святым Мечом! Моей видимой причиной вступления в Орден Рассвета было желание победить Святого Меча. Если сослаться на неё при отказе от должности, Тенелон наверняка примет объяснение. — Господин Тенелон и без того проявляет ко мне большую благосклонность. Разве я не понимаю настроений остальных епископов? Заняв эту должность, я лишь свяжу себе руки. — Именно. Я тоже об этом думал. Архиепископ занимал слишком важное место в Ордене Рассвета и не мог действовать безрассудно, если хотел сохранять порядок. Именно эти ограничения прежде не позволяли Тенелону покидать орден. Он согласился, и я вбил последний гвоздь. — Да. Раз моей цели больше нет в империи, мне остаётся покинуть её и отправиться на поиски этой цели… — Именно так устроен мир! Какой ещё «так устроен мир»? Мы не в «Покемонах». Мне захотелось возразить чрезмерно воодушевившемуся Тенелону, но я сдержался. — Когда собираешься отправиться в Святое королевство? При желании можешь взять нескольких монсеньоров… Нет, даже епископа. Предложение оказалось невероятным. Тенелон настолько не любил отпускать епископов из-под собственного контроля, что теперь разрешал взять одного с собой. — Хо-хо, ценю вашу заботу, однако таких планов у меня нет. Разумеется, от чрезмерно щедрого предложения я отказался. Его забота обернулась бы для меня надзором. Я лишь красиво объяснил свой отказ от должности. Немедленно ехать в Святое королевство не собирался. — Похоже, я задел твою гордость. Великие дела действительно не требуют чужой помощи. — Не стоит так говорить. Я искренне благодарен за вашу заботу, господин Тенелон. Если и дальше совершать поступки в духе Джулиана, отказ от архиепископства будет выглядеть естественно. Я тихо рассмеялся. Реакция Тенелона полностью совпала с ожиданиями, и напряжение наконец ослабло. — И всё же я хочу хоть чем-нибудь помочь. Да хватит уже! Какой же настырный человек… Его новое заявление снова заставило меня напрячься. — В этом нет необходимости. — Нет. Позволь мне оказать хотя бы небольшую помощь. Я же сказал, что ничего не нужно! Почему он так вцепился в эту мысль? Не зная о моих чувствах, Тенелон немного подумал, а затем его глаза озарились. — Тогда я устрою всё так, чтобы ты мог отправиться в Святое королевство Фернанд, не вызывая подозрений. Что? Зачем… Зачем заходить настолько далеко?! Внутренне я возмутился, но вслух произнёс: — Хо-хо, в этом совершенно нет нужды… — Не отказывайся. Тенелон внезапно поднялся и крепко схватил меня за руку. От грубого прикосновения по спине пробежал холодок. Одновременно из его тела просочилось немного демонической энергии. — Желание убить Святого Меча объединяет нас, Джулиан. Это не только твоя цель, но и моя. Поэтому не отвергай помощь. Да я вообще сейчас не собираюсь его убивать! — На самом деле я хотел назначить тебя архиепископом и некоторое время понаблюдать. После того как подозрения ослабли, настроение Тенелона улучшилось, а речь стала быстрее. — Чтобы понять, годишься ли ты мне в преемники. Что за нелепость? Я пришёл отказаться от архиепископства, а в итоге услышал, что меня рассматривают как преемника. — Господин Тенелон, простите, но я не намерен никого наследовать. — Да, я предполагал, что ты ответишь именно так. Поэтому ты и подходишь. Слова «Вы совсем спятили?» остановились у самого горла. — Только человек, не жаждущий власти, способен по-настоящему сохранить эту должность. — Вы не доверяете другим епископам? Я намеренно тихо рассмеялся, и Тенелон посмотрел прямо на меня. — Разумеется, доверяю. Но тебе — больше. На его лице появилась слабая улыбка. — …Понятно. Я кивнул. Открыто отвергать предложение сейчас было неразумно. Пусть Тенелон говорил дружелюбно, но… «Сомнение не исчезло». Серая дымка над его головой всё ещё оставалась. «Значит, придётся подыграть». Поняв, что подозрения не развеялись полностью, я снова ощутил напряжение, будто пальцы сжимались вокруг горла. — На этот раз я приму просьбу господина Тенелона. А затем использую его помощь в собственных интересах. ---------- Шах и мат (1) Тихое утро на мгновение взорвалось шумом, словно пробудившийся вулкан, а затем снова погрузилось в тишину. Причиной переполоха оказался Пинтель. Мы никогда не общались особенно близко, но настолько разъярённым я видел его впервые. — Даже в зале аудиенций Тенелона он так себя не вёл. Я совершенно не понимал, с чего вдруг он пришёл в такую ярость. Впрочем, ответ появился быстро. — Как ты посмел направить меч на господина Джулиана?! Что за святотатство?! «…И чего ты внезапно так разошёлся? Сейчас неуважительно ведёшь себя именно ты». С первой нашей встречи вокруг Пинтеля ощущалось что-то странное, и со временем это становилось лишь интереснее. — Но он… он оскверняет саму суть нашего ордена, господин Пинтель! Если его не остановить, нас постигнет ещё большая беда! Член ордена говорил с ним почтительно, совсем не так, как обычно обращались ко мне. «Хм. Я ведь тоже епископ, но разница в тоне огромна». — И что это за беда? — Простите? — Я спросил, что за беда! — Угроза существованию других епископов… — Чушь! Пинтель презрительно фыркнул и пронзил его острым взглядом. — Ты, жалкий монсеньор, решил беспокоиться о епископах? — Я… — Тогда посмотрим, что ты способен сделать в такой ситуации. Вокруг Пинтеля заколебалась мана. Благодаря высокой чувствительности я сразу понял: он применяет магию. Ш-шух! Подняв руку, Пинтель выпустил свою фирменную Магию клинка. — …Угх. Заклинание несло огромную силу, однако не было направлено на убийство. Свист. Лезвие лишь скользнуло по щеке члена ордена, оставив тонкий порез. По коже потекли капли крови. — Ты почувствовал, что эта магия целилась в твою жизнь? — …Нет. — А увидеть её успел? От резкого вопроса Пинтеля мужчина плотно сжал губы. Если не ощущать поток маны, его Магия клинка была слишком быстрой, тонкой и бесшумной, чтобы за ней уследить глазами. Большинство людей на это просто не способны. — Господин Джулиан заранее распознал магию, которую ты не мог ни почувствовать, ни увидеть, ни избежать! Когда Пинтель посмотрел на меня, в его глазах горело безграничное доверие. «…Вообще-то это правда». Но говорить об этом вслух… Разве он не признаёт тем самым, что его заклинание оказалось мусором, раз я так легко его прочитал? — Кроме того, положение господина Джулиана ничуть не ниже положения других епископов. Он — главная сила «Закрытых Глаз» и носитель крови Крайпартов… — Он из боковой ветви! Господин Пинтель, именно поэтому его называют Фрейсоном… Шух! Ещё одно лезвие пролетело возле самой шеи мужчины и оборвало его речь. — Повтори. — Прошу прощения. Под ещё более яростным взглядом Пинтеля тот сглотнул и склонил голову. — Исчезни. И забери с собой мусор, валяющийся там. Пинтель указал на людей, которых свалил первой атакой. Монсеньор с обидой поклонился ему и мне, после чего вместе с ранеными покинул коридор. — … После короткой паузы я слегка кашлянул. — …Не ожидал получить от вас помощь. Благодарю, господин Пинтель. Я немного склонил голову, и его плечо едва заметно дёрнулось. — Не стоит! Господину Джулиану предстоит стать архиепископом. Вам незачем лично связываться с подобными ничтожествами! — Хм. Я тихо вздохнул, услышав его возбуждённый голос. Этот тип… решил заранее переметнуться на мою сторону и выслужиться? Наверняка думает, что скоро я стану архиепископом. «Прости, но архиепископом я становиться не собираюсь». — Кажется, господин Пинтель кое-что неправильно понял. — Неправильно понял? Он озадаченно моргнул. — Что именно?.. — Я отказался от должности архиепископа. — … Лицо Пинтеля заметно исказилось. Он явно решил, что вся его лесть оказалась бесполезной. — Почему, господин Джулиан? — У меня не было особого желания занимать её. — Этого недостаточно, чтобы отказаться! Став архиепископом… Я ожидал, что Пинтель раздражённо отреагирует, как обычно. Вместо этого он принялся убеждать меня. Он перечислял преимущества и власть архиепископа, но его голос уже не звучал с прежней твёрдостью. Словно тростник, качающийся на ветру. — Если господин Джулиан получит власть, подобных происшествий больше не будет! — Я уже сказал, что меня это не интересует. — Но после принятия должности ваше мнение может измениться! Честно объяснить ему всё я не мог. Я не хотел ещё глубже связывать себя с Орденом Рассвета. «Я пришёл разрушить орден, а не помогать ему процветать». …Как это сказать епископу Ордена Рассвета? — Мои интересы лежат гораздо выше, господин Пинтель. Не имея нормального объяснения, я снова ответил туманно. — Выше должности архиепископа… — Да. Поэтому прошу больше не вмешиваться без необходимости. В такие моменты лицо Джулиана действительно помогало. Даже бессодержательная фраза звучала глубокомысленно, если её произносил узкоглазый злодей. — Вы уверены, что можете рассказать это мне? Пинтель спросил напряжённо. «А что здесь вообще скрывать?» — Почему нет? Я слегка улыбнулся. Увидев улыбку, Пинтель крепко зажмурился, а затем решительно ответил: — Я понял! Я, Пинтель Обрадин, унесу эту тайну в могилу, господин Джулиан! Что? Постойте, он опять что-то не так понял?.. «Ладно. Пусть всё идёт своим чередом». Я понятия не имел, какой смысл он вложил в мои слова, но Пинтель сжал кулак и почтительно поклонился. Глядя ему вслед, я мысленно цокнул языком. «Поразительно непонятный человек». Он исчезал в начале сюжета, поэтому разобраться в его характере по игре было невозможно. «Такая непредсказуемость опасна». Особенно у человека вроде Пинтеля, чьи мысли и поступки почти не влияли на основной сюжет. «Ничего не поделаешь». Оставалось лишь постараться не создавать ещё больше случаев, подобных этому. *** — Меня зовут Ферн Краниш. Я новый член «Закрытых Глаз». Рад служить вместе с вами! Во время приветственной церемонии для новобранцев в казарме я увидел до боли знакомое лицо и невольно растерялся. Причина была простой. Ферн, который раньше сопровождал меня на задании по обслуживанию Резонансного камня в составе Рыцарей Лазурного Льва, теперь стоял среди членов «Закрытых Глаз». — Ферн служил в прославленном ордене Рыцарей Лазурного Льва. Командир Одвин отдельно подчеркнула этот факт. По рядам «Закрытых Глаз» прокатился шёпот. Вполне естественно. Рыцарские ордена обычно недолюбливали имперскую службу «Закрытые Глаза». Особенно громко своё презрение выражали Рыцари Лазурного Льва. — Похоже, всем интересно, почему бывший рыцарь Лазурного Льва перешёл в «Закрытые Глаза». Казалось, Одвин решила удовлетворить всеобщее любопытство. — Честно говоря… я сама не знаю. Она невинно улыбнулась. «Разве вы не собирались объяснить?» — Зачем было покидать рыцарский орден ради «Закрытых Глаз»? Словно озвучив мои мысли, Одвин прямо спросила Ферна. — Да! Я решил, что здесь смогу развиваться быстрее, чем в ордене! Как и подобало бывшему рыцарю, Ферн ответил громко и энергично. — Трудно понять. Учитывая твоё происхождение, остаться в ордене казалось бы разумнее. Именно. Я тоже не понимал. Зачем ты пришёл сюда? Одвин выражала ровно те же чувства, однако Ферн лишь неловко улыбнулся и ничего не добавил. *** — Кажется, я взвалил на себя лишнюю мороку. Зайдя в командную комнату за официальными документами, я теперь нёс их в кабинет. — Позвольте помочь, господин Джулиан! Ферн внезапно подбежал и протянул руки к стопке бумаг. Отказывать причин не было, поэтому я передал документы ему. — Когда закончите, полейте орхидеи в кабинете. В лейке ровно нужное количество воды — просто распределите её между горшками. Заодно добавил ещё одно поручение. Рыцари Лазурного Льва считались одним из лучших орденов империи. А «Закрытые Глаза», несмотря на громкий статус императорской службы, были скорее грозным названием, чем полноценной силой. По сути, это было личное ведомство безумца… то есть одного палача по имени Джулиан. Навыки остальных сотрудников нельзя назвать плохими, но до рыцарей им было далеко. Поэтому поступок Ферна вызывал вопросы. Зачем он сюда перевёлся?.. — Да, понял! С прежним энтузиазмом Ферн направился к моему кабинету. Я посмотрел ему вслед через 〈Цвет Негатива〉, но не увидел ничего необычного. Все его мысли действительно были сосредоточены на поручении. — И зачем член Рыцарей Лазурного Льва решил перейти к нам? Вышедший из командной комнаты Лазлот повторил мои мысли. А затем тихо, так, чтобы никто другой не услышал, пробормотал: — А я всё ещё стажёр… Он с тоской гадал, когда же ему наконец найдут замену. После встречи с Тенелоном оставался один вопрос: каким способом он собирался помочь мне попасть в Святое королевство Фернанд? Папский престол Святого королевства не состоял из идиотов. Человеку, настолько тесно связанному с императорской семьёй, они наверняка будут всячески препятствовать при въезде. «Что же он придумал?» Размышляя, я вздохнул и посмотрел на документы, которые перенёс Ферн. [Список кандидатов на должность начальника охраны дипломатической миссии четвёртого принца Эульсиса Рено Адратана] …Так вот оно что. Имена четвёртого принца, Эульсиса и дипломатической миссии сразу напомнили один сюжетный эпизод. Четвёртый принц Эульсис выступает за ослабление напряжения между империей и Святым королевством. Якобы человечеству необходимо объединиться перед общим врагом — демонами. …Разумеется, причина была вовсе не такой возвышенной. Эульсис находился далеко от права наследования и устроил политическое представление, чтобы сохранить собственное положение. Хотя отношения оставались напряжёнными, при дворе всё ещё звучали призывы к сближению со Святым королевством. Через показательное выступление он намеревался привлечь этих людей на свою сторону и продлить себе жизнь. «Если четвёртый принц отправляется в Святое королевство с мирной миссией, меня наверняка просто включат в охрану». И действительно, в списке кандидатов оказалось моё имя. Я не подавал никаких заявлений, а значит, список уже выдавал вмешательство Ордена Рассвета. В финале значились трое: Джулиан из «Закрытых Глаз». Швальт, командир Рыцарей Лазурного Льва. Аниес, ученик придворного мага по прозвищу Чистая Белизна. «Раз Тенелон вмешался, моё имя здесь появилось не случайно». Я тяжело вздохнул. «Блять. Сам поднял шум на пустом месте». Теперь я жалел, что без необходимости заговорил со стариком о Святом королевстве. Раз уж поездки не избежать, стоило извлечь из неё пользу — например, прихватить какую-нибудь священную реликвию. ---------- Шах и мат (2) [Четвёртый принц Эульсис Рено Адратан формирует дипломатическую миссию для заключения мира со Святым королевством!] Беспрецедентное событие всколыхнуло весь императорский двор. — У нас общий враг — демоны. Ради их окончательного уничтожения мы должны заключить мир со Святым королевством Фернанд! Таково было благородное намерение четвёртого принца Эульсиса. — Ради человечества мы обязаны отбросить прежние обиды и вместе выступить против демонов. Разумеется, дворяне и Совет старейшин не смотрели на юношеский порыв настолько благосклонно. [Он просто отчаянно пытается выжить.] [А что ему остаётся? Он почти не имеет прав на престол и вынужден идти на подобное, чтобы его не убрали.] [Из дворца ничего не говорят? Пусть действует перемирие, но он всё равно отправляется с дипломатической миссией во вражескую страну.] [Вы же знаете, что императору Адратану безразличны подобные вещи.] Будь это слова обычных дворян, их могли обвинить в оскорблении величества и казнить. Однако сам Эульсис поставил на кон титул принца. Так он довёл реакцию дворянства и императорской семьи до крайности, вызвал сочувствие и продлил собственную жизнь. [Неуважительно так говорить, но родиться четвёртым принцем — настоящее проклятие.] [Если учитывать принцесс, перед ним в очереди на престол семь человек. Его судьбу решили в момент рождения.] [Кровь у него слишком благородная для настолько жалкой судьбы.] [Ха-ха, а нам-то какое дело?] Так называемый «мир» считали лишь политическим спектаклем ради выживания, поэтому над принцем откровенно насмехались. Самая благородная кровь империи могла привести его к смерти из-за того самого «благородного долга», которым она оправдывалась. [Начальник охраны дипломатической миссии четвёртого принца Эульсиса] [Главным кандидатом считается Джулиан Крайпарт Фрейсон из «Закрытых Глаз»] Однако насмешки сменились сочувствием, как только стало известно имя начальника охраны. Джулиана из «Закрытых Глаз» выбрали командовать охраной, хотя он даже не возглавлял рыцарский орден. [Они там совсем спятили?] [Каким бы сильным он ни был, для мирной миссии совершенно не подходит!] [Всю дорогу жизнь принца будет висеть на волоске.] Его дурная слава давно распространилась по всей столице. Улыбающийся Палач. Бешеный Пёс императорской семьи. Меч, рубящий благородную кровь. Безупречное владение мечом не могло скрыть низменный характер. При дворе шептались, что такой человек совершенно не годится для «мирной» миссии в Святое королевство. [Возможно, к этому приложили руку другие принцы…] [Очень похоже на правду…] Вскоре по столице поползли слухи. Назначение Джулиана начальником охраны было заговором, призванным избавиться от четвёртого принца Эульсиса. Прочитав официальный документ, дворяне зашептались между собой. — Бедный принц Эульсис… — Даже если у него нет влияния, как можно было поставить во главе охраны этого демона?! — Ведь среди кандидатов был Швальт, командир Рыцарей Лазурного Льва! Их реакция была вполне предсказуемой. Однако среди общего осуждения стало зарождаться новое мнение. — Впрочем, в последнее время Джулиан не устраивал крупных происшествий. — Верно. Возможно, поездка всё же пройдёт спокойно. За последнее время Джулиан действительно не совершал ничего особенно скандального. Напротив, он уничтожил несколько демонов, и уважение к его достижениям понемногу стало затмевать дурную славу. А прежнюю репутацию всегда можно было оправдать приказами императорской семьи. Для дворянина подчинение воле короны было обязанностью. […Таким образом, Джулиан Крайпарт Фрейсон из императорской службы «Закрытые Глаза» назначается начальником охраны дипломатической миссии четвёртого принца Эульсиса] Я растерянно перечитал официальный документ секретариата. — Всё решилось настолько быстро? Я ожидал вмешательства Ордена Рассвета и почти не сомневался, что выберут именно меня. Но не думал, что объявление появится так скоро. Всё было подготовлено заранее? — Впечатляет. Пусть четвёртый принц далёк от права наследования, не каждый день «Закрытые Глаза» возглавляют охрану члена императорской семьи. Одвин, принесшая документ из секретариата, говорила непривычно довольным голосом. В её обычно сухих словах слышалось лёгкое возбуждение. Это был слабый восторг, лишь начинавший прорастать. Казалось, над её головой колыхается яркое марево, хотя глазами его увидеть было нельзя. Я считал, что холодная Одвин не испытывает особой привязанности к «Закрытым Глазам». «Вот уж неожиданность». — Вы выглядите гораздо счастливее, чем я ожидал. Думал, «Закрытые Глаза» для вас мало значат. — Не вижу причин их ненавидеть. Что ж… справедливо. — Пусть я командир лишь по названию, мне здесь удобно. — Рад это слышать. — Ты издеваешься? — Вовсе нет. Ху-ху. Я говорил искренне. Никто другой не давал мне такого чувства спокойствия рядом. — И всё же, Джулиан, когда ты подал заявку в охрану дипломатической миссии? Я ничего об этом не слышала. «Потому что я её не подавал». Орден Рассвета, точнее Тенелон, самостоятельно устроил мою встречу со Святым Мечом. Но если упомянуть «Орден Рассвета» или «Верховного понтифика Тенелона», меня казнят на месте, даже несмотря на имя Джулиана. — Я не счёл нужным сообщать. — Что ж, знаю: ты не любишь делиться планами и откровенничать со мной. Как обычно, Одвин легко говорила со мной, совершенно не обращая внимания на иерархию между командиром и подчинённым. Наверное, поэтому рядом с ней мне было так удобно. Пока двор обсуждал назначение начальника охраны, меня тревожило другое. «Кажется, я с ним ни разу не разговаривал». Я ни единого слова не обменял с человеком, которого предстояло сопровождать в Святое королевство Фернанд, — четвёртым принцем Эульсисом. Разумеется, внешность Эульсиса была мне знакома. В имперской сюжетной линии он несколько раз появлялся как второстепенный персонаж. — Господин Джулиан, я слышал новости! По пути из командной комнаты в кабинет ко мне подбежал сияющий Ферн. — Вас назначили начальником охраны четвёртого принца! Поздравляю! Не сказал бы, что здесь есть чему радоваться. Я даже не выдвигал свою кандидатуру. Но решил смотреть на ситуацию положительно. Раз уж всё определено, можно воспользоваться поездкой и забрать священную реликвию — Колокол Безмолвной Ночи. — Ха-ха, благодарю, Ферн. — Командир Рыцарей Лазурного Льва Швальт невероятно силён. Если секретариат выбрал вас вместо него, значит, ваши заслуги оценили чрезвычайно высоко! Нет. Просто кто-то дёргал за ниточки из-за кулис. — Ферн. — Да! Услышав имя, он мгновенно вытянулся по стойке смирно, приставив ноги друг к другу. — У вас есть для меня поручение? Безупречная военная выправка выдавала дисциплинированного рыцаря. Именно поэтому мне захотелось задать вопрос. «Почему он покинул Рыцарей Лазурного Льва и вступил в „Закрытые Глаза“?» При прошлой встрече Ферн дрожал при одном упоминании нашей организации, а теперь сам перевёлся сюда. Любопытно. Если он пришёл с дурными намерениями, это могло создать проблемы. — Могу задать вам вопрос? — Да! Если спрашивает господин Джулиан, отвечу на всё! Но после такого восторженного ответа спрашивать стало труднее. Он смотрел на меня с восхищением. «Хех. Не может быть». Я не дурак. Человек, искренне восхищающийся Джулианом, наверняка имеет серьёзные проблемы с головой. Подумайте сами. Пусть сейчас Джулиан изменился, раньше он был безумцем, который с улыбкой рубил людей и без колебаний убивал детей. Он постоянно улыбался, говорил будто бы учтиво, но на деле смотрел на всех сверху вниз. «Кому может понравиться подобный человек?» Даже Лазлот изображал преданность лишь потому, что ему приходилось играть роль подручного. «У Ферна определённо есть скрытая цель». — Ферн, если вы случайно замышляете что-нибудь недоброе… Бах! Мои размышления оборвал громовой удар. Я повернулся к источнику звука и увидел мужчину, похожего на медведя, который распахнул входную дверь с такой силой, будто хотел вырвать её из стены. — Где Джулиан? Несмотря на эффектное появление, он спокойно оглядел помещение. Наконец его взгляд остановился на мне. — А, вот ты где. Мужчина с холодным, пронизывающим взглядом шаг за шагом приближался. «Швальт». Командир Рыцарей Лазурного Льва. Несмотря на мертвенно-холодное лицо, он был чудаком, боготворившим «усилия». Именно ему принадлежала статья об усердии в недавнем выпуске профессионального журнала «Рыцари». «Вживую он выглядит ещё суровее». Швальт не просто командовал Лазурными Львами. Его личная сила была признана всей империей. Говорили, что он способен голыми руками сломать клык двурогого демона. — Г-господин Ш-Швальт! Что привело вас сюда?.. Увидев бывшего командира, Ферн запнулся. Швальт цокнул языком и смерил Ферна ледяным взглядом. — Кто разрешил ничтожеству открывать рот? Хотя оба были рыцарями, Швальт говорил с Ферном резко, будто бросал кинжалы. — П-прошу прощения. — И правильно. Поправив воротник, Швальт снова посмотрел на него. — Твой переход в «Закрытые Глаза» запятнал честь ордена. Ферн заметно вздрогнул. В глазах Швальта не было эмоций, лишь предубеждение и презрение. — Как смеет потомок падшего дворянского рода… — И что с того, что его род пал? Я вмешался, и на лице Швальта мелькнула тревога. Он быстро вернул привычное холодное выражение. — Падшие дворяне нарушили законы империи и лишились статуса. Они стоят ниже простолюдинов. — Значит, вы одновременно оскорбляете Одвин, командира «Закрытых Глаз». Одвин тоже происходила из падшей дворянской семьи. Выходит, Швальт унизил не только Ферна, но и нашего командира. Не то чтобы я особенно стремился её защищать. Мне просто не нравилось, что он ворвался в чужое ведомство и начал хамить. — Разве это не очевидно и без моих слов? Какая наглость. — Ты ничем не лучше. Фрейсон дома Крайпарт. Не понимаю, зачем он настолько распустил язык. Сам явился и оскорбил всех вокруг. Я уже примерно догадался, зачем он пришёл, но высокомерие Швальта всё равно поражало. «Наверняка бесится, что его не назначили начальником охраны». Откровенно говоря, я сам не участвовал в отборе. Даже с вмешательством Ордена Рассвета окончательное решение принимал секретариат. Так зачем устраивать представление? И это человек, который почти поклонялся Святому Мечу. Но Джулиан ответил бы иначе. — Ха-ха. Вы уверены, что можете смотреть на меня свысока? — Я не смотрю свысока. Лишь называю факты. — Тогда как назвать дворянина, которого обошёл этот «ничтожный» Фрейсон? С этими словами я протянул Швальту официальный документ о назначении. — Если сами не знаете, можем решить вместе. — Мусор… — «Мусор» звучит слишком почётно для того, кого даже не выбрали. Возможно, «червь» подойдёт лучше. От насмешки холодная маска Швальта слегка треснула. И эта издёвка уже почти не казалась простой игрой роли. ---------- Разлад (1) Обстановка стремительно накалялась, и Ферн невольно сглотнул. Джулиан, мечник, прозванный Улыбающимся Палачом, без сомнений был достоин представлять «Закрытые Глаза». А напротив него стоял Швальт — командир Рыцарей Лазурного Льва, известный под прозвищем Лазурное Пламя, — и открыто источал убийственное намерение. Столкновение двух звёзд императорского двора было зрелищем редким. «Господин Швальт…» Большинство рыцарей недолюбливали «Закрытые Глаза», напрямую подчинявшиеся императорской семье. Они выполняли схожую работу, но не могли смириться с тем, что организация, которую считали ниже себя, именовалась личной службой императора. Рыцари Лазурного Льва не были исключением. — Я не испытываю особого желания цепляться за должность начальника охраны принца Эульсиса. Однако слова Швальта противоречили очевидному предположению. Если дело не в назначении, зачем он пришёл? Я озадаченно склонил голову. Вернее, так поступили почти все, без слов предлагая ему продолжить. — Но я не могу принять, что на отборе меня превзошёл человек вроде тебя. Какую уловку ты использовал? — Разве дело не в моих способностях? Почему вы жалуетесь мне на собственную несостоятельность? — Не насмехайся! Даже простые рыцари знают, что «Закрытые Глаза» тесно связаны с секретариатом. — Вот как? Ху-ху. Ферн посмотрел на Швальта, услышав тихий смех Джулиана. Лицо командира оставалось суровым, а глаза были остры, словно кинжалы. «…Некоторые обстоятельства действительно выглядят подозрительно». Ферн никогда не говорил об этом вслух, но сомнения возникали и у него. Решение приняли необычайно быстро, словно результат был определён заранее. — Без закулисных махинаций здесь не обошлось. Иначе столь важный отбор не завершился бы настолько стремительно. Швальт тоже считал это подозрительным. Командир Лазурных Львов обладал репутацией, почти не уступавшей славе Джулиана. Правда, прославился он прежде всего истреблением демонов и защитой границ. Швальт ни разу не скрещивал клинки с Джулианом и считал, что не уступает ему ни умением, ни происхождением, ни честью. Поэтому даже сравнение с Джулианом он воспринимал как оскорбление. Неудивительно, что результат оказался для него неприемлемым. — Вы слишком предвзяты. Есть доказательства моей вины? — Нет. — Тогда не лучше ли спокойно оставить всё как есть? — Нет! Ты, наглый выскочка из ничтожной боковой ветви… — Ху-ху. Бывший заместитель командира Рыцарей Лазурного Льва однажды говорил то же самое. Дзинь. Джулиан непринуждённо положил руку на рукоять меча. Швальт невольно отступил на шаг. Он прекрасно знал, что произошло с бывшим заместителем командира Альфасом. Мятеж в Академии Байер вызвал большой переполох при дворе. — Ты мне угрожаешь? Предлагаешь закрыть рот, если не хочу закончить как Альфас? — Как я посмел бы угрожать командиру прославленных Рыцарей Лазурного Льва? Джулиан улыбался, изображая невинность, но взгляд Швальта становился всё острее. В тот же миг из тела командира хлынула огненная аура. Словно пытался компенсировать тот единственный невольный шаг назад. Лазурное Пламя. Полностью оправдывая прозвище, его аура напоминала синее пламя. Улыбка на губах Джулиана не исчезла, а за постоянно прикрытыми глазами по-прежнему нельзя было различить зрачки. «Неужели он именно этого и добивался?» Увидев эту улыбку, можно было подумать, что Джулиан сам устроил происходящее. Каким бы безумцем он ни был, затевать бой внутри императорского ведомства без причины не стал бы. Но при наличии твёрдого оправдания секретариат мог закрыть глаза даже на сражение. «Что же делать?..» На лице Ферна появилась тревога. Как бывший рыцарь Лазурного Льва, он не хотел, чтобы Швальт и Джулиан вступали в бой. Даже если их поступок не станут расследовать, последствия всё равно коснутся всех присутствующих. Сражение при императорском дворе равнялось вызову имени короны. «И господин Джулиан не собирается останавливаться…» Ферн перешёл из Рыцарей Лазурного Льва в «Закрытые Глаза», желая хоть как-то приблизиться к силе Джулиана. И теперь, кажется, впервые увидел один из секретов этой силы. Джулиан не избегал сражений. Именно эта воинственность питала его мощь. *** «Этот псих совсем спятил?» Глядя, как Швальт источает убийственное намерение и яростно разжигает ауру, я мысленно цокнул языком. Упоминание Альфаса было самой мягкой попыткой предупредить его. Пусть того изгнали из ордена за преступления, он всё же занимал должность заместителя командира. Его позор неизбежно бросал тень на Рыцарей Лазурного Льва. Я лишь из вежливости намекнул, что Швальту стоит забыть обо всём и уйти. А он в ответ обнажил враждебность. Когда я играл за Святого Меча, этот человек казался просто неприятным и непредсказуемым, но не настолько безумным. — С самого начала я не понимал, как такой человек, как ты, мог стать учеником господина Святого Меча. Понятно. Он ведь был одним из почитателей Святого Меча. Вероятно, поэтому реагировал настолько остро. Швальт считался одним из самых известных людей, недоумевавших, как подобный мне человек мог называться учеником Святого Меча. — Твоё умение несомненно, но повадки не достойны дворянина. Ты больше похож на зверя. И что дальше? Я усмехнулся и пропустил слова мимо ушей. — Поэтому я сделаю то, чего не смог Хейден Райх. Лязг! Швальт резко обнажил меч. Отражённый клинком свет на мгновение озарил здание «Закрытых Глаз», а Ферн испуганно вскрикнул. — Г-господин Швальт! Что вы намерены сделать?! — Джулиан, вызываю тебя на дуэль. Обнажи меч. Я знал, что означает дуэль среди рыцарей. Для людей, доказывающих правоту клинком, дуэль служила способом определить превосходство. «Я сильнее, значит, прав!» Обычай для рыцарей с мышцами вместо мозга. Правда, осуждать его из уст Джулиана было всё равно что плевать в зеркало. Однако, увидев обнажённый меч, я не сдержал смеха. — Ха-ха. А ради чего? — …Что? Рыцари, особенно командиры императорских орденов, не могли устраивать дуэли без веской причины. Императорский двор наверняка отреагирует. И не только на предложившего дуэль, но и на принявшего вызов. От неожиданного вопроса Швальт слегка растерялся. Хотя я лишь спросил очевидное. — Что я получу, если соглашусь с вами сразиться? — …Честь. Слова «отдайте её собаке» поднялись к горлу, но я чудом сдержался. Настоящего Джулиана, этого безумца, наверняка покорило бы одно лишь слово «честь». Но без настоящего вопроса чести у него не было причин принимать дуэль. — Честь… Какая честь ждёт меня за победу над вами? Хм. Незначительная. Я немного помолчал, собираясь с мыслями, а затем уколол Швальта ещё раз. Откровенно говоря, всё это утомляло. Не сам бой, а последующий шум и разбирательства императорских следователей. — Что ты сказал? — Сказал, что она незначительна. Эта ваша «честь»… Она у вас вообще есть? Вы требуете дуэли лишь потому, что вам не понравились результаты отбора. «Посмотри я сейчас на Джулиана в зеркало, самому захотелось бы ударить». Даже не видя лица, я представлял собственное выражение. Я хотел избежать переполоха и сражения, поэтому провокация казалась не самым мудрым решением. Но иногда, чтобы кипение быстрее спало, содержимое котла нужно хорошенько перемешать. — Не ожидал услышать подобное от тебя. Вопреки ожиданиям Швальт ответил спокойно. «Не сработало? Нет. Рука дрожит — значит, сработало». — Ты смеешь рассуждать о чести ртом, который отдавал приказы убивать детей… Не собираясь останавливаться, Швальт откровенно высказал всё, что думал о Джулиане. По сравнению с нынешней аурой Швальта даже аура бывшего заместителя командира Альфаса казалась мягкой. Шаг. Шаг. Но я был уверен: полноценной драки не случится. 〈Обострённое чутьё〉 Ослеплённый яростью Швальт не заметил приближающихся шагов. Их владельцы неизбежно должны были остановить конфликт. — Седн, здесь довольно шумно. У вас всегда так? — Разумеется, нет. Сегодня… ничего серьёзного. В помещение вошли двое: Седн и сопровождавший его мужчина. Все, включая Швальта, узнали главу императорского секретариата и сразу посмотрели на его спутника. — Приветствую юное солнце империи. Я первым исполнил императорский ритуал приветствия. Опустился на одно колено и поднял к небесам руку, находившуюся ближе к сердцу. Под «небесами», разумеется, подразумевалась императорская семья Адратана. Значит, стоящий рядом с Седном мужчина принадлежал к императорской крови. Только после меня опустился на колено Швальт. — П-приветствую юное солнце империи! Следом пришли в себя и остальные, включая Ферна, почтительно преклонив колени. — Ха-ха, мне неловко. Прошу всех подняться. От смущённых слов мужчины я поднял голову и посмотрел на лицо принца. Четвёртый принц Эульсис Рено Адратан. В его волосах сочетались мягкий фиолетовый, символ императорской крови, и чёрный цвет. Ошибиться было невозможно. — Господин Джулиан. Эульсис произнёс моё имя. — Я удивился, когда вы преклонили колено ещё до того, как встретились со мной взглядом. Разумеется, я знал о его приближении. Пусть Эульсиса видел впервые, с Седном, главой секретариата, уже встречался. Почувствовав приближение Седна, я без труда понял, что он кого-то сопровождает. Причём присутствие его спутника ощущалось впереди. Человек с властью, способный вести за собой главу секретариата. К тому же у этого человека явно были дела в «Закрытых Глазах». Личность легко угадывалась. — Сияние Его Высочества невольно заставило меня преклониться. Я мягко улыбнулся, сделав вид, будто ничего не заметил заранее. И добавил лесть, привычную высшей знати. Со стороны это могло выглядеть раболепием перед властью. — Ха-ха, ваша верность всякий раз удивляет. Даже мои братья никогда в ней не сомневались. Лесть из уст мясника Джулиана звучала настолько необычно, что никто не воспринимал её как пустые слова. Впрочем, ничего удивительного. Клыки охотничьего пса императорской семьи никогда не обращались против самой короны. — О, Швальт! Разговаривая со мной, Эульсис осмотрел помещение и заметил неловко стоявшего командира. — Что привело вас сюда? — Я… — Седн, слышал, рыцарские ордена и «Закрытые Глаза» не слишком ладят. — Некоторые действительно так считают. — Хм. Эульсис кивнул. — Вас не устраивают результаты отбора начальника охраны? От любопытного вопроса Швальт поспешно покачал головой. — Вовсе нет. Один из наших рыцарей перешёл в «Закрытые Глаза», и я лишь пришёл проводить его. Даже ведя себя как безумец, перед представителем императорской семьи Швальт тщательно соблюдал этикет. Заодно он ловко приукрасил правду ложью. Эульсис уже собирался принять объяснение и перевёл взгляд на Ферна. — Господин Швальт, разве вы не сказали, что не можете принять решение отбора и пришли именно из-за него? Конечно, я не собирался позволять ему так легко уйти. Ху-ху. Тебе конец, ублюдок. ---------- Разлад (2) Каким бы далёким ни был четвёртый принц от престола, он всё равно принадлежал к императорской семье. На мгновение во взгляде Эульсиса, направленном на Швальта, появилось тяжёлое давление. Но исчезло так быстро, что почти никто не заметил. — Ха-ха, вот как? Последовал смех. То ли насмешка над командиром императорского рыцарского ордена, то ли издёвка над слабым человеком. Когда смех стих, лицо Швальта уже пылало от унижения. — Ваше Высочество, прошу соблюдать достоинство. Здесь присутствуют другие люди. Глава секретариата Седн попытался успокоить четвёртого принца, а затем недовольно подал мне знак. Наверняка мысленно проклинал. «Обязательно было это говорить?» «Зачем ещё сильнее обострять положение?» Кажется, он пытался донести именно это. — Да, господин Швальт действительно так сказал. В ответ я улыбнулся ещё шире. Разве не жаль отпускать его настолько легко? Не потому, что Швальт мне не нравился или я хотел над ним поиздеваться. Он вообще не относился к персонажам, о которых стоило беспокоиться. Просто человек, которому суждено умереть с криком: «Святой Меч превыше всех!» — Возможно, господина Швальта не устроила скорость, с которой завершился отбор. Мне нужно было понять, кто вмешался в решение. У кого хватило власти не только включить меня в список без заявки, но и настолько быстро подвести итоги? «Этот человек должен быть связан с Орденом Рассвета». Именно Тенелон пообещал устроить моё назначение. Подозрения падали на человека, стоявшего сейчас передо мной, — Седна Орбиана, главу секретариата, тесно связанного с императорской семьёй. Если он использовал влияние, стремительный итог легко объяснялся. — Из-за того, что отбор завершился так быстро… Господин Швальт, слова Джулиана правдивы? Швальт склонил голову с мрачным выражением. Ложь здесь могла принести ещё больше проблем, поэтому он покорно кивнул. — Прошу прощения. — Понятно. Значит, результат вас разочаровал… В тоне Эульсиса прозвучала едва заметная угроза, и неловкость на лице Седна сменилась раздражением. Увидев это, я окончательно уверился. «Так это вы, да? Именно вы выбрали меня?» Я так и думал. Седн связан с Орденом Рассвета… — Вообще-то Джулиана выбрал я. Если вы недовольны решением, придётся дать убедительное объяснение лично мне. Что за неожиданный поворот? Не показывая растерянности, я посмотрел на Эульсиса. На лице принца смешались веселье и лёгкое сожаление, а во взгляде читалось: «Ну и что вы теперь сделаете?» Значит, не глава секретариата? Тогда… «Четвёртый принц Эульсис состоит в Ордене Рассвета?» Если подумать, такое возможно. Он находился далеко в очереди на престол и не отличался особыми талантами. Ордену Рассвета было бы легко к нему подобраться. Вот почему этого безумца с вечной улыбкой назначили начальником его охраны. «Но в игре не было ни слова о связи четвёртого принца с Орденом Рассвета…» С другой стороны, карта под названием «принц» могла оказаться очень полезной организации, выступавшей против императорской семьи. Неужели они позволили бы ему просто погибнуть? «Или…» Причина действительно только в Джулиане? От этой мысли я иначе посмотрел на Эульсиса. «Вы тоже безумец?» Услышав, что выбор сделал сам принц, Швальт окончательно запаниковал и поспешно ушёл. — Джулиан, уделите мне немного времени. Я проводил его взглядом, когда Эульсис обратился ко мне. — Разумеется. Как можно отказать представителю императорской семьи? Вопреки подобострастным мыслям, Джулиан стоял с идеальной выправкой рыцаря. — Тогда закончим здесь и спокойно поговорим. Эульсис сказал, что будет ждать в секретариате, и ушёл вместе с Седном. «Поговорить…» Наверняка речь пойдёт о дипломатической миссии. Никакой другой связи между принцем и мной я не видел. «Он лично выбрал Джулиана…» Если подумать, ничего странного. Люди ненавидели Джулиана из-за дурной славы или боялись, что однажды его меч направят на них. Императорская семья могла воспринимать его лишь как «хорошо заточенный клинок» или «послушного охотничьего пса». «И в этом нет ничего плохого». С этой мыслью я покинул здание и направился в секретариат, где ждал Эульсис. *** — Его Высочество ожидает вас. Господин Джулиан, прошу за мной. В секретариате меня проводили к кабинету главы ведомства. Когда дверь открылась, я увидел Эульсиса. И ещё одного человека. — Госпожа Линне тоже здесь. Линне Рондвейл уже ждала внутри. — Да, я пригласил и её. После кивка Эульсиса я примерно понял цель встречи. «Вот оно что…» А также причину, по которой начальником охраны дипломатической миссии назначили именно меня. — Давайте сядем и спокойно всё обсудим. По предложению Эульсиса я занял место рядом с Линне. Она выглядела немного неловко, но ничего не сказала. Похоже, в присутствии принца намеревалась строго соблюдать этикет. — Судя по всему, вы уже беседовали с Учителем. Я наполовину из любопытства забросил принцу наживку, и его реакция выдала удивление. — Да. Как вы догадались? В отличие от многих представителей императорской семьи, далёкий от престола Эульсис не испытывал особой неприязни к Святому Мечу. Скорее можно сказать, что пытался опереться на него ради собственных притязаний. — Не так много причин собирать в одной комнате меня и госпожу Линне. Я не стал спрашивать, как он связался с человеком, находившимся в Святом королевстве. Представителю императорской семьи наверняка были доступны самые разные особые средства связи. Пусть расстояние велико, какой-нибудь способ общения должен существовать. — Полагаю, решение назначить меня начальником охраны тоже связано с Учителем. — Хм… Эульсис коротко промычал, выслушав логичный вывод. Затем его взгляд едва заметно обострился. Или мне показалось? Через мгновение это выражение исчезло, и Эульсис внимательно принялся изучать мою реакцию. Для представителя императорской семьи так смотреть на простого служащего короны было необычно. — Прямой ответ мог задеть вашу гордость, поэтому я собирался выразиться мягче. Значит, даже императорская семья всё понимала. Эульсис прекрасно знал об отношениях Святого Меча и Джулиана. Наверняка боялся, что безумец, услышав имя Учителя, поступит необдуманно. — После того как Учитель покинул империю, от моей гордости и так ничего не осталось. — Если она разбилась настолько легко, может, её изначально почти не существовало? На резкий ответ Линне я повернулся и молча посмотрел на неё. — Как преданная ученица вы превосходно защищаете человека, переметнувшегося в другую страну. Ваш Учитель Хейден Райх наверняка был бы счастлив. Линне сердито посмотрела на меня, кашлянула и отвела взгляд. Судя по реакции, о переходе Святого Меча в Святое королевство она знала. — Да. Как вы и предположили, я назначил господина Джулиана начальником охраны после разговора со Святым Мечом. Разговора? И о чём он советовался с человеком, покинувшим империю?.. — Я спросил, кого Хейден Райх считает наименее вероятным членом Ордена Рассвета. Сглотнув, я почувствовал, как дрогнули веки. — Что-то случилось? — Ничего. Линне подозрительно посмотрела, но, кажется, ничего необычного не заметила. «Неужели эта встреча…» Я снова сглотнул. По горлу будто прокатилась волна жара. Он мгновенно превратился в напряжение, и по спине выступил пот. «Это проверка, чтобы выяснить, состою ли я в Ордене Рассвета?» Пусть пока лишь подозрение, Линне вполне могла знать о моей связи с орденом. Она ведь подслушала разговор с Альфасом. — Кхм. Я кашлянул, пытаясь успокоиться. — Даже если я не стану объяснять, что за щенки состоят в Ордене Рассвета, госпожа Линне всё знает. А господин Джулиан наверняка хотя бы слышал его название? — Разумеется. «Этот хитрый ублюдок — один из епископов Ордена Рассвета!» Я боялся, что Линне внезапно выпалит нечто подобное, но продолжал улыбаться. — Это глупцы, преступающие законы империи и бросающие вызов величию императорской семьи. — Ха-ха, совершенно верно. Эульсис слегка улыбнулся, а затем стал серьёзным. — В последнее время Орден Рассвета ведёт себя необычно. Необычно? Что именно он имеет в виду? Как только лицо Эульсиса стало серьёзным, напряжение снова усилилось. — По сведениям разведывательного управления, Орден Рассвета располагает несколькими региональными отделениями. Недавно все их главы собрались в столице. Это я уже знал. — В том числе Герард Оклин. Есть свидетельства, что он состоял в Ордене Рассвета. Сейчас выясняют, была ли связана с ним вся семья Оклин. Это тоже было известно. — Даже представить трудно, что господин Герард мог состоять в Ордене Рассвета. — Согласен. Я намеренно изобразил неведение. Признавшись, пришлось бы объяснять источник информации и отвечать на множество лишних вопросов. — Путешествовать в Святое королевство вместе с безумцами, желающими падения империи, слишком опасно. Поэтому я обратился к Святому Мечу. — Чтобы он назвал людей, которые, скорее всего, не связаны с Орденом Рассвета? — Хейден Райх давно выслеживает их, поэтому я попросил выбрать подходящего человека. Эульсис безоговорочно доверял Святому Мечу. Кто бы подумал, что представитель императорской семьи продолжит настолько верить человеку, перешедшему в соперничающую страну? Но предположение Хейдена оказалось ошибочным. Пусть я не был настоящим союзником ордена, формально сейчас всё равно состоял в нём. — Как и ожидалось, Учитель безошибочно распознаёт таланты. Я едва сдержал усмешку. Среди всех решений Святого Меча это, пожалуй, принесло мне наибольшую пользу. Пусть передо мной был лишь четвёртый принц, Хейден фактически лично привёл меня в поле зрения императорской семьи. — Да, он удивительный человек. Сумел найти выдающиеся способности и в господине Джулиане, и в госпоже Линне. Когда мы согласились, Эульсис продолжил: — В связи с этим я хотел бы попросить господина Джулиана об одном одолжении. — Разумеется, говорите. — Когда мы прибудем в Святое королевство, я могу… встретиться со Святым Мечом. После этих слов Эульсис и Линне внимательно проследили за моей реакцией. — Мы знакомы лично, и я хочу, чтобы поездка в Святое королевство прошла без происшествий. Покинувший империю Святой Меч больше не находился под защитой её законов. Они опасались, что Джулиан захочет добиться признания, отрубив Учителю голову. Напрасное беспокойство. Сражаться со Святым Мечом? Безумие. Даже обладая нынешней силой Джулиана, я не мог гарантировать победу. — Я понял вашу просьбу. — Рад, что вы так быстро всё осознали. Эульсис широко улыбнулся и протянул руку. — Тогда рассчитываю на вас, начальник охраны. *** Тук-тук, тук-тук! Поезд направлялся к границе. Сидя у окна и наблюдая за пейзажем, я мысленно вздохнул от знакомого напряжения. — Раз госпожа Линне тоже едет, разве не безопаснее было бы остаться в столице? Она коротко посмотрела на меня. — Учитель передал, что хочет поговорить. После краткого объяснения Линне снова повернулась к окну. В целом всё было понятно. Когда Эульсис собрал нас в секретариате, он вызвал не только меня, но и её. — Принц находится в отдельном вагоне? — Да. Ему и сопровождающим выделили личный вагон. — Императорскую семью действительно обслуживают иначе. Имперские поезда из-за высокой стоимости и так были доступны почти исключительно дворянам. Но даже среди их услуг существовал высший уровень, предназначенный только для императорской семьи. — Вы не выглядите счастливой. — Простите? — Скоро встретитесь с Учителем, но радости на лице не видно. Она молча посмотрела на меня, пока я продолжал улыбаться. Линне и Джулиан оба считались выдающимися учениками Святого Меча, однако относились к нему совершенно по-разному. И всё же Линне не могла скрыть отсутствия радости. Внезапный уход Учителя в Святое королевство наверняка потряс и её. — Просто нынешняя ситуация слишком неудобна. Ответив, она вновь перевела взгляд на окно. — Но странно, что пассажиры ведут себя настолько тихо, хотя в поезде находится принц. Вскоре Линне сама нарушила неловкую тишину, удивляясь спокойствию в вагонах. — Так даже лучше. — Почему? — Значит, у нас меньше работы. Госпожа Линне, вам тоже стоит немного расслабиться. — Простите? Она немного растерялась. — Пусть мы охраняем принца, обязанность остаётся прежней. Если появится враг — остановить его. Больше ничего. «Разве не просто?» Улыбаясь, я посмотрел на лицо Линне. Наверняка она презрительно назовёт меня варваром. После этого возникнет неудобная тишина, и я спокойно прикрою глаза. — Вы правы. Лишнее напряжение ничем не поможет. Но Линне глубоко вдохнула и встретилась со мной взглядом. — Благодарю за заботу. Её неожиданная реакция отличалась от ожидаемого равнодушия, но особого значения это не имело. Как я и рассчитывал, между нами воцарилась неловкая тишина, позволившая закрыть глаза и отдохнуть. «Ни один идиот не станет нападать на представителя императорской семьи… верно?» Блять. Найдутся и такие. За окном мелькнуло знакомое лицо. «Фелхор?» Один из самых огромных монсеньоров Ордена Рассвета. Первый человек, которого я одолел ещё до официального вступления в орден. «Какого чёрта ты здесь делаешь?» ---------- Диссонанс (3) Пока Линне ничего не заметила, я быстро вышел из купе и двинулся следом за Фелхором. Само по себе его присутствие в поезде ещё ни о чём не говорило. Даже член Ордена Рассвета с такой грубой рожей и громадной тушей мог просто выбраться на прогулку. По крайней мере, так можно было бы подумать, не окажись в этом же поезде четвёртый принц. Хотя кто вообще поверит в подобное совпадение? Сомневаюсь. Но вдруг это и правда случайность? «Я ведь не настолько туп, раз всё-таки пошёл за ним». Ха-а… Даже наедине с собой говорю вежливо. Я уже привык, но раздражать это не перестало. Я продолжал следить за Фелхором. Ничего особенно подозрительного он не делал, лишь время от времени останавливался и оглядывался. «Что он ищет?» Само по себе такое поведение не вызывало бы вопросов. Но, зная о его связи с Орденом Рассвета, я не мог позволить себе спустить с него глаз. «Пожалуйста, скажи, что ты действительно приехал на пикник. Только не устраивай проблем». Наконец он остановился в знакомом месте. Именно здесь находился источник энергии поезда и были установлены Резонансные камни, подавляющие демонов. Фелхор ещё раз огляделся и своими огромными ладонями полез к защитному кожуху Резонансного камня. Но прежде чем успел что-либо сделать… Бах! — Кхе-е-ек! Я мгновенно сократил расстояние, схватил его за шиворот и впечатал в стену. — К-кто… Кто ты такой?! — Прошу вас, соблюдайте тишину. Он попытался вырваться, но я заломил его руку за спину и придавил так, что тот не мог пошевелиться. Фелхор был огромен, но по силе Джулиан всё равно превосходил его. — Д-Джулиан?! Похоже, подобные ситуации случались с ним достаточно часто, чтобы быстро меня узнать. Опасаясь, что он ляпнет что-нибудь лишнее, я сперва осмотрелся. К счастью, мы находились не в пассажирском вагоне, а в переходе между составами. Чужих присутствий поблизости не ощущалось. — Монсеньор Фелхор, что вы здесь делаете? Я постарался скрыть обвинение в голосе, но Фелхор всё равно задрожал. — С какой стати мне тебе отвечать… — Говорите быстрее. Я крайне недоволен происходящим и могу ненароком совершить нечто, о чём потом пожалею. Я сильнее сжал его руку, и лицо Фелхора побелело от страха. Почувствовав, что кость вот-вот треснет, он поспешно выпалил: — Я пришёл по приказу господина Айдена! — Айдена? — Да! Мне велели сесть на этот поезд и убрать Резонансные камни… Услышав знакомое имя, я невольно усилил хватку. — Кха! Я ведь признаюсь, разве нет?! Его жалобу я проигнорировал. Айден всё равно входил в список людей, с которыми рано или поздно придётся разобраться. — Убрать Резонансные камни — и больше ничего? — Я не могу сказать больше… Хруст! Я ещё сильнее вывернул руку. Раздался жалобный треск костей. — В-всё! Это всё! Мне не давали никаких других приказов, только убрать камни! Фелхор затараторил, отчаянно пытаясь спасти руку, но ощущение неправильности никуда не исчезло. — Вы знали, что в поезде находится четвёртый принц Империи? Как я и ожидал, его лицо мгновенно потемнело. — Ч-член императорской семьи здесь? По выражению и голосу было понятно: он действительно ничего не знал. Если его схватят и обвинят в измене или покушении на представителя императорской семьи, голова вполне может слететь с плеч. Особенно когда рядом находится верный пёс Империи — Джулиан из «Закрытых Глаз». Орден Рассвета наверняка чувствовал себя спокойнее из-за моего присутствия, но… — А-а-а-а-а! По поезду прокатился пронзительный женский крик. Без сосредоточения его едва можно было расслышать, однако слух Джулиана уловил звук без труда. Следом по вагону разлилась зловещая энергия, усиливая дурное предчувствие. — …Демоническая энергия? Ошибиться было невозможно. Внутри поезда появилась демоническая энергия. Большинство правил безопасности пишутся кровью. Можно сколько угодно кричать об осторожности и раздавать инструкции, но люди не воспринимают угрозу всерьёз, пока сами с ней не столкнутся. Ведь раньше ничего не случалось. Этот поезд, пересекающий Империю, не был исключением. После пробного запуска, прошедшего без серьёзных происшествий, его ввели в эксплуатацию. При разработке явно учитывали лишь демонов, нападающих снаружи. А если представить немыслимое — что демон появится прямо внутри состава? «…Тогда это гроб на колёсах». В игре «Резонансный поезд» не всегда был настолько уязвим. После одного происшествия железнодорожная компания под управлением Башни магии приняла особые меры: установила дополнительные Резонансные камни и усилила охрану. Вот только в нынешней истории того происшествия ещё не было. «Чёрный Рыцарь уничтожает навершие, выпускающее демона в поезд». Отсутствие ожидаемого события лишь сильнее подчёркивало опасность, которая теперь могла обрушиться на состав. — Что происходит?.. — пробормотал Фелхор. Он тоже почувствовал неладное. Тревога на лице говорила сама за себя. Бывший рыцарь Святого Льва и монсеньор наверняка уловил слабый след демонической энергии. — Д-демон? — Да. Похоже, «кто-то» выпустил демонов внутри поезда. — Как такое возможно?! Чего ты у меня спрашиваешь? Я вообще-то думал, что это вы устроили. — Крайне опасная ситуация. Если демоны разбушуются и поезд сойдёт с рельсов, последствия будут катастрофическими. Особенно с учётом присутствия члена императорской семьи. Подчеркнув серьёзность положения, я снова пристально посмотрел на Фелхора. — Кроме удаления Резонансных камней вам действительно больше ничего не приказывали? — Клянусь, я ничего не знал! Б-блять… Если бы я понимал, чем всё обернётся, ни за что не послушал бы Айдена… Не обращая внимания на его жалобы, я применил обнаружение маны, пытаясь определить источник демонической энергии. В этот момент за спиной раздался знакомый голос: — Что здесь происходит?! Это была Линне. В её голосе звучало напряжение. Как ученица Святого Меча, она не могла не почувствовать демоническую энергию. — Господин Джулиан, с поездом что-то не так… Кто этот мужчина?! Оглядевшись, она увидела прижатого к стене Фелхора и широко раскрыла глаза. Со стороны всё выглядело так, будто я поймал преступника. — Эта проклятая женщина… Разве она не ученица Святого Меча?! Джулиан, давай забудем прежнее и скорее сообщим Орде… А-а-аргх?! Хруст! На этот раз я надавил ему на шею. Под такой силой Фелхор быстро потерял сознание и обмяк. Вот же напугал. Что он там собирался сказать? — Что вы творите?! Он потерял сознание! — Госпожа Линне, разве вы не ощущаете демоническую энергию в поезде? — Что? А… Да. — Этот человек вёл себя крайне подозрительно. Поэтому я его обезвредил. Я слегка улыбнулся, глядя на лежащего мужчину. Будто это была самая обычная рабочая процедура. Напряжение Линне немного ослабло, хотя подозрительный прищур никуда не делся. — Внимательно посмотрите на его лицо. Я приподнял обмякшую голову Фелхора, чтобы она могла рассмотреть его получше. Если не верит, придётся убедить. Прозвище «Могучая Рука» и долгие годы тренировок были буквально высечены на этой грубой физиономии. — Разве он похож на обычного мирного пассажира? — …Не похож. — Наверняка его с позором выгнали из рыцарского ордена, после чего он взялся за любую грязную работу. С нынешним происшествием он явно связан. — Слишком уж подробное предположение. Ничего не поделаешь. Это была его настоящая биография. — Сейчас лучше связать его и направиться туда, откуда донёсся крик. Купе принца Эульсиса находится неподалёку. Сменив тему, я бросил Фелхора лежать на полу и поднялся. — Неужели происходящее в поезде — дело рук Ордена Рассвета? Вопрос Линне был вполне закономерен. Она и сама разыскивала орден. — Возможно. А возможно, и нет. Точный ответ лишь вызвал бы новые подозрения, поэтому я предпочёл не уточнять. Тем более это была правда. Я пока не знал, связано ли всё с подозрениями Тенелона или Айден действовал самостоятельно. Нужно было торопиться. По крайней мере, целью был не я. Ни Тенелон, ни Айден не настолько глупы, чтобы пытаться убить меня обычными демонами. Оставался один очевидный вариант. «Четвёртый принц Эульсис». Я обязан был сорвать их план, иначе моя связь с Орденом Рассвета могла раскрыться. — У меня дурное предчувствие. Я пошёл вперёд, и Линне сразу последовала за мной. — Присутствие, которое мы ощущаем… Это демоны? — Похоже, кому-то не нравится, что я охраняю принца. Не стоило устраивать столь тёплый приём. Я уже догадывался о правде, но рассказывать всё не мог. Настоящий Джулиан тоже не стал бы подробно объясняться. К счастью, Линне хватало сообразительности, чтобы самой прийти к правдоподобному выводу. «Они использовали поддельные демонические рога…» Она едва заметно кивнула. — Возможно. С их помощью обычного человека можно превратить в демона. Жаль только, что я хотела выяснить, кто стоит за нападением. Я продолжал улыбаться, а Линне раздражённо цокнула языком. Чтобы пронести такие рога мимо проверки Резонансными камнями и попасть в поезд, преступнику потребовалась помощь изнутри. Недоумение на её лице сменилось уверенностью. Собственная догадка временно удовлетворила любопытство. — Придётся показать, насколько остры клыки у императорской гончей. Я произнёс это самоуверенно, хотя внутри думал совсем другое. «Блять, какая же морока!» Почему они так упорно решили усложнить мне жизнь? Прижавшись к двери коридора, я заглянул через окно в следующий вагон. Нужно было приготовиться к любой неожиданности. Несмотря на уверенный тон перед Линне, меня в первую очередь беспокоили не пассажиры, а безопасность принца Эульсиса. Потому что, если с ним что-нибудь случится под моей охраной… Мне пиздец. Я распахнул дверь общего вагона и быстро направился дальше. — Это «Закрытые Глаза». — Господин Джулиан… По тревожным лицам проводников и пассажиров, вздрагивающих при каждом толчке поезда, было понятно: они уже догадывались, что происходит нечто ненормальное. Однако стоило им увидеть меня, как тревога сменилась почти благоговейным облегчением. «Он здесь…» «Мы спасены». Странное зрелище. Люди успокаивались при виде Джулиана — человека с отвратительной репутацией, но бесспорной силой. Не задерживаясь, я направился к вагону для особых гостей, где находился Эульсис. — Г-господин Джулиан! Один из пассажиров внезапно поднялся и нерешительно подошёл ко мне. — Неужели вы здесь, чтобы помочь в наш… Вжух! Бах! Я схватил его за шею и тут же впечатал в пол. Он потерял сознание, не успев закончить фразу. — Ч-что это было?! — вскрикнула Линне. — Этот человек состоит в Ордене Рассвета. Я ответил с привычной улыбкой. «Вот же напугал». Если подумать, всё очевидно. Дотошный Айден вряд ли отправил бы одного Фелхора. Но обязательно было радостно меня приветствовать, идиот? — Вы уверены? — Проверьте его карманы. Там должен быть знак культа. Высокопоставленные и официально признанные члены вроде монсеньоров значков не носили. Но рядовому участнику опасного задания требовалось подтверждение личности. В конце концов, большинство из них даже друг друга не знали. Линне обыскала мужчину и вскоре подняла найденный предмет. — Т-тут действительно значок в форме змеи… Не обращая внимания на её потрясённый шёпот, я пошёл в следующий вагон. Сколько культистов находилось в составе, неизвестно. Если двигаться быстро, они не успеют меня узнать. Нужно спешить… — Господин Джулиан! Вы пришли помочь с нашим за…! Вжух! Бах! Блять! Сколько их сюда отправили?! Пробираясь через охваченный тревогой поезд вслед за Джулианом, Линне не могла скрыть изумления. «Как… Как он их определяет?» Она считала себя достаточно опытной в поисках членов Ордена Рассвета. Многочисленные расследования и путешествия со Святым Мечом многому её научили. Однако распознать культиста удавалось лишь после хоть какого-то общения. Как он держится рядом с противниками. Как реагирует на упоминание Ордена Рассвета. Какие слова выбирает, говоря об императорской семье или Демоническом боге. По таким признакам можно было предположить принадлежность к ордену, но не подтвердить её наверняка. «Разве это не очевидно?» Именно так работала обычная логика. Но Джулиан без единого вопроса узнавал членов Ордена Рассвета и сразу обезвреживал их. «Он тоже носит…» Увидев очередной змеиный значок в одежде поверженного мужчины, Линне продолжила смотреть в спину Джулиану, уже шагавшему дальше. «Сколько раз он сталкивался с Орденом Рассвета?» Какой глубокой должна быть его ненависть, чтобы действовать настолько безжалостно? — Поразительно много вредителей. Нужно скорее проверить состояние принца Эульсиса. Он был полностью сосредоточен на задаче и совсем не походил на прежнего себя. В отличие от Линне, которая в Академии Байер едва не потеряла голову от жажды мести после встречи с Альфасом, Джулиан действовал хладнокровно и профессионально — именно так, как подобает рыцарю. — Да. Она коротко ответила, скрывая вспыхнувший стыд. И, сама того не желая, немного расслабилась. «Сегодня его спина кажется такой надёжной…» Линне встряхнула головой, отгоняя нелепую мысль, и посмотрела на Джулиана, остановившегося перед последней дверью. Даже не открывая её, она ясно ощущала. «Внутри демон…» Бах! Джулиан действовал быстрее, чем она успела подумать. Из распахнутого купе хлынула густая зловещая энергия. — Угх… Неприятное покалывание впилось в кожу. Проверять личность существа не требовалось. Только демон мог излучать подобное присутствие. ---------- Давайте поговорим (1) Из-за тесного пространства демоническая энергия, сочившаяся из закрытого купе, давила особенно сильно. За спиной Джулиана виднелся уродливо искривлённый демон. Линне доводилось встречать не так много демонов, но этот казался особенно отвратительным. И ещё опаснее его делали два рога на голове. «Двурогий демон». Существо такой силы могло за мгновение разорвать обычного человека на куски. Однако Линне почти не боялась. Её всё ещё сдерживала несовершенная аура, зато рядом находился надёжный союзник. — Всего лишь двурогий. Мягко изогнутые глаза Джулиана сузились ещё сильнее. Он обрадовался встрече с демоном или просто был уверен, что такая тварь не представляет для него угрозы? Шух. Тихо рассмеявшись, Джулиан обнажил меч. Клинок, выкованный из драгоценного Лунного камня, показался из ножен, и Линне ощутила, как тревога отступает. В Линне зародилась робкая уверенность: опытный охотник на демонов наверняка сумеет справиться с ситуацией. — Двурогие демоны превосходят обычных силой и скоростью восстановления. Крайне опасный противник. Джулиан произнёс это спокойно, мельком взглянув на Линне. Но она понимала. Для него самого происходящее не было серьёзной проблемой. «Блять, двурогий демон». Увидев тварь, я мысленно цокнул языком. Пусть и с помощью хитрости, но мне уже удавалось одолеть даже трёхрогого демона. После такого двурогий не должен был казаться особенно страшным. «Если бы не место…» Мы находились внутри движущегося поезда. Ситуация требовала немедленной остановки, однако состав мог сбросить скорость лишь при приближении к станции — если только не вмешаются «внешние силы». Под внешними силами, разумеется, подразумевалось… «Если эта тварь начнёт буянить и поезд сойдёт с рельсов». Гр-р-р! Демон низко зарычал, поднял голову и огляделся. Вскоре его взгляд встретился с моим. Раздувшееся тело едва прикрывали разорванные остатки формы железнодорожного служащего. Похоже, он воспользовался поддельными рогами. «Один из работников поезда состоял в Ордене Рассвета». Я быстро определил его личность и осмотрел довольно просторный вагон. Он целиком предназначался для особо важных пассажиров. В углу, весь в крови, дрожал Эульсис. При виде этого меня накрыла новая волна тревожных мыслей. «…Угх». Да, меня наняли лишь временно. Но Седн, глава секретариата, всё равно спросит: «Что вы вообще делали как начальник охраны члена императорской семьи?» После этого созовут отдельную дисциплинарную комиссию, а Совет старейшин, давно мечтавший избавиться от неудобного Джулиана, с радостью воспользуется поводом. «Пиздец. Я пропал». Но ещё не всё было потеряно. Принц оставался жив. Чтобы спасти ситуацию, я направил ману в Лунный Меч и шагнул вперёд. «Нужно привлечь его внимание». Заметив, как клинок начал сиять, демон сосредоточился на мне. «Отлично». Он коротко прорычал и повёл головой. Я тут же рванул вперёд, сокращая расстояние. — Джулиан! Кровь и слюна этого демона ядовиты! Блять! Раньше сказать не мог? Несмотря на крик Эульсиса, останавливаться было поздно. Я уже решил закончить всё как можно быстрее. Сблизившись, сразу рассёк левую ногу демона. Тварь была даже крупнее громадного Фелхора, поэтому дотянуться не составляло труда. Ш-ш-ш! Лунный Меч разрезал кожу, и наружу брызнула кровь. Казалось бы, обычная кровь. Но, соприкоснувшись с воздухом, она мгновенно превратилась в пар. «Вот о чём говорил Эульсис». Это был не простой яд — жидкость окислялась на воздухе. Находиться рядом с таким испарением было опасно. Воздух передо мной окрасился в фиолетовый, и я отступил, обдумывая следующий ход. «Худший возможный противник для тесного помещения». Подобные демоны мне уже встречались, поэтому растерянности не было. Я знал несколько способов справиться с ним, однако лёгким бой всё равно не обещал быть. Обычно следовало держаться так, чтобы ветер дул в спину, но внутри вагона воздух практически не двигался. — Похоже, его кровь при контакте с воздухом превращается в ядовитый туман, — сказала Линне. — Именно так. Я в курсе. — Что делать? Даже если убить его, труп продолжит испускать яд. Она была права. После смерти демона весь вагон постепенно заполнится отравляющим газом. Можно сперва прикончить тварь, а затем вывести Эульсиса, но… Оставлять такой газ было крайне опасно. Малейшая искра — и произойдёт взрыв. Я перебирал возможные решения, пока в голове внезапно не всплыла сцена из какого-то телешоу. «Если опасно оставлять его здесь, нужно отделить вагон». К счастью, этот состав находился в самом хвосте поезда. — Госпожа Линне. — Да? — Переведите принца Эульсиса в передний вагон. — …Разве не лучше вместе придумать, как победить демона? — С вашим-то уровнем навыков? Ухмылку на моём лице можно было представить и не глядя. — Я разберусь. Просто сделайте, как говорю. Но Линне, вопреки обыкновению, не сдвинулась с места и продолжила смотреть на меня. Этого недостаточно? Я уже начал придумывать новый способ убеждения, когда она неожиданно ответила: — Хорошо. Линне сразу бросилась к Эульсису. Глаза демона заметались и вскоре остановились на ней. Я тут же направил меч туда, где располагалось его ядро, и рубанул сверху вниз. Разумеется, одним ударом закончить бой не рассчитывал. Демон без труда поднял руки и заблокировал клинок. Бах! Полностью избежать ранения он всё равно не смог. Ш-ш-ш! Кровь из глубокой рассечённой раны потекла по Лунному Мечу и начала испаряться, вступая в реакцию с металлом. Обычный клинок уже получил бы повреждения, но аура техники Лунного Меча защищала его. «…Ну и вонища». Если нанести ещё несколько ран, придётся дышать всё более густым ядом. — Джулиан! Готово! В этот момент раздался голос Линне. «Хорошо. Теперь…» Я сосредоточил ману в правой ноге и мощно пнул демона, вложив в удар вес всего тела. Нечеловеческая сила удара, усиленная аурой. Бум! Благодаря этому тварь отбросило к задней части вагона. — Гр-р… Гр-р… Одного пинка было недостаточно, чтобы свалить двурогого демона, но большего и не требовалось. — Уходите, госпожа Линне. — Ч-что?! — В следующий вагон! Она сперва растерялась, однако, увидев, как я побежал к переходу, сразу последовала за мной, поддерживая принца. — Гра-а-а-а! Отброшенный демон взревел и яростно помчался следом. Топ! Топ! Топ! Он сметал всё на пути, и его неумолимая атака выглядела по-настоящему свирепо. Убедившись, что Линне и принц перебрались через соединение вагонов, я снова ударил демона мечом. Бах! Тварь вновь прикрылась руками и пошатнулась. На этот раз я даже не пытался её ранить. Мне нужно было лишь выиграть несколько секунд. Я быстро отступил и перескочил в соседний вагон. За дверью уже виднелась перекошенная яростью морда демона, готового проломить перегородку. — Что вы задумали, господин Джулиан?! Не отвечая на встревоженный крик Линне, я вонзил меч в сцепку между вагонами. Тык. Окутанный аурой клинок легко вошёл даже в плотный металл. Теперь оставалось перерубить соединение. — Что вы делаете?! — Похоже, придётся немного прибраться. — Вы хотите отцепить вагон? Это невозможно! Сцепка сделана из стали, обработанной магией, поэтому… ▶ Черта: «Обострённое чутьё» ▶ Черта: «Предвидение» Хрусть! Вопреки словам Линне, в магически укреплённой стали легко появилась трещина. Благодаря острому зрению и своим чертам Джулиан без труда определил слабое место даже в обработанном металле. — Угх. Однако, несмотря на удачный первый удар, полностью перерубить сцепку не получилось. — Вот видите? Я говорила, что она слишком проч… Что? Тогда я направил Сомбру в Лунный Меч. «Если силы не хватает, нужно её добавить». Отталкивание между Сомброй и техникой Лунного Меча компенсировало недостаточную мощность. Треск! С новым оглушительным звуком соединение окончательно разорвало. — Прощай. Я смотрел, как оставшийся позади демон пытается прыгнуть к нам с отцепленного вагона. «Это что ещё за прыжок в длину?!» Бам! Я встретил его пинком и отправил обратно на пол. Демон взревел, не сводя с нас глаз. — Гра-а-а-а! Он попытался прыгнуть ещё раз, но обычной твари было не угнаться за поездом. Вскоре вагон с демоном превратился в далёкую точку. Линне молча смотрела на меня, а затем перевела взгляд на отделившийся вагон для особо важных персон. — …Но что будет с вагоном? Башня магии наверняка потребует возмещения. Башня магии славилась тем, насколько ревностно относилась к своему магическому поезду, поэтому её тревога была понятна. — Полагаю, об этом позаботится Его Императорское Высочество, юное солнце Империи, принц Эульсис. А что сделает Башня магии? На нашей стороне сейчас находился член императорской семьи. *** Когда мы прибыли в приграничный город Вернидн, на станции уже царила суматоха. Новость о прибытии четвёртого принца и потере целого вагона наверняка подняла на ноги всех чиновников. — Принц Эульсис, вы в порядке?! — Посмотрите на эти раны! Куда смотрела охрана?! Возмущённые состоянием принца чиновники набросились на меня с обвинениями, прикрываясь его авторитетом. Похоже, они совершенно не задумывались о последствиях. Я всё-таки Джулиан. — Достаточно. Это произошло по моей вине, — остановил их Эульсис. — Но, принц Эульсис… — Я хотел побыть наедине с мыслями и сам отпустил охрану. Это было моё ошибочное решение. — Даже в таком случае должны были существовать меры на случай нападения! Шаг. Шаг. Повышавший голос дворянин замолчал, когда я приблизился. — В чьём присутствии вы позволяете себе кричать? — Я лишь хотел… — Невоспитанность. Ваше поведение противоречит воле принца Эульсиса… А значит, и воле Империи. Лязг. Я медленно положил ладонь на рукоять меча, и воздух вокруг мгновенно потяжелел. Улыбающийся Палач. Даже за пределами столицы это имя знали многие. Как и то, что происходило, когда он прикрывался именем Империи. — Господин Джулиан, остановимся на этом, — вмешался Эульсис, прежде чем ситуация зашла дальше. Разумеется, обнажать меч посреди станции я и не собирался. Это был лишь спектакль, который позднее мог сыграть мне на руку. — Да. Прошу простить меня, Ваше Высочество. Почтительно поклонившись, я ещё раз взглянул на дворянина, который недавно повышал голос. В Империи Адратан право на трон определялось знатностью крови и не зависело от пола. У Эульсиса было трое старших братьев и четыре старшие сестры, поэтому до престола ему было крайне далеко. Но императорская кровь от этого не становилась менее чистой. Будь я настоящим Джулианом, наверняка обрадовался бы новому поводу для расправы, но… «Я не какой-то псих». Точно. Я совершенно! Не псих. Несмотря на ранения, Эульсис не отказался от поездки в Святое королевство. На самом деле он собирался создать там собственную политическую опору. Без преувеличения, для него это был вопрос жизни и смерти, поэтому отступать он не мог. — Господин Джулиан, вы хорошо справились. — Благодарю. — Напавшие на поезд задержаны. Пока я осматривал станцию, ко мне подошли сотрудники «Закрытых Глаз», служившие в приграничном городе. Вместе с местной стражей они схватили членов Ордена Рассвета, участвовавших в нападении. — Среди них случайно не было огромного лысого мужчины? Я специально уточнил про Фелхора. Сотрудник «Закрытых Глаз» сразу вспомнил его и кивнул. — Был. — Тогда освободите его. — …Простите? По какой причине? Моя просьба явно поставила его в тупик. Если я приказываю, просто сделай. Причина у меня есть. *** Фелхор, в прошлом состоявший в Рыцарях Лазурного Льва, потёр шрамы, оставшиеся после прежней встречи с Джулианом. Сегодня они ныли особенно сильно, и он прекрасно понимал почему. Впереди шёл тот самый человек, который их оставил. «Гр-р…» Фелхор посмотрел на руки. Запястья сковывали наручники, предназначенные для задержания преступников. Раньше он лишь сам надевал их на других. Оказавшись по другую сторону, мужчина покрылся холодным потом. — Да куда мы вообще идём?! — Прошу вас, соблюдайте тишину. На все жалобы Джулиан отвечал одной и той же фразой. Сбежать тоже не получалось. Руки были скованы, а Джулиан превосходил его и физической силой, и маной. Фелхор до сих пор оставался жив лишь по его прихоти. Если разозлить этого человека, голова и правда могла слететь с плеч. — Эй, Джулиан. Я ведь и сам не до конца понимаю, зачем Айден отдал такой приказ! После смерти Альфаса моё положение в культе стало неопределённым… — Вот как? Фелхор исповедовался почти как перед священником, но Джулиан явно не проявлял интереса. Через несколько минут они ушли достаточно далеко, и огни ночного Вернидна скрылись из виду. Тогда Джулиан остановился. — Здесь подойдёт. Щёлк. Он снял с Фелхора наручники. «Что?» Мужчина растерянно уставился на него. «Что он задумал?» Неужели всё-таки решил оказать милость? — А, понимаю! Вы хотели отпустить меня здесь! В городе слишком много свидетелей, верно? — Хе-хе. Вместо ответа Джулиан тихо рассмеялся. — Конечно! Я знаю слишком много. Если меня поймают, вам будет неудобно! Всё-таки «Закрытые Глаза» напрямую подчиняются императорской семье… Что? Тук. Прервав его болтовню, Джулиан протянул длинный предмет. В кромешной тьме Фелхор не сразу понял, что держит, но постепенно различил очертания. Это была… лопата? — Джулиан! Зачем вы дали мне лопату? — Вы не знаете, для чего она нужна? Он улыбался как обычно, однако тон, будто обращённый к идиоту, слегка задел Фелхора. — Чтобы копать или… закапывать… что-нибудь. Закапывать что-нибудь. Под это «что-нибудь» могло подходить очень многое. — Прекрасно понимаете. Тогда копайте. Как можно шире и глубже. Улыбка Джулиана стала шире. Лицо Фелхора побелело. «Он заставляет меня вырыть собственную могилу?..» ---------- Давайте поговорим (2) Пот стекал по лбу Фелхора, пока он сжимал лопату. Лишь тот, кому приходилось собственными руками рыть себе могилу, мог по-настоящему понять этот ужас. Страх обвился вокруг тела, словно змея. Руки и ноги дрожали, изнутри поднимался ледяной холод. Всё ещё цепляясь за слабую надежду, Фелхор взглянул на лицо Джулиана. Наверняка тот шутил. Просто хотел напугать. Но чем дольше Фелхор всматривался в его лицо, тем быстрее рушилась эта надежда. Блять. Ледяная улыбка Джулиана даже не дрогнула. — Что вы делаете? Руки совсем не двигаются. Подгоняемый холодным, непреклонным голосом, Фелхор продолжил копать. С каждым выброшенным комом земли яма всё больше приобретала очертания могилы. Достаточно большой, чтобы в ней поместился человек. Чем шире и глубже она становилась, тем отчётливее обретал форму безымянный ужас, неумолимо приближавшийся к нему. «Вот и всё». Разум кричал, что нужно немедленно бежать. Если он ничего не предпримет, здесь и умрёт. Нужно перебороть страх и действовать. Вот только заставить себя было не так просто. «Как мне сражаться с этим чудовищем?» Страх перед Джулианом слишком глубоко въелся в тело, чтобы просто от него избавиться. — Г-господин Джулиан, прошу, пощадите! Я ни в чём не виноват! В конце концов Фелхор сам перешёл на почтительную речь. — Мне приказали лишь убрать Резонансный камень! О поддельных рогах я ничего не знал! Разве я согласился бы, если бы понимал? Меня тоже использовали… Тук! Оправдываясь во весь голос, он почувствовал, как лопата ударилась обо что-то твёрдое. «Что? Что там?» Фелхор растерялся, но холодный голос Джулиана сразу оборвал мысли. — Достаточно. Он прекратил копать и ошеломлённо уставился на него. — Будьте добры, достаньте «это». Спокойный взгляд Джулиана не оставлял выбора. — Д-да, конечно… Фелхор отбросил лопату и торопливо начал разгребать землю руками. Вскоре из ямы показался предмет. — …Меч? Это был ржавый, сломанный меч. Когда Фелхор вытащил его из земли, я мысленно цокнул языком. Ржавый обломок выглядел настолько жалко, что мечом его можно было назвать лишь из вежливости. Для постороннего — обычный мусор, но… «Я так и думал…» Он всё ещё здесь? Для меня эта вещь имела огромное значение. Что это было? Тот самый меч, которым Святой Меч Хейден Райх уничтожил организацию «Ложные Цвета», основанную нынешним Верховным понтификом Тенелоном. Иными словами, благородный и драгоценный клинок… Да какого чёрта! «Куда делся пролог?!» «Let’s Kill the Demon King Now» была сюжетной игрой, поэтому, разумеется, начиналась с пролога. Совершив великий подвиг и запечатав Демонического бога, Святой Меч решал больше никогда не брать оружие в руки и закапывал свой клинок в землю. Он надеялся, что подобная трагедия больше не повторится. Но надежда продержалась недолго. Случайно узнав, что Тенелон выжил и основал Орден Рассвета, Святой Меч возвращался сюда, откапывал меч и вновь брался за оружие, поклявшись разорвать цепь несчастий. Именно этот пролог видел каждый игрок при запуске «Let’s Kill the Demon King Now». «Можно ли вообще называть главным героем того, кто даже собственный пролог не прошёл?» К тому же нынешние поступки Святого Меча совершенно не укладывались в голову. Как бы я ни сравнивал их с известным сюжетом, совпадений не находилось. «Я не могу это принять». Я медленно кивнул и сам удивился. Находясь в теле Джулиана, неожиданно почувствовал полное согласие с этой мыслью. Даже такой печально известный мерзавец, как Джулиан, признавал одно. Святой Меч всегда должен оставаться благородным. Ведь именно он всю жизнь был целью Джулиана. Наш безумец жил ради того, чтобы сломить это благородство и тем самым доказать собственное превосходство. «…Чокнутый ублюдок». Цель звучала абсурдно, однако я понимал, почему ему так хотелось верить в благородство Святого Меча. Потому что тот был главным героем. Мир должен вращаться вокруг сияющего праведника, а не вокруг злодея с прищуренными глазами. По одной этой причине нынешние эмоции Джулиана становились мне понятны. И всё же главный герой, из-за которого я когда-то так увлёкся игрой, почему-то всё сильнее отклонялся от сюжета. Не появился в роли Чёрного Рыцаря. Внезапно попросил убежища в Святом королевстве. «Хм… Похоже, я тоже не хочу это принимать». Из раздумий над мечом Святого Меча меня вывел Фелхор. — Ч-что теперь делать с этим? В его голосе по-прежнему дрожали страх и тревога. — Отдайте мне. Я заберу. Я протянул руку, и он тут же поспешно передал обломок. Кусок клинка размером с кинжал я аккуратно завернул в ткань и спрятал под одеждой. Не потому, что это «меч самого Святого Меча». И не из-за какого-нибудь пафосного: «Ого, такого металла больше нигде не найти!» Обломок был подготовительным предметом, необходимым для получения священной реликвии — Колокола Безмолвной Ночи. Причина, понятная только игроку. «Раз меч всё ещё здесь…» Вероятнее всего, Святой Меч… — А мне теперь что делать? Огромный мужчина с грубой физиономией стоял передо мной с настолько жалким видом, что я снова перевёл на него взгляд. — А как вы сами думаете? Да, я привёл его сюда отчасти ради меча, но существовала и другая причина. — Мне уже можно не копать? — Разумеется, нет. На моих губах появилась лёгкая улыбка. — Яма всё ещё слишком мала, чтобы в ней поместился человек. Я прекрасно понимал, как выгляжу в глазах Фелхора. Он боялся. Хотел убежать. Но даже не мог набраться смелости, ведь у него не было ни единого шанса против меня. Значит, этим следовало воспользоваться. — К-как я уже говорил, Айден ничего мне не рассказал! Если бы демон пустил поезд под откос, я бы тоже…! — Я так и предполагал. Человек, которого раздражают действия принца Эульсиса и который поддерживает особые отношения с Айденом… Вероятно, господина Айдена подтолкнул третий принц Кальдрах де Адратан. Третий принц появлялся ближе к середине и концу игры. Агрессивный и честолюбивый мужчина, ненавидевший всех, кто угрожал его положению. Когда Айден начал мешать Эульсису, у меня сразу возникли подозрения. В игре епископ Айден метался между выгодой от союза с третьим принцем и Орденом Рассвета, пока в конце концов не погибал от руки Святого Меча. «Кальдрах, вероятно, хотел лишь предупредить Эульсиса. А вот тот, кто раздул происшествие…» Айден. Из-за вызванного мной эффекта бабочки Герард пал, и положение Айдена как епископа тоже пошатнулось. Поэтому он решил действовать жёстче. — Сейчас я сопровождаю принца Эульсиса по прямому приказу Верховного понтифика Тенелона. Вы знали об этом? — Ну… Я… — Незнание тоже является проблемой. Как ни посмотри, вы нарушили приказ Верховного понтифика. С каждым словом лицо Фелхора становилось всё бледнее. Для такого громадного тела выражение выглядело особенно нелепо. — Поэтому вы должны быть благодарны. Прежде чем Орден Рассвета начнёт официальное разбирательство, я пытаюсь сохранить «честь» господина Фелхора. Я и сам понимал, что несу софистическую чушь, но сейчас даже таких слов было достаточно, чтобы окончательно сломить его волю. После рытья собственной могилы он находился в состоянии крайнего страха. Было бы странно, если бы метод не сработал. Как и ожидалось, Цвет Негатива над его головой стал ещё ярче. Настолько густой страх, что его почти можно было потрогать. — Фух. Я пошутил. Не нужно так пугаться. — …Что? — Во мне тоже есть «сострадание». Я не настолько бессердечен, чтобы заживо закапывать человека, который ничего не знал. — … В повисшей тишине он наверняка мысленно называл меня бешеным ублюдком, психом и ещё десятком не менее приятных слов. У «меня», в отличие от Джулиана, сострадание действительно имелось. Просто на огромных лысых мужиков оно распространялось не всегда. — Господин Фелхор. Я протянул ему руку в яму. Он замешкался, опасаясь очередной ловушки, но всё-таки ухватился и дрожа выбрался наружу. «…Тяжёлый, сука». Чтобы он не заметил, я незаметно размял плечо и перешёл к настоящему предложению. — Господин Фелхор, как насчёт забыть прежнюю вражду и начать всё заново? Если честно, никакой взаимной вражды между нами не существовало. Фелхор ненавидел меня исключительно из-за собственного недовольства. Задетая гордость слабого человека и чувство поражения. Но я заговорил о «нашей» вражде так, словно её действительно требовалось разрешить. — Теперь, когда Альфас мёртв, человеку с вашими способностями незачем хранить верность Айдену. Разве не так? Я изобразил сочувствие, будто искренне разделял его тяжёлое положение. В темнице страха мои слова обязательно вызовут у него определённые эмоции. Вдохновение, гнев — неважно. Я уже создал условия для психологического подчинения. Вероятность успеха составляла сто процентов. Пока я видел Цвет Негатива над его головой, провал был невозможен. — Подумайте. Почему он начал операцию, ничего вам не объяснив? — Подумать?.. — Неужели вы верите, что господин Айден не знал о присутствии принца Эульсиса в поезде? Если он вам не сообщил, значит, его совершенно не волновало, погибнете вы или нет. На лице Фелхора внутренний конфликт сменился отчаянием. Его худшие подозрения получили подтверждение, а в таком состоянии пессимизм усиливался вдвое. Хлоп. Хлоп. Я несколько раз легко похлопал его по плечу. Настоящий Джулиан так никогда бы не поступил, но опыт жизни в современном обществе подсказывал, что жест поможет. К счастью, Фелхор воспринял его как поддержку, и Цвет Страха немного побледнел. — Отказаться от столь одарённого человека, некогда служившего в великом имперском ордене Рыцарей Лазурного Льва… Господин Айден поступает крайне неразумно. — Господин Джулиан… Даже произнесённая грубоватым тоном похвала его таланту добавила в выражение Фелхора тепла. В глазах навернулись слёзы, и он посмотрел на меня почти с восхищением. Разумеется, я о нём позабочусь. Если последует за мной, его ждёт светлое будущее… Ну, может, не особенно светлое. Но именно ради этого я до сих пор оставлял его в живых. Фелхор будет докладывать мне обо всех действиях Айдена. На губах появилась лёгкая улыбка. Та же, что и прежде, но теперь она казалась Фелхору утешающей. Будто вокруг меня разлился тёплый свет. *** — Почему-то всякий раз, когда вы приезжаете в этот город, обязательно происходит какое-нибудь происшествие. На следующий день, проснувшись в резиденции «Закрытых Глаз» в Вернидне, я неожиданно встретил улыбающегося мужчину. — Господин Оронил, вы хорошо поживали? Передо мной стоял Оронил, маркграф, управлявший приграничным Вернидном. Владелец того самого леса… который сгорел из-за трёхрогого демона… Кхм. Забудем об этом позоре. — Я подготовил для вашей поездки в Фернанд карету, кучера и лошадей. Места хватит всей свите. С Его Высочеством Эульсисом я уже поговорил, отдельно сообщать не требуется. — Благодарю. — Не за что. Всё-таки это императорский приказ. В отличие от прежней встречи, в глазах Оронила не было неприязни. Когда я впервые прибыл сюда, атмосфера была совсем иной. — Как поживает ваша дочь? — …Благодаря вам, хорошо. — Рад слышать. Смотреть на страдания ребёнка мучительно. Я говорил искренне, но Оронил, похоже, истолковал слова иначе. Его лицо напряглось, и он, кашлянув, продолжил: — Как хранителю земель, тесно связанных с Соларуном, мне трудно понять поступок Его Высочества Эульсиса. — Вот как? — Разве это не равносильно смертному приговору? Там наверняка многие ненавидят Империю. Малейшая ошибка — и снова вспыхнет война. Я знал. Но что поделаешь? Эульсис отчаянно боролся за выживание. — Впрочем, раз начальником охраны назначили господина Джулиана, возможно, тревожиться не о чем. В словах Оронила прозвучало нечто странное. Почему? Разве серьёзное происшествие уже не случилось? — В любом случае прошу вас защитить Его Высочество. Как служитель Соларуна, я тоже заинтересован в успехе этой поездки. Ещё раз обратившись с просьбой, Оронил ушёл. — …Вы знакомы с маркграфом? Как только он скрылся из виду, за спиной раздался резкий голос. Это была Линне, тоже переночевавшая в резиденции «Закрытых Глаз». — Госпожа Линне, хорошо ли вы спали? Боюсь, это место недостаточно изысканно для особы вашего положения. — Я привыкла, путешествуя с наставником. Но не меняйте тему. Прямолинейная, как всегда. — Пока господина Джулиана не было прошлой ночью, сюда приходил представитель Башни магии, управляющей поездом. — Вот как? Вероятно, им было проще обратиться к Линне, чем спорить напрямую с членом императорской семьи вроде Эульсиса. — Очевидно, они собирались потребовать оплату за отцепленный вагон. Но после разговора с маркграфом Оронил ушли с крайне недовольными лицами. — Это хорошая новость. Значит, господин Оронил всё уладил. — Именно. Её тон ясно добавлял: «Так что же вас связывает?» — Без преувеличения, меня можно назвать спасителем жизни маркграфа Оронила. Услышав это, Линне посмотрела на меня со сложной смесью самых разных эмоций. ---------- Святое королевство Фернанд (1) Если говорить откровенно, план принца Эульсиса был настолько опасным, что странно было не отложить его хотя бы из-за страха. На него уже напал демон, и он даже получил ранения. Обычный человек после череды подобных неприятностей наверняка отказался бы от грандиозной затеи отправиться в Святое королевство. — Хорошо, что Фернанд находится не слишком далеко. Будь погода хуже, дорога заняла бы куда больше времени. Но Эульсис принял решение меньше чем за сутки. У него было трое старших братьев, стоявших выше в порядке наследования. А поскольку право на императорский трон определялось благородством крови вне зависимости от пола, четыре старшие сестры тоже опережали его. «Принц, который не станет императором, как бы ни старался». Поэтому он и решился так быстро. Вполне разумно. Совершив крупный политический подвиг, Эульсис мог занять более выгодное положение в будущем. Хотя кто знает? Возможно, Орден Рассвета или какая-нибудь другая сила однажды перебьёт всех его братьев и сестёр. От столь абсурдной мысли на губах появилась улыбка. Но это всё потом. «…Как жалко». Кортеж, направлявшийся в Святое королевство, выглядел удручающе скромно! Несмотря на присутствие имперского принца, в процессии было всего две кареты. Никаких восьми породистых лошадей. Никакой сверкающей золотой отделки. Кареты лишь слегка превосходили те, что можно было увидеть в обычной деревне. В одной ехал принц, во второй — его сопровождающие. Изначально к нам должны были присоединиться стражники и слуги из приграничного Вернидна, но Эульсис твёрдо отказался. — Никто не знает, где скрываются люди Ордена Рассвета. Я хочу путешествовать только с теми, кого уже знаю. Причина показалась мне вполне разумной. Особенно после случившегося в поезде. Фр-р-р! — …Угх. Ехав рядом с каретой, я обернулся на странный звук. Линне держала поводья, но выглядела в седле крайне неуклюже. — Похоже, Святой Меч не научил вас ездить верхом. Здесь вы так же слабы, как и в управлении аурой. — Просто это не моя привычная лошадь! Уп! Линне резко ответила на поддёвку, едва не завалилась набок и в последний момент восстановила равновесие, вцепившись в поводья. Не её привычная лошадь, значит. Я молча решил, что дело скорее в полном неумении ездить верхом. — Какая жалость. Если бы железная дорога доходила до Святого королевства, вам не пришлось бы так страдать. Ха-ха. Разумеется, пути Резонансного поезда, пересекавшие Империю, до вражеского государства не тянулись. Империя не была настолько добра, чтобы заботиться об удобстве бывшего противника. Даже будь дорога проложена, неизвестно, позволили бы нам ею воспользоваться. — Не выставляйте меня дурой! Просто у этой лошади скверный характер… Ик! Вот и всё. Ещё немного… Ай! Встревоженная Линне попыталась поправить седло и сильнее сжала бока лошади бёдрами, но та только сильнее задёргалась. «Мне почти показалось, что на морде лошади написано: „Да как ты смеешь?“ Но, наверное, это воображение». Глядя, как она мучается, я подумал, что проще было бы ехать в карете… А, возможно, находиться наедине с принцем ей ещё неудобнее. Мысленно похвалив её старания избежать неловкой компании, я решил дать несколько советов. Пусть это был опыт Джулиана, немного заслуг можно было приписать и себе. — Она сопротивляется именно потому, что вы пытаетесь подавить её силой. — Я-я и сама знаю… Ик! Несмотря на совет, Линне упрямо продолжала управлять лошадью по-своему. Цок-цок. Так ничего не получится. — Похоже, не знаете. Для начала выпрямитесь. Плечи, таз и пятки должны находиться на одной линии. На первых порах многие, стараясь принять правильную посадку, заваливались вперёд из-за плохого чувства равновесия. К тому же поза могла показаться слегка неловкой. Линне прищурилась, словно проверяя, не издеваюсь ли я. Не нравится — можешь не делать. Я уже собирался прекратить объяснения, но она всё-таки поправила посадку по моему совету. — …И дальше? Её угрюмое послушание выглядело довольно забавно. Словно ребёнок, которого заставили делать то, чего он не хотел. Усмехнувшись про себя, я продолжил помогать. — Работайте тазом, а не бёдрами. Линне глубоко вдохнула и выполнила указание. Несмотря на краткое объяснение, она почти сразу начала осваиваться в седле. — Так? Лицо оставалось бесстрастным, однако в глазах появилась уверенность. Её врождённые физические способности явно были выдающимися. — Сначала я не поняла, что вы имеете в виду, но стоило расслабиться, и поводья стало держать гораздо легче. — Прекрасно. — Господин Джулиан, кто научил вас верховой езде? Понятия не имею. После переноса в тело Джулиана я почему-то просто умел это делать. — Никто. И касалось это не только верховой езды. Фехтование. Управление маной. Всё пришло само собой, будто память была вшита в тело Джулиана. Разумеется, без проб и ошибок не обошлось. — Тогда почему вы так хорошо ездите? Настоящий Джулиан наверняка не стал бы отвечать что-нибудь жалкое вроде «не знаю». — В этом и заключается разница между нами. Линне, как обычно, проигнорировала меня и сосредоточилась на лошади. В этот момент окно кареты Эульсиса открылось, и наружу показалось его лицо. — Скоро должна появиться граница Святого королевства. — Да, похоже на то. — Разве до неё мы не должны были встретить людей, которых Святой Меч отправил из Фернанда? Их всё ещё не видно? Следуя словам Эульсиса, я осмотрел дальний хребет, но никого не заметил. — Похоже, они ещё не прибыли. — Понятно… Кстати, Линне, вы бывали в Святом королевстве Фернанд? Вероятно, почувствовав неловкость, Эульсис сменил тему. — Нет. Это моя первая поездка. — Вот как? Я бывал там в детстве. Няня говорила, что меня возили на крещение, но я ничего не помню. То было совсем другое крещение. Лишь обряд, объявлявший о рождении ребёнка. Сейчас же Эульсис направлялся на официальное крещение, которое означало обращение в Церковь Солнца. Слегка улыбнувшись, принц перевёл взгляд на меня. — Господин Джулиан, я слышал, вы совсем недавно посещали Святое королевство. Это правда? …Для меня это было новостью. Я едва не спросил: «Когда успел?» — но вовремя сдержался. Раз принц говорил настолько уверенно, какое-то посещение действительно должно было быть. Приняв это, я кивнул. — Ха-ха, разумеется. — Я так и думал! Как вам Святое королевство? Говорят, столица по изысканности не уступает Имперскому городу! Эульсис посмотрел с ожиданием. Линне тоже украдкой покосилась на меня и замолчала, явно дожидаясь ответа. Эй, я там тоже ни разу не был! — Огромные окна, множество тонких колонн и благоговейный белоснежный облик мраморных построек впечатлили даже такого ценителя искусства, как я. Всё-таки сколько часов я провёл в «Let’s Kill the Demon King Now»? По картинкам из игры приблизительно описать город было несложно. — После ваших слов мне ещё сильнее хочется увидеть его своими глазами. Ах да! А какая там еда? Да перестань уже, пожалуйста. — Ваше Высочество, впереди люди. Полагаю, это делегация Святого королевства, о которой вы говорили, — вовремя вмешалась Линне. Благодаря ей мне не пришлось придумывать вкус местной кухни. В игре его всё равно не показывали. С облегчением посмотрев вперёд, я увидел несколько неподвижных фигур, ожидавших нас вдалеке. Когда мы приблизились к хребту, одежда посланников Святого королевства стала видна отчётливее. Аккуратные бело-синие церемониальные одеяния, украшенные драгоценными камнями. Они не выглядели вызывающе роскошными, но от них исходило необъяснимое ощущение благоговения. Из группы вышел человек, ведя под уздцы коня. Вместо церемониальной мантии он носил доспехи, а у пояса висели белоснежные ножны. По осанке было понятно: фехтовальщик он немалого уровня. — Благодарю, что проделали столь долгий путь. Меня зовут Фразион, я состою в Палате Белой Ночи Святого королевства. Приветствую вас, принц Эульсис де Адратан, четвёртый принц Империи Адратан. — Благодарю. Вам, должно быть, тоже пришлось нелегко. — Ха-ха, впереди трудностей может стать ещё больше. Дорога отсюда довольно сурова. Произнося это, он посмотрел на меня. Слова звучали вежливо, но в них отчётливо ощущалось презрение. Фразион прекрасно знал, кто я такой. — Не ожидал встретить Улыбающегося Палача в подобном месте. Не знаю, назвать это глупостью или безрассудной смелостью. Вот такое приветствие он выбрал для меня. Удивительная известность. Моё имя знали даже за пределами Империи. — Вы уверены, что поездка закончится благополучно? От одного прозвища «Улыбающийся Палач» многие содрогаются и мечтают о мести. И не только в Империи. Это звучало не совсем как предупреждение, но ухмылка придавала словам именно такой оттенок. Я сделал вид, что совершенно не обеспокоен. — Благодарю за заботу. Но не думаю, что здесь найдётся «что-либо», способное угрожать моей жизни. Ха-ха. Лязг! Ножны слегка качнулись, и Фразион вместе со стоявшими позади людьми невольно напрягся. — Прошу, расслабьтесь. Я всего лишь начальник охраны принца. Разумеется, их осторожность была излишней. Я и без того не ожидал серьёзной угрозы своему положению. Долгая война с Империей закончилась лишь перемирием, а обида между странами никуда не исчезла. И всё же Святое королевство активно добивалось мира с Империей. Точнее, мира через религию: оно стремилось как можно шире распространить Церковь Солнца на имперских землях. Тронуть делегацию Эульсиса, который должен был стать отправной точкой этого грандиозного плана, было бы безумием. «Но присутствие этого человека всё равно тревожит. Нужно понять его намерения». Я внимательно изучил Фразиона. Фернанд был теократией, где религия и власть тесно переплетались, поэтому здесь, как и в Империи, существовало подразделение, напоминавшее особые силы. Его называли Палатами Семи Престолов. Их бойцы сопровождали важных лиц, собирали сведения и даже проводили убийства. Настоящая элита. Фразион представился членом Палаты Белой Ночи — подразделения, лучше всего подходившего для охраны среди Семи Престолов. «Палаты напрямую подчиняются верховным жрецам. Неизвестно, какой тайный приказ он получил». Именно поэтому я продолжал настороженно наблюдать за Фразионом. Даже если Святое королевство в целом преследовало крупные политические цели, никто не мог гарантировать, что отдельный человек не совершит безрассудство. Лучше заранее учитывать любую возможность. — Понимаю. В таком случае мы обеспечим вашу безопасность до самого Святого королевства. Отведя от меня острый взгляд, Фразион развернулся и повёл процессию дальше. С его присоединением близость Святого королевства Фернанд ощущалась всё отчётливее. Белоснежные здания, в основном сложенные из мрамора и излучавшие благоговейную чистоту. Образы, определявшие Фернанд, вновь всплыли в памяти. Я ожидал почувствовать ностальгию, вспомнив часы, проведённые за «Let’s Kill the Demon King Now». Но прежде, чем она успела появиться, сердце забилось от предвкушения встречи с «ним» — человеком, запустившим моё «превращение». «Святой Меч». Главная причина — или, по меньшей мере, один из важнейших факторов — того, что со мной случилось. «Что сказать при встрече?» Чувства были сложными. Сначала я избегал и его, и Линне, опасаясь показанного в трейлере будущего, где Джулиан убивает Святого Меча и его ученицу. Но теперь раздражение понемногу перевешивало тревогу. Какого чёрта он бросил свои обязанности и попросил убежища в Святом королевстве? «И с каким лицом он теперь… Хм?» Я натянул поводья, заметив, что дорога разделилась надвое. Этот перекрёсток был мне знаком. В игре Святой Меч впервые делал выбор именно здесь, направляясь в Святое королевство. «Обе дороги — и левая, и правая — ведут к границе Вернидна». Слева шёл мощёный путь. Справа — грунтовый. Так я помнил. Наверное. Кроме того, впереди что-то скрывалось. Логичнее было выбрать мощёную дорогу. Для всадника разница невелика, но с нами ехала карета. — Направо, — уверенно приказал Фразион. Вопреки моему выводу, он повёл процессию по правому пути. Хотя издалека именно правая дорога выглядела более удобной. Левая казалась недостроенной и неровной. — Подождите. — Что такое, господин Джулиан? Фразион обернулся с явным раздражением. — Эта дорога не вымощена. Карете будет трудно пройти. Я высказал возражение. Он встретил меня твёрдым взглядом. — Мы куда лучше знаем местность. Господин Джулиан, разве это не ваш «первый» визит в Святое королевство? Презрение читалось на его лице. Да, официально я прибыл сюда впервые. Но я знал другую причину, по которой идти туда опасно. Ха-ха. В памяти Джулиан посещал эти земли гораздо позднее по сюжету. Поэтому Фразион был прав: формально это действительно мой первый визит. Однако в прошлой жизни я проходил эту дорогу бесчисленное количество раз. — Официально — да. Сегодня меня особенно радовали мягко прищуренные глаза и постоянно приподнятые уголки губ. Фразион явно не ожидал такого ответа и задумался. «То есть…» Да. Я только что намекнул, что бывал здесь неофициально. И, возможно, знаю местность лучше тебя. ---------- Святое королевство Фернанд (2) «Неофициально…» Поначалу Фразион из Палат Семи Престолов не понял, что означали слова Джулиана. Но по мере приближения к границе смысл становился всё яснее. «Он хочет сказать, что бывал здесь неофициально?» Палаты Семи Престолов выполняли семь различных задач ради интересов Святого королевства, включая самую грязную работу. Именно такие дела обычно и называли «неофициальной деятельностью». Убийства ключевых фигур враждебных государств, сбор разведывательных сведений на чужих землях и многое другое. Для страны, ставившей святость превыше всего, подобное выглядело лицемерно. Но правителям любого государства приходилось пачкать руки. «Когда именно он мог это сделать?» Фразион вновь прокрутил слова Джулиана в голове. Можно было списать их на простое хвастовство. Он не раз встречал людей, которые из страха перед могуществом Святого королевства начинали набивать себе цену. Но перед ним был Улыбающийся Палач. Мог ли человек, чья дурная слава достигла даже Фернанда, бросить такие слова лишь ради бахвальства? «Нет. Он точно проводил здесь разведку». Иначе откуда такая уверенность на развилке? — Фразион, благодарим за службу! Пограничники Святого королевства узнали его и приблизились с почтительным приветствием. Фразион окинул их острым, как клинок, взглядом. Расследование началось поздно, но, если шпионаж Джулиана подтвердится… «Ты умрёшь от моей руки». — Доложите верховному жрецу. Глава имперской делегации, возможно, ранее занимался шпионажем на территории Святого королевства. — Будет исполнено! Проводив уходящего стражника взглядом, Фразион снова посмотрел на делегацию Империи. Точнее, на Джулиана, который ехал впереди процессии, держа поводья. «О чём ты думал, произнося такое?» Что он замышлял? Фразион всматривался в него, но прищуренные глаза не выдавали ни единой мысли. Даже вступая на землю вражеской страны, с которой заключили лишь перемирие, а не полноценный мир, Улыбающийся Палач не проявлял ни одной ожидаемой эмоции. *** Альтея — столица Святого королевства Фернанд и сердце Церкви Солнца, поклонявшейся богу Соларуну. Атмосферу города можно было описать одним словом: благоговение. — Здесь так много молящихся. Никогда прежде не видела ничего подобного. Въехав в Альтею, Линне сжала поводья и тихо заговорила. Я в какой-то мере её понимал. Люди всех возрастов — от маленьких детей до седых стариков — молились перед статуями Соларуна. В этом зрелище действительно было нечто трогательное. — Это сердце Церкви Солнца, поэтому я ожидал подобного. Возможно, другие города выглядят иначе, но Альтею я представлял именно так… И всё же увидеть её собственными глазами совсем другое дело, — произнёс Эульсис из кареты. Даже привыкший ко многому член императорской семьи находил этот пейзаж необычным. — Если двигаться по этой дороге, мы доберёмся до Святилища Обрядов. Полагаю, высшие сановники Святого королевства лично встретят Его Высочество Эульсиса. — Вы говорите так уверенно. Неужели действительно бывали в Святом королевстве? — спросила Линне. Несмотря на внутренние мысли, я сохранил спокойное выражение лица. На самом деле я никогда здесь не был и видел город только в игре. Но ладно. Будем считать, что посещал. Мы двигались по ухоженной дороге. Людей вокруг становилось всё меньше, зато здания выглядели всё величественнее. Настоящей вершиной великолепия оказался каменный мост, ведущий к сердцу Альтеи — Святилищу Обрядов. Хлоп-хлоп-хлоп. Сотни белых голубей взмыли к облакам и закружили у высоких стен. Линне не сдержала восхищённого вздоха. — Ого… — Джулиан действительно не преувеличивал. Архитектура обладает особым очарованием. Даже во мне просыпается благочестие, — восхищённо произнёс Эульсис. Стоило ли человеку, приехавшему перетянуть это самое благочестие на свою сторону, говорить подобное? Разумеется, я тоже был впечатлён. Изображение на небольшом мониторе и настоящий город перед глазами — совершенно разные вещи. Кхм. Впечатляет. Не желая стоять с открытым ртом, как деревенский дурак, я сдержал удивление. Когда мы приблизились к крепости, стали видны часовые. Их белые доспехи подходили местной архитектуре, но взгляды были далеко не приветливыми. — Они смотрят недружелюбно, — заметила Линне. — Между нашими странами лишь перемирие. Когда-то мы были врагами, готовыми воевать до конца. — Ха-ха, верно. Здесь мы нежеланные гости, — согласился Эульсис. — Приятно видеть такие высокие стены. Будто они построены потому, что местные дрожат перед величием Империи. На мою шутку Линне бросила суровый взгляд. На её лице ясно читалось: «Какую чушь вы несёте?» Конечно, я и сам знал, что стены возвели ещё до войны с Империей. Какая мрачная женщина. Это была шутка. — Неплохой взгляд на вещи, — тихо рассмеялся Эульсис. Похоже, любая шутка из уст Джулиана звучала как неоспоримая истина. Такая уж у него физиономия. — Благодарю, что проделали столь долгий путь, принц Эульсис. Я Гарот, один из верховных жрецов Фернанда. Когда мы вошли глубже в Святилище Обрядов, навстречу вышел Гарот — один из двенадцати верховных жрецов. Обычно люди такого положения не покидали своих мест без серьёзной причины, но прибытие имперского принца всё-таки заставило его подняться. Его одеяние напоминало мантии сопровождавших Фразиона священников, только узоры были заметно богаче. — Рад встрече, верховный жрец Гарот. — Ха-ха, удовольствие целиком моё! Принц Империи Адратан обладает достоинством, полностью соответствующим своему происхождению. Похоже, манеры Эульсиса, соблюдавшего этикет Святого королевства, произвели хорошее впечатление. Гарот улыбнулся с явным удовлетворением. — Надеюсь, вы без труда нашли дорогу? Святилище Обрядов устроено довольно сложно, и людям, прибывшим впервые, легко заблудиться. — Мой начальник охраны прекрасно умеет находить путь. После слов Эульсиса Гарот широкими шагами приблизился и посмотрел на меня. Рот продолжал улыбаться, но в глазах не было и следа доброжелательности. — Человек, столь хорошо разбирающийся в дорогах, достоин зависти. Жаль, что в нашем Святом королевстве нет подобного таланта. Пронзительный взгляд. Именно так смотрят на нежеланного гостя. Не произнося ни слова, Гарот спрашивал: «Вы уже бывали в Святом королевстве неофициально?» Точнее, он хотел понять, ступал ли я когда-нибудь в само Святилище Обрядов. Похоже, сообщение Фразиона уже дошло до него. — Я многое о вас слышал, господин Джулиан. Говорят, вы один из любимых учеников почтенного Святого Меча. Гарот прекрасно знал об отвратительных отношениях между Джулианом и его наставником, поэтому намеренно упомянул это. Но устраивать скандал здесь не имело смысла. — Для меня тоже честь встретиться с вами, верховный жрец Гарот. В его глазах на мгновение мелькнул свет и сразу погас. — Тогда стоящая рядом госпожа — другая ученица Святого Меча, Линне. Гарот посмотрел на неё, и Линне ответила лёгким поклоном. — Хейдену Райху поразительно повезло с учениками. Или, возможно, выдающийся человек естественным образом притягивает выдающиеся таланты. Слова власть имущих нельзя воспринимать буквально. Они мастерски прячут политику и насмешку за обычной учтивостью. Улыбающийся Гарот, вероятно, подразумевал: «Раз Святой Меч перешёл к нам, вслед за ним в Святом королевстве появятся и другие талантливые люди. Новая война с Империей — лишь вопрос времени». К сожалению, кроме меня, никто не уловил этот оттенок. Остальные лишь гордо улыбнулись. — Ваше Высочество Эульсис, перейдём к обсуждению крещения? Оставив любезности, Гарот заговорил о главном. — Насколько я понимаю, Ваше Высочество приехали принять крещение в Святом королевстве, чтобы объединить последователей Церкви Солнца в Империи. Как и ожидалось… Если в Святом королевстве не сидели одни идиоты, они не могли не понимать положение Эульсиса. Четвёртый принц, почти не имевший шансов на престол. Он рискнул прибыть на чужую территорию, чтобы собрать под своим знаменем имперских верующих Церкви Солнца. — Но независимо от ваших намерений крещение должно пройти по всем правилам. Это находится в нашей юрисдикции. — Я понимаю. Я прибыл, чтобы следовать обрядам. — Ха-ха, благодарю. Тогда начнём немедленно. Гарот мягко улыбнулся и пошёл вперёд. Эульсис последовал за ним. Когда охраняемый принц двинулся с места, мы с Линне тоже собирались пойти следом. — Ах, крещение должно проходить наедине с Его Высочеством. Прошу вас двоих подождать здесь. Гарот не позволил нам сопровождать принца. — Это невозможно. Крещение важно, но Его Высочество остаётся принцем Империи. Я отвечаю за его безопасность, и это не обсуждается. Я отказал без промедления. После недавнего нападения в поезде оставлять Эульсиса одного было слишком рискованно. — Как и ожидалось! Я много слышал о вашей преданности, господин Джулиан. Преданности, как же. Если с принцем что-нибудь случится, голову отрубят именно мне. — Однако вы обязаны соблюдать наши законы. Вступив на землю Святого королевства, вы должны были понять: ваши жизни теперь легче пёрышка на ветру. Голос Гарота впервые стал по-настоящему серьёзным. — Нет! Мы дипломатическая миссия Империи и требуем соответствующего обращения… — вспыхнула Линне. Я поднял руку, останавливая её. Гарот был прав. Оказавшись здесь, мы, имперские подданные, подпадали под власть Святого королевства. Каким бы сильным ни был один человек, сражаться против целой страны — совсем другое дело. Лязг! Двигая рукой, я случайно коснулся ножен. Металлический звук громко разнёсся по торжественному залу. Он явно не подходил этому месту. Я спокойно положил ладонь на ножны и задумался, как разрешить спор. — Жизни легче пёрышка… Ху-ху. Мне нужно было лишь выиграть время, поэтому я тихо рассмеялся. — Ха-ха… Разумеется, я пошутил. На этот раз, пользуясь своими полномочиями, позволю вам присутствовать. Что? Вот так сразу? Не понимая причины резкой перемены, я кивнул так, будто всё происходило совершенно естественно, и с интересом посмотрел на капли пота на лице Гарота. — Благодарю за любезность, верховный жрец. *** Лязг! После завершения крещения принца Эульсиса Гарот вернулся в кабинет и одним движением смахнул со стола подсвечник. — Где сейчас Святой Меч? Он посмотрел на стоявшего в комнате священника. — …Вероятно, возвращается после проверки Зала Яда Гу. — Фух… Услышав доклад, Гарот тяжело выдохнул. — Мало того что создал это безумное место, так ещё и почти каждый день лично его проверяет… Похоже, достоинство Святого Меча действительно окончательно рухнуло. С ненавистью в голосе Гарот опустился в кресло. — Проклятый ублюдок. Затем в памяти всплыл прищуренный палач, с которым он недавно разговаривал. Ладонь Джулиана на рукояти ясно предупреждала: он зарубит любого, кто не позволит ему сопровождать принца. «Ваши жизни легче пёрышка на ветру… Ху-ху». А его насмешливый ответ на предупреждение будто означал: «Что за нелепость». «Я понимаю, что вы задумали». «Подумайте, зачем я сказал, что бывал здесь неофициально». Несказанные фразы Джулиана продолжали звучать в голове Гарота. — Цок… Он раздражённо прикусил язык. Другие верховные жрецы возражали против допуска имперского принца, но Гарот намеревался осуществить план любой ценой. Причина была проста. — Неужели он действительно знает? Гарот хотел промыть Эульсису мозги, подчинить его себе и использовать в нужный момент. Для этого в Священном зале заранее подготовили реликвию. Во время крещения обряд подчинения должен был пройти незаметно, однако присутствие Джулиана всё сорвало. — Он понял намерение и специально настоял на сопровождении. Гарот нервно прикусил губу. — Что теперь делать, верховный жрец? Раз не удалось воздействовать на имперского принца во время крещения, другого способа может не оказаться… — Остальные верховные жрецы уже обращают внимание на эту делегацию. Если не закончить быстро, они заметят исчезновение реликвии из Священного зала. Гарот посмотрел на встревоженных священников и принял решение. — Вызовите троих из Чёрного подразделения. Приказ призвать членов Чёрного подразделения — части Палат Семи Престолов, выполнявшей самые грязные задания, — потряс всех присутствующих. — Если позвать их, крови не избежать! — А если с посланниками что-то случится, возникнет дипломатический скандал… — Ничего. Если мы подчиним Эульсиса, никто никогда не узнает правды. — А что делать с двумя сопровождающими? На лице Гарота появилась ледяная улыбка. — Они погибли при нападении демонов по дороге обратно в Империю. Разве не правдоподобная история? Демоны были врагами всего человечества. Разве не могло случиться так, что дипломатическая миссия была уничтожена по пути домой? Если они погибнут уже за пределами Святого королевства, кто сможет обвинить Фернанд? Представив, как всё сложится, Гарот растянул губы в мерзкой, злобной усмешке. ---------- Святой Меч (1) Святое королевство Фернанд. Причин приехать сюда было несколько. Но главной оказалась самая важная — и совершенно эгоистичная. Ха-ха. Больше нигде такого не найти. — За ними так хорошо ухаживают, что вы наверняка останетесь довольны. Оружие? Ха. У меня уже был Лунный Меч. Доспехи тоже не интересовали. Окутанное аурой тело Джулиана превосходило большую часть брони. Я пришёл всего лишь купить… орхидеи. Кто-нибудь мог бы пренебрежительно сказать: «Всего лишь орхидеи». Но такое мнение было бы крайне поверхностным. Орхидеи Империи и Святого королевства принципиально различались. Если сильно упростить, имперские напоминали восточные сорта, а фернандские обладали более западным обликом. Сравнение было не совсем точным, но общую разницу передавало. Внимательно осмотрев выставленные цветоводом горшки, я осторожно спросил: — Могу я к ним прикоснуться? — Разумеется! Получив разрешение, я мягко провёл пальцами по листьям. «Неплохо». Лёгкое щекочущее прикосновение доставило удовольствие, и на лице появилась довольная улыбка. — Я хотел бы приобрести эти две. — Вы выбрали Лингию и Правинчо. У вас прекрасный глаз. Эти редкие орхидеи растут только в Святом королевстве. Я продолжал улыбаться похвалам цветовода, расплачиваясь за покупку. Не был уверен, принимают ли здесь имперскую валюту — нары, — но продавец любезно согласился. Правда, заплатить пришлось немного больше обычного. — Вы действительно пришли на рынок только ради орхидей?.. — пробормотала сопровождавшая меня Линне, качая головой. Похоже, понять она не могла. — Личное время в чужой стране выпадает редко. Почему бы вам не осмотреть город самостоятельно, вместо того чтобы следовать за мной, госпожа Линне? Она равнодушно покачала головой, сохранив бесстрастное выражение. — Человек, владеющий мечом или маной, должен быть честен со своими желаниями, госпожа Линне. — Как желания связаны с маной? — Мана особенно сильно откликается на волю владельца. Линне пожала плечами, будто спрашивая: «О чём вы вообще говорите?» — и снова посмотрела на горшки. — Мы хотя бы сможем отвезти их в Империю? На седле, похоже, поместится лишь один. — Хм… В её словах был смысл. Я замер и задумчиво посмотрел на растения. Если честно, при покупке об этом не подумал. — Какая сложная дилемма. Обе мне нравятся. Возможно, стоило выбрать что-нибудь поменьше. Изобразив раздумья, я мельком взглянул на Линне. — Ничего не поделаешь. Один горшок привяжу к своей лошади. — Вы справитесь? — Разумеется. Вы ведь исправили мою технику верховой езды. — Я спрашивала, разумно ли везти груз на седле при вашем уровне навыков. Линне лукаво улыбнулась, сузив глаза от веселья. — Я лишь пошутил, госпожа Линне. Благодарю за заботу. Скр-р-р! Скр-р-р! В этот момент над шумным рынком разнёсся неприятный металлический скрежет. Линне вздрогнула и обернулась, но я уже издалека понимал, что приближается. Я чувствовал «это». Лязг. Лязг. За повозкой, которую тянули лошади, ехала огромная железная клетка, а внутри… — Демон? Именно. В клетке сидел демон, пуская слюни и беспокойно оглядываясь. — Звероподобная особь. Рогов нет, значит, низший демон без разума. — Это я и сама вижу. Я спрашиваю не об этом. Настоящий вопрос был понятен. Почему по городу везут запертого демона? Я решил объяснить. — В Святом королевстве существует одна… «непристойная» традиция. — Непристойная? — Да. Я не собирался говорить настолько резко, однако Джулиан явно испытывал к «этому» сильное отвращение. — …Арена. — Арена? Та самая, о которой я думаю? — Вероятно. Место, где люди рискуют жизнью ради денег и развлечения толпы. Логово тех, кто утратил самоуважение. Слова сами полились изо рта. Заодно стало понятно, почему Джулиан на уровне инстинктов ненавидел арены. Люди выходили туда с мечами не ради чести или совершенствования, а лишь ради удовольствия зрителей. Конечно, у каждого могли быть свои причины, но Джулиан презирал их отчаянную возню, будто они были насекомыми, цеплявшимися за ещё один день жизни. — …Но разве в Империи тоже нет арен? — Есть. Однако там демонов не заставляют сражаться друг с другом и не выпускают людей против демонов. Подобное существовало только в Святом королевстве. Возможно, причина заключалась в патологической ненависти Джулиана к демонам. Глаза Линне похолодели. — Значит, клетка с демоном направляется на ту самую арену. — Теперь вы понимаете, почему я назвал эту традицию непристойной? Линне огляделась. Белоснежные здания, сдержанная красота города. Она тихо вздохнула и кивнула. — Это неожиданно. Столица мне понравилась. Из-за названия «Святое королевство» я ожидала более достойной атмосферы. — Те, кто оборачивает себя громкими словами и красивыми украшениями, часто лишены истинной сути. Как в стране благородных мужей не находится ни одного благородного мужа, так и в Святом королевстве нет святости. Разумеется, это была личная теория, позаимствованная из будущей реплики Джулиана. «Разве тьма не существует именно потому, что есть свет, наставник?» — Справедливая мысль. — Благодарю за согласие. — Тогда те, кто постоянно заявляет о преданности императорской семье или хвастается мастерством меча, тоже лишены и того, и другого? Подросла. Научилась так тонко язвить. — Я шучу, господин Джулиан. Спасибо за объяснение и заботу. Линне слегка улыбнулась. Я мысленно запомнил этот выпад, взял купленные горшки и направился к вилле, выделенной нам верховным жрецом. Тук. Тук. По дороге Линне постучала пальцем по моей спине. — За нами следуют трое. — Я знаю. Три присутствия я заметил ещё после покупки орхидей. — Знали? Тогда почему так спокойны? Потому что привык. К тому же опыт позволял всё быстрее оценивать подобные ситуации. — Погоня не выглядит враждебной. Они лишь наблюдают за чужеземцами. — …Откуда вы знаете? Просто чувствую. Интуиция человека, которого преследовали уже не раз. Как и ожидалось, от шедших следом не исходило ни маны, ни ауры, ни убийственного намерения. «Вероятно, люди верховного жреца Гарота». Они начали наблюдение не сразу после нашего прибытия, а только после разговора с ним. Поэтому пока можно было закрыть глаза. Прямое столкновение лишь создало бы лишние проблемы. — …Хм? Но у входа на виллу нас уже ждала незнакомая группа. Двое в жреческих одеждах и мужчина в доспехах, похожих на броню Фразиона. «Кто они?» Заметных фигур Святого королевства я должен был хотя бы приблизительно помнить, но их лица не узнавал совершенно. Похоже, обратное было неверно. Стоило встретиться взглядами, как над головой рыцаря вспыхнул яростный Цвет Негатива. Кроваво-красный — гнев. При настолько явной эмоции даже безразличие могло ещё сильнее его разозлить. — Джулиан…! Мужчина, скрипнув зубами, двинулся ко мне. Кто он такой? Совсем не помню. Что сказать? — Успокойся, Идель. Неожиданно прозвучал глубокий голос. Мы с Линне инстинктивно обернулись. Перед нами стояло знакомое лицо. Тёмные волосы с заметной сединой. Покрытые мозолями руки. Усталые карие глаза, резко контрастировавшие с суровыми чертами. Именно это лицо было изображено на обложке «Let’s Kill the Demon King Now». — Г-господин Джулиан! Рядом раздался испуганный возглас Линне. Причину я понял сразу: тело уже рванулось вперёд, обнажая меч. Лязг! Однако мужчина средних лет, словно давно привыкший к подобному, без труда заблокировал удар. — Ты не изменился, Джулиан. Вместо приветствия сразу хватаешься за меч. Он говорил спокойно, удерживая мой клинок. — Вам понравилось моё приветствие после долгой разлуки, наставник? Хорошо поживали? Я ответил так же невозмутимо и даже слегка улыбнулся. «Проклятый ублюдок!» Стоило увидеть Хейдена Райха, как тело среагировало само. А внутри без остановки звучал один приказ. Убей его. Убей человека, который унизил тебя и изгнал. «Да заткнись уже!» Я подавлял инстинкты Джулиана и пытался понять, как выйти из положения. В этот момент кожу кольнул необычный поток маны. — Разве сам не видишь? Скрип! Скрип! Из тела Хейдена хлынула синяя мана и начала отталкивать мой меч. — Угх… Впервые меня теснили одной лишь грубой силой. Скорее всего, дело было в голубоватой ауре, окружавшей Хейдена Райха. Единство Меча и Тела. Как Лунный Меч был символом Джулиана, так эта аура олицетворяла главного героя — Хейдена Райха. Под её подавляющим давлением мне было трудно даже пошевелиться. Вот она — истинная сила Святого Меча, главного героя. Чувствуя, как меня теснит его аура, я крепко прикусил губу. — П-пожалуйста, уберите мечи! Господин Джулиан! Наставник, вы тоже! Посредником между нами стала Линне. Услышав просьбу, Святой Меч взглянул на неё и медленно убрал ауру. — Не бойся, Линне. Это было лишь приветствие. Я тоже отвёл клинок и отступил на шаг. — Давно не виделись. Как ты поживала? — Что? А… Появление Хейдена Райха и внезапный вопрос окончательно сбили Линне с толку. Она кашлянула, собираясь с мыслями, и ответила: — Хорошо, наставник. На её лице смешалось множество чувств. Хейден мягко улыбнулся. — Зайдём внутрь. Нам многое нужно обсудить. С этими словами он вошёл на виллу. Вся его спина была открыта, и мне пришлось сдерживать желание немедленно снова обнажить меч. Необычайно сильное раздражение. Но даже среди него… «Ах!» Я хотя бы не забыл горшки. *** — Удивительно. Не думал, что когда-нибудь увижу Святого Меча, Джулиана и госпожу Линне за одним столом. Когда мы расселись, первым заговорил Эульсис, до нашего прихода беседовавший с Хейденом. На лбу принца блестела капля пота. Он старался сохранять спокойствие, но ситуация явно нервировала. Святой Меч и Джулиан. На его месте я бы тоже боялся, не зная, в какой момент они снова бросятся друг на друга. — …Фух. Линне смотрела на нас с таким напряжением, какого я прежде на её лице не видел. О наших отношениях знали все. Она ожидала, что я могу выхватить меч в любую секунду. — Похоже, у тебя появилось интересное увлечение, — нарушил неловкую тишину Хейден. — Никогда не думал, что ты заинтересуешься орхидеями. Мне казалось, тебе безразлично всё, что требует терпения и тщательного ухода. — Похоже, вы плохо меня знаете, наставник. В голосе невольно прозвучала насмешка. Встреча с главным героем «Let’s Kill the Demon King Now» должна была стать исполнением мечты, но рядом со Святым Мечом я ощущал не радость, а раздражение. — За долгие годы без встреч вкусы могли измениться. Он говорил так, будто действительно хорошо меня знал. И лишь сильнее разжигал неприятное чувство в груди. — Ваше Высочество Эульсис, не могли бы вы на время оставить нас? Я хотел бы поговорить с учениками наедине. — Разумеется. Я охотно уйду. Вам наверняка есть что обсудить. Нужно обладать немалой смелостью, чтобы попросить принца покинуть собственную гостиную. Я проводил Эульсиса взглядом. По мере удаления его фигура казалась всё меньше. Затем вздохнул и снова посмотрел на Хейдена. «Ах…» Имя «Святой Меч» имело для меня огромный вес. Именно из-за него я увлёкся этой игрой. Из-за него возненавидел разработчиков. И, возможно, из-за него оказался здесь. За годы я познакомился с бесчисленным количеством произведений и сформировал собственный образ главного героя. А человек, с которого всё началось, теперь сидел передо мной. Даже новость, что он отказался от своей роли и попросил убежища в Святом королевстве, не вызывала настолько сильного отторжения, как эта встреча. — Теперь, когда Эульсис ушёл, с чего начнём? Расплывчатое неприятное чувство наконец обрело форму. ⇒ Черта «Сомбра» обнаружила демона. ---------- Святой Меч (2) Моя черта «Сомбра» обнаружила присутствие демона. След демонической энергии исходил от Святого Меча — Хейдена Райха. Он недавно убил демона? Нет, не может быть. Подавив поднимавшиеся внутри сомнения, я сосредоточился на Хейдене. — Наставник. Первой заговорила Линне. Она изо всех сил старалась сохранить спокойствие, но взгляд заметно дрожал. — Что такое, Линне? — Почему… Она замолчала, собираясь с духом, затем глубоко вдохнула и всё-таки спросила: — Это правда… что вы попросили убежища в Святом королевстве? Прямой вопрос заинтересовал и меня. Ни в одном из известных мне вариантов сюжета Святой Меч не переходил на сторону Фернанда. — Разве не вы учили меня гордиться тем, что я мечница Империи, и жить как её гражданка? — Учил. — Тогда почему… Хейден посмотрел на замолчавшую Линне. Её руки дрожали, словно она хотела сказать гораздо больше, но всё же ждала ответа наставника. — Возможно, потому что я уже не тот благородный человек, которого ты знала. Мне стало её жаль, и я заговорил первым. Предательство наверняка причиняло огромную боль. После смерти отца именно Святой Меч занял пустующее место, став её наставником. — …Не говорите так. — Тогда не сомневайтесь в решении наставника. Даже если он бессердечно бросил следовавших за ним людей и молча сбежал в Святое королевство, не сказав ученице ни слова, вы должны попытаться его понять. Разве не так? Чем дольше я говорил, тем сильнее искажалось лицо Линне. Не от раздражения на мои слова — её сердце разрывала измена человека, которому она верила. Я и сам заметил, что речь затянулась сильнее ожидаемого. Настоящий Джулиан не стал бы так рассуждать. Он давно выхватил бы меч и устроил скандал. Но я достаточно хорошо понимал себя. Святой Меч имел огромное значение и для меня. — …Прости. Наконец Хейден, долго молчавший, заговорил. — Линне, мне нечем оправдаться. Я знал, что решение причинит тебе боль. И всё равно ничего не сообщил заранее. Несмотря на извинение, она не ответила. Вернее, не смогла. Ладони дрожали на коленях, а обычно ясные глаза покраснели. — Поэтому я хочу кое-что предложить. Именно ради этого я рекомендовал тебя Его Высочеству Эульсису. Я молча слушал, заранее готовясь к какой-нибудь нелепости. — Не хочешь покинуть Империю и тоже попросить убежища в Святом королевстве? Он совсем с ума сошёл? Сначала Линне решила, что наставник дразнит её. Что Святой Меч просто устроил ученице неуместную шутку. Но от этой надежды её избавил сам Хейден, повторив предложение совершенно серьёзно. «Не хочешь покинуть Империю и тоже попросить убежища в Святом королевстве?» В этот момент Линне окончательно осознала: Святой Меч действительно перешёл в Фернанд. На неё обрушились растерянность и тревога. «З-значит, это правда. Наставник…» Предложение было безумным. Она не обнажила меч и не попыталась немедленно задержать его лишь потому, что говоривший занимал слишком важное место в её жизни. Самый благородный Святой Меч. Человек, открывший ей новый путь. Линне не могла просто отмахнуться от слов настолько уважаемого человека, объявив их шуткой, и невольно задумалась. — Я… Я… Инстинкты требовали отказаться, но… «Наставник не предложил бы такое без причины…» Она слегка подняла голову и заглянула Хейдену в глаза. Как всегда, лицо Хейдена выражало доброту, а взгляд был полон заботы. Если она откажет… «Он сильно разочаруется». Эта мысль не давала открыть рот. — Вы осмеливаетесь обсуждать «убежище», когда прямо перед вами находится сотрудник «Закрытых Глаз», наставник? В этот момент Джулиан вмешался в разговор. Как обычно, истинные чувства скрывала улыбка, но тот, кто давно его знал, мог заметить под ней раздражение и гнев. — Я ожидал, что ты рассердишься. Но всё же спрошу и тебя. Как насчёт такого предложения? — Вы предлагаете императорской гончей перейти в Святое королевство? Ха-ха. Вынужден учтиво отказаться. — Разве ты не желал моей смерти? Если я буду рядом, возможностей станет больше. Линне прекрасно знала: Джулиан одержим именем Святого Меча. Эта одержимость означала, что он признаёт Хейдена сильнее всех и одновременно сильнее всех хочет получить его признание. Поэтому Линне невольно испугалась, что Джулиан может принять предложение. Но, словно насмехаясь над её тревогой, он коротко рассмеялся с привычным раздражающим выражением. — После тигра остаётся шкура, после человека — имя. В нём и заключается ценность. — Разумеется. Именно я когда-то этому тебя научил. — Но если имя уже валяется в грязи, кто захочет его подобрать? Лишь собственные «руки» испачкаешь. Какая непоследовательность. Чтобы сохранить собственную честь, он спокойно отвернулся от падения другого человека. Весьма эгоистично. Подумав так, Линне посмотрела на наставника, желая увидеть его реакцию. — Я знал, что ты ответишь именно так. Хейден кивнул с доброй улыбкой, будто ничего другого и не ожидал, затем снова обратился к Линне. — Я тоже отказываюсь. Хотя отказ Джулиана он предвидел, ответ Линне, похоже, немного его разочаровал. — Как и мой отец, я гражданка Империи. Произнести это было трудно. Но решительность Джулиана придала ей сил. Его слова не слишком её тронули, однако верность стране, которой они оба служили, действительно заслуживала уважения. А после самого отказа Линне почувствовала облегчение, словно наконец выбралась из душного помещения. — Хорошо. Разочарование на лице Хейдена быстро исчезло. — Вообще-то предлагать такое людям, которые прибыли охранять имперского принца… Он самоиронично покачал головой, затем вновь принял доброжелательное выражение и провёл ладонью по подбородку. Повисла короткая тишина. — Я хотел бы задать вопрос, наставник. Теперь разговор повёл Джулиан. — Спрашивай. Хейден широко развёл руки, будто совершенно открыт для разговора, но ученик резко перебил его. — Вы понимаете, в каком состоянии находится ваше тело? «О чём он?» Линне не поняла вопроса. Он звучал неожиданно и совершенно не соответствовал предыдущей теме. — Хм. Но Хейден заинтересовался, словно ждал именно этого. — Не понимаю, к чему ты клонишь, Джулиан. — Вы ведь прекрасно знаете, что ваше тело находится на грани смерти. Тук. Как и при первой встрече, Джулиан положил ладонь на рукоять. — Вы подвергаетесь демонизации, не так ли? От потрясения Линне вздрогнула всем телом. Она хотела спросить, что это значит, но не могла поверить услышанному. — Наставник?.. «Это ложь». Она повторяла про себя, что такое невозможно. — Хорошо заметил. Хейден спокойно признал правоту Джулиана. — Не может быть… От прямого признания лицо Линне побелело. Они разговаривали будничным тоном, хотя обсуждали нечто чудовищное. При развитии демонизации человек терял разум и становился демоном. Лишался человеческого достоинства и превращался в чудовище, нападающее на окружающих. — Неужели ради остановки демонизации вы совершили эту глупость и попросили убежища? Благодаря холодным словам Джулиана Линне отчасти поняла выбор наставника. Возможно, в Святом королевстве существовал метод, которого не было у Империи, и Хейден знал о нём. — Возможно. Неопределённый ответ вновь лишил её сил. — Мне незачем рассказывать. — Вы намерены всё скрывать? — Разве это не взаимно? Ты хранишь свои тайны, Джулиан. Почему я не могу решить, что мои тоже следует оставить при себе? Линне невольно согласилась с наставником. Она хорошо знала, насколько много секретов скрывает этот хитрый мужчина с прищуренными глазами. Линне пыталась их раскрыть, но всё оставалось в тумане. Разве Хейден отличался? Похоже, он видел Джулиана насквозь, замечая нечто, скрытое от остальных. — Вот как? Ха-ха. Обычный человек покрылся бы холодным потом от такого проницательного замечания Святого Меча, но Джулиан не дрогнул. Раздражающая улыбка не исчезла, а поза оставалась безупречно спокойной. Линне лишь покачала головой. — Похоже, ты торопишься, но в важный момент всё ещё способен сохранять хладнокровие. Совсем не изменился, Джулиан. Слова «не изменился» почему-то слегка его задели. — А вы, наставник, изменились весьма заметно. — Люди меняются. — Вы должны понимать: в Святом королевстве нет способа остановить демонизацию. Джулиан медленно поднялся. — Тогда почему она прогрессирует? Зачем было бежать в Святое королевство?.. Я не знаю всей правды, но одно предположение сделать могу. Он не касался рукояти, однако исходившее намерение было острым, как уже обнажённый клинок. — Вы сами впустили демоническую энергию в своё тело, наставник. А Святое королевство вам помогло. Шинг! Едва слова прозвучали, Джулиан выхватил меч. — И снова ты обнажаешь оружие. Уверен? На этот раз простой формальностью всё не закончится. — Вы предали Империю и находитесь в шаге от превращения в демона. Прекрасный клинок, выкованный из драгоценного камня. Когда Линне впервые услышала, что его изготовили в «Пламени Заката», была уверена: меч скоро расколется. Но он продолжал раз за разом доказывать, что способен служить настоящим оружием. — У меня нет причин вас не зарубить. — Разве это не просто удовлетворение личного желания? — Личный интерес тоже присутствует. И что? — Хвост виляет собакой, значит. Хейден недоверчиво улыбнулся и посмотрел на Линне, будто без слов просил остановить безумца. Она покачала головой. — Наставник, почему вы не отрицаете слова господина Джулиана? — О чём ты? — Что вы… сами приняли демоническую энергию… — Ха-а. Хейден тяжело выдохнул. — С каких пор ты настолько доверяешь Джулиану? Разве не ты всегда ненавидела его и отрицала любой поступок? — Я… Услышав от наставника главную причину своей неприязни, Линне на мгновение замешкалась. Затем вновь подняла голову. — Я знаю, что хотя бы в подобных ситуациях он не лжёт. Она знала. Джулиана называли демоном с каменным сердцем и Улыбающимся Палачом. Но в последнее время он перестал обманывать её — особенно в моменты вроде этого. Будь ему что скрывать, Джулиан скорее уклонился бы от ответа за непроницаемой улыбкой, чем прямо обвинил Хейдена Райха. — Какое разочарование. Тихий голос Хейдена прозвучал почти печально. В тот же миг из его тела хлынула подавляющая демоническая энергия. — Угх… Под таким давлением трудно было сделать даже один шаг. Пошевелить пальцем казалось почти невозможно. Энергия не уступала трёхрогому демону — возможно, даже превосходила его. «Это уже не просто демонизация…» Хейден полноценно управлял этой силой. То, что Святой Меч сознательно двигался по пути демонизации, делало слова Джулиана ещё убедительнее. «Почему?» Что случилось с некогда благородным наставником? Как он дошёл до такого падения? Погружённая в мысли, Линне почувствовала, как из носа потекла кровь. Так происходило, когда человек без защиты маны попадал под давление мощной демонической энергии. Следом пришли головная боль и озноб. «Нельзя терять сознание…» Зрение постепенно мутнело, однако внезапно давление ослабло. — Господин Джулиан? Он встал перед Линне и сдержал демоническую энергию Хейдена. Без малейшей подготовки справиться с таким выбросом. Линне поразилась его способности. Как и сам Хейден. — Ты с лёгкостью выдерживаешь эту энергию, даже не выпуская ауру. Значит, ты тоже… Он не успел договорить. Молниеносный удар устремился к его шее. Хейден выхватил меч и отбил клинок. Лязг металла разнёсся холодным эхом. Словно предсказывая их скорое будущее. Так началось второе приветствие между наставником и учеником. ---------- Святой Меч (3) Говорят, эмоции — это всего лишь химические реакции, вызванные выбросом гормонов. А кто-то и вовсе считает их интерпретацией, которую мозг даёт состоянию тела. Но для меня сейчас всё это было лишь одной большой проблемой. «Вот же ублюдок». Я и сам не заметил, как обнажил меч и мысленно выругался, встав напротив Святого Меча. Это проклятое тело всегда впадало в крайности, стоило рядом оказаться Святому Мечу или демону. А кем был мой нынешний противник? «Он и Святой Меч, и демон!» Будто переключатель ярости Джулиана продавался по акции «два по цене одного»! — Раз ты способен настолько легко сопротивляться демонической энергии, объяснение может быть лишь одно. Даже скрестив со мной клинки, Святой Меч продолжал что-то говорить. Он всегда был таким болтливым? Желая хотя бы ненадолго заставить Хейдена замолчать, я сильнее надавил на рукоять. Скр-р-р… Металл неприятно заскрежетал, и Святой Меч отступил на шаг. — Твоя чудовищная сила ничуть не изменилась. — Для человека на пороге смерти вы тоже почти не изменились, учитель. Не хотите воспользоваться своей хвалёной благородной аурой? — Для обмена приветствиями она не нужна. Но если я применю ауру сейчас, это превратится в настоящий бой насмерть. Тебя это устраивает? Конечно же, нет. Если мы со Святым Мечом начнём сражаться всерьёз, от этой виллы камня на камне не останется. Да и вероятность моего поражения была весьма высокой. — И всё же тебя это устраивает? Святой Меч продолжал провоцировать меня. — Разве не видно, что именно этого я и желаю? Попади в такую ситуацию настоящий узкоглазый злодей, он без раздумий поставил бы на кон собственную жизнь. Так что подобная реплика вполне подходила Джулиану. В любом случае Линне, как и в прошлый раз, нас остановит. А мне останется лишь нехотя сделать вид, что я уступил. — Учитель всегда говорил, что неправильное необходимо исправлять. Что? Почему она вдруг заговорила об этом? — Вы не раз называли своей ошибкой то, что так и не наставили Джулиана на верный путь. Вопреки моим ожиданиям, Линне тоже обнажила меч. — Если я не остановлю вас сейчас, то буду сожалеть об этом всю жизнь. Эй! Блять! Нет! Ты должна остановить нас! Выполни уже свою роль! Увидев, что Линне всерьёз приняла стойку, я в последней надежде посмотрел в сторону входа в виллу. Хейден попросил всех уйти, но из-за поднявшегося шума оттуда выглядывал четвёртый принц Эульсис. «Может, хотя бы ты вмешаешься?» Стоило мне посмотреть на него с этой надеждой, как Эульсис неловко улыбнулся и отвёл взгляд. Всем своим видом он словно говорил: «Я ничего не видел и видеть не собираюсь». Вот же бесхребетный принц. Хотя с его точки зрения улыбающийся Джулиан, наверное, всем видом заявлял: «Я сам разберусь». Наверняка именно так он и понял. Блять. — Линне, что именно ты собралась остановить? — Если учитель и правда по собственной воле принял в тело демоническую энергию, как сказал Джулиан, то чем вы отличаетесь от Ордена Рассвета? Я не хочу, чтобы вы стали такими же, как они. Хейден сухо рассмеялся, явно недовольный её ответом. — Даже от любимой ученицы слышать сравнение с Орденом Рассвета крайне неприятно. Вжух! Хейден, до этого стоявший напротив, резко развернулся и нанёс страшный удар ногой мне в живот. Я потерял равновесие. Тело будто лишилось веса, а окружающий пейзаж стремительно перевернулся. Мне едва удалось прийти в себя и приготовиться к падению. ▶ Черта: «Предвидение» обнаружила опасность. ▶ Черта: «Прирождённый фехтовальщик» реагирует на угрозу. Я почувствовал направленное на меня остриё. — Угх! Извернувшись в воздухе, я уклонился и встретился с острым взглядом Хейдена. После такого манёвра, да ещё и не касаясь земли, ответить было почти невозможно. Хейден мгновенно приблизился, схватил меня за ворот и впечатал в пол. ▶ Благодаря черте «Непроницаемое лицо» боль была ослаблена. Пусть черта и притупила ощущения, перед моими глазами вновь сверкнул острый клинок. Тук! Я слегка наклонил голову, и меч вонзился в пол буквально в нескольких сантиметрах от лица. — Для умирающего вы на удивление крепки, учитель. Этот ублюдок и правда пытается меня убить?! Мысль была неуместной, и, пытаясь отвлечься от неё привычной издёвкой, я врезал Хейдену коленом в бок. Туп! «У него тело как камень!» Наверное, он укрепил себя демонической энергией. Звук от удара совсем не походил на тот, который издаёт обычная плоть. Тем временем Хейден уже вытаскивал меч из пола, готовясь нанести следующий удар. Лязг! К счастью, завершить атаку ему не дали. Подоспевшая Линне отбила его клинок своим мечом. — Ха-а… ха-а…! Её лицо побледнело. Она явно мучилась оттого, что подняла оружие на человека, который принял её и стал наставником. И всё же Линне вновь встала в стойку. Хейден не упустил краткого колебания. — Разве я не учил тебя, что сомнение мечника равносильно смерти? Он произнёс это мягко, словно просто наставлял ученицу, и взмахнул мечом. Вжух! На этот раз удар перехватил я. — Вы поразительно беспощадны, учитель. Направлять столь смертоносный клинок на собственную ученицу… Вслух я говорил в привычной манере Джулиана, но внутри уже захлёбывался руганью. В трейлере именно я должен был душить Линне, а наш «главный герой» Хейден — остановить меня. Теперь же всё перевернулось с ног на голову. — Никогда не думал, что услышу подобное от тебя. Во рту разлилась горечь, а в груди смешались противоречивые чувства. Вокруг тела Хейдена тем временем начала колыхаться голубая мана. Единство меча и тела. Он решил применить ауру, от которой до этого отказывался. Если так продолжится, мы действительно вступим в бой не на жизнь, а на смерть. Я этого не хотел. Как бы сильно он ни изменился, Хейден всё ещё оставался моим главным героем. — Вам просто недостаёт воображения. Ха-ха. Позвольте просветить вас, дорогой учитель. Но это тело — тело Джулиана — желало совсем иного. Убить учителя. Убить Святого Меча. Убить демона. ▶ Обнаружен резкий эмоциональный всплеск. Инстинкт подсказывал: если сейчас проявятся «Открытые глаза», пути назад уже не будет. Сознание постепенно тонуло в бушующем желании, а на клинке в моей руке начал собираться лунный свет. — Кхек… В тот миг, когда я решил, что уже слишком поздно останавливаться, Хейден внезапно закашлялся кровью и рухнул на одно колено. — Кхек… кха-а! Густая тёмно-красная кровь пропитала его рубашку. Давление ауры и демонической энергии резко ослабло. «Он всё ещё не научился управлять демонической энергией». Впрочем, ничего удивительного. Обычному человеку невозможно полностью подчинить демоническую энергию и одновременно сдерживать демонизацию. Для этого нужна особая священная реликвия либо столь же зловещая черта, как «Сосуд Короля демонов» Джулиана. Разумеется, у нашего главного героя такой черты не было. Почему? Потому что он главный герой. — Какое жалкое зрелище. Неужели такова участь великого Святого Меча Империи? Хейден едва удерживался на ногах, опираясь на меч. При виде него с моих губ сорвался пустой смешок. На этот раз смех принадлежал не Джулиану. Это смеялся я — игрок, который действительно так думал. В смехе ощущалась горечь, но теперь это уже не имело значения. — Нет. Ещё ничего не закончено. Ничего даже не началось. — Неужели вы собираетесь цепляться за эту жалкую жизнь, какой бы уродливой она ни стала? — Если можешь выжить, разве сам не ухватишься за любую возможность, какой бы грязной она ни была? — Джулиан! В тот же миг до меня донёсся тревожный крик Линне, а кожу обожгло холодным убийственным намерением. Одно движение. Всего одного движения хватило бы, чтобы убить стоявшего передо мной «главного героя». Но ради собственной безопасности я всё же отступил. Вжух! Там, где я только что стоял, воздух рассёк меч, окутанный могучей аурой. — Святой Меч, вы в порядке? Клинок принадлежал Иделю — тому самому мужчине, которого я видел у входа. Он помог Хейдену подняться. Демоническая энергия внутри Святого Меча всё ещё бурлила, но боевой дух в его глазах не угас. И всё же было очевидно: продолжать сражение он не сможет. — …Уходим. Не сводя с меня взгляда, Хейден отдал Иделю приказ. Боевой азарт, обида, тоска, желание и смирение. В его глазах сплелось слишком много сложных чувств. Вскоре они скрылись из виду. — Учитель! Линне бросилась было следом, но сопровождавшие Хейдена люди в мантиях преградили ей дорогу. — Прочь! — Линне, остановитесь. Когда вмешался и я, она растерянно посмотрела в мою сторону. Её явно удивило, что именно Джулиан, который так жаждал схватки со Святым Мечом, теперь удерживает её. — Почему вы меня останавливаете? — Вокруг слишком много глаз. Мы не в Империи. Те люди, что следили за нами прежде, снова наблюдают. Услышав мои слова, Линне сосредоточилась и внимательно осмотрелась. Почувствовав вернувшихся преследователей, она раздосадованно прикусила губу. — …Так вот почему вы остановились. Впрочем, такой человек, как вы, и правда не станет действовать без причины. Линне пробормотала это себе под нос, а я мысленно облегчённо выдохнул. Если рассуждать здраво, вступать сейчас в полноценный бой со Святым Мечом было слишком рано. К тому же мы находились не в столице Империи Адратан. Нельзя было поднимать лишний шум. Только и всего. «Просто в этот раз проклятое тело отреагировало слишком остро». Выглянув наружу лишь после того, как всё стихло, к нам наконец вышел гордый принц Империи Эульсис. — Ха-ха. Значит, всё закончилось вот так. Вы только посмотрите на этого психа. Ругательства уже подступили к горлу, но произнести их я не мог. Пусть я и был приглашённым гостем, принц Империи не вмешался в драку, вспыхнувшую на территории чужой страны. О чём он вообще думал? — Благодарю, принц Эульсис. Я глубоко признателен за вашу снисходительность к нашей минутной слабости. Я осторожно вложил в слова своё недовольство, но Эульсис лишь неловко улыбнулся. — Иногда полезно закрывать глаза на небольшие проступки. С вами мне ещё предстоит иметь дело, а с человеком, который покинул Империю, — уже нет. Эульсис говорил так, словно заранее всё взвесил. Если он ожидал благодарности, то сильно ошибался. Вот же ублюдок. Холодный ночной ветер коснулся лица, понемногу проясняя мысли. «Раз он сам окружил себя демонической энергией, Святой Меч прекрасно знал, что его тело подвергается демонизации». Да и как он мог не знать? Человек, уничтоживший не меньше демонов, чем Джулиан, без труда заметил бы перемены в собственном теле. — Фух… Я глубоко выдохнул, и в холодном воздухе перед губами появилось белое облачко. Демонизация главного героя. Будь это игра, перед глазами уже мигала бы надпись «Игра окончена», заставляя меня любой ценой искать решение. И всё же я почему-то сохранял спокойствие. Почему, глядя на проклятого Святого Меча в таком состоянии, я оставался настолько неестественно хладнокровным? Мне хотелось схватить тех, кто отправил меня сюда, и потребовать ответа. Чего они добивались, вселив меня в Джулиана, заставив убить Святого Меча и доведя самого Хейдена до подобного состояния? — Блять, да что за пиздец… Даже ругательство в такой момент едва не сорвалось в вежливую речь, и я раздражённо цокнул языком. Самым смешным было то, что лицо до сих пор оставалось спокойным, будто гладь безветренного моря. Очевидно, на мои эмоции влияли черты «Непроницаемое лицо» и «Двуличие». «Что вообще заставило Святого Меча пасть так низко?» Если он сам выбрал демонизацию, то зачем? «Ради силы?» В такое не поверил бы даже Джулиан. «Что могло настолько изменить его?» Размышляя о человеке по имени Хейден Райх, я покачал головой. «Сейчас не время разбираться в его мотивах». Сначала следовало сосредоточиться на том, что нужно сделать мне. За нами ведь всё ещё тащились те хвосты, которые прицепились после покупки орхидей? «Какие усердные ребята». Вместо того чтобы так упорно следить за нами, лучше бы занялись тренировками. К счастью, крещение Эульсиса завершилось, и уже завтра мы должны были отправиться обратно в Империю. «Но перед этим нужно забрать реликвию. День будет насыщенным». Разумеется, я знал, где она находится. В одной из самых известных достопримечательностей святого города Алтеи. На Арене Мириад. Если говорить откровенно, главной причиной моего визита в Святое королевство Фернанд был именно Колокол Безмолвной Ночи. Да, Эульсис был принцем. Но лишь четвёртым и слишком далёким от престолонаследия. Одни лишь связи с ним не стоили риска поездки в Святое королевство. А вот Колокол Безмолвной Ночи — совсем другое дело. «В последнее время Тенелон стал относиться ко мне настороженнее». После истории с Герардом его взгляд заметно обострился. Под подозрением оказался не только я. Он начал пристальнее следить за всем, что связано с Орденом Рассвета. «Поэтому именно сейчас самое подходящее время». Время сделать первый шаг к тому, чтобы поглотить Орден Рассвета. ---------- Непредвиденное Один из двенадцати верховных жрецов, стоявших на вершине власти Святого королевства Фернанд, Гарот удивлённо повернулся к докладчику. — Ты сказал, Джулиан столкнулся со Святым Мечом? Новость заслуживала внимания. В Империи Джулиан, возможно, и не был известен каждому, но в Святом королевстве его имя знали достаточно хорошо. Разумеется, в основном благодаря дурной славе. Здесь также имели некоторое представление о его болезненной одержимости Святым Мечом. — И чем всё закончилось? Было бы слишком самонадеянно надеяться на гибель обоих, но хотя бы один мог получить серьёзную рану. На губах Гарота появилась язвительная улыбка, совершенно не подобающая верховному жрецу. — К сожалению, обе стороны разошлись без существенных повреждений. После доклада бойца Чёрной Цепи на лице Гарота мелькнуло разочарование, хотя вместе с ним он испытал и облегчение. Святой Меч, некогда служивший Империи, обладал благородной репутацией, известной всему континенту. Говорили, что в одном лишь фехтовании его не способен превзойти никто. И что было бы, пади он от руки собственного ученика? Титул Святого Меча, который Святое королевство с таким трудом привлекло на свою сторону, потускнел бы, а Империя получила бы нового чудовищно сильного мечника. — Остальные верховные жрецы как-нибудь отреагировали на их столкновение? — Владыка Всех Небес и госпожа Шалана выразили сомнения. Услышав имя Владыки Всех Небес, Гарот слегка нахмурился. Почувствовав похолодевшую атмосферу, боец Чёрной Цепи почтительно склонил голову и поспешил добавить: — Однако пока никто из них не предпринял заметных действий. — Того человека интересует лишь Ядовитый Чертог Святого Меча, так что, скорее всего, этим всё и ограничится. Шалана же, пусть и выступает против существования Чертога, вряд ли сдвинет свой тяжёлый зад с места. Гарот согласно кивнул, но вскоре на его лице появилось напряжённое выражение, будто он внезапно что-то осознал. Времени оставалось совсем мало. Церемония крещения завершилась, а значит, исчез и последний предлог удерживать Эульсиса в Святом королевстве. Сейчас необходимо было подчинить разум принца, используя любые доступные средства. «Политика мира с Империей и принесла мне место верховного жреца, однако…» Всегда нужен запасной план. Гарот прекрасно это понимал. Пришло время действовать жёстко. *** Я понимал, насколько важно заполучить священную реликвию, но упустил одну очевидную деталь. — Что ж, начнём готовиться к возвращению. И почему он заторопился с самого утра? В конце концов, официально я прибыл сюда, чтобы сопровождать Эульсиса. Если человек, назначенный его охраной, вдруг потребует заехать на арену по личным делам, это будет выглядеть крайне подозрительно. — Карета подготовлена. — Как и ожидалось от вас, сэр Джулиан. Благодарю за такую расторопность. Стоило Эульсису сесть в карету, как обратный путь в Империю начался по-настоящему. «Как же подвести разговор к арене?» Просто заявить, что у меня там есть дело? Даже Джулиану с его непробиваемой наглостью понадобились бы причина и правдоподобное оправдание. — Эм… сэр Джулиан, что это за огромное здание вдалеке? И тут Эульсис сам указал именно туда, куда я собирался попасть. — Это арена. Одна из главных достопримечательностей Алтеи, столицы Святого королевства. — Как и ожидалось от вас, сэр Джулиан. Вы превосходны не только в фехтовании. — Я уже говорил, что бывал здесь раньше. Тихо рассмеявшись, я внимательно посмотрел на лицо Эульсиса. Из окна кареты он с явным любопытством разглядывал Арену Мириад. Появилась брешь — мечник обязан ею воспользоваться. — Желаете посетить её? — Хм? — Арены есть и в нашей Империи, но ни одна не сравнится с этой по размерам. Арена Мириад считается важнейшим культурным заведением Алтеи. — Правда? — Да. К тому же у неё есть ещё одно отличие от имперских арен. По лицу Эульсиса читалось: «Разве они не везде одинаковые?» Поэтому я добавил: — Здесь проводят так называемые демонические бои, в которых гладиаторы сражаются с демонами. — О-о… Простое любопытство мгновенно превратилось в настоящий интерес. Зацепило, да? Хочется хотя бы раз посмотреть? — Впрочем, столь благородному человеку, как принц Эульсис, незачем посещать такое сомнительное место. Прошу простить мою бестактность. Я понимал, что чрезмерная настойчивость выдаст мои намерения. Если же отступить, его интерес лишь усилится. — Нет, это сомнительное зрелище меня заинтересовало! Я хочу туда. Мы можем заехать? — Как ни посмотри, принцу не следует… — Нет, я хочу увидеть это своими глазами! Ну раз вы так настаиваете, придётся отвезти. Кхм. — Госпожа Линне, принц желает осмотреть арену перед возвращением в Империю. Вы не возражаете? На вопрос добродушного Джулиана Линне не ответила. — Госпожа Линне. — …Да? Что? А-а! Вздрогнув, она едва не выпустила поводья, но неловко перехватила их. — Вы глубоко задумались. Так и с лошади упасть недолго. — Не стоит вмешиваться не в своё дело. От моего замечания Линне слегка нахмурилась. — Вы ведёте себя совсем не как сопровождающая. Вы слышали слова принца? — …Угх. Она тихо простонала и виновато опустила голову. — Простите. Что вы сказали? — Принц желает посетить арену перед возвращением в Империю. Услышав это, Линне послушно кивнула. В её взгляде больше не было прежнего отвращения к этому месту. — Тогда направляемся к арене. С этими словами я подъехал ближе к карете Эульсиса. «Похоже, она совсем пала духом». Иначе подобное поведение совершенно не вязалось с характером Линне. Она была вспыльчивой и резкой, но искренне уважала Святого Меча. Теперь же человек, которым она восхищалась, выбрал странный путь, словно намеренно марая собственные достижения. Разумеется, ей было трудно это принять. «Даже мне тяжело, а что чувствует она — человек, которого всё касается напрямую?» Как бы отреагировал на подобное прежний я? Главный герой игры «Let’s Kill the Demon King Now», Святой Меч, перебежал в Святое королевство. Более того, он подвергался демонизации и полностью забросил роль Чёрного Рыцаря — важнейшую сюжетную линию столицы! Что бы я почувствовал, узнав подобное? «А…» Если подумать, со мной сейчас происходит почти то же самое. Осознав это, я вдруг захотел поддержать Линне. Постарайся пережить это. И, пожалуйста, не вздумай писать разработчикам огромную жалобу с требованием удалить игру, как один знакомый идиот. Иначе окажешься в такой же заднице, как я. *** Эульсис с огромным интересом изучал культурное сокровище Алтеи — Арену Мириад. Он осмотрел само ристалище, зрительские трибуны, ложи для важных гостей и даже клетки, где содержались демоны для боёв. — Здесь и правда держат демонов… Эй, а как вы их выращиваете? Больше всего Эульсиса заинтересовали именно находившиеся на арене чудовища. Он подошёл к одному из смотрителей и принялся расспрашивать об условиях содержания и рационе этих существ. Глядя на него, я подумал: «Ничего страшного, если ненадолго отойду». В течение нескольких минут Линне вполне справится с охраной. — Госпожа Линне, присмотрите за принцем Эульсисом. — Да? — Мне нужно отлучиться по личному делу. — Настолько важному, что вы готовы оставить охраняемого принца? Конечно. Мне нужно забрать священную реликвию. Но сказать правду я не мог, поэтому выбрал другое объяснение. — Естественная нужда. — А-а… Похоже, это её убедило. Оставив Линне с принцем, я направился к цели. Вскоре я добрался до помещений, где хранилось имущество Арены Мириад. У входа на Склад восьми категорий меня встретил тощий мужчина с планшетом в руках. — Хм? Вы кто такой? Он не был ни высокопоставленным дворянином Святого королевства, ни священнослужителем. Всего лишь служащий Арены Мириад. Его звали Кусат, и он заведовал Складом восьми категорий. Я бывал здесь столько раз, что помнил даже имя этого человека. Кусат отвечал за потерянные вещи и предметы, которые владельцы не забрали после окончания срока хранения. — Я пришёл забрать оставленную здесь вещь. — Оставленную вещь? Какую именно? — По глупости я забыл и это. Звучало как полная бессмыслица, но на самом деле это была ключевая фраза. Когда главный герой, Святой Меч, узнавал о существовании Колокола Безмолвной Ночи и приходил сюда, игрок мог выбрать именно эту реплику. — Хм… Тогда, похоже, придётся вам жить без неё. — Прошу прощения, но это важная для меня вещь. Могу я осмотреть Склад восьми категорий? Услышав просьбу впустить меня в помещение, за которое он отвечал, Кусат недовольно нахмурился. — Смиренно прошу оказать мне эту услугу. С этими словами я положил на его планшет небольшой мешочек. Внутри лежала сотня золотых монет. Для прежнего меня такой способ был немыслим. Взятки — опасная штука. Нужно знать, какую валюту использовать, когда тебя могут разоблачить и сработает ли это вообще. Гарантий успеха не существовало, а в случае провала неприятности были обеспечены. «Но именно так это делалось, насколько я помню». Наш главный герой, Святой Меч, добывал реликвию этим способом. В игре на экране тогда появлялось лишь слово «взятка». Поэтому я решил не мелочиться. — Кхм. Увидев мешочек, мужчина забрал его и прокашлялся. — Если вы даже не помните, что потеряли, лучше смириться. А-а… Кажется, мне пора на обед. Не выпуская мешочек из рук, заведующий удалился. Как предсказуемо. «Пора искать». Как только Кусат скрылся из виду, я принялся осматривать склад. Много времени не потребовалось. Эту реликвию я получал уже не раз. Я мельком проверил, нельзя ли найти здесь что-нибудь ещё, но, похоже, доступным предметом оставался лишь один. — Вот она. При виде знакомой коробки с губ невольно сорвались слова. Маленькая, старая шкатулка. Внутри лежал грубо вырезанный деревянный колокольчик. «Священная реликвия — Колокол Безмолвной Ночи». Давно не виделись. После того как я освоился в «Let’s Kill the Demon King Now», эта реликвия стала обязательной для любого моего прохождения. Я взялся за ручку. Шероховатое дерево защекотало ладонь, а кожу окутало странное чувство узнавания. ⇒ Получена новая черта: «Постижение демонической природы». Давно я не видел такого сообщения. Основной эффект Колокола Безмолвной Ночи заключался в том, что его звон рассеивал окружающую демоническую энергию. На практике воздействие было настолько слабым, что почти не ощущалось. «Главное — он способен сдерживать Чашу Демонического бога». Но куда полезнее была дополнительная черта «Постижение демонической природы», которую владелец получал вместе с реликвией. Как следовало из названия, она углубляла понимание демонов и повышала чувствительность к остаточным мыслям Демонического бога Барбатоса, продолжавшим сеять хаос на континенте даже после его смерти. «Например, вот так…» Я закрыл глаза и сосредоточился, как при обнаружении маны. На этот раз целью были существа, в чьих телах находилась демоническая энергия. Я ожидал, что будет сложно, но благодаря опыту с обнаружением маны всё оказалось на удивление просто. «Я чувствую даже демона, которого сейчас рассматривает Эульсис». Способность ощущать его с такого расстояния впечатляла. Правда, вместе с этим по коже ползло неприятное чувство, неизбежное при соприкосновении с демонической энергией. «Проверим остальных». Ради тренировки я расширил область восприятия и ощутил присутствие других демонов на Арене Мириад. Вероятно, их выращивали для «демонических боёв» — главного зрелища, в котором гладиаторы сражались с чудовищами. «Расширю ещё немного». Испытывая знакомое удовольствие от давно освоенной способности, я увеличил радиус. И лишь тогда вспомнил, что сейчас совсем не время развлекаться. Для остальных я отошёл справить естественную нужду. «Хватит валять дурака. Пора возвращаться…» Я уже собирался отключить черту, когда по коже пробежало особенно мерзкое ощущение. «Постижение демонической природы» обнаружило присутствие демона. «…В подвале?» Источник находился внизу. Проблема была в количестве. «Их там явно не один и не два». Как минимум несколько десятков. А среди них ощущались существа с совершенно чудовищным запасом демонической энергии. Настолько мерзкой и зловещей, что её невозможно было спутать ни с чем. Я уже встречал демона, обладавшего подобной силой. «…Трёхрогий». Демоны, поглотившие Камень души. Именно трёхрогие чудовища излучали настолько несравнимую с остальными мощь. ---------- Колокол Безмолвной Ночи Погружённая в мысли Линне не могла распутать клубок тревог. Тело наставника, который всегда шёл праведным путём и неизменно наставлял её, теперь подвергалось демонизации. Одно это выбивало почву из-под ног. Но ещё сильнее её преследовало воспоминание о том, как он направил меч против неё и Джулиана. «Он ведь пощадил Джулиана даже тогда, когда изгнал его…» Что могло настолько изменить его сердце? Пусть годы уже брали своё, с мечом в руках Хейден всё ещё мог противостоять десяткам, а то и сотням врагов. Он был звездой, сиявшей ярче прочих в блистательном созвездии Империи. И теперь этот человек отрёкся даже от самого имени Империи. — Если присмотреться, это лицо кажется знакомым. Линне подняла голову на оживившийся голос Эульсиса. Перед принцем стоял мужчина, с которым тот о чём-то разговаривал. По одежде было ясно: он не принадлежал к служащим арены, выращивавшим демонов. Лицо казалось знакомым. «А!» Она наконец вспомнила. Идель — тот самый человек, который ранее пришёл вместе с её наставником, Святым Мечом Хейденом Райхом. «Когда он успел так близко подойти?» Неужели она настолько ушла в мысли, что ничего не заметила? Или мужчина умел скрывать своё присутствие? — Давно не виделись, принц Эульсис. — Да, вас зовут… как же? По лицу Эульсиса было видно, что он узнал мужчину, хотя имя вспомнил не сразу. «Они знакомы?» Пока Линне задавалась вопросом, вокруг них стали смыкаться чужие присутствия. «Те, кто следил за нами раньше». Она почувствовала три направленных исключительно на неё намерения и медленно положила ладонь на рукоять меча. — Меня зовут Идель. — Идель! Точно, Идель Хайранс! Знакомая фамилия. Где она её слышала? Порывшись в памяти, Линне вспомнила: Хайрансы были одним из дворянских домов Империи, который впоследствии потерпел крах. Опасность. — Если не ошибаюсь, ваша семья тоже попросила убежища в Святом королевстве… Не успел Эульсис договорить, как Идель вонзил кулак ему в живот. Туп! Принц безвольно осел на землю. — Ваше Высочество! Лязг! Линне мгновенно выхватила меч и попыталась одним рывком сократить расстояние до Иделя, но ей помешали. Из окружения выступили две тени, преградив путь. — Прочь! Линне пустила ману по телу, преобразовала её в ауру и взмахнула мечом. Один из мужчин встретил клинок кинжалом. Лязг! В разные стороны брызнули искры, а тело противника подбросило в воздух. — Угх… На лице мужчины с кинжалом появилось удивление. Пусть Линне и была ученицей Святого Меча, они всё равно недооценили её из-за возраста и пола. Проследив взглядом за отлетевшим врагом, она мгновенно вернула клинок и ударила в открывшееся место. — Острая аура. Но атака не достигла цели. Стоило Линне приблизиться, как второй мужчина прикрыл товарища и встретил её изогнутым мечом. «Как же мешают». Она отступила на шаг. Один на один Линне, возможно, смогла бы одержать победу с небольшим перевесом. Но противников было двое. К тому же они прекрасно взаимодействовали. — Я отнесу принца к месту ритуала. Оставляю её вам. С этими словами Идель взвалил потерявшего сознание Эульсиса на плечо и направился вглубь арены. — Стой! Линне попыталась броситься следом, но двое мужчин вновь перехватили её клинки. — Дальше ты не пройдёшь, еретичка. После ритуала ваш принц всего лишь станет истинным последователем Церкви Солнца. — …Ритуала? — Именно. Увидев их кивки, Линне сильно прикусила губу. Эти люди принадлежали к Чёрной Цепи Палат Семи Престолов — тайному подразделению Святого королевства, выполнявшему грязные поручения верховного жреца Гарота. Они не назвали себя, но по уровню мастерства, почти равному её собственному, Линне догадалась, с кем столкнулась. Она не знала, что именно собираются сделать с Эульсисом, но ничего хорошего принца явно не ждало. Их нужно остановить. Но как? Нынешних сил могло не хватить, чтобы победить обоих. А даже если она одолеет их, упомянутый ритуал к тому времени уже завершится. «Почему именно сейчас…» Где сэр Джулиан? Нет, они наверняка специально дождались момента, когда он отойдёт. — Похоже, мне не следовало оставлять пост. Знакомый голос превратил её упрёк в облегчение. — Да, именно потому, что вы ушли! Линне ответила с лёгкой обидой. Она радовалась появлению человека, способного решить почти любую проблему, и одновременно злилась на себя за это чувство. — Куда увели принца Эульсиса? Джулиан, возникший будто из воздуха, сохранял спокойствие. Похоже, ему хватило нескольких обрывков информации, чтобы понять происходящее. — Т-тот мужчина, который пришёл с учителем, унёс принца. Куда именно… — Вероятно, под землю. — Вы уверены? — Хе-хе. Честно говоря, нет. Всего лишь догадка. Шутить в такой момент? Линне уже хотела огрызнуться, но заметила, как двое мужчин в чёрном вздрогнули при словах «под землю». — Однако, судя по их реакции, моя шутка оказалась точной. Значит, это была не просто шутка. Даже в такой ситуации он одним блефом вытянул нужную информацию. Невероятный человек. — Тогда давайте разберёмся с ними и быстро спасём Его Высочество… — Я задержу их. Сэр Джулиан, займитесь принцем. Линне приняла решение мгновенно. Если она свяжет двоих врагов боем и пропустит Джулиана вперёд, он наверняка справится с остальным. — Вы уверены? Это бойцы Чёрной Цепи, особого подразделения Святого королевства. Вы можете погибнуть. — В любом случае… Она крепче сжала рукоять меча. — Если с Его Высочеством что-то случится, мы всё равно умрём, верно? На губах Джулиана появилась короткая улыбка. Не привычная насмешка — в ней было чуть больше настоящего чувства. — Верно. С этими словами он оттолкнулся от земли. Бойцы Чёрной Цепи попытались его перехватить, но Линне не позволила. — Ваш противник — я! Её меч, окутанный аурой, отбросил мужчин в чёрном и открыл Джулиану дорогу. *** Я знал, что под Ареной Мириад содержится огромное количество демонов, включая трёхрогих, и поэтому спуск по винтовой лестнице давался непросто. Демоническая энергия покалывала кожу, подтверждая: трёхрогий демон, которого я ранее ощутил с помощью «Постижения демонической природы», действительно находился внизу. «Чем глубже спускаюсь, тем плотнее становится энергия». Но зачем они понесли Эульсиса в такое место? Неужели не знают о живущем внизу трёхрогом демоне? Тогда это всё равно что добровольно идти на смерть. «А, понятно». Чем ниже я спускался, тем очевиднее становился ответ. Несмотря на моё приближение, чудовищная демоническая энергия не проявляла враждебности. Запах Джулиана, известного как Убийца демонов, должен был вызывать у этих существ отвращение. Но демоны с острым обонянием не испытывали ко мне злобы, а значит… «Это место — Ядовитый Чертог». Ядовитым Чертогом называли место, куда запирали ядовитых тварей и заставляли пожирать друг друга, чтобы получить сильнейший яд. Здесь роль яда играла демоническая энергия. Иными словами, с помощью колдовства в этом месте собирали и запечатывали огромный объём демонической энергии. Для этого требовалось множество демонов, а на арене как раз скапливалось огромное количество их тел. — Похоже, сюда свозили демонов и их трупы со всей арены. Наконец достигнув подземелья, я ступил на вязкий пол. Обычного человека окружавшая меня демоническая энергия заставила бы упасть с пеной у рта, но на меня почти не действовала. Гораздо сильнее внутреннего фанатика чистоты раздражали кровь и слизь демонов, покрывавшие землю. — Вы всё поняли, даже не осмотревшись. Поразительная проницательность. Меня встретил Идель — тот самый мужчина, который ранее сопровождал Святого Меча. Рядом с ним стояли два жреца и лежал потерявший сознание Эульсис. На голове принца находилось нечто вроде лаврового венца. — Вы собираетесь внушить принцу Эульсису чужую волю? Одна из зловещих реликвий Святого королевства. «Начертанная Ложь» позволяла использовать высокоуровневую психическую магию даже человеку без соответствующих знаний. — …Откуда вы знаете? — Эта реликвия считается строжайшей тайной даже в Святом королевстве… — Потому что существует документ, в котором эта тайна записана. Я слегка усмехнулся, и над головами обоих жрецов расцвёл Цвет Страха. Такие представления, призванные выбить врага из равновесия, давно стали для меня привычными. К тому же я не солгал. Книга с описанием мира ведь тоже считается документом. Правда? «Хм». В отличие от жрецов, Идель почти не заинтересовался моими словами. Над ним пылал яркий цвет ярости — почти ненависти. Джулиан, да у тебя даже в других странах нашлись люди, мечтающие отомстить. Впрочем, неудивительно. — Не обращайте внимания на его слова. У вас есть задача. По приказу Иделя жрецы вновь сосредоточились на Эульсисе и венце у него на голове. От их рук потянулся фиолетовый свет, насыщенный демонической энергией, и начал впитываться в реликвию. «Начертанная Ложь» позволяла пользоваться сильной психической магией без соответствующих знаний. Однако для работы ей требовалось огромное количество энергии — маны либо демонической силы. Ядовитый Чертог был заполнен демонической энергией так же плотно, как воздухом. Если никто не помешает, заклинание подчинения действительно сработает. Если ничего не помешает. Шинь! Пока я наблюдал за ритуалом, до слуха донёсся звук обнажаемого меча. — Не мешай ритуалу. Попытаешься — живым не уйдёшь. И это говорит лжец. — Угрожать мне, источая убийственное намерение… У вас удивительно толстая кожа, сэр. — Не толще твоей. Впрочем, раз уж ты заговорил… Я поднял ладонь, прерывая Иделя. Он раздражённо поморщился, а я спокойно полез в карман. — Не знаю, чем именно успел вас обидеть, но в знак извинения подарю вам приятный перезвон. Я легко встряхнул добытый ранее Колокол Безмолвной Ночи. Дзинь! Мягкий чистый звук разошёлся вокруг, словно круги от капли, упавшей на поверхность озера. — …Что ты задумал? — Разве звук не прекрасен? Идель подозрительно прищурился. Он явно не верил, что такой человек, как я, станет звонить в колокольчик без причины, и потому напрягся. Но одновременно его раздражала нелепость самого действия. — Как всегда, ты действуешь мне на нервы. Впрочем, сегодня всё закончится, поэтому один раз я могу закрыть глаза… — Ч-что происходит?! — Почему демоническая энергия в венце исчезает?! Жрецы закричали, прерывая Иделя. Он резко повернул голову к ним. Свет, наполнявший «Начертанную Ложь», стремительно тускнел. — …Так этот колокол тоже реликвия? — Вы поняли, даже не прикоснувшись. Поразительная проницательность. Я вернул ему его же слова. Идель угадал: именно Колокол Безмолвной Ночи заставил свет «Начертанной Лжи» погаснуть. Эта реликвия позволяла использовать высокоуровневую психическую магию без специальных знаний. Но ей требовалось огромное количество демонической энергии. «А что будет, если собранная энергия перестанет резонировать и активироваться?» Тогда наполняющая помещение демоническая сила превратится лишь в неприятный воздух. Демоны и люди, подвергающиеся демонизации, всё ещё смогут ею пользоваться. Колокол лишь подавлял активность демонической энергии, не лишая её самой силы. Колокол Безмолвной Ночи был особенно эффективен против неживых предметов. Проще говоря — реликвия против реликвий. В обычных обстоятельствах почти бесполезная, но способная подавлять вещи высочайшего класса. Слабая против слабых и сильная против сильных. Идеальное воплощение принципа «побеждать сильных и уступать слабым». ---------- Упрямый ублюдок (1) В самом сердце святого города Алтеи возвышалось Святилище Обрядов. Находившийся там верховный жрец Гарот отодвинул занавеску и посмотрел наружу. Вдалеке виднелась Арена Мириад — одна из главных достопримечательностей Алтеи. — Ритуал уже начался? — Да, верховный жрец. Ответил последний из трёх бойцов Чёрной Цепи. — Жрецы, находящиеся на месте проведения ритуала, сообщили, что принц Эульсис у них. Выслушав доклад, Гарот отвёл взгляд от арены и посмотрел на подчинённого. — Остальные верховные жрецы как-нибудь отреагировали? — Пока нет. Воспользовавшись своими полномочиями, Гарот тайно вынес «Начертанную Ложь» из Священного Чертога, где хранились реликвии Святого королевства. Пока всё шло хорошо. Но чем дольше реликвия оставалась вне Священного Чертога, тем выше становился риск разоблачения. Поэтому молчание других верховных жрецов принесло Гароту облегчение. Кто знает, какую лазейку они нашли бы, получив подобный повод. Однако сегодня этим опасениям придёт конец. — Не держите на меня слишком сильной обиды, принц Эульсис. Именно мирная политика по отношению к Империи вознесла Гарота до нынешнего положения. Разве не естественно изо всех сил держаться за спасительную верёвку, не позволяя ей выскользнуть из рук? А раз конец этой верёвки можно было вручить четвёртому принцу, Гарот просто обязан был это сделать. Эульсис всё равно находился далеко от престолонаследия. Погибнет он так или иначе — неважно, если Гарот сумеет извлечь выгоду. — Есть ещё что-нибудь? — Сообщают, что сопровождающие принца Эульсиса вступили в противостояние с нашими людьми. — С ними разберутся Чёрная Цепь и этот мерзавец Идель. Идель принадлежал к числу дворян, бежавших из Империи в Святое королевство. Когда-то он служил в одном из высших имперских рыцарских орденов и, по слухам, обладал немалым мастерством. — Вы доверяете этому человеку? После бегства он получил наставления Святого Меча и теперь следует за ним тенью. — Я ему не доверяю. Зато доверяю мести, которая живёт в его сердце. — Мести? — Разве не ради неё он проигнорировал совет Святого Меча и по одному моему слову направился к месту ритуала? Насмешливо отозвавшись об отсутствующем Иделе, Гарот вновь посмотрел на арену. — Даже если Идель не победит Джулиана, это ничего не изменит. Главное — успешно наложить внушение. Если заклинание сработает, сопровождающие, среди которых нет мага, уже не смогут его снять. — План был завершён в тот миг, когда мы захватили Эульсиса и доставили его к месту ритуала. На губах Гарота появилась коварная улыбка. «Начертанная Ложь» требовала огромного количества духовной энергии, зато позволяла быстро и надёжно наложить заклинание, подчиняющее разум. *** — П-почему ничего не происходит?! Жрецы растерянно шептались, глядя на лавровый венец на голове Эульсиса, а я медленно обнажил Лунный Меч. Эффект Колокола Безмолвной Ночи длился недолго. Вскоре подавленная демоническая энергия вновь начнёт шевелиться. До этого нужно было разобраться со всеми помехами. Я оттолкнулся от земли. «Убить их?» Решив жить в этом мире как Джулиан, я определил для себя несколько приоритетов. На первом месте — собственная безопасность. На втором — душевное здоровье. Я по-прежнему старался никого не убивать без необходимости, но теперь уже понимал, почему порой это неизбежно. Не успел я добраться до жрецов, как дорогу преградил Идель с обнажённым мечом. Лязг! Его клинок столкнулся с Лунным Мечом, рассыпая искры. — Аура? Выглядел он грубо, но мастерством явно не был обделён. — Кх… кхх… А вот силёнок ему не хватало. Лунный Меч, окутанный лунным светом, вспыхнул ярче, заставив Иделя прищуриться. — Может, отступите, пока ещё способны сохранить жизнь? Настоящий Джулиан вряд ли произнёс бы подобное, но я заботился о собственном душевном здоровье. Чем меньше людей придётся зарубить, тем легче будет выбраться отсюда без новых проблем. — Забавный ты человек. И тут я заметил улыбку Иделя. У него есть ещё какой-то козырь? Хотя он уступает мне в ауре, силе и фехтовании? — Хм? На краткий миг Идель убрал давление ауры с меча. Равновесие сил внезапно нарушилось, и меня повело вперёд. В тот же миг он изменил угол клинка и направил остриё прямо мне в глаз. «Это…» Я резко извернулся и едва успел уклониться. Ещё немного — и лишился бы глаза, а возможно, погиб на месте. — Как и ожидалось от ученика Святого Меча. Отреагировал мгновенно. На самом деле упомянутая Иделем реакция принадлежала не мне. Тело Джулиана двинулось само. «Он освоил одно из учений Святого Меча». Единый Удар Текучей Воды. Техника, стремившаяся к естественному движению клинка, подобному течению реки. Её главная особенность заключалась в том, чтобы использовать силу противника, а не подавлять его грубой мощью. Джулиану такой стиль совершенно не подходил, поэтому Святой Меч никогда ему его не преподавал. — В отличие от тебя, я не провёл время рядом с ним впустую. Ободрённый успешной атакой, Идель перешёл в наступление. Его фехтование не отличалось зрелищностью, но быстрые движения раздражали. «Умно…» Теперь он избегал прямых столкновений клинков. Понимая, что уступает мне в силе, Идель изменил тактику: провоцировал атаки и выискивал открывающиеся бреши. «Как же бесит…» Чем дольше я сталкивался с Единым Ударом Текучей Воды, тем сильнее раздражался. Нетерпение притупляло остроту моего меча и утяжеляло шаги. Тук! В итоге я даже не сумел отразить клинок Иделя, прорвавший одежду. — Угх… — Наконец-то твоё перекошенное лицо показалось наружу. С издёвкой в голосе Идель вогнал меч ещё глубже. — Учение Святого Меча и правда поразительно. За столь короткое время оно дало даже мне силу убить такого монстра. В пронзившем меня клинке закипала аура. — Похоже, ты ничему не научился, оставаясь рядом с ним. Неудивительно, что тебя изгнали с таким-то отношением. — Именно… Поэтому я и недоволен. Поднимавшаяся ярость была вызвана не болью. Я схватился за меч, застрявший в груди, и посмотрел на Иделя. — Так называемый Святой Меч отказался от своего титула, перебежал в чужую страну и стал обучать фехтованию мусор вроде вас. Какое разочарование. Идель попытался выдернуть оружие. — Н-не выходит?! Клинок, вонзившийся мне в грудь, не сдвинулся ни на миллиметр. Разумеется. Я позволил ему поверить в победу лишь потому, что у меня оставался козырь. ▶ Черта «Сомбра» заблокировала вражеский удар. ⇒ Эмоциональное напряжение достигло предела. ⇒ Проявилась уникальная черта «Открытые глаза». Когда наши взгляды встретились, над головой Иделя дрогнула миражом аура страха. Не обращая на неё внимания, я сжал застрявший в Сомбре клинок. Обычный металл не способен выдержать ауру Лунного Меча. А при проявлении «Открытых глаз» её режущая сила возрастала ещё сильнее. Хрусть! Меч Иделя разлетелся, словно стекло. — М-мой меч… Кх! Его растерянные слова оборвались, когда Лунный Меч в моей правой руке пронзил ему горло. — Как думаете, почему Святой Меч обучил вас защитной технике вроде Единого Удара Текучей Воды? Глядя, как Идель хватается за шею, пытаясь остановить кровь, я странно улыбнулся. Вероятно, «Открытые глаза» раздували мои эмоции до предела. — Защитное фехтование — искусство слабаков. Я прекрасно понимал, что означал стиль, которому его обучили. — Святой Меч и не собирался передавать вам ничего действительно ценного. Из шеи Иделя продолжала хлестать кровь. Одежда, похожая на мундир, уже полностью пропиталась красным, а под ногами растекалась багровая лужа. — Похоже, Святой Меч неплохо разбирается в людях. Единый Удар Текучей Воды… Достаточно одного удара, и вы сами растеклись, словно вода. Обычно я не стал бы так издеваться над умирающим, однако сейчас во мне кипела ярость. — Кхр… кхл… Выразить переполнявшие его чувства он уже не мог. Кровь захлёстывала горло. Вскоре он умрёт от потери крови. Не собираясь ждать, я направился к жрецам. — И-и-и-и…! Один из перепуганных священнослужителей попытался снять «Начертанную Ложь», но лавровый венец с головы Эульсиса не поддавался. Похоже, во время ритуала реликвия закреплялась на носителе. — Хм? Пока я отвлёкся на жрецов, окружающая атмосфера странно изменилась. Возникло мерзкое чувство, будто вокруг зашевелились черви. Оставленные на арене кровь и слизь демонов начали стекаться к лежащему Иделю. «Нужно добить его, пока не стало хуже». Я развернулся от Эульсиса и снова подошёл к Иделю. Его помутневшие глаза уже не могли сфокусироваться на моём лице. Тук. — Кх… Лунный Меч вошёл прямо в сердце, и стон Иделя быстро стих. Вины я не чувствовал. Он первым попытался меня убить. Обычно после убийства меня охватывали бы страх и дрожь, но черта Джулиана «Непроницаемое лицо» и усиленные «Открытыми глазами» эмоции, похоже, уравновесили друг друга. «…Герб?» На левой стороне груди, у самого кончика Лунного Меча, блестел дворянский герб, встречавшийся лишь в Империи. Он тоже перебежчик, как Святой Меч? Иначе откуда у него эмблема имперского рода? «Какая разница». И правда, какая? Он уже мёртв. Демонизация больше не начнётся. Разве что его ненависть настолько велика, что способна притянуть остаточное сознание Демонического бога. «Пора заканчивать…» Бум! Сначала я решил, что мне показалось. Может, послышалось. Бум! Второй удар сердца оказался слишком отчётливым и разрушил наивную надежду. Бум! Идель совершенно точно был мёртв. И всё же его сердце вновь начало биться. Кровь демонов, собравшаяся вокруг, слепилась в новое сердце. Плоть вытянулась и сформировала конечности. Он воскресал, а на голове один за другим вырастали рога. Три. — Блять… Это уже нелепость. Неужели его ненависть была настолько сильна, что даже после смерти притянула остаточные мысли Демонического бога? Ответ пришёл, когда демонизированное тело Иделя окончательно обрело форму. На левой стороне груди всё ещё виднелся семейный герб — будто даже став демоном, он отчаянно стремился сохранить его. Щит, крылья и меч. Я уже видел эту эмблему. «Если не ошибаюсь, некоторые выжившие представители уничтоженного тобой дома Хайранс недавно бежали в Святое королевство Фернанд». Именно этот знак находился в списке, который старший брат Геранд принёс после моего превращения в Джулиана. — Хе-хе. Осознав всё, я не смог сдержать смешок. — Джулиан, ну ты и сукин сын. Понимая, что ругаю фактически самого себя, я рассмеялся ещё сильнее. — Ч-честь… дома Хайранс… Трёхрогий демон разлепил пасть, издавая скрежещущий, полный мокроты голос. Его глаза забегали во все стороны, а затем остановились на мне. — …Честь. От человекоподобного чудовища хлынула готовая взорваться ненависть. ▶ «Обострённое чутьё» обнаружило вражескую атаку. «Идёт». Получив предупреждение, я первым нанёс удар Лунным Мечом, наполненным аурой. Его режущей силе до сих пор не могло противостоять ничто. Ни одна известная мне мощь не превосходила Лунный Меч, поэтому упреждающий удар всегда приносил победу… Лязг! Но вопреки ожиданиям клинок, наполненный аурой, не оставил на существе ни царапины. Укреплённый панцирь трёхрогого демона отбил лезвие. «…Ха-ха». Увиденное заставило меня рассмеяться про себя. Начиная с трёх рогов, демоны получали имена и особые черты — так работала игровая система. Судя по первому столкновению, чертой Иделя было сверхупрочнение. Способность придавать телу твёрдость, превосходящую сталь. Почему ему досталась именно такая черта, идеально противостоящая моему оружию, основанному на режущей силе? «А ты как думаешь?» Черты трёхрогих демонов напрямую зависели от ненависти, которую они носили при жизни. Иными словами… «Потому что он, блять, ненавидит меня всей душой». ---------- Упрямый ублюдок (2) Шух. Линне стёрла ладонью каплю пота, скатившуюся по щеке. Противостоявшие ей бойцы Чёрной Цепи полностью оправдывали славу особого подразделения Святого королевства. По отдельности каждый сражался на уровне хорошего рыцаря, но вместе они становились куда опаснее. Линне до сих пор держалась против двоих лишь благодаря качеству собственной ауры, позволявшей частично сдерживать их натиск. — На удивление долго продержалась. Но долго это продолжаться не могло. Запас маны был ограничен, и с каждой потраченной крупицей бой становился тяжелее. — Подумать только, такая молодая, а держится так уверенно. Наверное, ровесница моей дочери. Несмотря на убийственно точные взмахи мечей и суровые голоса, в их словах неожиданно ощущалось человеческое тепло. Линне это не волновало. Она собрала рассеянную по телу ауру. «Затяжной бой слишком опасен». Если ей не удастся одним ударом вывести из строя хотя бы одного противника, победа останется недостижимой. — Предлагаю закончить эту бессмысленную схватку. Один из бойцов Чёрной Цепи, державшийся несколько непринуждённее, неожиданно заговорил. «Хотят, чтобы я расслабилась?» Линне так и подумала, но оба противника действительно опустили оружие. — Что вы задумали? — Изменилась причина, по которой мы сражались. Только и всего. Причина изменилась? — …Разве вы не особое подразделение, исполняющее приказы верховного жреца? — Верно. Точнее, мы подчиняемся всем верховным жрецам. — Что это значит? — Не все верховные жрецы разделяют мнение Гарота. При звуке незнакомого голоса Линне повернула голову. — Приветствуем верховную жрицу Шалану. Двое бойцов Чёрной Цепи, ещё мгновение назад скрещивавшие с ней мечи, одновременно преклонили колени. — Рыцарь из далёкой страны, жаль, что мы встретились при таких обстоятельствах. И всё же рада знакомству. Выглядевшая женщиной средних лет верховная жрица Шалана первой поприветствовала Линне. Её окружала целая свита, а один из слуг даже держал над ней зонтик. — Как уже сказали бойцы Чёрной Цепи, причин продолжать сражение больше нет. Отныне мой приказ для них выше приказа Гарота. — …Верховного жреца Гарота? Вы хотите сказать, всё это устроил он? — Да. Шалана спокойно кивнула ошеломлённой Линне. — И, пожалуйста, не думай, будто его действия отражают волю всего Святого королевства. Люди склонны ставить личную выгоду выше интересов государства и общества, верно? И это говорит жрица Святого королевства? Линне едва не выпалила эти слова, но сдержалась. Сил едва хватало держать меч, не то что спорить. — Тогда зачем вы пришли? Всё ещё не скрывая враждебности, Линне посмотрела на верховную жрицу. — Хо-хо. Похоже, ты ещё слишком молода, чтобы мыслить глубже. Шух. Шалана раскрыла веер. — Из уже сказанного нетрудно догадаться. Мы намерены исправить самовольные действия верховного жреца Гарота. Линне едва заметно нахмурилась, но промолчала. — Спуститесь под землю и верните «Начертанную Ложь», которую Гарот незаконно вынес из хранилища. — Да, верховная жрица. Отдав бойцам Чёрной Цепи приказ, Шалана перевела взгляд на Линне. — А что будешь делать ты, юный рыцарь? Не желаешь отправиться со мной в Святилище Обрядов, где будет безопасно? — После всего случившегося вы называете это место безопасным? На ядовитый ответ Линне Шалана лишь слегка качнула веером. — Хо-хо. Тогда поступай как знаешь. — Именно так и сделаю, тётушка. — …Тётушка? Дёрг. Линне намеренно ударила по больному месту женщины, которая всё время подчёркивала её молодость. Морщинки у губ Шаланы сразу обозначились сильнее. — Хо-хо-хо… Молодым и правда недостаёт глубины. Будь обстоятельства иными, я бы объяснила тебе пару вещей… Эй! Дослушай хотя бы до конца! Шалана всё тщетнее прикрывала веером морщины у губ и кричала вслед Линне, которая уже направилась к подземелью. Однако Линне впервые оказалась на Арене Мириад и понятия не имела, где находится спуск. — Эй, сюда. Путь показали те самые бойцы Чёрной Цепи, с которыми она недавно сражалась. Не имея выбора, Линне последовала за ними, но бдительности не ослабила. Она ещё не простила их за преследование и нападение. — Не смотри так злобно. Мы ведь не по собственной воле это делали. Приказ сверху — выбора не было. — Значит, если прикажут, вы и человека убьёте? — Если будет приказ — да. Но не потому, что нам нравится убивать. В нашем подразделении нет таких безумцев. — Кто-нибудь наверняка есть. — Ну… один-два, может, и найдутся. После этих слов Линне вспомнила как минимум одного человека. Джулиан ушёл спасать принца Эульсиса. Всё ли с ним в порядке? Если это он… наверное, справится. Клинок императорской семьи, Улыбающийся Палач — человек с чудовищной славой и не менее чудовищным мастерством. Возможно, как и прежде, он сам всё решит и будет ждать её с привычной хитрой улыбкой. — …Угх. Размышляя об этом и спускаясь вслед за бойцами Чёрной Цепи, Линне внезапно ощутила мощную волну демонической энергии. Вероятно, она исходила от тех чудовищ, которых они видели в столице. Но для обычных безрогих демонов энергия была слишком сильной. Голова кружилась от непонятной ситуации, однако останавливаться было нельзя. Когда они наконец достигли подземелья, тревога обернулась страшной реальностью. Пространство было настолько огромным, что его трудно было назвать подвалом. Повсюду лежали трупы демонов и растекалась кровь, а вонь била в голову. В самом центре стояло громадное человекоподобное чудовище. Именно от него исходило давившее на грудь море демонической энергии. — Умер… Я умер? Демон произнёс искажённые, едва понятные слова, сжимая в руке нечто похожее на человека и залитое ярко-красной кровью. — Что здесь вообще произошло? Вжик. На тихое замечание одного из бойцов голова демона резко повернулась к ним. Три рога. «Трёхрогий демон». Разрыв между однорогим и двурогим чудовищем был огромен. Но разница между двурогим и трёхрогим казалась пропастью между небом и землёй. Такие демоны обладали уникальными чертами, и даже отряду опытных рыцарей было крайне трудно их убить. — Блять…! Один из сопровождавших Линне бойцов Чёрной Цепи тихо выругался, не скрывая страха. «Где принц?» Оценив количество рогов и почти нулевые шансы на победу, Линне быстро осмотрелась. К счастью, Эульсис лежал в стороне от трёхрогого демона. «А где Джулиан?» Она продолжила искать и увидела его неподалёку от принца. Он тоже лежал на земле, но… — Не может быть. При виде его состояния Линне едва не потеряла самообладание. В тусклом свете было невозможно понять, жив он или мёртв, но туловище пронзали несколько предметов, похожих на копья. Для любого человека такие раны стали бы смертельными. И всё же в первую очередь она должна была спасти принца Эульсиса. В конце концов, Линне была частью его охраны. Она знала это. Понимала разумом. Но ноги сами понесли её к Джулиану. — Сэр Джулиан! — Я в порядке… угх. Вблизи его состояние выглядело ещё страшнее. Три копья торчали из тела, лишь чудом не задев сердце. Но каждое прошло опасно близко к жизненно важным органам. «Н-не вытаскивать». Линне едва удержалась от инстинктивного желания вырвать копья. Если это сделать, он наверняка истечёт кровью. Что же делать? — И что теперь? Один из бойцов Чёрной Цепи вслух повторил её мысль. — Что теперь? Ты собрался сражаться с трёхрогим демоном? Жрецы, похоже, мертвы. Нам достаточно забрать реликвию, как приказала Шалана. Они переглянулись, кивнули и бросились к принцу. — Гр-р-к. До этого неподвижный трёхрогий демон наконец зашевелился. Однако первой целью стали не бойцы Чёрной Цепи, хотя от них исходили аура и явная враждебность. Вжух! Бум! Из руки демона вылетел острый предмет. К тому моменту, когда они поняли, что он похож на «копья» в теле Джулиана, было уже поздно. Грохот! Треск! Удар обрушил проход, по которому они спустились, полностью перекрыв выход. — Он завалил дорогу… Боец Чёрной Цепи, успевший снять лавровый венец с головы Эульсиса, тихо выругался. — Когда у демона появляется второй рог, его разум резко развивается. Линне невольно произнесла когда-то услышанные слова. Она пыталась сохранять ясность ума, но в отчаянной ситуации решение никак не находилось. «Что бы здесь сделал учитель…» Эта мысль прежде всегда успокаивала, но теперь сердце лишь забилось быстрее. Само имя Святого Меча, прежде словно придававшее ей сил, утратило прежнюю святость. Демонизация. Бегство в Святое королевство. Человек, носивший почитаемый титул, больше не был тем Святым Мечом, которого она помнила. «А что бы сделали вы?» Линне мельком посмотрела на лежащего Джулиана. «…Что?» Она заметила нечто необычное. Чёрные, похожие на тени нити шевелились в его ранах, будто заполняя их изнутри. «Живой магический организм?» Как ни странно, эта чёрная тень не казалась Линне совершенно незнакомой. Более того, она смутно чувствовала: существо пытается вернуть Джулиана к жизни. «Если выиграть немного времени…» Сможет ли он снова подняться? Сумеют ли они выбраться из этой безнадёжной ситуации? Линне не знала. Но всё же… — Нужно сражаться. У трёхрогого демона должен быть источник силы — Камень души. Если разрушим его, чудовище перестанет двигаться. Бежать было невозможно. Точнее, бежать было некуда. Бойцы Чёрной Цепи согласно кивнули. — Вот уж не думал, что после драки придётся сотрудничать с девочкой, ровесницей моей дочери. Они вновь обнажили изогнутые мечи и подняли внутреннюю энергию. Линне тоже приготовилась, выставив клинок. — Похоже, этот демон умеет создавать копья прямо внутри своего тела. — Главное — как-нибудь уклониться от них и разбить ядро. — Да. — Кх… кхе-хе. Хриплое дыхание демона прозвучало как насмешка над их решимостью. Разум позволял ему издеваться над противниками. Это точно не было воображением. — У нас только одна попытка. — Надо было брать отпуск, раз всё так обернулось. Оценив разрушенный проход и чудовищную силу копья, бойцы Чёрной Цепи перевели дыхание. — Вперёд! По крику Линне все трое одновременно оттолкнулись от земли. Двое мужчин прекрасно знали движения друг друга и атаковали с противоположных сторон, стараясь рассеять внимание демона. — Гр-р-к. Первой целью трёхрогого чудовища стал боец Чёрной Цепи, приближавшийся слева. Бум! Раздался грохот, словно выстрелила баллиста, и из тела демона вылетело копьё. Оно двигалось так быстро, что за его траекторией невозможно было уследить. — Гха-а! Копьё пробило бойцу ногу и отбросило его далеко назад. Тем временем остальные сократили расстояние. Появится ли надежда, если добраться до ближнего боя? Неизвестно. Но просто стоять и ждать смерти они не могли. — Блять…! Оставшийся боец Чёрной Цепи прыгнул на демона сверху. Бум! Из тела чудовища выстрелило ещё одно копьё. — Угх! Мужчина едва сумел извернуться в воздухе, но сила удара всё равно отбросила его к заваленному входу. «Спасибо». Линне поняла: он намеренно отвлёк демона, чтобы позволить ей подойти вплотную. — Хуп…! Она выжала из тела всю оставшуюся ауру и собрала её в клинке. Меч, наполненный очищенной силой, вспыхнул ярким голубым светом. Отступать больше было некуда. С этой мыслью Линне направила удар в левую часть груди демона, где, по её расчётам, находилось ядро. Лязг! — Ах… Атака не дала результата. Меч, наполненный аурой и способный рассечь сталь, не пробил кожу, оказавшуюся твёрже любого металла. «Значит, создание копий — не главная особенность этого демона». Его истинной чертой было упрочнение тела, а копья — лишь дополнительной способностью. — Ки-хи… ки-хи-хи-хи. Подземелье погрузилось в тишину. И в этой мёртвой тишине смех демона звучал особенно громко. — Поединок… начинается… начинается. Произнеся бессвязные слова, чудовище взмахнуло рукой. Линне отступила, уклоняясь, и заметила странность. «Он мог убить меня, но не стал». — Он что, воспринимает это как игру? Боец Чёрной Цепи, который ранее выиграл для неё время, тоже заметил неладное. — Игру? — Да. Это конечное место для демонов, использовавшихся на Арене Мириад. Наверное, он запомнил слова, которые слышал во время боёв. Кхек. Сплюнув кровь, мужчина горько усмехнулся. Он тоже осознавал всю мерзость зрелища, где демонов сталкивали друг с другом или с людьми. — Всё превратилось в полный бардак. — …Раз поняли, лучше помолчите. Линне резко оборвала его и вновь посмотрела на чудовище. «Игра? Для него это всего лишь развлечение?» За одно столкновение она в полной мере ощутила мощь трёхрогого демона. Это была атака изо всех сил. Чтобы дать ей возможность нанести удар, бойцы особого подразделения пожертвовали собой и создали брешь. «А для него вся эта последовательность действий — просто забава?» Это бесило. И пугало. Мысль о том, что случится, когда демону надоест играть, заставляла кровь стынуть в жилах. «Но вы бы не сдались, верно?» Таким был знакомый ей Джулиан. Владелец ненасытной, чудовищной жажды битвы, давно переступившей человеческие границы. «Хотя бы придумайте, как спасти принца Эульсиса…» — Дом Хайранс… Голос трёхрогого демона внезапно изменился. Теперь слова звучали яснее, будто чудовище училось подражать человеческой речи. — Величие… должно быть признано. Из него хлынула неудержимая враждебность. Она была настолько сильной, что казалась воплощённой ненавистью. — …Как он вообще поднялся? Услышав ошеломлённый шёпот бойца Чёрной Цепи, Линне посмотрела туда, куда переместилось внимание демона. — Сэр Джулиан? Он стоял на ногах. Одежда была разорвана, сам он выглядел так, будто вот-вот рухнет, но Джулиан всё же поднялся. ---------- Упрямый ублюдок (3) Выражение «оказаться на грани жизни и смерти» сейчас подходило как нельзя лучше. Никогда прежде я не испытывал настолько сильной боли. Обычный человек, который спокойно жил и в свободное время играл в игры, даже представить не мог, что однажды окажется изранен почти до смерти. Особая черта притупляла часть ощущений, но даже так боль, хлынувшая от кончиков пальцев ног до макушки, могла в любой момент лишить меня сознания. На теле не осталось живого места, а желание выжить мерцало, словно готовая погаснуть свеча. «Даже пальцами… почти не могу пошевелить». Три копья пронзили меня насквозь. Живот. Правая сторона груди. Бедро. Раны были настолько тяжёлыми, что продолжать сражение казалось невозможным. Обычный человек — нет, вообще кто угодно — уже умер бы от потери крови и болевого шока. Но я в очередной раз понял одну вещь. «Тело Джулиана невероятно живучее». Оболочка, в которую я вселился, выходила далеко за пределы всего, что можно было назвать нормальным. Сознание словно плавало где-то над телом, и судить о его состоянии я мог лишь по ощущениям. Однако даже Джулиан должен был умереть от подобных ран. Я всё ещё дышал лишь потому, что Сомбра защищала внутренние органы и изо всех сил сдерживала кровотечение. «Эта тварь тоже не хочет умирать». Поглотив Камень души, Сомбра стала частью меня. Отчаянно залатывая раны, она спасала не только меня, но и себя. «Я ничем не отличаюсь». Я не хотел умирать в таком месте. Тем более из-за чужих грехов, к которым не имел никакого отношения. «Поднимайся». Стоило мне принять решение, как тело, ещё недавно неспособное пошевелить даже пальцем, понемногу начало слушаться. И вместе с этим… — Угх. Притихшие нервы проснулись, возвращая всю боль изувеченного тела. Она была настолько сильной, что, казалось, пронзала небо. Сил почти не осталось, но острота страдания ощущалась предельно ясно. — Такое… я выдержу. Даже сейчас проклятый рот продолжал хорохориться, будто пытался загипнотизировать самого себя. Эта болезненная тяга к жизни удивляла даже меня. «Да. Как-нибудь выдержи». Если я умру, кто будет поливать орхидеи, ждущие дома? В памяти всплыли и двое детей, которых я недавно приютил. От этой мысли желание жить стало ещё сильнее. — Кх-у-у…! Собравшись, я начал по одному вытаскивать копья из тела. Бах! Рядом кто-то с грохотом врезался в стену. — Кхек… кха! Я проигнорировал шум и сосредоточился на копьях. Стоило их вынуть, как из сквозных ран хлынула бы кровь. «Хочешь жить — сама останавливай». Я обратился к Сомбре, хотя понятия не имел, способна ли она меня понять. Если в ней осталось хоть немного разума, разберётся. Первое. — Нгх… Второе. — Ха… ха… Третье. Руками, в которых почти не осталось сил, я всё-таки вытащил все три копья. Как и ожидалось, Сомбра закрыла огромные отверстия, не позволяя мне истечь кровью. Налитые кровью глаза жгло, словно их облили кипятком, но взгляд уже инстинктивно обшаривал подземелье. «Где Лунный Меч?..» Поразительная жажда битвы, которую было трудно понять. Даже в таком состоянии я сидел и искал оружие. Но на этот раз я не стал отрицать ненормальный боевой дух Джулиана. Битва ещё не закончилась. Демонизированный Идель оставался жив, а я всё ещё стоял на границе жизни и смерти. «Где же он?» Дорогого меча нигде не было. Боль и без того сводила с ума, а пропажа оружия вызвала совершенно иррациональное раздражение. — Кхек. Закашлявшись, я с трудом поднялся на ноги. Меч сломался? Нет. Не мог. Наверняка затерялся где-то среди горы демонических трупов. «Смогу найти?» Я покачал головой. Нет. В такой ситуации — не смогу. Придётся перебирать тела одно за другим, а Идель не станет спокойно ждать. Да и сил у меня не осталось. Лязг. В этот момент из-за пазухи выпал короткий меч, завёрнутый в ткань. Оружие, которым когда-то пользовался Святой Меч Хейден Райх. Старое, потерявшее былое величие, с обломанным больше чем наполовину клинком. «Похоже на нынешнее положение самого Святого Меча». И всё же я сжал рукоять. Гладкая, местами шершавая поверхность оставляла странное ощущение. Даже сквозь бурю боли я чувствовал его предельно отчётливо. Меч, который изначально должен был держать главный герой. ⇒ Черта «Амнезия» преобразована в черту «Новый Святой Меч». С появлением незнакомого сообщения боль немного ослабла. Одновременно я ясно понял, как обращаться с этим оружием. — Признать… величие. Я усилил короткий клинок аурой Лунного Меча через «Преобразование ауры», и в мою сторону хлынуло острое убийственное намерение. Трёхрогий демон Идель. Чудовище переключило всё внимание на меня. — Сэр Джулиан! Не заметив, когда именно это произошло, я увидел рядом Линне. — Дома… Хайранс. — Осторожно! По её крику воздух рассекло летящее в меня копьё. Лязг! Я едва успел отбить его мечом. Удар оказался настолько сильным, что верхнюю часть тела повело в сторону. Ноги, и без того едва удерживавшие меня, готовы были подогнуться в любой момент. — Гр-р-р…! Но сейчас я не мог упасть. В конце концов, я был Джулианом — человеком, которого называли Владыкой охоты на демонов. Я собрал всю силу в ногах. Почувствовав, как обмякшие мышцы напряглись, рванул вперёд, сокращая расстояние до Иделя. Бум! Словно отказываясь подпускать меня, демон снова выпустил копьё. Новая черта заметно улучшила зрение. Даже если глаз не успевал за скоростью, я мог различить траекторию. Проблема заключалась в том, что вместе с глазами не исцелилось разбитое тело. К тому же пол был покрыт слизью и кровью демонов, делая каждый шаг ненадёжным. Хлюп! «Не уклонюсь — умру». Дурное предчувствие заполнило сознание. — Хуп! К счастью, оно не сбылось. Следовавшая за мной Линне взмахнула клинком и немного изменила направление копья. Она попыталась полностью отбить копьё, но заключённая в нём сила оказалась чудовищной. Линне потеряла равновесие и рухнула на землю. «Этого достаточно». Увидев результат, я снова шагнул к Иделю. Когда я приблизился, демон перестал выпускать копья и приготовился к ближнему бою. Его руки, ставшие невероятно твёрдыми благодаря сверхупрочнению, обрушились сверху. Грохот! Я едва успел поднять меч рядом с лицом. В стороны брызнули алые искры. Каждое столкновение руки Иделя с клинком понемногу выкрашивало покрывавшую оружие ауру. — Блять…! Нижняя часть тела будто приросла к земле и почти не слушалась, но я заставил руки взмахнуть Лунным Мечом. Грохот! Снова рассыпались искры. Повреждалось не тело Иделя, а аура на мече Святого Меча. «Тогда нужно сделать её ещё острее». Пусть сейчас это была лишь грубая оболочка вокруг сломанного клинка, я продолжал очищать ауру. Делал её плотнее, а режущую кромку — тоньше. Я понимал, что сверхупрочнённое тело не пробить, и всё равно наносил удар за ударом. Искры иногда обжигали щёки, оставляя следы, но я не останавливался. Другого способа у меня не было. — Во славу… дома Хайранс. Разумеется, Идель не стоял на месте, позволяя рубить себя безнаказанно. После каждого моего взмаха следовала контратака, и мне приходилось кататься по полу, скользкому от вязкой крови и разорванной плоти демонов. Из глубины груди поднималось первобытное отвращение. Но к чёрту. Сейчас главное — выжить. — Слава… Чем привычнее становился меч Святого Меча, тем острее делался мой Лунный Меч. — Дома Хайранс… гр-р-к! Одновременно клинок становился всё короче. — Кх… нет… — Ки-хи-хи-хи. Не обращая внимания на отчаянный крик Линне и насмешливый смех Иделя, я с силой вдавил ногу в липкий пол. Лязг! Там лежал Лунный Меч, который я так долго искал. Нашёл. — Не может быть… Шух! Не обращая внимания на шёпот Линне за спиной, я вдохнул ауру в знакомый Лунный Меч. Оружие приняло её без малейшего сопротивления. Вот мой меч. Удовлетворённо улыбнувшись, я посмотрел на клинок в левой руке. «Меч, которым когда-то владел Святой Меч…» Я разжал пальцы. Пусть этот предмет много для меня значил, в этом мире больше не осталось человека, которому он предназначался. Осталась лишь искривлённая, увядшая благородность. «Прощай». С горькой усмешкой я взял Лунный Меч обеими руками. — РА-А-А-А! Почувствовав ещё более мощную энергию, Идель распахнул глаза. С яростным рёвом он поднял обе руки, полагаясь на абсурдное сверхупрочнение, и обрушил их вниз. Топ. Я взбежал по громадным рукам, искажённым демонизацией, прямо к левой стороне его груди. «Один удар, который я ещё способен нанести». По состоянию тела я понимал: он действительно может стать последним. Использовать Сомбру. Я решил задействовать всё, что имел, выжав последнюю каплю сил. Черты «Лунный Меч» и «Сомбра» отталкивались друг от друга. Даже в лучшем состоянии я не мог контролировать эту мощь. «А». Но после того как едва удержался на границе жизни, голова, кажется, наконец прояснилась. Я понял, почему до сих пор не мог правильно подчинить эту способность. «У неё не было имени». По законам этого мира имя обладало огромной силой. Чем могущественнее магия, тем более уникальным было её название. То же касалось личных черт и ауры. Даже сила демонов менялась в зависимости от имени. — Во славу дома Хайранс! В самый важный момент Идель вновь подражал человеческой речи, сбивая мои мысли. Проклятая тварь. Инстинктивно он тоже понял, что всё решится сейчас. Чтобы окончательно добить чудовище, я сосредоточился на Лунном Мече, окутанном Сомброй. Ровный лунный свет переплёлся с чёрными потоками тени и погрузился во мрак. «Затмение». Да. Твоё имя — Затмение. ⇒ Успешно создана новая черта. ⇒ Впервые получена черта «Лунный Меч — Затмение». Стоило имени закрепиться, как «Затмение» перестало бешено пульсировать аурой. Теперь я мог вложить в удар ещё большую остроту. «Левая сторона груди, где сохранился герб дома Хайранс». — Во славу!! Копьё и кулак Иделя одновременно устремились к моему зависшему в воздухе телу. Я извернулся и отвёл их в сторону. Добравшись до левой стороны груди, я вонзил клинок. Пу-ух! Лезвие, окрашенное глянцевой чернотой, на этот раз легко вошло в сердце чудовища. — Гр-р-к… кхр-р. Герб дома Хайранс оказался ровно рассечён пополам. Насколько я знал, у человекоподобных демонов Камень души обычно находился возле сердца. Но Идель почему-то продолжал двигаться. — Он не возле сердца…! — До чего же мерзкое существо. Всё твердил о славе семьи, а Камень души даже не хранил у сердца. К счастью, мой удар изначально был нацелен не только на ядро. «Затмение» отличалось невероятной остротой, но его главной силой был взрыв, рождённый взаимным отталкиванием. Слияние меча, созданного убивать демонов, и демонической черты. Противоположные силы столкнулись, и с кончика клинка внутрь тела вырвался сдерживаемый взрыв. — Гх-х… кхр-р… Грохот! Изнутри Иделя во все стороны проросли чёрные, похожие на тени мечи. — Похоже, внутри вы были не настолько твёрды. Треск! Вязкая кровь брызнула мне в лицо. На короткое мгновение всё будто застыло, и Идель посмотрел вниз. В его глазах больше не было демонической багровой жажды насилия. Его взгляд вновь стал почти человеческим, и в нём осталось лишь одно чувство. — Джу… лиан… Над его лицом пылала ненависть. На меня смотрел уже не демон, а Идель из дома Хайранс. — Вы ведь верно служили императорскому двору? Разве ваш дом уничтожили не потому, что вы сами сеяли раздор? Именно так ответил бы Джулиан. — ДЖУЛИА-А-АН! С яростным воплем тело Иделя рассыпалось. Лязг. Одновременно меч, вонзённый в его сердце, упал на пол. Поначалу «Затмение» оставалось окутано тьмой, но постепенно вернулось к обычному облику Лунного Меча. — …Ха-ха. Вот же невероятное чудовище. Оттуда, куда его отбросило, боец Чёрной Цепи издал пустой смешок. Линне, сумевшая уклониться от копья, добралась до меня, волоча измученное тело. — Сэр Джулиан, вы в порядке?! В порядке? Блять, я одной ногой в могиле. — Мне лишь неловко, что какой-то демон сумел меня ранить. Даже сейчас проклятая гордость заставила меня хорохориться. — …Не шутите! Раны настолько глубокие, что вас насквозь видно! Она не преувеличивала. Сомбра закрывала отверстия от копий, но сами повреждения никуда не исчезли. С такими ранами я вполне мог позволить себе хотя бы немного пожаловаться. — Для мечника ранения — часть работы. Вот же проклятая гордость. ---------- Хорошо, но плохо Шаг, шаг. В тусклом кабинете кто-то беспокойно мерил комнату из конца в конец. Верховный жрец Гарот постоянно хмурился и поглядывал в окно. Наконец он раздражённо повысил голос: — Почему от Чёрной Цепи до сих пор нет вестей?! Угроза в его тоне заставила помощников-жрецов вздрогнуть. — Что-то не так, верховный жрец. Один из них, несмотря на страх, всё же набрался смелости заговорить. — Что именно? — Чёрная Цепь подчиняется не только вам, но и другим верховным жрецам. Так устроены Палаты Семи Престолов. Если они рассказали кому-нибудь, что мы тайно вынесли реликвию из Священного Чертога… Жрец выглядел настолько испуганным, что становилось почти жаль. Его опасения были вполне разумны. Но Гарот не мог их принять. Тайный вынос реликвии из Священного Чертога считался тяжким преступлением. Возможно, одного этого было недостаточно, чтобы лишить его титула верховного жреца, но положение точно пошатнулось бы. — Может… на всякий случай вам стоит ненадолго покинуть святой город? Предложение тоже звучало здраво. Если затаиться, пока нынешняя суматоха не уляжется, позднее может появиться новая возможность. — Ты предлагаешь мне бежать? Однако Гарот не мог согласиться. Сколько сил, времени и денег он вложил, чтобы занять это место? Уехать из Алтеи означало собственными руками выбросить всё, чего он добился. — Что с Иделем? — …От сэра Иделя тоже нет сообщений. — Проклятый бесполезный идиот! Гарот выругался, что совершенно не подобало верховному жрецу. Он и не возлагал на Иделя больших надежд, но теперь, когда всё пошло наперекосяк, его молчание казалось особенно зловещим. «Джулиан…!» Если Идель погиб, виновник мог быть лишь один. Джулиан Крайпарт Фрейсон — командир охраны принца Эульсиса, прибывшего из Империи Адратан. — Хватит. Раз всё дошло до этого, я лично… — И куда же вы собрались, верховный жрец Гарот? Гарот уже направился к двери, когда та распахнулась и в кабинет вошла женщина, наполовину прикрывавшая лицо веером. — …Верховная жрица Шалана. Он произнёс имя низким, тяжёлым голосом. — Ох, не хмурьтесь так сильно. У вас и без того суровое лицо, а станете выглядеть ещё старше. Мы ведь этого не хотим, правда? — Благодарю за заботу. — Для чего ещё нужны коллеги-верховные жрецы? Шалана улыбалась глазами, продолжая закрывать нижнюю часть лица веером. Гарот прекрасно понимал: никаким «коллегой» она его не считала. — И всё же зачем вы пришли? — Разве вы не знаете лучше всех? — Не понимаю, на что вы намекаете. По спине Гарота покатился холодный пот. — Вы тайно вынесли реликвию из Священного Чертога. Причём реликвию высокого класса. — Вы клевещете на меня, Шалана. — Клевещу? Мне было бы неловко бросаться такими словами без доказательств и свидетелей. Щёлк! Она щёлкнула пальцами, и в кабинет вошёл знакомый человек. — Ты… Это был один из бойцов Чёрной Цепи, которых Гарот приставил следить за остальными верховными жрецами. Шалана высокомерно взмахнула веером. — Что с жрецами, проводившими ритуал? — Один, похоже, погиб. Второй без сознания, но, возможно, сможет дать показания. — Какая удача. Щёлк. Шалана рассмеялась и сложила веер. — И это ещё не всё. Взятки, разглашение секретов, подозрительные смерти жрецов… Вы жили весьма насыщенной жизнью. — Ч-что… Сколько ещё ложных обвинений вы собираетесь на меня навесить?! — Начнём хотя бы с того, что вы попытались использовать похищенную реликвию на Его Высочестве Эульсисе… С каждым словом Шаланы мир вокруг Гарота всё сильнее погружался во тьму. Как всё дошло до этого? Все эти дела можно было скрыть. Почему они вдруг вышли наружу? «Я слишком… торопился». Гарот, совершивший бесчисленное множество мерзостей на пути от простого верующего до верховного жреца, столкнулся с жестокой правдой. Стоило тайнам раскрыться, как всё построенное им рухнуло бы за одну ночь. «Жизнь, лёгкая как мушиное крылышко… хо-хо». Подобно недавней фразе Джулиана, его положение верховного жреца действительно держалось на тончайшей нити. Именно нетерпение заставило Гарота оступиться. Узкие глаза, будто видевшие его насквозь, подтолкнули Гарота к поспешному решению, лишённому холодного расчёта. — До суда мы возьмём безопасность верховного жреца Гарота на себя. Не переживайте~ Если вы действительно невиновны, Бог Солнца обязательно поможет. Скрип. Под змеиный смех Шаланы Гарот стиснул зубы. Если он переживёт этот раз. Если только сумеет выбраться… Он обязательно отомстит. Не только Шалане, но и проклятому узкоглазому демону! *** Единственную лестницу завалило, но, к счастью, в подземелье существовал запасной выход. Поскольку сюда сбрасывали трупы демонов, в потолке был предусмотрен открывающийся проём для проветривания ядовитого воздуха. Он находился довольно высоко, но человеку с достаточной подготовкой выбраться через него было несложно. После того как мы покинули подземелье, Эульсиса отправили в лазарет, а мы с Линне направились к предоставленным нам покоям. Всю дорогу она уговаривала меня обратиться к лекарю. — …Вам не холодно с такими дырами в теле? Тон был резким, но за ним скрывалась тревога. Я покачал головой. — Со мной всё хорошо. — …Ну раз вы так говорите. Линне слегка надулась, а я лишь мягко улыбнулся. Пойти в лечебницу Святого королевства в таком виде? Стоит врачам обнаружить, что закрывающая раны Сомбра наполнена демонической энергией, и следующим на плаху отправится моя голова. Повторю ещё раз: моя жизненная цель — безопасность превыше всего. Как ни странно, боль уже заметно отступила. То ли Сомбра обладала обезболивающим эффектом, то ли проклятая гордость Джулиана действовала лучше любого лекарства. ⇒ Черта «Амнезия» преобразована в черту «Новый Святой Меч». Возможно, помогло и получение новой черты. Во время боя с Иделем я воспользовался мечом Святого Меча, что и вызвало изменение. «Новый Святой Меч…» Странное название и не менее странный титул. Изначально главным героем этого произведения был Святой Меч. Слово «новый» словно подразумевало, что прежний уже сошёл со сцены. «Они и правда хотят, чтобы я занял место главного героя?» Я хотел отмахнуться от этой мысли, но в голову закралось тревожное «а вдруг». Святой Меч, забросивший обязанности и добровольно внедривший в тело демоническую энергию, уже не слишком походил на главного героя. — Я проверю состояние принца Эульсиса. Голос Линне вырвал меня из размышлений. Она решила на всякий случай навестить принца, которого лечили в другом помещении. Мы находились на потенциально враждебной территории, где один инцидент следовал за другим, так что решение было разумным. Когда Линне скрылась, вокруг стало тихо. Обстановка отлично подходила для размышлений, но за мной кто-то следовал. Короткая проверка обнаружением маны показала: боец Чёрной Цепи. «Пришёл убрать свидетеля?» Скорее всего, это был один из тех, кто ранее следил за мной по приказу верховного жреца. В подземелье мы сотрудничали из-за общего врага-демона, но теперь всё могло измениться. Не ослабляя бдительности, я положил руку на меч. — Сэр Джулиан… точнее… Что? — Епископ Джулиан, прошу простить, что представился так поздно. От слов бойца Чёрной Цепи у меня на мгновение закружилась голова. Ну конечно. Даже здесь нашёлся член Ордена Рассвета. — Вы приняли это настолько спокойно, что, вероятно, давно всё поняли. Я просто онемел от удивления. — Как могут союзники, служащие одной цели, не узнать друг друга? — …Так вы позволили мне следить за вами, потому что знали? Нет. Я не трогал тебя лишь потому, что не хотел лишнего шума. — Иначе мы сейчас не разговаривали бы, верно? Хе-хе. Но я решил не разрушать фантазию, сочившуюся из этого человека. Подыграть было вполне в духе Джулиана, да и вреда мне это не причиняло. Глоть. Почувствовав скрытую угрозу, боец Чёрной Цепи вспотел. Над его головой появился знакомый фиолетовый туман. Страх. «Он видит три сквозные раны и всё равно так реагирует». Если честно, жители Святого королевства относились к имени Джулиана на удивление равнодушно, и это немного разочаровывало. Похоже, я сам всё сильнее становился похож на него. Жажда внимания уже почти въелась в характер. Вот он, родной вкус Империи. «Но член Ордена Рассвета даже здесь…» Насколько глубоко они пустили корни? — Что стало с верховным жрецом, который доставил нам столько неприятностей? Ведь всё это устроил именно Гарот, верно? Я осторожно проверил собеседника вопросом с намёком. — Верховная жрица Шалана задержала верховного жреца Гарота за незаконный вынос реликвии. Как и ожидалось, виновником оказался он. Именно Гарот ранее лично проводил благословение Эульсиса в Империи. Пока принц держался за нить мира со Святым королевством, Гарот, вероятно, тоже видел в нём удобную верёвку. Наверное, он хотел наложить внушение и ещё крепче привязать Эульсиса к себе. — Простите, что не сообщил раньше и не вмешался. За мной наблюдало слишком много людей. — Ничего. Работа осведомителя и без того похожа на хождение по тонкому льду. — …Благодарю за понимание. Какое ещё понимание?! Я из-за тебя едва не сдох! — Но раз вы заранее знали, что за всем стоял Гарот… значит, и сражение в Святилище Уединения вы спланировали намеренно. Состоявший в Ордене Рассвета боец Чёрной Цепи говорил с явным восхищением. — Святилище Уединения было создано Святым Мечом ради собственной безопасности. А вы сумели полностью его разрушить… Что за бред опять? Это место построил не верховный жрец, а Хейден Райх? «Да ты окончательно спятил. Проклятый ублюдок». Одержимый силой негодяй, мало чем отличающийся от Джулиана. Узнав Святого Меча лично, я понял: он тоже далеко не святой. Ведь именно игрок своими решениями превращал его в благородного героя. Путь к этому мог быть крайне безжалостным. И всё же мне искренне нравился тот Святой Меч, которого я создал. — Архиепископ… нет, Верховный понтифик Тенелон будет доволен. Я ничего не делал ради его удовлетворения. Лишь пытался выжить. Но раз всё сложилось настолько удачно, почему бы не воспользоваться? Можно бросить пару красивых слов и идти дальше. — Это было необходимо. Всё ради великой цели Ордена Рассвета. Вы тоже хорошо справляетесь. — Благодарю за высокую оценку, сэр Джулиан! До этого немного подавленное лицо бойца Чёрной Цепи мгновенно просияло уважением. Святой Меч, создавший Святилище Уединения для сгущения демонической энергии. Верховный жрец, похитивший реликвию и направивший оружие против нас. Оба происшествия были огромными и затмевали всё остальное. Но самой серьёзной угрозой для меня оставалось другое. «…Эульсис всё ещё не открыл глаза». Активацию «Начертанной Лжи» удалось остановить. Однако что-то могло произойти ещё во время подготовки. Принц мог удариться головой, либо повреждение затронуло важный орган — например, мозг. «Если Эульсис не проснётся…» Нетрудно представить, что случится со мной, командиром его охраны. Пусть смерть четвёртого принца почти не повлияет на престолонаследие из-за множества старших братьев и сестёр, он всё равно оставался членом императорской семьи. Даже если меня не казнят сразу, при дворе полно шакалов, которые при первой возможности потащат мою шею под гильотину. Если Эульсис так и не очнётся или здесь объявят о его смерти, придётся действовать с холодной головой. «…Возможно, мне и правда придётся последовать за Святым Мечом». Бах! Дверь лазарета распахнулась, и наружу выбежала Линне, которая проверяла состояние Эульсиса. — Принц Эульсис очнулся! Похоже, планы на бегство пока можно отложить. ---------- Факт, известный лишь мне Когда я лично осмотрел Эульсиса, оказалось, что он, к счастью, не пострадал. На теле не было видимых ран, да и разум, похоже, оставался в порядке. Выслушивая рассказ о случившемся, принц сохранял необычайно серьёзное выражение. — Я всё обдумал и считаю, что сообщать об этом императорской семье не стоит. Хм… Только что мне казалось, что с его головой всё хорошо. Теперь я уже не был так уверен. Но немного подумав, понял, почему Эульсис принял такое решение. — Если такова воля Вашего Высочества, я тоже сохраню молчание. — Благодарю, сэр Джулиан. Эульсис ненадолго закрыл глаза, а затем продолжил: — Немного отдохнём и отправимся обратно. К этому времени мы вообще-то уже должны были пересечь границу. Ха-ха! Для надёжности стоило задержаться и убедиться, что с ним действительно всё в порядке, но спорить с принцем я не стал. Мне и самому хотелось как можно скорее покинуть это место. Линне, судя по всему, не понимала, почему Эульсис решил замять происшествие. — Почему… Она пробормотала это уже за дверью, и я не удержался от вопроса. — Госпожа Линне, вы не понимаете причину решения Его Высочества? Глаза Линне слегка сузились. Видимо, она решила, что я опять издеваюсь. — Нет. Просветите меня. — Мы прибыли сюда ради установления мира со Святым королевством. Что подумает императорская семья, если узнает, что на принца здесь напали? — А… После моего объяснения Линне тихо вздохнула. — Значит, Его Высочество хочет скрыть случившееся. Необязательно было вслух уточнять, что он делает это ради сохранения собственного положения. Линне и сама должна была понять. Новый конфликт между Империей и Святым королевством лишь доказал бы неспособность и бесполезность Эульсиса. — Даже члену императорской семьи опасно показывать слабость. — Чем выше стоишь, тем хуже становятся подобные вещи. Сказав это, я посмотрел к входу на арену. Туда в сопровождении жрецов и слуг изящно приближалась женщина. «Я знал, что она придёт». Верховная жрица Шалана. В отличие от Гарота, она занимала воинственную позицию и желала новой полномасштабной войны с Империей. Я ожидал, что после нынешнего инцидента она обязательно появится. Для неё открылась идеальная возможность. — Цок. Увидев лицо Шаланы, Линне раздражённо щёлкнула языком. По нахмуренному лицу было ясно: они уже успели встретиться без моего ведома. — Ох, здравствуйте, почётные гости из Империи. Я вежливо поприветствовал представившуюся Шалану. — Рад знакомству, верховная жрица Шалана. — Ох, вы знаете, кто я? — Как можно не знать? Верховная жрица Наступления Шалана весьма знаменита. Я помню имена и остальных верховных жрецов. Шалана прикрыла лицо веером и сухо рассмеялась. — О-хо-хо, вы шутите. На губах сохранялась улыбка, но голос выдавал лёгкое напряжение. Личности и полномочия верховных жрецов считались тайной Святого королевства. — Как себя чувствует принц Эульсис? — К счастью, с ним всё в порядке. — Ах, какое облегчение. Хо-хо. Услышав ответ Линне, Шалана изобразила радость. Разумеется, на самом деле она не считала случившееся удачным. — Этот инцидент мог произойти из-за нашего недосмотра. Не просто недосмотра. Меня едва не убили. — Виновник задержан и вскоре предстанет перед судом. Полагаю, по сюжету его казнят. — Однако… я прошу вас остаться свидетелями до завершения суда. — Что это значит? Первой на абсурдное предложение Шаланы отреагировала Линне. Как и ожидалось. Знакомая мне Линне сразу поняла, что верховная жрица пришла не просто так. — Хо-хо. Разве не ясно? Вы пострадавшая сторона и должны остаться, чтобы дать показания против верховного жреца Гарота. — Сколько продлится суд? Шалана ответила мне, не теряя улыбки. — Поскольку судят верховного жреца, не меньше месяца. Хо-хо. — Есть ли у нас причина соглашаться? — Возможно, причины нет, но есть обязанность. К тому же разве не вы стали пострадавшими? В ответ на возражение Линне Шалана легко щёлкнула пальцами. — Вы находитесь в Святом королевстве. Раз уж ступили на нашу землю, должны соблюдать наши законы. Жрецы и слуги за её спиной незаметно подались вперёд, словно уловили намерение хозяйки наброситься на добычу. «Именно этого я и ждал». Когда мы только прибыли в Алтею, Шалана сохраняла спокойствие лишь из-за пристального внимания других верховных жрецов. Теперь же инцидент подарил стороннице войны превосходный предлог, который она не могла не принять с распростёртыми объятиями. «Она хочет повесить на нас ложное обвинение и спровоцировать столкновение с Империей». Если Шалана действительно мечтала о новой полномасштабной войне, она не остановилась бы ни перед чем. «Как всегда. Лучше бы сразу раскрыла карты». Святое королевство оказалось совсем не таким, как можно было ожидать по названию. Если смотреть положительно — здесь процветали интриги. Если честно — это была мутная дыра. — Мы покинем Алтею, как только принц Эульсис немного восстановится. — Вы не слышали моих слов? — Нет, я всё слышал. Я неторопливо улыбнулся. Подобное развитие событий я предвидел и заранее подготовился. — Разумеется, на территории Святого королевства мы обязаны соблюдать его законы. Однако у каждого закона есть исключения. — Угх. Рана, оставленная Иделем, внезапно отозвалась болью, и меня качнуло. Чтобы удержаться, я положил правую руку на пояс. Шурх-шурх-шурх! В ту же секунду все охранники Шаланы направили на меня копья. Что они делают?! И только тогда я понял: ладонь легла на ножны, висевшие у пояса. — Ч-что вы задумали? Шалана заметно растерялась. Даже Линне смотрела на меня широко раскрытыми глазами. — Вы находитесь в Святом королевстве. Решили обнажить меч перед верховной жрицей? Это и есть упомянутое исключение? Блять, они всё неправильно поняли! Я всего лишь пытался не упасть! — Хо-хо. В некотором смысле — да. Понимаю, такое объяснение прозвучало бы жалко. Лучше сразу перейти к главному. — Исключение, которое я имею в виду, верховная жрица Шалана, не связано с фехтованием. *** Когда Джулиан положил руку на меч, Шалана испытала инстинктивный страх. «Ученик Святого Меча…» Этот слух был известен даже в Святом королевстве. Говорили, что он лучший ученик ныне изгнанного Святого Меча и выдающийся фехтовальщик. Если Джулиан обнажит оружие, кровопролития не избежать. Однако с точки зрения Шаланы было бы даже выгодно, если бы он действительно выхватил клинок. «Если сопровождающий принца Эульсиса Джулиан самовольно устроит беспорядки, у нас появится ещё более веская причина задержать их». Да. Именно этого она и хотела. Но готовность Джулиана действительно поднять меч всё равно застала её врасплох. «Он собирается сражаться, когда вокруг столько людей Святого королевства?» В тот момент Шалана окончательно решила, кем был Джулиан. «Безумцем». Не обычным безумцем, а безумцем, превосходно владеющим мечом. — Хо-хо-хо. Тогда какое ещё исключение вы имеете в виду? — Сначала перейдём в другое место. Здесь слишком много ушей. Шалана хотела отказаться. «После угрозы мечом он предлагает поговорить наедине?» Она придерживалась принципа никогда не вести переговоры с бешеными псами — это приносило лишь неприятности. «Хм?» Но когда Джулиан снял меч с пояса и передал Линне, Шалана немного изменила мнение. «Мечом он предупредил меня, а теперь показывает, что не собирается нападать?» Выходит, прикосновение к ножнам с самого начала было рассчитанным спектаклем. Старый, но классический приём переговоров. Если он умел настолько грамотно использовать ситуацию, значит, держал в руках достаточно сильные карты. — Хо-хо. Что ж, выслушаю вас. Её тон заметно смягчился. Вместе с Джулианом она перешла в другое помещение. Они вошли в ложу для важных гостей. — Здесь нет магии прослушивания? Джулиан задал вопрос с явным подозрением, а Шалана улыбнулась. — Хо-хо-хо. Разумеется, нет. — Рад слышать. — Что же настолько деликатное вы хотите обсудить? Неужели беспокоитесь за собственную безопасность? «Может, собираетесь попросить убежища?» Шалана хотела произнести это вслух, но удержалась. Первой раскрывать намерения было худшей возможной стратегией. — Я беспокоюсь не о себе, а о вас, верховная жрица Шалана. Слегка высокомерный тон раздражал, но Джулиан продолжил, не дав ей ответить. — Эти двое могут остаться? Он указал на двух «жрецов», вошедших вслед за Шаланой. — Не обращайте внимания. Что бы ни произошло, им можно доверять. — Понятно. Значит, это ваши телохранители. И правда, даже без меча мне было бы несложно сломать вам шею, верховная жрица. Сразу распознав в мужчинах охранников, Джулиан уверенно пожал плечами. — Хо-хо. Даже у грубости есть предел. Вы понимаете, в каком положении находитесь?.. — Что вы сделаете, если сейчас у меня находится «Начертанная Ложь», незаконно вынесенная из Священного Чертога? Глаза Шаланы, прикрывавшей подбородок веером, широко распахнулись. — Хо-хо… Вот как? Значит, поэтому её не нашли под землёй. — Не нашли? — Да, разумеется. Это реликвия высокого класса, находящаяся под управлением Святого королевства. Шалана сохранила улыбку, пытаясь скрыть истинные намерения. — Вы вернёте её? — Разумеется. — Хо-хо-хо. Очень обнадёживает. — Нам ещё нужно разобраться с некоторыми делами, поэтому завтра я возвращу её в Священный Чертог. — …Простите? Растерянность Шаланы стала очевидной. — Вы ведь всё равно хотели оставить нас в святом городе до суда в качестве свидетелей? Тогда один день ничего не изменит. — Можно просто передать её мне. Хо-хо-хо. — Верховная жрица Шалана. Невидимый за узкими веками взгляд Джулиана остановился прямо на ней. Улыбка словно говорила: он знает её замысел. — Вы ведь слышали, что верховный жрец Гарот заранее подготовил людей тёмных искусств, чтобы забрать реликвию, как только установят её местоположение? Слова медленно обвивали её, словно змеиные кольца. — Поразительно. Они, вероятно, могли отслеживать её в реальном времени с помощью магии. — Какое это имеет значение сейчас? — Вы действительно думаете, что никакого? Неторопливый голос Джулиана постепенно связывал Шалану. — Вы позволили Гароту действовать, потому что с самого начала намеревались присвоить реликвию из Священного Чертога. Даже если она сейчас солжёт, бесстрастные узкие глаза наверняка увидят её насквозь. — Дождаться, пока он раскроется, подавить его и тихо забрать реликвию. Сам факт, что Джулиан поднял эту тему, показывал: он говорит с полной уверенностью. — В официальном отчёте будет сказано, что реликвия уничтожена во время подавления, верно? Когда он закончил… Щёлк. Шалана закрыла веер. Джулиан прекрасно понял её план. Как он и сказал, Шалана знала, что Гарот вынес реликвию, и намеренно не помешала. Она собиралась дождаться, пока он воспользуется ею, а затем тайно забрать для собственных целей. Расчёт оправдался: Гарот начал действовать, и всё шло успешно. До появления демона. «Проклятый Ядовитый Чертог Святого Меча. Демоны взбесились и всё разрушили». Узнав, что реликвия находится у Джулиана, Шалана испытала облегчение. В душе она уже смеялась. — Так вот какое исключение вы имели в виду? Джулиан кивнул. Её немного раздражало, что переговоры развиваются по его сценарию, но теперь это не имело значения. Она вернула реликвию, которую считала уничтоженной. Одного этого было достаточно. — Хо-хо. Хорошо. Тогда забудем всё, что произошло раньше. Можете покинуть святой город, вас никто не остановит. — Рад, что мы достигли взаимопонимания. — Я тоже. Хо-хо-хо-хо! Шурх-шурх. Вновь раскрыв веер, Шалана радостно рассмеялась. — Кстати, где реликвия? Джулиан достал из-за пазухи лавровый венец и положил на стол. — Хорошо. Очень хорошо. В голове Шаланы уже рождались планы: с помощью «Начертанной Лжи» устранить политических соперников и окончательно укрепить своё положение. «Скоро…» Не в силах скрыть возбуждение, она обмахивалась веером всё быстрее. — Теперь верховного жреца Гарота даже жаль. Он не только похитил реликвию, но ещё и будет обвинён в её уничтожении. — Глупец на высоком посту всегда заканчивает одинаково. — Ху-ху. Именно. Джулиан поправил одежду, готовясь уйти. — Тогда мы отправляемся. Коротко попрощавшись, он развернулся. — Хо-хо-хо-хо. — Верховная жрица, вы позволите ему уйти просто так? — Прикажите, и мы попытаемся его задержать. Тогда принц Эульсис останется в святом городе. — Нет. Оставьте их. Шалана остановила телохранителей. — Мы не уверены, что сумеем его одолеть. А если шум раскроет, что «Начертанная Ложь» уцелела, первоначальный замысел потеряет смысл. — Но, верховная жрица… — Запомните два слова: сосредоточенность и выбор. Мы терпели Гарота до сих пор именно ради этой реликвии. Поглаживая лежавший на столе венец, Шалана довольно рассмеялась. *** — Теперь можно готовиться к возвращению. — Всё решено? Линне удивилась моему уверенному предложению отправляться домой. — Да. Мы достигли взаимопонимания. — …Вы снова пригрозили силой, как раньше? — Разве я похож на человека, который стал бы так поступать? — Не могу сказать, что нет. Звучало странно, но и я не мог уверенно заявить, что никогда бы так не сделал. — Я отдал верховной жрице Шалане то, чего она хотела. Вещь, которую она отчаянно пыталась заполучить даже посреди всей этой суматохи. — Откуда у вас, сэр Джулиан…? Откуда? Забрал во время боя в ритуальном зале. — Если её ценность заставила верховную жрицу отступить, значит, предмет был невероятно важен. — Да. «Невероятно важен» — точная оценка. Однако я понимал: чрезмерная жадность редко заканчивается хорошо. Я мельком посмотрел на Камень души Иделя, спрятанный под одеждой. Из-за внезапной демонизации он был мутным и содержал сравнительно мало силы. И всё же это несомненно был Камень души трёхрогого уровня. «Начертанная Ложь действительно невероятно сильна, но пока мне хватит и этого Камня души». К тому же я получил Колокол Безмолвной Ночи. И ещё кое-что. «Есть один факт, которого Шалана не знает». Почему реликвия, способная без труда устранять политических соперников, не считалась равной Чаше Демонического бога? «Она одноразовая». А в подземелье её уже успели активировать. ---------- Не слишком ли ты обнаглел? Скри-и-ип! Под грохот колёс и объявления Резонансный поезд прибыл на станцию. Двери открылись, и перед Линне предстал знакомый пейзаж. В тот же миг вокруг Эульсиса начала собираться толпа. — Принц Эульсис, мы рады, что вы благополучно вернулись. Первым заговорил человек, которого Линне знала. Это был Седн Орбиан, глава императорского секретариата. — Да. Благодаря превосходным сопровождающим ничего не произошло. Эульсис ответил с озорной улыбкой, словно отмахиваясь от тревоги Седна. Помимо него, принца окружили другие дворяне и люди, похожие на представителей газет. Журналисты… Пришли за новостью? Хотели лично убедиться, что принц вернулся живым из потенциально враждебного Святого королевства? «Будь это другой представитель императорской семьи или высокопоставленный дворянин, его возвращение тоже могли бы встречать так». Линне пожала плечами, удивлённая неожиданной популярностью четвёртого принца. Её это не касалось. — Они смотрят на него так, словно в зоопарк вернули исчезающий вид. Джулиан наблюдал за людьми, тревожно окружившими Эульсиса. — …Вы говорите слишком прямо. — Разве это не одна из форм проявления преданности? С этими словами Джулиан неторопливо вошёл в толпу. На губах появилась хитрая улыбка. Он тихо что-то сказал собравшимся, и люди вокруг одновременно вздрогнули. «…Что он им сказал, чтобы они так отреагировали?» Улыбался сладко, но слова наверняка были острыми. Линне раздражённо цокнула языком и вспомнила события Святого королевства. «Аура, которую Джулиан показал в подземелье арены, была другой». В последний момент, когда он разорвал трёхрогого демона изнутри, наружу вырвалась чёрная сила. Зловещая, подобная тени и совершенно непохожая на лунную ауру, которой Джулиан пользовался обычно. «Он один управляет двумя видами ауры?» Невозможно. «Наверное…» Но уверенности не было. Джулиан обращался с аурой так, как не укладывалось в общепринятые представления. К тому же… «Он велел мне найти собственный путь». В отличие от её наставника Хейдена Райха, Джулиан не навязывал ауре традиционные рамки. Современные техники были результатом труда бесчисленных обычных людей и нескольких выдающихся гениев. «Следуя их учениям, я стану обычной мечницей». Линне это понимала. Джулиан же отверг этот путь и потребовал, чтобы она отыскала свой. «Учитель никогда не сказал бы ничего подобного». Отказаться от лёгкой дороги и выйти на тропу, покрытую шипами. Рискнуть заблудиться и не найти выхода. Но после битвы на арене Линне начала понимать смысл его слов. Аура Джулиана в подземелье не походила ни на одну известную ей силу. Говорили, наблюдение за поединком мастеров способно подарить прозрение. Увиденное действительно заставило её почувствовать, что она может подняться ещё на ступень и заглянуть дальше. Удовлетворение продлилось недолго. «Но…» Снова сосредоточившись на чёрной ауре и перебирая воспоминания, Линне посмотрела на Джулиана. «Кажется, я уже видела нечто похожее». На пустынных улицах перед рассветом. Когда в небе висела острая луна, а под ней неизменно прятались тени. Те самые тени, слухами о которых недавно наполнилась столица. «Чёрный Рыцарь». Чёрная аура Джулиана странным образом напоминала силу того рыцаря. «А». В голове мелькнула почти бредовая мысль. «Может ли Джулиан быть Чёрным Рыцарем?» «Улыбающийся Палач и Герой Народа — один человек?» Если хладнокровный убийца услышит подобное предположение… «Как вы смеете сравнивать меня с таким беззаконником? Я — Джулиан Крайпарт Фрейсон». Линне уже представляла, как он высокомерно отчитывает её. Она быстро покачала головой, отбрасывая мысль. «И всё же они так похожи». Ненадолго задумавшись, Линне тихо фыркнула. «Невозможно». *** Даже смешно. Не успел я вернуться в столицу, как уже соскучился по собственному особняку. В голову даже пришло: «В гостях хорошо, а дома лучше». Хотя дом был куплен вовсе не на мои деньги. — Такими темпами я и правда начну считать себя Джулианом. Похоже, половину пути уже прошёл. Вежливая речь, которая раньше казалась чужой, теперь вылетала совершенно естественно. — С возвращением, господин Джулиан. — Благодарю. Перенесите это в сад. — Это орхидеи из Святого королевства? Понял. Дворецкий давно привык к причудам Джулиана и его увлечению цветами, поэтому не стал задавать вопросов. Путешествие нельзя было назвать долгим, но оно всё равно вымотало. И всё же ноги будто сами понесли меня на тренировочную площадку особняка. — Давно сюда не заходил. Я небрежно сбросил пальто, закрыл глаза и вновь вызвал в памяти холодное ощущение из подземелья. Соединение Сомбры и Лунного Меча — Затмение. Воспоминание о клинке, пронзившем стальное тело Иделя и наконец упокоившем его, заставило мои мановые каналы задрожать. «Тело реагирует». Эта испорченная оболочка ощущала человеческое тепло лишь с мечом в руках. Тепло, которое могло дать только оружие. Как у психа. Пока я недоумевал над собой, аура из переполненных мановых каналов собралась в клинке. Гу-у-ун. «…Слабее, чем тогда». Я попытался наложить Сомбру на Лунный Меч, воспроизводя ощущение из подземелья, но цвет оказался заметно бледнее. Сила действительно уступала той, которой я рассёк Иделя. Причина была примерно понятна. «Сейчас не проявились Открытые глаза». И всё же то, что раньше оставалось совершенно невидимым, теперь стало гораздо яснее. Например… — Фух. Убрав Сомбру, я взмахнул одним Лунным Мечом. Мягкая волна устремилась к деревянному манекену в центре площадки. Она не была острой, как лезвие, но двигалась с его скоростью. Так называемая энергия меча коснулась манекена и оставила небольшую отметину. — О-о… В мире, где господствует магия, выпускать ману наружу было достаточно обычным делом. Магам это давалось легко, а вот мечнику для подобного требовалось достичь высокого уровня. «Аура использует ману, но отличается от магии». Окрашенная волей владельца аура слабела и рассеивалась по мере удаления. Но, достигнув определённой ступени, можно было преодолеть и это ограничение. «Росчерк ауры». Название подходило силе, похожей на один чёткий взмах кисти. Изначально эту способность должен был получить главный герой, Святой Меч, но каким-то образом она досталась мне. Вероятно, как побочный эффект недавно обретённой черты «Новый Святой Меч». «Пока я не способен выпускать по-настоящему режущую энергию меча, но возможность появилась». Радоваться собственному потенциалу в таком возрасте — безнадёжный случай. Хотелось найти место, где навык можно испытать по-настоящему. Одного деревянного манекена было недостаточно. — Господин Джулиан, я разместил горшки, как вы приказали. Пока я стоял на площадке, дворецкий снова подошёл ко мне. — Вы ведь посетили императорский дворец перед возвращением домой? — Да. — Понятно… Он выглядел озадаченным. Я примерно понимал почему. Прежний Джулиан, одержимый славой, наверняка ходил бы по всему дворцу, выставляя достижение напоказ. В конце концов, он успешно сопроводил принца в потенциально враждебное Святое королевство и вернул обратно. Но… «Сейчас есть дела важнее, чем хвастаться заслугами». Я убрал меч и уже собирался направиться туда, куда хотел, но остановился. Ноги инстинктивно повернули к моим покоям, и я быстро понял причину. «Осторожность лишней не бывает». Я только что вернулся из Святого королевства, не переоделся и ещё тренировался с мечом. Пыльная одежда наверняка выглядела и ощущалась отвратительно. *** Столицу накрыл затяжной серый дождь. Лазлот, не привыкший к ливням, хмурился, пробегая по залитым улицам. От дождевика пахло сыростью. Стараясь не обращать внимания, он поспешил к большой карете. Лазлот постучал в дверцу. — Входи. Услышав твёрдый голос, он открыл дверь и забрался внутрь. — Принёс то, о чём я говорил? В карете ждал Айден. Он сидел с высокомерным видом, будто смотрел на всех сверху, и даже не взглянул на вошедшего Лазлота. Привыкший к такому обращению, юноша молча кивнул и передал подготовленные бумаги. — Копии отчётов Магической башни. — Цок. Дождевик не спас документы полностью. На них остались грязные водяные пятна. Айден недовольно щёлкнул языком, принял бумаги и начал просматривать их одну за другой. Чем ниже опускался его взгляд, тем сильнее каменело лицо. — Исследование Камня души продвигается уверенно. Айлин, мерзкая полукровка. Прошипев это, Айден усмехнулся. Вся магическая элита Империи знала его как ярого сторонника чистоты крови. — При испорченной крови она пугающе умна. В этом и проблема. — Но… раз она принадлежит к тому же роду, разве её успехи не выгодны семье? Лазлот произнёс это осторожно. Выросший сиротой в трущобах, он никогда не понимал дворян, одержимых чистотой происхождения. По его опыту, именно «грязные полукровки» нередко превосходили чистокровных и добивались больших результатов. Разве не служили лучшими примерами Айлин, исследующая Камень души, и Джулиан? Лазлот невольно высказал давно зревшую мысль и понял ошибку лишь тогда, когда воздух вокруг похолодел. — Уже позволяешь себе высказывать личное мнение. — П-простите за лишние слова, епископ Айден. — Ничего. Если что-то неправильно, это можно исправить. Ледяной голос неожиданно смягчился. Туп. В ту же секунду раздался глухой удар, и челюсть Лазлота вспыхнула жаром. Сдерживая подступившую боль, он опустил взгляд. Перед лицом виднелся магический посох Айдена. — Теперь пришёл в себя? — У-угх… Туп! Туп! На этот раз посох ударил Лазлота по голове и спине. Туп, туп. Снова и снова. После каждого удара из его горла вырывался подавленный стон. — Истинность магии. Как тот, кто её лишён, смеет сомневаться? — Я-я прошу прощения… — Похоже, ты ничего не усвоил. Несмотря на болезненный шёпот Лазлота, Айден уже занёс посох для нового удара. И-и-го-го! Внезапный крик лошади заставил его остановиться. — Что случилось? — Кто-то вышел прямо перед лошадью. Промокший под дождём кучер не скрывал растерянности. Бросив на Лазлота последний холодный взгляд, Айден приоткрыл дверцу, чтобы увидеть наглеца, осмелившегося остановить дворянскую карету в такую мерзкую погоду. Перед ней стоял мужчина с зонтом. Исходившее от него давление морозило кожу и одновременно казалось знакомым. Благодаря этому Айден почти сразу догадался, кто перед ним. — …Сэр Джулиан? После неожиданного имени воздух напрягся, а стонущий от боли Лазлот вздрогнул. — Вы сделали кое-что лишнее, сэр Айден. Джулиан говорил мягко, но скрытое убийственное намерение заставило Айдена замереть. Тот быстро взял себя в руки и с улыбкой вышел навстречу. — Когда вы вернулись? Я думал, поездка займёт больше времени. — Только что. — Вот как? Рад, что вы благополучно вернулись. Это самое главное. — Вы действительно так думаете? Вопрос на мгновение выбил Айдена из равновесия, но он сохранил спокойствие. — Разумеется. Мы ведь служим при одном императорском дворце, преследуем общую цель и состоим в одной церкви. — Изменение тона не отменяет того, что вы тайно пронесли демона на поезд, где находился принц. — Хм. Прямое обвинение заставило Айдена кратко растеряться, но он быстро вернул самообладание. — У меня не было выбора. Третий принц недоволен действиями четвёртого, и вы наверняка это знаете. Айдену, известному презрением к полукровкам, было неприятно разговаривать с одним из них на равных. — Но всё уже в прошлом. К тому же, если бы я действительно хотел пустить поезд под откос, вы бы не вернулись целым, верно? Он без особого стеснения признал, что слегка перешёл черту. — Почему бы нам не забыть случившееся? Оставим прошлое и начнём заново… Вжух! — К-кх… Ослепительно острый свет пронзил плечо Айдена. ---------- Зловещая атмосфера (1) До сих пор я не предпринимал ничего, способного взбаламутить обстановку, и лишь поддерживал сложившееся равновесие. Но Айден, на мой взгляд, перешёл черту. Я разыскал его, чтобы раз и навсегда показать, кто здесь стоит выше. Установить местонахождение оказалось несложно. Благодаря Фелхору я легко узнал, где Айден находится и чем занимается. — …Но почему ты здесь? Вонзив меч в плечо Айдена, я заметил рядом неподвижно стоявшего Лазлота. — Кх… Что ты делаешь?! Голос Айдена вырвал меня из размышлений, словно пощёчина. — Сэр Айден, я пришёл не разговаривать. Глядя, как из его раны течёт кровь, я улыбнулся. — Я пришёл покончить с этим. — Аргх… Да. Именно покончить. Какими бы ни были обстоятельства, он осмелился угрожать моей жизни. И не один раз. Сначала происшествие с Альфасом в Академии Байер, затем недавний хаос в Резонансном поезде. Дальше закрывать глаза было нельзя. — Ха-ха… Покончить? Джулиан, ты знаешь, что не можешь меня убить. Хватит нести бред… Аргх! Чтобы он перестал повышать голос, я слегка провернул клинок. — Вы действительно так думаете? Убийств я предпочитал избегать, но смерть Айдена почти не вызвала бы угрызений совести. И в игре, и в этой реальности за ним числилось слишком много преступлений. К тому же он неоднократно покушался на меня. Никаких уступок. — Прекрати бесполезно храбриться… Айден начал говорить, но, похоже, почувствовал мою серьёзность. Голос затих, а губы принялись шептать заклинание. Что? В посохе закрутилась мана. Цок. Не стоило действовать так необдуманно. — Аргх! Прежде чем Айден успел закончить, я приподнял застрявший в плече меч. Боль сорвала заклинание. — Убить вас несложно. Вы ведь это понимаете? И знаете, что я делал прежде. Я больше не был прежним Джулианом, но для Айдена выглядел именно им. — У меня есть и повод, который заставит остальных дворян закрыть рты. — Угх… — Незаконные исследования демонических рогов. Если раскрыть их, все будут вынуждены промолчать о вашей смерти. — Э-это… всё уничтожили по приказу господина Тенелона! — Вот как? Это правда? Ложь. Я сразу отбросил его слова. Мне прекрасно было известно, что исследования не прекратились. Иначе не случилось бы одно событие. «Кровавый вторник». В сюжете Айден продолжал изучать демонические рога, невзирая на бесчисленные трудности. Даже сейчас он, вероятно, тайно работал вопреки приказу Тенелона. Именно за это в оригинальной истории его убивал Святой Меч. «Он выпустил демонов в столице и трущобах. Главный герой не мог оставить его в живых». Но даже после смерти Айдена исследования не исчезли. Разбирая его владения, члены семьи Донасьен находили записи и возобновляли эксперименты ради собственных амбиций. Так начиналось одно из крупных событий игры «Let’s Kill the Demon King Now» — «Кровавый вторник». Не будь риск настолько велик, лучше было бы позволить истории идти своим чередом, пока Айден жив. Однако… «Есть высокая вероятность, что здесь родится Король демонов». Король демонов стремился воскресить Демонического бога. А воскресший Демонический бог означал «Игра окончена». Иными словами — гибель континента. Стоило ли просто ждать? Раньше я оставил бы проблему Святому Мечу. Но теперь этот безумец давно сбежал в другую страну. — Если ты убьёшь меня здесь, для тебя это тоже плохо закончится! За нами… наблюдают другие члены Ордена! Кто? Лазлот? Он на моей стороне. Увидев, что угрозы никак не меняют моего лица, Айден начал отчаиваться. — Хе-хе, я шучу, сэр Айден. Неужели вы думаете, что я действительно вас убью? — Тогда немедленно вытащи меч, грязная дворняга… А-а-аргх! Не обращая внимания на вопль, я достал из-за пазухи кинжал и провёл им по правому глазу Айдена. Дикий крик наполнил карету. — Но существует множество других вещей, которые я могу сделать. Я одарил его самой дружелюбной улыбкой. Хотелось закончить всё прямо сейчас, но моей настоящей целью были материалы исследований. «Обязательное сюжетное событие. В оригинале ни развитие истории, ни Святой Меч не могли его предотвратить». Теперь такая возможность появилась. Я мог уничтожить саму причину «Кровавого вторника». Убить Айдена сразу — один из вариантов. Но независимо от его смерти исследования, скорее всего, продолжатся где-нибудь ещё. Маги дома Донасьен подхватят работу и станут развивать её дальше. В итоге попытка решить проблему породит ещё большую: хвост начнёт вилять собакой. «Пока оставлю его в живых». Чтобы позднее убрать всё разом. После сегодняшнего унижения ослеплённый яростью Айден будет искать любой способ меня убить. В процессе нетрудно отыскать журналы исследований демонических рогов. «Фелхор найдёт их для меня». И всё же… «Блять, какое мерзкое ощущение». Липкое сопротивление, передавшееся пальцам через рукоять. Разрезать глаз живому человеку было крайне неприятно. — Ты… ублюдок…! Несмотря на отвращение, я подавил его и продолжил улыбаться. Чего-то не хватало. Что сказал бы Джулиан в такой ситуации? Наверняка ещё глубже вонзил бы яд в рану противника. — Не стоит так переживать. Теперь это всего лишь «прошлое», разве нет? Да. Этот человек любил возвращать собеседнику его же слова — настоящее словесное тайцзи. До чего неприятный тип. Увидев мою усмешку, Айден яростно уставился единственным глазом. — Что ж, я ухожу. Что бы вы ни делали впредь, помните боль в этом глазу. С этими словами я отвернулся от кареты. «…Хм». Неожиданное присутствие Лазлота создавало проблему. Если история сегодняшнего нападения разойдётся по Ордену Рассвета, Айден не сможет оставить её без внимания. Официально выходило, что он ослушался приказа Тенелона. Я немного беспокоился, что Айден избавится от Лазлота, но решил: вряд ли. Сейчас ему нужна каждая рука, которую можно использовать. После разоблачения он, скорее всего, прямо прикажет Лазлоту следить за мной. Впрочем, неважно. «Мне нужно, чтобы Айден начал действовать лично». Он не только епископ, но и представитель дома Донасьен. Унижение, позор и, главное, поражение от полукровки Джулиана. Айден, державшийся на поддержке сторонников чистоты крови, непременно почувствует, как почва уходит из-под ног. «Значит, сегодняшнее событие станет объявлением войны». Я слегка посмотрел на Лазлота. Затем приложил указательный палец к губам и провёл им, будто застёгивая молнию. Как в одном известном фильме. «Молчи, парень». Он должен понять. *** — Не знала, что секретариат настолько высоко оценил вас. Видимо, сопровождение принца Эульсиса прошло блестяще? Деловой голос Одвин ровно прозвучал в кабинете командира. — Разумеется. Вы забыли, с кем разговариваете? Я пожал плечами и ответил как ни в чём не бывало. На самом деле происшествий было предостаточно. Но поскольку Эульсис решил молчать, всё завершилось спокойно. — Давно не слышала вашего высокомерного хвастовства. — Скучали? — Я ещё не настолько сошла с ума. Одвин ответила настолько серьёзно, что шутка перестала быть шуткой. Будучи командиром «Закрытых Глаз», она совершенно не стеснялась в разговоре с Джулианом. — Честно говоря, я не ожидала, что вы сами вызоветесь сопровождать принца. Я тоже. Я пошёл из-за подозрения, что Тенелон за мной наблюдает, а также ради Колокола Безмолвной Ночи. В обычных обстоятельствах ни за что не согласился бы. — Святое королевство ведь опасно. Особенно для такого человека, как вы. — Было опасно. — Что? В моём теле появились три огромные сквозные дыры. Если это не называется опасностью, то я, наверное, психопат. — Принц Эульсис заявил, что ничего особенно опасного не произошло. — Это лишь означает, что я превзошёл все ожидания. — А-а… понятно. По взгляду Одвин читалось: «Опять несёт чушь». Она перевела внимание на бумаги, будто что-то искала. — И возьмите это. — Что это? Она протянула мне документ. — Премия за недавнее сопровождение. Премия? Само слово показалось забавным, но деньги я принял с радостью. Кто их не любит? «…Ого». В указанной сумме оказалось гораздо больше нулей, чем я ожидал. Если один нар примерно равнялся одному доллару… «Императорская семья и правда не мелочится». Миллионы за одно поручение. — Похоже, эта операция укрепила доверие императорской семьи к вашим способностям, сэр Джулиан. — Разве я не всегда был выдающимся? — По-настоящему выдающимся вы были лишь в убийстве людей и демонов. Я понял намёк Одвин. Она хотела сказать, что убийство — моя единственная специализация, а во всём остальном я бесполезен. Возразить было трудно, потому что это звучало правдиво. — Я говорю об исполнительности в других областях. До недавней травмы головы вы почти не брались за задания, не связанные с убийством. Если подумать, для командира «Закрытых Глаз» это и правда было выгодно. Чем чаще Джулиану поручали охранять членов императорской семьи, тем сильнее становилось положение самой Одвин при дворе. — Разве для командира Одвин это не хорошо? — В общем-то, да. — Тогда почему вы говорите таким тоном? Уловив лёгкое недовольство, я спросил прямо. — Я командир «Закрытых Глаз». Командир подразделения, в котором вы служите. Я знал. Пока я кивал, Одвин будто колебалась, стоит ли продолжать. — Я не считала себя особенно властной, но… Судя по прошлому, это было правдой. — И всё же командир должен зарабатывать больше подчинённых. Теперь я понял, почему она подняла такую странную тему. — Командиру Одвин не хватает денег? — Вовсе нет. Пусть наш дворянский род и пал, средств хватит ещё на три поколения. — Тогда в чём проблема? Одвин слегка нахмурилась от моего искреннего непонимания. — Я просто не хочу выглядеть… лишённой достоинства. Ответ застал меня врасплох. Минуту назад она утверждала, что не отличается властностью. *** После возвращения с задания атмосфера при дворе немного изменилась. — Слышал, на этот раз он идеально сопроводил принца Эульсиса. — Этот тип? Хорошо уже то, что сам не устроил проблем. — Странно. Раньше он никогда не брался за охрану… — Наверное, решил выслужиться перед императорской семьёй. Сам факт, что меня обсуждают, не особенно раздражал. Дворяне, как и простые люди, любили сплетни: с ними легче поддерживать разговор. «Но можно хотя бы говорить потише?» Покинув кабинет Одвин, я ненадолго зашёл в секретариат, а затем направился обратно к «Закрытым Глазам». Шёпот дворян непрерывно бил по ушам. Они совсем перестали меня бояться? Если опасались, что я обнажу меч, следовало быть осторожнее. — Вы все обсуждаете сэра Джулиана? В разговор вмешался новый голос. Живой и дружелюбный. Он принадлежал Диане — подруге Айлин и сотруднице Магической башни. — Он стоит прямо здесь. Почему не поговорить с ним лично? В голосе звучало чистое любопытство без злобы. Дворяне прокашлялись, разошлись и поспешили заняться своими делами. Диана — точнее, Элеонора — приблизилась ко мне. — Не стоило беспокоиться. Стоило нам остаться вдвоём, как голос стал холоднее, а маска дружелюбия исчезла. — Меня это раздражает. Шёпот мешает личным разговорам. — Для личной беседы лучше выбрать отдельное место. — Я тоже занята. У меня есть жизнь Элеоноры и жизнь Дианы. Я продолжил идти к зданию «Закрытых Глаз», а она поравнялась со мной. — Наверняка заняты. Вы ведь, скорее всего, уже стали архиепископом. Работы прибавилось. — Благодаря вам. — Тогда что вы хотели сказать? Мы проходили через длинный дворцовый сад. Элеонора улыбалась. Улыбка была фальшивой — предназначенной для чужих глаз. — Что со Святым Мечом? А, вот в чём дело. Это имя мне не хотелось даже произносить. — Господин Тенелон поручил вам проверить? — Пока нет. Но решила узнать заранее, на всякий случай. — Он жив. Улыбаясь, Элеонора повернулась и встретилась со мной взглядом. — Разве вы не говорили, что покончите с ним окончательно? Заканчивать было нечего. Вообще-то этим должен был лично заняться Тенелон. Но поскольку он не смог, отправил меня. — Возникли непредвиденные обстоятельства. Я расскажу об этом непосредственно господину Тенелону. — Может, лучше сказать мне? Управление епископами входит в обязанности архиепископа. — Не стоит проявлять столько властности. Я… В этот момент по коже проползло зловещее ощущение. Прямой враждебности не было, но рядом скрывалось нечистое намерение. ▶ «Обострённое чутьё» обнаружило тайную активность. — Хм. Я мельком посмотрел на Элеонору. — Это тоже часть ваших обязанностей по «управлению»? ---------- Зловещая атмосфера (2) ▶ «Обострённое чутьё» обнаружило тайную активность. — Это тоже часть вашего так называемого «управления»? — Простите? Элеонора слегка растерялась, а я осторожно провёл ладонью по присутствию маны, укрепившемуся на моём пальто. — Заклинание прослушивания. — …Цок. Магия элемента Тени особенно хорошо подходила для подслушивания, обмана и сокрытия. Элеонора достигла пятого ранга в теневой магии, поэтому подобные уловки давались ей превосходно. — Как всегда, слишком проницательны. Остальные епископы ничего не заметили. Остальные епископы, значит. Похоже, она проделала то же самое и с ними. Но я вовсе не обязан попадаться на ту же уловку. От этого становилось неуютно. — Я спросил: это часть вашего «управления епископами»? — Да. Раз другие епископы не жаловались, значит, Элеоноре успешно удалось незаметно установить на них заклинания прослушивания. — Я разочарован. Мне казалось, я сыграл значительную роль в вашем назначении архиепископом. Это могло звучать как хвастовство, но вклад и правда был немалым. Я отказался от должности и поддержал Элеонору. Значит, часть заслуги принадлежала мне. — …И ради кого, по-вашему, я всё это делаю? Ради кого ещё, если не ради себя? Чем больше информации, тем больше возможностей накапливать силу — особенно занимая должность архиепископа. — Ради вас, сэр Джулиан. Почему это вдруг моя вина? Несёт какую-то чушь. — Я обязана удерживать равновесие между епископами. В этом и состоит работа архиепископа. Разумное объяснение. Именно поэтому я и отказался от должности. Но при чём здесь я? — Как это связано со мной? — Вы же раздавили епископа Айдена. Да бросьте. Я его не раздавливал. Всего лишь мягко предупредил… Да, просто предупредил. Хм? Откуда она вообще знает? Внутри всё напряглось, но лицо осталось неизменным. Элеонора вздохнула и объяснила: — По Ордену Рассвета уже ходят слухи. Источник неизвестен, но после ранения глаза епископа Айдена большинство в них поверило. Наверняка это Лазлот, скрывая собственную причастность, распространил историю. Я же совершенно ясно показал ему молчать! — Поэтому вы установили заклинание прослушивания? — Да. Пока я занимаю эту должность, мне хотелось бы избежать серьёзных происшествий. — Неужели вы думаете, что я стану устраивать неприятности? — … Элеонора посмотрела на меня так, будто услышала полнейший абсурд, и снова вздохнула. — Даже если не учитывать вас, движения Айдена вызывают тревогу. — Ху-ху. Может, он собирает других епископов, чтобы перерезать мне горло. Я в шутку высказал вполне правдоподобную догадку. Айден мог быть вспыльчивым, но глупцом не был. Он был магом пятого ранга Барко и, возможно, приближался к шестому рангу Либра. Маг, руководствующийся знаниями и разумом, не станет действовать импульсивно без выгоды… — Откуда вы узнали? Так я думал. *** Слухи о том, что Джулиан одолел Айдена, естественно, распространил Лазлот, ставший свидетелем сцены. Джулиан едва вернулся в столицу и сразу отправился к Айдену. Зная его манеру действий, Лазлот был уверен: у этого имелась причина. «Он хотел сделать епископа Айдена примером для остальных». Воображение понеслось, и Лазлот начал осторожно распространять сведения среди членов Ордена Рассвета. Айден внезапно получил тяжёлую травму глаза. Джулиан сразу после возвращения разыскал его. Лазлот не рассказывал всё прямо. Он лишь мягко подталкивал остальных самостоятельно связать факты. Вернувшись в здание «Закрытых Глаз», он обнаружил ожидавшего Джулиана и честно обо всём доложил. — …Понятно. Джулиан молча выслушал и кивнул. — Лазлот, в тот день, когда я усмирил сэра Айдена, вы видели, как я провёл пальцем у губ? — Да, видел. — Вы поняли, что я имел в виду? Не зная, совершил ли ошибку, Лазлот тревожно пытался прочитать реакцию Джулиана. Но узкие глаза не выдавали ни одной эмоции. Не понимая, зачем ему задали вопрос, Лазлот решил ответить честно. — …Разве это не означало, что нужно распространить сведения о случившемся? После ответа кабинет погрузился в тишину. Воздух стал тяжёлым, будто Лазлот тонул. Под неподвижным взглядом Джулиана он лихорадочно думал, ошибся ли или, напротив, должен был распространять слухи ещё активнее. И тут милосердные слова наконец сняли давление с груди. — Вы хорошо справились. Ху-ху. «Слава богу». Лазлот мысленно выдохнул с облегчением. *** Лучше бы он просто молчал. От ответа Лазлота у меня закружилась голова. Я недвусмысленно провёл пальцем по губам, словно застёгивал рот на молнию. То есть велел никому не рассказывать о случившемся. «Погодите». А в этом мире вообще существуют молнии на одежде? «Блять…» Я слишком увлёкся ролью Джулиана, начал всё усложнять и сам допустил неосторожную ошибку. Сам виноват. — В любом случае больше распространять истории о сэре Айдене не нужно. Пока дело окончательно не вышло из-под контроля, я решил остановить Лазлота. Надо было с самого начала сказать всё прямо. После возвращения из Святого королевства голова была забита проблемами, вот и вышла эта путаница. — Если сэр Айден предпримет что-нибудь странное, обязательно доложите. — Понял. Уверенно ответив, Лазлот вежливо покинул кабинет. «Вот же бардак…» Оставшись один, я погрузился в мысли. Теперь столкновение с Айденом стало неизбежным. Итог меня устраивал, но дорога к нему оказалась бесполезно запутанной. Епископы отличались гордостью и терпеть не могли склонять головы даже перед равными. Но Айден опустился даже до того, что начал собирать других епископов против Джулиана. «…Пинтель?» Нет, его не считаем. Он вообще странный. Так или иначе Айден не мог игнорировать унижение, которое я ему нанёс. «Слухи могут разрастись и дойти до дворянства». А сторонники чистоты крови узнают, что Айден проиграл полукровке Джулиану. «Проклятые маги». Хотелось выругаться вслух, но я удержался. Вежливое ругательство всё равно не обладает нужной силой. Вообще маги в этом мире были крайне универсальными существами. С помощью маны и магии они могли решить почти любую проблему. Но в роли врагов становились необычайно неудобными. «Особенно дом Донасьен, который специализируется на одном из пяти элементов — Металле». Раз нападение неизбежно, стоило подготовиться. В следующий раз Айден не позволит мне так просто приблизиться, как раньше. К счастью, я уже знал слабость боевой магии дома Донасьен — Магии самоцветов. «Количество драгоценных камней неизбежно ограничено». Значит, и магия конечна. Невозможно носить с собой бесконечный запас. Тактика была простой: заставлять противника тратить самоцветы, постепенно сокращая расстояние за счёт скорости и дальних атак. «Как раз недавно я получил отличный способ держать врага под давлением». Не Сомбру, а побочный результат черты «Новый Святой Меч» — «Один росчерк». Способность выпускать наружу энергию меча, то есть ауру. Пока она ещё не оформилась в полноценную черту, но после освоения я смогу использовать её свободно. Это пригодится не только против Айдена, но и в будущих столкновениях с домом Донасьен. «Как тренироваться?» Я пробормотал вопрос себе под нос. Хотелось собрать практические данные, а не бессмысленно рубить манекены. — Сэр Джулиан, вы здесь? Раздался стук, и в кабинет вошёл Ферн. — Благодарю за службу по сопровождению Его Высочества! Его голос был наполнен строевой дисциплиной, совершенно не подходившей «Закрытым Глазам». Точно, он ведь раньше служил у Рыцарей Лазурного Льва. — Письма и официальные документы на ваше имя, сэр Джулиан. Оставлю их здесь! Ферн положил бумаги на стол. Среди них было приглашение на интервью от журнала «Рыцари». Зачем? Я же отменил подписку на этот журнал. — Сэр Ферн. — Да! Громкий голос всё ещё звучал как у рыцаря ордена. — У вас есть время? — Если нужно, я свободен. Есть какое-то поручение? — Да. — Приказывайте! Ферн уверенно выпрямился. — Не желаете провести со мной тренировочный поединок? На несколько секунд повисла тишина. Над широко раскрытыми глазами Ферна мелькнул Цвет Страха. — Если я в чём-то провинился, скажите. Я обязательно исправлюсь. Мне пришлось долго убеждать испуганного мужчину, что я не держу на него зла и просто хочу поработать мечом. Мы переместились на тренировочную площадку «Закрытых Глаз», и я спокойно встал напротив Ферна. — Фух… Он несколько раз глубоко вдохнул. Наверное, пытался успокоиться перед спаррингом с Джулианом. — Я готов. В голосе появилась решимость. Я поманил его пальцами. В настоящем поединке первым атакует тот, кто признаёт себя слабее. «Но мне нужны данные». Я занял такую позицию, чтобы испытать «Один росчерк» в бою и улучшить понимание техники. Для выпуска ауры из меча требовалась высокая концентрация. ▶ Обострённое чутьё ▶ Прирождённый фехтовальщик ▶ Проницательность ▶ Новый Святой Меч Даже при наличии множества черт правильно использовать незнакомую технику было трудно. «Что ещё делать с тем, чего никогда не пробовал?» Поэтому я решил приблизить условия к настоящему бою и спровоцировать Ферна. Заставить его атаковать с намерением убить. — Начинаю. Привычный напряжённый голос Ферна стал спокойным, и он рванул вперёд. Расстояние стремительно сокращалось. Глядя на приближающегося противника, я наполнил меч аурой. Ши-и-инь! И попытался выпустить её наружу в виде энергии меча. Совсем немного. — Угх…! Увидев направленную на него острую волну Лунного Меча, Ферн испуганно остановил атаку и взмахнул клинком. «В обычных условиях из такой небрежной стойки невозможно отбить Один росчерк». Но вопреки ожиданиям энергия Лунного Меча легко рассеялась от столкновения с оружием Ферна. «Понятно». Неосвоенный «Один росчерк» действительно был почти лишён силы. Хотя рассыпаться как сухарь — это уже перебор. ⇒ Понимание черты «Новый Святой Меч» повысилось. ⇒ Осознана черта «Один росчерк». К счастью, благодаря этой атаке тело начало лучше понимать принцип энергии меча. — Вы только что… выпустили ауру? Ферн всё ещё говорил с удивлением. Он прекрасно знал, насколько трудно наполнить клинок аурой и затем отделить её в виде режущей волны. — Да. Я понял принцип во время путешествия. — …Поразительно. Мне даже обычное владение аурой даётся тяжело. — Здесь нечему удивляться. Такова разница в таланте и положении. Я произнёс это совершенно бесстыдно, наблюдая за неуверенностью Ферна. Он был рыцарем. Точнее, бывшим рыцарем. Значит, должен был гордиться умением владеть мечом и аурой. «Если надавить, он разозлится и начнёт атаковать без сдержанности». Таковы рыцари в этом мире. Каким бы ни был опыт, они верили, что среди мечников нет абсолютной пропасти. Таков Хейден Райх. Таков Джулиан. Таковы все рыцари, которых я встречал. «У тебя тоже должна быть гордость». Покажи её. Мне было немного неловко провоцировать человека, но я хотел увидеть агрессивный натиск. Ради будущего боя с Айденом. И ради подготовки к столкновению с Тенелоном. — Нельзя так пугаться. Вы согласились на поединок с настолько любительским мастерством? Я усилил провокацию. Поскольку именно я предложил спарринг, такая грубость должна была разозлить любого. — Да! Буду учиться телом и опытом! Нет. Я хотел, чтобы ты разозлился. ---------- Один росчерк Этот поединок уже не помогал углублять понимание «Одного росчерка». Поначалу спарринг с Ферном позволял выстраивать представление об энергии меча, но в какой-то момент прогресс остановился. Это был не настоящий бой на грани смерти. Ферн сознательно подстраивался под выпущенную энергию или отбивал её, поэтому уловить нужное ощущение не получалось. К тому же… «Всё ещё слишком слабо». Моим атакам не хватало силы, чтобы нанести серьёзный урон. Стоило концентрации хотя бы немного дрогнуть, как энергия меча рассыпалась в воздухе, словно сухое печенье. — Ха… ха… Я посмотрел на тяжело дышавшего Ферна. — Благодарю. На этом закончим. — П-понял… ха… сэр Джулиан. Лязг! Услышав, что спарринг окончен, Ферн выронил меч и рухнул на землю. По потухшему взгляду было ясно: он вымотался окончательно. Пусть я и сдерживался, «энергия меча» оставалась опасной. Попадание причиняло сильную боль, а случайный удар в жизненно важное место мог стать смертельным. Ферн и так продержался дольше, чем можно было ожидать. — Я… хоть немного помог? Помог ли? Разумеется. Продвинутой тренировкой это не назвать, но основные ощущения я получил. Однако простое «да» могло задеть его гордость. Рыцари — странный народ, живущий собственной честью. Нормальными их не назовёшь: они добровольно служат мясом для мечей, постоянно сталкиваясь с кровью и ранами. — К сожалению, пользы оказалось немного. — Понятно… Простите. — Продолжайте усердно тренироваться. С нынешним уровнем выход на серьёзное задание равносилен самоубийству. После жёсткой оценки Ферн опустил голову. — Но как рыцарь вы достаточно умелы. Удивлённый внезапной похвалой, он поднял взгляд. — Что? — Точная техника и контроль маны достойны образцового рыцаря. Именно поэтому вы почти не помогли мне. Вопреки названию «Один росчерк» не требовал безупречной точности. Техника больше подходила инстинктивному, необработанному стилю. Поэтому я всё время пытался разозлить Ферна. Потеряв себя в ярости и атакуя с решимостью погибнуть, человек порой раскрывает настоящую природу. Мне требовалось именно такое сырое фехтование. Но… Ферн уже был состоявшимся рыцарем. Он не мог просто отказаться от привычного пути меча. В этом смысле Ферн был почти идеальным образцом. Кроме того, чем дольше длился спарринг, тем яснее он ощущал пропасть между нами, и боевой дух постепенно угасал. Пусть Джулиан и был гением с уникальным стилем… Его основы оставались традиционными. Меч Джулиана был упорядочен и выстроен. А благодаря чертам, укрепляющим разум, и «Непроницаемому лицу» обычный спарринг никогда не становился для него настоящим сражением. «Мне нужен противник, который действительно хочет убить». Иначе опыт будет ненастоящим. — Сэр Джулиан, понимаю, что прошу слишком многого, но… не могли бы вы обучить меня? Когда я уже собирался уйти, сзади донёсся искренний голос Ферна. Обучить? Хм, не уверен. Чему именно? Всё, что я знал о фехтовании, опиралось на врождённые способности этого тела и знания из игры. Я не выстраивал мастерство с нуля. А стиль Ферна в моих знаниях вообще отсутствовал. «Как это объяснить?» Знать сильные стороны человека и основную технику было бы полезно для совета. Но глубоких знаний о фехтовании мне не хватало, чтобы подробно всё разобрать. Признаться в этом напрямую я не мог, поэтому решил сгладить ситуацию красивыми словами. — Простите. Я не настолько великодушен, чтобы обучать соперника. — Я… соперник? Рыцари, у которых мышц обычно больше, чем мозгов, любят признание сильнейших. Даже если оно исходит от печально известного Улыбающегося Палача. Всё равно имеет ценность. К тому же… «Он помог мне с тренировкой. Могу хотя бы это сказать». Удачи. Я коротко кивнул и направился к выходу. — Сэр Джулиан! Ферн снова окликнул меня. — Если вам нужен опыт, близкий к настоящему бою… я знаю подходящее место. *** — Ха-а… Элеонора устало вздохнула. Она привыкла к конфликтам между епископами и обычно списывала их на дворянскую природу. Эти люди всегда оказывались первыми, когда можно было что-нибудь отнять у других. Но для человека, занявшего должность архиепископа, управление ими стало настоящей головной болью. — Контролировать их в роли архиепископа невероятно утомительно. Небольшие отклонения можно было терпеть, но ради выживания Ордена Рассвета крупные столкновения требовалось предотвращать. Именно поэтому Элеонора наложила на других епископов заклинания прослушивания. — А человека, за которым нужно следить внимательнее всех, я упустила. Джулиан Крайпарт Фрейсон. Среди епископов он занимал совершенно особое положение. Именно благодаря ему Элеонора получила должность архиепископа. Верховный понтифик Тенелон относился к Джулиану с необычайным расположением. — В этом и проблема. Непоколебимое поведение Джулиана вызывало ненависть у остальных епископов, а покровительство Тенелона лишь усиливало её. К тому же в последнее время у него появились сторонники внутри Ордена. — Он никогда не колеблется перед действием. Конфликт с Айденом неизбежно вызовет огромную бурю. Вслед за Айденом в Орден вступило множество магов, и большинство разделяло идеи чистоты крови. — Маги всегда такие. Взгляд Элеоноры остановился на книге, лежавшей на столе. «Свод постижения магии». Под названием был напечатан подзаголовок: «Чистая мана накапливается в крови. Родословная определяет величие мага». Сегодня эта фраза уже не имела прежней власти, но по-прежнему сильно влияла на магическое общество. — Людей нечистого происхождения всё ещё унижают, называя полукровками. И Айден, проигравший такому «полукровке», непременно попытается отомстить. Чтобы защитить собственную веру. — Да, я знал, что вы скоро свяжетесь со мной. Из магического устройства донёсся голос. Сработало заклинание прослушивания, наложенное на одного из епископов. Говорил смелый, но непостоянный епископ Корунд. «С кем он разговаривает?» Заклинание Элеоноры не отслеживало каждое его движение. Оно включалось только тогда, когда тот использовал магию связи. Значит, сейчас Корунд разговаривал с кем-то на расстоянии. — Высокомерному дому Донасьен в одиночку с Джулианом не справиться. Голос Корунда продолжал звучать. Дом Донасьен. Джулиан. Сопоставив слова, Элеонора быстро поняла, кто находится на другом конце. «Айден». Человек, способный стать центральной фигурой бури, надвигавшейся на Орден Рассвета. — Помочь нетрудно. Как стороннику чистоты крови, мне неприятно смотреть, как полукровка Джулиан ходит с таким видом. Айден, похоже, предложил Корунду сотрудничество. Чтобы вытеснить Джулиана из Ордена Рассвета или вовсе убить. «Ха-а. Как же всё это утомляет». Эти гордые дворяне просто не могли сидеть тихо и обязательно устраивали шум. Элеонора снова мысленно вздохнула. — Но, Айден, мне всё кажется слишком подозрительным. Внезапный поворот разговора заставил её внимательнее прислушаться. — Как маг вашего уровня вообще позволил Джулиану приблизиться? Вопрос звучал убедительно. Айден был сильным магом элемента Металла пятого ранга Барко. — Сражение между магом и рыцарем обычно заканчивается одним из двух способов. Если Айден и Джулиан действительно столкнулись, всё не могло ограничиться ранением глаза. — Либо маг побеждает без единой царапины, либо проигрывает, лишившись конечностей, а то и жизни. Корунд сам был магом и прекрасно это понимал. — Пока у мага есть сердце, рот для заклинаний и мозг, он сохраняет боеспособность. «К чему он ведёт?» Элеонора подняла голову и сосредоточилась. — Бой не мог закончиться из-за одной царапины на глазу. Почему тогда слухи выглядят именно так? После короткой паузы Корунд продолжил: — Может, Айден вступил в сговор с Джулианом, чтобы зачистить непокорных епископов? В этой теории была своя логика. Именно Айден привёл Джулиана в Орден Рассвета, когда Совет старейшин дворян почти вытеснил его из столицы. «Не может быть». Элеонора, конечно, не поверила. Джулиан остановил эксперименты Айдена, а тот отправил Альфаса убить Джулиана. Поначалу Айден действительно мог считать его полезным, но теперь всё изменилось. — Отмахнуться словами о внезапной атаке недостаточно. Послышался довольный смешок. — В любом случае продолжим при встрече в «том месте». Разобраться с Джулианом позже не будет поздно. На этом связь прервалась. — До чего же всё утомительно. Элеонора отложила устройство и поднялась. Власть всегда идёт вместе с обязанностями. Теперь ей казалось, что следовало любой ценой заставить Джулиана занять место архиепископа. *** «Если вам нужен опыт, похожий на настоящий бой, почему бы не посмотреть на Боевую арену?» Ферн предложил посетить место, похожее на колизеи Святого королевства. Только здесь люди сражались не с демонами, а друг с другом. «На Боевой арене действительно можно собрать данные настоящих поединков». Признав совет разумным, я сразу направился в «Павильон Ясной Луны» на окраине столицы. Одной из организаций, управлявших ареной, был Орден Кровавого Демона из трущоб. — Чего тебе? Сегодня, в отличие от прошлого визита, вход охранял личный телохранитель Талле и подставной глава Ордена Кровавого Демона — Вампир Артур. — Я пришёл к Талле. — Сейчас она недоступна. Услышав ответ Артура, я раздражённо посмотрел на небо. «Солнце ещё высоко». Как и положено классическому вампиру, она избегала солнечного света. Талле обладала всеми привычными слабостями вампиров из массовой культуры. — С-сэр Джулиан…! Между нами вклинился торопливый голос. Это был Эрен — мальчик, который обычно сопровождал меня. — Госпожа Талле разрешила вам подняться. Разумеется, она находилась здесь. Прямые солнечные лучи обжигали вампиров или превращали их в пепел. Если только Талле не сошла с ума, днём ей больше негде было гулять. — Цок. Оставив явно недовольного Артура позади, я вошёл в подъёмник. Вскоре добрался до этажа Талле и сразу перешёл к делу. — Я хочу наблюдать за боями на Боевой арене. Арена работала по членской системе. Главная причина заключалась в том, что дворяне с изысканными вкусами хотели скрывать личности участников. Разумеется, Орден Кровавого Демона охотно поддерживал эту традицию, ведь она приносила большие деньги. Даже без разрешения никто не рискнул бы остановить меня у входа. Кто осмелится преградить путь Улыбающемуся Палачу? Разумнее оставить кишки внутри тела. Но на лице Талле появилось неудобство. — Что? Она слегка повысила голос, звучавший раздражённо. — Вы внезапно врываетесь, когда я должна отдыхать, и ещё смеете говорить такую чушь! Однако красновато-карие глаза беспокойно метались, выдавая растерянность. Одновременно Талле посмотрела на Эрена, который сопровождал меня. Всё как прежде. — Это не следует обсуждать при посторонних. Я хочу поговорить наедине. Поняв её намерение, я первым задал направление разговору. — Наблюдать за Боевой ареной? Не понимаю зачем… Талле жестом отпустила Эрена. Мальчик поклонился и спустился на подъёмнике. — Вам туда нельзя… То есть… это не самое подходящее место… Механизм загудел. — Нет. Возможно… вам всё же можно, сэр Джулиан. Нелегко же тебе живётся. Зато нескучно. ---------- Слепой воин — Что значит «неподходящее»? Я помедлил, а затем прямо спросил Талле, которая явно пыталась мне отказать. — Ну… просто мне кажется, что сэр Джулиан не получит удовольствия от такого места. О чём она вообще? — Там не слишком светло, довольно мрачно… К тому же вокруг полно варваров, которых вы так ненавидите, сэр Джулиан. Так я именно на этих варваров и собирался посмотреть. Чтобы хотя бы немного отточить свои навыки. — Меня это не беспокоит. Несмотря на мой ответ, лицо Талле стало лишь напряжённее. Похоже, она всерьёз намеревалась отказать. Причину я примерно понимал. Наверняка человеку моего положения не полагалось посещать Боевую арену, а тем более сидеть среди зрителей. Джулиан состоял в «Закрытых Глазах». Иными словами, принадлежал к ближайшему окружению императорской семьи и исполнял её волю. «Хотя дворяне часто ходят на Боевую арену». Сама арена работала законно, но почти всё происходившее внутри балансировало на грани преступления или давно её пересекло. Императорский каратель в подобном заведении был так же желанен, как незваный гость на тайной вечеринке. — Я не доставлю вам неудобств. — Вы… вы и так постоянно доставляете мне неудобства. Последние слова прозвучали почти шёпотом, но на этот раз Талле проявила редкую твёрдость. — Сейчас это невозможно. Продолжите настаивать — и мне придётся занять более жёсткую позицию! Хорошо. Тогда отвечу тем же. — Талле, я слышал, среди императорских тюрем есть камера, целиком выкованная из серебра. Не хотите однажды её увидеть? Стоило мне произнести это с лёгкой улыбкой, как над головой Талле сгустился знакомый цвет. — С-серебра?.. — переспросила она. Во всех историях вампиры терпеть не могли серебро, и этот мир не был исключением. Кроме того, они были уязвимы перед солнечным светом и не могли пересекать текущую воду. — Вы случайно знаете все слабости вампиров? — Да. И мне известно, как лишить их бессмертия. — Т-тогда вы, вероятно, знаете и то, что деревянный кол в сердце убивает вампира… — Разумеется. Хотите, проверим на вас? Похоже, Талле восприняла мои слова как угрозу: не пустишь — испробую метод лично. Фиолетовая дымка над её головой сгустилась настолько, что почти кричала о страхе. Хотя разве кол в сердце не убьёт вообще любого? Угроза это была или нет, но сработала. Талле выдала мне членский пропуск на Боевую арену. — Только, пожалуйста… не устраивайте там ничего… Она едва ли не умоляла, но я и не собирался поднимать шум. Никогда не собирался. Проблемы обычно начинались, когда шум поднимали другие, едва увидев меня. *** — Сэр Джулиан. Когда я уже подходил к Боевой арене, ко мне приблизился мужчина и заговорил так, будто мы давно знакомы. «Кто это?» Талле говорила, что пришлёт человека, который проведёт меня внутрь. Видимо, это был он. К тому же лицо казалось знакомым. Как же его звали? А, точно. Байрон. — Байрон, что вы здесь делаете? Разве он не состоял в «Шести Пальцах», одной из организаций, деливших трущобы? Я слышал, что за сотрудничество со мной ему сократили срок заключения. — Сейчас я работаю на Боевой арене. А что стало с прежним местом? В «Шести Пальцах» предателей заставляли отрубить себе палец. Организация славилась именно этим. — Ну… после того как я сопровождал сэра Джулиана к «вампиру», поползли странные слухи. Так бывший член «Шести Пальцев» оказался в Ордене Кровавого Демона. Когда он пришёл со мной на их территорию, прежние товарищи, видимо, решили, что Байрон переметнулся. — Я сам ничего не понял. В один день за мной вдруг прислали «Резчиков Пальцев»… — И всё же вы выжили. — Да. К счастью, мимо проходил господин Артур и спас меня. Артур? А, тот громадина. Хорошо, что Байрон нашёл способ выжить. В конце концов, работу в «Шести Пальцах» он едва не потерял из-за меня. «Хотя… с чего мне испытывать вину?» Если подумать, я дал ему возможность вырваться из преступной организации. Можно сказать, помог сделать первый шаг к исправлению. По крайней мере, у Ордена Кровавого Демона совести было больше, чем у «Шести Пальцев». — В любом случае я проведу вас внутрь. Прошу за мной! Байрон бодро зашагал к арене. — Но что привело сюда сэра Джулиана? — По-вашему, мне здесь не место? От моего вопроса Байрон заметно вздрогнул. — Ха-ха… Просто я думал, вам не понравятся подобные заведения. Не понравятся… Он был не совсем неправ. Врождённая брезгливость Джулиана протестовала против пропитанного потом воздуха Боевой арены. Однако стоило войти, как плотная жажда сражения, переполнявшая это место, заставила тело зудеть от предвкушения. «Да. Именно за этим я пришёл. Похоже, место выбрано верно». Я хотел хотя бы немного приблизиться к совершенству. А если точнее… «Моя цель — завершить технику „Один росчерк“». Для этого требовалась не только отточенность, но и грубая, первобытная сила. Фехтование Джулиана по самой своей природе было изящным. Его огромная мощь служила основанием, но поверх неё лежала почти учебниковая техника. «А на Боевой арене легко встретить бойцов, движимых голым инстинктом». Равновесие инь и ян. Возможно, всё было не настолько возвышенно, но я чувствовал: моему нынешнему мечу чего-то недоставало. Что-то следовало добавить, а от чего-то — отказаться. — Иногда человеку требуется противоположность. Нечто грубое. — Грубое… А! Байрон ненадолго задумался, а затем хлопнул в ладони, словно его осенило. — Тогда вы пришли как нельзя вовремя. Сегодняшнее событие на Боевой арене идеально подходит под ту «грубость», которую вы ищете, сэр Джулиан. Его воодушевление пробудило моё любопытство. — Что за событие? — Двенадцать человек выпускают на огромную арену, и они сражаются, пока на ногах не останется только один! А, королевская битва. — Главный претендент на победу сидит вон там. Байрон широко улыбнулся и указал в угол комнаты ожидания. В полумраке, среди напряжённых участников, сидел мужчина в громадных доспехах. Он даже не пытался скрывать жестокую решимость и жажду крови. «Сильный». Точно оценить его возможности я не мог, но исходивший от него запах крови ясно говорил: передо мной не обычный боец. — Его зовут Кагум. Он известен как «Безумец, пожирающий демонов». — Пожирающий демонов? — Да. Говорят, он родом с Севера и выжил, питаясь демоническими тварями… Питался демонами? Это не было чем-то неслыханным, однако вместе с плотью человек поглощал остаточные помыслы демона. Обычно итогом становилось неизбежное обращение. «На именного персонажа он не похож». В этой истории были известные герои, способные есть демонов. Но почему они считались особыми? «Потому что пожирали демонов и не обращались сами». Кагума я не помнил, сколько бы ни напрягал память. Неужели это неизвестный мне персонаж? «Как бы то ни было, выглядит он внушительно». Если человек постоянно носил настолько тяжёлые доспехи, его боевой стиль наверняка соответствовал телосложению. «Сражение с ним может помочь мне вырасти». Стоило мне так подумать, как наши взгляды пересеклись. — О? Он идёт сюда. Кагум поднялся и тяжёлыми шагами направился к нам. Лязг, лязг. Металл звенел при каждом движении закованного в броню великана. Сглотнув, Байрон нервно отступил. Неужели Кагуму не понравилось, что я на него смотрел? «Проверить его силу прямо здесь тоже было бы неплохо». Я не знал, насколько он умел, но личный опыт точно оказался бы полезен… «Хм?» Странно. Несмотря на подавляющее присутствие Кагума, над его головой виднелся Цвет Страха. Мне показалось? — Сэр Джулиан, что привело вас в подобное место? Нет, не показалось. Даже сквозь тяжёлый шлем я услышал дрожь в его голосе. — Кагум, вы умеете говорить?! — Байрон изумился сильнее всех. — Говорили, что пожирание демонов лишило вас разума и превратило в безумца, жаждущего крови… — Будь это правдой, как бы я зарегистрировался для участия в боях? Справедливо. — Кроме того, тех, кто не платит налоги, выгоняют из района. Окажись я безмозглым чудовищем, разве смог бы жить здесь до сих пор? Вопреки невероятно раздутым слухам Байрона Кагум говорил связно и даже вполне культурно. Я невольно усмехнулся. Пожиратель демонов оказался законопослушным налогоплательщиком. *** — Прошу, наденьте это. Перед входом на трибуны Байрон протянул мне маску, пояснив, что таков порядок для зрителей. Поскольку арена находилась в трущобах, высокородные посетители наверняка предпочитали скрывать лица. И всё же… «Как-то знакомо». Надевать маску оказалось странно привычно. Наверное, сказывались мои похождения в образе Чёрного Рыцаря. — О-о… Вам очень идёт, сэр Джулиан. Прошу, проходите. Внутри всё было именно так, как говорил Байрон: каждый зритель скрывал личность под маской. Их лиц я не видел, но жар возбуждения пропитывал воздух настолько, что ощущался кожей. — Обычно человеку вашего положения полагается отдельная ложа… — Ничего. Я хочу наблюдать вблизи. Оставив смутившегося Байрона, я осмотрелся. «Такое скопление людей действительно раздражает». Проклятая брезгливость снова дала о себе знать. Толпа всегда действовала мне на нервы, а местная санитария вызывала отдельные вопросы. «Если после всего этого я ничего не получу…» Одна мысль о бессмысленно перенесённом дискомфорте злила. — Дамы и господа, благодарим за ожидание! Встречайте главное событие сегодняшнего вечера! Единственным утешением был участник, ради которого стоило прийти, — Кагум. — И прежде всего главный претендент на победу! «Безумец, пожирающий демонов» — Кагум! Даже издалека было видно, насколько хорошо натренировано его тело. Дыхание, стойка. Скорее всего, он умел пользоваться аурой. — У-у-у-у! Арена взорвалась оглушительными криками. Зрители, похоже, не сомневались в его победе. — Как думаете, кто выиграет, сэр Джулиан? — спросил Байрон. Если среди остальных одиннадцати не было бойца сопоставимого уровня, ответ казался очевидным — Кагум. Я небрежно оглядел арену. «Хм?..» И неожиданно увидел среди участников знакомое лицо. Серые волосы и мутные глаза, словно навечно затянутые катарактой. Один взгляд на него пробудил во мне первобытное желание сразиться. — Кто, по-вашему, победит? — Ах, да. — Я ставлю на того человека. — На… того мужчину средних лет? Я указал на край арены, и Байрон проследил за моим жестом. Там мужчина, постукивая деревянной тростью по земле, медленно шёл к месту ожидания. — Вы имеете в виду слепого? Я вообще не понимаю, как ему разрешили участвовать… — Скоро увидите. Байрон явно сомневался, но лишь кивнул и снова посмотрел на арену. Я же не отрывал взгляда от мужчины. «Слепой воин Захард». Даже во вселенной «Let’s Kill the Demon King Now» он входил в число сильнейших бойцов. Судя по тому, как внутри вспыхнуло соперничество, Джулиан был с ним знаком. Впрочем, Джулиан жил на Северном фронте, где Захард провёл некоторое время. Они вполне могли пересекаться. Но меня он интересовал по другой причине. Если говорить точнее, Захард приходился Джулиану боевым дядей — ещё одним учеником Святого Меча Хейдена Райха. ---------- Двух зайцев одним ударом (1) Элеонора Д’Мишель. Скрывая раздражение, она направлялась на Боевую арену — место, которое обычно посещали простолюдины. — Почему из всех мест именно здесь?.. — пробормотала она. Пусть Элеонора не была настолько брезглива, как Джулиан, но для женщины, всю жизнь шедшей по пути благородной леди, грязь и тяжёлый запах становились настоящей пыткой. Тем не менее она пришла из-за того самого «управления епископами», важность которого Джулиан подчёркивал с завидным упорством. Нетрудно было предсказать, что Айден, конфликтовавший с ним, вскоре сделает свой ход. Честно говоря, Элеонора не собиралась вмешиваться в столкновение их гордости, однако Орден Рассвета всё ещё не мог действовать открыто. К тому же и Джулиан, и Айден занимали внутри организации важные позиции. — Мы не можем позволить себе потерять силы. Ради выживания Ордена Рассвета и контроля над епископами ей следовало предотвратить их прямое столкновение. По счастливой случайности заклинание подслушивания позволило узнать, что Айден что-то замышляет вместе с епископом Корундом. По другим каналам Элеонора выяснила, что они собираются встретиться на Боевой арене. К счастью для дворян с тайными увлечениями, здесь была отдельная ложа, куда допускали лишь особо важных гостей. Элеонора вошла туда и стала ждать начала разговора. Ей нужно было понять их замысел. — Ха-ха, давненько не виделись, Айден. Выглядишь мрачнее обычного. Что-то случилось? Голос принадлежал епископу Корунду, когда-то учившемуся в той же школе магии, что и Айден. Именно поэтому Элеонора предположила, что Айден первым обратится к нему, и заранее сделала их приоритетными целями для подслушивания. — Вот бы это работало и на Джулиане… Тогда управлять епископами и разнимать их было бы куда проще. Как бы то ни было, сегодня она пришла сорвать замысел Айдена. — Никогда бы не подумал, что ты лично явишься сюда, Айден. Слова Корунда доносились из магического устройства. Даже сидя рядом, они общались при помощи магии сообщений, чтобы посторонние не услышали беседу. Для Элеоноры это было настоящим подарком: её подслушивающее заклинание срабатывало именно на таких чарах. Однако она озадаченно нахмурилась. Корунд всегда отличался грубыми вкусами, но поведение Айдена удивляло. — Зачем человеку, настолько помешанному на чистоте крови, приходить в такое место? Пока она размышляла, атмосфера Боевой арены накалилась до предела. — У-у-у-у! На площадке в центре несколько бойцов смешались в беспорядочной схватке, обрушивая оружие друг на друга. Когда клинок рассекал пустоту, со всех сторон доносился свист и недовольные крики. Стоило удару достичь цели — трибуны взрывались восторженным рёвом. Эмоции бурлили настолько яростно, что почти становились осязаемыми. Для кого-то это было лучшим развлечением. — Какая безвкусица. Элеонора не привыкла осуждать простонародные развлечения, но к плотно набитой толпе приспособиться было трудно. Хорошо хоть маска скрывала лицо. Встреть она знакомого, неловкость достигла бы небес. — Может, у меня и есть здесь свои увлечения, но разве не ты называл Боевую арену сборищем дикарей, Айден? Лукавый и слегка раздражающий голос Корунда снова донёсся из устройства. Элеонора почти не общалась с ним ни до, ни после его назначения епископом, но сейчас невольно разделяла его недоумение. — Гарин, молодец! Вот почему я поставил на тебя! — Сдохни уже, бездарный ублюдок! Трибуны снова едва не лопнули от криков, и Элеонора поморщилась. — Именно поэтому я и выбрал это место для встречи, — спокойно ответил Айден. — Никому не придёт в голову искать меня здесь. — Хм, в этом есть смысл. — Перейдём к делу. Начиналось самое важное. Элеонора сосредоточилась на разговоре. — Погоди. Айден, дай угадаю, что ты собираешься сказать. В голосе Корунда слышалась откровенная насмешка. — Ты и сам понимаешь, что одержимость чистокровных магов зашла слишком далеко. Но именно они служат твоей опорой, поэтому ты не мог действовать открыто. Корунд, ещё не столкнувшийся с Джулианом лично, явно наслаждался происходящим. Ему нравилось, что высокомерный Айден пришёл просить помощи. — Пришло время покончить с Джулианом, этим полукровкой. Всё шло ожидаемо. — Он мне тоже не нравится. Полукровка, возомнивший себя неприкасаемым лишь потому, что господин Тенелон проявляет к нему благосклонность. Как епископ и маг я не могу относиться к нему иначе. Чистокровные маги испытывали глубоко укоренившуюся ненависть к боковым ветвям, в жилах которых смешалась кровь простолюдинов. Будучи магом, Элеонора прекрасно знала об этих настроениях. — Но я тут подумал… Не собираешься ли ты использовать Джулиана, чтобы избавиться от остальных «чистокровных» школ? Разговор внезапно свернул в странную сторону. — Это уже слишком натянуто. — Натянуто? Я лишь задаю вполне естественный вопрос. — Кх. Раздался тихий смешок. Легкомысленный и довольный — без сомнения, Корунда. «Корунд наверняка понимает, что Айден не объединился с Джулианом». Тогда зачем он поднял эту тему? «Чтобы получить преимущество на переговорах…» Пока Элеонора выстраивала догадки, зрители неожиданно затихли. — Невероятный поворот! Новичок арены одолел главного фаворита — Кагума! Услышав причину, Элеонора не придала ей значения. Её целью оставался контроль над епископами. Всё остальное… — Хм? Хотя арена её совершенно не интересовала, Элеонора невольно заметила силуэт, поднявшийся с трибун. — Это ещё кто такой? — Вали отсюда! — Не мешай представлению, ублюдок! Мужчина спрыгнул прямо на арену, и со всех сторон на него посыпались ругательства. — Вот же любитель устраивать сцены. Элеонора недовольно пробормотала и уже собиралась снова сосредоточиться на подслушивании, когда незваный гость снял маску. Под ней оказалось лицо, которого здесь быть не должно. Джулиан. *** За время, проведённое в этом теле, я усвоил несколько вещей. Джулиан любил поединки. Был самовлюблён. И безмерно гордился своей службой в «Закрытых Глазах». — Какой же ты сумасшедший ублюдок. Мир перед глазами внезапно изменился, и я первым делом осмотрелся. Ещё мгновение назад я сидел на трибуне и смотрел вниз. Теперь стоял на арене и смотрел вверх. Значит, тело само двинулось и вынесло меня на площадку. — Так и до старости не доживу. Возможно, причина заключалась в том, что я «знал» человека, победившего фаворита Кагума. По сюжету Джулиан не был осведомлён, что «Слепой воин» и Святой Меч обучались у одного наставника. Однако я, игравший в эту игру, знал: они принадлежали к одной школе. Видимо, поэтому тело отреагировало настолько бурно. И это было ещё не всё. Слепой воин Захард считался преступником. Если точнее — нарушителем имперских законов о боевых искусствах. Как участник «Закрытых Глаз», гордившийся службой Империи, Джулиан не мог оставить его без внимания. — Дамы и господа… Что происходит?! Кто-то спрыгнул с трибуны! Постойте, это лицо… неужели?! Голос ведущего, усиленный магическим устройством, дрожал от растерянности. Когда толпа увидела моё лицо, недавняя тишина сменилась беспокойным гулом. — Э-это Джулиан. — Улыбающийся Палач? — Что он здесь делает?.. Не обращая внимания на шёпот, я положил ладонь на рукоять меча. Звяк. Пусть я оказался здесь против собственной воли, Слепой воин идеально подходил для цели, ради которой я пришёл на арену. Он действительно не видел глазами и потому полагался в бою на остальные чувства, а также на дополнительное — ауру. — Забавно встретить вас в подобном месте. ⇒ «Обострённое чутьё» активировано. ⇒ «Предвидение» обнаружило ауру противника. Невидимая глазу энергия бушевала вокруг Захарда. По природе она совершенно не походила на ауру его соученика, Святого Меча. Никакой отточенной элегантности. Аура Захарда напоминала шторм — непрерывно двигалась и меняла форму. Игроки «Let’s Kill the Demon King Now» называли её «Аурной эхолокацией». По сути, это был радар. Захард постоянно рассеивал вокруг ауру, заменяя ею слепые глаза и чувствуя всех поблизости. ⇒ Уровень владения «Одним росчерком» повышен. Такой способ применения совершенно отличался от метода Святого Меча, к которому я привык. Одного наблюдения хватило, чтобы открыть новый подход к управлению аурой. — С-сэр Джулиан… зачем вы это сделали? Байрон поспешно спустился к краю площадки вслед за моим внезапным прыжком. «Что ему сказать?..» Я не хотел создавать неприятности ни Байрону, ни Талле. Но, похоже, ни я, ни инстинкты Джулиана не собирались отступать. «Дело не в банальном самоутверждении». Чтобы двигаться дальше. Чтобы исправить сбившийся ход событий, мне требовалась сила. — Джулиан, полагаю, мы не встречались со времён Северного фронта. Пока я размышлял, стоявший в центре площадки Захард небрежно отпихнул ногой громадное тело Кагума и обратился ко мне. — Как я уже говорил, не ожидал увидеть тебя с подобным увлечением. — Хе-хе. Разве не мой долг как сотрудника императорского разведывательного ведомства «Закрытые Глаза» без устали преследовать преступников? — Кх. Захард фыркнул. — Со времён Северного фронта ты стал куда «рассудительнее». Разумеется. Я вообще другой человек. *** — Что привело его сюда? Наблюдая за Джулианом, вторгшимся на площадку Боевой арены, Элеонора недовольно цокнула языком. Он был одним из последних людей, которых она могла представить в подобном месте. Несмотря на зловещие слухи, Джулиан обожал утончённые развлечения и изящные искусства. — Зачем такому человеку?.. Его болезненная любовь к чистоте и неприязнь к толпе были общеизвестны. Что могло заставить его явиться сюда? — Хм? Разве это не Джулиан? — с недоумением произнёс Корунд через магическое устройство. — Ему незачем находиться здесь… Погоди, Айден. Ты! Его голос начал меняться. Удивление переросло в гнев. Немного понаблюдав, Элеонора поняла причину. — Так я и знал! Вы с Джулианом решили убрать остальные фракции Ордена Рассвета! — Успокойся, Корунд. Я действительно ничего с ним не замышляю! Судя по звукам, в отдельной ложе начался настоящий хаос. До Элеоноры долетели шум борьбы и поток отборной брани Корунда. — Похоже, он потрясён. Появление Джулиана в этом месте действительно выглядело подозрительно. Как уже говорилось, Боевая арена совершенно ему не подходила, и всё же он намеренно открыл здесь своё лицо. Естественно было заподозрить скрытую причину. — Но только и всего. Само присутствие Джулиана на площадке никак не влияло на переговоры. Если он хотел предупредить их, одного появления было недостаточно. — Он всего лишь вышел на арену! Если бы я собирался, как ты говоришь, избавиться от остальных фракций, я бы явился в эту ложу, а не на площадку! Страстное возражение Айдена полностью совпадало с её мыслями. — О… верно. Я слишком поспешил с выводами. — Именно. Успокойся. — Разумеется, он не мог узнать о нашем разговоре… если только ты не установил на мне устройство записи или подслушивания. Так ведь? Бз-з-з. По магической серьге, на которой держалось заклинание, пробежал слабый разряд. Элеонора прекрасно знала, что это означало. Её магию тени обнаружила цель. Проще говоря… «Меня раскрыли». Элеонора мысленно цокнула языком. Обнаружение подслушивания могло серьёзно осложнить ситуацию. — Айден, ублюдок! Однако вопреки её ожиданиям из устройства вырвался поток ругани Корунда. — Здесь стоит подслушивающая магия! Что это значит?! — Что?.. — Твою мать! Значит, ты всё-таки сговорился с Джулианом! — Куда вообще катится этот разговор?.. Элеонора растерянно смотрела на устройство. Вместо настоящего виновника они снова обсуждали Джулиана. — Неужели… Собрав мысли, она наконец поняла. — Стой! Наш разговор ещё не окончен, Корунд! — Заткнись! Мне больше нечего с тобой обсуждать! Ш-ш-ш. Через устройство донёсся звук рассыпающихся искр. Корунд развеял установленную на нём магию подслушивания. Связь оборвалась. Элеонора сняла серьгу и медленно опустила взгляд на фигуру в центре площадки. Джулиан Крайпарт Фрейсон. «Он знает, что на епископах стоит подслушивающая магия». В её фиолетовых глазах пробежала едва заметная рябь. — Неужели… он предвидел всё это и специально пришёл сюда? Щелевидные глаза без видимых зрачков. Медленно возникающая на губах улыбка. Глядя на них, Элеонора почти услышала призрачный шёпот: «Иначе зачем мне было появляться здесь?» ---------- Двух зайцев одним ударом (2) «Что там происходит?» Спустившись на площадку ради разговора с Захардом, я заметил переполох в отдельной ложе. Двое мужчин явно сцепились друг с другом. Лица скрывал невысокий полог, но по силуэтам всё выглядело именно так. — Значит, «Закрытые Глаза» почтили нас присутствием, чтобы арестовать преступника? Голос Слепого воина Захарда отвлёк меня от посторонних мыслей. — Разумеется. …Не то чтобы это было правдой. На самом деле я даже не подозревал, что Захард здесь. На Боевую арену меня привёл один вопрос: смогу ли я почерпнуть что-нибудь полезное для техники? — Скверно. Мне сейчас совершенно нельзя попадаться. Звяк. Говоря лёгким, почти шутливым тоном, Захард приготовился вытащить клинок, спрятанный в трости. Именно этим оружием он одолел Кагума. — Не можешь ради старых времён сделать вид, что меня не заметил? Императорская семья всё равно не особенно стремится меня поймать. Он был прав. Слепой воин Захард не был чудовищным преступником, творившим зверства против Империи. Мне просто требовалось задержать его для собственных целей. Поэтому отпустить его я не мог. Его мастерство было настоящим. С утверждением, что Захард сильнее Святого Меча, я бы поспорил, но отрицать их сопоставимость не стал бы. — Не могу… Я ещё не договорил, когда прямая волна острой ауры устремилась ко мне. Но я уже всё понял. Слепой воин выпустил её, чтобы измерить расстояние до противника. Это был сигнал начала атаки. Бах! Как и ожидалось, в меня полетел молниеносный укол. «Безумие. Какая скорость». Даже мысленно я не удержался от ругательства. Однако я сотни раз видел фирменную технику Слепого воина — «Точечный укол», поэтому прекрасно понимал происходящее. Захард заменял зрение аурой, точно определял дистанцию и наносил настолько быстрый удар, что обычный человек не успевал отреагировать. Его привычная победная комбинация. — Хм?.. Но против Слепого воина у меня было огромное преимущество. Я знал его привычки, ход мыслей и движения. Мог предсказать почти всё. Кроме того… ⇒ «Предвидение» отслеживает ауру противника. Высокая чувствительность к мане позволяла видеть поток энергии и безошибочно определять направление атаки Захарда. Достаточно было слегка отступить в сторону, чтобы уклониться. Когда его безотказная схема провалилась, на лице Захарда мелькнуло раздражение. Похоже, он сильно гордился мастерством, которое выстраивал всю жизнь. Однако вместо продолжения атаки Захард отступил на шаг. — Не собираетесь продолжать? Я намеренно поддел его. Выпущенная им аура приносила мне огромную пользу. Наблюдая за ней, я чувствовал, что смогу раньше достичь нужного уровня «Одного росчерка». И что ещё важнее… «Это весело». Редко простое столкновение клинков настолько будоражило мои эмоции. Возможно, после получения черты «Новый Святой Меч» изменилось само отношение к мечу. Иначе я бы не пришёл сюда под предлогом совершенствования. — Однако удивительно, что ты узнал меня даже под магическим артефактом, меняющим внешность. У императорского Бешеного Пса и правда острый нюх. Его облик отличался от того Слепого воина, которого я помнил, но узнать характерные признаки персонажа из «Let’s Kill the Demon King Now» было нетрудно. Расфокусированные зрачки. И трость слепого со спрятанным внутри клинком. — У преступников особая атмосфера. — Хех, я всего лишь пошутил. Захард криво улыбнулся и повернул ко мне невидящие глаза. — Не можешь притвориться, что не узнал? Мы ведь вместе охотились на демонов на Северном фронте. Между нами должно было возникнуть хоть какое-то товарищество. Он попытался надавить на старые воспоминания, показав неожиданно слабую сторону. Я слегка улыбнулся. — Если бы вы всё ещё были обычным наёмником, возможно… — … — Но если член «Закрытых Глаз» закроет глаза на преступника, как после этого смотреть на себя в зеркало? Да вы знаете, насколько трудно найти соперника вашего уровня? Просто помогите мне отточить технику. — Ты такой же несгибаемый, как прежде. Ха-а… А я всего лишь хотел немного подзаработать. Вздохнув, Захард крепче сжал рукоять клинка-трости. Он собирался решить всё ещё одной атакой? — Придётся использовать козырь. Козырь? Незнакомые слова разбудили любопытство. Неужели у Слепого воина было что-то помимо фирменной «Аурной эхолокации» и «Точечного укола»? «Жду с нетерпением». Напряжение смешалось с возбуждением, и эти противоположные чувства охватили всё тело. — Джулиан, помнишь наш разговор на Северном фронте? Нет, не помню. — Разговоры с незначительными преступниками не задерживаются в моей памяти. — Сильный выживает, но тот, кто выжил, и есть сильный. Здравое утверждение. Как бы человека ни превозносили как Святого Меча, после смерти всё заканчивается. — Сегодня я докажу, что силён. В его уверенной улыбке появилось что-то необычное. Я крепче сжал рукоять меча. Хотя пришёл сюда ради развития, на случай опасности я был готов воспользоваться Сомброй. Ш-ш-ш-ш. Хм? Что это за звук? Будто в кино догорал фитиль… «Фитиль?..» Неужели бомба? Бабах! Я оказался прав: вокруг Захарда прогремел взрыв. Но отступать не стал. «Предвидение» подсказало, что взрыв служил лишь дымовой завесой. — Останемся живы — значит, оба сильные. Из-за плотного дыма донёсся голос Захарда. «Вы же только что собирались сражаться?» Сквозь завесу я различал его силуэт по очертаниям ауры. Захард быстро покидал площадку. «Преследовать?» Нет. Тогда дело действительно переросло бы в смертельный бой. К тому же сейчас ловить или убивать Захарда было невыгодно. В будущем он должен был добыть для меня трёхрогого демона. — Сэр Джулиан! Когда дым рассеялся, на площадку выбежал мужчина в маске. Судя по голосу, Байрон. — В-вы не пострадали? — Нет, всё в порядке. — Зачем вы вдруг туда спрыгнули?! Обычно один разговор со мной приводил его в ужас, но неожиданность заставила Байрона высказать всё прямо. — Здесь находился преступник. — Преступник… Вы про того слепого мужчину? Я кивнул, и лицо Байрона побледнело. — Вы собираетесь вызвать «Закрытые Глаза» и устроить проверку всей арены? — Нет, не собираюсь. Байрон с облегчением выдохнул. Похоже, боялся потерять новое место, которое только успел получить. — Значит, вы пришли на Боевую арену именно ради поимки преступника, сэр Джулиан! Да, пока остановимся на этой версии. Я ведь и сам не знал, что встречу здесь Слепого воина. — Какая жалость. Он сбежал, и вы ничего не добились… — Добился. В отличие от разочарованного Байрона я украдкой посмотрел на Лунный Меч. Кажется, наконец удалось нащупать решение проблемы, из-за которой «Один росчерк» так долго не двигался с места. *** У выхода с Боевой арены Элеонора ждала одного человека. Разумеется, Джулиана. Обычно она избегала встречаться с ним наедине, но сегодня требовалось кое-что сказать. «Он посмел использовать меня». Сам факт её не оскорблял. Элеонора считала себя обязанной Джулиану: именно благодаря его помощи она стала архиепископом. Проблема заключалась в том, что он ничего не сообщил о сегодняшнем замысле. — Вы с самого начала всё предвидели, верно? А я послушно сыграла отведённую роль. Увидев Джулиана, Элеонора сразу перешла к обвинениям. «Впрочем, мы квиты». Она понимала собственную наглость. В конце концов, сама пыталась подслушивать Джулиана при помощи магии. Наверняка он немедленно припомнит это. — О чём вы говорите? Но вопреки ожиданиям Джулиан изобразил невинность. На губах играла тонкая улыбка, щелевидные глаза ничего не выдавали. Этот испытующий вид заставил Элеонору нахмуриться. — Не притворяйтесь. Вы заметили заклинание, установленное на епископе Корунде, и воспользовались им, верно? — Епископ Корунд… Ах, вы про того мужчину, похожего на свинью? Он снова разыгрывал незнание. Невозможно было поверить, что человек, так ловко загнавший Айдена в угол, случайно оказался здесь и ничего не понимал. — Да. Благодаря вашему намеренному появлению тайные переговоры Айдена и Корунда провалились. После этого Айден станет ещё беспокойнее. — Хм… Джулиан ненадолго замолчал. Будто хотел показать: «Я действительно не знал». Но Элеонора не купилась. Человек, не переносивший толпу. Мужчина, который вместе с Айденом был дальше всех от Боевой арены, намеренно пришёл сюда и даже снял маску, скрывавшую личность. «Неужели кто-то настолько глуп, чтобы счесть это совпадением?» Таких людей не существовало. *** «О чём она вообще?» Элеонора внезапно заговорила какую-то бессмыслицу, и я ненадолго задумался. Понял лишь одно: планы Айдена сорвались, и теперь он станет действовать нервнее. Значит, он наверняка начнёт ещё настойчивее продвигать исследования поддельных рогов. «В оригинале всё развивалось именно так». В конце концов Айден погибал от руки Святого Меча. «Неужели и сейчас?» Но смерть Айдена создавала проблему. Сюжет она меняла незначительно, зато служила запалом для другого события. Поэтому я решил скорректировать стратегию. «Не ждать в невыгодном положении, пока событие начнётся само, как в игре». Если проблема заключалась в результатах исследований Айдена, следовало просто уничтожить их. Именно ради этого я так старательно удерживал его в живых, что теперь сам начинал нервничать. — После сегодняшнего сэр Айден, вероятно, ещё сильнее погрузится в исследования поддельных рогов. — Пожалуй. Если произошедшее распространится, остальные епископы едва ли захотят ему помогать. — Значит, всё идёт как надо. — …Вы устроили это, чтобы украсть результаты исследований? Элеонора быстро соображала. По моим действиям она без труда угадала намерение. — Собираетесь сообщить сэру Айдену? — Вряд ли. Я не намерена занимать чью-либо сторону, но, если придётся выбирать, поддержу того, кто уже помог мне. Естественно, она понимала, на чьей стороне преимущество. — Мудро. — Но мы говорим об Айдене. Об Айдене из рода Донасьен. Наверняка он тщательно спрятал исследования поддельных рогов. Найти их будет непросто. — Лаборатория, скорее всего, находится в трущобах. Элеонора озадаченно посмотрела на меня. — Откуда такая уверенность? Тайная лаборатория Айдена могла появиться в разных местах, но обычно располагалась в трущобах или рядом с ними. «Так было в игре». Разумеется, объяснить таким образом я не мог. — Я всё-таки Джулиан. Джулиан Крайпарт Фрейсон из императорских «Закрытых Глаз». Когда я вернул ей собственные слова, на лице Элеоноры появилось недоверие. — Даже если вам повезёт и догадка окажется верной, как вы собираетесь обыскать бескрайние трущобы? Справедливый вопрос. Как одному человеку прочесать настолько огромный район? Но Элеонора кое-чего не знала. «У меня есть связи с двумя из трёх крупнейших организаций, делящих трущобы». С «Безымянными». И с Орденом Кровавого Демона. ---------- Чудачка из Магической башни (1) Коридоры монастыря Генмель дышали суровой торжественностью. Я ходил по ним так часто, что знакомая обстановка уже начинала утомлять. «Я понимал, что меня вызовут, но не ожидал настолько внезапного приглашения». Разумеется, сюда я прибыл ради разговора с верховным понтификом Ордена Рассвета Тенелоном. «После моих громких обещаний покончить со Святым Мечом ожидания наверняка выросли». Голову Хейдена Райха я так и не привёз, поэтому разочарования избежать не удалось. «Пускай». Не станут же они убивать меня только из-за этого. Я успел накопить достаточно заслуг. Пока не вынесен прямой приказ о казни, всё можно исправить. Потерянное доверие восстанавливается, а в крайнем случае я разберусь с проблемой силой. Чтобы успокоить охваченный распрями Орден Рассвета, Тенелону всё равно предстояло исчезнуть. Я пока не знал, способен ли победить его, но хотя бы оказать сопротивление уже мог. «Осталось недолго». Скоро я избавлюсь от всей этой головной боли. Раньше одна мысль об этом заставляла ладони покрываться холодным потом. Теперь же я ничего подобного не ощущал. Хотелось лишь поскорее покончить с неприятностями и перейти к другим делам. «Хм?» По дороге в зал аудиенций я заметил мужчину, вышедшего из глубины монастыря. В ту часть допускались лишь служители не ниже монсеньора. Мужчина отличался грузным телосложением. Мне потребовалось всего мгновение, чтобы узнать Корунда. — Не ожидал встретить вас здесь. Давно не виделись, сэр Корунд. Близкими знакомыми мы не были, но я видел его среди епископов во время прошлой встречи с Тенелоном. Поэтому решил поздороваться. «Не притворяйтесь. Вы заметили заклинание, установленное на епископе Корунде, и воспользовались им, верно?» Я вспомнил слова Элеоноры после Боевой арены. До сих пор не понимал, что именно там произошло. Знал лишь: благодаря намёкам Элеоноры замысел Айдена провалился. — А-а… сэр Джулиан. Именно поэтому я остановил Корунда. Хотелось выяснить подробности вчерашнего дня. — Да, да. В Святом королевстве всё прошло без неприятностей? — К счастью, да. — Наверняка было тяжело. Охранять принца, почти не имеющего отношения к престолонаследию, — удовольствие сомнительное. — Хо-хо, не настолько, как вы думаете. Я негромко рассмеялся и посмотрел Корунду прямо в глаза. Тот вздрогнул. Он явно меня боялся, хотя причина оставалась непонятной. — Если подумать, мы впервые видимся с тех пор, как я посетил зал аудиенций перед поездкой в Святое королевство. — Кха! Кхе-кхе! Посреди фразы Корунд вдруг закашлялся, словно подавился. «Что с ним?» Пока я размышлял, он заговорил первым. — В-впервые?.. Разве вы не видели меня на Боевой арене? — О чём вы? Я изобразил непонимание. На самом деле Корунда я там действительно не заметил и узнал обо всём лишь от Элеоноры. Поэтому мог вести себя совершенно уверенно. А Корунд решит, будто я притворяюсь, хотя знаю каждую подробность. — Вы случайно были на Боевой арене? — Э-э… Что? Этот разговор не только удовлетворял любопытство, но и служил предупреждением епископу. — Странно. Вы не похожи на человека, посещающего такие заведения… Неужели у вас там была какая-то «встреча»? Сглотнув, Корунд побледнел. — Хм? Глядя на его лицо, я не удержался от тихой усмешки. — С-сэр Джулиан, выслушайте! Да, я встретился там с Айденом, но отверг его предложение! — Предложение… Значит, сэр Айден замышлял против меня недоброе? — Д-да! — И предложил вам сотрудничество как коллеге-магу. Его поспешные оправдания позволили примерно восстановить картину. — Вы утверждаете, что отказались? — Р-разумеется! Даже если забыть о добре и зле, ни один дворянин в здравом уме не выступит против человека, который смеётся в лицо целым государственным учреждениям! Хотя врагов, открыто ненавидевших меня, хватало. — У нас с сэром Айденом действительно возникали разногласия. Со своей стороны я считал действия разумными, но, похоже, он придерживался другого мнения. — Ну, маги по природе своей бесстыдны. Глядя, как по лицу Корунда стекает пот, я едва не рассмеялся. Вы ведь и сами маг. *** В зале аудиенций я поприветствовал верховного понтифика Тенелона и вкратце рассказал о событиях в Святом королевстве. — Хейден Райх использовал силу демона? Поначалу Тенелон был разочарован отсутствием окончательного результата, но по мере рассказа его глаза загорались всё ярче. — Да. Демоническая энергия хлынула из его тела одновременно с аурой. — Даже великий Хейден Райх в конце концов склонился перед могуществом Короля демонов! Тенелон громко расхохотался, явно пребывая в восторге. Я примерно понимал ход его мыслей. Священная реликвия в его руках — Чаша Демонического бога — позволяла использовать демоническую энергию и подчинять демонов. Буквально реликвия, созданная для Короля демонов. «Тенелон наверняка считает, что, полностью овладев Чашей, без труда убьёт даже Святого Меча, наполненного демонической энергией». Разумеется, это были мечты человека, уже празднующего победу до начала битвы. «Святой Меч знает о существовании Чаши Демонического бога. Неужели он не подготовил никаких мер?» Даже без них реликвия едва ли подействовала бы на Хейдена, обладавшего множеством способностей сопротивления воздействию на разум. — Полностью согласен с вашей оценкой, господин Тенелон. Но раскрывать это сейчас незачем. Пусть радуется и сам себе играет победный марш. В такой ситуации можно было ещё немного подлить масла в огонь. — Кроме того, раз они сумели создать Ядовитый Чертог, значит, определённо сотрудничают с верховными жрецами. О. Значит, Тенелон всё-таки способен думать. Он был прав: без помощи верховных жрецов Святого королевства построить такое место невозможно. А это означало… «Святое королевство поддерживает действия Святого Меча». И разрушенный Ядовитый Чертог наверняка был не единственным. — Ах да, я должен сообщить тебе ещё кое-что. Тенелон внезапно сменил тему. Я заинтересованно посмотрел на него. — Похоже, в последнее время «Закрытые Глаза» начали расследовать нашу деятельность. «Закрытые Глаза»? Почему я узнаю об этом только сейчас? — Вот как? — Да. Тебе что-нибудь известно? — Боюсь, впервые слышу. — Понятно. Ты лишь недавно вернулся из Святого королевства. Многие полагали, что Джулиан обязан знать обо всём происходящем в «Закрытых Глазах», но я не был их командиром. К тому же императорское разведывательное ведомство по определению занималось тайными и неофициальными делами. — Я хотел бы поручить это тебе. Предложение было настолько нелепым, что я едва не рассмеялся вслух. С какой стати? Даже если бы мог, делать этого не следовало. — Для меня это затруднительно. Всё-таки я тоже состою в «Закрытых Глазах». Произносить подобное, будучи епископом Ордена Рассвета, было довольно нагло, но полностью соответствовало характеру Джулиана. Я лишь соблюдал внешнюю вежливость. — Верно. Если пострадает другой сотрудник «Закрытых Глаз», подозрения могут пасть и на тебя. Тенелон счёл довод разумным и понимающе кивнул. — Тогда поручим это другому епископу. — В таком случае позвольте откланяться… Я слегка поклонился и уже собирался выйти, когда Тенелон снова заговорил. — Что ты намерен делать с Айденом? Как и ожидалось, верховный понтифик знал о напряжении между нами. — Используешь тот же «способ», что и с Герардом? В вопросе звучало недоверие. В отличие от первых дней моего вступления в Орден Рассвета, теперь Тенелон относился ко мне с лёгкой враждебностью и подозрением. Я не понимал истинной цели вопроса, но одно было ясно: как прежде, закрывать глаза на всё он больше не станет. — Я не расправлялся с Герардом. Он просто сам позволил себя «убрать». Какая теперь разница? Всё уже произошло. — И то верно. Тенелон кивнул, хотя сомнения его не покинули. — Как ты и предполагал, после исчезновения Герарда Чёрный Рыцарь больше не появлялся. Весьма подходящая кара. — Хо-хо, действительно. — Но что, если Чёрный Рыцарь объявится снова? Тенелон оставил вопрос висеть в воздухе, и зал погрузился в тишину. — Разве это возможно? Как ему появиться? Ведь Чёрным Рыцарем был я. И в ближайшее время пользоваться этим образом не собирался. Других дел хватало. Зачем продолжать маскарад? Исключено. *** Я знал, что лаборатория Айдена находится в трущобах. Но точное место оставалось неизвестным, поэтому для поисков я решил воспользоваться местными силами. Получить помощь Ордена Кровавого Демона оказалось нетрудно. — Е-если мы поможем, вы забудете, что на Боевой арене находились разыскиваемые преступники… верно?! Талле, глава Ордена Кровавого Демона, всё ещё переживала из-за недавнего происшествия. Проблема возникла с Майер, временно управлявшей «Безымянными». — А нам-то какое дело? Она совершенно не желала сотрудничать. — Недавно в трущобах произошло происшествие с демонами, верно? — И что? — То, что я ищу, связано с ним. — Проваливай. Нас это не касается. Короткие грубые ответы и вызывающее поведение. Сразу видно воспитание трущоб. Юная и совершенно неуважительная. — Разве вы не должны поддерживать здесь порядок? — Не наша обязанность. Кроме нас в трущобах полно народу. Ну, не совсем полно. Кроме них существовало всего две крупные организации. — Вы действительно не поможете? — Ага. Я тебя не знаю, с чего мне помогать? Вот ведь характер. «Припугнуть её?» Это могло сработать, но лишний конфликт с Майер создаст ненужные проблемы. Враждовать с будущей Пятицветной Гениальностью тоже не хотелось. После недолгих размышлений меня осенила идея. — Какая жалость. — Нам без разницы, разочарован ты или нет. — Я говорю о Чёрном Рыцаре. Раз вы не имеете к этому отношения, я уйду. Я развернулся, делая вид, будто действительно собираюсь покинуть помещение. — Эй, эй! Повтори. Кто там разочаруется? Предсказуемость почти умиляла. — Чёрный Рыцарь. Именно он попросил меня об этом. — Это… правда? Разумеется. «Ведь Чёрный Рыцарь — я». Пусть сейчас я не действовал под этой личиной, история вполне подходила. — Значит, это не задание Ордена Рассвета? — Да. Если точнее… Я наклонился к Майер и тихо прошептал: — Мы собираемся вырвать его с корнем. Майер ошеломлённо посмотрела на меня, а я лишь мягко улыбнулся. Я понимал, насколько опасными были слова: обман мог раскрыться в любой момент. Но поскольку говорил Джулиан… «Майер не сможет проигнорировать просьбу Чёрного Рыцаря». Такова природа долга за спасённую жизнь. ---------- Чудачка из Магической башни (2) Тайная лаборатория Айдена. Место, тесно связанное с событием «Кровавый вторник» из игры «Let’s Kill the Demon King Now». Из-за случайных факторов точное расположение лаборатории каждый раз менялось. Однако прежний игровой опыт позволял хотя бы определить, где её следует искать. — И где нам проводить поиски? — Возле мест, соединённых с подземной канализацией. Обнаружите что-нибудь подозрительное — сообщите мне. Айден устроил лабораторию в подобном месте не только ради сокрытия экспериментов. Отсюда было удобно избавляться от «отходов». — Создание копий демонических рогов оставляет огромное количество мусора. Поэтому, несмотря на случайное местоположение, лаборатория Айдена всегда находилась в трущобах и соединялась со сточными тоннелями. — Подземная канализация… Почему именно там? — …Так распорядился Чёрный Рыцарь. Я мог объяснить многое, если бы это не было настолько утомительно. Событие «Кровавый вторник». Историю поддельных рогов. Предысторию и связанные сюжетные линии. Какая морока. — Хорошо. Раз Чёрный Рыцарь так сказал, у него наверняка есть причины. Безграничная вера в Чёрного Рыцаря. Интересно, насколько Майер удивилась бы, узнав, что доверяет именно мне. — Но если придётся обыскивать все трущобы, одни «Безымянные» не справятся. Я уже всё предусмотрел. — Не беспокойтесь. Нам помогут и другие стороны. — …Как и ожидалось от Чёрного Рыцаря. Наверняка он успел убедить остальных, пока мы ничего не замечали. Пусть продолжает фантазировать. Это хотя бы бесплатно. — Хорошо. Майер собрала ману на кончиках пальцев и выпустила её в небо. Появился один из подвластных ей духов. Она тихо зашептала ему что-то, а я решил дать совет. — Во время поисков лучше снять маски. После происшествия с сэром Герардом Орден Рассвета наблюдает за «Безымянными». — Поняла. Майер кивнула, добавила ещё несколько слов, и дух тут же исчез в небе. — Тогда я тоже помогу с поисками… — Нет, леди Майер предстоит другое дело. Не могли бы вы пройти со мной? Щелевидный злодей произнёс это с хитрой улыбкой, и Майер озадаченно склонила голову. — Почему именно я? От её сопротивления начинала болеть голова. Учитывая почти полное отсутствие доверия к Джулиану, реакция была ожидаемой. Сколько бы Джулиан ни соблазнял её сладкими речами и ни обещал блестящее будущее, она всё равно не поверит. Требовался мошеннический приём. — Это просьба Чёрного Рыцаря. Он особо подчеркнул, что справиться способна только госпожа Майер. — Только я… На мгновение её глаза засверкали, но затем Майер задумалась. Несколько раз пробормотав, сумеет ли оправдать ожидания Чёрного Рыцаря, она наконец кивнула. — Хорошо. Куда мне идти? — В Магическую башню. — В Магическую башню? Зачем? При одном упоминании этого места Майер скривилась, словно увидела отвратительное насекомое. Её реакция озадачила меня. У неё были причины ненавидеть башню? Разве маги не занимаются там своими исследованиями? — Хм… Если подумать, всё становилось понятнее. Среди встреченных мной магов нормальные попадались реже драгоценных камней. Некоторые прежде скрежетали зубами при виде меня, а теперь обращались почти как с начальником. Другой безумец экспериментировал с поддельными рогами. Третий идиот решил объединиться с этим психом, чтобы избавиться от меня. Полный бардак. Неужели исследователи все такие? — Хотя погодите… Они же все епископы! Проблема была не в Ордене Рассвета. Просто туда вступали одни проблемные личности. — Нам нужно забрать оттуда одну вещь. — Забрать? Какую? — Резонансный камень. Лаборатория Айдена занималась поддельными рогами, поэтому вероятность появления демона была чрезвычайно высокой. Мы не знали, с какой тварью можем столкнуться, а значит, Резонансный камень послужит страховкой. — Резонансный камень? И это тоже просьба Чёрного Рыцаря? — Да. — Хм… Майер ненадолго задумалась. — Чёрный Рыцарь скрывает личность. Откуда вы столько о нём знаете? Вот чёрт. Девушка, казавшаяся довольно наивной, внезапно показала другую сторону. Впрочем, магу требовался хотя бы такой уровень сообразительности. — Может быть, вы… Она прищурилась и внимательно посмотрела на меня. Неужели я где-то ошибся? В разговорах мог невольно сказать слишком многое со своей точки зрения. Если у Майер хватало ума, она способна была догадаться, что Чёрный Рыцарь — это я. Неужели я её недооценил?.. — Вы заслужили огромное доверие Чёрного Рыцаря, верно? Разумеется. Всё-таки она была дурочкой. — …Вопреки слухам, наверное, в вас есть достойные стороны. Иначе такой благородный человек, как Чёрный Рыцарь, не стал бы вам доверять. Я был искренне благодарен Майер за её недогадливость. *** Скрипя колёсами, карета рассекала ночной туман столицы. На дверце отчётливо виднелся герб рода Донасьен. Постепенно замедлившись, экипаж остановился в тёмном переулке. Из него вышел Айден, недавно потерпевший неудачу в переговорах с епископом Корундом. — Не думал, что вы докатитесь до жизни в такой помойке. Едва ступив на землю, он, как обычно, презрительно усмехнулся. Насмешка предназначалась мужчине, жалко прислонившемуся к стене переулка. Одежда превратилась в лохмотья, но в глазах продолжало пылать сильное чувство. — Как ты нашёл меня? — Мало кто знает устройство этого города лучше меня. — Благодаря твоей проклятой «лаборатории»? При упоминании лаборатории усмешка Айдена стала глубже. — Значит, вы всё-таки о ней знали. Епископ Герард… Или теперь следует обращаться к вам просто «сэр Герард»? Слово «епископ» заставило Герарда вздрогнуть. Он уставился на Айдена глазами, подобными извергающемуся вулкану. — Ах да. Вас же изгнали, поэтому титул епископа теперь звучит неуместно. — Закрой пасть, пока я её не разорвал! Герард полез в карман. Айден заметил блеснувший синим кинжал и пустой правый рукав. — Успокойтесь. Я пришёл не для того, чтобы избавиться от объявленного предателем человека. Айден тихо рассмеялся. — Разве у нас нет общего врага? При этих словах плечи Герарда снова дрогнули. — Ты про Джулиана, этого мерзкого ублюдка? — Да. Услышав подтверждение, Герард сжал левую руку. Айден мысленно цокнул языком. «Он безнадёжен». Кулак дрожал будто от ярости, но к гневу примешивалась мутная эмоция. Негативное чувство, въевшееся в Герарда до костей, называлось страхом. — Неужели великий Герард так и останется на дне? Это на вас не похоже. Потеряв всех союзников в Ордене Рассвета, Айден осторожно надавил на его больное место. — Разве вы не хотите отомстить за отрубленную руку? — …Господину Тенелону я мстить не собираюсь. — Но все обстоятельства создал Джулиан, верно? Скрежет зубов эхом разошёлся по переулку. — Ради смерти Джулиана я готов на всё! Но… — Но? — Без гарантии я не стану сотрудничать. Айден слегка нахмурился. В глазах Герарда пылала месть, однако вместе с ней отчётливо виднелось необъяснимое колебание. — Этот человек — воплощение интриг… Нет, он демон! Снова выйти против такого чудовища… Я не хочу! Слова вырывались так, будто Герард задыхался. — Я даже не понимал, что творилось за кулисами. «Безымянные», Чёрный Рыцарь — всё оказалось частью его замысла… Вскоре гнев в его глазах погас. Остался лишь ничем не прикрытый страх. — И всё же вы ищете способ вернуться, разве нет? Герард был человеком, сотканным из желаний. Он никогда не смирится с подобной жизнью. Любой ценой попытается снова войти в Орден Рассвета и избавиться от позорного клейма. — Такой способ существует? Можно убить Джулиана? «Будь у меня надёжный способ, зачем бы я пришёл сюда?» Слова уже подступили к горлу, но Айден удержался. — Разумеется. Герард был всего лишь картой, которую использовали и выбросят. Айден хотел воспользоваться связями, оставшимися у него даже после изгнания. — Что именно тебе нужно? — Вот теперь разговор становится содержательным. Айден начал объяснять план. — Молодые люди. Желательно те, чьего исчезновения никто не заметит… Да, такие подойдут. — Обязательно дети? — Да. Герард хорошо понимал, что требуется для экспериментов с поддельными рогами, и сразу догадался о намерениях Айдена. Чтобы продвинуть исследования — или, точнее, исполнить тайное желание рода, — Айден был готов отказаться от человеческих принципов. Такова была его врождённая одержимость: готовность пожертвовать собственной человечностью. — Ты настоящий псих. — Ха-ха. Эти слова мало весят в устах человека, использовавшего наёмников из трущоб. Глаза Герарда сверкнули. — Разве в трущобах трудно найти подобных детей? Айден посмотрел в сторону бедных кварталов, а затем вновь перевёл взгляд на собеседника. — Как это связано с устранением Джулиана? Чрезмерная осторожность Герарда раздражала Айдена, но внешне он этого не показал. — Напрямую никак. Они нужны для завершения моих исследований. — …Ты уверен, что сумеешь устранить Джулиана, отвлекаясь на подобное? — Это несложно. Бездоказательная уверенность не успокоила Герарда, а лишь усилила подозрения. — Ты недавно провалил переговоры с Корундом. И поручение третьего принца Калдраха выполнить тоже не сумел. — …Похоже, вы хорошо осведомлены о принце Калдрахе. — Пусть я и оказался в таком положении, у меня сохранились связи при дворе. Род Оклин ещё не рухнул. Айден почувствовал внутреннее напряжение. Эти знания могли однажды обернуться против него. — Третий принц не желает сближения со Святым королевством. Он связан с армией и должен поддерживать войну, чтобы укрепить притязания на трон. — Вы хорошо разобрались. Айден кашлянул, меняя атмосферу. — События в Святом королевстве я действительно не предусмотрел. Однако срыв переговоров с епископом Корундом был частью плана. — Частью плана?.. — Да. Пусть не каждый шаг оказался идеальным, Айден был уверен, что добьётся ожидаемого эффекта. — …Понимаю. Вы хотите вырастить другую силу, которая вытеснит Джулиана? Когда Герард точно уловил замысел, на губах Айдена появилась зловещая улыбка. Если даже Корунд, будучи магом, осознает значение вызова, брошенного Джулианом… Вызов престижу всех магов. Корунду не требовалось объяснять, насколько высокомерным и наглым выглядел подобный поступок. «Мне всё равно, если моя честь будет запятнана». Важно лишь уничтожить ненавистного Джулиана. — Поэтому, Герард, почему бы не воспользоваться случаем и не выпустить наружу месть, которую вы так долго носили в себе? — Хм. Прямое предложение заставило Герарда погрузиться в размышления. Разумный ответ мог быть только один — согласие. Айден незаметно улыбнулся и стал ждать, когда тот проглотит наживку. Герард неизбежно должен был сотрудничать. — Нет. Я тебе не помогу. ---------- Ворона и цапля (1) — Нет. Я не стану тебе помогать. Неожиданный ответ застал Айдена врасплох, но он быстро взял себя в руки и кашлянул, скрывая удивление. — Не ожидал. Разве вы не желали мести? Он прекрасно знал, что Герард считал Джулиана смертельным врагом. Даже прежде, чем отношения между ними окончательно рухнули, было очевидно: новоявленный епископ Джулиан никогда не нравился Герарду. — Не думал, что вы подожмёте хвост. — Как ты смеешь?! Насмешка явно разозлила Герарда. Если даже он откажется, уничтожить Джулиана в одиночку будет почти невозможно. Айдену требовалось постоянно разжигать жажду мести, чтобы втянуть его в дело — неважно, станет тот одноразовым инструментом или полезным союзником. Пусть разговор накалится. Чужой гнев лишь повышал вероятность избавиться от Джулиана, каким бы нелепым ни было поведение Герарда. Однако, когда первая вспышка ярости угасла, Герард изобразил спокойствие и повторил отказ уже мягче. — Сотрудничество с человеком, не имеющим ясного плана, ничего мне не даст. — …Что? Айден понимал: идеальных союзов не существует. Любое сотрудничество — перетягивание каната ради взаимной выгоды. Но в словах Герарда не скрывалось второго смысла. Он прямо заявил: «Даже объединившись с тобой, Джулиана мы не убьём». — Значит, вы окончательно поджали хвост, Герард. Будь это попыткой захватить инициативу в разговоре, она выглядела бы смешно. Если бы Герард хотел вытянуть больше сведений, Айден охотно поделился бы частью плана. Но тот искренне считал его неспособным победить Джулиана. Раздражение удвоилось. Герард, когда-то занимавший ранг епископа, оказался до отвращения близоруким. Подумать только, Айден стоял с ним на одной ступени. — С вечно поднятым хвостом долго не живут. — И вы намерены до конца прятаться и убегать? Чего надеетесь добиться? — Я поднимусь, когда ко мне обратится человек влиятельнее тебя. Кто мог обладать большим влиянием? На ум пришли лишь двое. Архиепископ Элеонора. И верховный понтифик Тенелон. Судя по её бездействию, Элеонора, возможно, находилась на стороне Джулиана. — Верховный понтифик благоволит Джулиану. — Скоро господин Тенелон тоже прозреет. Когда поймёт… Герард нервно сглотнул. — Когда поймёт, что Джулиан — Чёрный Рыцарь. Джулиан — Чёрный Рыцарь? — Это безумие. Вы окончательно лишились рассудка. «Это уже не подозрение, а настоящий бред». Айден мысленно цокнул языком. — У вас есть доказательства? Одними домыслами вы не убедите не только господина Тенелона, но даже меня. — Доказательств… нет. Значит, и правда бред. — Но у меня есть сильная уверенность. — Общество вообще считало Чёрным Рыцарем именно вас. Герард уставился на Айдена налитыми кровью глазами. — Чёрный Рыцарь якобы принадлежал к «Безымянным», а эта частная армия была создана вами. Разве действия Чёрного Рыцаря не вытеснили Пинтеля и не подарили вам новую возможность? — Это была ловушка Джулиана! — Если Джулиан способен выстроить настолько грандиозный замысел, он наверняка знает и о нашей нынешней встрече. Айден презрительно усмехнулся, глядя на дрожащего Герарда. — Я признаю, что Джулиан умеет плести интриги. Но вы настолько верите в его всемогущество, что уже похожи на фанатика. Увидев в собеседнике лишь страх и ужас, Айден отступил на шаг. — Не думал, что разговор закончится так, но мне ни к чему пёс с поджатым хвостом. — Не думал… Лицо Герарда исказила странная улыбка. Сторонний наблюдатель решил бы, что он обезумел. Ярость, страх, горький смех и смирение мгновенно сменяли друг друга. — После этих слов я уверен ещё сильнее. Айден, ты погибнешь от руки Джулиана. Ошеломлённый наглым проклятием, Айден ничего не ответил. Он покинул грязный переулок, сел в карету и велел трогаться. — Убейте Герарда. Холодный и твёрдый приказ заставил глаза кучера на мгновение блеснуть, после чего лицо вновь стало бесстрастным. — И свяжитесь с Фелхором. Пусть найдёт «материал» для исследований — детей из трущоб. *** Передо мной вновь стоял тот самый великан, который при первой встрече оскалился и обменялся со мной приветствиями при помощи кулаков. Тот самый мужчина, который постоянно жаловался на шрам у глаза, оставшийся после той стычки. Опытный монсеньор, обладавший достойной силой, но легко подавленный моим превосходством. — В-вот именно! Я бы никогда не принёс сэру Джулиану ложные сведения! А теперь этот человек пришёл вилять передо мной хвостом. Не думал, что наши отношения когда-нибудь станут почти дружескими. Жизнь действительно непредсказуема. — Хм… Стоило мне тихо вздохнуть, как громадный Фелхор заметно вздрогнул. Он принёс сведения об Айдене. Лжи в словах я не чувствовал, но обязан был сохранять подозрительность. Между нами всё-таки существовала старая вражда. Пусть однажды я раздавил его гордость, не верилось, что он покорится настолько легко. — Фелхор. — Д-да! — Вы приняли правильное решение. Как я уже говорил, господин Айден совершенно не умеет оценивать ваши способности. Но стоило ли продолжать давить на него? Независимо от искренности перемен, сейчас разумнее было приручить его. Смерть длится мгновение, а послушание может служить долго. — Итак, какие сведения вы принесли? Раз уж пришёл с докладом, следует выслушать. — Айден, похоже, ищет в трущобах детей для своих исследований. Фелхор аккуратно сложил руки и заговорил подчеркнуто вежливо. Я до сих пор не привык к собственной формальной речи, но ему она, кажется, давалась ещё тяжелее. — Детей… Я намеренно растянул последнее слово. Использовать тех, кто ещё даже не успел расцвести, как подопытный материал ради личных амбиций было отвратительно. — Что прикажете делать? Сначала я подумал… что можно просто позволить ему искать детей. Не поняв моего настроения, Фелхор продолжил совершенно бесчеловечным тоном. Вот же ублюдок. Немного подумав, я нашёл хорошее решение. — Пока оставим всё как есть. — Оставим?.. — Да. — Но если время пройдёт, а результатов не будет, Айден… — Не беспокойтесь. Я улыбнулся особенно широко. — Долго ждать не придётся. *** После ухода Фелхора я направился в Магическую башню, как и обещал Майер. Целью был Резонансный камень, необходимый для поисков лаборатории Айдена. «Для этого потребуется содействие Магической башни». Сам по себе камень получить было нетрудно. Как сотруднику «Закрытых Глаз», мне без вопросов выдали бы его для охоты на демонов. Но… «Мне нужен Резонансный камень, о котором никто не узнает». Возможно, я слишком осторожничал, однако любое моё действие наверняка попадало в отчёты секретариата. Если Орден Рассвета получит сведения, епископ Айден быстро догадается о цели. Чтобы обойти все процедуры, требовалось договориться с одним из Трёх Мудрецов, управлявших Магической башней. Это не казалось невозможным. «Чистейший Флюгель». Полное имя — Флюгель Коранойя. Наставник Аньес, дошедшей до финального отбора телохранителей четвёртого принца. Он лучше всех соответствовал моему представлению о настоящем маге и одновременно… «Был помешан на магии». Именно так общество описывало Флюгеля. Сварливый старый чародей, полностью отдавший жизнь знаниям и волшебству. Удивительным в человеке, прожившем благодаря магии более ста пятидесяти лет, был не только возраст. «Ради одной лишь магии…» — Кхм. Блять, я невольно закашлялся. Каждый хотя бы раз слышал истории о мужчинах, добровольно отказавшихся от своего «достоинства» ради великой цели. Флюгель действительно совершил то, о чём остальные знали лишь из баек. Иными словами… «Он евнух». Бедняга. Впрочем, сила воли впечатляла. Собственноручно лишить себя части тела ради единственной цели — магии. «С точки зрения конфуцианца — чудовищное непочтение к родителям». Может, Империя называла его мудрецом и «Чистейшим» просто из жалости? «Хм… серьёзно…» Как бы то ни было, усмирить раздражительного старика мог лишь человек, шедший сейчас рядом со мной, — Майер. Гений эпохи. Маг с ярко выраженным характером. Несравненный талант, выделявшийся даже среди величайших умов. Говорят, гении вдохновляют друг друга. Для Флюгеля такой музой была Майер. — Фу… Увидела то, чего лучше бы никогда не видеть. Идущая рядом девушка непрерывно ворчала. — Посмотрите на этих отшельников! Полностью утонули в магии, будто никогда не общались с людьми! — Тише. — Они, наверное, даже обуваться не умеют. Каждую мелочь пытаются решить заклинаниями — смешно! Я наклонился к разошедшейся Майер и широкой улыбкой показал, что стоит говорить потише. Она сглотнула и быстро кивнула. Да, умирать тебе не хочется. «Хотя разве ты сама не маг?» Хотелось сказать именно это, но официально Майер ещё даже не проходила обучение. Она могла пользоваться магией, но не считала себя магом. «Тоже разновидность элитарности». Словно проводила границу: «Я не такая, как вы». Впрочем, ко мне это не относилось. — Так с кем именно мы должны встретиться в Магической башне? — Есть один человек. Очень известный. На резкий вопрос Майер я ответил расплывчато. Она выглядела недовольной, но вскоре внимание переключилось на уходящую в небо вершину башни. Место, где маги собирались ради высших заклинаний и обмена знаниями. Глядя на неё, Майер произнесла лишь одно: — Если спрыгнуть с вершины, точно умрёшь? …Что вообще творится в голове этой девчонки? — Никогда не представляли себя исследующей магию на самом верху? — Лучше смерть. Майер вынесла беспощадный приговор. Наслаждайся настоящим. Скоро ты станешь там аспиранткой. *** Корунд понимал, что идеология чистоты крови давно приобрела новый смысл и уже не была прежним устойчивым понятием. Когда-то чистая кровь магических родов постепенно мутнела от примесей. Но признать это означало обесценить чистоту, которой они так гордились. Поэтому маги продолжали отстаивать превосходство чистокровных. — Нельзя допустить полукровок в наши владения. Чистая кровь, мутная, разбавленная или испорченная. Стоило людям назвать себя «чистокровными», между ними возникала связь. — У вас ведь тоже есть опасения? Если ничего не изменится, наши нынешние позиции окажутся под угрозой. Используя эту связь, Корунд начал создавать силу, способную свергнуть Джулиана. — Элеонора заняла место архиепископа, однако рядом с этим человеком даже такой титул кажется ничтожным. Всё развивалось согласно замыслу Айдена. — Его способности действительно огромны. В прошлый раз он безошибочно понял мои намерения и застал меня врасплох. Корунд связался с другими епископами и начал собирать новую фракцию против Джулиана. — Это был невообразимый ужас. Он вспомнил происшествие на Боевой арене. Перед глазами всплыло улыбающееся лицо Джулиана, будто видевшего его насквозь. Испытанное тогда чувство определённо называлось страхом. — И ещё я понял: если мы не разберёмся с ним сейчас, вскоре для нас вообще не останется места. Закончив, Корунд посмотрел на сидевшего напротив мужчину. Мага, зацикленного на второстепенных вопросах и выступавшего за чистоту крови. И такого же епископа, как он сам. — Пинтель, я подумал, что вы меня поймёте. До этого молча слушавший мужчина медленно поднял голову. Его лицо было наполнено холодом и гневом. ---------- Ворона и цапля (2) Епископ Корунд медленно осмысливал своё положение, с трудом удерживая тяжёлые веки открытыми. Сейчас он лежал на земле. По спине пробегал холод, а до кончиков пальцев доходила головокружительная боль. — Гр-р… кха-а…! Изо рта Корунда вырвался стон, почти переходивший в крик. Стоявший над ним Пинтель смотрел холоднее льда. — Вы совершили столько кощунственных грехов, что их трудно перечислить. В бесцветном голосе невозможно было уловить ни одной эмоции. Однако Корунд, неплохо знавший Пинтеля, понимал: с ним что-то не так. — Во-первых, вы осквернили грязным ртом имя одного благородного «человека». На прежде спокойном лице Пинтеля проступила эмоция. — Во-вторых, замыслили предательство против этого благородного «человека». Ледяной взгляд вспыхнул холодным пламенем. — В-третьих, попытались втянуть и меня в своё мерзкое предательство. — Ты… идиот! Ты вообще понимаешь, о ком говоришь?! Не обращая внимания на крик Корунда, Пинтель прокрутил посох в руке. Оставаясь в кресле, он спокойно ответил: — Вы говорите о сэре Джулиане. Думаете, я делал бы всё это, не понимая? — Безумец…! Корунд выплюнул ругательство. Вокруг тела заклубилась красноватая энергия. Его мана, известная разрушительной стихией огня, готовилась принять форму. Свист! — А-а-а! Тихая, но молниеносная магия клинков Пинтеля ударила прежде, чем заклинание завершилось. — В бою магов решающее значение имеет первый удар. — Ты… ублюдок…! — Вы решили, что моя отточенная в сражениях магия позволит спокойно дочитать длинное заклинание? Пинтель взмахнул посохом, словно дирижёр. Острые клинки послушно следовали за наконечником, будто рыбы в потоке. — Что… что он сделал для тебя, раз ты защищаешь этого полоумного мусора? Бровь Пинтеля дёрнулась. — Почему я защищаю этого полоумного мусора? Ш-ш-ш. Он поднялся и медленно подошёл к лежащему Корунду. — Подумай как следует, Пинтель! Если маги Ордена Рассвета объединятся и выступят… Посох врезался ему в бок. Тупой удар! Корунд выгнулся, изо рта хлынула пена. — Кощунственный ублюдок! Бух! Бух! Посох снова и снова обрушивался на тело. — Грязь льётся из твоей мерзкой пасти? Бух! — Или гниль находится в голове, не знающей стыда? Бух! — Повтори ещё раз! Повтори, мусор-р-р-р! — П-прошу, успокойтесь, сэр Пинтель. Монсеньор, пришедший вместе с ним, перехватил посох, прежде чем избиение стало смертельным. Увидев его, Пинтель кашлянул и наконец отступил. — Закончили? — Да. Люди Корунда полностью обезврежены. — Хорошо. Вернув самообладание, Пинтель посмотрел на распростёртого епископа. — Заключите его под стражу. — Вы не собираетесь убить его? — Сэр Джулиан этого не пожелал бы. При упоминании Джулиана монсеньор на мгновение растерялся. — …Но было ли всё это действительно необходимо? — Нет, не было. Пинтель уверенно перебил его. — Перед отъездом сэра Джулиана в Святое королевство я спросил, почему он отверг должность архиепископа, предложенную верховным кардиналом. Он ответил так. — Что именно? Пинтель повернулся к монсеньору. «Моя цель находится выше». Выше архиепископа. Пинтель прекрасно понимал смысл. Поэтому решил расчистить дорогу Джулиану, однажды подарившему ему «выбор» и «возможность». Так он мог проявить хотя бы минимальное уважение к человеку, отнёсшемуся к нему с добротой. — Ах, ничего. Разговоры с Джулианом Пинтель решил навсегда похоронить в сердце. Вдруг даже невинное упоминание способно навредить ему? — Как движутся Рыцари Лазурного Льва? Он быстро сменил тему. — Альхасар, вы ведь состоите в ордене. Разве вам трудно следить за обстановкой внутри? — Похоже, Рыцари Лазурного Льва вместе с другими рыцарскими орденами наблюдают за Орденом Рассвета. — Хм. Пинтель тихо нахмурился. — Активнее всех действуют «Закрытые Глаза». — …Они не представляют настоящей угрозы. Пусть это императорское разведывательное ведомство, его главная фигура — Джулиан — сам принадлежал к Ордену Рассвета. «Сэр Джулиан наверняка знает о происходящем». Вскоре грядут большие перемены. Пинтель не сомневался. И всё так же верил, что сэр Джулиан станет их краеугольным камнем. «На оказанное доверие следует отвечать верностью». Так гласило наставление рода Обрадин. — Я возвращаюсь. Проследите, чтобы произошедшее здесь не вышло наружу. — Да, я всё улажу. Пинтель посмотрел на кивнувшего монсеньора и скрылся во тьме. Его ждали другие дела. *** Маги и рыцари плохо ладили. Иначе и быть не могло: обе стороны делили власть в Империи. — Ну и безмозглый идиот! Я просил чёрный чай, а ты принёс горячую воду, слегка подкрашенную красным! К счастью, Флюгель относился ко всем одинаково. Он не делил людей по положению или профессии. Просто одинаково отвратительно обращался с каждым. Среди магов его называли «Лающим магом» и «Безумным магом». — Сэр Флюгель, разве вы не говорили, что чёрный чай следует заваривать слабее?.. — Негодяй! Флюгель шевельнул рукой, и подававший чай маг взлетел в воздух. — Подумай над своей ошибкой там, наверху! — Простите! Я немедленно всё переделаю, сэр Флюгель! — Надо было сразу. Ещё один жест — и парящий маг рухнул на пол. — Угх… С болезненным стоном он поспешил к чашке. Чашка была всего одна. Ни мне, ни Майер даже воды не предложили. Безумный маг полностью оправдывал прозвище. — Оставь! Горло промочить надо. — Д-да! Когда служитель поспешно вышел, Флюгель провёл рукой по длинной бороде. — Хмф. Вернёмся к разговору. — Да. — Ты действительно явился без предупреждения и просишь Резонансный камень с этой своей уродливой песьей мордой? Уродливой песьей мордой? Хотелось возразить, что это слишком, но, увидев собственное отражение в глазах Флюгеля, я не нашёл аргументов. — Всё верно. — Бесстыдник. Говоришь так, будто это само собой разумеется… Возмутительно! — Мне нужен ответ, сэр Флюгель. — Ты и так его знаешь. Разумеется, он откажет. Мы не были близки, а репутация Джулиана в столице буквально скребла дно. — Какая жалость. — Хмф. Жалость? Ты ведь заранее знал, что получишь отказ. Именно так. Без Майер просьба о Резонансном камне не имела ни малейших шансов на успех. Если бы с Флюгелем можно было нормально договориться, игроки не прозвали бы его Безумным магом. — Судя по вашему поведению, камень нужен для трущоб. Однако мастерство старика сомнений не вызывало. — Значит, вы знаете. — Разумеется. Я осведомлён об исследованиях демонов, проводимых в том районе. Точно определив причину визита, Флюгель равнодушно посмотрел на меня. — Изучение демонов — занимательная область. Я лично просматриваю и отчёты по Камням души. Отчёты по Камням души… Кажется, ими сейчас занималась Айлин. «Айлин де Донасьен». Она принадлежала к тому же роду, что и Айден. Что произойдёт, если Айлин станет врагом? Маг пятого ранга Барко будет крайне неприятным противником независимо от стихии. — Резонансный камень позволит обнаружить место исследований. — Верно. — Это приказ императорской семьи? Я покачал головой. — Личное дело. Будь просьба связана с императорской семьёй, Флюгель не смог бы отказать. Но тогда запрос прошёл бы через официальные процедуры, а не личный визит. — Значит, я могу не вмешиваться. Старик сухо усмехнулся и погладил бороду. — Вы собираетесь сорвать эти исследования. Я ничего не ответил и позволил ему продолжить. — Зачем мешать изучению столь интересного предмета? — Даже если исследования проводят на людях? На детях? — Пха-ха-ха-ха! Впервые Флюгель, до сих пор демонстрировавший одно раздражение, расхохотался. Он несколько раз провёл по бороде и насмешливо прищурился. — Услышать рассуждения об этике от Улыбающегося Палача! Жизнь и впрямь не перестаёт удивлять! Старик, вы прожили полтора века, но язык у вас по-прежнему острый. — Сам разговор об этике и морали в магии уже смешон. А из твоих уст, учитывая прошлые поступки, звучит вдвойне нелепо! Флюгель был прав: такие слова совершенно не соответствовали Джулиану. Но я выбрал их, чтобы разозлить Майер, выросшую в трущобах. Плеск! Она схватила чашку со стола и без колебаний вылила содержимое на Флюгеля. — Старый маразматик! Вы окончательно выжили из ума! — Госпожа Майер, вы ведь слушали, а не смотрели? Майер резко повернулась ко мне. — …Слушала, а не смотрела? Точно, вы совсем спятили! Даже если всё пошло наперекосяк, выражаться следовало правильно. Флюгель, залитый чаем, совершенно спокойно погладил бороду. — Какая дерзкая девчонка. Одним движением я могу погасить твою жизнь… Он перевёл взгляд на Майер и внезапно замолчал. Неужели его поразила красота девушки? Хех. Конечно нет. Как уже говорилось, Флюгель был евнухом. — Итак, вы изменили мнение, сэр Флюгель? Я привёл Майер и даже воспользовался именем Чёрного Рыцаря не просто так. Похоже, Флюгель наконец увидел причину. Пятицветную Гениальность. ---------- Ворона и цапля (3) Внезапно мне пришла в голову странная мысль. В мире «Let’s Kill the Demon King Now» существовала магия и люди, посвящавшие жизнь её изучению. Можно ли назвать тех, кто исследует саму природу волшебства и стремится подняться на высшую ступень, обычными трудоголиками? — …Эта девушка тоже маг? Разумеется, вопрос был не особенно интересным. Я задумался о нём лишь потому, что при виде Майер поведение Флюгеля заметно изменилось. — Какой ещё, к чёрту, маг?! — Верно. Она не маг. Не обращая внимания на цветистую ругань Майер, Флюгель посмотрел на меня. — Если точнее, она сама не знает, что является магом. — Да кого вы опять называете магом?! Я тоже проигнорировал её возмущение. — Девушка выросла в трущобах и никогда не обучалась волшебству. Стоило услышать, что Майер не получала никаких уроков, как глаза Флюгеля загорелись любопытством. — Хотите сказать, она не изучала даже управление маной? Я промолчал, позволяя воображению старика разгореться сильнее. — И без всякого обучения самостоятельно сформировала в теле полноценную «мановую среду»? Поглаживая бороду, Флюгель выглядел искренне заинтересованным. «Наконец-то зацепило». Его реакция была связана с происхождением магических родов. Существовала вполне разумная причина, по которой маги защищали чистоту крови. «Роды, веками передающие магию потомкам». Предки перестраивали тела, чтобы овладеть наиболее подходящими заклинаниями. Опыт и знания накапливались поколениями, а внутренняя среда потомков становилась всё совершеннее. — Более того, она самостоятельно освоила магию духов. — Самостоятельно… магию духов?! Майер же создала собственную среду без наставника и наследия множества поколений. Я наклонился к Флюгелю и прошептал так, чтобы услышал только он: — Не пора ли вам, сэр Флюгель, разгадать тайну седьмого ранга? В прежде равнодушных глазах вспыхнуло честолюбие, совершенно не соответствовавшее его возрасту. Яростное желание. Он увидел крохотную возможность приблизиться к следующей ступени. Флюгель, которого игроки прозвали Лающим и Безумным магом, был одним из немногих чародеев Империи, достигших шестого ранга Либра. Уже более пятидесяти лет он не мог пробить стену седьмого ранга. Даже проживший полтора века старик начинал тревожиться. «Пусть магия продлевает мою жизнь, что произойдёт, когда даже это станет невозможно? Неужели я так и не увижу следующую ступень?» Именно страх смерти заставил Флюгеля начать обучать учеников. Он хотел углубить собственное понимание. Найти гения, способного подарить вдохновение. Но до сих пор все попытки оставались бесплодными. — Вы ведь знаете: магическое озарение рождается не из накопленного опыта… — А из первозданного воображения. Я мягко усмехнулся и закончил его любимую фразу. Этими словами Флюгель часто утешал самого себя. — Сколько же ты знаешь, хитрый лис? В его взгляде смешались недоверие и острота. Я только пожал плечами. Лающий маг прекрасно понял намёк. — У меня один вопрос. Флюгель повернулся к Майер. На её лице отчётливо читалось: никаких вопросов она слушать не собиралась. Но после моего знака девушка нехотя кивнула. — Видишь, что это? ▶ Черта: «Предвидение» ⇒ Активирована. На кончике пальца Флюгеля возникла маленькая птица. Она была настолько прозрачной, что без «Предвидения» даже я мог её не заметить. — Птица… из маны? Однако Майер разглядела сразу. — Значит, талант действительно есть. Тот болтливый идиот мечтал стать придворным магом, но даже этого не видел. Продолжая говорить, Флюгель покосился на меня. Настало время забить последний гвоздь. — Что скажете? Возможно, эта девушка принесёт вам больше пользы, чем исследования в трущобах. — Кхм. Раз уж я зашёл настолько далеко, следовало получить награду. Флюгель кашлянул и указал пальцем на соседнюю комнату. — На полке лежат Резонансные камни. Возьми любой. Возможная незаконность его не остановила. Желание пробить стену седьмого ранга оказалось сильнее морали. — Что сейчас произошло? — растерянно спросила Майер. — Госпожа Майер, почему бы вам некоторое время не посещать башню и не учиться у сэра Флюгеля? — Что?! — Несмотря на характер, он действительно великий маг. — Но всё же… Майер замолчала и задумчиво посмотрела на ладонь. Почему мне стало немного неловко? По сюжету именно она должна была стать лучшей ученицей «Чистейшего» Флюгеля. Я не только возвращал историю на прежний путь, но и получил благодаря этому Резонансные камни. Поэтому меня слегка мучила совесть. — Если совсем не хотите, никто не заставляет. — Нет. Я и правда думала, что неплохо бы научиться магии. Просто самих магов терпеть не могу. Хорошо, что так. — Тогда почему сомневаетесь? Любой чародей ухватился бы за возможность стать ученицей Флюгеля. Он входил в число сильнейших магов Империи. Пусть Флюгель обучал других ради собственного роста, к ученикам он, вопреки характеру, относился с большой заботой. Именно поэтому мне хотелось узнать настоящую причину колебаний. — Просто… — Да? — Если начну у него учиться, наверняка заставит выполнять кучу поручений. Верно. Почти как аспирантура. — Тогда мне должны платить хотя бы подённо… Эй? Вот что её тревожило? Хотя вообще-то знания получала она… Ах да, Майер выросла в трущобах. Понимаю. Деньги действительно важны. *** Раздавая полученные у Флюгеля Резонансные камни «Безымянным» и Ордену Кровавого Демона, я особо подчеркнул: — Если камень где-нибудь отреагирует, сообщите мне. Внутрь заходить не нужно. Закончив приготовления, я получил доклад от Лазлота. — Джулиан, епископ Пинтель передал, что желает коротко поговорить с вами. Пинтель? Что ему понадобилось? С этими мыслями я отправился по указанному адресу. Место встречи находилось на окраине столицы. Передо мной стояла мрачная полуразвалившаяся хижина. Зачем Пинтелю приглашать меня сюда? Иногда хотелось заглянуть ему в голову. — Вы пришли, сэр Джулиан. Когда я приблизился, Пинтель вышел навстречу и вежливо поклонился. Одновременно за его спиной ощущалось несколько присутствий. Он привёл личных бойцов, но враждебности от них не исходило. «Похоже, ловушки нет». И всё же с учётом наших отношений не подозревать его было трудно. Пусть в последнее время Пинтель стал мягче, человеческая натура переменчива, как тростник на ветру. Сегодня человек льстиво держится рядом ради выгоды, а завтра ужалит, как змея. — Я слышал, вы хотели что-то обсудить. — Да, сэр Джулиан. Мне необходимо сообщить важную вещь. Прошу внутрь. Пинтель снова проявил подчёркнутую вежливость. «Если что-нибудь случится, испробую технику здесь». Новая ступень «Одного росчерка». Мысль применить управление аурой, подсмотренное у Слепого воина, вызывала и напряжение, и предвкушение. Внутри хижины обнаружилась лестница вниз. Пинтель пошёл первым, а я последовал за ним. Под землёй, в резком контрасте с ветхим фасадом, находились хорошо ухоженные металлические камеры. — М-м-м! М-м-м-м! За решёткой сидел мужчина в жалком состоянии. Лицо казалось знакомым… «Что?» Епископ Корунд? Почему он заперт здесь? — Хо-хо, епископ Корунд. Выглядите плачевно. Картина оказалась настолько нелепой, что я рассмеялся и произнёс первое пришедшее в голову. Пинтель услышал и понимающе кивнул, будто говоря: «Как и ожидалось». — Значит, вы уже знали, сэр Джулиан. Знал что? — После провала переговоров с Айденом этот человек попытался собрать остальных епископов против вас. — … — Он хотел свергнуть сэра Джулиана. Вы предвидели его действия и намеренно позволили продолжить, верно? Ничего себе. Я не мог не восхититься тем, как разворачивались несуществующие планы и интриги. — …Чтобы проверить меня. Ирония заключалась в том, что предполагаемый создатель замысла вообще ничего о нём не знал. — Если бы другие епископы присоединились, сэр Джулиан уничтожил бы их всех. Именно поэтому… сегодня вы посетили Магическую башню, верно? Нет, совершенно не поэтому. — Как и ожидалось, вы превосходны, сэр Пинтель. Пока ошибочные выводы играли мне на руку, возражать не стоило. — О-о… Именно так! На мгновение мне стало стыдно обманывать настолько восторженного человека, но это чувство быстро рассеялось. Главной проблемой оставался Корунд. «Что с ним делать?» Убить — плохо. Оставить запертым — тоже. Исчезновение епископа стало бы крайне чувствительным вопросом для архиепископа Элеоноры. «Ах, есть способ». В голову пришло действенное решение. — Сэр Пинтель. — Да! — Освободите епископа Корунда. Подземелье словно стало ещё холоднее. Пинтель явно не понимал приказа. — Этот человек замышлял устранить вас, сэр Джулиан. Почему мы должны… — Вы не понимаете? — Действительно… Я думал, вы никогда не прощаете тех, кто обнажает против вас клыки… Ах. Он запнулся, затем вздохнул, и губы задрожали, будто на него снизошло откровение. — Точно. Я понял! Если таково желание сэра Джулиана, я исполню! Судя по прежним случаям, Пинтель уже придумал очередное невероятное объяснение. — Чего стоите? Освободите епископа Корунда, как повелел сэр Джулиан! На этот раз я решил просто наблюдать. Ошибочные представления вызывали неловкость, но серьёзных неприятностей не приносили. — Кхе-кхе! Кха! Когда верёвки и кляп сняли, Корунд закашлялся и посмотрел на меня глазами, полными ужаса. Он был магом, поэтому после освобождения мог начать читать заклинание. «Но судя по Цвету Негатива, волноваться незачем». Совершенный страх. Он ярко сиял над головой Корунда. — Епископ Корунд, хе-хе. Не думал, что следующая встреча произойдёт при таких обстоятельствах. — И-и-и! Не обращая внимания на его писк, я продолжил: — Вы утверждали, что ни один дворянин не осмелится обнажить против меня клыки. И вот вы сами здесь. ---------- Подземный канал (1) — Вы уверены, что его можно отпустить? Когда мы вышли из хижины, шедший следом Пинтель наконец высказал беспокойство. Я слегка повернул голову и увидел тревогу на его лице. — Ничего страшного. Он уже сломлен. — …Вот как? — Да. Цвет Негатива показывал, что разум Корунда полностью заполнен страхом. — И всё же я беспокоюсь. — О чём именно? — Действительно ли Корунд исполнит слова сэра Джулиана. Перед освобождением я попросил его — хотя это скорее было приказом — встретиться с Айденом и снова предложить сотрудничество. — Айден может не явиться в назначенное место. Справедливое замечание. Корунд уже однажды отверг его предложение. — Даже если не придёт, это не имеет значения. — …Разве вы не собирались использовать Корунда как приманку, чтобы выманить Айдена? Несмотря на внешний вид, Пинтель умел думать и отчасти разгадал замысел. Но скрытой глубины всё равно не понял. «Бессмысленно продолжать вмешиваться в уже завершённое дело». Особенно когда действия Пинтеля вообще не входили в мои планы. «Он действительно избил и пленил епископа того же ранга…» Подобного я совершенно не ожидал. — Он мог солгать лишь ради спасения. Вы не допускаете такую возможность? — Именно поэтому здесь вы, сэр Пинтель. Я несколько мгновений молча смотрел на него. В глазах Пинтеля отражалось щелевидное лицо человека, плетущего интриги во тьме. На деле моя мысль была куда проще. «Просто не беситесь без присмотра!» Мне требовалось придержать Пинтеля, нёсшегося вперёд словно необъезженный жеребец. — Поручаю вам наблюдать за Корундом. Если он сделает что-нибудь странное… — Всё понял, сэр Джулиан. Пинтель серьёзно кивнул, не позволив закончить. В его ответе звучала крепкая решимость, словно он уже принял важное решение. Однако я не ожидал, что действовать вообще придётся. Воля Корунда была полностью раздавлена. Наверное. *** — Диссертацию леди Айлин снова отклонили. — Опять?! Услышав доклад слуги, Айлин невольно повысила голос. Тот испуганно вздрогнул, и она неловко кашлянула, отпуская его. — Ха-а… Невероятно. Оставшись одна, Айлин тяжело вздохнула. Она уже сбилась со счёта, сколько раз её работу возвращали. — Айден де Донасьен. В тихой комнате она посмотрела на герб рода Донасьен, висевший на стене. — Предыдущий труд ещё можно было отклонить, но этот-то почему?! Ни для кого не было тайной, что глава рода недолюбливал исследования Камней души и сыграл ключевую роль в отказах. — При воздействии определёнными узорами маны Камень души оставляет на ткани «мановую метку»! Разве само это открытие ничего не стоит?! Айлин выговаривала претензии гербу, будто он мог ответить. — Или полукровке вроде меня просто не позволено заниматься настоящей наукой? Почувствовав, как жалобы становятся всё более отчаянными, она несколько раз глубоко вдохнула и вернула самообладание. — Хм? Среди разбросанных бумаг её взгляд зацепился за один документ. — Приказ об уничтожении демона в трущобах? Она действительно слышала об этом. После слухов о появлении демонов в бедных кварталах императорский двор направил туда отряд. Айлин прекрасно знала, кто исполнил поручение. — Джулиан Крайпарт Фрейсон. Подпись рядом с императорской печатью сразу привлекла внимание. Удивительно аккуратный почерк никак не сочетался с обычным поведением Джулиана, и Айлин тихо усмехнулась. — Но демоны в трущобах… Порядок там был куда хуже, чем в городе, однако достаточно ли плох, чтобы демоны появлялись сами по себе? — Всё-таки это почти столица. Размышляя, Айлин нахмурилась. — Неужели их создали искусственно? Недавние исследования Камней души позволяли выдвинуть такую гипотезу. Источником энергии внутри камня служила демоническая сила. Если внедрить её в человеческое тело, не превратится ли человек в демона? — Это возможно. Но тогда кто-то помимо императорской семьи тоже владеет Камнем души. И кроме того… — Проводит опыты на людях. В отчёте прямо упоминался «человекоподобный демон». Пусть уверенности не было, кто-то явно экспериментировал с обращением людей. — Нельзя тонуть в предположениях. Пока это оставалось лишь догадкой. Причём опасной. Знание расширяло возможности, но одновременно плодило врагов. — Если опыты действительно проводились, за ними должен стоять маг. — Значит, придётся проверить лично, пока меня случайно не втянули. Айлин решительно встала и надела пальто. — Куда вы направляетесь, леди Айлин? — Возникло срочное дело. Возможно, вернусь поздно, поэтому сегодня можете расходиться. Отдав распоряжения слугам, она отправилась к месту появления демона в трущобах. *** Айлин добралась до нужного района, но даже с точным адресом успела несколько раз заблудиться. На лбу выступил пот. — Ха-а… Почему здесь всё построено настолько бестолково? Раздражённо пробормотав, она подняла взгляд на полуразрушенные дома. Именно здесь, согласно документам, произошло нападение демона. Случись подобное в городе, власти обязательно провели бы повторное расследование. Трущобы же оставили нетронутыми. — Простите. Айлин дважды постучала и вошла. Внутри стоял затхлый запах, неприятно щекотавший нос, но она не отступила. — Какой беспорядок… Здание было полностью разгромлено. Под ногами заскрипели доски. На стенах тянулись следы громадных когтей, будто уродливый орнамент. — Следы демона. А это… Её заинтересовали быстрые и точные разрезы, оставленные рукой настоящего мастера. Вероятно, работа Джулиана и его Лунного Меча. — Тела демона, разумеется, нет. Проведя рукой над обугленным полом, Айлин почти физически ощутила: именно здесь тварь погибла. — Всё уже закончилось, искать больше нечего… Она замолчала, почувствовав тревожную энергию возле выжженного участка. «Это…» След Камня души. После множества экспериментов Айлин безошибочно узнавала его своеобразное присутствие. Она резко выпрямилась и поспешила по следу. Найденный Камень души в худшем случае мог привести к трёхрогому демону, но Айлин считала себя готовой. «Я взяла все боевые записи и самоцветы». Даже худший сценарий был предусмотрен. — Здесь… След привёл к подземному каналу, соединённому с трущобами. Строительство этой инфраструктуры когда-то приказал прежний император, но после смены решения работы бросили. — За столько лет здесь должно быть ужасно грязно. Однако вход оказался на удивление чистым. По меркам столицы — всё ещё грязным, но для трущоб состояние было необычно хорошим. — И главное… Отсутствовал привычный смрад бедных кварталов. Похоже, сюда регулярно приходили люди, не принадлежавшие трущобам. Айлин решительно вошла внутрь. Первым она увидела едва различимую императорскую печать. В душе всколыхнулись сложные эмоции, но шаг не замедлился. «Угх…» Чем дальше она шла, тем сильнее становилась демоническая энергия. Наконец путь разделился на три тоннеля. Плотная аура вокруг притупляла чувства, поэтому просто следовать за Камнем души уже не получалось. Оставался единственный способ. — Придётся определить направление магией. Айлин достала из-за пазухи жезл с драгоценным камнем. Мягко светящийся зелёный самоцвет начал собирать ману и постепенно загорелся ярче. Она направила жезл в левый проход. — Выходите. Голос прозвучал холодно и сдержанно. Преследуя след Камня души, Айлин внезапно осознала: из левого тоннеля за ней наблюдает кто-то, пропитанный той же энергией. — Не покажетесь — пожалеете. В таком узком месте силу заклинания трудно контролировать. Она говорила уверенно и враждебно. Естественно, Айлин решила, что скрывающийся человек связан с нападением демона. — Считаю до трёх. От жезла хлынула мощная мана. Даже если неизвестный попытается бежать, она мгновенно настигнет его. — Один… Хм? Когда фигура вышла из тени, эмоции Айлин всколыхнулись. Перед ней стоял легендарный Чёрный Рыцарь, уже однажды посещавший её поместье. — Хотите жить — уберите ману. Низкий голос тяжело прокатился по тоннелю. Будто зачарованная, Айлин послушалась и начала рассеивать энергию жезла. Топ! В тот же миг Чёрный Рыцарь оттолкнулся от земли и бросился к ней. «Какая скорость!» Внутренне восхитившись, Айлин мгновенно активировала уже собранное заклинание. Очищенная мана вырвалась из жезла и начала складываться в металлическую преграду. Но прежде чем стена завершилась, в неё ударило что-то острое и разрушило формирование магии. «Что?! Это был взмах меча?» Айлин слышала, что рыцари способны использовать ауру подобно заклинаниям, но никогда не встречала тех, кто выпускал её на расстояние. Замешательство позволило противнику мгновенно сократить дистанцию. Металлическая стена рассыпалась, и Чёрный Рыцарь оказался рядом — достаточно близко, чтобы свободно ударить клинком. «Угх!» На такой дистанции маг терял все преимущества. И всё же Айлин начала наполнять жезл маной для нового заклинания. Свист! — Ах! Чёрный Рыцарь легко выбил оружие и схватил её за шею. Подавленная чудовищной силой, Айлин потеряла равновесие и рухнула на пол. «Блять…» Холод лезвия у горла заставил всё тело содрогнуться. Угроза смерти накрыла её, но взгляд остался твёрдым. — Для мага у вас довольно смелый стиль боя. Чёрный Рыцарь посмотрел на Айлин, а затем перевёл взгляд на собственный живот. В её ладони, незаметно для него, уже находился заряженный маной самоцвет, направленный прямо в жизненно важную точку. Достойный приём высокорангового мага. ---------- Подземный канал (2) Как только Орден Кровавого Демона сообщил, что при помощи Резонансного камня обнаружил лабораторию Айдена, я немедленно отправился туда. Если уничтожить хранившиеся там результаты исследований демонов, можно заранее устранить угрозу будущего события. — Подземный канал в трущобах… Уже одно название вызывало в воображении грязь. Тело Джулиана, страдавшее болезненной любовью к чистоте, яростно противилось идее, и я был с ним полностью согласен. Кому захочется лезть в место с заражённой водой, смрадом, скользкими стоками и бегающими крысами? Однако ради предотвращения катастрофы под названием «Кровавый вторник», которая должна была погрузить всю систему в хаос, мне всё же пришлось туда отправиться. И там я неожиданно столкнулся с до боли знакомым человеком. — …Айлин? Что она здесь делала? Сколько я ни перебирал воспоминания, ответа не находил. В игре подобной сцены не было. Неужели она охраняла лабораторию Айдена де Донасьена? Мысль возникла, но казалась маловероятной. У Айлин были куда более здоровые моральные принципы, чем у большинства магов. Кроме того, Айден презирал дальние ветви рода и едва ли сообщил бы ей местоположение важнейшей лаборатории. — Выходите. Пока я размышлял, в тоннеле прозвучал голос Айлин. Она меня почувствовала? — Не покажетесь — пожалеете. В таком узком месте трудно контролировать силу магии. Блять. Меня раскрыли. «Что теперь делать?» Пока я оставался в тени, личность была скрыта. Но стоило выйти, и появление Джулиана вызвало бы у Айлин множество вопросов. Увидев его возле лаборатории, любой заподозрит связь с исследованиями Айдена. «Выбора нет». Я создал из Сомбры маску и закрыл лицо. В ближайшее время снова пользоваться этим образом не планировал. «Один раз можно». Дождавшись, пока маска полностью сформируется, я вышел на свет. Пусть Айлин принадлежала лишь к боковой ветви рода Донасьен, но, встав на сторону Айдена, могла стать серьёзной помехой. Поэтому лучше было обезвредить её заранее. Так я думал, пока в живот не упёрся твёрдый самоцвет. «Она не собирается просто сдаваться». Основой магии Донасьен было накопление маны в драгоценных камнях и её мгновенное использование в нужный момент. Иными словами, прижатый к моему животу самоцвет был наполнен маной и в любую секунду мог высвободить заклинание. «Сомбра, вероятно, защитит, но сила магии неизвестна». Похоже, оставалось договариваться. Несмотря на неудобное положение, я приготовился заговорить. «Почему вы здесь?» Но Айлин опередила. В алых глазах Айлин, отражавших маску Чёрного Рыцаря, не было ни восхищения, ни оцепенения — только недоумение. «Почему я здесь?» Её вопрос озадачил и меня. Если лаборатория Айдена действительно находилась поблизости, Айлин должна была понимать: это место нарушает законы и волю Империи. Следовательно, любой другой человек здесь либо связан с лабораторией, либо пришёл её разрушить. «Неужели Айлин не сотрудничает с Айденом?» Принадлежность к одному роду ещё не делала их союзниками. В конце игры Айлин всегда оставалась рядом со Святым Мечом как одна из праведных магов. Разумеется, рядом с тем Святым Мечом из игры, а не нынешним человеком, творившим странные вещи в Святом королевстве. К тому же она не поддерживала идеологию чистокровности Айдена. — Вы последовали за энергией Камня души? Её вопрос подтвердил мою догадку. — Тогда уберите самоцвет. Я тоже пришёл сюда по следу Камня души. После осторожного ответа Айлин отвела камень от моего живота. — Какая безрассудность. Увидев, что она так легко осталась без защиты, я недоверчиво цокнул языком. — Что? — Вы убрали оружие, не получив ответа. Даже после ответа я мог солгать. Маска Чёрного Рыцаря подавляла действие «Формальной речи», поэтому недовольство прозвучало совершенно прямо. — Будь я врагом, вы уже погибли бы. — Тогда вы не стали бы предупреждать. Даже для меня маска Чёрного Рыцаря выглядела жутко. И всё же Айлин нисколько не боялась. Смелая женщина. — Кроме того, именно вы передали мне Камень души. — …Верно. Я убрал меч в ножны, протянул руку, и она без колебаний поднялась. — Энергия Камня души здесь связана с императорской семьёй? — Нет. Услышав отрицание, Айлин ненадолго задумалась. Ответ не заставил себя ждать. — Тогда эта энергия Камня души явно не относится к чему-то, что императорская семья одобрила бы. — Почему вы так решили? — Вы сами говорили: «Я служу императорской семье». Действительно говорил. Тогда это была шутка во время передачи Камня души, но Айлин запомнила. — Я солгал. Она слегка нахмурилась, уловив насмешку. — Честно говоря, я и тогда не до конца поверила. Несмотря на резкий ответ, растерянность всё ещё оставалась. — Кстати, почему вы здесь? Я двинулся глубже по каналу и оглянулся на шедшую следом Айлин. — Подозреваю, по той же причине, что и вы. — Вас направила императорская семья? Поняв, что снова вернулась к прежней теме, Айлин смущённо кашлянула. — Я изучила нападение демона в трущобах и пришла к выводу, что оно не было естественным. Тварь создали искусственно. — Поэтому хотите выяснить, что означает это «искусственно»? — Да. Вероятнее всего, проводились опыты на людях. Магом пятого ранга Барко не становятся благодаря одной удаче. Как она и предположила, в лаборатории Айдена людей превращали в человекоподобных демонов. Оставался другой вопрос: сохранит ли Айлин свою позицию, узнав правду? — Что, если эксперименты проводит ваш знакомый? — Знакомый? Да. Сам Айден де Донасьен. Имя, которое она наверняка знала. — Даже если это знакомый человек, его нужно остановить. — Разве маги не ставят любопытство и жажду исследований выше человеческой морали? — Прежде чем быть магом, я человек. Приятный ответ. Большинство встреченных мной магов сначала считали себя магами и лишь потом — людьми. — Но вы так и не объяснили, почему пришли… — Тише. ⇒ «Обострённое чутьё» активировано. ⇒ «Предвидение» активировано. ⇒ Обнаружен враждебный взгляд. Я остановился и приложил палец к губам. Айлин озадаченно посмотрела на меня, но тут же посерьёзнела. Из-за поворота появилась стая демонов, напоминавших одичавших собак. — …Значит, мои предположения были верны. Разумеется. Именно поэтому я сюда пришёл. — Я разберусь. Я уже собирался скрыть Лунный Меч Сомброй, но Айлин шагнула вперёд и достала жезл с самоцветами. Демоны ответили низким рычанием. Они насторожились, но фиолетовая слюна уже текла из пастей, а тела рвались вперёд — об осторожности не было и речи. — Даже не думайте. Треск! Самоцветы осветили мрачный канал. Айлин взмахнула жезлом, и парящие камни замерцали всё быстрее. — Рассыпьтесь. Короткое слово прозвучало как заклинание, и самоцветы тут же рассыпались в порошок. Разумеется, это была не обычная пыль. Каждая крупинка содержала ману Айлин и превратилась в крошечное лезвие. Демонические псы не поняли угрозы и влетели прямо в бурю. — К-р-р-р! — Кья! Ке-е-ен! Их разорвало в клочья, превратив тела в фарш. «Впечатляет». Если бы раньше она выпустила эту магию в упор, моё тело могло закончить так же. От одной мысли по спине пробежал холодок, и я нервно усмехнулся. — Не хочу терять время на настолько ничтожных демонов. После заклинания Айлин выглядела довольной и уверенной. — Пойдём дальше. На выяснение правды потребуется время. — Хорошо… Хм? Я уже собирался последовать за ней, когда Резонансный камень в сумке слабо засветился. Как барьер он был примитивен, зато превосходно обнаруживал демонов. Именно поэтому я взял его на всякий случай. «Если светится, значит…» Поблизости остались твари. И действительно, из трещины над головой хлынули убийственное намерение и демоническая энергия. Там прятался ещё один пёс той же породы. «Айлин не заметила». Похоже, из-за недостатка опыта она не проверила всё вокруг после зачистки. Я положил ладонь на рукоять и вспомнил поединок со Слепым воином. Аура, которая сохраняет форму и назначение даже вдали от владельца. Озарение, полученное в том бою. «Обернуть края выпускаемой энергии ещё одним тонким слоем ауры». Так потери маны в воздухе уменьшались, а удар сохранял силу до цели. — Хуп. После короткой концентрации я взмахнул мечом по демону, едва высунувшемуся из трещины. Грохот! Удар энергии отбросил пса. Тот захлебнулся кровью и безжизненно рухнул на пол. — Ч-что?! Айлин вскрикнула, когда демон едва не свалился ей на голову во время уверенной прогулки. — Что… что это было? — Разве не очевидно? Демон. Пока она ошеломлённо смотрела, я подошёл к твари и осмотрел рану. Удар получился острее и смертоноснее, чем во время опытов на Ферне, но… «Полностью рассечь не удалось». И всё же этого хватало. Пусть техника ещё не выходила подсознательно, я постепенно понимал суть «Одного росчерка». — Я не об этом. Как вы узнали, что демон прятался там? Вопрос был знакомым, но раскрывать наличие Резонансного камня я не собирался. Использование камня Магической башни могли отследить даже при всей осторожности. К тому же никто не должен был узнать, что Чёрный Рыцарь и Джулиан — один человек. — Какая разница? Это секрет. Трудно объяснить — назови секретом. Я снова двинулся в сторону лаборатории. — Хм? Оглянувшись, увидел, что Айлин застыла и задумчиво смотрит мне вслед. — Передумали? Неужели встреча с демонами заставила её испугаться? Маловероятно. Заклинание она выполнила безупречно, а маг Барко пятого ранга легко справлялся с такими тварями. Очнувшись, Айлин слегка покачала головой. — Нет. Я иду. ---------- Подтверждение догадки Пробираясь по подземному каналу, Айлин не могла отделаться от странного дежавю. — Разве нечто подобное уже происходило? Чувство возникло не из-за смрада, которым пропитались давно заброшенные тоннели. Слова Чёрного Рыцаря, недавно пришедшего ей на помощь, звучали так знакомо, словно она уже слышала их прежде. — Но в поместье мы встретились впервые. Откуда тогда это дежавю? Мужчина носил настолько уродливую и приметную маску, что забыть прежнюю встречу было бы невозможно. «Зачем вам знать? Это секрет». Почему же фраза казалась знакомой? — Это секрет… секрет… Размышляя над словами Чёрного Рыцаря, Айлин вспомнила случай в старом корпусе академии. Она вспомнила мужчину, который постоянно улыбался и скрывал взгляд за узкими веками. — Если подумать, тогда ситуация была похожей… Она тихо пробормотала. Сходство действительно было. Джулиан обнаружил маленького демона, прятавшегося в старом корпусе, а на вопрос о способе поиска ответил: «Секрет». Дойдя до этой мысли, Айлин подняла голову и внимательнее посмотрела на спину Чёрного Рыцаря. — Телосложение тоже похоже. Были и другие совпадения. Оба пользовались мечом. И оба владели выдающимся фехтованием. — Но кроме этого ничего нет… Поразмыслив, Айлин признала: значительных сходств действительно мало. Даже мечи отличались. Клинок Чёрного Рыцаря был чёрным, словно сама тень, и казался живым — ничего общего с сияющим Лунным Мечом. — Кроме того… Аура Чёрного Рыцаря отличалась благородной утончённостью, но по своей природе совсем не походила на ауру Джулиана. Не говоря уже о характерной речи и поведении. — При большом старании это возможно, но маловероятно. Зная Джулиана, трудно было представить, что он станет к кому-то приспосабливаться. Он скорее с улыбкой пройдёт по лезвию бритвы, чем склонит голову, и предпочтёт погибнуть от гордости, а не поступиться самолюбием. — Будете продолжать отставать — оставлю вас здесь. Все доводы уверенно доказывали: Чёрный Рыцарь и Джулиан — совершенно разные люди. И всё же в глубине души сомнение не исчезало. «А что, если Чёрный Рыцарь всё-таки Джулиан?» Мужчина впереди действительно казался подозрительным. — Простите. Уже иду. *** Кап. Капля пота скатилась по щеке Корунда, повисла на подбородке и упала на пол. Лишь заметив каплю, он окончательно понял, насколько напряжён и подавлен. — Никогда бы не подумал… Кто мог предсказать, что Пинтель окажется человеком Джулиана — отверженного отпрыска рода Крайпарт? Кто вообще способен был это предположить? Пинтель разделял идеологию чистоты крови и вместе с другими магами использовал её для расширения влияния. Никто не ожидал, что он отбросит прежний союз и выберет Джулиана. — Сэр Корунд, пока вы ждёте молодого господина, принести что-нибудь выпить? Неожиданный голос слуги заставил его вздрогнуть. Перед ним стоял обычный слуга, но после недавней встречи с Пинтелем мысли Корунда всё ещё путались. Если даже епископ, которого невозможно было заподозрить в симпатиях к Джулиану, оказался на его стороне, что насчёт остальных? — Да, принесите. Разумеется, едва ли Джулиан подчинил себе и прислугу. Каким бы искусным интриганом он ни был, превращать каждого простолюдина в пешку было бы не мастерством, а безумием. — Молодой господин Джошуа скоро подойдёт. Приносим извинения за ожидание. Корунд кивнул, глубоко вздохнул и осмотрелся. Сейчас он находился в главном поместье рода Крайпарт. Несмотря на недавнее похищение и заключение, откладывать частные занятия с учеником было нельзя. Крайпарт входили в число четырёх великих родов Империи и пользовались огромным влиянием. «Главная ветвь Крайпарт ненавидит Джулиана». Семейный узел. Не просто больной палец, а гниющая конечность, которую давно следовало отрубить. Среди дворян не было человека, не знавшего, как род обращается с Джулианом. «Что, если рассказать здесь о его действиях?» Не как епископ Ордена Рассвета, а как обычный имперский дворянин. — Сэр Корунд, прошу прощения за опоздание. Появление Джошуа вывело его из размышлений. Корунд спрятал раздражение и вежливо улыбнулся. — Ничего страшного, молодой господин. — Благодарю. Но что произошло с вашим лицом? После вопроса раны снова заныли. А в голове прозвучало предупреждение Джулиана. Образ улыбающегося мужчины, едва заметно касавшегося рукояти меча, вновь пробудил глубинный страх. Мысль раскрыть его действия быстро утонула в тревоге. К тому же без упоминания Ордена Рассвета рассказывать было почти нечего. А порочить репутацию Джулиана бессмысленно. Какой смысл добавлять чёрную краску на имя, и без того укутанное тьмой? — Ха-ха. Во время эксперимента произошёл небольшой несчастный случай. Молодому господину Джошуа не о чем беспокоиться. Корунд решил говорить как можно меньше. Джошуа же, наблюдая за ним, думал о другом. «Не ожидал, что старший брат Геранд поддержит Джулиана на семейном совете». После той встречи Джошуа особенно остро почувствовал, как власть ускользает из его рук. Даже отец, Обен, нынешний глава рода, не испытывал к Джулиану безоговорочной ненависти. «Моё положение наследника становится опасным». Перемены заметил бы даже наивный ребёнок. «Но открыто выражать недовольство нельзя…» Джулиан молчал о том, что Джошуа однажды устроил нападение при помощи поддельных демонических рогов. «Поводок находится в руках Джулиана». Он также не мог открыто призвать семью избавиться от него. О Джулиане всё чаще говорили хорошо, и теперь было непонятно, кто из членов рода тайно его поддерживает. «Следует искать помощь снаружи». Подходящий человек сидел прямо перед ним. Маги по природе поддерживали идеологию чистоты крови. Пусть добиться абсолютно чистой родословной было невозможно, маги создавали удобные легенды и с их помощью укрепляли своё положение. — Сэр Корунд, вы ведь тоже принадлежите к магам, защищающим чистоту крови. Такие люди могли поддержать Джошуа и собрать силу, способную осудить Джулиана. Втягивать посторонних в грязную семейную борьбу не хотелось. Но после странных действий Геранда положение будущего главы рода оказалось важнее любых сомнений. — Тогда я спокоен. На мгновение показалось, что недавно вернувшийся в столицу «смутьян» доставил вам неприятности. — Смутьян?.. Увидев недоумение Корунда, Джошуа мысленно усмехнулся. — Да. Опухоль нашего рода — Джулиан Крайпарт Фрейсон. Разве он недавно не вернулся из Святого королевства? — Ха-ха… Разумеется, нет. — Откровенно говоря, ради семьи я хотел бы помешать его действиям. Джошуа осторожно раскрыл намерение. — Вы настолько его ненавидите? Сэр Джулиан опечалится. — Мне безразлична его печаль. Он сам заслужил подобное отношение прежними поступками. Несмотря на юность и недостаток опыта в мире придворной вежливости, Джошуа достаточно хорошо понимал, что ценят маги. Связи с дворянами. И, что ещё важнее, огромные деньги. Исследования магии требовали баснословных расходов, способных разорить обычный благородный род. — Мой дед, председатель Совета Старейшин и бывший глава рода Крайпарт, тоже вряд ли намерен долго терпеть выходки Джулиана. Джошуа бросил приманку. Орнн Крайпарт. Истинный властитель одного из четырёх великих родов и председатель Совета Старейшин. — Я ещё не сообщал деду о своих мыслях. Джошуа знал, что Орнн приблизительно рассматривал именно его как следующего главу. Старший брат ушёл в монастырь. Второму недоставало амбиций, необходимых главе великого рода. Третий желал вещей, недостойных титула. А Джулиан служил цепным псом императорской семьи. Никто не удовлетворял Орнна. К счастью, среди этих тревог родился Джошуа. С раннего детства дед лично занимался его воспитанием, чтобы он не свернул с пути, как остальные дети. «Ты продолжишь наследие рода Крайпарт». Эти слова повторялись так часто, что Джошуа давно начал воспринимать их как непреложную истину. Но в последнее время положение Джулиана постоянно укреплялось. Если представить все возможные последствия, дед наверняка тоже захочет от него избавиться. Именно поэтому Джошуа сделал предложение Корунду. — Я устрою встречу с Орнном Крайпартом. А вы поддержите нас в устранении Джулиана. Для обычного магического рода предложение было неотразимым. Орнн Крайпарт — председатель Совета Старейшин и обладатель такой власти, что мог влиять даже на Магическую башню. Связь с ним способна значительно облегчить чудовищные расходы на исследования. — Что скажете? Разве маг сможет отказаться? Уверенный, что Корунд уже попался, Джошуа гордо задрал подбородок. Однако реакция оказалась полностью противоположной. — Э-этот мальчишка… сошёл с ума. — Почему вы внезапно предлагаете подобное? Корунд прекрасно понимал ценность связи с Орнном Крайпартом. В обычной ситуации он немедленно согласился бы и помог устранить человека вроде Джулиана. Но проблема заключалась в другом. «Время…» Всё тело снова заныло, а воспоминания о недавнем дне ожили. Особенно безумный взгляд Пинтеля и посох, без остановки обрушивавшийся на него. «Неужели это…» Иначе почему такое предложение прозвучало именно сейчас? Нервно сглотнув и преодолев страх, Корунд осторожно заговорил: — М-молодой господин Джошуа, давайте сделаем вид, что сегодняшнего разговора не было. — Что? — Урок перенесём. Я плохо себя чувствую. Не слушая растерянного ответа, Корунд поспешно собрал пальто и сумку, а затем направился к выходу. Раны от посоха снова пульсировали, заставляя его почти бежать из поместья Крайпарт. — Что это вообще было?.. Оставшись в тихой комнате, Джошуа пробормотал себе под нос. Может, он сказал что-то не то? Нет. Сколько ни перебирал разговор, явной ошибки не находил. Тогда почему Корунд выглядел так, будто в ужасе спасался бегством? Джошуа не мог понять. ---------- Секрет Полишинеля (1) Чем глубже мы продвигались по тёмному подземному каналу, тем сильнее становилось странное ощущение. Затхлый запах постепенно исчезал. На смену ему пришла подозрительная чистота, а следы человеческого присутствия становились всё заметнее. — Действительно… Похоже, кто-то намеренно перестроил это место. — Значит, мы скоро найдём то, что ищем. Не останавливаясь, я продолжил идти вперёд. Незнакомые подземные тоннели уже начали казаться почти уютными, когда Айлин внезапно спросила: — Чёрный Рыцарь, кто вы такой? — Разве вы сами только что не назвали меня Чёрным Рыцарем? — Я не об этом… Кто вы на самом деле? С чего вдруг такой вопрос? Я где-то прокололся? — Если человек скрывает лицо под настолько уродливой маской, разве не странно ожидать, что он честно назовёт своё имя по первому требованию? Мне казалось, аргумент вполне разумный, но Айлин, похоже, думала иначе. — Не такая уж она и уродливая… Я случайно услышал её тихое бормотание. Вот уж неожиданность. До сих пор я слышал лишь «кошмарная», «мерзкая» и прочие не слишком лестные отзывы. Когда выбирал пальто в том старом магазине, мне казалось, что образ получился вполне достойным, но, видимо, у людей были претензии. — Человек вашего уровня наверняка известен в Империи под другим именем. Скорее всего, вы дворянин или занимаете сопоставимое положение. — Почему вы так решили? — Ваше снаряжение и доступ к информации невозможно получить обычному человеку. Айлин указала на ножны у меня на поясе. — Особенно этот меч. Из чего он сделан? — Материал почти не отличается от обычной стали. — Ложь. Я видела множество клинков, и у всех была понятная структура, но ваш сделан из чего-то совершенно незнакомого. Чёрный, словно тень… и будто живой. «Будто живой» — точное наблюдение. Видимо, магам проще замечать подобные детали. Сомбра действительно больше походила на живое существо, чем на обычный материал. — Благодаря этому материалу меч способен выпускать ауру, верно? — …Да. Особого секрета в этом не было, поэтому я просто кивнул. Даже если бы рассказал ей о Сомбре, подозрений стало бы лишь больше. — Получить такой материал и найти мастера, способного выковать из него меч, может только крайне влиятельный человек. Возможно, стоящий выше большинства имперских дворян. — У вас впечатляющая дедукция. — А ещё это означает, что вы можете быть человеком, которого я знаю. В её голосе слышался вполне определённый намёк. Я едва не остановился и не оглянулся. «Провоцирует меня?» Вот же приставучая. Я ускорил шаг и предпочёл промолчать. Позади послышались торопливые шаги Айлин, пытавшейся меня догнать. Продолжайте стараться. Любопытно вам, а не мне. *** После того как Корунд ошибочно решил, будто даже ненавидящий Джулиана род Крайпарт тайно его поддерживает, дальнейший ход событий был предрешён. — Назначьте встречу с Айденом на этот день. «Стать приманкой и вытащить Айдена наружу». Вероятно, именно это Джулиан и имел в виду. Сначала Корунд полагал, что Айден и Джулиан действуют заодно. Иначе как объяснить появление Джулиана на Боевой арене именно в момент их переговоров? Но Корунд ошибался. «Джулиан пришёл туда, чтобы не позволить нам объединиться…» Теперь было поздно пытаться наладить отношения с Айденом. Джулиан уже оставил в душе Корунда глубокий шрам. Шрам по имени «страх». — Айден… Осознавая собственное жалкое положение, Корунд поднял глаза на стоявшего перед ним мужчину. — Не ожидал, что ты снова захочешь встретиться. В холодном голосе Айдена сквозила насмешка. Он говорил так, словно с самого начала знал: Корунд рано или поздно приползёт обратно. — Ещё недавно ты едва не брызгал слюной, решив, что я объединился с Джулианом, чтобы вытеснить твою школу. — …Я поспешил с выводами и решил, что вы с Джулианом вступили в сговор. — Теперь понял? Какая мне выгода работать с грязной императорской гончей? — Действительно… Отводя взгляд от недовольного Айдена, Корунд вспоминал слова Джулиана. — Во время встречи попросите его временно отключить все магические устройства, которые он носит при себе. Это было единственным требованием. Встретиться с Айденом и заставить его отключить магические артефакты. — Раз уж мы снова сидим за одним столом, значит, наши цели совпадают. Осталось лишь найти компромисс, — произнёс Айден. — Вы имеете в виду… падение Джулиана? — Именно. — Но сначала у меня есть одна просьба, Айден. Корунд говорил осторожно. Он понимал, насколько странно прозвучат следующие слова. Айден с любопытством посмотрел на него. — Какая? — Я хотел бы, чтобы вы сняли все магические устройства и временно их отключили. — Что? Айден нахмурился. Естественная реакция. Магические устройства для мага были последним рубежом защиты, почти продолжением его тела. Просить их отключить — всё равно что требовать добровольно подставить шею под клинок. — Похоже, ты всё ещё не избавился от подозрений после происшествия на Боевой арене. Корунд кивнул, прикрывая приказ Джулиана недоверием, вызванным тем инцидентом. — Мы встретились, чтобы обсудить сотрудничество. Если ты по-прежнему подозреваешь меня, разговор теряет смысл. Ты ведь прекрасно понимаешь, что значат магические устройства для мага. Скрип. С этими словами Айден поднялся, явно намереваясь закончить переговоры, едва они начались. «Нет…!» Увидев, что он уходит, Корунд запаниковал. Он не представлял, что сделает Джулиан, если приказ не будет выполнен. Раны, оставленные Пинтелем, снова заныли, возвращая Корунда к реальности. Он вскочил вслед за Айденом. — …Что ты делаешь? Дзынь! Грохот! Корунд выложил на стол все магические устройства и жезлы, которые носил при себе. — Я-я пришёл разговаривать, значит, мне нечего скрывать. — И какое отношение к этому имеют твои артефакты? — Происшествие на Боевой арене! Тогда вы подложили мне устройство с магией прослушивания! На самом деле Корунд не знал, Айден установил устройство или кто-то другой. Но сейчас истина не имела значения: ему требовалось разыграть эту сцену до конца. На кону стояли жизнь, честь семьи и всё его будущее. От осознания этого тревога лишь усиливалась. Голос Корунда становился громче, а по спине стекал холодный пот. Под каждым взглядом Айдена Корунд нервничал всё сильнее. — Для ясности: я не имел никакого отношения к тому происшествию. Да плевать уже! — Однако раз ты демонстрируешь такую искренность, выбора у меня почти не остаётся. Последовав примеру Корунда, Айден принялся снимать свои устройства. Серьги и кольца. Ожерелья и прочие украшения. Выложив всё на стол, он снова сел. — Этого достаточно? Корунд кивнул с подобострастной улыбкой, изо всех сил подавляя страх. «Этого хватит, Джулиан? Я сделал всё, что мог». *** — Барьер. Когда мы почти добрались до лаборатории, путь преградил магический барьер. Мы с Айлин заметили его одновременно. Обычный человек не увидел бы такую магию, но для любого, кто хоть немного чувствовал ману, барьер был слишком заметен. — Я не могу определить все его свойства, но одно несомненно: он отправляет хозяину сигнал. — Нельзя просто его отключить? — Помните, как вы проникли в моё поместье? Если разрушить барьер, владелец сразу об этом узнает. Айлин осторожно осматривала магическую конструкцию. — Если здесь установлена сигнализация, значит, за ней скрывают нечто важное. Она подошла ближе, но тут же предупредила меня: — Не приближайтесь. Тревога наверняка не единственная функция! Я знаю. Даже при беглом осмотре ощущалась угроза. «Взрыв и металлическая дробь». Практически осколочная граната. Проблема заключалась в том, что даже если разрушить механизм при помощи Обострённого чутья или Предвидения, сигнал всё равно уйдёт Айдену. «Раз барьер всё ещё активен, Корунд не выполнил мою просьбу». Впрочем, особых надежд я на него и не возлагал. Одного отсутствия Айдена здесь уже было достаточно. Ш-ш-ш! Я обнажил меч, не скрывая Лунный клинок под Сомброй. — Стойте! Вы собираетесь разрубить барьер? Айлин уставилась на меня с недоверием. — Каким бы искусным мечником вы ни были, это невозможно! — Отойдите, если не хотите попасть под удар. При необходимости я был готов полностью прикрыться Сомброй. Решившись, я взмахнул мечом. Ш-ш-шух! Клинок рассёк не барьер, а пустоту. Точнее, магическая преграда исчезла за мгновение до того, как Лунный Меч коснулся её. «…Корунд всё-таки выполнил просьбу?» Других объяснений не было. Барьер отключался, когда у Айдена не оставалось активных магических устройств. «Удачно совпало». Едва я это понял, сзади раздался потрясённый голос: — Э-это невозможно. Айлин смотрела на исчезнувшую преграду, не веря собственным глазам. — Разрубить составной барьер и не вызвать тревогу… Как вы это сделали? Я знаю. Просто совпадение. От одной мысли, что придётся всё объяснять, разболелась голова. Да и зачем? В этом не было смысла. Я спокойно шагнул в лабораторию. — Постойте! Как вы это сделали?! Вы разрубили барьер этим мечом, верно?! Нет, серьёзно. Клянусь, это чистая случайность. Я ожидал, что Айлин ещё долго будет донимать меня вопросами, но они быстро стихли. Стоило ей увидеть лабораторию, как она сразу посерьёзнела. Затем её лицо постепенно застыло, а кожа побледнела. — Обстановка и инструменты кажутся знакомыми? Она поняла. Лаборатория была тесно связана с Айденом, а значит, и с родом Донасьен, к которому принадлежала Айлин. — Это место… связано с моей семьёй? «Связано» — слишком мягко сказано. Его хозяином был человек, управлявший магами Донасьен. — Нет, можете не отвечать. Я и так понимаю. Вы знали об этом? — Да. — …Значит, вы уже установили владельца. — Айден де Донасьен. — …Что? Я ответил так быстро и уверенно, что Айлин растерялась. — Именно он владеет этой лабораторией. После этого я молча наблюдал за её реакцией. Как дворянка, она могла поставить честь Донасьен выше происходящего. — Вы хотите замять всё, раз услышали знакомое имя? — Замять?.. Об этом не может быть и речи. В её глазах появилась решимость. Похоже, даже будучи представительницей боковой ветви, Айлин не собиралась отказываться от рода Донасьен. — Нужно придать этому делу максимальную огласку! Как и ожидалось. Кровь рода… — Мы должны сообщить об этих незаконных экспериментах «Закрытым Глазам»! ---------- Секрет Полишинеля (2) От настолько абсурдно здравого предложения я едва не рассмеялся. — Неожиданно. Я полагал, что все Донасьен выбрасывают совесть ради магии. — Я почти не училась магии у семьи Донасьен. Айлин ответила с горькой самоиронией. На её лице смешалось множество чувств. — Эй, когда Айден должен доставить подопытных? Из глубины лаборатории донёсся незнакомый голос. Айлин мгновенно присела и спряталась за стеллажом. — Ч-что вы делаете?! Прячьтесь скорее! Услышав приближающиеся шаги, она отчаянно зашептала мне. А это обязательно? Я пришёл сюда, чтобы предотвратить грядущее событие под названием «Кровавый вторник». Для этого требовалось забрать журнал исследований Айдена и уничтожить его учеников, которые позднее попытаются возобновить опыты. То есть приближавшийся человек как раз принадлежал к числу тех, от кого следовало избавиться. — А-а-а… Ещё немного, и результат будет у меня в руках… М-м? У входа появился потягивающийся маг. Наши взгляды встретились. Я бы с удовольствием поздоровался, но момент был неподходящим. Растерянный взгляд мага скользнул мимо меня к проходу — очевидно, он проверял, работает ли барьер. — Барьер… Кх! Не дав ему закончить высокопарный монолог, я рванул вперёд и ударил ногой. Силы я почти не вложил, но маг всё равно изящно пролетел по воздуху, как бабочка. — Разве мы не должны были проникнуть незаметно? — С чего вы так решили? — Я думала, вы сняли барьер, чтобы нас не обнаружили… Осознав нелепость собственных слов, Айлин неловко кашлянула. — Раз уж всё так сложилось, остаётся разобраться со всеми. Она озвучила мои мысли. Я направился к магу, которого только что отправил в полёт. — Кхе-кхе! Кха! Кашляющий мужчина поднял голову и посмотрел на меня. Перед ним стоял человек в гротескной маске. Хотя на мой слегка испорченный вкус она выглядела вполне прилично. — И-ик! Мага охватил неподдельный ужас. Над его головой проступил отчётливый Цвет Страха, и почему-то это слегка меня задело. Совершенно не умеет ценить искусство. Подумав об этом, я приставил обнажённый меч к его горлу. — Где хранятся записи проводимых здесь исследований? — К-кто… Кто вы такой?! Тебе какая разница? Я чуть сильнее надавил клинком, и по шее мага потянулась тонкая струйка крови. — Кх… Несмотря на страх, он молчал. Упрямец, надо же. Не желая тратить время, я схватил его за ворот и потащил вглубь лаборатории. «Он с кем-то разговаривал. Значит, внутри есть и другие». Предположение оказалось верным. В просторной комнате, заставленной высокими книжными шкафами и бесчисленными экспериментальными установками, работали ещё двое. — М-м? Один из них почувствовал неладное и поднял голову. Сначала он словно не мог осознать происходящее, но, заметив клинок у шеи пленника, мгновенно побледнел. — К-как вы сюда попали?! — У всех одна и та же реакция. Разве ваша растерянность не доказывает, что мы пришли куда нужно? Я думал, маги считаются умными. — О-отпусти Эмиля! Судя по выкрику, захваченного мной мужчину звали Эмиль. — Не двигаться. Услышав ледяной приказ, маги напряжённо отступили. «Со стороны наверняка кажется, будто злодей здесь я». Если бы обычный человек увидел эту картину, вывод был бы очевидным. Мужчина в жуткой маске держит заложника и выдвигает требования — как ещё это воспринимать? — Где журнал исследований Айдена? — …Журнал? — Книга, в которой записаны результаты проведённых здесь опытов. Маги замялись и почти одновременно покосились на один из книжных шкафов. «Значит, там». Не выпуская заложника, я направился к нужному стеллажу. «Что делать с учениками Айдена?» Крови я не боялся, но где-то внутри всё ещё чувствовал сопротивление. Точнее, мне лишь казалось, что оно ощущается. Даже сейчас вид дрожащего пленника не вызывал никаких эмоций. «Я сильно изменился». Может, становлюсь похожим на Джулиана. Или слишком глубоко вошёл в роль благодаря своему безумному актёрскому методу. Тогда кто из нас настоящий? В этот момент моё внимание привлекла одна из железных клеток. Она была разделена на три секции. В одной лежало обмякшее существо с едва пробивающимися рогами. «…Блять». Человекоподобный демон. Я прекрасно понимал, что это означает. — Немедленно отпусти Эмиля! К горлу подкатила тошнота. Сама мысль, что я хотя бы на мгновение колебался, решая судьбу подобных тварей, вызывала отвращение. Шух! — Кха…! — Э-Эмиль!!! Перехватив меч поудобнее, я одним движением рассёк пленнику шею. Алая кровь широкой дугой брызнула на пол. Остальные маги закричали от ужаса. Одна из женщин, плача от отчаяния, принялась читать заклинание. Второй маг тоже попытался поднять руку, но… — Кх! Айлин выскочила из укрытия и первой связала его магией. — Ублюдок, сдохни! Заплаканная женщина вытянула ладонь, и в меня полетели металлические осколки, похожие на магию Айлин. Однако заклинание оказалось настолько слабым, что даже называть эти жалкие крупицы осколками было щедростью. Какой бы сильной ни была атака, знание её траектории делало её бесполезной. Я повернул корпус, уклонился и в то же мгновение сократил расстояние. Клинок лёг на шею женщины. — Гр-р… Я не любил мучить людей. Поэтому просто напряг правую руку и мгновенно провёл мечом. Шух! Кровь ударила фонтаном. Маг захрипела, изо рта выступила пена, и она рухнула лицом вниз. После этого я подошёл к Айлин. Оставался последний ученик Айдена. Айлин уже подавила его магией, но мужчина отчаянно отползал, стараясь увеличить расстояние между нами. — П-пощадите! Я уже показал, где журнал! — Какая нелепость. Я на мгновение взглянул на человекоподобного демона за решёткой. — Разве они не говорили вам то же самое? — М-мы проводили исследования! Разве технический прогресс возможен без жертв?! — Тогда считайте это очередным шагом на пути прогресса. Ш-шух! Меч блеснул, мольбы о пощаде оборвались, и в комнате воцарилась тишина. — …У меня противоречивые чувства, — произнесла Айлин. — Что именно вас беспокоит? — Эти люди принадлежали к семье Донасьен. Я была с ними знакома. — Вы были близки? — Будь мы близки, я, вероятно, лежала бы рядом. Но формально я всё ещё принадлежу к Донасьен. Логично. Как бы её ни отвергала семья, фамилия Айлин оставалась прежней. Стряхнув кровь с клинка, я подошёл к клетке. Человекоподобный демон всё ещё напоминал человека и продолжал дышать. — Они пересекли черту, за которой возврата нет. — Я закончу. — …Позвольте это сделать мне. Человекоподобный демон когда-то был человеком. Для Айлин его убийство могло ощущаться как настоящее преступление. — Как ни крути, я член семьи Донасьен и тоже участвовала в её исследованиях. В её голосе звучало желание искупить чужой грех. Айлин медленно достала жезл и направила его на существо в клетке. *** Магов учили: подавлять жажду познания — больший грех, чем пренебречь моралью. Кратковременная измена совести якобы приносила миру больше пользы, чем вреда. «Таково учение рода Донасьен». Айлин почти не обучалась у семьи настоящей магии, зато эти возвышенные принципы ей повторяли до тошноты. «И вот к чему они привели, Айден». Она никогда не разделяла высокомерную идеологию Донасьен. Но лишь сегодня поняла, что раздражение было не поверхностным неприятием, а глубоким отвращением. — Нужно уничтожить всё это. Знакомый голос вывел её из раздумий. Чёрный Рыцарь. Мужчина в гротескной, но почему-то по-своему стильной маске. — Интересно, какое лицо сделает Айден, увидев, как быстро исчезли плоды его трудов. — Похоже, у вас с ним личные счёты. — Претензий хватает. Едва не добавилась ещё одна, но, к счастью, обошлось. Едва не добавилась? Что он имел в виду? Айлин на мгновение задумалась, но решила не углубляться. Понять человека в маске всё равно было почти невозможно. — Это место связано с появлениями демонов в трущобах. — М-м. Чёрный Рыцарь коротко отозвался, не оборачиваясь. Ещё недавно он без колебаний убивал магов, но в его действиях всё же ощущалось нечто удивительно человеческое. Возможно, это звучало нелепо, однако ярость против несправедливости казалась искренней. Или Айлин лишь хотела так думать. — Даже если передать всё Магической башне, доказать преступления Айдена не получится, верно? — Скорее всего. Связать именно его с опытами будет почти невозможно. — Значит, лучший выход — уничтожить лабораторию. Айлин достала из кармана самоцвет и бросила в сторону книжных шкафов. Тресь! Мана внутри камня вспыхнула. Пламя охватило стеллажи и принялось пожирать книги вместе с записями. — Вам не жаль знаний? — Нет. Страницы потрескивали и превращались в пепел. «Зачем они всё это делали?» Неужели знания или семейные тайны действительно стоили подобной цены? Вопрос возник из глубины сознания, но постепенно угас вместе с догорающими листами. — Похоже, вам всё же любопытно. Слова Чёрного Рыцаря застали её врасплох. — Да. Я пытаюсь понять, действительно ли всё это было необходимо. — Согласен. — Согласны? Вы даже не маг. — И это тоже верно. Чего он добивается? — Тогда спросим у самого человека, зачем он это сделал и о чём думал. — Что? Почувствовав на себе тяжёлый взгляд, Айлин инстинктивно повернулась ко входу. Там стоял мужчина, чьи глаза напоминали бушующий поток, а лицо выражало желание разорвать кого-нибудь на части. Айден де Донасьен. Хозяин лаборатории вернулся. ---------- Секрет Полишинеля (3) Айден де Донасьен. Увидев его у входа в лабораторию, я мысленно раздражённо цокнул языком. «Что, блять, этот идиот Корунд вообще сделал?» Барьер исчез, но сам Айден почему-то вернулся. Я незаметно окинул его взглядом. От мужчины исходила острая, словно клинок, жажда убийства, а тёмная аура напоминала ядовитый туман. В этот раз разобраться с ним так же легко, как во время нашей прошлой встречи, когда я рассёк ему глаза, явно не получится. Для настоящего Джулиана подобная угроза была бы лишь развлечением. Колючее давление на коже уже стало для меня привычным и почти забавляло. Проблема была в другом. «Мне не нравится это место». Лаборатория принадлежала Айдену, а значит, наверняка была заполнена магическими построениями, дававшими хозяину преимущество. ⇒ «Предвидение» обнаружило атакующий магический массив. ⇒ «Предвидение» обнаружило защитный магический массив. ⇒ «Предвидение» обнаружило магическую ловушку. ⇒ «Предвидение»… Вот именно. Стоило Айдену войти, как связанные с ним магические массивы один за другим проступили перед моим взглядом. Блять. Среди них хватало по-настоящему опасных. Тело Джулиана было крепким, но если принимать всё это напрямую, без ран не обойдётся. «…И это ещё не всё». Существовала другая проблема. Сознание Джулиана категорически отвергало мысль об отступлении. Тело, жаждавшее боя и острых ощущений, не позволяло игнорировать провокации Айдена. «Закончить всё здесь». Именно к этому оно меня подталкивало. «Тело действует раньше головы». Я не ожидал, что личность Джулиана способна проявиться подобным образом. Однако на этот раз я был с ним согласен. Пора поставить точку. — На книжном шкафу сработала установленная мной сигнализация. Я поспешил сюда проверить, что произошло… Опираясь на посох, Айден тяжело вздохнул и принял бесстрастный вид. Но я видел: под маской спокойствия кипела ярость. Над его головой клубилось нечто похожее на багровое марево. — Айлин. Бах! Айден с силой ударил посохом по полу, бросил на меня быстрый взгляд и повернулся к ней. — Почему ты здесь? — …Я обнаружила это место, расследуя появления демонов в трущобах. — Какое отношение маг Магической башни имеет к подобным делам?! Это работа императорских гончих из «Закрытых Глаз» или рыцарей! Любой другой первым делом спросил бы, что здесь делает Чёрный Рыцарь. Но Айден намеренно исключал меня из разговора. «Вполне ожидаемо… наверное». По столице ходили слухи, будто Чёрный Рыцарь карает продажных дворян и защищает простых жителей. На деле же с самого появления он раз за разом мешал Ордену Рассвета. Айден не мог этого не знать. Именно поэтому избегал разговора со мной. Одно неосторожное слово могло раскрыть существование Ордена, который пока обязан был оставаться в тени. — Вы всегда говорили, что любопытство — долг мага, глава семьи. — А ещё глава семьи говорил, что чрезмерное любопытство приводит к беде. — Я хотела бы вернуть эти слова вам. Айлин шагнула вперёд и перебила его. Лицо Айдена исказилось. — Вы руководили опытами по демонизации людей, Айден? В её взгляде читалось отвращение. — Если вы действительно проводили настолько бесчеловечные эксперименты… — Сколько раз повторять: нельзя судить магию мерками примитивной морали! Бах! Разъярённый Айден снова ударил посохом о камень. — Я забуду, что ты незаконно проникла в мою лабораторию. Иди сюда. Он нёс откровенную чушь и одновременно подзывал Айлин рукой. Обычно строгий голос главы семьи заставил бы её дрогнуть, но сегодня она покачала головой. — Увиденное уже невозможно забыть. Айден раздражённо цокнул языком. — Не способна исполнить даже предназначение рода… Не следовало позволять полукровке задерживаться среди нас. Пробормотав это, он направил посох вперёд. Айден владел элементом Металла. В тот же миг во все стороны рванули острые клинья. Шух! Шух! Уклониться или отбить их оказалось нетрудно. Даже застигнутая внезапной атакой Айлин успела защититься магией. «У него другая цель?» Мысль едва успела возникнуть, а моё тело уже бросилось вперёд, сокращая расстояние. «Против мага такого уровня это даже слишком просто». Есть ли у него козырь? Вопрос мелькнул в голове и тут же утонул. Инстинкты Джулиана завладели телом и заставляли двигаться дальше, желая завершить давнюю вражду. — Там опасно! Предупреждение Айлин вернуло меня в чувство. «Здесь?» Под ногой тускло засветился магический рисунок. «Ловушка». Я мгновенно отступил. Из пола с грохотом вырвался поток металлических обломков, словно при извержении вулкана. «Чуть не попался». Окинув взглядом сработавшую ловушку, я вновь сосредоточился на Айдене. Предвидение заметило массив ещё до предупреждения Айлин, но их было настолько много, что отслеживать каждый становилось утомительно. По виду Айдена было понятно: он собирается без остановки забрасывать нас заклинаниями. Так маг и сражается с мечником. Позволь мне приблизиться — и победа будет простой. Но маг, добровольно подпустивший противника, был бы полным идиотом. «Именно поэтому…» Я приготовил кое-что специально для этого дня. Резким движением я собрал силу на острие и взмахнул Лунным Мечом, будто провёл в воздухе линию. Аура прошла через мановый канал и превратилась в осязаемый разрез. Увидев летящую энергию меча, Айден широко раскрыл глаза. «Он считал это расстояние безопасным». Один росчерк врезался в его руку. — А-а-а-а! С пронзительным криком Айден выронил посох. Он несколько раз перекатился по полу, отчаянно пытаясь дотянуться до оружия. Но, заметив, что я уже мчусь к нему, побледнел, бросил посох и побежал в подземный канал. «…Он серьёзно убегает?» Вроде бы дворянин. Ещё недавно этот человек гордо провозглашал себя главой рода Донасьен, а теперь улепётывал, поджав хвост. От зрелища вырвался сухой смешок. Может, просто отпустить его? Какая разница… «Нет». Стоило появиться слабой мысли, как рука на рукояти задрожала. Ноги уже несли меня вслед за Айденом. «Нужно закончить сейчас». Не ради справедливости и не из желания покарать человека, обращавшегося с чужими жизнями как с мусором. Ради собственной безопасности. Раз представилась возможность, я обязан ею воспользоваться. *** Айден наизусть знал устройство подземного канала: где проходят тоннели, какие массивы установлены и в каких местах спрятаны ловушки. Его позорное бегство было лишь способом использовать домашнее поле. «Блять, блять!» Он пытался себя убедить, но прекрасно понимал: это всего лишь трусливая отговорка. Посох выпал из-за собственной нерасторопности. Руку рассекла выпущенная аура — тоже из-за недостатка мастерства. «Почему здесь вообще оказался Чёрный Рыцарь?..» Стиснув зубы от боли, Айден мчался по тёмному проходу. «Айлин тоже нельзя оставлять». Чтобы императорская семья узнала о незаконных опытах, достаточно было выжить и выбраться наружу одному из них. Даже если Айлин сбежит и доложит о сегодняшнем происшествии… «Моего влияния хватит, чтобы всё исчезло!» Главной угрозой оставался Чёрный Рыцарь. «Он должен умереть здесь». Потеря журнала исследований была болезненной. Как и гибель учеников, выполнявших всю грязную работу. Но если он выживет, то сумеет восстановиться. Стоит лишь преодолеть эту беду. До сегодняшнего дня Айден не понимал, почему Пинтель и Геранд так боялись имени Чёрного Рыцаря. Но теперь, встретившись с ним лицом к лицу, ощутил липкий, личный ужас. Люди называли подобное чувство страхом. «Он почему-то одержим мной. Будет преследовать до самого конца». Айден не видел между ними никакой связи. Несмотря на все собственные преступления, он не понимал, откуда взялась настолько сильная ненависть. Фью-у. Откуда-то потянуло воздухом, и Айден остановился. Впереди заканчивался подземный канал. За краем находился отвесный сброс, ведущий к плотине. В обычное время там должна была скапливаться дождевая или речная вода, но заброшенный водовод оставался пустым. Под ногами зияла настоящая пропасть. «Падение точно убьёт». Едва Айден это понял, за спиной прозвучал знакомый голос: — Тупик. Он обернулся — и почувствовал, как тело немеет. «Неужели так выглядят герои из легенд?» Нет. Слово «демон» подходило человеку напротив гораздо лучше. — Впечатляющая высота. Думаете, переживёте падение? Если нет, зачем бежали до самого края? — Заткнись… тварь! Голос Айдена дрожал от злобы. — Чего ты добиваешься?! — …Мира во всём мире. Мира во всём мире? Что за бред?! Айден хотел выругаться, но вместо этого внимательно осмотрел землю под ногами Чёрного Рыцаря. «Подойди ещё немного». Сжав кулак, он ждал. — Что, у тебя личная обида? Или ты вымещаешь ярость на Ордене Рассвета?! От крика, наполненного ненавистью, Чёрный Рыцарь не остановился. Он медленно приближался, держа зловещий чёрный меч, способный выпускать ауру подобно заклинанию. — Если дело в Ордене… я могу помочь. Информация об организации, о нынешнем руководителе… архиепископе… — Разве нынешний глава уже не верховный понтифик? Айден осёкся. — О-откуда ты… — При желании узнать можно всё. Чёрный Рыцарь сделал ещё шаг. Айден начал отсчитывать расстояние. Один. Два. Три. Как только нога противника коснулась нужного камня, Айден активировал Магию самоцветов, заранее заложенную в потолке. Бум! Прогремел взрыв. Каменные обломки разлетелись во все стороны, а густая пыль полностью скрыла обзор. «Сработало?..» Надежда смешалась с тревогой. — Бесполезно… Голос Чёрного Рыцаря донёсся из пылевого облака. Айден понимал: если бы этого человека мог убить настолько простой взрыв, он не загнал бы его в подобное положение. — Но это ещё не всё! Ловушка не закончилась. С потолка с мерзким хлюпаньем полилась густая масса. Шлёп! Сквозь пыль невозможно было разглядеть, что именно падает вниз. Это были отходы демонических экспериментов, которые собирались уничтожить позднее. Высочайшая токсичность и насыщенность демонической энергией делали их идеальным оружием. — А-а-а-а-ргх! Раздался крик, похожий на предсмертный. Айден безумно расхохотался. — Ха… ха-ха-ха! Идиот… Кхе! Кхе! Ш-ш-ш! Тягучие остатки стекали с потолка к пропасти, испуская густую демоническую энергию, похожую на пар. Остаточные мысли Демонического бога таили чудовищную силу. У обычного человека они искривили бы мановый канал, разложили тело изнутри и превратили его в лишённого разума демона. При большой удаче началась бы демонизация. Но и она означала исчезновение личности и смерть человека. — Ублюдок… Из-за тебя пришлось потратить то, что я так долго копил. Напряжение ослабло, и изо рта Айдена вырвалась грязная ругань. Обычно он первым отчитывал окружающих за подобную вульгарность, но сейчас не сумел сдержаться. — Следующая — Айлин. Эта тупая женщина. Сначала нужно отомстить… за семью… На полуслове Айден почувствовал неладное. Тягучая жидкость всё ещё лилась с потолка и испускала зловещую энергию. Но в ней по-прежнему ощущалось чужое присутствие. «Что? Что пошло не так?..» Из потока отходов показался чёрный силуэт. — Х-хк! У Айдена перехватило дыхание. Чёрный Рыцарь был с головы до ног залит Остаточными мыслями, однако на теле не осталось ни единого повреждения. Лишь гротескная маска покрылась глубокими трещинами. — Вам следует благодарить судьбу, что сегодня я не надел своё любимое пальто. — К-как ты остался невредим?! Айден закричал так громко, что голос прогремел по тоннелю. Остаточные мысли Демонического бога оскверняли всё живое, превращая людей в безвольных слуг и демонов. — На тебя вылилось столько концентрата! Почему твоё… сознание… до сих пор цело?! — Не знаю. Существование Чёрного Рыцаря полностью опровергало результаты, которые Айден собирал годами. От уничтожения всех трудов его захлестнула ярость. Но вместе с ней росло нечто другое. Топ. Топ. Чёрный Рыцарь медленно приближался. Между ужасом и бешенством ноги Айдена ослабли. Он не понимал, бежать ему или сражаться. — Возможно, в этом проклятом теле просто нет ничего, что можно было бы назвать «личностью». Айден смотрел на него налитыми кровью глазами. Тресь! Маска раскололась ещё сильнее. Из-под чёрной оболочки показалось знакомое, отвратительное лицо с узкими глазами. В тот миг, когда оно открылось полностью… Толчок. Чёрный Рыцарь положил ладонь Айдену на грудь и столкнул его с обрыва. Падая в бездонную тьму, Айден успел пожалеть лишь об одном. Он не прислушался к предупреждению Геранда. ---------- Человечность (1) Я посмотрел с высокого обрыва в непроглядную тьму и почувствовал, как по спине пробежал холодок. Пережить падение с такой высоты мог только бог Солнца Соларун или Демонический бог Барбатос. — Фух… Отступив от края, я взглянул на тягучую жижу, растёкшуюся по месту, где только что стоял, и невесело усмехнулся. Они явно проводили опыты без остановки. Накопить такое количество Остаточных мыслей — это ещё постараться нужно. — Одежда… Я опустил взгляд на себя. Пальто не было выкрашено в кислотно-розовый или другой безумный цвет и сохраняло хотя бы подобие здравого смысла. Оно не нравилось мне настолько, чтобы назвать любимым, но выглядело вполне достойно. После попадания Остаточных мыслей ткань оказалась прожжена сразу в нескольких местах. — Пусть особой привязанности не было, но это вещь высшего качества. Раздражает. Я до сих пор не понимал людей, готовых восторгаться любой одеждой лишь потому, что её назвали роскошной. — Но почему со мной всё в порядке, хотя я с головы до ног покрыт Остаточными мыслями? Последняя ловушка Айдена действительно застала меня врасплох. Злоба и яд, заключённые в этих сгустках, были чудовищно сильны. Одного прикосновения хватало, чтобы искривить мановый канал, исказить тело и разложить человека изнутри, превратив в лишённого разума демона. В углу зрения всплыло системное сообщение, которое я ещё не успел проверить. ⇒ Черта «Сосуд Короля демонов» защитила вас от осквернения. Слава богу. Прочитав сообщение, я примерно понял, почему остался невредим. Если бы попытался разобраться полностью, наверняка пришлось бы рассуждать о сознании, личности и прочей философии, в которой я ничего не понимаю. — В следующий раз нужно быть осторожнее… М-м? «…Господин… господин…» В голове неожиданно зазвучала привычная вежливая речь. Почему она внезапно вернулась? Разве роль Чёрного Рыцаря не должна была подавлять эту особенность? — Ох… Я схватился за голову и тут же понял причину. Маска треснула. Кожа лица чувствовала воздух. — Что с этой штукой? Оболочка из Сомбры больше не сохраняла прежнюю твёрдость. Чёрная масса размякла, словно глина, поползла с лица и начала втягиваться обратно в тень. ⇒ «Сомбра» защитила ваше тело от демонической энергии. ⇒ «Сомбра» проходит реорганизацию. Присмотревшись, я заметил, что Сомбра покрыла кожу тончайшей плёнкой и приняла на себя физическое воздействие Остаточных мыслей. Но это всё равно казалось странным. Даже черта злодея «Сосуд Короля демонов» не должна была защищать от прямого повреждения. — Эта штука точно живая. После смертельно опасной ситуации в Святом королевстве подобные мысли посещали всё чаще. Сомбра сама решила защитить меня, хотя приказа не было. Точнее, скорее защищала собственную жизнь, но результат от этого не менялся. — Полезный эгоизм тоже полезен. Ослабленная Сомбра со временем должна была восстановиться, однако сколько это займёт — неизвестно. Существовал способ ускорить процесс. — Я даже знаю какой. Демоны лечат раны, пожирая друг друга. Но станет ли нормальный человек, пусть даже сумасшедший, есть демона? Кроме северных варваров, подобное вряд ли практикуется. Наверное. — Буэ. От одной мысли, что эту липкую дрянь придётся засунуть в рот, меня едва не вывернуло. Даже сознание Джулиана, похоже, испытало отвращение — тело невольно передёрнуло. — Лучше восстановить Сомбру Камнем души. Медленнее, зато без подобных мерзостей. К счастью, у меня оставался запасной камень, полученный в Святом королевстве. Теперь, когда с Айденом было покончено, стоило вернуться в поместье, отдохнуть и подготовиться к дальнейшим событиям… — Сэр Чёрный Рыцарь? За спиной раздался голос Айлин. Я рефлекторно обернулся и лишь в последний миг вспомнил: — Блять! Маска повреждена. Я застыл на полпути, чтобы случайно не заговорить. С открытым лицом любая фраза немедленно выдала бы вежливую манеру Джулиана. — Эм… Позади послышался удивлённый вздох. Видимо, Айлин заметила растёкшиеся Остаточные мысли. — Где сэр Айден? Логичный вопрос. Только что здесь сражались двое, а теперь один бесследно исчез. Из-за густой дымки, возникавшей при соприкосновении Остаточных мыслей и Сомбры, Айлин не видела, что произошло, и продолжала спрашивать. Я хотел ответить, но… — Кх… Вежливая речь снова рвалась наружу, поэтому открывать рот было нельзя. Что делать? Ни сказать ни слова, ни повернуться. В этой удушающей ситуации оставался универсальный язык — жесты. Шух. Я указал рукой на обрыв. — …Понятно. Простое движение оказалось достаточно красноречивым. В голосе Айлин прозвучала горечь. Тем временем маска окончательно растеклась. Шлёп. Комок Сомбры упал на камень, и звук разнёсся по каналу. — Кровь?.. Вы ранены?! Нет, не подходи. Серьёзно, даже не думай приближаться! Не оборачиваясь, я поднял меч и преградил ей путь. — Если вы ранены, нужно немедленно обработать рану! Здесь клубится демоническая энергия! Айлин говорила, что энергия может проникнуть внутрь и усугубить повреждения, но я думал лишь об одном. «Нет. Вы опаснее любой демонической энергии». Впереди пропасть. Позади Айлин. Личность раскрывать нельзя. Блять. Меня загнали в угол. — Выходите оттуда! Остаточных мыслей становится больше! Она не ошибалась. Из дыры в потолке продолжала литься густая масса. — Это бессмысленно. Хорошо, я сама к вам подойду! Нет. Стой на месте! От испуга я рефлекторно открыл рот. — Не нуж… Госп… Го… Вежливая речь почти сорвалась с языка. — Кх! Я прикусил язык и оборвал себя. Слова удалось остановить, но Сомбра, скрывавшая Лунный Меч, тоже потеряла форму. Да что за издевательство? Чтобы спрятать яркий клинок из самоцвета, я быстро убрал его в ножны и шагнул к обрыву. «Если этот сброс ведёт к водохранилищу, ниже должен быть другой проход…» Есть! — Подождите, что вы…?! Увидев, что я собираюсь прыгнуть, Айлин вскрикнула. Наверняка со стороны это выглядело как безумие. Даже мне происходящее казалось абсурдным. Не теряя времени, я прыгнул вниз. Чуть ниже ухватился за выступ, ведущий в боковой канал, и поспешно скрылся внутри. *** — Кх…! Айлин подошла к месту, откуда прыгнул Чёрный Рыцарь, но из-за плотной демонической энергии отшатнулась и прикрыла рот. Он не мог просто покончить с собой. Наверняка увидел внизу путь и принял решение. Но почему? Айлин не сумела определить природу жидкости на полу и решила, что это кровь. — Рана выглядела тяжёлой, но он почему-то предпочёл сбежать… Раньше мужчина не избегал разговора. Почему же теперь исчез? — Неужели ушёл, потому что не хотел показывать слабость? Человек, скрывавший личность под маской, очевидно, никому не доверял. Такие люди скорее сбегут, чем позволят другому увидеть себя раненым. — Упрямый дурак. В подземелье он убрал направленный на неё меч, словно демонстрируя доверие. Но самой Айлин ответить тем же не позволил, и это раздражало. Впрочем, какое ей дело? Он был посторонним человеком. Отбросив неприятные мысли, Айлин снова посмотрела на пропасть, куда стекали Остаточные мысли. — Айден… Из-за энергии подойти ближе было невозможно, но высота обрыва ощущалась даже отсюда. Чёрный Рыцарь прыгнул и наверняка каким-то образом выжил. Но Айден? Хрупкое тело мага едва ли выдержало такое падение. Скорее всего, нет. *** Вернувшись в поместье, я вымылся горячей водой, переоделся в удобную одежду и вскоре услышал от слуги, что прибыл гость. Дверь открылась, и в комнату вошло знакомое лицо. Корунд? — П-простите меня, сэр Джулиан! Едва переводя дыхание, он рухнул в поклоне. — Айден развернулся на полпути, поэтому я не смог заставить его отключить все устройства! Хотелось вздохнуть, но честное признание даже понравилось. Страх перед Джулианом явно выбил из него всякую способность юлить. — Ничего страшного. Я уже разобрался со всем, что меня беспокоило. — Р-разобрались? — Любопытно? Могу рассказать. От одного слова над головой Корунда вспыхнул насыщенный Цвет Страха. — Н-нет! Совсем не любопытно! — Поднимите голову, сэр Корунд. Вы ведь тоже приложили некоторые усилия. Он осторожно выпрямился. — У-усилия… Значит, вы оставите меня в живых? Жизнь или смерть. Если честно, я никогда всерьёз не решал судьбу Корунда. Почему же он так уверен, что я собирался его убить? А, Пинтель. — Что бы ни наговорил вам сэр Пинтель, всё в порядке. В конце концов, мы оба епископы. — Б-благодарю! Наверное, полезнее было бы оставить его дрожать от ужаса, но я испытал немного сочувствия. — При первой встрече вы выглядели значительно полнее. От стресса или потери аппетита Корунд заметно похудел. Диета на страхе, значит. Эффективная штука. — Благодарю за старания. А теперь покиньте поместье, сэр Корунд. Мне нужно заняться личным делом. — Разумеется! Корунд поспешно поклонился и ушёл. В последнее время епископы всё чаще наведывались в мой дом. Со стороны можно было решить, будто верховный понтифик здесь я. «…А может, попробовать?» Когда гость покинул поместье, я приказал дворецкому никого не впускать в кабинет и не принимать посетителей. Затем достал из ящика маленькую шкатулку. Внутри лежал Камень души. Остаток трёхрогого демона Иделя, который едва не убил меня в Святом королевстве. — Если Сомбра поглотит его, то должна хотя бы частично восстановиться. Камень был настолько чёрным, что вызывал почти физическое отвращение. Причина заключалась не только в демонической энергии: мерзкая жидкость недавно прожгла одежду, и воспоминание было слишком свежим. — Но как его скормить? Положить Камень души в миску и приказать Сомбре поесть? Я уже воспринимал её как живое существо, но со стороны это выглядело бы так, словно я балую домашнего питомца. Сомбра была напарником, а не ручным демоном. — …Поглоти. Держа Камень души на ладони, я вспомнил, как тень впитывала предметы раньше, и направил её к самоцвету. Стоило появиться еде, как Сомбра тут же ожила. Ну конечно. Демон как демон: покажи пищу — и готов отдать за неё жизнь. Ш-ш-ш. Тень обвилась вокруг Камня души, несколько раз осторожно ткнула его, словно проверяя, затем неожиданно замерла и втянулась обратно. По странному ощущению внутри мне показалось, что она недовольно надулась. Что это значит? — Ты ещё и привередничаешь? ---------- Человечность (2) У меня было достаточно знаний об этом мире, но реального опыта всё ещё не хватало. И всё же я считал, что неплохо приспособился. Однако мысль о том, что демон оказался привередливым едоком, вызвала невольный, совершенно растерянный смешок. — И что тебе не нравится? Из-за слишком человеческого поведения я всё чаще обращался с Сомброй как с отдельной личностью. Тень снова выползла наружу и приблизилась к Камню души Иделя. Она явно пыталась заставить себя съесть его. Даже похвально… Тук. Камень души, выплюнутый Сомброй, покатился в угол кабинета. Мне показалось или она действительно сделала это с выразительным «тьфу»? — …Какой абсурд. Сомбра по-прежнему не могла удерживать форму. С языка едва не сорвалось: «Я делаю это ради тебя». Но я вовремя промолчал. Всё-таки я ей не родитель. Так или иначе, невозможность использовать Сомбру серьёзно мешала дальнейшим планам. Она была моим оружием, щитом и маской, скрывавшей личность. — Если ты не съешь Камень души, тогда… М-м? Повернув голову, я заметил отброшенный камень Иделя. Он и раньше испускал зловещую ауру, но после контакта с Сомброй демоническая энергия в камне забурлила ещё сильнее. «Что происходит?» Удивлённый странной реакцией, я осторожно подошёл ближе. Давление сразу усилилось вдвое. Однако оно оставалось вполне управляемым. Благодаря черте «Сосуд Короля демонов» я мог в некоторой степени подчинять демоническую энергию. Когда поднял камень, сильная дрожь передалась прямо в ладонь. «Он меня отвергает». Я понял это инстинктивно. Камень души отвергал не просто меня, а Джулиана. Будь это обычный камень, я бы усомнился в подобном выводе. Но он принадлежал Иделю Хайрансу. Он был последним выжившим из семьи, уничтоженной Джулианом. Естественно, в нём сохранилась чудовищная ненависть. «Неужели жизненный опыт влияет на Камень души даже после смерти?» Забавно. «Не сумел отомстить при жизни — попытается после смерти». Так, что ли? — Если бы в твоей ненависти действительно была сила, ты бы не оказался маленьким камешком в моей руке. Бессмысленный монолог. Но я не удержался от смеха над душой Иделя, которая даже после превращения в камень цеплялась за желание отомстить. В этот момент мои мысли совпали с мыслями Джулиана, пусть и по разным причинам. Я просто искал замену для восстановления Сомбры. Джулиан же по привычке презирал слабость того, кто оказался у него в ладони. — Теперь понятно, почему Сомбра отказывается его есть. Я вернул Камень души в шкатулку. Использовать его не получалось, а если кто-нибудь увидит такую вещь, появятся лишние проблемы. Пусть возможность восстановить Сомбру была упущена, камень всё равно мог пригодиться позднее. — Тогда где искать другой? Пробормотав это, я взял лейку, стоявшую на рабочем столе. Пришло время полить растения. Занимаясь орхидеями, я остановился возле знакомой таблички. «Анжелика». Самая красивая и ухоженная из всех. Именно поэтому я так и не смог выбросить табличку с её именем. На месте растения остался пустой горшок. Корни были повреждены настолько сильно, что спасти орхидею не удалось, и при виде пустоты во рту появился горький привкус. «Если подумать…» Анжелика погибла из-за безрассудной выходки Джошуа. Точнее, из-за мага, ворвавшегося вместе с ним. Ублюдки. Но сейчас требовался Камень души для лечения Сомбры. «Точно. Один остался у семьи Крайпарт». Реликвия матери Джулиана, Милены. Сейчас она хранилась у третьего сына рода Крайпарт — Геранда, но формально вещь всё ещё принадлежала мне. «Раз камень Иделя меня отвергает, придётся воспользоваться тем». Нужно как можно скорее договориться о встрече с Герандом. Тук-тук. Я продолжал поливать орхидеи, когда в дверь постучали. После разрешения войти в кабинет появился знакомый человек. Лазлот — член Ордена Рассвета и стажёр «Закрытых Глаз». — Какая сейчас обстановка при императорском дворе? Я вызвал его, чтобы узнать, что происходит во дворце. Смерть Айдена официально не подтвердили. Он числился пропавшим без вести, поэтому императорская семья начала расследование. — Во время проверки обнаружились косвенные следы экспериментов над людьми. Теперь к расследованию подключилась и Магическая башня. — М-м. Я коротко задумчиво промычал. Не ожидал, что исчезновение Айдена заметят настолько быстро и почти сразу найдут незаконные опыты. «Похоже, Айлин уже действует». Было бы проще, если бы она промолчала. Её принципиальность наверняка создаст мне ещё немало лишних проблем. — Род Донасьен оказался в крайне затруднительном положении. Кандидат на место главы семьи занимался подобными делами, а теперь ещё и исчез. Настоящая головная боль! Я коротко рассмеялся. Лазлот попытался поддержать, но его лицо застыло где-то между улыбкой и слезами, а над головой заклубился Цвет Страха. — Д-да. Именно так… — Но, Лазлот, меня кое-что интересует. — Спрашивайте. — Я слышал, что «Закрытые Глаза» начали расследовать деятельность Ордена Рассвета. Это правда? — Ах… Лазлот тихо вздохнул. — До меня тоже дошли слухи. И, признаться, странно, что я как сотрудник «Закрытых Глаз» ничего об этом не знал. Это действительно было серьёзно. Джулиан считался лицом и символом «Закрытых Глаз», но организацию Ордена расследовали без единого доклада мне. Неужели императорская семья заподозрила мою связь с культом и намеренно исключила из дела? — Расследование ведётся, но пока в небольшом масштабе. Вероятно, поэтому командир Одвин вам не сообщила. Понятно. Да, лицом «Закрытых Глаз» был я, но настоящим командиром оставалась Одвин Валадир. — К тому же о существовании Ордена Рассвета почти никому не известно. — Безумцы, мечтающие воскресить Демонического бога. Им самое место в изгнании. После резкой фразы Лазлот неловко улыбнулся и отвёл взгляд. — Кто отвечает за расследование? — Что? — Мне просто любопытно. Знать имя не помешает. Я не собирался предавать «Закрытые Глаза», но Тенелон лично интересовался этим делом. Лучше заранее понимать, кто может оказаться в опасности. — Ферн. Раньше он служил в Рыцарях Лазурного Льва. — М-м… Ферн. Это могло стать проблемой. Он был достаточно заметной фигурой среди «Закрытых Глаз», поэтому Орден Рассвета наверняка уже приставил к нему наблюдателей. «Хотя бывший рыцарь Лазурного Льва должен уметь постоять за себя». Даже если расследование продолжится, пробраться сквозь настолько плотную тьму будет непросто. Орден связывало слишком много влиятельных дворян, и одна ошибка могла стоить жизни. Достаточно посмотреть на нынешнюю ситуацию. «Несмотря на всё, что натворил Айден, ни один след не ведёт к Ордену Рассвета». Влияние культа на Империю было очевидно. — Если Ферн начнёт вести себя странно, остановите его. — …Сомневаюсь, что бывший рыцарь Лазурного Льва послушает такого новичка, как я. — Тогда скажите, что это мой приказ. Лазлот согласно кивнул. Новичка он мог проигнорировать, но моё имя наверняка услышит. В конце концов, мой ранг выше. «Я сказал прыгать — значит, прыгай». Рыцари обожают подобные выражения. *** Джошуа долго размышлял над недавней встречей с Корундом. «Не ожидал, что сэр Корунд отреагирует настолько остро…» Он не знал истинной причины, но примерно понимал, что вызвало страх епископа. Имя Джулиана. Поддержка рода Крайпарт и покровительство Совета Старейшин выглядели заманчиво, однако для Корунда всё это не могло сравниться с репутацией безупречно вежливого и совершенно бессердечного человека. Идя по коридору поместья, Джошуа услышал голоса из гостиной и остановился. — Старший брат Хьюберт, сколько ты выпил вчера? — Угх… Заткнись и принеси воды. В комнате разговаривали похмельный второй сын Хьюберт и третий сын Геранд. «…Бесполезный идиот». Мысленно презрительно цокнув языком в сторону Хьюберта, Джошуа заметил обеспокоенное лицо Геранда, но всё равно продолжил путь к себе. «Блять, почему брат Геранд защищает этого психа?!» Чем больше он размышлял, тем сильнее раздражался на третьего сына, который на недавнем семейном совете поддержал Джулиана. Геранда никогда не рассматривали как кандидата на место главы. У него не было влияния, да и сам титул его не интересовал. Именно поэтому Джошуа уважал его и относился гораздо лучше, чем к остальным братьям. Но в ответ получил поддержку Джулиана. — Угх… Ладно, забудем. Он хотел выплеснуть накопившееся раздражение, но вовремя сдержался и лишь тяжело вздохнул. Орнн постоянно напоминал, что наследник рода не должен пользоваться грубой речью. Кроме того, что бы ни произошло, Джошуа не хотел оскорблять Геранда. Когда первый и второй братья отвернулись от дел семьи, именно Геранд продолжал изо всех сил трудиться ради гордости Крайпарт. Джошуа не мог высмеивать эти старания. Он всё ещё помнил, как Орнн ругал Геранда, пока второй брат осыпал его проклятиями. Геранд просто хотел сделать хоть что-нибудь полезное для семьи. — Наверняка у старшего брата есть причины, но… М-м? В поместье внезапно поднялась суета. Род Крайпарт входил в число четырёх великих семей. Пусть по их меркам они жили сравнительно скромно, само поместье оставалось огромным и величественным. Если настолько большой дом пришёл в движение, значит, прибыл крайне важный гость. Джошуа быстро переоделся и поспешил ко входу. Перед поместьем остановилась карета. На дверце золотом были вышиты герб Крайпарт и символ Совета Старейшин. Скрип! Дверь открылась, и наружу вышел пожилой мужчина с упрямым, невозмутимым лицом. Джошуа сразу широко улыбнулся и почтительно поприветствовал его: — Дедушка Орнн! Он намеренно поднял голос чуть выше обычного. Джошуа прекрасно знал, что подобное проявление радости нравится деду. — Ох-ох-ох! Мой любимый щеночек! Из кареты вышел Орнн, бывший глава рода Крайпарт. Стоило ему увидеть Джошуа, как суровое лицо расплылось в счастливой улыбке. — Как ты узнал, что я прибуду именно сейчас? Поездка была внезапной, предупредить тебя не могли! — Разве мне нужны предупреждения, чтобы почувствовать приближение дедушки? — Ах ты маленький прохвост! Иди сюда, обними старика! — Я уже слишком взрослый для этого. Джошуа вежливо отказался с лёгким смехом. Кучер и слуги рядом тут же напряглись. Орнн славился властным характером. Понимая это, Джошуа шагнул вперёд и широко улыбнулся, пытаясь разрядить обстановку. «Он позволяет слегка оспаривать свой авторитет. Но только тем, кого любит». Джошуа не знал, сочтёт ли дед подобное поведение дерзостью, однако решил сыграть на его характере. — Бва-ха-ха! Наш маленький щенок и правда вырос! «Как и ожидалось». Уловка сработала, и Джошуа внутренне усмехнулся. — Но где остальные? Неужели только младший Джошуа вышел встретить меня? — Старший брат Хьюберт и старший брат Геранд тоже находятся в поместье, но… — Пф. Бесполезные ничтожества. Резкая холодность в голосе, совершенно не похожая на обращение к Джошуа, заставила его вздрогнуть. — Значит, Геранд внутри? «Да». Джошуа уже собирался ответить, но встретился с глазами Орнна. В них полыхало пламя, готовое вырваться наружу. — Эм… Ну… В груди зародилось тревожное предчувствие. Сегодня с братом Герандом могло произойти нечто плохое. — Я только недавно вернулся из академии и сам не знаю. Мы с братьями не настолько близки. Поняв это, Джошуа решил солгать. ---------- Знакомый просчёт Сколько Джошуа ни размышлял, он не мог понять собственного поступка. Ему никогда особенно не было дела до того, что произойдёт с Герандом. «…Блять, зачем я соврал?» Обычная суровость в глазах Орнна сменилась леденящим холодом. От него исходило настоящее намерение убить. Джошуа инстинктивно солгал, почувствовав, что эта угроза направлена на Геранда. «Дед особенно ненавидит его…» Орнн обладал большей властью, чем нынешний глава семьи, отец Джошуа. Будучи фактическим хозяином рода и председателем Совета Старейшин, он пользовался таким влиянием, что перед ним склоняли головы даже высокопоставленные дворяне. Такой человек никогда не считал Геранда достойным внимания. Вставать на его защиту было строго запрещено. Джошуа прекрасно это понимал. Понимал, но… — Мне показалось, что я видел его совсем недавно, однако теперь не уверен. Возможно, он вышел. — Вот как? М-м… Орнн вздохнул, словно удовлетворившись неопределённым ответом. — Если он вернётся, я сразу свяжусь с вами, дедушка. Мягко улыбаясь, Джошуа решил продолжать ложь и попытаться выпроводить Орнна. Даже если дед войдёт в поместье и найдёт Геранда, всегда можно сказать, что он ничего не знал. — Ха-ха. Мой дорогой щеночек. Орнн положил огромную ладонь ему на плечо. Рука, закалённая долгой рыцарской службой, казалась вдвое шире плеча Джошуа. — Значит, Геранд всё-таки находится в поместье? В глазах старика блеснул свет, а пальцы сжались сильнее. — Кх… Плечо пронзила такая боль, будто кость вот-вот раздробят. Но Джошуа сохранил спокойное лицо и сделал вид, что ничего не понимает. — Первого и второго сыновей ты никогда не называл братьями. А Геранда всегда зовёшь «старшим братом», верно? Джошуа вздрогнул от точного наблюдения. «Блять. Он понял?» Орнн был прав. Если бы Геранд однажды не помог Джошуа в детстве, тот никогда не завоевал бы нынешнюю благосклонность деда. — Кх… Кха… Боль усилилась, и из горла невольно вырвался стон. Орнн не обратил на него внимания и лишь сильнее сжал плечо. — На недавнем семейном совете Геранд предложил признать Джулиана полноценным членом рода и убрать из его имени приставку «Фрейсон». Джошуа присутствовал на той встрече и знал, о чём идёт речь. — Это недопустимо. Даже сама мысль отвратительна, а произнести подобное на официальном собрании — настоящее оскорбление. На самом деле тему поднял именно Джошуа. Он хотел признаться, но рука Орнна не позволяла открыть рот. Давление ощущалось как безмолвный приказ молчать. — Председатель Орнн? Появился Геранд и обратился к старику. Несмотря на родство, он называл собственного деда исключительно титулом. При виде этого Джошуа ощутил неприятный укол в груди. Зато давление исчезло, и он с облегчением выдохнул. Не появись брат, плечо действительно могли сломать. Хотя Орнн едва ли стал бы калечить любимого внука. На Геранда старик посмотрел иначе — остро, как обнажённый клинок. — Я слышал о произошедшем на семейном совете. — …Да. — Ты прекрасно знаешь, как я и Совет относимся к Джулиану. И всё равно осмелился произнести подобное? Под давлением властного голоса Геранд замялся. Ему и без того не хватало уверенности, чтобы защищать собственные решения. За спиной нередко шептались, что настоящим полукровкой был скорее он, чем Джулиан. Перед Орнном Геранд чувствовал себя беспомощным зверьком. — Но, председатель Орнн, в последнее время Джулиан не устраивает бессмысленных скандалов и не позорит имя семьи… — Геранд! От громового крика вздрогнули оба брата. — Я не собирался решать это словами, но больше не могу терпеть твоё поведение! В глазах Орнна полыхнул огонь. — Ты немедленно пройдёшь «Испытание наследника». Следуй за мной на тренировочную площадку! «Испытание наследника». В годы, когда Орнн возглавлял род, под таким названием проводилось воспитание будущих преемников. На деле оно представляло собой боевую проверку, замаскированную под дуэль. Теперь у Орнна официально не было права назначать подобное испытание, но никто не осмеливался вмешаться. Даже появление нынешнего главы Обена едва ли остановило бы старика. По сути, дед собирался наказать внука, запятнавшего честь семьи. Джошуа сразу понял: это не экзамен, а предупреждение и жестокий урок. Урок, в котором ломаются кости и рвётся плоть. *** Бух! Бух! — Кха…! По тренировочной площадке разносились стоны Геранда. — Встань. Орнн холодно смотрел, как внук корчится на земле. До того как стать главой рода, он был прославленным рыцарем. Пусть до уровня Святого Меча не дотягивал, его мастерство признавали по всей Империи. Великий полководец, вписавший своё имя в историю Северного фронта, даже в старости сохранил крепкое тело и силу. — Кх… кх… — Я приказал встать! Бух! Нога Орнна врезалась Геранду в солнечное сплетение. Воздух с хрипом вырвался из лёгких. Увидев кровь на его губах, Джошуа зажмурился. Крайпарт славились крепкими телами, но Геранд с детства боялся меча и никогда по-настоящему не тренировался. Его слабое тело не могло выдержать силу Орнна. «Старший брат…» Вместо острого клинка использовался деревянный меч, но и им легко убить человека. Геранд не умел покрывать тело аурой, поэтому каждый удар был особенно опасен. — Вставай! Бух! Орнн безжалостно опустил деревянный меч ему на спину. «Нужно остановить». Избитый Геранд уже выглядел настолько ужасно, что смотреть было невозможно. Джошуа хотел вмешаться, но… «…Кх». Ноги не двигались. Ему предстояло выступить против настоящего центра власти рода Крайпарт — человека, чьё слово весило больше приказа нынешнего главы. «Противоречить деду…» Это означало отказаться от защиты семьи. Пока в душе Джошуа боролись страх и совесть, Орнн заговорил: — Мне никогда не нравился твой характер. Боишься меча, не способен поддерживать отношения с дворянами, постоянно ведёшь себя как жалкий идиот! Джошуа прикусил губу. — Первый и второй тоже не годились в главы рода, но хотя бы не были настолько бесполезны! Орнн наконец прекратил избиение и посмотрел сверху вниз на стонущего Геранда. — Теперь твоё мнение изменилось? Ты всё ещё считаешь, что из имени Джулиана нужно убрать «Фрейсон»? Насилие ради нужного ответа. Как это можно называть испытанием? И всё же Джошуа молчал. «Старший брат, скажи всего одно слово». Откажись. — П-председатель Орнн… Геранд с трудом заговорил. Тело было покрыто потом, кровью и синяками. Казалось, оно вот-вот сломается окончательно. «Просто скажи это». Скажи, что Джулиан остаётся опухолью на теле рода. — Я-я до сих пор помню день, когда хоронили госпожу Милену… Вопреки ожиданиям, Геранд продолжил. Голос дрожал от боли, но в глазах впервые появилась настоящая сила. — Вы заставили ребёнка собственными руками вырыть могилу и в одиночку положить тело госпожи Милены в гроб! — Кто захотел бы смотреть на северную дикарку и тем более касаться её? — Они были подданными Империи… Просто жили на севере… — Кхе-кхе! На тренировочной площадке воцарилась тишина. Охрана Орнна, слуги поместья и даже Джошуа одновременно поняли: сейчас произойдёт нечто страшное. — Я хотел ограничиться предупреждением, но выбора ты не оставил. На руке Орнна, сжимавшей деревянный меч, вздулись вены. Конец оружия окутала голубоватая энергия. Слабая, но несомненная аура. — Д-дедушка! Может, на сегодня достаточно?! Джошуа выкрикнул это, не успев подумать. Орнн даже не остановился. «Нужно вмешаться». Если позволить ему продолжить, потом все будут сожалеть. Но ноги по-прежнему не двигались. Орнн возвышался перед ним, словно гора, и одно неповиновение грозило уничтожить самого Джошуа. — Если для твоего вразумления недостаточно руки или ноги… — А-а-а-а! Снаружи раздался чей-то крик. Все обернулись. — Что происходит? — первым спросил Орнн. Прежде чем слуги успели проверить, двери тренировочной площадки открылись. Топ. Топ. Внутрь вошёл незваный гость. Человек с дурной славой, но спокойной и благородной осанкой, медленно осмотрел собравшихся. — Я пришёл навестить старшего брата Геранда, однако вижу, что у него уже есть гости. Мужчина с узкими глазами говорил мягко и улыбался. Эта улыбка словно насмехалась над родом Крайпарт, который превыше всего ставил приличия, но лицемерно прикрепил к имени собственного сына ярлык «Фрейсон». *** «Что здесь, блять, происходит?» Я растерянно смотрел на Геранда, которого буквально заколачивали в землю. С самого начала всё казалось подозрительным. Когда я узнал, что старший брат находится на тренировочной площадке, то направился сюда, но один из охранников попытался преградить мне путь. Обычно они не проявляли подобной решительности. «Наверное, не стоило его вырубать». Может, следовало просто развернуться и уйти. Но теперь поздно. Раз уж ворвался, придётся соответствовать собственному образу. На площадке повисла неловкая тишина. Чтобы уйти при таком количестве свидетелей, требовалось сделать это впечатляюще. Особенно потому, что здесь находился Джошуа. Я держал его слабость в руках, но не хотел полностью разрушать семейную иерархию. «Пусть ближайший рыцарь попробует меня задержать. Я великодушно уступлю и покину место». Едва мысль оформилась, один из мужчин заговорил: — Убирайся. Здесь не место отбросам вроде тебя… Он не ограничился словами и протянул руку, собираясь меня оттолкнуть. В этот момент я почувствовал неладное. ⇒ «Сомбра» реагирует на враждебность. ⇒ Начинается контратака для защиты владельца. Я ничего не приказывал, но тень уже готовилась ударить рыцаря. «Блять! Почему сейчас?!» После поглощения Остаточных мыслей в подземном канале ослабленная Сомбра стала особенно чувствительной к любой угрозе. Видимо, инстинкт подсказывал ей, что нового повреждения она не переживёт. Скорость ещё не восстановилась, но если тень проявится при таком количестве людей, всё равно будет заметна. «Тогда…» Все узнают, что Чёрный Рыцарь — это я. Допустить подобное нельзя. У меня оставалось слишком много дел. Не раздумывая, я перехватил протянутую руку и резко выкрутил. Хруст! — А-а-а! Рука! Неожиданное движение застало рыцаря врасплох. Однако он быстро попытался вытащить меч свободной рукой. «Не выйдет, придурок». Короткий удар ногой выбил оружие вместе с ножнами. Чтобы не позволить ему снова дёрнуться, я прижал мужчину к себе и перехватил горло. — Кх… Кх… Рыцарь отчаянно вырывался. Сомбра восприняла сопротивление как продолжающуюся угрозу и не прекращала готовить атаку. «Да блять…» Выбора не осталось. Я вытащил меч и приставил клинок к горлу пленника. Лишь тогда тот наконец перестал бороться. Напряжение внутри ослабло. «Фух. Кажется, Сомбра успокоилась». — Ч-что ты творишь?! Все потрясённо уставились на меня. Орнн, Джошуа, рыцари. Кроме простых слуг, буквально каждый смотрел так, словно произошло нечто немыслимое. Почему? Разве обезвредить одного рыцаря настолько удивительно? Из-за плохого зрения я прищурился ещё сильнее, осмотрелся и наконец внимательнее посмотрел на пленника. «Погодите… Его лицо кажется знакомым». На наплечнике был отчеканен узнаваемый герб. Символ рода Годрихт — одной из четырёх великих семей Империи наряду с Крайпарт. Стоп. Стоп. В голове замелькали имена представителей Годрихт. Среди них хватало и фигур уровня Святого Меча, и людей, сопоставимых с Джулианом. Влияние четырёх великих родов невозможно было переоценить. «А я только что на глазах у всех угрожал жизни одного из Годрихт…» Мне пиздец. ---------- Укол совести (1) В Империи практически не существовало дворян, не знавших о величии четырёх великих родов. Если Крайпарт ценили прежде всего военную силу, то семья Годрихт пользовалась огромным влиянием в политике и высшем обществе. Даже ходила поговорка: «На приёме Годрихт льва превратят в кролика». Связываться с такой семьёй не пожелал бы ни один здравомыслящий дворянин. Стоило появиться дурному слуху, как последствия обрушивались не только на виновника, но и на весь его род. Однако в игре Годрихт редко выходили на передний план. Они предпочитали действовать из тени, незаметно управляя людьми и событиями. Поэтому раньше я почти не обращал на них внимания. Теперь же столкнулся с одним из них лицом к лицу. Чем дольше этот мир становился для меня реальностью, тем больше скрытых деталей игровой истории открывалось. Например, старший сын рода Годрихт Альба искренне восхищался Джулианом. Или то, что чувства Джулиана к матери были настоящими и глубокими — совершенно несвойственная злодею черта. Осознанно или нет, я всё сильнее приспосабливался к этому миру. — Герб рода Годрихт… Я посмотрел на символ семьи, с которой меньше всего хотел связываться, и пробормотал это вслух. К тому, что мысли сами превращались в вежливую речь, я уже привык. Но сейчас фраза прозвучала особенно неуместно: окружающие наверняка услышали в ней угрозу. — Да. Человек, которого ты держишь, — один из детей семьи Годрихт. С тренировочной площадки ответил крепкий пожилой мужчина с суровым лицом. Аккуратно собранные белые волосы резко контрастировали с грубыми чертами. По осанке было понятно: в прошлом он неплохо владел мечом. «Это ведь Орнн Крайпарт?» Истинный властитель семьи Крайпарт и один из знаменитых полководцев, когда-то покорявших Северный фронт. Прошлая слава давно померкла, а сам он превратился в упрямого старика, однако тяжёлая фигура и мастерство никуда не исчезли. «По исходящей силе понятно: обычный рыцарь рядом с ним долго не продержится». Не просто кабинетный интриган. «Неприятный человек». Джулиан презирал почти всех представителей рода Крайпарт. Поэтому и мой взгляд на Орнна трудно было назвать дружелюбным. — Сэр Орнн, для своего возраста вы сохранили удивительную бодрость. — Ты… Услышав скрытую насмешку, старик поднял глаза и пронзительно посмотрел на меня. Кожу обожгла тяжёлая злоба. Но я прожил уже достаточно, чтобы не съёживаться под подобным давлением. — Отпусти Йернгора. — О, так это сэр Йернгор? Я намеренно изобразил знакомство и посмотрел на мужчину, чья жизнь сейчас находилась в моих руках. «Вот же повезло. Он действительно принадлежит к одному из четырёх великих родов». Провоцировать Годрихт не имело никакого смысла. К тому же через Альбу эта семья поддерживала со мной кое-какие отношения. «Не стоило создавать лишние проблемы». Но из-за чрезмерной реакции Сомбры выбора не было. Когда наши взгляды встретились, вся прежняя дерзость Йернгора исчезла. Он задрожал от страха. Понять его можно. В его глазах Джулиан выглядел настоящим чудовищем. «Проклятое лицо». Настолько пугающее, что плачущие дети мгновенно замолкают, а хромые вскакивают и бегут. В общем, крайне тревожная внешность. Сначала требовалось спокойно выйти из ситуации. Одно новое ругательство к моей славе почти ничего не добавит, но конфликт мог помешать в будущем. Я решил найти с Йернгором общую тему и немного его успокоить. Ничто не сближает лучше общего интереса. Так, посмотрим… — Этот меч… Работа кажется превосходной. К счастью, подходящая тема нашлась. На ножнах Йернгора красовалось клеймо «Пламени Заката». — Отличное изделие. Я тоже постоянный клиент этой кузницы. — …Как ты смеешь это говорить, когда из-за тебя нам отказали в индивидуальном заказе? О чём он? Я вспомнил прошлое посещение «Пламени Заката». Когда пришёл к Лугеру Орланду чинить Лунный Меч, там находилась какая-то женщина, связанная с семьёй Годрихт. Кажется, одна из наложниц. «Он не просто рыцарь Годрихт». Это настоящий член семьи? Совпадение оказалось настолько нелепым, что я сухо рассмеялся. Почувствовав, что хватка ослабла, Йернгор отчаянно попытался вырваться. ⇒ «Сомбра» реагирует на враждебность. Да что с ним не так?! Опять! Оставлять ситуацию как есть было нельзя. Пришлось выбрать самый чистый и простой способ. — Ч-что ты… Я безжалостно передавил сонную артерию. Йернгор сопротивлялся ещё несколько мгновений, затем глаза закатились и тело обмякло. Представитель одного из четырёх великих родов потерял сознание с таким нелепым выражением, что я невольно отвёл взгляд. Кажется, я всё же не перешёл разумных пределов. — Безумец… — Ты окончательно перешёл черту! Рыцари сопровождения Орнна и несколько воинов Крайпарт принялись выкрикивать обвинения. — Хе-хе-хе-хе! Я не двинулся с места и ответил на упрёки громким смехом. — Ч-что смешного?! — Ты окончательно лишился рассудка? — Меня лишь забавляет происходящее. Йернгор Годрихт уже лежал без сознания. Отменить это было невозможно. Но настоящая причина моих действий совершенно не подходила для объяснения. Конечно, не подходила. «В моём теле живёт демон Сомбра, и я спас Йернгора, пока она не разорвала его на части. Разве вы не должны меня благодарить?» Кто в это поверит? Гораздо естественнее для Джулиана прозвучало бы: «Следовало сразу его убить?» Поэтому я быстро искал хоть какое-нибудь оправдание. — Старший брат Геранд — прямой наследник семьи Крайпарт. Сэр Йернгор, напротив, сын наложницы и едва ли заслуживает называться наследником. — Какое это имеет отношение к происходящему? — Разве не забавно? На самом деле мне было совершенно не до смеха, но свои действия требовалось как-то обосновать. — Вы всю жизнь рассуждали о чистоте крови и спокойно позволяли избивать старшего брата Геранда. Но стоило пострадать полукровке, как вы внезапно проявили заботу. Я насмешливо рассмеялся, высмеивая всех сразу. — Слушая тебя, я начинаю задаваться вопросом… Неприятный голос Орнна рассёк тишину. — Немедленно покинь владения Крайпарт. Это не место, куда имеет право ступать такой отброс. — Когда человек, который не является главой семьи, самовольно проводит «Испытание наследника», он нарушает установленные правила. Если это поместье нельзя назвать жалким, тогда что можно? Я прямо ответил на выпад, и глаза Орнна опасно сузились. — Или вы хотите… продолжить испытание? Геранд уже не мог подняться. Я молча предлагал занять его место. Орнн прекрасно понял смысл. Я даже с некоторым удовольствием приготовился обнажить оружие. В обычной ситуации я бы не захотел связываться с таким человеком. Он когда-то находился на вершине власти и мог позволить себе почти всё. Но произошедшее уже не исправить. — Старший брат Геранд не способен даже встать. Я пройду испытание вместо него, бывший глава Орнн. К тому же при виде Орнна во мне поднималась та же ненависть, что и при первой встрече с Обеном. Если старик примет вызов, часть меня будет почти счастлива. «Тогда всё точно не закончится обычным поединком». Сейчас я, возможно, действительно сумею его убить. Кровь яростно билась в висках, а тело жаждало боя. — Цок. К счастью или к сожалению, Орнн не пожелал продолжать. Он бросил деревянный меч ближайшему рыцарю и посмотрел на лежащего Геранда. — На сегодня достаточно. Если к следующей встрече ты не изменишь мнение, всё закончится гораздо хуже. Запомни. Высказав угрозу, Орнн поправил одежду и бросил на меня яростный взгляд. В глазах было больше, чем обычная враждебность, но я лишь спокойно улыбнулся. «Делайте что хотите». В отличие от прошлого, действия Орнна больше не вызывали страха. Я стал увереннее в собственной силе, а за спиной находился Орден Рассвета. В такие моменты действительно начинало казаться, что я превращаюсь в настоящего злодея. — Старший брат Геранд! Стоило Орнну уйти, как Джошуа бросился к пострадавшему. Вид Геранда был жалким. В таком состоянии спрашивать, где хранится оставленный Камень души, невозможно. — Чего стоите?! Немедленно отнесите старшего брата в комнату! По приказу Джошуа слуги поспешили поднять Геранда и вынести с площадки. — Д-Джулиан. Перед уходом Джошуа осторожно обернулся. — Спасибо… Он неловко поблагодарил меня и побежал вслед за братом. Кто бы мог ожидать от него подобных слов? Может, он не настолько плох. Пожав плечами, я направился следом. Джошуа бросил удивлённый взгляд, будто спрашивая, зачем я иду за ними. У меня тоже было дело к Геранду. *** — Угх… Кх… — Старший брат, ты в порядке? Измученный болью Геранд постепенно пришёл в сознание. Джошуа сразу наклонился и принялся внимательно его осматривать. — Да… Фух. Я всё ещё жив. Услышав ответ, Джошуа облегчённо выдохнул. — Джулиан… Где он? Проснувшись, Геранд первым делом начал искать его. Видимо, успел заметить визит между провалами в беспамятство. — Сказал, что ему нужно кое-куда зайти, и покинул поместье. — Наверное, отправился к могиле госпожи Милены. Незнакомое имя вызвало у Джошуа любопытство. — Госпожа Милена — мать Джулиана? — Да… Преодолевая боль, Геранд приподнялся на кровати. — Если подумать, ты никогда её не видел. — Нет. Я только слышал… Хотя, если честно, почти ничего. Имя Милены в семье было почти запретным. Орнн ненавидел её с фанатичной яростью. — Значит, тебя беспокоит, что госпожа Милена пришла с севера. — …Я никогда этого не видел, но слышал, что северяне выживают, пожирая демонов. Сама мысль о поедании демонов вызвала тошноту. Джошуа вспомнил человека, который превратился в чудовище из-за поддельного рога в поместье Джулиана. Тот истекал слизью и выглядел отвратительно. Они едят таких существ? Сознание отказывалось это принимать. — Я тоже не знаю настоящей жизни севера. Но в одном уверен. — В чём? — Госпожа Милена была куда благороднее меня. И совершенно не походила на дикарку. — …Как это связано с тем, что произошло сегодня? Джошуа по-прежнему не понимал. — Я не смог понять и твоих слов. Разве нельзя было хотя бы внешне согласиться с решением деда? Геранд терпел боль и смотрел младшему брату прямо в глаза. Он и сам знал: упрямство на тренировочной площадке выглядело бессмысленным. Но со временем поселившееся внутри чувство вины разрослось, словно плесень. — Когда госпожа Милена умерла, бывший глава Орнн приказал Джулиану самому вырыть могилу и положить её тело в гроб. — Что ты имеешь в виду?.. Потрясённому Джошуа Геранд рассказал о Джулиане в детстве. Тогда он был гораздо младше нынешнего Джошуа. В семье с ним обращались хуже, чем со слугой, но ребёнок держался с удивительным для своего возраста спокойствием. — «Мама была строгой только со мной». Несмотря на холод окружающих, Джулиан никогда не плакал. — «Но гроб, в котором лежала мама… оказался невозможным лёгким». Яркий и жизнерадостный ребёнок впервые заплакал лишь после смерти матери. Он изо всех сил пытался сдержаться, но боль переполняла глаза и стекала по щекам. Этот образ глубоко врезался в сердце Геранда и не исчез даже спустя годы. ---------- Укол совести (2) Могила Милены, матери Джулиана, формально находилась в семейном мавзолее Крайпарт. Однако её разместили настолько далеко от остальных, что это место правильнее было назвать окраиной. Изначально женщину вообще не собирались хоронить на территории главного поместья. Орнн Крайпарт, возглавлявший семью в те годы, яростно возражал. Но Обен настоял, что в этом вопросе не уступит, и силой добился своего. — Мавзолей огромен, а её всё равно засунули в самый дальний угол. Амбар размером с дворец, а сердце — с просяное зерно. Могила Милены оказалась такой маленькой, что выглядела тесной даже для покойника. Могила лишь формально находилась в границах владений Крайпарт. Казалось, семья намеренно сделала всё, чтобы она не выглядела частью родового кладбища. — М-м… Осматривая могилу, я почувствовал, как в груди поднимается глубокая тоска. Подобное ощущение уже возникало однажды. Чувство, совершенно несовместимое с Джулианом. Но оно продержалось недолго. Эмоция попыталась подняться, но словно оборвалась и растворилась в личности, которую я называл собой. — Вообще-то я не собирался сюда приходить… Фраза невольно сорвалась с губ. — Простите. Возможно, мне придётся воспользоваться одной из оставленных вами вещей. Для восстановления Сомбры требовалась реликвия Милены. Точнее, Камень души, вставленный в её ожерелье. Пользоваться вещью покойной без разрешения было неправильно. Пусть тело, которым я владел, принадлежало её сыну, чувство вины всё равно не исчезало. Я положил на могилу принесённый цветок. — Пожалуйста, простите меня. Нет… можете и не прощать. Я хотел попросить прощения, но в последний момент слова сами изменились. Похоже, так проявлялась личность Джулиана — его желание хотя бы ещё раз увидеть мать, даже если она стала бы его осуждать. — Молодой господин Джулиан, господин Геранд пришёл в сознание. Пока я стоял у могилы, подошёл слуга из главного поместья Крайпарт. Я кивнул и направился обратно. *** Когда вошёл в комнату старшего брата Геранда, его лицо выглядело настолько ужасно, что я ненадолго потерял дар речи. Со временем отёк только усилился. Черты почти невозможно было узнать, а вокруг глаз расползлись тёмные синяки. «Его избили основательно». Орнн действительно был опытным рыцарем. Даже калечил людей со знанием дела. — Выглядите отвратительно, старший брат. Думаю, даже бродяги из трущоб не доходят до такого состояния. — Д-да… Наверное. Возможно, при виде его лица от меня ожидали тёплых слов. Вместо этого вырвался короткий смешок, почти насмешка. Геранд слегка вздрогнул. — Так зачем ты приехал в главное поместье? — Забрать вещь, которую оставил у вас. — Оставил?.. Ах… Поняв, о чём речь, Геранд вздохнул и велел слуге принести нужное. Через несколько минут на стол поставили дорогую шкатулку. — Ты говоришь об ожерелье Милены. Вот оно… Кх. Геранд болезненно поморщился и тихо застонал. Мне было искренне жаль его, но «Непроницаемое лицо» не позволило чувствам проявиться. Сохраняя равнодушный вид, я подошёл к шкатулке и открыл крышку. Внутри лежало красивое ожерелье с Камнем души в центре. Именно та вещь, которую я оставил. — Благодарю, старший брат Геранд. — Н-не за что. Мы ведь… ну… Он явно хотел сказать: «Мы семья», но в последний момент замялся. — Кстати, что стало с орхидеей, которую я вам оставил? — Орхидеей? На лице Геранда отразилось полное недоумение. — С растением в горшке. — А-а…! По реакции всё стало понятно. Он забыл. Орхидее не требовалось много воды, но без заботы и внимания она всё равно не расцветёт. Разочарование оказалось настолько сильным, что я не сумел его скрыть даже словами. В моём прежнем мире выращивание орхидей было довольно обычным хобби. Здесь же всё обстояло иначе. Почему? Любой, у кого хватало денег ухаживать за растениями, скорее всего, был дворянином. А дворяне предпочитали создавать целые ботанические сады, а не заботиться об одном горшке. — Прости. Геранд извинялся, морщась от боли. Даже мне он показался жалким. — Ничего страшного. Вы и так хорошо справились, старший брат. — П-правда? Я кивнул, и он с облегчением выдохнул. — …Спасибо, Джулиан. — За что? — Джошуа рассказал. Если бы не ты, сэр Орнн мог избить меня до смерти… Голос Геранда стих. Наверняка ему самому было горько произносить подобное. Орнн приходился ему родным дедом, но обращался с внуком с чудовищной жестокостью. — Благодарить меня не нужно. Вы сохранили мои вещи, разве нет? — Но… — Это пустяк. И действительно пустяк. Я оказался на тренировочной площадке случайно. А вмешаться пришлось лишь потому, что Сомбра едва не вышла из-под контроля. — Всё равно хотел поблагодарить. Я подавил усмешку, встал и забрал шкатулку. — Берегите себя. Провожать меня не нужно. — Нет, раз уж ты приехал, я должен… Кх! Геранд попытался подняться, но от боли тут же рухнул обратно на кровать. — Если кто-нибудь вас увидит, решит, что это сделал я. Отдыхайте. — …Хорошо. Спасибо. На самом деле это я был ему благодарен. Он сохранил ожерелье и не позволил никому обнаружить Камень души. Оставив Геранда, я покинул главное поместье. Желание немедленно вылечить Сомбру было сильным, но пытаться сделать это здесь — настоящее безумие. *** Вернувшись домой, я сразу заперся в кабинете и открыл шкатулку. Перед глазами появилось ожерелье с Камнем души. Первой отреагировала Сомбра. В отличие от камня Иделя, эта реликвия вызвала у неё настоящий интерес. Однако позволять тени наброситься на ожерелье я не собирался. — Это память о человеке. Обращайся с ней уважительно. Щёлкнув пальцами, я оттолкнул облепившую шкатулку Сомбру. Ослабленная тень потеряла форму и растеклась, словно вода. Без полноценного восстановления она могла рассыпаться от одного движения. Отодвинув существо в сторону, я осторожно принялся извлекать Камень души из оправы. «Главное здесь не камень, а само ожерелье». Когда самоцвет отделился, я бросил его Сомбре. Тень радостно обволокла Камень души и начала кататься с ним, словно ребёнок с конфетой. От настолько наивного поведения я едва не рассмеялся. ⇒ «Сомбра» поглощает Камень души. Появилась знакомая надпись. ⇒ «Сомбра» считывает воспоминания, содержащиеся в Камне души. — Что это?.. Перед глазами замелькали странные образы. В другой ситуации видение могло бы напугать, но я сумел сохранить спокойствие, пока окружающая сцена менялась. *** Новое место удивительно напоминало главное поместье Крайпарт, которое я только что покинул. «Нет. Это оно и есть». Мебель стояла немного иначе, однако сомнений не оставалось. Когда я это понял, мимо прошла сереброволосая женщина со знакомым ожерельем на шее. «Это…» Грудь сдавило щемящее чувство. Гораздо сильнее, чем у могилы Милены. Неужели эта женщина… — Милена, может, хватит? Теперь уже ясно, что твои слова были не просто северным суеверием. Я оказался прав. «Милена». Мать Джулиана. Значит, Сомбра показывала воспоминания, сохранённые в её Камне души. Но как это возможно? Говорившим мужчиной был нынешний глава рода Крайпарт — Обен. Он выглядел значительно моложе, поэтому поначалу его было трудно узнать. — Если продолжишь, твоё тело окажется в опасности. Демоническая энергия разрушает человека изнутри! Демоническая энергия? Услышав слова Обена, я снова посмотрел на Милену. Только теперь заметил: женщина не просто носила ожерелье, а держала кого-то на руках. «Младенец?» Совсем маленький, ещё не отнятый от груди ребёнок. Глаза почти не открывались. Долго гадать не пришлось. Это был я — Джулиан Крайпарт Фрейсон. «Источник всех бед?» Или, наоборот, причина, по которой мне позволили продолжить жить? Смешанные чувства закрутились вихрем, пока я рассматривал лицо младенца. В руках матери он выглядел спокойным, но тело было пугающе маленьким, а кожа — мертвенно-бледной. «Он умирает». Без сомнений. Маленький Джулиан находился при смерти. Но если бы он умер тогда, нынешнего меня не существовало бы. — Если я ничего не сделаю, ребёнок погибнет. — Значит, такова воля природы. Как будущий отец вообще мог произнести подобное? Моё мнение об Обене в тот же миг рухнуло на самое дно. — Обен, ты ничем не отличаешься от остальных имперских дворян. — Можешь говорить что угодно, только остановись. Посмотри на Джулиана. Он настолько слаб, что удивительно, как ещё дышит. Обен торопил её, будто за ними кто-то гнался. — Ты сможешь родить другого ребёнка. Но если погибнешь сама… — Какие ужасные слова. Думать подобное ещё можно, но произносить вслух ты не имеешь права. — Хорошо, называй меня чудовищем. Только прекрати очищать демоническую энергию. Ты сама уже едва ходишь! Милена улыбнулась в ответ на его тревогу и коснулась ожерелья. Красный камень, который в Империи тогда ещё даже не имел названия, начал вливать демоническую энергию в её тело. — Пожалуйста… — Это мой ребёнок. И… Несмотря на мольбу Обена, Милена не остановилась. Она втянула значительный объём энергии из Камня души, очистила её в собственном теле и передала младенцу. — …твой. — Милена… Демоническая энергия, лишённая злобы и осквернения, вошла в тело Джулиана. На бледном лице постепенно появился цвет жизни. «Материнская любовь». Во мне поднялась буря чувств. В то же мгновение я понял нечто важное. Почему Джулиан, известный в истории злодей, оказался подходящим «Сосудом Короля демонов». Почему управление демонической энергией всегда давалось ему настолько естественно. «Всё началось здесь». Когда младенец ожил благодаря поглощённой энергии, над его головой появилась небольшая надпись, которую видел только я. ⇒ Получена новая черта: «Сосуд Короля демонов». ---------- Вопросы и сомнения (1) Ночной воздух постепенно холодел, и Обен чувствовал приближение конца долгого, утомительного сезона. Вернувшись домой после вызова в императорский секретариат, он первым делом направился не в главное поместье, а к могиле своей наложницы Милены. — Господин, если вы даже не заглянете домой, госпожа Силиона может обидеться. Старый рыцарь, следовавший позади, произнёс это осторожно. Обен слегка повернул голову. — Эхар, говоришь по собственному многолетнему опыту? — Кхм. Я всю жизнь любил только жену. Наложницам особого внимания не уделял. — Жестокая правда. От неожиданного ответа Обен горько улыбнулся. — «Не уделял внимания наложницам», значит. Он прекрасно понимал, в кого был направлен укол. — В любом случае наш брак с Силионой заключён по расчёту. Любви между нами нет. — Даже если вы так считаете, госпожа Силиона может думать иначе. — Сегодня ты слишком разговорчив, Эхар. Если собираешься болтать всю дорогу, лучше не ходи за мной. После сурового замечания Эхар провёл пальцами по губам, словно застёгивая рот. Жест совершенно не подходил его огромной фигуре, и Обен невольно усмехнулся, продолжая путь. Вскоре показалась могила Милены. По приказу Обена слуги ухаживали за ней, поэтому вокруг было чисто. Однако по сравнению с захоронениями остальных Крайпарт могила выглядела крохотной. — Вы всё ещё считаете это несправедливым? Госпожа Милена была наложницей, кем бы вы ни были. К тому же семья презирает кровь боковых ветвей… — Эхар, ты уже забыл мой приказ? Рыцарь мгновенно захлопнул рот. Обен медленно подошёл к могиле, собираясь, как обычно, положить принесённый букет. — М-м? На плите уже лежал чужой цветок. — Кто-то пришёл раньше. Геранд? Эхар покачал головой. — Тогда кто? — Слуги сказали, что заходил Джулиан. — …Джулиан? Неожиданное имя застало Обена врасплох. С тех пор как произошёл один давний инцидент, Джулиан не посещал главное поместье. Если сегодня он всё же пришёл сюда… — Неужели наконец примирился с прошлым? На могиле лежал один-единственный цветок. Сдержанный и строгий, но заметный даже рядом с камнем. Он странно напоминал самого Джулиана. Обен долго смотрел на цветок, затем положил рядом свой букет. — Что думаешь? — О чём, господин Обен? — О возвращении Джулиана в семью. Стоит убрать из его имени «Фрейсон»? Эхар кашлянул от неожиданного вопроса. — В последнее время его репутация действительно улучшается. Но, на мой взгляд, ещё слишком рано. — Вот как… — Позволите говорить откровенно? Раньше Обен наверняка приказал бы ему замолчать. Но обычно прямолинейный Эхар сейчас выглядел непривычно серьёзно, поэтому он кивнул. — Если бы вы заботились о Джулиане с детства, отношения не испортились бы настолько сильно. А теперь решили внезапно сыграть любящего отца? — …Довольно жестоко. Они служили вместе так долго, что стали ближе, чем обычные друзья. Именно поэтому критика Эхара была болезненной и беспощадной. Обен знал, что оказался плохим отцом. Но каждый взгляд на Джулиана напоминал о покойной Милене, и от этого воспоминания невозможно было избавиться. Разве не он привёл её к смерти? Терзаясь виной, Обен позволил сыну отдаляться всё сильнее. — Я лишь говорю: оставьте его в покое, пока он сам не откроется. — Совсем не похоже на человека, который постоянно ругал Джулиана. — Раньше я бы и сейчас счёл эту мысль смешной. Однако… Однако? — В последнее время моё мнение изменилось. — Ты всегда называл его гончей императорской семьи. — Это правда. Он раздражает, но я решил, что иначе нельзя: всё-таки выполняет приказы двора. И кроме того… Обен посмотрел на Эхара, ожидая продолжения. — Честно говоря, когда Джулиан схватил вас за руку и сломал её, мне стало немного легче. — М-м… Обен тяжело вздохнул. Даже отношение ближайшего помощника к Джулиану начало меняться. Возможно, то же самое происходило и в душе Обена. *** Когда я понял, откуда Джулиан получил злодейскую черту «Сосуд Короля демонов», воспоминание из Камня души растаяло, словно мираж. — Память Камня души… Любопытно. Ничего подобного я прежде не встречал. Ни в этом мире, ни в игре. Из-за странной сентиментальности пальцы покалывало, а глаза без причины покраснели. Но слёз не было. Слёзные каналы узкоглазого злодея, похоже, давно высохли. Эмоциям просто некуда было вытекать. Наверное, так и должно быть. Чтобы выжить в мире, полном неизвестных переменных, Джулиан обязан оставаться Джулианом. Я равнодушно посмотрел на странное ощущение в ладони. — Это… Ожерелье осталось без Камня души. Выбросить его означало бы предать и желания Джулиана, и мои собственные представления о почтении к покойным. Я убрал украшение обратно в шкатулку. Позднее нужно будет найти похожий самоцвет и вставить вместо прежнего. — Но где Сомбра? Я осмотрел комнату, однако ползучая тень нигде не появлялась. — Она точно рядом. Мановый канал отчётливо ощущал её присутствие внутри тела. Возможно, после поглощения Камня души Сомбра всё ещё проходила восстановление. — Остаётся ждать. Согласно игровым правилам, она обязательно исцелится. Когда именно — неизвестно. Больше я ничего сделать не мог. «Чем теперь заняться?» К сожалению, существовал лишь один способ убить время. «Хобби Джулиана. Хотя теперь уже скорее моё». Я вышел из кабинета и нашёл дворецкого, знавшего обо всех домашних делах. — Сегодня кто-нибудь поливал растения? *** — Раз гостей почти не бывает, гостиная превратилась в сад. Решение перенести горшки сюда оказалось правильным. Просторная комната получала много солнечного света. «…М-м?» Внутри что-то шевельнулось. Без сомнений, Сомбра. — Очнулась? В ответ из тени выглянула чёрная масса. «Но что-то изменилось». Цвет остался прежним. — …У неё появились глаза. И не один. Несколько. — Выглядит довольно мерзко. Я честно высказал впечатление. На абсолютно чёрной тени располагалось множество глаз. Сомбра теперь напоминала существо, которое должно появиться в финале игры в качестве главного злодея. — Почему так вышло?.. Может, дело в Камне души из материнского ожерелья? Сколько ни размышляй, ответа не находилось. За долгие годы игры ничего подобного мне не встречалось. — Гр-рк. Глаза Сомбры начали закрываться. Неужели она отреагировала на слова? «Вряд ли». Сомбра оставалась демоном. Человеческие эмоции и понимание речи казались ей несвойственными. Даже защита хозяина, скорее всего, объяснялась инстинктом самосохранения, а не привязанностью. Шурх. Шурх. Но дальнейшее поведение заставило задуматься: а действительно ли у существа нет чувств? Уверенно расправившаяся тень сжалась и робко опустила веки, будто расстроилась из-за моего замечания. — Если присмотреться, выглядит неплохо. Множество глаз позволит следить сразу за несколькими направлениями. Ради проверки я произнёс это чуть громче. Сомбра тут же распахнула глаза и раздулась, снова приобретая уверенный вид. — Значит, после поглощения Камня души у неё укрепилась личность… Возможно. Известно, что интеллект демонов растёт вместе с количеством рогов. Если Сомбра существует в симбиозе со мной, она могла стать умнее, накопив демоническую энергию Камня души. — Но развитый интеллект может оказаться опасным. Даже разумный демон остаётся демоном. Подобные Сомбре существа, являющиеся своего рода осколками Демонического бога, обычно испытывали к людям чистую злобу. Пока я занимал доминирующее положение, но чем сильнее она станет, тем выше риск попытки переворота. — Когда наберёшься сил, тоже захочешь завладеть моим телом? Если Сомбра действительно поумнела, должна была понять вопрос. Но она лишь несколько раз моргнула всеми глазами и склонила голову набок. Притворяется или действительно ничего не поняла? Я отложил размышления, взял лейку и начал поливать растения. Когда дошёл до горшка Анжелики, Сомбра забралась сверху. — Отойди, пожалуйста. Ш-шух! После строгих слов тень раздулась и сердито поглотила горшок. — Что ты делаешь? Недовольный, я сразу попытался перекрыть подачу маны. Но Сомбра продолжала увеличиваться и постепенно приняла форму. Форму растения в горшке. И не любого растения. — Анжелика… Чёрная копия имела небольшие дефекты, но я узнал её мгновенно. Срезы на краях листьев. Форма горшка. Все знакомые, дорогие детали. Никто в этом мире не понимал, почему я дал орхидее имя и относился к ней с такой заботой. — Ты пытаешься мне посочувствовать? Мысль о том, что кто-то разделил это одинокое увлечение, неожиданно тронула. Сомбра не была человеком, но обладала определённым разумом. — Нет, погоди. Внезапно я заметил странность. Настоящий горшок исчез с прежнего места. «Неужели…» Почти догадавшись, я увидел, как Сомбра перестала копировать растение. Шлёп! Из чёрной массы снова появился горшок. Она временно спрятала его внутри себя. — Ты можешь хранить предметы? Для проверки я протянул Лунный Меч вместе с ножнами. Сомбра без труда поглотила и их. Получилось нечто похожее на инвентарь из других игр. Вероятно, эту способность тень получила после Камня души. — О-о… Очень полезно. Теперь можно было скрывать реликвии и другие вещи, которые нельзя показывать окружающим. Однако… — …Верни меч. Похоже, понравившиеся предметы Сомбра отдавать не любила. *** — Архиепископ Элеонора, вы прибыли? Тенелон стоял с окровавленным лицом. У его ног на залитом кровью полу лежал человек. — Голос исчез. С пустым выражением верховный понтифик посмотрел на мёртвого епископа, затем перевёл взгляд на Элеонору. — Какой голос? — Голос Демонического бога. Тот, что всегда даровал мне ясное прозрение. После восхождения на место верховного понтифика поведение Тенелона стало странным. Он одержимо искал исчезнувший голос, требовал от последователей безусловной верности и без колебаний уничтожал каждого, кто отклонялся от его ожиданий. Чем бы ни был этот голос. — Значит, теперь мне придётся самому найти и проложить путь. Тенелон посмотрел на Элеонору. — Передай Джулиану, что я хочу как-нибудь поужинать с ним. Элеонора всегда считала, что для сохранения Ордена Рассвета требуются жертвы. Но увиденная сцена превратила прежние сомнения в уверенность. Тенелон — верховный понтифик Ордена Рассвета. Достоин ли он вести организацию? Если нет, его необходимо устранить. ---------- Вопросы и сомнения (2) Каким-то образом мне удалось уговорить Сомбру вернуть Лунный Меч. Я растерянно смотрел на тень. — Способность хранить предметы… Без сомнений, полезный навык. Теперь не придётся таскать с собой священные реликвии и Камни души. Всё можно просто спрятать внутри Сомбры. — Хотя Камни души, пожалуй, не стоит. Судя по её поведению, полезный камень она могла случайно съесть вместе с остальными вещами. Лучше не рисковать. Морг. Морг. Несколько глаз одновременно уставились на меня. Другого человека такое зрелище наверняка напугало бы. Но то ли я быстро привык, то ли уродливая внешность существа неожиданно стала казаться по-своему милой… ⇒ Вы можете повысить близость, дав «Сомбре» имя. Перед глазами появилось системное сообщение. Имя? Если подумать, «Сомбра» была названием вида демонов, а не личным именем. Она всё ещё оставалась демоном, но мы фактически жили как единое целое. К тому же после восстановления появилась новая способность. Почему бы не дать ей имя? Почти как домашнему питомцу. — Какое тебе нравится? Я предложил выбрать самостоятельно. Сомбра долго смотрела на меня, затем перевела взгляд на табличку с именем, лежавшую в горшке. — Анжелика… Дорогое имя, с которым всё равно придётся проститься. Если продолжать цепляться за воспоминания об орхидее, остальные растения могут приревновать. — Тебе нравится? Я решил передать это имя Сомбре как последнюю память о погибшем цветке. Тень, похоже, обрадовалась и крепко обвила табличку. — Тогда с этого дня тебя зовут Анжелика. ⇒ Вы дали «Сомбре» новое имя: «Анжелика». ⇒ Доступна способность «Сомбра / Коридор разложения». *** После того как Сомбра получила имя Анжелика, я вернулся к работе в «Закрытых Глазах». Но вскоре во мне начала нарастать тревога. — Айден мёртв… Слишком тихо. Подозрительно тихо. Императорская семья редко интересовалась действиями и судьбами дворян, и об этом знала вся Империя. Но отсутствие реакции даже со стороны Ордена Рассвета выглядело странно. Погиб не рядовой последователь и не монсеньор. Айден был епископом. Я заранее готовился к неизбежной ответной реакции. Поэтому полная тишина лишь сильнее сбивала с толку. Тук-тук. Пока я размышлял, в дверь постучали. После разрешения войти в кабинет появилась знакомая женщина. — Раз вы приехали лично, дело должно быть срочным. Элеонора с привлекательной родинкой под глазом вошла в облике Дианы. Но было очевидно: визит связан с Орденом Рассвета. Отношения между Дианой и Джулианом не были настолько близкими, чтобы она просто зашла в офис «Закрытых Глаз». — Не настолько срочным. Но сначала другое. Тук. Дверь закрылась, и лицо Элеоноры вновь стало привычно холодным. — Для кабинета фактического командира «Закрытых Глаз» сюда оказалось слишком легко попасть. — М-м. Я тихо вздохнул. С чего вообще начинать исправлять эту ошибку? — Я не командир «Закрытых Глаз». Эту должность занимает леди Одвин Валадир. — Я не говорю, что не знаю. Но разве её титул имеет для вас большое значение? Будь Одвин рядом, такие прямые слова могли серьёзно её ранить. — Разумеется. Леди Одвин усердно исполняет обязанности. Элеонора пожала плечами и коснулась серёжек. «Магический артефакт». Она проверяла, не прослушивает ли кто-нибудь разговор. Опыт учит осторожности. После того как Корунд и Айден попались на магию прослушивания, Элеонора явно стала внимательнее. — Так зачем вы пришли? Если архиепископ лично явилась сюда, причина должна быть серьёзной. Наверняка речь об Айдене… — Верховный понтифик приглашает вас на ужин. Что? Тенелон хочет поужинать со мной? И ради передачи приглашения отправил лично архиепископа? — Разумеется, это будет не обычная трапеза. Разговор о сэре Айдене обязательно состоится. — Вот как? — Да. Пока об этом знают немногие, но его смерть несомненно организовали вы. Я лишь пожал плечами. Такой ответ выглядел уместнее прямого согласия. Я действительно был причастен, но формально Айдена убил Чёрный Рыцарь. — И ещё… Учитывая, что речь идёт о вас, сэр Джулиан, я хотела кое-что предложить. Что ещё? Только не очередное абсурдное приглашение. — Нам нужно свергнуть верховного понтифика. М-м. От настолько дерзкого заявления дыхание едва не остановилось. К счастью, узкоглазый злодей не настолько прост, чтобы выдавать эмоции из-за одной фразы. Хладнокровие и Непроницаемое лицо надёжно скрыли реакцию. Но почему она говорит об этом именно мне? Я и сам думал об устранении Тенелона, однако никогда не раскрывал намерения. Кроме того… «У неё есть неожиданно наивная сторона». То, как спокойно она это произнесла, означало, что Элеонора действительно мне доверяла. Я бы на её месте не рассказал никому. А если бы рассказал, то сначала втянул бы собеседника в преступление, сделал сообщником, а при попытке отказаться — прямо на месте… — Это слишком далеко заходит. Я отбросил мысли, всё сильнее напоминавшие характер Джулиана, кашлянул и посмотрел на Элеонору. — Звучит как измена. — Измена… Она слегка прикусила губу. — Это не измена. Я хочу вернуть Ордену Рассвета изначальный облик. Такое обычно и называют изменой. — Кроме того, Тенелон сильно изменился. Изменился? Я давно не следил за его действиями. — Даже хуже. Можно сказать, он сошёл с ума. Что она увидела, чтобы выразиться настолько жёстко? — Раньше он принимал разумные решения, пусть и был одержим определённой целью. Теперь это исчезло. — Разумные? По каким критериям? — Не знаю. Но прежде он хотя бы не убивал и не изгонял епископов исключительно по собственной прихоти. Убивал епископов по своему усмотрению. Почему-то фраза болезненно кольнула. — Я не говорю о вас, сэр Джулиан. В последнее время Тенелон предъявляет последователям чрезмерные требования, называя это проверкой верности. — Чрезмерные требования? — Невыполнимые поручения, огромные суммы денег… Иногда он требует даже детей. По мере рассказа лицо Элеоноры становилось всё холоднее. — Если подобные проверки продолжатся, основание Ордена Рассвета рухнет. Она была права. Использовать верность как предлог, чтобы лишать дворян имущества и семей, означало разрушать организацию изнутри. Люди вступали в Орден ради силы, влияния и связей, а не для того, чтобы отдавать всё и умирать по прихоти главы. «Тенелон действительно так поступает?» Внешне он казался беспечным, но на деле был трусом, избегавшим лишнего риска. Именно поэтому Святой Меч Хейден Райх долго не мог его поймать. Тенелон незаметно наращивал влияние, пока не воскресил Демонического бога и не стал Королём демонов. «Чтобы предотвратить это, я и проник в Орден Рассвета». Но судя по словам Элеоноры, если ничего не делать, императорский двор сам разберётся с проблемой. Императорская семья не терпела неконтролируемых угроз. — Я понимаю вас, леди Элеонора. Однако для меня ситуация была опасной. Если Орден раскроют, статус епископа станет смертным приговором. — Архиепископ не станет лгать. Значит, вскоре императорский двор начнёт полноценное преследование. — Именно. Гниющую рану необходимо вырезать. Пусть поражённый участок велик, время пришло. — Как вы и сказали, леди Элеонора. Полагаю, пора действовать. Я коротко рассмеялся и посмотрел на неё. — Теперь вижу вас иначе. Вы умеете действовать ради собственной выгоды. — Простите? — Вы утверждаете, что заботитесь об Ордене. Но разве не хотите занять место верховного понтифика и поэтому стремитесь свергнуть Тенелона? Устранение Тенелона выглядело правильным решением, однако главным выгодополучателем становилась Элеонора. После освобождения места именно Элеонора, занимавшая пост архиепископа, имела лучшие шансы возглавить организацию. От моих слов она слегка растерялась. — …Я лишь сказала, что настало время. Заговор организовала не я, сэр Джулиан, а вы. Я? Элеонора быстро вернула спокойствие и продолжила: — Пинтель действует в тени. Он утверждает, что получил приказ от вас. Ах… Пинтель. От одного имени закружилась голова. Я приказал ему ждать. Какие ещё процессы он запустил без моего ведома? Но сначала придётся принять приглашение верховного понтифика. *** В итоге я согласился на ужин с Тенелоном. Отказ наверняка вызвал бы подозрения. «Но почему именно здесь?» Он выбрал один из самых известных ресторанов столицы. Заведение всегда было переполнено. Даже дворяне бронировали столики заранее и обязаны были следовать строгим правилам хозяина. В этом отношении ресторан напоминал «Пламя Заката» — та же гордость мастера своим делом. И такое место… «Тенелон выкупил целиком ради одного ужина?» Немалые возможности. Когда я вошёл, верховный понтифик уже сидел за столом и держал кусок хлеба для закуски. — Вы прибыли, сэр Джулиан. Присаживайтесь. По его жесту ко мне подошёл элегантно одетый мужчина и отодвинул стул. Двигался он как официант, но явно не был обычным работником. Скорее хозяином заведения. Других сотрудников вообще не наблюдалось. — Суп и хлеб здесь всегда превосходны. К сожалению, я далёк от изысканной дворянской жизни и не умею описывать вкус красивыми словами. От похвалы Тенелона мужчина рядом едва не задрожал от счастья. Верховный понтифик оторвал кусок хлеба, но не стал есть. Даже не посмотрев в мою сторону, он буднично спросил: — Ты убил Айдена? От прямоты по спине наверняка прошёл холодный пот. На всякий случай я заранее спрятал Колокол Безмолвной Ночи в Сомбре. Точнее, Анжелики. — Он мёртв. — Понятно. В некотором смысле это было неизбежно. После лёгких закусок на стол подали стейк из ягнёнка. Запах вызывал аппетит, но есть не хотелось. — Я и сам задумывался об устранении Айдена. — Вот как? — Исследования демонов разрешались. Однако он перешёл допустимую границу. — Тем не менее вы довольно долго закрывали глаза на его действия. Тенелон тихо рассмеялся. — Всё-таки он был епископом. Следовало проявлять уважение. Он произносил правильные слова о заботе, но за ними чувствовалась пустота. Раньше в голосе Тенелона всё же присутствовали эмоции. Теперь слова Элеоноры казались всё правдоподобнее. «Действительно странно…» Размышляя об этом, я заметил, что окружавшая его демоническая энергия помутнела. Это показалось знакомым. В памяти всплыла редкая деталь сюжета «Let’s Kill the Demon King Now». Причиной могла быть лишь прихоть Демонического бога. — Господин Тенелон… Вы больше не слышите «голос»? Рука, тянувшаяся к стейку, замерла. Тенелон медленно поднял глаза. — Джулиан. Откуда ты это знаешь? ---------- Вопросы и сомнения (3) Воздух в ресторане резко похолодел. Враждебность колола кожу, а чудовищная демоническая энергия ясно показывала, какую силу успел накопить Тенелон. — От кого ты это услышал? Его лицо исказилось так, словно на свет вытащили позорную тайну, которую никто не должен был узнать. Подобная реакция показалась бы непонятной не только обычным людям, но и членам Ордена Рассвета. Никто не ожидал, что всегда спокойный Тенелон настолько бурно отреагирует на нелепый вопрос о каком-то голосе. — Элеонора? Если подумать, именно она пыталась привлечь тебя в Орден Рассвета. Вполне возможно. — Нет. От неё я ничего не слышал. Леди Элеонора лишь передала приглашение на ужин с верховным понтификом. — Тогда откуда тебе известно о голосе? О тайне и слабости Тенелона знали единицы. Даже я никогда не узнал бы о ней, если бы не проходил игру десятками разных путей. Тук. Тенелон положил нож, несколько раз провёл рукой по подбородку и задумался. Затем его зрачки на мгновение ярко вспыхнули. — Джулиан… Ты тоже слышишь шёпот? Я мысленно раздражённо цокнул языком. — Разве такое возможно? Я лишь предположил, что ваши действия объясняются особым даром предвидения, господин Тенелон. Я попытался перевести разговор, слегка польстив ему, однако напряжение почти не ослабло. Этого мало? — Например, Камень души, который перевозил епископ Пинтель. Его приобрела никому не известная торговая компания, но вы сразу поняли ценность находки и отправили за ней епископа. После новой похвалы взгляд Тенелона стал чуть менее острым. Давление демонической энергии на кожу тоже ослабло. Как всегда, он был удивительно восприимчив к лести. — Возможно, вы действительно обладаете чем-то похожим на предвидение? …Теперь достаточно? Враждебность и демоническая энергия полностью исчезли, будто их никогда не существовало. Главное — не произносить слова «Демонический бог». Если показать слишком глубокое знание тайны, Тенелон начнёт подозревать. Это должен знать только он. А ещё может решить, что я конкурент. Такое мне совершенно не нужно. Но пустые глаза Тенелона всё равно выглядели так, словно он лишился всего мира. «Это была лишь догадка, а она оказалась правдой?!» За пять лет игры я встречал этот эпизод всего несколько раз. «Безумие Тенелона». Событие начиналось, когда демоническая энергия одного из епископов становилась достаточно сильной после повышения до архиепископа. Элеонора не могла быть причиной. Значит, положение Тенелона угрожал кто-то другой. В «Let’s Kill the Demon King Now» источник всех бед — Демонический бог — давно погибший призрак прошлого. Его тело осталось на северном континенте и продолжало рассеивать Остаточные мысли по миру, но сам бог несомненно был мёртв. «Будь он жив, сюжет игры просто не мог бы существовать». Цель истории — остановить воскрешение Демонического бога и победить Королей демонов, пытающихся его вернуть. Если бы бог уже жил, вместо новых заданий игрок увидел бы только надпись «Конец игры». «Демонический бог передаёт слабое откровение человеку, который ближе остальных к его воскрешению». Такова настоящая природа голоса. Информация обычно была скудной, всего одна небольшая подсказка. Но даже она иногда помогала. Всё лучше, чем полное неведение. «А теперь шёпот исчез?» По реакции Тенелона сомнений не оставалось. Это означало одно. Он всё ещё кандидат в Короли демонов, но уже не ближе всех к превращению. Первое место занял кто-то другой. «Кто?» Кто приблизился к роли Короля демонов сильнее Тенелона? *** Ужин закончился без серьёзных происшествий, и я вернулся в поместье. Я ожидал давления из-за смерти Айдена, но разговор прошёл настолько спокойно, что оставил чувство пустоты. А ведь я подготовил столько мер на случай угрозы. — Возможно, он просто утратил интерес к Ордену Рассвета. Сзади прозвучал знакомый голос, словно отвечая на мои мысли. Я обернулся и увидел Пинтеля, сидевшего в кресле. — М-м. От его предположения вырвался короткий задумчивый звук. После слов Элеоноры я сразу вызвал Пинтеля, как только вернулся с ужина. Вопросов накопилось слишком много. Если Тенелон действительно отдалялся от Ордена, для человека, пришедшего разрушить организацию, это выглядело хорошей возможностью. Его сила оставалась настоящей, поэтому постепенное безумие было мне выгодно. Проблема заключалась в направлении происходящего. — Сэр Пинтель. Я сел напротив. — Да, сэр Джулиан. Он ответил мгновенно и выпрямился, как солдат на построении. — Чем вы вообще занимались? Когда Элеонора заговорила о свержении Тенелона, она назвала Пинтеля центром подготовки заговора. А организатором считался я. Без моего ведома я оказался главным заговорщиком переворота. Хотя… Я ничего не делал. Единственный приказ Пинтелю — наблюдать за Корундом. Что происходило под поверхностью, мне было неизвестно. — Не понимаю, о чём вы. — Что вы замышляли, встречаясь с другими епископами? Пришлось спросить прямо. Чем ты занимался последнее время? — Исполнял задачу, которой вы желали. Какую ещё задачу? — Вы стремились к чему-то большему. Пинтель ухмыльнулся, словно опытный заговорщик. — Я встречался с епископами и монсеньорами, выясняя их настроения. В последнее время поведение верховного понтифика вызывает всё больше вопросов. Что ж, работу он действительно выполнял хорошо. Если Тенелона, кандидата в Короли демонов, свергнут, Орден Рассвета перестанет представлять для меня серьёзную угрозу. Как я постоянно повторял, моя цель — спокойно жить и сохранить психику, пока личность Джулиана не поглотила меня окончательно. Пусть в Империи существует тайная организация. Если она меня не трогает, я тоже могу её не трогать. «Но почему главным становлюсь я?!» Мне требовалось уничтожение Ордена, а не его возрождение под моим руководством. — Со сколькими епископами и монсеньорами вы связались? Я решил уточнить масштаб. Если людей немного, ещё можно отступить. Передать их Элеоноре и смотреть со стороны, как рванёт бомба. — Переговоры завершены со значительной частью высокопоставленных последователей. Значительной — это сколько? — Простите за дерзость, но не желаете встретиться с епископом Колпараном? — Сэр Колпаран… Вы говорите о нём? Неожиданное имя сразу заинтересовало. Епископ Колпаран Демьюс. Он занимал важное место в семье Демьюс — одном из родов-основателей Ордена Рассвета. Благодаря происхождению ему доверяли многие епископы. «Доверие среди епископов». Злодеи тоже умеют держаться друг за друга? Звучало иронично. — Да. Если он перейдёт на нашу сторону, многие епископы последуют за ним. Нет. Лучше бы не следовали! — Орден Рассвета создавался не для поклонения Тенелону. Это объединение людей, желающих использовать плоды исследований демонической энергии. Колпаран давно критиковал слишком раннее провозглашение верховного понтифика. — Сэр Колпаран… Я уже собирался снова отчитать Пинтеля за самодеятельность, но остановился. «Даже если прикажу прекратить, он вряд ли послушает правильно». Нужно было искать другой путь отхода. «Если передать всё Колпарану, я смогу отойти от центра». Колпаран изначально противостоял Тенелону. Как представитель семьи-основателя он не мог спокойно смотреть, как выскочка объявил себя верховным понтификом. И ещё. Несмотря на открытую оппозицию Тенелону, Колпаран до сих пор сохранял место епископа и жизнь. Одно это показывало, насколько он влиятелен. В игре его роль была значительно скромнее. Он выступал против Тенелона, после чего его отправляли в изгнание подальше от столицы. Возможно, теперь я мог использовать эту перемену. План постепенно складывался. «Передам Колпарану всех, кого собрал Пинтель». Тогда при провале ответственность ляжет не на меня. Большая фигура Колпарана закроет мою тень. — Вы сказали, что связались со многими членами Ордена? — Да. — Назовите точное число. — Примерно четверть всех высокопоставленных последователей. — И все они поддержали вас? Пинтель слегка наклонил голову. — Нет. Они поддержали сэра Джулиана. Глядя на его невозмутимое лицо, я понял, что недооценивал этого человека. Он раздражающе эффективен. Если бы Пинтель дольше прожил в моих игровых прохождениях, наверняка доставил бы Святому Мечу огромное количество проблем. *** Я посмотрел на мужчину, которого Пинтель представил в гостиной. Смуглая кожа и необычные черты сразу выдавали иностранца. «Наверняка из одного из племён пустыни Суран». Огромная пустыня располагалась на южном континенте. За ней находилось государство, напоминавшее страны Ближнего Востока из моего мира. Из-за жизни среди песков оно оставалось небольшим и слабым. — Ах, мы ведь ещё не представились! Сэр Джулиан, это Альхасар. Он родом из пустыни Суран… — Из племени Рахман, верно? Я спокойно произнёс это, взглянув на саблю у его пояса. «Let’s Kill the Demon King Now» была моим главным увлечением, поэтому я знал огромное количество мелких деталей. По одной форме клинка удалось определить племя среди множества жителей пустыни. Альхасар воспринял это иначе. Он широко раскрыл глаза и потерял дар речи. Неудивительно. Племена пустыни жили замкнуто, и многие из них оставались неизвестны внешнему миру. Но я с первого взгляда назвал его происхождение. — Он проводит вас к епископу Колпарану. Раньше Альхасар был его рыцарем, поэтому выступит посредником. — Вот как? Когда я посмотрел на мужчину, тот вздрогнул. — Наверняка жизнь в чужой стране даётся нелегко. Вы многое перенесли, сэр Альхасар. Я искренне решил его поддержать. Этот мир был родным для Джулиана, но для меня оставался чужой землёй. Поэтому я чувствовал определённое родство с человеком, пришедшим из-за пустыни. — Б-благодарю. Однако Альхасар не понял эмоционального подтекста. Над его головой появился Цвет Страха, а рука во время рукопожатия дрожала. «Я что-то сделал?» Просто поздоровался. *** На самом деле Альхасар находился рядом с Пинтелем по приказу Колпарана. — Следуй за епископами словно тень и докладывай мне обо всём происходящем. После возвышения Тенелона Колпаран оказался отодвинутым в сторону старейшиной. С тех пор он ждал возможности забрать Орден Рассвета в собственные руки. Именно поэтому он приставил Альхасара к Пинтелю. «Невероятно…» За всю жизнь Альхасар впервые встретил человека, узнавшего племя Рахман с одного взгляда. Проблема заключалась в личности этого человека. Печально известный Джулиан — мужчина с узкими глазами. — Тогда рассчитываю, что вы проводите меня к сэру Колпарану. Несмотря на вежливую просьбу, Альхасар замер. До этой встречи он считал, что довольно умело выполняет приказ Колпарана. Теперь понял, насколько самонадеянно было так думать. «Неужели я проявил такую беспечность, что он понял, на кого я работаю?» Казалось, Джулиан заранее провёл полное расследование и лишь после этого назвал его племя. ---------- Всеведущий взгляд воспитателя (1) «Свергнуть Тенелона». Элеонора действительно вынашивала настолько дерзкую мысль против верховного понтифика, но понимала: для прямых действий ещё рано. Орден Рассвета пока подчинялся Тенелону. Одно необдуманное движение превратит архиепископа в удобную мишень. «В такие моменты особенно радует, что я привлекла Джулиана». Надёжный союзник. Хотя называть его союзником, пожалуй, неправильно. Он напоминал ветер, дующий куда вздумается, или молнию, способную ударить в любой момент. Стихийное бедствие не различает врагов и друзей. Элеонора прекрасно понимала: однажды меч Джулиана может повернуться и против неё. «Кстати, чем в последнее время занимается Фелхор?» Она вспомнила особый дар, давно превратившийся в проклятие, — «Родинку очарования». Монсеньор Фелхор, попавший под её влияние, куда-то исчез и давно не выходил на связь. — Бестолковая девчонка! Разве я не говорил направлять ману через оба жезла одновременно?! — Ай! Хватит меня бить, сумасшедший старик! — Ах так? Раз ты окончательно потеряла разум, получишь ещё! Наглая соплячка! — А-а-а! Идя по коридору Магической башни, Элеонора невольно повернула голову на шум. — …Флюгель? Перед ней Флюгель, сердце Магической башни и объект поклонения бесчисленных магов, колотил посохом совсем юную девушку. — …Я знала, что у него мерзкий характер. Но он всегда был настолько эмоциональным? Обычно от Флюгеля веяло таким ледяным цинизмом, что рядом хотелось надеть зимний плащ. Элеонора никогда прежде не видела, чтобы он настолько увлечённо занимался чем-либо. — Ещё раз! Проведи разные элементы через два мановых жезла! — За-а~ Тхэр хвэ-эр~ — Кто разрешил передразнивать меня, глупая девчонка?! — А-а-а! «Возраст совершенно не мешает ему быть энергичным». Элеонора ещё некоторое время наблюдала за странной сценой. После очередной порции ругани и угроз Флюгель наконец ушёл. — Ай-ай-ай… Больно. Оставшись одна, девушка громко пожаловалась, а затем тихо пробормотала: — Проклятый старикашка. После этого она снова взяла оба жезла и сосредоточилась, пытаясь выполнить указание Флюгеля. — Представь, будто возводишь отдельные перегородки внутри нескольких мановых каналов. Так будет проще. Наверное, необычная картина пробудила в Элеоноре редкое желание помочь. Девушка Майер мельком посмотрела на неё и без особого интереса вернулась к упражнению. — …М-м? Через несколько мгновений жезлы слабо засветились разными цветами. Пусть сияние быстро погасло, результат был очевиден. — Правда работает! Если представить стены, становится гораздо легче! Совет Элеоноры оказался настолько точным, что Майер сразу уловила принцип. «Но эта девочка…» Она уже видела её. Присмотревшись, Элеонора окончательно убедилась. «Это ребёнок из «Безымянных», которого привёл Джулиан». Кажется, её звали Майер. К счастью или к сожалению, девушка Элеонору не узнала. В Магической башне архиепископ появлялась под именем Диана. «Но как она вообще здесь оказалась?» Майер заинтересовала Элеонору. «Безымянные» состояли из бедняков трущоб и находились бесконечно далеко от Магической башни, где почти всё контролировали дворяне. Если девочка попала сюда, причина должна быть серьёзной. «Разумеется, это сделал Джулиан». Других вариантов почти не существовало. — Спасибо, старшая сестра! Для мага у тебя неплохое чутьё. — Хе-хе… Элеонора неловко улыбнулась и решила удовлетворить любопытство. — Я прежде тебя не видела. Кто представил тебя Магической башне? — Меня? Ну… Майер замялась. Похоже, пыталась решить, что можно рассказывать, а о чём следует молчать. Элеонора собиралась задать наводящий вопрос. Получить хотя бы крупицу информации о Джулиане. Понять его следующие шаги, ведь теперь он становился главным противником Тенелона. «Погоди». В голову пришла неожиданная мысль. «А это вообще нужно?» Джулиан действовал в одиночку, но вопреки слухам не принимал бессмысленных решений. Кроме того… «Именно он помог мне стать архиепископом». До сих пор Элеонора слишком остро реагировала на каждое движение, пытаясь сохранить собственное положение и сам Орден Рассвета. Теперь пришло время подстроиться под изменившуюся обстановку. — Значит, сам Флюгель заметил твой талант? Впечатляет. Интриги были не нужны. Она уже определила, что необходимо разрушить в первую очередь. «Встретиться с Колпараном и передать ему ядро мятежа». Оставалось лишь воплотить план. *** — Тогда проводите меня к сэру Колпарану. После просьбы Альхасар кивнул и приготовился идти. — Я тоже сопровожу вас, сэр Джулиан, — сразу вмешался Пинтель. — Сэр Колпаран ещё не присоединился к нам окончательно. Дворяне меняют сторону быстрее, чем переворачивают ладонь. Встреча может быть опасной. Преданность Пинтеля была похвальной, но я отказался. Цель встречи заключалась в том, чтобы передать Колпарану всю ответственность. Присутствие Пинтеля лишь усложнило бы разговор. — В этом нет необходимости. — Но вам может угрожать опасность! Опасность действительно возможна. С большинством угроз я уже мог справиться самостоятельно, но слова Пинтеля не были совсем бессмысленными. Если переговоры с Колпараном сорвутся, его дальнейшие действия предсказать трудно. Показывать сомнения всё равно нельзя. — Сэр Пинтель, я Джулиан. В Империи нет человека, способного причинить мне вред. Кроме того, со мной отправится сэр Альхасар. Вам не о чем беспокоиться. Я посмотрел на проводника. Его тело едва заметно дёрнулось. М-м? Странная реакция. Это ещё не страх, но Альхасара явно что-то тревожило. — Разве не так, сэр Альхасар? Заинтересовавшись, я улыбнулся и положил ладонь ему на плечо. Мужчина снова вздрогнул. Подозрения подтвердились. «Колпаран задумал что-то ещё». В истории он считался важной фигурой Ордена Рассвета, но почти всегда оставался на заднем плане. Вероятно, непоколебимое положение Тенелона не позволяло ему проявиться. Однако теперь всё изменилось. Тенелон медленно, но неотвратимо терял власть. Люди, которые раньше не могли высунуться, один за другим показывали лица, надеясь подобрать упавшие крохи влияния. «Возможно, это даже выгодно». Если рядом с осторожной Элеонорой появится человек, готовый плясать на раскалённых углях, мне будет проще отойти в сторону. «Есть ловушка — показывайте». Следуя за Альхасаром по горной тропе, я тихо усмехнулся. — Вилла сэра Колпарана уже близко. Встречаться в особняке семьи Демьюс было подозрительно, поэтому он предложил загородный дом. Однако вместо виллы мы почему-то шли по совершенно безлюдной горной дороге. «Их намерения слишком очевидны». Стоило взять Пинтеля. Нет, неправда. Даже понимая риск, я намеренно оставил его в столице. — Осталось немного, сэр Джулиан. Сразу за тем холмом… — Сэр Альхасар, вы меня разочаровали. От прямого замечания он напрягся. — …Что вы имеете в виду? Я действительно испытывал к нему определённое родство как к человеку, живущему вдали от родины. — Я понимаю, что меня вызвал сэр Колпаран. Но зачем вести в настолько безлюдное место? За кого вы меня принимаете? Лицо Альхасара заметно изменилось. — Если хотите разговаривать, для начала примите подобающую позу. — Вы знали с самого начала? — На такой дороге трудно не догадаться, даже если очень стараться. Альхасар повернулся ко мне и одновременно начал отступать. Над его головой появился слабый Цвет Страха. В этот момент на вершине холма показался пожилой мужчина со скрещёнными руками. Вокруг него стояли вооружённые люди. — Хо-хо-хо. Признаю, мы проявили невежливость. Прошу прощения, сэр Джулиан. Сомнений в личности старика не оставалось. Колпаран Демьюс. — Сэр Колпаран. — Однако разве вы сами не сказали: для разговора следует принять соответствующую позу? — И вы считаете нынешнюю подходящей? — Именно. Колпаран кивнул. — Вы собираетесь свергнуть действующего верховного понтифика. — Разве сэр Колпаран желает не того же? — Я давно выступаю против его действий в Ордене Рассвета. — Тогда к чему этот спектакль? Поведение Колпарана скорее озадачивало, чем пугало. — Сколько бы сторонников у тебя ни было, я не собираюсь отдавать всё новичку. Я провёл в Ордене слишком много лет. — Вы намерены убить меня здесь? — Ни в коем случае. Справиться с тобой не настолько просто. Колпаран улыбнулся, но затем его лицо стало серьёзным. — Сейчас Орден Рассвета разделён между Тенелоном и тобой. Похоже, старик действительно всё обдумал. Убить меня и после этого попытаться захватить организацию было бы худшим решением. Вопреки моему желанию, настроения последователей всё сильнее склонялись в мою сторону. — Поэтому я собираюсь тебя воспитать. Тщательно и доходчиво объяснить, чтобы больше не возникало глупых мыслей. После его слов из укрытий начали выходить солдаты. Тяжело вооружённые бойцы. Против Джулиана меньшего количества никто бы и не подготовил. Лучники натянули тетивы и взяли меня на прицел. — М-м… Неприятно. Я пришёл, чтобы передать Колпарану влияние, но словами дело явно не решится. А если послушно принять его «воспитание», пострадает гордость Джулиана. И моя тоже. «Нет». В прошлой жизни я, возможно, попытался бы уступить и договориться. Избегать драк. Не прибегать к насилию. А если приходится — проливать как можно меньше крови. Но постепенное слияние изменило меня. Теперь подобные ситуации вызывали настоящую злость. А личность Джулиана питалась раздражением и всё сильнее проступала наружу. ⇒ Эмоциональное возбуждение усилилось. ⇒ Активирована черта «Открытые глаза». — В таком случае я тоже внесу вклад в упомянутое вами «воспитание». Заявление, прозвучавшее как смертный приговор, мгновенно заморозило обстановку. ---------- Всеведущий взгляд воспитателя (2) ⇒ Черта «Открытые глаза» проявилась полностью. Стоило глазам раскрыться… Поле зрения стало шире. Потоки маны — яснее. Кроме того, я начал видеть, откуда исходит враждебность. Всё воспринималось значительно отчётливее, чем с «закрытыми» глазами, но голова при этом словно загорелась изнутри. «Открытые глаза» сильно влияли на эмоции. Теперь я управлял чертой лучше, чем при первом проявлении, однако ощущение чужой силы никуда не исчезло. «Опасно». По исходившей энергии было понятно: среди окруживших нас людей находились не только личные солдаты Колпарана. В толпе скрывалось множество последователей Ордена. Для него нынешнее столкновение было борьбой за власть над Орденом Рассвета. Поэтому посторонних здесь быть не могло. «Рыцари, монсеньоры и даже маги». Если сравнивать каждого со мной по отдельности… «Между нами пропасть. Но их слишком много». Численное превосходство способно значительно уменьшить разницу в силе. Но я — Джулиан. — Сэр Колпаран, похоже, вы собрали здесь одних трусов. После проявления «Открытых глаз» я ясно ощущал каждое дрожащее движение вокруг. — Если все продолжат прятаться, словно демоны с поджатыми хвостами, мне будет трудно провести достойный урок. Ху-ху. Любой видел: противников намного больше, и у них наверняка подготовлены дополнительные ловушки. «Но от такого я не отступлю». Я провёл Лунным Мечом, и спокойное сияние пролетело перед солдатами, сжимавшими кольцо. Бум! На земле появилась глубокая черта. Люди снова вздрогнули. — Каждый, кто пересечёт линию, получит личное воспитание. Гул. Я выпустил из тела подавляющую ауру. Присутствие человека, окружённого бесчисленными страшными слухами, постепенно затопило лес страхом. Я называл происходящее воспитанием, но все понимали: во время урока можно умереть. Даже соратников из Ордена Рассвета Джулиан способен разрубить без колебаний, если они встанут на пути. Дрожь маны вокруг усилилась. «Несмотря на численность…» Инициатива полностью принадлежала мне. В этот момент один из самых напуганных солдат закричал и бросился вперёд. — А-а-а! Над его головой сиял страх. Мужчина пытался сократить расстояние и вытащить меч. Я не стал ждать, шагнул навстречу и ударил кулаком в солнечное сплетение ещё до того, как клинок покинул ножны. — Кха-а! С пронзительным стоном солдата отбросило назад. Этот удар стал сигналом. Остальные ринулись со всех сторон. «Я вижу направление намерения убить». Проявившиеся «Открытые глаза» обострили чувства до такой степени, что враждебность можно было отслеживать зрением. Точнее, я мгновенно замечал направление Цвета Негатива. «Атака с двух сторон». Рассчитав траектории, я прочитал взгляд ближайшего копейщика. Прямой выпад отличался большой дальностью и скоростью, поэтому сокращать дистанцию против копейщика было трудно. Но разница в мастерстве полностью уничтожала это преимущество. — Ха! Возможно, помогли тренировки с разным оружием на рыцарской площадке. Траектория копья была видна совершенно ясно. Солдат с криком нанёс простой предсказуемый выпад. Угрожать мне такая атака не могла. «Кто вообще попадётся на настолько очевидное движение?» Я легко уклонился и насмешливо улыбнулся. Разозлённый копейщик отдёрнул оружие для второй атаки. «Хорошо. Именно так». Я скользнул вдоль древка, перехватил его и резко изменил направление. Тхук! — Кра-а! Копьё пронзило другого солдата, пытавшегося незаметно подкрасться сзади. — Как ты увидел его, даже не обернувшись?! Пока копейщик растерянно кричал, я обнажил Лунный Меч и опустил клинок на его плечо. Мужчина не отступил и приготовился контратаковать, полагаясь на прочную броню. Логичная мысль. Обычный меч не разрубает сталь. ⇒ Лунный свет наполняет клинок. Но этот простак недооценил ауру. Шух! — Кха-а-а! Доспех разошёлся, словно мягкий сыр. Вместе с ним на землю упала рука, а копьё выскользнуло из пальцев. Я отбросил солдата ногой, вернулся в стойку и сурово осмотрел остальных. Движения получились настолько естественными, что даже опытные воины не смогли бы придраться. Восхищённые глаза. Взгляды людей, увидевших чудовище. Я ощущал их все. «…Только что получилось довольно круто, разве нет?» Наверное, из-за обострившихся эмоций в голову лезли странные мысли. Вслед за ней возникла другая. «Настоящий Джулиан в такой ситуации не получил бы ни единой царапины». Я не стремился полностью повторять его отвратительный характер. Другие игроки интересовались прошлым Джулиана, но мне подобное почти не приходило в голову. Однако его мастерство отрицать невозможно. Ученик Святого Меча, в одиночку охотившийся на высокоранговых демонов. Прозвище армии из одного человека он получил не зря. «Быстрее». Я тоже это понимал. Тело было идеально приспособлено к бою. Чем сильнее его подталкивать, тем лучше оно отвечало. «Ещё быстрее». Я заставил мышцы двигаться на пределе. Хотел хотя бы немного приблизиться к настоящему Джулиану. Не как человек. Как мечник. «Это чувство… не настолько плохое». Сейчас можно было проверить всё, чему я учился в последнее время. Улыбка сама появилась на губах. Совершенно естественная улыбка узкоглазого злодея. *** Стоя на вершине холма, Колпаран наблюдал, как чудовище с невероятной скоростью пересекает поле боя. Императорская гончая. Лицо «Закрытых Глаз». Джулиан легко расправлялся с безымянными рыцарями и монсеньорами, полностью оправдывая прозвища. И вдобавок… — Он выпускает ауру словно магию, — потрясённо прошептал Альхасар. Колпаран плохо разбирался в фехтовании, но даже по его словам понимал, насколько выдающимся мечником был Джулиан. — Альхасар, если сразишься с ним один на один, победишь? Старик спросил с последней надеждой. — Если моя польза исчерпана и вы хотите меня убить, лучше просто отправьте обратно на родину. На чрезмерно честный ответ Колпаран сухо рассмеялся. — Подготовьте магов. По приказу из-за деревьев вышли новые люди. Против одного человека собрали абсурдное количество бойцов. Но Колпаран собирался охотиться на Джулиана не как на человека, а как на демона. Его достижения в «Закрытых Глазах» и поступки после вступления в Орден Рассвета больше напоминали деяния чудовища. — Выпустить все заклинания одновременно. Даже прямое попадание, вероятно, оставит на нём лишь несколько ран. Маги завершили подготовку и применили свои лучшие стихии. В точку, где находился Джулиан, одновременно ударили огонь, лёд и металлические сферы. Бум! Взрыв поднял густое облако пыли. — О-он умер? В голосе одного из магов смешались надежда и тревога. Все действовали по приказу Колпарана, но Джулиан тоже был епископом. Люди боялись последствий. — Кха-а! Опасения оказались напрасными. Из пылевого облака вырвалась энергия меча и пробила заговорившего мага. — За одно мгновение почувствовал заклинания и спрятался за деревом? Впечатляет. Колпаран даже не посмотрел на павшего союзника. Его внимание было приковано к фигуре, медленно выходившей из пыли. На одежде и коже Джулиана появились лёгкие ожоги. — Настоящее чудовище. И всё же следы огня доказывали: он не неуязвим. — Сэр Колпаран, действительно нужно заходить настолько далеко? — Ха! Самоуверенные новички топчут основы Ордена Рассвета. Как я могу спокойно смотреть на это? Старик небрежно ответил Альхасару и протянул руку ближайшему лучнику. — Дай лук. Трудно было поверить, что стрела пожилого человека достанет такое чудовище. Но Колпаран долгие годы серьёзно занимался стрельбой, поэтому лучник сразу передал оружие. — Этот человек крайне чувствителен к враждебности. Колпаран натянул тетиву. — Посмотрим, как он отреагирует на атаку без намерения убить. Сухо усмехнувшись, он изучил поле боя. Джулиан продолжал сражаться среди солдат. В нужный момент он уклонился от удара и сам отбросил противника назад. Фью! Колпаран выпустил стрелу. Неожиданная атака. Момент, когда уклониться невозможно. Идеальные условия. — Ч-что?! Стрела не поразила Джулиана. — Даже от выстрела сэра Колпарана уклонился… Альхасар тихо пробормотал. Старик уже хотел обозвать его идиотом, но остановился. — Стрела точно попала! Он занимался стрельбой столько лет, что не мог ошибиться. — Она должна была попасть… Однако на теле Джулиана не осталось следа. Точнее… — Её поглотили? Колпаран широко раскрыл глаза. Из тела Джулиана выступила тень, чёрная даже на фоне ночи. Множество глаз смотрело прямо на старика. Существо из страшных легенд. То, что мир называл демоном. — Неужели Джулиан… Он выращивает демона внутри тела? Поняв это, Колпаран поспешно закричал: — Прекратить атаку! Всем отступить! Громовой приказ разнёсся по лесу. Солдаты разом отступили. Ещё мгновение назад вокруг царил хаос, теперь же наступила тишина. — Воспитание уже окончено? Первым заговорил Джулиан. В голосе звучала насмешка. — Говорят, перекати-поле корней не пускает. Похоже, поговорка ошибается. Колпаран недавно рассуждал об основах Ордена Рассвета. Но изначально организация создавалась не ради поклонения Демоническому богу, как утверждал нынешний верховный понтифик. Первый глава Ордена, бывший хозяин рода Д’Мишель Айнон, основал общество для изучения демонической энергии и открытия новых возможностей. Какой смысл поклоняться богу, который едва не уничтожил континент? — Всё это время ты был ближе к истинной идее Ордена, чем такой старик, как я. Глядя на множество глаз, защищавших Джулиана, Колпаран вынужден был признать очевидное. Демон полностью выращен и подчинён им. Возможно, перед стариком находилось именно новое направление использования демонической энергии, о котором мечтал Айнон Д’Мишель. — Прошу простить мою невежливость. Колпаран протянул руку. «Возможно, именно он способен остановить искажённый Орден Рассвета». С такой мыслью старик предложил рукопожатие. — Я прощаю невежливость. Джулиан принял руку. — Однако воспитание ещё не окончено. Бух! От тупого удара в правую сторону лица Колпаран едва не потерял сознание. Когда зрение вернулось, он уже катился по покрытой листьями земле. — Ты ведь только что признал меня более истинным последователем? — Кха… Кх… — Значит, не станете возражать, если я продолжу ваше воспитание, сэр Колпаран. — П-погоди! Старик выставил обе руки, призывая остановиться. — Я пожилой человек! От таких ударов моё тело развалится! — Для дряхлого старика вы удивительно хорошо стреляете. — Кхм… — Вы прекрасно знаете, какая сила требуется, чтобы натянуть такую тетиву. От безжалостной логики Джулиана грудь Колпарана тяжело поднялась. Да, он никогда не прекращал тренироваться. Стар, но далеко не слаб. — Все, кто осознаёт недостатки своего воспитания, могут выйти вперёд. Джулиан оглядел солдат. Никто не произнёс ни слова. Его взгляд остановился на Альхасаре, но тот тоже опустил голову. — Вы быстро меняете позицию. Что ж, так даже удобнее. Сэр Колпаран. Когда Джулиан снова назвал его имя, старик вздрогнул. — Почему именно я?.. — Учиться никогда не поздно. Разве не так? Улыбка. Сегодня она казалась Колпарану особенно убийственной. Так началось одностороннее «воспитание», продолжавшееся до тех пор, пока настроение Джулиана не улучшилось. ---------- Перекрёстная проверка — Фух. Я тихо выдохнул, рассматривая избитое лицо Колпарана. Он лежал совершенно неподвижно, но грудь продолжала подниматься в такт дыханию. Значит, жив. Несмотря на возраст и внешнюю безобидность, старик явно поддерживал форму. Поэтому воспитание получилось немного жёстче обычного. — Сэр Альхасар. Я осторожно назвал его имя. Мужчина, присматривавший за Колпараном, вздрогнул и тревожно посмотрел на меня. Впрочем, внешний вид у меня сейчас действительно был впечатляющий. Мерцающее фиолетовое марево над его головой прекрасно отражало состояние. Я нахмурился из-за нежелания приближаться и указал пальцем на старика. — Заберите его. — Да. Понял. Альхасар почтительно поклонился и помог Колпарану подняться. В обычной ситуации дворянская гордость не позволила бы старику принять помощь, но сейчас он, похоже, забыл о подобных мелочах. После такого избиения неудивительно. Я осмотрел остальных. Все потеряли желание сражаться. Бой закончился. Колпаран признал моё положение, а значит, никто из собравшихся больше не имел права атаковать. Именно поэтому они могли лишь молча наблюдать, как я превращал старика в отбивную. — Когда сэр Колпаран очнётся, передайте ему сообщение. — Что именно? — В следующий раз мы встретимся не в горах, а в столице, в выбранное мной время. Встречать его будет Пинтель. — Понял. Альхасар кивнул, собрал солдат и повёл Колпарана прочь. Даже отступая, все продолжали смотреть на меня со страхом. И восхищением. Один человек против такого количества бойцов — и ни единой заметной раны. — У-у-у-угх… Когда они окончательно исчезли, маска гордого Джулиана сползла с моего лица. — Всё-таки до совершенства далеко. Результат почему-то не удовлетворял. Ожоги от заклинаний почти не болели, но лишь потому, что маги оказались слабыми. «Будь среди них хотя бы несколько настоящих мастеров, одним ожогом дело не закончилось бы». Настоящий Джулиан не допустил бы даже такой царапины. — Абсурд. Я отвергал его природу и одновременно желал получить его мастерство. Шурх. Тень в теле зашевелилась, и наружу выглянул один глаз. — Сомбра. Никакой реакции. Что с ней? Ах да. Я ведь дал ей новое имя. — Ан… желика? Стоило произнести его правильно, как тень ожила. Она выпустила несколько глаз и начала осматривать обожжённое место. — Рана неопасна. Только услышав это, Анжелика успокоилась и отодвинулась. — Кстати, как ты это сделала? Во время боя я ясно видел стрелу Колпарана. Она летела в точку, откуда невозможно было ни уклониться, ни отбить атаку. Я уже смирился с попаданием и лишь сосредоточил ману, чтобы избежать смертельной раны. «В спешке даже забыл уплотнить тень». Как же стрела исчезла? Щёлк. Словно прочитав мой вопрос, Анжелика выплюнула из тела какой-то предмет. Стрелу. — …Ты её съела, а не заблокировала? Я растерянно смотрел на тень. Анжелика восприняла вопрос как похвалу, медленно прикрыла глаза и изогнула их, подражая улыбке Джулиана. *** — Не ожидал, что вы придёте настолько быстро. Через несколько дней после происшествия Колпаран посетил моё поместье. Разумеется, следы воспитания ещё не исчезли. Я мысленно усмехнулся, но старик смотрел крайне недовольно. — Тебе следует научиться уважать старших, Джулиан. Он ворчал, опираясь на трость. Синяки и повязки покрывали тело с головы до ног. — Требуется ещё одно воспитательное занятие? Судя по тону, сил у вас достаточно. — Кхм. Колпаран Демьюс кашлянул в кулак. Несмотря на дворянское происхождение, он производил непривычно лёгкое впечатление. В игре у Колпарана было мало диалогов, поэтому настоящий характер оставался для меня загадкой. — Во время прошлой встречи вы совершили серьёзную ошибку, сэр Колпаран, — строго произнёс стоявший рядом Пинтель. Я не собирался приглашать его, но каким-то образом он узнал о горном происшествии и настоял на участии. «Ничего не поделаешь». Из-за этого сделать Колпарана центром восстания стало труднее. Но вместе с тем появился шанс. «На этот раз нужно предельно ясно показать позицию». Абсолютно ясно. Даже не пытайтесь ставить меня во главе мятежа. — Хе. Тогда ты действительно выглядел человеком без достаточных оснований для власти. Я ни о чём не жалею, кроме того, что стоял и позволял себя избивать. — Цок. Пинтель раздражённо цокнул языком. — Тем не менее моё бездействие означало признание. А для свержения Тенелона вам всё равно требуется моя сила, разве нет? Вообще-то это не мой план… Зная, насколько активно Пинтель работал в Ордене, Колпаран вёл себя всё увереннее. Но какой бы победоносной ни была поза, испорченные ноги продолжали дрожать. Зрелище вызывало жалость. — Итак! Бах. Колпаран ударил тростью по полу, положил обе ладони на рукоять и принял серьёзный вид. Лицо покрывали глубокие морщины, отбрасывавшие тяжёлые тени. На мгновение он действительно стал похож на величественного старейшину. — Когда начнём? Все трое епископов понимали значение вопроса. Захват места верховного понтифика. И смерть Тенелона. Колпаран спрашивал дату переворота. — Поспешность недопустима. Решение примет сэр Джулиан, — ответил Пинтель. — О-о? Колпаран ухмыльнулся и бросил косой взгляд. — Судя по словам, вы готовы начать в любой момент, стоит Джулиану разрешить. — Если сэр Джулиан пожелает… Можно и сейчас. — Цок. Что он несёт? Я знал, что Пинтель безгранично мне доверяет. Но, похоже, это доверие уже его ослепило. Эй, приди в себя. Нам это не нужно. — Сэр Пинтель, проявим терпение. Мы стремимся к успеху, а не к бессмысленной смерти, верно? — …Прошу прощения. По крайней мере, слушался он быстро. Колпаран посмотрел на Пинтеля и продолжил: — Судя по всему, точного плана пока нет. На его губах появилась самодовольная улыбка. Пинтель раздражённо нахмурился, но после моего жеста промолчал. — Тогда позвольте мне составить дальнейший график. Что скажете? Колпаран наконец раскрыл настоящие намерения. Даже признав меня и присоединившись к заговору, он не мог отказаться от жажды власти. «Да! Именно так!» Я привлёк Колпарана, чтобы передать ему всю ответственность и самому отойти от опасности. Он не понимал моих намерений, но я полностью поддерживал инициативу. Бах! — Что вы такое говорите, сэр Колпаран?! Пинтель с мрачным лицом ударил ладонью по столу. — Ха-ха. Зачем так злиться? — На моём месте вы бы не разозлились?! Понятно. Пинтель проделал всю работу, а Колпаран собирался присвоить её результаты. — Сколько бы епископов ни поддерживали сэра Колпарана, вся власть принадлежит сэру Джулиану! — Ха-ха-ха. Пока Пинтель кипел от злости, Колпаран смеялся совершенно спокойно. Контраст был впечатляющим. Но вскоре оба всё же замолчали. Спорить между собой бессмысленно. Они ждали моего решения. Пришлось заговорить. — Поступим так, как предлагает сэр Колпаран. Я хотел разрушить тяжёлую тишину, но сделал её ещё глубже. Обстановка мгновенно стала тяжёлой. Почему? Я просто согласился с предложением. Лицо Пинтеля покраснело, словно он сейчас взорвётся. — Ч-что вы имеете в виду, сэр Джулиан?! Он первым не выдержал. В голосе смешались гнев и растерянность. — Это великое дело, которое должны возглавить именно вы! Передать всё сэру Колпарану означает… — Разве имеет значение? Я уже говорил: важен успех. Не обращая внимания на возмущение, я ответил твёрдо. «Мне всё равно, кто победит». Главное — уйти в сторону. Моя безопасность и психическое здоровье важнее чужой славы. Разве не очевидно? Я мог лично возглавить заговор и добиться успеха. Свергнуть Тенелона, стать верховным понтификом и управлять епископами. Но тогда императорская семья быстро раскроет мою связь с Орденом, и спокойной свободной жизни придёт конец. Как уже много раз говорилось, если Орден Рассвета не вредит мне, его существование безразлично. Воскрешение Демонического бога? Пусть катится ко всем чертям. Хотя судьба Святого Меча всё ещё немного интересовала. — Поддаться мелочной жадности и забыть о главной цели… Ха-ха. Что может быть смешнее? Так или иначе, мне требовался только успех задачи. Я посмотрел на Колпарана. «Ну как? Теперь можете забрать себе всё, чего желаете… М-м?» Реакция оказалась неожиданной. По избитому лицу старика стекал пот. Уверенность и расслабленность исчезли. До сих пор больно? Желание власти естественно для человека. «По поступкам он точно её жаждет…» *** Колпаран поднял глаза и посмотрел на Джулиана. Узкие веки полностью скрывали взгляд, не позволяя прочесть ни одной эмоции. Поняв, что пробиться сквозь Непроницаемое лицо невозможно, старик мысленно усмехнулся. «У него есть скрытый замысел». Он не понимал истинной цели, но решил: это неважно. «Щенок стал хитрее». Он больше не был тупой гончей, беспрекословно выполняющей приказы императорской семьи. Научился плести интриги. «Не терять великой цели из-за мелочной жадности? Ха!» При любом исходе вся выгода всё равно достанется Джулиану. Если Колпаран примет предложение, окружающие увидят старика, ослеплённого личной наживой, а Джулиана — бескорыстным лидером. Если откажется, покажется жалким трусом. — Что решите, сэр Колпаран? — М-м… Хорошо. Я окажу поддержку, как вы предложили. Возможно, стоило действовать именно так. «Молодой дурак сам попался в собственную ловушку». Даже если окружающие сочтут его жадным, Колпаран не собирался отступать. Он признавал, что Джулиан обладает талантом главы Ордена, но пока не мог признать его своим главой. — Я свяжусь с знакомыми епископами. Начну с Генинa. Он управляет монастырём. Колпаран назвал конкретные шаги. Теперь Джулиан не сможет отказаться. «Ну и что дальше?» Скажет, что всё было шуткой? — Прекрасно. Исключительно мудрое решение, сэр Колпаран. Вопреки ожиданиям, Джулиан выглядел искренне довольным. — Если вы возьмёте управление на себя, вероятность провала значительно уменьшится. Вместо принятия ответственности он фактически переложил всю тяжесть на Колпарана. Именно поэтому? В голове старика поднялся хаос. «Что он замышляет?» Долгие годы Колпаран жил дворянином и епископом Ордена Рассвета. Он выжил лишь благодаря способности лавировать в политике. Без неё Тенелон давно устранил бы соперника. Видеть, что лежит на столе переговоров. Понимать желания собеседника. Это основы. «Джулиан…» Но его намерения оставались совершенно непостижимыми. Он действительно отдаёт всю ответственность? «Неужели совсем не жаждет власти?» После победы над Тенелоном человек с наибольшим влиянием неизбежно станет верховным понтификом. Невозможно поверить, что Джулиан откажется от места, ради которого якобы всё организовал. — Кхе-кхе. Я пошутил, молодой человек. Если бы действительно хотел занять ваше место, не пришёл бы сюда. На переговорах первым отступает тот, кто раньше раскрывает карты. Не сумев понять замысел, Колпаран решил сделать шаг назад и посмотрел на Джулиана с невольным уважением. — Не нужно называть это шуткой. Я совершенно серьёзен, сэр Колпаран. Даже после раскрытия карт Джулиан продолжал давить. «Что, блять, задумала эта бешеная императорская гончая?!» Опытный политический лис оказался загнан в угол. А человек, которого он считал мастером переговоров, думал лишь об одном. «Я же сказал, что всё ваше! Просто заберите уже!» ---------- Тёмное прошлое — …Блять. Откинувшись в кресле, я вспоминал разговор с Колпараном. Я снова и снова предлагал ему взять руководство на себя, но старик яростно отказывался. Сколько ни настаивай, он продолжал сопротивляться. — Простите. Думаю, нам лучше остановиться. В конце концов Колпаран даже начал извиняться. — …Но я действительно говорил серьёзно. Значит, всё вернулось к исходной точке. Хотя, возможно, ситуация стала только хуже. — Невероятно! Вы даже заставили сэра Колпарана уступить! Теперь епископы, согласившиеся сотрудничать, будут безоговорочно доверять сэру Джулиану! Похоже, моё влияние выросло ещё сильнее. — Мне это не нужно. Кому вообще требуется доверие Ордена Рассвета? Даже Святой Меч влез в подобные дела… «Хотя он тоже уже не тот». Этот мир окончательно сходил с ума. Нужно забыть о мысли, будто проблемы можно решить одним доверием. — В конечном счёте каждый должен защищать себя сам. Я вспомнил столкновение с солдатами Колпарана. Ожоги от магии уже зажили, а усталость после боя почти исчезла. Всё благодаря Анжелике, защитившей меня от неожиданной стрелы. Без неё… «Я бы до сих пор корчился от боли». Исцеление Джулиана значительно превосходило человеческое, но не было всесильным. Настоящий Джулиан вообще не позволил бы заклинаниям попасть. «…Каким был его меч?» Я зашёл слишком далеко, чтобы теперь начинать поиски настоящей личности Джулиана, но любопытство всё равно появилось. Увидеть его фехтование уже невозможно. «Сейчас Джулиан — это я». Я решил временно отложить попытки передать Колпарану главную роль и сосредоточиться на обычной работе. Документы секретариата не были сложными, но если откладывать, мелкие поручения быстро превращались в огромную гору. Я наскоро поставил печати, отнёс бумаги в кабинет командира Одвин, а она, словно ждала именно этого момента, протянула мне книгу. — Можешь вернуть её в центральную библиотеку? Я уже собирался спросить, почему должен возвращать чужие книги, но случайно заметил название. [Связь правильного питания и физического роста] Едва прочитав его, я без колебаний произнёс: — Вам не кажется, что уже поздновато? — …Почему я должна слышать это от тебя? Одвин ответила с непривычной язвительностью. Она пыталась выглядеть равнодушной, но рост явно оставался болезненной темой. — Тогда объясните, почему книгу должен возвращать я. Я улыбался, но действительно не понимал. Если она брала книгу, почему сама не отнесёт обратно? — Ха-а… Это ради тебя. Просто сходи. Ради меня? Как возвращение книги в библиотеку может быть полезно мне? Я продолжал молча смотреть, и Одвин снова вздохнула. — Скоро сюда прибудут представители рода Годрихт. — Годрихт? Зачем? Она прищурилась. — Ты действительно не понимаешь? — Разве я что-то сделал? Я честно исполнял обязанности при императорском секретариате и… — Ты устроил происшествие. Происшествие? Слово мгновенно привело мысли в порядок. Наверняка речь о главном поместье Крайпарт. О том рыцаре… — Это была самооборона. — Даже если так, любые дела с Годрихт способны превратиться в проблему. Ты это знаешь. Да, знаю. Блять. Влияние четырёх великих родов в Империи почти сравнимо с властью императорской семьи. Формально я принадлежал к Крайпарт, но рассчитывать на их защиту не мог. «К тому же Орнн всё видел». Фактический глава семьи Крайпарт. Он мог подтолкнуть Годрихт к наказанию. — Но странно. Разве в таком случае меня не должны вызвать представители императорского двора, а не сами Годрихт? Их влияния, вместе с властью Совета Старейшин под руководством Орнна, хватило бы, чтобы сфабриковать обвинение и вызвать меня в секретариат. Люди с авторитарными замашками обожают подобные методы. Почему они так не сделали? — На самом деле происшествие не получило огласки. Кто-то пытался раздуть дело, но ему помешали. — Кто? — Что удивительно, Альба Годрихт. М-м. Альба. Имя напомнило о давнем банкете. Я вспомнил живой, любопытный взгляд, обращённый ко мне. «Возвращает услугу?» Он действительно прикрыл неудобную историю. — Значит, вы хотите не позволить делу разгореться снова, поэтому отправляете меня подальше от Годрихт. — Не лучше ли встретиться и решить всё напрямую? Одвин снова сузила глаза. — Я знала, что ты это скажешь. Поэтому и хочу, чтобы тебя здесь не было. Альба замял историю, а ты можешь снова всё испортить. Предупреждение заставило задуматься. «Наверняка приезжают те представители Годрихт, которых я видел в «Пламени Заката»». Возможно, лучше действительно избегать встречи. Но ради образа Джулиана следовало слегка поворчать. — Если командир Одвин настаивает, у меня нет выбора. Изобразив поражение, я забрал книгу. Центральная библиотека находилась рядом с императорским дворцом. Поручение было слишком простым, чтобы всерьёз отказываться. — Спасибо за понимание. В голосе Одвин прозвучало облегчение. «Всё из-за обычного поведения Джулиана». Именно Джулиана, не меня. По собственным меркам я всегда действовал нормально. — Кстати, леди Одвин, уже слишком поздно. — …Для чего? — Вы прекрасно понимаете. Я едва заметно указал глазами на название книги. Одвин молча показала на дверь и низким голосом произнесла: — Может, ты уже уйдёшь? *** Я покинул Врата Почтения и направился к первой линии дворца. Идя по идеально ровным дорогам, снова любовался пейзажами императорского комплекса. Здесь действительно было великолепно. Впрочем, при ежегодных расходах в десятки миллиардов нар иначе и быть не могло. Ухоженные дороги и величественные здания. Одна из восьми имперских достопримечательностей — Дорога аудиенций, которую постоянно поддерживали лучшие садовники. Вскоре впереди показалось огромное строение. — Вот оно. Центральная библиотека располагалась возле первых ворот. Хранилище знаний, собиравшее всю долгую историю Империи Адратан. Когда я приблизился ко входу, занятые делами люди начали расходиться в стороны, словно воды Красного моря. Они делали это почти бессознательно, но их взгляды оставались далеко не дружелюбными. «Что здесь забыл убийца?» Именно это читалось на лицах. — Д-добро пожаловать, сэр Джулиан. За стойкой встретил библиотекарь. По лицу стекал пот, а глаза задавали тот же вопрос: «Зачем?» — Я пришёл вернуть книгу. Я положил её на стол. Работник мгновенно расслабился. Теперь причина напряжения стала понятна. Библиотека — хранилище знаний. Появление Джулиана здесь могло означать исполнение какого-нибудь секретного поручения. Узнав, что я лишь возвращаю книгу, все облегчённо выдохнули. — Ах… Её брала командир Одвин! Успокоившись, библиотекарь принял издание. Взгляд ясно просил поскорее уйти. «Но я впервые здесь. Нельзя просто развернуться». Я осмотрел просторный интерьер. В огромном зале тянулись бесконечные ряды стеллажей. «Наверняка есть книги о фехтовании». Любопытство проснулось само собой. После получения черты «Новый Святой Меч» у меня появилось непривычное желание усердно тренироваться. Возможно, я стал серьёзнее относиться к мечу. Однако одних движений тела было недостаточно. Само тело Джулиана уже почти совершенно. «Мне не хватает опыта и знаний». Я спросил библиотекаря, можно ли осмотреть коллекцию. — Разумеется! Обычно требуется членство, но сотрудникам императорского дворца оно не нужно. Ещё одно преимущество службы в секретариате. Все учреждения между первыми и вторыми воротами дворца были доступны без ограничений. Войдя, я сразу направился к разделу «Фехтование». «Кажется, здесь должна быть книга Святого Меча». Центральная библиотека хранила самые разные произведения. Некоторые считались оригинальными трудами великих мастеров. Среди них находилась книга, написанная Хейденом Райхом. [Искусство фехтования двумя глазами] Она стояла в дальнем углу раздела, куда почти никто не заглядывал. Незаметная книга действительно принадлежала Святому Мечу. «Она здесь». На первой странице я увидел посвящение: [Моему дорогому другу Захарду] Согласно истории, Хейден написал этот учебник, чтобы помочь слепому мечнику, переживавшему застой в молодости. Проблема состояла в том, что Захард был слепым. То есть молодой Хейден мог создать «Искусство фехтования двумя глазами» исключительно ради издевательства над другом. Правда это или нет, никто не знал. «Пасхалка. Интересно, в книге действительно есть полезный текст?» Если во время игры за Святого Меча найти книгу, Хейден лишь говорил: — Это глупость моей молодости. После чего отказывался объяснять. Содержание оставалось загадкой и давно вызывало интерес. «Посмотреть?» С предвкушением я начал листать страницы. [Моему дорогому слепому другу Захарду] [И всем, кто идёт путём меча] Вступление сразу захватило внимание. Обращение ко всем мечникам звучало настолько благородно и весомо. «Всего несколько строк, а уже пробирает». Неудивительно. Пусть нынешний Святой Меч сбился с пути, автором этих слов был настоящий Хейден Райх, которого я знал. С волнением я перевернул страницу. Затем ещё одну. — Но… Что это вообще такое? После посвящения шли только пустые листы. Страница за страницей. В поисках хотя бы одного совета о фехтовании я листал бесконечную белую бумагу, пока не закружилась голова. «Что… ты хотел этим сказать?» Может, на пути меча чужие советы не нужны? В подобном объяснении даже был смысл. Какой бы ошибочной ни казалась дорога, если довести её до совершенства, она станет истинным путём. Раньше, в отчаянии, я наверняка убедил бы себя именно в этом. «Подумал бы: „О, понимаю. Наверное, так и есть“». Но теперь всё изменилось. После личной встречи я понял: характер Хейдена Райха был куда мерзее, чем казалось в игре. Значит, книга скорее всего… «Ты действительно написал её только чтобы издеваться над Захардом?» Серьёзно? ---------- Гость, прибывший первым (1) Теперь я уже знал: запредельное благородство Святого Меча было лишь иллюзией, созданной решениями игрока. В мире «Let’s Kill the Demon King Now» Святой Меч был всего лишь ещё одним человеком, живущим своей жизнью. Он тоже честно следовал собственным желаниям, стремился к силе и, как и я, боялся смерти. «Но серьёзно… он и правда всегда был таким?» Я снова посмотрел на книгу, написанную Святым Мечом. Целый труд, созданный исключительно ради того, чтобы поиздеваться над собеседником. Осознавать это было непривычно и поразительно. — И где же тогда мне искать наставления Святого Меча? Учеником Святого Меча был Джулиан, а не я. Моё тело двигалось инстинктивно, не повинуясь моим намерениям, и порой это страшно раздражало. Поэтому я решил хотя бы почитать и попробовать научиться самостоятельно. Причина была одна. Я чувствовал собственную нехватку мастерства. Особенно отчётливо это проявилось в бою с наёмниками Колпарана. Местами мои движения были неловкими и неестественными. Пусть главной причиной стала потеря бдительности, меня всё же застали врасплох. Если бы магия оказалась немного сильнее, я действительно мог погибнуть. После долгих размышлений я пришёл к выводу, что мне нужны наставления Святого Меча, и потому отправился в библиотеку искать его труды, но… «Да блять!» Я совершенно упустил из виду, что у Святого Меча тоже когда-то была молодость, полная глупостей. «Вот бы найти место, где остались следы боя самого Джулиана». Я пытался ему подражать, но насколько сильно настоящее мастерство отличалось от моей имитации? И в чём именно заключалась разница? Стоило этим вопросам возникнуть, как меня осенило. — А ведь есть такое место. Там, где Джулиан сражался с высокоранговым демоном ещё до моего появления. Тогда он повредил голову, а мне потом пришлось изображать амнезию и терпеть последствия. «То место никуда не делось». Я закрыл книгу и поднялся. Прежде чем туда отправиться, следовало кое-что уладить. Ах да. Возвращая труд Святого Меча на полку, я не забыл мысленно добавить: «Безумный ублюдок». *** Время для поездки было неудачным. Если я сейчас покину столицу, предсказать, что случится в моё отсутствие, станет невозможно. Но желание поскорее увидеть оставшиеся там следы было настолько сильным, что подавляло здравый смысл. — Поэтому я возьму отпуск, леди Одвин. Я знал, что Джулиан всегда делал что хотел и считал это своим правом. Но раз я покидал столицу по личным делам, а не по заданию, стоило хотя бы поставить начальство в известность. — …Тебе нужен отпуск? Сидевшая за столом Одвин бесстрастно посмотрела на меня. Да ладно вам. Серьёзно? Даже мне иногда хотелось отдохнуть, когда накапливались усталость и раздражение. — Разве ты не всегда отдыхал, когда хотел, и работал только по настроению? Слышать от тебя просьбу об отпуске довольно необычно. Я вновь с болезненной ясностью понял: прежний Джулиан жил по принципу «делаю что хочу». Неисправимый ублюдок. Одвин, словно окончательно смирившись с происходящим, поставила локти на стол и опёрлась подбородком на сцепленные руки. — Всё же я хочу услышать причину. Если секретариат спросит, мне понадобится правдоподобное объяснение. Я сделал вид, что задумался, и выдал заранее подготовленный ответ: — Если требуется формулировка, назовём это путешествием в поисках себя. — …Самоанализ? Ты, Джулиан? — А чем это хуже попыток в вашем возрасте выяснить, как стать выше? Сначала Одвин лишь растерянно моргнула, но уже через секунду пронзила меня яростным взглядом. — Ты собираешься покинуть столицу? — Да. — Куда направишься? — Слишком много вопросов. Разве я не заслуживаю немного личного пространства? — И это говорит человек, который сам постоянно вторгается в чужую жизнь под предлогом имперских законов? После нескольких намеренно наглых отговорок я всё же ответил: — На север Империи. — …На север? Когда я кивнул, в глазах Одвин мелькнул странный блеск. — Ты ведь не собираешься встречаться с третьим принцем? Её настороженность была понятна. Север Империи — Северный фронт — считался одним из самых опасных мест страны. Демоны и чудовища нападали там почти ежедневно, суровый холод не отступал, а припасов и ресурсов вечно не хватало. Именно там когда-то совершили немало подвигов Джулиан и Святой Меч. Теперь же на фронте обосновался третий принц, одержимый борьбой за престол и стремившийся подчинить себе армию. — Разумеется, нет. Я не настолько глуп. — …Фух, тогда хорошо. «Закрытые Глаза» обязаны сохранять нейтралитет. Если бы речь шла о задании — другое дело, но встречаться с принцами по личным причинам нельзя. Собравшись с мыслями, Одвин решительно покачала головой. — Если ты что-нибудь натворишь, разгребать придётся мне. В конце концов, командиром я числюсь лишь на бумаге. Она произнесла это совершенно спокойно, будто самоирония её ничуть не задевала. — Ну, титул командира у леди Одвин всё же не совсем пустой. Стоило мне согласиться, как она тут же раздражённо нахмурилась. — Я не это имела в виду… — Тогда я пойду. Пожалуйста, оформите отпуск как следует. Не желая дожидаться нового убийственного взгляда, я поспешно вышел из кабинета. *** Раз уж я собирался покинуть столицу, следовало предупредить Пинтеля. В моё отсутствие могло произойти что угодно. — На север?! Но почему так внезапно…? — Мне нужно кое-что найти. Точнее, я хотел найти следы наставлений Святого Меча, но объяснять это было слишком сложно, поэтому ограничился расплывчатым ответом. — Тогда я отправлюсь вместе с вами! Ну конечно. Я так и знал, что он это скажет. Пинтель сразу вспылил и принялся убеждать меня, что не может отпустить меня одного в столь опасное место. Сдерживая нарастающую головную боль, я постарался мягко его утихомирить. — Не стоит. У вас здесь есть свои обязанности. — Обязанности…? — Ради нашего дела вы должны остаться в столице. Слова «ради нашего дела» явно попали в цель. На лице Пинтеля тут же появилось почти трогательное выражение. — …Если такова воля сэра Джулиана, я понимаю. — Благодарю за понимание. — Т-тогда возьмите хотя бы охрану! Зачем мне охрана, идиот?! Ты решил на весь город объявить, что меня нет в столице? Причина была пустяковой, но меня почему-то охватило необъяснимое раздражение. — Вы мне не доверяете? — Вовсе нет! Простите, если оскорбил вас. Услышав мой холодный тон, Пинтель тут же склонил голову. — Но если с сэром Джулианом что-нибудь случится, все наши планы рухнут. Сейчас собравшиеся ради восстания, включая архиепископа леди Элеонору, верят именно вам. На этот раз Пинтель смотрел с таким решительным видом, что отступать явно не собирался. — Возьмите хотя бы посыльного. В этом вопросе даже я… не могу уступить. Услышав столь твёрдые слова, я мысленно тяжело вздохнул. «Кто увидит со стороны, решит, что я уже верховный понтифик». Пока ещё нет, но в голове Пинтеля, похоже, всё было именно так. А я не хотел им становиться. Ни сейчас, ни когда-либо. — Так вот почему я здесь? Сзади раздался недовольный голос. Я обернулся и увидел верхом на лошади здоровенного мужчину со шрамом через глаз. Некогда известный как «Могучая Рука» Фелхор смотрел на меня крайне угрюмо. — Именно. Разве защита епископа не входит в обязанности монсеньора? — Входит, но почему именно я…? Почему? Потому что это ловушка. Именно Фелхора Пинтель вынудил сопровождать меня. Остальные монсеньоры Ордена Рассвета пока не находились ни под моим влиянием, ни под влиянием Пинтеля. Этот же был сравнительно послушным и уже имел со мной тесные… отношения. Потому выбор пал на него. — Так куда именно на севере вы направляетесь? Только не на Северный фронт… — Верно, не на фронт. В ущелье Фиренте перед ним. — Ущелье Фиренте… Разве не там сэр Джулиан прежде уничтожил демона? Там же вы получили удар по голове и потеряли память… Удивительно, насколько хорошо он был осведомлён. Стоило назвать место, как Фелхор сразу выдал подробности. Ах да. Точно. Когда-то этот тип пылал желанием мне отомстить. Вот почему он так тщательно изучал моё прошлое. — Тогда к завтрашнему дню доберёмся. Но разве по пути не придётся ночевать под открытым небом? Между столицей и ущельем Фиренте нет деревень. При мысли о ночёвке Фелхор скривился. Я его понимал — мне тоже не хотелось спать на земле. К счастью… — Ночевать снаружи не придётся. Перед ущельем есть деревня. — …Деревня? Насколько я знаю, ближайшие поселения находятся уже почти у Северного фронта. Он был прав. В этом мире поселения без Камней Резонанса возникали редко. Однако совсем маленькие деревни могли существовать и без них. Остаточная воля демонов действительно тянулась к местам скопления людей, но если жителей было мало, иногда просто не замечала их. «А с неразумным демоном опытные солдаты вполне способны справиться самостоятельно». Благодаря этому существовали небольшие поселения, официально не признанные Империей. Я и сам… на каком прохождении это обнаружил? Кажется, лишь после нескольких сотен завершённых игр. Неудивительно, что большинство людей даже не слышало об этом месте. — На картах её нет. — Раз так… там наверняка живут подозрительные люди. Конечно. Если у поселения хватало бойцов, чтобы отбиваться от демонов, но Империя всё равно отказывалась его признавать, обычными гражданами его жители точно не были. — Вовсе нет. Место вполне приличное. Отправляясь искать место, где Джулиан некогда сражался с демоном, я не думал, что окажусь здесь. Хотя нет. Немного всё-таки ожидал. Спать под открытым небом мне совершенно не хотелось. «Деревня бродяг». Поселение основали солдаты, сбежавшие с Северного фронта и лишившиеся права войти в любой официальный город. Формально они были бывшими военнослужащими, но, учитывая способы, которыми зарабатывали себе на жизнь… Назвать их преступниками было бы даже мягко. — Ха-ха-ха! Никогда бы не подумал, что гости сами заявятся к нам в руки! Стоило нам въехать в деревню бродяг, как навстречу вышел мужчина с грубым, почти уродливым лицом и громко расхохотался. Я повернул голову и заметил, как Фелхор настороженно оглядывается. Он быстро приблизился и понизил голос: — Вы уверены, что это нормальное место? Странное поведение встречающих явно его нервировало. — Всё в порядке. Просто у этих людей особая профессия и собственный способ заработка. — …Особая? — Да. Они разбойники. ---------- Гость, прибывший первым (2) Солдаты, сбежавшие с Северного фронта, не могли вернуться в столицу или войти в города с жёстким контролем. За дезертирство полагалась немедленная казнь, поэтому им оставалось лишь скрываться. Во что же превращались поселения, основанные такими беглецами? «Наверное, в разбойничьи логова». Однако для лагеря преступников деревня выглядела на удивление ухоженной. Улицы освещали фонари с мана-камнями, а для торговли и отдыха имелись даже таверны. Существовать таким поселениям позволяли демоны. Для правителя ближайшего города подобная деревня могла оказаться даже выгодной: демоны и чудовища сначала нападали на неё, а не на город. Пусть Камни Резонанса и создавали защитный барьер, никому не хотелось, чтобы твари бесцельно бродили прямо у стен. Поэтому Империя, несмотря на собственные законы, не слишком усердно искореняла такие места. Некоторые города даже тайно помогали им, позволяя жителям жить относительно спокойно — если не считать периодических нападений демонов. Во всяком случае, так всё выглядело на поверхности. — Ладно, заходите! Ночь уже близко, а вам наверняка нужно где-то переночевать! Мужчина, походивший на деревенского старосту, с громким смехом повёл нас к таверне. «Этот тип…» Во время прохождений за Святого Меча я несколько раз встречал его здесь. «Кажется, его звали… Дегрид?» Да, вроде бы. Ходили слухи, что это была пародия на имя лесничего из какой-то истории про юного волшебника. Как бы то ни было, он привёл нас к довольно крупному для деревни зданию. — Здесь у нас таверна, но комнат хватает. На одну ночь точно разместитесь! Дегрид снова весело расхохотался и вошёл внутрь. — Вы правда собираетесь здесь остаться? Когда он скрылся, явно встревоженный Фелхор сунул ко мне свою огромную голову. Блять, напугал! Убери лицо подальше. Каким бы роскошно суровым ни казался его облик, каждый раз видеть эту рожу вблизи было не по себе. — Вы же сами сказали, что они разбойники. И всё равно… — Для начала войдём. На улице уже темно, а спать под открытым небом мне не хочется. Кроме того… — Кроме того? Фелхор посмотрел на меня с понимающим видом. — Если что-нибудь случится, разберётесь вы. Вы ведь бывший рыцарь. — Но это… а-а-а… Тяжело вздохнув, он опустил голову и последовал за мной в здание. Скрип. Стоило переступить порог, как я невольно осмотрелся. «А здесь неплохо». Всё выглядело именно так, как я помнил по игре: простые столы, оживлённый гул разговоров и стойка у дальней стены. Дегрид, явно считавшийся хозяином, достал с полки бутылку и принялся пить прямо из горлышка. «Какая вульгарность». Дворянская натура Джулиана на мгновение потребовала обнажить меч от одного лишь отвращения. «Не будем создавать проблем». Проявив почти нечеловеческое самообладание, я сдержался. — Если собираетесь ночевать, с каждого по сто наров. Как вам? К этому моменту Дегрид уже опустошил бутылку и лениво крутил её в руке, будто само собой подразумевалось, что мы заплатим. Отказываться я не собирался. Мы заехали сюда именно ради кровати, а не очередной ночи на земле. Сто наров — почти даром. — Я заплачу. Возможность спать в помещении посреди такой глуши стоила этих денег. — Вот и славно. Но знаешь… В этот момент поведение Дегрида изменилось, а в его взгляде проступила явная враждебность. Одновременно вокруг здания возникло множество присутствий. «Остальные разбойники заняли позиции». — …Тц. Фелхор тоже это почувствовал. Он цокнул языком и бросил на меня взгляд, ясно спрашивающий, зачем мы вообще сюда сунулись. Он не знал, что я вошёл сюда, прекрасно понимая, что произойдёт. Стоило переступить порог, как остальные должны были вылезти из укрытий. Дегрид внимательно изучил нас и заговорил: — Вы солдаты, верно? — Да. Формально это не было ложью. Сотрудника «Закрытых Глаз» вполне можно назвать солдатом. — А здоровяк рядом похож на бывшего рыцаря. По походке видно — слишком уж прямой и зажатый. Надо же, сумел распознать это по одному Фелхору. — Вас прислали расправиться с нами? — Неужели столица стала бы посылать людей ради такой мелочи, как вы? Я намеренно ответил с провокацией. Фелхор рядом тут же приготовился к бою. Ну и зачем так напрягаться? Я совершенно не собирался ввязываться в бессмысленную драку. Моей целью было исследовать место столкновения Джулиана с высокоранговым демоном и по оставшимся следам понять наставления Святого Меча. Мне не хотелось копить усталость из-за каждой случайной стычки. К тому же… «Я знаю, как решить всё мирно». Глубоко вдохнув, я вспомнил нужную реплику из игры. — Мы тоже дезертировали с Северного фронта. Фелхор резко повернул голову. — … Вокруг воцарилась тишина. И Дегрид, и Фелхор смотрели на меня совершенно ошарашенно. — В-вы дезертиры? Я утвердительно кивнул, и наполнявшая помещение враждебность мгновенно исчезла. Конечно, подозрения ещё оставались. Не давая Дегриду задать следующий вопрос, я продолжил: — Я служил в третьем охотничьем отряде под командованием лорда Захарда. — …В третьем охотничьем отряде? — Да. — И сбежал оттуда? — Именно. На его лице отразилось уже не удивление, а почти понимание. Дегрид прекрасно знал, насколько тяжело служить под началом слепого воина Захарда. Именно поэтому я назвал этот отряд. Слова подкреплялись реальной службой Джулиана в одном из самых печально известных подразделений фронта. Причина дезертировать звучала вполне убедительно. Чтобы окончательно развеять сомнения, я добавил: — Там отвратительно кормили. На этот раз я говорил совершенно серьёзно и даже почти не улыбался. Дегрид коротко рассмеялся. — Еда третьего отряда знаменита на всём фронте. Я однажды попробовал — свиное пойло и то вкуснее. — Говорили, их интендант раньше был охотником, пока северяне не отрезали ему язык. Потому он и не чувствовал вкуса. — Кха-ха! Да, я тоже это слышал! Остатки подозрительности постепенно растаяли. По сути, здесь собрались дезертиры, связанные общим прошлым. Человек с похожим опытом легко становился своим. Из солдата, пришедшего их схватить, я превратился в товарища по несчастью. Настолько резкая перемена восприятия столь же быстро породила чувство близости. А ещё у нас появился общий враг. — К чёрту Империю. Ничто не сближает так хорошо, как совместная ненависть. — Ха! А я чуть не потребовал денег с товарищей. Смеясь, Дегрид выбежал наружу и громко крикнул: — Эй! Все сюда! Это не солдаты, пришедшие нас ловить. Они наши! Услышав это, Фелхор посмотрел на меня с нескрываемым сомнением. — …Вы действительно служили в третьем охотничьем отряде? Я лишь молча улыбнулся. Разумеется, нет. Просто бессмысленные драки меня не привлекали. Не из-за какой-то борьбы с собственной природой, а ради банального душевного спокойствия. — Ну же, выпьем! — Давненько к нам не заглядывали беглецы с фронта! Как не выпить за младших товарищей? Проблема заключалась в том, что теперь моему душевному спокойствию угрожала попойка. Обычно я бы не возражал, но Джулиан испытывал к такой обстановке почти физическое отвращение. «…Хотя пока терпимо. Уже неплохо». Я ощущал странное удовлетворение от того, что сумел провести ситуацию по знакомому игровому сценарию. Наверное, это и называлось чувством достижения. В первых прохождениях я по незнанию просто убивал всех здесь. Но стоило узнать правильные варианты ответа, как лишних хлопот удавалось избежать, а события разворачивались иначе. — Ха-ха-ха! Этот здоровяк выглядит так, будто способен голыми руками свернуть шею демону! Чего он вообще сбежал? — Точно! — Я не сбежал! Просто взял небольшой отпуск. — Разве это не называется дезертирством? — Ха-ха-ха-ха! Даже Фелхор, поначалу явно недовольный, теперь поднимал кружку вместе с остальными. Обнявшись за плечи с бывшими солдатами и громко смеясь, он выглядел настоящим разбойником. Нашёл своё призвание? Слишком уж естественно вписался. — Слушай, а твоё лицо мне почему-то знакомо. Будто где-то видел. Дегрид сидел напротив и, прищурившись, внимательно меня рассматривал. Вероятно, он когда-то слышал описание Джулиана или видел его издалека на фронте. — Возможно. Третий охотничий отряд часто перебрасывали по разным местам Севера. — Наверное, поэтому. Просто похож на одного известного типа с фронта… Как же его звали? Джу… что-то там. — Неужели подобный человек оказался бы здесь? Я изобразил полное недоумение. В столице невозможно было не узнать узкоглазого злодея, но Дегрид и остальные давно сбежали с фронта и жили в изоляции. Даже смутные воспоминания о моей внешности показывали, насколько знаменит был Джулиан. Я хотел тишины и покоя, но известность приятно щекотала врождённую гордость Джулиана. Уголки губ сами поползли вверх. Определённо не по моей воле. — Точно, ик! «Закрытые Глаза», наверное, уже ползают перед императорской семьёй без рук и ног! — Ага. Может, и пальцев лишились. — Ха-ха! Наверняка! Постоянно прикладываясь к бутылке, Дегрид в прекрасном настроении подливал мне в кружку. Обжигающий вкус дешёвого алкоголя оставался на языке, но к выпивке я относился безразлично, поэтому не возражал. — И всё же, ик… ты здорово пьёшь! Лучше всех здесь! Словно воин, наконец встретивший достойного соперника, Дегрид раз за разом наполнял мой стакан. Давно ко мне никто не обращался настолько непринуждённо, и это оказалось не так уж неприятно. Пусть он был дезертиром и разбойником, ощущение оставалось одновременно горьким и тёплым. — Ик! Вы сюда пришли, чтобы остаться жить с нами? — Нет. У меня дело в ущелье Фиренте. — В ущелье? Зачем лезть в такое опасное место? Чтобы отыскать озарение в следах битвы настоящего Джулиана. Разумеется, прямо сказать это я не мог и уже подбирал подходящую отговорку, когда рядом раздался голос: — Эй, сэр Джу… сэр! Я тут кое-что интересное услышал! Изрядно пьяный Фелхор, весело ухмыляясь, пошатываясь подошёл ко мне. Даже в таком состоянии его мозгов хватило назвать меня «сэром», а не Джулианом. Излишнюю фамильярность я пока прощал. Пока. Когда мы отсюда уйдём, у него появятся проблемы посерьёзнее. — Говорят, эти ребята недавно похитили какого-то дворянина, который утверждает, что принадлежит роду Крайпарт. Разве не смешно? — Ха-ха-ха! Да какой представитель Крайпарт станет бродить в одиночку? Остальные тоже громко рассмеялись и принялись перебрасываться подробностями. Я слегка наклонил голову. «Кто-то из рода Крайпарт?» Любопытно. Может, Геранд? Нет, после избиения Орнном он вряд ли вообще вставал с постели. — Кхи-хи! Он из той же семьи, что и сэр! Вы посмотрите на его лицо и сразу поймёте, настоящий он Крайпарт или нет! Фелхор всё ещё не осознавал, что именно его ждёт после этой поездки. Этот придурок совсем опьянел? Зачем внезапно заговорил о моей семье? — … Шумная таверна мгновенно стихла, будто по ней прошёлся призрак. — …Что ты сказал? Сидевший напротив Дегрид медленно повернул голову и впился в меня взглядом. Лица остальных тоже подозрительно напряглись. «Ну конечно. В итоге всё пришло к этому». Фелхор, блять. Мы ещё поговорим, когда выберемся отсюда. ---------- Гость, прибывший первым (3) Таверну заполнила тяжёлая тишина. Я ведь старался избежать драки. Возможность управлять ситуацией почти как в игре дарила знакомое ощущение контроля. К тому же просто подавить всех грубой силой и обеспечить собственную безопасность было бы слишком похоже на поступок настоящего Джулиана. Поэтому я попытался всё уладить мирно, но, похоже, не довёл дело до конца — ограничился поверхностным решением и ушёл. Хотя, если точнее, я просто не учёл, насколько Фелхор идиот. Будущее этого несчастного становилось всё печальнее. Как он вообще собирался расплачиваться за всю накопленную карму? Всё ещё сохраняя крохотную надежду, я осмотрел присутствующих. Если удастся договориться словами, разве не будет лучше? Да и пусть я принадлежал к роду Крайпарт, особой привязанности к нему у меня не было… — М-м-м. Над головами почти всех, кроме так и не осознавшего своей ошибки Фелхора, поднималось красное марево. Яркая враждебность. Их отношение стремительно менялось от одной крайности к другой. Подозрение, которое удалось временно загнать внутрь, проросло и расцвело всего за три секунды. «Безнадёжно». Только теперь Фелхор начал понимать происходящее. Его глаза заметно расширились. Мы с тобой ещё поговорим. Лязг. В затихшей таверне один за другим раздались металлические звуки. Люди тянулись к оружию. Напряжение сгустилось так, словно рядом могла взорваться бомба. — Хья-а-а! Первым поджёг фитиль один из тех, кто совсем недавно пил вместе с Фелхором. Он выхватил меч, оттолкнулся от стола и бросился на меня. Куда бы его ударить? Слишком богатый выбор. Пусть когда-то его призвали на Север как солдата, сейчас он казался мне ребёнком, неумело размахивающим мечом. Бам! Для начала я решил ограничиться лёгким ударом кулака. Я всё-таки не настолько ужасный злодей, чтобы без необходимости выхватывать клинок и отрубать людям конечности. Мужчина отлетел назад быстрее, чем успел приблизиться, и с такой силой проломил дверь таверны. Грохот! Увидев расколотую дверь, дезертиры уставились на меня широко раскрытыми глазами. Они только что собственными глазами увидели силу, внушавшую почти благоговейный ужас. — Ха… ха… Глоток. Дегрид и остальные разбойники нервно сглотнули. — Я не хотел, чтобы всё закончилось именно так. Добавив это, я обнажил Лунный Меч и приготовился к бою. ⇒ Клинок окутан лунным светом. ⇒ Активирована черта «Лунный Меч». Стоило направить ману в клинок, как меч из Лунного камня засиял мягким светом. — А… а-а… Увидев его, Дегрид так широко раскрыл рот, что челюсть едва не отвисла до пола. Из горла вырвался звук, больше похожий на стон отчаяния. Похоже, он узнал Лунный Меч. Впрочем, это была визитная карточка фехтования Джулиана. Было бы даже обидно, если бы не узнал. — А-аура, похожая на лунный свет… узкие глаза… и эта до жути неприятная вежливая речь! До жути неприятная? По-моему, звучит не так уж плохо. Если часто слушать, со временем можно даже проникнуться. — И ещё род Крайпарт… Вспомнив слова Фелхора, Дегрид сжал кулаки и уставился на меня. — Джулиан… Джулиан Крайпарт Фрейсон! Бешеный Пёс императорского двора… Улыбающийся палач! — Хе-хе-хе… Стоило мне тихо рассмеяться, как лицо Дегрида окаменело. Честно говоря, особого смысла в смехе не было. Просто давно никто не произносил этот титул прямо передо мной, и это показалось забавным. — Э-это же психопат-убийца?! — Этот безумец пришёл нас схватить?! — Н-не может быть! Разбойники один за другим выдавали всё новые нелестные оценки. Слушая, как моя репутация проваливается всё глубже, я невольно сухо усмехнулся. «Зато благодаря прозвищу ещё можно договориться». Раз Дегрид и остальные знали имя Улыбающегося палача, значит, понимали, насколько чудовищно силён Джулиан. Заставить их сложить оружие без боя казалось вполне возможным. Достаточно надавить на древнейшее человеческое чувство — страх. Подчинять им людей я уже научился. — Если вы понимаете, кто перед вами, лучше сдавайтесь. Разумеется, если не хотите увидеть кровь. Я изобразил самую зловещую улыбку, на какую был способен. Все вокруг нервно сглотнули. Пусть они не сталкивались со мной лично, ходили слухи, что ни один человек, выступивший против Улыбающегося палача, не дожил до следующего дня. Говорили даже, будто он с улыбкой убивал новорождённых. Красное марево над головами разбойников постепенно сменилось фиолетовым. Вот и хорошо. Решим всё тихо. — Чего вы встали?! Разумеется, не всё могло пройти по моему плану. Всегда находился один упёртый идиот. Несмотря на дрожащее тело, Дегрид громко закричал. Он держался как гордый полководец, но это вовсе не означало, что ему не было страшно. Над его головой ясно мерцал Цвет Страха. — Если сюда действительно пришёл Джулиан, нам всё равно конец! — Н-но, Дегрид… — Если сдадимся, нас хотя бы могут пощадить! Остальные отчаянно посмотрели на меня. Я едва заметно кивнул. — Я тоже предпочёл бы закончить всё спокойно. Хотя я говорил с самой доброжелательной улыбкой, Дегрид не собирался соглашаться. Судя по его лицу, даже «доброжелательная» улыбка внушала ему ужас. — В-вы хоть раз слышали, чтобы этот Бешеный Пёс щадил нарушителей закона? Хм… Честно говоря, я тоже такого не слышал. Если бы Джулиан был милосерден, столь жуткое прозвище вряд ли распространилось бы по Империи. — А если тот идиот и правда принадлежит роду Крайпарт, нам конец даже после сдачи! После слов Дегрида во взглядах дезертиров появилась решимость. Раз смерть казалась неизбежной, они выбрали путь, оставлявший хотя бы ничтожный шанс. В итоге всё равно придётся драться? Порой дурная слава действительно оборачивалась против владельца. «Блять». Ни пользы, ни удовольствия. Одна помеха. *** Разумеется, Дегрид и дезертиры не были мне соперниками. Аура делала их защиту бесполезной, а все «хитрые» атаки читались и отражались без труда. — Угх… у-у… Глядя на разбросанные по таверне тела, я задумался. Может, стоило сразу действовать так? «Анжелика даже не понадобилась». Шевеление. Когда всё закончилось, огромное тело на полу медленно задвигалось. Фелхор. Причина всего этого бардака. — С-сэр Джулиан…? Ч-что произошло? О, теперь он решил притвориться слишком пьяным? Следующая реплика должна быть… — Я ничего не помню. Именно. Как и ожидалось. Этот придурок свалился на пол в самом начале боя, а теперь держался за голову и изображал тяжёлое похмелье. — Сэр Фелхор, оказывается, после выпивки вы превращаетесь в настоящую собаку. — В собаку…? Это ещё почему… угх! Я пнул Фелхора, но он лишь озадаченно посмотрел на меня, так и не понимая, за что получил. Оставив идиота на полу, я подошёл к поверженному Дегриду, ухватил его за волосы и приподнял его голову. Смотреть на избитую рожу с такого расстояния было неприятно, но сначала следовало задать вопрос. — Сэр Дегрид, где тот глупый дворянин, о котором вы говорили? — Кх… кхек… Род Крайпарт меня особенно не интересовал, но раз уж всё дошло до этого, стоило хотя бы проверить. — П-под… складом… Под складом? А, значит, под деревянным полом был подвал. Я отпустил голову Дегрида и принялся искать вход. Долго не пришлось: как в самом заезженном сюжете, под откинутым ковром обнаружилась лестница вниз. «Ну что ж». Посмотрим, кто этот так называемый глупец из рода Крайпарт. В подвале действительно сидел человек со связанными руками и ногами. На голову ему надели мешок, рот заткнули кляпом, поэтому он мог лишь приглушённо мычать. — М-м-м-м! — Кто это вообще? Спустившийся следом Фелхор посмотрел на меня с недоумением. Откуда мне знать? При мысли, что из-за этого идиота мне пришлось без всякой необходимости обнажать меч, во мне снова поднялось раздражение. «Эти дезертиры уже лишились права на снисхождение». Похищение человека само по себе было преступлением. Значит, они, вероятно, занимались и торговлей людьми. Возможно, всё сложилось даже удачно. Мне всё равно не хотелось лично решать, что с ними делать. — Освободите пленника. Пахнущий алкоголем Фелхор приблизился и грубыми мозолистыми руками стянул мешок. Под ним показалось знакомое лицо. — Угх… у-у! Джошуа? — Наденьте обратно. — М-М-М-М-М!!! Когда я велел снова накрыть его голову, Джошуа яростно забился в верёвках. Горящие возмущением глаза ясно говорили: «Немедленно освободи меня, проклятый придурок!» По крайней мере, именно так я их прочитал. — Сэр Джулиан, мне правда надеть мешок обратно? Почувствовав, что мы знакомы, Фелхор нерешительно переспросил. — Нет. Для начала выньте кляп. Мне всё-таки стало любопытно, как Джошуа оказался здесь. Послушать объяснение не повредит. — Кха! Кхек, кхе-кхе! Лишившись кляпа, он долго кашлял. Когда дыхание наконец выровнялось, Джошуа поднял голову и встретился со мной взглядом. — Старший брат Джулиан, ты пришёл меня спасти? — Не особенно. — Тогда почему ты здесь…? — Это я должен спрашивать. Джошуа, почему вы оказались здесь? — Это… Он почему-то замялся. — Всё же накройте его, сэр Фелхор. — Нет, я расскажу! Старший брат Джулиан! — Вы почему-то решили, что после рассказа я не велю надеть мешок обратно? Причина его появления здесь? По правде говоря, мне не было настолько интересно. Я спустился лишь потому, что хотел увидеть пленённого представителя Крайпарт. — Помоги мне хотя бы один раз! Мы ведь из одного рода, мы семья, старший брат! Теперь Джошуа жалобно умолял. От высокомерия, которое он демонстрировал при первой встрече, не осталось и следа. Но с чего он решил, что имеет право требовать моей помощи? «Да не особо. И вообще, обязан ли я?» ---------- Красный демон (1) Джошуа было до ужаса неловко из-за положения, в котором он оказался. «Блять… И всё из-за того, что полез не в своё дело». Он не мог понять, как признанный столичный дворянин, представитель одного из четырёх великих родов, умудрился оказаться связанным в подвале у разбойников. Чтобы объяснить это, следовало вернуться к тому дню, когда Геранд прошёл так называемое Испытание наследника и был почти до смерти избит Орнном. — Дедушка, разве уже недостаточно? Проблемой стала именно попытка Джошуа защитить Геранда. — Джошуа, тогда и тебе предстоит пройти Испытание наследника. Убей однорогого демона и принеси мне его рог. Вместо обычного наказания Орнн назначил ему испытание, которое изначально должно было состояться значительно позже. Ошибка Джошуа лишь приблизила срок. До этого момента ничего особенно страшного не было. Однорогий демон был не сильнее обычного рыцаря, поэтому для Джошуа, умевшего обращаться с мечом, не представлял непреодолимой угрозы. При поддержке семьи он уже несколько раз участвовал в охоте на таких тварей. — Я говорил и поступал недостойно вашего доверия. Чтобы искупить вину, я выполню испытание один, без слуг и охраны. Именно эта дополнительная клятва, произнесённая ради возвращения расположения Орнна, и стала корнем всех проблем. Джошуа хотел понравиться деду, который ценил храбрые и мужественные поступки. «Проклятые мошенники…» Познав горечь реального мира, он мысленно выругался. — Значит, вы обратились к охотникам на демонов в городе, чтобы купить сведения, а в итоге вас притащили сюда? — Да… — Потом выпили предложенный напиток со снотворным, потеряли сознание и очнулись связанным? Именно так всё и произошло. Наконец разобравшись в ситуации, Джулиан безразлично посмотрел на него сверху вниз. Джошуа горел от унижения, но ничего не мог поделать. Он прекрасно понимал, что только Джулиан способен сейчас его вытащить, а значит, приходилось вести себя смиренно. — Какой же вы идиот. После столь прямой оценки Джошуа сделался ещё жалобнее. Он и сам знал: ситуация была по-настоящему позорной. По дороге в деревню он искренне считал, что сможет одолеть всех жителей, даже если те нападут разом. Вот только Джошуа совершенно не предполагал, что ему подмешают что-то в еду. Таков был предел дворянина, выращенного в тепличных условиях и почти не знавшего настоящей жизни. — Без раздумий есть и пить то, что дают незнакомцы… Поразительная глупость. — …Действительно. Стоявший рядом неизвестный великан согласно кивнул. Джулиан перевёл на него точно такой же взгляд, каким только что смотрел на Джошуа, и цокнул языком. *** — С-спасибо, старший брат Джулиан! Освободившись от верёвок, Джошуа вежливо меня поблагодарил. Вспомнив нашу первую встречу, я опешил от такой резкой перемены в поведении. Вообще-то я вполне мог оставить его здесь, но всё же решил освободить. «Лишний должник никогда не помешает». Польза от предыдущей истории с подделкой, похоже, постепенно исчерпывалась. А ещё мне понравилось, что во время избиения Геранда этот парень хотя бы пытался вмешаться. Джошуа был готов на всё ради благосклонности Орнна. Кто бы мог подумать, что у него всё-таки есть совесть. — И всё же, что ты делаешь здесь, старший брат Джулиан? — Личные дела. Я ответил уклончиво, не желая вдаваться в объяснения. Всё равно Джошуа не собирался идти с нами… — Можно мне сопровождать тебя? …Что он несёт? Зачем? Несколько секунд я пытался понять смысл просьбы. А, точно. Ему требовался демон. Но однорогого он мог одолеть самостоятельно, так зачем цепляться за меня? Услышав историю его появления здесь, я примерно понял причину. — Для охоты на однорогого демона вам понадобилась сила господина Джулиана? Это же слишком очевидно. Даже Фелхор догадался и пробормотал это, поглядывая на Джошуа. По моему отношению к пленнику он, видимо, решил, что перед ним какой-то незначительный представитель рода Крайпарт. Обычный человек никогда не осмелился бы говорить так с членом одного из четырёх великих домов. Фелхор, Фелхор… Этот парень — официальный наследник Крайпарт. Будущий глава рода. Я коротко сверкнул на него глазами. Убедившись, что мой взгляд всё ещё направлен на него, Джошуа снова поклонился почти до земли. — Я-я отплачу, старший брат Джулиан. — Отплатите? Звучит неплохо. Но чем именно в вашем нынешнем положении? — Я оплачу все расходы путешествия! — Хм-м. Я коротко вздохнул. Предложение было неплохим, но совсем не впечатляло. — Не стоит, Джошуа. Вы правда думаете, что я отправился в путь, потому что у меня не хватает денег? С финансами проблем не было. Награда за сопровождение принца Эульсиса ещё не закончилась, а продажа нескольких предметов искусства оставила мне весьма солидный запас. — Т-тогда я буду помогать в бою! — Ха-ха. Вы, Джошуа, будете помогать мне? Именно это вы хотите сказать? Несмотря на откровенную насмешку, отчаявшийся Джошуа выглядел совершенно серьёзно и обливался потом. — Вам стыдно возвращаться с пустыми руками после столь громких обещаний? — …Угх. Попал в точку. На его лице отразилось полное отчаяние. — Не следовало браться за то, что вам не по силам. — И правда. Дурак, который даже собственных возможностей не понимает. Фелхор снова безжалостно добил его. Последнюю фразу он пробормотал почти неслышно. У него что, личная неприязнь к Крайпартам? Почему он такой злой? «Хотя… взять Джошуа с собой, возможно, не худшая идея». Эта мысль возникла неожиданно. В ущелье Фиренте не должно было случиться ничего опасного. Я уже давно зачистил его, ещё находясь в теле Джулиана до потери памяти. Оставшихся там тварей вряд ли хватит, чтобы добыть искомый рог. Я закончу свои дела, а потом мы разойдёмся. — Хорошо, Джошуа. Возьму вас с собой. Лицо Джошуа мгновенно просияло, зато Фелхор непонимающе нахмурился. — И для чего вам такой человек? У меня были причины. — Джошуа, вы умеете готовить? Хотя нет, это необязательно. — Простите? Он уставился на меня совершенно растерянно. В его глазах читалось: «О чём вы вообще говорите?» Наверное, он представлял, что будет сражаться рядом со мной. Этого точно не случится. — Фелхор, принесите припасы и передайте их Джошуа. — А? Да, сейчас! Фелхор с радостным лицом повёл лошадей и принёс весь багаж. Похоже, мой приказ заметно поднял ему настроение. — Старший брат Джулиан… Мы ведь договаривались не об этом! Я представитель рода Крайпарт! Мне не подобает выполнять такую черновую работу… — Ответ прост, Джошуа. Если вам не нравится, отправляйтесь один и вернитесь в столицу самостоятельно. От моей бесстыдной прямоты он стиснул зубы. Однорогого демона Джошуа действительно мог победить. Но найти дорогу, отыскать тварь и не попасться снова каким-нибудь мошенникам — уже совсем другое дело. «В итоге он всё равно пойдёт за нами». Гордость загнала его в тупик, не оставляя настоящего выбора. *** Переночевав в деревне бродяг, мы сразу направились к ущелью Фиренте. От поселения оно находилось недалеко, но чем дальше мы уходили на север, тем сильнее холодный ветер впивался в кожу. «Не думал, что будет настолько мерзко». Это ещё не был настоящий Север: вокруг не лежал снег, не блестел лёд, но ветер уже пробирал до костей. Даже несколько слоёв одежды не могли полностью защитить от холода. — Сэр Джулиан, впереди торговый караван. К счастью, по дороге нам встретились купцы, направлявшиеся в соседний город. Купив у них ещё немного тёплой одежды, я обратился к главе каравана: — За тем холмом поверните направо. В лесу обнаружите деревню. Передайте связанных людей оттуда городским властям. Поначалу торговец явно хотел отказаться. Скрип. Но стоило показать знак «Закрытых Глаз», как на его лице мгновенно появилась угодливая улыбка. — Разумеется. Мы обо всём позаботимся. Не зря он возглавлял торговцев. Умение моментально приспосабливаться заслуживало уважения. В столице моё лицо само служило удостоверением. На окраинах, где меня знали гораздо хуже, это вызывало странную горечь. К счастью, эмблема «Закрытых Глаз» работала почти как универсальный пропуск. Расставшись с караваном, мы вскоре добрались до ущелья Фиренте. Зелёная трава и деревья создавали иллюзию обычного леса, однако крутые склоны быстро напоминали, где мы находимся. Стоило войти глубже, как по спине пробежал холодок. Не тот, который приносил северный ветер. «…Мне страшно?» В некотором смысле Джулиан действительно умер здесь. После боя с высокоранговым демоном он потерял сознание, прежний Джулиан исчез, а на его месте появился я. Казалось, само тело боялось здешнего воздуха. Сначала я счёл это ошибкой восприятия, чрезмерной реакцией, но… «Анжелика тоже что-то чувствует». Тень у ног зашевелилась и, скрываясь от остальных, обвила меня. Многочисленные глаза мигнули, будто демон беспокоился из-за страха, пронизывающего тело Джулиана. «Всё хорошо». Справляться со страхом Джулиан умел лучше многих. Даже когда ужас поднимался из глубины груди, я не остановился. «То, что не убивает, делает нас сильнее». Как идиот, вырезавший пафосную фразу прямо в душе. — …Это здесь? Хотя мои собственные глаза никогда не видели этого места, интуиция кричала: именно тут Джулиан сражался с высокоранговым демоном. — Ха… ха-а… Я собирался осмотреть окрестности, но тяжёлое дыхание за спиной заставило обернуться. Джошуа, нагруженный припасами, из последних сил пытался не отстать. — С-старший брат Джулиан… Может, немного отдохнём? Он обливался потом и выглядел так, будто вот-вот рухнет. — Цок-цок. Устал от такой мелочи. Мрачное будущее ждёт род Крайпарт. Фелхор с презрением посмотрел на еле плетущегося Джошуа. Тот уже готов был огрызнуться, но стиснул зубы и промолчал. — Хорошо, остановимся. Мы всё равно прибыли. Едва услышав слово «остановимся», Джошуа рухнул на землю. Пока он тяжело дышал и едва слышно ругался, я медленно осматривал место. ⇒ Черта «Амнезия» восстанавливает события, произошедшие здесь. Отрицательная черта «Амнезия», которую я заметил ещё при первом открытии окна характеристик, похоже, снималась при одном условии: нужно было вернуться сюда. Перед глазами начала разворачиваться сцена, похожая на старую киноплёнку. По ней медленно шёл мужчина. «Телосложение точь-в-точь как у меня». Та же походка. А когда изображение прояснилось, стало видно и знакомое лицо. Не я. Настоящий Джулиан шёл навстречу чему-то. — На кого ты смотришь сверху вниз, мусор? Он говорил с такой надменностью, что слово «высокомерие» казалось слишком мягким. Да, противником был демон, но, похоже, именно поэтому Джулиан особенно старательно демонстрировал своё превосходство. Даже перед тварью, не способной понимать человеческую речь, он не мог удержать своё эго. «Противник…» Трёхрогий демон. Слизь стекала с него гораздо обильнее, чем с других демонов. Вероятно, это было связано с его особенностями. «Руби». Стоило этой мысли прозвучать, как Джулиан оттолкнулся от земли и рассёк демону поясницу. В то же мгновение я увидел Лунный Меч, наполненный аурой. В отличие от меня, которому для удержания ауры требовался клинок из Лунного камня, настоящий Джулиан без труда использовал обычный меч. «Оригинал действительно силён». Лунный Меч в его руках настолько идеально сочетался с вложенной в него магией, что клинок и сила казались единым целым. Однако я не считал, что мой нынешний Лунный Меч хуже. Скорее, техника просто развивалась по разным направлениям в зависимости от чувств и мышления владельца. «Хм…» Бой продолжался. Джулиан снова пробил слизистую оболочку и атаковал тело демона. Преимущество полностью принадлежало ему — настолько очевидно, что поражение казалось невозможным. «И всё же… тонкость его фехтования далеко превосходит мою. Я двигаюсь лишь за счёт памяти тела». Разумеется. Он в совершенстве усвоил наставления Хейдена Райха. Значит, наблюдая за ним, я тоже смогу получить учение Святого Меча. «Наставление прямо перед глазами. Если внимательно смотреть, я обязательно что-нибудь пойму… Хм?» В этот момент в размытую память ворвалась огромная тень. Другой демон, совсем не похожий на трёхрогого, с которым Джулиан сражался до этого. Но и у новоприбывшего на голове возвышались три рога. «Он выжил после боя сразу с двумя трёхрогими демонами?» Чудовище среди чудовищ. Я уже почти восхитился, когда внезапно замер. «Постой». Силуэт второго демона казался пугающе знакомым. Но куда важнее другое. «Его рога красные?» Это была не кровь. От них исходил настолько зловещий оттенок, что пробуждал первобытную тревогу. Рога демона становились красными лишь в одном известном случае. «Красный демон». Предвестник опасности, появлявшийся во второй половине «Let’s Kill the Demon King Now». ---------- Красный демон (2) Превращение в Красного демона происходило только с тварями, достигшими уровня трёх рогов. В них накапливалось слишком много остаточной воли Демонического бога Барбатоса, и перегрузка постепенно проступала на рогах. После этого демона ожидал один из двух путей. — Первый — сосуд не выдерживает избытка остаточной воли и разрушается. В таком случае трёхрогий демон терял исходную форму, взрывался и превращался в нечто студенистое. Получившееся существо уже трудно было назвать демоном. — Второй… Сосуд выдерживал и принимал остаточную волю, проходя метаморфозу. Хотя слово «выдерживал» не совсем точно. Скорее, сама остаточная воля приспосабливалась к телу. В теле демона, превращавшегося в Красного, появлялся канал, способный проводить огромные объёмы демонической энергии, почти как у человека. Мана-жила. Именно так. Демон, успешно накопивший чрезмерное количество остаточной воли, обретал орган, напоминавший человеческий. Особую жилу демонической энергии, созданную исключительно для тварей и позволявшую куда легче управлять их силой. Признаком этого служило покраснение рогов. Проблема заключалась в том, что происходило после полной адаптации. Само превращение в Красного демона ещё не делало тварь запредельно опасной. Она становилась сильнее обычного трёхрогого, но всё ещё оставалась в пределах того же ранга. Однако после завершения метаморфозы на голове вырастал четвёртый рог. Четырёхрогий демон. Каждая такая тварь была достаточно сильна, чтобы в одиночку уничтожить целый город. Большинство завершивших процесс Красных демонов превращалось именно в них, поэтому происходящее и называли метаморфозой. — Демон в воспоминаниях Джулиана ещё не завершил превращение. Об этом свидетельствовал рог, покрасневший лишь частично. — Но почему именно он… Глядя на однорукого демона в восстановленной памяти, я мысленно цокнул языком. На кончике языка осталась горечь. — Кто вы такой?! Громовой голос Фелхора ворвался в уши. Он говорил не как обычно. В голосе звучала враждебность — слишком сильная для реакции на простого человека. — …Я спросил, кто вы? Из-за его настойчивости воспоминание приостановилось. Я повернул голову к неожиданному гостю. Тело, покрытое следами бесчисленных сражений. Тёмно-седые волосы. Расфокусированные глаза. Появление Красного демона в памяти словно предвещало приход этого человека, поэтому сама встреча почти не удивила меня. — Сэр Захард. Собрат по обучению у Хейдена Райха и известный именной персонаж — Слепой Воин Захард — стоял перед нами, опираясь на посох. — Хех. Не думал, что наши судьбы связаны настолько крепко, но вот мы снова встретились в таком месте. Голос звучал бесстрастно, однако едва заметная дрожь ауры выдавала напряжение. Моё внезапное появление ему явно не понравилось. Что здесь делает старый соперник по тренировочному залу? Именно этот вопрос читался в его силе. — Неужели вы следовали за мной? Тогда остаётся похвалить вашу преданность долгу. Решив, что я выследил его, Захард недовольно цокнул языком. — Мы не виделись с той встречи. Вы хорошо поживали? — Поживал. Но, увидев твоё лицо… Блять, не уверен, что дальше будет так же. — Какая печаль. Захард прекрасно понимал, что мои слова неискренни, и ответил с сухим юмором. Разговор казался лёгким, но его враждебность никуда не исчезла. «Аура по-прежнему острая». Его особая техника — аурный сонар. Будучи слепым, Захард постоянно распространял вокруг себя ауру и по отражению определял положение людей и предметов. Сейчас она была настолько точной и резкой, что он мог начать бой в любую секунду. — Похоже, за мной ты всё же не следовал… — Верно, сэр Захард. — Тогда зачем пришёл? На этот вопрос трудно было ответить честно. — Считайте, что я решил немного прогуляться. Ху-ху. Прогулка по населённому демонами северу? Даже не глядя, я чувствовал недоверие на лицах Фелхора, Джошуа и Захарда. «Наверняка решили, что я безумен». Правда всё равно показалась бы им невероятной, а такой ответ лучше соответствовал Джулиану. — А что здесь делаете вы, сэр Захард? Хотя спрашивать не было необходимости. Я уже знал причину. Однорукий демон, показанный «Амнезией», был тесно связан с Захардом и привёл его сюда. — С чего мне рассказывать? Мы ведь не настолько близки, чтобы обсуждать личное. — Вы ищете демона. Поэтому и работаете наёмником в такой глуши. Блеклые глаза Захарда слегка сузились. — Разве я говорил, что ищу именно его? Я только пожал плечами. Мне хотелось, чтобы проблемой однорукого демона занялся Захард. — Он всё ещё жив. Вот что удалось понять из восстановленной памяти. Из двух демонов, с которыми сражался Джулиан, один погиб, а второй сбежал. Именно беглец был целью Захарда — однорукий демон. Я хотел, чтобы Захард убил его до завершения метаморфозы. Потому что самому возиться было лень. И потому что сделать это должен был именно он. — О… Я ведь ничего не говорил, а ты знаешь? Глаза Захарда сузились ещё сильнее, а аура стала острее. — Значит, ты знаешь, что я преследую однорукого демона? — Сэр Захард, я Джулиан из императорской разведывательной службы «Закрытые Глаза». Я лишь улыбнулся. — И даже знаю, что он был вашим ребёнком. Захард поднял лицо к небу и тяжело вздохнул. — Ребёнком? Демон — ребёнок? Фелхор, не знавший истории, ошеломлённо распахнул глаза. — Вы что, женились на демонице…? Цок-цок. Зачем нести чушь именно сейчас? Нельзя просто молчать? — Хех, забавного шута ты привёл. Если императорской семье приходится пользоваться услугами такого недоумка, с талантами у неё совсем плохо. Абсурдная реплика Фелхора почти рассмешила Захарда, хотя вместе с ней он едва не оскорбил моего спутника. Фелхор не имел отношения к императорской семье, но, увидев его рядом со мной, сотрудником «Закрытых Глаз», Захард решил иначе. Впрочем, спорить с тем, что Фелхор недоумок, я не мог. То ли Орден Рассвета виноват, что принял подобного человека, то ли вся организация была такой же странной. Пока я об этом думал, Захард продолжил: — И всё же, Джулиан, я хочу услышать подробности. Лязг. Он наклонил посох и медленно потянул за рукоять. Шинг. Из ножен показалось холодное лезвие. Логично. На его месте я поступил бы так же, обнаружив человека, знающего мой секрет. Сначала выяснил бы, откуда тот получил сведения, а затем постарался бы похоронить вместе с ними. — Вы уверены, что хотите именно этого? Однако преимущество в разговоре всё ещё принадлежало мне. Он искал однорукого демона — собственного ребёнка, превратившегося в чудовище. А я примерно знал, где тот находится. — Разве вы не разыскиваете его? — …Разыскиваю. — На вашем месте я попросил бы вежливо. Похоже, вы очень спешите. Я закончил коротким смешком, демонстрируя спокойствие. Захард и сам наверняка понимал положение, но его враждебность не ослабевала. «Придётся один раз хорошенько его сломать?» Возможно. Одержимость отца, ослеплённого отрицательными эмоциями, могла оказаться сильнее здравого смысла. — …Ах, кажется, у нас появились новые незваные гости. К счастью или нет, вокруг поднялась зловещая энергия. — Демоны. Я ещё не увидел их, но Захард по демонической энергии уже определил приближение тварей. Вскоре напрягся и Фелхор. — Ч-что происходит, старший брат Джулиан?! Только Джошуа так и не сумел понять, откуда идёт угроза. — Вероятно, их привлекла демоническая энергия, оставшаяся после трёхрогого. Даже спустя столько времени остаточная воля не рассеялась. Вероятно, из-за влияния Красного демона. Когда число приближающихся тварей увеличилось, Захард цокнул языком. — Разговор придётся отложить. Сначала разберёмся с ними. — Если вам так удобнее. Я не возражаю продолжить и сейчас. Я снова продемонстрировал совершенно ненужную уверенность. В любом случае положение Захарда было хуже моего. Треск! Издали на него прыгнул демон. Всего лишь безрогий. Для обычного человека опасный, но обычных людей среди нас не было. — Как ты умудряешься даже сейчас… Свист! Обнажив меч из посоха, Захард легко рассёк тварь. Густая, похожая на слизь кровь брызнула вверх. — Всё ещё ведёшь себя нагло… Вжух. Вторым ударом он добил демона. — Этому вас научил Святой Меч? — Возможно. Наглости того старика я действительно нахватался, так что ответ не был совсем ложным. — …Тц. Сначала закончим здесь. В голосе Захарда звучало раздражение. Через мгновение он исчез с места. *** — Угх… Когда с демонами было покончено, Фелхор простонал, будто от тяжёлой боли. — Что такое? Умер? Он насмешливо посмотрел на Джошуа, лежавшего рядом. Тот растянулся на земле почти как труп, но всё ещё жадно хватал воздух. Выглядел жалко. — И что теперь? Смахнув кровь с меча из Лунного камня, я повернулся к Захарду. — Вы всё ещё хотите продолжить наш прежний разговор? Я слегка улыбнулся, напоминая о недавней угрозе. Было видно, что его решимость немного ослабла. Теперь прямого столкновения, скорее всего, не случится. Если же нет… «Будет хлопотно». Вокруг могли оставаться демоны. Сами по себе они не представляли проблемы. «Но это лишняя морока». Именно поэтому я искренне не хотел сражаться с сильным Захардом. Если после боя на истощённого меня выйдет ещё один трёхрогий или Красный демон, дорога в загробный мир откроется без всяких препятствий. Однако владелец столь огромного эго не мог показать слабость, поэтому я продолжал держаться вызывающе. — Забудь. Эти сведения при желании мог раздобыть любой. — Вот как? — К тому же ты некоторое время служил на Северном фронте. Возможность узнать была. Фух. К счастью, Захард отступил. — И что вообще может сделать такой старый пережиток, как я, против меча императорской семьи и Улыбающегося палача? Он сухо, насмешливо рассмеялся над собой. Спрятав клинок обратно в посох, Захард двинулся прочь, тяжело переставляя уставшие ноги. — Раз ты меня не останавливаешь, значит, действительно пришёл не за мной. Хотя мне всё ещё любопытно… — Однорукий демон направился на север континента. Стоило упомянуть его ребёнка, как усталые глаза Захарда резко изменились. — Ищите его в Лесу Метелей. Лес Метелей. Место, где завершится история Захарда и его ребёнка, ставшего одноруким демоном. Пусть сюжет сильно отклонился, именно там они всё равно должны были поставить точку. Посреди бесконечной снежной бури Захард встретится со сбившимся с пути сыном и осознает собственные ошибки — холоднее и суровее самого ненастья. — Он всегда там. И должен быть. Если этого события не произойдёт, последующее станет настоящей катастрофой. ---------- Зачистка ⇒ Черта «Амнезия» исчезла. ⇒ Освоение навыков облегчено. Когда бой с демонами закончился и я осматривал окрестности, перед глазами появилось системное сообщение. После исчезновения «Амнезии» тело будто стало немного легче, а происходящее вокруг почему-то перестало так сильно меня волновать. — Кстати, как поживает Хейден Райх? Ещё недавно Захард говорил жёстко, но после слов о том, что однорукий демон находится в Лесу Метелей, его тон заметно смягчился. Можно было с самого начала вести себя нормально. Зачем было создавать столько напряжения? Слухи о Святом Мече уже разошлись по всей столице, однако Захард, постоянно странствовавший, похоже, не слышал подробностей. — Что ж… он поживает хорошо. Хорошо, ага. Если «не умирает, нормально ест и живёт в безопасности» считать хорошей жизнью, тогда ответ точный. Он настолько прекрасно поживал, что бросил свои обязанности, попросил убежища в Святом Королевстве и от скуки наполнил собственное тело демонической энергией. Замечательно. Просто великолепно. — Правда? Для человека, который раньше мечтал бросить ему вызов, ты говоришь довольно равнодушно. Захард усмехнулся, и я подумал, что, возможно, он прав. Наблюдая за Джулианом и Хейденом Райхом в прошлом, он наверняка замечал разницу. Человек, до последнего одержимый желанием убить Святого Меча, внезапно появился на Севере и теперь говорил о нём совершенно спокойно. — Ты сильно изменился. Пока я упорядочивал мысли, Захард произнёс это ровным голосом. — В каком смысле? — Исчезла одержимость. Одержимость? — Я не знал тебя близко, но на Северном фронте ты всегда улыбался так, словно за тобой кто-то гнался. Он описывал сложное ощущение, относившееся либо ко мне, либо к прежнему Джулиану. — Хейден часто беспокоился о тебе. Думал, не заронил ли в твою голову бессмысленную мечту. — Вы разговаривали с моим учителем? — Мы учились у одного наставника. Иногда встречались. — Правда, это было давно, — добавил Захард. — Возможно, поэтому он и попросил убежища в Святом Королевстве. Ты перестал выглядеть так, будто в любую минуту сорвёшься, Джулиан. Я мысленно цокнул языком. Этот тип всё-таки знал о местонахождении Святого Меча и лишь притворялся неосведомлённым. Раздражало, но причину я отчасти понимал. Прежний Джулиан при одном имени Святого Меча начинал едва ли не пениться от ярости. — А сейчас? На всякий случай я спросил. Сейчас я лишь играл Джулиана, и моё поведение не всегда совпадало с его настоящим характером. Поэтому мне стало любопытно: что видит человек, знавший прежнего Джулиана, глядя на меня? Наверняка я кажусь куда нормальнее… — Сейчас? Ха-ха-ха! Почему он смеётся? — Забавный вопрос. Зачем спрашиваешь, Улыбающийся палач? Блять. Это был совсем не тот ответ, который я хотел услышать. *** Джулиан Крайпарт Фрейсон действительно изменился. Прежнее напряжение, которое Захард всегда чувствовал рядом с ним, исчезло. Казалось, Джулиан повзрослел как человек. Но действительно ли это было взрослением? «Он стал каким-то… спокойным». Во время недавней встречи на Боевой арене Захард ощутил в нём необъяснимую уверенность. Нет, обычными словами это трудно было выразить. Будто перед ним стоял человек, постигший истину или перешагнувший на иной уровень бытия. «Он даже знал, что именно я ищу». Компенсируя слепоту обострёнными чувствами, Захард изучил мана-жилы Джулиана. «Поразительно». По ним текло огромное количество маны, сравнимое с запасом сильного мага, однако само по себе это не удивляло. Джулиан от рождения обладал выдающимися каналами. Куда важнее другое. «Он использует сразу несколько способов циркуляции маны». Обычные методы сочетались с необычными техниками, которых не узнавал даже Захард. Благодаря этому, несмотря на огромный запас, сосуд Джулиана будто оставался не до конца наполненным. «И мою технику он тоже копирует». Он распространял ауру вокруг, чтобы определять расположение предметов и живых существ. Никто его этому не учил — чудовище воспроизвело приём одним чувством. «Неудивительно, что он расслаблен». С талантом Джулиана он рано или поздно превзойдёт Святого Меча. «К тому же теперь он не только давит силой. Стал куда хитрее». Захард не понимал, откуда тот узнал местонахождение однорукого демона, но по прошлым поступкам чувствовал: это не ложь. Оставался другой вопрос. Почему Джулиан безвозмездно поделился сведениями с человеком, с которым его почти ничего не связывало? Раньше Захард решил бы, что тот ищет выгоду. Теперь уверенности не было. Ему не нравилось чувствовать себя фигурой в руках Джулиана, однако он был обязан убить того демона. Ведь именно из-за него сын превратился в чудовище. — Ха… Вспомнив причину всех несчастий, Захард невольно горько рассмеялся. — В недавнем бою ты выпустил ауру через меч, подражая моей технике, верно? Он мог промолчать, но внезапно заинтересовался. В бою с демонами Джулиан явно использовал принцип аурного сонара. — Разве? Я лишь взял идею за основу. Особой пользы не заметил. Что он несёт? Получилось почти идеально. Захарду хотелось это сказать, но он не желал ввязываться в очередную словесную игру. Однако один совет всё же решил дать. — Техника пока незавершённая. Ты удачно связал её с Лунным Мечом, но тебе трудно удерживать выпущенную ауру от рассеивания. — Я попробовал впервые. Значит, всё-таки пригодно? — Разумеется! Я годами оттачивал этот приём! Ты хочешь сказать, что просто посмотрел несколько раз и уже почти воспроизвёл его? Захард хотел закричать, но, увидев, что Джулиан уже наполовину освоил технику в собственной форме, решил не тратить слова. И всё же он добавил: — Главное в выпуске ауры — ось. — Ось? Фактически Захард передавал вывод, к которому шёл всю жизнь. Знание было драгоценным, но он не хотел оставаться в долгу перед Джулианом. Тот назвал место, где находится однорукий демон, не потребовав платы. Просто дал сведения и оставил доверие. И хотя Джулиан любил интриги, он не лгал. Захард хотел погасить долг. — Представь столб. Одних слоёв ауры на поверхности недостаточно. Внутри должна быть опора, не позволяющая конструкции рассыпаться. Услышав совет, Джулиан посмотрел на меч из Лунного камня у пояса. Немного подумав, он спросил: — Можно ли настолько легко раскрывать профессиональные секреты? — Лавка скоро всё равно закроется. Нет смысла цепляться за товар. Ха-ха. Захард слабо рассмеялся. — Мне пора. Надеюсь, в Лесу Метелей я действительно найду то, о чём ты сказал. *** Провожая взглядом уходящего на север Захарда, я снова посмотрел на меч. «Столб внутри ауры». Действительно, так можно свести рассеивание к минимуму. Мне тут же захотелось проверить. Я обнажил клинок и попытался применить совет к недавно использованной энергии меча. «Установить опору». Чтобы конструкция не разрушалась. Я сформировал ауру на Лунном Мече и выпустил её в ближайшее дерево. Вж-ж-ж! Хруст! Раньше энергия оставляла лишь неглубокие порезы. Теперь она вошла в ствол почти до середины, словно зубья пилы. «След действительно похож на распил». Как и говорил Захард, внутренняя опора позволила выпущенной энергии куда ярче проявить свойства Лунного Меча. ⇒ Получена новая черта «Энергия Лунного Меча». Вот так просто? Может, всё дело в исчезновении штрафа «Амнезии»? «Да уж, это действительно профессиональный секрет». Убрав меч в ножны, я осмотрелся. Трупы демонов портили вид, но мы всё равно собирались уходить, поэтому я не стал обращать внимания. — Хм. Только теперь я заметил, что рядом с Фелхором нет Джошуа. Умер? Нет, он всё-таки достаточно важный персонаж. — Где Джошуа? — Вон там, сэр Джулиан. Фелхор указал в сторону. Джошуа с натугой отпиливал рог у мёртвого однорогого демона. — Джошуа, что вы… Он вздрогнул, выпрямился и натянуто улыбнулся. — Ха-ха… Ни-че-го. Вы понимаете, что так выглядит ещё подозрительнее? *** После отъезда Джулиана Пинтель продолжал работу в столице и вспоминал их недавний разговор. — Сэр Джулиан, как поступить, если кто-то передаёт внутренние сведения наружу? Орден Рассвета действовал тайно, но в самой организации постоянно шла борьба за информацию. Пинтель предполагал, что среди желающих сменить верховного понтифика могут оказаться предатели. — Хм, вы говорите о двойных агентах. — Да. Пока общее дело ещё не было раскрыто полностью, оставалось пространство для манёвра. Но утечка информации всё равно могла уничтожить подготовку. — Раз вы спрашиваете столь прямо, значит, уже кого-то подозреваете? — …Сейчас под подозрением четверо. — Немало. Целых четверо. Джулиан коротко рассмеялся, и Пинтель нервно сглотнул. Обращаясь за советом, он фактически признавал собственную глупость. Но он не знал, как поступить. Не понимал, к какой катастрофе может привести ошибка. Поэтому и попросил наставления перед отъездом Джулиана. — А, вот как можно сделать. Словно его внезапно осенила блестящая идея, Джулиан хлопнул ладонью по столу и что-то сказал. Именно тогда… — Эй, Пинтель! Правда, что сэр Джулиан покинул столицу?! Воспоминание оборвал срочно явившийся епископ Генин. Пинтель спокойно взял чашку чая. — Да. — В такой момент уехать на север по личным причинам? Какая причина могла быть настолько важной…? Пока Генин сыпал вопросами, Пинтель посмотрел на своё отражение в чашке и тихо рассмеялся. — Ха-ха… — …Что? Услышав вопрос, Пинтель перестал улыбаться и поставил чашку. — Ничего. Сэр Джулиан действительно поразителен. Даже краткое личное отсутствие сумел превратить в приманку. Генин не понимал смысла, но не осмеливался переспросить. Глаза Пинтеля сверкнули так, будто он собирался кого-то убить. «Предатель найден». ---------- Северный дозор (1) Энергия Лунного Меча. Получение этой черты чрезвычайно обнадёживало. Я достиг её благодаря «Одному росчерку», но, если задуматься, в этом всё равно ощущалось что-то неправильное. Из-за небрежности и уклонения Хейдена Райха от обязанностей мне пришлось заполнить пустоту, оставленную Чёрным Рыцарем. Теперь предсказать связанные с ним будущие события было невозможно. Блять. «Измениться может слишком многое». Я выполнил цель поездки и частично компенсировал нехватку силы. «Наверное, пора возвращаться?» *** На обратном пути в столицу, миновав деревню бродяг, мы были вынуждены ночевать под открытым небом. Кто-то, наверное, назвал бы это романтикой, но инстинкты Джулиана без остановки жаловались. Неудобно. Грязно. Непрактично. Мерзость! А что мне оставалось? Поблизости не было ни одного поселения. После ужина я покинул лагерь и вышел на залитую лунным светом равнину, чтобы осмотреть окрестности. Светлячки мерцали в траве, исполняя великолепный танец. Бесчисленные звёзды, почти не видимые над столицей, казались готовыми обрушиться с неба и невольно притягивали взгляд. «Такого в городе не увидишь». Забавно было произносить подобное даже в другом мире. Я продолжил идти туда, куда уже не доставал свет костра. При одном лишь резком лунном сиянии глаза Джулиана видели местность так отчётливо, будто наступило утро. Вскоре я поднялся на ближайший каменистый холм. Он был невысок, но за границей света костра казался зловещим, почти как могила. «Лунный Меч». Я мысленно произнёс название и обнажил клинок. Меч мягко засветился, принимая лунный свет. Когда я влил ауру, спокойное сияние уплотнилось, превращаясь в Лунный Меч. — И правда… Он отличается от меча Джулиана. Но почему так странно говорить о себе в третьем лице? Наверное, потому что теперь я достаточно привык к мысли, что являюсь Джулианом. Вежливая речь больше не казалась неестественной и выходила совершенно свободно. И всё же перед глазами оставался образ того Джулиана из воспоминаний. — Когда он убивал трёхрогого демона, техника напоминала бурю. Мощный поток ауры, будто готовый смести всё на пути. Сдержанное сияние Лунного Меча, словно следуя странной эстетике, отражало огромное эго владельца. В моём Лунном Мече подобного демонстративного самолюбования не было. Но отражение маны, преобразованной в ауру, оставалось тем же. «Выпустить её как энергию меча…» Энергия Лунного Меча. Стоя на каменном холме, я решил ещё раз проверить завершённую технику после совета Захарда. «Создать столб». Удерживая его слова в голове, я широко взмахнул мечом из Лунного камня. Наполненная лунным сиянием энергия ударила в далёкий каменный склон. Скр-р-р! Хруст! Раздался жуткий звук, словно камень перемалывали огромными зубьями, и во все стороны полетели осколки. Глубокого следа не осталось, однако сила заметно выросла по сравнению с первой попыткой. «Ещё раз». Я снова подготовил Энергию Лунного Меча. Подсказку с «опорой» я понял, но техника ещё не стала настолько привычной, чтобы применять её бессознательно. Требовалась постоянная практика. Даже если навык пока далёк от совершенства, я должен научиться использовать его без раздумий. Никогда не знаешь, какой враг и когда появится. Скр-р-р! К счастью, с каждым повторением управлять маной становилось легче. Я продолжал снова и снова, пока запас не начал истощаться, а спина не промокла от пота. Как человек, одержимый чистотой, я недовольно поморщился. «Хм? Светлячки…» Они собрались вокруг мягкого сияния Лунного Меча. — Хм. При виде этого в сознании что-то прояснилось. «Если расположить ману так… а опору поставить здесь…» Я почти инстинктивно завершил структуру Энергии Лунного Меча. «А…» Но мысль оборвалась, и внезапное озарение исчезло. Жаль, но ничего не поделаешь. «Однорукий демон…» Сумеет ли Захард быстро с ним покончить? В прежнем сюжете, несмотря на отцовскую привязанность, всё могло завершиться быстро. Но во многих неудачных прохождениях происходила катастрофа. Красные рога уже свидетельствовали о продолжающейся метаморфозе. Если оставить демона без присмотра, он превратится в четырёхрогого, и тогда проблем станет неизмеримо больше. К тому же эта тварь служила катализатором и усиливала агрессию окружающих демонов. Если Захард не справится, а однорукий победит и спокойно достигнет четырёхрогого ранга, ситуация станет крайне неприятной. В игре я просто загрузил бы сохранение. Но здесь… — Хе-хе. Жизнь заставляет идти навстречу тому, от чего пытаешься убежать. Я изо всех сил избегал Северного фронта, однако теперь появилась причина, которую нельзя игнорировать. К счастью, требовался лишь короткий визит, а не полноценная служба на восемнадцать месяцев. *** — С-Северный фронт… Вы серьёзно? На следующее утро, когда я сообщил, что мы направляемся не в столицу, а на фронт, Фелхор заметно запаниковал. — Но почему? — Мне необходимо туда отправиться. Точнее, в Лес Метелей, но подробности ему знать не требовалось. — Разве нашей целью не было ущелье Фиренте? — Планы изменились. — Изменились… как именно…? На лице Фелхора смешались растерянность и тоска человека, потерявшего родину. Я его понимал. Он прекрасно знал, что представляет собой Север. Земли на севере континента Розен были заражены остатками, оставленными Демоническим богом. Граждан Империи с детства учили, что не только фронт, но почти весь Север — безжизненная территория, непригодная для проживания. — Фелхор, можете возвращаться. Передайте Пинтелю, что ушли по моему приказу. — С-сэр Джулиан, пощадите. Вы же знаете! Что, по-вашему, сделает сэр Пинтель, если я вернусь с такими словами? Что он сделает? Неужели действительно изобьёт тебя? Хотя… Учитывая последнее поведение Пинтеля, это вполне возможно. «Почему вы бросили охраняемого человека, хотя вам приказали сопровождать его до конца?» Он вполне мог сказать это, размахивая посохом и готовясь применить смертельную магию. — Когда вернусь в столицу, я объясню лично. Так что, если желаете уйти, не стесняйтесь. Присутствие охраны ничего не меняло. Защитить себя я уже мог, а лишние спутники только создавали неудобства. — Нет… Вздох. Я тоже отправлюсь на Северный фронт. Как и ожидалось. Опущенная голова Фелхора вызывала лёгкую жалость, но я ведь не принуждал его! Он сам захотел идти. Честно. Правда. Я совсем не возражал против его возвращения. — Джошуа, вам тоже нет необходимости следовать за нами. Возвращайтесь. Я посмотрел на него, стараясь взглядом передать: «Идите домой. Всё равно от дальнейшего пути вам ничего не будет». Он уже получил рог. Наши отношения нельзя было назвать дружескими, и разумнее было разойтись до того, как они снова испортятся. Однако… — С-Северный фронт… Вместо немедленного отказа Джошуа задумался. — Я-я тоже пойду, старший брат Джулиан. Хм? Почему он опять цепляется? Там ведь не было ничего ценного… Ах! Присмотревшись, я заметил, как он просчитывает выгоду. После недавних неприятностей Джошуа стал осторожнее и, вероятно, решил, что путь на фронт рядом со мной безопаснее одиночного возвращения. Кроме того… — Вы ведь собираетесь представить поездку на Северный фронт частью Испытания наследника? — …Угх. Он отвёл глаза, всем видом выдавая хитрость. Если Джошуа заявит, что добывал рог на Северном фронте, обычный трофей внезапно станет куда престижнее. — Делайте как хотите. Пусть сам распоряжается жизнью. К тому же терять носильщика было неудобно. — Значит, возражений против поездки нет. — Да. Я поднялся и принялся собираться. Джошуа стоял, растерянно глядя по сторонам, будто не понимал, что делать. Следовало дать ему понятную инструкцию. — Чего вы ждёте? Палатку ещё не собрали. *** Чтобы попасть на Северный фронт Адратанской империи, требовался пропуск. Получить его можно было лишь после проверки в Северном Дозоре — городе, стоявшем на последнем безопасном участке дороги. Проблема заключалась в другом. «…Фух, тогда хорошо. „Закрытые Глаза“ обязаны сохранять нейтралитет. Если это не задание, встречи с представителями императорской семьи…» Перед отъездом Одвин особенно настаивала: без прямого императорского приказа нельзя ставить нейтралитет «Закрытых Глаз» под сомнение. Это было логично. Имперские специальные учреждения выполняли волю всей императорской семьи. Если организация открыто поддержит одного наследника, она перестанет быть «императорской» и фактически перейдёт под его личный контроль. — Следующий, входите в комнату проверки. Поэтому моё получение пропуска должно было остаться незамеченным. — Я пойду один. Вы двое ждите здесь. Оставив Фелхора и Джошуа снаружи, я вошёл в кабинет. За столом сидел чиновник, отвечавший за выдачу разрешений в Северном Дозоре. Дворянином он не выглядел, скорее обычным государственным служащим. Сначала он встретил меня с важным видом, но затем медленно наклонил голову. — Добро пожаловать. В заявлении указано трое направляющихся на фронт… Хм? Почему вошёл только один? Озадаченный чиновник принялся внимательнее разглядывать моё лицо. — Одну минуту… Он нахмурился и почти впился в меня взглядом. — Х-хии…! Из его горла вырвался сдавленный звук, лицо исказилось, а над головой вспыхнул страх. Улыбающийся палач. В Империи почти не осталось людей, не слышавших этого имени. Однако лицо знали в основном те, кто какое-то время жил в столице. Значит, этот чиновник раньше находился там. — С-сэр Джулиан! — О, вы узнали меня. Похоже, когда-то жили в столице? — К-как можно не узнать! Т-такую… в-величественную внешность! Вы ведь едва не сказали «проклятую рожу», верно? Наверное, мне показалось. — Ч-что привело вас сюда, сэр Джулиан…? Не скрывая растерянности, чиновник вскочил и принялся угодливо потирать ладони. — Зачем ещё я мог сюда прийти? Конечно, чтобы попасть на Северный фронт. Именно ради этого я и подал заявление. С этой мыслью я протянул руку к поясу, собираясь показать эмблему «Закрытых Глаз» и сказать, что прибыл по императорскому приказу. «Если заявить о тайном поручении, он без лишних вопросов выдаст пропуск». Если чиновник не безумен, он никому не расскажет. Пока я обдумывал этот простой план… — П-пощадите меня…! Он выскочил из-за стола, рухнул передо мной на колени и принялся умолять о прощении. Постойте. Что происходит? ---------- Северный дозор (2) — П-простите меня…! Внезапное падение чиновника на колени немного удивило меня, но лицо ничего не выдало. После стольких лет актёрской практики подобное было мелочью. Угол раскрытия глаз — примерно сто пятьдесят градусов. Один уголок рта поднять приблизительно на сантиметр. Получился холодный, оценивающий взгляд, от которого страх над головой чиновника стал ещё ярче. Однако смотрел он не на моё лицо, а немного ниже… «…А». Присмотревшись, я заметил: когда потянулся за эмблемой «Закрытых Глаз», рука остановилась рядом с ножнами. Похоже… нет, наверняка чиновник решил, что я собираюсь обнажить меч. А из-за собственной нечистой совести тут же рухнул на колени. «Ох…» Я, выходит, так убедительно сыграл угрозу? Даже неловко. Но ситуация была не самой плохой. Я понятия не имел, что натворил этот человек, однако его страх идеально подходил для моих целей. — Поднимитесь. Всё в порядке. Я говорил настолько ласково, насколько мог. С доброжелательной улыбкой святого, отпускающего грешнику его злодеяния. Бам! Но чиновник испугался ещё сильнее и с размаху ударился лбом о пол. Нет, я не этого добивался. Подними голову, идиот! — Кстати, как вас зовут? Я попытался сменить тему и разрядить обстановку. — Ух… кхыр-р-р…! Вместо ответа он задрожал так сильно, будто вот-вот пустит пену изо рта. Так он действительно умрёт от страха. Но сначала требовалось понять, что именно произошло, чтобы правильно этим воспользоваться. — Вы меня не слышите? Я начинаю раздражаться, поэтому давайте прекратим этот спектакль. Услышав лёгкое недовольство в голосе, чиновник мгновенно выпрямился. — Третьей возможности не будет. Имя? — …Румз. — Хорошо, сэр Румз. Вы понимаете, зачем я пришёл? Румз поспешно закивал. Очевидно, за ним действительно водилось что-то предосудительное. Вероятнее всего, коррупция: взятки за отправку на Северный фронт преступников или людей без положенной проверки. — Передайте мне записи. — …Что? — Список людей, прошедших через этот пункт. Он дрожащими руками снял со стола стопку документов и протянул мне. — Хм… Я тяжело вздохнул и принялся листать страницы с серьёзным видом. Содержание меня почти не интересовало. Это был лишь способ надавить на Румза. Нужно было добиться, чтобы нас пропустили на фронт и не внесли в отчёты, причём желательно даже без демонстрации эмблемы «Закрытых Глаз». Мне совершенно не хотелось потом выслушивать Одвин. Если наших имён не окажется в списке, при необходимости можно будет сослаться на отсутствие доказательств. — На первый взгляд нарушений нет… Хм? Мне попалось знакомое обозначение. [Выпускной курс рыцарского факультета академии Байер] Ах да, точно. Уже наступил соответствующий сезон. Каждый год студенты выпускного курса рыцарского факультета проходили практику на Северном фронте. Я просмотрел остальные страницы. Явных нарушений не было. Хотя одно всё же нашлось. — Захарда в списке нет. Я произнёс это почти себе под нос. Чтобы попасть в Лес Метелей, нужно пройти через Северный Дозор и пересечь линию фронта. Следовательно, его имя должно было здесь значиться. — Угх… у-у… Румз тихо застонал под слабым давлением ауры, которое я намеренно выпустил. Значит, Захарда пропустили тайно. Впрочем, неудивительно. Захард был известным наёмником и рыцарем, долго работавшим на Северном фронте. Благодаря достойному характеру он наверняка обзавёлся множеством связей. Подготовка там славилась жестокостью: говорили, что пятеро из десяти новобранцев дезертировали. Но тот, кто выдерживал, получал широкую дорогу к успеху и возвращался неизмеримо сильнее. Судя по всему, Румз был одним из тех, кто сумел подняться благодаря фронту. — Сэр Румз, вы ведь понимаете, что Захард — преступник, совершивший деяние, почти равное государственной измене? Я положил бумаги на стол и тихо продолжил: — Не думаю, что мне нужно объяснять вам тяжесть подобного преступления… Я ещё не закончил, а лицо Румза уже покраснело от паники. — И как же мне… Глоток. Он нервно сглотнул. Я понизил голос почти до шёпота: — Есть способ сохранить всё в тайне, сэр Румз. — И… какой же? — Пропустите меня и ещё двух человек на Северный фронт. Без внесения в отчёты. По словам Одвин, нельзя допустить слухов о том, что мы отправились туда по личным причинам. На фронте находился третий принц Калдрах де Адратан. Если экспедиция не была санкционирована императорской семьёй, «Закрытые Глаза» обязаны сохранять нейтралитет. Услышав моё предложение, Румз снова задрожал. — Т-три человека — это слишком много, сэр Джулиан… — Хо-хо. Похоже, вы всё ещё не до конца понимаете. Поэтому повторю. Я посмотрел ему прямо в глаза и увидел собственное отражение. Лицо было, бесспорно, красивым. Но и злодейским до невозможности. Впрочем, я уже привык. — Я не прошу вас. Лязг. Ножны тихо стукнули о пояс, и Румз тут же принялся отчаянно кивать. Он явно хотел прожить подольше. *** — Проверка завершена. Завтра сможем покинуть Северный Дозор и направиться на фронт. Выйдя из кабинета, я сообщил это спутникам. — Завтра… Мы действительно обязаны туда идти? — Вы не хотите? Стоило мне спросить, как недовольный Фелхор поспешно замотал головой. — Рядом с сэром Джулианом я ничего не боюсь! Похоже, даже могучий «Могучая Рука» уже не смущался произносить подобную чушь. Ещё недавно он был одержим местью, а теперь изменился настолько сильно. — Старший брат Джулиан, если выступаем завтра, что будем делать сегодня? — Если не собираемся ночевать прямо на улице, следует найти постоялый двор. Услышав о нормальной ночёвке, Джошуа облегчённо выдохнул. Он уже привык постоянно ставить палатку и маршировать, но легче от этого работа не становилась. — Я знаю приличную гостиницу. Может, остановимся там? Фелхор, ты? Когда ты успел здесь побывать? Я посмотрел с любопытством, и он пояснил: — Я приезжал на Северный фронт в составе Ордена Лазурного Льва. Неужели не помните, сэр Джулиан? — Что именно я должен помнить? — Мы тогда серьёзно повздорили. Честно говоря, я ничего не помнил. Воспоминаний и без того осталось мало. — Наверняка виноваты были вы. Старший брат Джулиан не мог совершить ничего плохого. Джошуа внезапно вмешался, услышав слова Фелхора. Формально он словно защищал меня, но я прекрасно понимал: уважения ко мне у него не прибавилось. Джошуа просто использовал мою репутацию, чтобы придавить Фелхора. В другой день я бы сразу это отметил. — Не желаю слушать нравоучения от человека, который обмочился во время боя с демоном в ущелье Фиренте. — Сколько можно повторять эту ложь?! — Раз у вас остался один глаз, неудивительно, что и зрение испортилось. — …Что? Наблюдать за перепалкой хмурого Джошуа и Фелхора, чьё грубое лицо становилось всё страшнее, было довольно забавно, но спор быстро накалялся. — Пожалуйста, потише. Я вмешался. Фелхор неловко улыбнулся и отступил; Джошуа сделал то же самое. — Тогда, Фелхор, договоритесь о ночлеге в той гостинице. — Понял. — У меня есть несколько дел, поэтому ненадолго отлучусь. Надеюсь, в моё отсутствие вы оба будете вести себя тихо. — …Старший брат, вам куда-то нужно? Перспектива остаться с Фелхором в одной комнате явно не радовала Джошуа. Хотя тон оставался вежливым, под ним отчётливо звучало: «Куда именно вы собрались?» Сущность не менялась. — Раз уж мы оказались здесь, мне нужно забрать кое-что в Северном Дозоре. — Забрать…? — Да. Он продолжал смотреть с недоумением, но никакого ответа по моему лицу всё равно не получил бы. Я ушёл один, потому что хотел забрать реликвию, хранившуюся в городе. Она называлась «Кольцо снежного кролика». Эффект был предельно прост: реликвия резко повышала сопротивление холоду и слегка ускоряла обмен веществ, укрепляя тело. Единственным недостатком, если это вообще можно считать недостатком, был постоянный сильный голод из-за ускоренного метаболизма. На Северном фронте кольцо не было обязательным, но оставалось чрезвычайно полезным. Здесь оно превосходило по эффективности большинство легендарных реликвий. — Кажется, здесь. Я остановился перед лавкой украшений на окраине торгового района. Она не выглядела ни изысканной, ни откровенно бедной. Бросив взгляд на неприметную вывеску, я вошёл. — Добро пожаловать! За прилавком стояла приветливая женщина, явно продавщица. Интерьер почти полностью совпадал с тем, что я помнил по «Let’s Kill the Demon King Now». Только на этот раз я пришёл не как Святой Меч. — Я хотел бы посмотреть товары. — Конечно! Вы, похоже, недавно в городе… Из столицы? В её голосе звучало простое любопытство, без скрытого умысла. — Да. — Так и знала! Сразу видно столичного господина — такой утончённый вид! Она радостно хлопнула в ладоши и широко улыбнулась, восхищённо разглядывая лицо Джулиана. Похоже, продавщица не знала меня, а слухи об Улыбающемся палаче до неё не дошли. — Назовите номер витрины, и я достану понравившуюся вещь. Следуя её инструкции, я принялся просматривать украшения. — Так… сто тринадцать, сто тринадцать… Под номером 113 должно лежать Кольцо снежного кролика. — Надо же! Сказать, что вы красивы, — ничего не сказать. А постоянная улыбка придаёт особое очарование! Пока я искал, продавщица снова заговорила. — Вот как? — Разумеется! За все годы работы я не видела более благородного человека! — Хо-хо… Я невольно тихо рассмеялся. Комплименты никогда не бывают неприятны, но она хвалила именно внешность Джулиана. Пусть в последнее время я привык к ней сильнее, внутреннее чувство неловкости полностью не исчезло. «Лицо у него действительно неплохое, но…» Этого всё равно было недостаточно, чтобы незнакомка обращалась со мной настолько открыто. Ситуация немного настораживала. — Кстати, вы мне кое-что напомнили! — Что именно? — В столице, говорят, есть императорский палач, который ходит с улыбкой и убивает людей! — О… Вот как? Это я. — Безумие, правда? Как можно улыбаться во время убийства? Какие бы приказы ни давала императорская семья! Голос продавщицы становился всё громче. Чтобы не слушать обвинения, пусть и неосознанные, я сосредоточился на витрине. — …Хм? И тогда заметил странность. — Госпожа, что находилось здесь? Я указал на пустое место под номером 113. — Там? Если пусто, значит, кто-то купил, — ответила она так, будто это было очевидно. Проблема заключалась в том, что предмет был святой реликвией. В «Let’s Kill the Demon King Now» кольцо никогда не исчезало с этого места. Ни в одном прохождении. Пусть мир уже не шёл по исходному сюжету, настолько незначительная деталь не должна была измениться. Дизайн кольца не был настолько привлекательным, чтобы кто-то целенаправленно его искал. Кому в Северном Дозоре, где прежде всего ценили практичность, понадобилось старое украшение в форме кролика? «Но оно исчезло». Существовал ничтожный шанс, что покупателю просто понравился внешний вид. Это был бы лучший вариант. «А если нет…» Что, если кольцо приобрели, заранее зная, что оно святая реликвия? «Тогда всё гораздо хуже». Потому что это означало: кроме меня существует кто-то ещё, знающий игру. ---------- Северный дозор (3) Глядя на пустую витрину, я чувствовал, как внутри разгорается раздражение. Кто? Кто, блять, это сделал?! Если кольцо купили, не понимая его ценности, ничего страшного. Но если покупатель знал, что это реликвия, возникала серьёзная проблема. «Какой из вариантов?» Пока я стоял перед витриной, погрузившись в мысли, наблюдавшая за мной простоватая женщина начала смотреть подозрительно. — Вы… ничего не собираетесь покупать? Продавщица наклонила голову. В её глазах читалось недоверие. Внешность у меня, может, и была приятной, но зловещую атмосферу так просто не скроешь. — Если ничего не берёте, тогда уходите… — Вы помните, кто купил предмет, лежавший здесь? Я указал на место под номером 113. Продавщица уже собиралась меня отчитать, но после вопроса приложила руку к подбородку и задумалась. — Я обычно такое не запоминаю, поэтому не знаю. — Уверены? — Хм-м… Она долго размышляла, но особых надежд я не питал. Женщина не узнала меня даже после рассказа об Улыбающемся палаче — вряд ли у неё была выдающаяся память на лица покупателей. — Как ни думаю, вообще не могу вспомнить. О-хо-хо-хо! Как и ожидалось. Я был готов к такому ответу, но от этого легче не стало. Пустое место под номером 113 не давало покоя. Кто ты? *** На следующий день пропуска на Северный фронт оформили без всяких проблем и с полным комплектом документов. Надо же, Румз оказался довольно способным чиновником. Неудивительно, что он без труда провёл и Захарда. — Старший брат Джулиан, имя в пропуске какое-то странное. Джошуа внимательно изучал бумагу. Он был прав: там значилось не моё имя. Вместо «Джулиан Крайпарт Фрейсон» стояло неизвестное «Эриксон Фантанья». Но почему? Разве не очевидно? — Ты правда думал входить на Северный фронт под настоящим именем, идиот? Конечно, мы пробираемся тайно. На вопрос ответил Фелхор. Видимо, благодаря собственному прошлому он не удивился поддельным данным. Для Джошуа же всё происходящее было в новинку. — Зачем? — Хорошо, наверное, быть дворянским сынком, который совсем не знает, как устроен мир! Фелхор презрительно цокнул языком. Разумеется, гордый Джошуа не собирался терпеть насмешку. — Зато ты так хорошо познал мир, что от этого все волосы выпали? — Этот щенок совсем не умеет держать язык за зубами? — Если бы мы были в столице, я бы тебя избил, проклятый ублюдок. — Пф. Правда? Чтобы не дать им сцепиться, я поднял руку. — Тихо. Короткого приказа оказалось достаточно. Оба сразу замолчали. — Джошуа, вам непонятно, почему мы пользуемся чужими именами? — …Да, старший брат. — Тогда объясню кратко. Я не был обязан ничего разъяснять, но в последние дни Джошуа честно ставил и собирал палатки, поэтому заслужил несколько слов. — Северный фронт полностью контролирует третий принц Калдрах де Адратан. Благодаря этому он тесно связан с армией. — …Я знаю. — И что скажут люди, если представитель рода Крайпарт начнёт свободно приезжать туда и уезжать? — …А. Как и следовало ожидать от человека с мозгами, он быстро понял. — Тогда я хотел заявить, что добыл рог демона на Северном фронте… — Этого никогда не получится, Джошуа. Мы ведь официально туда не попадали. В следующий раз стоило думать немного дальше первого шага. С моей точки зрения, поездка и без того усложнилась. К тому же председатель Орнн, не ладивший с армией, наверняка устроил бы допрос, если бы Джошуа начал хвастаться рогом с Северного фронта. Что мы там делали? С кем встречались? Какие сведения получили? — В любом случае нам нужно сесть в повозку в указанное здесь время. Дорога на фронт строго контролировалась. Без разрешённой лошади и повозки покинуть Северный Дозор было невозможно. Хотя какая теперь разница? Румз всё равно выписал пропуска по собственной воле. — Ох. Пока мы обсуждали документы, Фелхор, читавший свой пропуск, неожиданно вздохнул. Что? Только не говори, что не умеешь читать. Я посмотрел на него с неловкостью. Он почесал голову, на которой нечего было чесать. Пожалуй, я забираю свои слова о том, что с этими спутниками путешествие станет легче. Так или иначе, моей настоящей целью был не Северный фронт, а Лес Метелей. Главная причина, заставившая меня свернуть с дороги в столицу, — желание окончательно устранить однорукого демона и избавиться от тревоги. Однако… Скрип. Скрип. Сидя в повозке, нагруженной продовольствием, я думал совсем о другом. «Может, стоило просто доверить всё Захарду». Поскольку мы ехали неофициально, транспорт достался самый обычный. Повозка принадлежала торговцу, который возил продукты в небольшую деревню возле фронта. Эдакая золотая карета, доставляющая припасы на последний рубеж армии. Я сидел в повозке, натянув капюшон на лицо, и ощущал странное дежавю. «Будто я уже делал это раньше». Скрывать лицо казалось слишком привычным. «Почти часть повседневной жизни… Откуда это ощущение?» Цепочку мыслей оборвал тяжёлый вздох Фелхора. — Ха-а. Не думал, что снова отправлюсь туда вот так. Он явно переживал о чём-то своём. Тревожные вздохи и мрачный вид совсем не сочетались с огромным телом, поэтому мне стало любопытно. — Что-то случилось? Тук-тук. Пока повозка катилась, сидевший впереди торговец обернулся к нам. По его словам, он был обычным продавцом продовольствия из деревни Герлин возле фронта. Место в повозке он освободил после просьбы проверяющего Румза. — У вас всё нормально? — Да. — Ну и хорошо. Я удивился, когда господин Румз внезапно спросил о свободных местах. Повезло вам. — Хе-хе, благодарю. — Не знаю, зачем вы едете на север… Хм? В тот момент, когда он отвечал на мою благодарность, его глаза расширились. Я приподнялся и посмотрел туда же. Посреди ухоженной дороги, ведущей к фронту, солдаты в толстых зимних мундирах проводили проверку. — Что за внезапный досмотр? Раньше такого не было. Торговец нервно сглотнул и обернулся к нам. — Вы ведь не замышляете ничего странного? Пассажиры появились в последний момент, да и выглядите вы подозрительно. Мы не сделали ничего странного. Мы только собирались сделать. — «Клин», значит. Фелхор увидел через щель знак на плече одного из солдат и пробормотал название. Я тоже узнал эмблему. Отряд «Клин». Элитное подразделение, напрямую подчинённое третьему принцу Калдраху де Адратану, который контролировал Северный фронт. В него входили только бойцы уровня рыцаря и выше. — Если они узнают ваше лицо, будут проблемы, сэр Джулиан. Разумеется. Для членов «Клина» лицо Джулиана должно быть известно. Если нас поймают, начнутся вопросы: что «Закрытые Глаза» делают здесь, по чьему приказу прибыли, почему рядом находится наследник одного из четырёх великих родов. «…Может, сделать маску с помощью Анжелики?» Но это не скроет подозрения, а наоборот, прокричит: «Здесь стоит крайне подозрительный человек». Кроме того, маска Анжелики напоминала облик Чёрного Рыцаря, что сделало бы положение ещё хуже. Куда ни поверни — одна головная боль. — Благодарю за труд! Пока я размышлял, мы приблизились к проверяющим. Вперёд вышел человек со знаком «Клина» и подошёл к торговцу. — Куда направляетесь? — В деревню Герлин. Везу продукты на продажу. — И? — Ещё троих пассажиров. — …Троих? Зачем кому-то ехать в такую дыру, как Герлин? Значит, деревня называлась Герлин. Член «Клина» произнёс это с откровенным презрением. Глаза Фелхора тут же сузились. Задело, потому что это его родина? Сам он мог ругать деревню сколько угодно, но стоило сделать это чужому — сразу разозлился. — Говорили, что возвращаются домой. Я подробностей не знаю. Проверьте пропуска, которые выдал чиновник. Солдат кивнул и вместе с другими подошёл к задней части повозки. — Выходите и предъявите документы. Сухой, официальный тон. «Придётся раскрыться?» Похоже, избежать показа лица не получится. Попытка спрятаться могла поставить нас в ещё более опасное положение. Бум! Но прежде чем я успел принять решение, кто-то первым выпрыгнул наружу. — Блять, и после всех моих мучений! Джошуа. Он выглядел откровенно недовольным, ведь теперь не мог превратить легко добытый рог в героическую историю о Северном фронте. — Слушайте внимательно. Я Джошуа Крайпарт из рода Крайпарт. Он уверенно встал перед солдатами и заговорил властным голосом. — Род Крайпарт? — Что представитель одного из четырёх великих домов делает в такой глуши…? Солдаты растерялись. Человек из «Клина» выступил вперёд. — Почему член рода Крайпарт оказался здесь, а не в столице? — Я путешествую ради Испытания наследника. — Испытания… О традиции Крайпарт знали широко, поэтому солдат, похоже, принял объяснение. — Вы из «Клина», верно? — Да. — Тогда я должен кое-что сообщить. Произнеся это, Джошуа слегка повернул голову к повозке. Его пылающий взгляд остановился на Фелхоре. Ненависть за постоянные издёвки. Обида за ежедневную установку и сбор палаток. — Внутри этой повозки… Что ты собираешься сказать? Я внимательно посмотрел на Джошуа, и наши глаза встретились. — Внутри… Что бы он ни произнёс, я справлюсь. Я всегда находил путь из кризиса и был уверен, что найду снова. С этой мыслью я улыбнулся. Над головой Джошуа мгновенно сгустился страх. «Говорите что хотите, Джошуа. Я разберусь». ---------- Сотрудничество Пережив множество лишений по дороге из столицы, Джошуа импульсивно выпрыгнул из повозки. Если задуматься, подобный поступок был почти неизбежен. В столице к нему относились как к представителю высшей дворянской элиты. Но стоило отправиться на Испытание наследника, как началась непрерывная череда несчастий. «Обманули какие-то странные дезертиры, похитили…» Ему приходилось тащить тяжёлый багаж, постоянно ночевать под открытым небом, устанавливать и собирать палатки, а потом ещё и сражаться с толпами демонов. Такие мучения постепенно притупили здравый смысл Джошуа. А сверху его без конца высмеивал незнакомый лысый здоровяк. Для дворянина, привыкшего к совершенно иной жизни, этого было достаточно, чтобы сойти с ума. «Блять, блять!» Именно поэтому он выскочил наружу. Хотел отомстить лысому, который постоянно его унижал. Хотел донести на Джулиана, пытавшегося проникнуть на Северный фронт под чужим именем. Хотел хотя бы немного отплатить человеку, доведшему его до такого жалкого состояния. Но затем… — …Посмотри на это лицо. Из повозки на него смотрел Джулиан. По узким глазам, спокойным, словно гладь воды, невозможно было прочесть его мысли. Однако Джошуа отчётливо понял безмолвное послание. «Только попробуй что-нибудь сказать — я отомщу». Он понимал, что Джулиан способен выпутаться независимо от его слов. Как бы ни хотелось отрицать, мастерство этого человека приходилось признавать. Если не удастся одним ударом оборвать жизнь Джулиана, превращать его во врага было безумием. К сожалению, осознание пришло слишком поздно. Несколько дней боли и усталости притупили способность Джошуа рассуждать. — Угх… Мысленно застонав, он принялся лихорадочно взвешивать варианты. Что делать? Какое решение сейчас лучшее? Рассказать рыцарю «Клина» всё и раскрыть незаконное проникновение Джулиана — явно ошибка. Сейчас, возможно, ничего не произойдёт, но после возвращения в столицу… Вжух. «Я могу лишиться головы». Джошуа невольно коснулся шеи, проверяя, всё ли ещё на месте. В этот момент рыцарь «Клина», будто что-то вспомнив, задал вопрос: — Сэр Джошуа, вы случайно не выпускник академии Байер? — Эм… Почему спрашиваете? — Тогда понятно. После завершения Испытания наследника вы направляетесь догонять рыцарский факультет. Академия Байер? Рыцарский факультет? — А! Будучи студентом академии, Джошуа понял, о чём речь. Выпускники рыцарского факультета ежегодно приезжали на Северный фронт для практики. — Эм, да. Он кивнул, хотя к группе выпускников отношения не имел. После недавней эмоциональной ошибки оставалось лишь воспользоваться этой проклятой возможностью и выбраться из-под взгляда Джулиана. — Тогда следуйте за мной. Я лично провожу вас на Северный фронт. Рыцарь «Клина» у заставы велел солдату подвести лошадь. — Отсюда я сопровожу сэра Джошуа. Остальные продолжают проверку. — Понял! — Садитесь, сэр Джошуа. Растерянный Джошуа кивнул и устроился в седле позади рыцаря. Он наконец отделился от Джулиана, чего так отчаянно хотел. Но почему тогда внутри оставалось это неприятное чувство? *** — Этот идиот всё-таки оказался полезным. Когда единственный рыцарь «Клина» удалился вместе с Джошуа, сидевший в повозке Фелхор пробормотал: Он был прав. Здесь находилась окраина, а не столица. Лицо Джулиана узнавали немногие, и Джошуа увёл с собой как раз одного из тех, кто мог это сделать. — Эти двое сопровождают сэра Джошуа? Во время проверки спросил другой солдат. Я вышел из повозки и ответил: — Нет. Мы увидели его впервые только сегодня. — Вот как? — Именно. Хо-хо. Тихо рассмеявшись, я протянул пропуск, выданный Румзом. Солдат тщательно изучил документ, затем один раз посмотрел мне в лицо. Узнал? Мне захотелось сильнее надвинуть капюшон, но это лишь вызвало бы подозрения, поэтому я остался неподвижен, будто всё совершенно нормально. — Вас зовут Эриксон… Фантанья? Похоже, не узнал. — Верно. — Вы говорите слишком учтиво. Похожи на дворянина. Что поделать? Это уже въевшаяся привычка. — А второй человек… — Я его проводник. Родился в этих местах и решил воспользоваться знанием дорог. Тук. Тук. Из повозки выбрался огромный Фелхор, и солдаты заметно напряглись. С таким ростом, лицом и вдобавок лысой головой неудивительно, что он пугал людей. — Эм… северный дикарь? Нет, скорее рыцарь? — Раньше был. Теперь уже нет. Солдаты понимающе закивали. Поняли они, что он не рыцарь или не дикарь, — определить было трудно. Проверив пропуск, нас пропустили. — Благодарю за сотрудничество. — Но всё же странно. Вы часто устраиваете досмотры прямо на дороге? Разве проверки в Северном Дозоре недостаточно? Вопрос возник естественно. Зачем ставить дополнительную заставу здесь? — Обычно такого нет. Я и сам не понимаю, но приказ пришёл от командования Северного фронта. — От командования… То есть лично от принца Калдраха? Центром власти на фронте был третий принц Калдрах де Адратан, управлявший штабом. — Разве прежде случалось что-то подобное…? Сколько я ни перебирал воспоминания — ничего. — Странно… Калдрах прибыл сюда ради влияния на армию, но при этом должен был свести обязанности командующего к минимуму и как можно быстрее вернуться в столицу. Чем дольше он отсутствовал, тем сильнее слабели его позиции при дворе. — Наверное… так и есть…? — Любопытно. Принц Калдрах должен думать о сокращении подчинённых войск, оставить при себе лишь «Клин» и вернуться в столицу… Солдат наклонил голову. — Вы неплохо осведомлены. Раньше служили на Северном фронте? Похоже, он внимательно слушал моё бормотание. Я сказал лишнее. Но прежде чем пришлось придумывать объяснение, вмешался Фелхор: — Я здесь служил. Рассказал ему всё, что знаю. — А… Человек, лично испытавший суровость фронта. Солдат снова понимающе кивнул, разглядывая телосложение Фелхора. Мне показалось, что при слове «суровость» он ещё и посмотрел на его лысую голову, но пусть. *** После окончания проверки повозка благополучно добралась до пункта назначения. — Кто бы мог подумать, что вы дворянин, а ваш спутник бывший рыцарь. Благодаря господину Румзу мне и так повезло, а тут ещё такая компания. Всякого повидал, но подобное впервые. Торговец, похоже, подслушал разговор с солдатами. Он поблагодарил нас и направил повозку в деревню. Мы с Фелхором сошли в Герлине, поселении у самой линии фронта. — Угх… проклятый холод. Мороз сразу вцепился в кожу, окончательно заставив ощутить реальность прибытия на Север. Сгорбившись и ругаясь, Фелхор осмотрел деревню. — Чёртов пейзаж. Вообще ничего не изменилось. Оставив его ворчать, я шагнул вперёд. Он был прав: Герлин выглядел точно так же, как прежде. Суровая, бесцветная картина из «Let’s Kill the Demon King Now» переплеталась с размытыми воспоминаниями тела Джулиана. Два ощущения смешались, рождая неприятное дежавю. Но сейчас не время предаваться эмоциям. — Так зачем вы всё-таки приехали на Северный фронт? Теперь-то можете сказать? Пока я приводил мысли в порядок, Фелхор задал вопрос. Можно было снова отделаться уклончивым ответом, но он уже дошёл сюда вместе со мной, поэтому заслуживал правду хотя бы отчасти. — Я преследую демона. — Демона…? — Трёхрогого. Лицо Фелхора слегка застыло. Однорукий демон пока оставался трёхрогим, но уже был опасной сущностью, способной вскоре достичь четырёхрогого ранга. — Ради Камня души…? — Нет. — Тогда зачем тащиться в такое пустынное место? Думаешь, я сам хотел сюда ехать? Если оставить всё как есть, Северный фронт может рухнуть. Событие «Катастрофа» означало прямую угрозу Адратанской империи. Честно говоря, даже падение Империи само по себе не заставило бы меня моргнуть. Главной оставалась моя безопасность. «Но если рухнет Северный фронт, пострадают и другие государства». Три великие державы континента Розен — Империя, Святое Королевство и Федерация — постоянно огрызались друг на друга, но одновременно сдерживали соседей. Северный фронт был одной из таких оград. — И зачем мне всё это… Ладно. В конечном счёте причина снова сводилась к отсутствию Святого Меча. Я знал, что произойдёт в будущем, а значит, был вынужден вмешаться. Вот уж повезло. Разумеется, объяснить всё это Фелхору я не мог. Поэтому дал ответ, включавший в себя всё сразу: — Ради собственной безопасности. *** — Ух… Холодно. Захард пробормотал, чувствуя, как на кончиках пальцев оседает иней. В крошечной приграничной деревне не было ни гостиницы, ни таверны, и чужаку негде было отдохнуть. Он развёл маленький костёр у дороги и грелся у слабого пламени. Вскоре Захард почувствовал приближающееся присутствие. — Можно разделить с вами огонь? По ауре он сразу узнал человека, с которым недавно разговаривал. Видеть лицо не требовалось. — Разумеется. Он ответил почти себе под нос, и к костру присоединились двое путников. — Ты дошёл до самого фронта и всё ещё утверждаешь, что пришёл не арестовывать меня? — Ха-ха-ха… Смех прозвучал слишком естественно. При появлении Джулиана Захард едва не нахмурился. Он уже получил сведения об одноруком демоне, поэтому не понимал, зачем тот последовал за ним. — Я просто передумал. Пожалуй, вам всё же придётся вернуться со мной в столицу и сдаться. Захард поднял голову. Такие слова вполне соответствовали Джулиану и потому особенно не злили. Императорская гончая использовала людей как ступени ради собственного продвижения. — Взамен я помогу поймать однорукого демона. Вот это уже заставило Захарда удивиться. Каковы бы ни были мотивы, сотрудничество с человеком уровня Джулиана давало огромное преимущество. Но почему тот, кого считали бессердечным и равнодушным, вообще сделал подобное предложение? — Ты меня жалеешь? Ему предстояло собственными руками убить ребёнка, превратившегося в демона. Если Джулиан предлагал помощь из жалости, это немного раздражало. Захард всю жизнь сражался с мечом в руках и не считал себя настолько слабым, чтобы принимать чужое сострадание. — А если и так, что вы сделаете? Но прямой, почти бесстыдный ответ растопил раздражение, словно снег. — Тогда приму эту жалость. Разве я не говорил? Выживает не сильнейший. Сильным называют того, кто выжил. — Значит, вы сделали выбор сильного. Захард усмехнулся и поднялся. Тело ослабло от холода, но почему-то он ощутил прилив сил. — Пусть союз возник внезапно, рассчитываю на тебя. Он протянул руку для рукопожатия и коснулся кончиками пальцев гладкой поверхности. — У тебя удивительно мягкая ладонь. Для человека, столько лет державшего меч, она не должна быть такой… — Эй, это моя голова. — Хм? Озадаченный Захард поспешно убрал руку. Фелхор потёр лысину и недовольно прищурился. Мало того что облысел, так теперь ещё и унижают. — …Проклятый холод. Горько усмехнувшись, Фелхор выругался вслух. ---------- Чужак (1) Хорошо, что мы без проблем встретили Захарда, но возник новый вопрос. Почему я обнаружил его здесь, а не в Лесу Метелей? Ответ появился быстро. — Охрана слишком плотная. — …Охрана? Это озадачивало. Лес Метелей находился ближе всего к Северному полюсу, за крайней линией обороны Адратанской империи, но не считался районом первостепенного наблюдения. Демоны появлялись там нечасто, а северные племена избегали места из-за живущей в лесу ведьмы. Если не считать ведьму, по меркам Севера это была сравнительно безопасная территория. «Но всё равно Север». Раз уж мы добрались сюда, найти путь к лесу не составит большого труда. — …И правда. Как сказал Захард, у входа на дорогу в Лес Метелей виднелись солдаты. — Странно. Это место не настолько опасно, чтобы держать здесь постоянную охрану. — Возможно. Но есть ли вообще на Севере безопасные места? — Тоже верно. Значит, придётся искать другой путь. К счастью, троп здесь много. Просто почти ни одна не поддерживалась людьми. Я уже вспоминал прохождения «Let’s Kill the Demon King Now», когда Фелхор уверенно выпятил грудь. — Вы направляетесь в Лес Метелей? — Да. — Отсюда есть тропа, которую знают только местные. О! Вот она, польза от уроженца Севера. Пусть раньше Фелхор жаловался, после возвращения на родину избежать помощи он всё-таки не мог. — Правда? На лице Захарда отразилось огромное облегчение. Он не знал дороги, и слова Фелхора стали для него настоящим спасением. — Именно. — Вы, должно быть, родились в этих местах. Джулиан, где ты нашёл такой талант? Судя по ощущениям, он и в бою пригодится, и географию Севера знает. — Ха-ха… Я невольно тихо рассмеялся. Нашёл талант? Смешно. Этот «талант» когда-то приходил меня убивать. Попробуй он ещё раз, я бы, пожалуй, действительно возвысил его — прямо на виселице. — Заранее благодарю. Я уже не знал, что делать. — Благодарности не нужны. — О-хо. У вас и сердце такое же открытое, как голова. Я снова рассмеялся. Это было оскорбление или комплимент? Уверенность Фелхора моментально исчезла. Он посмотрел на Захарда уже серьёзнее. — Этот тип слишком много себе позволяет. Он вообще ничего не видит? — Именно так. Я действительно ничего не вижу. Фелхор случайно попал в точку. Пока я молча кивал, Захард громко расхохотался. Его оскорбили, но разве взрослый человек станет бояться ребёнка, грозящего кулаком? Наверное, Захард счёл это забавным. *** Фелхор не соврал о происхождении: он действительно хорошо знал местность. — Этот хребет настолько запутан и зарос кустарником, что его считают непроходимым. Похоже, даже местные солдаты забыли о тропе. Гордо расправив плечи, он шёл впереди. Путь через гору оказался трудным, но всё же пригодным для людей. Когда мы вошли в Лес Метелей и увидели деревья, полностью покрытые снегом, Захард заботливо спросил: — Хорошо утеплились? — Да. — Отлично. Дальше станет гораздо холоднее. — Не беспокойтесь. По дороге я купил у торговцев всё необходимое. Даже нижняя одежда была подбита густым мехом. Захард предупреждал не просто потому, что мы находились на Севере. Лес Метелей полностью оправдывал название. Снежные бури здесь были настолько сильными, что буквально вырывали воздух из лёгких. Одни называли их барьером ведьмы, отвергающим чужаков, другие считали обычным природным явлением. — Но как мы найдём одного демона в таком огромном лесу? Узнав, зачем мы пришли, Фелхор задал закономерный вопрос. Лес Метелей был громадным — примерно треть крупного архипелага. Искать здесь одну тварь казалось всё равно что иголку в стоге сена. — Это не проблема. — …Простите? — С нами есть человек, который сможет его найти. Я улыбнулся и посмотрел на Захарда. Тот слегка кашлянул, словно удивившись, откуда мне это известно. — Однорукий демон точно поблизости. До сих пор Захард держался шутливо, но теперь предельно посерьёзнел. На нём читалась уверенность — убеждение, что цель находится именно в этом лесу. «Причина проста…» Однорукий демон содержал больше остаточной воли, чем обычный трёхрогий, и потому развил особую черту. Распространение. Тварь рассеивала демоническую энергию во все стороны и заранее получала сведения о противнике. Иначе говоря… «Способность похожа на технику Слепого Воина». Захард прекрасно это знал. Он замер, вслушиваясь в пространство аурой. — Только найдите быстрее. Я замерзаю. Фелхор обхватил себя руками и недовольно проворчал. Я тоже хотел закончить как можно скорее. Фелхор мечтал покинуть ненавистную холодную родину, а я — устранить потенциальную угрозу любым способом. Поэтому решил активно помогать Захарду. — Давайте двигаться. Найдём его, когда зайдём глубже. Я не сомневался, что однорукий находится здесь. Так происходило всегда. — Нет. Но стоило мне сделать шаг, как от Захарда хлынула свирепая аура. Убийственное намерение. Враждебность. Они были направлены не на меня, но я слишком хорошо знал эти острые эмоции. «Неужели…» Я посмотрел туда, куда Захард направил неприязнь. Густые деревья и кружащий снег закрывали обзор, однако поток демонической энергии уже летел к нам, словно стрела. Гул! В странной тишине аура Захарда и демоническая энергия существа вошли в резонанс. «Однорукий демон». Мы встретили его почти сразу после входа в лес. Я ещё не успел собраться с мыслями, а Захард уже рванул вперёд. — Ч-что происходит?! Не обращая внимания на панику Фелхора, я бросился следом. Мы мчались по лесу, и перед глазами мелькал один белый снег. А затем я увидел его. Однорукий демон с красными рогами стоял среди деревьев. — Кр-р-р… Из пасти стекала густая слюна, а по лесу продолжала расходиться демоническая энергия. Захард не остановился. Одним прыжком сократил расстояние. — Безмозглая тварь! Его голос прозвучал как приказ. Клинок вонзился демону в плечо. — Кр-р… Но тот почти не показал боли. Лишь посмотрел на Захарда сверху вниз, будто всё происходило именно так, как ожидал. Захард без колебаний продолжил движение. Следующий удар плавно вытекал из предыдущего, словно связка была отрепетирована в спектакле. Теперь он целился в голову. Меч, извлечённый из посоха и покрытый аурой, должен был расколоть череп. — А… отец. Но из пасти демона вырвалось человеческое слово. — …Угх. Атака Захарда едва заметно замедлилась. — Кр-р-ра! Намеренно или нет, тварь мгновенно воспользовалась паузой и подняла единственную правую руку, собираясь ударить Захарда кулаком. Хруст! Я предвидел это, ворвался между ними и отсёк конечность. — Ку-а-а-а! Из раны, оставленной Лунным Мечом, фонтаном хлынула кровь. Захарду нужно было лишь добить тварь, но… «…Тц». Он смотрел на воющего от боли демона с жалостью. «Повёлся». Начиная с трёхрогого ранга демоны обретали разум. А те, кто приблизился к состоянию Красного, получали даже подобие мудрости. Однорукий знал, что Захард его биологический отец. Поэтому намеренно произнёс это слово. Хитрая тварь использовала человеческую отцовскую любовь. — Джу… Джулиан. — Если собираетесь колебаться, отойдите. Мысль о необходимости уничтожить однорукого полностью завладела мной. Я резко бросил Захарду эти слова, крепче сжал меч и рванул к отступающему демону. — Ки… киик… Увидев лицо Джулиана, тварь испытала страх, а затем — растерянность. «Будто спрашивает, почему я жив». Благодаря восстановленной памяти я знал: прежний Джулиан уже сталкивался с этим демоном. Однорукий едва сумел сбежать, нанеся ему смертельную рану. Естественно, он считал Джулиана погибшим. Теперь сам факт моего появления пробудил ужас. — Боишься? Я прошептал. Демон уровня Красного должен понимать человеческую речь. — Ку-а-а-а! Тварь яростно отвергла предположение. Её рёв говорил: «Ничуть». Она подняла оставшуюся руку и с огромной скоростью ударила сверху. Но атака, наполненная страхом, никогда меня не достигнет. Почему? «Потому что я вижу траекторию». Когда кулак приблизился, я рассёк его и сразу направил Лунный Меч к шее демона. «Тц». К сожалению, удар не достиг цели. Почувствовав опасность, тварь отскочила так далеко, что клинок прошёл по воздуху. «Отступать нельзя. Сейчас закончим». Я уже собирался укрепить ноги маной и броситься следом, когда сзади раздался голос. — Демон…? — Кто там?! Не Фелхор и не Захард. Я мгновенно надвинул капюшон и повернулся к источнику звука. Первым заметил знак «Клина». Отряд третьего принца Калдраха. — Кр-р… Пока я отвлёкся, однорукий демон скрылся в глубине леса. Можно было продолжить погоню и добить его, но… «Тогда придётся столкнуться с „Клином“». Я был чужаком и не мог позволить раскрыть личность. — Пока отпустим. Фелхор кивнул, а Захард продолжал смотреть туда, где исчезла тварь. — Сэр Захард, если вы всё равно бесполезны, можете сразу сдаться этим людям. После моих жёстких слов он повернул ко мне измученное лицо. — Прости. Ему действительно следовало сожалеть. Он отпустил будущую катастрофу. Я подал Захарду и Фелхору знак глазами. «Уходим». Мы едва заметно кивнули друг другу и бросились бежать. — Стоять! Солдаты «Клина» немедленно бросились в погоню. Если мчаться по Лесу Метелей на полной скорости, оторваться было бы несложно. — Там! Они там! Но бойцов оказалось ненормально много. Здесь стоял почти целый отряд, а не обычный патруль. «Калдрах, безумец! Что ты вообще задумал?» Когда погоня окончательно надоела и в голове возникла мысль «может, развернуться и покончить с ними», неподалёку кто-то в форме стражи Северного фронта замахал нам рукой. — Сюда! Лицо было до боли знакомым. ---------- Чужак (2) В Лесу Метелей существовало несколько аварийных укрытий — ям, где можно было переждать бурю, способную лишить человека дыхания. Благодаря чьему-то жесту мы с Фелхором и Захардом едва успели скрыться в одной из них. Затаив присутствие, мы слушали шаги наверху. — Благодарю за службу. Здесь случайно не проходили посторонние? Незнакомый голос наверняка принадлежал бойцу «Клина». Он говорил запыхавшись и с подозрением, но в ответ прозвучал спокойный голос: — Нет, не думаю. — Вот как? — В лес проникли чужаки? — Да. — Хорошо. Если замечу, доложу. — Благодарю за содействие. После короткого разговора рыцарь «Клина» поспешил дальше. Присутствие постепенно исчезло. — …Похоже, ушли. Фелхор облегчённо выдохнул. Я оставил его и посмотрел на Захарда. Обычно он держался уверенно, но сейчас выглядел мрачным. Почувствовав мой взгляд — или просто вспоминая недавнюю встречу с одноруким демоном, — он заметно побледнел. — Думаю, теперь можно выходить. Снаружи раздался голос. Мы отодвинули маскировочную крышку и выбрались. Я сразу глубже натянул капюшон. Человек в форме стражи Северного фронта, который нам помог, был знакомым. Если показать лицо, возникнут сложности. — Сэр Джулиан, не ожидала встретить вас здесь. …Чья же она ученица, раз настолько наблюдательна? Впрочем, иначе она не стала бы помогать неизвестным беглецам. — Взаимно… Линне. Я снял капюшон. Линне сделала то же самое, выпуская красивые волосы. — Хорошо меня узнали. — По мечу. Когда я спросил, как она догадалась, Линне указала на клинок из Лунного камня. — Не узнать было бы странно. Мечников с оружием из драгоценного камня мало и в столице, и за её пределами. Об её наблюдательности можно было не говорить. Только человек с чрезмерно раздутым эго стал бы использовать подобный меч. И этим человеком был я. Блять. *** — Значит, в глубине Леса Метелей есть такое место. Добравшись до скрытой хижины, Фелхор недолго осмотрел здание и кивнул. Хижина была спрятана так хорошо, что даже уроженец этих земель не знал о ней. Человеческого запаха почти не осталось; здесь можно было лишь укрыться от холода и метели. — Но почему вы на Северном фронте, сэр Джулиан? Когда мы оказались внутри, подальше от взглядов «Клина» и мороза, Линне сразу перешла к делу. Вопрос был совершенно естественным. Человек вроде меня должен находиться в столице, а не в такой глуши. — Вышел прогуляться. — …До северных земель, настолько далёких от столицы? — Иногда свежий северный ветер хорошо очищает голову. Я понимал, насколько нелепо звучит оправдание. Как и ожидалось, Линне нахмурилась, затем посмотрела на Фелхора и Захарда. Оба избегали её взгляда — в прошлом они так или иначе с ней пересекались. — Значит, сэр Захард тоже выбрался на прогулку? Пусть теперь Линне уже не была ученицей Святого Меча, когда-то она обучалась у него и естественно узнала Захарда — собрата своего учителя по наставнику. — Кхм. Он кашлянул, пытаясь разрядить обстановку. — В любом случае, вы, кажется, почти закончили академию. — Да. Для будущих рыцарей академии Байер практика на Северном фронте входит в программу. — Тц. Будущие рыцари… Захард неловко улыбнулся. — Но позволено ли будущему рыцарю прятать посторонних? — Прямого запрета нет. А если нигде не указано, что это неправильно, какая разница? Настолько беспечный ответ удивительно противоречил её стремлению стать рыцарем. — Какова бы ни была причина вашего появления здесь, она наверняка есть. Не стану спрашивать. Всё равно честного ответа не получу. Линне явно решила оставить расспросы. Тогда я сам раскрыл цель. — Мы пришли убить демона. Эту часть можно было сказать прямо. Из краткой фразы почти невозможно получить полезные сведения. — Демона…? — Да. К тому же для Джулиана, императорского меча, охота на демона не была необычной. Он прославился именно как охотник на тварей. — Странно. Но реакция Линне оказалась неожиданной. Она посмотрела в сторону, откуда пришла, — туда, где располагалась главная база Северного фронта, Северный Полюс. — Что именно? — Последнее время и рыцари «Клина», и люди в Северном Полюсе ведут себя странно. Обстановка на Северном полюсе? Место находилось под полным контролем третьего принца Калдраха. Ничего необычного там быть не должно. — Они тоже отчаянно ищут определённого демона. К поискам привлекли даже нас, студентов академии. — Ищут демона… чтобы поймать? — Да. Линне кивнула, будто не понимала моего удивления. Я посмотрел на Захарда. Он тоже напрягся и переспросил: — У того демона случайно не отсутствует одна рука? — Откуда вы знаете? Увидев удивление Линне, мы с Захардом разом посерьёзнели. Плохо. В её словах чувствовалась деталь, не совпадавшая ни с одним знакомым сценарием. — Они хотят поймать, а не убить… Захард мрачно пробормотал. Линне действительно употребила слово «поймать». Мы с Захардом стремились уничтожить однорукого: он — чтобы разобраться с прошлым, я — чтобы убрать будущую угрозу. Теперь появился третий участник, желавший взять демона живым. «И кто-то очень влиятельный…» Третий принц Калдрах и его «Клин». — Почему принц так стремится поймать его? — Не знаю. Причину знает только сам принц Калдрах. Очевидный вопрос, но даже Линне, получившая приказ, не была посвящена. В «Let’s Kill the Demon King Now» подобной ситуации не существовало. Но, перебрав сведения о Калдрахе, накопленные за множество прохождений, я начал складывать картину. Инцидент в Святом Королевстве мы считали попыткой Калдраха помешать четвёртому принцу Эульсису и укрепить собственные права на престол, устранив политического соперника. «А если дело было не только в этом?» На мои выводы могло повлиять знание игры. Но сотрудничество с Айденом и нынешняя охота на однорукого имели общую основу. Почти все действия Калдраха вращались вокруг демонов. Словно он что-то исследовал и пытался раскрыть, подобно Айлин в её работе над Камнями души. «А, возможно, вот оно». Сопоставленные сведения привели к неприятному выводу. «Калдрах сотрудничает с Северной Ведьмой». Этого не было ни в одном прохождении. Совершенно новое развитие. *** Отдыхая в хижине и глядя на вновь начинающуюся метель, Захард вспоминал прошлое. — Я хочу стать таким же рыцарем, как отец. Эти слова сын произнёс, едва поступив в академию. Тогда они приносили радость, но теперь впивались в сердце раной. Разид. Мой гордый сын. Знаешь ли ты, сколько сил дали мне эти слова? Прошли годы, и сын перешёл на выпускной курс. Наблюдая за выбранным им путём, Захард всё сильнее печалился. Разид, мой сын. У тебя нет таланта, необходимого рыцарю. В тебе нет ничего по-настоящему выдающегося. Ни бездонного потенциала узкоглазого чудовища. Ни огромного дара человека, которого называли Звездой Меча. Ни исключительной ауры, заметной даже в совсем юном возрасте. Но Захард не сумел сказать правду. — Ну как, отец? Кажется, я уже наступаю тебе на пятки? Как произнести столь холодные слова улыбающемуся юноше, который с надеждой смотрел на него? — Эй, почему ты тогда замешкался? Голос Фелхора вырвал Захарда из воспоминаний. Линне уже вернулась на базу к студентам академии, и в хижине стало тихо. В вязкой тишине Фелхор наконец решил удовлетворить любопытство. — Хм… Захард коротко вздохнул и посмотрел на Джулиана. Тот никак не реагировал. Похоже, ничего Фелхору не рассказал. — Почему ты колебался, когда мог убить демона? Я тогда мало помог, но ты точно мог закончить бой, приложив усилие. — Кхм… — Разве ты пришёл сюда не ради этого? Грубые слова Фелхора были лишены такта, однако неожиданно принесли облегчение. Они помогли Захарду сдержать бушующие эмоции. Джулиан и Фелхор пришли сюда, чтобы разобраться с демоном. А теперь не могли вернуться и вынуждены скрываться исключительно из-за него. Потому что Захард стоял и смотрел на сына — нет, на демона — вместо того, чтобы действовать. Их молчаливая жалость была ещё тяжелее. Он понимал собственную ошибку. — Простите. Личные чувства ослепили меня. — Ты и так слепой… Но почему замешкался? — Этот демон — сын Захарда. Джулиан произнёс это так резко, словно вынес смертный приговор. У Захарда перехватило горло. Он знал с самого начала. Шёл следом, понимая всё. Осознание, что позор раскрыт настолько открыто, душило сильнее любого обвинения. — А, тогда понятно… Фелхор, к удивлению, просто принял объяснение. От этого вина Захарда стала ещё тяжелее. — Сэр Захард, всё же произошедшее доставило большие неудобства. — Простите. — Наш план задержался. Раздражает. Чем быстрее мы поймаем демона, тем быстрее я получу заслуги. Джулиан говорил остро и небрежно, сохраняя привычную улыбку. Но Захард понимал: так выглядела его доброта. Ещё одно доказательство того, как сильно он изменился. — …Простите. — Раз понимаете, хорошо. В следующий раз… вы справитесь? Захард провёл рукой по посоху. — Отец, как тебе идея использовать посох вместо ножен? Тогда не придётся носить и то и другое. Удобно, правда? Невинный смех маленького сына. — Смотри, отец. Я убил рыцаря. Значит, теперь равен рыцарям… а может, даже превзошёл их? Искажённый смех сына после того, как его захватил паразитический демон. Воспоминания переплелись, оставляя боль в груди. Разид. Мой гордый сын. Ты всегда был моей гордостью, независимо от того, стал рыцарем или нет. — Да. Если бы я тогда произнёс это, трагедии могло не случиться. Всё — моя вина. Последствия семян, которые я сам посеял. Грех, выросший из них. — В следующий раз… я обязательно закончу. Поэтому, Разид. Мой гордый сын. Я не позволю тебе и дальше пятнать своё имя. Сам поставлю точку. Это последняя обязанность отца. ---------- Калдрах де Адратан (1) С наступлением ночи температура в Лесу Метелей резко упала. И без того холодный воздух стал настолько морозным, что дыхание почти замерзало, а за окном бушевала буря, полностью оправдывавшая название леса. — Бр-р-р-р… Среди нас сильнее всего от холода страдал Фелхор. Надо ещё постараться, чтобы выглядеть настолько жалко и несчастно. Обычно мы развели бы огонь, чтобы сохранить тепло, но, скрываясь от преследователей, приходилось соблюдать основы маскировки и световой дисциплины. «Тц». Разве это не самые базовые правила? К счастью, я переносил холод довольно легко. «Ну да». Скорее всего, нечувствительность к жаре и боли была врождённой особенностью Джулиана. В такие моменты она казалась настоящим благословением. — Фелхор, похоже, особенно чувствителен к холоду. Впрочем, без волос на голове естественно мёрзнуть сильнее. — Ты… проклятый ублюдок. Что за чушь несёшь? — Хе-хе. Когда Фелхор взорвался от злости, Захард тихо рассмеялся. Удивительно, насколько метко слепой человек умел издеваться над другими. «Ему, похоже, действительно нравится». — Ты… когда всё закончится, я собственными руками оборву твою жизнь… Гр-р-р. То ли от холода, то ли от ярости лицо Фелхора покраснело. Он дрожал и сыпал угрозами. — В любом случае, сэр Джулиан…? — Да, что такое? Я повернулся к нему. — Д-демон… Сегодня он сбежал, верно? — Да. — …И что теперь делать? Что ещё? Искать снова. К счастью, нам не требовалось блуждать по всему лесу. «Хотя график сорван». Мы знали точное место, куда в итоге направится однорукий демон. Обычно встретить его настолько рано было невозможно. Вероятно, отклонение произошло из-за присутствия Захарда. Изначально тварь пришла в Лес Метелей, чтобы пожрать ведьму и поглотить её демоническую энергию. Демоны неохотно прибегали к каннибализму, если не были ранены, но всё равно стремились поглощать чужую силу. Иногда они сражались и поедали друг друга, рискуя получить повреждения, которые не удастся восстановить. Да, пожирание давало энергию для исцеления, однако порой её оказывалось недостаточно, и победитель оставался ни с чем. Поэтому ведьма, позволявшая легко получить огромное количество демонической энергии без риска для тела, была идеальной добычей. «К тому же сейчас она на некоторое время заперта в Лесу Метелей». Благодаря этому положение однорукого можно было предсказать. Он наверняка искал ведьму, а значит, находился на хребте, откуда открывался вид на весь лес. Там демон использовал свою особую черту «Распространение», чтобы обнаружить добычу. «Причина, по которой Калдрах так стремится поймать его, вероятно, связана с ведьмой». Я не знал, каким образом всё сложилось, но они явно сотрудничали. Можно предположить, что ведьма попросила Калдраха доставить однорукого живым для исследований, не заботясь о судьбе твари. Это ещё можно было понять. Куда сложнее другое. «Как он вообще встретил ведьму?» Барьер Леса Метелей был настоящим издевательством. Даже опытные игроки с трудом находили дорогу. Существовал способ прохождения, но его обнаруживали только после бесчисленных неудач. Иными словами, он был доступен лишь игроку. «Идеальное владение сохранениями и загрузками». В оригинале для встречи с ведьмой и получения её помощи обязательно требовалось постоянно сохраняться и загружаться. Разработчики даже настроили сложность под это, а отдельные реплики менялись в зависимости от количества попыток. Разумеется, фанаты, прошедшие игру множество раз, могли пройти лабиринт по памяти без стандартного метода. «Я был одним из них». Если задуматься, я действительно слишком много играл. Оглядываясь назад… почему меня настолько захватила эта игра? — Кажется, вам пора возвращаться… Фелхор, отчаянно мечтавший о столице, всё ещё дрожал. Но разве он не родился здесь? Почему настолько мёрзнет? А, понятно. Он и сбежал, потому что терпеть холод больше не мог. «…Вообще-то вернуться — тоже вариант. Меня ведь ничего не связывает с одноруким демоном». Если бы можно было уверенно оставить его и не ждать последствий, я бы ушёл прямо сейчас. Слишком много хлопот. Но сказать это вслух нельзя, поэтому я заговорил в самовлюблённой манере Джулиана. Получилось пугающе естественно. — Пусть это Северный фронт, но мы увидели демона, свободно разгуливающего по землям Империи. Разве человек, прославленный как охотник на демонов, способен закрыть глаза? — … — К тому же мы знаем, где его искать. А даже если бы не знали, рядом находится сэр Захард. Я посмотрел на него. Захард вздрогнул, словно мой взгляд причинял ему боль. — Вы способны найти тварь при помощи ауры, поэтому беспокоиться не о чем. Закончив, я окинул взглядом обоих. — Кстати, пора распределить ночные дежурства. Спать без часового в лесу, полном демонов, было равносильно самоубийству. Обострённые чувства Джулиана должны были предупредить о приближении тварей даже во сне. «…Но я никогда это не проверял». Я знал, что так возможно, однако не представлял, как именно сработает способность. Даже если понимаешь, что огонь не причинит вреда, впервые сунуть в него руку всё равно страшно. К тому же полноценный сон необходим для душевного здоровья. Поэтому дежурить будете вы. *** К рассвету метель усилилась. Разглядеть что-либо дальше вытянутой руки стало почти невозможно, а звуки тонули в ревущем ветре. — Гр-р-р-хх… Но даже буря не могла заглушить громкий храп Фелхора. Если шум привлечёт демона… «За его жизнь я не отвечаю». Я уже всерьёз думал накрыть ему лицо одеялом, когда Захард заговорил: — В такую метель даже демон не сможет двигаться. — … — Если сейчас не отдохнёшь, завтра можешь снова ошибиться, как сегодня. — Этого не случится. Я привёл мысли в порядок. Хорошо. Если недоразумение повторится, мой меч может направиться уже не на демона, а на Захарда. — Со мной всё в порядке. Лучше отдохните вы. Так будет разумнее. — К сожалению, мне почти не нужен сон. Моё тело не настолько хрупкое, как у вас. — Хе-хе. Захард усмехнулся. — Всё же поспать стоит. Никто не приближается, значит, нет причины бодрствовать. — Никто…? Я повторил слово почти себе под нос. Сначала Захард не понял, что я имею в виду. — …Хм? Но вскоре осознание пришло, и его рука легла на посох. — …Как они прошли сквозь такую метель? К заброшенной хижине приближались два человека. К удивлению Захарда, они двигались так, будто буря ничего не значила, а снег сам расступался перед ними. — Похоже, ведьма. — …Ведьма? Та самая Ведьма Леса Метелей? — Кто ещё способен свободно ходить здесь в такую погоду? Проблемой был её спутник. «Решил вмешаться лично?» После того как он отправил рыцарей «Клина», расставил их по лесу и даже привлёк к поискам студентов академии, подобный шаг можно было ожидать. «Калдрах де Адратан». Третий принц пришёл сам. Скрип. Дверь открылась. В отличие от принца Эульсиса, Калдрах был крепким, широкоплечим мужчиной. Рядом стояла миниатюрная женщина. — Приветствую благородное солнце Империи. При появлении принца требовалось соблюдать этикет. Как гражданин Империи, я опустился на колено. Заодно я отметил: суровый холод совершенно не изменил цвет его лица. На пальце блестело знакомое украшение. «Кольцо снежного кролика». Так это он его купил? — Я пришёл выяснить личности чужаков, проникших в Лес Метелей, и вижу знакомые лица. Голос Калдраха оказался неожиданно спокойным для человека с таким телосложением. В отличие от меня, Захард не выразил должного почтения. Его лицо исказилось. — …Принц Калдрах. Хм. Между ними что-то произошло? Настолько откровенное неуважение говорило, что отношения были далеко не дружескими. — Захард и сэр Джулиан. Давно не виделись. — Почему Ваше Высочество здесь…? — Не тревожьтесь. Пусть неожиданно встретить старых товарищей при таких обстоятельствах, я пришёл не арестовывать вас. Калдрах доброжелательно улыбнулся. Но я прекрасно видел острый клинок, скрытый под этой мягкостью. — …Тогда Ваше Высочество желает поговорить? — Да. — В такую метель? Поначалу Захард был ошеломлён, но быстро пришёл в себя. Его тон выровнялся, а сам он принялся осторожно оценивать расстояние и готовиться к неожиданностям. — Рыцарей «Клина» рядом нет. Распространив ауру по окрестностям, Захард едва слышно сообщил мне. Без силы ведьмы двигаться в такой буре было трудно. Тем более без реликвии вроде Кольца снежного кролика. — Я пришёл сказать простую вещь. Как и утверждал Калдрах, похоже, сражаться он не собирался. Коротко взглянув на женщину рядом — ведьму, — принц снова посмотрел на нас. — С наступлением дня покиньте Лес Метелей. Демоном займёмся мы. Если «займёмся» означало «убьём», я не возражал против ухода. — Это невозможно, Ваше Высочество. Захард сразу отказался. Калдрах хотел поймать тварь. Мы знали это от Линне. Наша цель — уничтожение однорукого демона. Простая поимка обсуждению не подлежала. — Захард, ты неправильно понял. — Что именно? — Это не переговоры, дорогой Захард. Всего лишь уведомление — знак уважения к нашей старой связи. Калдрах расслабленно улыбнулся. — Раз ваше укрытие обнаружено, придётся отступить. Вряд ли кто-то сумеет в такую бурю одновременно уходить от преследования и охотиться на демона. …Это действительно было бы тяжело. Возможно, даже невозможно. — Но… — Захард, старый товарищ по Северному фронту. Достаточно. Сэр Джулиан, я не стану расследовать ваше проникновение. Почему бы вам не уйти? После повторных уговоров Захард заметно заколебался. Он не хотел отказываться от уничтожения однорукого, но понимал, к чему приведёт открытое неповиновение принцу. «При поддержке ведьмы скрытно продолжать поиски невозможно». Северный фронт находился под его властью. Вероятно, Калдрах считал своей собственностью и Лес Метелей. Худший вариант. — Благородное солнце Империи, простите дерзость. Могу я высказаться? — Говорите, сэр Джулиан. — Не произошло ли непредвиденное обстоятельство, из-за которого Ваше Высочество вынуждено остановить поиски в Лесу Метелей? К счастью, даже в таком невыгодном положении передо мной понемногу открывался путь. ---------- Калдрах де Адратан (2) От одной фразы в хижине словно похолодало. Взгляд Калдраха был настолько тяжёлым, что бушующая снаружи метель казалась безопасным укрытием. Почувствовав резкую перемену, Захард медленно сжал посох. «Рядом с Калдрахом…» Хотя он был слеп, Захард ясно ощущал, что спутница принца — женщина. За долгие годы без зрения он научился узнавать людей по ауре. Но её аура заметно отличалась от человеческой. «Неужели это та самая ведьма?» Он никогда её не видел, однако за время службы на Северном фронте слышал множество слухов. За линией фронта жили племена, которых в Империи называли варварами. Говорили, что они способны использовать демоническую энергию. Поэтому Захард был готов в любую секунду выхватить меч из посоха. «Я не знаю её характера, но слухи ходили дурные». Он не понимал, почему подобная ведьма сопровождает Калдраха. Какова бы ни была причина, солдатам Северного фронта это точно не понравилось бы. — Хм. Необычно слышать, как Джулиан задаёт вопрос принцу. Хорошо. Объясни, почему я должен остановить поиски. В голосе Калдраха звучало раздражение. Не видя выражения его лица, Захард сосредоточился на ауре и заметил странность. «Он удивительно спокоен». Захард хорошо знал темперамент Калдраха по совместной службе. Тот не боялся передовой и отличался вспыльчивым характером. Несмотря на императорскую кровь, принц не страшился запачкаться кровью демонов и северных племён. Именно поэтому армия приняла его и поддержала. Раздражение Калдраха сдерживало лишь присутствие Джулиана. На Северном фронте его имя имело вес, сравнимый с именем Святого Меча. «Какой отчаянно смелый человек». Захард был впечатлён спокойствием Джулиана. Всего одной фразой он заставил принца, перед которым склонялись простолюдины и дворяне, вступить в переговоры. «Он наверняка предвидел появление Калдраха». Глядя на улыбку хитрого узкоглазого человека, Захард невольно задумался. Насколько далеко вообще простирается его влияние? *** «А-а-а…» Я понимал. Джулиан не должен был произносить настолько дерзкие слова перед солнцем Империи. Он был воплощением честолюбия и самолюбования. Но что мне оставалось? Сказанного уже не вернуть. Рассудительность Ли Си Ху, которого ещё не до конца поглотила личность Джулиана, отчаянно требовала избежать спора с принцем, но отступать было уже нельзя. Я пришёл так далеко, чтобы разобраться с одноруким демоном. Если бы собирался просто вернуться в столицу, оставил бы всё Захарду. Какая бы «Катастрофа» ни приближалась, она была связана с этой тварью. — Разве Вашему Высочеству уже не пора отозвать «Клин» и войска обратно к линии фронта? С бешено бьющимся сердцем я медленно продолжил. — Что вы имеете в виду? — Разве демоны и северные племена не собираются за Северным Полюсом? — …Демоны и северяне? Первым отреагировал Захард. Он служил на фронте и примерно понял намёк. Раз в несколько лет враги Адратанской империи, живущие за северной границей, объединялись и пытались прорвать стену Северного Полюса. Обычных солдат было недостаточно, чтобы сдержать демонов и воинов, способных без труда разорвать человека. Требовались Калдрах и его элитный отряд «Клин». — Хм… Поэтому принц не мог надолго оставлять Северный Полюс вместе с лучшими рыцарями. И именно поэтому пришёл договариваться лично. Калдрах предположил, что я добрался сюда ради убийства однорукого демона, и пытался выиграть время для поимки. — У вас удивительно много сведений. Во взгляде принца читался вопрос: «Откуда вы знаете о скоплении демонов?» Но подозрение быстро сменилось размышлением. — У вас есть сообщник на Северном фронте? Нет… маловероятно. Калдрах прекрасно знал, что вся власть здесь принадлежит ему, и потому быстро отверг эту мысль. Несколько секунд он молчал, затем пошёл ко мне. — И всё же вы знаете поразительно точно. После завершения службы это ваш первый визит на Северный фронт. Первый? Я задумался над словами Калдраха, но он сам покачал головой, словно отказавшись от этой мысли. — В таком случае и мы попросим об одном. Что? На лице принца появилась спокойная улыбка. — Вы утверждаете, что мы обязаны защищать Северный Полюс. Тогда поимку однорукого демона оставим вам. «Тц». Я мысленно цокнул языком. — Это угроза? Он не отдавал прямой приказ как принц, но требовал именно поймать, а не убить тварь. Отказ означал неповиновение воле императорской семьи. Ультиматум. — Простите, принц Калдрах, но мне поручено доставить преступника Захарда в столицу. Я не смогу выполнить просьбу. К счастью, ответ был подготовлен заранее. Я сопровождаю преступника. Если по дороге нам встретится демон и придётся его убить — ничего не поделаешь. — Тогда выбора нет. Калдрах отступил удивительно легко, но я ясно почувствовал перемену. «Теперь он насторожен сильнее, чем при первой встрече». Его взгляд, дыхание и едва заметные движения предупреждали об опасности. — Что ж, будем считать переговоры оконченными. — Калдрах, твои слова изменились с момента прихода. Когда принц уже собирался отступить, молчавшая до этого ведьма заговорила. — Я ясно заявила, что желаю получить однорукого демона живым. — А что мне остаётся? У нас нет ни времени, ни людей, а у них есть веские причины и сила. Калдрах произнёс это и посмотрел на Захарда. — Сочувствую участи твоего сына. Я помолюсь за него. Значит, Калдрах тоже знал, что однорукий демон — сын Захарда. Теперь становилось понятнее, почему он насторожился по отношению ко мне. — Я не об этом! Это существо представляет огромную исследовательскую ценность. Как я и говорила до прихода, можно просто пригрозить им. — К сожалению, мои карты здесь не сработают. Калдрах снова многозначительно посмотрел на меня. — Особенно против вас. Он завершил фразу слабой улыбкой. — Сэр Джулиан, давно не виделись. Рад встрече. — Взаимно, принц Калдрах. Калдрах тихо рассмеялся, и его смех постепенно стал громче. — Знаете, Джулиан… — Что именно? — Помните, что я сказал, впервые прибыв в Северный Полюс во время вашей службы? …Откуда мне помнить? Для меня это вообще первая настоящая встреча с ним. — Да, помню. Но пришлось притвориться. — Я сказал, что, несмотря на императорскую кровь, я лишь один из тех, кто защищает стену Северного Полюса. И попросил на фронте относиться ко мне как к рыцарю: называть сэром, а не титулом. Что-то подобное он действительно произносил. — Тогда я попросил вас во время службы на Севере обращаться ко мне «сэр», ведь здесь я всего лишь ещё один рыцарь. Правда? Сколько я ни вспоминал прохождения, ни разу Калдрах не обращался с такой просьбой к Джулиану. — Многие говорят, что в последнее время вы словно стали другим человеком… Смех исчез, и принц посерьёзнел сильнее, чем когда-либо прежде. — Возможно, в этих словах есть истина. Калдрах смотрел спокойно, но в его взгляде ясно читалось предупреждение. Вжух. Он развернул плащ и направился к выходу. Оставшаяся ведьма бросила на меня злобный взгляд. Я сорвал её планы, и это явно выводило её из себя. «Я запомню». Её взгляд обещал расплату. Затем она поспешила за Калдрахом. — …Ушли? Почувствовав удаляющиеся присутствия, Захард облегчённо выдохнул и отпустил посох. На лице мелькнула боль. — Не думал, что принц Калдрах явится лично. — Само его появление показывает, насколько они отчаялись. — Но откуда вы знали? — О чём именно? Я изобразил невинность. Захард покачал головой. — Неважно. Всё равно нормального ответа не получу. Он ткнул посохом Фелхора в бок. — Хватит притворяться спящим. Твоя очередь дежурить. — Ай! Больно, блять! Значит, не спал. Поднявшись, Фелхор встретился со мной взглядом, неловко почесал голову и виновато улыбнулся. …Он точно нам нужен? *** Пока «Клин» защищал Северный Полюс, прямого преследования можно было не ждать. Но Калдрах явно не собирался отпускать нас настолько легко, как утверждал. Он приставил наблюдателя. Формально — чтобы безопасно вывести нас из Леса Метелей. На деле — чтобы следить и не позволить убить однорукого демона. Однако принц не учёл одну деталь. Наблюдателем оказалась Линне — студентка академии, прибывшая на практику. — …Сэр Джулиан. Она снова стояла перед нами — та самая, кто уже помог скрыться от «Клина». «Логично». Ученица Святого Меча, которая, по слухам, ненавидела опозоренного Джулиана. Её кандидатура казалась разумной. Из-за этой «ненависти» Калдрах мог рассчитывать, что Линне немедленно вмешается при любой подозрительной попытке. — Передать нас под присмотр Линне… Принц Калдрах действительно всё продумал. Она бесстрастно осмотрела меня, Захарда и Фелхора. — Сразу уточню: по приказу принца Калдраха я должна вывести вас из Леса Метелей. Я наклонился к Захарду и тихо предложил: — Стоит рассказать ей немного предыстории. — …Хотите воззвать к её чувствам? — Да. Это всё равно не великий секрет. После моего искреннего ответа Захард кашлянул и отвёл Линне в сторону для разговора. Мы с Фелхором наблюдали издалека. Через некоторое время они вернулись. — …Я понимаю обстоятельства, но неповиновение приказу принца — серьёзный проступок. Ну вот и всё. Дальше уступать некуда. Даже если придётся обезвредить Линне, однорукого демона необходимо устранить. — Но я тоже плохо знаю Лес Метелей, поэтому могу случайно заблудиться. Линне огляделась и обычным бесстрастным тоном добавила: — Возможно… нам придётся немного поплутать. Вы не против? ---------- Разрозненные движения Проводник не должен был заблудиться. Даже Линне, ещё учившаяся в академии, прекрасно это понимала. Однако, услышав историю Захарда, она решила помочь вопреки приказу принца Калдраха. — Вы ведёте себя совсем не как рыцарь. Неожиданно заговорил Джулиан. Линне уже собиралась спросить, что он имеет в виду, но быстро поняла. Для рыцаря Империи приказ императорской семьи должен стоять на первом месте. Узкоглазый хитрец намекал, что она нарушает именно этот принцип. — Я лично знакома с сэром Захардом. К тому же, по его словам, они не просто игнорировали приказ принца ради охоты на случайного демона. Это была месть за потерю дорогого человека. Линне и подумать не могла, что этот лживый человек помогает Захарду именно по такой причине. — Кроме того, демон — сын сэра Захарда. Я не могу его осуждать. Честно говоря, мне самой хочется помочь. — Вот как? — Я ведь тоже последовала за сэром Хейденом Райхом из-за семейного дела. — Похоже, предательство учителя немного смягчило ваши прежние непреклонные убеждения. Линне с любопытством посмотрела на Джулиана, произнёсшего это с привычной самоуверенностью. Но теперь слова почти не задевали. Предательство благородного Святого Меча. Его превращение в демона. После этого отношение Линне к нему действительно изменилось. Джулиан коротко вздохнул, тихо усмехнулся и первым пошёл вверх по хребту. Глядя ему в спину, Линне захотела спросить, кого потерял он сам, раз так упорно преследовал Орден Рассвета. «…Я потерял…» «После того случая… нет, можно сказать, Джулиан умер». Она вспомнила монолог, случайно услышанный после боя с Альфасом. «Неважно». Сейчас главным был демон, с которым должен разобраться Захард. К тому же… — Хорошо, что метель прекратилась, но появились другие гости. Из-за хребта показались демоны, возвращая её к реальности и не оставляя времени на разговор. Благодаря аурному сонару Захард почувствовал их первым и выхватил меч из посоха. — Группа демонов… Как они собрались вместе в такую бурю? — Вероятно, благодаря способности однорукого. Словно предвидя вопрос, Джулиан упомянул способность трёхрогой твари. Он сразу осмотрел окрестности. Когда взгляд дошёл до края хребта, Джулиан тихо пробормотал: — Его не видно. — Да… Я тоже не чувствую. Захард пришёл к тому же выводу. А затем со стороны покрытой снегом гряды донеслась зловещая демоническая энергия. Необычайно мощная. Поняв, что она распространяется возле северной стены — Северного Полюса, — Захард помрачнел. *** «Значит, решил действовать так». Я мысленно цокнул языком, ощущая демоническую энергию у стены. Она напоминала силу демона, но была другой. Искусственно созданной человеком. Точнее — выпущенной ведьмой. Ведьма рассеивала энергию, чтобы приманить однорукого демона. — Разид, этот ублюдок… Услышав, как Захард понял происходящее, я быстро оценил ситуацию и принял решение. — Мы направляемся к стене Северного Полюса. Демоны на хребте могут последовать за нами. Фелхор. — Да, сэр Джулиан. — Задержите их. Фелхор осмотрел приближающуюся стаю. Среди безрогих попадались однорогие, но двухрогих и высокоранговых не было. Он облегчённо кивнул. По его оценке, здесь было безопаснее, чем у стены. Пусть этот лысый временами принимал глупые решения, Фелхор всё же обладал силой, достойной ранга монсеньора. — Понял. Оставьте их мне. Я молча кивнул. Мы с Захардом сразу бросились к Северному Полюсу. Тем временем демоническая энергия ведьмы и «Распространение» однорукого вступили в резонанс. Это означало, что тварь уже у стены. — Капюшон! Бежавшая рядом Линне посмотрела на меня и крикнула предупреждение. Она понимала политическое положение, в котором находились «Закрытые Глаза». Я быстро прикрыл лицо. Добравшись до стены, я сразу почувствовал густой запах крови. — …Ужасно. Отвратительная вонь крови демонов. Но зрелище человеческой бойни было ещё страшнее. Как и ожидалось, однорукий демон находился во внутренней части стены Северного Полюса. — Первые ворота прорваны. Ситуация быстро ухудшалась. Прочная створка первого рубежа была распахнута из-за буйства твари. В хаосе демоны и северные варвары убивали солдат. — Кья-а-а! Демоны бросились на державших строй воинов, но не достигли цели. Захард и Линне перехватили их и спасли людей. — Где рыцари «Клина»? Осматривая место резни у первых ворот, я искал взглядом элитных рыцарей. Среди погибших людей были в основном обычные солдаты. Иногда попадались мёртвые северяне, не выдержавшие чрезмерной демонической энергии, но ни одного рыцаря «Клина». — Безумный ублюдок. Убивать простых людей ради собственной жадности. Хотелось проклясть Калдраха, но времени не было. Я осмотрел верхние уровни стены и увидел принца, наблюдавшего сверху. — Здесь слишком много глаз. Не вмешивайся. Заметив, куда я смотрю, Захард посоветовал мне остаться в стороне. — «Закрытые Глаза» обязаны сохранять нейтралитет. Если здесь появится человек, считающийся лицом организации, возникнут проблемы. С этими словами он в одиночку бросился в центр бойни. Как и подобало соученику Святого Меча, его клинок был быстрым и смертельно точным. Но остановить поток демонов одному невозможно. «Нужно поднять дух перепуганных солдат и организовать оборону». Для этого требовались Калдрах и «Клин» — люди, которым войска доверяли безоговорочно. Но принц продолжал наблюдать. — Как и ожидалось, вы пришли. Когда раздражение почти вырвалось наружу, голос Калдраха прозвучал прямо в голове. Я вздрогнул, но быстро привык. Ведьмина магия передавала слова на расстоянии. Я уже знал о такой способности. — Вы собираетесь лишь смотреть? Я ответил вслух. Заклинание наверняка передаст мои слова. — Однорукий ещё не вошёл за внутренние ворота. — И что вы сделаете, когда войдёт? — Поймаем. Солдаты — приманка для этой цели. Калдрах смотрел, как гибнут люди, и не выводил «Клин» в бой. Он говорил так, будто происходящее было естественным и почти скучным. «Что это за чувство?» Но показывать отвращение нельзя. — Вы считаете цену оправданной? — Ради трёхрогого демона, чьи рога начали краснеть, да. А если ценности недостаточно, ведьма её создаст. После прежнего разговора я уже понял, что с ним не всё нормально. Но Калдрах знал даже о метаморфозе красных рогов. Откуда? Разве в прошлом уже наблюдали подобное превращение? — К тому же вы тоже знаете, верно? Я почувствовал его взгляд издалека. — Эта тварь стоит жертв. Вы ведь «переживали» подобное не один раз? Подозрение постепенно превратилось в уверенность. Кольцо снежного кролика исчезло из витрины и оказалось на пальце принца. Он знал о метаморфозе красных рогов. Туман медленно рассеивался. — Поэтому лучше стойте спокойно. Если раскроетесь здесь, проблемы возникнут именно у «Закрытых Глаз». Ха-ха-ха. У стены Северного Полюса моё лицо знали почти все — от «Клина» до обычных солдат. Наверняка Калдрах заранее отдал приказ. Если я попытаюсь войти в лагерь или вмешаться в охоту на однорукого, меня объявят предателем, нарушившим императорские правила. На фоне нападения северян и демонов я не смогу искать или убить тварь. «Он, вероятно, заманил меня сюда». Через ведьму. И одновременно создал условия, исключавшие моё вмешательство. «Для возвращения в столицу ему нужны заслуги и рыцари „Клина“». Он без колебаний выбрасывал всё, что считал ненужным. Это немного отличалось от Калдраха, которого я знал по игре, но теперь не имело значения. «Отступить». Это оптимальное решение. Я понимал. Даже если уйду, Калдрах не позволит врагам пройти дальше вторых ворот. Он выпустит «Клин», поймает однорукого, и кризис закончится. «Но тогда убить демона станет невозможно». Что они сделают после поимки, неизвестно. Скорее всего, не убьют, а запрут для исследований метаморфозы красных рогов. Захард точно этого не желал. Но сейчас ситуация превосходила мои возможности. «Ради безопасности лучше скрыть личность и отступить». Я знал. Прекрасно понимал. И всё равно разум отвергал этот путь. Кроме того… «У Калдраха действительно есть нечто необычное. Но главное отличие в другом». Его цель — поймать демона с краснеющими рогами и использовать ведьму для исследования. Сам факт, что ему требовалось изучение, означал: Калдрах знал меньше меня. Если бы он давил только властью принца, я, возможно, отступил бы. Для сотрудника «Закрытых Глаз» одностороннее применение власти императорской семьи действительно было опасно. Но он использовал похожие методы и действовал почти как я. «Он совершил ошибку». ---------- Многоязычие Посреди уже развернувшегося хаоса мой разум спокойно оценивал поле боя. Вперёд наступали демоны и северные варвары. Во главе шёл однорукий, практически в одиночку прорывавший строй солдат. Со стороны могло показаться, что он просто атакует всё подряд, но на деле тварь весьма умело командовала. При помощи «Распространения» однорукий рассеивал демоническую энергию и контролировал неразумных демонов. Более того, при появлении брешей он направлял нужных тварей в самые уязвимые места. «В такой ситуации добраться до него невозможно». Демонов было слишком много. Прорубиться через всю массу и убить командира почти нереально. «Нужен кто-то, кто удержит остальных слабых тварей». Иного способа разрешить ситуацию не существовало. «С будущими последствиями разберусь потом. Сейчас нужно сосредоточиться на настоящем». Приняв решение, я одним ударом рассёк бросившегося демона, откинул капюшон и выпустил ауру во все стороны. Когда капюшон больше не скрывал волосы и лицо, перепуганные солдаты уставились на меня. Демоны тоже. — Гр-р-р… Однорукий вспомнил нашу прежнюю схватку, и над ним вспыхнул Цвет Страха. Передаваемый демонической энергией страх распространился вокруг и охватил остальных тварей. — Встать и взять оружие! Я когда-нибудь кричал настолько громко? К счастью, усиленный маной голос услышали все солдаты, сражавшиеся внутри первых ворот. — С этого момента здесь командует Джулиан Крайпарт Фрейсон, прямой агент императорской семьи и представитель «Закрытых Глаз»! Я понимал. Для настоящего Джулиана это было естественно, но человеку, выросшему в обычном мире, было неловко внезапно брать на себя командование в подобной ситуации. Тем более трудно было вселить смелость в людей, уже полностью подавленных страхом. «Но страх — тоже эмоция». У любой эмоции есть направление. Если понять, куда она направлена… «Ею можно управлять». 〈Цвет Негатива〉 — Те, кто бросил оружие от страха, и те, кто собирается бежать, слушайте! Не справедливое руководство, а подавление через страх и силу. Я прекрасно знал: на потерявшем порядок поле требовался именно такой метод. Во время прохождений за Джулиана я использовал его неоднократно. — Каждый, кто не вступит в бой вместе со мной, будет немедленно казнён от имени императорской семьи. Я легко представлял последствия раскрытия лица. Секретариат наверняка потребует объяснений: почему я отправился на север без доклада и не заняли ли «Закрытые Глаза», обязанные сохранять нейтралитет, чью-либо сторону в политическом противостоянии. Совет дворян тоже постарается использовать случившееся для новых интриг. Люди, желавшие падения Джулиана, будут в восторге. «Хлопотно». Особенно теперь, когда наш учитель Хейден Райх предал Империю. Линне прекрасно понимала: репутация учеников Святого Меча достигла дна. И на этом фоне Джулиан самовольно появляется на Северном фронте? Оценка упадёт ещё ниже. Но вопреки моим опасениям… — Это Джулиан. — Повелитель охоты на демонов… — Почему Улыбающийся палач Империи здесь…? С появлением Джулиана страх перед демонами начал уступать надежде на Улыбающегося палача. Причиной тому были великие подвиги, которые он когда-то совершил на Северном фронте. — Принц Калдрах и его рыцари «Клина» бросили вас. Но вы ведь не собираетесь просто умереть? Если собираетесь, я лично помогу. Я поднял меч из Лунного камня, и клинок один раз угрожающе сверкнул. Похоже, одного появления здесь уже было достаточно, чтобы условности перестали сдерживать Джулиана. Он уверенно продолжил: — Если боитесь сражаться с демонами, хотя бы стойте на месте. Станьте приманкой, пока я убью их предводителя. Фраза полностью противоречила человеческой морали, но почему-то внушила солдатам уверенность. — Если мы удержимся… вы убьёте того трёхрогого? — Держать строй! Все остаются на позициях! Линне не могла поверить глазам. Как люди находили надежду в словах «умрите ради самих себя»? Это даже не призыв к героической жертве и не эмоциональная речь. И всё же она отчасти понимала. До сих пор Джулиан вёл себя как властный демон в человеческой оболочке. И если такой дьявол оказывался на их стороне, простые солдаты должны были почувствовать огромное облегчение. — Хорошо. Видя ваше рвение, я уже не так разочарован. Я с улыбкой осмотрел строй, и в людях начала крепнуть вера, что кризис можно преодолеть. Это было естественно. С момента моего появления однорукий, остальные демоны и даже северяне начали колебаться. Может, их остановил исходящий от меня запах крови? — Обнажить мечи. После приказа солдаты исправили стойки. Линне подумала, что после сегодняшнего дня запах страха демонов станет куда сильнее. *** «Поразительное командование». Захард всем телом ощущал перемену на поле боя и невольно восхищался Джулианом. Он и сам когда-то командовал отрядом на Северном фронте, поэтому знал: поднять солдат в уже проигранном сражении почти невозможно. «Он раскрыл лицо и притянул все взгляды, заставив каждого почувствовать своё присутствие». Теперь люди ясно осознавали, что сражаются рядом с Джулианом. Благодаря этому положение у ворот, находившихся на грани падения, начало выправляться. — Уа-а-а-а! — Гр-р-р… Солдаты Северного фронта были ветеранами, привыкшими к демонам. Стоило их дрогнувшему духу обрести опору, и они стали держаться так, будто паники никогда не было. «Но преимущество всё ещё не у нас». Слишком плохое начало не позволяло рассчитывать на долгий успех. Нынешняя стойкость была лишь временным всплеском морали; первобытный страх рано или поздно вернётся. Однако Джулиан уже сделал почти невозможное и стабилизировал положение. «Остальное зависит от нас». — Кра-а-а! Захард одним ударом рассёк приближающегося демона, сосредоточился и распространил ауру. Цель была очевидна — тварь, приведшая его сюда. «Где ты, Разид?» В бою первым убивают командира. Пусть к этому примешивался личный мотив, Захард начал искать однорукого. «Нашёл». Как только цель появилась на его аурном радаре, Захард оттолкнулся от земли. Несколько демонов попытались преградить путь, но разрубить их не составило труда. — Гр? Однорукий, до этого сосредоточенный на Джулиане, заметил приближение и повернул голову. — О… отец? Тот же голос, что прежде. Демон смотрел на него и запинался, но Захард стиснул челюсть. Мощным выпадом он вонзил меч твари в плечо. — К-кха-а-а! Однорукий взревел и начал дёргаться, пытаясь стряхнуть Захарда, но не мог достать его. Заранее почувствовав намерение, Захард, не вынимая клинка, провернулся в воздухе и всем весом надавил на рукоять. Хруст! Углубив рану, он оттолкнулся ногой от болтающейся конечности и разорвал расстояние. — Гр-р-р… Плоть демона сочилась, как слизь. Он с ненавистью смотрел на Захарда. Если бы внимание не было приковано к Джулиану, тварь заметила бы отца гораздо раньше. Командование демонами и северянами, отчаяние солдат и появление Джулиана, однажды едва не убившего его, заставили однорукого потерять бдительность. — Разид, ты… Захард наконец решил сказать то, что должен был произнести много лет назад. — У тебя не было способностей рыцаря. Промолчав тогда, он превратил правду в незаживающую рану. — Если бы я сказал это раньше, ты не попал бы в лапы паразитического демона. Прости. В конечном счёте Захард винил собственное равнодушие, из-за которого сын оказался в таком состоянии. — Поэтому здесь и сейчас… — Ты думал, я не знал? Чёткая человеческая речь заставила Захарда замереть. — Думал, я не замечал этого взгляда? На этот раз говорил будто сам Разид, а не демон. По спине Захарда пробежал холод. *** Появление Джулиана окончательно сплотило солдат. Пока рыцари «Клина» оставались в стороне, люди сами заполняли бреши, быстро выстроили оборону и даже начали теснить демонов. — Колите сюда! — Хотя бы ворота удержите! Если они падут, всё кончено! Но положение всё ещё оставалось тяжёлым. Если бы Калдрах и его подчинённые вступили в бой, можно было не только остановить врагов, но и полностью уничтожить их. Однако они продолжали наблюдать. «И есть ещё одна проблема». Кроме демонов здесь сражались северные варвары. У них имелся собственный командир. Северяне, получившие демоническую энергию через поедание тварей, подвергались влиянию «Распространения» однорукого. «Но приказам своего вождя подчиняются сильнее». — Карак, куна! Мартани! Удивительно, но даже в таком хаосе тело Джулиана прекрасно понимало речь командира. Северяне разговаривали на собственном языке, а не на общем языке континента. Подслушав их, я сразу отдал приказ: — Не нужно удерживать ворота. Подожгите западную сторожевую башню. — П-поджечь башню? — Да. Солдат, выглядевший старшим по званию, посмотрел мне в лицо и кивнул. Он явно не понимал причины приказа, но немедленно закричал: — Поджечь западную башню! Быстро! Остальные, тоже озадаченные, выполнили приказ. Когда башню охватило пламя, лицо командира северян исказилось. — Иланья, куна! Хетана! Он продолжил отдавать команды на родном языке. Судя по недовольству, у него оставался запасной план. — Теперь они собираются перебраться через заграждения. Есть возможность подорвать западные баррикады? — А? Да… Там заложены заряды на случай, если демоны попытаются перелезть… — Похоже, именно такой случай настал. Я улыбнулся и велел активировать механизм. Смущённый солдат кивнул. А затем… Бум! Мощный взрыв вырвал баррикады, и северян, собиравшихся использовать их как опору, подбросило в воздух. Теперь солдаты могли сосредоточиться на демонах, и их строй окончательно укрепился. — Ха… ха… Кажется, стало легче. — Варвары исчезли? Они отступили? — Нет, всё ещё здесь! Почувствовав, что положение улучшилось, люди перевели дыхание и начали оглядываться. В этот момент их взгляды встретились со взглядом командира северян. Он смотрел на меня с полным неверием. — Бун поннымья чем ма гамборим…? Он пробормотал себе под нос: неужели я понимаю их язык? В этом мире встречались самые разные люди. Некоторые даже пытались понять язык, звучавший в игре, и с головой уходили в изучение. Я беззвучно произнёс слово так, чтобы командир смог прочитать по губам. С такого расстояния это возможно, верно? — Дурак. — …Что? Один из стоявших рядом солдат недоумённо посмотрел на меня, но я не обратил внимания. К счастью, командир северян понял. Он уставился налитыми кровью глазами, будто хотел разорвать меня. «Дурак». На языке северян это означало ровно то же самое — «глупец». ---------- Паршивый отец, паршивый сын (1) Подслушав северян, я сумел понять их тактику. Это оказалось полезно, но полностью переломить ход сражения всё равно не позволяло. «Главное — отрубить голову». В телах этих людей была демоническая энергия, поэтому однорукий мог отдавать им приказы. Однако по сути они оставались людьми. Лишившись вождя, северяне наверняка потеряют опору и впадут в смятение. «Но смогу ли я прорваться к командиру и убить его?» Во мне неожиданно шевельнулось беспокойство. Я был уверен в своих силах, однако смести всех на пути одним ураганным натиском всё же не мог. Если командир окажется сильнее, чем я предполагаю, бой затянется, и остальные северяне успеют меня окружить. К тому же… «Там ещё однорукий демон». Я ненароком взглянул туда, где находилась самая опасная тварь. Вокруг неё собралось множество воинов, а неподалёку сражались Захард и Линне. «Справится ли Захард?» Я не сомневался в его мастерстве. Проблема заключалась в другом: этот человек слишком легко поддавался личным чувствам. Но сейчас было не время долго об этом размышлять. Чем больше мы медлили, тем хуже становилось положение, а рыцари «Клина» могли воспользоваться моментом и забрать однорукого себе. «Сначала разберусь с этими». С этой мыслью я взобрался на полуразрушенную сторожевую башню и прыгнул вниз, прямо к командиру северян. — Кха-а-а-а! Увидев падающего с высоты человека, северяне издали жуткий вой. «Меня сейчас волнует не это». Падение было высоким, и приземлиться следовало осторожно… «Куда бы лучше?» Вместо земли я выбрал плечо ближайшего северянина. Как только нога коснулась его тела, тот не выдержал веса и пошатнулся. — Кра-а! Упрямый. Он попытался развернуться и схватить меня, поэтому пришлось сразу вонзить меч из Лунного камня ему в шею. Северянин захрипел и обмяк. Изо рта потекла густая кровь, больше похожая на демоническую. «Скорее всего…» Побочный эффект от поглощённой демонической энергии. Эти люди становились сильнее, пожирая демонов, но человеческими в полном смысле уже не оставались. — Киа-а-а! Увидев смерть товарища, северяне снова взвыли. В этом крике не было ничего человеческого — лишь голый инстинкт и дикость. Возбуждение, ярость, жар битвы, страх и ужас смешались воедино. В ответ начали пробуждаться мои собственные дремавшие инстинкты. ⇒ Эмоции усилились. ⇒ Активирована черта 〈Открытые глаза〉. Знаменитая особенность узкоглазого злодея — открытые глаза. Поле зрения расширилось; потоки маны и направления враждебности обрели предельную чёткость. Среди чувств северян ярче всего выделялся страх. Они и прежде ощущали исходившую от Джулиана опасность. Теперь же, встретившись с его настоящим взглядом, окончательно отшатнулись, подавленные одним присутствием. — Смотрите внимательнее своими проклятыми глазами. Это лицо того, кто принесёт вам смерть. В обычном состоянии я никогда бы не произнёс столь самоуверенную фразу. Однако под влиянием Открытых глаз меня это совершенно не смущало. — Виа, ча! — Виача! Виа, ча! Северяне кричали на своём языке, призывая убить меня, но никто не решался подойти. «Страх заразителен». Они собственными глазами увидели чудовище, безжалостно зарезавшее их товарища. «Нужно воспользоваться моментом, прорваться вперёд и нанести быстрый удар». Я уже собирался рассечь ближайшего врага, когда всё тело пронзило покалывание. 〈Обострённое чутьё〉 Грохот! Я отступил, и в то место, где только что стоял, врезалась огромная алебарда. «Наконец появился». Главный противник — командир северян. Он смотрел на меня так, будто хотел разорвать голыми руками. Взгляд был тяжёлым, однако… «Не похоже, что он настолько опасен». Я спокойно перевёл взгляд на алебарду, глубоко вошедшую в землю. Оружие было настолько тяжёлым и громоздким, что обычный человек не смог бы даже поднять его. Северяне, поедавшие демонов, обладали нечеловеческой силой, а их командир явно превосходил остальных. Хех. При виде достойного противника губы сами растянулись в улыбке. Вероятно, это снова сказывалось влияние Открытых глаз. Мне хотелось проверить, чего стоят накопленные навыки в бою с сильным врагом. Я с усмешкой поманил его рукой. Лицо командира налилось кровью. Он спрыгнул с коня и ринулся на меня. — Гра-а-а! «Для варвара он не совсем глуп». Окружавшие нас северяне были парализованы страхом. Если бы командир отступил, их боевой дух рухнул бы окончательно. Поэтому он, несмотря на своё положение, сам бросился вперёд. Не понимая, что выбрал кратчайший путь к смерти. Бум! «Ещё и ногой бьёт…» Но движениям не хватало утончённости. Простые, прямолинейные атаки. Впрочем, в них было столько силы, что любая техника казалась излишней. Я уклонялся, разрывая дистанцию. Командир выдернул алебарду из земли и тут же погнался следом. Топ! Топ! Топ! «Ого. А он быстрый». С такой громадиной в руках не отставал от меня ни на шаг. «Это хотя бы заслуживает похвалы». ⇒ Меч наполняется лунным светом. ⇒ Активирована 〈Энергия Лунного Меча〉. К счастью, в отличие от него, я владел техникой. Встретив несущегося напролом врага, я выпустил уплотнённую ауру. Ш-ш-шух! Энергия Лунного Меча рассекла воздух и устремилась к командиру. Полагаясь на тело, укреплённое демонической энергией, он попытался отбить удар кулаком. Точнее, собирался. Хр-р-рясь! — Гра-а-а-а! Если бы это была обычная энергия меча, созданная прежним Святым Мечом, крепкое тело ещё могло бы её выдержать. Но в моём ударе заключались свойства Лунного Меча. Аура вращалась, словно зубья пилы, и чем твёрже оказывалась преграда, тем страшнее были повреждения. — Ха-ха. Прекрасное зрелище. Кисть северянина превратилась в изрезанное месиво. Пока он шатался, я приблизился и обрушил на него один удар за другим. — У-у-ух…! Он закрывался алебардой, сгорбившись и прикрывая жизненно важные места. Ему удавалось избегать смертельных ран. Я поднял меч, намереваясь проломить защиту, и в этот момент командир резко подался вперёд, ударив древком по моей кисти. Тук! — Угх. Руку обожгло болью. Меч я не выпустил, но в моей защите появилась брешь, и в неё тут же устремилось лезвие алебарды. Забираю назад слова о недостатке утончённости. «Он вообще не знает, что это такое». Тк! Я мгновенно вытянул из-под плаща Сомбру — нет, Анжелику — и вонзил чёрный клинок ему в бок. — Гра-а-а-а! Северянин наконец взвыл от боли, которую до этого терпел, лишь хмуря брови. Техника — это умение. И создание ложной бреши тоже относится к технике. Анжелика уже восстановилась. Одним взмахом меча из Лунного камня я перерубил колено командира. Первый удар. — Гр-р-ук…! Изо рта пошла пена, лицо исказилось, но огромная туша всё ещё держалась на ногах. Упрямство ломается давлением. Второй удар. Шух! Туп! После него командир наконец рухнул на колени. Наблюдавшие северяне рванулись спасать вождя, но остановились, когда клинок лёг ему на горло. — Ты… почти северянин. Командир назвал меня северянином. — Ты владеешь общим языком континента? Я изобразил удивление и посмотрел на него. — Та тень… Тень? А, он об Анжелике. — Ты демон… но говоришь на нашем языке. И что? — Ты такой же, как мы. Почему стоишь там? Такой же… Если задуматься, он был не совсем неправ. Моё знание северного языка ещё можно было списать на увлечение игрой. Но способность принять Анжелику, демона, вероятно, и правда была связана с северной кровью. Моя мать, Милена, происходила с Севера. Да, в каком-то смысле мы были похожи. Однако это не требовало долгих душевных поисков. Тк! Не ответив ни слова, я вонзил меч командиру в шею. По клинку стекала кровь, но Лунный свет продолжал сиять. — Фух… Я слишком долго удерживал Открытые глаза. Подступила усталость, и из груди сам собой вырвался вздох. Но отдыхать было рано. Битва ещё не закончилась. Стоило вспомнить об этом, как притупившиеся эмоции снова вспыхнули. Вокруг оставалось слишком много врагов… — Киа-а-а! К счастью, выплеснуть накопившуюся ярость не пришлось. Потеряв командира, северяне начали отступать. «Ху-у». Ещё один вздох. На этот раз — с облегчением. «А однорукий?» Северяне были почти разбиты, а значит, оставались только демоны. Я повернулся туда, где в последний раз видел однорукого, и с досадой обнаружил, что там всё ещё ничего не решено. Более того, тварь теснила Захарда. *** «Эти глаза… Я думал, что уже забыл их. Глаза, в которых было разочарование от того, что я не смог стать рыцарем…» «Это демон, подражающий человеку». Захард снова и снова повторял это про себя. Не слушай его. Он пытался убедить себя, но слова демона всё глубже врезались в сознание. «Ты смотрел на меня с презрением, разве нет?!» Каждый удар чудовищной правой руки будто откалывал кусок его сердца. При этом аура Захарда почему-то становилась всё яснее. «Неужели это и правда мой сын?» Он окутывал тело твари аурой, пытаясь понять, остался ли внутри его сын. Демон. Перед ним демон. Нужно было заставить себя поверить. «Ты не обнажаешь меч, потому что жалеешь меня?» Звериный голос был пропитан обидой, но звучал настолько похоже на голос живого Разида, что Захард не мог поднять клинок. Если в этой твари действительно сохранились дух и душа сына, убить её означало во второй раз отнять у него жизнь. Разум подсказывал, что выбора нет, но тело не слушалось. Однорукий взревел и поднял огромную руку, собираясь раздавить его. Грохот! В последний миг между ними встал кто-то другой. — Господин Захард, придите в себя! «Эта аура… Линне». До этого она уничтожала окружавших демонов, но заметила его оцепенение и поспешила вмешаться. — Паразитический демон обманывает вас, используя воспоминания прошлого! Он знал. — Так прикончите его! Кто бы мог подумать, что Захард окажется таким сентиментальным? До встречи с одноруким он и сам не понимал. Возможно, осознал всё ещё при первой встрече. Потому что нынешняя сцена в точности повторяла прошлое. Тк! Линне уже вонзила меч демону в бок. Тварь забилась, пытаясь сбросить её. «Я должен… двигаться». Захард успел лишь упрекнуть себя, когда плечо демона пронзил удар, наполненный лунным светом. — Если не способны справиться, разве я не говорил отойти? Надменный голос невозможно было перепутать. Даже не ощущая природу ауры, Захард сразу понял, кто появился. Демон бесновался, из пасти шла пена, единственная рука молотила воздух, но ни Линне, ни Джулиана сбросить не удавалось. — Сын стал демоном и устроил этот бардак, а отец не способен его остановить. Выражение «отец-тигр, сын-тигр» здесь не подходит. Скорее уж паршивый отец и паршивый сын. Жестокие слова отрезвили Захарда. Неважно, кто был перед ним — паразитический демон или Разид. Вернуть всё назад уже невозможно. «Я должен закончить. Ради этого… я и пришёл». Сжав рукоять, Захард распространил ауру и нашёл ядро твари. Чуть выше даньтяня. С последним сожалением и несбыточным желанием в сердце он направил клинок в эту точку. ---------- Паршивый отец, паршивый сын (2) «Моя родная кровь». Для чудовища, которым стал Разид, эти слова уже ничего не значили. И всё же Захард наконец ощутил облегчение: теперь сын хотя бы сможет обрести покой. — Э… это… это… По концу меча-трости стекала густая кровь однорукого демона. Тварь провела ладонью по клинку. Она не пыталась вытащить его, хотя тело продолжало содрогаться. — Видишь… я же говорил… так легче. Слова звучали нечётко, но Захарду показалось, что демон произнёс именно это. — Да. Похоже, ты прав. Ответив едва слышно, Захард ещё раз провернул руку. Хруст. Внутри твари что-то хрустнуло. Ядро. Звук, означавший конец демона. Начиная с единственной руки, тело Разида медленно осыпалось. Ш-шурх. Он рассыпался, словно комок песка, лишившийся связующей влаги. Так однорукий демон умер. Поначалу в это было трудно поверить, но оставшийся на земле Камень души не оставлял сомнений. — Неожиданно холодный. Захард поднял ледяной камень и подумал, что теперь всё действительно закончилось. — Ещё нет, господин Захард. Словно прочитав его мысли, Джулиан произнёс это с почти невинным видом. Бам! В следующий миг Захард перевернулся в воздухе и рухнул на землю. Благодаря многолетней подготовке он успел распределить удар по всему телу и смягчил падение. — Угх…! Захард не понимал, зачем Джулиан внезапно напал. Однорукий был мёртв, но оставались другие демоны. — Раз главная проблема решена, пора заняться моей работой — задержанием преступника. Хуху. Смех Джулиана резанул слух. Захард думал, что после гибели Разида у них будет хотя бы немного времени на зачистку. Однако расслабляться оказалось рано. «Другие демоны всё ещё…» Он оглянулся и замер. К счастью или к несчастью, твари, пришедшие вместе с одноруким, уже разбегались. Опасность исчезала сама собой… Тогда зачем Джулиан устраивал этот спектакль? «Хм». Захард тихо задумался. Из-за своего положения Джулиан не мог действовать без причины. Возможно, во время битвы ему действительно пришлось вмешаться, чтобы поднять боевой дух и спасти невинных. Но теперь хватило бы спокойно увести Захарда. «Это представление?» Обдумав всё несколько раз, он пришёл именно к такому выводу. И в тот же момент Джулиан приблизился и тихо прошептал: — Заберите Камень души, господин Захард. Он ваш. После этих слов Захард окончательно понял: Джулиан разыгрывал сцену. «Любой ценой…» Учитывая, что могло произойти дальше, это было разумно. — Может, на этом закончим, господин Джулиан? Раздался спокойный голос, почти заставивший забыть о недавней жестокой битве. В нём звучала лёгкая надменность. Все повернулись к говорившему. Рыцари «Клина» и третий принц Калдрах де Адратан наконец спустились вниз. Шурх. Захард сжал Камень души крепче. Тепло, неожиданно разлившееся по прежде ледяному камню, на миг удивило его, но сейчас было не время поддаваться чувствам. — Похоже, ситуация уже под контролем. — Не могу согласиться, принц Калдрах. Этот человек — дезертир, нарушивший законы Империи и предавший доверие императорской семьи. Отвергая слова Калдраха, Джулиан незаметно продолжал свою игру. — Я обязан поддерживать порядок как сотрудник особого имперского учреждения. — И это говорит человек, незаконно проникший на Северный Полюс и сам нарушивший закон? Он был прав. Захард сопровождал Джулиана сюда и не мог отрицать очевидное. И всё же появление Калдраха, невозмутимо вышедшего лишь после окончания битвы, оставляло неприятный осадок. — Кхм. Другие солдаты, судя по лицам, чувствовали то же самое. Они с недоверием смотрели на принца, который до сих пор накапливал заслуги на Северном фронте, а во время внезапного нападения северян и демонов отступил ко вторым воротам. Какими бы ни были его скрытые намерения, что это меняло для обычных людей? Он бросил солдат. Это было фактом. — Раз принц Калдрах настаивает, у меня не остаётся выбора. Словно ожидая именно такого развития, Джулиан отпустил Захарда. И снова его взгляд и тихий голос сказали больше самих слов: — Бегите через строй. Уходите. Даже если это всего лишь Камень души, разве его недостаточно, чтобы похоронить сына? Захард на миг застыл. Неужели такое мог сказать Улыбающийся палач? Человек, прославившийся чудовищной жестокостью? Но времени на размышления не было. Приближался стук шпор. Захард словно очнулся, поднялся и побежал к первым воротам. На Северном фронте было полно солдат, однако никто не попытался его остановить. Он был их прежним командиром и только что сражался с ними против демонов. Люди молча пропускали его. «Спасибо. Я обязательно отплачу за этот долг!» Сжав Камень души Разида, Захард покинул Северный Полюс. Преследователей не последовало. С самого начала Калдрах интересовался не им, а Джулианом. Всё прошло так, как и было задумано. *** «Беги». Благодаря твоему побегу у меня тоже появится шанс уйти отсюда. — Как неосторожно. Следовало держать его крепче. Преступник ведь только что сбежал? Калдрах без всякого смысла наблюдал, как Захард исчезает вдали. Подлый пёс. Я и сам не собирался его ловить, но всё равно не мог промолчать. — Однако, господин Джулиан, вы тоже совершили правонарушение. Поэтому мне придётся ограничить вашу свободу. Возражения… Слова Калдраха прозвучали почти как смертный приговор. Я понимал: сейчас спорить бесполезно. Нужно принять происходящее. — П-подождите, принц Калдрах! Внезапно Линне осмелилась перебить его. Она едва держалась на ногах после боя, но принца это не волновало. — Господин Джулиан защищал Северный фронт. Хотя бы учитывая его заслуги, нельзя заключать его под стражу… — Закон не знает исключений. Вы сможете ответить за трещины, которые появятся из-за одного такого исключения? Лицо Линне помрачнело. Она хотела продолжить, но я первым прервал её. — Разумно сказано. Для правил не бывает исключений. Всё, что я делал до сих пор, служило именно поддержанию порядка. Так и было. Я защищал имперские законы. — Если правила столь дороги вам, почему же сами их нарушили? Калдрах спросил с насмешкой. Почему? Чтобы не позволить однорукому превратиться в четырёхрогого, а затем не быть убитым этой тварью и уничтожить её заранее. Разумеется, подобное объяснение никого бы не просветило. Поэтому вслух я произнёс другое: — Иногда приходится действовать сердцем, а не головой. Наверное, в мире нет вещей, которые «обязательно» нужно делать. Как бы я ни ненавидел и презирал Джулиана как персонажа, разве мог представить, что однажды он окажется в тюрьме? Человек, живший только ради императорской семьи и служивший ей до последнего. Услышав подобный сюжет от кого-то другого, я бы сразу сказал, что это невозможно. Но теперь… — Господин Джулиан, вам назначена камера 3-1А. Джулиан сидел в одной из тюрем Северного фронта. С настоящим Джулианом такого бы не произошло. А вот с человеком, занявшим его место и пытающимся играть эту роль, — вполне. — Вас скоро выпустят. Господин Джулиан действовал ради защиты Северного Полюса! Солдат, сопровождавший меня до камеры, говорил уверенно. Заслуги Джулиана на Северном фронте были огромны. Здешние люди знали его не по столичным слухам, а по собственному опыту. К тому же в сегодняшнем бою я снова внёс немалый вклад. Похоже, обращение со мной вызывало у солдат сильное недовольство. — Всё в порядке. Дисциплина должна соблюдаться. Я улыбнулся. В их глазах я теперь выглядел союзником. Рыцарем, сопротивляющимся несправедливости. Незаслуженно наказанным героем. «Не настолько величественно, конечно… но примерно так?» Я понимал. Не в такой роскошной форме. По своей природе Джулиан оставался злодеем. Пусть меня сейчас и не считали хорошим человеком, зато неприязнь к Калдраху и Швальту была очевидна. — Мы, солдаты Севера, готовим прошение! Сделаем всё, чтобы вас освободили! Приятно слышать. Постарайтесь. Я улыбнулся, и солдат покинул камеру. Вокруг установилась неприятная тишина. «Вот же… Цок». С гигиеной здесь было не то чтобы плохо. Скорее, условия не дотягивали даже до уровня, на котором можно было жаловаться на грязь. Пронизывающий холод проходил сквозь каменные стены и не давал ничему, что можно назвать нечистотами, задерживаться надолго. «Здесь довольно оживлённо». Снаружи солдаты суетились, устраняя последствия боя. Калдрах наверняка посадил меня сюда не просто ради наказания. Он обязательно свяжется со мной. Когда именно — неизвестно. Желательно поскорее: дел было слишком много, а это место мне совершенно не нравилось. — Ке-ке-ке… Хе-хе-хе. Из щелей донёсся насмешливый голос. «Кажется, из камеры напротив». — Кто бы мог подумать, что благородный Улыбающийся палач и Повелитель охоты на демонов окажется среди нас? Заключённый говорил театрально, словно декламировал реплику со сцены. Я не обратил на него внимания и снова посмотрел через окно на пейзаж за стеной. Даже кусачего северного холода уже начинало не хватать. — Эй, благородный пёс «Закрытых Глаз»! Давай снова расскажи о проклятых правилах, как тогда, когда бросил меня сюда! Ха-ха-ха! Насмешливый хохот разнёсся по мрачной тюрьме. — Точно! Расскажи о правилах! Сам теперь сидишь вместе с нами… Угх! Тук! Грохот! Из камеры напротив донёсся тяжёлый удар, а затем наступила полная тишина. «Так тоже можно». Новое применение Энергии Лунного Меча. Мне стало любопытно, можно ли без меча сгустить ауру в подобие камня и метнуть его. Ответ оказался положительным. — Что это сейчас было? — Н-не знаю… Но что-то прилетело из камеры Джулиана… — Похоже, здесь многие меня знают. К сожалению, я вряд ли задержусь надолго и не успею как следует со всеми поздороваться. Сам факт, что меня посадили вместе с преступниками, был до смешного нелеп. — Неважно, останусь я на несколько дней или всего на несколько часов. Надеюсь на ваше понимание в течение этого недолгого времени. Не меня заперли с вами. Это вас заперли со мной. — Я предпочитаю тишину. ---------- Разумная жизнь за решёткой Джошуа прибыл на Северный Полюс раньше Джулиана и сумел избежать последовавшего хаоса. Возможно, дело было не только в том, что он учился в Академии. За его спиной возвышалась огромная тень рода Крайпарт. Услышав, что Джулиана посадили в тюрьму, Джошуа не смог сдержать злорадства и мысленно возликовал. «Этот демоноподобный ублюдок наконец попался!» В превосходном настроении он отправился к тюрьме. «Если он будет смиренно умолять… Ха-ха, одна мысль об этом радует. Может, даже предложу освободить его». Однако, войдя внутрь, Джошуа сразу почувствовал неладное. Когда-то он уже посещал эту тюрьму во время экскурсии рыцарского факультета Академии Байер. Тогда здесь царила совсем иная атмосфера. Место, прежде наполненное леденящей враждебностью и напряжёнными взглядами, теперь погрузилось в странную тишину. Заключённые сидели смирно, словно послушные овцы. «Почему… они так себя ведут?» Сначала Джошуа растерялся, но вскоре инстинктивно понял причину. С его прошлого визита изменилась лишь одна вещь — здесь появился новый заключённый. Значит, среди преступников уже успела выстроиться идеальная иерархия. И на вершине находился он. — Джошуа. Рад видеть, что ты неплохо выглядишь. Джулиан. Даже в пробирающем до костей холоде северной тюрьмы он не выказывал ни малейшего неудобства. В руках у него была газета — возможность хотя бы вкратце узнать столичные новости. — Где… где вы взяли газету, старший брат Джулиан? Обычно заключённым запрещали любые личные занятия. Однако Джулиан читал так, словно это было самым естественным делом в мире. — Попросил солдата, который охраняет тюрьму. Есть проблема, Джошуа? — П-проблема? Конечно нет, старший брат. Газета была запрещена негласными правилами, но раз её принёс сам стражник, придраться было не к чему. «Я пришёл сюда… в основном из любопытства». Настоящая причина визита была проста. «Хотел увидеть, как этому высокомерному ублюдку наконец сбили спесь». Но перед глазами оказалась совершенно иная картина. «Он… будто живёт здесь даже лучше обычного?» Джулиан спокойно читал газету, не обращая внимания на жуткий холод, а в другой руке держал чашку с напитком. По насыщенному аромату было ясно — свежесваренный кофе. В иной тюрьме подобная сцена вызвала бы возмущённые крики о привилегиях. «Почему… никто ничего не говорит?» Преступники молчали, словно бродячие псы после хорошей дрессировки. — Чем сейчас занимается Фелхор? Поставив чашку, Джулиан спросил, не отрывая взгляда от газеты. Каждое его движение выглядело совершенно естественным. Я спрашиваю. Ты отвечаешь. Эта уверенность почти заставляла забыть, что Джулиан сидит за решёткой. — Тот лысый мужчина ждёт у стены. Сказал, что не уйдёт, пока вы не выйдете, старший брат. — Вот как. Примерно этого я и ожидал. Шурх. Джулиан сложил газету и наконец посмотрел на него. В узких глазах не было видно зрачков, отчего лицо казалось бесчувственным. И всё же Джошуа ощущал, будто этот взгляд пронзает его насквозь. Дышать стало тяжело. «Его вообще не волнует происходящее?» Его карьера могла рассыпаться, но Джулиан выглядел совершенно спокойным. — Итак, зачем ты пришёл, Джошуа? Тот начал лихорадочно взвешивать варианты. Если бы у Джулиана не было выхода, он не сидел бы здесь с таким видом. Пусть сейчас он был заключённым, Джошуа нутром чувствовал: надолго это не затянется. — Я… хотел узнать, не нужно ли вам чего-нибудь, старший брат Джулиан. «Не можешь победить — присоединись». Эту стратегию Джошуа усвоил за свою короткую жизнь. — Нужно ли мне что-нибудь… Джулиан едва заметно вздохнул и посмотрел на него. — Неожиданно учтиво. — Ч-что вы имеете в виду? — Я думал, ты придёшь позлорадствовать. Или сначала прикинул в голове, на чьей стороне выгоднее оказаться? — Как… как я мог бы насмехаться над вами, старший брат? «Чудовище». Но вслух Джошуа этого, разумеется, не сказал. — Не беспокойся. Скорее всего, я скоро выйду. Скоро выйдет? Джошуа уже собирался спросить, что это значит, когда со стороны входа послышались шаги. Появились хорошо обученные люди, чьё мастерство было очевидно даже неспециалисту. «Почему здесь рыцари „Клина“?» Ответ был очевиден. «Пришли за Джулианом». — Господин Джулиан, принц Калдрах требует вашего присутствия. Рыцари «Клина», учитывая репутацию и положение Джулиана, обращались к нему уважительно. Хотя он нарушил закон прямо перед Калдрахом, даже они не верили, что на этом путь Джулиана закончится. — Прямо сейчас? Но я ещё не дочитал газету и не допил кофе. Даже получив вызов от принца, Джулиан оставался невозмутим. Со стороны могло показаться, будто, соглашаясь прийти, Джулиан делает Калдраху одолжение. — Впрочем, заставлять принца ждать было бы невежливо. Хлоп. Положив газету на кровать, Джулиан поднялся. *** Для психологического превосходства нельзя показывать тревогу. Стоит занервничать — и собеседник начнёт смотреть сверху вниз. Если хочешь держать инициативу, нельзя позволять себя недооценивать. «В этом отношении узкие глаза и Непроницаемое лицо действительно полезны». Даже сейчас во мне кипело нетерпение, но внешне оно никак не проявлялось. — Господин Джулиан, прежде чем мы отправимся… Один из рыцарей «Клина» протянул мне предмет. Наручники. — Ох. Неужели необходимо сковывать руки, когда меня сопровождают рыцари «Клина»? — Мы обязаны учитывать даже малейшую вероятность происшествия. — Малейшую вероятность… Вы намекаете, что я могу причинить вред принцу Калдраху? — Кхм. Рыцарь отвёл взгляд и кашлянул, столкнувшись с моей насмешливой улыбкой. Странно, но эти люди относились ко мне осторожнее, чем императорская гвардия. Похоже, лично видели мои достижения на Северном фронте. — Хватит болтать, протягивай руки! Ты вообще понимаешь своё положение? В отличие от остальных, второй рыцарь не проявлял никакой осторожности. Видимо, он не был знаком с моими возможностями. — Следи за языком. Ты разговариваешь с господином Джулианом. — Мне-то что? Он незаконно проник на Северный Полюс и осмелился противиться принцу Калдраху. Один из рыцарей резко посмотрел на него. — Неважно, герой он Северного фронта или Улыбающийся палач Империи. Это просто сумасшедший ублюдок, которому нравится убивать. — Эй! Грохот! Другой рыцарь попытался его остановить, но грубиян схватил товарища за ворот и впечатал в стену. — В последнее время среди «Клина» и так хватает недовольства. — Угх…! — Не нравится — сними знак «Клина» и проваливай. Напряжение мгновенно поднялось, грозя взорваться. Я не собирался устраивать ссору, но она была мне даже на руку. — Не стоит драться из-за права надеть на меня наручники. Понимаю, событие беспрецедентное и всем хочется поучаствовать. Я поднял руки. Рыцари уставились на меня с недоумением. — Кто удостоится чести заковать меня? *** Через некоторое время я шёл к кабинету Калдраха в наручниках. Дорога была недолгой. Цепь раздражающе звякала при каждом шаге, но в остальном жаловаться было не на что. — Господин Джулиан… — Проклятые псы «Клина». Когда нас резали, они даже пальцем не пошевелили… Солдаты, мимо которых мы проходили, с разочарованием смотрели на мои скованные руки. Один из рыцарей «Клина» стиснул зубы под их взглядами. «Где-то здесь уже образовалась трещина». Похоже, обычные солдаты Северного фронта и рыцари «Клина» не выносили друг друга. Недавние события лишь усилили взаимную неприязнь. — Обиды глубоки, хотя вы товарищи, защищающие одни рубежи Империи. Рыцарь по имени Деррик на миг повернул голову. — Закрой рот, Джулиан! Скоро придём к кабинету принца, так что придержи свой острый язык. Я пожал плечами. — Кстати, вам что-нибудь известно о ведьме из Леса Метелей? — Тебе сказали молчать. — Я не из тех, кто оставляет вопрос без ответа. Слышал, ведьма овладела северным колдовством и живёт возле стены Северного Полюса. — Какая ведьма, владеющая варварскими искусствами, могла бы находиться здесь? Глупец. Я тихо рассмеялся. «Значит, Калдрах тайно встречается с ней». Его реакция подтвердила это лучше любых слов. Вскоре перед нами появился кабинет принца. Большая деревянная дверь выглядела внушительно, хотя для члена императорской семьи обстановка была довольно скромной. — Принц Калдрах, мы привели Джулиана! Изнутри разрешили войти. Скрип! За дверью находились лишь книжные шкафы и рабочий стол. — Наконец пришли? Дольше, чем я ожидал. Калдрах осмотрел наручники на моих руках. — Ну что, Джулиан, как тебе короткое пребывание в северной тюрьме? Раньше ты только бросал туда людей и сам ни разу не сидел, верно? — Было неплохо, солнце Империи. Полагаю, всё благодаря вашей милости. — Ха-ха! Даже в таком положении твой язык остаётся острым. Он рассмеялся, явно наслаждаясь моим видом. Я лишь пожал плечами. — Да, как вы и сказали, находиться «в таком положении» довольно унизительно. Кто поверит, что перед ним тот самый Джулиан из «Закрытых Глаз»? Мне было любопытно, чего хочет Калдрах, но сначала следовало решить нынешнюю проблему. Я широко улыбнулся. — Впрочем, это можно понять. Принц и рыцари «Клина» насторожились. — С такими неудобными оковами, если произойдёт что-то неожиданное, рыцари «Клина», возможно, сумеют меня «усмирить». Я обвёл их взглядом. Грубый рыцарь моментально покраснел. «Соображает быстро». Даже в наручниках они меня не остановят. До моего уровня им не дотянуться. Он не выдержал. — Как ты смеешь говорить столь нагло перед принцем Калдрахом…! Свист! Я мгновенно протянул руки, схватил его за шею, выкрутил и повалил на пол. Звяк. Цепь между наручниками легла ему поперёк горла. — Ох. Кажется, я выразился неправильно. Я улыбнулся с откровенной насмешкой. — Даже в наручниках ничего не изменилось. ---------- Регрессор (1) Прожив в этом теле достаточно долго, я уже примерно понимал, каким выгляжу в глазах окружающих. «Безумец, который прямо перед третьим принцем обезвредил рыцаря его личного отряда». Улыбающийся палач, утверждающий, что слепо предан императорской семье, но при этом бросающий вызов власти принца в его собственной крепости. «Наверняка считают сумасшедшим». Естественно. Представитель великого рода Крайпарт, носящий клеймо Фрейсона. Настоящего влияния у него не было — лишь должность в «Закрытых Глазах». Кто ещё в таком положении осмелился бы вести себя подобным образом? Именно этого я и добивался. — Как бы ни была велика моя преданность императорской семье, безумец способен на всё. Я до сих пор не знал, зачем Калдрах вызвал меня, однако ему наверняка что-то требовалось. Если с самого начала показать себя непредсказуемым, я смогу навязать свой ход разговора. Разумеется… «Если они просто решат меня убить». Тогда возникнут серьёзные проблемы. Калдрах оставался третьим принцем Империи Адратан. Похоже, он знал нечто важное и действовал, опираясь на эти знания. «Если он подойдёт к делу как принц, моя жизнь закончится здесь». Недопустимо. Я собираюсь жить долго. Даже не успел увидеть, как зацветут недавно купленные орхидеи. — Достаточно, Джулиан. К счастью, Калдрах не стал пользоваться властью принца и приказывать сурово наказать меня. Вероятно, любопытство ко мне перевешивало желание причинить вред. Я прекрасно понимал: если продолжить и окончательно перейти черту, это будет самоубийством. — Остановиться? Я сделал вид, будто уступил давлению Калдраха, и ответил на его взгляд улыбкой. — Он, похоже, хорошо служил вам. Раз ваше высочество лично сохраняет ему жизнь. — Кхе-кхе! Освобождённый Деррик закашлялся и посмотрел на меня так, словно хотел убить. Калдрах приказал: — Снимите с Джулиана наручники. Рыцарь растерялся. — Но, ваше высочество… — Если у него есть хоть немного разума, он не станет нападать на меня. К тому же вы думаете, что я проиграю Джулиану? — Это… — Освободите его. После твёрдого кивка Калдраха Деррик, дрожа от раздражения, отпер оковы. — Благодарю, ваше высочество. Так гораздо удобнее. — Все выйдите. Мне нужно поговорить с Джулианом наедине. Рыцари «Клина» явно сомневались, безопасно ли оставлять нас вдвоём. Если бы я действительно сорвался, титул принца уже ничего не значил бы. Но, разумеется, делать этого я не собирался. С тревожными лицами они отсалютовали и покинули кабинет. Мы с Калдрахом остались одни. После недолгого молчания он заговорил: — Такое впервые. Впервые? — Ты вернулся на Север именно в этот момент. Я и прежде ощущал от него нечто странное. Почти родственное тому, что скрывалось во мне. Человек, знающий сценарий и содержание «Let’s Kill the Demon King Now». «Игрок?» Именно эта мысль пришла первой. Если он понимал ход истории и знал некоторые события игры, велика была вероятность, что он, как и я, оказался здесь после перерождения. «Тогда…» Он мог стать союзником. Любой, кто хотя бы раз прошёл игру, знал ожидающее мир будущее. Однако обстоятельства уже «слегка» изменились, и предсказать дальнейшие события стало невозможно. Святой Меч покинул Империю ради спокойной жизни. Люди, которые должны были умереть, оставались живы. Орден Рассвета не разрушился и продолжал действовать. «В такой ситуации разумно объединить знания и подготовиться». Но… «Он почему-то не пытается этого сделать». Из-за этого возникло другое подозрение. Возможно, Калдрах не игрок. Будь он игроком, то уже задал бы прямой вопрос: «Ты тоже игрок?» Конечно, он мог проявлять осторожность. Особенно рядом с Джулианом. Скажешь лишнее такому злодею — и легко лишишься головы. Однако я думал иначе. «Игрокам нет смысла враждовать друг с другом». Как бы ни различались их социальные положения, общая цель оставалась одной — остановить будущую катастрофу. Тогда кто этот человек? «Именно это мне предстоит выяснить». Я кашлянул и снова сосредоточился на Калдрахе. — Иногда мне начинает не хватать холодного северного ветра. Чистая ложь. Кто захочет приезжать сюда? Я всегда старался избежать назначения на Север. — Тогда почему бы не вернуться на службу в Северный Полюс? Я даже найду тебе место среди рыцарей «Клина». — Хуху. Вместо прямого отказа я коротко рассмеялся. С учётом его положения категорически отвергать предложение было опасно. Он наверняка понял: этот смех означал отказ. — Я говорю серьёзно, Джулиан. И я тоже серьёзен, ваше высочество. Не пора ли перейти к настоящей цели? — В будущем, когда континент Розенда столкнётся с неизбежным кризисом, тебе будет разумнее оказаться на моей стороне. «Как и ожидалось». После воскрешения Барбатоса демоны захватят разрушенный континент. Однорукий и Метаморфоза красных рогов были первыми ступенями этого будущего. — Не понимаю, о чём вы. — Не притворяйся. У тебя была причина так отчаянно стремиться убить однорукого демона. — Мне сложно понять столь возвышенные мысли вашего высочества. Несмотря на моё притворство, решимость в его взгляде не дрогнула. Он знал о месте однорукого в истории. Точнее, понимал значение Метаморфозы красных рогов. Калдрах на миг недовольно цокнул языком, но почти сразу вернул спокойствие. — Осторожность понятна. События, которые ждут нас впереди, далеко не обычны. Он словно убедился в чём-то и пожал плечами. — Чтобы развеять взаимные подозрения, начну первым. Кто же ты? — Сейчас почти никто не знает, какую угрозу несут демоны, пережившие «красное превращение». Верно. Метаморфоза красных рогов должна была произойти позже. Исследований и статистики на эту тему ещё не существовало. — Об этом невозможно знать, если прежде не пережил подобное. Если считать игровой опыт, утверждение было верным. — Я такой же, как ты, Джулиан. Я — регрессор. Регрессор. — Что за бессмыслица… От этого слова у меня закружилась голова. — Что вы вообще имеете в виду?! Я действительно не понимал. Термин и подобная настройка никогда не встречались мне в игре. Если даже я, заядлый поклонник «Let’s Kill the Demon King Now», ничего об этом не знал, значит, в оригинальном сценарии такого не существовало. — Ясно. Но гордость Джулиана не позволяла честно признаться в неведении, поэтому пришлось сделать вид, будто всё понятно. По одному слову можно было предположить следующее: регрессор — человек, многократно возвращающийся к прошлому. Или тот, кто повторяет определённый отрезок событий. Неплохая догадка. — Именно. Поэтому предлагаю объединиться. Подготовимся к неизбежной катастрофе, а затем поглотим всю Империю Адратан. Подготовиться к бедствию — одно. Но «поглотить Империю» звучало предельно откровенно. Он прямо заявлял о желании стать императором. — Ради этого вы заключили договор с ведьмой Леса Метелей? — Не только ради этого. Голос Калдраха стал тише, словно он погрузился в воспоминания. Однако вскоре принц снова заговорил убедительно: — Каков твой ответ? Он ожидал согласия присоединиться, считая меня существом того же рода. Но ответ был предрешён. — Прошу простить, однако я вынужден отказаться, Калдрах. Принц не растерялся. — Почему? Почему? — Потому что, как уже сказало Ваше Высочество, я не регрессор. На лице Калдраха промелькнуло удивление, но он быстро взял себя в руки. — Если не регрессор, откуда тебе известно об одноруком демоне? — Ну… Я незаметно оценил его реакцию. — Потому что знаю больше вас, уже повторявшего жизнь несколько раз. Он вздрогнул. Настолько заметно, что я даже удивился. Особенно сильно его задело слово «повторявшего». «Так и думал». По этой реакции удалось понять, почему Калдрах знал о будущей катастрофе и одноруком демоне. «Он способен сохраняться и загружаться». «Let’s Kill the Demon King Now» — игра. Ради удобства пользователей разработчики встроили систему сохранений и загрузок. Она позволяла игрокам справляться с несправедливой сложностью и искать решения, не начиная всё сначала. «То есть, в отличие от меня, он настоящий регрессор этого мира». Признаться, окончательно к этой мысли меня подтолкнула ведьма Леса Метелей. Чтобы преодолеть её чары, нужно множество попыток. Снова и снова входить в метель, ошибаться, погибать, запоминать закономерности. Только после бесчисленных проб можно разобраться в загадке и вступить с ведьмой в переговоры. «Это подтверждает моё предположение». Калдрах не игрок. Он лишь получил доступ к функции, которой в игре пользовались игроки. Я не знал, почему персонаж способен пользоваться системой сохранений и загрузок. Но раз я сам видел системные окна, подобные аномалии уже не казались чем-то невозможным. — Глупец. Калдрах произнёс это холодно. — Джулиан, твоя судьба сейчас в моих руках. На твоём месте я хотя бы притворился согласным. Я не удержался от смешка. — Кто сказал, что держит мою судьбу? Какое невежество. — Ваше высочество до сих пор не понимает, что вот-вот произойдёт? Я говорил как можно спокойнее, заставляя его гадать, блефую ли я. Но это не было блефом. Я примерно знал, какие события должны были вскоре развернуться у крепости. Меня интересовало другое — точка сохранения Калдраха. «Если выясню её, управляться с ним станет проще». — Ты говоришь о племенах северян, готовящих нападение на Северный Полюс? До этого он тоже додумался. — На континенте их всех называют варварами, однако на самом деле это множество разрозненных племён. Калдрах говорил с лёгким превосходством. — Услышав, что соплеменники прорвались через первые ворота, другие решат, что и у них появился шанс, и нападут. Неужели ты думал, что мне это неизвестно? — Разумеется нет, ваше высочество. Я говорил о другом. — Вы не понимаете человеческих сердец. Даже мне стало смешно. Подобные слова из уст Джулиана звучали особенно нелепо. Грохот! Дверь кабинета распахнулась. — Б-беда, принц Калдрах! — Что произошло? Что я мог поделать? — Северяне наступают, а солдаты отказались вступать в бой, пока Джулиана не освободят! Потому что это была правда. ---------- Регрессор (2) «Джулиана посадили в тюрьму». Услышав новость, Фелхор недоверчиво уставился на стены Северного Полюса. «Почему этот человек вообще…» Он только что закончил разбираться с демонами на вершине Леса Метелей, и от этой новости у него закружилась голова. Фелхор оказался здесь из-за строгого приказа епископа Пинтеля. «Сопровождай господина Джулиана». Среди членов Ордена Рассвета все знали о ненормальной преданности Пинтеля Джулиану. Поэтому Фелхор прекрасно понимал: неповиновение закончится суровым наказанием. «Фелхор, если его благородная особа пострадает, я этого так не оставлю». Безумный епископ обязательно сдержит обещание. Вспомнив мрачное лицо Пинтеля, Фелхор решил любой ценой вытащить Джулиана. Именно в этот момент к нему пришла посетительница. — Кхм. Признаться, стоявшая перед ним девушка вызывала сильный дискомфорт. Линне состояла в «Последователях» — организации, которую Хейден Райх создал для противостояния Ордену Рассвета. Теперь, после ухода Святого Меча в Святое королевство, их влияние ослабло, но Линне всё ещё оставалась одной из них. «Враг Ордена Рассвета». А значит, и враг Джулиана. — Как вы меня нашли? Неужели она знала, что он состоит в Ордене? Говорят, на воре и шапка горит. Фелхор не мог избавиться от этой мысли. — Это было нетрудно. — Почему? — Вы единственный ходите с непокрытой головой в такой холод. Что за дрянная девчонка? Почему каждый встречный обязательно говорит о его голове? Фелхор выругался про себя. В этот момент Линне положила на стол какой-то предмет. Военная форма солдат Северного Полюса. Та самая одежда, которую на Северном фронте носили до тех пор, пока ткань не начинала расползаться. Линне заговорила тихо, будто боялась, что их услышат: — Это послание от господина Джулиана. Наденьте форму и смешайтесь с солдатами Северного Полюса. «Угх». Фелхор внутренне поморщился. Ему отчаянно хотелось поскорее вернуться в столицу, но задачи продолжали накапливаться. Но как бы ему ни хотелось вернуться… «Если вернусь один, неприятностей станет ещё больше». Оказавшись между молотом и наковальней, он забрал одежду. — Блять… Даже если эту форму собирались выбросить, можно ли так свободно забирать военное имущество? Или одежда не считается? Вопросов было много. К тому же почему Линне, член «Последователей», исполняла просьбу Джулиана? Однако любопытства не хватало, чтобы спросить прямо. Тем более он не хотел случайно выдать связь с Орденом Рассвета. «Главное — не раскрыться». Приоритет Фелхора оставался прежним: вернуться в столицу. Старые неудобные вопросы здесь не помогут. «Всё равно непонятно, зачем мне проникать на стену». Он привык подчиняться приказам. Человек, давший их, был одним из самых влиятельных епископов, а сам Фелхор — всего лишь монсеньором. Но… Линне прищурилась и внимательно его осмотрела. — Мы раньше… не встречались? Фелхор вздрогнул, однако внешне сохранил спокойствие. Почесав голову, он ответил: — Раз не можете вспомнить, значит, это наша первая встреча. *** Проникнуть в хорошо охраняемый Северный Полюс оказалось нетрудно. Здесь постоянно не хватало людей. Недавнее нападение однорукого и северян лишь усугубило нехватку, поэтому безопасность стены практически отсутствовала. «Что мне здесь делать?» Фелхор проник внутрь, но до сих пор не понимал, зачем Джулиан отправил его сюда. Северяне и однорукий уже были побеждены. Оставшиеся демоны разбежались, а попадавшихся по дороге одиночек он уничтожил. Фелхор тяжело вздохнул. «Должна быть причина». Возможно, существовал способ тайно вытащить Джулиана из тюрьмы. Или открыть ворота и сбежать вместе. Какое-то решение точно должно было быть. «Сначала разберусь с устройством этого места». Когда-то он служил здесь, но с тех пор прошло много времени. Нужно было заново изучить расположение зданий и помещений. С этими мыслями Фелхор бродил по стене. «Охрана слабая. Может, удастся незаметно вывести господина Джулиана?» — Эй, ты. Что здесь делаешь? К нему подошли несколько солдат в форме Северного Полюса. Вероятно, заметили что-то подозрительное. Фелхор сглотнул и медленно повернулся. — Кто ты? Никогда тебя не видел. — Точно. Плохо. Он лихорадочно искал способ выйти из положения. — Погодите. Разве из Третьего охотничьего отряда не присылали подкрепление? Может, он оттуда? Третий охотничий отряд? — Если бы присылали, они пришли бы всем подразделением, а не по одному. Верно! Фелхор решил воспользоваться их ошибкой. — Нет, я действительно из Третьего охотничьего отряда. — Что? — Видите? Я же говорил. — Тогда почему ты здесь один? Думай, Фелхор. В голове всплыли слова Джулиана, сказанные в деревне дезертиров. — У того интенданта еда настолько отвратительная… Блять. Всё, мне конец. Это было единственное, что пришло на ум. «Что теперь? Если обнаружат проникновение, поднимется тревога». — Ох уж этот старый ублюдок. Готовить не умеет, зато постоянно разглагольствует о какой-то философии. «А?» Неожиданно слова попали в цель. — Там правда настолько плохо? — Настоящие помои. И он кладёт ананасы во весь хлеб. — Во весь? — Да. Даже в суп. Хочется придушить его. Солдат с увлечением рассказывал, а затем повернулся к Фелхору. — В любом случае добро пожаловать на Северный Полюс. — Место дрянь, зато еда хотя бы терпимая. — Показать столовую? Один из троих выступил вперёд. — Просто покажи дорогу и возвращайся! — Да понял я, не собираюсь бездельничать. Фелхор пошёл следом. «Пронесло». Неплохая импровизация. Вспомнить слова Джулиана в такой момент — настоящее мастерство. «Я полностью обманул солдат». — Господин Фелхор, зачем вы пришли на Северный Полюс? Солдат, до этого болтавший весело, внезапно заговорил спокойно. — А? Фелхор не помнил, чтобы называл имя. Появилось странное чувство дежавю. — Вы ведь связаны с Орденом Рассвета? — Да. Увидев кивок, Фелхор облегчённо выдохнул. «Ну конечно…» Не могли же их так легко обмануть одни лишь слова о Третьем отряде. — Зачем пришёл? Господин Джулиан приказал. — Это действительно был приказ господина Джулиана? Фелхор кивнул. Солдат немного подумал. — Тогда всё сходится. Господин Джулиан точно оценил настроение в Северном Полюсе. — Что ты имеешь в виду? — Похоже, он задумал не просто сбежать из тюрьмы, а взять Северный Полюс под свой контроль. *** — Значит, вы служили вместе с господином Джулианом на Северном фронте? Фелхор без труда смешался с солдатами. Знакомство с членом Ордена Рассвета помогло, но куда важнее оказалась его связь с Джулианом. Благодаря прежним подвигам на Севере Джулиан превратился почти в легенду. Недавнее нападение однорукого и северян лишь укрепило его славу. Для солдат он был не столичным Улыбающимся палачом, а героем, сражавшимся рядом с ними. В отличие от рыцарей «Клина», почти не участвовавших в бою, Джулиан лично повёл людей против северян и демонов. — Видите шрам на глазу? — Угу. — Получил его в бою с господином Джулианом. — Ого… Солдаты восхищённо подняли большие пальцы. Фелхор ощутил лёгкий укол совести. «Я сказал чистую правду». Шрам и правда появился после боя с Джулианом. То, что его тогда избили до полусмерти, можно не уточнять. — Почему господина Джулиана вообще заключили? — Говорят, он вошёл без необходимых документов. — В тюрьму за такую мелочь? Его должны были отправить в Северный Дозор. — Идиот, разве не понимаешь? Солдаты начали ругаться. — Его высочество третий принц не вынес появления ещё одного героя. — Это связано с борьбой за престол? — Естественно. Когда он вернётся в столицу, именно принц должен выглядеть героем Северного фронта! Если господин Джулиан отберёт эту славу, нужно найти повод его запереть! Недоверие к Калдраху и рыцарям «Клина», копившееся среди солдат, стремительно росло. — Прекрасное солнце Империи, ничего не скажешь. — Проклятый ублюдок заботится только о «Клине» и отодвигает остальных. — Мы тоже защищаем стену. Почему нас унижают из-за какого-то названия? Калдрах создал собственное вооружённое подразделение и открыто отдавал ему предпочтение. Недовольство обычных солдат достигло предела. — Ради чего мы защищаем это место? Фелхор принялся ковырять воспалившуюся рану. — Что мы получаем? Ещё больше пренебрежения? Когда-то он сам служил на Северном фронте и вырос неподалёку. Поэтому точно знал, куда давить. — До появления третьего принца Северный Полюс прекрасно работал без «Клина»! — Верно! Люди закивали. — Тогда зачем Калдрах создал рыцарей «Клина»? — Чтобы проще управлять солдатами Севера! Хотя Фелхор ничего не знал наверняка, он уверенно выдавал догадки за факты. — Он придумал новые звания, поднял одних над другими и заставил их следить за нижестоящими. Любое недовольство превращается во внутреннюю драку! Таким образом, Калдраху достаточно было контролировать верхушку. Была теория правильной или нет — неважно. Главное — заставить солдат Северного Полюса освободить их нового кумира. — А господин Джулиан не смотрел на звания! Услышав об опасности, он сам пришёл сюда и спас стену! В сознании людей закреплялась мысль: его заключение несправедливо. — Разве это нормально? Человек, придумавший ненужные звания и посеявший раздор, гуляет на свободе, а тот, кто рисковал жизнью ради нас, сидит в тюрьме? — Неправильно! — Конечно неправильно! Господина Джулиана нужно немедленно освободить! Возмущение охватило солдат, словно огонь сухую траву. Одновременно росло их почтение к Джулиану. — Свободу господину Джулиану! — Свободу! Свободу! Свободу! Наблюдая, как зарождается целое движение, Фелхор невольно восхитился. «Эм… Отправив меня сюда, он ведь хотел именно этого?» Сначала задание казалось непонятным, но стихийный митинг придал уверенности. «Должно быть так… Это же приказ господина Джулиана». ---------- Регрессор (3) К этому моменту я многократно проходил сценарий «Let’s Kill the Demon King Now» и прекрасно понимал настроение солдат Северного Полюса. Они были недовольны рыцарями «Клина». Разумеется, Калдрах, управлявший этим местом, знал о положении куда лучше меня. «Наверняка считал это неразорвавшейся бомбой». До сих пор недовольство солдат существовало лишь как деталь мира и никогда не перерастало в настоящее восстание. Даже Калдрах, вероятно, был уверен, что удерживает всё под контролем своим авторитетом. Однако это маленькое наблюдение дало мне важную информацию. «Его сохранения и загрузки несовершенны». Если бы это была полноценная система, созданная для игрока, где можно свободно выбирать точки сохранения и возвращаться к ним, Калдрах давно разработал бы безупречный план по поимке однорукого. Подобной ситуации попросту не возникло бы. «Раз этого не произошло, система сильно ограничена». Значит, нужно узнать, когда именно создаётся сохранение. Как? Прямой вопрос ничего не даст. Кто станет добровольно раскрывать настолько важную тайну? «Но если удастся заставить его хоть немного заговорить…» ⇒ Черта 〈Предвидение〉 получила новые сведения о цели. Надо мной появилось системное окно, а над головой Калдраха одновременно возникло похожее маленькое окно. — Хм. Я прочитал текст и понял, что информация была чрезвычайно важной. Но Калдрах никак не отреагировал. «Он его не видит?» Голубое окно висело прямо в воздухе. Даже привыкший к системе игрок невольно бросил бы на него взгляд. Однако Калдрах продолжал разговаривать с рыцарями «Клина», будто окна не существовало. «Возможно, видеть такие окна могу только я». Вполне вероятно. Я уже оказался внутри игрового мира, поэтому подобная странность меня не удивляла. Если права игрока распределились между разными людьми, способность читать системный текст тоже могла оказаться одним из таких фрагментов. — Здесь становится беспокойно. Похоже, в отличие от рыцарей «Клина», обычные солдаты вашему высочеству не подчиняются. — Это следствие моих собственных добродетелей. Я сам создал эту систему. — Судя по вашему виду, раньше подобного не случалось. Намёк был очевиден: «Регрессор, а с такой ситуацией сталкиваешься впервые». На лице Калдраха на миг проступило раздражение. Но почти сразу вернулась спокойная уверенность человека, верящего, что способен повторить всё сколько угодно раз. «Если он игрок, должен был знать об этом… Новичок, что ли?» Его непривычная реакция заставила меня дать непрошеный совет. — Выбирайте осторожно. Сохранение и загрузка. Исключительная система игроков, позволявшая пережить чудовищную сложность игры. Но как Калдрах пользовался ею, не видя системных окон? «Неужели…» Придя к приблизительному выводу, я дал совет, который на самом деле советом не был: — На этот раз у вас может не быть возможности всё обратить вспять. Я заранее предполагал, что солдаты Северного Полюса поднимут шум из-за заключения Джулиана. Именно поэтому после победы над одноруким я разыграл столь ненужное представление. — Господин Джулиан! — Это он? Господина Джулиана выпустили?! Однако количество людей перед тюрьмой намекало на неожиданную проблему. — Хм… Их было слишком много. Требовать моего освобождения собралось столько солдат, будто весь личный состав первых ворот покинул позиции. Такой толпой можно было перевернуть небольшой город. И встретили меня с потрясающим восторгом. — Вы в порядке?! — Вас нигде не ранили?! Вопросы звучали искренне и настойчиво. На миг возникло странное опьянение, словно я действительно стал героем. «Вот это уже проблема». Изначально я планировал нечто похожее, но масштаб оказался неловко огромным. Истинным хозяином Северного фронта и Северного Полюса оставался Калдрах де Адратан. Императорская кровь давала ему право управлять этим местом, а «Клин» существовал для его защиты. Если Калдрах с неприязнью посмотрит на нынешнюю сцену… «Это измена». Одного слова достаточно, чтобы отправить меня на гильотину. Конечно, нынешний Калдрах после многочисленных возвращений стал спокойнее и меньше жаждал власти, поэтому вряд ли сразу потребует казни… «Но рыцари „Клина“ так не подумают». Их верность граничила с фанатизмом. Почти как естественная преданность настоящего Джулиана императорской семье. Пока они лишь стояли, багровея, и сверлили меня взглядами, но за закрытыми дверями наверняка уже обсуждали дальнейшие действия. Если Калдрах прислушается к ним, моя голова может оказаться над воротами Северного Полюса. — Рыцари «Клина» не повредили благородному телу господина Джулиана? Я знал. Именно этого и боялся! Солдаты открыто ругали «Клин» прямо перед его членами. Разве товарищам нельзя хотя бы немного сдерживаться? — Да, со мной всё в порядке. Не беспокойтесь. Ради моей шеи. Я думал, что уже привык играть роль Джулиана и научился спокойнее относиться к подобным обстоятельствам, но рядом с принцем тревога снова усилилась. — Эй, они пытали господина Джулиана? — Точно! Посмотрите, он даже холодным потом покрылся! Перестаньте. Просто заткнитесь! — Г-господин Джулиан… Среди толпы показалась знакомая лысина. Фелхор… Что ты натворил? «Разве я не велел оставаться у стены?» Я подошёл и тихо спросил: — Что вы сделали? — Простите? Угроза в моём голосе заставила его растеряться. — Откуда взялся весь этот шум? — Господин Джулиан… Фелхор приблизился, чтобы услышал только я. — Ух! Блять! Сколько бы раз я ни видел его лицо вблизи, привыкнуть к нему не получалось. — Внутри Северного Полюса обнаружились люди… Он очень тихо сообщил, что среди солдат есть члены Ордена Рассвета. — И их оказалось довольно много. В голосе Фелхора звучало искреннее недоверие. «Ты ведь тоже из Ордена». Почему эта организация оказывалась везде, куда бы я ни пришёл? Да, она относилась к скрытой сюжетной линии игры, но увидеть её настоящий масштаб было совсем другим делом. Впечатляло, что они вообще выжили в столь удалённом месте. — Когда стало известно о прибытии господина Джулиана, они начали действовать втайне… и решили передать Северный Полюс под контроль Ордена Рассвета. Вот почему большинство солдат оказалось на моей стороне? «Нет… Эту часть я как раз ожидал». Поэтому и устроил спектакль с поимкой и освобождением Захарда. «Но это уже перебор». Если всё внимание солдат сосредоточится на мне, огонь может перекинуться куда не следует. — Все вы меня разочаровали. Я решил успокоить людей и направить их эмоции в другую сторону. — Северяне наступают, а вы покинули посты и собрались здесь? — Но, господин Джулиан… — Никаких «но». Разве вы не солдаты, защищающие север Империи? Разве я для вас важнее этого? Именно такой смысл я постарался вложить в слова. Чтобы снизить симпатию к Джулиану. — Если Северный Полюс падёт, пошатнётся основание всей Империи. Вы этого не понимаете? Глупцы! Я произнёс это достаточно жёстко. — Поняли, господин Джулиан! — Немедленно возвращаемся на позиции! Что? — Все по местам! — Да! Это приказ господина Джулиана! Продолжая выкрикивать моё имя, солдаты побежали к воротам. — Когда господин Джулиан с нами, северяне не страшны! Подождите. Я же только что вас отчитал. Почему боевой дух стал ещё выше? Люди быстро заняли места и приготовились встречать наступающих северян. На этот раз нападение не будет сопоставимо по масштабу с атакой однорукого. Если удержать строй и не открывать ворота, врага можно отбить. Я незаметно взглянул на Калдраха. Он выглядел… нехорошо. Что вполне объяснимо. После всех его усилий на Северном фронте солдаты скандировали моё имя и с воодушевлением защищали ворота. «Может, гильотина всё-таки ждёт?» Нужно было срочно что-то предпринять. *** Калдрах оглядывал солдат Северного Полюса и ощущал, что происходит нечто неладное. «Разве… подобное когда-нибудь происходило?» Восстание солдат. За множество повторений такого не случалось ни разу. Точнее, «признаки» существовали, но никогда не превращались в действие. Поэтому Калдрах игнорировал проблему. Раньше ничего не происходило, значит, не произойдёт и сейчас. Однако… «Всё идёт неправильно». Калдрах пробормотал это, сам не заметив. Получив чудо, названное Регрессией, он понял одну вещь. У мира существовала «структура». И всё происходило согласно ей. «Люди будто рождены, чтобы произносить заранее написанные реплики». Сценой был континент Розенда. Каждый человек на этой сцене словно играл отведённую ему роль ради некой цели. Сначала Калдрах отчаянно пытался сломать «структуру». Но постепенно задумался: «А нужно ли?» Знание будущего было величайшим оружием. Чем больше информации он накапливал, тем сильнее становился. Поэтому Калдрах решил повторять жизнь столько раз, сколько потребуется, и собирать все возможные сведения. Так он обрёл «неторопливость». У него даже возникла иллюзия, будто большинство событий мира уже лежит у него на ладони. А затем произошло невозможное. [Святой Меч Хейден Райх перешёл на сторону Святого Королевства.] Предательство благородного и праведного Святого Меча. Ничего подобного не происходило в прежних циклах. Действия Ордена Рассвета тоже изменились. «Структура рушится». Череда неизвестных событий породила страшную мысль: а сможет ли он вообще вернуться ещё раз после смерти в этой жизни? «На этот раз у вас может не быть возможности всё обратить вспять». Словно подтверждая страх, незваный гость Северного Полюса произнёс предупреждение. Джулиан Крайпарт Фрейсон. До сих пор он был всего лишь удобным мечом императорской семьи. Во всех циклах Джулиан ни разу не укусил хозяев. Его судьба заключалась в том, чтобы быть использованным. — Хм. Наблюдая, как солдаты занимают позиции и готовятся отражать нападение, Калдрах тихо задумался. К нему подошёл Джулиан — человек, впервые привнёсший в его жизнь настоящий страх неизвестности. — Ты отрицаешь, что являешься таким же регрессором, как я, но знал о скором нападении северян? — Хуху. Вместо ответа Джулиан коротко рассмеялся. Смех был холодным и идеально ему подходил. Ни в одном предыдущем цикле Калдрах не испытывал ничего подобного. — Даже если я не тот «регрессор», о котором говорит ваше высочество, существуют другие способы узнавать будущее. Словно он насмехался над пустой уверенностью Калдраха и видел его насквозь. — И что же это? Если Джулиан скажет что-то бессмысленное, Калдрах сможет опровергнуть каждое слово. Он прожил двадцать циклов и собрал огромное количество информации. — Двадцать первого возвращения не будет. Поэтому отныне вашему высочеству стоит тщательно выбирать слова и поступки. ---------- Охота на ведьму (1) Между ними повисла тишина. Калдрах смотрел на Джулиана, который как ни в чём не бывало подошёл и произнёс невозможное. «Что?» Двадцать повторений. Кроме него самого, об этом не знал никто. Он никогда никому не рассказывал. Этого не мог знать посторонний. «Тогда как?» Впервые Регрессия проявилась после того, как Калдрах начал восстание. Он хотел вернуть право на престол, которого его лишили. А затем убить братьев и отца-императора, отнявших это право. Ослеплённый властью настолько, что был готов убить собственную кровь, Калдрах обнажил меч, хотя понимал безнадёжность предприятия. К счастью, поддержка рыцарей «Клина» придала его мятежу некоторую законность. Вперёд. Ещё вперёд. Но решение Калдраха потеряло смысл из-за предательства генерала, которому он доверял. [Благородная кровь стала росой на эшафоте.] Он до сих пор помнил газетную строку. Калдрах взошёл на помост и, как было написано, обратился в росу на месте казни. После первой смерти началось повторение. Но сколько бы раз он ни возвращался, конец почти не менялся. То же восстание. Похожее предательство. Одинаковая смерть. Калдрах отлично понимал: отказаться от власти — глупость. Первый и второй принцы вовсе не были дураками. Даже ради предотвращения малейшей угрозы они уничтожили бы любого соперника. Член императорской семьи мог отказаться от власти, но, пока сохранял право наследования, братья оставались достаточно хладнокровными, чтобы убить родича. Калдрах их не винил. В конце концов, он тоже пытался убить четвёртого принца Эульсиса. «Но почему финал всегда один и тот же?» Чтобы найти ответ, Калдрах собирал информацию в каждом цикле. Всего он повторил жизнь двадцать раз. Несколько первых циклов были потрачены почти впустую, но затем он запоминал всё возможное. Ради следующего возвращения. И всё же откуда Джулиан узнал тайну? — Джулиан. — Да, ваше высочество Калдрах. — Что ты за человек? В ответ тот спокойно улыбнулся. — Я верный слуга императорской семьи, член «Закрытых Глаз» и ваш меч. Неужели забыли? Как легко он произносил сладкую ложь. Калдрах прекрасно знал дорогу, которой шёл этот человек. Обычно принц лишь фыркнул бы, однако теперь слова имели другой вес. «Я думал, он такой же регрессор». Калдрах не был настолько наивен, чтобы считать себя единственным обладателем чуда. Но стоявший перед ним Джулиан не выглядел регрессором того же рода. «Неужели он владеет чудом более высокого порядка?» Казалось, узкие глаза понимали саму «структуру» мира, которую ощущал Калдрах. Даже если Джулиан тоже возвращался, невозможно было узнать число его циклов. Нельзя было даже уверенно утверждать, что он вообще регрессор. «Нужно проверить». Калдрах принял решение. Хотя бы ненадолго удержать Джулиана на Северном Полюсе. Выяснить, кем он является. И откуда знает количество повторений. Калдрах повернулся к нему. — Если ты меч императорской семьи, выполняй достойные этого меча задачи. — Готов исполнить любой долг. Насмешливая улыбка на узкоглазом лице начинала раздражать всё сильнее. «Какая дерзость». — Отряд подавления ушёл за пределы стены, поэтому сейчас у нас недостаточно сил для контроля северных племён. Калдрах ожидал, что Джулиан поймёт намёк. Даже когда часть войск участвовала в походе, Северному Полюсу хватало сил для защиты. — Я хочу, чтобы ты занял передовую базу племени, напавшего на ворота. Джулиан тоже должен был понимать. Это всего лишь предлог, чтобы задержать его. «Ну и что ты сделаешь? Как ответишь?» Откажется — Калдрах примет меры, соответствующие статусу принца. Согласится — последуют другие меры. Регрессор Джулиан или нет, подходящий ответ был лишь один. — Да, ваше высочество. *** Даже рыцари «Клина» начали замечать: прежде непоколебимое спокойствие Калдраха трещало. Причиной был Джулиан — нарушитель, без разрешения вторгшийся на Северный Полюс. Поэтому в подразделении всё громче звучали предложения принять жёсткие меры. — На этот раз нужно сделать из него пример для остальных солдат. — Вы сами видели, как люди пляшут под его влиянием! — И что предлагаете? — Принц Калдрах отправил его в поход. Если во время задания произойдёт «несчастный случай»… ничего не поделаешь. Они сами находили оправдания. По их мнению, Калдрах послал Джулиана именно для тайного устранения. Разумеется, возражающие тоже были. — Подождите. Если бы принц хотел избавиться от господина Джулиана, он дал бы нам знак. Слова самого старшего рыцаря ненадолго заставили остальных усомниться, но радикалы быстро подавили сомнения. — Разве не из-за такой наивности солдаты уже вертят нами как хотят? Рыцари «Клина» были фанатично преданы Калдраху и постепенно склонялись к крайним мерам. — Этот ублюдок Джулиан опозорил имя императорской семьи и унизил принца! Ради чего существует «Клин»? Они вспомнили смысл названия. Клин должен пронзать сердце любого, кто преградит третьему принцу путь. В итоге рыцари пришли к единому решению. *** [Свободные ячейки автосохранения отсутствуют.] [Чтобы выполнить автосохранение, удалите содержимое одной из ячеек.] Причина, по которой я знал количество циклов Калдраха, была проста. Всё сообщало системное окно над его головой. «В „Выжить·Умереть·Повторить“ двадцать ячеек автосохранения». После смерти игра автоматически сохраняла момент непосредственно перед ней и спрашивала игрока: «Загрузить последнее автосохранение?» Если ответа не следовало, система по умолчанию использовала первую ячейку. «Вероятно, точка в первой ячейке — момент, куда Калдрах постоянно возвращается». При каждом повторении создавалось новое автосохранение. Естественно, ограниченные ячейки однажды заполнялись, и после смерти загрузиться уже было невозможно. Именно в таком положении теперь находился Калдрах. «Сам дурак об этом не знает». Он не видел системного окна. Поэтому он совершенно не понимал, что на этот раз смерть станет окончательной, и растерялся от моих слов. К тому же… «Если учесть момент его возвращения…» Похоже, он почти ничего не знал о будущем после ухода Святого Меча. Следовательно, сведения Калдраха были фрагментарными, как и мои. Нет, вероятно, даже скуднее. Но… «Занять передовую базу северян, значит». Вот она, тирания императорской семьи. Я не состоял в отряде подавления и вообще был посторонним. Почему должен решать проблемы стены? «Разумеется, это не настоящая цель». Выйдя за ворота и направляясь к «передовой базе», я незаметно следил за рыцарями «Клина». Троих Калдрах отправил со мной, заявив, что одному будет опасно. «Хотят похоронить меня здесь?» Убийственное намерение буквально сочилось из их взглядов. Цвет Негатива показывал не просто ярость. «Это точно не приказ Калдраха». Лишь догадка, но я почти не сомневался: рыцари решили убить меня сами. Принц отправил меня ради проверки, подозревая, что я такой же регрессор. Он хотел получить информацию и, возможно, найти союзника. «Особенно после того, как увидел будущее». Если Калдрах собственными глазами наблюдал воскрешение Демонического бога и катастрофу на всём континенте, стремление найти товарища выглядело естественно. «Тогда это становится возможностью». Сначала я хотел лишь уехать с Северного Полюса, но теперь немного изменил своё мнение. Если держать Калдраха под контролем, он окажется полезен. Знает будущее. Он всё-таки принц. «Раньше с ним было сложно из-за статуса, но…» Рыцари «Клина» сами создали для меня рычаг. С этой мыслью я остановился. Я посмотрел на следы в снегу, а затем повернулся к сопровождающим. — Что? Почему остановился? — Передовая база, указанная принцем, ведь не здесь? — Хватит притворяться. Я улыбнулся, и трое рыцарей вздрогнули. — С тобой формальности действительно не нужны. Они перестали скрывать убийственное намерение, разом обнажили мечи и бросились вперёд. Уровень был значительно выше обычных солдат, но настоящей угрозы они не представляли. Никто из троих не годился для того, чтобы меня усмирить. — Хр-р-а! Прежде чем они приблизились, из кустов выскочил тайно следовавший Фелхор. Мощным ударом он отправил одного рыцаря в полёт. Какая грубая сила. — Ч-что это?! Остальные растерялись. Шух! Я обнажил меч и рассёк второму бок. Последнего ударил рукоятью по шее. — Га-а! Туп. Один рухнул без сознания, второй отшатнулся, окрашивая снег кровью. Над головой оставшегося поднялась знакомая фиолетовая дымка. Он хотел бежать, но ноги не слушались. — Уо-о! Фелхор сокрушительным кулаком сбил его с ног. — Не убивайте. — Что? Фелхор посмотрел на меня с недоумением. «Убийца говорит не убивать?» Именно это читалось в его взгляде. Пожалуй, ему требуется воспитание. — Тогда их следует связать. Очнутся — устроят переполох. «Переполох». Разумно. — Если Калдрах узнает, может отправить погоню. — Не беспокойтесь. Его высочество этого не сделает. — Что? Точнее, не сможет. — Я прибыл вовремя. Кусты снова зашуршали, и раздался строгий голос. — Хорошо встретились, Захард? Слепой воин горько улыбнулся. Я хотел добавить пару слов, но момент был неподходящим. Меч Захарда был приставлен к горлу женщины, стоявшей прямо перед ним и сверлившей нас раскрытыми глазами. — Даже ведьме, похоже, дорога жизнь. Это была ведьма Леса Метелей. ---------- Охота на ведьму (2) Я знал, что ведьма Леса Метелей наблюдает за нами. Точнее, это была почти уверенность, а не простая догадка. Она умела заранее замечать неожиданные действия и следить за людьми издалека. — Ик… Прищурившись, ведьма несколько раз перевела взгляд с Захарда на меня, а затем уставилась на Фелхора. Почему именно на него? Наверное, потому что глаза Захарда ничего не видели, а мои были слишком узкими. Она выбрала единственного, чьи глаза хотя бы выглядели нормально. Но это уже дискриминация по форме глаз, разве нет? — Если вы понимаете, что творите, то должны… Ук. Ведьма собиралась продолжить, но клинок приблизился к коже, и ей пришлось замолчать. Даже у неё была всего одна жизнь. — Лучше молчи, если понимаешь, кто сейчас держит нить твоей жизни. Захард говорил безразлично, а каждое слово резало холоднее клинка. — Проклятый слепец! У тебя такая же способность, как у того демона, которого вы убили? Поэтому нашёл меня?! — Разве я не велел молчать? Шух. Острие коснулось тонкой шеи. По коже потекла яркая кровь. Однако злость в её глазах не утихла. — Я действую по приказу императорского принца! Принца, которому вы служите и подчиняетесь! Фелхор слегка дрогнул от попытки запугать нас. При одном упоминании принца он словно съёживался. Какой трус. — Вы думаете, кровь всеведущего императора, вашего солнца, спасёт вам жизнь прямо сейчас? В отличие от Фелхора, Захард спокойно ответил на угрозу. Поняв, что он говорит совершенно серьёзно, ведьма прикусила губу. — Мне любопытно, как зловещая ведьма стала работать с Калдрахом, но сейчас важнее другое. Захард коротко посмотрел на меня. — Что будем делать? Что? Мы захватили ведьму, чтобы спокойно поговорить с Калдрахом. На Северном Полюсе мы не могли говорить на равных. Но если принц узнает, что ведьма в наших руках, он не решится действовать грубо. Особенно зная будущее. Ему известно, что ведьма понадобится, чтобы заглянуть за северные пределы. Я подошёл ближе. Она смотрела дерзко, нахмурив лицо. Но скрыть эмоции ей не удавалось. Над головой клубился отчётливый Цвет Страха. — Передайте Калдраху, что я желаю встретиться в той хижине, которую мы видели прежде. — Как я должна что-то передать в таком состоянии? Сначала отпустите меня! Ведьма снова попыталась повысить голос, хотя клинок всё ещё был приставлен к её горлу. «Характер остался таким же мерзким». Она могла передавать голос удалённым целям при помощи северного колдовства. Магия передачи. Расстояние было ограничено, но магический инструмент значительно расширял радиус. У Калдраха наверняка имелся соответствующий предмет. Ведьма решила, что я не знаю об этой способности, и продолжила язвить: — Идиоты! Вы схватили меня, даже не подумав об этом? У вас в голове одни украшения вместо мозгов… Ух! Возможно, телу надоело слушать. Я схватил её за голову правой рукой и наклонился. Цвет Страха быстро темнел. Даже северные племена умели чуять близость смерти. Зрачки ведьмы задрожали, а дерзость исчезла. — Достаточно применить магию передачи. Я похож на человека, который сейчас вежливо «просит»? Пальцы Захарда непроизвольно сжались, и лицо ведьмы исказилось от боли. — Я-я сделаю. *** Вернувшись в знакомую хижину посреди Леса Метелей, я подумал: «Теперь хотя бы смогу покинуть Север». Тело Джулиана привыкло к холоду, словно обзавелось вторым слоем кожи, но полностью неуязвимым не стало. Длительное пребывание на морозе всё равно наносило вред. Пожалуй, единственной, кто могла месяцами жить в таком климате без последствий, была ведьма. — Блять, блять… Проклятые имперские ублюдки… Она сидела в углу и ненавидяще смотрела на меня. — Калдрах действительно придёт один? После передачи сообщения Фелхор не находил себе места. Видимо, боялся последствий похищения принцевой союзницы. Я молча посмотрел на Захарда. Если Калдрах приведёт рыцарей «Клина», слепой заметит их заранее. «Я почти уверен, что он явится один». Именно так. После передачи сообщения принцу требовалось время, чтобы добраться сюда. Пока мы ждали, нужно было чем-то заняться. — Давайте пока поговорим. К счастью, нашлась тема. — Думаешь, мне есть о чём разговаривать с тобой? — Эта ведьма не умеет закрывать рот… Фелхор вспылил, но я жестом заставил его успокоиться. — Вам знакома женщина по имени Милена? Ведьма была северянкой и, вероятно, могла знать её. Мать Джулиана. Если Милена происходила с Севера, она могла владеть колдовством, управляющим демонической энергией. Ведьма — мастер подобного искусства. А Милена была достаточно талантлива, чтобы пользоваться Камнем души. Между ними могла существовать связь. — Кто это? — Жительница Севера, как и вы. Владеет колдовством и носит серебристые волосы, похожие на мои. — Тогда у неё наверняка спутанные волосы и уродливое лицо. При оскорблении Милены кулак на миг сжался, но я удержался. Странно, однако я чувствовал лишь отстранённость. Милена была матерью Джулиана, а не моей. Мне не следовало беспокоиться. «Вообще сам вопрос уже странный». Я пытался отделиться от инстинктов Джулиана, но всё равно задавал подобные вопросы. Похоже, ведьма ничего не знала. Можно было двигаться дальше… — Подожди. Ты сказал Милена? Она пробормотала имя и внезапно уставилась на мои волосы. — Эти серебряные волосы… Ты знаешь Милену?! Судя по реакции, всё-таки знала. — Ты её брат? Дядя? Или… — Я её сын. — Сын?! Ведьма широко раскрыла глаза. — Эта проклятая женщина спуталась с дворянином Империи Адратан и ушла из племени, а у неё уже взрослый сын?! Проклятая женщина. Спокойно. Сначала нужно услышать историю. — Что с ней? Что с ней? Неужели не слышала? — Она умерла. — Умерла? Лицо ведьмы исказилось. В её глазах промелькнуло столько разных чувств, что даже Цвет Негатива не успел их разобрать. Я хотел спросить, что между ними произошло, но она запрокинула голову. — Хе-хе-хе! Вот умора, Милена! Та, кого называли Королевой Терний, ушла с Севера и закончила вот так! Она рассмеялась с откровенной злобой. Любой наблюдатель поморщился бы. Я же не ощутил настоящего гнева. Куда важнее было то, что ведьма хорошо знала Милену и между ними явно существовала история. — Наверняка сейчас горит в аду! Какая же она была отвратительная женщина! Но эта дрянь, которой я позволил говорить, продолжала переходить черту. Я уже собирался приказать замолчать, когда Фелхор резко поднялся. — И что ты сделаешь, если я встану?! Он тяжёлыми шагами подошёл и ударил ведьму по щеке. Шлёп! Звук напоминал треск расколотого бамбука. — Сколько можно шуметь, проклятая баба! Во всём должна быть мера! — Фелхор, не стоит так злиться из-за… Хм? Ведьма не двигалась. У меня появилось нехорошее предчувствие. Удар у Фелхора был чудовищным. Обычному человеку могло сломать шею. К счастью, пульс ощущался. Живот поднимался и опускался. — Странно… Я думал, ведьма выдержит… — Фелхор, вы равны старшему рыцарю. Кого подобный удар не вырубит? — Н-но… я ударил левой рукой, господин Джулиан. Почему ты говоришь это только сейчас? Чуть человека не убил! Я посмотрел на его левую ладонь. Грубая и огромная — скорее лапа гориллы, чем человеческая рука. «Он ударил этим?» Ладонь была больше лица ведьмы. Как она вообще осталась жива? ---------- Охота на ведьму (3) Из-за выходки Фелхора продолжить расспросы стало невозможно, но особой тревоги я не испытывал. Меня заинтересовало лишь прозвище, сорвавшееся с языка ведьмы. «Племя Ваймад». Одно из северных племён, специализирующееся на проклятиях. Раз в пятьдесят лет Ваймад надевали терновый венец на голову того, кто лучше всех владел искусством проклятий, и даровали титул Королевы Терний. Иными словами, это был высший титул среди мастеров проклятого колдовства. «Неужели Милена?» Возникло странное противоречие. Хотя я никогда не встречал её лично, в воспоминаниях Милена казалась мягкой и спокойной. Сильной — безусловно. Но я не представлял её человеком, распространяющим проклятия и злобу. «Впрочем, внешность часто обманчива». Если честно… Услышав, что Милена могла быть мастером проклятий, я почему-то легко в это поверил. Обен был холоден и безучастен, но не настолько бесчеловечен, чтобы только им можно было объяснить мерзкий характер Джулиана. Откуда-то же он его получил. «Хм». Нет. Лучше не углубляться. Говорят, воспоминания нужно оставлять воспоминаниями. — И всё же мне тревожно. Пока я размышлял о Милене, Захард заговорил. Постукивая мечом-тростью по полу, он добрался до стула, сел и продолжил: — Не думаю, что Калдрах придёт один только ради ведьмы. Захард опасался, что принц ворвётся вместе с рыцарями «Клина». Как бы хорошо он ни ощущал окружение с помощью ауры, во время погони мы всё равно окажемся в опасности. Разумная мысль. — Более того, если он захочет спасти ведьму, может использовать заложника. — Заложника? — Да. Кого-то, кого здесь нет. Джошуа? Нет, первым вспомнилась Линне. Калдрах знал, что ученица Академии связана со мной. «Но заложников он использовать не станет». Третий принц любил демонстрировать спокойствие и превосходство. «Он точно придёт один». Поначалу я был почти уверен, но чем сильнее тревожились Захард и Фелхор, тем больше сомневался сам. Солдаты Северного Полюса и рыцари «Клина» враждебно относились к ведьме. Поэтому она скрывала своё присутствие и следовала за Калдрахом, словно тень. Если принц приведёт войска, у него возникнут сложности. «Но существует хотя бы крошечная вероятность». Что, если Калдрах импульсивнее, чем кажется? Если даже после множества возвращений его упрямство не исчезло и он решит штурмовать хижину, ситуация станет ужасной. Блять. «Не слишком ли я расслабился?» И в этот момент… — Он приближается. Захард, расширявший аурный радар, поднялся и подошёл к окну. Я тоже сосредоточился и ощутил приближающееся присутствие. «Калдрах». К счастью, один. Разумеется. Ведьма слишком важна, чтобы рисковать её жизнью. — Не ожидал от тебя подобного, Джулиан. Войдя в хижину, Калдрах выглядел откровенно недовольным. Честно говоря, я немного сомневался до последнего. — Даже загнанная крыса кусает кошку, ваше высочество. Простите за грубость. — Загнанная крыса? Ты хочешь сказать, что оказался в безвыходном положении? Вероятно, формальная вежливость его раздражала. Калдрах прищурился. — Если желаешь поговорить, пусть остальные выйдут. Наедине? Я уже хотел спросить, действительно ли это необходимо, но увидел решимость в его взгляде. Похоже, Калдрах собирался сказать нечто важное. Я посмотрел на Захарда и Фелхора. Оба кивнули и покинули хижину. Наверняка замёрзнут. Я подумал, что им стоило взять одеяло. Через секунду Фелхор вернулся, дрожа всем телом, схватил одеяло, неловко улыбнулся мне и снова исчез. Кого я вообще жалею? — Зачем всё это? Мы могли поговорить на Северном Полюсе. — Там слишком много глаз и ушей. Я понимал, что Калдрах хотел удержать меня возле стены. Но куда важнее были «уши». Теперь, когда выяснилось, что среди солдат есть члены Ордена Рассвета, разговор мог привести к непредсказуемым последствиям. «Особенно если слухи достигнут Тенелона». Поэтому захват ведьмы был оправдан. — Я надеялся, что в этот раз всё изменится, но, похоже, это осталось прежним. Пока я приводил мысли в порядок, Калдрах произнёс странную фразу. Он коротко посмотрел на дверь и снова встретился со мной взглядом. — Ты всё ещё состоишь в Ордене Рассвета, Джулиан. Его слова почти застали меня врасплох, но Непроницаемое лицо снова спасло. — О чём вы говорите? — Не притворяйся. Ты вступал в Орден Рассвета не впервые. Калдрах посмотрел наружу. — Фелхор, верно? Он точно состоит в Ордене. Принц пытался использовать обрывочные сведения и затянуть поводок. Если связь с Орденом станет публичной, проблемы возникнут у меня. — Да. Это правда. И что вы хотите сказать? Ну и что? Другим знать нельзя — это опасно. Но Калдрах не был «другим». — Неужели нужно объяснять? Если императорская семья узнает, что ты член Ордена Рассвета… Пока он говорил, я извлёк из Анжелики предмет. Священную реликвию — Колокол Безмолвной Ночи. Глаза Калдраха расширились сильнее, чем когда-либо. — Если моя связь с Орденом раскроется и я умру, что произойдёт с этой реликвией? Колокол уравновешивал Чашу Демонического бога Тенелона и был одним из предметов, необходимых для входа в место гибели Барбатоса — Гробницу Демонического бога. Подобные реликвии выбирали первого владельца и исчезали после его смерти. Если я умру и Колокол исчезнет, остановить Чашу и воскресшего Барбатоса станет нечем. «Игра на будущем континента?» Мне нечего терять. После моей смерти всё остальное перестанет иметь значение. Я же делал это ради выживания. — Зная будущее, ты всё равно ставишь его на кон ради собственной жизни? Сам набивает карманы, а теперь изображает благородство. К тому же… — Не вам говорить такое, пока вы используете ведьму. Пусть неидеально, но ведьма, владеющая демонической энергией, могла выполнять роль, похожую на Колокол. Калдрах держал её рядом как запасную жертву на случай катастрофы. — Я привёл Абишу не для использования. Имя «Абиша» действительно удивило. Настоящее имя ведьмы. Ведьмы, управляющие демонической энергией, накладывали на себя ограничения ради усиления колдовства. Самым распространённым было правило: они не могли причинить вред тому, кто узнал их настоящее имя. Выходило, лежавшая в углу Абиша полностью доверила Калдраху свою жизнь. «Подождите». Ведьма, которую я считал без сознания, уже очнулась. Она растерянно смотрела то на принца, то на меня. Её взгляд словно спрашивал: «Откуда вы знаете моё имя?» — Т-ты… откуда знаешь моё имя? Разве сама не сказала? Хотя действительно странно. Если они обменялись настоящими именами, связь должна быть очень близкой. Но ведьма относилась к Калдраху лишь как к деловому партнёру. Пока я размышлял, не произошло ли что-то в одном из прошлых циклов… — Наличие у тебя Колокола означает, что в Святом королевстве ты сопровождал Эульсиса не ради охраны… Он знал, где находилась реликвия. Для человека, повторявшего жизнь, это не удивительно. — Значит, ты не подчинённый Эульсиса? Калдрах провёл пальцами по подбородку. — Выходит, моё предположение изначально было ошибочным. Что он хотел сказать? Принц снова посмотрел на меня. От прежней расслабленности не осталось и следа; во взгляде была твёрдая решимость. Тогда я понял: пусть мне известно больше фактов, у Калдраха значительно больше «пережитого опыта». И его следующие слова родились именно из этого опыта. — Эульсис… Неожиданное имя. — Остерегайся его, Джулиан. *** Воспоминание о первом цикле намертво прилипло к сознанию Калдраха, словно расплавленный сахар. Он помнил всё до мельчайших деталей. После неудачного восстания имперский маг Флюгель применил огненную магию, и тело принца оказалось покрыто ожогами. «Глупец. Зачем ты вообще начал это проклятое восстание? Было очевидно, что всё закончится так». Рядом с Калдрахом, неспособным пошевелить пальцем, осталась ведьма Леса Метелей. Она обрабатывала загнивающие раны и раз за разом меняла пропитанные гноем повязки. Уход за обожжённым человеком был мучительным, но ведьма лишь ворчала и продолжала помогать. Императорская погоня не останавливалась. Если их поймают, ведьму тоже казнят. «Тебе нужно бежать». Калдрах почти ничего к ней не чувствовал, но признавал: она спасла ему жизнь. «Я и так бегу. Ожог поджарил тебе мозги?.. Хм?» Ведьма постучала себя пальцем по голове и улыбнулась. «Или твой мозг тоже сварился?» Нет. Он хотел сказать, чтобы она бросила его и спасалась одна. Но ведьма не дала договорить, резко отчитала и снова принялась менять повязки. Глядя на неё, Калдрах подумал: если выживет, обязательно отплатит. ---------- Поверхностное впечатление Калдрах был воплощением величия Империи Адратан. Кто мог представить, что Железнокровный принц, тесно связанный с армией, закончит подобным образом? Предательство доверенного генерала сделало его подозрительным ко всему. «Я обязательно вернусь». Вернётся и на этот раз исполнит давнее желание — отправит на гильотину всех, кто привёл его к падению. Калдрах скрежетал зубами от ярости, хотя уже понимал: всё кончено. После провала восстания он лишился всего и больше ничего не мог изменить. — Я сказала, ешь, если не хочешь умереть. В конце концов, думал Калдрах, рядом останутся рыцари «Клина». Связи, выкованные на Северном Полюсе в боях с демонами и северянами, были не просто смутной привязанностью, связывавшей людей разных сословий. Это было настоящее братство. Но вместе с падением Калдраха рыцари «Клина» исчезли. Только тогда он понял. «Почему я не замечал?» Они держались рядом лишь потому, что надеялись получать объедки со стола принца. — Заткнись. Из-за этого ведьма перед ним тоже вызывала отвращение. Он привёл её к Северному Полюсу только затем, чтобы северяне не получили её поддержку. В отличие от «Клина», она никогда не выражала привязанности. Калдрах легко видел причину, по которой ведьма оставалась. — Уходи, как остальные. С меня уже нечего получить. — Разумеется. Теперь с тебя может отпасть разве что гнойная корка от ожогов. Ведьма тихо рассмеялась. Калдрах содрогнулся от унижения. Он — человек, окрашивавший снег Северного фронта кровью северян и заставлявший бесстрашных демонов дрожать! И теперь вынужден терпеть подобное. Однако со временем его отношение начало меняться. — Похоже, становится лучше. Твоё уродливое лицо возвращается. Её колкие слова постепенно перестали раздражать. «Такая жизнь… не настолько плоха». Железнокровный принц, всю жизнь гнавшийся за властью и ослепительным светом, никогда не думал, что сможет найти спокойствие в бедной хижине. — Почему ты осталась? Вопрос всё равно не отпускал. Почему ведьма была рядом? Он никогда не проявлял к ней доброты. Ничего не дал. — Потому что ты первым остался. Слова были непонятными. «Я первым остался?» — Поэтому осталась и я. Но обязательно ли всё понимать? Калдрах подумал, что некоторые вещи приходится принимать без объяснений. Он только начал привыкать к этой жизни, когда… — Ха-ха. Жалко выглядишь, Калдрах. Хижину посетил Эульсис. Насмешливый смех снова унижал принца. Лицо несомненно принадлежало Эульсису, но исходившее от него присутствие было другим. Когда-то они соперничали за трон, однако всё же оставались братьями. Калдрах ещё не был настолько сломлен, чтобы не узнать перемену в родном человеке. — Эульсис… Это не была магическая иллюзия. — Что ты такое? От ступней до макушки прошёл чужеродный холод, и сомнение само вырвалось наружу. Ответа не последовало. Эульсис лишь подал знак двум солдатам. Они сняли капюшоны. — Демоны…? Человеческие тела, но на лбах ясно виднелись рога. Рога — главный признак демонов. *** Серьёзность Калдраха приводила меня в недоумение. — Остерегаться Эульсиса? Что за бессмыслица? Признаться, даже настоящий Джулиан из «Закрытых Глаз» смотрел на четвёртого принца свысока. У него не было ни власти, ни собственной силы. Для Джулиана, стремившегося к признанию и успеху, Эульсис оставался бесполезным. «В истории он временами помогал». В конце концов, всё же принц императорской крови. Для честолюбивого Джулиана положение помощника принца было выгодным, пусть и не особенно высоким. Но… «На этом всё». Эульсис был второстепенным персонажем, едва дотягивавшим до роли поддержки. Он погибал либо из-за интриг Калдраха, либо в планах Ордена Рассвета, либо в борьбе императорской семьи. В сообществе его даже прозвали «принцем-медузой». Не отправься я сопровождать посольство в Святое королевство, он наверняка уже умер бы. «Орден Рассвета или претенденты на трон — кто-нибудь точно прикончил бы». — Поэтому в прошлом цикле вы приказали Святому Королевству устранить Эульсиса? Я спросил, и Калдрах кивнул. — Считал, что его смерть будет выгодна моему будущему. Тогда я не знал, что он выращивает демонов. Калдрах буднично оправдывал решение убить брата. Похоже, промывание мозгов в Святом королевстве было их самостоятельной инициативой. «Выращивает демонов…» Способов хватало. Но первым в памяти всплыл Ядовитый Чертог. Траншея, которую Святой Меч Хейден Райх прорубил в земле, позволяла демонам пожирать друг друга и развиваться. «В прежнем цикле Сосудом Короля демонов был Эульсис». Вероятно, именно он, а не обезумевший Тенелон, слышал Голос. Только человек с наибольшими шансами стать Королём демонов получал откровения Барбатоса. «Но нынешний Эульсис не проявляет ничего подобного». Калдрах решил враждовать с братом из-за воспоминаний прошлого. Хотя даже без них, вероятно, всё равно попытался бы убить его ради трона. «Главное, чтобы меня не втянули». Пока я так думал, Калдрах кашлянул. — Прошу прощения. На стене я обращался с тобой подобным образом, потому что считал шпионом Эульсиса. — Вот как? Извинение выглядело искренним, но я ничего особенного не почувствовал. — И что будете делать дальше? Важнее были его будущие действия. Благодаря знанию будущего он мог оказаться полезным, но полной поддержки от него ждать не приходилось. У меня имелась уязвимость — Орден Рассвета. Калдрах о ней знал. Если сотрудничество невозможно, я примерно понимал, какое решение остаётся. Пусть совесть и будет болеть. «Нужно выбрать…» — Я останусь на Северном Полюсе. Что? На мгновение показалось, что я ослышался. Человек, начавший восстание ради власти? — Больше не буду бороться за трон. Останусь здесь и посмотрю, как сложится мир. В голосе звучали усталость и смирение, накопленные за множество циклов. — Тем более ты сказал, что на этот раз я не смогу вернуться. Следует сосредоточиться на оставшейся жизни. Калдрах посмотрел на ведьму. — Вы изменились. Теперь объяснилось странное ощущение, которое я заметил ещё на стене. Его новое спокойствие. — Говорят, человек меняется после смерти. А я умер несколько раз. Ха-ха. Естественно, что изменился. Калдрах усмехнулся. — То же касается тебя, Джулиан. Его слова заставили меня посмотреть внимательнее. — Разве ты… тоже однажды не умер? Я умер? Верно. Один раз. Наконец стало окончательно ясно, почему Калдрах хотел принять меня в «Клин». Не ради сотрудничества, а чтобы держать рядом возможного шпиона и собирать сведения. «Хотя если бы я действительно был шпионом, зачем подпускать так близко?» Это же опасно. Впрочем, возможно, он настолько боялся Эульсиса. «Даже рисковал появлением четырёхрогого демона?» Нет. Скорее приоритетом было устранение брата. «Теперь намерения Калдраха понятны». Но можно ли полностью доверять ему как союзнику? Нет. Мы оба хотели защититься от опасности, но подходы различались. — Ты не враг, однако назвать тебя союзником тоже сложно. Калдрах точно описал наше положение. Он знал меньше о будущем. И не стремился заранее устранять все угрозы. — Если ваше высочество потребует верности, я беспрекословно подчинюсь. Служение императорской семье — долг подданного. — Мне не нужны пешки. Нужны люди, способные самостоятельно устранять опасности. Калдрах устало улыбнулся и произнёс неожиданное: — Я возьму на себя двухголового демона. Двухголовый? Хотя однорукий прошёл превращение нестандартным путём, именно двухголовый демон должен был стать первым, кто подвергнется Метаморфозе красных рогов по сценарию. Калдрах знал угрозу четырёхрогих и заявил, что займётся этим лично. «На что он намекает?» В голосе звучала твёрдая цель. Я начал понимать. Эульсис? Нет, существовало более конкретное условие. — Вам нужна голова Тенелона. — Мы оба берём на себя риски. Значит, и ты должен принять свою долю. «Разделить риски поровну». Справедливо. Но Калдрах не знал одной вещи. «Мне и так придётся этим заняться». Епископы уже готовились втайне. Он не понимал, что устранение Тенелона давно запланировано. Из-за пребывания на Севере Калдрах получал мало сведений из столицы. — В одиночку будет сложно. — Не похоже. Несмотря на мой отрицательный ответ, Калдрах снова улыбнулся. — Если действительно понадобится помощь, обратись к главе секретариата Седну. Скажи, что пришёл от меня, и он окажет любую поддержку. Седн Орбиан? Неужели глава секретариата, который, как и «Закрытые Глаза», должен сохранять нейтралитет, тайно помогал Калдраху? — Также можешь использовать рыцарей «Клина», оставшихся в столице. Чем дольше я слушал, тем страннее становилось. Откуда внезапно такое расположение? Разве Калдрах не должен опасаться человека, частично знающего будущее? — Признаюсь, ты впечатлил. Пришёл на Север не ради личной выгоды, а чтобы уничтожить проходящих превращение демонов и защитить Империю. Улыбка принца стала шире. — Совершенно не похоже на Улыбающегося палача. Другие лишь говорят о верности императорской семье, а ты действительно действуешь ради неё. Ну, понятно. Настоящий Джулиан и я — разные люди. Хотя он немного ошибался. Я тоже двигался в основном ради личной выгоды. ---------- Возвращение После прохладного разговора я освободил ведьму. Она недовольно посмотрела на меня и подошла к Калдраху, чтобы поговорить наедине. «Наверное, спрашивает, откуда я знаю её имя». Я вновь напомнил себе, насколько важно имя для ведьмы. Северное колдовство усиливало способности через «ограничения», но нарушение условий приносило откат самому заклинателю. Одни ведьмы отказывались от чувств. Другие намеренно ограничивали тело. Абиша выбрала условием настоящее имя. Поэтому и нервничала. Наверняка пыталась понять, откуда мне известна тайна. «Хм?» Закончив разговор, Абиша приблизилась, сверля меня убийственным взглядом. «Сейчас начнёт ругаться». Я уже приготовился к потоку оскорблений. — Ну… простите. Абиша извинилась с таким недовольным видом, что слова почти противоречили выражению её лица. Скрюченные губы и поднятые брови никак не подходили раскаянию. «Я великодушный человек. Нужно потерпеть». Хотя я даже не сразу понял, за что она извиняется. После всего произошедшего причин хватало. — За то, что сказала о Милене. Ах, вот оно. Лично меня это почти не задевало. Но разум Джулиана испытывал явное раздражение. — Я извиняюсь не за всё. Милена раздражала не только меня. Другие ведьмы тоже не могли её терпеть. — Хуху. От ядовитого тона сам собой вырвался смешок. Не потому, что мне было весело. Чем больше раздражался Джулиан, тем язвительнее становился мой смех. — Абиша. Стоило произнести имя, как ведьма вздрогнула. Естественно. Она ощущала поводок, на котором держалась её жизнь. — Так не извиняются. Вы прожили достаточно долго, чтобы научиться хотя бы этому. — Теперь собираетесь учить меня этикету? — Абиша. Я повторил имя, и она снова дёрнулась. — Если бы Калдрах не вмешался, тяжёлая вещь на вашей шее уже лежала бы отдельно от тела. Когда Джулиан выпускал убийственное намерение, приходилось хотя бы немного ему уступать. Иначе даже я не знал, чем всё закончится. — Угх… Под давлением ведьма прикусила губу. Я не знал истории Милены и её племени. Но что бы ни произошло, сейчас Абише не следовало оскорблять умершую. «Так хочет Джулиан». — Кстати, у меня есть вопрос. Я повернулся к Калдраху. — Ко мне? На лице принца отразилось лёгкое удивление. — Да, господин Калдрах. — Полагаю, ты знаешь больше меня… Но если смогу ответить, отвечу. Какая снисходительность. Блять. Но мне действительно требовалась информация. — Речь о кольце. Я указал на его палец. — Вы получили его в Северном Дозоре? Кольцо снежного кролика. Реликвия, повышающая сопротивление холоду. На самом деле вопрос служил лишь началом разговора. Точное место кольца можно было узнать только из «Земля·Магия·Смерть». Если Калдрах добыл его через систему сохранений, откуда взялись столь конкретные сведения? — А, это. Он коснулся кольца и выглядел немного озадаченным. — Копия. В одном из циклов я узнал о такой реликвии и попросил Абишу изготовить похожую. Что? Калдрах снял кольцо и протянул мне. Я внимательно изучил предмет. «Слабый поток маны». Но совсем не сильный. Внешне копия почти не отличалась от Кольца снежного кролика, однако я был уверен: «Это не реликвия». И от этого становилось ещё непонятнее. «Тогда кто забрал настоящее кольцо?» *** Закончив разговор, я вышел из хижины. Захард ждал снаружи. — Всё решено? Я кивнул и вкратце пересказал разговор. Разумеется, ничего не сказал ни о сохранениях и загрузках, ни о «Земля·Магия·Смерть». Лишь сообщил, что проблема улажена. — Тогда можно возвращаться в столицу. Фелхор дрожал от холода и явно мечтал о тёплом доме. Я кивнул. — Но после произошедшего неизвестно, что скажет секретариат. — О чём вы? — Не о себе. О Джулиане. Он был прав. То, что я раскрылся на Северном Полюсе, неизбежно привлечёт внимание. «Закрытые Глаза» должны были сохранять нейтралитет, а Джулиан был одной из ключевых фигур организации. Со стороны всё выглядело так, будто под предлогом отпуска я отправился к одному из претендентов на престол. К тому же я помог ему заработать заслуги. «Надеюсь, глава секретариата Седн прикроет, но…» Возможности ограничены. Нужна весомая причина. Ах. — Нашёл. — Что нашли? Захард заинтересовался. Даже случайный возглас прозвучал в формально-вежливой манере. Отложив это, я посмотрел на слепого. — Господин Захард, протяните руки. — Руки? — Да. Он послушно вытянул ладони. Я столь же естественно связал их верёвкой, которой прежде удерживали Абишу. — Что вы делаете? — Моей задачей было задержать преступника Захарда. Пришло время исполнить работу. Этого должно хватить, чтобы избежать подозрений секретариата. Безумный до результатов Джулиан отправился на Север ради очередной добычи. Прекрасно подходит. Поимка нарушителей — одна из главных обязанностей «Закрытых Глаз». — Я говорил, что соглашусь сотрудничать после окончания дела. Захард опустил незрячий взгляд на связанные руки. Его недовольство было очевидно. — Я представлял сотрудничество немного иначе. — И как же? — Думал, меня задержат уже возле столицы. Он понимал. Аурный радар подсказывал, что верёвка почти не затянута. — Вы можете освободиться в любой момент. Именно это и означал его поступок. Захард промолчал и сухо рассмеялся. — По крайней мере, я не стану пятнать репутацию благодетеля. Он выглядел искренне. Я не мог полностью судить о честности человека, но ложью это не казалось. — Не доверяйте. Лжецы всегда так говорят, Джулиан. Фелхор смотрел на Захарда с подозрением. Лысина дрожала на морозе, но позицию он защищал стойко. *** Вернувшись к Северному Полюсу, мы столкнулись с неоднозначными взглядами. Одни были наполнены уважением, восхищением и доверием. Так смотрели обычные солдаты. Другие — недовольством. Калдрах наверняка всё объяснил, однако рыцари «Клина» продолжали следить за нами настороженно. Но… «И что они сделают?» Никто не решился выступить открыто. Я обезвредил их товарища в наручниках и уверенно победил троих во время «зачистки». Слухи уже распространились. «Ну и что теперь?» В стороне стояла группа, не похожая ни на солдат, ни на рыцарей «Клина». По ауре и одежде… «Ученики Академии Байер». Среди них показалось знакомое лицо. Джошуа? — С-старший брат Джулиан! Он неловко улыбался. — Я знал, что вы разберётесь с принцем Калдрахом. Наверняка всё было простым недоразумением! Такая внезапная дружелюбность меня удивила, но я не стал заострять на ней внимание. Из толпы вышла Линне. — Раньше ты ругал Джулиана, а теперь говоришь иначе. Быстро переобулся. Джошуа резко на неё посмотрел. Они знакомы? Впрочем, учились в одной Академии. «Академия…» Байер находилась в столице. Стажировка на Северном Полюсе должна была скоро закончиться. Я оглядел учеников. — Все вы. — Д-да! — Говорите, господин Джулиан! — Что случилось? Ответы прозвучали почти по-военному. Над головами заметно дрожал Цвет Страха. «Ожидаемо». Я привык. — Когда заканчивается экскурсия к Северному фронту? Самый сообразительный из учеников быстро ответил: — Мы собираемся скоро возвращаться в столицу. — Вот как. — Да! Прекрасное совпадение. Чем больше оправданий для присутствия Джулиана на Севере, тем лучше. Сопровождение преступника уже выглядело достаточно убедительной причиной, но дополнительная не помешала бы. — Я отправлюсь вместе с вами. Мне тоже пора возвращаться в столицу. Джулиан прибыл на Север ради задержания преступника, а затем лично сопроводил учеников Академии Байер домой. Какая достойная картина. Теперь подозрения точно исчезнут. — Вы… господин Джулиан? Линне спросила с явным сомнением. — Да. — Это обязательно? Остальным ученикам может быть некомфортно. Я не ожидал, что простое сопровождение вызовет такое беспокойство, но Цвет Негатива над головами учеников всё объяснил. «Кто захочет ехать рядом с Улыбающимся палачом?» «Вдруг кто-то случайно ошибётся?» Непредвиденное действительно возможно. Но отступать нельзя. — Кто-нибудь возражает против моего сопровождения? Ответ был предсказуем. — Ч-что? Разумеется нет, господин Джулиан! — П-пожалуйста, поедем вместе! Их отчаянные голоса вызвали у меня лёгкий укол совести. Но он быстро прошёл. ---------- Сорванная маска Я нашёл правдоподобную причину сопровождать учеников и наконец смог облегчённо выдохнуть. Но одновременно возникла новая неприятность. — Кхм. Возвращение в столицу вместе с учениками означало, что за мной будет следить множество глаз. — Это действительно необходимо? — Да. Поэтому выбирайте. — Гр-р… Я предложил Захарду два варианта. Первый — связать верёвкой и вести за собой. Второй — посадить в закрытую решётчатую повозку. Услышав это, Захард покачал головой. — Тащить человека связанным за лошадью немного бесчеловечно. Бесчеловечно? Забавно. Улыбающийся палач Джулиан до сих пор действовал безнаказанно именно потому, что никто не осмеливался оспаривать законы Империи Адратан. Императорская семья ненавидела нарушения установленных ею правил. Поэтому любое преступление старались превратить в показательный пример, а нарушителей наказывали особенно жестоко. — Но решётчатая повозка выглядит слишком нелепо. Захард цокнул языком. — Всё это доставляет хлопоты только потому, что мне приходится ехать с этими людьми. Проблема возникла из-за решения сопровождать учеников. Да, это была удобная легенда для возвращения, но заявленной целью поездки оставалась поимка Захарда. Если везти преступника без ограничений, ученики начнут подозревать. Джулиан проявляет милосердие к нарушителю? «Слишком странно». Захард прикусил губу, обдумывая выбор. Я улыбнулся. — Господин Захард, вы преступник. — А? — Я сотрудник «Закрытых Глаз», исключительного учреждения императорской семьи. — Э-это правда. — Поэтому прошу не обижаться и отнестись к требованию разумно. — Угх. Он выглядел обеспокоенным, но выбора не имел. — Если сомневаетесь, попробуйте оба варианта. — Что? — Часть пути проведёте связанным, часть — в повозке. Тогда сможете решить, что удобнее. — Почему бы сразу не заставить меня пройти весь путь на руках? — Это тоже приемлемо. Захард невесело рассмеялся. Похоже, нынешнее моё поведение казалось ему куда человечнее прежнего. — Зато увижу жену. Пусть обстоятельства будут не самыми приятными. На лице Захарда на миг появилась тоска, а затем он снова повернулся ко мне. — Кстати, взгляды солдат у стены стали мягче. — О чём вы? — О том, как они смотрят на тебя. Понимаю. — Когда ты раньше служил здесь, отношение было далеко не добрым, несмотря на достижения. Честно говоря, и сейчас добрым его назвать нельзя. — Это естественно. Захард повернул голову к внутренней части стены, словно ощущая что-то аурой. «Ведьма». Я чувствовал, как она скрывает присутствие и наблюдает за нами. — Даже благородный Калдрах теперь приводит никому не известную ведьму. Наверняка солдаты захотят нового командира. «К чему он ведёт?» Я молча смотрел. — Дворяне могут счесть это богохульством против принца. Что он вообще собирается предложить? — Почему бы тебе не взять Северный Полюс и весь Северный фронт под контроль? — Хуху. Я невольно рассмеялся от удивления. «Какую чушь он несёт?» Мне не хотелось захватывать власть и вступать в конфликт с императорской семьёй. — Я всем сердцем предан императорскому дому… На середине фразы ведьма, которую прежде только ощущал, показалась вдали. — Угх. Мы встретились взглядами, и моя рука сама собой задрожала. После разговора с Абишей тело продолжало реагировать помимо моей воли. — Что с тобой, Джулиан? — Мне нужно ненадолго отойти. Оставив Захарда, я направился внутрь стены. *** Возвращение в столицу было необходимостью. Но во мне оставалось тяжёлое раздражение. «Проклятая дрянь». Личность Джулиана становилась всё заметнее. Точнее, прежде она дремала, а теперь постепенно поднимала голову. Особенно после упоминания Милены тело всё чаще пыталось действовать само. Я умылся ледяной водой. Стало чуть легче, но пальцы всё ещё дрожали. «Успокойся уже». Связь с единственным близким человеком — почти единственная человеческая черта Джулиана. Настолько сильное сопротивление возникало только при имени Милены. — Фух… Холодная вода стекала по лицу, а отражение в зеркале словно подталкивало меня к действию. Спроси ведьму о Милене. Если откажется отвечать — используй любые средства. Даже насилие. «Ты совсем спятил?» Формальная речь в такой ситуации раздражала ещё сильнее, однако сейчас было не до неё. Если потерять контроль, неизвестно, что сделает тело. К тому же я понимал чувства Калдраха к Абише после его циклов. «Ты хочешь убить ведьму, зная последствия?» Разъярённый Калдрах может приказать «Клину» прикончить меня. И всё равно Джулиан требовал услышать желаемое. Даже ценой жизни. Разве это не безумие? «Тебе настолько важен ответ, что готов умереть и втянуть меня в проблемы?» Если бы с Джулианом можно было говорить, я попытался бы объяснить: Титул Королевы Терний редко принадлежит людям с хорошей репутацией. Но это лишь усилило бы любопытство. — Поэтому заткнись и сиди тихо. Я отругал отражение. Мятежная часть Джулиана внутри меня постепенно успокоилась. Не полностью. Оно оставалось готовым вырваться при первой возможности. Словами эту часть не убедить. Стоит снова увидеть ведьму — и тело опять начнёт бороться за контроль. «Нужно скорее уезжать». Если столкнусь с Абишей ещё раз, не уверен, чем всё кончится. — Фух… Я покинул умывальню и вышел в коридор. Мокрые руки почти мгновенно прихватило морозом, но всё моё внимание сосредоточилось на ожидавшей фигуре. — Линне. Она стояла передо мной. — Я хотела спросить. По её лицу было ясно: мой монолог она не слышала. «Слава всему. Одного раскрытого секрета достаточно». — Если господин Захард вернётся в столицу, что с ним будет? — Ответ очевиден. Его ждёт суд. Пусть Захард не совершил тяжёлого преступления, самовольный уход с Северного Полюса считался нарушением. — А… каким может быть приговор? Линне беспокоилась о нём. Наверное, уважала человека, владеющего родственной школой меча. — В худшем случае — казнь. — Казнь?! Она явно не ожидала такого за обычное дезертирство. «За простое дезертирство». Обычно оно не каралось смертью. Но Империя высоко ставила достоинство императорской семьи и почти безразлично относилась к условиям Северного фронта. Иначе кто стал бы терпеть холод, голод и постоянную угрозу гибели? Положение Захарда осложнялось тем, что во время побега он занимал должность командира стены. Человек, обязанный подавать пример. «И политическая сторона». После разрыва со Святым Мечом некоторые захотят окончательно уничтожить бывших «Последователей». — Господин Джулиан. Линне смотрела прямо на меня. Я уже знал, о чём она попросит. — Это трудно. — Н-но я ещё ничего не сказала… — Линне. Правила должны соблюдаться, а закон — исполняться. Я понимал её чувства. Изначально персонаж Захард был мне безразличен, но за время путешествия я к нему немного привязался. Однако… — Я не могу отпустить его. За нами наблюдает слишком много людей, а последствия окажутся тяжелее, чем вы способны вынести. Речь шла не только о моей безопасности. В столице жила семья Захарда. Пусть сейчас их связи почти исчезли, при громком скандале императорская семья могла втянуть и родных. Линне понимала. Просьба была детской. Но всё равно хотелось, чтобы Захард вернулся живым. У Джулиана Крайпарта Фрейсона было достаточно влияния. Он мог отпустить преступника и избежать наказания. Даже тайное решение вопроса было по силам Улыбающемуся палачу. — Это… правда. Она уже собиралась отступить. — Хотя на деле наказание может оказаться мягче. Линне подняла голову. — Что? Большие глаза смотрели на меня, но улыбка не изменилась. — Господину Захарду повезло. Он знаком с весьма способным сотрудником особого имперского учреждения. Хуху. Смех на этот раз прозвучал не отвратительно и не высокомерно, а почти… «Нет. Невозможно». Но Линне поняла: у Джулиана имелся способ смягчить приговор. События на Северном Полюсе могли сделать преступление Захарда незначительным. «Какое облегчение». Она уже привыкла к невозмутимому голосу Джулиана. — Закончили с вопросами? Тогда я пойду. Я развернулся, но Линне остановила: — Есть ещё один. Я посмотрел через плечо. Узкие глаза скрывали эмоции. Интересно, увидит ли кто-нибудь день, когда железная маска треснет? Поддавшись внезапному порыву, Линне спросила: — Вы Чёрный Рыцарь? «Угх». Сразу после вопроса она сама пожалела. Подозрение было, но доказательств не существовало. Только сходство чёрной ауры, показанной Джулианом в бою с одноруким, и силы таинственного рыцаря из трущоб. И всё же вопрос прозвучал. На обычно бесстрастном лице Джулиана на мгновение что-то изменилось. — Да. Он ответил с прежней улыбкой. — Что? — Вы правы, госпожа Линне. ---------- Что вы видите? От настолько прямого ответа Линне окончательно растерялась. Что вообще происходит? Она ожидала, что человек, прячущий лицо под маской, будет всеми силами скрывать свою личность. А он так просто признался? Может, шутит? — Вы… правда? — Да. Разве есть смысл скрывать? Я действительно Чёрный… хуху. Джулиан внезапно рассмеялся. Закрыл рот ладонью, пытаясь сдержаться, но смех не прекращался. Обычный человек решил бы, что перед ним безумец. Кто-то мог бы предположить: он смеётся, чтобы замаскировать растерянность от раскрытого секрета. — Хе-хе… хе-хе-хе. Но узкоглазый Джулиан обычно показывал лишь фальшивые улыбки. Увидеть, как он настолько долго и искренне хохочет… «Он и правда Чёрный Рыцарь?» «Или просто издевается?» В голове Линне царил хаос. «Нет… наверное, всё-таки нет». Это была догадка, хотя и довольно уверенная. Не хватало доказательств. Какую выгоду приносила Джулиану личность Чёрного Рыцаря? «Все его действия до сих пор…» Линне знала далеко не всё, однако Чёрный Рыцарь словно охотился на Орден Рассвета. Или, по крайней мере, появлялся только в связанных с ним происшествиях. А Джулиан ненавидел Орден. Для человека, называвшего себя императорским псом, тайная организация, пачкавшая славу Империи, была вредителем, которого следовало уничтожить. Поэтому действия под маской выглядели логично. «Но этот смех…» Предположения оставались предположениями. — Хе-хе… хе-хе-хе. Чем дольше Джулиан смеялся, тем сильнее Линне смущалась. Неужели спросила лишнее? — Может, хватит смеяться? Щёки покраснели, будто у застенчивой девочки. Говорят, человек иногда смеётся от растерянности. *** «Блять…» Как она догадалась? Я почти не встречался с Линне в облике Чёрного Рыцаря. Разве что несколько раз в трущобах. Откуда поняла? «Из-за Сомбры… нет, из-за присутствия Анжелики?» Анжелика была демоном, поэтому её облик и движение маны могли иметь узнаваемые особенности. Но заметить подобное способны единицы. Только люди, чрезвычайно чувствительные к мане или демонической энергии. «Может, после Святого королевства?» Линне провела время на арене, похожей на кладбище демонов. Возможно, внутри неё что-то пробудилось. Не зря Святой Меч когда-то выбрал её своей ученицей. Её новая аура. «Что делать?» Я перестал смеяться и внимательно посмотрел на Линне. После моего хохота уверенность в её взгляде заметно ослабла. Неужели… «У неё нет доказательств?» Тогда преимущество оставалось у меня. Я кашлянул, меняя настроение. — Простите, госпожа Линне. Это прозвучало настолько забавно, что я не удержался. Пожалуйста, поверь именно этому. — Предположим, я Чёрный Рыцарь. Что вы собирались делать? — Что? — Предать меня и получить награду? Работая в имперском учреждении, поневоле слышишь многое. В том числе о награде за Чёрного Рыцаря. В определённом смысле всё справедливо. Для простых жителей он мог быть героем. Но в глазах власти Чёрный Рыцарь оставался преступником, самостоятельно каравшим людей и вмешивавшимся в дела дворян. Даже если императорская семья находила ему применение, рано или поздно такую силу следовало ограничить. Кроме того… «Линне тоже дворянка». Пусть она не так ограничена условностями, как остальные, но наверняка считает, что Чёрного Рыцаря нужно поймать. — Я просто… хотела его поддержать. Что? Ответ лишил меня дара речи. — Поддержать? Нелепость. Вы оправдываете преступника? В итоге я сам начал критиковать Линне, хотя именно она подняла эту тему и вела разговор. — Он носит маску, значит, не ждёт награды. В её обычно ровном голосе появилось восхищение. — Если человеку не нужна награда… значит, у него благородная цель, разве нет? Хм. У меня? «Нет, совсем не так». Чёрный Рыцарь, которого я знал, был далёк от благородства. Обычный мещанин в теле Джулиана, выбирающий наименее плохой вариант ради собственной безопасности. — Хе-хе. Смех снова вырвался наружу. — Значит, будь я Чёрным Рыцарем, вы поддерживали бы меня? — Это было бы… несколько затруднительно. Почему? Она ведь сама подозревала меня. — Я никогда не понимала, зачем императорская семья назначила награду за Чёрного Рыцаря. Он… хм… Линне задумалась. — Если вспомнить, он снова прославился избиением дворян. Правда. А один из избитых теперь стал моим фанатичным последователем. — Тогда награда действительно не выглядит странной. *** — Вот так всё и заканчивается. Захард сидел в решётчатой повозке и вздыхал, не скрывая отчаяния. — Какая разница? Всё равно не видишь, кто на тебя смотрит. Чего стыдиться? — Лучше бы вы испытывали стыд за собственные недостатки. — Чего мне не хватает? Услышав раздражённый вопрос, Захард повернулся к Фелхору. — Разве непонятно? — На что ты смотришь?! Фелхор прекрасно понял, куда тот смотрит. — Так и заканчивается моя долгая жизнь скитальца. Оставив его злиться, Захард сухо рассмеялся. В столице никто не знал, как с ним поступят. Неопределённость давила. — Боитесь? Я не удержался и спросил. — Чего бояться? Напротив, давнее желание исполнилось. Даже легче стало. — Тогда хорошо. — Хех. Захард усмехнулся. — Не тревожься. Если у императорской семьи осталось хоть немного здравого смысла, меня не станут казнить. — Эти люди никогда особенно разумными не были. Кто знает. — Долгие скитания притупили ваши мысли. — Возможно. Но его сомнения были понятны. Императорская семья могла либо полностью не вмешиваться, либо действовать с чрезмерной жестокостью. Для символа власти это было почти неизбежно, но со стороны подобное всё равно оставляло неприятное впечатление. — Старший брат Джулиан. Пока я задумался, подошёл Джошуа с неловкой улыбкой. «Хм?» За его спиной стояли ученики Академии. Похоже, выбрали представителем. — Подготовка завершена. А, он говорит от имени остальных? Случайно присоединившись к северной группе, Джошуа, кажется, приобрёл последователей. Ожидаемо. Даже если он не станет рыцарем, мечом владеет неплохо, а происхождение из великого рода заставляет окружающих прислушиваться. К тому же кровный родственник Джулиана. «Удобный посредник». Я мягко улыбнулся. — Тогда отправляемся. Тронул поводья, и лошадь пошла. За ней двинулись повозки учеников и решётчатая карета Захарда. — Передвижная тюрьма. Фелхор снова не удержался от колкости. Захард крепко закрыл глаза. Если ответить, до самой столицы придётся слушать взаимные оскорбления. «Лучше сделать вид, что не слышал». Путь проходил спокойно. Казалось, столица уже близко. — Госпожа Линне. Внезапно у меня появился вопрос. — Учеников ведь не отправили на Север без сопровождения. Кто должен встретить вас на пути обратно? Империя могла быть суровой, но Академия Байер обладала влиянием и не допустила бы такого риска. — Да. Как и по дороге на Север, мы должны встретиться с рыцарями примерно на середине пути. Так и думал. — Кажется… это Рыцари Лазурного Льва. Что? Издеваетесь? Я мысленно скривился. С Лазурными Львами у Джулиана отношения были отвратительными. В целом рыцарские ордена не любили «Закрытые Глаза», но Лазурные Львы ненавидели особенно сильно. И прежде всего — Джулиана. «Ещё и история с командиром Швальтом». Встреча обещала быть неприятной. — Может, объедем их? Фелхор произнёс это с таким видом, будто ему стало плохо. Точно. Он ведь бывший Лазурный Лев. — Зачем? Я не хочу задерживаться здесь ни на день дольше. Захард беззаботно ухватился за прутья. — Если так желаешь домой, Фелхор, можешь временно поменяться со мной местами. — Эй, слепец. Пойман не я, а ты. — Не будь таким холодным… Хм? Захард внезапно нахмурился, что-то почувствовав. Вскоре и я заметил присутствия. «Цок». Помяни тигра — и он появится. Впереди показался строй Рыцарей Лазурного Льва. — Это они. Странно, мы должны были встретиться значительно дальше. Линне озадаченно посмотрела вперёд. Рыцари тоже обнаружили нас и приблизились. — Джулиан. Первым заговорил командир Швальт. Обычно холодное лицо стало ещё ледянее. — Почему ты с учениками? — Завершал работу, пока командир Швальт ожидал в стороне. — О чём ты? — Вы слышали о трёхрогом демоне, напавшем на стену? — Конечно. Поэтому мы поспешили сюда. Цок. Проклятый однорукий продолжал создавать проблемы даже после смерти. — И здесь есть знакомое лицо. Швальт холодно посмотрел на Фелхора. Они действительно знали друг друга. — После вашего несправедливого изгнания я решил больше не обращать внимания. Но увидеть вас рядом с Джулианом… — Так получилось, командир. — Какой я тебе командир, негодяй! Швальт рявкнул. — Верно. Раз он больше не ваш командир, говорите честно, Фелхор. — Что именно? — Например: «Трус, испугавшийся четырёхрогого и явившийся только после окончания боя». — Джулиан, ублюдок! Лицо Швальта исказилось, а над головой поднялся красный пар. Ярость. Настолько сильная, что он мог прямо сейчас обнажить меч. «Не слишком ли далеко я зашёл?» Будь Швальт один, реакция была бы спокойнее. Но рядом стояли подчинённые. Поэтому слова ударили по больному. — П-подождите… Что это?! В этот момент Захард воскликнул с неподдельным потрясением. — Не могу поверить своим глазам! Что это такое?! ---------- Неудобное сотрудничество (1) — Что это?! В уже наполненной убийственным намерением обстановке Захард вздрогнул и указал куда-то пальцем. — Господин Захард? Швальт только сейчас заметил слепого в решётчатой повозке. Его лицо изменилось, а рука почти легла на меч. Перед ними находился выдающийся воин, бывший соученик Святого Меча и его проводник. Если даже Захард реагировал настолько резко, происходило нечто серьёзное. От его голоса все мгновенно напряглись. Я, Рыцари Лазурного Льва и остальные повернулись в указанную сторону, готовясь к бою. Но там… — Хе-хе. Ничего не было. — Что может увидеть слепой? Я просто пошутил. Может, все немного успокоятся? Захард с хитрой улыбкой разрядил почти взорвавшуюся ситуацию. Я знал. Таков его настоящий характер. Вопреки суровой внешности, он любил подшучивать. Даже в игре реплики Захарда часто звучали легко, а поступки было трудно предугадать. Иначе он бы не позволял Фелхору столько дерзостей. Даже если сейчас Фелхор молод и силён… «Против Захарда шансов нет». Трудности в бою с одноруким возникли из-за чувств. В обычной схватке человек, связанный с великим Святым Мечом и входящий в число сильнейших в Империи, не мог быть слабым. Только Фелхор не понимал, насколько страшен собеседник. — Кхм, кхм. Швальт смущённо кашлянул. К счастью, Цвет Ярости над ним исчез. «Наверняка неловко». Даже со стороны смотреть было мучительно. — Закончили шутить? Тогда мы заняты и продолжим путь. — Подожди. Я попытался воспользоваться неловкостью и спокойно пройти мимо, но Швальт остановил. — С этого момента сопровождение учеников беру на себя. Хотя его лицо всё ещё оставалось красным, а сам он не мог прямо посмотреть на меня. Что ж, возражать незачем. Ученики нужны были лишь как прикрытие частной поездки к Северному Полюсу. Я уже продемонстрировал перед ними и Лазурными Львами образец праведности. «Этого достаточно». Я улыбнулся и решил великодушно отпустить их. — Без проблем. — Тогда… — Однако, господин Швальт, разве для рыцаря подобное поведение уместно? И всё же я не мог упустить возможность ещё немного его задеть. Швальт замер. — Что ты имеешь в виду? — До этого места учеников вёл я, хотя вы так и не добрались до Северного Полюса. Разве не следует сказать хотя бы несколько слов благодарности? Я понимал: мелкая провокация сама по себе ничего не даст. Он мог ответить: «Продолжай стараться». Или: «Я отдельно сообщу императорской семье о твоём вкладе». Этого хватило бы. «Но тело хочет продолжения». «Джулиан» явно ненавидел Швальта. Всё зудело от желания врезать по самодовольному лицу. Даже при выборе охраны четвёртого принца этот человек не вызывал симпатии. «Редкий случай, когда наши мнения совпали». Если он бросит вызов — прекрасно. Даже просто увидеть унижение будет приятно. — Впрочем, не хотите — не нужно. Я самоуверенно продолжил: — Командир Рыцарей Лазурного Льва проделал такой путь, но не успел выполнить задачу. Не боитесь оставить у учеников дурное впечатление? Швальт, до этого лишь смущённый, резко помрачнел. Мне действительно не нужна была благодарность. Я просто хотел немного разозлить… — Благодарю. К моему удивлению, он произнёс эти слова вполне чётко. Вот это неожиданность. Конечно, вид у него был такой, будто он жуёт грязь. — Не стоит. Серьёзно. Кажется, я начинаю понимать мерзкий характер Джулиана. Наблюдать за лицом человека, которому приходится проглатывать унижение, было по-своему весело. «Кхм». Боже, о чём я думаю? *** Командир Рыцарей Лазурного Льва Швальт Уильям специально взял поручение по сопровождению учеников Академии Байер. У него была скрытая цель. Добраться до самого края Северного фронта и тайно встретиться с третьим принцем Калдрахом де Адратаном, избегая посторонних глаз. Сопровождение служило идеальным предлогом. «Принц Калдрах». Среди рыцарей не было секретом, что многие восхищаются принцем, постоянно сражавшимся на передовой. Он поддерживал тесные связи с армией и особенно заботился о выгоде рыцарских орденов. Швальт тоже относился к сторонникам Калдраха. «Цок». Поэтому он раздражённо цокнул языком. Открытой поддержки Лазурные Львы не выражали, но фактически стояли за третьим принцем. Однако в последнее время действия Калдраха стали странными. «Он слишком тих». Швальт не знал причины. Доходили лишь слухи, что принц словно обрёл просветление и теперь ведёт спокойную жизнь. Хотя всё ещё содержал собственную вооружённую группу — «Клин». «Нужно было спросить лично». Если бы не известие о Джулиане, Рыцари Лазурного Льва уже добрались бы до Северного Полюса. У них имелось прекрасное оправдание. «Я бы уже узнал, почему он изменился». Обстановка в Империи была неспокойной. Недавний мир со Святым Королевством означал ослабление влияния военных. Калдрах должен был любой ценой мешать действиям четвёртого принца Эульсиса. «Но принц Эульсис занят лишь попытками выжить». Калдрах словно совсем потерял интерес. Словно человек, несколько раз чудом избежавший смерти и отвернувшийся от мира. — Что будем делать, командир? Треск костра сопровождал мысли Швальта. Ночью один из Лазурных Львов нарушил молчание. — Лично встретиться с принцем уже не получится. При необходимости можем вернуться одни. — Ты вообще думаешь? Швальт ответил с раздражением. Когда огонь его гнева пригас, от него словно повеяло суровым зимним холодом. — Принц Калдрах близок с военными, но поддерживают его не все ордена. — Д-да. — Если я, командир Лазурных Львов, тайно встречусь с одним претендентом, как это воспримут остальные? Рыцарский орден состоял из людей меча, но они обязаны были отличать правильное от неправильного. Принцы боролись за наследование. Даже слабый четвёртый принц теперь имел собственные основания претендовать на трон. Неосторожно встав на чью-то сторону, он подставил бы себя. «Поэтому и потребовалось оправдание». Швальт подавил раздражение и посмотрел на палатку в стороне. Там находился Джулиан. «Неужели ты всё предвидел и специально вмешался?» Может, даже сопровождение в Святое королевство было частью плана. «Чтобы изолировать Лазурных Львов?» Нет. Невозможно. «Командир Рыцарей Лазурного Льва проделал такой путь, но не успел выполнить задачу. Не боитесь оставить у учеников дурное впечатление?» Невозможно… «Но вдруг». Швальт пытался отбросить мысль, однако загадочная улыбка Джулиана не выходила из головы. На всякий случай. «Если он действительно понял наш план и сорвал встречу с Калдрахом, нужно подготовить для него поводок». *** — Хорошо, что Улыбающийся палач оказался снисходительным. Я боялся провести ночь в решётчатой повозке. Захард сидел возле костра и грелся. Я проворчал: — Следует проявлять гибкость к тому, кто сам способен на неё. Будь вы обычным преступником, мне было бы всё равно. — Новое открытие. Получать хорошее обращение от Улыбающегося палача не так уж плохо. Он улыбнулся так, словно говорил: «Поживи подольше — увидишь и не такое». На лице больше не было тревоги. — Похоже, вам стало легче. Поэтому я невольно добавил ещё одну фразу. — Раньше не умел отпускать людей. Теперь прошло достаточно времени, и я смирился. — Наверное, трудно заполнить пустоту. — Услышать от тебя настолько сентиментальные слова… Жизнь действительно полна сюрпризов. Захард улыбнулся, словно добродушный старик. — Не думаю, что пустоту нужно заполнять. Пусть остаётся. Зрелый подход. Впрочем, он старше меня. В словах ощущалось спокойное отрешение. — Верно. Это дело живых. Фраза относилась и к Джулиану. Не стоит слишком цепляться за имя Милены. — Да. Живых. Тех, кому ещё приходится отчаянно бороться за жизнь. Захард внезапно добавил это. И одновременно посмотрел на конфискованный меч в трости. Он не просто не хотел отдавать оружие в столице. «Хм». Я тоже начал ощущать приближающееся присутствие. Аурный радар заметил «их» чуть позже, чем Захард. Я протянул ему меч. — Зе-е-ев. Что происходит? Фелхор потирал глаза и смотрел на нас. Этот человек всё ещё требует постоянного присмотра. Что с ним делать? Вернёмся в столицу — проведу воспитание. Но сейчас следует объяснить. — Демоны. ---------- Неудобное сотрудничество (2) Демоны рождались из остаточной воли Демонического бога Барбатоса. Погибший от рук людей бог ненавидел человечество и желал его полного уничтожения. Эта ненависть пропитывала остаточную волю и каждую клетку демонов. Поэтому там, где собирались люди, рано или поздно появлялись твари — если место не защищал барьер из резонансных камней. — До этого мы столько раз ночевали без единого нападения… Вот же невезение! Фелхор недовольно цокнул языком. Я тоже не был рад внезапному появлению демонов. Главная причина проста: «Я устал». Дорога вымотала, а восстановиться ещё не успел. Стоило пошевелиться, как демоны поворачивали головы и с любопытством смотрели в мою сторону. Раздражение нарастало. — Судя по положению, потребуется помощь господина Захарда. Я кивнул и снял с него наручники. — Это нормально? Если увидят другие, могут возникнуть проблемы. — Разберусь на месте. — Хм. Разумно. Кто-то мог обвинить меня в освобождении преступника, но при нападении демонов требовалась гибкость. Сначала нужно выжить. Все должны понимать. Тем более рядом ученики Академии. Им нельзя погибнуть — кто тогда расскажет о моих заслугах? Это была не гордыня Джулиана. Просто положительная история о сопровождении должна затмить сведения о визите на Северный Полюс. «Они собираются». Из-за холма ощущались направленные на нас враждебные взгляды. Независимо от вида, все демоны направляли сюда сильное желание убивать. Раньше во время наших ночёвок они не появлялись. Возможно, запах смерти вокруг Джулиана отпугивал тварей, но после появления большого числа людей перестал выделяться так сильно. «Хм». Я вздохнул. Демонов оказалось больше, чем ожидалось. — Господин Фелхор, защищайте учеников. — Что? Просьба ему явно не понравилась, но затем он понял, что задача сравнительно простая, и расслабился. — Защищу их даже ценой жизни. Ага. Просто выбрал лёгкую работу. «Демоны приближаются». После предупреждения мы вышли из лагеря. Рыцари Лазурного Льва уже готовились к бою. Их лица были напряжены не из-за страха перед тварями, а из-за огромного количества врагов. — Соберись. Шлёп! Швальт ударил одного рыцаря по щеке. — Успокойся. Хочешь умереть? — Нет, командир! — Хорошо. Сохраняй это настроение. Возвращать твой труп будет только хлопотно. Холодным и ровным голосом он отдал приказ, а затем посмотрел на меня. — Не думал, что мне выпадет честь сражаться рядом с уважаемым Швальтом. — Пустые слова. Разумеется, дурак. Кто захочет работать с тобой? — Джулиан! Из группы учеников вышла Линне. С мечом в руках она явно собиралась присоединиться к бою, несмотря на приказ оставаться в тылу. — Линне Рондвейл, вернитесь. Швальт холодно остановил её. Неожиданно. Я думал, он без колебаний использует любого, не заботясь о безопасности. — Господин Швальт прав. Линне, оставайтесь с учениками. — Я тоже могу сражаться. — Если разрешить исключение вам, другие ученики могут нарушить строй. Вы понимаете? После такого довода Линне неохотно кивнула и вернулась. — Гр-р-р… Из темноты наконец показались демоны. Их тела окутывала демоническая энергия. Увидев их, я почувствовал, как усталость отступает. Черта Боевого маньяка словно пульсировала в жилах, разогревая кровь при мысли о сражении. — Когда собирается столько беспорядочных демонов, рядом почти всегда есть вожак. Захард заговорил. — Где? Он распространил Аурную эхолокацию вокруг и указал: — В лесу. «Ого». Я впечатлился. Как он понял, что именно в лесу, если ничего не видит? — Тогда я уничтожу командира. Мне не хотелось добровольно лезть в самую гущу, но инстинкты Джулиана буквально тянули туда. На Северном Полюсе я не смог полностью выпустить их. Здесь стоило дать им волю. — Зная тебя, беспокоиться незачем. Оставь это место мне, лысому и ордену. — Кого ты назвал лысым?! — Разве у него есть волосы? Эти двое не могли перестать препираться. Оставив их, я сосредоточился на наступающей толпе. «Идеального строя не будет». Демоны не могли выстроиться ровно. В рыхлом окружении оставались проходы к командиру. Я рванул вперёд и ощутил рядом ещё одно присутствие. Швальт? Он явно выбрал ту же цель. — Киа-а-а! Первой напала безрогая тварь. Не почувствовала запах Джулиана? Возможно, толпа заглушила его. Шинг. Я обнажил меч из Лунного камня и пронзил демона. Клинок охватило мягкое сияние. Одним движением голова покатилась по земле. Шух. Швальт рядом рассёк другую тварь. Его обычно бесстрастное лицо, забрызганное демонической кровью, выглядело пугающе. — Когда уважаемый командир Лазурных Львов прикрывает спину, я чувствую невероятное спокойствие. Даже в бою слова сами находили путь, чтобы его раздражать. Тело Джулиана словно само выискивало старые обиды. — Это ты прикрываешь мою спину. Наглый ублюдок. Он воспринял издёвку как повод для соревнования. — Хуп! Швальт ускорился, размахивая мечом всё быстрее. Убийство командующего демона превратилось в состязание. «Что я делаю?» Я не планировал втягиваться, но его присутствие пробудило азарт. «Нужно успокоиться». Однако к тому моменту, когда я осознал безрассудство поступка, уже оказался в лесу, куда указал Захард. — Др-р-ук… др-р-р… Среди деревьев сразу ощущался мощный источник демонической энергии. Двухрогий демон. Неужели именно он управлял остальными? — Ки-ки-ки! Увидев двух людей, загнавших его в угол, демон начал звать других. Слишком поздно. Я уже сократил расстояние. — Хуп. Меч прошёл по диагонали, но тварь успела отступить. «Использовать Анжелику?» Тень могла схватить её, и бой закончился бы мгновенно. Но я отказался. После подозрений Линне лучше не привлекать лишнего внимания. — Ки-р-р-р! Хруст! К счастью, ноги убегающего демона сковал жёсткий холод. Уникальная аура Швальта — Морозная аура. Благодаря точному управлению он приморозил ступни твари к земле. Шух! Обездвиженного противника убить было нетрудно. Несмотря на два рога, демон упал так же легко, как остальные. «Раньше я бы мучился». Теперь, зная способы борьбы, такие враги больше не пугали. — Гр-р… После смерти вожака демоны начали отступать, подавленные одним присутствием Джулиана. Оставшихся было уже достаточно мало, чтобы с ними справились Лазурные Львы, Захард и Фелхор. «Возвращаться?» Я только подумал об этом, когда… Хруст. Мороз, удерживавший демона, перекинулся на меня. Ожидаемо. Работа Швальта. Я повернулся к нему. — Не думал, что вы склонны к импульсивным поступкам. Это было искреннее удивление. Несмотря на личную ненависть к Джулиану, Швальт славился холодным расчётом. Почему сейчас действовал настолько безрассудно? — Не делай вид, будто знаешь обо мне всё. Его голос оставался таким же холодным, как аура. — Я хочу кое-что спросить. — Если хотели задать вопрос, стоило обратиться вежливее. — Тогда ты бы не ответил. Ты прекрасно знаешь меня. Точнее — Джулиана. Да, ответа бы не получил. — Значит, исходная предпосылка ошибочна. В нынешнем положении вы тоже ничего не узнаете. — Поэтому я и обнажил меч. Хр-р-р. Холодная аура обвилась вокруг ног, как змея. «В нём чувствуется отчаяние». Хотя персонаж Швальта редко появлялся в истории, сейчас его подталкивала непонятная срочность. Не только ненависть к Джулиану. «Или всё проще?» Позорное прозвище Джулиана могло задевать сильнее, чем я думал. В здании «Закрытых Глаз» он почти сорвался похожим образом. «Но что-то всё равно не сходится». Странное ощущение появилось ещё после поездки на Северный Полюс. «Северный Полюс». Я посмотрел на лицо Швальта. «Ага». Простые расчёты привели к очевидному ответу. ---------- Неудобное сотрудничество (3) Святой Меч Хейден Райх. Швальт почитал его слова как священное писание и считал его путь собственным. Он родился человеком, которого называли гением, и долго смотрел на обычных людей с высокомерием. Именно Святой Меч заставил его очнуться и указал новый путь. «Ты глубоко понимаешь меч, несмотря на юный возраст. Возможно, однажды превзойдёшь даже меня». Слова учителя врезались в сердце. Святой Меч признал его. Святой Меч увидел его талант. С каждым днём значение Хейдена Райха в жизни Швальта росло. Это было естественно. «Когда вырасту, стану таким же, как Святой Меч!» Для девятилетнего ребёнка, ещё не познавшего мира, Хейден был настолько велик, что его тень словно накрывала весь континент. Следуя за ним, Швальт поступил в Академию Байер и оттачивал меч. «Вы слышали? Святой Меч Хейден Райх приезжает в Академию!» «Зачем?» «Не знаю. Может, ищет ученика?» Когда во время учёбы пришла новость о визите Святого Меча, Швальт задрожал от волнения. «Святой Меч приехал в Академию?!» Причина была неизвестна. Возможно, он искал новых членов для созданных им «Последователей». Или, как шептались ученики, желал выбрать наследника. «Первый ученик Святого Меча…» Как сладко звучало. Хейден никогда прежде не брал настоящего ученика. Стать первым! «Я хочу». Стать его учеником. Ответить на слова, услышанные в детстве. Вы не ошиблись. Теперь я готов принять ваши наставления. «Это ученик, которого выбрал Святой Меч?» «Не может быть! Он же только поступил на первый курс!» «Разве он не из рода Крайпарт?» «Посмотри внимательнее. На гербе знак Фрейсона». Но выбрали не Швальта. — Джулиан Крайпарт Фрейсон. Незаконнорождённый сын рода Крайпарт. — Почему он? Крепкое тело, но незрелый разум. Настолько слабый и мягкий, что не мог убить даже насекомое. Швальт был его старшим по Академии и иногда помогал с тренировками. Он точно знал: Джулиан не достоин титула первого ученика Святого Меча. «Как и ожидалось от старшего Швальта. Мне даже до кончиков ваших пальцев не дотянуться». Почему именно ты? Почему?! Даже после изгнания человек, носивший титул первого ученика, вёл себя вульгарно и недостойно. Его фехтование настолько отражало собственный характер, будто он вовсе не получал наставлений. Поэтому Швальт, поклонявшийся Святому Мечу, естественно возненавидел Джулиана. Путь, который тот уже прошёл. И путь, по которому ещё собирался идти. Джулиан отверг его и окрасил своей мерзкой природой. «Но почему…» Меч, который Джулиан показал после долгого перерыва, изменился. Точнее, вернулся ближе к исходной форме. Раньше он словно скрывал слабость, выставляя только силу и эго. «Теперь ты владеешь мечом Святого Меча?» Сдержанно. Ещё сдержаннее. Его фехтование стало подобно лунному свету, мягко сливающемуся с аурой. «Основа та же, что я видел прежде». Но общее ощущение стало совершенно иным. Изменилось сознание? Никто не мог понять. Что думал этот узкоглазый мечник. «Мне стало ещё любопытнее». Поэтому Швальт направил ауру к Джулиану. «Покажи свой меч». Именно этого он и хотел. *** — Господин Швальт, что вы желаете услышать? Ответ, который хотел получить Швальт, нельзя было выразить словами. В мече. Не в силах больше терпеть, он опустил стойку. — Или вам хочется кое-что сказать принцу Калдраху? Что? Швальт уже собирался оттолкнуться от земли, но от слов Джулиана весь импульс исчез. «Этот человек». Холодный пот прошёл по спине. Откуда он узнал о причине поездки к третьему принцу? «Проверяет меня?» Возможно, Джулиан бросил случайную фразу, чтобы увидеть реакцию. Но, глядя на непроницаемые узкие глаза, Швальт сомневался. «Он действительно знает». Человек, живший во лжи, сейчас не имел причин врать. Если Джулиан уверен, что Швальт поддерживает Калдраха, бессмысленно отрицать. — Что произошло у стены? Швальт уступил. Главный вопрос заключался в источнике сведений. «Глава секретариата Седн?» Между ним и Джулианом вроде бы не существовало тесной связи. Но других вероятных кандидатов не было. — Ничего значительного. Демон разбушевался, а я помог защитить стену и задержал господина Захарда. — Я спрашиваю не об этом. Говорил ли ты лично с Калдрахом? Швальт хотел узнать именно это. — Хм… Джулиан на мгновение задумался. Его расслабленность раздражала. — Отвечай немедленно. — Ох, господин Швальт. В такой давящей атмосфере я ничего не могу вспомнить от страха. Хуху. Слова противоречили спокойному смеху. — К тому же вы и сами понимаете, что не получите от меня ответа. Это было ожидаемо. Но от предсказуемости становилось только хуже. — Даже если выяснится, что я поддерживаю принца Калдраха, мне всё равно. Швальту было достаточно понять мысли принца. Ради этого он обнажил меч. — Никакая грубая сила не поможет, господин Швальт. Джулиан уже всё понял. Глаза без видимых зрачков будто читали его намерения. — Я даже не допускаю мысли, что могу проиграть вам. Поэтому угроза бессмысленна. Проклятый ублюдок. Швальту хотелось выпустить ауру и атаковать, но он сдержался. — Ты вырос. Джулиан действительно повзрослел. Необычно. Изменилось сознание, техника, управление маной. — Что? Швальт медленно убрал меч в ножны. — Любопытство великого господина Швальта удовлетворено? Хорошим ли учителем я оказался? Не желая больше слушать мерзкий голос, Швальт развернулся к лагерю. «Почему я отказался от боя?» Даже уходя, он задавал себе вопрос. «Неужели в его мече…» Если бы фехтование Джулиана по-прежнему целиком отражало его эго, Швальт, возможно, принял бы другое решение. «Если я не ошибся, там осталось…» В мече человека, которого он давно не видел, сохранились следы Святого Меча. — Цок. Швальт раздражённо цокнул языком. Запутанная связь, начавшаяся ещё в Академии Байер, не собиралась разрываться. *** Глядя ему вслед, я облегчённо выдохнул. — Фух. Обычно я попытался бы отвести разговор парой осторожных фраз. Но проклятое тело намеренно произносило всё, что могло сильнее разозлить Швальта. Словно хотело, чтобы он напал первым. «Они были знакомы?» Я не знал точно, но, похоже, да. Хотя я хорошо изучил «Let’s Kill the Demon King Now», все отношения персонажей знать невозможно. «Не моя проблема». Я убрал меч и осмотрелся. Замёрзшая земля. Повсюду оставались следы ауры Швальта. «Если однажды придётся с ним сражаться, лучше не сталкивать клинки напрямую». Любая аура сильнее возле тела владельца. Мастер, воспринимающий меч как продолжение руки, способен распространить это преимущество и на оружие. «Я и раньше это знал». Можно ли считать произошедшее полезным? Я подтвердил, что Швальт поддерживает Калдраха. По отчаянному настрою было ясно: недавнее поведение принца встревожило его, поэтому он искал личной встречи. — Наверное, моё появление всё испортило. Но не специально. Придётся терпеть. — Фух… Когда всё закончилось, облегчённый вздох вырвался снова. Теперь действительно оставалось только вернуться в столицу. Я пошёл к обозу. Хотя вокруг лежали трупы демонов, погибших среди людей не было. — Всё закончено? Захард ждал с факелом. Вопрос имел несколько смыслов. — Вы заметили, что Швальт обнажил меч против меня? — Моя аура слишком хорошо улавливает подобное. Даже если бы не хотел, всё равно заметил бы. Мог бы вмешаться. Я бы не нервничал. — Я был уверен, что ничего серьёзного не произойдёт. Почему я не был уверен? Блять, раздражает. — Теперь осталось лишь добраться до столицы. Ночь ещё длинная, стоит немного поспать… Хм? Звяк. Захард растерянно посмотрел на наручники, которые я достал из-под плаща. — Почему вы пытаетесь забыть об этом? Когда порядок восстановлен, оковы следует вернуть. — Какой же ты рассудительный ублюдок. Благодарю за похвалу. Захард молча протянул руки. ---------- Поспешные выводы (1) Положение оставалось неопределённым. Айден де Донасьен. Будучи главой рода, он прожил жизнь, ни в чём не нуждаясь. Зачем тогда совершал настолько бесчеловечные поступки? — Айден… Пропавший без вести. Нет. После смерти Айдена обстановка удивительно быстро успокоилась, будто ничего не произошло. Высокопоставленные члены рода занимались уничтожением следов его «незаконных» исследований и искали нового главу. Айлин наблюдала, как слуги выносят вещи Айдена из поместья Донасьен. — Следовало просто идти правильным путём… За все усилия ради семьи он получил именно такой конец. Если подумать, Айден постоянно работал и вроде не выглядел плохим человеком. На его месте любой был бы вынужден действовать так… «Нет». «В поместье задерживай дыхание. Неужели воздух должен смешиваться с мусором?» «Магическая башня доверяет тебе лишь потому, что в тебе течёт кровь великого рода Донасьен. Никогда не забывай». «Твой отец был семейным дураком. Наверное, потому и позволил грязной крови управлять собой». — Не плохой… Точно. Он не был плохим. Он был мерзким ублюдком! Айлин почти не расстроилась из-за смерти главы. Чем больше она вспоминала, тем справедливее казалась его гибель. — Кхм! Человек умер, а она думала подобное. Айлин кашлянула, пытаясь очистить голову. — Айлин. Кто-то позвал. Она повернулась и вежливо поклонилась. — Господин Гадра, вы приехали? — Хм. Глава семьи погиб, поэтому пришлось посетить поместье. Гадра де Донасьен. Морщинистый старик погладил бороду. — Главы рода Донасьен, похоже, всегда заканчивают одинаково. — Вот как? — Ранняя смерть. Предыдущий глава Тошуан отправился в Федерацию ради исследований и не вернулся живым. Слушая, Айлин подумала: «Неужели должность главы проклята?» — Из-за этого мне снова пришлось вернуться. Хотел спокойно провести старость техническим советником Академии. — Господин Гадра, когда прежний глава Тошуан умер, вы ведь уже исполняли обязанности главы? — Верно. — Тогда, наверное, и теперь будете руководить родом до выбора преемника. Гадра с сомнением погладил бороду. — Не знаю. Я уже давно не молод. Он выпрямил спину, показывая, что далёк от активной службы. Айлин слабо улыбнулась. Именно благодаря Гадре она когда-то смогла продолжить исследования в семье Донасьен. Род превозносил чистоту крови, но результаты всё равно имели значение, и только этот старик защищал её. — Понимаю. — Да. А ты что думаешь? — О чём? — Айлин, почему бы тебе не стать главой? Мир на мгновение исчез. — М-мне?! — Да. Она прекрасно понимала смысл. Даже если предложение исходило от Гадры, другие члены рода окажут ожесточённое сопротивление. Причина очевидна. — Я из боковой ветви. И наполовину… — Чужая кровь? Айлин кивнула, а Гадра громко рассмеялся. — Но половина твоей крови принадлежит прославленному роду Донасьен. Если смотреть так — правда. — Взгляни, чем закончили «чистокровные», занимавшие должность главы. Возможно, проклятой семье пойдёт на пользу человек, в котором меньше крови Донасьен. Айлин невольно признала её правоту. Слова имели смысл. Но она всё равно не считала себя подходящей. — Решать прямо сейчас не нужно. Сначала выслушай остальных. — Да. Она кивнула, а в голове уже роились мысли. Айлин так долго терпела презрение рода, что почти перестала обращать на него внимание. Должность главы всегда казалась далёкой и недостижимой. Никогда не думала, что оно окажется так близко. «Глава рода…» Должность давала множество преимуществ. Но особенно привлекало другое. «Если стану главой… получу доступ к архивам пятого уровня Магической башни?» Место, куда ей всегда хотелось попасть. Соблазнительная мысль. Хотя наружу она ничего не показала. *** — В последнее время произошло столько событий. Рад видеть вас снова. Айлин вернулась к преподаванию и вежливо ответила заместителю директора Академии Байер Аллому Чорни. — Да. Спасибо за заботу, господин заместитель директора. Несмотря на благодарность, Аллом помрачнел. — Ух… Даже если Айден считается пропавшим, известие о его опытах потрясло всех. Глава столь уважаемого рода проводил подобные исследования… Он запнулся и осторожно посмотрел на Айлин. — Я сказал лишнее? Прошу простить. — Нет. Я думаю так же. Внутри она добавила: «Поделом ему». — Когда вы сможете возобновить лекции по управлению маной? Если семейные дела всё ещё слишком тяжёлые, перенесём на следующий семестр. Смерть Айдена вызвала лишь небольшую рябь и не изменила Айлин по-настоящему. Главным неудобством была остановка исследования Камней души до решения семейных вопросов. — Мне безразлично, когда продолжить. — Правда? Тогда… Аллом заметно обрадовался. Грохот! Но всего на мгновение. Дверь распахнулась, и внутрь вбежал один из преподавателей. — Кхм. Кто смеет настолько грубо врываться в кабинет заместителя директора? Аллом выразил недовольство, но лицо профессора оставалось бледным. — Господин Аллом! Ученики, ездившие на Северный фронт, вернулись! Стоило ли так шуметь из-за обычного возвращения? — Вместе с господином Джулианом! Аллом мгновенно напрягся. — С господином Джулианом?! Айлин тоже удивилась. Когда Улыбающийся палач начинал двигаться, окружающих редко ждало что-то хорошее. «Почему Джулиан?» Она незаметно проследила за реакцией Аллома. Раньше решила бы, что показной Улыбающийся палач снова ищет славы и создаёт ненужные проблемы. Но недавние поступки изменили мнение. У него должна была быть причина. «Возможно, Джулиан обнаружил что-то внутри Академии». Логично. Они учились здесь вместе. А если такой человек внезапно делает нехарактерный поступок, наверняка существует скрытая цель. «Угх». Вспомнились неприятные школьные годы. — Идём! Мы должны встретить господина Джулиана! Разве не важнее было сначала встретить учеников? Айлин поднялась. Ей стало любопытно, зачем он прибыл. *** Добравшись до столицы, я немедленно сделал всё, чтобы о моих «достижениях» стало известно. — Благодарим за службу, господин Джулиан! — Вы даже отправились в поход ради поимки преступника. Как и ожидалось от вас! Передав Захарда императорской страже, я выслушивал похвалы. И улыбаясь предупредил: — Господин Захард ещё не прошёл официальный суд. Обращайтесь с ним согласно положению. Стражники неловко кивнули. Кто посмеет возразить? Я посмотрел на Захарда. Он ответил виноватой улыбкой. Ничего серьёзного не произойдёт. Тем более Калдрах обещал подтолкнуть главу секретариата Седна. — Пока придётся провести время внутри. Захард кивнул. Я сразу направился в Академию. «Блять, дел по горло». После сопровождения учеников нужно было сделать своё присутствие заметным. Жаль тратить время, но иначе скрыть встречу с Калдрахом не получится. — Господин Джулиан, вы действительно привели наших учеников? В Академии меня встретил знакомый человек — заместитель директора Аллом Чорни. Он заметно потел, но приветствовал тепло. — Да. Встретил их по дороге после завершения другого «похода» за пределы столицы. — Ха-ха… Благодарю. Ученики получили незабываемый опыт: защита и господина Джулиана, и господина Швальта! Безусловно. Сопровождение командира рыцарского ордена уже считалось исключительным. А тут ещё Улыбающийся палач. Они пережили нападение северян, демонов и встречу со мной. Наверняка у него почти не осталось нервов. — Господин Швальт, благодарю и вас. Аллом обратился к стоявшему рядом командиру. Швальт с холодным лицом лишь слегка кивнул. — Господин Швальт, вернулись? Из-за спины Аллома раздался голос. Заместитель директора повернулся. — Директор Эйтель, вы тоже здесь? Легендарный директор Академии? В игре о нём только упоминали, поэтому я никогда не видел лично. Аллом почтительно поклонился человеку по имени Эйтель. Несмотря на должность, тот выглядел относительно молодым. И совсем не походил на учёного. Скорее… «Бандит?» Да. Подходящее описание. — Да, господин Аллом. Вы хорошо потрудились. Эйтель небрежно махнул рукой пожилому заместителю. Остатки конфуцианского воспитания во мне недовольно шевельнулись, но быстро успокоились. Аллом всё же был посторонним. — Хм? Затем Эйтель встретился со мной взглядом. Он вздохнул, и во взгляде появилось беспокойство. — Улыбающийся… Нет, господин Джулиан. Зачем вы пришли? Одновременно над ним вспыхнул отчётливый Цвет Страха. Аллом тоже побаивался, но не настолько явно. Со стороны картина действительно была неприятной. Улыбающийся палач без предупреждения явился в Академию. Для обычного человека страх естественен. Но если директор занимался чем-то сомнительным, моё появление должно было особенно задеть. — Есть причина, по которой мне нельзя здесь находиться? Или вы один из таких людей? ---------- Поспешные выводы (2) — Есть причина, по которой мне нельзя здесь находиться? Увидев моё лицо, директор Эйтель покрылся потом и поспешно кашлянул, пытаясь разрядить обстановку. — Нет, я не это имел в виду. Цвет Страха над его головой стал ещё насыщеннее. «Он что-то скрывает». Мысль возникла, но, скорее всего, дело меня не касалось. И интереса особого не вызывало. — Вот как. А я уже подумал, что господин Эйтель испытывает ко мне особую неприязнь. Ха-ха. Я коротко улыбнулся. Эйтель ответил с неловкой улыбкой. Наверное, действительно ненавидит. Кто вообще любит Джулиана? — Как можно не уважать неутомимого исполнителя воли императорской семьи? Это звучало так, будто меня вежливо назвали ублюдком. Впрочем, неважно. Пока откровенной грубости нет, придираться незачем. И мне не хотелось создавать лишние проблемы. — Ха-ха! Разумеется, директор Эйтель. Какой дворянин не признает заслуг господина Джулиана? Заметив нарастающее напряжение, заместитель директора Аллом поспешил вмешаться. Но его слова легко было понять неправильно. — Кстати, господин Джулиан, можно задать вопрос? Не обращая внимания на Аллома, Эйтель посмотрел на меня. Что мог спросить человек, которого я увидел впервые? — Слышал, в последнее время вас часто замечают в трущобах. Вам известно, что там происходит? Пока он говорил, Цвет Страха заметно дрожал. «Слишком легко читается». Пожалуй, даже хуже Аллома. Хотя Аллом не глуп. Он просто добросовестно делает работу. — Я бывал там только по служебным делам, поэтому вряд ли скажу что-то интересное. — Хм. Вот как? — Да. — До меня дошли слухи, что одним из самых известных столичных борделей тайно управляет человек из трущоб. А, Талле из Ордена Кровавого Демона. Значит, он говорил о ней. Эйтель внимательно смотрел на меня, стараясь заметить реакцию. «И что он увидит?» Разве узкие глаза и разум Джулиана могли дрогнуть от пары слов? Впрочем, немного подыграть можно. — О! Неужели? Господин Эйтель осведомлён куда лучше, чем я предполагал! — Лучше, чем предполагали? Его и без того узкие глаза сузились ещё сильнее. Смотреть на меня бесполезно. — Господин Джулиан, мы чрезвычайно благодарны за помощь! Кстати, положение рекомендованных вами учеников укрепится после произошедшего! Шух. Аллом снова встал между нами и указал в другую сторону. Вероятно, хотел закончить разговор. Меня это устраивало. Дальнейший спор ничего полезного не принесёт. — Ученики, которых вы рекомендовали! За недавние заслуги они получат дополнительные баллы при назначении стипендии! — Вот как? Мне было почти безразлично, но я изобразил интерес, чтобы не продолжать конфликт. «Значит, сопровождение принесло результат». Разговор окончательно подтверждал мою версию событий. Удовлетворившись, я покинул комнату вместе с Алломом. Но… «Блять». Швальт и Эйтель смотрели мне вслед одинаково остро. *** Хруст! Вернувшись в кабинет, Эйтель со всей силы швырнул горшок с растением. — Ха… ха… Проклятый ублюдок! Как он смеет унижать меня перед заместителем директора?! Выплеснув раздражение, директор перевёл взгляд на предмет на столе. Эмблема свернувшейся змеи. Знак Ордена Рассвета. — Если вытесню Орден Кровавого Демона, старейшина обещал принять меня в Орден… Тайная организация Империи. Личности её членов были неизвестны. Но Эйтель знал: кем бы они ни были и чего бы ни желали, их влияние среди дворян было огромным. Членство значительно укрепило бы его положение. — Похоже, вы оказались в затруднительном положении. В этот момент из лунного света возле окна выступила женщина. От неё исходила зловещая аура. Эйтель вздрогнул, но быстро успокоился. — Аннари! Я же велел не приходить в Академию! — Почувствовала неприятности издалека. Вы ведь знаете, как сильно мы о вас заботимся? Аннари рассмеялась, и по спине Эйтеля прошёл холод. Одна из Шести Пальцев. Указательный Палец — Аннари Ядовитая. Её змеиное присутствие заставляло меня напрячься. — Послание от Старейшины. — От Старейшины?! — Да. Устранение Ордена Кровавого Демона — высший приоритет. Используйте любые средства. Можете привлечь даже «Шесть Пальцев». — Вы хотите сказать… Аннари слабо улыбнулась и кивнула. «Шесть Пальцев». Самая опасная из трёх сил трущоб. Люди, стоявшие во главе, славились чудовищным мастерством. Особенно Средний Палец — говорили, его фехтование сопоставимо со Святым Мечом. — Тогда всё возможно. Эйтель широко улыбнулся. «С помощью Шести Пальцев…» Победа казалась почти гарантированной. *** [Улыбающийся палач Империи отправился в поход и поймал Слепого воина.] [Императорский пёс преследует цель даже до края ада?] [Ученики благополучно вернулись под защитой господина Джулиана.] Как и ожидалось, столичные газеты не упоминали разговор с Калдрахом. Все мучения были не напрасны. Если бы появились ненужные слухи, усилия пропали бы. «Лучше бы вообще никто не знал». Так было бы идеально. Мне надоели лишние объяснения. Пусть люди строят догадки и держатся подальше, как раньше. Но желание прожило недолго. — Вы встречались с принцем Калдрахом? Я забыл об одном. Командир «Закрытых Глаз» Одвин Валадир была слишком наблюдательной. — Что вы имеете в виду? — Ученики Академии Байер посещали Северный Полюс. Одвин посмотрела на карту стены и перевела взгляд на север. — А принц Калдрах совершенно случайно находится именно там. Удивительное совпадение, правда? Она произнесла это сухо и строго посмотрела на меня. «Очевидная связь». Вспоминая сейчас, следовало тщательнее подготовить объяснение. — К счастью, общественность об этом почти не думает. Но люди, которым положено знать, наверняка уже догадались. — Прискорбно. — Господин Джулиан, мне безразлично, какого принца вы поддерживаете. Однако «Закрытые Глаза» должны сохранять нейтралитет. Вы понимаете? Она была права. «Закрытые Глаза» обладали силой, сравнимой с рыцарским орденом, и подчинялись только прямым приказам императорской семьи. Если поддержать одного наследника, а трон займёт другой, организацию уничтожат полностью. Никто из сотрудников этого не хотел. Особенно командир Одвин. — Разумеется. Именно поэтому я не поддерживаю ни одного принца. «Закрытые Глаза» принадлежат всей императорской семье. Другого оправдания не существовало, поэтому пришлось упираться. — Тогда зачем вы отправились к Северному Полюсу? — Чтобы задержать преступника Захарда. — Это… действительно так. Здесь спорить ей было сложно. Я привёз Захарда в цепях. — Ради не слишком опасного преступника вы прошли весь путь до Северного Полюса? — Странный вопрос. У преступления нет степени существования. Человек либо нарушил закон, либо нет. Одвин потеряла дар речи от моего упрямства. Чтобы прекратить дальнейшие вопросы, я решил поставить точку. — Если сомнения столь сильны, существует простое решение. — Какое? — Увольте меня из «Закрытых Глаз». При слове «увольте» спокойные глаза Одвин расширились. — Ч-что? — Именно то, что услышали. Уход был невыгоден и мне. Именно принадлежность к «Закрытым Глазам» позволяла Джулиану вести себя настолько властно. По той же причине Орден Рассвета доверял ему. Если действительно уйти, Тенелон немедленно насторожится. Почему же я предложил? «Потому что она не может». Одвин не могла выгнать Джулиана. Формально организация была частью императорской системы, но фактически многое существовало вокруг него. — Ха-а… В итоге командир сдалась. — Если вы уйдёте, сложности возникнут и у меня. Это создаст больше проблем, чем поддержка принца Калдраха. Одвин снова посмотрела на меня. — И всё же, в последний раз: вы действительно не встречались с его высочеством? Я улыбнулся. — Разумеется. Разумеется, встречался. И не один раз. Мы даже устроили небольшой танец с мечами. *** После того как подозрения Одвин удалось подавить, я подготовился к следующей встрече. Этот человек беспокоил меня с самого отъезда. «Пинтель». Персонаж, который по оригинальному сюжету должен был давно погибнуть. Но вместо этого он мчался по событиям как неуправляемая повозка. «Раз ничего не взорвалось, возможно, всё нормально». Однако тишина была слишком подозрительной. Лучше поговорить. Я велел Фелхору сообщить Пинтелю, что буду ждать, когда ему станет удобно. «Не обязательно сегодня». Так и сказал. — Вы звали меня, господин Джулиан! Пинтель примчался немедленно. Едва я сошёл с кареты, он опустился на колени и глубоко поклонился. «Он стал ещё хуже?» Я остолбенел, но прежде всего опасался привлечь чужое внимание, поэтому предложил поговорить внутри кареты. — Понял! Щёлк! Дверь закрылась. Пинтель с облегчением выдохнул. — Рад, что вы вернулись невредимым. Я начал тревожиться: поездка затянулась. — Да. Задержка доставила неудобства и мне. — Я уже собирался отправить силы на Север. Защита священной особы следующего верховного понтифика — естественная обязанность. — Кхм. Я кашлянул. Кто здесь следующий верховный понтифик? Кто? — Пока меня не было, произошло что-нибудь? Я сразу перешёл к делу. Пинтель немного подумал. — Епископ Колпаран связывался с другими монсеньорами. Епископ Генин, похоже, согласится сотрудничать. — Понятно. — Однако… Он замялся. Значит, что-то пошло не так. — Говорите свободно. — Внутри организации распространяется странный слух. Поговаривают, что скоро появятся люди, желающие сменить верховного понтифика. Что? Разве это не огромная проблема? — К счастью, до господина Тенелона слух пока не дошёл. Я едва не рассмеялся. «Тенелон, тебе удивительно не везёт с людьми». Без Чаши Демонического бога он никогда бы не занял должность. Раньше мне казалось, что дело в харизме, но теперь всё больше похоже было на уверенность, которую давала реликвия. — Знаете, кто распространяет слух? Вопрос был почти бессмысленным. Если бы Пинтель знал, он уже избил бы человека и запер где-нибудь. — Да. Что? — Вы знаете? — Да, господин Джулиан. Пинтель кивнул и улыбнулся. — Благодаря вашим словам перед отъездом я сумел обнаружить тех, кто распускает ненужные слухи! Я что-то такое говорил? ---------- Поспешные выводы (3) — Благодаря господину Джулиану мы нашли человека, распространяющего ненужные слухи! — Вот как. К счастью, я понял, о чём говорил Пинтель. Перед отъездом из столицы я ограничил его действия, чтобы он не натворил лишнего. Точнее, дал прямое указание: не отвлекаться. — Вы хорошо справились с поручением. Наверняка было нелегко. — Это естественно! Клянусь исполнять слова господина Джулиана, даже если придётся отдать жизнь! Не умирай, идиот. Я не какой-то безумец, которому нравится смотреть на чужие смерти. — Итак… каков результат? Хотя приказ в основном был нужен, чтобы сдержать Пинтеля, у меня были и другие причины. — Пока это лишь предположение, но человек, распускающий слухи, наверняка появится на завтрашней встрече. Встреча? Орден Рассвета проводил такие собрания? И виновник будет там? — Нет. Я уверен. Этот человек обязательно придёт. Голос Пинтеля звучал твёрдо, а пальцы сильнее сжали магический посох. — Если прикажете, я его раздавлю. — Зачем обязательно давить? — Что? Пинтель растерялся, отчего я запутался ещё сильнее. Хоть раз подумай самостоятельно. Не нужно слепо выполнять любой приказ. Ха-а. Придётся снова объяснять. Я выпрямился и посмотрел на его всё ещё растерянное лицо. — Подобный поступок привлечёт внимание верховного понтифика. Господин Пинтель, разве это не очевидно? — Но если оставить человека без контроля, вскоре могут возникнуть проблемы. После выговора Пинтель помрачнел. Он действительно тревожился. — Похоже, им уже известно о сотрудничестве господина Колпарана с нами. У них широкая сеть связей, значит, это влиятельный епископ. Оставлять такого врага опасно. Смена верховного понтифика Тенелона. По сути — измена. Я этого не желал, но Пинтель и некоторые епископы стремились именно к смене власти. Тенелон стал вести себя странно и без разбора убивал подчинённых. Обычные верующие и монсеньоры не знали, когда следующими окажутся они. Вероятно, поэтому слова Пинтеля действовали настолько убедительно. Но… «Ты слишком торопишься». Он считал устранение распространителя слухов срочной необходимостью. — Господин Джулиан… Пинтель позвал меня с искажённым лицом. Мысль о неизвестном человеке, пытающемся манипулировать ими через слухи, приводила его в ярость. Следовало немного успокоить. — Я не говорил оставлять всё без внимания. Одной фразы хватило, чтобы напряжение исчезло. Возможно, устранить распространителя действительно будет разумно. Но не сейчас. «Особенно когда он угрожает молча». Непонятно, чего этот человек добивался, но слухи выглядели шантажом. Если загнать Пинтеля в угол, противник попытается направить разговор в удобную сторону. У меня уже появилась смутная догадка о его цели. «К счастью, он не на стороне Тенелона». Иначе давно сообщил бы верховному понтифику. Но всё равно доставлял неприятности. Поэтому… «Нужно остановить». Так проще. — Могу я посетить завтрашнюю встречу? Следовало лично увидеть подозреваемых. Подготовка была сделана ещё до отъезда. Нескольких фраз хватит, чтобы понять виновника. — Разумеется, господин Джулиан! Я подготовлю для вас место! — Благодарю. Я понятия не имел, что представляло собой мероприятие, но Пинтель, похоже, обладал там значительным влиянием. Даже внезапное появление Джулиана никого не смущало. — Но что это за встреча? Раньше о такой не слышал. Если Пинтель и несколько епископов регулярно собирались, мероприятие должно быть влиятельным. Мой разумный вопрос заставил гнев Пинтеля исчезнуть. На его лице появилась лёгкая гордость. — Она называется «Клуб пейзажной фотографии». Хм. Клуб пейзажной фотографии. Почему-то звучало очень стильно. Почти как название чьей-то высшей техники. В груди даже мелькнуло волнение. — Чем там занимаются? — Фотографируют красивые места и обмениваются снимками. — А. Понятно. Искра мгновенно погасла. Пейзажная фотография. Они действительно просто снимали пейзажи. *** После ухода Пинтеля я продолжал размышлять. Стоило подумать немного глубже — и всё стало понятно. В этом мире для фотографии требовались чрезвычайно дорогие одноразовые магические инструменты. «И снимки не передают чёткую форму, как в моём мире». Свет и цвет записывались магией на особый свиток. Именно это здесь называли фотографией. «По сути, продолжение живописи». Поэтому увлечение считалось недоступной простолюдинам роскошью. Расходные магические инструменты и свитки стоили огромных денег. Позволить себе хобби могли только богачи и дворяне. Неудивительно, что Пинтель состоял в таком клубе. «Участники явно не простые люди». Крупные торговцы или аристократы. «Орден Рассвета естественно проник в подобное место». Но… Я снова вспомнил лицо Пинтеля. Я ещё мог представить, как он фотографирует. Но путешествует по живописным местам и обменивается снимками? Тот самый человек, который избивает людей магическим посохом? «Не подходит». Как ни размышляй, сочетание выглядело странно. И тут… «Внешность и увлечения Джулиана тоже не совпадают». Уход за орхидеями считался изысканным хобби. — Кхм. Я понимал, что глупо оценивать чужие увлечения. Но что делать, если они действительно не подходят? — Лазлот. Перед дальнейшими делами нужно было передать ему документ, а заодно удовлетворить любопытство. — Да, господин Джулиан. — Вы слышали о Клубе пейзажной фотографии? — Да. Говорят, там собираются люди с утончёнными интересами. Даже с учётом членов Ордена Рассвета клуб имел престижную репутацию. Если Лазлот называл его утончённым, значит, так и было. «Утончённый или нет — увижу собственными глазами». Я произнёс это как случайное замечание, затем протянул документ, полученный от заместителя директора Аллома. — Вы вызвали меня ради этого? Лазлот принял бумагу и воспринял жест как одобрение. Хранить её у себя не было смысла, поэтому я отдал тому, кому она пригодится. — Это… Документ касался дополнительных баллов, упомянутых Алломом. — Спонсорская помощь Академии даёт преимущества при распределении стипендий. — Вот как? Лазлот выглядел ошеломлённым. Не ожидал заботы со стороны Джулиана. Для детей из его приюта, учившихся в Академии, документ был крайне полезен. — Но почему вы отдаёте это мне? Почему? — Вам обязательно нужна причина? Он растерялся. Но разве вопрос действительно требовал ответа? — Мы ведь товарищи и сотрудничаем. Двойная жизнь осведомителя не могла быть лёгкой. Я понимал: люди терпят подобное не ради привычки, а ради награды. — Если не нужно, можете вернуть. Одновременно это служило угрозой. Попытка предательства ударит не только по нему. Оковы. Да, подходящее слово. — Я получил документ случайно. Если он бесполезен… — Н-нет! Я возьму! Лазлот быстро спрятал бумагу в карман, не давая её забрать. — Спасибо. Руки заметно задрожали. Разумеется. Получить подарок от Джулиана страшно. Он наверняка подумал о жизни в приюте и младших детях, фактически оказавшихся заложниками. — Благодарить не нужно. Я ожидал, что его верность станет глубже. «Хм?» Странно. Цвет Страха над его головой был слабее ожидаемого. Неужели зрение ухудшилось? *** Клуб пейзажной фотографии собрался в просторном зале, арендованном Пинтелем. Как и предполагалось, большинство гостей составляли богато одетые дворяне со слугами. Остальные были купцами, способными основать собственную торговую компанию. Они пришли ради связей с аристократами. «Остальные тоже?» Под видом фотографического клуба проходила обычная светская встреча. — Ха-ха! Это ведь площадь Бурун, одно из пяти великих живописных мест Империи? — Использование контрового света великолепно! — И построение кадра продумано. Такая работа с деталями и композицией… Знакомые люди обсуждали снимки между собой. Я не собирался вмешиваться. В теме ничего не понимал. — Господин Джулиан. Пинтель подошёл. — Не желаете посмотреть мои фотографии? Он показал несколько снимков. Я понимал, что это лишь предлог для тихого разговора, но Пинтель явно хотел услышать мою оценку. Хвастается? Придётся поддержать. — Неплохо. У снимков есть настроение. — Благодарю за высокую оценку. Не слишком ли искренне он принимает пустую лесть? — Как продвигается дело? Пинтель понизил голос. — Как вы предложили, я сообщил подозреваемым епископам, будто господин Джулиан покинул столицу. Я снова оглядел зал. Для небольшого клуба собралось немало людей. Четыре епископа обсуждали фотографии. «Настоящий светский салон». Они не только вербовали дворян в Орден, но и укрепляли личные связи. «Епископ Генин, епископ Уберон… Хм?» Дантес тоже здесь? Неужели ему нравится фотография? — Что мне делать дальше? — Вы сообщили всем, как я просил. Остальное покажет время. — Что вы имеете в виду? Пинтель растерялся. — Как организатор, общайтесь с гостями. Пока вы стоите рядом, другие епископы могут не решиться подойти. Обычные дворяне не знали о нашей связи с Орденом. Если Джулиан, обычно ни с кем не общающийся, долго разговаривает с одним человеком, это вызовет подозрения. Пинтель понял намёк и исчез в толпе. «Теперь посмотрим». Кто распространял странные слухи, но не сообщал Тенелону, а лишь создавал мне проблемы? Ради этого я пришёл. «Ловушка расставлена». Скорее всего, первым ко мне подойдёт именно виновник. Вероятность была высокой. Я спокойно остался на месте. «Как и ожидалось». Вскоре раздался голос: — Надо же. Говорили, вы покинули столицу. Уже вернулись? ---------- Ложь с Севера (1) «Как и ожидалось… Всё точно по расчёту». Шурх. Я повернулся к приближавшемуся человеку. Молодой мужчина в идеально подогнанном пальто. По ауре он напоминал рыцаря, однако рядом с таким мастером, как Захард, ощущалось явное несовершенство. «Епископ Уберон Хайникс». Второй сын рода Хайникс — одного из четырёх великих родов Империи, известного как Род Драконьей Крови. Чтобы вырваться из оков положения второго сына и занять место главы, он обратился к сомнительным силам вроде Ордена Рассвета. Говорили, из-за молодости и страха показаться несерьёзным Уберон всегда говорил с нарочитой важностью. — Не ожидал встретить вас в таком месте. Вы тоже увлекаетесь фотографией? Не очень убедительно. Он походил на молодого специалиста, который старательно изображает взрослого начальника. «Смешно». Но нужно подыграть. Он входил в число главных подозреваемых. — Разумеется. В отличие от картины, фотография позволяет снова испытать эмоции мгновения, которое запечатлела. Утончённое и чарующее увлечение. Я настолько привык к роли Джулиана, что подобные пустые слова сами вылетали изо рта. Уберон остался доволен, широко улыбнулся и подошёл ближе. «Хм». Я поднёс к губам бокал, взятый у входа. В бокале было шампанское, но содержание алкоголя оказалось слишком низким, чтобы опьянеть. Да и тело Джулиана почти не пьянело. Сделав глоток, я продолжал наблюдать. «Это ты распространял слухи?» Чтобы выяснить, нужно поддержать разговор… — Вы ищете человека, распространяющего «неприятные слухи»? Уберон тоже поднял бокал и тихо заговорил. Если он сам поднял тему, значит, знал причину моего появления. — Не понимаю, о каких именно слухах вы говорите. Их сейчас немало. Сначала я притворился неосведомлённым. Возможно, он специально сделал первый ход. Одного моего присутствия хватило ему, чтобы понять: собрание используется для поиска «опухоли». Тогда Уберон мог заранее попытаться вывести себя из-под подозрений. «Или…» Я внимательно посмотрел на его лицо. Он был слегка бледен, а на висках выступила испарина. Цвет Негатива не показывал ничего определённого, значит, сильных эмоций он не испытывал. — Вы плохо выглядите. Совершили нечто, о чём мне не следует знать? Я улыбнулся в манере Джулиана. Уберон побледнел ещё сильнее. «Чем дольше смотрю, тем подозрительнее». Хотя Хайникс входили в четыре великих рода, их часто называли заходящим солнцем. Когда-то существовавшее Благословение Дракона исчезло. В прошлом члены рода при использовании уникальной ауры покрывались чешуёй, демонстрируя настоящую Драконью Кровь и чудовищную силу. «Но ещё в начале игры говорилось, что во времена господства Короля демонов драконы почти вымерли». Дракон-хранитель рода исчез. А чистая кровь с каждым поколением становилась всё слабее. Теперь многие считали название Род Драконьей Крови преувеличением. «Всё равно полезно поддерживать связь с представителем великого рода». Но сейчас важнее было найти человека, чьи слухи угрожали моей безопасности. — Если моя догадка верна, ответьте честно. Я решил говорить прямо. — Господин Уберон. Не вы ли распространяете слухи? — Похоже, эти слухи создадут вам серьёзные затруднения, господин Джулиан? Вот же. Пытается проверять меня. Джулиан умел запугивать людей при любых обстоятельствах. Потеряв инициативу, Уберон одновременно прощупывал почву и старался перехватить разговор. — Я понимаю, что нынешние действия верховного понтифика отличаются от прежних, но подобные шаги чрезмерны… Шурх. Я встретился с ним взглядом. В глазах Уберона отразилось моё узкоглазое лицо. — Вы ведь не думаете, будто я сомневаюсь в нём? Я лишь хочу предупредить: не стоит сеять подозрения в и без того хаотичное время. Именно так. Я не сомневался в Тенелоне. Просто исходная предпосылка была неверной, хотя никто в это не верил. Я всего лишь хотел мирной и спокойной жизни. — Поразительная верность. Особенно учитывая, что прежде вы держались в стороне. В стороне? Всякая привязанность к Ордену Рассвета давно исчезла. — Ответ не принесёт особой пользы, но слухи распространял не я. Что? Признание удивило, однако внешне я остался спокоен. Уберон снова смочил губы шампанским и сделал вид, что показывает фотографии. Личные вопросы требовали скрытого разговора. — Я тоже ищу того, кто распускает слухи. — И вы, господин Уберон? — Хм. Он коротко вздохнул. Зачем ему это? — Через две недели возвращается мой старший брат. Если в Ордене начнётся внутренняя борьба, у него не останется ни сил, ни причин помогать мне, верно? А. Он планировал использовать влияние Ордена, чтобы занять место главы рода. Если сейчас произойдёт мятеж против верховного понтифика, все вложенные усилия могут пропасть. — Почему вы рассказываете это мне? Всё раскрывалось слишком легко. — Собрание лишь называется фотоклубом. На деле каждый приходит сюда ради связей с дворянами. Я просто пользуюсь возможностью. Понятно. Наконец его намерение стало ясным. Уберон хотел втянуть Джулиана в круг своих связей. — Никто не знает, когда господину Джулиану понадобится поддержка рода Хайникс. Верно. Пусть солнце заходило, но Хайникс оставались одним из четырёх великих родов. Однажды помощь наверняка пригодится. «И по сюжету род всё равно достаётся этому человеку». После успешного Восстания второго сына. А затем Уберон начнёт агрессивно расширять земли и присоединять соседние территории. В итоге… «Хм?» Неужели события связаны именно так? — Вы меня переоцениваете. Впрочем, мне нравится, когда меня переоценивают. Жаждущее признания эго Джулиана снова проявилось. Уберон рассмеялся над пустой шуткой и, сказав всё желаемое, смешался с толпой. Его утверждение о непричастности действительно не было ложью. Цвет Негатива позволял хотя бы приблизительно распознавать фальшь. Значит, придётся ждать следующего гостя. Я стоял один и оглядывал зал, когда ко мне, словно выждав момент, подошёл Дантес. — Ха-ха! Похоже, вы обсуждали нечто забавное. Обычно строгий Уберон ушёл с широкой улыбкой. Как всегда, Дантес выглядел дружелюбно. В его движениях не было тревоги. Смелый человек. — Вы знакомы с господином Убероном? — Разумеется. Представитель великого рода и наш сосед. Как его не знать? Дантес показал зубы в открытой улыбке и громко рассмеялся. — Как продвигается дело? Как и Пинтелю, я поручил ему задачу. Найти беглеца Геранда. — К сожалению, выследить его оказалось слишком сложно. Ха-ха. Дантес снова засмеялся. Что здесь смешного? — Если даже сеть рода Кристо не справилась, он действительно хорошо прячется. — При всей внешней простоте Геранд был осторожным человеком. — Вот как? Я согласился и ненароком спросил: — Можно ещё один вопрос? — Разумеется. Спрашивайте что угодно. — Тогда хорошо. Поставив бокал на стол, я посмотрел Дантесу прямо в глаза. — Раз вам известно общее положение, зачем вы распространяете беспочвенные слухи? Это уже не было предположением. Разговор с Убероном дал уверенность. Именно Дантес Кристо использовал слухи для шантажа. Он не был дураком. Понимал, что Джулиан пришёл на встречу ради поиска виновника. При этом Дантес никак не был связан с фотоклубом. Все знали, что он коллекционирует картины, но о фотографии никто не слышал. Значит, пришёл с конкретной целью. Дантес точно понял моё намерение и сам приблизился. Он был уверен, что Джулиан никогда не догадается. Если сохранять спокойствие, можно поговорить и свободно уйти. Однако… — Этого я не понимаю, господин Дантес. Даже если мотив существует, я его не вижу. Джулиан знал. Точно знал, кто распускает слухи. «Что делать?» Мысли Дантеса понеслись. Лучше всего отрицать. Прямых доказательств нет. — Не понимаю, о чём вы. Какую пользу мне принесут подобные слухи? — Поэтому и спрашиваю. Каков ваш мотив? От Джулиана исходила абсолютная уверенность. Даже кожей ощущалось его болезненное стремление безжалостно устранять врагов. — Сколько бы вы ни спрашивали, я ничего не знаю. Дантес решил отрицать ещё раз. Отсутствие доказательств давало надежду. Словно почувствовав его намерение, Джулиан заговорил жёстче, но всё ещё улыбался. — Господин Уберон рассказал, что хочет при помощи Ордена Рассвета стать главой вместо старшего брата. — И какое отношение это имеет ко мне? Узкие глаза стали ещё хитрее. — Если Уберон займёт место главы с нашей помощью, договор с его старшим братом потеряет силу. Дантес замолчал. — Только победа старшего брата позволит вам получить пироксеновые рудники, добывающие основное сырьё для резонансных камней. Разве не так? Он застыл, словно лиса, пойманная за хвост. — Поэтому вы раздували слухи, чтобы Орден не смог поддержать Уберона. И более того… Джулиан приблизился к уху. — Заодно хотели получить возможность разобраться со мной. ---------- Ложь с Севера (2) — В конце концов, я могу разобраться сам. Услышав уверенные слова Джулиана, Дантес понял, что всё идёт плохо. — Ч-что вы имеете в виду? В его дрожащих зрачках отражался мужчина с узкими глазами и широкой улыбкой. Лицо не выражало эмоций, голос оставался спокойным. — Именно то, что сказал. Но последующие слова оказались куда страшнее улыбки. — Господин Дантес, разве вы не должны знать своё место? Я ведь уже предупреждал. По спине неприятно потёк холодный пот. Угроза, произнесённая безразличным тоном, звучала совсем иначе, чем обычное запугивание. — Для начала улыбнитесь. — Ч-что? Неожиданное требование выбило Дантеса из колеи. Он был настолько напряжён, что ответ прозвучал жалко. Джулиан с улыбкой навис над ним, словно хищник над добычей. — На нас смотрят. Кажется, с господином Дантесом хотят поговорить. Он тихо рассмеялся и перевёл взгляд на толпу. Дантес машинально посмотрел туда же. Несколько женщин махали рукой. — Мы тоже хотим увидеть фотографии господина Дантеса! — Может, обменяемся снимками? Обычно он рассмеялся бы и подошёл. Детский тон. Простоватое веселье. Но теперь всё раздражало. — Эм… ну… — Вы не слышали? Хотя Дантес не видел Джулиана сбоку, он легко представлял, как улыбка того становится шире. Он видел её много раз. Но воспоминание почему-то расплывалось. Когда спина была мокрой от пота… Ах. Джулиан велел отвечать с улыбкой. Как всегда. — А… простите. Сейчас у меня срочный разговор с господином Джулианом. Давайте немного позже. — Правда? Женщины расстроились. — Не говорите так. Боюсь, никто кроме господина Дантеса не оценит изящество этих фотографий! — Именно! «Я бы тоже хотел уйти». Но возможности не было. — Прошу простить, мадемуазель. Господин Дантес обсуждает со мной важное дело. Мадемуазель. — Не могли бы вы ненадолго оставить нас? Искренне прошу. Хотя в мыслях Джулиан напоминал гильотину, внешне он оставался красивым дворянином. От столь учтивого обращения женщины покраснели, застенчиво кивнули и направились к другим гостям. — Вернёмся к теме. Когда люди отошли, Джулиан продолжил: — Теперь, когда мотив слухов понятен, следует решить вашу дальнейшую участь, господин Дантес. Дантес невольно сглотнул. Тон был вежливым, внешность мягкой, но по позвоночнику пробежал холод. *** По оригинальному сюжету Уберон при помощи Ордена Рассвета становился главой рода. Затем амбициозно расширял влияние Хайникс, присоединяя соседние земли. Дантес лишался территории, клялся отомстить и отдавал душу Тенелону. В итоге он превращался в трёхрогого демона и полностью подвергался Метаморфозе красных рогов. «Как я мог забыть?» Хотя изменило бы воспоминание хоть что-нибудь? Оригинальная история, в которой Тенелона убивал Святой Меч, уже не имела значения. Пинтель, который должен был погибнуть, был жив. Я занял место Чёрного Рыцаря. Защищал Пятицветного Гения. Лично наблюдал смерть Айдена. История о том, как Джулиан в конце уничтожает Орден Рассвета, больше не существовала. «Хм». Я незаметно оценил Дантеса. От прежнего спокойствия не осталось следа. Его лицо побледнело, а аура окрасилась Цветом страха. «Убить его?» Он действительно пытался вмешаться в мою жизнь при помощи слухов. Но убийство всё ещё пугало. Не сам поступок. Страшило, что произойдёт с разумом, если я начну делать это без колебаний. Однако в нужный момент следует действовать решительно. Нет ничего ценнее собственной жизни. — Господин Джулиан, выслушайте меня. Когда я собирался продолжить разговор, Дантес поспешно схватил за руку. Он дрожал, но будто принял решение. Провёл пальцами по бокалу с шампанским. Раздалось слабое гудение. «Сейчас? Зачем?» Действие показалось странным, но опасности я не почувствовал. — Говорите. — Да, я распространял слухи. Но никогда не стремился убить вас. Верилось с трудом. У Дантеса не было причин оставлять в живых Джулиана, знавшего его секреты. — Поэтому по поводу этого дела… — Вы понимаете, что просто забыть всё я не могу? Улыбаться в лицо и бить в спину — обычное дело для дворян. Ради выгоды. Связь с Дантесом как членом Ордена Рассвета должна была закончиться здесь… — А-а-а-а! Посреди разговора зал пронзил крик. «Что?!» Я резко оглянулся. Некоторые дворяне, ещё недавно улыбавшиеся и обменивавшиеся снимками, падали один за другим. — Ч-что это?! — Что внезапно произошло?! Люди запаниковали. «Нападение?» Нет. Благодаря почти нечеловеческому зрению Джулиана я не заметил никаких летящих атак. Если бы действовала магия, Предвидение отреагировало бы. Значит… «Яд?» Я немедленно прикрыл нос и рот платком. Даже без запаха и видимых признаков опытный отравитель способен создать бесцветный яд. Сначала нужно было задержать дыхание. «Неужели…» В хаосе я начал искать Пинтеля. Может, не сумев точно определить виновника, он решил убить всех подозреваемых? «Неужели пошёл на настолько радикальный шаг?» — Стража! Помогите упавшим! Но Пинтель выглядел растерянным и одновременно быстро наводил порядок. Это не он. Значит… «Третья сторона». Кто-то осмелился устроить нападение в месте, полном дворян. Либо невероятно наглый. Либо уверен в навыках. «Разговор с Дантесом придётся отложить». Я повернулся. — Господин Дантес? Его не было. Куда исчез? — Ч-что вы делаете?! — А-а-а-ргх! Снова раздался крик. На этот раз в нём не было прежней растерянности. — Этого не может быть, Гурен! Ты напугал меня, когда упал! Отравленные начали подниматься, шатаясь. Но их аура стала неестественной. — А-а-а-а! Люди двигались, словно куклы на нитях, и нападали на окружающих, как ожившие мертвецы. Кулаки. Зубы. Чистые инстинкты превратили зал в настоящий хаос. — Г-гурен! Что с тобой… Угх?! — Что здесь происходит?! — Господин Джулиан, вы целы?! Пинтель поспешил ко мне. Он был организатором и должен был управлять происходящим, но первым делом пришёл проверять меня. — Похоже на яд. — Согласен. Он тоже прикрыл дыхание платком. Похоже, имел опыт с ядами. — Рад, что господин Джулиан не пострадал. — Я не смешивался с толпой, поэтому избежал воздействия. — Но яд, превращающий людей в упырей, я никогда… Кха! На середине фразы Пинтель выплюнул кровь и опустился на одно колено. «Что?» Слишком неожиданно. «Он поздно закрыл дыхание?» Но почти не существовало ядов, способных так быстро подействовать на мага пятого ранга. Значит, дело не в воздухе. «Отравили еду». Наконец появилась догадка о виновнике. Это должен был быть человек, свободно владеющий ядами и способный незаметно проникнуть сюда. «Аннари». Аннари Ядовитая. Указательный Палец «Шести Пальцев». По поведению отравленных это был Кукольный яд. Он позволял отдавать жертве простые команды. С момента отравления преимущество переходило к Аннари. Но теперь, когда вид яда известен, воздействию можно немного сопротивляться. — Господин Пинтель, пустите ману по малым кровеносным каналам и поддерживайте непрерывное течение. — Ха… ха… Он не понимал, зачем это нужно, но начал глубоко дышать и выполнил инструкцию. К лицу постепенно вернулся цвет, хотя боль не исчезла. — Будет тяжело, но позаботьтесь об этом месте. — Господин… Джулиан, куда вы? — Нужно поговорить с виновником. Я легко постучал по ножнам. Пинтель кивнул сквозь боль. Оттолкнувшись от пола, я выбежал из зала. «Где она?» Кукольный яд управлял отравленной целью. Команды были простыми, однако обездвижить противника — почти гарантированная победа. «Но для контроля нужна мана. Аннари должна быть поблизости». ⇒ Обострённое чутьё. ⇒ Предвидение. ⇒ Один росчерк. По настройкам мана образовывала «нити», соединявшие владельца с жертвами. После знакомства с методами Аурной эхолокации Захарда моё восприятие улучшилось настолько, что я видел эти нити в пустоте. Если идти вдоль них, доберусь до Аннари. «Пинтелю сейчас нельзя умирать. Нужно спешить». Нить уходила за дверь впереди. Я распахнул её. Навстречу выскочили отравленные гости. «Она заранее поставила их на охрану?» Очевидная мера. Я обнажил меч. Мана пропитала Лунный камень, и клинок мягко засветился. Бам! Но ударить не пришлось. Глухой звук свалил нападающих. Их огрели по головам не обнажённым мечом, а ножнами. Кто… — Эм… господин Джулиан? Отравленных обезвредил знакомый человек. Ферн. ---------- Яд против яда (1) Хаос продолжался. Ферн знал, что здесь проходит собрание дворян. Пышный зал украшали великолепные портреты и сложные скульптуры. Богато одетые аристократы танцевали, обсуждали увлечения и обменивались ослепительными улыбками. Каждый искусно скрывал настоящие чувства, но за оболочкой притворства всё равно проступали истинные намерения. «Светский приём». Хотя род Ферна обеднел, в детстве он успел немного пожить как дворянин и считал весь блеск подделкой. Однако… «Наблюдать всё равно интересно». К подавляющему запаху духов привыкнуть не удавалось. «Зачем они выливают на себя столько? И ведь не один человек». — Фух. Ферн тяжело вздохнул и вышел подышать свежим воздухом. «Не забывай». Оказавшись снаружи и немного успокоившись, он привёл мысли в порядок. «Я слежу за Дантесом». Дантес из рода Кристо. Во время расследования тайной организации, называемой Орденом Рассвета, появились сведения о возможной связи Дантеса с культом. Подозрение возникло после того, как арестованный сообщник Ордена оказался знаком с Дантесом. «Доказательств нет. Поэтому и нужно наблюдать». Вероятность тайных сделок заставляла сердце Ферна биться быстрее. За годы в Рыцарях Лазурного Льва Ферн никогда не испытывал подобного. Ордена носили гербы открыто и занимались публичными делами, а не скрытыми операциями. — Фух… Набравшись воздуха, Ферн решил вернуться в зал. И тут… — А-а-а-а! Пронзительный крик донёсся изнутри. Он мгновенно понял: произошло нечто серьёзное. «Что?!» Ферн оттолкнулся от земли и помчался по коридору. Зловещая энергия из банкетного зала заставила Ферна напрячься. Запах духов сразу перестал ощущаться. — С-спасите! Из боковой комнаты донёсся крик. Ферн распахнул дверь и увидел знакомого дворянина рядом со служанкой. — Господин Мердан, вы в порядке?! Он окликнул дворянина и сразу почувствовал направленную на себя враждебность. Мердан явно потерял сознание: глаза помутнели, у рта выступила пена, а зрачков не было видно. — В-вы рыцарь? Помогите! Господин внезапно потерял рассудок и… — Господин Мердан?! Но тело Мердана продолжало двигаться. Мужчина размахнулся, пытаясь ударить Ферна. Тренировки не были заброшены, поэтому уклониться оказалось легко. Грохот! Однако кулак разнёс мебель в щепки. «Что происходит?» Его сила напоминала магическое усиление. Обычным человеком он уже быть не мог. Ферн мгновенно обнажил меч. — При нынешних обстоятельствах прошу простить. Пробормотав оправдание, он сосредоточился на приближавшемся мужчине. Тот двигался рвано, словно мертвец, но не особенно быстро. Ферн дождался момента и ударил рукоятью по голове, намереваясь вырубить. Через открытую дверь показалось другое знакомое лицо. — Господин Джулиан? Ферн совершенно не понимал, что происходит. Из-за узких глаз невозможно было увидеть зрачки и понять, находится ли Джулиан под контролем, как Мердан. Ферн замешкался. В этот момент Джулиан обнажил меч и стремительно приблизился. «Угх?!» Ферн поднял оружие, но сверкающий удар прошёл не по нему, а мимо. — Г-грук… Мердан, которого считали потерявшим сознание, снова поднялся за спиной. Хруст. Удар Джулиана окончательно свалил его. К счастью, клинок был обращён плоскостью, поэтому порезов не осталось. — Дело нужно доводить до конца, господин Ферн. В подобной ситуации не следует отвлекаться. В словах были лёгкая насмешка и язвительность. Сомнений не осталось — обычный Джулиан. — Простите, господин Джулиан. — Извиняться не нужно. Он дважды похлопал Ферна по плечу и прошёл мимо. — С-спасибо за помощь! Когда всё успокоилось, служанка благодарно поклонилась. Джулиан посмотрел на неё, затем на Ферна. — Вы не пострадали? Ферн понял немой вопрос: не оказался ли он под чужим контролем. — Нет. Думаю, всё в порядке. — Хорошо. После этого Джулиан снова обратился к служанке. — Идите сюда. Я отведу вас в безопасное место. — С-спасибо! Она облегчённо выдохнула и подошла. Джулиан мгновенно взмахнул мечом. Ферн даже не успел понять происходящее. Но ещё невероятнее оказалась реакция служанки. Она легко уклонилась от удара, который обычного человека рассёк бы надвое, и отскочила. — Господин Джулиан?! Что происходит? — Она виновница нынешнего происшествия. Эта женщина? — Надо же. Говорили, безумный пёс императорской семьи обладает острым чутьём. Вы действительно заметили. Мгновение назад она покрывалась потом и умоляла о спасении. Теперь её манера речи полностью изменилась. — Вы Аннари. Аннари? Ферн невольно напрягся. Аннари Ядовитая. Известное имя среди мастеров яда. Говорили, её составы настолько сильны и точны, что даже рыцари не способны им сопротивляться. — Зачем вы показались? — Вы меня знаете? А я думала, что живу тихо, несмотря на известность. — Хватит пустых слов. Отвечайте. Аннари пожала плечами. — Меня наняли. — Кто? Она фыркнула и ухмыльнулась. — Я обязана рассказывать? Ш-ш-ш… Из окружающей мебели донёсся тихий звук выходящего воздуха. «Яд!» Ферн понял и хотел задержать дыхание, одновременно предупредив Джулиана. Бум! Грохот! Но тот первым шагнул вперёд. В момент, когда Джулиан ударил ступнёй по полу, огромная волна ауры разошлась ураганом. Окна разлетелись, а вырывавшийся из мебели яд выдуло наружу. — Возможно, вы не обязаны говорить. Но я обязан услышать ответ. Проверим, чья обязанность сильнее. Джулиан сохранял улыбку, выпуская ауру, похожую на тиранию. Ферн сглотнул. «Его фехтование уже пугает. Но в управлении аурой мне даже не приблизиться». Аннари, несмотря на собственную надменность, тоже оказалась подавлена. — Хо-хо… Как и ожидалось от ученика Святого Меча. Великолепное управление аурой. Я почти готова влюбиться. — Тогда сдавайтесь. Возможно, соглашусь на свидание. — Не за решёткой, надеюсь? Джулиан пожал плечами. В глазах Аннари мелькнуло что-то опасное. — Знаете? Какой бы сильной ни была аура рыцаря и какой бы великой ни была мана мага, после отравления всё заканчивается. Она что-то задумала. Ферн понял это по изменившемуся лицу Джулиана. — Угх… Тот схватился за голову и застонал, будто вот-вот упадёт на колени. Ферн сразу догадался. «Тот же яд, что подействовал на Мердана?» Яд, лишавший рассудка и заставлявший без разбора нападать. — Господин Джулиан, придите в себя! — Я-яды не обязательно вдыхать. Настоящий мастер отравит человека при любых обстоятельствах. Аннари рассмеялась вместо ответа. — Шампанское в зале. Не было ни запаха, ни заметного вкуса, верно? Шампанское? Ферн видел бокалы. Но из-за слишком сильных духов ничего не пил. «Туда добавили яд?!» У него закружилась голова. Сможет ли он остановить потерявшего разум Джулиана? После увиденной ауры подобное казалось невозможным. Оставалось ждать, пока тот возьмёт себя в руки, или… «Нужно обезвредить отравительницу!» Ферн крепче сжал меч и принялся собирать ауру. Когда он приготовился броситься на Аннари… — Не двигайтесь. Сделаете шаг — и я немедленно оборву его жизнь. Она заметила его намерение и остановилась. Блеф. Если бы Аннари могла убить Джулиана сразу, давно сделала бы это. Но если… Если существовал хотя бы один шанс… Тогда смерть Джулиана станет следствием решения Ферна. «И всё же». Нужно действовать. Господин Джулиан поступил бы именно так. Ждать милости врага — мышление обычного слабого человека. Здесь следовало перейти черту. Ферн уже принял решение, когда… — Раз вы упомянули шампанское, значит, заказчик способен вмешиваться в подготовку собрания? Джулиан заговорил так, будто ничего не произошло. — Н-невозможно! Аннари действительно растерялась. — Мой яд иллюзии… Кукольный яд не подействовал?! На её лице появилось отчаяние человека, чьи годы исследований только что объявили бесполезными. Джулиан насмешливо посмотрел. — Ваш низкосортный яд не смог поцарапать разум, укреплённый верностью императорской семье. Его голос звучал настолько уверенно, что не оставлял места сомнению. Хотя Ферн смутно понимал: постоянные слова Джулиана о преданности не слишком связаны с настоящей императорской семьёй. «Какая сила духа». Одно было очевидно. Злоба Джулиана оказалась сильнее яда Аннари. ---------- Яд против яда (2) Одно было совершенно ясно. Ядовитый характер Джулиана оказался сильнее яда Аннари. Её прежнее превосходство сменилось страхом, а напряжение вокруг Ферна заметно ослабло. Если бой продолжится, преимущество вскоре окончательно перейдёт ко мне. — Кукольный яд. Я почувствовал в себе перемену после того, как выдержал её отраву. Один из главных козырей Аннари. Раз я пережил отравление, естественно было считать, что преимущество на моей стороне. Так ожидалось. Но… «Действительно ли?» Честно говоря, я тоже удивился. Не думал, что попаду под Кукольный яд. Обычно среди множества незнакомых людей я проявил бы осторожность, но представить нападение на собрание, организованное Пинтелем, было невозможно. Кто бы ожидал отравленное шампанское? Меня застали врасплох. Если бы не появившееся предупреждение, я попытался бы немедленно уйти и вывести яд, управляя маной. ⇒ Вы заражены 〈Кукольным ядом〉. ⇒ Атака ментального типа подавлена. [Непроницаемое лицо] [Властное присутствие] [Двуличие] Подобное уже происходило с демоном на Северном фронте. Благородное эго Джулиана невозможно было сломать ментальной атакой. «Под небесами и на земле лишь я достоин почитания». Безумная убеждённость в том, что он способен собственными силами прорубить путь через мир и противостоять кому угодно, делала разум почти неуязвимым. К тому же… «Угх». Бр-р-р. Я увидел дрожащую руку. Одна лишь попытка подчинить сознание слабым ядом приводила тело Джулиана в ярость. Оно требовало немедленно казнить женщину. «Иногда это проклятое эго приносит пользу». Другой рукой я удержал запястье с мечом, пока дрожь не утихла. — Что теперь будете делать? После провала Кукольного яда у Аннари почти не осталось вариантов. Обычный яд я рассеял аурой, а её лучший приём оказался бесполезным. В собственной мастерской она могла бы подготовить другие средства, но… «Она не ожидала, что её раскроют». Всё благодаря методам Захарда. Аурная эхолокация неожиданно пригодилась. Следовало поблагодарить. Например, отправить дополнительные пайки. — Угх… Все попытки Аннари провалились. На других яд действовал, но ей просто не повезло встретить Джулиана. Испуганная, она отступила на шаг. Её глаза метались, всё ещё ища возможность выжить. «Положение уже не изменить». — Аннари, достаточно немного подумать, чтобы понять: покинуть это место живой довольно просто. Я улыбнулся, усиливая давление. Больше ничего не требовалось. С таким лицом даже лёгкая улыбка пугала. — Назовите заказчика, и я могу проявить снисхождение. — Отпустите меня? — Хм. Это будет сложно. Кроме меня, здесь есть другие свидетели. Я посмотрел на Ферна. Он изображал полное безразличие, но это была ложь. Пусть раньше он служил в рыцарском ордене, теперь он был сотрудником «Закрытых Глаз» и стремился задержать преступницу. — Могу распорядиться выдать вам дополнительную порцию еды. Что скажете? — Безумец! Это ты называешь переговорами? — Значит, предпочитаете умереть здесь? Я повернулся к Ферну. — Господин Ферн, «Закрытые Глаза» смягчают условия для сотрудничающих преступников, верно? — Да. — Вот видите. Дополнительная еда лучше смерти, Аннари. Если сопротивляется — погибнет. Если признается — получит более удобную тюрьму. Именно это я предлагал. Однако даже подобное она восприняла как унижение. Хруст! Над головой ярость смешалась со страхом. Аннари тоже понимала: сбежать от меня невозможно. — Как бы это ни бесило, выбора сейчас нет. Она пожала плечами, будто смирилась. С подобными сценами я сталкивался уже много раз. На её лице появилась решимость. Из кармана она достала два круглых предмета. Ах. Классический злодей собирается бросить дымовую завесу и уйти со словами: «Ещё увидимся» или «В следующий раз не прощу». Скорее всего, сферы хранили яд или дым. Она собиралась бежать. «Нужно остановить, пока не стало хлопотно…» Тк! Но события приняли неожиданное направление. Пока Аннари следила за мной, Ферн резко сократил расстояние и вонзил меч ей в шею. — Кхе-кхе… Она отшатнулась, выплёвывая кровь. Ферн не остановился, ударом ноги выбил сферы, а затем выдернул клинок. Ш-шух. Если немного преувеличить, фонтан крови нарисовал в воздухе радугу. Ферн совершенно спокойно доложил: — Я принял меры до того, как она смогла создать новые проблемы. — Понятно. Хорошая работа. Знак Лазурного Льва он носил не для красоты. Хотя оставалось небольшое сожаление. — Что стоите, господин Ферн? Остановите кровь. — Что? — Она главный свидетель и доказательство сегодняшнего происшествия. Разве не нужно сохранить ей жизнь, чтобы получить сведения? Ферн поздно осознал ошибку. Он сорвал полосу ткани с занавеси и принялся перевязывать шею. На ткани наверняка оставались следы выпущенного ранее яда, но… «К собственному составу она должна быть невосприимчива». Если нет — не повезло. Но можно ли вообще выжить после удара мечом в шею? *** Как говорится, власти всегда появляются после того, как всё закончилось. Так и произошло. Стража прибыла, когда всё уже завершилось. — Вы прекрасно справились, господин Джулиан… Неужели заранее предвидели нападение и ждали? Ах. Я забыл. Хотя я и сам был частью власти. Старший стражник задал вопрос, а я лишь улыбнулся. Отвечать было нечего и не требовалось. Шёпот за спиной неприятно резал слух. — Настоящий императорский пёс. Чует заслуги как призрак. — Иначе зачем Улыбающемуся палачу приходить на настолько изысканное собрание? Они не ошибались. Настоящий Джулиан не посещал бы подобное место по личной причине. Со стороны я выглядел одержимым достижениями человеком, заранее ожидавшим происшествие. — Если он знал, мог хотя бы предупредить. — Все заслуги забрал себе. Понятно. Это тоже можно было так воспринять. В действительности я понятия не имел о нападении Аннари. Пришёл лишь ради человека, распространявшего слухи, — Дантеса. «Кстати, о нём». Он сумел сбежать. Я был уверен, что именно Дантес распускал слухи. И дальше… «Не он ли нанял „Шесть Пальцев“?» Для заказа подобной организации требовался огромный капитал. Пусть это подполье трущоб, у рода Кристо с деньгами проблем не было. Тем интереснее становилась настоящая цель. «Допрос Аннари должен всё прояснить». Этого достаточно. — Подождите. Я собирался оставить последствия страже и уйти, когда Ферн обратился к шептавшимся людям. — Господин Джулиан не желает опускаться до общения с вами. Но если бы другой рыцарь услышал подобную нелепость, он бы этого не оставил. Ферн резко отчитал их. Почему внезапно? А. Вспомнилось. «Он очень гордился прежним орденом». Когда мы встретились впервые, Ферн почти поклонялся Рыцарям Лазурного Льва. Именно поэтому он презирал Джулиана из «Закрытых Глаз», постоянно конфликтовавших с рыцарями. Как он оказался здесь и теперь почти почитает меня — загадка. — А вы вообще кто? Стражник недовольно попросил не вмешиваться. Ферн показал эмблему Лазурного Льва. — В-вы рыцарь Лазурного Льва?! — Простите за грубость! — Извиняться нужно перед господином Джулианом. После слов Ферна стражники поклонились мне. Всё выглядело так, будто я не желаю пачкать руки о мусор. Я уже привык, поэтому не беспокоился. «Но настоящий Джулиан…» Он не отпустил бы всё настолько легко. — На миг мне показалось, что у вас есть запасные жизни. Похоже, ошибся. Хуху. Лично мне не было интересно ни их мнение, ни сами люди. Я улыбнулся привычной улыбкой и ушёл, оставив стражников в Цвете Страха. Ферн последовал. — Вы всё ещё носите знак Лазурного Льва. — Да? А, да. Иногда полезен в подобных местах. — Разумно. Внутри системы «Закрытые Глаза» не слишком уважают, зато снаружи рыцарский знак действует хорошо. Но что-то показалось странным. — Это ведь… выдача себя за действующего рыцаря? — Формально меня до сих пор не исключили из Рыцарей Лазурного Льва. Тоже верно. Для рыцаря он неплохо владел хитрыми приёмами. — Едва не забыл. — Да? Во время беспорядка я не успел задать важный вопрос. — Почему вы присутствовали на собрании? — На самом деле… я следил за человеком. За кем? — За Дантесом Кристо. Похоже, он тесно связан с Орденом Рассвета, действующим в столице. — О… Запахло опасностью. От Лазлота я уже знал, что Ферн расследует следы Ордена. Решив, что серьёзного результата не будет, я не вмешивался. «Дантес действительно епископ. Пусть расследование ещё не дошло до деталей». Но само упоминание означало, что расследование продвинулось. Опасно. Если Ферн проследит цепочку до источника, неприятности возникнут не только у Дантеса. У меня тоже. — Господин Джулиан, вы целы?! В самый неподходящий момент подошёл Пинтель. «Он слышал?» Если он услышал разговор с Ферном, то мог слишком резко отреагировать. Пусть существование Ордена не было для него священным, раскрывать собственную личность он не хотел. — Да. Как вы, господин Пинтель? — Со мной всё хорошо! По его реакции казалось, что он ничего не слышал. — Как организатор, вы сильно пострадали из-за этого странного происшествия. — Ничего. Следовало предусмотреть подобную возможность. «Нужно было лучше подготовиться», — пробормотал Пинтель. Затем посмотрел на Ферна. — Как вас зовут? — Ферн. — Господин Ферн, оставьте нас ненадолго. Мне нужно поговорить с господином Джулианом. Ферн немного подумал, поклонился мне и отошёл. — Господин Джулиан. Пинтель заговорил с серьёзным видом. — Вы нашли источник слухов? — Думаю, да. — Какое облегчение! — Но полной уверенности пока нет. Проверю подозрения через задержанную виновницу нападения. Он понял. — У вас наверняка есть план, но разрешите просьбу. Я ждал. — Этот человек, Ферн. Почему он? — Если оставить его, он может помешать господину Джулиану. Он уже расследует наши дела. В словах Пинтеля возникла новая проблема. — Его необходимо устранить. ---------- Яд против яда (3) На самом деле Пинтель больше не питал иллюзий насчёт нынешнего Ордена Рассвета. Изначально он вступил туда ради расширения связей. И чтобы подняться на новую ступень как маг. В каком-то смысле это было естественно. Демоническая энергия и мана различались, но имели схожие свойства. Поэтому среди членов Ордена встречалось немало сильных магов, а многие дополнительно владели демонической энергией. Изначально Орден Рассвета вообще не считался отклонением от истинного пути. Он представлял собой объединение людей, исследовавших тёмную магию и новые способы применения демонической энергии. Превратилось ли общество со временем в ересь и сменило ли цель — Пинтелю было безразлично. Он получал нужное и отдавал необходимое. Закон равноценного обмена действовал не только в обществе, но и в магии. «Вы понижены до монсеньора. Знайте своё место, мусор». Однако когда обещанная выгода исчезла, а все усилия превратились в ничто, Пинтель задумался. «Есть ли смысл сохранять верность Ордену Рассвета?» Да, Чёрный Рыцарь мешал ему. Но прежние заслуги не могли просто исчезнуть. Нет. В глубине души Пинтель с самого начала понимал: в тайной организации накопленная верность ничего не стоит. — Я потратил годы впустую. Он ушёл из Магической башни ради Ордена. Бросил исследования и лишился места в серьёзных магических проектах. Ни Академия, ни угасающий род Обрадин не стали бы убежищем. Пинтель оказался на краю, за которым даже смерть уже не пугала. «Одолжите нам силу, господин Пинтель». Тогда к нему пришёл Джулиан. Он попросил помочь свергнуть Геранда. Не зная плана, Пинтель сначала отказал. Между ними не было никакой связи. Более того, прежнее поведение Джулиана противоречило всему, что Пинтель ценил. Но Джулиан защитил его от нападения Геранда и снова попросил о помощи. «Вижу, вы вернули сан епископа. Раз мы молчаливо объединились, надеюсь, больше не станете действовать самовольно». Он даже помог восстановить утраченный статус. Девиз рода Обрадин — «Мы безгранично верны тем, кто дарует возможность» — когда-то означал преданность императорской семье. Пинтель истолковал его иначе. С тех пор следовал за Джулианом. Если так решил господин Джулиан, Пинтель был готов принять это, даже если решение казалось ошибочным. *** — Ферна трогать нельзя. Сейчас он преследует Дантеса, сбежавшего с собрания. Какими бы непонятными ни были мысли Джулиана, за ними стоял уровень понимания, недоступный простолюдину вроде Пинтеля. — Разумеется. Устранить его сейчас означало бы привлечь внимание императорской семьи. — Да. Убийство станет признанием нашей причастности. «Как и ожидалось». Джулиан уже всё продумал. Сотрудник имперской разведки видел картину шире. «И всё же…» Пинтель сомневался, правильно ли оставлять Ферна. Если позднее из-за него возникнет проблема, может оказаться слишком поздно. «Хотя бы до тех пор, пока господин Джулиан не возьмёт Орден Рассвета под контроль…» Ферн должен молчать. *** Новость о нападении на фотоклуб быстро распространилась. Пинтеля как организатора вызвали в секретариат и обязали сотрудничать со следствием. К счастью, никто из отравленных дворян не умер. Кукольный яд лишал сознания и позволял управлять телом, но сам по себе не наносил смертельного вреда. Однако некоторые получили тяжёлые ранения от других управляемых гостей. «Не моя проблема». Я не совершал ничего плохого. Поэтому ожидал, что до пробуждения Аннари новых неприятностей не будет. — Поздравляю, господин Джулиан. Похоже, вы заслужили расположение второго принца. Если бы не одно дело. — Хотя не уверена, уместно ли здесь поздравление. Одвин с отстранённым видом листала документ секретариата. — О чём речь? — О происшествии на собрании. Прочитаю коротко. Кхм. Она кашлянула. — «Джулиану из „Закрытых Глаз“, сотруднику имперской разведки…» Когда Одвин начала настолько торжественно зачитывать название, я растерялся. Зачем такая пышность ради мелочи? — «В знак признания заслуг перед императорской семьёй и быстрого пресечения недавнего злодеяния секретариат награждает вас орденом второго ранга — Королевским мечом». — Королевским мечом? — Да. Одвин кивнула. Орден Королевского меча. Награда второго ранга Империи Адратан. За одно столетие по календарю континента её получали не более десяти человек. Она не давала огромной власти. «Ордена и медали вообще выдают для красоты, когда не хотят предоставлять серьёзную должность или награду». Но и бесполезной назвать нельзя. Всё же второй ранг. Вместе с ним предоставлялась налоговая льгота на произведения искусства, находящиеся под имперским управлением. В прежние годы молодой Джулиан наверняка пускал бы слюни от такой привилегии. «Для меня особой пользы нет». Может, существовали и другие преимущества. Не помню. Но они точно незначительны. Куда важнее… — Почему упомянут второй принц? Для награждения орденом Королевского меча требовалось одобрение высокопоставленного представителя императорской семьи. Не обычного дворянина. Настоящей императорской крови. Солнца Империи. — Представление к награде инициировал второй принц Осборн де Адратан. — Да. Одвин тяжело вздохнула. — Мы обречены. Затем она посмотрела на меня с искажённым лицом. — Именно сейчас получать заслуги… Почему? В чём проблема? — Остальные решат, что «Закрытые Глаза» поддерживают второго принца. Ах. Какая ненужная тревога. Почему нейтралитет настолько важен? — Если это так беспокоит, разве командир не может отказаться от награды? — Разумеется. А затем вы сможете казнить меня за измену короне. — Тогда в нужный момент полностью доверюсь вам, госпожа Одвин. Ха-ха. Недавно я обнаружил: обычно спокойная Одвин теряла выдержку, когда дело касалось императорской семьи. Впрочем, почти все дворяне были такими. Империя Адратан практически существовала ради правящего дома. «Может, действительно устроить революцию?» Иногда это казалось необходимым. Слишком всё сосредоточено вокруг одной семьи. В игре это не ощущалось, но в реальности поводов для размышлений было намного больше. Я посмотрел внимательнее. Выражение Одвин не смягчилось. Как такой чувствительный человек вообще стал командиром «Закрытых Глаз»? — Госпожа Одвин, вы слишком много думаете. — Правда? — Да. Наверное, потому что постоянно сидите над бумагами и редко бываете на месте событий. После этих слов могло показаться, будто я обвиняю её в безделье. Особенно с лицом Джулиана и его улыбкой. Лицо Одвин именно так и изменилось. На нём ясно читалось: «На что вы намекаете?» Я ярко улыбнулся и подумал о церемонии. «Это не тайная встреча, а официальный публичный вызов». Дворянин не может отказаться от формальностей императорской семьи. В Империи Адратан титул обязывал подчиняться. Придётся присутствовать. — Когда церемония? Я жестом попросил документ. — Через три дня, перед вторыми воротами дворца. Три дня. Хорошо бы к этому времени выяснить заказчика «Шести Пальцев». И… «Точно установить, куда исчез Дантес». Я решил посетить подземную тюрьму. Если Аннари очнулась, разговор с ней окажется самым быстрым путём. Она напрямую участвовала. Несколько вопросов должны развеять сомнения. «Кстати». Второй принц Осборн награждает меня Королевским мечом. Как претенденту на трон ему необходимо публично демонстрировать влияние. Возможно, я всего лишь удобная фигура. Но награда всё равно не была полностью плохой. «В последнее время я постоянно сталкиваюсь с претендентами». Даже без замечаний Одвин мне не нравилось связываться с борьбой за престол. Я хотел просто безопасно жить в этом мире. Сорвать воскрешение Демонического бога, а затем тихо заниматься своими делами. «Связи с принцами — опухоли в будущем». Верно. «Что ж». Пора посмотреть на лицо Аннари. А по пути можно принести Захарду что-нибудь вкусное. *** Лазлот знал: если не считать членов императорской семьи, сильнее всего на двор оказывал влияние Улыбающийся палач Джулиан. Будучи стажёром «Закрытых Глаз» и одновременно шпионом Ордена Рассвета, он часто посещал секретариат и видел, сколько людей следит за последними поступками Джулиана. — Лазлот, мне нужно ненадолго выйти. Положите документ на стол. — Что? Да! — И полейте растения у окна. На лейке указаны названия, сверяйтесь с ними. — Понял. Лазлот вежливо поклонился. Джулиан поправил плащ и покинул здание. Глядя ему вслед, Лазлот задумался. «Второй принц обязательно попытается переманить господина Джулиана». Он использует орден Королевского меча как приманку. Даже если Джулиан откажет, Осборн почти ничего не потеряет. Одной церемонии достаточно, чтобы распустить слухи о сближении. «Но открыто поддерживать он не станет». Потому что понимает: это повысит ценность. «Закрытые Глаза» обязаны сохранять нейтралитет. Поддержка конкретного принца противоречила позиции Одвин. «С другой стороны…» Нейтралитет означал возможность поддержать любого. Практически доступ ко всем вариантам. Следовательно, самым гибким человеком среди участников борьбы за престол был… «Господин Джулиан». Узкоглазый человек наверняка прекрасно это осознавал. Лазлот со страхом смотрел ему вслед. Где бы ни появлялся Джулиан, происшествия никогда не заставляли себя ждать. ---------- Крохи (1) — Хм, когда снова вижу тебя за решёткой, ощущения совсем другие. — Вот как? А я как раз думал о том же. Захард, перелистывавший газету по ту сторону железных прутьев, усмехнулся при виде меня. — Как тебе жизнь под стражей? — Думаю, условия здесь получше тех, в которых держали тебя на Северном полюсе. — Там было не так уж плохо. Если не считать холода. — Разве такие условия обычно и не называют плохими? Он тихо рассмеялся и перевернул очередную страницу, а я невольно уставился на него. «Ты ведь слепой, разве нет?» Как он вообще читает газету, не видя букв? — А, ты об этом? Почувствовав мой взгляд, Захард провёл пальцами по напечатанным строкам. — Я потерял зрение уже взрослым, поэтому помню форму букв. Если вести пальцами по следам типографской краски, можно худо-бедно разобрать текст. И правда, места, где были отпечатаны буквы, едва заметно выступали над бумагой. Теоретически по этим неровностям можно было понять их очертания. «Но всё равно впечатляет». — И всё же ты пришёл не с пустыми руками? По его выжидающему виду было ясно, что он рассчитывал на гостинец, и я протянул принесённую коробку. — Полагаю, тебе это понравится больше, чем мне. — Ты любишь сладкое? — Сладкое? — Да. Я принёс печенье из известной кондитерской на перекрёстке Иммеля. — Хм… Упоминание печенья не вызвало у Захарда особого восторга. — Джулиан, в твоих способностях я не сомневаюсь, но теперь начинаю сомневаться в твоём вкусе. Он даже не пытался скрыть разочарование. Сам я тоже не был большим любителем печенья, но купил именно это, поскольку решил, что Захарду оно понравится. — Когда я часто наведывался в культ, там постоянно подавали подобные сладости. Такое обычно любят женщины и разодетые щёголи. — В них виски. И довольно много. — Хм… Если подумать, во мне, возможно, и правда есть женственная сторона. Кхм. Захард принял коробку и, кашлянув, принялся разворачивать упаковку. — Виски… Надеюсь, сорт хороший. Не обращая внимания на надписи и нарисованные на упаковке узоры, он поднёс печенье к носу, оценил аромат и только после этого откусил. Хрусть! — …Неплохо. По его удивлённому лицу было ясно, что вкус пришёлся ему по душе. — Но ведь ты пришёл не только ради этого? — Верно. Я собирался допросить преступницу, задержанную после недавнего происшествия. — Допросить, значит. Захард взял второе печенье. Как я и ожидал, ему понравилось. — Как продвигается суд? — Пока не слишком давят. Меня вызвали на военный трибунал, но секретариат активно выступает в мою защиту, так что всё идёт довольно гладко. Хороший знак. Продолжая говорить, Захард отправлял в рот печенье за печеньем, совершенно не беспокоясь о содержавшемся в них виски. Конечно, алкоголя там было куда меньше, чем в настоящей выпивке, поэтому я тоже не видел проблемы. — Ух… Однако ещё через несколько штук он схватился за голову. — Пожалуй, хватит. Самое время остановиться. Он закрыл коробку, а я едва сдержал усмешку. «Мечом машет как чудовище, а алкоголь почти не держит». Слепой воин, пьянеющий от печенья с виски. Забавное сочетание. Оставив Захарду гостинец, я направился к одиночной камере, где содержали Аннари. — Заключённая пришла в себя? — Нет… Врач закончил лечение, но сознание она пока не восстановила. Прошёл всего день, так что ничего удивительного. Ферн проткнул ей шею, а при таком ранении и кровопотере выжить уже было удачей. «Зря пришёл?» Раз уж добрался сюда, стоило хотя бы велеть страже известить меня, когда Аннари очнётся. — Хм? Рядом с одиночной камерой на столе лежала аккуратная стопка документов. — Это материалы по недавнему происшествию? — А? Да, господин! Мне стало любопытно. Получив разрешение, я подошёл к столу и принялся просматривать бумаги. Среди них обнаружился список участников встречи «Клуба пейзажной фотографии». «Вроде ничего подозрительного…» Погодите. В списке мелькнуло знакомое имя. «…Талле Генида Батори?» Предводительница Ордена Кровавого Демона — одной из двух сил, деливших трущобы вместе с «Шестью Пальцами». Я понятия не имел, почему её имя оказалось среди гостей. Талле не была дворянкой и вряд ли имела отношение к подобному собранию. «Она ведь обычно вообще не выходит днём». Для вампира избегать солнечного света вполне естественно. «Тогда зачем она туда пришла?» Ответа не было. Однако связь всё же просматривалась. «Шесть Пальцев и Орден Кровавого Демона». Если не считать уже распавшихся «Безымянных», именно эти две организации господствовали в трущобах. Стоило Ордену Кровавого Демона исчезнуть — и «Шесть Пальцев» получили бы всю прибыль района. «Неужели Аннари явилась на встречу, чтобы устранить Талле?» При таком предположении детали начинали складываться. Возможно, Аннари задержалась вовсе не ради спасения Дантеса — потому что заказчиком был не он. — Хм… Стражники, наблюдавшие, как я хмуро изучаю список, заметно напряглись. — Вы нашли что-то странное? По их лицам выступил пот. Видимо, они уже представили, как «Улыбающийся палач» обнаруживает ошибку в собранных ими материалах. — Ничего особенного. Я покачал головой, и они облегчённо выдохнули, словно только что избежали казни. Если честно, меня это не слишком волновало. «Надо лично поговорить с Талле». Следовало выяснить, откуда она получила приглашение в «Клуб пейзажной фотографии» и знала ли о последних действиях «Шести Пальцев». Заодно можно было воспользоваться её способностями, чтобы проверить, где скрывается Дантес. *** Артур, служивший ширмой и формальным предводителем Ордена Кровавого Демона, заметил, что обстановка в трущобах в последнее время изменилась. Особенно подозрительно вели себя «Шесть Пальцев» — единственная организация, способная на равных противостоять Ордену Кровавого Демона. «Они снова хотят подмять под себя все трущобы?» Судя по происходящему, это было вполне возможно. Тогда столкновение двух организаций становилось неизбежным, а Талле, истинная глава Ордена Кровавого Демона, оказывалась в опасности. Она была вампиром — существом, чьё существование нельзя раскрывать миру, — и Артур считал своим долгом защищать её от подобных угроз. — Хочешь пойти со мной? Это всяко лучше, чем вечно гнить на этой свалке. По крайней мере, я обещаю, что трижды в день ты будешь сыт. Когда-то на безнадёжной свалке в трущобах маленький мальчик, не имевший ни еды, ни будущего, молча последовал за женщиной, произнёсшей эти слова. Да и кто в трущобах отказался бы от крова и пищи? Позже он понял, что Талле была далеко не праведницей и даже формально не являлась человеком. Но какая разница? «Именно она дала мне место, которое я могу назвать домом». Павильон Ясной Луны тоже был создан Талле. И она дала Артуру два главных приказа: Первое — беречь себя. Второе — никого постороннего не впускать в Павильон Ясной Луны. — Поэтому дальше вы не пройдёте. Заперев главные ворота, Артур вышел в сад и уставился на старика, который при свете луны неторопливо приближался, опираясь на посох. — Кхе-кхе. Так ты и есть вампир Артур? Артур видел его впервые, однако по исходившей от старика зловещей силе примерно понял, кто перед ним. Безымянный Палец «Шести Пальцев» — Локуст, Повелитель вредителей. — Значит, вы Локуст? — Похоже, ты неплохо осведомлён. Мы встречались? — Нет. — Тогда как узнал? — По мерзким тварям, копошащимся внутри вашего тела. При словах «мерзкие твари» Локуст снова захихикал. — Для меня они словно дети. Неприятно слышать о них подобное. Артур говорил о насекомых, которых тот выращивал прямо в собственном теле. Прозвище «Повелитель вредителей» Локуст получил не просто так: он кормил этих существ магической силой и управлял ими. Однако считать их обычными жуками было смертельной ошибкой. Говорили, людей, недооценивших их, не пересчитать. «От него несёт кровью». Несмотря на прозвище «Вампир», сам Артур оставался обычным человеком — если не считать огромного телосложения. И сейчас он отчётливо чувствовал исходивший от Локуста густой запах человеческой крови. «Он кормит насекомых людьми?» Артур прекрасно знал, что жители трущоб редко отличались добродетелью, но даже на их фоне «Шесть Пальцев» считались отбросами. Грабежи и кражи были для них лишь началом. Они торговали наркотиками, людьми и брались за любое дело, приносившее деньги. Группа психопатов — иначе и не скажешь. Поэтому появление одного из руководителей организации заставило Артура насторожиться. — Зачем вы пришли? — Хотел увидеться с главой Ордена Кровавого Демона. — Тогда говорите со мной. Я и есть его глава. — Кхе-кхе. Врёшь ты не слишком убедительно. Локуст усмехнулся, словно видел Артура насквозь. — Хозяйка Павильона Ясной Луны. Разве не она возглавляет ваш Орден? «Сколько ему известно?» От его слов по спине и ладоням Артура выступил холодный пот. — Чего ты так испугался? Мы ведь деловые партнёры. Я пришёл всего лишь поговорить. Грохот! Артур опустил стоявшую у ворот алебарду и крепко сжал древко. Из его тела хлынула грубая энергия, но Локуст лишь снова хихикнул. — Для подставного главы ты неплох. — Даже один из «Шести Пальцев» станет беспомощным, если попадёт под мою алебарду. — Кхе-кхе. Мечтай. Настоящий глава — чудовище. Против него ты и пальцем пошевелить не успеешь. Локуст пожал плечами. — Но раз уж я кое-что принёс, придётся воспользоваться. Тук. Тук. Тук. Он несколько раз ударил посохом о землю, и из-за его спины вышел знакомый силуэт. — …Эрен? Это был маленький мальчик, который часто сопровождал Талле. — А-Артур… — Тише. Я поместил в него Кровавого червя. — Кровавого червя? — Не знаешь? Если объяснить проще, достаточно влить немного магической силы… Шорох. — А-а-а-а-а! Локуст сжал плечо Эрена и направил в него ману. Глаза мальчика задрожали, из них хлынули слёзы, а от невыносимой боли из носа потекло. — Что… что ты делаешь?! — Что ещё? Я же сказал, что хочу увидеться с хозяйкой Павильона. Это всего лишь средство. Локуст отставил посох и обхватил плечи Эрена обеими руками. Из-под широкого рукава выполз алый червь и пополз к уху мальчика. — Кхе-кхе. Может, уже позовёшь хозяйку? С двумя Кровавыми червями ребёнок такого возраста не протянет и десяти минут. Артур сильнее стиснул древко алебарды. Эрен, несомненно, был дорог Талле, но главным долгом Артура оставалась её защита. Стиснув зубы, он уже собирался броситься вперёд, когда его остановил знакомый голос. — Ты хотел меня видеть? Появилась Талле. — О-о, как я и думал. Вы всё-таки здесь, хозяйка Павильона Ясной Луны. Увидев её, Локуст отпустил плечо Эрена. — Говорят, при всей вашей утончённости вы редкая трусиха. Не ожидал, что всё же покажетесь передо мной. — Я могу быть трусихой, но не дурой. Чтобы прятаться от такого слабого мусора, как ты, нужно быть совсем безмозглой. На лбу Локуста вздулись вены. — Следила бы за словами. Нет ничего удивительного, если ты умрёшь от руки этого «слабого мусора». Он закатал рукав и показал обвившую запястье татуировку сороконожки. — Здесь я для тебя выше самого Святого Меча. Изображённая на коже сороконожка задвигалась, сползла по руке и оказалась на земле. — Я — непреодолимое существо. Тот, кого тебе не победить. Чудовище из твоих кошмаров. Локуст выпустил всю свою магическую силу, и его присутствие в самом деле стало напоминать чудовище. Воздух вокруг пропитался его маной. Сколько насекомых и паразитов могло жить в грязных трущобах? Теперь все они устремлялись сюда. Артур нервно сглотнул. «Смогу ли я победить?» Нет. В лучшем случае — выиграть для госпожи время на побег. — Пухахахахаха! В этот момент Павильон Ясной Луны наполнился смехом Талле. — Называешь себя выше Святого Меча? Непреодолимым существом? До чего же смешно. Рой подвластных Локусту тварей заглушил даже стрекот сверчков. От исходившей от них зловещей силы дрожал воздух, но Талле говорила спокойно, словно ничего не происходило. — И ещё чудовищем себя назвал? Похоже, настоящего чудовища ты никогда не встречал. — Интересно, на что ты так полагаешься… — Обернись. Посмотри своим узким кругозором. Локуст обернулся. — Чтобы называться чудовищем, нужно хотя бы дотягивать до такого уровня. По дорожке к ним приближался мужчина в аккуратном кобальтовом пальто, с мечом на поясе. Его шаги были неторопливыми и уверенными. Когда Локуст разглядел лицо гостя, его исказил ужас. — Это же… ---------- Крохи (2) К Павильону Ясной Луны приближался силуэт в кобальтовом пальто, цвет которого сливался с лунным светом. Локуст не мог знать, связан ли незнакомец с этим местом, но исходившая от него подавляющая аура явно не могла принадлежать обычному человеку. «Словно… главарь». Бум! Едва эта мысль промелькнула в голове, как незнакомец выпустил такую мощь, словно решил тут же её опровергнуть. Первыми отреагировали насекомые, выращенные в теле Локуста. Почувствовав ману исключительной чистоты, защитные насекомые, созданные для противодействия магии, зашевелились и попытались выбраться наружу. Но они должны были реагировать лишь при непосредственной атаке заклинанием. Магия ещё даже не коснулась их, а насекомые уже исполняли заложенную команду, отвечая на одно присутствие приближавшегося человека. «Какое чудовище…» Локуст ощутил силу, которой невозможно сопротивляться, и во рту у него пересохло. «Успокойтесь». Он поспешно подавил движение защитных насекомых. Автоматическая защита была мощной, но без реальной угрозы лишь впустую пожирала ману. — Хм, похоже, я выбрал не самое подходящее время. Обострив все чувства, Локуст попытался разглядеть лицо мужчины. Тень деревьев, лунный свет. Снова тень и лунный свет. Его черты появлялись и исчезали, словно кадры на старой плёнке, пока наконец не сложились в знакомое лицо. Локуст растерянно усмехнулся. «Джулиан Крайпарт Фрейсон…» Вживую он его прежде не видел, поэтому не мог быть уверен до конца. Гончая императорской семьи. Охотник на демонов. Палач дворян. Для кого-то он был почти мифическим защитником порядка. Однако людям с нечистыми намерениями хотелось держаться подальше даже от его тени. «Эта лисица сама его позвала?» Ш-ш-ш. Ведя посохом по земле, Локуст развернулся к Джулиану и снова попытался положить руку на плечо заложника. Но мужчина продолжал приближаться, ничуть не замедляя шаг. «Бесполезно». Для безжалостного и бесчувственного «Улыбающегося палача» ребёнок из трущоб вряд ли мог стать настоящим заложником. «Тогда меня загнали в угол». Единственным преимуществом было то, что Джулиан не знал его магии. Локуст верил в собственные силы. Его магия была скрытым кинжалом: если противник не понимал её принципа, даже огромная разница в мастерстве не гарантировала защиту от одного удачного удара. Победить сильнейшего не всегда было пустой мечтой. — Локуст, Безымянный Палец «Шести Пальцев». Но от спокойно произнесённых Джулианом имени и титула Локуст оцепенел. Это были всего лишь слова, однако Локуст услышал в них смертный приговор. «Он… знает меня?» Если Джулиан знал имя, значит, слышал слухи. А если слышал слухи, то понимал хотя бы часть его способностей. Одного этого хватало, чтобы Локуст осознал: победить не получится. — Ты пришёл отомстить за Аннари? Или у тебя дело к Павильону Ясной Луны? — …Тебе какое дело? — Самое прямое. В мягком лунном свете на лице Джулиана проступила дьявольская улыбка. — Разве человек не должен знать, за что умрёт? Исходившая от него жажда убийства заставила защитных насекомых разом вырваться наружу. З-з-з. Локуст вздрогнул, но решил воспользоваться моментом. Он закатал рукава и направил руки к земле. Две выпущенные ранее сороконожки зашевелились. Подобно ауре рыцарей, магия высокого уровня могла сформировать собственную уникальную область. То, что использовал Локуст, относилось именно к такой разновидности. Безмолвные золотые насекомые. Два автономных создания, получивших приказ атаковать. Они исполняли заложенную команду при любых обстоятельствах. Даже после смерти хозяина не исчезали и продолжали уничтожать всех отмеченных врагов. — Отвратительно. Свист! Золотая тварь скользнула по траве, словно тень, и бросилась к Джулиану. Джулиан проводил её взглядом и обнажил меч. «…Самоцвет?» Клинок был сделан не из обычного металла. Его совершенная, притягивающая взгляд форма больше напоминала драгоценный камень. «Мои золотые насекомые ломают даже самые прочные мечи!» Джулиан был мечником. Стоило уничтожить его оружие — и появлялся шанс перехватить инициативу. И всё же Локуст не мог избавиться от тревожного ощущения, что этот «самоцветный меч» не сломается. Лязг! Словно подтверждая опасения, Джулиан одним взмахом отбросил золотое насекомое. — Что… какого чёрта?! Невозможно. Хрупкий на вид клинок даже не треснул. Локуст не отрывал взгляда от меча, окутанного светом, похожим на лунный. Обычная аура сохраняла простую форму, но аура Джулиана менялась в зависимости от угла, словно луна на небе. «…Отражение?» Будучи опытным магом, Локуст понял принцип. Аура покрывала клинок плотными зубцами и непрерывно двигалась волнами. Отражённый ими свет создавал иллюзию, будто меч действительно наполнен лунным сиянием. «Он идёт!» Отбив золотое насекомое, Джулиан вновь принял стойку. Топ. И в следующее мгновение его тень исчезла из поля зрения. «Г-где он?!» Потерять врага из виду означало проиграть. Ощущая горечь на языке, Локуст судорожно огляделся. Треск! Защитные насекомые отреагировали на угрозу, а золотая тварь отбила нечто невидимое. «Он целился в меня?» Несомненно. Последняя атака предназначалась не насекомому, а самому Локусту. Но он даже не смог заметить движение и невольно сглотнул. «Где он?!» Смерть неумолимо приближалась, а он не мог уловить даже её тени. Треск! Ещё одно столкновение. С каждым ударом и снопом искр во рту становилось суше. «Блять! Блять!» Его спасали лишь защитные и золотые насекомые, которых он годами тщательно выращивал. Без них голова Локуста уже лежала бы на земле. Треск! Снова посыпались искры. Даже на прочном панцире золотого насекомого появились трещины. «Но ещё есть время». Оно могло продержаться немного дольше. А этого хватило бы Локусту, чтобы вырваться из западни. Шорох. Шорох. Он сосредоточился, и все насекомые в его теле зашевелились. «Если я не могу увидеть его…» Оставалось выпустить их всех и перевернуть здесь каждый камень. Локуст заставил работать все мана-каналы и принялся питать спящих тварей силой, пробуждая их одну за другой. Искры продолжали вспыхивать в воздухе. Золотые и защитные насекомые получали всё новые повреждения. Обычные живые существа давно бы отступили перед смертельной угрозой, но эти создания продолжали закрывать хозяина собой. Они не останавливались, даже когда их панцири трескались и наружу брызгала кровь. — Ха! Сколько бы ты ни размахивал мечом, мои насекомые не отступят, Джулиан! Подчинённые Локусту твари не знали страха и сомнений. У них была лишь одна задача — защищать хозяина ценой собственной жизни. — Какой бы хвалёной техникой ты ни бил, их главная цель останется прежней! Такова была заложенная в них команда. Крича, Локуст ускорил циркуляцию маны. От даньтяня к мана-каналам, от каналов — по всему телу. Когда большая часть выращенных им насекомых зашевелилась, он вытер со лба холодный пот и усмехнулся. — Всё, что ты делаешь, бессмысленно! Сколько бы ни пытался, насекомые… — Пусть сами насекомые не чувствуют страха… Топ! — …но разве его не чувствуешь ты? Джулиан, всё это время двигавшийся с непостижимой скоростью, внезапно возник прямо перед ним. Концентрация Локуста рухнула. Собранная в мана-каналах сила рассеялась по телу. — Кха! Изо рта хлынула кровь. Обратный удар. Так происходило, когда разогнанная до предела мана не успевала сформировать заклинание и взрывалась в организме. Серьёзно повредив собственные каналы, Локуст с трудом удержался в сознании и замахнулся посохом. Треск! В момент столкновения с самоцветным мечом по древку прошёл разряд. Посох раскололся и разлетелся на куски. — Что… что за… Локуст ошеломлённо уставился на обломки. Он попытался ударить оставшейся рукоятью, но самоцветный клинок уже вошёл ему в грудь. — Кха! Разница в силе оказалась подавляющей. Будучи одним из «Шести Пальцев», Локуст считал, что мало кто способен так легко его одолеть. Он упрямо попытался вновь пустить ману в оборот, но ладонь Джулиана мгновенно зажала ему рот. — Ммф! Выдернув меч из груди, Джулиан приставил его к шее Локуста. Человек, который сам долгие годы считался чудовищем и заставлял других ощущать полную беспомощность, встретил настоящее чудовище. И впервые без остатка смирился с собственным бессилием. Мир был полон существ, намного страшнее него. «Так я был всего лишь крошкой?» В тот миг, когда самоцветный меч перерезал Локусту шею, случилось нечто, чего не ожидал никто. ---------- Крохи (3) Когда наполненный лунным светом меч Джулиана уже должен был перерезать Локусту шею, из темноты молнией вылетел другой клинок и преградил ему путь. В отличие от прекрасного самоцветного меча, новое оружие выглядело просто и сурово. Его тёмное лезвие напоминало застывшие чернила. Локуст сразу узнал владельца меча, выкованного из Звёздного железа — минерала, способного максимально подавлять течение ауры. — Глава… Клод Фебранс. Чудовище, которого признавал даже Локуст, и нынешний глава «Шести Пальцев», носивший титул Внешнего Пальца. Он появился, словно комета, убил прежнего главу организации и занял его место. — Стража подняла больше шума, чем я ожидал, поэтому я решил проверить, что случилось. И не ошибся. Клод говорил бесстрастно, без преувеличений и лишних эмоций, словно заранее знал, чем всё закончится. Казалось, он предвидел и положение Локуста, и появление Джулиана. — Я знал, что ты рано или поздно устроишь неприятности… Глаза Клода на мгновение блеснули, когда он перевёл взгляд на Джулиана. — Но не ожидал встретить столь неожиданного гостя. Треск! При столкновении двух мечей посыпались искры. Звёздное железо подавляло ауру, однако под напором Лунного Меча клинок Клода всё равно понемногу стачивался. — Подумать только, я встречу здесь нашего младшего. Назвать это судьбой? Треск! Вновь вспыхнули искры. Клод обхватил рукоять обеими руками и шагнул вперёд. Джулиан не упустил момент. Когда корпус противника подался вперёд, он отступил, развернул клинок под углом и попытался ударить Клода навершием в лицо. Но тот явно привык к подобной ближней схватке. Клод пнул Джулиана в голень и сам отскочил назад. — Страшно-то как! Пусть я и ушёл из «Закрытых Глаз», разве вас учат так приветствовать бывшего командира? Бесстрастность во взгляде Клода сменилась весёлым любопытством. На его шутливый тон Джулиан ответил улыбкой. — Прошу прощения, но бывший командир больше не имеет отношения к «Закрытым Глазам». К тому же… Свист. Не скрывая ауры, Джулиан вновь принял стойку, ясно показывая, что намерен продолжить бой. — Преступник, убивший сотрудника «Закрытых Глаз» и собственного товарища-рыцаря, ещё смеет называть себя командиром? — Хм. Клод потёр подбородок. — Ты считаешь их товарищами? Тех, кто пил нектар королевской ветви Фебрансов, пока её корни засыхали? — Если того желала императорская семья, «Закрытые Глаза» обязаны были исполнить её волю. — Ха-ха! Ты и правда безумен! Именно это мне в тебе и нравится! Клод громко рассмеялся. — …Так ты глава «Шести Пальцев»? — Хм? Уже нет. — Я знаю, какая судьба постигла род Фебранс, но не ожидал увидеть такой конец. Хруст. Пальцы Джулиана сильнее сжали рукоять. — Устранив тебя, я поставлю последнюю точку в истории Фебрансов? — Тебя это радует? Джулиан не ответил, лишь продолжил улыбаться. — Но подходящее время ещё не настало. — Собираешься бежать? — Бежать? Такие слова могут вызвать недоразумение. Моя цель с самого начала уже достигнута. Лязг! Мечи снова столкнулись. — Хм…? Клод ощутил что-то странное в своём оружии и посмотрел на клинок. Джулиан тоже заметил перемену. — …Так вот кто ты. Отступив после короткого обмена ударами, Клод повернулся к Локусту. — Освободи золотого жука, — тихо приказал он. Золотой жук был вершиной многолетнего труда Локуста: воплощением его опыта в магии насекомых и огромного запаса накопленной маны. Освободить его означало уничтожить всё, чего Локуст добивался годами. — Разве ты не хочешь жить? От тихого вопроса Локуст стиснул зубы. Это было невыносимо. Клод сказал, что «цель уже достигнута». Значит, за спиной Локуста он провернул ещё какое-то дело. И всё же Локуст понимал: без такой жертвы от чудовища по имени Джулиан им не уйти. — Кх… Ощущая горечь во рту, Локуст заставил корень выращенного в правой руке золотого жука прорасти в землю. Освобождение. Вместе с накопленными знаниями Локуст терял часть собственных мана-каналов. Его правая рука почернела и начала гнить, но Локуст лишь до крови прикусил губу. Треск-треск-треск! Золотые жуки, освободившиеся от контроля и выращивания, пришли в неистовство. Один из них тут же бросился к лежащему Эрену, но Джулиан подхватил мальчика и отступил. Вдали, у входа в Павильон Ясной Луны, замерцали огни. — Стража? Похоже, к ним приближались факелы городских стражников. Увидев их, Клод и Локуст приготовились исчезнуть. Треск! — Куда?! Как только они рванули прочь, золотой жук снова атаковал Эрена. — Цк. Вот уж правда: стоит проявить доброту — и сразу появляются лишние проблемы. Чтобы не уподобляться человеческому мусору по имени «Джулиан», я усилил Лунный Меч и встретил клинком голову твари. Бам! Снова посыпались искры, а в ушах зазвенело от чудовищного удара. — После освобождения он окончательно обезумел? Двухметровый золотой жук будто стал ещё крупнее, а его панцирь — ещё твёрже. Казалось, тварь сжигала последние остатки жизни. — Другого выхода нет. Повернув рукоять, я прицелился в сочленение панциря. — Посмотрим, настолько ли ты твёрдый и здесь. Изменив угол, я вонзил Лунный Меч в сустав. Хлюп! Вместо звона металла раздался знакомый звук разрываемой плоти. В лицо брызнула тёмная кровь, но я едва успел уклониться. Фу, какая мерзость. Попади она на одежду — сознание этого тела снова устроило бы истерику. Даже представлять не хочется. — Фух… Золотой жук несколько раз дёрнулся и замер. Окрестности Павильона Ясной Луны погрузились в тишину. Стража приближалась, но ещё оставалось немного времени. — Талле. Я негромко позвал её, и она осторожно вышла из здания. — Кхм. Талле кашлянула и огляделась. Я собирался спросить, почему сюда пришли «Шесть Пальцев» и где находится Дантес, однако она явно опасалась чужих глаз. После такого боя жители трущоб и гости Павильона наверняка наблюдали за нами из каждой щели. — Артур, отнеси Эрена внутрь. — Но, госпожа… — Быстро. Услышав её властный голос, Артур подчинился. Зная, какой она станет через минуту, воспринимать эту харизму всерьёз было сложно. Талле быстро поманила меня в укромное место. — С-спасибо… Спасибо, что спасли нас, господин Джулиан! Как только рядом не осталось посторонних, она принялась без конца кланяться. «Похоже, Артур знает настоящую натуру Талле». Впрочем, сейчас речь шла о другом. — Почему «Шесть Пальцев» пришли сюда? — Потому что… — Отвечай. Это нельзя просто оставить без внимания. Из-за уведомления, появившегося при встрече с Клодом, я был раздражён сильнее обычного. Под моим взглядом Талле нервно сглотнула. — Возможно… из-за дворянина по имени Дантес Кристо. — Дантеса? Факелы приближались. Когда стража доберётся сюда, спокойно выслушать подробности уже не получится. — Да, дело в том… — Лучше говори быстрее. — Я сообщила Ферну, сотруднику «Закрытых Глаз», что Дантес, возможно, связан с Орденом Рассвета. Павильон Ясной Луны часто посещали дворяне, поэтому здесь всегда ходило множество слухов. К тому же Талле умела управлять фамильярами и легко собирала информацию. «Значит, Орден Рассвета и Ферн». Теперь стало ясно, зачем Ферн пришёл на встречу фотоклуба: он следил за Дантесом. И причина, по которой «Шесть Пальцев» появились сначала там, а теперь здесь, тоже была очевидна. «Дантес их нанял». Слова Талле подтвердили, что он тесно связан с организацией. — Пока никому не рассказывай о связи Дантеса с Орденом Рассвета. Поскольку я сам состоял в Ордене, скрывать подобные сведения было естественно. — Поняла. После случившегося Талле, похоже, решила, что в дела Ордена Рассвета лучше не лезть. Хотя настоящей угрозой был скорее сам Дантес. — Господин Джулиан, ещё раз спасибо. Вы спасли Эрена, и я… — Тише. Заметив приближающиеся огни, я жестом велел ей замолчать. Стража прибыла. — Мы получили сообщение и пришли… О, господин Джулиан! Обычно ради происшествия в трущобах стражники не стали бы так торопиться. Значит, у Ордена Кровавого Демона имелись связи с городской стражей. — Всё уже закончено. — Вот как? — Но почему вы здесь, господин Джулиан? — Из-за последних беспорядков, устроенных «Шестью Пальцами», я собирал сведения. — А, понятно! Бросив на них короткий взгляд, я убрал меч в ножны. — Требуется моя помощь в расследовании? — Нет-нет! Мы сами справимся! Разумеется. Их наверняка так быстро вызвали именно благодаря связям Павильона Ясной Луны. Лишнее вмешательство вроде меня им ни к чему. Да и я сам хотел поскорее уйти. — Тогда оставляю всё вам. Услышав, что я исчезну, стражники радостно закивали. Я направился к выходу из Павильона. Когда факелы скрылись и остался лишь лунный свет, вокруг снова стало тихо. «Клод Фебранс». Когда-то род Фебранс обнажил мечи ради императорской семьи и подавил восстание знати. Но это осталось в прошлом. От королевской ветви Фебрансов сохранилась лишь эмблема, а сам род почти угас. Последним огоньком свечи, которую вот-вот задует ветер, был Клод Фебранс. И всё из-за того происшествия. Но почему он оказался среди «Шести Пальцев»? В сотнях и тысячах известных мне сюжетных линий Клод ни разу не имел с ними ничего общего. Ни разу. После совершённого им преступления он должен был пойти совершенно иным путём. «…Где всё изменилось?» Пока я размышлял, с тёмной ветви дерева за мной наблюдала сова. Фамильяр Талле. — Найди Дантеса. Как только обнаружишь — немедленно доложи мне. При страже сказать это не получилось, но было достаточно передать приказ через фамильяра. Сова словно поняла, расправила крылья и полетела к Павильону. «Хаа…» Когда напряжение спало, глаза начало жечь, а к горлу подступила дурнота. Какая же морока. Я победил Красного демона и думал, что если удерживать Пинтеля на поводке, ничего серьёзного больше не произойдёт! Конечно, жизнь непредсказуема, но почему всё всегда идёт наперекор моим желаниям? Это раздражало. Пусть «Джулиан» любил размахивать мечом, я сам не испытывал особого удовольствия от сражений. «Но…» Теперь придётся доставать меч ещё чаще. Я вновь посмотрел на уведомление, появившееся при встрече с Клодом. ⇒ Черта 〈Сосуд Короля демонов〉 обнаружила аномалию. ⇒ Персонаж 「Клод Фебранс」 обладает чертой 〈Сосуд Короля демонов〉. Пока я ничего не подозревал, неприятности продолжали накапливаться одна за другой. ---------- Поймать за хвост (1) — Хм… Лазлот сразу заметил: сегодня Джулиан ведёт себя иначе. Обычно Джулиан казался суровым и пугающим, но сейчас спокойно поливал растения. Он почти всегда скрывал эмоции за улыбкой, однако в такие минуты от него исходило неподдельное удовольствие. Было видно, насколько серьёзно Джулиан относился к уходу за цветами. Лазлот не понимал, как выращивание растений может приносить такую радость, но именно в такие моменты в Джулиане проступало нечто человеческое. — Хаа… Поэтому, услышав его тяжёлый вздох, Лазлот сразу понял: что-то пошло не так. — Вас… что-то тревожит? Обычно страх не позволял ему задавать личные вопросы, не связанные с официальными докладами. Однако на этот раз любопытство пересилило. — …Хм. Лицо Джулиана неприятно похолодело, и Лазлот мгновенно пожалел о вопросе. Следовало, как всегда, сделать вид, что ничего не заметил. Но раз уж он обнажил меч, оставалось довести дело до конца. — Это связано с господином Дантесом? — Хм… На имя Дантеса Джулиан едва заметно отреагировал, но сильных эмоций не проявил. Тот явно занимал его мысли, однако не был главной причиной беспокойства. «Если господин Джулиан действительно решит разобраться с Дантесом, особых трудностей не возникнет». Колпаран и Пинтель стояли на его стороне. Они укрепляли позиции внутри Ордена Рассвета и обладали заметным влиянием на светских собраниях вроде клубных встреч. — Тогда дело в побеге Аннари? «Закрытые Глаза» ведут тщательное расследование. Скоро мы обнаружим её след. — Хм. На этот раз реакция оказалась сильнее, но и это было не то. «Почему меня вообще так волнует его настроение?» После того как Джулиан помог с академической стипендией, Лазлот неожиданно для самого себя начал следить за каждым его движением. А ещё… — Разве мы не товарищи и соратники? Для человека, не являвшегося дворянином и даже не занимавшего полноценной должности в «Закрытых Глазах», слово «товарищ» звучало почти непостижимо. «До чего же странный человек». Тот, от кого ожидали презрения к низшим сословиям, говорил подобные вещи совершенно естественно. — Где Ферн? — Он всё ещё расследует деятельность Ордена Рассвета. Сейчас работает в поле, поэтому точно не знаю, где находится… — Передай ему, чтобы временно прекратил расследование. Лазлот не мог просто потребовать такое. Он был лишь учеником, тогда как Ферн уже стал полноправным сотрудником «Закрытых Глаз», перейдя туда из Лазурных Львов. — Скажи, что это мой приказ. Пока лучше отступить от дел Ордена Рассвета. Вот теперь всё менялось. Если распоряжение исходило от Джулиана, фактического центра силы «Закрытых Глаз», Ферн обязан был подчиниться. — Но у нас нет веской причины, господин Джулиан. Это может вызвать лишние проблемы… Кхм. Под безразличным взглядом Джулиана Лазлот вытер со лба холодный пот. — …Понял. Ему казалось, что он разгадал смысл приказа. Если с Ферном что-нибудь случится во время расследования, императорская семья обратит на Орден Рассвета ещё больше внимания. Тогда возрастёт риск раскрытия двойной личности Джулиана. «Хотя с точки зрения Ордена проще всего было бы просто устранить Ферна». Даже несмотря на его принадлежность к «Закрытым Глазам». Впрочем, Лазлот решил не углубляться в размышления. Выполнять ровно столько, сколько ему поручили, — таков был его принцип. *** Одна из руководительниц «Шести Пальцев», Аннари, сбежала из тюрьмы. Похоже, именно это Клод и называл «настоящей целью». Из-за побега императорская семья подняла огромный шум. «Шесть Пальцев» были всего лишь одной из преступных организаций трущоб, однако выяснилось, что защита глубинной тюрьмы столицы оказалась взломана. «Совсем спятили». Узнав новости, я решил, что «Шесть Пальцев» явно мечтают умереть. «Начнёт ли императорская семья действовать?» Пока было неясно. Невозможно понять, какие планы роятся в головах тех, кто сидит наверху. Но одно я знал наверняка. «Скоро что-то произойдёт». После посещения Павильона Ясной Луны я заметил знакомых созданий, следовавших за мной. Подозвав одно из них, я связался с Талле. Морг. Морг. Стояло утро, поэтому ночная сова-фамильяр выглядела уставшей даже на человеческий взгляд. — Почему ты не доложила мне о расследовании Ферна? Вопрос казался совершенно разумным. Талле знала положение Джулиана в «Закрытых Глазах». Разве не должна была сообщать ему обо всём? Меня это раздражало. Настоящий Джулиан, вероятно, уже отрубил бы Талле голову, однако проблему это не решило бы. Сначала стоило выслушать её объяснение. — Я решила, что господин Джулиан сам поручил ему расследование, ведь оно велось от имени «Закрытых Глаз»… Какая нелепая наивность. Как Талле могла не понимать, что член Ордена Рассвета вроде меня не станет привлекать внимание к расследованию деятельности епископа? Хотя она и не знала, что я состою в Ордене. — Ладно. Что сделано, то сделано. Но отныне обо всём, связанном с «Закрытыми Глазами», сначала докладывай мне. — Да, поняла! — И всё же местонахождение Дантеса пока установить невозможно? Сова покачала головой. «Ничего не поделаешь». С сожалением я направил силу Анжелики в землю, устанавливая связь. Пусть Анжелика и была демоном, теперь её без преувеличения можно было считать частью моего тела. Если долго не пользоваться способностью, она начинала застаиваться, словно неиспользуемый навык. — Кстати… Откуда ты вообще узнала о Дантесе? Наверное, следовало спросить об этом раньше. Даже с выдающейся сетью осведомителей Талле подобные сведения не должны были доставаться так легко. — Один из гостей Павильона Ясной Луны проговорился, когда напился… — Пьяным? — Да. Мои люди случайно услышали его разговор и поняли общую картину. — Кто это был? Мне стало любопытно. Личности членов Ордена Рассвета держались в строгой тайне даже друг от друга. Человек, знавший о связи Дантеса с Орденом, мог оказаться куда большей угрозой. — Молодой человек по имени Эйтель. Сейчас он занимает должность директора Академии Байера. «Эйтель?» Ещё одно имя, отсутствовавшее в сюжете. Я припомнил молодого директора Академии, которого недавно встретил. «Раз уж ты марионетка, так и сиди тихо». Директор Академии Байера существовал в основном как вывеска, принимавшая жалобы и прошения. В отличие от заместителя директора Аллома, который был настоящим профессором, Эйтель не обладал ни знаниями, ни реальной властью. «Он попытался связаться с Орденом Рассвета ради собственных амбиций?» Хотел подняться повыше? Не мне его осуждать. Джулиан тоже примкнул к Ордену ради продвижения. И всё же неизвестная переменная, снова лезущая поперёк моих планов, раздражала. «До крайности неприятно». Что делать? Немного подумав, я заговорил: — Поиск Дантеса займёт ещё много времени? — …Похоже, да. — Тогда придётся искать его лично. — Вы сами отправитесь за ним? Сова растерянно почесала голову крылом, явно повторяя движение Талле. — Прошу прощения, господин Джулиан, но я тоже хочу окончательно закрыть этот вопрос. Я помогу. Дантеса следует устранить наверняка. От маленького фамильяра исходила твёрдая решимость. По движениям птицы легко читалось настроение хозяйки. Однако её слова нельзя было игнорировать. На кону стояли жизнь и судьба Павильона Ясной Луны, поэтому Талле хотела разобраться как можно скорее. — Обещаю: Аннари и Дантес скоро будут мертвы. В этом я не сомневался. — Почему вы так уверены… Уа-а! Анжелика неожиданно обвила лапу совы и начала вертеть её из стороны в сторону, внимательно рассматривая. Ты что творишь?! А если Талле поймёт, что ты демон?! Под моим осуждающим жестом Анжелика быстро отпустила птицу и вернулась ко мне. Её тело из чёрного стало тёмно-серым, словно от уныния. Хаа. Кто бы мог подумать, что демон окажется настолько робким. — Похоже, лапа зацепилась за ветку. Ничего серьёзного. — Вот как? — Да. На самом деле Анжелика всего лишь проверяла, съедобна ли сова, но об этом лучше было умолчать. По словам Талле, информацией о Дантесе располагал Эйтель. Прежде чем отправляться запугивать директора, я зашёл в подземную тюрьму ради подготовки. Как и ожидалось, камера Аннари пустовала. Бегло осмотрев её, я направился к Захарду. — Снова вы, господин Джулиан. Похоже, свободного времени у вас предостаточно. — Пока да. Но скоро его, вероятно, не останется. Возникла одна неприятность. — Хм, могу предположить. Это связано с «Шестью Пальцами»? Даже Захард, долгие годы служивший на севере, знал об этой организации. — Женщина из соседней камеры, кажется, принадлежала к ним. — Когда Аннари сбежала, шума не было? — Хм… Никакого. Никакого? — Пришли люди, заявили, что переводят пациентку. Показали правильно оформленные документы, и стража передала им заключённую после обычной проверки. Хитро. — Значит, тех стражников теперь не видно? Похоже, их исчезновение объяснялось не просто дисциплинарным наказанием. «Возможно, их постигло что-то похуже». Вот же морока. — Дерзко. После такого им будет трудно покинуть столицу. — Вероятно, они уверены, что сумеют избежать императорской погони. — Цк. Уверены, значит… Как они собираются ускользнуть, когда за ними охотится такое чудовище, как ты? — «Шесть Пальцев» возглавляет Клод Фебранс. При упоминании Клода лицо Захарда стало серьёзным. — Неприятный человек занял это место. Зная его способности, я понимаю, откуда у них такая наглость. Но серьёзность быстро исчезла. Захард снова принял вид стороннего наблюдателя и беззаботно посмотрел в мою сторону. — Только вернулся в столицу — и сразу увяз в проблемах. Бюрократия всегда приносит неприятности. — Поэтому я и хотел попросить вас о помощи, господин Захард. Его Аурная эхолокация был бы чрезвычайно полезен. Да и мастерство меча говорить само за себя. — Хм… Я бы помог, но посмотри на моё положение. После недавнего побега заключённой меня точно не выпустят, верно? Он огляделся и пожал плечами с настолько фальшивой беспомощностью, что это выглядело комично. Захард даже забывал, что слеп, настолько хорошо его Аурная эхолокация заменял зрение. По сути, он говорил: «Я пока спокойно посижу здесь и не стану лезть в очередную неприятность». Но позволить ему одному бездельничать я не собирался. Скрип. Я протянул Захарду официальный документ. — Хм… Бумага? Что это? — Прочитайте. Он принял лист и провёл пальцами по строкам. По мере чтения его лицо мрачнело. — Запрос о содействии… Понятно. Заключённым действительно разрешается помогать расследованиям «Закрытых Глаз». — Ха. Я коротко рассмеялся, увидев, как Захард поражённо цокнул языком. — Когда всё закончится, я добьюсь вашего освобождения. — Похоже, выбора нет. Придётся плясать под твою дудку. Заручившись помощью Захарда, оставалось лишь схватить Эйтеля. «Когда он окажется у меня в руках…» Поймать Дантеса за хвост уже не составит труда. «Ты перешёл черту, Дантес». Он стал слишком большой помехой. ---------- Поймать за хвост (2) — У-у-у-ух! Выбравшись из тюрьмы, Захард с наслаждением потянулся. — Воздух снаружи — нечто особенное. Я просидел взаперти совсем недолго, а он уже кажется таким вкусным. Хруст. Треск. Он покрутил корпусом, разминая затёкшие суставы, а затем повернулся ко мне. — Куда мы направляемся? В Академию Байера? — Да. — Хм. Значит, там есть кто-то, кто располагает сведениями о «Шести Пальцах»? — Верно. Это было не совсем правдой, но так ответить проще. Объяснять всё с самого начала слишком утомительно. Сейчас меня в первую очередь интересовало местонахождение Дантеса Кристо. Раз он нанял «Шесть Пальцев», те наверняка предоставили ему защиту. «Если он попытается опереться на род Кристо, то может погубить всю семью». Благодаря этому найти и устранить одного человека не составит большого труда. Однако полное уничтожение рода Кристо означало бы борьбу не только с родственниками Дантеса, но и с подчинёнными им рыцарями. Сражение одного человека против целого рода сейчас совершенно не привлекало. У меня и без того хватало дел. Пусть Кристо и не входили в Четыре великих рода, по влиянию они стояли недалеко от них. К тому же скоро должно было произойти событие, которое в любом случае приведёт эту семью к падению. Не было смысла лично тратить на неё силы. «Проблема — Клод». Он опасен. Пусть Клод действовал в одиночку, его мастерство превосходило уровень обычного рыцаря. Более того, он приобрёл отсутствовавшую в оригинале черту 〈Сосуд Короля демонов〉. «Почему это произошло — понятия не имею». Может быть… именно он теперь слышит «голос»? Впрочем, разберусь по ходу дела. Пока мы шли к Академии Байера, Захард вдруг заговорил с неожиданной тоской: — Академия… Ностальгия. — Вспомнили студенческие годы? Я чуть не спросил: «Сколько веков назад это было?», но вовремя прикусил язык. Несмотря на грозный вид, обижался Захард надолго, а успокаивать его потом было тяжело. — Нет. Вспомнил время, когда копил деньги на поступление. «Хм?» Над моей головой словно появился вопросительный знак. — Разве вы не дворянин? Поступление не должно было стать проблемой. — Хм? Я разве не рассказывал, Джулиан? Конечно нет! Мы никогда не беседовали о личном. В оригинале подобных подробностей тоже не было. Всё, что мне было известно о Захарде, ограничивалось его общим прошлым. Хотя, если подумать, и этого я знал достаточно. — Я вошёл в семью жены. Признание застало меня врасплох. По характеру Захард казался человеком, который никогда не согласился бы жить в доме супруги на правах принятого зятя. — …Родственники жены не возражали? Я понимал, что настоящий Джулиан никогда не задал бы такой вопрос. Ему были безразличны чужие истории. Но любопытство оказалось слишком сильным. — Тесть сказал, что разрешит брак, если я его одолею. — …И вы победили? Захард повернул ко мне незрячие глаза и рассмеялся. — А могло быть иначе? *** Перед Академией я сначала зашёл к Одвин с докладом. Особых претензий к моим последним действиям она не предъявила, но об одной встрече сообщить всё же следовало. — Я встретил Клода Фебранса. Это было скорее прихотью. Мне стало интересно, сможет ли Одвин рассказать что-нибудь полезное. Например, почему бывший командир связался с «Шестью Пальцами». — …Ух. Услышав имя Клода, она заметно помрачнела. Одвин отложила перо, которым до этого быстро заполняла документы, и тихо заговорила, словно подавляя неприятные чувства: — Знаете ли вы, что прежде должность командира «Закрытых Глаз» действительно занимали компетентные дворяне, способные работать в поле? — Да. Разумеется. После устроенного прежним командиром происшествия руководителя «Закрытых Глаз» убрали с полевой работы и превратили в человека, сидящего над бумагами. Как я мог этого не знать? «Просто красивая вывеска». Несмотря на изменения структуры, организация всё равно продолжила исполнять роль личного орудия императорской семьи. В первую очередь благодаря могущественному палачу по имени Джулиан Крайпарт Фрейсон. — Из-за Клода Фебранса должность теперь занимает разорившаяся дворянка без влияния, которой доверяют лишь переписку с секретариатом. «Такая, как я», — едва слышно добавила Одвин и пожала плечами. — Вы особый случай, но в целом человек на подобной должности рано или поздно ломается. Прежний командир Клод выполнял все задачи, которыми сейчас занимаетесь вы. До моего появления именно он был императорским палачом — «Кровавым мечом императорской семьи». Простолюдины или дворяне. Старики или дети. По приказу сверху Клод без колебаний уничтожал их всех. Снова и снова ему приходилось убивать невиновных детей знати лишь из-за политических связей их родителей. В конце концов он начал сомневаться в идеологии Империи. «Правильным ли путём я иду?» Даже если приказ исходил от императорской семьи, действительно ли требовалось так жестоко убивать младенцев, едва увидевших мир, и одиноких стариков, брошенных собственными детьми? Не найдя ответа, Клод однажды перебил сопровождавших его рыцарей и сотрудников «Закрытых Глаз», после чего сбежал. — Так… чем он занимается сейчас? Похоже, Одвин всё ещё думала о возможности исправить неоднозначную систему организации и потому хотела знать судьбу бывшего командира. — Он состоит в «Шести Пальцах». Более того, сейчас он ими руководит. — …Ничего себе. Одвин даже слегка приподнялась из кресла. На её лице отразилось неподдельное потрясение. — Пусть он и предатель, но я не представляла, что он присоединится к преступной организации. Я тоже. В оригинальной истории после нескольких событий Клод становился спутником Святого Меча. Позже его убивал человек, владевший демонической энергией, однако до самой смерти он оставался ярким и важным персонажем. А победить Клода в итоге должен был я — точнее, «Джулиан». Теперь развитие событий снова вело к неизбежному столкновению. Раз Клод возглавлял «Шесть Пальцев», оставить его в живых не получится. «Если я его убью…» Не вызовет ли это ещё одно крупное изменение сценария? Хотя какая теперь разница. Раз всё уже перевернулось, можно перевернуть ещё сильнее. *** — Некоторое время я не стану с тобой связываться. И запомни: что бы ни случилось, между нами нет никакой связи. После последних слов Дантеса Эйтель решил тихо сидеть в Академии и не высовываться. Но подавить растущее нетерпение оказалось невозможно. «Блять… сколько ещё изображать безобидную марионетку?» Он прекрасно понимал, что Орден Рассвета — не обычная организация. Они поклонялись Демоническому богу Барбатосу, использовали демоническую энергию и без колебаний проводили опыты над людьми. Именно поэтому Эйтель счёл Орден перспективным. «Сборище особенно извращённых дворян в обществе, где почти вся знать и так прогнила». Пусть он недолго жил как дворянин, одну истину уже усвоил. Знать могла быть «извращённой». И чем сильнее человек отличался от остальных, тем чаще занимал высокое положение. Только такие люди выдерживали внимание окружающих и умели навязывать собственную волю. Поэтому Эйтель и потянулся к Ордену Рассвета. «Ради жизни, достойной настоящего дворянина!» Его семья не обладала ни древним именем, ни выдающимися заслугами. За несколько поколений они едва накопили достаточно достижений, чтобы сохранить видимость дворянского титула. А самому Эйтелю оставалось сидеть в кресле директора Академии Байера и служить грушей для битья в спорах более влиятельных дворян. «Я думал, после вступления в Орден всё изменится…» Он ошибся. Вернее, всё оказалось даже близко не похоже на его ожидания. «Если бы они послушали меня и отправили Аннари в Павильон Ясной Луны, а не на встречу фотоклуба…» Мысленно проклиная нелепое решение Дантеса, Эйтель поднялся и подошёл к окну. Должность директора Академии была в основном показной, но всё же давала некоторую власть — и позволяла смотреть на остальных сверху вниз. — Воистину, Империя пришла в упадок из-за невежд, пытающихся плести интриги. Он снова цокнул языком и принялся наслаждаться видом. Сколько ни смотри с такой высоты, пейзаж не надоедал. «Наверное, из Универмага Сотни Одеяний или Магической башни вид ещё лучше». Стремиться выше всегда полезно. Повторив в уме услышанное когда-то мудрое изречение, Эйтель снова посмотрел вниз. «…Хм?» Словно судьба решила над ним посмеяться. В том месте, куда случайно упал его взгляд, стоял человек, подозрительно похожий на Джулиана. Эйтель сразу понял: «Всё пошло наперекосяк». Он краем уха слышал, что «Закрытые Глаза» начали расследовать деятельность «Шести Пальцев». Дантес тоже предупреждал: — Не связывайся с «Закрытыми Глазами». В последнее время они ведут себя странно. Учитывая шум в столице, их появление здесь могло означать лишь одно. «Они пришли искать сведения о „Шести Пальцах“!» А единственным связующим звеном был он. Естественно, они направились прямо к нему. Эйтель даже восхитился собственной проницательностью. Одновременно он быстро придумал, как покинуть Академию, не встретившись с Джулианом. — У меня появились дела, я выйду. Если кто-нибудь придёт, отвечайте, что меня нет. — Простите? А, конечно! Отдав приказ секретарю, Эйтель поспешил к заднему входу главного корпуса. Спустившись на нижние этажи, он нажал на третий кирпич в стене среднего уровня. Ш-ш-ш. Кирпич ушёл внутрь. Раздался механический звук, и между камнями открылась щель. Эйтель протиснулся туда и снова нажал на кирпич, закрывая проход. «Хе-хе…» Он оказался в тайном коридоре, о котором знали лишь несколько сотрудников Академии. «Ни один посторонний не сможет его обнаружить». Уверенный в безопасности, Эйтель неспешно двинулся по туннелю. Заброшенный проход был влажным и неприятно холодным, но такую мелочь можно было перетерпеть. «Кажется, здесь…» Дойдя до конца, он надавил на встроенный в угол кирпич. Др-р-р. Стена разошлась. Внутрь хлынул свет, и на лице Эйтеля появилась широкая улыбка. «Только безумец, выучивший чертежи здания наизусть, мог бы знать об этом проходе». Уверенный, что его невозможно найти, Эйтель выбрался наружу. И увидел именно того, кого меньше всего хотел встретить. — Хм… Значит, мне правильно сказали, что если подождать здесь, ты обязательно появишься. Перед ним стояли Джулиан и незнакомый мужчина средних лет. «Как… как они узнали?!» Сердце Эйтеля едва не остановилось. Почему этот узкоглазый стоял именно здесь? Под давлением его пугающего присутствия Эйтель оцепенел, но попытался сохранить невозмутимый вид. — Что привело вас сюда, господин Джулиан? — Господин Эйтель, прошу прощения, но нам необходимо срочно поговорить. Не могли бы вы оказать содействие? — К-кхм! Голос Джулиана звучал спокойно и деловито, но по спине Эйтеля уже стекал холодный пот. «Они пришли, всё зная?» Если да, с характером Джулиана разговор быстро превратится в насилие. «Надежда ещё есть». Оставалось сохранять невозмутимость и блефовать. Инстинкт подсказывал, что это единственный шанс. — Нет, я занят. Если есть вопросы, зададите позже. Поправив воротник, Эйтель попытался пройти мимо. Хвать! Захард схватил его за руку. — Лучше спокойно пойдите с нами и поговорите. — …Что? Возмущённый грубостью незнакомца, Эйтель повысил голос: — Ты хоть понимаешь, кто я такой? Похоже, ты слеп к действительно важным вещам… К-какого чёрта?! Хруст! Захард вывернул ему руку и впечатал в пол. — Впечатляет, господин Эйтель. Нескольких слов хватило, чтобы вы точно определили главную особенность господина Захарда. Сзади раздался язвительный голос Джулиана, а Захард коротко усмехнулся. — Как бы то ни было, ваша готовность сотрудничать со следствием поистине трогает. Джулиан говорил тихо, но каждое слово пронзало насквозь. — Даже если вы замешаны в происшествиях, из-за которых сейчас гудит вся столица… хе-хе. Неужели я зайду настолько далеко, что убью вас? ---------- Как обращаться с благородной кровью — Благодарю за сотрудничество, господин Эйтель. Как и в случае с Павильоном Ясной Луны, допрос не занял много времени. То ли алкоголь когда-то развязал Эйтелю язык, то ли он от природы не умел хранить тайны. К счастью, всё оказалось просто. Откуда он вообще узнал, что я не люблю насилие? Стоило мне мило улыбнуться и немного надавить словами, как Эйтель принялся выкладывать всё подряд. Даже не верилось, насколько легко он заговорил. В результате я узнал и местонахождение Дантеса, и причину, по которой директор ему помогал. — Орден Рассвета, значит… Захард тихо пробормотал, слушая признание Эйтеля. — Мы связались с неприятными людьми. — Именно. — Раз они сумели создать собственные силы такого масштаба, в определённом смысле организация действительно впечатляет. По лицу Захарда ничего нельзя было понять, но в голосе слышалось удивление. Теперь он тоже разобрался в общей картине. Эйтель связался с «Шестью Пальцами» через Дантеса Кристо. А сам Дантес состоял в Ордене Рассвета. — Много ли вы знаете об Ордене Рассвета? — Знаю, что в нём состоят высокопоставленные дворяне. Организация обладает достаточным влиянием, чтобы менять всё общество, а отдельные участники чрезвычайно сильны. Судя по услышанным ранее слухам, Захард имел некоторое представление об Ордене. В конце концов, туда вступали ради личной выгоды, возрождения рода или великой силы. Возможно, когда-то они пытались завербовать и его. Но… «Я ведь тоже член Ордена Рассвета». Они об этом не знают, верно? Наверняка нет. Я столько сил потратил, чтобы скрыть эту связь. «Но долго так продолжаться не может». Небо не спрячешь ладонью. Рано или поздно вся столица узнает, что я состою в Ордене Рассвета. И тогда императорская семья, ненавидевшая эту организацию, непременно начнёт действовать. «Нужно закончить всё как можно скорее». Чтобы выжить. Как и ожидалось, сейчас Дантес находился под защитой «Шести Пальцев». Предположение стало фактом. В памяти тут же всплыли расположения их укрытий. Позже в игре существовал особый эпизод под названием «Истребление крыс». Святой Меч и его спутники уничтожали организации трущоб, которые до этого терпели как необходимое зло. Однако событие запускалось лишь при определённом выборе игрока. «Зато я проходил его множество раз». Места убежищ «Шести Пальцев» хранились у меня в голове. «Дантес, вероятно, рядом с Клодом. Проблемой станут остальные Пальцы». Ворваться в одиночку, перебить всех руководителей организации и заодно разобраться с Дантесом? Невозможно. Как бы силён ни был Джулиан, в одиночку не справиться с множеством противников. Тем более каждый из Пальцев считался выдающимся бойцом. По отдельности я мог их победить. Но если нападут все сразу… «Даже мне придётся тяжело». И я не собирался проверять это на практике, особенно при наличии такой переменной, как Клод. Самоубийственный путь следовало исключить. «Но отступать нельзя». Выход был. В голову пришёл превосходный план. «Если собственных сил недостаточно, чтобы устранить Пальцы…» Нужно просто позаимствовать чужую силу. И найти того, кто предоставит необходимую мощь, было несложно. Кто понёс наибольший ущерб из-за нынешних действий «Шести Пальцев»? Странная группа людей, предпочитавших смерть унижению собственного «достоинства». И те, кому Джулиан хранил совершенно нелепую преданность. Императорская семья. Когда мысль окончательно оформилась, впереди показалась табличка «Секретариат». «Начнём отсюда». *** — Ух… Глава секретариата Седн Орбиан, спокойно пивший чай, скривился при моём появлении и тяжело вздохнул. — Похоже, вам приходится нелегко, господин Джулиан. Идти против обязанностей дворянина непросто. На лице Седна отражалось искреннее беспокойство. Из прошлых разговоров я знал, что он обожал рассуждать о «долге» и «сущности дворянства». Для человека, обычно говорившего кругами, сейчас он выражался удивительно прямо. Но отступать я не собирался. — Ничего сложного. Судя по обстоятельствам, именно такой поступок соответствует той «сущности дворянства», о которой вы говорили. — Хм… Ваше стремление достойно уважения, однако позвольте прояснить один момент. Звяк. Седн поставил чашку. — Прежде чем искать «сущность» дворянства, необходимо проявить должное уважение к императорской крови. Вы это понимаете? — Да. — Тогда направьте рвение на другие дела и не отказывайтесь от предложения принца Осборна. Седн говорил почти утешающе. — Что подумает Его Высочество, если вы откажетесь от ордена Королевского меча? На его лице появилась заметная тревога. На самом деле разговор после моего визита в секретариат начался так: Да, я действительно схватил Аннари на встрече фотоклуба и заслужил награду. Но затем не смог предотвратить её побег из тюрьмы. Следовательно, не имею права принимать орден! «Абсурд, правда?» Задержание Аннари и последующий побег были двумя отдельными событиями. Связывать их и отказываться от награды означало проявлять чрезмерную щепетильность. — Нет, господин Седн. Но кем я был сейчас? Джулианом — человеком, славившимся крайностями и болезненной требовательностью. Репутация фанатично преданного императорской семье слуги позволяла придать такому поступку вполне убедительный смысл. — Именно поэтому я не могу его принять. Более всего я опасаюсь, что награда разбавит чистоту моей преданности императорской семье. Во взгляде Седна появилось сомнение. Он явно не знал, стоит ли продолжать. «Моё актёрское мастерство растёт с каждым днём». Разумеется, всё было ложью. Кто станет искренне служить этой ужасной императорской семье? Она без разбора убивала людей — старых и молодых. Возможно, настоящий Джулиан действительно был им предан. Но не я. У меня ещё оставалось достоинство. — Кхм! Моя речь о верности, похоже, пришлась Седну по душе. Вот ведь настоящий фанатик. Вероятно, должность главы секретариата и близость к трону сделали его преданность настолько непоколебимой. По словам Калдраха, Седн тайно поддерживал третьего принца, хотя пока это не раскрыли. И всё же считать его союзником я не собирался. — Однако не следует совершать поступки, которые могут запятнать честь принца. — Господин Седн, я уже принял решение. На самом деле никакого твёрдого решения не было, но говорить следовало именно так. — Я недостоин ордена Королевского меча. Увидев мою непреклонность, Седн окончательно помрачнел. Поняв, что дальнейший спор бесполезен, он молча кивнул. — Вы ведь отказываетесь не из-за связи с третьим принцем? — Нет. Это моё личное убеждение. — В таком случае… Седн снова кивнул. — Но учтите: принц Осборн может не принять ваш отказ. — Ну… Я умышленно замолчал, изображая человека, который не рассматривал такую возможность. — Об этом я не подумал. В действительности именно этого я и добивался. Чтобы Осборн отказался принимать мой отказ. *** Завтра Джулиану должны были вручить орден Королевского меча. Многие дворяне завидовали такой чести. В секретариат стекалось огромное количество сведений. Даже без подслушивания здесь постоянно циркулировали слухи и разговоры. Но теперь сам награждаемый отказывался? Любая награда, лично вручённая членом императорской семьи, имела колоссальную ценность. Дело было не только в привилегиях. Она меняла политическое положение получателя и отношение окружающей знати. Именно внимание, зависть и обсуждения придавали ордену настоящую силу. Предполагалось, что Джулиан прекрасно понимает его значение. И всё же он отказался. «Императорская гончая действительно мыслит иначе». Как дворянин и представитель секретариата, Седн не мог понять решение, но и осудить его не получалось. Джулиан отказывался от награды лишь потому, что считал себя недостойным. Это полностью соответствовало представлениям Седна о дворянском долге. «Однако принц Осборн молчать не станет». Второй принц хотел вручить орден не только ради признания заслуг Джулиана. Он стремился укрепить собственное положение и удобно привязать к себе ценного союзника. Ходили слухи, что сам Седн находится под влиянием Калдраха, но помешать Осборну он всё равно не мог. «Раз уж получатель отказался, это больше не моя проблема». Информация уже дошла до второго принца. Седн посмотрел в окно. К зданию «Закрытых Глаз» приближался Осборн в сопровождении вооружённых рыцарей. Быстрее, чем ожидалось. *** Передо мной сидел мужчина в одежде с императорской эмблемой и смотрел властно, словно всё вокруг принадлежало ему. Второй принц Осборн де Адратан. Если честно, я ожидал его визита. — Я пришёл лично удостовериться, поскольку услышанное показалось мне невероятной ошибкой. Императорская семья, помешанная на гордости, не могла позволить кому-либо отказаться от её «милости». Политический расчёт тоже имел значение, но уязвлённое самолюбие играло не меньшую роль. «Ты посмел отказаться от моей награды?» Осборну требовалось восстановить пошатнувшееся достоинство. Именно поэтому всё нужно было подготовить заранее. Без такого повода я не смог бы встретиться со вторым принцем до церемонии. — Да. — Я примерно слышал причину. Но объясни ещё раз. Золотые глаза Осборна ярко блеснули. Прекрати упрямиться и спокойно прими орден. Это выгодно нам обоим. Такое давление исходило от всей его фигуры. «В отличие от Калдраха и Эульсиса, он крайне жёсткий». Осборн строго придерживался правил и обращался с окружающими властно. Я внутренне улыбнулся его поведению, идеально соответствовавшему «благородной крови». «Именно поэтому им легче пользоваться». В конечном счёте его поступками управляла гордость. Если понимать, как обращаться с этой гордостью, манипулировать человеком не так уж сложно. И всё же перед членом императорской семьи я ощущал некоторое напряжение. Одна ошибка — и придётся драться с рыцарями, ожидающими за дверью. — Кхм. Я кашлянул, приводя мысли в порядок. Вошедший вместе с Осборном Флюгель бросил на меня внимательный взгляд. Второй принц был главным покровителем магов. Похоже, Флюгель исполнял при нём роль придворного мага и телохранителя. Одного этого старого чудовища хватило бы для защиты, но такова уж «благородная кровь». Снаружи всё равно стояли многочисленные рыцари и слуги. — Я действую ради сохранения чести императорской семьи. Я настолько привык лгать, что слова вылетали сами собой. — Чести? Осборн слегка заинтересовался. — Да. В конечном итоге руководительница «Шести Пальцев» сбежала. Я не считаю это простым провалом охраны… Осборн поднял руку, прерывая меня. — Рано или поздно подобное должно было произойти. Если честно, безопасность императорской тюрьмы далека от совершенства. Я давно говорил об этом… кхм. Он быстро поправился. — Я неоднократно сообщал Его Величеству, что порядок передачи заключённых необходимо изменить. Но предложения постоянно отклоняли. Он едва не сказал «отцу»? Вот он, второй претендент на престол. — Система, при которой несколько ведомств могут забирать заключённых по одним документам, неразумна. Я много раз требовал её исправить, но меня не слушали. Не подозревая о моих мыслях, Осборн говорил всё громче. — В итоге именно эта система позволила мусору из «Шести Пальцев» сбежать!..И правда. Хотя я сам не раз пользовался её слабостями. Например, когда вытаскивал Захарда. — Поэтому нет, Джулиан. Это не твоя вина. Проблема в устройстве императорской тюрьмы, а не в том, за что ты должен отвечать. Длинная речь Осборна сводилась к простому: Неважно, виноват ты или нет. Просто возьми орден. И заодно покажи всем, что поддерживаешь меня. — Если так… Я изобразил, будто неохотно принимаю его доводы, заговорил и снова остановился. Приём сработал: всё внимание Осборна сосредоточилось на мне. — Думаю, церемонию награждения следует отложить. — Отложить? — Да. Пришло время перехватить инициативу. Продолжать прямо отказываться было опасно. Принц мог прибегнуть к «особым мерам». — Как вы сказали, порядок передачи заключённых несовершенен. И всё же прежде никто не сбегал, потому что боялся императорской семьи. Сначала немного лести. — Побег преступницы, нарушившей это негласное правило, запятнал имя императорской семьи. Я опасаюсь, что её престиж может пострадать. Основа была готова. Противостоять одновременно Клоду и всем «Шести Пальцам» трудно. Мне требовались союзники — как можно более влиятельные и сильные. — И? Когда нужно найти могущественного помощника в нынешнем государственном устройстве, ответ очевиден. — Что вы скажете, если до церемонии я вновь схвачу Аннари и полностью уничтожу «Шесть Пальцев»? К кому ещё обращаться, если не к императорской семье? ---------- Больше, чем ожидалось «Посмел использовать меня?» Принц Осборн давно разгадал намерение Джулиана, который смотрел на него с привычной хитрой улыбкой и прищуренными глазами. Безусловная преданность императорской семье? В этом мире такого не существует. Осборн прекрасно понимал: всё строится на взаимной выгоде. Более того, он был одним из претендентов на трон, а значит, обязан был разбираться в мотивах тех, кто к нему примыкал. «Но всё же…» Зачем? Что Джулиан мог получить, откладывая церемонию награждения и уничтожая «Шесть Пальцев»? Именно над этим вопросом Осборн ломал голову. Если понять истинную причину, он сможет перехватить инициативу и направить разговор в нужное русло. Не зная намерений Джулиана наверняка, он решил бросить пробный камень. — Хм… Неужели церемонию действительно необходимо откладывать? Джулиан, за твоими словами будто скрывается какой-то замысел… Хотя, разумеется, ты ведь не осмелился бы плести интриги против императорской семьи, верно? В ответ на завуалированное высокомерие Осборна улыбка Джулиана стала ещё шире. — Хухут. Ваше Высочество Осборн, я — Джулиан, называющий себя гончей императорской семьи. — Я знаю. Твоя преданность мне хорошо известна. — Тогда разве церемония не засияет ещё ярче, если мы исправим «ошибку» императорской семьи? Что? На мгновение Осборну показалось, будто он ослышался. Он полагал, что Джулиан желал отложить вручение ордена Королевского меча из-за исчезновения преступницы, которую сам поймал. Причиной для награды послужило её задержание, но теперь виновница сбежала — пусть и по недосмотру императорской семьи. Так думал Осборн. — Сделать церемонию ярче? Что ты имеешь в виду? Флюгель, сопровождавший принца, без разрешения вмешался в разговор, но Осборн не стал его останавливать. Вопрос мага в точности совпадал с его собственным. — Разве награда не обесценивается, когда её вручают лишь за поимку какой-то преступницы, ранившей нескольких дворян? — Ха-ха… Флюгель рассмеялся, будто услышал нечто совершенно нелепое. Орден Королевского меча не мог сравниться с высшей наградой первого класса, однако среди наград второго класса считался самой почётной. Более того, по своему весу он почти равнялся награде первого класса, поскольку вручить его имел право только член императорской семьи. Услышав, как Джулиан назвал такую награду недостаточно значимой, Осборн наконец начал понимать. — Я всегда знал, что ты амбициозен, но, похоже, твой замысел куда масштабнее, чем я предполагал. Осознание того, насколько велики его притязания, вызвало у принца тихий смешок. — Хотя да. Стоило немного подумать, и всё становится очевидно. В столице не осталось человека, который не знал бы, за чьей тенью гнался Джулиан. Изгнанный Святой Меч. После его ухода образовалась огромная пустота. — Джулиан, похоже, всё это время я тебя недооценивал. Никто не мог отнять у Хейдена Райха титул Святого Меча. Однако вполне возможно было унаследовать доверие Империи и восхищение народа, которыми он пользовался. — Ты намерен занять всё место, прежде принадлежавшее Святому Мечу. Простой награды ему было недостаточно. Он собирался исправить ошибку императорской семьи собственными достижениями, тем самым придав им максимальный вес. Разгадав, как ему казалось, весь замысел, Осборн удовлетворённо кивнул. Но пока это оставалось лишь догадкой, поэтому он взглянул на Джулиана, желая подтвердить свои выводы. «Как и ожидалось». Прищур Джулиана стал ещё глубже, а улыбка слегка расширилась. «Какого хрена он вообще несёт?» Я хотел отложить церемонию вручения ордена Королевского меча лишь потому, что собирался уничтожить «Шесть Пальцев» и заодно разобраться с занозой по имени Дантес Кристо. Но… «Занять место Святого Меча?» Даже для недоразумения это было уже слишком. Однако… «А ведь мне это даже на руку». Раз всё равно не находилось подходящего объяснения, лучше было поддержать заблуждение Осборна. — Я вовсе не собираюсь занимать пустующее место своего учителя, Ваше Высочество. Просто… — Просто? — Просто считаю нелепым, что все продолжают цепляться за следы человека, давно ставшего пережитком прошлого. — Ха-ха-ха! Суровое лицо Осборна постепенно смягчилось. — Мне тоже не по душе наследие Святого Меча. К тому же… Мои слова, похоже, искренне его развеселили. — Как ты верно заметил, Империи Адратан нужен новый герой. Человек, способный привлечь внимание народа — неважно, хорошее или дурное. Тихо зашелестев одеждой, Осборн поднялся с места. Когда он впервые вошёл в мой кабинет, на его лице читались жёсткость и недоумение. Теперь же взгляд прояснился, словно принц наконец нашёл ответ. — Тогда поступим, как ты предложил. Церемонию отложим. И я помогу тебе уничтожить тех, кто называет себя «Шестью Пальцами». Именно этого ты хотел, Джулиан? Что? Всё решилось настолько легко? От этого даже стало не по себе. Я рассчитывал получить помощь императорской семьи, но думал, что ради неё придётся приложить немало усилий. Всё-таки добиться содействия принца — далеко не простая задача. — Да, Ваше Высочество Осборн. — Хорошо. Тогда действуем по твоему плану. Я вежливо склонился, провожая Осборна взглядом. Когда принц и Флюгель покинули кабинет, внутри воцарилась неприятная тишина. — Фух… Разговоры с принцами каждый раз отнимали годы жизни. Одна неверная фраза — и уже ничто не мешало очнуться на эшафоте. «Но почему он согласился так быстро?» Подозрительно легко. «Занять место Святого Меча…» Похоже, именно это заблуждение оказалось решающим. Для претендента на трон положение Святого Меча имело особое значение. Любой принц, заручившийся его поддержкой, без труда получил бы доверие дворян. «Но Джулиан всё равно не сможет занять это место». В этом я не сомневался. Как бы сильно Империи ни требовался новый герой, человек с моей репутацией не мог заменить Святого Меча. Сам этот титул ассоциировался с благородством и чистотой. Сейчас мне оставалось лишь воспользоваться помощью императорской семьи и разобраться с назойливыми ублюдками. «Ничего странного произойти не должно». …Так я думал. «Шесть Пальцев» были всего лишь преступной организацией из трущоб. Я предполагал, что нам выделят несколько взводов жандармерии, отряд рыцарей и, возможно, пару магов. Этого было бы вполне достаточно, чтобы справиться со всеми Пальцами, кроме Клода. Но я ошибся. — Гва-ха-ха-ха! Громовой хохот прокатился по огромному залу совещаний, рядом с которым мой кабинет казался тесной кладовой. — Сколько знакомых лиц собралось в одном месте! Мужчина, больше похожий на гориллу, окинул сидящих за круглым столом людей взглядом и широко ухмыльнулся. Его звали Тео Реннок. Командир Непоколебимого ордена, прославившегося чудовищной силой во время осадных сражений. — Потише, Тео! От твоего ржания уши закладывает. — Гва-ха-ха! Не будь такой суровой, Карина! На его смех огрызнулась Карина Хиникс, командир Клеймёных рыцарей. Прямо напротив неё сидел Швальт, командир Лазурных Львов. Как обычно, он мрачно смотрел на меня. «И это оперативная группа для уничтожения „Шести Пальцев“?» Три рыцарских ордена и «Закрытые Глаза». «Это уже не перебор?» От абсурдности происходящего я невольно усмехнулся. Нам предстояло всего лишь уничтожить преступную организацию. Но ради этого отправили сразу три рыцарских ордена? — И всё-таки привлекать три ордена и одно подразделение императорской семьи ради банды из трущоб? — проворчала Карина, словно озвучивая мои мысли. — Не задавай лишних вопросов, Карина! Всё совершается по приказу досточтимого принца Осборна! — А мне уже нельзя сомневаться? Это просто шайка преступников из забытых всеми трущоб! Повысив голос, Карина встретилась со мной взглядом и вдруг кашлянула. — Ну… Я просто так думаю. Верно? Она пожала плечами и обратилась к одному из Клеймёных рыцарей за своей спиной. Что это? Командир ордена боится Джулиана? Нет, над её головой не было видно Цвета Негатива. Значит, дело не в страхе. Возможно, мы уже встречались раньше? — Мы рыцари! Наш долг — исполнять приказы! — прогремел Тео. Какой же он громкий. В тексте его голос тоже описывали как оглушительный, но вживую это оказалось ещё хуже. — Верно, Швальт? Скажи хоть что-нибудь! — Как ты и сказал, мы рыцари, и наша обязанность определена. Но меня интересует одно. — Что именно? Швальт указал на меня пальцем. — Почему именно этот человек назначен командующим операцией? Он когда-нибудь перестанет цепляться ко мне? Я пожал плечами. — Его Высочество Осборн выбрал человека, наиболее подходящего для этой роли. «Я и сам, если честно, не понимаю почему». Но если сказать это вслух, они начнут смотреть на меня свысока, поэтому я предпочёл сохранить уверенный вид. — Хм. И правда необычно, что человек из «Закрытых Глаз» командует операцией, в которой участвуют сразу несколько глав рыцарских орденов. — А меня это не беспокоит, — весело заявила Карина. — Что? Почему? Она лукаво улыбнулась и махнула рукой. — Потому что он красавчик. — Это не причина. — Швальт, ты слишком деревянный. Женщин такое отталкивает. Мужчине не помешает немного хулиганского обаяния, понимаешь? С этими словами она ухмыльнулась мне и помахала рукой. — Невероятно. Сначала Эульсис, теперь ещё и принц Осборн… — пробормотал себе под нос Швальт. Не обращая на него внимания, я хлопнул в ладони, привлекая внимание командиров. — Раз уж все собрались, кратко разберём завтрашнюю операцию. Я по-прежнему не понимал, почему Осборн вложил в это столько сил, но раз всё зашло так далеко, оставалось взять командование на себя. — Его Высочество Осборн приказал нам повторно задержать недавно сбежавшую преступницу Аннари и уничтожить организацию «Шесть Пальцев», к которой она принадлежит. — Хм! Хм! Даже после такого простого объяснения Тео энергично закивал. В другой ситуации столь бурная реакция могла бы подбодрить меня продолжить, но… — Однако у меня есть вопрос! Его голос снова ударил по ушам. — Как называется операция?! Нам ведь нужно сообщить название остальным рыцарям! Название операции. Честно говоря, я об этом не думал. Я вообще не ожидал, что всё разрастётся до таких масштабов. «А». И тут в голову пришёл подходящий вариант. — Операция называется… В сюжете, когда Святой Меч громил «Шесть Пальцев», соответствующая арка носила именно такое название. — «Ломаем пальцы». ---------- Ломаем пальцы (1) Событие под названием «Ломаем пальцы» в игре «Let’s Kill the Demon King Now» развивалось следующим образом. Всё началось с происшествия в трущобах. Демон, вырвавшийся из ныне уничтоженной подземной лаборатории Айдена, напал на трущобы и превратил их в руины. Несколько рыцарей императорского подразделения, прибывших для расследования, оказались застигнуты врасплох. В итоге ради сохранения престижа Святого Меча и достоинства императорской семьи в шестой район направили рыцарский орден, чтобы взять ситуацию под контроль и уничтожить базу «Шести Пальцев». Во время этой арки Клод Фебранс находился в отряде Святого Меча и оказал огромную помощь в операции. «А сейчас он сам застрял среди Пальцев, которых вот-вот переломают». Жизнь, конечно, непредсказуема, но разве её не заносит уже слишком сильно? Как бы там ни было, сейчас мне больше всего хотелось поскорее выбраться из этого грязного, пропитанного вонью места. — Господин Джулиан, расстановка «Закрытых Глаз» завершена. Сотрудник доложил, что наши люди замкнули восточную часть шестого района — оплот «Шести Пальцев» — с четырёх направлений. Кивнув, я осмотрелся. Несмотря на огромное число рыцарей, от «Закрытых Глаз» присутствовало лишь пятеро. Я мог привести больше, но… «А есть ли смысл?» Лишние люди здесь не требовались. Большую часть работы всё равно выполнят рыцарские ордена. — На нас смотрят не слишком дружелюбно, господин Джулиан. Среди сотрудников «Закрытых Глаз» находился Лазлот. Официально он ещё не состоял в организации и числился лишь стажёром, поэтому брать его на операцию не полагалось. Однако Лазлот сам настоял на участии: неподалёку располагался приют Генмел, где жили дорогие ему люди. — Рыцари никогда не смотрят на нас дружелюбно. Но раз уж обстоятельства сложились таким образом, придётся сотрудничать. Коротко улыбнувшись, я взглянул на рыцарей, развёрнутых в восточной части района. — Для меня честь снова увидеть фехтование господина Джулиана собственными глазами. Среди них оказался знакомый человек. Лицо я помнил, а имя — нет. Мы определённо встречались раньше. Заметив мою заминку, он представился первым. — Я Хайнрих. Вы… забыли? — Как я мог, господин Хайнрих? Рад видеть вас в добром здравии. Стоило услышать имя, как память вернулась. Он был одним из Лазурных Львов, которых я встретил, когда вместе с Ферном и Айлин отправился чинить резонансные камни. В отличие от Ферна, Хайнрих, похоже, по-прежнему служил в ордене. «Так и должно быть». Необычным случаем был именно Ферн. Из всех тех рыцарей он один решил вступить в «Закрытые Глаза», впечатлившись Джулианом. — Ха-ха. Я успешно прошёл восстановление и снова служу рыцарем. И всё благодаря вам, господин Джулиан. — Вы выжили лишь благодаря собственному мастерству. Это была обычная вежливая похвала, но глаза Хайнриха заблестели, будто слова его искренне растрогали. — Благодарю вас. Благодарить было не за что. Я просто сказал то, что звучало уместно. — Могу я задать вопрос? — Конечно. — Как поживает Ферн в «Закрытых Глазах»? Если под «поживает» подразумевалось «ещё не умер», то вполне хорошо. Однако дать однозначный ответ было сложно: сейчас Орден Рассвета как раз проверял, насколько крепка у Ферна нить жизни. Разумеется, сказать это вслух я не мог. — Достаточно хорошо. Наверное, Хайнрих истолковал мой неловкий ответ в положительном ключе и кивнул. — Говорит Тео из Непоколебимого ордена! Расстановка на западе завершена! Голос Тео прогремел из переговорного артефакта. Даже переданный магией связи, он всё равно звучал раздражающе громко. — Клеймёные рыцари на юге тоже готовы, — раздался голос Карины. Благодаря проведённому «расследованию» я примерно знал расположение убежища «Шести Пальцев», поэтому точки окружения определили заранее. Конечно, некоторые командиры сомневались в надёжности сведений. «Да настоящие они! Я уже проходил это в игре». Вместо такого объяснения я сказал, что данные собраны по приказу принца. Для этих людей императорский приказ был достаточным основанием даже лечь и притвориться мёртвыми. — …Север тоже готов, — коротко сообщил Швальт. В его голосе отчётливо звучало недовольство. «Таких, как он, обычно удаётся привести в чувство только хорошей взбучкой». Так или иначе, когда Лазурные Львы закончили подготовку, настало время начинать. — Тогда ещё раз кратко повторю план. База подпольной организации «Шесть Пальцев» разрослась под шестым районом трущоб настолько беспорядочно, что фактически превратила весь район в лабиринт. — Точнее, речь идёт о подземных ходах. Именно там расположены основные силы «Шести Пальцев». Из-за хаотичной застройки под землёй существовало множество тоннелей, о которых императорская администрация не знала. — Господин Джулиан, значит, здания, упомянутые на прошлом совещании, являются входами в эти тоннели? — спросила Карина. Вместо обычного «господин» она игриво назвала меня «учителем». Даже не видя её лица, я мог представить лукавый прищур кошачьих глаз. Лучше об этом не думать. — Да. Это входы. — Как отличать мирных жителей от преступников? — теперь спросил Тео. — В соответствии с названием организации её участники носят на плече татуировку ладони с пятью растопыренными пальцами. Опознать их будет несложно. — Но где тогда шестой палец? — Шестой — это Внешний Палец, глава, управляющий остальными пятью. — Значит, учитель Джулиан, если Клеймёные рыцари схватят Внешний Палец, всё станет гораздо проще? Если бы это было так легко, зачем мне понадобилась помощь принца и все вы? Сейчас пост Внешнего Пальца занимал Клод Фебранс. При необходимости я мог с ним справиться, но противник он был крайне неприятный. Как и Джулиан, Клод обладал уникальной аурой. — Да. Прошу Клеймёных рыцарей взять его живым. Главной моей целью был Дантес. Если сначала разобраться с Клодом, дальнейшее станет проще. Но прежде их нужно было разделить. — Начинаем операцию. Все видят здания, указанные на инструктаже? — Вижу. — Вижу! — … Один человек не ответил, поэтому я спросил ещё раз: — Вы видите, господин Швальт? Лицо Швальта наверняка перекосилось. «Хотелось бы увидеть». Несколько мгновений в переговорном артефакте стояла напряжённая тишина, затем раздался треск. — …Вижу. Получив последнее подтверждение, я поднял взгляд. Перед нами стояло обшарпанное здание с вывеской «Бар». Одного взгляда на грязный фасад хватило, чтобы ощутить отвращение, однако я всё равно вошёл вместе с отрядом. Что поделать. Работа есть работа. — Хм? Что ещё за… Кто вы такие? Для владельца таверны он говорил так, будто посетители здесь были нежеланными гостями. Увидев, что мы молчим, мужчина быстро понял: дело неладно. Не обращая на него внимания, я осмотрел помещение. — Трое участников «Шести Пальцев». Мирных жителей не было. Даже не проверяя татуировки, я был уверен. — Для начала приберёмся здесь. Моё бормотание стало сигналом. Во главе с Хайнрихом рыцари рванули вперёд, словно гончие. — Что… что происходит?! — Вы с ума сошли?! Пальцы вскочили и попытались сбежать, но от опытных рыцарей уйти не смогли. — Вжух! Клинок Хайнриха достиг цели, и из тела преступника брызнула кровь. Грязный пол окрасился алым, и я невольно поморщился. — Мерзость. Как это вообще отмывать? Наверное, видеть смерть человека и думать лишь о грязи было несколько ненормально. Над головой стоявшего рядом Лазлота после долгого перерыва появился Цвет Страха. — Кстати, Лазлот, ты ведь пошёл с нами из-за приюта? — Что? А… да. — Тогда отправляйся. В трущобах скоро начнётся хаос, лучше действовать заранее. Когда мы войдём в главный комплекс «Шести Пальцев», рыцари сами справятся с боем. Отсутствие одного человека ничего не изменит. — Понял. Спасибо, господин Джулиан. Поклонившись, Лазлот ушёл. — Зачистка завершена, господин Джулиан. Хайнрих спокойно подошёл ко мне, оставив позади обезвреженных преступников. Не зря их называли рыцарями. Они выполнили задачу быстро и чётко, вызывая невольное уважение. — Благодарю за работу, но всё только начинается. Придётся ещё немного потрудиться. — Да! Я направился к стойке с бутылками. На полу рядом лежал толстый ковёр. Отодвинув его, я увидел деревянную крышку на петлях. Она будто кричала: «Открой меня!» Что ж, откроем. — Скрип… Из-под крышки ударил затхлый запах. Они здесь вообще никогда не убираются? Раздражает. Когда люк полностью распахнулся, внизу показался тёмный проход. — Поразительно, господин Джулиан. Вы нашли его с первой попытки. Это наверняка вход в их убежище. Давайте спускаться. — Господин Хайнрих, можете принять командование отсюда? — Что? Как и ожидалось, просьба его озадачила. «При таком количестве свидетелей ловить Дантеса бессмысленно». Никакой пользы. Пока злодеяния этого ублюдка не раскрыты, рыцари увидят лишь дворянина, которого удерживает преступная организация. «Нужно действовать одному и тихо всё уладить». Я не был уверен, что операция вообще позволит схватить Дантеса. Если повезёт, я смогу от него избавиться. Но дворянский титул он носил не просто так: наверняка подготовил несколько путей отхода. Как и во время собрания фотоклуба. Однако из-за поднявшегося шума возможные направления побега становились предсказуемыми. *** Клод тоже знал о происходящем. Спокойная прежде мана в трущобах пришла в движение. Острые волны убийственного намерения то и дело касались кожи, ясно показывая: это не обычная суматоха. Казалось, приближался конец «Шести Пальцев». «Хорошо». Чувствуя, как плотные сгустки маны приближаются, Клод был доволен. — Беда! Босс, рыцари прорвались внутрь! — И не с одного направления! Они идут сразу через четыре входа! — Что?! На донесения подчинённых отреагировал не глава, а беспокойно сидевший в кресле Дантес. Он вскочил на ноги, побледнев. — Как… как такое произошло, Клод? Если так пойдёт дальше, меня схватят раньше, чем я успею сбежать в Федерацию! Дантес почти бессвязно тараторил, а Клод смотрел на него с откровенной насмешкой. Жадность читалась на лице этого человека настолько явно, что он без колебаний признался в принадлежности к Ордену Рассвета. Когда его разоблачили и над ним навис гнев Империи, Дантес решил искать убежища в Федерации. «Шесть Пальцев» как раз готовили побег. Но Федерация не собиралась принимать его просто так. В качестве платы за убежище он намеревался передать военные сведения, собранные родом Кристо. — Возвращайтесь на позиции, — приказал Клод докладчикам. Отослав их, он посмотрел на Дантеса. — Успокойся. Остальные Пальцы выиграют нам время, а отсюда есть секретный тоннель. — С-секретный тоннель?! — Да. Лицо Дантеса немного расслабилось. Похоже, он верил: стоит покинуть убежище — и путь к границе будет открыт. Или страх настолько затуманил его разум, что тот перестал нормально соображать. Криво усмехнувшись, Клод поднялся. — К-куда ты собрался? — Проверю, свободен ли путь отхода. Могли возникнуть непредвиденные обстоятельства. — Ты ведь не собираешься бросить меня?! — Разумеется, нет. Мне заплатили, и я выполню работу. Кроме того… Рыцари штурмовали убежище огромными силами. «Возможно, и мне придётся бежать в Федерацию». Клод понимал, насколько серьёзным было положение. — Ч-чёрт… Если бы ты не вытащил из тюрьмы эту Аннари или как её там, мы бы не привлекли столько внимания! Зачем ты вообще…? Не слушая дрожащего Дантеса, Клод надел меч и направился вглубь убежища. Его целью был тайный выход, ведущий к кладбищу на окраине столицы. Он отпирал одну дверь за другой, пока не добрался до последней. Рука легла на дверную ручку. — Хм? По пальцам пробежало неприятное покалывание. Смерть. Инстинкты человека, не раз чудом избегавшего гибели, предупредили его. «Вот как. Забавно». И всё же Клод повернул ручку и распахнул дверь. За ней стояло знакомое лицо. — Куда же вы так спешите, господин Клод? У выхода его ждал Джулиан Крайпарт Фрейсон — бывший товарищ по «Закрытым Глазам» и прямой ученик Святого Меча. ---------- Ломаем пальцы (2) — Как тихо! Голос Тео Реннока, командира Непоколебимых рыцарей, прогремел по подземным коридорам убежища «Шести Пальцев» и многократно отразился от стен. При этом его лицо и доспехи были перемазаны липкой кровью, что разительно контрастировало с беззаботным тоном. — Возможно, потому что командир Тео уже перебил всех преступников на пути? — Вот оно что! Гва-ха-ха-ха! Снова громко рассмеявшись, Тео широко взмахнул своим оружием — тяжёлой булавой. — Грохот! Булава врезалась в стену. Что-то с хрустом смялось, и между кирпичами потекла кровь. — Кх… кх…! Участник «Шести Пальцев», скрывавшийся при помощи магии, схватился за грудь и закашлялся кровью, невольно раскрыв себя. Тео не дал ему ни секунды. — А-а-а-а! — Бам! Голова преступника разлетелась под вторым ударом булавы. Тело ещё немного подёргалось, после чего замерло. — Ке-ха-ха-ха! Крыса-маг! Думал, спрячешься, и я тебя не замечу?! Отшвырнув труп ногой, Тео повёл рыцарей дальше. Убежище «Шести Пальцев» напоминало лабиринт, и даже после долгого продвижения конца им не было видно. — Магические устройства всё ещё не работают?! — Да, господин. Похоже, под землёй магия связи нарушена. — Вот же морока! Почему проклятые маги никогда не могут нормально сделать свою работу?! В отличие от рыцарей, которых он искренне уважал, Тео совершенно не скрывал неприязни к магам. — Но если продолжим зачищать коридоры, наверняка встретимся с другими орденами! — То есть у нас вообще нет плана? — Отсутствие плана и есть наш план! Таков девиз Непоколебимых рыцарей, запомни! Ке-ха-ха-ха! Продолжая хохотать, Тео двинулся вперёд. Вдалеке показался мужчина, который неловко озирался, будто искал путь к отступлению. — Хм? Этот человек…? — Дантес, дворянин из рода Кристо. — Что дворянин из рода Кристо забыл в таком месте? — Возможно, его похитили… Услышав предположение заместителя, Тео тяжело вздохнул. Он уже собирался подойти к Дантесу и объявить, что тот спасён, когда мужчина заметил их и в панике бросился бежать. — Господин Дантес! Куда вы?! Если упадёте и поранитесь, мне придётся писать отчёт! Тео рванул следом. Пока командир играл с Дантесом в догонялки, из бокового прохода внезапно выскочил перепуганный участник «Шести Пальцев» и бросился на него. — Это ещё кто? Не сбавляя шага, Тео ударил нападавшего кулаком. — Бух! Тот с глухим звуком впечатался в пол, а за ним показались новые противники. — Уничтожить всех! По приказу Тео Непоколебимые рыцари ринулись вперёд и начали резню. Бой был односторонним. Но рыцари не знали жалости. Преступников следует подавлять беспощадно — эта мысль прочно засела в их головах. — Где господин Дантес?.. Хм? Собираясь снова броситься в погоню, Тео заметил нечто странное возле одного из павших тел. От трупа исходила мана. Подобного быть не могло. — Яд?! Фиолетовый газ начал расползаться по коридору. Тео, командир Непоколебимого ордена, умел обращаться с аурой и обладал настолько крепким телом, что большинство ядов почти не действовало на него. Но остальные рыцари были не такими. — Кх… кх…! Не обладая его сопротивляемостью и чудовищным телосложением, они быстро надышались ядом. — Блять! Я ведь говорил вам выработать привычку понемногу принимать яд! — Это под силу только вам, командир, — ответил заместитель, успевший закрыть дыхательные пути и избежать отравления. Но настоящая проблема была впереди. Упавшие рыцари начали подниматься. — Эй! Чего вы такие слабые… Слабые… Что происходит? Это ещё что?! Любой, впервые увидевший их движения, испугался бы: рыцари шатались, словно ожившие мертвецы. — А! Тео вспомнил содержание одного из докладов. — Кукольный яд! Его использовала преступница, сбежавшая из зала собраний! — Что будете делать? — спросил заместитель. — Разумеется… Оставив заместителя хвататься за голову, Тео высоко поднял булаву. Затем посмотрел на рыцарей, ещё недавно следовавших за ним. — Я исполню долг командира! *** На окраине столицы я запечатлел в памяти мрачный вид общего кладбища и посмотрел на стоящего передо мной мужчину. Клод Фебранс. Бывший командир «Закрытых Глаз», а ныне глава «Шести Пальцев». — Я никуда не спешу. Но при нынешних обстоятельствах мне приходится торопиться, разве нет? Увидев меня, он на мгновение растерялся, однако быстро вернул самообладание. — К тому же вы знали об этом выходе? — Разумеется. С этим местом меня связывают определённые воспоминания. На самом деле никаких воспоминаний не было. — Вот как? Меня тоже. Говорят, где-то здесь похоронены убитые мной рыцари. Какая ирония. Похоже, сегодня история повторится. Клод усмехнулся, будто говорил о пустяках. Перед боем я хотел прояснить один вопрос. Этот человек открыто пошёл против императорской семьи. — Зачем вы спасли Аннари? — «Шесть Пальцев» ценят товарищество. В отличие от рыцарей. В отличие от рыцарей. Последние слова Клод произнёс с особым нажимом. — Похоже, вы их ненавидите. — А за что мне их любить? Когда я сражался за дворянство, оставаясь верным роду Фебранс… До сих пор голос Клода был спокойным. Но стоило заговорить о рыцарях, как в нём вспыхнуло пламя. — Те, кем я восхищался, сделали вид, будто не замечают падения моей семьи! Его глаза пылали ненавистью. Ненавистью к рыцарям. Даже если они действовали по приказу императорской семьи, Клод считал, что они совершили зло, прикрывшись праведностью. Их высокомерное равнодушие превратило его в того, кем он стал. Ради уничтожения рыцарей он был готов сжечь самого себя. Но для прямого противостояния Империи ему не хватало влияния, силы и славы. Поэтому он начал с того, что было ему по зубам. «Вот почему он считается подходящим Сосудом Короля демонов?» Возможно, Демонический бог принял его желание разрушить Империю и потому выбрал кандидатом на роль Короля демонов. — Поэтому я и спас Аннари. — Зачем? — Её яд превращает людей в марионеток. Я хочу собственными глазами увидеть, как рыцари, прикрывающиеся «праведностью», убивают собственных товарищей. — Какая низость. — Низость? Я называю это причинно-следственной связью. — Именно поэтому я и сказал, что это низость. — Что? Клод едва заметно дрогнул. — Вы говорите так, будто движимы великой целью. Честно говоря, я не любил слушать подобное. Чужие обстоятельства не были моей ношей. Я хотел жить настолько эгоистично, насколько возможно, стараясь причинять минимум вреда окружающим. «Моральный эгоизм». Когда произносишь это вслух, звучит странно. Как бы там ни было… — То, чем вы занимаетесь, — обычное преступление. Ни больше ни меньше. Зачем прикрывать его красивыми словами? Я усмехнулся. — Может, потому что даже вы понимаете, насколько неправы? Больше слушать его не имело смысла. — Шинг. Я обнажил Лунный Меч. — Очень жаль. Жаль ему, видите ли. — Я думал, человек из «Закрытых Глаз», собственными глазами видевший тёмную сторону императорской семьи, хотя бы поймёт меня. — Искать понимания здесь… ▶ Обострённое чутьё ▷ Обнаружено убийственное намерение, угрожающее жизни. В одно мгновение кожу покрыло мурашками, а Клод, только что стоявший в нескольких шагах, оказался прямо передо мной. «Быстрый!» Невероятная скорость. Неопытный человек попытался бы отшатнуться и прикрыться клинком, но я поднял ножны, блокируя удар. — Треск! К счастью, ножны не сломались: их обвивала Анжелика. Проблемой стало следующее движение Клода. Я внимательно рассмотрел его меч из Звёздного железа. «Как и думал, это не настоящий клинок, а осколки Звёздного железа, собранные в форму меча». Его уникальная аура называлась «Сцепление осколков». Она позволяла собирать частицы минерала и формировать из них оружие. Издали меч казался обычным, но вблизи было видно: настоящей режущей кромки у него нет. Он походил на необработанную железную руду. И в любой момент Клод мог рассеять составляющие его осколки. «Сейчас». — Бум! Обострённое чутьё снова предупредило об опасности. Из меча выстрелили тёмные фрагменты. Я обернул Анжелику вокруг тела, отпустил ножны и прыгнул вверх. — Бух. Используя силу падения, я обеими руками обрушил Лунный Меч на голову Клода. — Лязг! «Цок». К сожалению, он успел заблокировать удар. ▶ Система ▷ Цель также обладает чертой «Сосуд Короля демонов». ▷ Черта «Сосуд Короля демонов» препятствует сражению с целью. Что за хрень?! Препятствует сражению? Какого чёрта, ублюдок?! Пока я отвлекался на внезапно появившийся текст, меч Клода будто пронзил само системное окно и устремился ко мне. «Блять!» Я не ожидал, что после такого столкновения он сумеет мгновенно контратаковать. Но инстинкты Джулиана перехватили управление. Колено снизу ударило по рукояти и сбило клинок Клода с траектории. — У вас чудовищная реакция! Я и сам так думаю. Тело Джулиана двигалось раньше, чем я успевал осознать опасность. — Ха! Восхищался Клод недолго. Восстановив равновесие, он снова занёс меч. Я обернул Анжелику вокруг левой руки и врезал кулаком ему под солнечное сплетение. — Бух! — Кх…! Удар отдался резкой болью в пальцах. «Попал». Клод застонал, прижал ладонь к груди и отступил на шаг. «Преимущество у меня». Нужно заканчивать. Будто прочитав мысли, Клод замахнулся и рассеял осколки Звёздного железа, пытаясь выиграть время на восстановление. В воздухе уже роились десятки фрагментов. «Плевать». Такое можно выдержать телом. Я прикрыл Анжеликой места, где ранение могло оказаться смертельным, и рванул прямо на Клода. Нужно добить его, пока преимущество на моей стороне! — Хлюп! Несмотря на защиту Анжелики, несколько осколков впились в тело. «Кх… больно!» Но терпимо! ▶ Система ▷ Черта «Сосуд Короля демонов» препятствует сражению с целью. Отвали! Я закрыл окно и продолжил наступать, преодолевая боль шаг за шагом. — Нужно быть безумцем, чтобы вот так бросаться через осколки! Клод тоже морщился от боли, держась за грудь, но снова крепко сжал рукоять меча. «Его клинок немного длиннее моего». На этой дистанции придётся рискнуть. Выпад? Вертикальный удар? Горизонтальный? Что бы он ни выбрал, мне нужно уклониться один раз. «Смотри на мышцы плеча». Я сосредоточился на правом плече Клода. Если сумею избежать одного движения — отрублю ему голову. — Шорох. Его тело широко качнулось. Я отчётливо видел, как напряглись мышцы… ▶ Система ▷ Черта «Сосуд Короля демонов» препятствует сражению с целью. Системное окно внезапно перекрыло весь обзор. Я не видел ни плеча, ни самого Клода. «Ах ты сукин…» Пока ругательство поднималось к горлу, чёрный клинок прорвался сквозь окно и устремился прямо в меня. ---------- Ломаем пальцы (3) — Смертельная рана. Клод посмотрел на меч в своей руке, затем перевёл взгляд на стоящего перед ним мужчину. Тело Джулиана было залито кровью. Хотя выпад не достиг цели в полной мере, десятки осколков Звёздного железа изрешетили его с ног до головы. Ради этого удара Клод заранее рассеял фрагменты вокруг противника, а затем разом притянул обратно. Эти раны вполне можно было назвать смертельными. — И правда… титул лучшего ученика Святого Меча не пустые слова. Уклониться от моего клинка за такое мгновение… Джулиан продолжал смотреть на него, истекая кровью. Осколки засели в теле настолько глубоко, что любое неосторожное движение могло оборвать его жизнь. Но даже при полном преимуществе Клод не позволял себе расслабиться. — Как вам Звёздное железо внутри тела? Оно перекрывает ауру, значит, нормально управлять маной вы уже не способны. Продолжая говорить, он держался на расстоянии и следил за малейшим движением Джулиана. Раненый лев всё ещё обладал клыками и когтями. Пусть Джулиан не мог использовать ману, его фехтование напоминало технику Святого Меча. Стоило открыть брешь — и он обязательно вцепится. «Медленно. Надёжно. Я закончу это». Клод начал управлять осколками Звёздного железа внутри тела Джулиана. Аура потекла по его пальцам. — Хруст… треск! Изнутри раздался звук разрываемой плоти. Кровь хлынула ещё сильнее. — …Чудовище. Боль должна была быть невыносимой, но Джулиан сохранял стойку и продолжал смотреть на него. Осколки, подчиняясь Клоду, всё глубже впивались в мышцы и внутренности. — Кх…! В тот краткий миг, когда поза Джулиана едва заметно дрогнула, Клод сорвался с места. — Лязг! Клинки столкнулись, высекая искры. Почти лишившийся сил Джулиан сделал шаг вперёд и принял атаку. Это была его последняя попытка сопротивления. — Вы должны прекрасно знать! Ошибка, вызванная спешкой. Клод именно этого и ждал. — Чем ближе аура к владельцу, тем сильнее её влияние. — Гул… Он снова активировал «Сцепление осколков». Частицы Звёздного железа внутри тела стали податливее и начали вращаться. Клод поднял руку, словно дирижируя ими. — Хлюп! Кровь фонтаном вырвалась из ран Джулиана. Новая смертельная рана, куда серьёзнее предыдущего. Обычный человек уже потерял бы сознание от кровопотери. «Но он даже не опустился на колени». Вопреки собственным мыслям Клод испытывал облегчение. Если бы Джулиан не потерял сосредоточенность хотя бы на мгновение, такого преимущества у него бы не возникло. Разумеется, потеря внимания в бою была ошибкой третьесортного воина. Прославленный Джулиан вряд ли допустил бы её без причины. Наверняка вмешалось нечто иное. Но сейчас это уже не имело значения. «Я победил». Клод снова рванул вперёд. Джулиан, едва державшийся на ногах от ран, попытался принять стойку, но она была далека от совершенства. — Лязг! Лунный Меч с трудом отвёл атаку. — Кх…! Джулиан отступил, а Клод занёс меч из Звёздного железа над головой и обрушил вниз. — Бух! Удар ногой выбил клинок из его рук и отправил в сторону. — Наивно! Клод протянул ладонь к летящему оружию. Звёздное железо рассыпалось в воздухе и вновь собралось у него в руке. На этот раз — в небольшой кинжал. «Из-за расстояния удалось сформировать лишь это, но достаточно и его». — Хлюп! Кинжал мгновенно вошёл Джулиану в бок. Даже сквозь чудовищную боль тот продолжил контратаковать. Лунный Меч, свет которого сильно потускнел, описал дугу, метя в верхнюю часть тела Клода. «Слишком медленно». Клод отклонился назад, уклоняясь. Следом в него полетел круговой удар ногой. — Бух! Джулиан не мог удерживать равновесие, поэтому удар вышел слабее, чем должен был. Клод защитил ногу аурой и принял его без особого труда. Тем временем к нему подкралась тёмная, похожая на тень магия. «Это я тоже предвидел». Перекатившись в сторону и избежав тени, Клод вновь сформировал кинжал и вонзил в живот Джулиана. «Конец». После такого не выжил бы даже рыцарь, не говоря уже об обычном человеке. Если после этого он останется жив, его действительно придётся назвать чудовищем… — Хвать! В тот момент, когда на лице Клода появилась победная улыбка, рука Джулиана намертво вцепилась ему в плечо. — …Наконец поймал. — Хр-р-русть! — Кх… кха-а-а! Сила пальцев была немыслимой для человека в таком состоянии. Плечо вот-вот могло раздробиться. Не сдержав стона, Клод в ужасе посмотрел на Джулиана. «Его… глаза?» Всегда прищуренные глаза распахнулись. Из-за лопнувших сосудов они налились красным и напоминали глаза демона. «Это чудовище… совсем другое». Скованный сокрушительной хваткой, Клод привёл в движение осколки в теле Джулиана. — Бум! Бум! Сотни, тысячи частиц сменили положение, разрывая плоть. Но Джулиан не отступил. Он выдержал внутренний взрыв и медленно пошёл вперёд. Шаг. Ещё шаг. От каждого движения по телу Клода пробегали мурашки. Даже находясь даже имея преимущество, он оказался подавлен одним лишь присутствием Джулиана. Можно ли вообще убить такого человека? Клод резко мотнул головой, отгоняя мысль, и ударил Джулиана ногой. — Бух! Тот отлетел, словно тряпичная кукла. Сил в теле уже не осталось, и Джулиан покатился вниз по крутому склону кладбища. — Ха… ха-а… Наблюдая за падением, Клод постепенно вернул самообладание. «Нужно добить его». Оставлять такого противника в живых было нельзя. Если Джулиан выживет, в будущем он станет непреодолимой преградой. На этот раз Клод каким-то образом победил, но не мог быть уверен, что сумеет повторить это снова. Последний напор Джулиана был особенно пугающим. Даже представляя, что тот выжил, Клод видел, как это чудовище вернётся вновь — неумолимое, словно сама смерть. — Кап. Кап-кап. — Дождь? С неба упали первые капли. Ночь и без того была безлунной, а начавшийся ливень сделал тьму почти непроницаемой. Без магической лампы нельзя было различить ничего дальше вытянутой руки. — Он должен быть мёртв. С такими ранами выжить невозможно. Тем более после падения со склона. Нарастающее беспокойство наверняка было лишь последствием того ужасающего напора. «Нужно уходить». Сейчас самое время отступить. Если задержаться, рыцари плотнее перекроют пути отхода. «К тому же надо вывести Дантеса». Клод отвернулся от места падения Джулиана и направился обратно по тайному тоннелю. *** — Что ты вообще творишь, Тео?.. — раздражённо спросила Карина, глядя на происходящее в убежище «Шести Пальцев». — Карина! Как раз вовремя! Перед ней стоял командир Непоколебимых рыцарей, весь израненный и залитый кровью. — Эти ребята отравились и потеряли разум! Выруби их! Из тела Тео торчали копья, мечи и другое оружие. Их прежние владельцы — рыцари Непоколебимого ордена — с безумным упорством пытались вытащить клинки обратно, двигаясь словно мертвецы. — Отравились, говоришь… Карина быстро поняла, что произошло. Скорее всего, это был знаменитый яд Аннари, одной из руководительниц «Шести Пальцев», недавно сбежавшего из тюрьмы. — Если их поразила такая гадость, разве не проще убить? Поступок Тео казался ей непонятным. — Даже не думай! Он мгновенно отверг её предложение. — Рыцарь обязан служить императорскому дому! А командир обязан вернуть своих людей живыми! Карина поморщилась. — Разве политика Империи не заключается в том, чтобы избавляться от бесполезных рыцарей? — Защита подданных тоже входит в обязанности императорского дома! — Хруст! Истекающий кровью Тео, сдерживавший застрявшее в нём оружие, посмотрел на рыцаря с копьём. — Эмилен мечтал стать художником, но пошёл в рыцари по просьбе отца! Он повернул голову направо. — Толин! Будучи простолюдином, он проявил талант и дослужился до рыцаря! Правда, на фоне остальных он всё равно не особенно выдающийся! Ещё правее. — Вилланд! Этот парень… — Хватит, хватит! Я поняла, заткнись уже! Даже в такой ситуации обычно прямолинейный Тео неожиданно расчувствовался. — Да! У каждого из них есть своя история! Обязанность командира — вернуть их к этой жизни! — Гва-ха-ха-ха! Громко рассмеявшись, Тео вдруг серьёзно посмотрел на Карину. — Я должен спасти их! Это долг командира! Я удержу их здесь. Карина, разберёшься с отравительницей? — Что? — Заместитель уже выяснил её местоположение! Я передам координаты, прошу! Карина почесала голову, затем обратилась к подчинённым Клеймёных рыцарей и заместителю Тео. — Эй, одолжу вам своих людей. Забирайте. — Д-да, поняла! — А ты?! Что будешь делать?! — Я пришла поймать главу Пальцев. Скажи спасибо, что хотя бы рыцарей дала. Не обращая внимания на искреннюю просьбу Тео, Карина развернулась и пошла вглубь лабиринта. «Учитель Джулиан». Лицо, которое она давно не видела. Вспоминая человека, чьи советы позволили ей стать рыцарем, Карина улыбнулась. «Настоящий учитель видит способности, а не происхождение». Она провела рукой по рыжим волосам. Палатан поклонялся Небесному богу Атлуну, противостоявшему солнечному божеству Соларуну. Государство было уничтожено в религиозной войне. Жители Империи испытывали неприязнь к рыжим волосам, характерным для палатанцев, по вполне очевидной причине. До присоединения к Империи Палатан совершил множество военных преступлений и казнил бесчисленное количество имперских подданных во имя «священной войны». Ненависть повторялась. Дискриминация продолжалась. Но Джулиан был другим. — Сосредотачивать ауру на боевом стиле — необычно и интересно, однако фехтование за ней не поспевает. Он различал людей не по крови, а по таланту. — Если не уверена в обычном фехтовании, почему бы не выбрать иной стиль? Благодаря этому Карина достигла нынешнего положения. «Я должна отплатить за долг». Когда её вызвали на операцию против «Шести Пальцев», она узнала, что общим командующим назначен Джулиан, и искренне обрадовалась. Она хотела хоть немного помочь ему и наконец исполнить давнее желание. Карина быстро двигалась по запутанным коридорам убежища. Если она лично захватит главу «Шести Пальцев», учитель наверняка признает её рост. — Хм? Среди проходов показался подозрительно знакомый мужчина. — Это… бывший командир? Он тоже заметил Карину и повернул голову. — Клод Фебранс. Пусть Клод её не узнал, сама Карина хорошо знала его лицо и имя. Слишком известный человек. Она быстро оценила ситуацию. Бывший командир «Закрытых Глаз» и опасный преступник. Его сила не вызывала сомнений. Собравшись, Карина коснулась рукояти своего оружия. — Значит, это ты здесь главный? — Сначала Джулиан, теперь командир ордена. Утомительный день. — Что? Услышав знакомое имя, Карина резко напряглась. — Откуда ты знаешь учителя Джулиана? — Ничего особенного. Я только что его убил. ---------- Ломаем пальцы (4) Казалось, тело медленно тонет. Холодное, тяжёлое, тёмное. Вокруг стояла кромешная тьма, в которой невозможно было понять, открыты глаза или закрыты. И среди этой тьмы я почувствовал нечто слабое. Чёрное. Липкое. Чужеродное присутствие было настолько отчётливым и глубоким, что вытеснило все прочие мысли. Чем сильнее я в него погружался, тем больше казалось, будто разум стирают слой за слоем. Боль разлилась по всему телу. Одновременно возникло мерзкое чувство, словно кто-то месил мой мозг руками. Когда эта тошнотворная чуждость окутала меня целиком, я инстинктивно понял, чем была окружающая «тьма». «Демонический бог Барбатос». Корень всего зла в игре «Let’s Kill the Demon King Now». Демонический бог, от которого после смерти остались лишь остаточные мысли, лично явился к Джулиану — обладателю черты «Сосуд Короля демонов». Он пришёл проверить, всё ли в порядке с сосудом, способным стать Королём демонов? «Нет». Остаточная воля Демонического бога появилась не ради простой проверки. — Хвать! Из чёрной сферы высунулась бледная, уродливая рука. Она напоминала конечность демона и сразу сжала мою шею. С намерением убить. «Кх… кха-а…» Блять. Во время боя с Клодом система постоянно мешала. Почему теперь она так отчаянно пытается убить обладателя Сосуда Короля демонов? «Он меня боится?» Возможно. Сейчас я — человек, позаимствовавший тело Джулиана. Понимал ли Демонический бог, кто я такой, или лишь ощущал наше несоответствие — неважно. «Он знает». О существовании Ли Сиху, неизвестного всем остальным. О странной аномалии, способной разбить не только собственный безграничный сосуд, но и остальные. Иногда я задавался вопросом. Почему оказался внутри «Let’s Kill the Demon King Now» и вселился именно в Джулиана, перевернув весь сюжет? Что за система время от времени показывала бессмысленные окна? Демонический бог Барбатос. «Да. Возможно… Или нечто, созданное из его остаточной воли…» И то вмешательство в бою с Клодом, когда я оказался на грани смерти. «Потому что я могу разбить все твои сосуды». Вот почему, да? Этот ублюдок испугался. Испугался будущего, в котором все сосуды будут уничтожены и воскреснуть станет невозможно. «Не переживай». Всё будет именно так, как ты боишься. «Я разобью их все». Над неясной головой остаточной воли Демонического бога начал проявляться Цвет Страха. Увидев его, я окончательно убедился, почему эта тварь так отчаянно пыталась меня убить. Клод тоже обладал чертой «Сосуд Короля демонов». Когда сосуды сталкиваются, один из них неизбежно разбивается первым. «Кх… кха-а…» Может, не стоило его провоцировать? Пожалуй, я немного перегнул. Фиолетовый цвет продолжал дрожать, но пальцы на шее сжались ещё сильнее. Погоди, погоди! Если подумать, можно ведь разбить их только наполовину…! — Треск! В этот момент по демонической руке побежали трещины. — Ш-ш-ш… Издалека приблизился маленький золотой огонёк. Он быстро разрастался, пока не коснулся остаточной воли. Рука, сжимавшая мою шею, начала рассыпаться. «Что это?» Чуждая энергия, совсем не похожая на демоническую. И всё же она казалась знакомой. «Милена?» Мать Джулиана. Раньше я уже ощущал её силу через оставленные ею реликвии и воспоминания. В золотом свете присутствовало то же чувство. Выполнив свою задачу, сияние стало рассеиваться. Мне почудилось, что где-то далеко прозвучал голос. — Прости, Джулиан. Только так ты сможешь выжить. ▶ Система ▷ Черта «Сосуд Короля демонов» исчезла. ▷ Получена новая черта «Истинный сосуд». Я едва не ответил, что я не Джулиан. Но зрение погасло, а затем вновь прояснилось. Перед глазами возник мрачный пейзаж столицы. — Ш-ш-ш-ш! Шёл дождь. Холодные капли били по коже. Одновременно температура тела стремительно падала. Не из-за дождя. Казалось, из меня вытекла почти вся кровь. Из-за чудовищной кровопотери тело умирало, поэтому и становилось холодно. «Блять…» Мысленно выругавшись, я начал по кусочкам собирать обрывки расплывающихся воспоминаний. *** — Повтори, что ты сказал, ублюдок. В глазах Карины вспыхнула ярость. Клод мысленно цокнул языком. «Всё ещё молода. Хотя чего ожидать от самого молодого командира?» Она стала самым юным командиром за всю историю Клеймёного ордена, куда собирали проблемных рыцарей. С точки зрения навыков претензий к ним не было, но с моралью у многих имелись серьёзные проблемы. И возглавляла этот орден молодая девушка. — Я сказал то, что сказал. Он умер от моей руки. — Пиздишь! Карина выхватила меч. Между ними было не меньше шести метров, но она всё равно взмахнула оружием. — Щёлк! Щёлк! Щёлк! Клинок вытянулся, превращаясь в гибкий хлыст. Словно змея, он метнулся к Клоду. «Меч-хлыст?!» Неприятно. Клод отвёл атаку клинком из Звёздного железа. — Лязг! В воздухе посыпались искры. Если сократить дистанцию, преимущество будет у него. Но… «Она наверняка знает о слабости своего оружия». Клод не стал попытаться сократить дистанцию. — Извини, но сейчас я занят. В следующий раз непременно перережу тебе горло. Не скрывая презрения к рыцарям, он отступил. Рядом показался дрожащий Дантес. — Ты что, сбегаешь? Сражайся как мужчина! — Идите за мной. Тайный путь свободен. — Эй! Ты меня слышишь?! Карина уже собиралась снова взмахнуть мечом, когда сзади на неё набросилась огромная многоножка в толстом металлическом панцире. — А, так это ты! Пришлось резко отдёрнуть меч-хлыст и уклониться. Клод равнодушно бросил: — Локуст, разберись с ней и следуй за нами. — …Да, босс. — Шорох… шорох… Оставив Карину дрожать от ярости, Клод увёл Дантеса. Сейчас главное — доставить его в Федерацию. Заодно Клоду следовало подготовить возможность обеспечить себе убежище. Не имело смысла задерживаться здесь и ввязываться в лишний бой. — Г-где мы? — На кладбище за городской чертой. Считайте, вам повезло: без меня вы бы здесь и остались. На кону стояла жизнь, поэтому Клод больше не заботился о вежливости. — Ш-ш-ш-ш! Дантес промок до нитки. Лицо его побледнело и исказилось. Тьма вокруг будто не принимала ни их, ни дождь. Клод попытался разрядить обстановку шуткой, но Дантес лишь задрожал сильнее. Глаза его были полны страха. Причину выяснять не хотелось. — Пойдём. Вы приготовили транспорт до Федерации? — Д-да… к югу от столицы… там ждёт карета. — Тогда направимся туда. Плату за работу я получу в карете, верно? — Да. Как только мы доберёмся в безопасное место… Усталый Дантес пошёл вниз по склону, а Клод последовал за ним. Они миновали кладбище и направились через трущобы на юг, но вскоре Дантес резко остановился. — Что ещё? — …Лазлот. Лазлот? Клод недоумённо нахмурился. Судя по звучанию, это было имя человека. Под светом уличного фонаря стоял мальчишка, ещё не достигший совершеннолетия. Казалось, он намеренно заманивал их. — Его нельзя отпускать! — О чём вы? — Лазлот слишком проницательный. Если он здесь, то наверняка уже примерно понял, что происходит. Если донесёт Верховному понтифику… Верховному понтифику? Речь об Ордене Рассвета? Тогда мальчишка, скорее всего, тоже принадлежит к организации. — Он убегает! После крика Дантеса Лазлот скрылся в переулке. — Нужно его поймать! Дантес бросился следом. «Цок». Под непрерывным ливнем и пронизывающим холодом Клода вновь охватило необъяснимое беспокойство. Бой с Джулианом завершился удачно, но что-то всё равно казалось неправильным. Словно течение мира сместилось. Словно ему не следовало находиться здесь. Будто он противился какой-то великой судьбе. «Что я упустил?» Ничего. Лицемерные рыцари. Дворяне, поддерживающие их порядки. И императорская семья. Расшатать всё это — именно то, что необходимо. «Даже если ради этого придётся снова убить ребёнка, как тогда, во время королевского инцидента?» Стоило сомнению возникнуть, как поток дождя будто смыл лишние мысли. «Что теперь?» Положив руку на рукоять меча, Клод погнался за Дантесом и Лазлотом. ---------- Сверхурочные (1) — Что ты вообще делаешь, Тео?.. Усталый голос Швальта заставил израненное лицо командира Непоколебимых рыцарей просиять. Всё тело Тео было пронзено разным оружием, из ран стекала кровь. — Швальт! Как раз вовремя! По пути сюда ты не встретил кого-нибудь из главарей «Шести Пальцев»?! — Двоих. Я их обезвредил. Насколько знал Тео, они были достаточно сильны — пусть и не настолько, чтобы сравниться с ним. Швальт одолел сразу двух руководителей Пальцев, но сообщил об этом так, будто речь шла о чём-то само собой разумеющемся. — Вот как! Тогда, может, среди них была сбежавшая Аннари? — Нет. — Блять! Вот почему эти ребята всё ещё такие! Тео на секунду нахмурился, продолжая бороться с собственными рыцарями, а затем снова расхохотался. — Помоги мне! Найди Аннари! Нельзя было бесконечно вырубать людей, которые двигались словно мертвецы. Если хоть немного ошибиться с силой, кто-нибудь погибнет. Скрывая тревогу, Тео попытался прокричать просьбу погромче, однако Швальт даже не остановился и пошёл дальше по коридору. — Чёрт! Что Карина, что ты — все командиры одинаковые! Ох! Один из бывших подчинённых Тео бросился на него с широко раскрытым ртом. — Бух. Почти утративший разум рыцарь двигался невероятно быстро. Сдерживая слёзы, Тео ударил его по шее, отправляя в бессознательное состояние, и посмотрел вслед удаляющемуся Швальту. — Пусть и невежливый, зато достаточно умелый. Справится. После этого Тео продолжил возиться с теми, кто ещё недавно сражался под его началом. *** Оставив Тео позади, Швальт блуждал по лабиринту и вскоре вышел к месту недавней схватки. «Карина, командир Клеймёных рыцарей?» Она славилась необычным оружием — мечом-хлыстом. Гибкий клинок обвивал противника и впивался в жизненно важные точки, словно змеиные клыки. Это была её отличительная техника. После боя Карины вокруг всегда оставались следы длинных рубящих ударов. На стенах, полу и, разумеется, на противниках. Осмотревшись, Швальт заметил мужчину, похожего на одного из руководителей «Шести Пальцев». Тот лежал на полу, опутанный мечом-хлыстом. «Этот…» Внешность совпадала с описанием Локуста, которое Джулиан дал на совещании. — Где тайный проход?! Говори быстрее! Карина прижимала Локуста к земле, а кончик клинка уже вошёл в его тело. На её лице застыла ярость, которой на совещании не было и следа. — Мне нужно догнать ублюдка, который сказал, что убил учителя Джулиана! Быстрее! Я занята! — Джулиан… мёртв? — Что? Не обращая внимания на удивлённый взгляд Карины, Швальт выхватил меч и направил на Локуста. — Кажется, я ослышался. Что произошло с Джулианом? Локуст задрожал под ледяным взглядом и не сумел выдавить ни слова. Карина ответила за него. — Не этот. Другой тип заявил, что убил учителя Джулиана. — Кто? — Клод Фебранс. — Хм. Швальт тихо выдохнул. Имя Клода Фебранса он слышал неоднократно. Более того, когда-то они участвовали в одной операции. Как он мог не знать человека, который убил двух рыцарей и сбежал во время задания «Закрытых Глаз»? Оба погибших принадлежали Лазурным Львам. — Значит, Клод состоит в «Шести Пальцах». — Похоже, он здесь главный. — И он сказал, что убил Джулиана? Карина приоткрыла глаза и кивнула, не понимая, почему Швальт переспрашивает. Клод действительно был силён. Но… «Тот неубиваемый ублюдок?» Образ Джулиана, неизменно улыбающегося и будто что-то замышляющего, никак не сочетался с поражением. «Хотя… возможно». В мире хватало сильных людей. Если собрать двух командиров императорских орденов, его, наверное, удалось бы подчинить. Наверное. Но представить Джулиана мёртвым Швальт не мог. «У него ненормально цепкая жизнь». *** — Ха… ха-а… Несмотря на тяжёлое присутствие, нагонявшее его, Лазлот продолжал бежать. Дыхание застревало в горле. — А-а-а! — Бух! В спешке он зацепился за выступающий камень и с грохотом покатился по земле. «Кх…» Какой глупый поступок. По приказу Джулиана Лазлот заранее вывел воспитанников приюта из опасного района. Если бы он просто ушёл вместе с ними, ничего бы не произошло. Но… Его заставило вернуться проклятое «а что, если». И тогда он заметил Дантеса. Спешащего куда-то человека с паникой на лице. Даже сквозь ливень это было нетрудно увидеть. «Господин Джулиан потерпел неудачу?» Лазлот примерно знал, что тот охотился на Дантеса из-за внутренних конфликтов Ордена Рассвета. Но чем всё закончилось? Как были связаны «Шесть Пальцев» и Дантес Кристо? «Имеет ли значение, если позволить ему уйти?» Лазлот прекрасно понимал, что не обладает достаточной силой ни по каким меркам. Он числился стажёром «Закрытых Глаз» лишь для проникновения в Императорское разведывательное управление и знал: таланта рыцаря у него нет. «Да. Просто отпусти». Остановить Дантеса он не сможет. Тем более рядом с ним шёл мужчина, чья сила ощущалась даже таким неумехой. Правильнее сделать вид, будто ничего не видел. Работать ровно на ту сумму, которую тебе платят. Когда внезапный порыв отступил, разум вернулся. Лазлот уже решил ничего не предпринимать. — Разве мы не товарищи? Значит, должны помогать друг другу. Почему эти слова снова всплыли в голове? Он растрепал волосы. И всё же в итоге совершил глупость. — Ха… ха…! Дантес Кристо. Трусливый мужчина наверняка погонится за ним, если Лазлот намеренно покажется. Если сведения дойдут до Верховного понтифика Тенелона… «Заживо закопают — это ещё мягкий исход». Пусть Тенелон окончательно свихнулся, межфракционные распри между епископами всегда находились под строжайшим запретом. К тому же… «Если Дантес уйдёт, у Джулиана возникнут проблемы». Если информация об Ордене Рассвета утечёт наружу, опасность нависнет над всеми, кто обладал рангом епископа или выше. Честно говоря, остальных Лазлот не жалел. Плевать, что с ними случится. Но… — Разве мы не товарищи? Значит, должны помогать друг другу. Эта фраза снова прозвучала в голове. — Что делать?! Плана не было. Можно лишь продолжать бег и тянуть время. Если получится… — А-а-а-а! Внезапно мерзкая хватка сомкнулась на его шее. Лазлот инстинктивно попытался вырваться, но пальцы не сдвинулись ни на миллиметр. — Зря ты вмешался. Сквозь пелену перед глазами он разглядел державшего его мужчину. Клод Фебранс. Противник, с которым он не мог тягаться. — Зачем показываться и навлекать на себя такое? Ты лишь отнимаешь наше время. — Хруст… Раздался звук, будто шея начала выворачиваться. Боль была настолько яркой, что на глазах выступили слёзы. — Хорошо поймал, Клод! Прикончи его и идём к карете! До рассвета нужно добраться до границы! Запыхавшийся Дантес подбежал позже и начал торопить. — Кх… кха… Чем сильнее сжималась рука Клода, тем мутнее становилось зрение. Блять. Не стоило лезть не в своё дело. — Лазлот, глупый ублюдок. Зачем ты прицепился к такому человеку, как Джулиан?! Верно. Не будь этого, ничего бы не произошло. — Разве не ты постоянно говорил, что работаешь ровно на полученную плату? Зачем теперь… — Именно так, господин Дантес… — с трудом прохрипел Лазлот, цепляясь за руку Клода. — Я и сейчас работаю ровно на то, что мне «заплатили». — Даже если плата — такая бессмысленная смерть? — Да…! — Хруст. Клод сжал пальцы сильнее, нахмурившись. Снова кровь ребёнка на его руках. Но оставить свидетеля было нельзя. Впереди оставалось слишком много дел. «Кх… кх…» Ещё немного — и смерть. Зрение Лазлота погасло почти полностью. — Это… невозможно. И вдруг… — Шлёп! Он снова смог дышать. Хватка исчезла, и Лазлот рухнул на землю. — Кха! Кха-а! Воздух свободно ворвался в лёгкие, вызывая судорожный кашель. Что случилось? «Он отпустил меня?» — Бум! Треск! Молния ударила где-то неподалёку. На мгновение мир озарился белым светом. И этот свет будто выделил лишь одного человека. — Джулиан?! От потрясённого крика Дантеса Клод шагнул вперёд. — Как и ожидалось, вы выжили. Нужно было убедиться в вашей смерти. Услышав слова Клода, Лазлот сквозь кашель посмотрел на Джулиана. Из-за ливня разглядеть его было трудно, но состояние выглядело ужасно. Он будто только что выбрался из водопада. — Как вы нашли меня? Пусть у Императорской гончей и острый нюх, но отыскать человека в огромной столице за столь короткое время впечатляет. С насмешкой в голосе Клода Джулиан молча поднял руку. В воздухе свистнул твёрдый предмет. Клод поймал его. — Это… Стоило взглянуть, и он сразу понял, что держит. Как можно не узнать металл, знакомый лучше любого другого? «Звёздное железо?» Кинжал из Звёздного железа, которым он почти добил Джулиана. После внутреннего взрыва один из осколков остался в его теле. — …Безумец. Клод недоверчиво рассмеялся. Джулиан вытащил фрагмент из собственных органов и использовал как компас, чтобы найти владельца ауры. Просто ради погони он не обращал внимания на разорванные внутренности и шёл следом, словно неумолимый демон. — Вытащить его, рискуя умереть, означало бы погибнуть впустую. Это была искренняя оценка. — Интересно, кто довёл меня до такого состояния, Клод? Ах ты ёбаный ублюдок. Даже умирая, Джулиан сохранял привычное высокомерие. Но в следующую секунду тревога стала сильнее. — В этот раз я не упаду так легко. Подготовка уже завершена. Формальная речь звучала среди угроз совершенно неестественно и только усиливала беспокойство. — Кто вы… — Бум! Молния снова осветила переулок. Прямо перед Клодом возник Джулиан с ярко-красными глазами. В его руке сверкнул похожий на драгоценный камень клинок. «Этот человек действительно умирал совсем недавно?!» Если бы тело не защитилось инстинктивно, подняв меч, удар мог стать смертельным. Одно было очевидно. Нынешний Джулиан разительно отличался от того, с кем Клод сражался раньше. — Хе-хе… Тащить сюда умирающее тело ради мести за первое поражение? — О чём вы? — Скрежет… лязг! Не разрывая столкновения клинков, Джулиан приблизил пылающие красные глаза. — Это сверхурочные. ---------- Сверхурочные (2) — Грохот! Треск! Молния снова озарила мир. На краткий миг стали видны Джулиан и Клод, обменивающиеся ударами. «…Быстро». Под проливным дождём даже следить за их движениями было трудно. О продолжавшейся схватке свидетельствовали лишь искры, вспыхивающие при столкновении металла. Кровь с ран Джулиана мгновенно смывалась водой, но порезы и пробоины никуда не исчезли. «И всё же… преимущество у него». Сейчас Джулиан явно теснил противника. Каждый раз, когда его клинок достигал цели, тело Клода заметно вздрагивало. «Но…» Главной проблемой оставалось состояние Джулиана. Без преувеличения, он выглядел как мертвец, поднявшийся из могилы. Никто не стал бы спорить, назови его ходячим трупом. — Ха… ха… И всё же он не казался человеком, который вот-вот проиграет. Джулиан сухо смеялся, словно одержимый, и будто наслаждался отчаянным положением. «Тогда мне остаётся…» Лазлот поднял глаза и увидел дрожащего от страха Дантеса. — Лязг! — Кха…! Когда вспышка молнии осветила окровавленное лицо Джулиана, Дантес судорожно втянул воздух. «Он убегает». Это читалось слишком ясно. Больше ни о чём мужчина думать не мог. Пусть дождь смывал кровь, лицо Джулиана всё равно выглядело демонически. Бояться было естественно, но сейчас Лазлоту некогда было рассуждать. «Что мне делать?» Он поднялся и бросился за Дантесом. *** Клод посмотрел на руку, сжимающую меч. «Разве такая сила может исходить от умирающего?» Ладонь дрожала от чудовищных ударов. Каждое столкновение напоминало попытку пробить каменную стену, а противник не прекращал давить, выискивая брешь в защите. В такие мгновения Клод особенно остро ощущал собственные слабости. Но, глядя на Джулиана, он всё сильнее щурился. «Что-то не так». Дело было не в физическом состоянии. Точнее, не только в нём. Настрой, дух или само сознание Джулиана отличались от обычных. Его чрезмерно возбуждённое поведение совсем не походило на привычное хладнокровие. «Или мне кажется». Куда важнее была странная энергия, которой он теперь владел. В главном канале маны Джулиана наверняка оставался фрагмент Звёздного железа. Тогда откуда взялась сила, окутывающая тело? — Впечатляет. Управлять маной, когда осколок застрял в основном канале, невозможно даже для выдающегося мага. От такой раны невозможно оправиться за день. Даже для великого мага Флюгеля это оставалось теоретически невозможным. Но Джулиан словно насмехался над самим понятием невозможного. — Вы об этом? Он без труда раскрыл часть секрета. — Какого…?! По основному энергетическому каналу внутри его тела текла чёрная, похожая на тень субстанция. Клод недоверчиво рассмеялся. «Значит, энергия вокруг него была не маной!» Это было соединение маны и демонической энергии. Источник силы, которому невозможно было дать обычное название. — Тогда тёмный меч, появившийся раньше, был демоном?! — Ха. Вместо ответа Джулиан только низко рассмеялся. — Вы не просто безумец. Содержать демона было ненормально само по себе. Но заменить повреждённый канал маны демоном — это уже противоречило здравому смыслу. «Человеческое тело от демонической энергии либо разлагается, либо разум разрушается». Тогда, возможно, нынешнее возбуждение Джулиана было следствием помутнения рассудка? «Неважно». Победить человека, которого уже однажды одолел, несложно. На самом деле продолжать бой вообще не требовалось. «Достаточно сбежать». Дантес уже ушёл и, судя по удаляющимся шагам, направлялся к карете. Пусть Джулиан сейчас и превосходил его в бою, в состоянии ходячего трупа он не сможет долго преследовать. Но Клод передумал. «Хочу его сломать». Раз получилось однажды, получится и второй раз. Если он снова одолеет Джулиана, сможет опорочить титул Святого Меча — символ, перед которым преклонялись и которым прикрывали лицемерных рыцарей. Императорская гончая и ученик Святого Меча. Если уничтожить его, Клод ещё на шаг приблизится к своей цели. — Сжать. Он проверил всё ещё покалывающую ладонь. «Но лобовая схватка невыгодна». Клод медленно начал вливать ману в клинок из Звёздного железа. «Сцепление осколков» уплотнило частицы, делая оружие твёрже. «Хм?» Дождь ослабел и вскоре прекратился. Одновременно исчезло мягкое свечение, похожее на рой светлячков. «Лунный Меч». Фирменная техника Джулиана получила такое название из-за уникальной ауры, преломлявшей свет и напоминавшей лунное сияние. «Он не может поддерживать её из-за нехватки маны?» Нет. Лунный Меч был создан из Лунного камня и обычно светился даже без ауры. Сейчас же он выглядел словно… «Лунное затмение». Но природа уникальной ауры Джулиана не изменилась. «Что?!» Клинок уже летел перед глазами Клода. Едва успев отступить, он впервые по-настоящему растерялся. «Второй раз. Я снова ничего не увидел». Не успев разобраться, Клод нанёс ответный удар уплотнённым мечом. Лучшая защита — нападение. *** Чёрный клинок устремился ко мне, но траекторию было легко прочитать. А раз она понятна, нет причин подставляться. «Можно нанести смертельный ответный удар». — Вжух! Отведя атаку Клода, я рассёк ему бок. Дождь прекратился, и лицо противника стало хорошо видно. Судя по отдаче в ладони удар лишь задел кожу, но лицо Клода скривилось от боли. — Хе… ха…! Из горла сам собой вырвался смех. Этот смех не имел ничего общего с моими собственными чувствами. ▶ Открытые глаза ▷ Эмоции обострены. ▶ Истинный сосуд ▷ Черта активирована. ▷ Урон по обладателю черты «Сосуд Короля демонов» увеличен. Я только что побывал на грани смерти. Открытые глаза разогнали сознание до предела, а тело, лишённое нормального канала маны, приняло демоническую энергию. Возможно, поэтому мир окрасился кроваво-красным, а фигура Клода выделялась особенно ярко. — Мертвец поднялся из могилы…! — И каково оказаться загнанным таким мертвецом?! — Победа ещё не решена! ▶ Лунный Меч ▷ Переход в состояние «Затмение». Первый удар. — Треск! Мечи столкнулись. Лунный Меч в состоянии «Затмение» откалывал от оружия Клода целые куски при каждом соприкосновении. — А теперь?! — Кх! Лицо Клода исказилось от потрясения, но он всё же попытался контратаковать. Второй удар. Осколки Звёздного железа снова рассыпались. Третий удар. С каждым столкновением клинок противника становился всё короче. — Ха-ха! Ваш меч ломается так же легко, как возвышенные убеждения! Он ненавидел рыцарей. Питал ненависть к императорской семье. И при этом совершал те же поступки, которые презирал. Клод наверняка понимал это и сам. В глазах, с которыми он взмахивал мечом, смешивались отвращение и неприятное сомнение. — Вы говорите это, хотя сами без колебаний исполняете бесчеловечные приказы?! — В отличие от вас, я не придумываю себе бессмысленных оправданий! — Треск! После очередного столкновения меч из Звёздного железа переломился пополам. Глаза Клода вспыхнули. Будто он ждал именно этого. Чёрные осколки разлетелись во все стороны, одновременно наполняясь маной. Уникальная аура Клода — «Сцепление осколков». Фрагменты устремились мне в лицо. ▶ Чёрный Рыцарь ▷ Образ активирован. — Вжух. — Это лицо… не может быть! Мне было плевать, если личность раскроется. Я обернул лицо Анжеликой, создавая маску и защищаясь от осколков. — Чёрный Рыцарь? — Что? Счастливы увидеть это лицо? Я не сделал ничего, что заслуживало бы радушного приветствия от таких, как он. Прикрываясь маской от летящих фрагментов, я отвёл клинок к бедру и рванулся к груди Клода. Он попытался защититься остатком меча, но Лунный Меч прошёл сквозь защиту и вонзился в грудь. — Кх…! Лицо Клода исказилось от боли. — Надо же, вы узнали Чёрного Рыцаря. Ненавидите всех рыцарей, но этим лицом восхищались? Сквозь боль Клод схватился за клинок, вошедший в грудь, и потянул его к себе, пытаясь не позволить вытащить оружие и подготовить ответ. Но против меня и Лунного Меча в состоянии «Затмение» это не работало. «Аура Джулиана и демоническая энергия отталкиваются». В состоянии Открытых глаз их ещё можно синхронизировать. Но стоит ослабить контроль в подобный момент… — Кха! Кха-а! Можно вызвать взрыв ауры. — Кх… кх…! Клод начал харкать кровью и рухнул на колени. Сказать, что его тело было изувечено, значило бы ничего не сказать. Внутренние органы наверняка превратились в месиво. Он медленно поднял взгляд и посмотрел мне в глаза. — Если бы я знал, чем всё закончится, тогда бы наверняка убедился в вашей смерти. Слушая сожаление Клода, я вновь крепко сжал рукоять обеими руками. — Не переживайте. В отражении его глаз маска Чёрного Рыцаря исчезла, открывая лицо Джулиана с пылающими красными глазами. — Я такой ошибки не допущу. — Скрежет. Я провернул меч в его груди. Кровь фонтаном вырвалась наружу и на мгновение окрасила тёмное небо красным. Взгляд Клода поднялся к небесам. Затем тело с тихим стуком упало на землю. Больше он не двигался. ---------- Тьма (1) — Ха… ха-а…! Как только я убедился, что Клод окончательно перестал дышать, мир, до этого онемевший из-за выброса адреналина, вернулся вместе со всей болью. Первой пришла именно она. — Бл-э-э! Меня вывернуло. Желудок был пуст, поэтому вышла лишь желчь, но горячее жжение в пищеводе оказалось крайне неприятным. По крайней мере, еды не было и блевать по-настоящему не пришлось. Раздражало только то, что обеими руками я упёрся в мокрую от дождя землю. Даже сейчас проклятая брезгливость не отпускала. — Фух… Я снова посмотрел на мёртвого Клода. «Я сделал это ради мести». Только эта мысль и вела меня вперёд. Хотя на самом деле первоочередной целью оставался Дантес. «А!..» Когда голова немного остыла, я понял, насколько безрассудно поступил. Желание отомстить оказалось сильнее страха раскрыть личность. Нужно было сначала добраться до Дантеса и избавиться от будущей угрозы! — Кх. Возбуждение снова нахлынуло, а вместе с ним усилилась боль. Спокойно. Расслабься. — Господин Джулиан! Пока я пытался прийти в себя, издалека донёсся голос. Что он здесь делает? Вопрос промелькнул и сразу исчез. — Господин Пинтель. Ко мне спешил епископ Ордена Рассвета. Позади шли люди, похожие на его личных солдат. — Вы в порядке?! Пинтель принялся осматривать меня со всех сторон. Но как он узнал, куда идти? — Что привело вас сюда, господин Пинтель? — Сейчас не это важно! Господин Джулиан, вы истекаете кровью…! — Не паникуйте. Кровотечение уже остановилось. Моё тело… Чёрт! Отвернувшись от Пинтеля, я проверил, исчезла ли Анжелика. Чёрный Рыцарь и Пинтель считались заклятыми врагами. Если моя личность раскроется, неизвестно, как поведёт себя этот безумец, обычно столь преданный мне. «Фух». К счастью, маски Анжелики уже не было. — Вы ранены! Чего вы стоите?! Немедленно позовите лучших лекарей столицы! Может начаться вторичная инфекция… — Я сказал не паниковать. Какая ещё вторичная инфекция? — А… понял. Получив выговор, Пинтель наконец немного пришёл в себя. — И кто это? Он указал на лежащее тело. На лице не появилось никакой реакции. Впрочем, как дворянин и член Ордена Рассвета, он наверняка видел немало трупов. — Глава «Шести Пальцев». — Тот самый, кто сотрудничал с Дантесом? Значит, Пинтель уже в общих чертах знал об их связи. Возможно, сообщил Лазлот. — Верно. — Тогда и Дантеса скоро схватят. — Но всё же почему вы здесь? Операцию «Ломаем пальцы» организовали спешно и без доклада Ордену Рассвета. Поэтому появление Пинтеля оставалось загадкой. — Приказ Верховного понтифика. Тенелона? Я кивнул, и Пинтель продолжил: — Он распорядился устранить бывшего епископа Дантеса. Что? Услышав, что приказ отдал лично Тенелон, я почувствовал, как выступил холодный пот на спине. «Он знает что-то о Дантесе?» Не просто о попытке продать Орден Рассвета ради собственной выгоды. Мог ли Тенелон узнать о разговорах насчёт «предательства»? «После Дантеса следующим буду я». — Фух… Из-за ран и недавнего эмоционального всплеска чутьё на опасность притупилось, но тревога продолжала нарастать. Откуда утекла информация? Я задумался, а затем… «Нет». Тенелон не мог знать всего. Если бы знал, не отправил бы сюда Пинтеля. Он пришёл бы лично или прислал людей собственной фракции. Как бы там ни было… — Местонахождение Дантеса известно? Если Орден Рассвета сам разберётся с ним вместо меня, это даже удобно. Я был полностью вымотан, раны серьёзные, и сейчас мне отчаянно требовался отдых. — Да. Лазлот идёт по его следу и регулярно передаёт сведения. — Лазлот… Теперь я вспомнил, что незадолго до этого видел, как он погнался за Дантесом. «Проблем возникнуть не должно». Загнанный в угол Дантес мог попробовать сопротивляться, но Лазлот не настолько глуп, чтобы лезть напролом к более сильному противнику. — И ещё, господин Джулиан. Мне нужно кое-что вам сказать. Серьёзный тон Пинтеля вырвал меня из мыслей. — О чём? — О «Закрытых Глазах», которых мы обсуждали раньше. «Закрытых Глазах»? Мы говорили о них? Из-за разлитой по телу боли голова работала плохо. — О Ферне. А, вспомнил. Но почему сейчас? — Сегодня этот человек, вероятно, умрёт. *** «Блять, блять…!» Где-то вдалеке Лазлот смотрел в спину бегущему по трущобам Дантесу и ругался про себя. «Такое чувство, будто я весь день только и делаю, что бегаю!» Он мчался настолько долго, что во рту появился металлический привкус. К счастью, Дантес тоже выдохся и физической формой не блистал. «Похоже, я работаю гораздо больше, чем мне заплатили…» На мгновение Лазлот усомнился в собственном принципе, но раз зашёл так далеко, нужно было довести дело до конца. Он продолжил погоню. Дантес завернул за угол. — Треск! — А-а-а! Не успел Лазлот повернуть следом, как Дантеса отбросило в противоположную сторону. Тот рухнул на землю. Что произошло? Лазлот остановился, восстанавливая дыхание, и осторожно подошёл ближе. Из-за угла вышел мужчина с эмблемой «Закрытых Глаз» на плече. — Господин… Ферн? Лазлот никак не ожидал увидеть его здесь. Бывший Лазурный Лев, ныне сотрудник «Закрытых Глаз». — Лазлот? — Почему вы здесь, господин Ферн? — Веду расследование. Я получил сведения, что Дантес Кристо связан с Орденом Рассвета и нарушил закон о государственной тайне. Лазлот прекрасно об этом знал. Более того, сам принадлежал к Ордену Рассвета, поэтому всегда действовал осторожно. Проблема заключалась в том, что Ферн раскопал уже слишком много. — Ты… ты кто такой, ублюдок?! Отпусти меня! Несмотря на ругань Дантеса, лицо Ферна оставалось бесстрастным. — Господин Дантес, вы подозреваетесь в незаконных контактах со Святым королевством и недавней передаче секретных сведений Федерации. — Ч-что за бред?! — Отрицание ничего не изменит. Доказательства уже собраны. Доказательства? Лазлоту стало не по себе. Если Ферн дошёл до прямого задержания, значит, нашёл убедительные сведения об Ордене Рассвета. Иначе человек, привыкший лишь наблюдать, не стал бы действовать столь открыто. — Сопляк, ты ответишь за свои слова? Если нет, я перережу тебе горло любой ценой! — Как я уже сказал, доказательства имеются. В том числе сведения о предложении вступить в Орден Рассвета, которое вы сделали директору Академии Байера Эйтелю. — Ч-что?! При имени Эйтеля лицо Дантеса потемнело. Лазлот тоже замер. «Он знает слишком много». Если Дантес попадёт к Ферну, Орден Рассвета окажется в опасности. И Джулиана это тоже обязательно заденет. Однако у Лазлота не было никаких законных оснований мешать задержанию. Тем более стажёр не мог просто запретить полноправному сотруднику выполнять работу… А! Оставался один способ. — Господин Джулиан! Имя заставило Ферна остановиться. Как и ожидалось. — Господин Джулиан тоже преследует Дантеса. Разве не стоит выслушать его, прежде чем уводить задержанного? — Господин Джулиан? — Да! — Хм. Острая настороженность Ферна немного смягчилась. Он вступил в «Закрытые Глаза» после службы в рыцарском ордене. Для любого сотрудника организации имя Джулиана служило поводом дважды подумать. Такое влияние имел этот человек. — Если он тоже преследует Дантеса, значит, господин Джулиан расследует Орден Рассвета? Ферн пробормотал это себе под нос, затем будто понял что-то и кивнул. — В твоих словах есть смысл. Дантес, вероятно, раскрылся именно потому, что господин Джулиан начал расследование. Неправильно присваивать его заслугу. Это было далеко не полной правдой, но Лазлот всё равно кивнул. Дантес должен попасть к Джулиану, а не к «Закрытым Глазам». Увидев ситуацию, Джулиан наверняка найдёт решение. — Тогда, как ты предложил, подождём господина Джулиана… — Вы… вы сказали, что Джулиан расследует Орден Рассвета ради заслуг? Дантес вдруг поднял голову. — Сохраняйте молчание, господин Дантес. Сейчас вам лучше воспользоваться правом не давать показания. — Нет, идиот! Джулиан делает это не ради заслуг! Увидев, как лицо Дантеса краснеет, Лазлот понял: сейчас случится беда. «Он собирается всё рассказать!» Загнанный в угол Дантес намеревался вывалить всю правду об Ордене Рассвета. — Он просто хочет подняться на вершину! — Подняться на вершину? — Да! Орден Рас… — Вжух! Что-то пронеслось по воздуху и вонзилось Дантесу в горло. Кровь фонтаном окатила лицо Ферна. — Кх… кхр… Дантес захрипел, закатил глаза и рухнул. Он умер. — А-а-а! Лазлот отшатнулся и упал на задницу. Что только что произошло? Не успел он осмыслить увиденное, как Ферн поднялся, положив ладонь на рукоять меча. — Кто здесь?! В крике слышалась собранность опытного рыцаря, но на лице проступил страх. Он не успел увидеть ни момент броска, ни сам предмет до того, как тот прервал жизнь Дантеса. — Дантес, жалкий дурак. Я знал: раз ты связался с Герардом, всё закончится именно так. Из тёмного переулка медленно вышли три фигуры. Двух Лазлот знал как епископов. А третьим был… «Почему он здесь?» Узнав человека, Лазлот оцепенел. Он был последним, кто должен был появиться в этом месте. ---------- Тьма (2) Лазлот почувствовал, как воздух вокруг застыл. Перед ним стоял человек в маске, сопровождаемый двумя епископами. Его присутствие было настолько тяжёлым, что обычный человек наверняка оцепенел бы от ужаса. Два глаза, видимые через прорези маски, смотрели так остро, что по спине выступил холодный пот. «Верховный понтифик Тенелон…» Появление главы и центра Ордена Рассвета заставило окружающий воздух похолодеть — или, по крайней мере, так показалось Лазлоту. «Что мне делать?» Он уже почти убедил Ферна передать Дантеса Джулиану. Но теперь Дантес был мёртв, а Верховный понтифик стоял прямо перед ними. Хуже положения трудно было придумать. Лазлот застыл, не понимая, как поступить. Если поприветствовать Верховного понтифика, он раскроет свою принадлежность перед Ферном. Если просто молчать, это могут расценить как богохульное неуважение. Именно присутствие Ферна превращало ситуацию в тупик. — Кто вы? — осторожно спросил тот. В переулке прозвучал его напряжённый голос. У ног лежало тело Дантеса. Кровь смешивалась с дождевой водой и растекалась по земле. — Похоже, этот человек из «Закрытых Глаз» выслеживал нас. — Я разберусь. Один из епископов шагнул вперёд, намереваясь услужить Тенелону, но тот поднял руку. — Нет. Он идеально подойдёт для «испытания». Слова прозвучали так, будто Верховный понтифик уже всё решил. Остальные не поняли его намерения. — Пах! Из бедра Ферна брызнула кровь. — Кх…! Лазлот даже не увидел, что произошло. Воздух едва заметно дрогнул, и в следующую секунду нога Ферна уже была ранена. В его зелёных глазах появилось недоумение. «Он ему не противник». Похоже, сам Ферн пришёл к тому же выводу и приготовился бежать. — Приветствую Верховного понтифика! Увидев это, Лазлот мгновенно опустился на колени и прижал голову к земле. Раньше он предлагал устранить Ферна, чтобы избежать риска, но Джулиан отложил решение. Теперь Лазлот решил выиграть Ферну время, следуя воле Джулиана. «Беги, идиот!» Он намеренно раскрыл личность, чтобы Ферн не остался из-за него. Тот на мгновение замешкался, затем развернулся и бросился прочь от Тенелона. — Хм. Неожиданно. Рыцари обычно любят встречать опасность лицом к лицу. — Вероятно, он не желает умереть. — Верно, Эмили. Тенелон был настолько уверен, что сможет поймать Ферна в любой момент, что пока позволил ему уйти. — Топ. Топ. Лазлот не видел лица приближающегося Верховного понтифика, поскольку продолжал прижиматься лбом к земле. Но тёмное присутствие, похожее на нависающую гору, становилось всё ближе. Он прикусил губу. — Благодарю за труды, верующий. Благодаря тебе Дантеса удалось найти без особых усилий. — Я лишь исполнил долг члена Ордена! — Благородный образ мыслей. Как тебя зовут? — Лазлот! Меня зовут Лазлот, Ваше Святейшество! — Я запомню это имя. Лучше бы не запоминал. Лазлот задрожал от собственных нечестивых мыслей. — Ваше Святейшество, что делать с убегающим рыцарем? — Найти его в трущобах несложно. Однако… Тенелон задумчиво коснулся подбородка. Лазлот ощутил в его голосе странное возбуждение и вздрогнул, но головы не поднял. — Как я уже сказал, он станет «испытанием». *** Слова Пинтеля заставили меня нахмуриться. — Что вы имеете в виду? — Именно то, что сказал. Вот поэтому я и спрашиваю, что значит «именно то». — Сотрудник «Закрытых Глаз» начал копаться в наших делах. Он знает слишком много, чтобы оставлять его в живых. — Значит, вы предлагаете убить моего подчинённого прямо передо мной — сотрудником той же организации? — Решение принял не я. И что это должно означать? Если не он, тогда кто? Я уже собирался спросить, но заметил, что тот на мгновение замялся. Кто мог напрямую отдать такой приказ? Чтобы собрать в трущобах нескольких епископов и организовать операцию, требовался как минимум архиепископ. Но Элеонора здесь ни при чём. Тогда… «Тенелон вышел лично». Он наконец начал двигаться. Но зачем? Понятно, почему он прибыл устранить Дантеса, но дальнейшие действия… Он решил зачистить все нежелательные элементы? «Время выбрано отвратительно». Сейчас епископы Ордена Рассвета собирались заменить Верховного понтифика. И я, похоже, почти превратился в руководителя заговора. Но подготовка ещё не завершена. «Ударить по Тенелону прямо сейчас?» Нет. Нельзя преждевременно вспугивать врага. Для казни требуются точные время и место. Без подготовки невозможно снести огромную гору по имени Верховный понтифик. Лишь когда вода накопится и превратится в бурный поток, Тенелона можно будет уничтожить, а последующий хаос — взять под контроль. «Нужно убрать не только его, но и весь шум после». Если случайно устранить одного Верховного понтифика, Орден Рассвета не исчезнет. На освободившееся место просто встанет другой. Моя конечная цель — полное уничтожение Ордена Рассвета. — Сейчас не время колебаться, — продолжил Пинтель. — Убийство Ферна усилит враждебность Империи к Ордену, но нам нельзя взвешивать такие мелочи. Раньше я говорил ему, что смерть сотрудника «Закрытых Глаз» создаст для меня огромный риск. Но если выступить против приказа, моё положение в Ордене Рассвета ослабнет. Тенелон сможет использовать неповиновение как повод исключить меня. Если говорить прямо — казнить. — Верховный понтифик наблюдает за происходящим. Он обязательно оценит решение господина Джулиана, который одновременно принадлежит к «Закрытым Глазам». Пинтель понимал всё это и говорил всё настойчивее. — Вы ведь понимаете? Сейчас вся наша идея держится на господине Джулиане. Без вас всё потеряет смысл. В его голосе не было ни капли сомнения. Пусть я не совершал никаких великих деяний ради их возвышенных целей, определённая правда в словах имелась. Колпаран, Пинтель, Элеонора… Все они начали опираться на имя Джулиана. — Вы должны принять рациональное решение. Даже если он сотрудник «Закрытых Глаз», нельзя позволять чувствам затуманить разум. Пинтель говорил так искренне, словно речь шла о его собственной судьбе. «Принять холодное решение». Открытые глаза, недавно бушевавшие внутри, постепенно успокоились. Благодаря этому мысли прояснились. «Пинтель, я прекрасно вас понял». Не нужно цепляться за мелкие чувства. Следует смотреть в будущее. «Верно». Спокойствие позволило ясно понять, от чего требуется отстраниться. Пусть жаль приносить в жертву человека, не совершившего ничего дурного, для моей безопасности это необходимо. «Иногда нужно быть безжалостным». Кстати… «Операция „Ломаем пальцы“ всё ещё продолжается». Я умираю от усталости. — По последнему докладу епископ Эмили преследует сотрудника «Закрытых Глаз». — Что с Дантесом? — Верховный понтифик лично его устранил. Как и ожидалось. — Где находится Ферн? Увидев, что я собираюсь решить вопрос лично, Пинтель просиял. — Судя по направлению, он движется через четвёртый район к этому месту. — Хм. — Это возможность открыто доказать верность, собственноручно устранив человека из «Закрытых Глаз». Если вы это сделаете… — Позже будет проще убить Верховного понтифика. — Именно. Выбора нет. В первую очередь — моя безопасность. — Плеск! *** Ферн спешил прочь, а давящее присутствие преследователей вызывало тошноту. — Кх… Одновременно заболела рана в бедре. «Демоническая энергия…» Сначала он не понял, что именно пробило ногу, но зловещая сила напоминала присутствие демона. Остаточные семена мыслей Демонического бога, рассеянные по континенту. Демоническая энергия. «Неужели тот человек — глава Ордена Рассвета?» Стараясь подавить боль, Ферн начал спокойно собирать факты. «Если да, почему он убил Дантеса?» Разве глава не должен был спасти товарища по Ордену? «Нет. Дантеса уже преследовали». Причём Лазлот. «Лазлот!» Мысль о нём разожгла ярость сильнее боли. «Предатель». Но сейчас нужно было думать только о выживании. Вернувшись в столицу, он разберётся с Лазлотом позже. «Однако…» Почему зловещее присутствие усиливалось по мере бегства? — Грохот! Добравшись до моста, соединявшего трущобы со столицей, Ферн посмотрел вниз. Из-за непрерывного дождя уровень воды поднялся, течение стало особенно сильным. «Если перейду, смогу попросить помощи у гарнизона». Зловещие следы демонической энергии тянулись за спиной, но за мостом начиналась безопасность. Ферн с облегчением ступил на настил. И тогда на противоположном конце появилась слишком знакомая фигура. — Господин Джулиан! Пусть тот был весь в крови и ранах, его спокойная походка напоминала луну, скользящую по воде, и принесла странное облегчение. Джулиан услышал зов и медленно поднял голову. Неподвижный прищур. Едва заметная улыбка. Что-то казалось неправильным. Не успел Ферн додумать… — Шинг! Джулиан обнажил меч. ---------- Тьма (3) — Господин Джулиан…? Лунный Меч мягко блеснул, словно отражение луны на воде. Ферн настолько растерялся, что начал заикаться. Враждебности он не чувствовал, но рыцарь не обнажает меч без намерения сражаться. Был ли на мосту кто-то ещё? «Нет». Тогда нетрудно понять, кому предназначался клинок. Инстинкты кричали во весь голос. Обнажи меч! Хочешь жить — сопротивляйся этому чудовищу! Но разум отвергал предупреждение. Ферн так и не вытащил оружие. Он стоял, ошеломлённо глядя, как Джулиан приближается без малейшей эмоции. — Кх…! Может, после недавнего облегчения напряжение спало. Рана от пули демонической энергии в бедре начала пульсировать сильнее. Человек в маске, которого Ферн считал главой Ордена Рассвета, остался на том берегу и наблюдал за происходящим. «А, вот оно что!» У Джулиана не было причин направлять меч на подчинённого. Да, между ними произошёл неприятный эпизод, но всё давно осталось в прошлом. Значит… «Господин Джулиан тоже пришёл разобраться с главой Ордена Рассвета». Уверившись в этом, Ферн повернулся к человеку в маске. Даже с первого взгляда было ясно: противник, окутанный огромным количеством демонической энергии, далеко не обычный человек. «Пусть доказательств нет, это наверняка глава Ордена Рассвета». Ферн знал и о тесной связи организации с демонами. Такая сила могла принадлежать ему. Сохраняя напряжение, Ферн положил руку на рукоять и повернулся к маске спиной, полностью сосредоточившись на ней. — Бух! Что-то горячее пронзило живот. — Ха… В следующую секунду сознание пронзила невыносимая боль. Ферн опустил взгляд. Из живота торчал любимый меч Джулиана — Лунный Меч. — Господин… Джулиан… Кха! Он был ошеломлён не столько болью, сколько вопросом: почему? — Вжух! Джулиан выдернул клинок. Кровь рассыпалась в воздухе, словно лепестки. — …Почему? Ферн повернулся, но ответа не получил. В лице Джулиана не было эмоций. Он выглядел так, будто исполнял обычную повседневную обязанность. Глаза сощурились, на губах играла улыбка. — Не держи на меня слишком большой обиды, Ферн. Ты ведь понимал, что между нами может произойти нечто подобное. Улыбка стала шире. Джулиан отвёл Лунный Меч назад и нанёс второй удар, на этот раз в грудь. — Плеск! От удара Ферн отшатнулся, потерял равновесие и упал в канал. После дождя поток был особенно быстрым. Обмякшее тело мгновенно подхватило водой и унесло прочь. «Вот это течение». Мысленно восхитившись силой природы, я достал платок и вытер кровь с Лунного Меча. — Хлоп. Хлоп. Хлоп. Пока я очищал оружие, Тенелон приблизился в сопровождении двух епископов. Хлопал только он. Похоже, любовь к ненужной театральности никуда не делась. — Джулиан, я не могу выразить, насколько рад, что ты выбрал Орден Рассвета, а не столь незначительную должность в «Закрытых Глазах». Я знал, что он наблюдает. Именно поэтому собственноручно «устранил» Ферна: Тенелон должен был увидеть сцену, а выгода — достаться мне. — Теперь сотрудник «Закрытых Глаз», узнавший слишком много о тайнах Ордена Рассвета, определённо мёртв. Ты сможешь уничтожить собранные сведения, и нам больше не о чем беспокоиться. С момента моего возвращения из Святого королевства Тенелон смотрел с недоверием. Теперь подозрения исчезли. Ради него. Ради Ордена Рассвета. «Послушная собака, готовая убить даже товарища». Именно так он наверняка думал. «Пускай». Тогда я смогу действовать свободнее. — Ваше Святейшество, лучше отправить погоню. На всякий случай, — сказала Эмили. — Нет. Я видел всё собственными глазами. Тенелон хитро улыбнулся мне. — Меч Джулиана точно пронзил сердце. Если тот человек не демон, после такого он не выживет. Ублюдок радостно рассмеялся. Я коротко улыбнулся вместе с ним. Глупец. — Вы наблюдали, Ваше Святейшество? Я намеренно притворился, будто не знал. С самого начала было очевидно: он устроил «испытание» моей верности. — Да. Я наблюдал, чтобы проверить тебя. — Это неприятно. Я сухо рассмеялся, не скрывая недовольства. — Что вы только что сказали…? — Вы хотите умереть? Два епископа рядом с Тенелоном возмутились, но их слабое сопротивление меня не интересовало. — Довольно. Словно разделяя мои мысли, Тенелон остановил их и шагнул вперёд. — Ты вправе быть недовольным. Я проверил тебя, ничего не объяснив, Джулиан. — Ваше Святейшество, могу задать один вопрос? — Конечно. — Что произошло бы, не пройди я испытание? — Хм. Тенелон на мгновение задумался, но ответил без колебаний: — Ты бы умер. — Понятно. — Ты принимаешь это удивительно спокойно. Спокойно, видите ли. Сердце колотилось как сумасшедшее, ублюдок! — Надеюсь, подобного больше не повторится. Вы понимаете? Стараясь не выдать внутреннее напряжение, я посмотрел прямо на Тенелона. — После ухода Святого Меча из Империи причина, по которой я оставался в Ордене Рассвета, стала слабее. Официально я вступил в организацию ради силы, необходимой для победы над Святым Мечом. Разумеется, это была лишь внешняя причина. — Да. Я прослежу, чтобы подобное не повторилось. Прости, если оскорбил тебя. Увидев, что я не собираюсь уступать, Тенелон немного отступил. Настоящий Джулиан, вероятно, не спустил бы такое с рук. Возможно, уже попытался бы устроить драку из-за одного сомнения. Я держался только потому, что оставался собой. — Нет необходимости извиняться, Ваше Святейшество. Хотя в этот раз я действительно разозлился. Может, раздражала кровь на одежде. Или внутри ещё не успело угаснуть возбуждение после боя. — Следующего раза не будет. Возможно, потому что следующий раз не наступит уже для вас. — Я запомню. Понял он намёк или нет, Тенелон ответил весело. Затем развернулся и вместе с епископами приготовился уйти. — Ах да. Мне нужно назначить новых епископов. Будто внезапно вспомнив, он остановился. Если уходишь — так проваливай уже. — Я хотел бы, чтобы ты присутствовал на церемонии назначения, Джулиан. В другой ситуации я нашёл бы причину отказаться, но сейчас приглашение оказалось кстати. «Удобный момент». Пусть они сами назначат дату. Мне останется сообщить остальным, и этот день станет днём казни. — Я приду. — Прекрасно. Тенелон хихикнул и ушёл лёгкой походкой. Он не знал, что собственный суд уже назначен. Иди готовься нюхать посмертные благовония из-за ширмы. — Ш-ш-ш! Я посмотрел на канал, по которому унесло Ферна. Лунный Меч больше не был нужен, и я собирался убрать его в ножны, когда Анжелика поднялась по телу и окутала кончик оружия. ▶ Анжелика ▷ Предмет помещён в хранилище. После получения имени Анжелика развила способность хранить предметы внутри себя. — Нельзя! Это не еда! Она уже заглотила часть клинка, но после окрика съёжилась и отступила. Даже демон способен так поникнуть от одного выговора. «Хм». Я осмотрел кончик меча. Хотя им только что «пронзили» грудь Ферна, на металле не было ни капли крови. Рана в животе была настоящей. А второй удар я лишь изобразил, спрятав кончик клинка в пространстве Анжелики. «Это действительно предел». Усталость навалилась разом. «Нужно вернуться и отдохнуть». Стоило подумать об этом, как взгляд упал на залитое кровью пальто. «Блять». Любимое пальто. *** — Ловите его. Пинтель ждал там, где канал уходил под землю. Увидев несомое потоком тело, он приказал солдатам действовать. Двое людей ухватились за стены, протянули руки и с трудом вытащили Ферна на каменный берег. — Никому не рассказывайте о том, что видели сегодня. — Поняли. Пинтель доверял этим солдатам, поэтому не стал ничего уточнять и осмотрел спасённого. Ферн из «Закрытых Глаз». Из-за кровопотери и переохлаждения состояние было тяжёлым, но непосредственной угрозы жизни не было. «Если перережу ему горло сейчас, оправдание найдётся». Раны оказались хуже, чем предполагалось, и он умер. — Перенесите его. — Да. Однако Пинтель лишь подумал об убийстве и ничего не сделал. — Вы собираетесь пощадить сотрудника «Закрытых Глаз»? Это нелепо! Его смерть обеспечит безопасность господина Джулиана! — Я решаю, кто будет жить. Господин Пинтель, полезных людей следует сохранять. — Нужно мыслить рационально! Этот человек никак не поможет нашим планам! — Когда я считаю кого-то полезным, использую его независимо от обстоятельств. Господин Пинтель, разве вы сами живы не по той же причине? Тогда разум Пинтеля опустел. «Если меня спросят, помогали ли мои действия господину Джулиану до сих пор…» Он не смог бы уверенно ответить «да». И всё же Джулиан заявил, что Пинтель обладает ценностью. — Господин Джулиан счёл вас достаточно полезным, чтобы спасти. Будьте благодарны. Пинтель произнёс это Ферну, словно повторяя самому себе. Будто заново осознавал собственное положение. — Уже скоро? Поднимаясь по лестнице из подземного канала, Пинтель увидел огромную полную луну, освещавшую мир. «Остаётся дождаться окончательного ответа господина Джулиана». Когда наступит «тот день», Орден Рассвета перевернётся с ног на голову. Ведь это будет день, когда сменится Верховный понтифик. ---------- Исправление (1) — Фух. Я тяжело выдохнул. От усталости глаза буквально закрывались… Хотя, если подумать, они и так всегда закрыты, разве нет? Как бы то ни было, тело было слишком изранено и вымотано, чтобы двигаться. Но оставалось незавершённое дело. Операция «Ломаем пальцы», начатая по приказу второго принца Осборна де Адратана. Операция ещё не закончилась. — Докладывайте результаты. Командиры рыцарских орденов, собравшиеся в условленной точке, по очереди сообщили о положении дел. Выслушав их, я подвёл итог: — Четверо руководителей «Шести Пальцев» устранены. Трое из них мертвы. Верно? — Именно так! — громко подтвердил Тео. Лишь сейчас я заметил, сколько на нём ран. Какими бы сильными ни были Пальцы, довести командира ордена до такого состояния им не следовало. К счастью, благодаря крепкому телу смертельных повреждений у него не было, однако мелких ран хватало. Почти как у меня. — Сопротивление «Шести Пальцев» оказалось ожесточённым. Даже командир Непоколебимых рыцарей получил столько ран. — Эти? Меня ранили собственные рыцари! Я ослышался? Тео признался настолько буднично, что пришлось уточнить. — Вы говорите, что ваши подчинённые напали на собственного командира? — Гва-ха-ха! Именно! Его прямолинейный ответ лишил меня слов. Но спорить с этим мускулистым идиотом не имело смысла. Я только сильнее устану от разговора. — Похоже, Клеймёные рыцари серьёзных потерь не понесли. — Да, учитель Джулиан, — с улыбкой ответила Карина. Сначала, увидев мои раны, она выглядела потрясённой. Когда убедилась, что я жив, настроение заметно улучшилось. Следующим был Швальт. — Вы взяли сразу двух руководителей «Шести Пальцев». Как и ожидалось, господин Швальт превосходен. — Это естественно. Пока я разбирался с двумя, чем занимались вы? — Я убил Внешнего Пальца, главу «Шести Пальцев» Клода Фебранса. — Не лгите. Он окинул мои раны взглядом, словно говоря: «Куда уж тебе». — Я лгу? Разве учитель Джулиан способен лгать? — тут же вмешалась Карина. — Нет доказательств. — Тогда и у вас нет доказательств, что вы победили двоих. — Их тела находятся на аванпосте. — У учителя Джулиана тоже может быть тело, верно? Почему она продолжает звать меня учителем? Прозвище звучало непривычно, но оскорблением не было, поэтому я решил не обращать внимания. — Если труп считается доказательством, у меня он тоже есть, господин Швальт. — Вот видите? — …Хм. Тихо вздохнув, Швальт отвернулся. Кончики его ушей едва заметно покраснели. И так было ясно, чем всё закончится. Столько шума из ничего. *** После завершения операции я уснул почти мгновенно. Когда проснулся, всё тело онемело. Раны действительно оказались глубокими. — Блять… это всё… Первым делом я проклял Демонического бога, главного виновника моего состояния. «Проклятая тварь…» Я уже собирался обругать и непосредственного виновника, но вспомнил: «А, его больше нет». Ругать мертвеца как-то мрачно. В полусонном состоянии я поплёлся в купальню. Конечно, прекрасно понимал: когда вода попадёт в многочисленные раны, боль будет адской. «Это уже почти безумие». Но навязчивая потребность в чистоте, похожая на чувство вины, всё равно заставила меня зайти внутрь. — У-у-у… Как и ожидалось, стоило воде коснуться тела, боль охватила меня целиком. А как иначе, если она проникала в десятки отверстий? — Блять. Даже сейчас обязательно мыться? Ругая самого себя, я продолжал обливаться горячей водой. Постепенно боль стала слабее. После купания я высушил волосы и направился прямо в столовую. Для восстановления важнее всего питание. Я заранее попросил дворецкого приготовить больше еды, чем обычно. «Больше, чем ожидалось». Увидев накрытый стол, я криво улыбнулся. Хлеб, овощи, мясо, несколько соусов — блюда заняли почти всю поверхность. Ножки стола точно выдержат? Сев, я начал складывать продукты слоями на тарелке. Снизу хлеб, затем мясо, овощи и соус. Сверху ещё один кусок хлеба, чтобы всё удержать. Я откусил. «…Вкус не такой яркий, как у сетевого бургера». Но съедобно. Когда я потянулся за следующим куском, из-под стола выползла Анжелика. Обычно она сразу обвивала лодыжки и ласкалась, но после вчерашнего окрика всё ещё дулась. Приближалась осторожно, лишь слегка тыкаясь краем тени. Будь у неё человеческое лицо, она наверняка надула бы щёки, как ребёнок, у которого отняли конфету. Вот ведь, всем видом показывает обиду. — Вчера иначе было нельзя. Съешь это и прости. Я бросил ей кусок мяса. Анжелика медленно подползла, множество глаз радостно заморгало, и она проглотила угощение. «До чего жутко милая тварь». Если такой внешний вид кажется симпатичным, возможно, с моим мозгом действительно что-то не так. — Тук-тук. Я собирался снова откусить бургер, когда в дверь постучали. Обычно в это время никого не впускали, но сегодня была назначена встреча. — Войдите. Дверь открылась, и в столовую зашёл Лазлот. Обычно он выглядел опрятно, но после вчерашнего явно не успел отдохнуть. — Ты выглядишь уставшим. Ночь была беспокойной? — Да. Событий оказалось слишком много. — Сочувствую. Сон — лучшее лекарство. — Что с Ферном? — Он ещё не пришёл в сознание, но его жизни ничего не угрожает. — Хм. Хорошо. Пусть он узнал тайну Ордена Рассвета, я не считал, что Ферн уже заслужил смерть. До устранения Верховного понтифика лучше не допустить утечки и на время скрыть его. Иначе моя личность может раскрыться. Тогда Тенелон уйдёт из-под удара. А если Ферн откажется сотрудничать… «Разобраться можно будет позже». Я не сумасшедший. Не собираюсь кричать «Умри, хухут!» и рубить головы направо и налево. Пока существует возможность разговора, человеку следует дать хотя бы ещё один шанс. Мы всё-таки социальные существа. Вот какой я великодушный. — Сейчас господин Пинтель спрятал его у Безымянных. Когда назвали ваше имя, их глава согласилась помочь. По словам Лазлота, Ферн временно останется у Безымянных. Формально организация всё ещё была связана с Орденом Рассвета, однако нынешняя глава Майер подчинялась мне, поэтому тайну удастся сохранить. Интересно, как у неё продвигается изучение магии? Способности не вызывают сомнений, но характер весьма своеобразный. Представить, как безупречно чистоплотный Флюгель сталкивается с яркой и хаотичной Майер… Хе-хе. Наверняка забавно. Лазлот прервал фантазии. — Господин Пинтель сказал, что она долго ворчала. — Кто? — Глава Безымянных. Так и ожидалось. Передать ей Ферна без сопротивления не получится. Однако выражение «долго ворчала» из уст Пинтеля звучало забавно. Насколько же сильно она жаловалась? — Я уже договорился поговорить с ней отдельно. — С той ворчуньей? — Да. — Когда? — Вероятно, прямо сейчас. Не успел я закончить, как в коридоре раздались тяжёлые шаги. Дверь распахнулась. — Это уже слишком! Разумеется, вошла Майер, о которой мы только что говорили. Я заранее предупредил слуг, поэтому её пропустили без объявления. — Рыцарь, да ещё беглец… Что это? Зайдя в столовую, Майер заметила Лазлота. Она явно хотела заговорить об Ордене Рассвета, но при постороннем остановилась. — Продолжайте. Лазлот — наш союзник. — Вот как? Ты тоже один из «наших»? Пробормотав что-то вроде «невероятно», Майер вернулась к теме. — Зачем вы подбросили нам рыцаря, за которым охотится Орден Рассвета? Если нас поймают, всю организацию вырвут с корнем! Опасение было справедливым. Безымянные ещё не успели полностью отделиться от Ордена Рассвета после изгнания Герарда и формально оставались его подразделением. Если станет известно, что они укрывали Ферна, последствия будут тяжёлыми. — Этого не произойдёт. «Он» знал обо всех ваших опасениях. — …«Он»? Лазлот не понял намёка, зато Майер сразу вздрогнула. Вероятно, догадалась, что речь о Чёрном Рыцаре. — Поэтому можете не тревожиться. Стоило сослаться на него, и люди готовы были исполнить почти любую просьбу. Но… Может ли даже авторитет Чёрного Рыцаря перекрыть настолько серьёзную опасность? — Ну… раз он так сказал, выбора нет. Вопреки ожиданиям Майер сразу согласилась, чем сбила меня с толку. Усмехнувшись про себя её покорности, я снова откусил бургер. — Тогда передадите «ему»? — Что именно? — Скажите, чтобы пришёл и поговорил со мной лично. В её тоне появилось что-то странное. — Майер, вы ведь не питаете никаких необычных чувств? — Заткнитесь! Она огрызнулась и решительно вышла из столовой. Нехорошее предчувствие только усилилось. Имя Чёрного Рыцаря оказалось слишком тяжёлым. Я не умел соответствовать чужим ожиданиям. Тем более сейчас играл роль Джулиана — прищуренного злодея. Я лишь пытался пережить весь этот хаос. Хаа. Всё понемногу запутывается. После ухода Майер в комнате остались только мы с Лазлотом. — Эта женщина — глава Безымянных? Он видел её впервые и выглядел озадаченным. — Верно. — Тогда господин Пинтель точно описал её как ворчунью. С этим спорить нельзя. — И ещё, господин Джулиан. Используя успех операции, принц Осборн собирается назначить новую дату церемонии награждения. Я кивнул. Я уже знал об этом. Ради этого операция и проводилась, а рыцарские ордена собрались вместе. — Если она совпадёт с назначением епископов, о котором говорил Верховный понтифик, не возникнут проблемы? — Не возникнут. Даты не совпадут. При его словах я вспомнил будущую церемонию награждения и назначение епископов. Первая из-за запутанных замыслов Осборна наверняка принесёт немало хлопот. Но с тем хаосом, который я ожидал на второй, она всё равно не сравнится. Именно в день назначения епископов должен был умереть Тенелон — заноза, давно сидевшая в боку. Кроме того, полученная неожиданным образом черта могла оказаться крайне полезной. Вытерев руки платком, я открыл системное окно. ▶ Истинный сосуд Такой черты я не встречал ни в одном прохождении «Let’s Kill the Demon King Now». Но столкновение с Клодом, другим Сосудом Короля демонов, помогло понять её суть. Теперь я знал, сколько возможностей она открывает. ---------- Исправление (2) Новая черта — точнее, черта, появившаяся после превращения «Сосуда Короля демонов» в «Истинный сосуд», — могла открыть передо мной совершенно новые возможности в этом мире. ▶ Истинный сосуд ▷ Реагирует на черту «Сосуд Короля демонов». ▷ Наносит дополнительный урон владельцам черты «Сосуд Короля демонов». ▷ Позволяет использовать реликвии категории «Демонический бог». Особенно важным был второй пункт описания. Точнее, последний. Я получил прямое подтверждение, что способен использовать реликвии, связанные с Демоническим богом. Это означало… «Не только обычные реликвии. Я смогу пользоваться и Чашей Демонического бога». По изначальным правилам мира для управления Чашей было достаточно обладать «Сосудом Короля демонов». Но отдельное указание в новой черте могло означать, что теперь у меня есть приоритет над другими сосудами. «Скоро проверю». Сегодня у Врат Почтения во дворце должна была состояться церемония вручения ордена Королевского меча. Событие официальное, к тому же мне предстояло кое-что обсудить с Осборном, поэтому я решил одеться соответствующе. Стоя перед зеркалом, я поправил галстук. — Хм. Оглядев костюм целиком, удовлетворённо улыбнулся. Поиск подходящей одежды снова напомнил, насколько странным был гардероб Джулиана. Я хотел надеть обычный официальный костюм и открыл шкаф в поисках галстука, но… «Хаа». Розовый. Светло-розовый, тёмно-розовый, розовый почти до алого. Почему их здесь столько?! «Авангардный ублюдок». К счастью, в углу под розовым безумием нашёлся обычный тёмно-синий галстук. «Розовые галстуки. Серьёзно?» Я повязал единственное спасение вокруг шеи. Анжелика зашевелилась рядом и одобрительно заморгала. — Подходит? Она кивнула. «Реакция хорошая, но…» Если нравится демону, значит ли это, что на самом деле выглядит ужасно? Я не представлял, как оценивать вкус подобного существа. — Впрочем, кого вообще волнует галстук? «Сойдёт». Я вышел из комнаты и обнаружил в коридоре целую группу слуг. Что происходит? Когда я посмотрел на них, старший слуга шагнул вперёд. — Господин Джулиан, сегодня назначена репетиция церемонии вручения ордена Королевского меча. Вы присоединитесь? — Сначала мне нужно посетить одно место. Перед репетицией оставалось дело. Слуга на мгновение растерялся, но кивнул. Джулиан всегда поступал непредсказуемо. *** — Не верится, что вы получите орден Королевского меча, который вручали лишь раз за десятилетие. Перед церемонией я спустился в подземную тюрьму. Захард сидел в камере и выглядел куда чище и спокойнее, чем при возвращении с Севера. Похоже, содержали его прилично. Разумеется, благодаря мне. Когда сам Джулиан присылал припасы и требовал «особого отношения», стражники не могли обращаться с заключённым плохо. — Что вы хотели сказать? От моего резкого вопроса Захард замялся. — Ну… Он немного подумал. — Пожалуй, лучше промолчу. — Что именно? — Боюсь, после моих слов вы перестанете присылать еду. Вы уже практически всё сказали, разве нет? — Кстати, орден Королевского меча мне нравится. — Вы как-то с ним связаны? — Когда-то тоже рассчитывал его получить. Вообще-то награда могла достаться мне ещё десять лет назад. Не требовалось спрашивать, почему этого не произошло. Я и так хорошо знал прошлое Захарда. — Жизнь непредсказуема. Когда-то меня называли патриотом, а теперь я сижу в камере. — Судя по виду, вы здесь неплохо устроились. — Именно. Пока скрывался, постоянно боялся, что меня настигнут «Закрытые Глаза» или рыцари. Бр-р-р. Захард изобразил дрожь. Если бы он действительно сопротивлялся, преследующие рыцари и сотрудники «Закрытых Глаз» давно лежали бы в могиле. Вероятно, он не хотел поднимать оружие против Империи. — Когда получите награду, могу попросить дать мне её «посмотреть»? Что? На мгновение я решил, что ослышался. Посмотреть? То есть укусить? Этот сумасшедший окончательно потерял разум? — Да. Приготовлю воду, чтобы вы тщательно её прожевали. — Ха-ха, не смотрите так. Моими глазами орден Королевского меча всё равно не увидеть. — Поэтому собираетесь кусать? Можно хотя бы потрогать руками и понять форму, безумец! — Ну… Он задумался. — Так я хотя бы пойму, настоящее ли золото. — Вам действительно необходимо это проверять? — Хм-м. Захард заметно разочаровался. — Знал бы заранее — дезертировал бы чуть позже, после вручения. Не думаю, что о таком следует говорить настолько легко. — Кстати, зачем будущий кавалер ордена Королевского меча спустился в такую дыру? Вы ведь пришли не только похвастаться? — Хм. Верно. Я специально поправил галстук, подчёркивая готовность к церемонии. Пусть Захард не видел, но понял жест и усмехнулся. — Не пора ли вам выйти из тюрьмы? Сколько ещё собираетесь сидеть в этой грязной камере? — Мне кажется, обычно подобную фразу произносят наоборот, но неважно. Вы всё услышали правильно. — Говорят, я должен оставаться здесь до конца года. — Кто сказал? — Стража. Захард кивнул и продолжил: — Похоже, так постановил секретариат. Я не могу оспаривать его решение. — А если приказ поступит выше императорского секретариата? — Такой приказ существует? Выше них только императорская семья… Поняв, к чему я веду, Захард тяжело вздохнул и кивнул. — Берегите себя, господин Джулиан. Он внезапно перешёл на почтительное обращение. *** — Господин Джулиан, услышав медные инструменты, выходите на сцену. Я кивнул сотруднику секретариата и в последний раз поправил одежду за кулисами. Снаружи ощущалось огромное скопление людей. Поскольку награду лично вручал принц, церемония вызвала большой интерес. «Фух…» Я посмотрел в зеркало. Честно говоря, думал, что в теле Джулиана подобное мероприятие не вызовет никаких трудностей. Этот высокомерный человек не выглядел тем, кто способен нервничать перед толпой. Безграничное эго было и его силой, и слабостью. Но… «Похоже, он не настолько спокоен, как я думал». — Ба-бам! Бам-ба-бам! Зазвучали медные инструменты, и занавес разошёлся. Я шагнул вперёд. Сначала в глаза ударил яркий солнечный свет, затем передо мной открылось огромное море людей. «Люди похожи на мусор». Не успел подумать, как осознал смысл. Не в том смысле, что они мусор, а в том, что их столько же, сколько мусора. Нет. Это всё равно звучит мерзко. «Джулиан, ублюдок». Мало того что он перехватывает управление телом, теперь пытается захватить и сознание? Чтобы успокоиться, я намеренно наполнил голову бессмысленными мыслями и пошёл по ковровой дорожке. Шаг за шагом. Из толпы доносился шёпот. — Давно не проводили церемонию награждения. Людей собралось слишком много. — Но он совершенно не волнуется. — Как ни крути, человек выдающийся. На самом деле я нервничал до дрожи, но бесстрастное лицо надёжно это скрывало. Продвигаясь вперёд, я начал замечать знакомые лица. «Это Одвин?» Командир «Закрытых Глаз». Давно не виделись. «Айлин тоже здесь». Искать знакомых в толпе оказалось неожиданно забавно. Словно играть в поиск спрятанных картинок. Попались и другие известные люди. Альба из рода Годрихт. Пинтель Обрадин. Колпаран Демьюс. И… «Хм?» Даже Фелхор? Только стоял он не среди зрителей. Лицо показалось в ряду солдат, выстроенных вдоль ковра. «Пинтель поставил его туда?» Возможно. Наверное, разместил рядом на случай непредвиденных обстоятельств. Проходя мимо, я на мгновение встретился с Фелхором взглядом. «Вот ведь». Столько знакомых лиц в одном месте действительно выбивало из равновесия. Наконец я поднялся на помост, где ждал второй принц Осборн. Как обычно, его лицо оставалось деловым и строгим, но лёгкая улыбка показывала: он давно ждал этого дня. «Перед такой толпой это почти открытое заявление, что Джулиан поддерживает его». Естественно, положение Осборна в борьбе за престол укрепится. К тому же он создаст себе образ великодушного принца, награждающего достойного человека. «Но что поделать?» Всё может пойти не совсем по его плану. *** Стоя на помосте у Врат Почтения и глядя на огромную толпу, Осборн внутренне усмехался. Лично вручить Джулиану орден Королевского меча перед столькими людьми. «Мои братья и сёстры наверняка нервничают». Он прекрасно знал: двое других претендентов тоже стремились привлечь Джулиана и накинуть цепь на эту заметную фигуру. Как представитель одного из императорских подразделений, Джулиан совершил выдающееся деяние. — …В знак признания исключительных заслуг в недавней операции «Ломаем пальцы»… Приручить такую свирепую гончую означало доказать собственную силу. — …Империя Адратан признаёт ваш вклад и навеки сохранит его в памяти. — Хлоп! Хлоп! Хлоп! Когда ведущий закончил, толпа взорвалась громом аплодисментов. Осборн поднялся. — Господин Джулиан, прошу выйти вперёд. Джулиан сделал шаг, а навстречу подошёл сотрудник с роскошным футляром. Внутри лежал орден в виде золотого меча с крыльями. Осборн довольно улыбнулся, достал награду и надел на шею Джулиана. — Хорошая работа, Джулиан. — Ничего особенного, Ваше Высочество Осборн. Ответ прозвучал просто и скромно. — Это далеко не мелочь. Благодаря твоему безупречному исполнению честь императорской семьи восстановлена. — Благодарю за высокую оценку. Джулиан вежливо поклонился и отступил. До сих пор всё шло точно по репетиции. Под непрерывные аплодисменты Осборн едва заметно усмехнулся. «Что с ним станет после сегодняшнего дня, меня больше не касается». Главное — перед огромной толпой показать, что второй принц Осборн надел ошейник на гончую императорской семьи. — А теперь, господин Джулиан, скажите несколько слов. По просьбе ведущего Джулиан подошёл к усилителю голоса. Осборн улыбнулся про себя. — Кхм. Кхм. Взяв магический артефакт, Джулиан начал подготовленную речь. Сейчас он должен был произнести несколько скучных благодарностей, после чего церемония завершится. — Посмотрите на это, господа. Джулиан поднял висящий на шее орден. — Разве не мусорная награда? Тон оставался спокойным, но содержание было ядовитым. Этой фразы в репетиции не существовало. Глаза Осборна широко раскрылись. ---------- Исправление (3) — Этот орден действительно не более чем мусор. После громкого заявления Джулиана над Вратами Почтения повисла тишина. Иначе и быть не могло. В Империи преступление против достоинства императорской семьи стояло на самой вершине законодательной пирамиды. Назвать мусором награду, вручённую лично членом правящего дома, было всё равно что сказать: «Мне надоело жить. Отправьте мою голову на плаху». Даже человек с именем Джулиана не был исключением. «Хм». Признаюсь, для привлечения внимания требовалась сильная фраза. Но изо рта вылетело нечто слишком сильное. Блять! «Увидел эту огромную толпу, подумал о мусоре — и слово само сорвалось». Иными словами… Я ошибся от нервов. Блять! До сих пор высокомерные выходки Джулиана хотя бы удавалось относительно контролировать. Но назвать мусором награду императорской семьи перед таким количеством людей означало… «Ха-ха. Улыбающийся Палач сам окажется под топором палача!» Эта мысль снова всплыла в голове. «Фух». Зато внимание я привлёк идеально. Оставалось понять, как выбраться из ситуации. «И как мне перестать дрожать?!» *** В его глазах невозможно было прочитать эмоции, а улыбка будто была наполнена презрением. Глядя на Джулиана, Осборн мысленно цокнул языком. «Какова его цель?» Церемония вручения ордена Королевского меча. Огромная толпа. Если Джулиан позволил себе настолько вызывающий поступок, у него наверняка был продуманный замысел. «Он бы не стал настолько нагло нарываться без замысла». Иначе подобные слова, почти равные прямому оскорблению императорского дома, невозможно было объяснить. Несмотря на огромную ценность награды и тяжесть преступления, Осборн не стал вмешиваться сразу. Раз Джулиан чего-то желал, он сам продолжит. Поэтому принц решил ждать. — Возможно, я выразился слишком резко. Голос Джулиана, усиленный магическим артефактом, разнёсся над площадью. — Прошу не пугаться. Этот вопрос мы заранее обсуждали с Его Высочеством Осборном. Обсуждали? Осборн уже собирался спросить, о чём речь, но промолчал. Любопытство оказалось сильнее желания наказать за неуважение. Разумеется, если Джулиан перейдёт определённую границу, его немедленно арестуют. «Он ещё и просит не пугаться». Всю площадь переполошили именно его внезапные слова. — На самом деле существует человек, гораздо более достойный ордена Королевского меча. Разговор снова вернулся к награде. Джулиан начал речь с упоминания того, кому орден подходил лучше. Неужели он собирался отказаться? Снова? И сделать это перед столькими людьми? Плохой ход. — Северный герой Захард, который сейчас находится в заключении. Захард? Осборн знал это имя. Ещё до начала операции «Ломаем пальцы» Джулиан просил смягчить его наказание. — Знаете ли вы, почему он оказался в тюрьме? Осборн не помнил подробностей, но примерно представлял причину. К чему всё это? В глазах общества Захард был не героем Северного фронта, а дезертиром. — Его посадили за то, что он был отцом. У Осборна закружилась голова. Не из-за того, что Джулиан пытался изменить общественное восприятие Захарда. «Этот человек…» Осборн смотрел, как Джулиан с магическим артефактом в руке обращается к толпе. — На сына Захарда напал паразитический демон и превратил его в демона. Улыбаясь, Джулиан умело управлял вниманием слушателей. — Но Захард не бросил сына. Он решил собственноручно положить конец жизни ребёнка, ставшего чудовищем. Куда приведёт эта история, уже становилось понятно. — Ради этого он отказался от всех заслуг, накопленных за жизнь. Джулиан потряс орденом Королевского меча на шее. — Эта почётная награда изначально должна была принадлежать ему! Почётная? Только что он назвал её мусором. Осборн не находил слов. — Один из самых великих орденов Империи. Но Захард отказался от него. Он ушёл не ради спасения сына, а ради того, чтобы самому завершить его путь. Едва заметное волнение в голосе Джулиана казалось особенно коварным, поскольку обычно он говорил почти без чувств. Словно намеренно управлял настроением публики. — Как солдата и рыцаря его следовало осудить. Но он поступил так, потому что был отцом. По мере продолжения речи казалось, будто Джулиан держит чувства толпы на невидимых нитях. — Поэтому я и назвал этот орден мусором. На церемонии главным должен был быть Осборн, вручавший награду, а не Джулиан, её получавший. — Насколько жалким стало бы это событие, если бы награду отдали недостойному, пока истинный обладатель гниёт в тюрьме? Незаметно Джулиан оказался в центре всего внимания. — Однако! Голос прогремел над площадью. — Так было лишь до вчерашнего дня. Он повернулся к Осборну. — По моей договорённости с Его Высочеством орден вернётся к достойному человеку. Сейчас он наверняка заявит, что награду получит Захард. — Именно Захарду. Осборн встретился с ним взглядом. Джулиан своими словами снова превратил принца в главного героя сцены, но сделал это полностью по собственному сценарию. — Благодарю вас за великодушное решение, Ваше Высочество Осборн. Он искренне и глубоко поклонился. — Хлоп! Хлоп! Хлоп! Толпа взорвалась оглушительными аплодисментами. — Слава принцу Осборну! — Слава Его Высочеству! Заранее подготовив общественное мнение, Джулиан передал орден другому человеку так, что это не выглядело странным. «После такого уже не получится объявить, что он поддерживает меня». И всё же Осборн не чувствовал раздражения. До сих пор имя Осборна де Адратана ассоциировалось прежде всего с холодной рациональностью. Для военного это было достоинством. Но для человека, которому предстояло завоевать сердца народа, — недостатком. Сегодняшняя речь Джулиана создала иной образ: принца, способного проявить человечность, не теряя рассудительности. С этой точки зрения Осборн тоже многое приобрёл. «Истинный сотрудник „Закрытых Глаз“: сохраняешь нейтралитет и всё равно отдаёшь мне нечто, не запятнав репутацию». Под гром аплодисментов Осборн внимательно посмотрел на Джулиана. Тот продолжал улыбаться. «Тебя называют Императорской гончей, но хитрее лиса не сыскать». Пусть принц чувствовал себя переигранным, противиться происходящему не собирался. Осборн поднялся и пожал Джулиану руку. Аплодисменты стали ещё громче. *** — Господин Джулиан, вы замечательно выступили. Подготовленная верхняя одежда… Кья-а-а! Я стоял перед зеркалом в умывальной, когда услышал пронзительный крик служанки. — Я оставил одежду там. Можете забрать. — Ч-что? Ах, да! Благодарю! Она схватила сложенное пальто, поспешно поклонилась и убежала. «Сильно испугалась». Когда дверь закрылась, я снова посмотрел на отражение. Из уголка рта Джулиана текла ярко-красная кровь. Но раны, нанесённые Клодом, здесь были ни при чём. — Так сильно не понравилось слово «отец»? Именно история об отцовской любви перед толпой вызвала эту реакцию. — Ведёшь себя как капризный ребёнок. Почему тебя вообще так задевает подобное? Я прополоскал рот водой и вытер лицо полотенцем. Если подумать, большего упрямца трудно найти. Сильное эго означает бескомпромиссность, но не настолько же! — Фух… Хотя боль немного успокоила сердце, всё ещё колотившееся после выступления. Безумная импровизация сработала, но не совпади она с настроением Осборна — моя голова могла бы слететь прямо на сцене. «Больше никогда не хочу проходить через такое». С этой мыслью я покинул умывальную. — А. В коридоре стоял знакомый человек. Обен Крайпарт — отец Джулиана и нынешний глава семьи. Рядом находился старый рыцарь Эхар. — Гр-р-р… Опять! Успокойся, идиот! — Я видел церемонию. И… слышал твою речь. — Вот как. Благодарю, лорд Обен. Я обошёл его, хотя было ясно, что он хочет продолжить разговор. Лучше не вступать в беседу, иначе кровь снова польётся изо рта. «И без того во рту вкус железа». Я понимал, что Обен хочет восстановить отношения отца и сына. Но этот упрямый ублюдок внутри не собирался даже слушать. Я не мог заставить его. — Господин Джулиан. Делая вид, будто не замечаю взгляда Обена, у выхода я встретил Лазлота. — Господин Ферн пришёл в сознание. — Вот как? — Хотите навестить его прямо сейчас? Тогда я сообщу Болтушке. Болтушке? Он говорит о Майер? Похоже, быстро сблизились. — Да. Передай ей. Ответив, я быстрым шагом покинул коридор. Чувствуя взгляд Обена в спину, пришлось крепко стиснуть зубы, чтобы инстинкт Джулиана не заставил меня выхватить меч. ---------- Давайте познакомимся (1) — Лязг! Решётчатая дверь открылась, и Захард вышел из камеры. Он огляделся по сторонам. Наверное, это была обычная привычка: увидеть вокруг всё равно ничего не мог. — Поздравляю, господин Захард, новый кавалер ордена Королевского меча. Теперь обращение «господин» действительно соответствует вашему положению. — Хм. На мои слова Захард коротко вздохнул. — Джулиан, вы удивительный человек. Не только отдали награду, но и сдержали обещание вытащить меня отсюда. — Материальные вещи меня не интересуют, поэтому поступок дался легко. Я тихо усмехнулся. Какую пользу мне принесёт орден? Главное желание — собственная безопасность и спокойная жизнь. А ещё один сильный союзник рядом точно не повредит. — Что ж, выбраться приятно. Но, господин Захард, не могли бы вы ненадолго пойти со мной? — Нужно срочно куда-то отправиться? — Да. После моего кивка Захард согласился без колебаний. — Полагаю, вы освободили меня не без причины. Мы уже собирались выйти из тюрьмы, когда на его лице появилось едва заметное сожаление. — Почему вы так выглядите? Захард нахмурился. — Разве вручение ордена Королевского меча не сопровождается отдельной церемонией? Хотелось хотя бы раз попробовать. …Сопровождается? И зачем, если вы всё равно ничего не увидите? Освободив Захарда, я направился прямо на базу Безымянных, где спрятали Ферна. Нужно было поговорить с пришедшим в сознание Ферном. И примерно то же самое я собирался сообщить Захарду. — Это трущобы, верно? — Да. — У вас здесь есть знакомые? — Верно. — Вы совершенно не подходите этому месту. Я думал, у вас болезненная тяга к чистоте. Болезненная тяга… да, пожалуй. Даже сейчас от одного вида пожелтевших стен и грязного пола по спине выступал холодный пот. — Кстати, вы обещали объяснить, зачем освободили меня, когда мы доберёмся до места назначения… — Да. — Можно хотя бы кратко рассказать сейчас? Любопытство меня съедает. Я немного подумал. Изначально хотел говорить при Ферне, но вреда от предварительного объяснения не видел. — Вы знаете об организации под названием Орден Рассвета, господин Захард? — Конечно. Мы уже обсуждали группу безумцев, мечтающих воскресить Демонического бога. — Я один из руководителей Ордена Рассвета. — Щёлк. Захард остановился и повернул голову ко мне. Во взгляде читалось любопытство. Враждебности не было. — У вас есть причина? Может, вас шантажируют? — Заложников нет. Я вступил по собственной воле, поэтому оправдываться нечем. — Вот как? — Подробности объясню внутри. Там есть человек, которому тоже следует узнать правду. — Если говорить откровенно… Захард не двинулся с места и заставил меня обратить внимание на его лицо. — Узнай я, что прежний вы состоит в Ордене Рассвета, даже не удивился бы. С этим я был согласен. Джулиан, жаждавший силы, вполне мог протянуть руку Ордену Рассвета, даже если тот противостоял императорской семье. Именно так он и поступил. — Но сейчас всё иначе. Поэтому я хочу понять причину. Какой же он нетерпеливый. Я ведь только что сказал, что объясню через несколько минут. Наверное, заметив моё выражение, Захард неловко кашлянул. — Как и говорил, моё любопытство ненасытно. *** — Кх… кх… Ферн медленно открыл глаза. Первым перед ним возник грязный деревянный потолок. — Скрип. Скрип. Стоило осознать, что он лежит на крайне неудобной кровати, как живот пронзила резкая боль. — Кх…! Благодаря ей мутное сознание быстро прояснилось. Что произошло с телом? Ферн коснулся бинтов вокруг живота, и спутанные воспоминания постепенно обрели форму. Рану нанёс меч Джулиана. — Не держи на меня слишком большой обиды, Ферн. Ты ведь понимал, что между нами может произойти нечто подобное. Джулиан произнёс это таким тоном, словно говорил о чём-то естественном. Затем снова взмахнул мечом и вонзил клинок Ферну в грудь. После подобного он должен был умереть. «Почему я жив… Кх!» Ферн прикусил губу, когда боль усилилась. Что произошло? Он не успел разобраться, потому что в комнату вошёл знакомый человек. — Господин Ферн, вы очнулись? Это был Лазлот, стажёр «Закрытых Глаз». Едва увидев его, Ферн забыл о ране, резко поднялся и схватил Лазлота за шею. — Кх… кхр…! — Кто ты такой? И…! Голос Ферна был холоднее льда. Разница в силе очевидна, но шею Лазлоту он пока не ломал. — Что произошло?! Почему я жив и зачем меня пощадили?! Он был так близок. Почти схватил Дантеса и сделал ещё шаг к раскрытию Ордена Рассвета. Пусть вмешался человек в маске, кое-что Ферн всё же узнал. Во-первых, маска принадлежала главе Ордена Рассвета. Во-вторых, Лазлот состоял в той же организации. Но оставался странный вопрос. Если Лазлот действительно был членом Ордена, почему Ферн до сих пор жив? — Чего вы добиваетесь? — Успокойтесь, пожал…! — Я спросил, чего вы добиваетесь, Лазлот! — Хруст! Подавляя боль, Ферн усилил хватку. На губах Лазлота появилась пена, взгляд начал мутнеть. — Цок. Пришлось отпустить. — Ха… ха…! Лазлот жадно хватал воздух и непрерывно кашлял. Воспоминания об обычных разговорах и совместной работе вызывали невольную жалость. Но чувство предательства было сильнее. — Ты тоже состоишь в Ордене Рассвета? Лазлот кивнул. — …Тогда господин Джулиан тоже? Он снова кивнул. — Хаа… На Ферна навалилось тяжёлое разочарование. Мир вокруг будто потемнел. Зачем он ушёл из Лазурных Львов и вступил в «Закрытые Глаза»? «Чтобы перенять мастерство и образ мыслей господина Джулиана». Ради этого он отказался от славы рыцаря. В мастерстве Джулиана сомневаться не приходилось. А вот образ мыслей оказался совсем иным. Даже когда Святой Меч Хейден Райх покинул Империю и был объявлен изгнанником, Ферн не испытывал такого потрясения. — Лазлот. — Ха… ха… Да. — Спрошу ещё раз. Почему меня оставили в живых? Пока он лежал без сознания, Лазлот мог убить его без труда, несмотря на разницу в силе. Человек, расследующий секретную организацию, представлял очевидную угрозу. Тем непонятнее было решение. — Приказ господина Джулиана. — Господина Джулиана? — Да. Мысли Джулиана всегда оставались непостижимыми. До раскрытия его связи с Орденом и после. «Он пощадил меня ради заложника?» Нет. Внутри «Закрытых Глаз» Ферн не обладал ценностью как заложник. Тем более человек, чьё влияние превышало даже власть командира, не нуждался в подобной страховке. «Тогда зачем?» Зачем брать такой риск, когда Ферн уже раскрыл его личность? — Что ты знаешь? — Простите? — Пока я расследовал Орден Рассвета, вы наверняка смеялись за моей спиной? Мысли запутались. Ферн поднялся и начал давить на Лазлота аурой. От ярости обычный человек отвёл бы взгляд. — Стажёр наблюдал, как я бегаю по кругу, и потешался… — В «Закрытых Глазах» действуют горизонтальные отношения, а оружие против товарищей строго запрещено. Ферн повернулся на внезапный голос. У входа стоял Джулиан — центр всех загадок, как всегда мягко улыбающийся. — Господин Джулиан… — Вы помните первый пункт третьей статьи правил «Закрытых Глаз»? Хотя мне, пожалуй, не стоит об этом говорить. Действительно не стоит. Рану на животе нанёс именно он. — Зачем вы меня спасли? Даже по сравнению с резкостью к Лазлоту голос Ферна немного смягчился, но по-прежнему звучал остро. — Вы хотели умереть? Джулиан совершенно не отреагировал на тон. — Вы пришли играть словами… Кх! — Понимаю. Успокойтесь. Лазлот, выйди. Я хочу поговорить с оставшимися. Поначалу растерявшись, Лазлот всё же исполнил приказ и покинул комнату. — Теперь, когда здесь остались лишь те, кому нужно знать мой секрет, перейдём к делу. — Кхм. Джулиан прочистил горло. — Я сотрудничаю с Орденом Рассвета. Ферн уже знал, поэтому сильного потрясения не испытал. — Хм. Захард тоже лишь тихо отозвался. — Значит, вы освободили меня и сохранили жизнь этому человеку, чтобы сообщить это? — спросил он. Именно. Оставить Ферна в живых лишь ради признания в принадлежности к Ордену, не объяснив настоящих намерений, было слишком рискованно. — А. Ферн поднял голову и прямо посмотрел в лицо Джулиана. Кажется, он начал понимать, зачем его спасли. — Неужели вы оставили меня в живых, чтобы я сообщил императорской семье о существовании Ордена Рассвета…? — Нет. Джулиан мгновенно отверг предположение. Глаза его привычно изогнулись, на лице появилась хитрая улыбка. — Я привёл вас сюда, потому что собираюсь уничтожить Орден Рассвета. ---------- Давайте познакомимся (2) — Я собрал вас здесь, чтобы уничтожить Орден Рассвета. После моих слов комнату накрыла тяжёлая тишина. Что вполне естественно. Сначала я признался, что состою в Ордене Рассвета, а затем объявил о намерении его уничтожить. Любой бы запутался. «Но чтобы тишина стала настолько гнетущей…» Я не знал, как продолжить. — Уничтожить Орден Рассвета? — первым заговорил Захард. — Верно. К счастью, его вопрос избавил меня от неловкости. Поскольку я заранее кое-что объяснил, сама принадлежность к Ордену его почти не удивила. — Вы вступили туда именно с этой целью? Я кивнул. Захард постучал посохом по полу, нашёл подходящее место и сел. — Вы серьёзно? — спросил Ферн. На его лице читалось потрясение. Если говорить строго, с самого начала такой цели у меня не было. Но сейчас намерение действительно существовало. Я снова кивнул. Лицо Ферна посветлело, правда лишь на мгновение. — Тогда почему вы ничего мне не сказали… Кх! Он резко схватился за живот. Из-за эмоционального всплеска рана, нанесённая мной, снова разболелась. «Хм». Стало немного неловко. Но пусть не воспринимает всё слишком мрачно. Второй удар я ведь только изобразил. — Почему вы хотя бы не намекнули? — Хм. Я тихо вздохнул. Почему не предупредил? Потому что в случае утечки проиграл бы первым? Изначально я собирался в одиночку и без лишнего шума уничтожить Орден Рассвета. Привлекать других означало лишь усложнять ситуацию. «Даже если бы Ферн погиб, ничего бы не изменилось». Секретариат тайно поручил ему расследование Ордена Рассвета. Если бы Ферн исчез, они обязательно отправили бы другого человека, чтобы продолжить работу. Поэтому я мог дать только один ответ. — Потому что это совершенно секретное дело. Ферн прикрыл рот рукой и задумался. На самом деле к императорской семье это не имело никакого отношения. Всё было личной проблемой, связанной со мной, поэтому формулировка ничего не меняла. «Джулиан проводит тайное расследование». И без того все считали, что он постоянно занимается чем-то подобным. — Значит, приказ поступил выше императорского секретариата? В голосе Ферна внезапно появилось восхищение. Я не понимал, к какому выводу он пришёл, но на всякий случай кивнул. Сейчас важнее было пережить этот разговор, а не разбираться в каждом слове. — Да. — Выше секретариата… Ферн широко раскрыл глаза и, словно всё поняв, сжал кулак. — Тогда это прямой тайный приказ императорской семьи! В ответ на его торжественное открытие я… Молча кивнул. В Империи имя правящего дома обладало огромным весом. Присвоить его или использовать без разрешения означало пригласить к себе таких людей, как «Закрытые Глаза». — Хо-хо… Поэтому я не мог сразу подтвердить слова Ферна. Если отвечу неосторожно, а он начнёт распространять слухи, за оскорбление чести императорского дома моя голова окажется на плахе. Но я упустил одну вещь. На лице Джулиана даже пустой смешок выглядел так, будто скрывал сложнейший замысел. Ферн истолковал его как молчаливое подтверждение. — Я знал, что господин Джулиан не предаст Империю! — О каком члене императорской семьи идёт речь? О принце Осборне, который недавно вручил орден, или… Захард оборвал себя и посмотрел на Ферна. Наверное, собирался упомянуть Калдраха, но вспомнил, что наша встреча должна оставаться тайной. «Что делать?» Они оба непоколебимо верили моим словам, а я не знал, как отвечать. Тайный приказ императорской семьи о внедрении в Орден Рассвета? «Да я был бы счастлив, будь это правдой!» Тогда за моей спиной стояла бы колоссальная сила правящего дома. В действительности в Орден Рассвета меня привели абсурдные поступки Джулиана, стремившегося превзойти Святого Меча. Хотя, возможно, так и было предопределено, ведь изначальный Джулиан тоже состоял в организации. — Как бы там ни было, любопытно, кто именно отдал приказ. — Согласен с господином Захардом. Они продолжали давить, и по спине потёк пот. Осборн, с которым я недавно сблизился? Калдрах, связанный с военными? Может, снисходительный Эульсис? Назови любое имя — и при раскрытии лжи окажешься на виселице за порочение императорской чести. Но подобные ситуации я уже научился проходить, не называя никого. Я поднёс палец к губам. — Это тайна. Потому что дело засекречено, тупицы! *** Кратко объяснив сведения об Ордене Рассвета, я уже собирался уйти, когда Ферн резко поднялся. — Господин Джулиан! Могу ли я чем-нибудь… Кх! — Сначала восстановитесь. Что он собрался делать с таким животом? Я приказал Ферну временно оставаться у Безымянных и лечиться. «Нужно сообщить главе секретариата». Я пощадил Ферна прежде всего для того, чтобы секретариат не заинтересовался его исчезновением. С этой мыслью вышел из комнаты. У входа ждали Лазлот и Майер. — Не трепись и заткнись. — Что? Ты опять назвал меня Болтушкой?! Их спор уже превратился в шум. Увидев меня, оба замолчали. — Я провожу вас, господин Джулиан. — Эй, ты не собираешься взять слова обратно? Цок-цок. Прозвище оказалось удачным, поэтому я не мешал Лазлоту идти следом. Раз он присоединился, значит, хотел что-то сказать. — Шея в порядке? — Простите? Лазлот наклонил голову. На коже всё ещё отчётливо виднелись следы пальцев Ферна. — Да, всё нормально. Заметив мой взгляд, он неловко кивнул. — Сила рыцаря действительно впечатляет. В очередной раз убедился. С аурой рыцарь мог убить обычного человека голыми руками. — Архиепископ Элеонора желает поговорить о выборе нового епископа. Элеонора? Почему она вызвала меня вместо того, чтобы прийти сама, как обычно? Наверное, после получения ранга архиепископа открыто появляться стало сложнее. — Передай, что сегодня посещу Магическую башню. Мне тоже нужно было кое-что с ней обсудить. *** Магическая башня, главный центр исследований Империи, занимала огромную территорию. Среди многочисленных помещений имелись места, где можно было встретиться вдали от чужих глаз. Одним из них была исследовательская лаборатория. [Лаборатория теневого элемента] Магов, занимавшихся исключительно теневой стихией, было немного, поэтому сама лаборатория оставалась скромной. Я посмотрел на табличку возле входа. [Диана Д’Мишель] Убедившись, что пришёл правильно, открыл дверь. Элеонора стояла внутри в белом халате, напоминавшем врачебный. — Вы не используете маскирующее заклинание? Обычно в образе Дианы она при помощи теневой магии слегка изменяла внешность. Сегодня никакой маскировки не было. — Сюда почти никто не приходит. — Неудивительно. Теневая магия непопулярна. Почти презираемая область. Элеонора бросила косой взгляд. Ей явно не понравилась формулировка, но, посмотрев на моё лицо, она сдержалась. — Она управляет тенью — стихией, близкой к демонической энергии. Естественно, люди относятся настороженно. — Пусть корни похожи, ветви совершенно разные. Можно было бы объяснять это активнее. — А зачем? Элеонора пожала плечами. — От толпы посредственностей всё равно получишь только лишний шум. В её голосе звучала абсолютная уверенность в собственных способностях. — Господин Джулиан. Перестав говорить как Диана, она глубоко вдохнула. Теперь разговор шёл от лица архиепископа. — Как вы знаете, Верховный понтифик собирается назначить новых епископов. — Да. Разумеется, я знал. Тенелон рассказал об этом сразу после того, как я проткнул Ферну живот. Одно воспоминание снова разозлило. «Из-за этого ублюдка я не смог нормально помыться и был занят ненужной работой». Как бы там ни было, план мне был известен. — Новые епископы, скорее всего, будут особенно преданы Верховному понтифику. После недавней «перетасовки» иных кандидатов он не выберет. — Разве остальные епископы не преданы ему? Дворяне вступали в Орден Рассвета по разным причинам. Опыт. Связи. Власть. Людей, которые искренне и слепо поклонялись самому Тенелону, было немного. — Верно. Но кандидаты на этот раз — настоящие фанатики, почитающие Демонического бога. Тенелон, похоже, тоже начал чувствовать беспокойство внутри организации. Раньше он мог получать подсказки через Голос Демонического бога, но теперь и это стало невозможно. «Он нервничает?» Определённо. — После назначения новых епископов свергнуть Верховного понтифика станет гораздо сложнее. Вы понимаете? Я улыбнулся. — Значит, следует закончить до церемонии. — Она состоится через четыре дня. Благодаря господам Пинтелю и Колпарану, которые засучив рукава работают без отдыха, подготовка почти завершена. Элеонора вздохнула. — Господин Колпаран явно метит в кресло Верховного понтифика. Из-за этого переговоры проходят неприятно. — У человека с его опытом и положением достаточно оснований занять пост. — …Вы сейчас серьёзно? Элеонора удивлённо посмотрела. Ей не нравилась мысль о Колпаране? — Разумеется, вы тоже прекрасно подошли бы на роль Верховного понтифика. Так почему бы вам не занять её? После предложения Элеонора снова нахмурилась. «Вы тоже не хотите?» Кто тогда возглавит Орден после падения Тенелона? Желательно, чтобы это был знакомый человек. Старая организация развалится, а новая должна контролировать возможные безумства. «Хотя…» Разве имеет значение, кто именно? Так я думал в тот момент. ---------- Давайте познакомимся (3) «Совершенно не понимаю его намерений». Элеонора поправила белый халат в лаборатории теневого элемента и мысленно нахмурилась, вслушиваясь в тон Джулиана. Пусть Пинтель поднимал людей, а Колпаран помогал ему, именно Джулиан заставил епископов усомниться в действиях нынешнего Верховного понтифика. И всё же сам он вёл себя так, будто кресло главы Ордена его совершенно не интересовало. «Или притворяется равнодушным именно потому, что хочет его получить?» Кандидатов на следующего Верховного понтифика было настолько мало, что их можно пересчитать по пальцам. Опытный Колпаран. Архиепископ Элеонора. Пинтель, сумевший собрать сторонников. И даже Уберон из влиятельного рода Хиникс. Проблема заключалась в том, что всех четверых связывал один человек — Джулиан. «Я ведь не требую, чтобы он отвечал за устроенный переполох». Но Элеоноре всё равно казалось, что прищуренный мужчина испытывает её, отчего становилось не по себе. — Кстати, мне тоже нужно кое-что вам сообщить, госпожа Элеонора. Перебиравшая рукав халата Элеонора подняла голову. — Что именно? — На церемонии назначения епископов наверняка понадобятся люди для охраны, верно? — Да. Хотя большинство епископов умели защищаться самостоятельно. И Верховный понтифик Тенелон не был исключением. Стража подчёркивала статус и помогала в случае непредвиденного нападения. — Тогда позвольте рекомендовать одного человека. — Для чего? Если он состоит в Ордене Рассвета, имя и так есть в списках. — Он посторонний. — Посторонний? Элеонора слегка нахмурилась. Привлекать чужаков к внутренним делам Ордена означало навлекать лишние проблемы. Джулиан наверняка это понимал. Потому его предложение казалось ещё подозрительнее. — Невозможно. Верховный понтифик не доверит охрану человеку, который не состоит в Ордене. — Тогда разрешите ему вступить, госпожа Элеонора. Вступить? Кого именно он имеет в виду? — Прославленной Элеоноре, досточтимому архиепископу, достаточно немного употребить своё влияние. Разве нет? «Вот в такие моменты он и вспоминает о моём титуле». Элеонора мысленно цокнула языком. — О, благодарю за признание. Тогда вы, может быть, прислушаетесь к просьбе столь прославленного архиепископа? Разумеется. Джулиан пожал плечами. — Почему вы отказались от ордена? Награда Королевского меча ведь почти соответствует той «чести», за которой вы всегда гнались. — Хм. Он тихо вздохнул. Элеонора ожидала, что Джулиан уйдёт от ответа, но тот неожиданно заговорил. — Честно говоря, именно поэтому я и пришёл. — Из-за этого? — Да. Человек, которого я рекомендую, и есть тот, кому я уступил орден Королевского меча. Тот, кому досталась награда? — Неужели слепой мечник Захард? — Верно. Джулиан кивнул с хитрой улыбкой. Пусть Захард был слеп, он оставался выдающимся мастером меча. К тому же в столице широко ходили слухи, что он обучался у Святого Меча. — Человек уровня господина Захарда вполне подходит Ордену Рассвета. — Вы уже обсудили это с ним, надеюсь? Джулиан поднял руки и криво улыбнулся, будто вопрос был очевидным. — Иначе вы думаете, что я похитил господина Захарда и собираюсь силой втолкнуть в Орден? Логично. Но любопытство не исчезло. Какая выгода Захарду от вступления? «Или дело не в его цели, а в цели Джулиана?» Вероятно, он хотел заполнить Орден сильными союзниками, чтобы укрепить собственную власть. — Не возражаю. Я разрешу его вступление. Элеонора не видела в этом проблемы. Когда Джулиан станет Верховным понтификом, против него почти наверняка поднимутся враждебные фракции. Ему понадобятся клинки, способные их подавить. Если он захочет лично демонстрировать фехтование в роли главы Ордена, она не станет запрещать, но… «Для Верховного понтифика это неподобающе». Так думала Элеонора. — Рад, что мы поняли друг друга. С подозрительной улыбкой Джулиан протянул руку. Предлагал рукопожатие. — Взаимно. Она приняла его ладонь. *** — Кто бы мог подумать, что в жизни случится подобное. Когда я вышел из лаборатории и встретился с ожидавшим Захардом, он пробормотал эту фразу. — В последнее время я слышу её от вас слишком часто. — Ничего не поделаешь. Пусть это и ради возвращения долга… кхм. Захард смешно огляделся, словно боялся, что нас подслушают. Даже посмотрел на уличные мусорные баки. «Но вы ведь не видите». Уже надоело указывать. — Ах, верно. Не вижу. Он ещё и научился заранее отвечать. — И всё же, пусть это ради возвращения долга, кто бы ожидал, что я вступлю в Орден Рассвета? — Всё равно ненадолго. — Тоже верно. По вашим словам, скоро нынешний Верховный понтифик… — Шорк. Шорк. Захард провёл пальцем поперёк горла. — Похоже, этого Верховного понтифика никто не любит. Не зря говорят: не подбирай зверя с чёрной шерстью. Он бросил взгляд на мои серебристо-серые волосы. — Назовём это следствием его собственных поступков. Что он вообще пытается сказать? — Кстати, помимо истории с наградой, я хотел попросить об услуге. — Знаю. Я перебил прежде, чем он закончил. — Речь о памятном мече вашего сына. — Именно. Я посмотрел на трость Захарда. Это были не ножны его обычного оружия, а простая трость для слепого. — Меч всё ещё находится в секретариате. Из-за необычной конструкции власти проводят проверки. — Его нельзя забрать прямо сейчас? — Вам — нет. Но я знаю человека, который сможет. Сегодня собираюсь с ним встретиться, поэтому не тревожьтесь. — Понял… Хм? Мы уже собирались выйти на улицу, когда вдали показалось знакомое лицо. — Кажется, поблизости маячит тот лысый. Захард тоже ощутил приближение Фелхора. Тот заметил меня, вежливо поклонился и быстрым шагом подошёл к Захарду. — Эй, ты! — О, снова лысый. — Кого ты назвал лысым, жить надоело?! Обменявшись оскорблениями вместо приветствия, Фелхор ухмыльнулся. — Значит, вступил? Я попросил Лазлота сообщить Пинтелю и Фелхору, но сведения дошли быстрее, чем ожидалось. — Да. Кто бы подумал? Захард повернул голову ко мне. «Так он тоже в Ордене Рассвета?» Этот вопрос ясно читался на его лице. Возможно, ощутил мой кивок. — Я тоже не ожидал, негодяй! Фелхор продолжал ухмыляться. — Значит, пока ты обычный верующий? — Полагаю, да. — А я монсеньор. — Вот как. — Следовательно, я твой старший. А, вот зачем он пришёл. Хотелось спросить, не нашлось ли у Фелхора дел поважнее, но любопытство победило. Я хотел увидеть, как Захард будет вынужден называть его монсеньором или старшим. Это могло оказаться забавно. — И ещё ты должен извиниться за насмешки над моей лысиной. Для такого громилы он удивительно мелочный. — Даже если извинюсь, волосы не отрастут. — Я не это хотел услышать, ублюдок! Фелхор фыркнул. — Что ж, это несложно. Захард пожал плечами. — Приношу извинения. — Хм! Хм! Фелхор неловко кивнул. Кажется, остался доволен. — Но называть старшим человека, который настолько цепляется за мелкие оскорбления, всё же странно. — Что? — Мужчине следовало бы уметь со смехом пропускать мимо ушей слова вроде «лысый Фелхор». — …Цок. Фелхор цокнул языком. Возможно, воспринял совет опытного мастера всерьёз, потому злиться не стал. «Он что, не заметил?» Захард только что обозвал его лысым Фелхором, идиот. *** — Ох. — Шорк. Тук. Стоило ножницам коснуться ветки, как та упала. Геранд тяжело вздохнул. — Совершенно не понимаю, как за этим ухаживать. Бонсай, подаренный Джулианом. Сейчас нельзя было сказать, живо растение или уже умерло. Геранд не имел никакого опыта выращивания растений и не представлял, как заботиться о бонсае. — По крайней мере, даже после обрезки ветви постепенно отрастают. Разглядывая уродливую форму, он мысленно цокнул языком. Казалось, растение погибает, но каким-то образом продолжало цепляться за жизнь. Поэтому горшок всё ещё занимал место в комнате. «Примерно месяц». Столько требовалось ветвям, чтобы отрасти и вернуть более-менее приемлемый вид. Тогда он снова попробует подрезать. — Господин Геранд. Когда Геранд положил ножницы, слуга рядом заговорил. — Да? Что такое? — К вам посетитель. — Посетитель? В такое время никто не должен был приходить. — Это господин Джулиан Крайпарт Фрейсон. — Что?! Почему Джулиан пришёл внезапно?! Нет. Спокойно. Геранд попытался унять бешено колотящееся сердце. Вряд ли Джулиан явился как «Императорский меч». К тому же прошлые разногласия вроде бы немного улеглись. «Может, он просто решил поприветствовать меня после возвращения в столицу. Значит…» Пока Геранд пытался привести мысли в порядок, взгляд упал на бонсай. Растение, испорченное неумелой обрезкой. Следы бездарной работы валялись вокруг горшка. — Глоть. Джулиан обожал бонсай. Даже если забыть о самом растении, он увидит, как плохо обращались с его подарком… «Не приведёт ли это к новому недоразумению?» В панике Геранд решил выиграть время и убрать следы. — П-пусть подождёт в гостиной! Я скоро… — Д-дело в том… Слуга неловко замялся. А прямо за ним уже стоял мужчина с мягкой улыбкой, наблюдавший за комнатой. — Добрый день, старший брат Геранд. ---------- Я не стану с тобой дружить (1) — Хм. Коротко вздохнув, я посмотрел на лицо Геранда, затем перевёл взгляд на испорченный бонсай. «Не слишком ли я поторопился?» Я подарил растение, не объяснив, как за ним ухаживать, и просто предложил попробовать вырастить. Сложность ухода за бонсаем сильно зависела от вида. Тот, что я отдал Геранду, считался относительно простым благодаря высокой способности к восстановлению. Однако та же регенерация мешала сохранять желаемую форму, поэтому без опыта растение быстро превращалось в беспорядочный куст. «Но это понятно только тому, кто хотя бы несколько раз занимался обрезкой». Новичок мог вообще не представлять, с какой стороны подступиться. «Может, немного его научить?» Зная характер Геранда, я не сомневался: спрашивать советы у других он бы не стал. С этой мыслью подошёл ближе и улыбнулся. — Старший брат Геранд. — Д-да… Чем ближе я подходил, тем сильнее смущалось его лицо. Не обращая внимания, протянул руку к ножницам. — З-зачем они вам?! Геранд переводил взгляд с острой кромки на моё лицо. Над головой клубился густой фиолетовый туман. «Почему страх? Это просто ножницы». Не ожидал, что просьба настолько его напугает. «Хватит дрожать. Просто дай их!» Хотелось повысить голос, но я сдержался. — Я покажу вам, как правильно ухаживать за ветвями, старший брат. — За в-ветвями?! Теперь Геранд начал смотреть то на бонсай, то на ножницы. — А… хорошо. К счастью, он наконец понял и передал инструмент. Руки продолжали дрожать, глаза были полны страха. «…» За кого он меня принимает? Я ведь не убиваю людей без всякой причины! Хотя лучше уж пусть боится, чем затаит обиду и ничего не скажет. Я подошёл к бонсаю и начал осматривать каждую ветку. «Запущено сильно». Сейчас лучше срезать лишнее, а окончательную форму придать при следующей обрезке. Поправив хват, я начал работать. — Старший брат Геранд. — Щёлк! Геранд вздрогнул. Отрезанная ветка упала на пол. — У меня к вам просьба. — Щёлк! Он снова дёрнулся. Каждый раз, когда ножницы смыкались… — Я слышал, один рыцарский орден удерживает меч моего знакомого. Хотел бы вернуть его владельцу. — Щёлк! — Понимаете, с рыцарскими орденами у меня не самые тёплые отношения. Трость-меч Захарда сейчас находилась в штабе одного из орденов. Её передал туда императорский секретариат. Кажется, Клеймёные рыцари. Те самые, с которыми я участвовал в операции «Ломаем пальцы». «Не знаю, что между ними и Джулианом происходило раньше». Но для сотрудника «Закрытых Глаз» конфликт с рыцарями был почти неизбежен. — Поэтому я хочу попросить вас сопровождать меня, старший брат. Чтобы предотвратить ненужную ссору. Связи семьи Крайпарт наверняка помогут. «Хорошо». После удаления сухих и лишних ветвей бонсай стал выглядеть значительно приличнее. Удовлетворённо улыбнувшись, я услышал ответ Геранда. — А… понял. Я пойду. Голос был наполнен необъяснимым страхом. И почему он трогает шею? *** Род Крайпарт издавна поддерживал тесные связи с рыцарскими орденами. Когда-то его называли образцом рыцарского дворянства наряду с ныне угасшим родом Фебранс. Вероятно, именно поэтому Силиона настолько зациклилась на внуке Джошуа. — Эм… Джулиан, вам не жарко? Геранд, третий сын основной ветви, как и остальные дети Обена, не обладал талантом к фехтованию. Старший сын и вовсе считался глубоко верующим человеком, который отказался от семейных дел ради религии. — Благодарю за заботу, старший брат Геранд. Ответив, я посмотрел на него внимательнее. Он сильно потел и выглядел взволнованным с тех пор, как я взял ножницы. — Кстати, вы путешествуете с неожиданным человеком, Джулиан. Вытерев пот, Геранд взглянул на Захарда, сидевшего с нами в карете. — Северный герой, недавно получивший орден Королевского меча? В отличие от разговора со мной, к Захарду он обращался очень приветливо. — Именно, господин Геранд. — Давно хотел познакомиться. И должен признать, награда досталась достойному человеку. Хотя я уже говорил об этом Джулиану. Захард с лёгкой улыбкой покачал головой. Заметив разницу в обращении, я решил поддразнить. — Тогда получается, награда оказалась бы в неправильных руках, получи её я? — Н-никогда! Геранд настолько резко вскрикнул, что напугал уже меня. Стало неловко. *** Меч, выкованный сыном Захарда, находился в штабе Клеймёных рыцарей. Этот орден считался странным даже среди других рыцарских организаций и, насколько мне было известно, не имел особой связи со мной. «В сюжете он упоминался в основном благодаря дурной репутации, без личной линии». Разумеется, это была перспектива Святого Меча Хейдена Райха. И всё же я не думал, что прищуренный Джулиан дружил с кем-нибудь из рыцарей. Большинство орденов ненавидели «Закрытые Глаза», а особенно Джулиана. — Я ждала вашего визита, учитель. Разумеется, меч ваш. Но Карина, командир Клеймёных рыцарей, встретила меня на удивление тепло. Она снова называла «учителем», будто между нами существовала старая связь. — Вот. — Лязг. С игривой улыбкой Карина протянула меч Захарда. Память о его сыне. Знал бы, что всё пройдёт настолько легко, не стал бы беспокоить Геранда. — Почему оружие оказалось у вас? Вопрос возник сам собой. Если меч принадлежал секретариату, вмешательство Геранда не требовалось. Ценности заключённого должны храниться по правилам. — Ну, учитель… Начав говорить, Карина заметила мой взгляд и поправилась. — Точнее, секретариат. Похоже, принц Осборн заинтересовался вещами господина Захарда. Осборн? Зачем? — Я не знаю точной причины. Словно прочитав мысли, Карина продолжила. — Хм. Я задумался, почему Осборна заинтересовал меч. Через некоторое время причина стала примерно понятна. «Он ещё не отказался от идеи». Видимо, по-прежнему хотел связать себя с громким именем Улыбающегося Палача. Поэтому искал повод снова вызвать меня на разговор. Встреча наверняка принесла бы новые проблемы. Если моя догадка верна, поступок Карины заслуживал благодарности. «Но есть ли у неё скрытая цель?» Между ней и Джулианом могла существовать связь, но помогать настолько бескорыстно всё равно странно. Карина приблизилась и заговорила тихо: — Это скажу только вам, учитель. Что она задумала? Я с любопытством посмотрел, и она продолжила: — Похоже, императорская семья решила совместно со Святым королевством расследовать Орден Рассвета. — Совместно со Святым королевством? — Да. Учитывая чувствительность Церкви Солнца к демонической энергии, решение выглядело логичным. — Понятно. При её словах вспомнился один человек. Не так давно — хотя, возможно, прошло уже достаточно времени — главный герой игры сбежал из Империи в Святое королевство. — Ходят слухи, что Святой Меч Хейден Райх тоже войдёт в Империю ради расследования. — Святой Меч? Кулак сжался сам собой. Инстинкт Джулиана среагировал на имя? Нет. «Вот же ебанутый ублюдок». Если ушёл на покой, то сиди там. Зачем снова возвращаться? Но оставался вопрос. Пусть страны решили сотрудничать, Святой Меч всё ещё считался перебежчиком. Император и правящая семья должны были возражать против его въезда. — Наверняка возникли разногласия. Я хотел спросить Карину, но она сразу покачала головой. — Инициатором был принц Эульсис. Эульсис? Почему? — А император Адратана без труда дал разрешение. Само разрешение стареющего императора мало что означало. Он уже вступил в последние годы жизни и легко поддавался влиянию женщин. Именно поэтому борьба за престол обострилась: всем требовалось заранее определить, кто сменит умирающего правителя. «Но странно, что Эульсис выступил первым». После совместной поездки в Святое королевство можно было ожидать от него скорее осторожности в вопросах Святого Меча. «Он согласился из политического расчёта?» Или… — Остерегайтесь Эульсиса. В памяти прозвучало предупреждение Калдраха. — Будем надеяться, что дело не в этом. — Простите? — Говорю сам с собой. Фраза вырвалась вслух. В любом случае становилось всё сложнее. Архиепископ ещё не устранён. Если Святой Меч войдёт в Империю раньше, Тенелон обязательно придёт в ярость. Нынешний безумец вполне способен приказать немедленно его убить. «Церемония назначения епископов через три дня». Сначала нужно устранить Верховного понтифика, затем на время оставить Орден Рассвета в покое, пока внимание не утихнет. Со Святым Мечом разберусь после. Я совершенно не понимал его целей и будущих действий. — Благодарю, госпожа Карина. Но разве вам позволено раскрывать настолько секретные сведения? — Мы связаны, учитель. Она тихо рассмеялась. Спросить «Кто вы вообще?» было бы невежливо. — Но Святой Меч… На середине фразы я ощутил что-то странное. Почему я не назвал Хейдена Райха «учителем»? Раньше приходилось прикусывать губу и насильно выдавливать это слово. — Когда он прибудет в столицу? Услышав новость только сейчас, я предполагал, что это произойдёт после церемонии назначения епископов через три дня. — Он отправился давно. Говорят, может прибыть уже завтра… Учитель? Я прикрыл глаза рукой и тихо вздохнул. «Бесполезный ублюдок». ---------- Я не стану с тобой дружить (2) Блять. Постепенно осознав, что императорская семья всерьёз взялась за Орден Рассвета, я тревожно прикусил губу. «Блять». Если бы расследование началось после смерти Тенелона — было бы идеально. Но нет. Из всех возможных людей возвращается именно Святой Меч. От этой мысли кружилась голова и начинала болеть. Кто изначально уничтожает Орден Рассвета? Святой Меч. Новость о возвращении главного героя игры, который собирался раздавить организацию, где я состоял, звучала почти как смертный приговор. «Но сразу определить всех участников он не сможет». Главной проблемой оставались сведения, которыми располагал сам Святой Меч, и кольцо, постепенно сжимавшееся вокруг Тенелона. «Насколько Хейден Райх вообще осведомлён об Ордене Рассвета?» Вероятно, немного. В оригинальном сюжете он не оставался в Империи ради расследования, а внезапно отправлялся в Святое королевство. «Значит, основная информация находится у тех, кто следует за ним?» Последователи. В сюжете так называли людей, поддерживающих Святого Меча. Одни скрывались, подобно Ордену Рассвета, другие действовали открыто. Яркий пример — Линне Рондвейл. «Нужно встретиться и выяснить, сколько они знают». Только после этого можно предотвратить неприятности, когда Святой Меч прибудет в столицу. Главная база Последователей находилась в большом столичном трактире «Желание Изобилия». Для обычной гостиницы здание было огромным — три этажа, много комнат и постоянный поток гостей. Одновременно оно служило убежищем организации. Владелец, Игдор, был обязан жизнью Хейдену Райху и добровольно предоставил место. Сам Святой Меч ничего у него не требовал. — Цок. Увидев фасад, я покачал головой. Стоило войти — и столкновения с Последователями не избежать. В худшем случае разговор перерастёт в драку, которую назовут «проверкой». Последователи были фанатиками, слепо почитавшими Святого Меча. Возможно, сейчас стали спокойнее, но Линне когда-то была типичным примером. Помимо неё существовало множество людей, готовых взбеситься от одного имени Джулиана. «Хотя это может пригодиться». Сильные эмоции мешают людям скрывать правду. Я как раз знал подходящий способ. И пользовался им не раз. Достаточно показать лицо Джулиана. С этой мыслью я вошёл в «Желание Изобилия» один. — Добро пожаловать… Внутри оказалось неожиданно спокойно. Сотрудник у входа узнал меня и сразу застыл. Да. Этот точно Последователь. «С учётом времени неудивительно, что гостей мало». Солнце стояло высоко, был полдень. Постояльцы обычно уходили по делам, поэтому пустота выглядела естественно. Но от реакции служащего возникла мысль: «Стоило взять Захарда». Нет. Захард сейчас готовился к назначению епископов. Пусть спокойно репетирует. А я… Как-нибудь справлюсь привычным способом. Я подошёл к побледневшему сотруднику и улыбнулся. — Д-добро пожаловать в «Желание Изобилия», господин Джулиан. Что привело вас сюда? — Я слышал, здесь собирается подозрительная организация, не признанная императорской семьёй. На самом деле никакого приказа не существовало. Но я специально упомянул императорскую семью, создавая впечатление, будто пришёл по делу «Закрытых Глаз». «Хотя в действительности действую ради Ордена Рассвета». Той самой организации, которую Последователи выслеживали. Мне требовалось понять, насколько много они знают. — Не понимаю, о чём вы, господин Джулиан… — У предателя Святого Меча, сбежавшего в Святое королевство, имеются Последователи. Императорская семья решила, что оставлять их без наблюдения опасно. Полная ложь. Но все знали: Джулиан выполняет только поручения правящего дома. Никто не стал бы шутить с этим именем. Я пользовался укоренившимся представлением. — Не переживайте. Немедленной казни не приказано. Для начала нужно выяснить, что это за организация и чем занимается. — …Разве не логичнее уничтожить опухоль, поклоняющуюся Демоническому богу? Услышав о Последователях в пренебрежительном тоне, сотрудник перестал притворяться. Он верил в организацию. Безоговорочно доверял Святому Мечу. От этого хотелось недоверчиво рассмеяться. «Святой Меч, которого вы знаете, уже не тот человек!» Как же раздражает. Но скажи я это вслух, что произойдёт? Он объявит слова Улыбающегося Палача, императорской гончей, лживым бредом. В Последователях никто не поверит. Их вера в Святого Меча граничила с религиозным фанатизмом. Значит, проверим её иначе. — Что? Я согнул палец, подзывая ближе. Сотрудник подозрительно наклонился. — Видеть, насколько сильно вы верите в учителя, покинувшего столицу, для меня, его ученика, весьма трогательно. — Господин Джулиан, но вас же изгнали… Кх! Я схватил его за горло, не позволяя продолжать глупости. — Однако не разумнее ли сейчас отойти в сторону? — Кхр…! — Судить опухоли Империи должны не люди Святого Меча, а подразделение, напрямую подчинённое императорской семье. Понятно? — Н-но у «Закрытых Глаз» нет такой власти…! — Тогда позволите мне просто уйти? Если готовы принять ответственность за всё, что последует, — пожалуйста. Я не сказал прямо, но смысл был очевиден. Продолжите мешать — Последователей тоже объявят еретиками. Лицо сотрудника лишилось цвета. Святого Меча, служившего волноломом, в столице не было. Мои слова сдавили его сердце острым клинком. — П-понял, господин. В итоге он сдался и передал маленькую карточку. Ключ, открывающий доступ на третий этаж «Желания Изобилия», где собирались Последователи. — Благодарю. Я улыбнулся. Над головой сотрудника проявился Цвет Страха, но это уже не моя забота. После разговора поднялся на третий этаж. Скрипучие ступени под ногами создавали странное чувство, будто я иду по следам Святого Меча. От этого невольно усмехнулся. Наконец впереди показалась большая дверь. Даже без поиска маны я чувствовал: за ней собралось немало людей. «Здесь». Место собраний Последователей. Изнутри доносились голоса. Похоже, обсуждали нечто важное. «Войти?» Нет. Врываться посреди совещания и мешать не стоит. Особенно учитывая их отношение к Джулиану. Я скрестил руки и прислонился к стене у двери. Разговор вряд ли затянется. Я намеренно не скрывал своего присутствия. Пусть заканчивают быстрее. В отличие от Джулиана, я терпеливый человек. *** На третьем этаже «Желания Изобилия», в комнате собраний Последователей, находилась Линне. С тех пор как появились сомнения в Святом Мече, она постоянно думала о будущем организации. Последователи выступали против Ордена Рассвета и шли за Хейденом Райхом. Но сам Святой Меч, их опора, покинул Империю. Теперь риски стали куда выше. «Орден Рассвета нужно уничтожить». Воскрешение Демонического бога было абсолютным злом. К тому же именно Орден убил её отца. Но следует ли сохранять Последователей? «Учитель изменился». Даже если вернётся, Линне сомневалась, что организация сможет продолжить прежний путь. — Это совершенно секретные сведения, известные только вам. Услышав слова исполняющего обязанности Святого Меча Себиона Реннока, Линне подняла голову. — Святой Меч Хейден Райх возвращается в столицу. По комнате прокатился шум. — Тише, — Себион поднял палец. — Не привлекайте внимания. — Зачем он возвращается? — первой спросила Линне. Она единственная встречалась со Святым Мечом после его бегства в Святое королевство. Негативный тон привлёк взгляды всех присутствующих. — Линне, разве вы не рады возвращению Святого Меча? — Я лишь сомневаюсь. Учитель ничего не объяснил и внезапно сбежал в Святое королевство. — Наверняка у него были причины. Теперь появится возможность узнать их. Линне покачала головой. Честно говоря, она не хотела слышать никаких «причин». — Человек вашего положения не должен так реагировать. Святой Меч будет разочарован. Даже после строгого замечания Себиона она не скрыла недовольства. — Я тоже разочарована в учителе. Когда он бежал и когда я приезжала в Святое королевство, он ничего не рассказал. — Как я говорил, возможно, причина была личной… — Он думал только о собственных трудностях и не задумался о моих. Линне отвернулась и твёрдо обозначила позицию. — Линне, я понимаю, но обсудим это позже. Себион попытался сменить тему. — В любом случае Святой Меч, вероятно, возвращается из-за Ордена Рассвета. Покинув Империю, он всё равно намерен полностью выжечь оставшуюся опухоль. «Нет». Линне мысленно отвергла слова. Это личное дело Святого Меча. Прежний учитель действовал бы ради благородных убеждений. Нынешний — нет. — Всё сказанное сегодня остаётся тайной. Ничего не разглашайте. Особенно… Себион посмотрел на присутствующих серьёзно. — Особенно изгнанному палачу. Неизвестно, что произойдёт, если он узнает. Изгнанный палач. Все понимали: речь о Джулиане Крайпарт Фрейсоне. «Может, стоит сообщить господину Джулиану…» Линне задумалась, но покачала головой. Если встреча приведёт к обнажению мечей, лучше пока промолчать. — На этом закончим. Когда Святой Меч вернётся… Себион внезапно замолчал, будто что-то почувствовал, и быстрым шагом направился к двери. — Лязг! Дверь распахнулась. Снаружи стоял знакомый мужчина. — …Вы. Изгнанный палач, о котором только что говорили, скрестил руки и прислонился к стене. — Вы подслушивали?! На вопрос Себиона Джулиан медленно поднял голову. Уголки его губ приподнялись в коварной улыбке. ---------- Это недоразумение (1) Мужчина с прищуренными глазами стоял перед открывшейся дверью и улыбался. Словно заранее знал, что здесь находится место собраний Последователей. Словно знал и о сегодняшнем важном совещании. Скрестив руки и оглядывая комнату, Джулиан будто насмехался над всеми присутствующими. — Ты… Себион, исполняющий обязанности Святого Меча, выругался и попытался надавить на него, но лицо Джулиана не изменилось. Он лишь задумчиво молчал. С его мастерством разговор за дверью наверняка был слышен полностью. А значит, он узнал о возвращении Святого Меча в столицу. Что после этого сделает Улыбающийся Палач, мечтающий о голове Хейдена Райха, предсказать нетрудно. Прямо здесь и сейчас он может подавить Последователей, лишив возвращающегося Святого Меча опоры. Или разжечь их ярость, заставив первыми напасть. Последователи не были слабыми, но сила Палача тоже не вызывала сомнений. Возможно, он уже сравнялся со своим бывшим учителем. Уничтожить их ему будет нетрудно. От этой мысли тела присутствующих напряглись. Неподвижная улыбка. Даже не двигаясь, Джулиан подавлял их одним присутствием. По спинам выступал холодный пот. — Хе-хе… В напряжённой тишине Улыбающийся Палач тихо рассмеялся. *** Я специально обозначил присутствие, чтобы кто-нибудь вышел. Ждать не любил. Когда дверь наконец открылась и наружу показался разъярённый мужчина, всё прошло по ожиданиям. «Хм. Почему они настолько напуганы?» Вот это я уже не понимал. Презрительные взгляды, словно перед ними был паразит, давно стали привычными. Потому что я — Джулиан. Они его ненавидят. Это находилось в пределах понятного. Но почему один мой вид вызвал такой всплеск негатива? — Вы… всё слышали?! Мужчина, похожий на временного главу организации, прямо спросил, подслушивал ли я. Что ответить? Раздражает. В таких случаях по опыту лучше улыбнуться. В улыбающееся лицо не плюют. Хе-хе. Я улыбнулся допрашивающему Последователю. — Ах ты ублюдок! Вопреки ожиданиям стало только хуже. «А, точно». Я забыл о собственной мерзкой физиономии. Стоило пожалеть об улыбке. Разгневанного мужчину, кажется, звали Себион Реннок. Я помнил его как участника Непоколебимого ордена и младшего брата командира Тео Реннока. «Хм…» При имени Себиона вспомнился Тео, с которым я участвовал в операции «Ломаем пальцы». Громогласный мужчина, ведущий рыцарей вперёд. Говорили, он даже подставил собственное тело, чтобы защитить подчинённых, попавших под действие Кукольного яда. «Совсем не похожи». — Что ты сказал? А, вот оно. Я думал про себя, но, похоже, произнёс вслух. Себион сверлил меня взглядом, полным ярости. В его глазах читался сильный комплекс неполноценности перед братом. Поразительно, как естественно я задел болезненное место. «Поступок, достойный Джулиана!» Теперь это происходило так же легко, как дыхание. — Что ты только что сказал? Повтори. — Лязг. Себион поднялся и медленно направился ко мне. Ножны на бедре задели край стола. «Повторю — он вытащит меч?» Как страшно. — Себион, прошу. Напряжение разорвал голос Линне. — Сначала успокойтесь. Есть дела важнее. Ничего удивительного, что она состояла среди Последователей. После вмешательства Линне взгляд Себиона немного смягчился. — Фух. Он глубоко вдохнул и заговорил снова: — Джулиан, ты подслушал наш разговор? Мы опять вернулись к тому же вопросу. Враждебность слегка уменьшилась, но остальные Последователи продолжали смотреть с ненавистью. — Хе-хе. Неловкая ситуация. Я пожал плечами. Пришёл не оправдываться, а выяснить, насколько много они знают об Ордене Рассвета. «Что обсуждалось внутри, мне неизвестно». Пусть обвинение было ложным, хотелось быстрее перейти к делу. — Да. Именно так. Стоило подтвердить, как все Последователи одновременно поднялись. Готовились к бою. Некоторые смотрели, явно источая Цвет Негатива. «Что они творят?» — Прошу всех успокоиться, — сказала Линне. Она единственная осталась сидеть. — Успокоиться? Серьёзно? — Если он явился, услышав о возвращении Святого Меча, его цель очевидна! Даже её попытка вмешаться не помогла. Судя по словам, Последователи тоже знали о скором возвращении. Возможно, Тео Реннок, который состоял в организации, передал сведения младшему брату. «Но при чём здесь я?» Почему известие о Святом Мече вызвало такую реакцию на Джулиана? Немного подумав, я понял. «А». Джулиан хочет убить Святого Меча. Линне и Захард после множества встреч стали относиться мягче, но большинство всё ещё видело во мне одержимого местью ученика. «Не стоило подтверждать, что я всё слышал». Блять. Я понимал, что они вели секретный разговор, но ведь не подслушивал специально. «Я пришёл проверить, сколько вы знаете об Ордене Рассвета!» Нужно было успокоить их. — Не понимаю, почему возвращение моего учителя так вас пугает и заставляет вести себя подобным образом. — Пугает? — Мы прямо сейчас можем тебя убить! — Тогда почему ещё не напали? Я пожал плечами. Линне закрыла лицо ладонью. «Опять начинается». Именно это выражал её жест. Но я решил продолжить привычным способом. Если разложить речь по структуре: Вступление. Нужно показать Последователям полное спокойствие и уверенность. — Причина проста. Развитие. Подчеркнуть разницу между нами. Даже если в реальности её нет, важно продемонстрировать уверенность. — Подсознательно вы понимаете: даже напав все вместе, не сможете оставить на мне ни царапины. Хорошо сказано. Почему человек с такой уверенностью выбирает разговор вместо драки? Это ключ, который должен показать: я пришёл не из-за Святого Меча. Следующий этап — поворот. — Не неси чушь, бесстыжий ублюдок! — Мы закончим то, чего не смог Святой Меч! Ожидаемый поворот превратился в сражение. Последователи уже потянулись к оружию. «Хаа». Я мысленно вздохнул. Может, просто перевернуть здесь всё вверх дном? — Хм! Что за шум! В этот момент дверь распахнулась, и внутрь вошёл огромный мужчина. Голос, похожий на выговор, я слышал во время операции «Ломаем пальцы». — Старший брат. Тео, командир Непоколебимых рыцарей. — Себион! Что здесь происходит?! — Появился Джулиан. — Что? Джулиан?! Услышав брата, Тео повернулся к двери. Всё его тело было перевязано после операции, но боли он будто не замечал. — Давно не виделись, господин Джулиан! Он широко улыбнулся. Я ответил тем же. — И какое отношение появление господина Джулиана имеет к этому шуму, Себион? — Брат Тео… Себион явно хотел многое сказать, но сдержался. — Господин Тео прав. Как я уже говорила, всем стоит успокоиться, — добавила Линне. — Линне, и вы тоже?.. Вы прекрасно знаете отношения между Святым Мечом и Джулианом! — Учитель, которого я знаю, оставался в столице и носил имя Хейдена Райха из Империи Адратан. Она сказала это ясно и твёрдо. Как ученица Святого Меча, Линне обладала достаточным весом, чтобы остальные подчинились. *** Когда шум улёгся, в комнате остались только Себион, Тео, Линне и я. «Себион всё ещё не доверяет». Несмотря на убеждения брата и Линне, он продолжал смотреть недружелюбно. Но по крайней мере больше не собирался вытаскивать меч. — Значит, вы пришли не потому, что подслушали, а хотели сотрудничать с Последователями! — подвёл итог Тео. — Именно. — Сотрудничать с нами? — Себион мгновенно напрягся. — Да. Насколько я понимаю, Святой Меч возвращается, чтобы Империя и Святое королевство совместно расследовали Орден Рассвета. — Хм, верно! — У меня есть сведения, которыми я готов поделиться. — Почему мы должны вам верить? — Информация господина Джулиана об Ордене Рассвета надёжна, — сказала Линне. Себион цокнул языком, когда она снова поддержала меня. По неизвестной причине Джулиан испытывал к Ордену Рассвета сильную ненависть. Именно поэтому сведения считались достоверными. — Вы знаете, что внутри Ордена существует иерархия? — Да. — Тогда разговор будет простым. Я улыбнулся. Не как раньше. Теперь улыбка была холодной, словно змея высунула раздвоенный язык. — У меня есть список епископов Ордена Рассвета. ---------- Это недоразумение (2) — У меня есть список епископов Ордена Рассвета. После заявления Джулиана взгляды собравшихся Последователей изменились. Никто из них не понимал внутреннюю иерархию Ордена Рассвета полностью. Они лишь знали, что епископ — не просто высокопоставленный член организации, а фигура куда более значимая. Каким бы хитрым и безжалостным ни был Джулиан, лжецом его не считали. «…Он не станет лгать». Линне посмотрела на него. Словно луна, отражённая в спокойном озере, Джулиан не показывал ни капли сомнения. Он говорил с такой уверенностью, будто раскрывать секреты здесь совершенно безопасно. Но Линне понимала: не все присутствующие думают так же. «Особенно господин Себион. В отличие от господина Тео…» Недовольство Себиона было очевидно. Что бы Джулиан ни сказал, для него это ничего не меняло. «Предатель, изгнанный Святым Мечом, ещё осмелился явиться сюда». Именно так он наверняка мыслил. Презрение Последователей к Джулиану стало почти рефлексом. Для многих Святой Меч был страницей священного писания и спасительной нитью, ниспосланной небесами. Каждый когда-то получил от него помощь и принял его путь как спасение. «Я тоже». Линне прежде боготворила учителя. Но после его ухода из Империи и встречи в Святом королевстве, где Хейден Райх направил на неё меч, он перестал походить на Святого Меча из её воспоминаний. А отношение к Джулиану, напротив, постепенно изменилось. Он, как и она, испытывал ярость из-за действий Ордена Рассвета. — …Я всё потерял… — …После того происшествия человек по имени Джулиан можно считать мёртвым. В памяти всплыли старые слова. Он говорил так, будто лишился чего-то дорогого, но подробностей не раскрывал. И всё же обладал силой молча переносить боль, не показывая гнев окружающим. «Господин Себион об этом не знает». Рассказывать Линне не собиралась. Несколько фраз не изменят давно укоренившегося взгляда. «Значит, он хочет нас использовать?» Себион, как и ожидалось, решил, что список епископов нужен Джулиану только ради манипуляции Последователями. В худшем случае этот демон мог по одному уничтожить разрозненных членов организации, чтобы разжечь ярость Святого Меча. Себион не удивился бы ни одной его уловке. — Вот как? Тогда скорее называйте имена! Ради императорской семьи, ради Последователей и как командир рыцарского ордена я обязан немедленно уничтожить зло под названием Орден Рассвета! — прогремел Тео. Себион понимал, что двое других не настроены против Джулиана настолько же резко. «От глупого брата другого не ожидал. Но думал, Линне поймёт мои намерения». Пока Последователи приводили мысли в порядок, Джулиан тихо усмехнулся. *** Заявление о полном списке епископов было ложью. Я не идиот. Раскрой я настоящие имена, и самого меня, епископа Ордена Рассвета, обезглавят на площади. «Будто я настолько тупой». Но упоминание списка действительно было связано с целью визита. Мне требовалось понять, насколько хорошо Последователи знают внутренний состав Ордена Рассвета. — Если уничтожить епископов, сила организации сократится как минимум вдвое! Возможно, удастся добиться ещё большего! Восторженный голос Тео дал нужный ответ. Последователи. Организация, которая в сюжете оказывала главному герою огромную помощь. Но без Святого Меча она оставалась почти неизвестной. За все прохождения игры я ни разу не видел её самостоятельных действий. «По словам Тео видно: личности епископов они до сих пор не установили». Спокойная реакция остальных только укрепила вывод. «Неожиданно». Поначалу их потрясённые лица заставили подумать, будто общая картина им известна. Оказалось, они просто любопытствовали, как невинные дети. «Хаа». Я мысленно облегчённо выдохнул. — Да. Устранение епископов нанесёт Ордену Рассвета огромный ущерб. Все взгляды вновь сосредоточились на мне. Увидеть, как они с нетерпением ждут имён, оказалось странно приятно. — Раз вы так считаете, зачем тянуть время пустой болтовнёй? Просто отдайте список, — резко сказал Себион. — Вы считаете этот разговор пустой тратой времени? Хм… Вам бы больше подошёл характер господина Тео. На лбу Себиона вздулась жила. Он уже собирался снова вспылить, когда я произнёс: — Герард Оклир. Имя епископа прозвучало чётко. — Он состоит в Ордене Рассвета и обладает рангом епископа. Я говорил уверенно и без лжи. На лицах Последователей появилось замешательство. — Тот самый… господин Герард? — серьёзно спросил Тео. — Именно. Линне тоже удивилась, но сомнений не выразила. — Доказательства? — сразу потребовал Себион. Обычно я подумал бы: «Какой раздражающий человек». Но сейчас именно его недоверие помогало создать нужный ход разговора. — Тук. Я достал из пальто несколько документов и бросил на стол. — Здесь доказательства преступлений Герарда как члена Ордена Рассвета и его связи с Безымянными, одной из организаций, управляющих трущобами. Это был журнал Безымянных, найденный в хижине при первой встрече с Майер. — Если внимательно изучите записи, заметите: происшествия, возле которых обнаруживали символ Ордена Рассвета, совпадают с периодами деятельности Герарда на западе. Одного заявления было недостаточно, чтобы доказать епископский ранг. Нужны были основания. — Значит, Герард Оклир действительно состоял в Ордене Рассвета… — И был епископом! А я считал его благородным человеком. Последователи сравнивали документы и тихо переговаривались. Их реакция окончательно меня успокоила. «Пока я в безопасности». Даже после прибытия Святого Меча они не смогут сразу выяснить, что я сам являюсь епископом. — Но Герард ведь считается пропавшим? — Может, в Ордене Рассвета началась внутренняя чистка? — предположила Линне после вопроса Тео. Проницательно. Нынешний Верховный понтифик действительно устроил масштабную чистку под предлогом проверки верности. «Пора начинать». Когда сомнения уже заполнили комнату, настал момент зацепить их приманкой. — Нет. Герард жив и продолжает исполнять обязанности епископа. Я смешал правду с ложью. Последователи оторвались от документов и снова посмотрели на меня. — Откройте нижнюю запись. Зашелестели страницы. — До меня дошли сведения о человеке, похожем на пропавшего Герарда Оклира. В документах действительно упоминались свидетели, видевшие мужчину с его внешностью. — Теперь понимаю, зачем вы это показываете, — прочитав, Себион цокнул языком. — Хотите высморкаться чужим платком? — Что ты имеешь в виду, Себион? — спросил Тео. — Этот подлец Джулиан хочет нашими руками поймать Герарда. — Хухут. Я тихо усмехнулся. — Разве это плохо? Все мы верны императорской семье. — Императорская семья, о которой говорите вы, и та, которой служу я, похоже, сильно различаются. — И всё же… Я спокойно улыбнулся. — Вы обязаны его схватить. Кто-то — ради мести. Кто-то — ради справедливости. Но они обязательно двинутся. Тем более Святой Меч возвращался для расследования Ордена Рассвета. — Не хотите — можем считать, что этой информации никогда не существовало. Я потянулся за документами, но Себион накрыл их рукой. — К чему тогда эта суета? Ваши слова и действия противоречат друг другу, господин Себион. — Хитрая псина. — Ха-ха. Не будьте столь суровы. Я уже понимал: Последователи, страдавшие от нехватки сведений, не откажутся от приманки. — Раз желаете, оставлю документы. Считайте их подарком организации. Мягко улыбнувшись, я попрощался и вышел. *** После ухода Джулиана третий этаж «Желания Изобилия» снова погрузился в тяжёлую тишину. Себион поднял документы. — Значит, Герард был епископом. — Что будем делать, Себион? — спросил Тео. — А вы что думаете, старший брат? — Я последую твоему решению! Сейчас ты исполняешь обязанности Святого Меча! Себион посмотрел на Линне. Она молча кивнула и, похоже, не собиралась возражать. Решение фактически уже принято. — Тогда создадим поисковый отряд. Захват епископа станет опорной точкой для понимания Ордена Рассвета. Пусть они осознавали, что действуют по замыслу Джулиана, иных вариантов не было. Но после поимки Герарда рычаг окажется в их руках. «Он хочет получить информацию от Герарда, не прикладывая никаких усилий». Не будь так уверен. Герард ничего вам не расскажет. Себион наверняка рассуждал именно так. «Они будут гоняться за подброшенной приманкой и не заметят, куда она ведёт». Он не понимал одного. Среди правды и лжи, которыми я их накормил, существовал факт, невозможный для принятия. *** — Господин Джулиан, поручение выполнено. Когда я вошёл в тёмный переулок, из укрытия бесшумно появился Пинтель. Я рискнул посетить Последователей не только ради проверки их осведомлённости. — Бывший епископ Герард захвачен. К этому моменту он уже находился в наших руках. Я хотел окутать туманом тех, кто расследовал Орден Рассвета. Без маяка по имени Герард их карта исчезнет в густом мареве. ---------- Это недоразумение (3) «Раз приманка уже заброшена…» В ближайшее время руки Последователей до меня не дотянутся. Ведь приманка по имени Герард, за которой они побегут, уже находилась у меня. — Как вы и предполагали, господин Джулиан, он скрывался в трущобах. Пинтель почтительно поклонился. Я кивнул и провёл пальцами по ножнам на поясе. Найти Герарда было нетрудно. Достаточно немного подумать. Из-за наблюдения Ордена Рассвета он не мог оставаться в столице. Но амбиции не позволяли уйти далеко: Герард наверняка выжидал неподалёку, надеясь на подходящий момент. После такого вывода круг возможных убежищ сильно сужался. — «Шесть Пальцев» распущены, а остатки организации поглощены двумя другими группировками. Это означало, что все три силы, делившие трущобы, теперь находились у меня в руках. «Шесть Пальцев». Орден Кровавого Демона. Безымянные. Когда контролируешь все три, найти нежеланного гостя в трущобах несложно. «Операция „Ломаем пальцы“ прошла удачно». Помощь второго принца Осборна действительно сыграла на руку. «Но поддерживать его я всё равно не собираюсь». Я перестал бессознательно трогать ножны и поднял голову. Свежий вечерний ветер коснулся лба. — Я хочу поговорить с Герардом. С Последователями вопрос временно улажен, но Герард пока не стал идеальной приманкой. Даже глупая рыба не бросается на неподвижный кусок еды. Приманку нужно раскачать и заставить двигаться, чтобы она выглядела живой. — Понял, господин Джулиан. Пинтель снова поклонился и пошёл впереди по тёмному переулку. Я собирался последовать, но заметил лужу, оставшуюся после дождя. Высоко в небе висела луна. Облаков не было, и одинокое светило казалось ещё более пустынным. В воде отражалось оно и моё лицо. — Что я вообще пытаюсь сделать?.. Внутри внезапно поднялась тревога. Я проглотил оставшуюся на языке горечь и сделал шаг вперёд. *** — Скрип… скри-и-ип… Грубая железная дверь, которую давно не смазывали, открылась с протяжным стоном. В нос ударил затхлый запах. Поднявшаяся пыль осела белым налётом на плече. Я уже собирался стряхнуть её перчаткой, но Пинтель услужливо сделал это за меня. Не то чтобы было необходимо, но и неприятного в жесте ничего не было. — Кх… кх…! Внутри сидел связанный однорукий Герард. Рваная одежда была пропитана кровью, запястье сковано. От него буквально исходил запах преступника. Но ярость в глазах плохо сочеталась с ролью сломленного пленника. — Вы выглядите плачевно, господин Герард. Я произнёс это почти сочувственно. Его взгляд стал ещё яростнее. — Шлёп! В лицо Герарда ударил магический посох. Пинтель нанёс удар с бесстрастным лицом. — Уберите этот непочтительный взгляд. Учитывая прежние унижения, можно было ожидать от него ярости, но Пинтель оставался пугающе спокойным. — Честно говоря, вам следовало бежать из Империи, как вашему другу Дантесу. Я намеренно упомянул Дантеса, желая спровоцировать. Герард так сильно стиснул кляп зубами, что едва не перекусил ткань, и посмотрел на меня как дикий зверь. — Похоже, даже вы не могли этого предвидеть. Трудно было догадаться, что я возьму под контроль все районы трущоб. Кто мог представить? Джулиан — императорская гончая и чудак, одержимый чистотой, — держал в ладони три местные организации и управлял ими. — Господин Герард, теперь у меня для вас есть «приказ». — М-м-мргх…! — Я уже продал сведения о вашем местонахождении крысам по имени Последователи. Я вовсе не собирался называть их крысами, но горькие слова сорвались сами. Видимо, раздражение после разговора с язвительным Себионом только сейчас начало выходить наружу. — Поэтому сыграйте роль сыра, за которым они будут бегать. Движущаяся приманка заставит рыбу преследовать её охотнее. Я указал подбородком на кляп. Пинтель приказал подчинённым снять его. — Кхр…! Герард закашлялся кровью. Жалости не возникло. Это было следствием собственных поступков. Он использовал людей как шахматные фигуры. Даже детей… На середине мысли возникло странное дежавю. Шахматные фигуры. Дети. — Проклятый ублюдок! Чтоб тебя! Стоило снять кляп, как Герард принялся извергать ругательства, и тревога исчезла. К тому же выплюнутая кровь попала мне на ботинок, отчего раздражение удвоилось. — Кха! Кх! Я схватил его за подбородок. Сжал сильнее, вынуждая открыть рот. От боли глаза Герарда задрожали. — Можете отвечать только «да» или «нет»? Цвет Страха над головой показывал, что он полностью подавлен. — Просто убей меня! После этих слов я надавил ещё сильнее. Из дрожащего рта потекла кровь. «Мерзость». Мысленно цокнув языком, я отпустил. — Кха… кх…! — Я не прошу многого, господин Герард. Кто знает? После выполнения задания вы даже получите свободу. — Не. Смей. Говорить. Со мной. Этим. Ртом. Воля не сломалась. Пусть над головой плескался страх, словами убедить его было невозможно. Хотя происходящее сложно назвать убеждением. — Тогда выбора нет. Я дам вам время подумать. Можно было убить его прямо сейчас, но тогда весь план разрушится. Такой вариант не подходил. Я привычно стёр кровь с перчатки. Пинтель подошёл и тихо прошептал: — Господин Джулиан, Колпаран желает встретиться. Похоже, к предстоящему назначению епископов нужно подготовиться тщательнее. — Вот как? Епископ Колпаран. Я пользовался его силой, поэтому игнорировать просьбу не мог. Хотя тема разговора была предсказуемой. «Скорее всего, будут решать, кому достанется пост Верховного понтифика». Элеонора и Колпаран оба присматривались к креслу Тенелона, стараясь не показывать этого открыто. «Разбирайтесь между собой». Мне нужно лишь один раз свергнуть руководство Ордена Рассвета, а затем тихо отойти в сторону. — Где сейчас господин Колпаран? Бросив на Герарда последний взгляд, я вышел из подземной камеры. *** В тусклой тюрьме, куда не проникали ни свет, ни надежда, Герард ощущал во рту вкус застоявшейся крови. Вероятно, помещение было личной собственностью Пинтеля. В глазах пленника смешались ярость и страх, будто он смотрел на чудовище. Но в глубине ещё оставалась несгибаемая решимость. — Хе… хе-хе-хе… Прикованный к стене единственной рукой, Герард рассмеялся безумием. Никто не приказал замолчать, поэтому резкий хохот заполнил камеру. Отсмеявшись, он уставился на закрытую дверь. — Колпаран… Значит, и ты с ними! Перед уходом Джулиан и Пинтель упомянули имя, и Герард понял: Колпаран сотрудничает с ними. — Старый лис. Как и ожидалось, двигается быстро! Он выплюнул кровь. — Тьфу! Вместе с ней на землю вылетел сломанный зуб, но Герард не обратил внимания и сосредоточил ману по всему телу. Сила замерцала. Слабый синий туман постепенно покраснел и смешался с выплюнутой кровью. На полу сформировался магический круг. Его стихией была Тень. Герард использовал одну из разновидностей теневой магии — кровавое колдовство, где средой служила кровь. Обычно его считали неэффективным. После активации кровь на теле пленника засветилась. Она покрывала множество предметов, включая наручник. — Бам! Металл разлетелся. От отдачи Герард упал на пол. — Хе… хе-хе… Металлический привкус не исчезал, но на лице расцвела безумная улыбка. — Пинтель, Колпаран и Элеонора. Все они, похоже, объединились с Джулианом. И одновременно метили в кресло Верховного понтифика Тенелона. — Записывающая магия всё ещё работает. На самом деле изысканностью магического контроля Герард никогда не отличался. Настолько глубоко погрузиться в теневую магию удалось лишь благодаря озарению, приобретённому ценой продолжительности жизни. После унижения от рук Джулиана он жаждал мести и был готов на всё. Так ему повезло наткнуться на силу, которой он предложил собственные годы. — Кх…! С болезненным стоном и сухими позывами Герард опёрся рукой о пол. По телу потекла тёмная энергия, совсем не похожая на теневую магию. Демоническая энергия. — Не зря я поставлял сирот тому безумцу Айдену. Герард и Айден поддерживали взаимовыгодные отношения. Один предоставлял материалы для опытов. Другой делился результатами. Герард вживил в себя результат экспериментов Айдена — искусственный рог. Ощутив внутри пульсацию зловещей энергии, он усмехнулся. — Магия — ничто! Мысленно высмеивая высокомерных магов, Герард размазал кровь по запертой двери. «Снаружи никого живого». Если открыть дверь, побег станет простым. Он снова сосредоточился на кровавом колдовстве. — Хруст! Замок разрушился. — Скри-и-ип! Бам! Тяжёлая железная дверь распахнулась. Увидев коридор, Герард криво улыбнулся. — Осталось передать записанный голос Верховному понтифику. Если получится, Джулиан, причинивший ему столько унижений, неизбежно отправится к гибели. С этой мыслью Герард шагнул вперёд. — Лучше бы вам не выходить. Холодный голос прозвучал прямо перед ним. В коридоре стоял человек, положив обе руки на вертикально поставленный посох. Ухоженные каштановые волосы, голубые глаза и благородная осанка. Это был маг Ордена Рассвета, которого Герард когда-то едва не убил собственными руками. Ненависть внутри закрутилась бурей. — Пинтель…! ---------- Доказательство верности (1) Поздняя ночь. Для тайного разговора Колпаран выбрал тот самый мост, где я когда-то театрально вонзил меч в живот Ферна. — Господин Джулиан усердно трудится даже в столь поздний час. Сегодня не было ни яркой полной луны, ни проливного дождя. Место было тёмным и безлюдным: поблизости не ощущалось ни единого человека. Колпаран ждал меня в широкополой шляпе, низко надвинутой на лицо. Рядом стоял мужчина в капюшоне. Судя по мечу на поясе и исходящей ауре, это был знакомый монсеньор Альхасар. — Разве не моя обязанность не спать ночами и заботиться о «тревогах» императорской семьи? Колпаран фыркнул, будто услышал особенно нелепую шутку, и посмотрел на воду в канале. — В любом случае зачем вы позвали? Если ваше почтенное тело простудится от холодного столичного ветра, моё сердце может не выдержать. — Голос совершенно не соответствует словам. Поняв, что над ним издеваются, Колпаран нахмурился. Но ответить иначе не мог. Ему не хватило бы смелости напасть на Джулиана из-за одной провокации. — … На несколько мгновений повисла тишина. Возможно, из-за недавнего дождя от земли поднимался пронизывающий холод и обволакивал тела. Колпаран поправил воротник и медленно заговорил: — Вы наверняка уже слышали о возвращении Святого Меча. Как и ожидалось. Откуда-то получив сведения, он хотел обсудить приезд Хейдена Райха. — В этот раз он входит в столицу не как подданный Империи, а как представитель Святого королевства. И подобное возвращение меня совершенно не радует. Колпаран провёл рукой по бороде. Белые волосы поймали слабый лунный свет и мягко засияли на ветру. Внешне он напоминал мудреца. Но я знал: передо мной старый лис, думающий прежде всего о собственном выживании. «Приспособленец». Наверное, точнее не скажешь. — Госпожа Элеонора, точнее архиепископ Элеонора, тоже осведомлена. Она решительно считает, что свергнуть Верховного понтифика до прибытия Святого Меча будет слишком трудно. Значит, Элеонора тоже знала. И была права: осуществить большой замысел раньше его приезда действительно сложно. До «того дня» оставались сутки. Сказать, что времени почти нет, не будет преувеличением. Колпаран серьёзно посмотрел на меня. — Однако помимо возвращения Святого Меча меня беспокоит другое. Тревога Колпарана? — Понятно. Я отмахнулся одним словом. Ну и что? — Вы не спросите? — Как я могу вмешиваться в личные дела? Вы ведь тоже не лезете в отношения между мной и моим учителем. — Кхм… Колпарану явно стало неловко. — Тогда считайте, что дальше я говорю сам с собой. Он позвал меня сюда, чтобы разговаривать сам с собой? Если продолжать демонстрировать полное равнодушие, получится слишком грубо. Я решил выслушать. Что бы там ни было, ко мне это вряд ли относилось. — Пинтель Обрадин… Ему действительно можно доверять? Что? Услышав бормотание, я медленно повернул голову. Можно ли доверять Пинтелю? Что тут спрашивать? «На него можно положиться». Но это не значит, что я полностью ему доверяю. Я полагался на персонажей, которые хотя бы однажды заметно проявлялись в игре «Let’s Kill the Demon King Now». Тех, кто взаимодействовал с главным героем и потому имел собственную историю, характер и ясные убеждения. «Пинтель». У него никакой значимой предыстории не было. Изначально он должен был давно погибнуть от руки Святого Меча. «Почему он настолько мне предан?» Сомнение всё-таки возникло. Если преданность Пинтеля окажется ложью… «Хм». План замены Верховного понтифика, который мы выстраивали всё это время, получит серьёзную трещину. — Разве Пинтель изначально не выступал против вас активнее всех в Ордене Рассвета? — продолжил Колпаран. В его словах был смысл. — Мне непонятна столь внезапная перемена отношения. Персонажи, которые не умерли и не исчезли «по сценарию», превращались в неизвестные переменные. Что они предпримут? О чём думают? Без личного опыта узнать невозможно. — Если Пинтель скрывает дурные намерения, в нашем замысле может образоваться огромная брешь… — То же самое относится и к вам, господин Колпаран. Он тоже принадлежал к числу неизвестных. — Это… ну… Сообразительный Колпаран сразу понял намёк. Старый лис ухватился за бороду и долго смотрел на текущую воду. До меня дошло: он тоже не был исключением. — Похоже, я высказал ненужное замечание. — Ничего подобного. Сомневаться естественно. — Нет-нет. Я ведь доверяю вашей способности всё уладить. Хм. Тогда позвольте откланяться. От моих слов ему явно стало не по себе. Колпаран попрощался и ушёл вместе с Альхасаром. Этого было достаточно. Даже если я уверен, что справлюсь… «Его сомнение логично». Осторожность не бывает лишней. Кто из персонажей должен был умереть по сюжету? Пинтель. Эульсис. И… Анжелика. — Гр-р-р. Стоило подумать имя, как Анжелика высунулась и наклонила голову, решив, что я зову. Колпаран с Альхасаром уже удалились и не могли её увидеть, но утечка демонической энергии всё равно создала бы проблемы. «Я не звал тебя». Я мягко прижал тень пальцем. Несколько глаз завертелись, после чего Анжелика втянулась обратно под одежду. «Изначально у неё даже имени не существовало». Теперь она стала надёжным союзником. Хотя, пожалуй, правильнее назвать преданным питомцем. «После получения имени она начала явно ко мне привязываться». Всего лишь догадка, но имя могло помочь сформировать связь. Говорят, имя определяет место существа в настоящем и будущем. «Хм». Мысль углубилась. Пусть, возможно, и не имела смысла. *** — Повторю ещё раз. В тихой подземной тюрьме рода Обрадин голос Пинтеля прозвучал жёстко. Обе руки лежали на магическом посохе. — Не пытайтесь покинуть камеру. Он не повышал голос, но слова отчётливо дошли до Герарда, открывшего дверь. Услышав Пинтеля, тот не решился сразу двинуться. «Этот ублюдок…» Давление сейчас совершенно не походило на то, что исходило от мага во время их прежней встречи, когда Герард едва не убил его. Пинтель считался перспективным и хорошо владел уникальной магией своего рода. Навыки и репутация позволили ему занять место в Ордене Рассвета. Но только теперь, после изучения теневой магии и демонической энергии через исследования Айдена, Герард смог по-настоящему оценить уровень маны противника. Понимание магии, пусть и полученное нечестным путём, позволило ощутить разницу. — Пинтель, старый друг. Зачем вести себя настолько глупо? Изначально Герард собирался тихо уйти на рассвете, когда рядом никого не будет, и передать запись Верховному понтифику. Так он вернул бы место в Ордене Рассвета и снова жил как дворянин. Больше ничего не требовалось. — Что Джулиан вообще сделал для вас, раз вы превратились в настолько верную псину?! Губы дрожали от ярости. До прошлого происшествия их положение было очевидным. Небо и земля. Герард обладал влиянием среди дворян и в Ордене Рассвета. Пинтель оставался магом, сосредоточенным лишь на исследованиях. — Отвратительно. Под холодным взглядом Пинтеля Герард стиснул губы. — Раздвоенный язык всё такой же, Герард. Он понимал, что слова не заденут почти религиозную преданность Пинтеля. Но привычная дерзость заставила сделать шаг вперёд. — Просто выслушай. Передай эту магическую запись Верховному понтифику… Один шаг. Стоило ноге пересечь порог, как к глазам полетел напитанный маной нож. — Тук! Клинок вонзился в правое плечо. — А-а-а! От мучительной боли Герард рухнул на задницу. Алая кровь потекла из раны. — Проклятый…! Пинтель спокойно стряхнул пыль с плеча и заговорил без эмоций. — Я похож на человека, который шутит? Последнее предупреждение, Герард. — Дрожь. Он влил ману в посох. В воздухе начали формироваться лезвия — специализация Пинтеля. «От этого не уклониться». Избежать всех заклинаний было невозможно. Если Герард попытается выйти, клинки обрушатся штормом. «Он всегда был настолько силён?» Полностью отразить это теневой магией, освоенной обходным путём, не получится. «Нужно вывести его из равновесия». Ключевое слово, способное поколебать Пинтеля. К счастью, Герард его знал. — Вы знаете тайну Джулиана, которому так верите? — Мне не нужно знать, пока он сам не расскажет. — Тогда расскажу я! Это наверняка нарушит сосредоточенность. — Джулиан и есть Чёрный Рыцарь. Между магическими лезвиями появится брешь, через которую можно будет нанести неожиданный удар. — …Что? Как и ожидалось. Стоило прозвучать имени Чёрного Рыцаря, на бесстрастном лице Пинтеля появилась трещина. — Именно Чёрный Рыцарь разрушил ваш план и лишил епископского ранга! И этот Чёрный Рыцарь — сам Джулиан! Логично было ожидать потрясения. Пинтель служил тому же человеку, который привёл его к падению. Но… — И что? Ответ прозвучал совершенно безразлично. ---------- Доказательство верности (2) — И что? В голосе Пинтеля не было ни капли сомнения. Эти слова застряли в голове Герарда. — Я не понимаю. Даже если извращённое уважение исказило взгляд на мир, служить человеку, который возвысился на твоей собственной ошибке, было за гранью его понимания. — Я и не прошу понимать. Пинтель будто видел мысли насквозь. — Неважно, способны ли вы меня понять. Я вообще не нуждаюсь в чужом понимании. — Безумец! Чем дольше длился разговор, тем сильнее Герарду становилось не по себе. Ругательство сорвалось само. Он собирался поколебать Пинтеля, но в итоге сам растерялся настолько, что едва сохранял спокойствие. — Идиот, ты рехнулся?! Пинтель, которого я знал, не был настолько тупым! Когда тот только вступил в Орден Рассвета, Герард видел в нём амбициозного мага. Не человека вроде Айдена, сознательно выбравшего неправильный путь, а исследователя, движимого чистым любопытством. Он не прибегал к жестоким методам и опытам на людях, а искренне пытался преодолеть собственные ограничения. — До сих пор не понимаю, как такой человек вступил в Орден Рассвета. Поэтому Герард насмехался. Человек, который не отбрасывал мораль ради исследований, как Айден, добровольно шагнул в тайную организацию. — Обещаю: если он попытается сбежать, я лично соберу отряд и заставлю его замолчать. Даже когда над его бесполезным благородством издевались, решимость Пинтеля не дрогнула. — Почему не проводишь опыты на живых, как Айден? Это принесло бы пользу и Ордену, и тебе. Герард никогда не давал советов из добрых побуждений. Только издевался. Ему доставляло удовольствие наблюдать, как упрямый маг однажды опустится, отбросит красоту, к которой стремился, и запачкается в грязи. — Я не прошу понимать. Голова Герарда внезапно опустела. Он вспомнил, почему Пинтель раздражал с самого начала. При первой встрече в Ордене Рассвета Герард был уверен: этот человек обязательно падёт. Но даже после встречи с Джулианом, когда казалось, что он окончательно сошёл с ума, Пинтель всё ещё следовал собственным убеждениям. А в противоположность ему… — Действительно жалкое зрелище. В равнодушных глазах Пинтеля отражался уже не великолепный Герард Оклир из прошлого. «Неужели по-настоящему сломался именно я?» — Скрежет… Сквозь потрескавшиеся губы донёсся неприятный звук зубов. — Заткнись…! Поддельный рог позволял использовать демоническую энергию. Герард протянул руку и начал собирать обратно кровь, разбросанную по полу. Грубо сгустившаяся жидкость приняла форму острого наконечника. Единственной рукой он направил кровавую стрелу на Пинтеля. — Вжух! Алый снаряд сорвался вперёд. Но ещё до того, как он приблизился, магические лезвия перехватили его и рассеяли. — А-а-а! Вместо этого клинки Пинтеля вонзились в тело Герарда. С хриплым криком тот отшатнулся. Но унижение и ярость продолжали пылать в глазах, заставляя сделать шаг за порог. Потом ещё один. — Фух. Пинтель вздохнул и поправил хват на посохе. — Это, возможно, не будет полным ответом, но я всё же отвечу на ваш прежний вопрос. Из голубоватого самоцвета на навершии потекла мана. Пинтель внимательно проследил за ней и одним движением рассеял в воздухе. — Пусть вы никогда не занимались магией, теперь каким-то образом способны её применять. Значит, должны понимать, что такое мана. Продолжая шагать с яростью в глазах, Герард невольно прислушался. После имплантации рога он понял демоническую энергию и вслед за ней начал ощущать природу маны. — Мана обитает во всём живом и неживом. Она способна записывать происходящее, преодолевая пространство и время. Герард остановился. В воздухе перед ним скапливалась огромная масса силы. Магию Пинтеля называли «магией лезвий», потому что создаваемые формы напоминали кинжалы. Из-за малого размера их нельзя было назвать полноценными мечами, отсюда и прозвище. Но сейчас колоссальный объём маны начал делиться на множество настоящих клинков. — Этого не может быть! Даже магу пятого ранга трудно одновременно управлять столькими крупными сгустками. Пинтель выполнял невозможное, и лицо Герарда исказилось от потрясения. — Исследуя магию и оттачивая ману, я начал понимать кое-что ещё. Не до конца, но всё яснее. Пинтель говорил будто сам с собой. Герард не мог отвести глаз от висящих клинков. — Мир разделён на множество ветвей. — Что за чушь ты несёшь?! — Изначально я должен был погибнуть при перевозке Камня души. — Вжух! Пинтель взмахнул посохом. Один из клинков вонзился Герарду в колено. — А-а-а! Он закричал и зашатался, но Пинтель без всякой реакции отправил в тело ещё один меч. Крик почти превратился в визг и заполнил тюрьму. Лицо мага оставалось бесстрастным. — Вы, наверное, не понимаете моих слов. Ведь я жив и стою перед вами. — Ха… ха…! — Честно говоря, я тоже не знаю подробностей. Но чем глубже изучаю ману, тем ярче становятся эти воспоминания. Я не могу утверждать наверняка. Однако… Пинтель прервался и особенно твёрдо посмотрел на Герарда. — Нет сомнений, что именно господин Джулиан подарил мне эту новую жизнь. Какая разница, называют ли его Чёрным Рыцарем? — Гр-р-р… Чем сильнее магия разрушала тело, тем больше демонической энергии поднималось изнутри. — Когда вы внезапно начали колдовать, я решил, что использован какой-то трюк. Теперь вижу источник. Тело Герарда стало искажаться и раздуваться, теряя человеческие очертания. — Вжух! Но Пинтель не собирался спокойно наблюдать. — Давать противнику время в такой момент может только глупец. Магия лезвий, достигшая уровня уникальной магии, обрушилась на Герарда водопадом. — Кх… гр-р-р… Пинтель посмотрел на остывающее тело и снова поставил посох перед собой. — Я не выбираю цели так тщательно, как господин Джулиан. Последний удар. — Бух! Огромный меч рухнул сверху. Герард, уже почти завершивший превращение, замолчал навсегда. Даже после смерти человека, который когда-то разжёг в нём жажду мести, Пинтель не проявил сильных эмоций. Он лишь думал, не помешает ли это плану Джулиана. — Господин Джулиан… Чёрный Рыцарь… Слова Герарда. Они не породили сомнений в верности, но оставили один вопрос. — В остаточных воспоминаниях маны Чёрный Рыцарь, оборвавший мою жизнь, определённо не был господином Джулианом. Образ из памяти не совпадал с нынешним Чёрным Рыцарем. — Но именно господин Джулиан показал новый путь человеку, который изначально должен был погибнуть. Род Обрадин присягает тому, кто дарует цель. В этих словах не было лжи. *** — Прошу простить меня, господин Джулиан! На следующий день я ухаживал за орхидеей в кабинете «Закрытых Глаз» после разговора с Колпараном, когда внезапно появился Пинтель и начал извиняться. Что случилось? Я спросил о причине и услышал подробности. — Значит, Герард мёртв. — Да. Простите. — Это не ваша вина. Я сам не проверил, какими средствами побега он располагает, и не предотвратил их. Я упустил очевидное. Человек уровня Герарда наверняка имел козырь на случай заключения. Раз он умел строить планы, возможность захвата должен был предусмотреть. — Последователи пока не знают о смерти. Они продолжат поиски. Пока проблема не критична. Главное — выиграть время до послезавтрашнего дня. — Переговоры с епископом Убероном Хиникс тоже завершены. Мы можем начать операцию во время церемонии назначения епископов через два дня. Я кивнул, подошёл к окну и посмотрел наружу. Наконец наступит этот день — день смерти Верховного понтифика и разрушения Ордена Рассвета. Возможно, союзники не желали полного распада организации. Но я мог сказать уверенно: «Она заслуживает уничтожения». Ради моей безопасности. — Хм? Я собирался провести пальцем по лепестку орхидеи, когда Анжелика начала перетекать по руке к кончикам пальцев. Множество глаз уставилось в окно. Это не было случайной прихотью. «Кожа покалывает». Подобное ощущение возникало и раньше. В Святом королевстве. Заклятый враг Джулиана. Всё его существо чувствовало: скоро он войдёт во дворец. — Уже прибыл? Горечь растеклась по языку, и слова вырвались вслух. Пинтель повернулся. — О чём вы говорите, господин Джулиан? Я покачал головой, показывая, что ничего важного, и надел пальто. Дрожь началась в руке и распространилась по всему телу. — Похоже, в столице мы встречаемся впервые. Воспоминание о лице учителя вызвало бурю эмоций. Святой Меч Хейден Райх. Благородный герой возвращался в столицу. ---------- Центр внимания (1) — Святой Меч Хейден Райх вернулся. Последователи втайне испытывали разочарование из-за того, что он ушёл в Святое королевство, не сказав ни слова. Но, снова увидев лицо Святого Меча, они не смогли скрыть радость. В конце концов, все в организации собрались именно под его именем. — Святой Меч, мы знали, что вы вернётесь! — Прошу, снова поведите нас за собой! — Да здравствует Хейден Райх! Пока остальные скандировали имя и осыпали его похвалами, Линне стояла в стороне и молча наблюдала. «Он не изменился». Перед ней был тот же образ, который она увидела при первой встрече со Святым Мечом. Глубокие морщины, крепкое тело и благородный дух, исходящий от него естественно и свободно. Он без сомнений выглядел тем самым великим Святым Мечом, известным всему миру. — Прошу у всех прощения. Из-за личных обстоятельств мне пришлось уйти в Святое королевство, ничего не объяснив. — Вы сумели завершить свои дела? — Да. Всё закончилось вполне удовлетворительно. Хейден Райх кивнул, отвечая на вопросы. Линне медленно пила напиток и издалека наблюдала за разговором. «Что именно он завершил?» В Святом королевстве Хейден был поглощён изучением места, где собирали и выращивали демонов, — Святилища Одиночества. Если под «удовлетворительным завершением» он имел в виду именно его… «Что вообще происходило у него в голове?» — Линне! Размышления прервал громкий голос. Лицо можно было представить, даже не поворачиваясь. — Господин Тео. К ней подошёл командир Непоколебимых рыцарей Тео Реннок — огромный, громогласный и, как всегда, дружелюбно улыбающийся. — Господин Хейден вернулся. Вы не собираетесь его поприветствовать? — Ему сейчас есть о чём поговорить с другими. — Вы не рады? — Конечно, рада. — Для радостного человека вы выглядите не слишком убедительно. Несмотря на возвращение учителя, Линне и правда не выглядела счастливой. Тео попал в точку. После увиденного в Святом королевстве она не могла встречать Хейдена с прежним восторгом. — Кх. Линне тихо вздохнула. Проницательность Тео, совершенно не подходившая его внешности, едва не заставила пролить напиток. — Плеск. Нет. Всё-таки пролила. Увидев фиолетовое пятно на полу, Линне помрачнела. Тео позвал слугу, чтобы быстро убрать, затем понизил голос. — Что произошло в Святом королевстве? Командира часто называли легкомысленным, но сейчас его взгляд был настолько острым, что Линне никогда не видела подобного. Стоит ли рассказывать? Разговор мог поставить её в неудобное положение. Немного подумав, она решилась. — Да. — Что именно случилось? — Вы поверите, если я скажу, что Святой Меч поместил в собственное тело демона? Тео впервые за всё время посмотрел по-настоящему потрясённо. — А если добавлю, что он направил на меня меч? После этих слов Тео поднёс кубок ко рту, будто во рту внезапно пересохло. — Вы не похожи на человека, который лжёт. Значит, поверю. — Не окажись там господина Джулиана, я бы наверняка умерла. — Джулиана? — Да. Тео недоверчиво наклонил голову. Что вполне естественно. Джулиан, который мечтал стереть все следы Святого Меча, неожиданно спас её от него. — Теперь понимаю, почему вы ходите с таким недовольным лицом! Тео энергично кивнул, будто полностью разобрался. «Он действительно понял?» Линне уже собиралась обсудить с ним будущие действия Хейдена, когда рядом раздался голос. — Меня не пригласят в столь увлекательный разговор? Святой Меч подошёл незаметно. Линне решила отложить беседу с Тео. — Итак, что произошло? — спросил Хейден у командира. — Вы выяснили, почему Линне выглядит несчастной? — Господин Хейден, похоже, события в Святом королевстве глубоко её задели. Мысль о молчании прожила лишь мгновение. Тео сразу начал пересказывать их разговор самому Святому Мечу. Тогда Линне поняла, что ошиблась. Пусть Хейден покинул Империю, его авторитет ещё не исчез. Организация Последователей по-прежнему собиралась под его звездой. «Зря заговорила». Она мысленно отругала себя. — А, происшествие в Святом королевстве… Да. Неудивительно. Хейден безразлично провёл рукой по подбородку, будто едва помнил случившееся. — Прости, Линне. Тогда у меня были неизбежные причины. «Какие причины?» Она хотела спросить, но посмотрела вокруг и передумала. Даже если устроить скандал, никто из Последователей не встанет на её сторону. Даже Тео, которого Линне считала наиболее нейтральным, повёл себя именно так. — Не нужно извиняться, учитель. Она неловко улыбнулась. Возможно, потому что часто видела, как «кто-то» выходил из сложных ситуаций именно улыбкой. Хейден посмотрел на неё. Глаза, которые должны были радоваться встрече, казались пустыми и расфокусированными. Ни один из собравшихся Последователей в них не отражался. Даже Линне, любимая ученица. — Как поживает Джулиан? Только при упоминании этого имени взгляд Хейдена обрёл фокус. — Джулиан? Вы об этом человеке? — Недавно он пришёл к месту собраний и устроил переполох! — Высокомерный ублюдок! После отъезда Святого Меча его наглость взмыла до небес! При имени Джулиана Последователи мгновенно начали выражать недовольство. Хейден не обратил внимания, снова коснулся подбородка и сказал: — Я вернулся в столицу, чтобы завершить дело, оставшееся незаконченным. Уничтожение Ордена Рассвета. Все знали: именно это было его единственной целью. — Кроме того, мне нужно обсудить этот вопрос с императором Адратана. — С-самим императором?! — Да. Император находился на вершине власти. Услышав его имя, Последователи растерялись. Линне тоже. «Если подумать, именно император разрешил учителю находиться здесь». В обычной ситуации подобного не произошло бы. Позволить Святому Мечу, сбежавшему в чужую страну, хотя бы временно войти в столицу означало поступиться достоинством Империи. «Они заключили сделку?» Линне не стала спрашивать, получил ли Хейден во время исследований в Святом королевстве что-то настолько ценное, что даже император согласился на унижение. — Пойдёшь со мной, Линне? Он хотел держать её рядом, чтобы она не болтала с другими Последователями? Линне так подумала, но всё равно ответила: — Разумеется, учитель. Подозрения в отношении Хейдена никуда не исчезли. Поэтому нужно было следить за каждым его движением. *** Вместе со Святым Мечом Линне направилась во Дворец Небесного Почтения, где находилась императорская семья. После первых ворот — Врат Почтения — она осмотрелась. Увидев Хейдена, люди начинали шептаться. Это было естественно. Пусть он вернулся под предлогом сотрудничества в расследовании, многие дворяне всё равно называли его предателем и перебежчиком. — Бездельники, — мысленно цокнул языком Себион, временно сопровождавший Святого Меча. — Не обращай внимания, Себион. Реакция ожидаемая. — После всего, что вы сделали для Империи, удивительно, как ничтожные дворяне осмеливаются вести себя настолько дерзко! — Сколько бы они ни лаяли, мои достижения не исчезнут. Себион поклонился, принимая слова. — Перед Дворцом Небесного Почтения нужно ненадолго остановиться. — Где именно? — Поздороваться с секретарём Седном. Хейден уверенно направился к зданию секретариата. Это учреждение постоянно кипело работой и передавало приказы правящей семьи остальным ведомствам. Когда-то Святой Меч был неразрывно с ним связан. «Теперь всё в прошлом». Линне отогнала горечь и посмотрела на спину учителя. Она видела её сотни раз. Внешне ничего не изменилось. Тогда изменился её собственный взгляд — или сам Хейден? — О, кого я вижу! Дружелюбный голос прервал мысли. — Я почувствовал знакомую ауру и сразу понял, что это вы! Перед ними стоял слепой мечник Захард. Рядом находился незнакомый мальчишка, чьё лицо почему-то казалось смутно знакомым. — Этот человек… — Лазлот, перед тобой мечник, когда-то представлявший Империю, Святой Меч Хейден Райх. Лазлот, до сих пор знавший о нём лишь по слухам, посмотрел на Захарда так, будто хотел сказать: «Кто этого не знает?» — Захард! Не ожидал встретить тебя здесь! Лицо Хейдена просияло при виде старого знакомого. Пожалуй, в последнее время Линне не видела у него более сильной реакции. — Кажется, мы не встречались со времён похорон учителя? — Ха-ха! Ничего не поделаешь. Я был беглецом! Подойдя ближе, Хейден осторожно спросил: — Ты закончил то дело? — Да. Всё улажено. Без помощи вашего ученика пришлось бы тяжело, но сына удалось проводить достойно. Линне сразу поняла, что речь о событиях на Северном фронте. — Ученика? Хейден мельком посмотрел на неё. Линне покачала головой. — Он говорит о господине Джулиане, не обо мне. — Джулиан помог Захарду? — Да. — Хм… Хейден замолчал. В его вздохе слышалось искреннее непонимание. Линне думала так же. При первой встрече Джулиана и Захарда на Северном фронте никто не мог понять, зачем один помогает другому. Возможно, Джулиан пытался заранее уничтожить источник демонической угрозы Империи. Но теперь Линне склонялась к другому объяснению: история Захарда просто задела в нём что-то человеческое. У нынешнего Джулиана такое было возможно. — Похоже, изменился не только Джулиан. Многие стали другими. — Вы правда думаете, что зверь в человеческой шкуре способен настолько измениться? — вмешался Себион. Хейден открыто выразил недовольство лишней репликой. Разговор на мгновение замер. — Что вы имеете в виду, Захард? — Я говорю о вас, Хейден. Пальцы Захарда чуть сильнее сжали трость-меч. ---------- Центр внимания (2) Линне знала: трость в руках Захарда на самом деле была ножнами, скрывавшими острый клинок. То, как крепко он сжал её, означало готовность в любой момент обнажить меч и направить на Хейдена. «Как и ожидалось… господин Захард заметил». Он заметил, что с телом Святого Меча что-то не так. Сейчас внутри Хейдена Райха находилась демоническая энергия. Значит, он либо растил в себе демона, либо добровольно поместил его туда. — Захард, что вы пытаетесь сказать? Несмотря на неожиданный намёк, Хейден лишь улыбнулся. В его тоне слышалась уверенность: даже если старый друг всё понял, что изменится? — Хм. Я не хотел говорить прямо и ставить старого товарища в неловкое положение. Но если вы настаиваете, придётся. — Ха-ха. Благодарю за заботу. Захард снова сжал трость, и взгляд Хейдена изменился. «Он серьёзен». Это ощущалось отчётливо. Если Хейден продолжит уклоняться, Захард действительно обнажит меч. — У вас всё такой же острый взгляд, Захард. — Острый взгляд? Вы забыли, что я ничего не вижу? — Это всего лишь образное выражение. Разговор звучал как беседа старых друзей, но напряжение под ним было почти осязаемым. Обычный человек не понял бы всей серьёзности, однако Линне, Себион и проницательный Лазлот сразу почувствовали: происходит нечто опасное. — Г-господин Захард! Лазлот поспешно вмешался, желая избежать ненужной схватки и поскорее уйти. Но Захард не двинулся. По характеру он не любил бессмысленные бои. Однако если дело касалось демонов, всегда доводил его до конца. На Северном фронте демоны и варвары отняли у него множество товарищей. А затем демон забрал ещё одну особенно важную связь. — Товарищ. Старый друг. Я не желаю обнажать меч в этом месте, но без объяснения выбора не останется. — Вы стали мягче, Захард. Под убийственным тоном Хейден медленно потянулся к потёртым ножнам на поясе. Они были грубыми, исцарапанными от тысяч извлечений клинка. И одновременно служили доказательством того, насколько высоко их владелец поднялся как мечник. — Раньше вы выхватили бы меч, не заботясь, внутри мы дворца или снаружи. После этих слов Хейден убрал руку от ножен. Явная провокация. Даже если Захард нападёт, он уверен, что мгновенно ответит. Захард нахмурился. Внутри него закрутилась аура и начала выходить наружу. — Господин Захард! М-мы уже выполнили поручение господина Джулиана! Давайте вернёмся! Срочный крик Лазлота заставил Захарда остановить рассеивание силы. — Хм. Похоже, встреча со старым товарищем после стольких лет затуманила рассудок. — В-вы буквально ничего не видите, господин. Даже после вспышки убийственного намерения Лазлот честно озвучил мысль. Напряжение сделало его особенно прямолинейным. — Вы выполняете приказ Джулиана? Неужели действительно начали таскаться за тем мальчишкой, Захард? — Хм. Захард коротко вздохнул и не отреагировал на очередную провокацию. — Иногда полезно идти за кем-то следом. Можно заметить то, чего не ожидал. Он произнёс это удивительно спокойно и направился к выходу из секретариата. — П-подождите, господин Захард! Испуганный Лазлот поспешил следом. Линне мысленно облегчённо выдохнула. «Он почувствовал это благодаря ауре». Аурная эхолокация позволяла Захарду видеть сущность противника без глаз. Именно так он распознал аномалию внутри Хейдена. — Неожиданные вещи, значит… Святой Меч смотрел вслед уходящему другу и тихо повторил фразу. Затем, будто ничего не произошло, направился дальше в секретариат. *** О возвращении Святого Меча в столицу можно было узнать, даже не видя его. Острое присутствие постоянно кололо кожу, а тошнотворный инстинкт настойчиво требовал найти учителя. К счастью, теперь это состояние уже не было таким неуправляемым, как раньше. «Разочаровался после встречи в Святом королевстве?» Я несколько раз сжал и разжал кулаки, глядя на отражение в оконном стекле. Лицо прищуренного Джулиана, как всегда, ничего не показывало. Но теперь я достаточно хорошо ощущал его влияние и мог отличать его эмоции от собственных. Джулиан действительно испытывал разочарование. В Святом Мече Хейдене Райхе. — Можете идти, господин Пинтель. — Простите? — Мне скоро нужно покинуть кабинет по делам. Вам будет неловко оставаться здесь одному. — Я могу ждать сколько потребуется, господин Джулиан. Вы неправильно поняли. Не вам будет неловко, а мне, блять. — …Понятно. Я ничего больше не сказал, лишь продолжил смотреть. Пинтель наконец уступил. Почтительно поклонившись, он вышел, и кабинет опустел. — Хаа… Никогда не думал, что сюда начнут постоянно приходить люди. Джулиан был уверен, что не сможет ни с кем сблизиться. «Проблема в том, что большинство посетителей связано с Орденом Рассвета». Если один раскроется из-за внутренних конфликтов, остальные посыплются следом, словно домино. «Нельзя больше встречаться с ними в этом кабинете». Стоило принять решение, как раздался стук. Решил избегать встреч — и сразу новый посетитель. К счастью, вошли Лазлот и Захард. Я поручил им отнести подготовленный официальный документ в секретариат. Похоже, задание выполнено. — Хотел впервые за долгое время осмотреть секретариат, но неожиданно встретил гостей. Захард вошёл, усмехнулся и развалился на ближайшем диване. Обычно он не показывал усталость, но сейчас движения выглядели тяжёлыми. Лазлот тоже был бледнее обычного. Понять, что случилось, несложно. — Вы встретились с учителем. — Наблюдательный взгляд. Хм, именно так сказал Хейден. — Я ожидал его прибытия, но не думал, что он сразу столкнётся с вами. — Знал бы заранее — не пошёл бы за этим мальчишкой. Захард пробормотал и мельком взглянул на Лазлота. Документы должен был доставить только стажёр. Захард пошёл с ним по внезапной прихоти. — Впрочем, так даже лучше. Мне было любопытно, что вы почувствуете при встрече. — Хм. По его реакции стало ясно: он заметил аномалию в теле Святого Меча. — Не понимаю, как Хейден дошёл до такого. — Теперь выражение «благородный Святой Меч» вызывает лишь смех. — Судя по тону, вы уже знали о его состоянии? — Да. Видел собственными глазами, когда заезжал в Святое королевство. Пока мы говорили, Лазлот смотрел так, будто совершенно не понимал тему. Ах да. Он и не мог знать. С первого взгляда подобное замечал только человек вроде Захарда, я сам или кто-то особенно чувствительный к энергии. — Мальчик, не понимаешь, о чём речь? — спросил Захард. Лазлот кивнул и посмотрел на меня, спрашивая разрешения. — Можете рассказать. — Правда? Захард кашлянул и заговорил серьёзно: — Слушай внимательно. — Да. — Сейчас Святой Меч Хейден находится под гипнозом демона. — …Что? Что-то не так. — Ч-что вы имеете в виду? Святого Меча загипнотизировал демон? — Именно. Иначе его последние поступки невозможно объяснить. Пусть это было полной чушью, звучало неожиданно правдоподобно. — Он сбежал в Святое королевство, а затем приполз обратно под предлогом расследования Ордена Рассвета. Без демонического гипноза подобное не имеет смысла. — Вы лжёте, верно? — Хорошо. Половина была ложью. — Половина? — В теле учителя действительно находится демоническая энергия, — вмешался я, прежде чем Захард окончательно увлечётся. Демоническая энергия жила внутри него. Иными словами, Святой Меч пребывал в состоянии, близком к демону. — Невероятно… Лазлот пробормотал, услышав объяснение. Пусть Тенелон, глава Ордена Рассвета, ненавидел Святого Меча, сам Лазлот, похоже, испытывал к нему значительное уважение. «Уважение». Честно говоря, когда-то и я его уважал. Теперь же это был человек, с которым хотелось не встречаться вовсе. Но, вероятно, столкновение произойдёт уже сегодня. «Совсем не хочу». Я ещё не видел Хейдена, а ладонь уже чесалась, кожа под глазами покалывала. Как тело отреагирует при встрече? ---------- Центр внимания (3) Я понимал: встречи со Святым Мечом не избежать. Он вернулся в столицу ради уничтожения Ордена Рассвета. Пока я состоял в организации, столкновение было неизбежно. — Знал бы, что всё обернётся так, отступил бы заранее. Хотя внешне беспокойство никак не проявилось, после слов Захарда я невольно повернул голову. Он убрал с лица чёрные волосы, в которых уже пробивалась седина, и тихо рассмеялся. — Я ведь не планировал вступать именно в этот момент. Кто мог представить, что сразу после этого произойдёт подобное? Слушавший рядом Лазлот посмотрел на него странно. — Вы говорите так из-за Святого Меча? — Может, из-за него. Может, и нет. — Господин Джулиан наверняка предвидел подобную ситуацию. Похоже, небрежное ворчание Захарда ему не понравилось. «Но дело в том…» На самом деле я ничего не предвидел. «Я даже не мог представить, что Святой Меч сбежит в Святое королевство». И уж тем более не ожидал, что он нагло вернётся с невозмутимым лицом. Лазлот же был уверен: я всё предусмотрел и уже подготовил ответ. В определённой степени… — Хм. Я коротко вздохнул. Остальные члены Ордена Рассвета старались не показывать тревогу, но новость о возвращении Святого Меча заставила их дрожать. Лазлот сохранял спокойствие, потому что верил, что я как-нибудь справлюсь? «Нет». Скорее он просто не был глубоко связан с Орденом. Именно поэтому относился к происходящему проще. — Верно. Человек, способный вести переговоры и с императорской семьёй, и с Орденом Рассвета, наверняка держал подобное в голове, — усмехнулся Захард. Они оба посмотрели на меня. Я продолжал молчать. Почему? «Потому что сказать нечего». В такие моменты лицо Джулиана особенно полезно. Пока я беззаботно перебирал край плаща, по спине стекал холодный пот. «К тому же…» Я незаметно посмотрел на официальный документ, лежавший на столе. [Императорское разведывательное управление «Закрытые Глаза» обязано тесно сотрудничать со Святым Мечом в расследовании Ордена Рассвета.] Приказ пришёл сверху. И под «сверху» имелся в виду не секретариат. Распоряжение исходило напрямую от императорской семьи. Иными словами… «Это личная воля императора Адратана». В углу документа стояла печать, поставленная самим правителем. «Я и так не собирался избегать встречи». Но теперь императорская семья буквально сталкивала нас лбами. *** Почтительно попрощавшись с Джулианом, Лазлот вышел из кабинета. Стоило двери закрыться, как серьёзная осанка сменилась робкой и напуганной. — С-спасибо за ваш труд, сотрудники «Закрытых Глаз»! Внутри Императорского разведывательного управления Лазлот считался трусливым стажёром. Поэтому со всеми, кроме связанных с Орденом Рассвета и самого Джулиана, вёл себя именно так. — Цок-цок. Захард, шедший следом, недоверчиво рассмеялся. Лазлот убедился, что поприветствованные сотрудники ушли и поблизости никого нет, после чего лицо мгновенно изменилось. — Что смешного? — Просто подумал: не утомительно жить подобным образом? Замечание звучало как поддразнивание. Лазлот нахмурился и вернулся к обычной манере. — Я всегда так жил. Вас это не касается, господин Захард. — Ха-ха. Не стоит отвечать настолько холодно. Лазлот посмотрел на дружелюбно улыбающегося Захарда, будто хотел что-то сказать, но передумал. — Сначала я отведу вас к господину Колпарану. Как сказал господин Джулиан, следует ознакомиться с расположением монастыря Генмел. — Да. Пожалуй, следует. Они снова двинулись. Пейзаж менялся несколько раз. Здание «Закрытых Глаз» сменилось садом. Сад — первыми воротами, отделявшими дворец от внешнего города. На всём пути Лазлот то и дело поглядывал на Захарда. Тот, разумеется, заметил. — Хотите что-то сказать? Даже без зрения Захард хорошо распознавал настроение людей. Черта «Аурная эхолокация» позволяла воспринимать чужую ауру, то есть движение маны. При любом сильном чувстве поток неизбежно менялся. Услышав заинтересованный вопрос, Лазлот решился. — Господин Захард. — Да? — Разве вы не лучший мечник Империи? — Лучший? Пока существует Святой Меч, формулировка неточна. К тому же есть Джулиан. Добавив это, Захард лукаво улыбнулся. — Но человек, держащий меч, всегда должен считать себя лучшим. Если исключить ману, свойства ауры и устройство энергетических каналов, оставив лишь чистое фехтование, Захард был уверен: он победит любого. Увидев эту уверенность, Лазлот заговорил без колебаний. — Тогда могу попросить об услуге? — Об услуге? Какой? — Научите меня мечу. Мальчишка стоял прямо перед ним. Захард внимательно «посмотрел» на Лазлота. Слепые глаза не видели внешности, зато он ощущал поток маны, рождённый решимостью. — Я хочу стать великим мечником, как мой отец. Прошу, обучите меня! На языке остался вкус воспоминаний — одновременно тёплый и горький. — Ха-ха, мальчик. — Да? — Зачем вам учиться мечу? На почти ласковый вопрос Лазлот ответил искренне: — Во время операции «Ломаем пальцы» я понял: чтобы выжить в этом мире, нужна сила. Захард знал об операции. Именно благодаря ей Джулиан получил орден Королевского меча, который затем передал ему. — Если бы я сумел быстрее остановить Дантеса, той трагедии могло не произойти… Захард понимал, о чём речь. Вероятно, о ранениях рыцаря Ферна и опасности, которая нависла бы над Джулианом, останься тот жив и свободен. — Поэтому я хочу стать сильнее. Стажёр «Закрытых Глаз» обязан обладать хотя бы базовыми навыками. Если Лазлот дошёл до нынешнего положения, в нём заметили потенциал. Но, вероятно, без направления развитие остановилось. — И я начал думать, насколько полезнее смог бы стать для господина Джулиана. Достойная мысль для столь юного человека. — Тогда почему не попросить самого Джулиана? — Господин Джулиан очень занят… «Я выгляжу бездельником?» Захард едва удержался от резкого ответа. — Если дело в деньгах, я заплачу! Правда… потребуется время. — Я похож на человека, который дорожит деньгами? — Нет. — Значит, вы действительно желаете силы. Немного подумав, Захард поднял голову к Лазлоту. — Похоже, вы хотите умереть. Из всего тела хлынула подавляющая энергия и обрушилась на мальчишку. «Умереть…» Лазлот мгновенно покрылся потом. Это не было пустой угрозой уличного хулигана. Его слова прозвучали весомо. Стоило услышать, как сознание нарисовало смерть, а тело само отшатнулось. — С посредственным талантом вы не выживете, мальчик. Не понимаете, что именно слабость позволила вам дожить до этого дня? Захард постепенно убрал убийственное намерение. — Получив второсортное умение, человек неизбежно забывает проверять себя. В тоне звучали самоирония и пустота. Кому предназначались эти слова? Захард снова и снова пережёвывал горький вкус воспоминаний. Если бы он мог видеть лицо Лазлота, наверняка обнаружил бы разочарование. — Я думал, что забыл глаза, полные разочарования из-за невозможности стать рыцарем… Не так ли? Но здесь нельзя было проявлять жалость. — К Колпарану пойду один. Мы знакомы, а путь мне известен. Словно отталкивая мальчишку, Захард ушёл. Он чувствовал спиной холодный взгляд Лазлота, но изо всех сил делал вид, будто не замечает. *** Я поправил пальто в опустевшем кабинете и стал ждать. Людей, которых ожидал, называли Небесной Стражей. Это прямое подразделение, охранявшее резиденцию правящей семьи — Дворец Небесного Почтения. Без их сопровождения ни один дворянин не мог войти внутрь. «Хотя существовало исключение». Святой Меч. Во времена завоевательных войн он близко дружил с императором Адратана и получил множество привилегий. «Но это был прежний император». И Хейден, и правитель понимали: их отношения давно ухудшились, а пути разошлись. В игре, проходя сюжет Святого Меча, я обращал внимание лишь на предательство императора. Теперь же было видно: оба отклонились от прежнего курса. «Как бы там ни было». Я ждал Небесную Стражу. Император приказал «Закрытым Глазам» сотрудничать со Святым Мечом. Чтобы исполнить распоряжение, требовалось посетить дворец. — Тук-тук. Наконец раздался стук. — Войдите. Дверь открылась, и внутрь вошли трое в идеально сочетающихся чёрно-белых одеждах. Небесная Стража. — Господин Джулиан. Их сопровождение означало встречу с вершиной императорской власти. С самим императором. И не только. — По приказу императора Адратана мы прибыли, чтобы проводить вас. Я увижу лицо вернувшегося Святого Меча. «Положение будет отвратительно неудобным». Руки и ноги невольно дрожали. В одной комнате окажутся император, вершина власти, и Святой Меч, с которым я уже скрещивал клинки. А обсуждать будем уничтожение Ордена Рассвета, где я сейчас состоял. Внутри всё переворачивалось. — Да. Я ждал. Но лицо не изменилось ни на йоту. ---------- Адратан (1) Империя Адратан достигла нынешнего величия и накопила силу, заставлявшую соседние государства дрожать, благодаря завоевательной войне, начатой нынешним правителем — Адратаном Четвёртым. Поэтому подданные смотрели на императора не просто с почтением, а почти с поклонением. Он лично стоял во главе беспощадной армии, сокрушал противников и присоединял чужие земли. Отрицать его достижения было невозможно. — Империя Адратан родилась вместе с Адратаном Четвёртым. Подобные слова ходили среди народа. Люди забывали имя основателя династии и преклонялись только перед славой нынешнего императора. Пока он жив, будущее Империи будет становиться лишь светлее. Никто в этом не сомневался. — Да здравствует Его Величество император Адратан! В День Восшествия столица гремела от приветственных криков. — Посмотри, Хейден. Это моя новая статуя из чистого золота! Седой старик с мутными глазами смотрел на изображение самого себя в расцвете сил. Мало кто поверил бы, что этот дряхлый человек и есть Адратан Четвёртый — правитель, чья завоевательная война сформировала нынешнее противостояние трёх великих держав. «До чего он опустился». Услышав тихое бормотание стоявшего на коленях Джулиана, Линне поняла: Железного Монарха, о котором рассказывали легенды, больше не существует. И доказательством служил не только сам император. Статуя. Не позолоченная, а полностью отлитая из чистого золота. Пусть она должна была подчёркивать величие правителя… «Расточительство». Вокруг лежали и другие золотые статуи, некоторые повреждённые и опрокинутые. — Да, я смотрю, Ваше Величество. — Хочу услышать впечатление. Дизайн лично придумала Абигейл! Когда император обратился к Хейдену, вперёд вышла женщина в белом платье. — Как и ожидалось от госпожи Абигейл. — Хо-хо. Благодарю, господин Хейден. — Кто бы подумал, что придворная прорицательница обладает таким художественным чутьём. Выражение «талант вне времени» наверняка относится именно к вам. Стоя на коленях, Линне уловила скрытый шип в голосе Хейдена. «Раз вы прорицательница, занимайтесь предсказаниями». Но Абигейл не показала никакой реакции. Суровые рыцари часто говорили подобным образом. — Большой камень в руке — это резонансный камень, Абигейл? Император не отрывал взгляда от статуи. Изначально их собрали ради обсуждения Ордена Рассвета. Однако Линне поняла: пока разговор о статуе не закончится, к настоящей теме никто не перейдёт. — Как и ожидалось, вы удивительны, Ваше Величество! Сразу распознали! — Хо-хо-хо… От похвалы Абигейл на губах императора появилась довольная улыбка. В этот момент Линне внимательнее посмотрела на камень. «Подделка». Он не был настоящим. Линне хорошо чувствовала течение маны и сразу заметила: исходящая энергия не соответствовала резонансному камню. «И не только я это понимаю». Наверняка все присутствующие знали правду. Но никто не говорил из-за Абигейл. «Скрытая власть за троном, прикрытая самим императором». Раз именно она отвечала за работу, остальные предпочитали молчать. Линне прекрасно знала: принцы тайно боролись за трон. От первого до четвёртого. Каждый расширял собственное влияние и почти не заботился о судьбе императора. Правитель потерял рассудительность под юбкой женщины и просто ожидал смерти. Если он умрёт, не успев выбрать достойного преемника, спор решится не правом наследования, а силой. — Входит Джулиан Крайпарт Фрейсон. Голос Небесной Стражи у входа прокатился по огромному залу. По красному ковру, расшитому золотыми узорами, плавно двинулся мужчина с прищуренными глазами. Он не удостоил даже взглядом собственного учителя, Святого Меча, стоявшего на коленях. — Джулиан Крайпарт Фрейсон, представитель «Закрытых Глаз», явился на зов великого солнца. Он опустился на колено и почтительно поприветствовал. Император, до этого бессмысленно смотревший на статую, наконец перевёл взгляд. — О, Улыбающийся Палач! Давно не виделись. Ты редко показываешь лицо. — Как может столь ничтожный человек постоянно смотреть прямо на солнце? — Хо-хо! Даже перед императором непредсказуемость Джулиана не исчезла. Он легко улучшил настроение правителя и ловко обошёл вопрос, почему не явился в День Восшествия. После этого почтительно склонил голову, ожидая продолжения. «По спине мурашки». Император Адратана. Героический Святой Меч. И Улыбающийся Палач. Атмосфера между тремя совершенно несовместимыми людьми заставила Линне почти перестать дышать. — Ах, вспомнил. Я хотел кое-что спросить у Улыбающегося Палача. — Слушаю, Ваше Величество. — Что ты думаешь об этой статуе, Джулиан? Император снова нежно провёл рукой по золоту и задал тот же вопрос, который ранее адресовал Хейдену. — Манера очень напоминает работы Нардана, одного из имперских скульпторов. Услышав замечание, Линне вспомнила: «Этот человек…» Он хорошо разбирался в искусстве. — Однако резонансный камень в руке… Джулиан оборвал себя и быстро покачал головой. Все вокруг замерли в тревожном ожидании. «Только не говорите, что он поддельный». Обычному человеку достаточно было один раз увидеть власть императора, чтобы навсегда потерять желание спорить. Молчание позволяло избежать ненужной беды. — Ох. Я едва не произнёс лишнее. Прошу считать, что ничего не говорил. Невозможно, чтобы Джулиан не заметил подделку. — …Что именно? Проблема в том, что император клюнул. «Что он задумал?» Линне не понимала. Хейден же наблюдал с любопытством. — Что ты хотел сказать, Джулиан? — Ваше Величество, это была неосторожная мысль. — Я спросил, какая! Под давлением императора Джулиан медленно поднял голову и встретился с ним взглядом. — Это лишь личное мнение, но мне кажется, что резонансный камень может быть поддельным. — Поддельным? Значит, он всё-таки произнёс. Нет. С самого начала собирался подвести разговор именно так. Вялые глаза императора начали оживать. — Да. Обработанный резонансный камень обычно испускает лёгкий голубой оттенок. Тот же, что установлен здесь, кажется бледно-фиолетовым. Объясняя, Джулиан постепенно перевёл взгляд на Абигейл. Глаза встретились. Линне не знала, были ли они знакомы, но аура Джулиана будто говорила: «Прекратите свои уловки». — Хотя я могу ошибаться. Резонансные камни бывают разными. Возможно, существует разновидность с бледно-фиолетовым свечением. Он мягко рассмеялся, словно демонстрируя эрудицию. Теперь все в зале, включая императора, смотрели только на него. — Но мне известен способ безошибочно проверить настоящий камень. — Какой? В обычно равнодушном взгляде Адратана появился слабый интерес. «Самый надёжный способ — наполнить камень маной». В отличие от обычных самоцветов, резонансный камень очень чувствителен к мане. Но если подделка выполнена настолько тщательно, она могла имитировать и реакцию. — Подобно опытам магов с плавучестью, достаточно погрузить его в воду. — В воду? Линне наклонила голову, затем поняла логику. «Сравнить вес с настоящим резонансным камнем того же размера». Такой метод действительно сработает. Но обязательно ли устраивать настолько сложную процедуру? К тому же искусная подделка могла имитировать и вес. — Да. Погрузите в воду мага, который обрабатывал камень, и ответ появится сам. Джулиан говорил не о самоцвете. Он предлагал утопить обработавшего его мага. — Говорят, вода всегда знает ответ. Джулиан улыбнулся. Сегодня эта улыбка вызвала у Линне особенно дурное предчувствие. Чего он добивался? Хотел пытать мага? Или угрожал Абигейл? По дуге прищуренных глаз прочитать намерение было невозможно. ---------- Адратан (2) Те, кто знал о нынешнем состоянии императора Адратана, хотя бы приблизительно представляли, насколько огромной властью обладала прорицательница Абигейл. Её поддерживал утративший рассудок император. Поэтому хоть как-то ограничить её своевольные действия могли разве что члены императорской семьи. — …Ты предлагаешь опустить его в воду?! В тронном зале ещё никогда не звучало столь откровенного оскорбления. — Т-ты действительно требуешь погрузить в воду Камень Резонанса, подготовленный прорицательницей Абигейл?! Обмякший на троне император Адратан вдруг раздулся, словно готов был лопнуть. Даже одряхлев, Адратан Четвёртый сохранял внушительное телосложение, когда-то заслужившее ему прозвище Железного Владыки. Но мышцы, служившие символом этого титула, давно исчезли. Тонкие ноги дрожали, словно тростинки, с трудом удерживая расплывшееся тело. «Он умрёт». Джулиан, некогда носивший прозвище Императорской гончей, умрёт прямо в этом зале. Улыбающийся Палач отправится на эшафот. Все собравшиеся в огромном тронном зале были уверены именно в этом. Только Линне и Хейден полагали, что у Джулиана наверняка есть какой-то замысел. «Что он задумал?» Пока угроза императора гремела по залу, Линне отчаянно пыталась разгадать намерения Джулиана. «…Не понимаю». Он был слишком непредсказуем. Понять его мысли оказалось невозможно. — Н-немедленно! Небесная Стража, схватите этого негодяя и тащите на эшафот…! — Не стоит так гневаться, Ваше Величество. Когда тревожные мысли уже начали воплощаться в реальность, Абигейл ласково погладила императора по руке и мягко улыбнулась. — В его словах есть доля истины. За скульптора не поручусь, однако при обработке Камня Резонанса он действительно не обращался ко мне за помощью. — В-вот как? — Да. Значит, слова Улыбающегося Палача всё же заслуживают проверки. Голос Абигейл был мягким и ласкающим, словно тёплое весеннее солнце. Под его действием ярость императора постепенно утихла. Все, кто находился во Дворце Небесного Почтения, подумали об одном и том же: перед ними была весна, скрывающая смертельный яд. — Раз ты так говоришь, ничего не поделаешь. — Я ещё раз проверю Камень Резонанса. Ни в коем случае нельзя допустить, чтобы в статую Вашего Величества попала подделка! — Д-да, верно. Собравшиеся не скрывали растерянности, наблюдая, как Абигейл отступила и отложила наказание. Обычно, если не считать членов императорской семьи, которых она не могла устранить, прорицательница без колебаний использовала руку императора, чтобы избавиться от любого врага. И всё же сейчас она отказалась от немедленного наказания Джулиана. Взгляды присутствующих обратились к Улыбающемуся Палачу. На его лице застыла коварная улыбка, словно он с самого начала ожидал именно такого исхода. «Я думал, мне конец». Я прекрасно понимал, насколько дерзко и неуместно прозвучали мои слова перед императором. Но другого выхода не было. «Если она заберёт Камень Резонанса, это создаст серьёзные проблемы». Я смотрел не на сидящего в глубине тронного зала Адратана Четвёртого, а на прорицательницу Абигейл. Абигейл была ведьмой, подобной Абише из северного Леса Метелей. «В мире „Let’s Kill the Demon King Now“ существуют четыре ведьмы». Каждая владела колдовством, связанным с одним из четырёх времён года. Поэтому в лоре их называли Ведьмами Четырёх Сезонов. «Абиша — северная Ведьма Зимы». А стоявшая передо мной Абигейл была Ведьмой Весны. Причина, по которой она поселилась в самом сердце империи и постоянно находилась на виду, была проста. «Она собирает Камни Резонанса». В мире «Let’s Kill the Demon King Now» Камни Резонанса подавляли остаточную волю Демонического бога, но одновременно хранили колоссальные запасы магической силы и маны. Их добывали в крайне ограниченном количестве, а на их фоне даже золото казалось дешёвым металлом. Даже ведьме было непросто заполучить минерал, находившийся под государственным контролем. «Похоже, после долгих раздумий она решила, что проще всего добывать Камни Резонанса рядом с императором». Я улыбнулся Абигейл, и она встретила мой взгляд. «В обычной ситуации она уже просила бы императора казнить меня и даже глазом не моргнула». Но сейчас ведьма Абигейл не могла решительно выступить против меня. Причиной была Милена, мать Джулиана, известная как Королева Терний. «Посредница между ведьмами». Королева Терний удерживала в узде недолюбливавших друг друга ведьм, налагая ограничения и не позволяя вызываемым ими бедствиям выходить за допустимые пределы. Как именно Милена, мать Джулиана, заняла это положение, я не знал. «Ведьмы не могут прямо или косвенно причинять вред кровным родственникам Королевы Терний». Таково было одно из правил мира «Let’s Kill the Demon King Now». Разумеется, оно не действовало, если ведьма не знала о происхождении человека. «Но ты знаешь». Я вновь посмотрел на Абигейл. На её лице проступило явное раздражение. После стольких лет в столице, да ещё рядом с императором, она едва ли могла не знать, что Джулиан — сын Милены. «Оставайся рядом с императором хотя бы ещё немного». Как только Абигейл соберёт нужное количество Камней Резонанса, она, вероятно, покинет Адратана Четвёртого и бесследно исчезнет. После этого начнётся безумие Адратана Четвёртого — событие из игры под названием «Слепой монарх». «Обезумевший император без разбора развяжет войны и внутри страны, и за её пределами». Империя стремительно покатится к упадку. Следом рухнет Северный фронт, а это приблизит воскрешение Демонического бога. Раз уж бедствие пока можно сдерживать, стоит использовать даже смертельно опасную ведьму. — Вместо того чтобы спорить об этом, почему бы не перейти к причине, по которой сюда вызвали этих двоих, Ваше Величество? Абигейл, ещё мгновение назад хмурившаяся, вновь улыбнулась императору и указала на нас со Святым Мечом. Адратан Четвёртый закатил глаза, словно только сейчас вспомнил о цели встречи, тяжело вздохнул и оторвал взгляд от Камня Резонанса на статуе. — Т-точно. Я призвал вас двоих из-за… — Из-за Ордена Рассвета, верно? — Да, именно. Кивнув словам Абигейл, император жестом подозвал Небесную Стражу. — Герман, объясни им. По приказу императора вперёд вышел командир Небесной Стражи Герман. — Благодарю, что прибыли. Его Величество призвал вас для расследования деятельности Ордена Рассвета и его последующего уничтожения. Светловолосый Герман говорил деловым тоном. Но даже во время официального доклада он не мог полностью скрыть неприязнь, с которой поглядывал на прорицательницу Абигейл. Подавив эмоции, он продолжил: — Сам факт, что господин Хейден смог явиться сюда, доказывает: и Святое Королевство, и империя Адратан признают Орден Рассвета опасной организацией. Даже находясь рядом с императором, Герман говорил без запинки. Судя по уверенности, подобные ситуации были для него привычны. «Тяжело ему приходится». Абигейл наверняка бесила его до дрожи, но что он мог сделать? — В связи с этим было принято решение объединить силы «Закрытых Глаз» и Святого Меча для уничтожения Ордена Рассвета. Настоящим документом закреплён соответствующий приказ. Герман посмотрел на свиток в руках. — Представителям Последователей и «Закрытых Глаз»… Собравшись назвать представителя «Закрытых Глаз», он неловко кашлянул. Формально командиром «Закрытых Глаз» был не я, а Одвин Валадир. Остальные словно не заметили странности, но Герман, похоже, всё же почувствовал неловкость. — Император Адратан Четвёртый повелевает господину Джулиану… При этих словах Святой Меч поднял голову. — Искоренить их и восстановить честь империи. Как я и ожидал. Я мысленно кивнул, заранее догадавшись, зачем вызвали нас со Святым Мечом. Однако по спине уже стекал холодный пот. На этой встрече официально начиналось расследование Ордена Рассвета. Петля вокруг моей должности епископа затягивалась. «…И что мне теперь делать?» Расследование началось официально, и положение было паршивым. Я боялся, что тревога окончательно заклинит мозги, но неожиданно сохранял спокойствие. Настолько, что это само по себе казалось странным. *** — Этот вид орхидей с бледно-фиолетовыми цветами прекрасно подходит для подобных садов! После аудиенции я расспрашивал садовника об орхидеях, замеченных по пути во Дворец Небесного Почтения. «…Страшно всё равно». Но хобби остаётся хобби. — Вот как. Я слышал об орхидейных садах, однако впервые вижу такой сад собственными глазами. — Х-ха-ха… Мой комментарий явно поставил садовника в тупик. Он нервно рассмеялся, а на лбу выступил холодный пот. Улыбающийся Палач ведь не мог подойти только ради вопроса об орхидеях. Наверняка он решил, что я пытаюсь выведать какую-то тайну дворца. Тем не менее… «Красиво». Я действительно хотел лишь расспросить об орхидейном саде. Никаких скрытых целей у меня не было. Наверное, именно мысли об этом саде и помогли мне сохранить спокойствие даже при встрече со Святым Мечом в тронном зале. «И всё же…» К счастью, там нам не пришлось разговаривать напрямую. Удовлетворив любопытство насчёт орхидей, я вновь почувствовал, как в пальцах пробуждается враждебность к Святому Мечу. Стоило нам встретиться здесь, и дело вполне могло закончиться обнажёнными клинками… — Никогда не понимал этого увлечения. Как всегда. Этот человек обладал особым талантом портить важные моменты. Так было и после его бегства в Святое Королевство, и при наших встречах там. Я повернул голову. Передо мной стояли Хейден Райх, Линне и ещё один мужчина из числа Последователей. «Севи… как-то там». Точно, Севи… Неважно. — Давно не виделись после Святого Королевства, Джулиан. Уделишь мне немного времени? Несмотря на вопрос Хейдена, я не прекратил осторожно поглаживать лепестки орхидеи. Стоило мне хоть немного дрогнуть — и никто не мог предсказать, что сделает Джулиан. ---------- Тайное благородство (1) Мне было интересно, осталось ли нам со Святым Мечом что сказать друг другу. Нет. Даже если осталось, слушать его я не хотел. Не хотел ни я, ни Джулиан. «…Хаа». И всё же, устроившись в орхидейном саду, я мог лишь мысленно вздохнуть. Мы оба были идиотами — и Джулиан, и я. Оба погнались за Святым Мечом и докатились до такого. — Забавно. Я молча ждал, когда Святой Меч заговорит, но, услышав это многозначительное замечание, с любопытством склонил голову. — Что именно вас так забавляет, учитель? — Возможность вот так спокойно посидеть со своими учениками. — В Святом Королевстве времени для отдыха тоже хватало. — Тогда я ещё не успел приспособиться. Хейден несколько раз сжал и разжал ладонь. Увидев вздувшиеся вены на его руке, я сразу понял, что он имел в виду. «Он говорит о демоне». Сила демона в его теле. Тогда Хейден не мог как следует её контролировать, и вместе с ней пошатнулся его разум. — И хочу уточнить: тот инцидент в Святом Королевстве произошёл не по моей воле. — Инцидент? Стоявшая рядом Линне не выказала особого удивления, зато Себион сразу заинтересовался словами Святого Меча. Лучше бы молчал, раз ничего не знает. — Да, кое-что случилось. В обычной ситуации я бы промолчал. Но присутствие Святого Меча подняло в груди бурю эмоций. — Учитель должен быть благодарен хотя бы за то, что я не обнажил меч прямо сейчас. — Что?! Себион мгновенно вскипел. Он тут же посмотрел на Линне, явно ожидая, что она возмутится моим непочтительным тоном по отношению к Святому Мечу. Но Линне осталась неподвижна. Она думала примерно то же, что и я. — Давайте не будем доводить дело до драки, господин Себион. Это разговор учителя с теми, кого непосредственно касается случившееся. От столь прямого отпора лицо Себиона вспыхнуло. — Что ты сказала? Ах ты мелкая…! Когда его рука легла на рукоять, я спокойно улыбнулся. — Не вытаскивайте меч. Умрёте. Простое и предельно ясное предупреждение. Себион замер, а затем медленно убрал руку. Он неловко замер: сорвавшись на угрозы, Себион явно не ожидал, что ни Святой Меч, ни Линне его не поддержат. — Ха-ха-ха! Хейден от души расхохотался. — Рад видеть, что твой вспыльчивый характер не изменился. Не ради тебя я стал таким. Его смех словно иглой впился под кожу. Я изо всех сил старался не показать раздражения. Судя по реакции Хейдена, иначе он лишь развеселился бы сильнее. — В тронном зале ты меня удивил. Не придись ты Абигейл по душе, твоё положение могло стать весьма опасным. По этим словам было ясно: Хейден не знал, что Абигейл — ведьма, а я являюсь сыном Королевы Терний. Это естественно. Подобная информация раскрывалась лишь тогда, когда игрок вмешивался в историю главного героя. — Только вы по-настоящему обо мне заботитесь, учитель. Жаль, что в Святом Королевстве от этой заботы не осталось и следа. — Я уже говорил: тогда происходящее было вне моего контроля. Я молча слушал. — Одного ослепила жажда, другого — месть. Я не мог остановить их своими руками. Ну конечно. — Так о чём вы хотели поговорить, раз позвали меня, учитель? Мне так хотелось уйти, что дрожали пальцы. Находиться рядом было невыносимо, почти омерзительно: меня раздражало само присутствие Святого Меча, а тело Джулиана реагировало на него ещё сильнее. — Ни о чём особенном. Просто хотел немного поговорить. Что он несёт? — Скоро мы даже так поболтать уже не сможем. Не сможем разговаривать? — Звучит так, будто вскоре я лишусь способности говорить. — Ха-ха. Он предупреждает меня не делать глупостей? Такая мысль мелькнула в голове, но Хейден тут же уточнил: — Возможно, в таком состоянии окажусь я. На этом разговор со Святым Мечом закончился. Казалось бы, мы обменялись лишь несколькими пустыми фразами, однако его последние слова не выходили у меня из головы. «Возможно, в таком состоянии окажусь я». Первым делом я подумал о демонизации. «Он всё ещё не способен полностью её контролировать?» Если обычный человек помещал в своё тело демона, демонизация неизбежно прогрессировала. Без черты «Сосуд Короля демонов» процесс шёл ещё быстрее. «Я точно знаю, что у Святого Меча этой черты нет». Будь в этом мире другие игроки, они наверняка уже изучили бы все черты Хейдена Райха. — Тогда, прежде чем вы превратитесь в демона, умрите от моей руки. Поглаживая ножны на поясе, я невольно произнёс эти слова и только потом опомнился. В них явно вмешались инстинкты Джулиана, однако удивительнее было то, насколько сильно я с ними соглашался. Как бы низко он ни пал, Святой Меч оставался Святым Мечом. Некогда он был учителем Джулиана — тем героем, ради которого я снова и снова проходил игру. «Тц». Мысленно цокнув языком, я поднялся. За окнами уже сгущались сумерки. Завтра должно было состояться назначение новых епископов, устроенное Тенелоном, а вместе с ним — церемония свержения Верховного понтифика. «Но перед этим…» Епископ Генин хотел обсудить со мной предстоящие события. «Генин, значит». Именно он управлял монастырём Генмел — оплотом Ордена Рассвета. Его роль в свержении Верховного понтифика была ключевой: он досконально знал устройство монастыря и имел право по своему усмотрению менять распорядок. Знакомство Колпарана с Генином оказалось весьма полезным. «Надеюсь, всё пойдёт по договорённости». Я накинул пальто на плечи. Оно село идеально. Гр-р-р-р… Когда ночь окончательно вступила в свои права и я уже собирался выходить, Анжелика высунула голову из тени. Ночью она становилась активнее. Вероятно, дело было в её природе демона, связанного с тенями. Многочисленные глаза часто заморгали. Обычно игривая Анжелика теперь источала явную враждебность. «Ты тоже понимаешь». Предложенный Генином разговор не был обычным чаепитием. *** Генин Мардиэль, основавший монастырь Генмел и полностью управлявший им, оказался предателем. Когда он вместе с епископом Колпараном Демьюсом начал сотрудничать с Джулианом, то искренне желал смены Верховного понтифика, однако проблемы начались после его тайной беседы с Тенелоном. — Епископов стало слишком много. После очередной чистки кому-то придётся присматривать за оставшимися. Сладкое предложение. В Ордене Рассвета, глубоко переплетённом с аристократическими кругами, должность означала власть, недоступную простым людям. — Вам прекрасно подошло бы место архиепископа. Разве нет, Генин? После этого Генин решил предать Джулиана, с которым до того сотрудничал. Тенелон хотел заполучить самого Джулиана или хотя бы разобраться с его сторонниками. «Вероятно, он мне доверяет». Из доступных вариантов Генин выбрал самый сложный, но одновременно самый надёжный способ добиться результата. В аристократическом обществе, пропитанном ложью, подобные дела совершались, не меняясь в лице. — Господин, Джулиан прибыл в поместье. — Хм. Проводи его. По приказу Генина слуга почтительно поклонился и покинул комнату. Вскоре дверь вновь открылась, и внутрь вошёл мужчина с прищуренными глазами. — Давно не виделись, господин Генин. Как поживаете? По лицу Джулиана невозможно было понять, что он думает. Эта непостижимость пугала Генина, однако сейчас он не мог позволить себе обращать на страх внимание. — Благодарю, господин Джулиан. Кажется, последний раз мы встречались в День Восшествия. — Ха-ха, должно быть, вы ошиблись. — Что? Генин насторожился, решив, что допустил промах. Улыбка Джулиана стала шире. — В этом году я не присутствовал в День Восшествия. Разве? На мгновение Генин осознал ошибку. День Восшествия был крупнейшим праздником империи. Он решил, что мог хотя бы мельком видеть Джулиана среди собравшихся, даже если они не разговаривали. То же самое можно было предположить о большинстве рыцарей и дворян. Он попытался разрядить обстановку, но после такого промаха ему захотелось крепко зажмуриться. — Впрочем, теперь это уже пустяки. — Х-ха-ха… Именно так, господин Джулиан! — Итак, что вы хотели со мной обсудить, господин Генин? — Прошу, присаживайтесь. Давайте не спеша поговорим за чашкой чая. Хлоп! Стоило Генину хлопнуть в ладони, как дверь гостиной открылась. Ожидавшие снаружи слуги вкатили тележку. — Чёрный чай «Эмельда» с запада. Я берёг его для случая, когда смогу укрепить наши отношения. — Вот как. В голосе Джулиана прозвучал интерес, но Генин не мог понять, был ли он искренним. Поспешно расставив чашки, хозяин лично взял чайник и наполнил обе; когда красноватая жидкость потекла в фарфор, внутри Генина разгорелся жар. «Чай отравлен». Причём смертельно. «Если Джулиан выпьет…» Генин украдкой посмотрел на него, продолжая разливать чай. Даже смертельный яд вряд ли убьёт Улыбающегося Палача, но наверняка серьёзно ослабит. Тогда спрятанные поблизости частные солдаты сумеют его схватить. «И я займу место архиепископа». Глядя на Джулиана, Генин вновь ощутил страх, однако его быстро подавили голод и жажда власти. — Прошу, попробуйте хотя бы чашку. Закончив разливать чай, Генин первым поднял свою чашку и осушил её. «Яд бездействует, пока чай не соприкоснётся с покрытием внутри чашки». Один и тот же чай из одного чайника. Если хозяин выпьет первым, это рассеет подозрения. По крайней мере, так он думал. — Стоит мне начать пить этот чай, и я уже не желаю вставать, пока не допью до конца. — Неужели? Несмотря на слова Генина, Джулиан лишь продолжал зловеще улыбаться, глядя на чашку. Он заметил? Нет. Замечать было нечего. — Господин Генин. В этот момент Джулиан заговорил. — Знаете, по правде говоря, я никогда полностью вам не доверял. От столь внезапных и прямых слов разум Генина на мгновение опустел. Он не успел даже ответить. Джулиан уже поднял чашку, насладился ароматом и поднёс её к губам. ---------- Тайное благородство (2) — Значит, Генин подозрителен. За два дня до назначения новых епископов Джулиан созвал встречу. Услышав его неожиданное заявление, Захард не удержался и переспросил: — Разве он не перешёл на твою сторону благодаря знакомству с Колпараном? Захард только недавно вступил в Орден Рассвета и пока находился на самой нижней ступени. Точнее, по приказу Джулиана он лишь временно примкнул к организации и вовсе не собирался посвящать ей жизнь. — Да. — Тогда почему ты ему не доверяешь? Когда придёт время убивать Верховного понтифика, Генин окажется полезен. Захард провёл ладонью по мечу-трости и подозрительно повернул голову к Джулиану. — Монастырь Генмел, который сейчас служит местом собраний Ордена Рассвета, принадлежит Генину Мардиэлю. — Я знаю. Как и то, что он построил его под благородным предлогом помощи беднякам. На деле это было лишь порождением нелепого чувства превосходства. К тому времени Захард уже понимал, что слова о помощи бедным были лишь красивой вывеской. Раздутое самомнение часто заставляло дворян без нужды выставлять себя напоказ. «…Хм». У сидевшего перед ним мужчины с прищуренными глазами эго тоже было чудовищным. Однако самомнение Джулиана хотя бы не вредило окружающим. Он всего лишь действовал им на нервы. «Хотя это тоже можно считать вредом». Кхм. Захард поправил собственные мысли и вернулся к разговору. — Если человек вроде Генина станет врагом, это действительно создаст проблемы. Всё-таки он был владельцем монастыря и знал его распорядок и устройство лучше кого-либо. — Именно поэтому ему нельзя доверять. — Хм? Окончательно запутавшись в рассуждениях Джулиана, Захард вновь склонил голову. — На месте Верховного понтифика я держал бы и архиепископа, и Генина поближе к себе. — Почему? — Если они поднимут мятеж, последствия окажутся смертельными. В этом была определённая логика. Насколько Захард слышал, архиепископ непосредственно участвовала в подготовке убийства Верховного понтифика, поэтому шанс её предательства был невелик. Если Тенелон хотя бы смутно подозревал о заговоре, то наверняка попытался бы каким-то образом перетянуть Генина на свою сторону. — Тогда почему Колпаран оставил его в покое, когда привёл в ваш круг? Именно это усиливало подозрения. Если Колпаран всерьёз допускал, что Генин предаст их ради должности, должен был предупредить заранее. Джулиан улыбнулся. — Потому что так мы сможем наблюдать за его действиями. — Наблюдать за Генином? — Да. Джулиан закинул ногу на ногу и медленно провёл пальцами по ножнам. — Если следящий за нами Генин внезапно начнёт действовать, это можно будет считать приказом Верховного понтифика. Если Тенелон не полный идиот, он обязан постоянно следить за теми, кто пытается отнять у него власть. И самый простой способ понять намерения Верховного понтифика был именно таким. — Значит, ты держишь Генина рядом, чтобы первым заметить движение Тенелона. Захард понимающе кивнул. — По той же причине я ввёл вас в Орден Рассвета и поручил это дело. — Чтобы я следил за Генином? — Точнее, чтобы вы защитили меня, когда Генин начнёт действовать. — Кого именно я должен защищать? Тебя? — Да. Джулиан кивнул с таким серьёзным видом, что Захард не удержался от смеха. — Ха-ха, забавная шутка. — Это не шутка, господин Захард. Несмотря на внешность, я труслив до мозга костей. И это говорил Джулиан. Палач, которого боялся сам эшафот, называл себя трусом. Захард мысленно рассмеялся над нелепостью услышанного. *** За день до назначения епископов. — Когда Генин пригласит меня в поместье, чтобы поговорить, последуйте за мной, господин Захард. Они уже всё обсудили, и теперь предстояла та самая «репетиция», о которой говорил Джулиан. — Тогда пора двигаться. Захард бесшумно последовал за ним, выполняя указания. Правда… — Простой член Ордена разговаривает со мной без почтения. Ты понимаешь, что я монсеньор и стою выше тебя? Вместе с ними увязался Фелхор. Его явно раздражал фамильярный тон, но Захард даже не удостоил его ответом. — Теперь ты меня откровенно игнорируешь. Фелхор хотел добавить ещё что-то, однако приказ Джулиана оказался важнее. Как и было условлено, они добрались до поместья Генина и под покровом ночи незаметно перелезли через стену. — Осторожнее, не споткнись. Фелхор попытался помочь слепому Захарду пройти вперёд, но тот лишь фыркнул. — Думаешь, я первый день живу слепым? — Блять, даже когда тебе помогают, ты умудряешься ворчать. Огрызнувшись, Фелхор пошёл следом. Скрывшись в темноте, они бесшумно приблизились к поместью и вскоре заметили неладное. — Необычно тихо, тебе не кажется? — первым сказал Фелхор. Захард кивнул. В домах дворян даже поздней ночью обычно оставалось множество слуг. Исключения случались редко, а Генин явно не относился к числу подобных чудаков. — Он мог отпустить всех слуг? — Не думаю. — Почему? Захард сосредоточился и широко распространил особую ауру. Аурная эхолокация. Колебания коснулись скрытых в поместье людей, и он мгновенно понял, кто они. — Здесь прячутся культисты. Не обычные слуги, а верующие Ордена Рассвета. Похоже, Генин расставил их для нападения на Джулиана. — Культисты? Их подготовил Генин? — Вероятнее всего. — Значит, он действительно решил предать нас в открытую! Если бы Генин нанял обычных солдат или наёмников, не связанных с Орденом Рассвета, позднее возникли бы ненужные вопросы. Продумав всё это, он намеренно собрал только культистов. Как и ожидалось. Они прошли ещё немного и увидели людей, окруживших поместье. — Может, договоримся словами? — спросил Захард, повернувшись к Фелхору. — Ты ведь так гордился званием монсеньора. — Они здесь по приказу епископа. Разговоры ничего не дадут. — Ц-ц. Значит, звание монсеньора не так уж много и значит. На язвительность Захарда Фелхор ответил лишь глухим рыком. — Тогда выбора нет. Ш-ш-шинг. Захард положил ладонь на трость и вытянул скрытый внутри клинок. Облака закрыли луну. Землю накрыла широкая тень, и в тот же миг Захард бросился к культистам. — …Хм? Один из них почувствовал, как сзади приближается враг. Но это стало последним, что он успел осознать. Удар Захарда свалил его, словно сноп соломы. — Для слепого вы сражаетесь поразительно хорошо. — Что происходит?! — Кто вы такие?! — Сообщники предателя Джулиана! Убить их! Фелхор сначала собирался просто наблюдать в стороне. Но заметив его, культисты с криками ринулись в атаку. — Как они меня увидели? Сбив ближайших противников, Фелхор недоумённо оглянулся, а Захард усмехнулся. — Когда луну в небе закрывают облака, луна на земле начинает особенно бросаться в глаза. Поначалу Фелхор не понял смысла. Затем услышал крики культистов и всё осознал. — Вон он! Убейте лысого! — С такой башкой решил спрятаться в темноте?! *** — Уа-а-а-а! — Гья-а-а-а! Несмотря на хор воплей снаружи, Генин не мог отвлечься от происходящего перед ним. Джулиан держал чашку со смертельным ядом и выглядел совершенно невозмутимым. Глоток за глотком. Даже смакуя яд, он ни разу не изменился в лице. — Ч-что там происходит?! Крики за стенами становились всё громче. Генин чувствовал себя крошечной лодкой, попавшей в шторм посреди бескрайнего моря. Его охватил всепоглощающий страх. — Весьма неплохо. Джулиан тем временем оставался спокоен. Словно всё вокруг поместья Генина уже находилось под его контролем, он продолжал оценивать отравленный чай. — Как вы и говорили, господин Генин, чай действительно хорош. Знаток сразу узнаёт знатока. Не допив чашку, Джулиан вновь поднёс её к носу и насладился ароматом. При виде этого страх Генина достиг предела. — Ч-чт… А-а-а! Поведение Джулиана подожгло фитиль его паники. Генин вскочил с неприличным воплем. — А-а-а?! Но подняться не смог. Его словно пригвоздили к стулу. Ковёр, по которому он ежедневно ходил, словно вцепился ему в ноги. — П-помогите…! Генин опустил голову и увидел нечто беспросветно чёрное. Существо, похожее на чудовище из детской сказки, молча вопило десятками глаз и крепко удерживало его за лодыжки. — Разве вы сами не говорили, господин Генин, что во время чаепития нельзя вставать, пока чашка не опустеет? — Господин Джулиан…! Генин произнёс его имя почти умоляюще, но Джулиан продолжил неспешно пить чай. До слуха донёсся тихий смешок. — Яд обычно уступает более сильному яду. Как думаете, существует ли в этом мире отрава страшнее демонической энергии? Даже Генин знал ответ. Демонов делала по-настоящему опасными именно демоническая энергия — остаточная воля Демонического бога. Она искажала человеческую природу и разъедала разум, превращаясь в самый смертоносный яд. Поэтому обычные токсины на демонов не действовали. — Э-это значит… Любой, у кого имелась хотя бы крупица воображения, мог сделать вывод из слов Джулиана. — Внутри вас… демон… — Вы оказали мне гостеприимство, господин Генин. Благородная традиция требует ответить тем же. С тревожной улыбкой Джулиан поднялся, держа в руке чайник. Не в силах отвести взгляд от надвигающегося кошмара, Генин мог лишь наблюдать. — Позвольте и мне налить вам чашку, господин Генин. Джулиан наклонил чайник. В чашку начало стекать нечто совсем не похожее на чай. Густая, непроглядно-чёрная тень, покрытая множеством глаз. Тот самый демон, который удерживал Генина за ноги. ---------- Тайное благородство (3) Я смотрел, как красная жидкость медленно растекается по столу. На вид и по запаху это был обычный чёрный чай, однако внутри скрывался сильнейший яд. Простому человеку хватило бы одного глотка: сначала всё тело пронзила бы боль, а вскоре отказали бы внутренние органы. Не будь у меня мановых каналов, способных справляться даже с демонической энергией, после такой чашки я бы отправился прямиком на небеса. «…Но даже ради убедительного представления пить такое…» Разумеется, я не стал его пить. Я что, совсем спятил? Знать, что чай отравлен, и всё равно глотать его? В этом мире есть известная поговорка: — Знать и делать — разные вещи! Сколько бы теория ни твердила, что яд мне не навредит, какой здравомыслящий человек добровольно станет его глотать? «Я просто поместил Анжелику в рот». Она поглотила яд, а мне не пришлось по-глупому рисковать. И всё же… После этого Анжелика начала вести себя странно. — Кр-р-ек, ки-ки-ки! Издавая непонятный смех, она моталась из стороны в сторону. Казалось, даже покрывавшие её глаза улыбались. — Это уже ненормально. Анжелика без конца издавала неразборчивые звуки — то ли скрежетала зубами, то ли безумно хихикала. При всей жуткой внешности она сейчас выглядела так, будто вот-вот свалится от головокружения, но странным образом оставалась очаровательной. Обвившись вокруг меня и извиваясь, Анжелика больше напоминала щенка, выпрашивающего ласку. — Ты что… опьянела? Опьянеть от яда. Я не понимал, как подобное возможно, но откуда мне знать устройство организма демона? Оставив пьяную Анжелику в покое, я посмотрел на дрожащего Генина, не отрывавшего глаз от чашки. Голоса снаружи тем временем стихли. Значит, Захард уже закончил. — Стало тихо. Захард едва ли мог проиграть. Скорее всего, поражение потерпели подготовленные Генином солдаты и члены Ордена Рассвета. — Разве нет? На мой вопрос Генин перевёл взгляд на частицу Анжелики в чашке. Его глаза беспорядочно метались, не находя точки опоры. Наверное, сейчас он видел во мне Улыбающегося Палача, с которым невозможно договориться. «Что поделать?» Сам напросился. Я пристально посмотрел на него, и над головой Генина яростно заклубился Цвет Страха. Давно я не видел, чтобы фиолетовая дымка дрожала настолько сильно. — Что вы выберете? — Ч-что вы имеете в виду…? — Выпьете чашку? Я провёл пальцем по краю чашки, в которой находилась часть Анжелики. Генин судорожно вдохнул. — Или расскажете о разговоре с Верховным понтификом? Для человека, не являющегося сосудом, проглотить демона означало смерть. Но даже не зная этого, ни один разумный человек не стал бы добровольно заниматься подобным самоубийством. — Я-я расскажу! Расскажу всё, о чём говорил с Верховным понтификом…! Вот так-то лучше. Когда Генин отчаянно закивал, я забрал Анжелику из чашки. — О чём вы думали, когда решились на это? Вопрос был простым. Раз Генин пошёл на столь радикальные меры, за ними наверняка стоял приказ Верховного понтифика. Я и устроил эту встречу, чтобы выяснить содержание приказа. — Если я всё расскажу, вы меня пощадите? Генин жалко попытался торговаться. — Такая возможность существует. — В-возможность? — Но запомните: если промолчите, не останется даже её. Глоть. Я отчётливо услышал, как он сглотнул. — Господин Тенелон хочет избавиться от всех епископов! Избавиться от епископов? — От тех, кто выступает против него. — Н-нет. Он буквально сказал: от всех епископов. От всех. Но сам Генин тоже носил епископский сан. — Разумеется, те, кто поклянётся ему в верности, под чистку не попадут. Иначе Генин не стал бы сотрудничать с Верховным понтификом. «Но всё равно странно». Почему Тенелон внезапно решился на такое? Я полагал, что после назначения новых епископов он первым делом избавится от особенно раздражающих людей вроде меня. «Он нервничает из-за возвращения Святого Меча?» Кроме того, Тенелон больше не слышал Голос Демонического бога. По правилам игры слышать его мог только сосуд, находящийся ближе всех к превращению в Короля демонов. — Фух, ну и утомительно. Пока я обдумывал услышанное, в поместье вошли завершившие работу Захард и Фелхор. Хотя снаружи шёл ожесточённый бой, ни один не выглядел уставшим. Разница в силе оказалась слишком велика. «Он слишком понадеялся на яд». Я вновь посмотрел на Генина, на лице которого застыло нелепое выражение, а затем повернулся к Захарду. — Вы со всем разобрались? — Со всем, что удалось обнаружить. Но, если честно… Захард вытер кровь с меча-трости. — Почему столько людей одержимы этим культом? Тот, кто ничего не знает, решит, что это государственная религия империи. Я был полностью с ним согласен. Орден Рассвета считался организацией, действующей из тени, однако временами казалось, что его членов слишком много. — Ф-Фелхор?! Увидев вошедшего вместе с Захардом Фелхора, Генин недоумённо вытаращился. — Разве ты не монсеньор? Почему ты здесь…? Фелхор неловко почесал голову. — Ну… так получилось. Раз уж отвечаешь настолько прямо, нечего изображать смущение. — Удалось что-нибудь выяснить, Джулиан? — Выясняю прямо сейчас, господин Захард. Когда свидетелей стало больше, я поспешно втянул Анжелику обратно в тело. Мне не требовалось скрывать её от этих двоих, однако демонстрировать, как внутри меня живёт демон, всё равно не хотелось. — Может, вырвать ему ноготь? Разговор сразу станет продуктивнее, — совершенно невозмутимо предложил Захард. «Точно, он ведь бывший солдат». Но Генин и так уже сломался от страха. Ещё немного, и он рассказал бы всё без подобных крайностей… — Хм? Я внимательно осмотрел Генина. Ещё недавно он дрожал, но теперь уронил голову, словно заснул. И было ещё кое-что странное. «Цвет Страха исчез». Это было неправильно. Страх, видимый благодаря Цвету Негатива, никогда не исчезал настолько внезапно. — Кх… Ку-ух… Ку-ух… Тревога оказалась не беспочвенной. Генин поднял голову, издавая хрипящие звуки. В его глазах не осталось ни капли осмысленности. От него исходило нечто чужеродное и зловещее. «Демоническая энергия». Ошибки быть не могло. Из Генина просачивалась демоническая энергия. — Какого чёрта с ним происходит?! — Похоже, заранее были приняты меры, чтобы лишняя информация не утекла, — мгновенно оценил ситуацию Захард. — Кх-кх… Кр-р-р… Генин продолжал издавать горловые звуки. Его сознание исчезло безвозвратно. Человека по имени Генин больше не существовало. «Началась демонизация». Поняв это, я выхватил Лунный Меч, намереваясь отсечь ему голову до завершения превращения. — А?! Но раньше меня бросилась Анжелика. — Ки-ки-ки, ки-ки-ки! Смех звучал почти насмешливо. Анжелика вцепилась в шею демонизирующегося Генина и вырвала кусок плоти. Кровь заполнила горло. Тело, корчившееся в процессе превращения, постепенно обмякло. «Она действует сама». Наверное, всё из-за яда. Анжелика вела себя как совершенно пьяная собака. — Хе-хе, хе-хе! Нет, она и правда превратилась в собаку. Убив Генина, Анжелика вернулась к моим ногам и стала выпрашивать ласку, словно довольный щенок. Будто только что принесла брошенную палку. — Господин Джулиан, неужели это… — Хм. Проблема заключалась в двух свидетелях. Фелхор потрясённо смотрел на Анжелику, а Захард, хотя и был слеп, явно распознал её с помощью ауры. — Это ведь демон? — Кья-а-а! Фелхор указал на неё пальцем. Анжелике это не понравилось, и она угрожающе зарычала, уставившись на него десятками глаз. Ошибиться было невозможно. — Демон. Стопроцентный демон. — Ого. Никогда раньше не видел таких! — совершенно спокойно отозвался Захард, почувствовав присутствие Анжелики. — Я тоже раньше не видел. — Тогда когда ты успел её увидеть?! — Я сказал, что до сих пор не видел, тупица. — О чём ты вообще говоришь? — Какими глазами мне смотреть, если я слепой? Ц-ц. Справедливое замечание. Но по поведению Захарда было ясно, что он давно что-то подозревал. — Господин Захард, вы догадывались? — А как мог не догадаться? Проведя рукой по мечу-трости, Захард с лёгкой неловкостью продолжил: — Моя аура развилась до уровня, на котором в обнаружении и разведке ей почти нет равных. Иными словами, он знал, что внутри меня находится демон, но намеренно делал вид, будто ничего не замечает. — Я просто ждал, пока ты расскажешь сам. Как уже говорил, я не собираюсь вести себя невежливо с благодетелем. Мне хотелось поблагодарить Захарда за деликатность. Но моё внимание перетянуло ошарашенное лицо Фелхора. — Получается, только я… ничего не знал? ---------- Охота на Верховного понтифика (1) Даже увидев Анжелику, Захард не придал ей особого значения, а Фелхор, хоть и удивился, не стал разыгрывать потрясение. Я ещё раз выпустил демона перед ними. — Хм. Как и ожидалось, Захард посмотрел на демона с явным недовольством. Причина была мне понятна, но углубляться в неё я не стал. — Вы хотите убедиться, что этот демон безопасен, верно? Вполне естественный вопрос. Демоническая энергия, которую испускают демоны, способна очаровывать людей и толкать их к демонизации. Но на этот счёт я мог ответить уверенно. — Я использую это существо ещё с тех времён, когда мы с вами впервые встретились, господин Захард. Демонизация под воздействием демонической энергии происходит довольно быстро. Обладатели черты «Сосуд Короля демонов» почти полностью к ней невосприимчивы. «Святой Меч — отдельный случай». Даже без такой черты он сумел сохранить рассудок. Само по себе это поражало. «Если мой наставник превратится в демона, наверняка станет ещё сильнее». Может, лучше прикончить его заранее, пока этого не случилось? «Хотя куда уж сильнее?» Ладно, неважно. — С самого начала? — переспросил Захард. — Да. — …Обычный человек не выдержал бы и дня, если бы в нём началась демонизация. Похоже, он понял, что я хотел сказать. Раз прошло столько времени, можно было уверенно утверждать, что демоническая энергия Анжелики меня не обращает. — Это хорошо. Когда я обнажал меч, то собирался рубить лишь тех, кому не суждено стать моими товарищами. Его голос прозвучал так, словно за словами скрывалась какая-то личная история, и атмосфера уже грозила стать мрачной. — Значит, против меня ваш меч обнажать не придётся? — тут же спросил Фелхор. — …Что именно ты хочешь от меня услышать? — Да ничего. Просто уточняю, не получится ли так, что бить будут только меня. Неуместная шутка Фелхора немного разрядила обстановку. Захард лишь цокнул языком. Разобравшись с сомнениями насчёт Анжелики, я перевёл взгляд на кресло. На то, во что превратился Генин. «Это уже за гранью». Пусть Орден Рассвета и обладал огромным влиянием благодаря множеству дворян в своих рядах, даже для него подобное было чересчур. «Если они начнут вот так расходовать дворян, военная полиция не станет молчать». В этот момент я заметил что-то блестевшее на шее существа, которым стал Генин. — Это ещё что?.. — первым отреагировал Фелхор. — Разве не знак рядового последователя? Знак Ордена Рассвета. Фелхор был прав: такие носили низшие члены организации, не достигшие даже уровня монсеньора. — Епископу вроде Генина незачем таскать при себе подобное. Фелхор беззаботно протянул руку к знаку в виде свернувшейся змеи. — Фелхор, стойте. — Что? Он замер, и в тот же миг от знака начала сочиться слабая демоническая энергия. — Это ещё что такое?.. — пробормотал Фелхор. Захард тоже ощутил неладное. Я мысленно цокнул языком. Само наличие знака у епископа Генина уже выглядело странно. — Непонятно, господин Джулиан. Рядовые члены носят их, чтобы узнавать друг друга, но тем, кто выше монсеньора, они не нужны… Знак мог стать прямым доказательством принадлежности к Ордену Рассвета. Именно поэтому монсеньоры и те, кто стоял выше, обычно их не носили. Однако в «Let’s Kill the Demon King Now» существовал момент, когда Тенелон приказывал всем без исключения обзавестись такими знаками. «Сюжетное событие». Арка «Меч и маска». Отчаявшись уничтожить своего заклятого врага — Святого Меча, — Тенелон шёл на крайние меры и превращал даже собственных последователей в материал для Чаши Демонического бога. «Этот знак служит указателем». Чем больше рогов и демонической энергии поглощала реликвия «Чаша Демонического бога», тем больше остаточной воли могла хранить. Область её действия, вероятно, охватывала всю столицу. «Демоны, погибающие в столице, становятся материалом, усиливающим Чашу Демонического бога». Но в столице Империи Адратан демоны появлялись крайне редко. Поэтому Тенелон решил создавать их сам. «Он намерен принести в жертву собственных последователей». Дело становилось серьёзным. Если его вскоре не остановить, события вплотную приблизятся к финальной стадии — воскрешению Демонического бога. Конечно, помешать ему всё ещё возможно. «В столице находятся Святой Меч и множество других сильных бойцов». И время, и способ действий Тенелон выбрал отвратительно. Возможно, он так торопился из-за того, что больше не слышал Голос. «Хм?» Мне внезапно пришла в голову одна мысль. У павших снаружи последователей тоже должны быть знаки. — Ох… Словно подтверждая догадку, снаружи начала просачиваться демоническая энергия. Захард и Фелхор тоже её почувствовали. Оба огляделись и раздражённо цокнули языками. — Ну и дела, — протянул Захард. — Даже если я согласился помочь с Орденом Рассвета, подобное кажется преждевременным. — Вы получили знак, господин Захард? — Нет. Я только вступил и числился рядовым, ожидая дальнейших приказов. А меня назначили епископом сразу после вступления. Может, Тенелон всё-таки умел замечать таланты. Или как раз его полная неспособность разбираться в людях и привела к этому бардаку? — Значит, те, кого мы уложили снаружи, тоже превратятся в демонов, как Генин? — спросил Фелхор. — Похоже на то. — Вот же морока. А я надеялся провести спокойный вечер. Я всей душой разделял сухое недовольство Захарда. Демоническая энергия становилась всё плотнее. Я уже начал всерьёз задумываться, как разбираться с поднимающимися демонами, когда… — Хм? Демоническая энергия внезапно пошла на спад. Когда она начала рассеиваться, сверху обрушился бурный поток маны, подобный водопаду. «Эта мана…» Она была мне знакома. Я уже ощущал её прежде. Выйдя из особняка, я увидел, как между тенями проносятся магические клинки. Один за другим они сражали последователей, едва начавших превращаться в демонов. — Господин Джулиан! Владелец знакомой маны перепрыгнул через стену и приблизился. Пинтель Обрадин. — Вы не ранены?! — Со мной всё в порядке. — Какое облегчение! Пинтель шумно выдохнул. — Откуда вы знали, что я здесь? — Мне сообщила Элеонора. Она сказала, что вы собирались встретиться с Генином. — Госпожа Элеонора? Пинтель кивнул и достал из кармана кулон с наложенной на него магией связи. — Меня слышно? — донёсся из кулона тихий голос. Элеонора. — Да, слышно. — Полагаю, господин Джулиан уже заметил, что Верховный понтифик ведёт себя странно. Странно — это ещё мягко сказано. Хотя этот тип и раньше нормальным не был. — Что произошло? Элеонора как архиепископ наверняка знала об этом явлении больше меня. На мой вопрос она ответила не сразу. — Начался отбор новых епископов, о котором мы говорили. — Отбор епископов? — Да. Разве он не должен был состояться завтра? — Как это связано с происходящим? Элеонора пояснила: — Верховный понтифик, похоже, узнал о тайных движениях среди епископов. Ну ещё бы. — Поэтому он приказал рядовым последователям и монсеньорам убивать епископов. Тот, кто принесёт доказательство убийства, сможет сам занять место епископа. Что? От её слов я невольно растерялся. Я знал о событии, в котором Тенелон с помощью знаков усиливал Чашу Демонического бога. Но чтобы он решил истребить даже епископов — такого в игре не было. «Значит, действия Генина были частью этого отбора». Для него убийство меня, вероятно, должно было стать ступенькой к должности архиепископа. Так или иначе, число людей, собранных Генином, показывало, что приказ Тенелона действительно возымел действие. «Но это неважно». Все необходимые меры против Чаши Демонического бога я уже подготовил. Внутри Анжелики хранился Колокол Безмолвной Ночи. Эту реликвию я и принёс специально ради Чаши Тенелона. — Что вы намерены делать, господин Джулиан? — спросила Элеонора. — Пока беспорядки не улягутся, разумнее было бы перебраться в другое место. — Нет. Я никуда не уеду. — Что? Пора было завершить эти затянувшиеся отношения. — Это наш шанс сменить Верховного понтифика. *** Линне глубоко вдохнула и оглядела павших членов Ордена Рассвета. На них были те же знаки, которые она видела в Резонансном поезде: после гибели нападавших знаки начали светиться, и тела последователей стали превращаться в демонов. Разумеется, с ними уже разобрались. Те лишь вступали в стадию демонизации и были слабее даже однорогих демонов. К тому же рядом находился её наставник — Святой Меч. — Ты не ранена, Линне? — спросил Хейден. — Нет. Она ответила коротко. Себион, стряхивая с одежды кровь, растерянно огляделся. — Что это вообще было?.. — Похоже, Орден Рассвета решил перейти к серьёзным действиям. — Орден Рассвета?! Себион хотел расспросить подробнее, но Хейден с отстранённым видом посмотрел на свою ладонь. — Значит, началось. — Что? Линне собиралась уточнить, но взгляд Хейдена стал твёрдым. — Себион, Линне. Возвращайтесь к месту сбора. — А вы не идёте с нами, Святой Меч? — спросил Себион. — Мне нужно кое-что сделать. — Что именно?! Хейден слабо улыбнулся. — Положить конец давней связи. ---------- Охота на епископа (2) — Положить конец давней связи. Слова Хейдена Райха, Святого Меча, заставили Линне задуматься. Но, немного подумав, она поняла, о какой связи он говорил. «Преследование Ордена Рассвета». Она слышала, что Святой Меч охотился за Орденом Рассвета ради одного человека — Тенелона, уцелевшего члена организации, когда-то погубившей его семью. Месть. Почти такая же, как у неё самой. Наверное, именно поэтому Линне ощущала сходство со своим наставником. И, возможно, Хейден ощущал то же самое, когда взял её в ученицы. — Себион, присоединись к остальным Последователям и жди дальнейших приказов. — Что? — Может произойти что-то непредвиденное. Как временный Святой Меч, ты отвечаешь за Последователей. Себион посмотрел на Хейдена, поручавшего ему организацию, и решительно кивнул, будто понял скрытый смысл его слов. — Понял! Желая оправдать ожидания Хейдена, он поспешил к месту сбора. Линне ещё раз взглянула на павших культистов, а затем перевела взгляд на наставника. — Учитель. — Что такое, Линне? — Я всё ещё не понимаю, о чём вы думаете. Оставшись с ним наедине, она решила говорить прямо и попытаться наконец узнать истинные мысли Хейдена. — Не понимаешь моих мыслей? — Да. — Если поймёшь, что-нибудь изменится? — Даже если нет, я всё равно хочу их услышать. Хейден слабо улыбнулся. Раньше Линне никогда не выражала свои желания настолько открыто. — Ты сильно изменилась. Прежде ты не стала бы возражать ни против одного моего решения. Линне понимала, что он имел в виду. Раньше она следовала за Хейденом словно тень и молча исполняла любые его приказы. — Но сейчас, похоже, не время для лишних разговоров. Едва он произнёс это, они с Линне ощутили в глубине переулка мощное присутствие. Тук. Тук. Из темноты вышли фигуры в капюшонах. Не требовалось ни разглядывать их лица, ни задавать вопросы, чтобы понять: члены Ордена Рассвета. — Похоже, за время моего отсутствия моя репутация серьёзно пошатнулась. Хейден обнажил меч и принял стойку. От его ауры на врагов обрушилось подавляющее давление. *** — Вы собираетесь прямо сейчас отправиться в монастырь Генмель? Первым на моё предложение сменить Верховного понтифика отреагировал Захард. Хотя он вступил в Орден Рассвета совсем недавно, устройство культа понимал. Я также объяснил ему, какое место монастырь Генмель занимает внутри организации. — Плохая идея. Понимая всё это, Захард прямо предупредил, что мой замысел разобраться с Верховным понтификом никуда не годится. — Даже если мы все ворвёмся туда разом, нам не справиться со всеми последователями, которые будут его охранять. Довод был разумным. Точная численность Ордена Рассвета оставалась неизвестной, но людей в нём явно было немало. — Он прав! Это безумие, Джулиан! — горячо поддержал его Фелхор. Однако у меня было возражение. — Нет. Думаю, в монастыре Генмель сейчас не так много людей. Захард видел лишь одну сторону ситуации. Он хорошо знал сам Орден Рассвета, но почти ничего — о Верховном понтифике. — Чтобы принести последователей в жертву Чаше Демонического бога, они должны погибнуть. А значит, Тенелон не мог оставить их охранять монастырь. Он отправил всех на охоту за епископами. Иными словами, сегодня монастырь Генмель будет куда пустее обычного. — У вас есть доказательства? — спросил Захард. Но моя уверенность основывалась на знании событий «Let’s Kill the Demon King Now». И когда он попросил доказательств, я смог ответить лишь: — Интуиция. До абсурда беспомощный ответ. — Значит, интуиция, — Захард коротко вздохнул. — Обычно я не стал бы участвовать в затее, построенной на такой ненадёжной основе. Но на Севере мы не раз проходили через опасности именно благодаря подобным решениям. — …Это правда, — согласился Фелхор. Судя по всему, после всего, что я наговорил и натворил раньше, они действительно начали доверять моей «интуиции». — …Наконец-то. Пока Захард и Фелхор кивали, раздался тихий шёпот Пинтеля. Разумеется, я сразу перевёл взгляд на него. «Что ещё?» Когда этот человек начинал вот так дрожать, обычно следом происходило нечто странное. — Джулиан, вы наконец решились? Его глаза налились кровью, а голос прозвучал с пугающей страстью. — Не то чтобы я только сейчас решился. Просто время пришло. Я и так давно собирался разобраться с Тенелоном. — Наконец-то… Прекрасно, господин Джулиан! Хлоп! Пинтель поднял руку и громко хлопнул в ладони. Вокруг особняка Генина тут же начали проявляться скрытые присутствия. «Это ещё кто?» Из темноты вышло больше десятка подозрительных людей. — Хм… Так вот кто всё это время прятался поблизости, — протянул Захард. Благодаря своей уникальной ауре он, похоже, заметил их ещё раньше. — Они не прятались, — раздражённо ответил Пинтель. — Вы не сумели разобраться со всеми демонами, поэтому этим людям пришлось вмешаться. Он цокнул языком и бросил на Захарда острый взгляд. — Из-за вашей небрежности господину Джулиану чуть не пришлось снова действовать лично. Захард пожал плечом и повернулся ко мне. Хотя его глаза ничего не видели, выражение лица будто спрашивало: «О чём он вообще?» — Кто эти люди? — спросил я, намеренно меняя тему. Пинтель словно только и ждал вопроса. — Новое подразделение, созданное для защиты господина Джулиана. «Сумерки». — «Сумерки»?.. Я коротко вздохнул, а лицо Пинтеля засияло. — Как вам? Я лично отобрал лучших людей из числа своих подчинённых. Вы довольны? — Хм… Доволен ли я? «Ты совсем ебанулся?!» Частное войско, созданное не для рода и не для территории, а ради одного человека. Причём оно предназначалось не для какого-то дворянина, а для сотрудника «Закрытых Глаз» — учреждения, напрямую подчинённого императорской семье. Если двор узнает… Меня наверняка обвинят в том, что я решил устроить в столице государственный переворот. — Господин Джулиан, впечатляет, — заметил Фелхор. — О чём вы? — Если победите — революция. Проиграете — измена! Мы точно всё ещё говорили об Ордене Рассвета? — Эти люди безоговорочно повинуются господину Джулиану, — продолжил Пинтель. — Прикажете убить — убьют. Прикажете умереть — умрут. — Похвально. — Я и «Сумерки» станем вашей силой и поможем переписать историю Ордена Рассвета! — Нет. Разумеется, я отказался. «Только здесь их больше десятка». Если гордость Пинтеля имела под собой основания, то всего бойцов «Сумерек» должно быть намного больше. Иначе он не стал бы так хвастаться. — Г-господин Джулиан… Почему? — Для господина Пинтеля и «Сумерек» есть задача, с которой справитесь только вы. — Какая?.. — С этого момента уничтожайте нападающих последователей и защищайте епископов. — Что?! По тону было ясно: он совершенно не понял моих слов. — Даже если Верховный понтифик погибнет, Орден Рассвета должен сохраниться. Иначе мусор не выльется наружу. — Для этого епископы должны выжить. — Вы хотите спасти их и тем самым сделать своими должниками, ещё прочнее закрепив собственное положение! Это тоже входило в расчёт. Но вообще-то после смерти Верховного понтифика я собирался оставить Орден Рассвета Элеоноре и незаметно исчезнуть. Укрепление моей позиции не помешает, но куда важнее было заставить епископов молчать. — Вы ведь бегали по всей столице, убеждая епископов выступить против меня? — Д-да. — Если теперь вы их спасёте, даже те, кто был против меня, могут изменить мнение. Я посмотрел на Пинтеля и кивнул с таким видом, будто полностью ему доверял. — Господин Пинтель, эту задачу способны выполнить только вы. — Только я… Он медленно кивнул. — Понял, господин Джулиан! Я возглавлю «Сумерки» и защищу епископов! Желая оправдать оказанное доверие, Пинтель начал отдавать приказы бойцам. Вскоре он и собранные им люди растворились в тенях столицы. — …Совсем спятил, — пробормотал Захард, когда их присутствия исчезли. Я был с ним полностью согласен. — Тогда и нам пора двигаться. Собравшись с мыслями, я заговорил. Захард кивнул. Вскоре мы втроём — я, Захард и Фелхор — направились к монастырю Генмель. *** Линне без колебаний шла следом за Хейденом. — Учитель, куда мы направляемся? Хейден обернулся и ответил: — На встречу с главой Ордена Рассвета. — С главой? — Да. — Вы всё это время знали, где он находится? Линне не смогла скрыть удивления. Под знаменем Святого Меча собралось множество Последователей. Многие из них вступили в организацию именно ради уничтожения Ордена Рассвета. И теперь выяснялось, что основатель Последователей с самого начала знал местонахождение главы их врагов. — Да. Он всё это время находился в столице. — Почему вы никому не сказали? — Линне, каждому делу отпущено своё время, чтобы созреть. Он говорил мягко, словно объясняя очевидную вещь, но Линне лишь сильнее нахмурилась. — Это не ответ, учитель. — …Вот как? Хейден кивнул и ненадолго остановился. Казалось, он хотел что-то сказать. Но губы так и не разомкнулись. Он снова почувствовал направленное на него и ученицу намерение убить. — Им нет конца. Империя и правда прогнила. Свист! Едва Святой Меч пробормотал это, с крыши спрыгнули две тени. В темноте блеснули меч и кинжал. Хейден и Линне мгновенно встретили внезапную атаку уже обнажёнными клинками. В тесном переулке разлетелись искры. — Ха! Линне рассекла ошеломлённого культиста и тут же огляделась в поисках остальных. Но её внимание привлёк другой звук. — Кхе… кхе-кхе!.. Святой Меч кашлял кровью. — Учитель! Засада была быстро подавлена, однако состояние Хейдена выглядело пугающе. Внешних ран на нём не было, но он снова и снова сплёвывал кровь, а его била дрожь, словно от тяжёлой внутренней травмы. Члены Ордена Рассвета не упустили возможность и бросились вперёд. — Значит, Верховный понтифик не солгал! Ты действительно серьёзно болен! — Глупец! Зачем ты вообще вернулся в столицу?! В отличие от прежних неумех, эти культисты двигались быстро. Отталкиваясь от стен, они моментально сокращали расстояние. «Эти ублюдки…» Они были сильны. Линне заметила среди них бойцов уровня монсеньоров и тревожно перевела взгляд с врагов на наставника. Победа была возможна. Но защищать Хейдена в таком состоянии будет намного сложнее. «И всё же…» Она победит. Линне уже приготовилась к бою, когда по культисту, оттолкнувшемуся от стены, ударила вспышка меча, подобная молнии. — А-а-а-а-а! Он с криком рухнул на землю. Оставшийся враг потрясённо обернулся. И в него ударила вторая молния. — Кхе… Не хотел, чтобы ученики видели меня в столь жалком состоянии. Узнав знакомую технику меча, Линне облегчённо выдохнула. Хейден тоже перестал кашлять и посмотрел на появившегося мечника, одним движением сразившего культистов. — Не переживай, — спокойно произнёс тот. — С тех пор как покинул столицу, ты постоянно выглядишь жалко. ---------- Пустяковая развязка (1) «…Не стоило сюда приходить». Увидев, как Святой Меч кашляет кровью, я мысленно поморщился. Я свернул с пути к монастырю Генмель и оказался здесь не случайно. Инстинкты Джулиана, связанные со Святым Мечом, словно компас привели меня к этому месту. «Хорошо, что Фелхора я оставил с Элеонорой». Если бы во время охоты на епископов с Элеонорой что-то случилось, мой план назначить её новым Верховным понтификом рухнул бы. Я был уверен, что она справится с двумя нападавшими, но теперь понимал: решение всё равно было верным. «Святой Меч мог узнать Фелхора». Я снова посмотрел на Хейдена. Среди тел павших культистов он продолжал сплёвывать кровь. Оставив его, я подошёл к трупам и сорвал с них знаки. «У этих тоже». Ещё немного — и они тоже начали бы демонизироваться. — Надеюсь, у тебя не только один глаз следит за окружением? — пробормотал Святой Меч. Обращался он не ко мне, а к пришедшему со мной Захарду. — Какая разница? Под одним наставником нам доводилось видеть всякое. — Я хотел сказать, что у тебя вообще нет глаз. — Хм. Захард неожиданно вздохнул. Судя по тому, как легко они обменивались колкостями, их связывало особое товарищество, рождённое под началом одного учителя. — Учитель, вы в порядке?! Пока Захард и Хейден привычно подкалывали друг друга, Линне подбежала и поддержала наставника. «Внешних ран нет». Кровь явно не была следствием обычной травмы. На теле Святого Меча не виднелось ни единой раны. «Демоническая энергия». Она яростно бушевала внутри него. Как я уже знал, без черты «Сосуд Короля демонов» демоническая энергия беспощадно пожирает человеческую жизнь. И сила самого человека ничего не меняет. — Разумеется, он не в порядке, — заметил Захард. — Если бы человек мог спокойно переносить такое количество демонической энергии, наставник уже превратился бы в Демонического бога. — Ха-ха. Возможно, это было бы неплохо. Хейден лишь рассмеялся над зловещей шуткой. От его беззаботности я невольно усмехнулся без всякого веселья. — Похоже, вы уже привыкли к подобному состоянию. Ему могла угрожать смерть, но он сохранял поразительное спокойствие. «Что сделало тебя таким?» Он уже смирился со смертью? Но ради чего? — Ты тоже удивительно спокоен, хотя видишь членов Ордена Рассвета, — ответил Хейден. По его тону и взгляду было ясно: это не просто догадка. — К чему вы ведёте? Он намекал, что я состою в Ордене Рассвета. Похоже, Хейден знал об этом давно. «С каких пор?» Возможно, ещё до того, как я стал Джулианом. Он мог слышать, как Элеонора вышла на связь с прежним хозяином тела. — Мне нечего сказать… Кхе, кхе! Хейден снова закашлялся. К счастью, инстинкты Джулиана не подталкивали меня мериться с ним силой в таком состоянии, поэтому продолжать разговор я не стал. «И на том спасибо». Оставив Святого Меча, мы с Захардом снова направились к монастырю Генмель. — Собираешься в монастырь? — донёсся сзади ослабевший голос Хейдена. Он явно знал, что главная база Ордена Рассвета находится там. — Вы знали? — С самого начала. — Тогда почему просто наблюдали? Вот чего я не понимал. Хейден ненавидел Орден Рассвета, но всё это время не трогал Тенелона. — Я ждал подходящего момента. Такого дня, как сегодня, когда этот ублюдок воспользуется Чашей Демонического бога. Как главный герой игры, Святой Меч знал очень многое. Он знал и о Тенелоне, и о Чаше, и специально дождался дня её применения. Услышав это, я вспомнил одну деталь из лора. — Фух. Я постепенно понял, почему Святой Меч покинул Империю, ушёл в Святое королевство, закалял тело демонической энергией и теперь вернулся. — Вы собираетесь заключить Чашу Демонического бога в собственное тело. Чтобы предотвратить воскрешение Демонического бога, реликвию лучше всего уничтожить. Только сделать это почти невозможно. «Реликвия исчезает лишь после того, как её силу полностью поглотят». Я предпочёл бы спрятать Чашу где-нибудь подальше, но эта дрянь словно подталкивала злодеев пользоваться ею. Просто закопать её и забыть не получится. Поэтому я собирался держать реликвию при себе и предотвращать возможные бедствия. Святой Меч, похоже, выбрал куда более радикальный способ. — Только так Чаша Демонического бога навсегда исчезнет из этого мира, — подтвердил Хейден. Безумец. Он решил пожертвовать собственной жизнью. И всё же отвращения это у меня не вызвало. Будто сквозь его нынешний облик снова проступило благородство Святого Меча, которого я когда-то знал. «Но всё равно». Терять рассудок в Святом королевстве было совершенно ни к чему. — Значит, вы вернулись в столицу, чтобы выбрать место для могилы. — …Что? — Госпожа Линне, присмотрите за наставником. С этими словами мы с Захардом ушли к монастырю Генмель. Странным образом шаги стали легче. *** У входа в монастырь царила непривычно зловещая тишина. Все служители куда-то исчезли, и ни одного члена Ордена Рассвета поблизости не было. «Как и ожидалось». Тенелон не оставил последователей в качестве охраны. Он слишком верил в собственную силу. — Демоническая энергия чудовищно плотная, — пробормотал Захард. Даже на расстоянии нас накрывала тошнотворная остаточная воля демонов. Глава Ордена Рассвета доверил свою безопасность не людям, а чудовищам. Пока всё шло по расчёту. — Но её всё же больше, чем я ожидал. Чаша Демонического бога излучала поразительно мощную энергию. Похоже, ещё до сегодняшней охоты за епископами Тенелон накопил огромный запас. — Судя по вашему разговору с Хейденом, у вас есть способ разобраться с Верховным понтификом, — сказал Захард. — Да. Разумеется, есть — после всех проблем, которые этот ублюдок мне создал. Пусть я и не подготовился ко встрече со всеми возможными сильными врагами, но Тенелона и его приёмы предусмотрел заранее. — Тогда мне остаётся лишь открыть дорогу. Ш-ш-шинг. Захард вытащил клинок из трости и направил невидящий взгляд вглубь монастыря. — Нужный путь здесь. Сказав это, он пошёл первым. Я уже хорошо знал монастырь Генмель, но сегодня знакомые коридоры казались чужими и тревожными. Кри-и-и… Кри-и? Вскоре впереди раздались звуки, похожие на звериные вопли. Демоны. — Цок-цок. В месте без резонансных камней такие твари разгуливают совершенно свободно. К счастью, рогов у них не было. Это были низшие демоны, но их оказалось слишком много. — Вы уверены, что идти нужно именно сюда? — Уверен. — Вы случайно не выбрали этот путь потому, что здесь меньше демонов? Захард рассмеялся. — Здесь их и правда меньше всего. Хрусть! Бросившийся на него демон лишился головы от короткой вспышки меча. — Кра-а-арг! Едва первый упал, остальные сразу набросились со всех сторон. Их было не меньше десятка. Захард продолжал рубить чудовищ, одновременно уклоняясь от сгустков остаточной воли, падавших на землю. — Идите. Здесь я справлюсь. Рогатых демонов среди них не было, так что Захарду ничто не угрожало. Меня беспокоило другое: на шум могли сбежаться чудовища со всего монастыря. — Я закончу как можно быстрее и вернусь. — Буду ждать! Кивнув, я проследил за потоком демонической энергии, вытекавшей из тел павших тварей. «Куда направляется энергия — там и находится Чаша Демонического бога». А рядом наверняка прятался и хитрый старик Тенелон. Я сорвался с места и помчался вслед за потоком. «Какая плотность». От густой демонической энергии хотелось морщиться, но в глубине души нарастало почти радостное возбуждение: наконец-то я разорву связь с Орденом Рассвета. Пока я бежал к предполагаемому местонахождению Чаши, ни одного присутствия не ощущалось. «Словно меня приглашают». Казалось, Тенелон специально ждёт моего появления. Я распахнул огромную дверь, которую раньше никогда не видел, и оказался в помещении, залитом знакомым фиолетовым сиянием. Демонической энергии в воздухе было больше, чем маны; посреди комнаты стоял Тенелон в маске, а рядом Чаша Демонического бога поглощала остаточную волю. — Когда я принял тебя в Орден Рассвета, то не ожидал такого конца. Тенелон снял маску. Передо мной предстало изуродованное шрамами лицо и глаза с фиолетовым отливом. — А я знал. Предвидел, чем всё закончится. — Значит, ты лишь ждал, втягивая в заговор остальных епископов и всё это время метя в мою шею. Отчасти верно, отчасти нет. Я действительно приложил руку, но Пинтель сделал не меньше. — Однако я тоже подготовился к подобному исходу. Ш-ш-ш-ш. Стоило ему коснуться Чаши, как огромный поток демонической энергии взметнулся и окутал меня. — Знаешь, зачем я приказал остальным последователям охотиться на епископов? Обычный человек умер бы, вдохнув лишь малую часть этой энергии. — Потому что знал: ты придёшь сюда один, Джулиан. Демоническая энергия проникла в мановые каналы, мышцы напряглись. Началась демонизация. — Когда обращение завершится, сила этой святой реликвии — Чаши Демонического бога — позволит без труда превратить в демона даже одного человека… Но демонизация даже не началась. Внутри моего тела уже жил демон. — Что… Что происходит?.. ▶ Черта: «Истинный сосуд» активирована. ▷ Вы невосприимчивы к воздействию святой реликвии «Чаша Демонического бога». Святые реликвии, связанные с Демоническим богом, почти не могли повлиять на моё тело. ---------- Пустяковая развязка (2) Охота Ордена Рассвета на епископов началась внезапно. Но целью были не только епископы. Убить позволялось любого, чьё место можно было занять. Иными словами, архиепископ Элеонора тоже оказалась добычей. — Ух… Гр-р… Однако как маг элемента Тени и одна из немногих обладательниц пятого ранга Барко она не собиралась позволять себя убить. Покончив со всеми напавшими культистами, Элеонора холодно посмотрела на стонущего мужчину. Затем подошла и сорвала знаки с их груди. «Демоническая энергия». Эмблема свернувшейся змеи явно её источала. Но это была не обычная демоническая энергия. С помощью колдовства её сделали особенно легко воздействующей на человеческое тело и одновременно… «Она отправляет остаточную волю в монастырь Генмель». Догадаться, чьё намерение скрывалось за заклинанием, было нетрудно. «Вот почему в последнее время нам запретили входить в монастырь». Тенелон собирался наполнить реликвию — Чашу Демонического бога — остаточной волей и обрести ещё большую силу. «Тенелон». Вспомнив Верховного понтифика, Элеонора снова посмотрела на павших. С помощью остаточной воли, которую Орден Рассвета накопил прежде, и новых жертв он мог создать трёхрогого демона, однако устраивать подобный хаос лишь ради этого было бессмысленно. «С трёхрогим демоном Джулиан способен справиться в одиночку». Элеонора задумалась. «У него есть другая цель?» Верховный понтифик, прежде почти не действовавший лично, внезапно пошёл на настолько радикальные меры. Это не могло не вызывать подозрений. Да, с тех пор как Тенелон перестал слышать Голос, он всё чаще вёл себя непонятно. Но прежде его безумие не выходило за пределы внутренних дел Ордена Рассвета. — Госпожа Элеонора, вы не ранены? От размышлений её отвлёк внезапно прибежавший Фелхор. Элеонора внимательно осмотрела его лицо, а затем шею. Среди напавших на неё хватало и монсеньоров. Желающих стать епископом, похоже, нашлось немало. «Что вообще значит должность епископа в разваливающемся Ордене Рассвета?» Тем не менее она продолжала изучать шею Фелхора. — У меня нет знака! — поспешно заявил тот. — Я пришёл помочь вам по приказу господина Джулиана. — По приказу Джулиана? — Да! Элеонора ещё раз внимательно посмотрела на Фелхора. — Он защищает не только вас. Господин Джулиан отправил частных солдат Пинтеля спасать и других епископов. На губах Элеоноры появилась кривая улыбка. «Он использует эту возможность, чтобы окончательно закрепить положение». Действия Верховного понтифика оставались непонятными, но одно было несомненно. Ему осталось недолго. А когда место Верховного понтифика опустеет, его должен будет занять кто-то другой. — Ох, меня опередили! Пока Элеонора приводила мысли в порядок, в особняке раздался бодрый голос. Ей не нравилось, что сюда без разрешения входит столько людей, но на новых гостей она взглянула молча. — Колпаран. Епископ Колпаран и его монсеньор Альхасар. Из-за нападения культистов защитный барьер потерял смысл. Однако по оставшимся в воздухе следам маны Элеонора заметила, что возле особняка расположились солдаты Колпарана. Он замышлял что-то дурное? Подозрение мелькнуло лишь на миг. Если бы Колпаран собирался устранить архиепископа, он не стал бы открыто размещать бойцов снаружи. — Вы опоздали. Сделать епископов своими должниками уже не получится. Значит, он тоже хотел защищать епископов во время беспорядков, чтобы заручиться их поддержкой. Не агрессивный ход, но чрезвычайно хитрый. — По сравнению со мной Джулиан двигается гораздо быстрее, — Колпаран цокнул языком и погладил белоснежную бороду. — Но почему этот дурак Тенелон вообще устроил подобное? — Мне тоже интересно. — Он слишком долго полагался на Голос и в конце концов его лишился. Колпаран снова цокнул языком. — А я, признаться, так и не понял, что это за Голос. Он покачал головой. — Что собираетесь делать, Колпаран? — А вы? Элеонора посмотрела на Фелхора и ответила: — Наблюдать, чем всё закончится. — Цок-цок. Я думаю так же. Но на случай беды стоит подготовиться к выходу из Ордена. «На случай беды» могло означать многое. Например, если существование Ордена Рассвета станет достоянием общественности. Тогда полностью исключить раскрытие собственной личности Элеонора уже не могла. *** Хейден посмотрел на красную кровь в ладони сквозь меркнущее зрение. Она настолько пропиталась демонической энергией, что человеческой её уже трудно было назвать. «Как раз вовремя». Увиденное не испугало его. Наоборот, показалось правильным. — Учитель, вы в порядке? — Линне, у меня к тебе просьба. Услышав твёрдый тон, Линне сперва растерялась, но быстро взяла себя в руки. — Да. — Помоги мне добраться до монастыря Генмель. — Там находится глава Ордена Рассвета? — Да. После его кивка Линне подставила плечо. Шаг за шагом они приближались, и Линне всё яснее понимала: Учитель скоро умрёт. Всё это время он притворялся здоровым, но его тело уже разлагалось изнутри. «Почему всё дошло до этого?» Линне казалось, что, добравшись до монастыря, она и правда больше никогда не увидит наставника. — Похоже, ты потеряла семью. Я такой же. В последнее время Хейден вёл себя непонятно, словно стал другим человеком. И всё же для Линне он оставался вторым отцом. — Пойдёшь со мной? Удерживать не стану. Понимая, что столь дорогой человек идёт навстречу смерти, она сжала кулаки, изо всех сил подавляя чувства. *** Увидев растерянное лицо Тенелона, чья Чаша не смогла меня демонизировать, я сразу бросился вперёд. «Надо закончить, пока не началась новая хрень». Я был невосприимчив к принудительной демонизации, но не знал, подействуют ли на меня другие способности Чаши. Поэтому решил не затягивать. Лучше всего одним ударом снести Тенелону голову и поставить точку. Топ! Я мгновенно сократил расстояние. Перед глазами оказалось его изуродованное лицо без маски. Активировав Лунный Меч, я направил клинок к его шее, но Тенелон голой рукой схватил лезвие. — Кх…! Ш-ш-ш-ш! Клинок зашипел и начал чернеть. Я потрясённо пнул Тенелона в грудь и отскочил. «Что это?» Разорвав дистанцию, я осмотрел меч. Лунным камнем минерал называли из-за того, что он словно хранил в себе лунный свет. Самоцвет, идеально подходивший странному вкусу Джулиана, теперь покрывал чёрный след от ожога. «Разъедание?» Меня едва не перекосило от злости. Ты хоть знаешь, сколько усилий ушло на этот меч? За такое легко ты не умрёшь, ублюдок. «Опасно». Отбросив чувства Джулиана, я трезво оценил ситуацию: всё, к чему прикасается Тенелон, оказывается под угрозой разрушения. «Дополнительная способность Чаши Демонического бога?» Похоже, он предельно уплотнял хранившуюся в реликвии остаточную волю и концентрировал её в пальцах. Прямое прикосновение вызывало мгновенное разложение и оставляло необратимые повреждения. — Почему демонизация не началась? Тенелон по-прежнему не понимал, почему Чаша на меня не действует. Чувак, я тоже сосуд. Причём высшего порядка. С чего бы ей работать? Кр-р-р. После первого обмена Анжелика зашевелилась внутри меня и начала выходить наружу. Обычно я не позволил бы ей показаться, чтобы не раскрывать её существование. Но сейчас скрываться не имело смысла. «Тенелон всё равно умрёт здесь». И унесёт тайну с собой. — Это… демон?.. — дрожащим голосом спросил он, увидев Анжелику. Не твоё дело. Проигнорировав вопрос, я принял стойку и обернул Лунный Меч Анжеликой. ▶ Лунный Меч переходит в состояние «Затмение». Теперь клинок не должен был разлагаться. Скорее всего, явление при прикосновении Тенелона вызывала остаточная воля внутри Чаши Демонического бога. Анжелика могла защитить меч от неё. — Если я уничтожу этого демона, убить тебя будет просто! Он продолжал болтать. Я снова мгновенно сократил расстояние и вонзил клинок ему в живот. Пш-ш-ш! Лезвие пробило плоть, изо рта Тенелона хлынула алая кровь. Его и без того отвратительное лицо стало ещё мерзее. — Убить тебя… не составит труда! Он всё ещё говорит? Едва я успел подумать об этом, Тенелон обеими руками обхватил Затмение. «Идиот». Клинок защищала Анжелика, так что разъесть его он больше не мог. ▶ Влияние святой реликвии «Чаша Демонического бога» рассеяло «Затмение». Чаша внезапно испустила зловещее сияние и вошла в резонанс с остаточной волей в руках Тенелона. «Что?!» Его целью был не Лунный камень. Он метил в Анжелику, обволакивавшую клинок. Кр-р-р. Анжелика издала звук, похожий на её обычное ласковое урчание. Чёрная тень начала сползать с меча и втягиваться в Чашу Демонического бога. Вскоре перед глазами появилось новое окно. ▶ Черта «Анжелика» удалена. ---------- Учитель и ученик (1) Черта исчезла. Несмотря на беспрецедентную ситуацию, я не сводил глаз с Тенелона. — Что вы сделали? — Хе… Хе-хе-хе! Тенелон расхохотался как безумец, уверенный, что победа уже у него в руках. — Даже ты, лишившись демона… Его поведение начало всерьёз меня бесить. ▶ Ваши эмоции усиливаются. ▶ Черта «Открытые глаза» активирована. — Без демона я раздавлю тебя силой Чаши Демонического бога!.. Хрусть! — Кх! Кх-х! Чтобы заткнуть его болтливую пасть, я провернул клинок, торчавший в животе. Безумная ухмылка тут же исказилась от боли. — П-почему?! — Чаша Демонического бога не действует на меня вовсе не из-за демона. Всё было наоборот. — Я смог вырастить демона именно потому, что моё тело почти невосприимчиво к демонической энергии. Шух! Я выдернул меч. Алая кровь прочертила в воздухе красивую дугу. — Кх… кх… Из-за огромной раны в животе Тенелон судорожно хватал ртом воздух. Его изуродованное лицо, залитое кровью, стало ещё отвратительнее. — Какая мерзость. Высказав простое впечатление, я снёс ему голову и наконец прекратил раздражающее хрипение. Вины из-за его смерти я чувствовал куда меньше, чем после убийства других людей: даже когда приходилось добивать тех, кто уже демонизировался, совесть мучила сильнее. Из-за усиленных эмоций? Или потому, что Тенелон натворил слишком много зла? «Анжелика!» Оставив за спиной неожиданно жалкий конец Верховного понтифика, я повернулся к Чаше Демонического бога, поглотившей Анжелику. «Она стала сильнее». Реликвия излучала настолько подавляющую демоническую энергию, что воздух будто густел. Чаша, словно созданная из остатков воли самого Демонического бога, сияла необычайно ярко. «Это из-за смерти Тенелона?» Я оглянулся на его труп. Из мёртвого тела вырывалась демоническая энергия и целиком втягивалась в Чашу. Способность поглощать демонов и демоническую энергию во всей столице заработала в полную силу. — Анжелика. Я обратился к реликвии. Зловещая тень с множеством моргающих глаз исчезла. В окне черт её имени тоже больше не было. — Анжелика! Горло почему-то сдавило. Я взволновался даже сильнее, чем когда когда-то звал умирающую орхидею. Отозвавшись на всплеск моих чувств, Чаша Демонического бога засветилась ещё ярче. Из неё начала переливаться остаточная воля. Демоническая энергия принимала живые формы. — Цок. Звероподобные демоны. Гуманоидные демоны. Из Чаши появлялись чудовища всевозможных видов. «Она вышла из-под контроля?» Нет. Это не потеря контроля — это настоящая сущность Чаши Демонического бога. Реликвия поглощала остаточную волю мира и создавала из неё демонов, предназначенных убивать людей. Потому её и называли Чашей Демонического бога. — Цок. Я вздохнул и решил отступить. Живя в роли Джулиана, я прежде всего должен был беречь собственные тело и разум. — Ха-а… Убежать — нормально. Будь я в обычном состоянии, бегство стало бы единственно верным решением. Неважно, беснуется Чаша или действует штатно. Если остановить её нечем, следует отступить. «Но Колокол Безмолвной Ночи находился внутри Анжелики». Слабые демоны должны были раствориться в Чаше и стать частью грязеподобной остаточной воли, льющейся наружу. Однако я всё ещё ощущал Колокол, хранившийся в теле Анжелики. — Блять. Тонкая надежда удерживала меня в этом отвратительном месте. Тихо выругавшись, я посмотрел на демонов, продолжавших выходить из реликвии. С Тенелоном было покончено. Наконец-то появился шанс разорвать отношения с Орденом Рассвета. — Не стоило привязываться к демону. *** Следуя за Хейденом, Линне добралась до монастыря Генмель. Едва она вошла, кожу защипало от густой демонической энергии, предупреждавшей о зловещих событиях внутри. — Линне, спасибо. Хотя бушующая энергия заставила её напрячься, Хейден невозмутимо похлопал ученицу по плечу. — Вы пойдёте внутрь? Линне и так знала, что именно сюда стремился наставник. Не ответив, Хейден двинулся вглубь монастыря. Неподалёку гремела битва, и в воздухе чувствовалась энергия демонов. — Это Захард. Даже ничего не видя, Хейден сразу понял, кто сражается. — Похоже, Джулиан прибыл раньше нас. — Да. — Иди и помоги ему. Вопрос «А как же вы?» так и не сорвался с губ Линне, но её отчаянно тянуло остановить Хейдена. Казалось, она в последний раз видит его удаляющуюся спину: он двигался неуверенно, подобно огоньку свечи, который вот-вот погаснет. — Спасибо за всё, учитель. Вместо того чтобы удерживать, Линне решила попрощаться. Хейден мягко улыбнулся. С этой улыбкой он вошёл в монастырь. Линне же направилась туда, откуда доносился шум битвы. *** — Гр-р-р-р! Да что за безумие! Я рубил демонов и пытался приблизиться к Чаше, но из реликвии без конца появлялись новые. Поток даже не думал ослабевать. — Вот же морока! Причину я понимал. Чаша Демонического бога поглощала остаточную волю: каждый убитый мной демон оставлял её на земле, реликвия втягивала силу обратно и создавала следующее чудовище. Буквально бесконечный источник энергии. — Даже Эврика отдыхает! Я вонзил Лунный камень в раскрытую пасть волкоподобного демона и отсёк ему голову. Но прямо за спиной уже возник человекоподобный. Они вообще передышек не дают! Я едва восстановил стойку, а удар уже летел в меня. Пришлось развернуться и уклониться. — Хоп! Хрусть! Использовав инерцию вращения, я сломал демону шею. Два подряд. Я сделал шаг к Чаше, рассчитывая хоть немного сократить расстояние, но дистанция будто не уменьшилась. «Какая же морока». Меня захлестнуло сожаление. Надо было заранее учесть, что Анжелика — демон и Чаша на неё подействует. «Не следовало использовать Затмение». Но жалеть было поздно. Нужно каким-то образом прорваться через поток чудовищ и добраться до Чаши. «И что потом?» Смогу ли я вытащить из неё только Анжелику? Возможно ли это вообще? — Ты всё ещё полагаешься лишь на силу. Пока я сомневался, есть ли смысл продолжать, от входа раздался голос. Даже оборачиваться не требовалось. — Разве я не учил, что совершенство рождается, когда к силе добавляется мастерство? — Я давно забыл ваши уроки. — Ядовитые слова всё так же льются без остановки. Пока демоны отвлекли меня, Хейден приблизился к Чаше. Как он подошёл, не привлекая их внимания? Ответ стал ясен почти сразу. Хейден протянул руку и схватил реликвию. Демоны вокруг начали распадаться, превращаясь в грязную остаточную волю. — Единство меча и тела. Именно уникальная аура Хейдена позволила ему пройти незамеченным. Он уподоблял собственное тело мечу — по сути, становился неодушевлённым предметом и благодаря этому мог поглощать из окружающей среды больше ауры. Для только что рождённых демонов его тело было подобно воздуху. Они не воспринимали его как живое существо. — Вершина сопротивления судьбе, — произнёс я. — Плод накопленных усилий. — Не ожидал услышать такие слова от вас. Хм? Из Чаши внезапно вылетело нечто чёрное. Тень. Я узнал Анжелику, и в следующий миг она вцепилась в мою ногу. Хлюп. Множество глаз моргнуло, после чего демон привычно нырнул в мою тень. ▶ Вы вновь получили черту «Анжелика». Увидев сообщение, я мысленно облегчённо выдохнул. — Это тот демон, которого ты выращивал? — Да. В отличие от некоторых, кто бездумно поглощает демоническую энергию, я выбрал сосуществование. — Ха-ха. Кажется, эти слова были адресованы мне. Разговор учителя и ученика оставался сухим. Между тем затихшая Чаша снова зашевелилась. «Она хочет создать новых демонов?» Прежде чем тревожная мысль успела оформиться, Хейден обеими руками взялся за края реликвии. Из его ладоней заструился тусклый свет. Окружающая остаточная воля начала втягиваться в его тело. Вместе с самой Чашей Демонического бога. «…Так и знал». Кап. Хейден повернулся ко мне. Из уголка его рта стекала кровь. — Тенелон мёртв? Я молча кивнул в сторону тела. — Слишком бесславный конец для столь ненавистного врага. Я надеялся убить его собственными руками. В обычно бесстрастном голосе Хейдена прозвучало непривычное чувство. — Что вы собираетесь делать с Чашей? Вместо ответа он обнажил меч. — Когда-то я учил тебя одному. Сам я этих слов не слышал, но инстинкты Джулиана отозвались так, будто память о них принадлежала мне. — Всё в мире непостоянно, а идущий путём меча должен отвечать на вопросы своим мастерством. Я тоже вытащил клинок. Ха-а-а. Медленно выдохнув, я сосредоточил взгляд на Хейдене. — Проведём поединок? ---------- Учитель и ученик (2) Святой Меч Хейден Райх. Я стоял с обнажённым клинком перед главным героем «Let’s Kill the Demon King Now» и чувствовал, как перехватывает дыхание. Инстинкты, связанные с мечом, бушевали во мне даже сильнее, чем во время поединка в Святом королевстве. Из-за усиления эмоций чертой «Открытые глаза»? Нет. «Один из нас точно умрёт». Я не сомневался: эта битва закончится смертью либо моей, либо Святого Меча. Хейден и Джулиан. Учитель и ученик. Свет и тьма. Пусть известные мне отношения между ними сильно изменились, взаимное понимание всё ещё существовало. Проблема лишь в том, что по обычным человеческим меркам наше «понимание» выглядело совершенно ненормальным. Хейден мгновенно сократил расстояние. Я лишь на миг отвлёкся на мысли — и его меч уже оказался у моей шеи. — Кх… Лязг! Я развернул корпус и отвёл удар, но Хейден тут же продолжил наступление, словно заранее знал моё следующее движение. Собираясь заблокировать следующую атаку и контратаковать, я шагнул вперёд правой ногой, однако он будто прочитал это движение и одновременно отставил другую ногу назад. «Разумеется». В каждом движении Хейдена ощущалась твёрдая решимость не подпускать меня на опасную дистанцию. «Чтобы использовать силу и преимущества тела, мне нужно заманить противника хотя бы в пределы четырёх шагов». Но сократить дистанцию до четырёх шагов было невозможно. Святой Меч знал об этом и постоянно удерживал расстояние в пять шагов, не прекращая атаковать: стоило мне попытаться приблизиться, как он исчезал, словно по волшебству, а когда я отступал, пытаясь выманить его к себе, следовал за мной, сохраняя идеальную дистанцию. «Тяжело». В отличие от столкновения в Святом королевстве, сейчас Хейден сражался всерьёз. Даже нынешнее тело Джулиана едва выдерживало давление. Это был мой наставник. Святой Меч. Главный герой. Мысли проносились вихрем, но среди них я сумел уловить смысл его действий. «Удлинить шаг и прорваться». Именно этого противник и ждал. Длинный шаг переносит вес вперёд и лишает возможности мгновенно отступить. «Но короткими шагами я никогда не сокращу расстояние и не втяну его в свою зону». — Если будешь думать только об этом, никогда не подойдёшь, — будто прочитав мои мысли, сказал Хейден. Во мне мгновенно вспыхнуло упрямство, и захотелось поступить наперекор здравому смыслу. Я согнул колени, резко оттолкнулся от земли и одним рывком сократил дистанцию — этот приём не раз приносил мне победу. — Дурная привычка. Меч Хейдена направился к согнутому колену. Клинок летел в чуть выдвинутую вперёд ногу, и я инстинктивно отдёрнул её. Тупой удар! Что-то врезалось мне в лицо. — Кх…! Что это было? Я точно следил за его мечом. Оказалось, меня ударили ножнами. Даже «Открытые глаза» не полностью притупили боль. Губа онемела, а во рту появился слабый металлический привкус. — Ты слишком торопишься сокращать расстояние. Тот, кто хорошо тебя знает, с самого начала будет ждать именно этого. Строгий укор наставника оказался точным. Он был прав, но внутри всё равно начало кипеть, и, не обращая внимания на боль, я продолжил наступать, сознательно пропустив несколько ударов. — Вторая дурная привычка. Однако расстояние не сокращалось. Неумолимый меч Хейдена не позволял подойти, и мне приходилось отступать всё дальше. — Разозлившись, ты действуешь безрассудно. Его спокойный голос сопровождал очередной быстрый выпад. — Блять! Я пригнулся, но снизу в живот ударили ножны. — Аргх! Больно! На этот раз даже усиленные «Открытыми глазами» эмоции не помогли. Боль была чудовищной. — Ух…! И всё же я стиснул зубы и снова начал сокращать расстояние. Между нами оставалось пять шагов. Моя идеальная дистанция — три. Я отвоевал один шаг, и на губах Хейдена появилась улыбка. Он ожидал и этого. Рука с мечом медленно двинулась. «Ты всё рассчитал». Казалось, выхода нет, но клинок до тела не добрался. Лязг! Меч коснулся бока, однако вместо звука рассечённой плоти раздался металлический звон. — Хм?! Хейден впервые удивился. Разумеется. Он был уверен, что под одеждой нет защиты. Но у меня имелась Анжелика. Затвердев, надёжный демон отбил удар. Три шага. Наконец-то я вошёл в свою зону силы. По телу Хейдена потекла голубоватая аура — его уникальная техника «Единство меча и тела». — Может, хватит уловок? — Ха-ха. Разве это не плод моих трудов? Я тоже окутал Лунный камень лунным сиянием. Клинки столкнулись, разбрасывая искры. — Кх…! Меч Хейдена постепенно разрушался. Иначе и быть не могло. Лунный камень был самоцветом и сам по себе уступал стали в прочности, но Лунный Меч делал его твёрже любого металла. К тому же теперь между нами было три шага — на этой дистанции я был уверен, что одолею кого угодно. Даже своего наставника. — Ты силён! Настолько, что уже трудно понять, кто здесь ученик! Хейден усмехнулся с непривычно живым восторгом. Теперь он сам выглядел претендентом, который всеми силами пытался прорваться в область моей абсолютной уверенности: как истинный мечник, он даже в смертельной схватке искал новое озарение. Лязг! Но дух претендента не мог победить разрушенное тело. После десятков, почти сотни обменов ударами меч Хейдена сломался. Его тело покрывали раны. — Удивительно. Не являясь полноценным сосудом, он всё же двигался с невероятной скоростью, окружённый демонической энергией. — Теперь удовлетворены? Последний обмен. Я мог бы закончить всё одним ударом по шее, однако первобытные инстинкты Джулиана наконец успокоились. — Фух… Хейден коротко выдохнул. — Старость — досадная вещь. Жаль покидать подобное удовольствие. В его глазах всё ещё горел боевой азарт. — Я попросил убежища в Святом королевстве и подселил в тело демона, пытаясь вернуть молодость, но так и не смог снова достичь своего расцвета. И всё же я понимал: этим азартом он скрывает другое. — Даже Чаша Демонического бога, помещённая в тело, не вернула былую силу. Хейден усмехнулся, почти как злодей. — Но вы добились главного. Убрали Чашу Демонического бога из мира. — Хм. Он ненадолго замолчал. — Ты заметил? Не заметить было невозможно. Я лично видел его благородство и достаточно хорошо понимал этого человека. Хейден ушёл в Святое королевство, чтобы превратить собственное тело в сосуд. В сюжете существовало два способа избавиться от влияния Чаши Демонического бога: первый — поместить внутрь реликвию вроде Колокола Безмолвной Ночи, подавляющую демоническую энергию, и спрятать Чашу где-нибудь в мире; второй — сосуд должен добровольно поглотить Чашу и погибнуть вместе с ней. «Вот ради чего он в одиночку сражался в Святом королевстве». Превратить себя в сосуд. Поглотить Чашу. И покинуть мир вместе с реликвией, угрожавшей Империи. — Пока существует Чаша Демонического бога, демоны всегда будут угрожать континенту. Нет, прежде всего Империи. Его непостижимая любовь к Империи неизменно была главным мотивом героя. — Императорская семья предала ваши ожидания. Даже император уже не тот человек, которому вы когда-то служили. Почему же он всё равно продолжал действовать ради Империи? — Разве непонимание со стороны любимого — причина перестать любить? У меня по-настоящему заболела голова. Невозможно было придумать фразу, сильнее соответствующую Хейдену Райху. — И тебе я хочу передать то же, Джулиан. — Что именно? — Кхе! Хейден выкашлял сгусток крови. Тёмно-фиолетовый, пропитанный злобой и остаточной волей Демонического бога. — Разве ты не говорил, что не понимаешь меня? Любовь к Империи. Джулиан принимал её за слепую преданность и не понимал постоянной сдержанности Хейдена. Именно это когда-то разлучило учителя и ученика. — Ты такой же. Бульк. Бульк. Внутри Хейдена что-то забурлило. Остаточная воля и зло, заключённые в Чаше Демонического бога, переплетались и пожирали его тело. — Горькая последняя разлука. Только теперь наша долгая, но хрупкая связь должна оборваться. Даже перед лицом смерти он говорил спокойно. — Сделай то, что должен, Джулиан. Я знал, что требуется: чтобы уничтожить Чашу, нужно отсечь голову сосуда и даровать миру покой. А мне это должно было принести то самое спокойствие, которого я так отчаянно искал. «Но…» Отрубить голову Святому Мечу означало стать ближе к истории Джулиана, которую я ненавидел. — Ты и правда… — Не провожай меня как учителя. Проводи как равного мечника Империи. Перед глазами всплыла сцена из трейлера. Я собирался в точности её повторить. — …сможешь настолько безжалостно отсечь? — Сделай это сейчас. Безжалостнее всех. Я неизбежно колебался. Но даже дрожащая от сомнения рука крепко сжала рукоять Лунного Меча. После поглощения Чаши Хейдена уже нельзя было спасти. — Я делаю это не из безжалостности. Сказав так, я взмахнул мечом. — Какое облегчение. После этих слов Хейден замер. Демоническая энергия, бушевавшая из-за Чаши, начала успокаиваться. Мой взгляд упал на ножны Хейдена. «В сильном теле обитает сильный дух». Я прочёл выгравированные слова. В щель между буквами упала капля. — Ха-ха. Из горла вырвался смех. — Даже сейчас вы остались таким человеком? По лицу беспощадного палача скатилась единственная слеза. ---------- Учитель и ученик (3) — Сколько ни убивай, им нет конца! Захард раздражённо произнёс это, разрубая бросившегося на него демона. Усталости в его голосе не слышалось, но он ощущал, что чудовищ вокруг становилось всё больше. — Всё тело ноет. Наверное, не стоило сюда тащиться! Линне прекрасно знала, что жалуется он не всерьёз. Подобно Захарду, она рассекла демона. Липкая фиолетовая слизь облепила клинок — зрелище, от которого любой поморщился бы, — но лицо Линне не изменилось. — Вы в порядке, госпожа Линне? — Пока да. — Тогда закончим, пока это не изменилось. Из тела Захарда медленно хлынула аура. Словно отозвавшись на неё, демоны начали вести себя странно: изрыгали слизь, валились на землю, а затем рассыпались прахом. — Что? Что происходит? Удивлённый Захард втянул ауру обратно и огляделся. Линне же всё стало ясно, стоило увидеть фигуру, выходившую из глубины монастыря. — Господин Джулиан. Она окликнула его. Одновременно хотела спросить о наставнике, но увидела знакомое лицо в его руках и замолчала. Дыхание едва не остановилось. — Ух… Захард тоже коротко вздохнул. Хейден, лежавший на руках Джулиана, был неподвижен и безмолвен. Линне поспешила к ним. Джулиан осторожно опустил Хейдена на землю. Он не дышал. Линне едва не сорвалась на крик, но сумела проглотить резкие слова. Джулиан не улыбался. Одного этого хватало, чтобы понять, насколько тяжело он переживает случившееся. — Что произошло? Услышав собственный ровный голос, Линне сама удивилась. Где-то глубоко внутри она уже знала, чем всё закончится. — Ваш наставник пожертвовал собой, чтобы вместе с собой уничтожить Верховного понтифика Ордена Рассвета. Линне опустошённо кивнула и обняла тело учителя. *** Смерть Святого Меча Хейдена Райха всколыхнула столицу. [Вернувшийся Святой Меч — павшая звезда] [Что произошло в Святом королевстве?] О его гибели писали все газеты. На первых полосах красовались посвящённые Святому Мечу статьи. [Человек, за которым охотился Святой Меч: кто такой Тенелон?] [Скрытые культисты — Орден Рассвета] Материалов о Тенелоне, Верховном понтифике Ордена Рассвета, тоже хватало. «Как и ожидалось». Лазлот листал газету и размышлял. Большинство епископов намеренно раздували историю, чтобы как можно сильнее отмежеваться от скандала вокруг Ордена Рассвета. Это было естественно. Человек, достигший епископского ранга, почти наверняка был дворянином, а связь с тайным культом могла уничтожить его положение. Поэтому сразу после смерти Верховного понтифика объявили, будто организация под названием Орден Рассвета распалась и исчезла. Никто не хотел оказаться втянутым в дальнейшее расследование. «Хороший ход». Лазлот тоже состоял в Ордене, но всегда считал, что при необходимости сможет выйти. Читая газету, он одобрительно кивнул. В любом случае после возможной ответной реакции всем стоило некоторое время не высовываться. «…К тому же всё должно успокоиться, чтобы господин Джулиан без проблем занял место Верховного понтифика». Во время недавней охоты за епископами многие монсеньоры и епископы, враждебные Джулиану, были устранены. А благодаря Пинтелю и личному отряду Джулиана — «Сумеркам» — отношение к нему полностью изменилось. «Те, кто всё ещё держит на него зло…» Вероятно, они уже оказались в самых холодных и тёмных уголках столицы. При этой мысли Лазлот невольно вздрогнул: в памяти всплыли дни, когда он служил двойным агентом, метаясь между «Закрытыми Глазами» и императорским секретариатом. «Наверное, хорошо, что господин Джулиан меня раскрыл». Продолжи он работать на Айдена, сохраняя тайну, его головы сейчас могло бы уже не быть на плечах. — Кхм. С охапкой документов Лазлот остановился перед кабинетом Джулиана. И никак не решался постучать. «Господин Джулиан тоже скорбит по Святому Мечу?» Пусть учитель и изгнал его, они всё равно оставались наставником и учеником. Человек, изменивший жизнь Джулиана, ушёл из мира. Это не могло не оставить следа. — Может, войдёшь, вместо того чтобы топтаться под дверью? Пока Лазлот колебался, рядом раздался знакомый голос. Это был Захард; увидев его, Лазлот немного смутился, вспомнив, как однажды просил обучить его мечу. — …Как господин Джулиан держится? Захард пожал плечами. — Я не знаю, каким он бывает обычно, но вроде в порядке. Затем добавил: — Ничего необычного. Напевает, поливая растения, и спокойно читает книги. Лазлот нахмурился. Поливать растения — ещё ладно. Но напевать и выглядеть совершенно спокойным? И главное… — Если ничего необычного нет, почему вы сами не входите, господин Захард? То, что Захард тоже стоял снаружи, выглядело подозрительно. Причину было нетрудно понять. — Вы тоже чувствуете, что с ним что-то не так? Наверняка Захард пришёл поговорить, но странная атмосфера не позволяла ему открыть дверь. — Хм… Он глухо промычал, словно Лазлот попал в точку. — А вы сами в порядке, господин Захард? — Я бесчисленное количество раз терял товарищей. — Опыт не делает потерю безболезненной. Захард рассмеялся, услышав неожиданно взрослые слова. — Ха-ха. Для сопляка ты говоришь слишком мудро. Привыкание к боли работает просто: впервые всегда тяжело, потом становится легче. Он цокнул языком. — Но первое действительно самое трудное. Я потерял товарища, а Джулиан — единственного наставника, которого когда-то любил почти как отца. Лазлот мысленно восхитился его зрелостью. — Вы всё-таки умеете проявлять заботу, господин Захард. Тот недоверчиво повернул к нему голову. — Вот и прояви её вместо меня, мелкий. Тук-тук! Закончив говорить, Захард быстро постучал в дверь. «Хм?» Раз он пришёл поговорить, значит, войдёт первым? Лазлот не возражал. Главное — немного развеять тяжёлую атмосферу. — Оставляю всё тебе. Но едва произнеся это, Захард сбежал, словно спасался от погони. «Какого…?!» Лазлот хотел его схватить, но из кабинета донёсся голос: — Войдите. Голос Джулиана. Если после стука никто не появится, он решит, что над ним издеваются. — Д-да! Опасаясь, что вспыльчивость Джулиана столкнётся с неудачной шуткой Захарда, Лазлот поспешно открыл дверь. «Господин Захард…!» Мысленно ругая беглеца, он вошёл. — Лазлот, что вас привело? Как и говорил Захард, Джулиан почти не изменился. Он поливал бонсай и переставлял в тень растения, которым вредил прямой солнечный свет. Лазлот украдкой изучил его лицо. Джулиан отбросил серебряные волосы со лба, но лицо оставалось бесстрастным. «…Так ещё страшнее». В последнее время он перестал так говорить, но когда-то часто заявлял, что Святой Меч должен умереть от его руки. Теперь исчезли и цель, и смысл этих слов. У Джулиана были все причины прийти в ярость, однако он оставался спокойным. Словно буря, которая пока не решила, когда обрушиться. — Лазлот. — Да?! — Я спросил, что вас привело. — Ах, точно! Лазлот поспешно разложил принесённые документы. — Мне нужно передать несколько докладов. — Говорите. — Первый касается официального заявления о смерти господина Хейдена Райха. Услышав имя, Джулиан перестал ухаживать за растениями и посмотрел прямо на Лазлота. — Любопытно. Что скажет императорская семья? — Близким господина Хейдена Райха это может быть неприятно, но двор объявил, что официальных мероприятий в память о герое, Святом Мече, не будет. — Хм. Джулиан коротко вздохнул. У Лазлота едва не остановилось сердце, но он продолжил. — Кроме того, господина Хейдена Райха не похоронят на государственном кладбище — в Святилище Героев. — Естественно. Пусть он и вернулся, чтобы помочь расследованию, формально всё равно оставался изгнанником. Решение было разумным, но Джулиан произнёс это так тихо, что слова едва можно было разобрать. — Ха-ха. Какая нелепость, Лазлот. — Что? — Человек посвятил жизнь Империи Адратан, но не получит могилы в Святилище Героев. Вместо этого теперь спорят, на кладбище какой страны его следует похоронить. Лазлот промолчал. На такие слова трудно было найти ответ. ---------- Герой и плата за путь (1) После ухода Лазлота кабинет погрузился в тишину. Я остался один, так что ничего странного в этом не было, но сегодня тишина казалась особенно тяжёлой. «Даже похорон не устроят». Честно говоря, удивляться было нечему. Изгнанному герою не полагалось место на государственном кладбище. Пусть Святой Меч и действовал ради Империи, в глазах общества он всё равно оставался беглецом, покинувшим родину. — Значит, в конце вы всё-таки жили слишком свободно, учитель? Поставив лейку на стол, я посмотрел в окно. Столица — главное место действия «Let’s Kill the Demon King Now» — без Святого Меча казалась странно пустой. «Хм». В стекле отразились серебряные волосы и узкие глаза Джулиана. До сих пор не понимаю, как он вообще так хорошо видит через эти щели. — Неожиданно тихо. В сложившейся ситуации мне пришла в голову мысль: возможно, Джулиан никогда по-настоящему не ненавидел Хейдена Райха. Он лишь не понимал его. Все угрозы убить наставника могли быть высокомерной попыткой Джулиана исправить его мировоззрение. «Но в трейлере именно он отрубил Хейдену голову». Наверное, тело тогда отреагировало потому, что Джулиан не желал такого конца. — А я… Меня удивляло собственное облегчение. Хейден Райх действительно отклонился от образа главного героя, которого я знал, но не утратил его полностью. У него были свои причины и своя точка зрения. Просто я её не понимал. «И в итоге сцена из тизера всё равно произошла». Ха-а. Я коротко выдохнул. Причина и цель моего появления в этом мире со временем становились всё туманнее. — Времена и правда непростые. Впрочем, иначе и быть не могло. Из-за двери послышался голос Захарда. — Всё-таки решили войти? Я знал, что он давно бродит рядом. Наверняка отправил Лазлота вперёд, чтобы тот проверил моё настроение. — Да. Решил, что обстановка уже немного успокоилась. — Ничего из того, чего вы так боялись, не произошло. — И всё же не всё было в порядке. Захард кашлянул, спокойно вошёл и сел на диван. — Поэтому я и рад. Что он пытался этим сказать? — Вы не окончательно превратились в демона, лишённого чувств. Демона? Играя Джулиана, я невольно удивился. «Неужели я и правда выглядел настолько бесчеловечным?» Если да, значит, моя игра была очень убедительной. Но приятным открытие не назовёшь. — Господин Захард, зачем вы пришли? Поняв, что разговор уходит в сторону, я попросил перейти к делу. Звяк. Захард положил на стол металлический предмет. На нём виднелась печать Империи. Я сразу узнал орден Королевского меча. — Возвращаю. — Возвращаете? — Теперь, когда меня выпустили, эта железка больше не имеет особого смысла, разве нет? Он говорил совершенно спокойно. И правда. Медаль передали Захарду лишь затем, чтобы избежать абсурда, при котором награду вручали заключённому. Теперь он был свободен, и обременительная награда утратила прежнюю роль. — Слишком тяжёлая награда для такого легкомысленного человека, как я. — А раньше вы говорили, будто очень её хотите. — Хотел? Я ценю достижения, а не куски металла. Но этот кусок металла как раз и признавал твои достижения. Я не успел сказать это вслух. — Орден Королевского меча получали многие, но я, пожалуй, стану единственным, кто его вернул. Вот к чему он вёл. Я посмотрел на Захарда с недоверием, а тот вдруг посерьёзнел. — Кроме того, он ещё может пригодиться. Зачем? Не видя моего лица, Захард всё равно будто понял вопрос. — После смерти вашего наставника поползут бесчисленные слухи. Он был прав. Даже сейчас газеты писали о Святом Мече куда больше, чем об Ордене Рассвета. — В нынешнем беспорядке место Святого Меча не должно оставаться пустым. — Да. — Но это место — отравленная чаша. Тяжёлая и неудобная. Любого преемника неизбежно сравнивали бы с недостижимой фигурой Хейдена Райха. Кроме того, ему пришлось бы терпеть пристальное внимание императорской семьи и ожидания дворянства. Положение крайне опасное. «Если речь о Джулиане…» Чужие взгляды его не волновали бы, но и должность он вряд ли желал. К тому же у нас с Джулианом было одно общее убеждение. «Место Святого Меча принадлежит Святому Мечу». Пусть его займёт кто угодно. Главное — не я. — Как возвращение ордена связано с этим? — Напрямую. Захард кивнул. — Эта медаль — символ. Видимое воплощение верности короне. Орден Королевского меча действительно мог вручить лишь представитель императорской семьи. Как сказал Захард, награда выражала «преданность» в материальной форме. — Значит, её следует вернуть. Особенно если вы не желаете наследовать титул Святого Меча. Наконец я понял. Он возвращал награду не мне. Он возвращал её императорской семье, которая её вручила. «Отказ от верности». Титул Святого Меча основывался на абсолютной преданности, не допускавшей даже сомнений. Если императорская семья — солнце, то Святой Меч, прославленный как звезда, должен был служить ей. — Разумеется, это лишь показательный жест. Если двор решит насильно вернуть медаль, ничего не поделаешь. Сегодня Захард рассуждал неожиданно убедительно. И в его словах был смысл. «Пока Джулиан остаётся в столице, все будут считать, что он метит на место Святого Меча». Если вернуть ещё и награду, двор будет вынужден обратить внимание на других кандидатов. Тогда Улыбающемуся Палачу дадут хоть немного покоя. «Идеальные условия, чтобы не высовываться». С этой мыслью я забрал орден. — Даже если потом попросите вернуть, не отдам. — Почему все, включая того лысого, считают меня настолько мелочным? Я мысленно усмехнулся и спрятал медаль. — Кстати, официального траура по Хейдену не будет, но я слышал, что в поместье Райхов состоятся похороны. — Разве род Райх не прекратил существование? Со смертью Святого Меча он фактически исчез. Точнее, теперь исчез окончательно. — Церемонию организуют Последователи. Последователи. Тогда всё сходилось. — Я собирался заглянуть. Может, и вам стоит пойти? Я слегка улыбнулся и поднялся. Захард тоже встал, снял с вешалки моё пальто и протянул мне. *** Линне поразило количество пришедших. Похороны проходили в поместье Райхов и не были официальным мероприятием; о них сообщили лишь дворянам, но людей собралось очень много. Впрочем, вскоре Линне поняла причину. — Давно не виделись, господин Уилтон. Не ожидал встретить вас здесь. — Взаимно. — Кто бы мог подумать, что Святой Меч уйдёт настолько внезапно. — К слову, наш род вскоре устраивает приём… Для дворян эти похороны были не прощанием со Святым Мечом, а очередной церемонией, на которой можно встретиться, обменяться приветствиями и обсудить дела, независимо от того, кого хоронили. Линне раздражало подобное поведение, но она молчала: из последнего уважения к наставнику ей хотелось, чтобы всё прошло без скандала. «…Народу и правда много». Она безучастно оглядела собравшихся. Среди них было множество влиятельных дворян. Пришли даже представители четырёх великих родов. — Святой Меч оставил завещание? — Нет. У него не осталось семьи, которой он мог бы что-то завещать. Линне услышала разговор. Замолчите. Ей хотелось крикнуть, но усталость заставила сдержаться. Распорядитель подал знак. Последователи подняли гроб и осторожно опустили в подготовленную могилу. — Так закончился род Райх. — Полностью исчез. Ни одного наследника. Бесконечная болтовня окончательно истощила терпение Линне. Она обернулась, собираясь отчитать дворян, и заметила знакомую фигуру. Джулиан пришёл вместе с Захардом. Вероятно, чтобы в последний раз увидеть наставника. — Вот если бы Святой Меч основал новый род… Кх! Говоривший дворянин подавился словами, увидев Джулиана. Не обращая на них внимания, тот прошёл вперёд с привычной насмешливой улыбкой и остановился у гроба Хейдена. — Ты. Себион преградил ему дорогу. — Я слышал, ты участвовал в происшествии перед смертью Святого Меча. — Да. — Уж не ты ли приложил к этому руку? — А если я? Себион мгновенно пригнулся и схватился за рукоять. Он был обучен быстро обнажать меч, но правая рука Джулиана остановила клинок раньше. — Кх… нгх… аргх! Себион тянул изо всех сил, но хватка Джулиана оказалась невероятной. Когда Себион уже не мог скрыть растерянность, Джулиан одним движением перевернул его в воздухе. Тупой удар! Так и не обнажив меча, Себион рухнул на землю. Прежде чем он успел вскочить в ярости, Захард встал между ними. — Вы хотели что-то сказать? — спросила Линне, когда Джулиан приблизился. Он спокойно подошёл к гробу и достал из пальто предмет. Орден Королевского меча. Историческую награду, которую вручали только тем, кого признавала императорская семья. — Держите, учитель. Джулиан бросил медаль на крышку гроба. — Плата ученика за ваш путь в загробный мир. ---------- Герой и плата за путь (2) Звяк! Орден Королевского меча, брошенный Джулианом, громко ударился о крышку гроба. Спокойного, но отчётливого звона металла о дерево хватило, чтобы похоронный зал погрузился в мёртвую тишину. — Что вы творите, господин Джулиан?! Дворяне бурно отреагировали на его поступок. То ли их возмутило обращение с орденом, то ли неуважение к Святому Мечу. Сам Джулиан оставался безразличен и лишь поправил пальто. — Вы оскверняете честь покойного Святого Меча и достоинство императорской семьи! — Именно, господин Джулиан! — Как член организации, напрямую подчинённой двору, может совершать подобное?! Несмотря на громкие голоса, Джулиан не шелохнулся. Он был подобен тихому озеру без единой ряби. — Вот Империя, которую вы защищали. Голос звучал негромко, но в нём чувствовалась сила. Шум вокруг постепенно затих. — Вместо того чтобы чтить прежние заслуги, они заняты разрушением всего, что создал мой наставник. Вот таких людей он защищал. Тихий смешок Джулиана разнёсся по залу. — Впрочем, хорошо, что теперь вы обрели покой, учитель. Он протянул руку. Стоявший рядом Захард достал из вещей стеклянную бутылку и передал ему. На этикетке было написано «Несчастье» — один из самых крепких напитков столицы. Линне и Последователи прекрасно знали, что Хейден любил этот алкоголь. Джулиан открыл бутылку и начал лить содержимое на гроб. — Увидимся после смерти. Ни мне, ни вам небеса всё равно не светят, верно, учитель? Он вылил всё до последней капли, забрал пустую бутылку и развернулся. Последователи должны были остановить его, однако никто не двинулся: они верили, что среди всех присутствующих именно Джулиан действительно понимал Святого Меча и думал о нём. *** Зачем вообще пить такую гадость? Я посмотрел на бутылку «Несчастья» в руке. Когда я лил спиртное на гроб Хейдена, капли попали на пальцы и странно обожгли кожу. «Это точно обычный алкоголь?» Если полить им рану, наверное, можно обеззаразить. — Возвращаемся, господин Захард. Он, похоже, тоже больше ничего не хотел сказать Святому Мечу. Лишь кивнул и пошёл за мной. — Я не вижу, но примерно чувствую, как на вас смотрят окружающие, — заметил Захард по дороге. Он был прав. Взгляды дворян, провожавших меня из зала, добрыми не назовёшь. «Мощно». Судя по Цвету Негатива над их головами, почти никто не испытывал ко мне добрых чувств. Страх и гнев. Эмоции были яркими, а сильнее всех злился человек, уже приближавшийся ко мне. — Джулиан, мерзавец!.. Я повернулся. Мы уже встречались на собрании рода Крайпарт. Этот человек хотел стереть имя Джулиана из семейных записей. — Давно не виделись, дедушка. Орнн Крайпарт. — Не ожидал встретить вас здесь. Полагаю, вы были знакомы с моим наставником? — Замолчи! Орнн рявкнул так громко, что для человека его возраста и телосложения это впечатляло. — Как такой полукровка смеет называть меня дедушкой! Я прекрасно знал, насколько Орнн ненавидел это обращение из уст Джулиана. С его фанатичной верой в чистоту крови слово «дедушка», произнесённое Фрейсоном, должно было звучать как кошмар. «Отличная реакция». Именно поэтому я так его и назвал. Бессмысленно провоцировать людей и выводить их из себя — одна из привычек Джулиана. — Ты ещё и отбросил награду, вручённую императорской семьёй! Решил опозорить имя рода Крайпарт?! Слушать было почти смешно. Медаль выбросил я, а не кто-то из рода. Обычно они не признавали меня Крайпартом, но как только появлялась угроза репутации, сразу начинали считать членом семьи. — В обычное время вы не признаёте меня роднёй, а теперь вдруг считаете не Фрейсоном, а Крайпартом. Благодарю, дедушка. — Ты, кровавый…! Лицо Орнна побагровело. Он двинулся ко мне, а охранявшие его рыцари последовали за ним. Топот! Однако наблюдавшие за сценой люди тут же бросились вперёд и встали между нами. — Устраивать беспорядки в таком месте было бы неразумно, председатель Орнн. — Вы… вы кто такие? Преградили дорогу личные солдаты Пинтеля. — Пинтель Обрадин! Ты же ничтожество! Что ты себе позволяешь?! Орнн громко отчитывал его. Председатель Совета дворян обладал властью, несравнимой с обычными аристократами. А как бывший глава одного из четырёх великих родов, он мог выбросить неугодного дворянина из общества. Но Пинтель остался невозмутим. Я бы на его месте чувствовал себя неуютно. Похоже, он успел всё взвесить. — Раз не способен помочь, отойди! Я арестую его и обвиню в неуважении к короне! — Успокойтесь, Орнн. Сзади подошёл ещё один человек. Колпаран Демьюс — епископ распавшегося Ордена Рассвета и дворянин. Так и ты пришёл. Прятался, как старый хитрый лис. Сразу и не заметишь. — Колпаран?.. Судя по реакции, они были знакомы. На лице Орнна вместо гнева появилось недоумение. — Пусть церемония неофициальная, мы всё же хороним человека, когда-то олицетворявшего Империю. Кричать здесь весьма невежливо. Цок-цок. — Пинтель, Колпаран! Совет это так не оставит! — Раз председатель говорит, значит, так и будет. Колпаран погладил белую бороду. — Но ведь вы и сами понимаете? — Что именно?! — Я выступил не на стороне Джулиана, а на стороне приличий. Даже если вы вынесете вопрос на Совет, вряд ли добьётесь чего-нибудь. Колпаран прекрасно знал, как выглядит в глазах общества. Старый енот. Он ни за что не сделал бы того, что навредило бы ему самому. — Господин Орнн. Я снова обратился к нему, но теперь не ради провокации. — Вам следует быть благодарным старшему брату Геранду. — Что? — Он желает любой ценой избегать конфликтов внутри рода. — К чему ты ведёшь?! — Только поэтому ваша голова всё ещё на плечах. В сюжете меня всегда удивляло, почему Джулиан, не питавший любви к роду Крайпарт, оставлял Орнна в живых. Возможно, ответом был Геранд: по крайней мере, он относился к Джулиану хоть немного как к родственнику. С этими словами я покинул зал. Яростный взгляд Орнна жёг спину, но мне было всё равно. «Всё закончено». На миг захотелось обернуться ещё раз, но я передумал. По дороге обратно меня сопровождали Колпаран и Пинтель. Пинтель мог сопровождать меня без особой причины. Колпаран же наверняка хотел поговорить. Я молча ждал. — Пинтель, после сегодняшнего нам с вами вряд ли позволят снова появиться в Совете дворян, — наконец сказал Колпаран. — Неважно. Особой пользы от него всё равно не было. Слушая их, я уже примерно понимал, к чему идёт разговор. — После смерти Тенелона и создания Нового Ордена Рассвета Совет дворян и правда не так уж важен. Цок-цок! Колпаран гладил бороду и издавал свой металлический смешок. Новый Орден Рассвета. Сами себе всё придумали и уже веселятся. — Но остаётся одна проблема. Чаша Демонического бога, принадлежавшая Тенелону. А с ней что? — Многие последователи вступили в Орден именно потому, что увидели её силу. Колпаран явно даже не рассматривал роспуск Нового Ордена. Впрочем, позволить бывшим членам разойтись по обществу и правда было опасно. Они знали тайны друг друга, и старик хотел снова собрать их в одном месте. — Если после реорганизации появится кто-то с Чашей Демонического бога, новая организация легко рухнет. — Об этом можете не беспокоиться. — Хм? Колпаран повернулся ко мне. Ладно, скажу правду. — Чаша Демонического бога теперь… угх. К горлу внезапно подступила необъяснимая тошнота. Жарко. В груди что-то яростно забурлило. — Господин Джулиан, вы в порядке? Пинтель шагнул ближе, желая проверить моё состояние, но я отмахнулся. «Что происходит?» Что творится с телом? — Мне нужно ненадолго отлучиться. Сказав это, я сорвался с места. Тошнота и распирающий всё тело жар не отпускали. «Пиздец! Кажется, с меня слезает кожа». Сознание начало уплывать, и я кое-как добрался до ближайшей раковины. Это мой дом? Я не успел разобраться и сразу посмотрел в зеркало. «Целое…» Лицо было невредимо. Даже вечная раздражающая ухмылка оставалась на месте. — Блять, что это вообще… Хм? Тук — звяк! В раковину что-то упало. Из моего тела выпал предмет. Точнее, его вытолкнула Анжелика. «Колокол Безмолвной Ночи!» Святая реликвия, которую я привёз из Святого королевства и спрятал внутри Анжелики. ---------- Возвращение к природе Глоток. Я почувствовал, как кровь резко отхлынула, а по мановым каналам бесконечным потоком понеслась мана. Я изо всех сил вспоминал способ управления ею и пытался подавить поток, но это было непросто. — К ней ещё и демоническая энергия примешалась?.. Сейчас по моим каналам текла и она, хотя я не понимал почему. Анжелика давно находилась внутри тела, но раньше демоническая энергия никогда напрямую не входила в мановые каналы. — Успокойся. Пусть я и считал себя сосудом, бурлящая в человеческом теле демоническая энергия всё равно была смертельно опасна. Да и ощущения напоминали извержение вулкана внутри. — Кх…! Боль грозила лишить сознания. Я медленно перевёл взгляд на Колокол Безмолвной Ночи, лежавший в раковине. — Нужно… как-нибудь… Если дотянуться до Колокола, управлять демонической энергией станет гораздо легче. Держась за одну эту мысль, я протянул руку. ▶ Сила внутри реликвии «Колокол Безмолвной Ночи» исчезла. ▶ Реликвия «Колокол Безмолвной Ночи» уничтожена. Колокол превратился в пыль и рассеялся. — Какого?.. Реликвия и правда могла просто рассыпаться? В «Let’s Kill the Demon King Now» реликвии обладали силой, намного превосходившей обычные магические инструменты. Нет, сравнивать их с инструментами было неправильно. Они относились скорее к области чудес, чем магии. Поэтому почти никогда не теряли силу и не ломались. Но… — Почему он разрушился?! Последний способ справиться с болью исчез. Стало ещё хуже. — Угх… Из горла вырвался уродливый стон. Джулиан вряд ли издал бы такой звук. Но боль ощущал я, поэтому ничего не поделаешь. — Нужно вернуться… Внезапно сработал инстинкт возвращения домой. Можно было попытаться унять демоническую энергию прямо здесь, но если потеряю сознание… У Джулиана полно врагов. Если на меня нападут, пока я без сознания… Нет. Это слишком рациональное объяснение. Сейчас в голове ярче всего горела одна мысль, смешавшаяся с инстинктами Джулиана. — Даже под страхом смерти я не позволю себе отключиться в ванной! С такой решимостью я поправил одежду и направился обратно в особняк. Несмотря на боль и близкий обморок, на лице сохранялась патологическая улыбка. Вернувшись, я сразу пошёл в кабинет, сел на пол, скрестив ноги, и сосредоточился. — Фух… Глубоко выдохнув, я обратил внимание на ядро. — Какое-то дежавю. Подобное уже происходило. Тогда я использовал имя Сомбра, поглотил Камень души и принял демона в тело. И тогда, как сейчас, проблемой стала демоническая энергия. — Правда… Сейчас опаснее. В прошлый раз я заранее знал о рисках поглощения Камня души и сумел подготовиться. Теперь ничего подобного не было. Демоническая энергия уже текла по каналам, так что ситуация стала намного хуже. — Фух… Я снова глубоко вдохнул. Нужно очистить разум и любой ценой не умереть. — Я не умру. Не могу умереть, добравшись так далеко. К тому же после принятия Анжелики моё понимание маны и способность поглощать демоническую энергию выросли: если выясню природу происходящего, то смогу решить проблему. — Что это? Я попытался взглянуть на тело со стороны. Я отбросил всё лишнее и сосредоточился на боли, состоянии каналов и сознании, стараясь как можно быстрее найти причину. — …Угх? К счастью, обнаружить её оказалось несложно. Но результат сбивал с толку. — Анжелика? Присутствие демона, которого я растил внутри, постепенно исчезало. Почему? — Анжелика растворяется в мановых каналах. Если бы демоническая энергия проникала извне, я бы это заметил. Но процесс шёл изнутри. Анжелика стала чертой и была частью меня, поэтому изменения прошли незамеченными. — Вот оно что. Почему она внезапно изменилась, разберусь позже. Сейчас я сосредоточился на ядре и активировал все каналы, чтобы вытолкнуть наружу проникшую энергию. — Хм… Полностью выпустить ману из каналов очень опасно. Они могут искривиться. К тому же после опустошения я какое-то время не смогу пользоваться аурой. — Ха-а. Но я всё равно начал выводить энергию. Сначала выжить. Ш-ш-ш-ш. Раздался звук, похожий на свист закипающего чайника. Из тела начал исходить голубоватый пар маны. — Угх. Вместе с уходящей маной навалилась слабость. Но сейчас концентрация была особенно важна. Если отвлекусь, Анжелика останется внутри, а я лишь получу отдачу от принудительного опустошения каналов. — Ух… Острая боль длилась недолго. Вскоре голубой пар почернел. Анжелика медленно выходила из мановых каналов. — Хорошо. Ещё немного. Когда мана полностью иссякла, Анжелика превратилась в чёрное облако, расползшееся по потолку кабинета. Шорох. Шорох. В облаке начали открываться глаза. Сомнений не осталось — это она. — Спускайся. Я произнёс это мягко. Обычно я с ней так не разговаривал, но боль расшатала нервы. «Вряд ли послушается». С Анжеликой всегда лучше работал ласковый тон, чем приказной. Вопреки ожиданиям, она опустилась на пол и собралась в плотную массу, а множество глаз осторожно косилось в мою сторону. — Что с тобой? Обычно игривая Анжелика вела себя необычайно тихо. Может, обиделась на крик? Нет. Она умудрялась веселиться даже после выговора, так что причина была иной. — Хм? Присмотревшись, я заметил странность. Отростки Анжелики тянулись ко мне, словно железные опилки к магниту. «Моё тело притягивает её». Дело было не только в том, что раньше она была чертой. Независимо от собственной воли Анжелика втягивалась в меня. Так же, как Чаша Демонического бога поглощала силу демонов. — Неужели… Я посмотрел на неё. — Пока Чаша поглощала тебя, ты сама успела поглотить часть Чаши? В реликвии находилась остаточная воля, сильнее всего напоминавшая Барбатоса, поэтому она могла подчинять демонов. Если следовать этой логике… — Но если Чаша поглотит демона с более сильной остаточной волей, то уже демон начнёт поглощать Чашу. Разумеется, обычный демон не мог сопротивляться. Сила остаточной воли реликвии была огромна. — Понятно… Вероятно, сработал Колокол Безмолвной Ночи, находившийся внутри Анжелики. Он обладал мощной силой, отталкивавшей демоническую энергию. Анжелика начала поглощать ослабленную Чашу, а Колокол, истратив всю мощь, рассыпался в пыль. — Значит, ты вырвалась не потому, что Святой Меч тебя освободил. Чаша выбросила Анжелику прежде, чем та смогла полностью её высосать. — Так? Я спросил, не будучи уверенным в догадке. Анжелика молча моргнула. Откуда тебе знать? — Поэтому ты и растворялась в моих каналах. Черта «Истинный сосуд» превосходила реликвии Демонического бога. Поэтому часть Чаши, оказавшаяся в Анжелике, начала поглощаться моим телом. — Ужас. Ещё немного — и я бы просто умер? Как бы то ни было, причина стала ясна. — Хм. Но знание причины не давало решения. Моё тело было сосудом, а Анжелика превратилась почти в реликвию Демонического бога. Вернуть всё как раньше будет непросто. — …Убить её? Демон с силой, близкой к реликвии, опасен. С человеческой точки зрения оставлять его рядом неразумно. Проблема в том, что разум подсказывал такой выход, а тело совершенно не собиралось ему подчиняться. — А я считал себя рациональным человеком. Будь это правдой, я оставил бы Анжелику в монастыре. — Можно и отпустить тебя. От одной мысли о расставании нахлынула странная смесь чувств. Нынешняя Анжелика и без того сильно отличалась от обычных демонов. Я приучил её питаться обычной пищей и окружающей маной, а не людьми. Если выпустить в дикую природу, она, скорее всего, никому не навредит. — Значит, прощаемся… Анжелика начала судорожно сжиматься и расширяться. Похоже, она протестовала. — Не хочешь уходить? Она яростно затряслась. В многочисленных глазах проступила влага. — Эй, ты плачешь? Серьёзно? От абсурдности я едва не рассмеялся. ---------- Ослабление (1) — Хм. И что теперь делать? Я смотрел, как Анжелика свободно ползает по книжному шкафу, и размышлял вслух. Между моей чертой «Истинный сосуд» и осколками Чаши Демонического бога, поглощёнными Анжеликой, возникло взаимное притяжение. Оставлять всё как есть было нельзя. «Только я понятия не имею, что делать». Даже для человека, отлично знающего «Let’s Kill the Demon King Now», подобная ситуация была беспрецедентной. В конце концов… «Демон, получивший силу Чаши Демонического бога». К счастью, этот демон признавал меня хозяином, но в игре ничего подобного никогда не происходило. — Хм? Бульк. Бульк. Анжелика начала кружить возле меня. Чего ей нужно? Задавшись вопросом, я заметил, что многочисленные глаза выглядят вялыми. — Проголодалась? Анжелика моргнула, словно подтверждая. «Удивительно, что я её понимаю. Ещё удивительнее, что она понимает меня». Отложив странные ощущения, я задумался, чем её накормить. «Обычно ей хватает моей маны». Сейчас давать ману было невозможно. Я извлёк Анжелику из тела и полностью опустошил каналы. «Придётся кормить обычной пищей». К счастью, Анжелика питалась не только маной. Она могла переваривать еду и превращать её в энергию. Настоящая проблема была в другом. «Я вообще не чувствую ману внутри». Вероятно, потому что каналы полностью пусты. Чтобы извлечь Анжелику, я рискнул всем и выпустил из тела последнюю каплю маны. «Даже если попробую вызвать ауру…» Ничего. «Опасно». Лишь лишившись маны, я понял, насколько зависел от неё и ауры. Чтобы чувствовать окружение, сражаться и защищать тело, я всегда пользовался маной. Теперь её отсутствие ощущалось чудовищно остро. «Хм». Но я пережил в этом мире множество опасностей. Пусть меня и бросало из стороны в сторону, я всегда быстро брал себя в руки. «Что же делать?!» Приходил ли? «Без маны я даже Лунный Меч не использую!» Из глубины поднялась паника. «Я даже засаду не замечу!» Я мысленно начал считать, сколько раз на меня нападали исподтишка. Много. В конце концов, мало кто решился бы атаковать Джулиана в лоб. «Хорошо хоть с Орденом Рассвета разобрались». У Джулиана хватало врагов. Никакие добрые дела не могли стереть этот факт. «Сколько ждать восстановления?» Я сосредоточился на ядре. «Блять». Почему у этого тела настолько огромные каналы? Хотя ответ очевиден. По сравнению с другими уникальными аурами Лунный Меч пожирал ману безумными объёмами. Остальные техники расходовали её дозированно. Эта же будто открывала кран и выливала всё сразу. Именно поэтому обладала такой подавляющей режущей силой. «Минимум два дня отдыха, прежде чем я снова смогу использовать Лунный Меч». Бульк. Анжелика опять подползла и неловко зашевелилась. Она больше не прижималась к телу, как обычно. Похоже, поняла, что прикосновения причиняют мне боль, и теперь действовала осторожно. — Беспокоишься обо мне? Неужели она поняла мою тревогу из-за отсутствия маны? И это демон? — Гр-р. Анжелика отрицательно затряслась. А. Не сочувствовала. «Просто хотела есть». Я приказал дворецкому принести еду. В кабинет вкатили тележку, заставленную блюдами. — Подожди. Я остановил Анжелику прежде, чем она набросилась на пищу. Та сразу замерла. Мне нужно было убедиться, что после извлечения из тела она всё ещё точно выполняет приказы. Выполнила. — Теперь ешь. Хрум! Анжелика принялась уничтожать содержимое тележки. «Будто собаку завёл». Я взял кусок хлеба и положил в рот. «Так продолжаться не может. Нужен план». Пустые каналы восстановятся сами, так что это временно. Главная проблема — Анжелика. «Хм». Решения у меня не было, но я знал, где искать информацию. У северных колдунов, лучше всех изучивших демонов. Правда, найти такого человека в столице трудно. Разве что придворная прорицательница и ведьма Абигейл, постоянно кружащая возле императора. «Она вряд ли поможет». Да и признаваться, что выращиваю демона внутри тела, равносильно самоубийству. Незачем добровольно раскрывать слабость. «Ах». Есть ещё один человек. В столице действительно жил колдун, тесно связанный с Джулианом. «Милена». Его мать. Она давно умерла, и спросить напрямую невозможно. Но как колдунья Милена наверняка вела исследования. «Пусть даже не так активно, как на родине». Она использовала Камень души, чтобы спасти маленького Джулиана. Значит, продолжала заниматься колдовством и в столице. «Хм». Я жевал хлеб и размышлял. Вилла рода Крайпарт. На вилле, где жила Милена, могло что-то остаться. «Безопасно ли сейчас идти к Крайпартам?» Странно задаваться вопросом, можно ли посетить собственный дом, но для Джулиана Фрейсона это было рискованно. К тому же без маны опасность удваивалась. — Всё равно лучше немного двигаться, чем сидеть на месте. Недавно произошло слишком многое. В такие времена лучше не запираться в комнате, ожидая восстановления. Хотя бы чтобы не утонуть в лишних мыслях. — Хм. Во рту попалось что-то необычное — по вкусу и текстуре изюм. Значит, здесь его тоже добавляют в хлеб. Люди везде одинаковы. *** Добравшись до виллы Милены, я сразу начал обыск. После её смерти, похоже, ничего не трогали. Мебель и книги стояли на прежних местах. Время здесь будто остановилось. — …И это всё? Перечитав множество книг, я пробормотал с недоверием. Я не нашёл ни одного места, подходящего для исследований. Подозрительно выглядела только библиотека с бесчисленными полками. Но все книги были посвящены искусству. «Она читала их во время беременности?» Теперь ясно, от кого Джулиан унаследовал безумный художественный вкус. — Здесь и правда ничего нет. Полностью обыскав библиотеку, я вздохнул. Милена была колдуньей. Королевой Терний. Обладая выдающимися знаниями и силой ведьмы, она наверняка не прекращала исследования. Дребезг! Ножны затряслись. Точнее, внутри заворочалась Анжелика. — Сиди спокойно. Ей нельзя было касаться тела, поэтому я спрятал её в ножны. Я слегка толкнул их, но она продолжила извиваться. «Что с ней?» В этот момент я почувствовал присутствие за спиной. «Близко». Обычно я заметил бы человека с помощью маны, но сейчас её не было. «Враг?» По спине сразу потёк холодный пот. Я не мог даже провести обычное обнаружение, не говоря уже о Лунном Мече; без преувеличения, моя боевая сила упала вдвое. «Блять». Надо было сидеть дома! Пока я сожалел, незнакомцы приближались. — Здесь всегда так чисто. Даже чище, чем в главном доме. — Звучит так, будто ты обвиняешь меня в пренебрежении главным домом, Эхар. — Как вы догадались? Стоило бы уделять ему больше внимания, Обен… Хм? Дверь библиотеки открыта. К счастью, это были не враги. — …Джулиан? В библиотеке я столкнулся со старым рыцарем Эхаром и главой рода, которому он служил, — Обеном Крайпартом. Тук! Я вернул книгу на полку и сразу развернулся к выходу. Проклятые дрожащие руки. Джулиан так ненавидел отца, что тело реагировало само. — Что ты здесь делал? Когда я попытался быстро уйти, Эхар преградил путь. Его реакция была естественной: как рыцарь, он имел право спросить, зачем человек, покинувший род, пришёл на виллу. — Мне требуется разрешение господина Эхара, чтобы войти в собственный дом? Я ответил как подобает Джулиану. — …Собственный дом? Сильнее всех отреагировал Обен. — Именно. Это твой дом, Джулиан. Он принадлежит тебе. Обен обрадовался, а во мне вспыхнул гнев. — Может, после стольких лет пообедаем вместе? Я уже собирался уйти, но Обен попытался задержать. — Простите, но мне нужно кое-что найти. Я сразу отказался. Отделив Анжелику, я искал способ снова вместить её в тело. Возможно, решение находилось среди трудов Милены. Хотя от обеда я отказался бы и без этого. — Это связано с Миленой? Будто прочитав мысли, Обен произнёс её имя. Меня раздражало само его право говорить о ней, но сейчас важнее было другое. — Да. — Я знаю об этом. — Но я ещё не сказал, что ищу, господин Обен. — Всё равно знаю. Я знаю всё, что связано с Миленой. На его лице появилась странная тоска. Я мысленно цокнул языком. Ах. Следующая фраза наверняка заставит Джулиана ударить его. — Потому что я любил её. Тупой удар! Как и ожидалось, инстинкты Джулиана отправили кулак ему в лицо. Я так и знал! ---------- Ослабление (2) Орнн Крайпарт. Отношения прежнего главы рода Крайпарт с его сыном Обеном, нынешним главой, нельзя было назвать близкими. Но и особенно плохими они не были — обычная для дворян прохлада. Всё изменилось после того, как Обен женился на колдунье Милене, происходившей из варварской земли — Северного континента. — Об этом знает каждый житель Империи. Императорский маг Хеммель, один из Трёх Цветов, носивший прозвище Синий, с неудовольствием посмотрел на величественного старика перед собой. Орнн Крайпарт. Бывший глава рыцарского рода лично пришёл к действующему императорскому магу. Хеммель примерно понимал причину, но всё же решил прощупать его намерения. — Зачем вы пришли, господин Орнн? Принято считать, что рыцари и маги не ладят. Красивый миф, которым любят развлекаться люди, хотя отдельные рыцари и маги действительно конфликтовали. На вершине иерархии все прекрасно понимали друг друга. Особенно такие значимые фигуры, как Три Цвета. Рыцари стремились к чести. Маги — к исследованиям. Им было выгоднее соперничать, продолжая сотрудничать, чем уничтожать друг друга. — Мне нужна услуга. Орнн смотрел сурово. Он был моложе Чистого Флюгеля, но давно достиг возраста, когда следовало отойти от дел. И всё же исходившее от него давление превосходило то, что могли внушить обычные дворяне. — Услуга? Нас кое-что связывает, поэтому я выслушаю. Но заранее предупреждаю: могу отказаться. Хеммель сохранял уважительный тон. Магу было опасно впадать в немилость Совета дворян. Магическая башня находилась под надзором короны, но финансировалась не только ею. — Это связано с Джулианом? Хеммель поправил одежду и приготовился слушать внимательнее. Лицо Орнна исказилось. По его лицу было видно: любого, кто снова произнесёт это имя, он готов разорвать на части. «Разумеется». Хеммель и так догадывался. «Смерть Святого Меча вызвала переполох в столице. Было нетрудно предположить, что визит Орнна в башню связан с этим». — С вашей магией не составит труда сделать смерть Джулиана несчастным случаем. — Верно. Хеммель кивнул. — Чего вы хотите взамен? Убийство Джулиана несло огромный риск, но если награда перевесит опасность, маг не станет отказываться. Орнн понимал это и сразу спросил цену, показывая готовность отдать почти всё. — Тогда я хочу голову Флюгеля. — Флюгеля?.. Чистый Флюгель. Самый старый и мудрый из императорских магов. Сейчас он посвятил себя обучению учеников, пытаясь помочь им достичь следующей ступени. Хеммель никогда не любил этого чудаковатого старика. Однако заслуги Флюгеля оставались недостижимыми для обычных магов. Титул сильнейшего мага Империи неизменно принадлежал ему, а проживший больше века Флюгель не собирался уходить на покой. — Кхм… Хеммель коротко выдохнул. «Он знает, что задача невыполнима». Хеммель ненавидел Флюгеля, но признавал силу. Маг, проживший больше ста лет. Мудрец среди мудрецов. Такого исполина невозможно свалить человеческими руками раньше срока. «Убить Джулиана почти столь же невозможно». Хеммель ставил их примерно на один уровень. Джулиан обладал невообразимым мастерством в столь молодом возрасте, и его даже называли следующим Святым Мечом. «Он потребовал голову Флюгеля именно потому, что знает: Орнн не сможет её принести». Это был вежливый отказ, замаскированный под цену. — Подождите. Орнн с мрачным видом коснулся кольца на руке. «Магический инструмент». В него была встроена магия связи. — Это возможно? — спросил Орнн. Кольцо слабо засветилось. — После смерти Святого Меча больше нет нужды скрываться. Убийство Флюгеля не нарушает ограничений. Думаю, это возможно, — ответил женский голос. Хеммель уже слышал его раньше. — Этот голос… Не может быть… Удивление было естественным. Если догадка верна, говорила одна из уцелевших представительниц Севера — народа, который Орнн презирал. Орнн криво улыбнулся. — Именно. Ведьма. *** Я разглядывал собственный кулак. На костяшках виднелась кровь Обена. Я перевёл взгляд на него. Обен Крайпарт. После удара он отлетел назад. — Ух… Ух… Обен лежал на полу с окровавленным ртом и медленно повернул голову — не ко мне, а к своему рыцарю Эхару. На лице будто было написано: «Почему не остановил?» — Разве вы прежде не говорили, что не будете возражать, если Джулиан ударит вас? — сухо напомнил Эхар. От этих слов я едва не обрадовался. Ого. Значит, можно ударить ещё? «Успокойся, идиот!» Кулаки задрожали. Если бы я не сдерживал тело, уже забил бы Обена до полусмерти. — Д-да, говорил. Конечно, говорил. Он вытер кровь, отряхнул одежду и поднялся. Я посмотрел на сжатую руку. Удар был достаточно сильным, чтобы обычный человек потерял сознание. Но Обен остался на ногах. Как и полагалось главе рода Крайпарт, он тренировался. — Теперь полегчало, Джулиан? — Вы готовы ждать, пока мне действительно полегчает? — Нет… То есть не совсем. Я могу умереть. Обен запнулся. В такие моменты он почему-то становился похож на Геранда. — Раньше вы также говорили, что не возражаете против смерти, господин Обен, — вставил Эхар. — Эхар, ты вообще на чьей стороне? — Всегда на вашей. Я лишь уважаю слова прежнего господина Обена. — Блять. Опять твоя бессмыслица. Они знали друг друга настолько давно, что Эхар говорил с Обеном почти как друг, а не подчинённый. И всё же… «Какая сильная жажда убийства». Несмотря на расслабленный тон, от Эхара исходило внушительное давление. Он не остановил первый удар, но явно был недоволен моим поведением. «…Хм». В бою я, вероятно, проиграю. Особенно сейчас, без маны. — Вернёмся к вопросу, который вы задали раньше. К обеду. — Я хочу услышать больше о Милене. — Конечно. Что именно? — Я слышал, что она пришла с Севера. — Ах. Обен коротко кивнул. Похоже, его огорчило, что я не назвал Милену матерью. — Да. Я встретил её, когда служил на Северном Полюсе как член рода Крайпарт. Взгляд снова стал тоскливым. Вот опять. Лично мне всё равно, но Джулиан внутри начал раздражаться. — Мы отправились уничтожить варварский форпост и попали в метель. Метель? Кажется, я догадываюсь, чьих рук это дело. — Буря сбросила меня в ущелье. Повезло выжить. — Кровь не останавливалась, тело дрожало от холода, температура падала. Понятно. — Тогда она появилась. — Милена. — Да. Посреди лютой зимы она пришла ко мне словно весна. Снова это выражение. Но теперь подозрения в том, что Милена была настоящей колдуньей, лишь усилились. Одно то, что она свободно передвигалась в подобной метели, многое доказывало. «Это совсем другое». Я много раз слышал титул Королевы Терний, но услышать живого свидетеля — совсем другое. — Так я влюбился. Пока служил на Северном Полюсе, постоянно искал её и пытался ухаживать… — Я понял. Понял. — Хм? Не хочешь дослушать? А что ещё слушать? — Жаль. Я собирался рассказать о кольце, защищающем от холода, которое она мне подарила. Кольцо, способное защитить от мороза. Наверное, обычный магический инструмент… — Кольцо, полностью защищающее от холода? Я напрягся. Такое кольцо не могло быть обычным инструментом. — Да. Настоящее чудо. С ним я не чувствовал даже сильнейшего мороза. Обен достал из пальто маленькую коробочку. — Милена подарила его мне. В такую погоду оно не нужно, поэтому я хранил в футляре. Щёлк! Крышка открылась. Внутри лежала реликвия. «…Кольцо снежного кролика». То самое, которое я искал во время поездки в Северный Дозор. Кольцо Калдраха де Адратана было подделкой, созданной зимней ведьмой Абишей из Леса Метелей. «А это не копия». Настоящая святая реликвия, наполненная подлинной силой чуда. ---------- Искажение (1) Изначально реликвиями владели лишь немногие персонажи и семьи: род Хайникс, унаследовавший кровь дракона, или род Годрихт, державший в руках высшее общество. Но во всех этих случаях реликвия изначально принадлежала конкретному человеку или роду. «А вот Кольцо снежного кролика…» В игре его можно было приобрести лишь в лавке украшений «Северный дозор». Причём даже продавец не знал, что держит у себя реликвию, поэтому купить её мог только тот, кто заранее был знаком с содержанием игры. «Как?» Нет, стоило спросить об этом Калдраха ещё тогда. Чтобы создать поддельное Кольцо снежного кролика, им требовался оригинал. Откуда они вообще знали, как он выглядит и какими свойствами обладает? «Говорили, что копию изготовила Абиша, Ведьма Леса Метелей». Значит, ей доводилось видеть настоящую реликвию. Возможно, она заметила её у Милены и уже по ней создала копию. «Тогда как Милена раздобыла кольцо?» Она должна была заранее знать, где его искать. «Кем она вообще была?!» Пусть так говорить о собственной матери и странно, но Милена оставалась для меня сплошной загадкой. — Ладно, возьми его, Джулиан. Пока я перебирал мысли, Обен подошёл и протянул коробочку с Кольцом снежного кролика, попытавшись вложить её мне в руку. Я инстинктивно отступил: тело Джулиана само отвергало прикосновение отца. — Да бери, ничего плохого я тебе не предлагаю! Несмотря на сопротивление тела, я всё же принял коробочку. «Кольцо снежного кролика». Реликвия наконец оказалась у меня. Во время поездки на Северный фронт я так и не смог её получить. «События всё-таки возвращаются в положенное русло?» Смерть Святого Меча. И «игрок», получивший кольцо. — Оно и правда нужнее тебе, чем мне. С этим спорить было трудно. — Хм? Едва мои пальцы коснулись кольца, я почувствовал странное колебание. Хотя пользоваться маной я пока не мог, определённые изменения всё ещё ощущались. «На нём наложено ещё одно колдовство». Опираясь на свои скромные познания, я начал разбирать структуру заклятия, выгравированного на Кольце снежного кролика. «Эта реликвия — ключ». Скорее всего, к месту, где Милена занималась колдовскими исследованиями. По связи, тянувшейся от кольца, я даже примерно определил нужное направление. «Обен ничего не чувствует?» Я украдкой посмотрел на него. Судя по лицу, он совершенно не замечал колдовства внутри кольца. «Тут дело не в навыках управления маной, а в знании самого колдовства». Тем лучше. Больше расспрашивать Обена о Милене не придётся. — Эй, Джулиан, ты куда? Когда я развернулся к выходу, Обен растерянно окликнул меня. — Похоже, дальнейшие расспросы не принесут пользы, господин Обен. — Тогда хотя бы пообедай со мной… — Хм. Я собирался сразу отказать, но после полученной реликвии это выглядело бы уже совсем невежливо. — Отложим до следующего раза. Разумеется, не сейчас. Когда-нибудь потом. Возможно, такой день действительно наступит. *** — Был бы ты добрее с ним до того, как он вырос, ничего этого не случилось бы. Провожая Джулиана взглядом, Эхар высказал своё мнение. Обен лишь криво усмехнулся. — Тогда я даже смотреть на него не мог. Слишком уж он напоминал Милену. Сказав это с привычной тоской, Обен заметил выражение лица Эхара и мысленно цокнул языком. Старый рыцарь и в преклонном возрасте оставался крепок, а дома его ждала счастливая семья, поэтому романтических страданий господина он совершенно не разделял. — Если госпожа Силиона услышит такое, ей будет больно. — Я уже говорил: наш брак с Силионой был политическим. — Но семью вы всё-таки создали. Эхар тоже женился не по великой любви, однако после рождения детей осознал ценность семьи. Обен же никогда не проявлял к своим близким особой привязанности. Неудивительно, что старому рыцарю эта черта не нравилась. — Сегодня ты особенно старательно меня отчитываешь. — Я говорю то же, что и всегда. Просто сегодня повторил ещё раз. — Хаа… Обен тяжело вздохнул, а затем посмотрел на Эхара. — Что ты думаешь? — О чём? — О Джулиане. — Он выдающийся мечник. — И всё? — Всё. Эхара не волновало, что Джулиан был учеником Святого Меча или сыном его господина. — Я часто думаю назначить Джулиана своим преемником. После этих спокойных, но весомых слов Эхар демонстративно прочистил ухо. — Похоже, я ослышался, господин Обен. — Нет, ты всё услышал правильно. — Вы ведь моложе меня. Не рановато ли впадать в старческий маразм? — Нет, сначала выслушай. Эхар раздражённо посмотрел на него, хотя и без объяснений прекрасно понимал, насколько безумно звучало это предложение. — Род Крайпарт всегда пользовался уважением среди рыцарей. Но кто, кроме Джулиана, добился настоящих успехов в фехтовании? — Есть Джошуа. — Джошуа ещё слишком молод. — Хаа… Услышав твёрдый ответ, Эхар вздохнул. Он уже понял, что переубедить Обена не получится. — Джулиан всё равно не согласится. Да и господин Орнн с госпожой Силионой не станут спокойно наблюдать. — Это… правда. — Но! Эхар резко оборвал Обена. — При его мастерстве нет ничего странного в том, чтобы сделать Джулиана главой рода. — О? Обен удивился. Эхар никогда особенно не любил Джулиана, так откуда взялась столь высокая оценка? — Разве он тебе не нравился? Обен самодовольно усмехнулся, но Эхар вместо ответа развернулся и пошёл вперёд. Причина, по которой он изменил мнение, была проста. «Я не почувствовал в теле Джулиана ни капли маны». Эхар шёл путём меча дольше, чем сам Святой Меч, и умел замечать подобные вещи. «Есть лишь две причины, по которым от человека не ощущается мана». Либо её в нём совсем нет. Либо его управление маной достигло запредельной ступени. Во втором случае тело настолько сливается с природой, что присутствие маны становится невозможно обнаружить. «После смерти Святого Меча он поднялся ещё выше?» Именно поэтому Эхар не сводил с Джулиана настороженного взгляда и невольно покрывался холодным потом. В схватке с человеком, чью ману невозможно почувствовать, атаку не удастся предугадать. — Он превратился в чудовище… Старый рыцарь тихо восхитился его мнимым мастерством. *** — Фух. К счастью, от Эхара лишь исходило убийственное намерение — нападать он не собирался. — Это было по-настоящему страшно. Совсем иной страх, нежели прежде. Если сравнивать, ощущение напоминало хоррор: с оружием в руках ещё можно держаться, а вот бродить с одним бесполезным факелом, не имея возможности сопротивляться, до жути неприятно. — Фух. К счастью, этот хоррор закончился. С облегчением выдохнув, я проследил за колдовской связью, исходившей от Кольца снежного кролика. — Видимо, если прийти с кольцом в нужное место, оно откроет дверь. Место находилось недалеко — к западу от столицы. — Похоже, возле озера Тарнан. Одной из знаменитых природных достопримечательностей Империи. Оно располагалось относительно близко к столице. — Значит, Милена не всё время сидела взаперти на вилле. Для женщины, которую называли Королевой Терний, затворничество и правда звучало неподходяще. — В любом случае придётся туда съездить. Чем именно она там занималась, меня почти не интересовало. Сейчас куда важнее было решить проблему с Анжеликой. — Гр-р… Словно услышав мои мысли, спрятанная в ножнах Анжелика заёрзала. — Тебе тоже тесно внутри? — Гр-р. Ножны снова задрожали, будто подтверждая её слова. Из-за странной связи между сосудом и Чашей Демонического бога мне необходимо было как можно скорее найти решение. — Хорошо, отправляемся. Дорога займёт всего несколько часов. Расстояние было небольшим: не требовалось ни нанимать карету, ни готовиться к ночёвке. Хватит хорошей лошади. *** — Джулиан взял лошадь и покинул столицу. Хеммель, один из Трёх Цветов, в отличие от прочих магов с цветными титулами держал множество учеников. Услышав доклад одного из них, он задумчиво поднёс руку к подбородку. — Покинул столицу… В конце концов Хеммель принял предложение Орнна. Если тот сумеет устранить Флюгеля, путь к званию Мудреца будет открыт, но дурное предчувствие всё равно не отпускало. — Значит, даже госпожа Абигейл наконец начала действовать открыто. Голос, прозвучавший из магического кольца Орнна, без сомнения принадлежал императорской прорицательнице Абигейл. То, что женщина, обычно плетущая интриги из тени, выступила настолько прямо, о многом говорило. — Когда такая заметная фигура, как Святой Меч, исчезла, все чудовища, которых Империя удерживала взаперти, начали выползать наружу. Неприятная ситуация. Хеммель вновь посмотрел на докладывавшего ученика. — Куда он направился? — На запад. — На запад? Что ему там понадобилось? — Мне неизвестно… Пока ученик мялся, Хеммель погрузился в размышления. — Странно. Его беспокоило не само направление и даже не причина отъезда. — Как он не заметил? Джулиан с его уровнем должен был обнаружить наблюдение за маной даже на большом расстоянии. В Магической башне не раз ходили слухи о его выдающемся умении управлять маной. Причина, по которой Хеммель велел ученику следить за Джулианом, была проста. «Заманить его в эту сторону». Одно дело — выйти поохотиться самому, и совсем другое — заставить добычу добровольно прийти в нужное место. Этот маршрут выбрали именно потому, что он был относительно безопасен, однако Джулиан никак не отреагировал. — Он действительно не заметил слежку? Или же… — Джулиан сам заманивает нас? Вариантов было всего два. Если верен второй, Хеммель рисковал угодить в опасность. Любой здравомыслящий маг предпочёл бы избежать даже малейшего риска. — Но это интересно. Хеммель был большим чудаком. — Что будем делать, учитель? — Что ещё? Пойдём за ним. В нём жила почти неуместная для мага жажда соперничества. ---------- Искажение (2) Я покинул столицу и направился на запад. До места назначения — озера Тарнан — добрался довольно быстро. Оно не зря считалось одной из красивейших достопримечательностей Империи. Чистейшая голубая вода восхищала с первого взгляда, а в лучах заходящего солнца становилась ещё ярче и глубже. Вокруг озера густо росли сосны и дубы, а зелёные холмы были усыпаны нежными цветами. Красота природы и спокойная атмосфера делали это место идеальным для отдыха, поэтому здесь то и дело встречались люди, приехавшие полюбоваться пейзажем. Но я прибыл не для того, чтобы писать восторженные заметки о природе. — Где-то здесь. Я искал тайное место, в котором Милена спрятала результаты своих исследований. Мне нужен был хоть какой-то намёк, который помог бы понять природу «сосуда» и вернуть Анжелику в прежнее состояние. Именно Милена превратила Джулиана в сосуд. Какими бы ни были её намерения, это оставалось фактом, а понимание её метода могло помочь разобраться с нынешним явлением. — Хм. Перед тем как продолжить, я ещё раз оглядел озеро Тарнан. Красиво, но будто чего-то не хватает. Возможно, немного нежно-розового оттенка сделало бы вид завершённее. — Я совсем спятил? Ещё немного — и я бы начал вслух повторять «розовый». Безумная мысль. Продираясь сквозь кустарник, я достал полученное от Обена Кольцо снежного кролика. Следуя за оставленными на нём следами колдовства, я вышел на небольшую поляну. «Здесь». На первый взгляд место буквально кричало: «Тут что-то спрятано!» Однако понять, что именно здесь спрятано, я не мог. Будь у меня мана, возможно, удалось бы отыскать механизм, но сейчас все мои каналы оставались пусты. «Где срабатывает заклятие?» Держа кольцо в коробочке, я медленно двинулся к центру поляны. Вокруг сразу закружилась странная энергия. — Гр-р-р-р! Анжелика внутри ножен задрожала, предупреждая об опасности, и из-под земли донёсся громкий гул. «Открывается». Мана исчезла, но черты остались при мне. Обострённое чутьё мгновенно предупредило о движении под ногами. Готовясь к любому исходу, я отступил. Земля начала трескаться, и из-под неё показалась лестница. Настоящий вход в «подземелье». «…Милена». В очередной раз стало ясно, от кого Джулиан унаследовал тягу ко всему вычурному. «Обязательно было оформлять всё именно так?» Если бы её волновала эффективность, вход не украшали бы настолько вычурные узоры и орнаменты. «Хотя он находится недалеко от виллы Крайпарт». И всё же постоянно ездить сюда было бы неудобно. — Хм? Когда я начал спускаться, узоры на стенах слабо засветились, отзываясь на Кольцо снежного кролика. Похоже, сооружение было устроено так, чтобы сила внутри пробуждалась при появлении владельца кольца. «Этому месту очень много лет». Я ещё ничего толком не осмотрел, но оформление совсем не соответствовало современным стилям. Похоже, подземелье построили задолго до встречи Милены и Обена. Размышляя об этом, я спустился до конца и оказался на ещё одной просторной площадке. В дальней стене находилась массивная каменная дверь. «Страж». Перед ней ожидал охранник. «Я пришёл решить проблему сосуда и Анжелики, а всё выглядит слишком торжественно. Вопросов становится только больше». Что здесь делали? И каким образом Милена получила доступ к этому месту? «Ответы, вероятно, найдутся глубже». Но сперва требовалось разобраться со стражем. «Голем». Разумеется, в «Let’s Kill the Demon King Now» существовали големы. В общем смысле так называли любую боевую конструкцию, созданную при помощи маны. Однако передо мной стоял голем особого типа. «Контрмерный голем». Он оставался неподвижным, пока не появлялся противник, после чего поглощал его ману и активировался. «Пока голем не пробудится, каменная дверь не откроется». Для тех, кто находился внутри, он служил часовым на случай вторжения. Для чужаков становился преградой, которую требовалось уничтожить, а для хозяев — частью механизма двери. «…Блять». Разобравшись в устройстве, я мысленно выругался. У меня имелся «ключ», поэтому голем не считал меня нарушителем и не нападал. Но именно поэтому я не мог пройти дальше. «Ему нужна мана». Каменная дверь открывалась только после активации голема, а мне нечем было его запитать. Конечно, тело Джулиана, вероятно, позволило бы силой выломать створки даже без маны. Вот только последствия такого решения предсказать невозможно. «Но прямой путь всё равно кажется лучшим». Не каждую проблему можно решить грубой силой. Но большинство — можно. Др-р-р! Словно отвечая на моё решение, Анжелика вновь задрожала в ножнах. «Стоп». На этот раз она не соглашалась, а предупреждала. Кто-то приближался. «Здесь есть ещё люди?» Обычные туристы в тайный проход не спустились бы. Значит… «Преследователи». Они шли за мной от самой столицы. «Тц». Будь у меня мана, я бы заметил слежку заранее. А раз эти люди осмелились преследовать самого Джулиана, их навыки наверняка были достаточно высоки. Даже в нормальном состоянии бой обещал быть трудным. «Если сейчас поднимусь, почти наверняка столкнусь с ними на лестнице…» Оставалось найти укрытие. Оглядевшись, я заметил углубление, густо заросшее ветвями и лозами. «Там получится спрятаться». Я быстро раздвинул растительность и протиснулся внутрь. Пространства оказалось достаточно, чтобы полностью скрыть человека. «Пришли». Едва я устроился, по лестнице застучали шаги. *** — Что это…? Добравшись до озера Тарнан, Хеммель продолжил идти по следу Джулиана и вскоре обнаружил ведущую под землю лестницу и площадку, усыпанную камнями. — Куда исчез Джулиан? Место мага почти не интересовало. Его волновал человек, чей след внезапно оборвался. Хеммель повернулся к ученику, лицо которого почти полностью скрывала ткань. — След Джулиана пропал здесь… Кх! Тук! Хеммель ударил ученика посохом. — Номер Четыре, ты бесполезен. Я велел следить за маной Джулиана, даже если он исчезнет с лица мира. — Прошу прощения… На ткани проступила кровь, но Хеммель уже потерял к нему интерес и осматривал поляну. Тогда его взгляд остановился на големе. «Колдовство». Разновидность магии, которой пользовались северные варвары. Её устройство сильно отличалось от принятой на континенте системы, но Хеммель почти сразу разобрался в структуре. «Раз используется мана, принцип всё равно един». Осмотревшись ещё немного, он пришёл к выводу. «Конструкция поглощает ману приблизившегося к двери человека и за её счёт пробуждает стража». Разобрав механизм, Хеммель посмотрел на следовавших за ним учеников. — Номер Три. — Да, учитель. — Я учил тебя магии воды для воздействия на нервы и ослабления восприятия? — Всё верно. Хеммель задумчиво погладил подбородок. «Здесь эти способности бесполезны». Разобравшись с механизмом, он указал посохом на каменную дверь. — Иди и открой её. — Что…? — Вперёд. Номер Три испуганно замер, но под властным взглядом учителя всё же подошёл к двери. Стоило ему приблизиться, как вокруг тела заструился мягкий свет. — А-а-а-а-а! Как и ожидал Хеммель, голем начал высасывать ману нарушителя. Грохот! Разбросанные по площадке камни собрались вместе, принимая человекоподобную форму. — Разве варварское колдовство способно сравниться с историей нашей великой Империи? Хеммель взмахнул посохом. С наконечника вытекла серебристая ртуть и обволокла голема. Ш-ш-ш-ш! Конструкция задрожала с шипением. Магия Хеммеля перехватила управление, заставив голема открыть дверь. Каменные створки с тяжёлым скрежетом разошлись. Затем ртуть без остановки разорвала голема на части. — Жалкая поделка. — Номер Три! — Ты жив?! Путь открылся, но ученики не спешили двигаться. Хеммель раздражённо нахмурился. — От него осталась лишь пустая оболочка. Маны в нём больше нет. — Н-но, учитель, в таком состоянии он может действительно… — Идите впереди. Повторять не стану. Лишившись маны, ученик превратился для него в бесполезный груз. Хеммель не произнёс этого вслух, однако остальные прекрасно поняли и неохотно двинулись дальше. «Раз Джулиан знал об этом тайном месте, он наверняка вошёл первым». В отличие от них, Джулиан не был нарушителем. «Что полукровке понадобилось здесь?» Сохраняя подозрения, Хеммель прошёл за дверь. *** Дождавшись, пока шаги стихнут, я выбрался из укрытия и мысленно цокнул языком. Хеммель Дегринд, один из Трёх Цветов, маг воды шестого ранга Либра, преследовал меня — и на дружескую беседу это не походило. «…Орнн, старый ублюдок?» Скорее всего, он. Единственным человеком из Совета дворян, который был связан с Хеммелем и открыто меня ненавидел, оставался Орнн. «Но даже чудак Хеммель должен уметь оценивать риски». Возможно, кто-то другой предложил ему награду, действительно стоившую риска. «Неприятно». Сейчас важнее было не гадать о заказчике, а решать, что делать с уже прошедшим внутрь Хеммелем. «Без маны я не справлюсь с магом его уровня». К тому же он привёл учеников. Для Хеммеля Дегринда они не были настоящими учениками, как Майер для Флюгеля. В его глазах ученики были… «Расходными рабами». Или батареями, пополняющими запас маны, а то и одноразовыми свитками, которые не жалко израсходовать. То, что он взял их с собой, означало лишь одно. «Он действительно пришёл убить меня». Ситуация становилась всё более мерзкой. Можно дождаться, пока Хеммель уйдёт, или пока восстановится моя мана. «Но неизвестно, что он сделает внутри». Маг шестого ранга наверняка сумеет проникнуть в лабораторию Милены без особых проблем. «Блять». Что делать? — Хм? Пока я колебался, взгляд упал на лежавшего неподалёку ученика Хеммеля. ---------- Искажение (3) Как бы ни сложились обстоятельства, позволить Хеммелю первым добраться до цели я не мог. С его навыками обойти ловушки и найти спрятанное внутри не составит труда. Если оставить его без присмотра, он может сжечь всё, что связано с Миленой, и тогда мне придётся до конца жизни таскать Анжелику в ножнах. — Всё становится всё противнее. И именно сейчас я угодил в такую ситуацию — да ещё и без маны. Я прекрасно понимал, насколько глупо добровольно лезть в опасность. И всё же ноги уже несли меня к каменным воротам, ведущим, судя по всему, в лабораторию Милены. — Они недалеко? Впереди ощущалось присутствие нескольких людей, поэтому идти напролом не стоило. Зато неторопливую группу Хеммеля я нагнал довольно быстро. — …Почему это место находится возле озера Тарнан? По коридору разнёсся знакомый голос. Я выглянул из-за поворота и увидел пятерых людей, одновременно обернувшихся ко мне, — врагов, которых необходимо обезвредить. Без маны сражение обещало стать крайне тяжёлым. От одной мысли по спине пробежал холодный пот. «Но отсутствие маны можно превратить в преимущество». — …Номер Три? Раз от меня не исходила мана, распознать личность можно было лишь по внешности. К счастью, телосложение так называемого Номера Три почти совпадало с телосложением Джулиана. Его одежда сидела вполне прилично, хотя плечи и рукава немного жали. «А вот ткань на лице ужасно раздражает». Навязчивость Джулиана снова дала о себе знать. От неприятного ощущения внутри всё сжималось, но пока это можно было терпеть. — Я решил, что ты умер. Похоже, тебе повезло. Одетый в форму Номера Три, я осторожно кивнул приблизившемуся Хеммелю. — Да, мне повезло. Отвечая, я внимательно следил за реакцией мага и остальных. Стоило им заподозрить неладное и проявить враждебность, как я был готов ударить Хеммеля в шею. — Хм. К счастью, он не обратил внимания. Точнее, его совершенно не интересовал ни Номер Три, ни кто-либо из «учеников». — Номер Три, ты в порядке?! — Тебя не ранило? А вот остальные искренне обрадовались его возвращению и приблизились, чтобы осмотреть меня. — Со мной всё хорошо. Услышав вежливый ответ от человека в знакомой форме и с закрытым лицом, они растерянно замерли. «Блять…» Похоже, настоящий Номер Три не отличался хорошими манерами. Но что я мог сделать? «Вежливая речь сама лезет изо рта!» Будь лицо полностью закрыто маской, могла бы сработать черта Чёрного Рыцаря. Но обычная ткань её не запускала. — Что с тобой, Номер Три? — Простите, голова немного кружится… — А, понятно! Они с готовностью приняли оправдание. — Конечно, тебе плохо. — Ловушка высосала всю ману. — Неудивительно, что ты не в себе. К счастью, странность объяснили моим состоянием. Оставалось гадать, насколько грубо этот Номер Три разговаривал обычно. — Чем вы заняты? Впереди ничего не видно. Хеммель указал посохом на погружённый в кромешную тьму проход. — Кто-нибудь, идите впереди и освещайте путь. Иными словами: «Кто-нибудь, умрите вместо меня». Я не знал, что скрывалось дальше, но если там находилась ловушка вроде входной, разведчик мог лишиться жизни за секунду. — Номер Три, ступай. Хеммель выбрал меня на роль смертника. «Вот же психопат». Почему опять Номер Три? Он уже активировал ловушку у входа — можно было хотя бы дать ему передышку. «Что теперь?» Идти во тьму с одним факелом было слишком опасно. Кольцо снежного кролика служило ключом, но не гарантировало полной безопасности. «Сделать вид, что иду вперёд, а затем сбежать?» Я нащупал спрятанные под одеждой ножны. — Твои способности здесь бесполезны, поэтому… — У-учитель, я пойду! — Номер Два? Неожиданно вперёд выступил другой ученик. — Номер Три сейчас не в лучшем состоянии. У меня больше шансов выжить, поэтому логичнее отправить меня. — …Хм. Твоя способность и правда может пригодиться. — В случае опасности я лучше справлюсь с ситуацией. Хеммеля устроила такая решительность. — Хорошо, иди. Получив разрешение, Номер Два посмотрел на меня, словно предлагая остаться и отдохнуть. «Неловко». Всё-таки я их обманывал. Внутри невольно зашевелилась вина. Выполняя приказ, Номер Два пошёл во тьму с единственным факелом. Я видел множество подобных сцен. Сейчас обрушится потолок. Или из пола вылетят шипы. Если ловушек не будет, создатели этого места просто не выполнили свой долг по поддержанию атмосферы. — …Хм? Но ничего не произошло. — Странно. Хеммель тоже это заметил. — Я ощущаю ману, однако ни один механизм не срабатывает. Услышав о мане, я вспомнил о Кольце снежного кролика под одеждой. «Значит, ключ отключает ловушки». Знай я об этом заранее, возможно, вообще не стал бы смешиваться с их группой. — Возвращайся, Номер Два. По приказу Хеммеля ученик вернулся. — Спасибо. Я благодарно кивнул ему. — Не за что. Это естественно. Не говори так, приятель. Зачем ты заставляешь меня сочувствовать людям, которые пришли меня убить? — Мы должны выбраться отсюда живыми. У каждого из нас есть то, чего он хочет достичь. Я же сказал, прекрати! — …Этому пути нет конца? Когда стало казаться, что мы бесконечно кружим по одним и тем же коридорам, Хеммель наконец заговорил. — Как далеко успел уйти Джулиан? Мы преследуем его, но даже следов не видим. Я рядом с тобой, идиот. Фраза едва не сорвалась с языка, но я вовремя сдержался. — Это место крайне неприятно. — Вы что-то заметили, учитель? — Это убежище. Убежище? Неожиданная догадка заставила меня прислушаться. — В древности, ещё до появления современной магии, существовало колдовство. Поклонявшиеся демонам люди использовали это место как укрытие. Поклонявшиеся демонам? Сначала я подумал об Ордене Рассвета, однако его последователи поклонялись скорее силе Чаши Демонического бога. К тому же в упомянутую Хеммелем эпоху самого ордена ещё не существовало. «Понятно». Масштаб и правда был слишком велик: Милена не могла построить всё это в одиночку. Ей требовалось тайное место для исследований, и она просто приспособила уже существовавшее убежище. — Раз Джулиан пришёл сюда, значит, он связан с тем колдовством… Тук! Хеммель ударил шедшего впереди Номера Два посохом по лицу. — Смотри под ноги. Если отвлечёшься и случится несчастье, мне придётся разбираться с последствиями. — П-простите. Он обращался с ними как с вещами. Сам по себе этот факт меня почти не задевал, но после доброты, которую проявил Номер Два, я невольно ему посочувствовал. «Почему они вообще следуют за Хеммелем?» Сейчас не время об этом думать. — Развилка. Чуть дальше дорога разделилась надвое. — Номера Три и Четыре, идите в разные стороны и разведайте путь. — У-учитель! Перед очередной опасностью Номер Два снова вмешался. Кровь от удара всё ещё пачкала его лицо, однако он не колебался. — Может, лучше разделиться на пары? — На пары? — Да. Так мы быстрее осмотрим коридоры и повысим шансы выжить. — Хм. Хеммель немного подумал и кивнул. — Верно. Если все умрут, это доставит неудобства и мне. Его устроила такая логика. — Тогда Номер Два идёт с Номером Три. Номер Четыре — с Номером Пять. По его распоряжению мы с Номером Два свернули в левый коридор. Идти по тёмному проходу с одним факелом было страшно, но почему-то путь казался мне удивительно ясным. — …Как ты себя чувствуешь? Пока мы шли, Номер Два тихо заговорил. — Можешь не отвечать, если тебе плохо. Я пойду впереди. Если попадётся ловушка, у меня сейчас больше сил, чтобы с ней справиться. Время пришло. Когда голоса Хеммеля и остальных окончательно стихли, я упёр ножны ему в спину. — Хм? — Молчать. Он вздрогнул и попытался обернуться. — Повернёшься — умрёшь. Сухо предупредив его, я сорвал с пояса магический посох и отбросил в сторону. ---------- Искоренение зла (1) Почувствовав металл между лопаток, Номер Два окончательно убедился: всё пошло не так. Знакомый ему Номер Три никогда бы не поступил подобным образом. Значит, человек, прижавший металл к его спине, не мог быть Номером Три. Чтобы понять это, хватило нескольких мгновений. — …Где Номер Три? — Как вы думаете, что с ним случилось? Спокойный голос за спиной лишь усилил холодный пот, выступивший на коже Номера Два. — Вы сами увели меня отдельно… только чтобы спросить об этом? Он не мог не заметить подмену с самого начала. Другой голос, непривычно вежливая речь — настоящий Номер Три так не разговаривал. Именно поэтому Номер Два намеренно добился того, чтобы остаться с самозванцем наедине. Он хотел поговорить. — Значит, вы тоже заметили неладное при первой же беседе? Человек за спиной понял его замысел, хотя Номер Два старался скрыть подозрения даже от остальных учеников. — Так что с Номером Три? Он продолжал расспрашивать, потому что прежде всего хотел узнать именно это. — Он умер. Холодный ответ заставил Номера Два сжать кулак. Губы задрожали. — От вашей руки…? Ловушка лишила брата маны и оставила почти без сознания, но тот ещё был жив. Другое дело, если незнакомец прикончил его ради одежды и вещей. — Он умер раньше. Номер Два тяжело вдохнул. На него нахлынула вина: не затей он всё это, ничего бы не случилось. — Он ваш брат? С силой прикусив дрожащую губу, Номер Два кивнул. — Понимаю. Это прискорбно. Голос за спиной стал ниже. Затем ножны перестали давить между лопаток. Почувствовав свободу, Номер Два медленно обернулся. Перед ним действительно стоял преследуемый ими Джулиан. — Почему вы убрали меч? Джулиан пожал плечами. — Потому что вы не заслуживаете того, чтобы я направлял на вас клинок. Шутка была совершенно не смешной. Номер Два посмотрел на пояс Джулиана. Меч оставался в ножнах, хотя Джулиан полностью контролировал ситуацию. Одно неосторожное движение — и голова ученика слетит с плеч. — Разве вам не нужна расплата? Джулиан слабо улыбнулся. Номер Два не знал, всегда ли его лицо выглядело так, но неизменное спокойствие заставило невольно сглотнуть. — Разве не поэтому вы скрыли от остальных, что я не Номер Три? Это было правдой. — А для мести вам ведь потребуется посторонняя рука. И это тоже было правдой. По коже Номера Два побежали мурашки. Он думал, что сам заманил Джулиана для разговора, но на деле именно Джулиан создал эту ситуацию, чтобы использовать его. — Сколько… вы знаете? «Ученик» не мог причинить вред «учителю». Такое заклятие маг Хеммель наложил на каждого своего воспитанника. Как бы сильно они его ни ненавидели, даже палец поднять на него было невозможно. — Больше, чем вы. Загадочная улыбка. Уверенность Джулиана заставляла поверить, что он действительно знает намного больше. *** Для проверки двух ответвлений отправили Номера Два и Номера Три. Назад вернулся только Номер Два. Услышав его доклад, Хеммель удивлённо поднял брови. — Ты говоришь, что нашёл Джулиана? — Да, учитель. Джулиан вошёл сюда раньше них. Хеммель не понимал, откуда тот знал об этом похожем на подземелье месте, но связь была очевидна: чужак не сумел бы миновать входные ловушки. «Странно». И всё же в докладе Номера Два ощущалось что-то неправильное. Стоявшие перед Хеммелем люди были скорее живыми батареями, чем учениками в привычном смысле. «Учениками» он называл их лишь потому, что Магическая башня выделяла больше средств магам, готовившим многочисленных преемников. «Без денег я бы не стал тратить на них время». Поэтому Хеммель скупал сирот по всей стране, вживлял им собственные магические каналы и объявлял своими учениками. — Что случилось с Номером Три? — Номер Три… Номер Два ответил с горечью: — Попал в засаду Джулиана. — Бесполезный идиот. Бросив это, Хеммель поднялся и поправил посох. — Веди. Немедленно догоним его. — Мы не дождёмся Номеров Четыре и Пять? Тук! Раздражённый вопросом, Хеммель ударил Номера Два посохом в челюсть. — Если Джулиан уйдёт глубже, найти его станет труднее. Он цокнул языком, глядя, как ученик пошатнулся от боли. — К тому же он уже знает о погоне. Мы не можем давать ему время на подготовку. Самому Хеммелю место было незнакомо, но Джулиан мог знать его устройство. Внутри мог существовать запасной выход или удобная позиция для засады. — Номер Один, останься здесь. Если вернутся Номера Четыре и Пять, приведи их следом. — Да, учитель. — Чего стоишь, Номер Два? Веди. — Понял. Вытерев кровь с губ, ученик двинулся вперёд. Чем глубже Хеммель заходил в подземелье, тем сильнее его беспокоила одна странность, связанная с Джулианом. «Почему я не чувствую его ману?» Мана присутствовала и в живых существах, и в неживых предметах. У обычных людей или вещей могло не быть полноценных магических каналов, но канал был лишь органом, облегчавшим управление энергией. Опытному магу достаточно сосредоточиться, чтобы обнаружить ману почти в любой цели. «У Джулиана не может совсем не быть маны». Причин, по которым Хеммель не ощущал её, было лишь две: либо техника управления Джулиана намного превосходила его собственную, либо тот достиг состояния, которое невозможно постичь обычными методами. «…Оба варианта не имеют смысла». Хеммель был одним из Трёх Цветов и императорским магом. Выдающимся магом. Мысль о том, что чьё-то управление маной превосходит его собственное или выходит за пределы понимания, казалась абсурдной. — Там, учитель. Голос Номера Два вырвал Хеммеля из размышлений. В указанном направлении лежала непроглядная тьма. — Место без света. Хеммель взмахнул посохом, и над ним появился светящийся шар, слабо осветивший проход. — Хм? На полу лежал человек в особой ученической форме. По ней его легко было опознать. — Это Номер Три? — Похоже на то. Хеммель фыркнул и даже не задержал взгляд на теле. — Где Джулиан? — Нужно пройти немного дальше. — Хм. Маг тихо вздохнул. В этом коридоре Хеммель почувствовал на себе чей-то странный взгляд. — Номер Два. — Да? — Теперь иди впереди. Сказав это, Хеммель погасил светляк. Коридор вновь погрузился во тьму, и единственным ориентиром остался факел в руке Номера Два. — Понял. Ученик пошёл вперёд, а Хеммель последовал на некотором расстоянии. «Он даже не дрогнул при виде тела Номера Три». Подозрительно. Прямое предательство было невозможно: контракт запрещал «ученику» вредить «учителю». «Но привлечь постороннего он способен». Хеммель знал об этой лазейке. Он слегка взмахнул посохом, оставляя на полу тонкую дорожку серебристой жидкости. Достигнув вершины водной магии, Хеммель управлял ртутью как продолжением собственного тела и при необходимости делал её твёрже стали. — Пусть я и купил вас за деньги, но дал вам магию, которой иначе вы никогда бы не обучились. Цокнув языком при мысли об их неблагодарности, он направил посох на шедшего впереди Номера Два. — Вы и правда решили, что такой дешёвый трюк сработает? Ртуть рванулась к ученику. Но прежде чем коснуться его, изменила направление и ударила в пол. Туда, где лежал Номер Три. Хруст! С металлическим скрежетом тело и одежду разорвало в месиво. — Кх… Номер Два невольно дрогнул, и на губах Хеммеля появилась улыбка. — Спрятать Джулиана под видом трупа, а затем устроить засаду? Такие дешёвые уловки против меня не… Шорох. Почувствовав неладное, Хеммель резко посмотрел туда, где должен был скрываться Джулиан. Но вместо ошмётков плоти и крови во тьме парили… «Глаза?» Десятки глаз смотрели на него. Шорох превратился в издевательский смех. Из-за темноты невозможно было разобрать форму существа. Хеммель попытался снова зажечь свет. — Исчезло? Глаза пропали. Слева раздался смешок. Лязг! Хеммель метнул туда ртуть, но лишь рассёк воздух. Теперь смех прозвучал справа. — Блять. Ничего не видно. А чудовищные глаза продолжали следить. «Блять… Даже ману Джулиана невозможно почувствовать». Холодный пот стекал по спине. Хеммель не знал, когда и откуда последует удар, однако всё равно не решался применить светляк: заклинание сразу выдало бы его положение. — Джулиан. Изо всех сил изображая спокойствие, маг заговорил. — В этой тьме вы тоже ничего не видите, верно? Хеммель не знал, что это за чудовище, но был уверен: оно связано и с Номером Два, и с Джулианом. Существо казалось почти безмозглым, а значит, скорее всего, было связано с Джулианом и подчинялось ему. Нужно заставить его ответить и ударить ртутью на голос. — Хуху, господин Хеммель. Ответ прозвучал прямо перед лицом. — А-а-а-а-а! Хеммель в ужасе хлестнул ртутью, но снова ничего не задел. — Ха… ха… Страх начал захватывать разум. «К-как…» Джулиан действительно подобрался вплотную. «Неужели…» У него есть глаза, способные видеть сквозь абсолютную тьму? — Вы правы. Словно прочитав его мысли, голос вновь зазвучал из темноты. ---------- Искоренение зла (2) Чтобы точно определить положение цели во тьме, необходимы две вещи: превосходное управление маной и наличие маны у самой цели. Мана присутствовала во всём живом, поэтому человек, владевший нужной техникой, мог без труда отследить противника даже в темноте. — Где вы? Но Хеммель не мог «увидеть» Джулиана. — Где вы, чёрт возьми?! Из глубины его сознания поднялся первобытный страх. Страх перед ударом, который мог прийти когда угодно и откуда угодно. — Кх! Острое лезвие рассекло воздух и распороло бок Хеммеля. Меч Джулиана. — Как он понимает, где я нахожусь?! Стараясь не поддаваться панике, Хеммель метнул ртуть туда, откуда появился клинок, но снова ударил в пустоту. — Блять! Он выругался и всё-таки применил светляк. — Кр-р-р… Вместе со светом проявилось существо с множеством глаз. Сгусток чернильной тени, покрытый моргающими зрачками и источающий зловещую ауру демона. — Ч-ч-чудовище! Зрелище оказалось настолько кошмарным, что Хеммель невольно отшатнулся. Тяжело дыша, он поднял посох. — Кхе-хе-хе! По коридору прокатился жуткий смех. Свет позволил Хеммелю увидеть монстра, но теперь и монстр прекрасно видел его. — Угх! Маг взмахнул посохом. Собранная ртуть устремилась к демону. Хруст! Серебристая масса врезалась в тело, и десятки глаз болезненно дёрнулись. — Ха! Хеммель не понимал его эмоций, но по тому, как существо исказилось, стало ясно одно: ему было больно. — Значит, всего лишь жалкий демон! Даже рогов нет… Кх! Решив, что теперь легко добьёт противника, Хеммель внезапно ощутил в спине обжигающую боль, словно на неё плеснули расплавленным металлом. — Угх… Д-Джулиан! Скосив взгляд, он увидел улыбающегося Джулиана, вонзившего меч ему в спину. Хеммель немедленно попытался вернуть ртуть и контратаковать, но магия не отозвалась. — Кх…! — Вам необычайно повезло. Кто бы мог подумать, что один из Трёх Цветов настолько испугается? Клинок точно пробил магический канал. — Д-Джулиан…! — Прошу, не повторяйте моё имя так часто. Хеммель пытался терпеть боль и придумать ответный ход, однако прекрасно понимал: когда рыцарь, тем более Джулиан, оказался за спиной, сопротивляться уже невозможно. — Люди ещё подумают, будто мы близки, господин Хеммель. *** Успешно вонзив меч в спину Хеммеля, я мысленно выдохнул. «Фух». Без маны я тоже почти ничего не различал в темноте. Но над головами людей всё ещё виднелись цвета направленных на меня эмоций. Благодаря Цвету Негатива определить положение Хеммеля удалось и без поиска по мане. «Поэтому я специально напугал его». Яркий фиолетовый Цвет Страха отлично выделялся даже в кромешной тьме. — М-моя мана… Из-за повреждённого канала Хеммель не мог нормально направлять энергию. В его голосе слышалось неподдельное потрясение. Пусть моя собственная мана пока не восстановилась, расположение магических каналов от этого не изменилось. «У всех людей их число одинаково, если только они не обладают особым телосложением». Поэтому выбрать место для удара было нетрудно. — Как ощущения? Совсем не можете пользоваться маной? — Глупец… у меня есть другие способы! Хеммель резко взмахнул посохом. Похоже, он решил перенаправить ману, потому что в теле вновь забурлила энергия. — Угх! Я повернул клинок внутри канала. Хеммель застонал, а собравшаяся было ртуть бессильно стекла на пол. — К-как? — Перенаправить поток в главный меридиан, исключив повреждённый канал. Кто же этого не знает? Я тоже неплохо разбирался в подобных вещах. — Д-Джулиан… Осознав, что выхода нет, Хеммель заговорил почти умоляюще. — Пощадите. Разве вам не нужно узнать, зачем я пришёл за вами? — Мне уже известно. — Что? — Вы заключили сделку с Орнном. Хотя одного Орнна было бы недостаточно, чтобы вас заинтересовать. Возможно, за ним стоит кто-то ещё. — Кх… Реакция Хеммеля ясно показала, что я угадал. — Значит, так и есть? Подтверждений у меня не было, но он сам всё выдал. Хеммель нервно сглотнул. Мольбы не помогли. Загнанная в угол мышь решила укусить кошку. — А-а-а-а-а! С диким криком маг снова начал формировать заклинание. Хотя канал был перекрыт, он насильно выжимал из себя ману, и от перегрузки кровь хлынула из глаз, носа и ушей. Тук! Прежде чем заклинание завершилось, я рванул Лунный Меч вверх и оборвал его жизнь. — Фух. Я снова выдохнул. Без маны применять Лунный Меч было невозможно. Сам по себе клинок из лунного камня оставался довольно хрупким. «Но если он уже находится внутри тела, можно воспользоваться чужой маной». Рискованная догадка оказалась верной. — Анжелика. Убедившись, что Хеммель мёртв, я позвал её. Анжелика подползла, жалобно извиваясь, а в многочисленных глазах блестели слёзы. — Больно? Ртуть Хеммеля действительно причинила ей вред. Обычно я приказал бы Анжелике вернуться в мою тень, но проблема с соприкосновением ещё не исчезла. Поэтому я открыл ножны, и она поспешно забралась внутрь. — Учитель… Когда всё закончилось, ко мне подошёл Номер Два. Он ещё раз окликнул Хеммеля, но ответа не получил. От гнева его тело дрожало. Затем ученик поднял взгляд на меня, понимая, что теперь настала его очередь. Над головой проступил Цвет Страха. — Возвращайтесь. Я отпустил его сухим тоном. После того как собственными руками убил Святого Меча, смерть уже не вызывала прежнего потрясения. И всё же я по-прежнему хотел избегать ненужных убийств. К тому же эти люди не причинили мне вреда. — Заберите остальных и уходите. Я посмотрел в сторону пройденного коридора. Остальные ученики, похоже, поняли, что происходит во тьме, и ждали исхода боя неподалёку. — Спасибо. Поблагодарив меня, Номер Два направился к товарищам. — Когда-нибудь я верну этот долг… Он произнёс обещание, которое, вероятно, никогда не сможет исполнить. *** Держа Кольцо снежного кролика, я двинулся глубже в подземелье, следуя за оставленной на нём колдовской связью. Благодаря этому заблудиться было невозможно. — …Тупик? Так я думал, пока путь внезапно не оборвался глухой стеной. Возвращаться пришлось бы очень далеко. От одной мысли закружилась голова, но в этот момент кольцо слабо засветилось. Грохот! Каменная стена разошлась, открывая скрытый проход. — Хм. Значит, направление было верным. Я продолжил путь и вскоре добрался до конца. Увиденная картина заставила прикусить губу. — Что здесь произошло…? Место, к которому привело Кольцо снежного кролика, действительно оказалось лабораторией северных колдунов, изучавших демонов. Вокруг стояли приборы и установки, похожие на оборудование мастерской Айдена. Проблема заключалась в том, что всё было разрушено. — Кто это сделал…? Судя по состоянию, лабораторию разгромили много лет назад. Ничего ценного не сохранилось. Получалось, я проделал весь путь напрасно и не нашёл способа вернуть прежнюю связь с Анжеликой. — Вот теперь действительно неприятно. Бесполезные усилия разочаровывали, но подобное происходило не впервые. Куда хуже, что другого решения проблемы я не видел. — Это был единственный способ… Почувствовав приближение головной боли, я прижал пальцы к вискам. Др-р-р. В этот момент Анжелика выбралась из ножен. — Куда ты? Она не послушала и будто зачарованная поползла в глубину лаборатории. Что на неё нашло? Сразу после поглощения Чаши Демонического бога Анжелика ещё беспрекословно выполняла команды, а теперь… Я пошёл следом, чтобы вернуть её. — Ты что-то нашла? В темноте показался участок, на который через отверстие в потолке падал одинокий луч света. Сначала я решил, что Анжелику привлёк именно он. — Нет. Она смотрела не на свет, а на лежавший в освещённом круге массивный белый предмет. — Кость? Огромная кость, во много раз превосходившая человеческую. Постепенно я понял, чему она принадлежала. — Останки Демонического бога Барбатоса?! Останки того самого существа, чья воля рассеялась по континенту Розенда и породила бедствие, называемое демонами. ---------- Зловещая воля (1) Демонический бог Барбатос. Одного этого имени хватало, чтобы некоторые люди задрожали, и их страх был понятен. В далёком прошлом Барбатос был королём всех демонов, и для его уничтожения потребовались жизни множества героев и гибель целых государств. Даже после смерти останки продолжали проклинать землю, распространяя по миру бедствие, известное как демоны. «Почему они здесь…?» Барбатос погиб на крайнем севере, и его останки должны были находиться там. «К счастью, это не всё тело». Не уверен, что слово «к счастью» здесь уместно, но передо мной лежал лишь гигантский череп демона. Огромный череп с очертаниями козлиной головы — воплощение привычного образа нечисти. Я медленно приблизился. — Гр-р-р… Увидев череп Демонического бога, Анжелика предупреждающе заворчала, словно просила не подходить. Я проигнорировал её и продолжил движение. ▶ Черта «Истинный сосуд» препятствует воздействию Барбатоса. Черта «Сосуд Короля демонов» должна была заставлять злодеев стремиться к воскрешению Демонического бога. Но я уже сошёл с предначертанного пути, поэтому приблизился к черепу без каких-либо последствий. «Остаточной воли внутри почти не осталось». Она ещё могла подавать сигнал сосудам и призывать их убить Святого Меча — вечного врага Короля демонов, но не более того. «Даже рогов нет…» На голове Демонического бога должно было находиться пять рогов, однако все исчезли. Рога были источником силы демона. Без них даже Демонический бог опускался до уровня обычной нечисти. «Кто это сделал?» Я посмотрел в пустые глазницы Барбатоса. Передо мной был лишь череп, истёртый временем. — Кто принёс тебя сюда? Разумеется, ответа не последовало. Хотя какая-то часть меня действительно надеялась, что Демонический бог внезапно заговорит. — Хм? Кольцо снежного кролика в моей руке вдруг слабо засветилось. Свет указал на одну из глазниц Барбатоса. Внутри что-то дрожало в унисон с реликвией. Без кольца никакой реакции не возникло бы. «Милена что-то спрятала?» Размышляя, я протянул руку к мерцающему участку. «Блять». Надеюсь, оттуда ничего не выскочит. Обычно, когда засовываешь руку в жуткую кость, обязательно случается какая-нибудь мерзость. — Хм? Пальцы наткнулись на твёрдый предмет. «Это…» Я вытащил толстую книгу. Именно на неё отзывалось кольцо. «Её оставила Милена». Человек, который принесёт реликвию сюда, должен был найти книгу и раскрыть её тайну. «Разве кольцо она не отдала Обену?» Получается, Милена хотела, чтобы именно он забрал записи. Возможно, в них хранился секрет черепа Барбатоса или просьба разобраться с ним. [Моему дорогому Джулиану.] Но после первой строки стало ясно: книга предназначалась не Обену. Я быстро перелистнул несколько страниц. После первоначального потрясения от обращения «дорогому Джулиану» дальнейшее содержание показалось почти обыденным — исследования демонов. «Хотя и весьма полезные». В частности, я нашёл простой способ вновь поместить Анжелику внутрь своего тела. Уже одно это оправдывало поездку. И всё же мысль о том, что Милена будто заранее знала о появлении здесь Джулиана, не отпускала. — Хм? Продолжая читать дневник, я заметил странное повторение. «Зловещая воля». На этой странице. И на следующей. Милена постоянно упоминала нечто, называемое Зловещей волей. С любопытством я перевернул страницу. [Когда я научилась читать воспоминания, запечатлённые в мане, то обнаружила существование Зловещей воли, воздействующей на этот мир.] Я никогда прежде не слышал такого выражения. Исследования демонов и колдовские рассуждения Милены были понятны, но эти слова ставили в тупик. [Мана хранит память всех эпох. Удивились бы жители, узнав, что нынешний мир существует далеко не в первом цикле?] Не в первом цикле? Она говорила о «прохождениях»? «Если читать память маны, можно узнать и такое?» Подобные вещи понимал разве что Калдрах де Адратан, помнивший прошлые возвраты. [Но есть нечто ещё более поразительное. Упомянутая выше Зловещая воля повторяется из эпохи в эпоху и непременно проявляется в одном человеке.] Опять Зловещая воля. [Тот, кого накрывает Зловещая воля, утрачивает прежние воспоминания. Он действует, опираясь на чужую память, и совершает поступки, которые прежде никогда бы не совершил.] Я продолжил листать. [Появление Зловещей воли в мире совпадает с пробуждением Короля демонов.] Я даже не стал задумываться, откуда Милене было известно понятие «Король демонов». [Как Королева Терний, я обязана уничтожить все семена Демонического бога. И Король демонов, и Зловещая воля должны исчезнуть из этого мира.] Я уже сомневался, стоит ли продолжать чтение, когда увидел следующую запись. [Обен Крайпарт, тупой дворянский ублюдок.] Ругательство возникло совершенно внезапно. «…Это об их первой встрече?» Похоже на то. На первый взгляд Обен казался неплохим человеком, но нормальным его назвать было трудно. [Имперский дворянин, которого я встретила на Северном полюсе. Безнадёжный идиот. Я спасла его, а он снова начал искать меня и опять угодил в беду.] Я невольно усмехнулся. [На этот раз свалился с утёса. Дурак! Хватит уже!] Неровный почерк выдавал её раздражение. [Он связал букет из горных лилий и подарил мне. Оказывается, именно за ними он постоянно лез на утёс. Идиот.] К счастью или нет, резкие строки постепенно становились мягче. Глупые жесты Обена понемногу добирались до её сердца. Следующие несколько десятков страниц были посвящены почти исключительно ему. Наследник одного из Четырёх великих родов служил командиром на Северном полюсе и продолжал искать встреч с Миленой. Он был глуп, но не казался плохим человеком. В конце концов они поженились и переехали в столицу. «Теперь понятно, почему дневник такой толстый». Он был до отказа набит историями, над которыми обычно приходится долго размышлять. Немного расслабившись, я позвал Анжелику. Следуя описанному в дневнике методу, нужно было вернуть её внутрь тела. — Иди сюда. Когда она приблизилась, я жестом велел подождать. «Северные колдуны при работе с демонической энергией выращивают её в одном из магических каналов». Так один канал превращался в проход для демона. Пожертвовать одной из тридцати двух малых жил было не так уж опасно. Я достал нож и слегка надрезал внутреннюю сторону левой руки. — Угх… Рана находилась близко к сердцу, возле одной из малых жил, называемой Светлой. Я сделал надрез так, чтобы направить Анжелику прямо в неё. «Опять приходится резать себя. Больно же». На мгновение я заколебался. Если Анжелика снова войдёт в резонанс с Чашей Демонического бога и сосудом, возникнет та же проблема. «Тогда ещё раз вытолкну ману наружу». При необходимости переживу боль повторно. Др-р-р. Я указал подбородком на рану. Анжелика обеспокоенно подползла и прижалась к ней. — Тебе нужно войти в канал, а не лечить порез! Я невольно повысил голос. Анжелика виновато сжалась и начала проникать в Светлую жилу. — Угх… Сначала по каналам разошлась обжигающая боль, но, не успев достичь сердца, постепенно стихла. Теперь слияние с Анжеликой больше не причиняло прежних мучений. «Повторения недавнего случая не будет». Северные колдуны действительно специализировались на обращении с демонической энергией. Я мучительно искал решение, а оно оказалось удивительно простым. ▶ Получена новая черта: «Полудемоническая природа». Полудемоническая природа. Похоже, часть силы Чаши Демонического бога, поглощённая Анжеликой, проявилась в виде отдельной черты. Системное сообщение окончательно подтвердило, что прежняя катастрофа не повторится. «Дневник Милены и правда оказался полезен». К нему привело Кольцо снежного кролика, полученное от Обена. — Пусть он и раздражает, но за это стоит поблагодарить… Хм? Когда моё отношение к Обену немного улучшилось, взгляд зацепился за страницу, которую я бездумно перелистнул. [Плод нашей любви.] Плод любви? Она решила записывать подробности их страстных отношений? Тогда дальше читать будет неловко. [Джулиан.] Я немного поколебался, но всё-таки перевернул страницу. Следующая строка заставила мысли остановиться, а обычно прищуренные глаза Джулиана невольно раскрылись от потрясения. [Зловещая воля поселилась и в моём сыне Джулиане.] ---------- Зловещая воля (2) Последний дневник Милены ошеломил меня. До сих пор я понятия не имел, что Милена называла Зловещей волей. Думал, это термин северных колдунов вроде Ведьмы или Королевы Терний, а может, просто местное выражение. Но после слов о том, что она «поселилась в Джулиане», я начал понимать, о чём идёт речь. «Речь об одержимом?» Несколько деталей указывали именно на это: человек терял прежние воспоминания, начинал вести себя необычно и совершать поступки, на которые раньше не был способен, а вместе с появлением Зловещей воли неизменно возникал Король демонов. «Если одержимые в этом мире действительно подобны игрокам…» Тогда в противовес «игроку» всегда должен появляться противник. «Теперь понятно, почему Милена боялась Зловещей воли». Без игрока нет Короля демонов. Иными словами, где появляется игрок, там непременно возникает и Король демонов. Так была устроена игра. Так был устроен этот мир. Игре, фильму и даже книге нужен зритель, чтобы история начала разворачиваться. Милена сумела разглядеть саму структуру мира. При каждом возрождении Демонического бога появлялся Король демонов, а причиной его возникновения становился игрок — Зловещая воля. [Как Королева Терний, я обязана вырвать все ростки Демонического бога. И Король демонов, и Зловещая воля должны исчезнуть из этого мира.] Значит, она собиралась уничтожать не только сосуды Короля демонов, но и одержимых. «Но затем появился тот, кто неизбежно поколебал её решимость». Джулиан Крайпарт Фрейсон. Сын глупого, но любимого Обена. Плод их любви. Её ребёнок оказался носителем Зловещей воли и должен был умереть до появления предназначенного ему Короля демонов. «Поэтому она объединила ведьм и уничтожала возникавшие на континенте аномалии». Но выполнить долг Королевы Терний и устранить очередную аномалию она не смогла. Доказательством было моё существование. «Значит, Милена умирала не просто из-за демонической энергии». Это действительно не сходилось. Настоящая Королева Терний должна была превосходить обычных колдунов на голову. Её устойчивости к демонической энергии хватило бы даже против двурогого демона. Однако она всё равно слабела. «Потому что отвергла собственное предназначение…» Я давно считал этот мир чем-то средним между игрой и реальностью. Святой Меч отказался от предназначения и ушёл, но Чёрный Рыцарь всё равно появился, а затем считавшийся предателем Хейден в итоге вновь стал героем, как в трейлере, и погиб от руки Джулиана. Это лишь укрепило мою догадку. «Милена утратила силу, потому что перестала исполнять роль Королевы Терний». Отвергнув долг, она перестала признаваться миром Королевой Терний. Осталось обычное тело, внутри которого накопились более ста лет жизни и демоническая энергия всех этих лет. Оно просто не могло выдержать такую нагрузку. «Тц». Я ощутил ненужную вину, будто из-за меня род Крайпарт лишился части семьи. Но чувство быстро прошло. «Всё лучше, чем устроить резню и превратиться в Короля демонов». Если альтернативой была судьба, где Джулиан становится Королём демонов, нынешний исход всё равно предпочтительнее. Я перелистнул страницу. [Теперь я поняла: я не настолько рациональна, как думала. Если даже к родному сыну не могу применить мерки Королевы Терний, значит, мной действительно управляют чувства.] Прочитанное породило новый вопрос: по словам Милены, вместе с одержимым появлялся соответствующий сосуд Короля демонов. Кто же был «Королём демонов», возникшим в ответ на Джулиана? [Пусть это неизбежно… Короля демонов, появившегося из-за Джулиана, я уничтожу своими руками.] Следующая страница. [Прости, Джулиан. Это был единственный способ.] — Прости, Джулиан. Это был единственный способ. В памяти неожиданно всплыл голос Милены, услышанный в её воспоминаниях. И тогда я понял, что она сделала. «Джулиана превратили в сосуд не потому, что он родился слабым». Я думал, Милена влила в него демоническую энергию, чтобы спасти умирающего ребёнка. Но причина была другой. Король демонов противостоял игроку, а игрок — Королю демонов. Милена замкнула цикл и уничтожила Короля демонов, выбранного в ответ на появление Джулиана. «Для кого она оставила дневник?» Для самого Джулиана? Или для того, кто однажды займёт его тело? От дальнейших размышлений разболелась голова. Я решил принять произошедшее как факт и не пытаться сейчас найти все ответы. Вспых! Как только дневник выполнил своё предназначение, страницы загорелись. Вероятно, Милена наложила заклятие, уничтожавшее записи после прочтения. — Хм. Несколько раз сжав и разжав кулак, я почувствовал, что мана снова начинает течь по каналам. «Здешняя атмосфера ускоряет восстановление». Я посмотрел на лежавший неподалёку череп Демонического бога. Кто-то забрал рога, и остаточной воли почти не осталось, однако даже пустые кости источали тяжёлое давление. — Это ещё что…? На внутренней стороне черепа был выгравирован странный символ. «Герб Империи». Причём не обычный государственный знак, а герб, которым имела право пользоваться только императорская семья. — Неужели череп перевезли по приказу императорского рода…? Хруст! Раздался звук ломающейся кости. Я резко обернулся. «Какого… Что она делает?!» Анжелика грызла череп Демонического бога и невинно моргала многочисленными глазами. Не ешь эту дрянь! — Стой, Анжелика! Стой! Я заговорил с ней как с нашкодившим ребёнком, но она продолжала жевать. Неужели инстинкт привёл её сюда именно ради поглощения черепа? ▶ Свирепость черты «Анжелика» возросла. ▶ Способности черты «Анжелика» усилены. ▶ Возможности преобразования черты «Анжелика» улучшены. ▶ Сила черты «Полудемоническая природа» возросла. ▶ Теперь вы можете подчинять безрогих демонов. Удивительно, насколько сильно на неё повлиял единственный укус черепа, лишённого всех рогов. Грохот! В тот же миг всё подземелье содрогнулось. Даже осматриваться не требовалось. «Оно рушится?!» Грохот приближался. По потолку поползли трещины, а узкий луч света становился всё шире. «Место автоматически уничтожается, если повредить останки Демонического бога?» Герб императорской семьи всё ещё стоял перед глазами, но сперва нужно было выбраться. Иначе меня погребёт заживо. Каким бы крепким ни было тело Джулиана, целая гора земли вряд ли оставит его невредимым. — Анжелика? Откусив кусок черепа, она вдруг полезла мне на спину. Я не успел понять намерение, как её тело распахнулось. Шух! — Крылья… Форма напоминала птицу, готовую к полёту. — Хотя выглядят они паршиво. Крылья были тускло-чёрными, неровными и усеянными дырами. — Кр-р-р. Несмотря на вид, Анжелика явно считала себя способной летать и начала раздуваться. Ладно, попробуй. Получив разрешение, она широко замахала крыльями. — О. Стоило оттолкнуться от земли, как тело охватила лёгкость. Мы стремительно поднялись к трещине в потолке, откуда падал свет. Я и правда летел. Сбывшаяся детская мечта заставила сердце, до этого молчавшее, забиться быстрее. Проблема была лишь в одном. «…Она слишком нелепо машет». Выглядело это ужасно. Не знаю, говорил во мне мой скромный вкус или художественное чутьё Джулиана, но зрелище оказалось настолько уродливым, что я крепко зажмурился. Полноценным полётом это назвать было нельзя: скорее Анжелика усиливала прыжок и позволяла планировать, но этого хватило, чтобы добраться до высоко расположенной трещины и выбраться наружу. «Вот что означало усиленное преобразование». Раньше Анжелика могла лишь вытягиваться и сжиматься. Попытки принять более сложную форму заканчивались бесформенным уродством. Теперь же, несмотря на невысокий разум, она правильно поняла назначение крыльев и создала конструкцию, способную удержать мой вес. «Интересно, от кого ей достался такой художественный вкус?» Шух! Мы вылетели через щель. Внизу с оглушительным грохотом обвалилось подземелье. Останься я там ещё немного, одной травмой дело бы не закончилось. — Фух. Вокруг оказался густой лес с переплетёнными ветвями. Я прислонился к самому большому дереву и перевёл дух. — Хорошая работа. — Кр-р. Анжелика вернулась к обычной форме. Теперь она выглядела заметно бодрее. — Но больше не подбирай и не ешь всё подряд. Хотя после усиления её мрачный облик стал ещё выразительнее. «Но важнее другое». Я снова вспомнил прочитанное. «По словам Милены, Зловещая воля поселилась в Джулиане ещё до рождения». Здесь было небольшое противоречие. Моё сознание пробудилось в теле Джулиана, когда тот уже стал взрослым. «Возможно, сознанию одержимого требуется время, чтобы проявиться?» Такой вариант существовал. «Понятно». Особых эмоций открытие не вызвало. Меня занимали пропавшие рога Демонического бога, императорский герб на его останках… И Орнн. Насколько сильно нужно ненавидеть меня, чтобы послать мага из Трёх Цветов? Я давно понял, что разговаривать с ним бесполезно. До сих пор избегал прямого столкновения лишь из-за власти, стоявшей за его спиной. «Похоже, он перешёл черту». С этой мыслью я медленно провёл пальцем по губам. ---------- Зловещая воля (3) Разобравшись с Анжеликой и восстановив поток маны, я вернулся в столицу. Первым делом собирался добыть информацию, но в итоге направился домой и полез в ванну. — Фух. Когда подземная грязь смылась с тела, напряжение немного отпустило. Заодно удалось спасти любимое пальто. «Странно, что останки Демонического бога находились на территории Империи». И почему на них был выгравирован герб императорской семьи? Этот вопрос не давал покоя. Если подумать, ответ почти очевиден. «Окрестности столицы. Тайно перевезти сюда останки Барбатоса могла лишь императорская семья». Но зачем ей хранить столь опасную вещь? «И все рога исчезли». Скорее всего, тот, кто привёз останки, забрал рога себе. Один человек? Или несколько? Возможно, в этом участвовала вся императорская семья. А может, приказ исходил лично от государя. «Император…» Чем больше я размышлял, тем вероятнее казалась причастность самого императора Адратана. Старый и больной правитель, мечтающий о вечной жизни, — вполне предсказуемый подозреваемый. Разумеется, даже рог Демонического бога не дарует бессмертие. Но рядом с императором находилась ведьма. Абигейл, Ведьма Весны. Она вполне могла нашептать ему сладкие обещания и заставить действовать. «Пока это лишь догадки». Тц. Я закрыл воду, вытерся полотенцем, быстро оделся и вышел. Затем направился в гостиную и, напевая под нос, начал поливать бонсай. «Это уже безумие». У меня полно срочных дел, а я ухаживаю за деревцами. Я прекрасно понимал, насколько нелепо поступаю, но прекратить всё равно не мог. *** Неожиданный вызов Джулиана заставил Лазлота одновременно нервничать и предвкушать новое поручение. Здание «Закрытых Глаз» всегда внушало ему страх, но вместе с тем будило любопытство. «После распада Ордена Рассвета кто-то должен взять управление орденом на себя». Лазлот ни секунды не сомневался, что этим человеком станет Джулиан. Однако, постучав и войдя в кабинет, он неожиданно услышал разговор совсем не об ордене. — Ты знаешь, сколько бывших епископов сейчас состоит в Совете дворян? Джулиана интересовал Совет дворян. По влиянию в столице он уступал императорской семье, но занимал место сразу после неё. Его сила заключалась не в отдельных людях, а в их единстве: если дворяне действовали сообща, даже императорская кровь не позволяла заставить их беспрекословно подчиняться. «Но почему он спрашивает?» Лазлот не сразу понял, как Совет дворян связан с нынешними обстоятельствами. «А». Достаточно вспомнить имя председателя. Орнн Крайпарт. Бывший глава одного из Четырёх великих родов. Не будет преувеличением сказать, что Орнн, опираясь на мощь рода Крайпарт, фактически подмял Совет дворян под себя. Желающих открыто ему противостоять почти не существовало, но большинству это и не требовалось. — Насколько мне известно, бывших епископов там немало. — А сколько среди них членов с правом голоса? После этого вопроса Лазлот начал понимать замысел. Председатель Совета дворян ненавидел отступника рода по имени Джулиан. Пока у Орнна оставалась власть, он мог попытаться изгнать Джулиана из высшего общества и создать ему серьёзные проблемы. — Довольно много. Во главе с господином Колпараном… — Действительно много, но недостаточно, чтобы сместить председателя. Голос раздался со стороны входа, через который только что прошёл Лазлот. Он резко обернулся. На пороге стояли Колпаран Демиус и сопровождавший его монсеньор Аль Хашар. — Господин Колпаран. Лазлот прищурился. Пусть Колпаран и помог Джулиану, доверия он никогда не вызывал. Среди всех бывших епископов именно его Лазлот считал самым опасным. Аль Хашару явно не понравился враждебный взгляд, но Колпаран жестом велел охраннику успокоиться. — Кул-кул, осторожность понятна, однако не стоит смотреть на меня как на врага, Лазлот. Он невинно погладил белую бороду. — Меня пригласил Джулиан. Самовольно входить в здание «Закрытых Глаз» и правда страшновато. — Господин Джулиан…? Лазлот посмотрел на хозяина кабинета. Джулиан с привычной улыбкой кивнул. — У меня есть просьба к господину Колпарану как к члену Совета дворян. — Разве я могу не выслушать просьбу уважаемого Джулиана? Лазлот с любопытством следил за стариком. Тон казался насмешливым, хотя открытой издёвки в нём не было. Не зря Колпарана называли старым лисом. — Если вы объединитесь с бывшими епископами, получится сменить председателя? Изначально председателя Совета дворян выбирали голосованием. Значит, при достаточной поддержке Орнна можно было сместить. — Хм… Колпаран ненадолго задумался. — Невозможного здесь нет. Если бывшие епископы и знакомые мне дворяне объединятся, голосов наберётся немало. — Тогда прошу заняться этим. В голосе Джулиана звучала твёрдая решимость уничтожить оставшуюся угрозу. Если лишить власти Орнна, считавшего Джулиана опухолью рода, в семье больше не останется человека, способного ему помешать. «Но согласится ли Колпаран просто выполнить просьбу?» Стоило Лазлоту задуматься, как старик громко рассмеялся. — Это возможно, но потребует от меня немалых усилий. — Усилий… Как и ожидалось. Колпаран собирался потребовать плату. Старый лис умел отступить на публике, но никогда не упускал личной выгоды. Вероятно, именно поэтому во время раскола он ждал появления такой крупной фигуры, как Джулиан, вместо того чтобы первым бороться за место архиепископа. — Естественно, за усилия мне понадобится награда. — Назовите её. — Прямота мне нравится, кул-кул! Джулиан будто заранее ожидал этого. — Я хочу стать следующим председателем Совета дворян и архиепископом создаваемого Нового Ордена Рассвета. С учётом положения и заслуг Колпарана оба поста ему подходили. Но Лазлот сразу понял скрытый расчёт. «Старый лис хочет сделать их ступенями». Архиепископ станет второй по влиянию фигурой после Верховного понтифика. Одного этого титула было бы мало, чтобы бросить вызов главе ордена. «Но если он одновременно возглавит Совет дворян…» Тогда Колпаран получит достаточно власти, чтобы в любой момент претендовать на высшую должность. «Вот куда он метит». Предложение оказалось таким наглым, что Джулиан не ответил сразу. Он мог отказать. Смещение Орнна было полезно, но не было первоочередной задачей. Можно было найти другого союзника или принудить Колпарана иным способом. — Хорошо. Что? Лазлот ошеломлённо посмотрел на Джулиана. Даже Колпаран удивился и перестал поглаживать бороду. — Вы действительно согласны? — Да. Господин Колпаран достоин обеих должностей. В прищуренных глазах нельзя было прочесть ни одной эмоции. Именно это неизменное спокойствие заставляло Колпарана насторожиться. — Благодаря вашей помощи епископы не выступили против нас, и положение удалось быстро стабилизировать. Элеонора, конечно, тоже существует, но… я сумею с ней договориться. — Хм. Колпаран коротко вздохнул. Даже он не ожидал столь лёгкого согласия. «Что вы задумали?» Лазлот тоже пытался понять. Неужели Джулиан считал уничтожение влияния Орнна важнее всего остального? — Всё прошло неожиданно гладко, не правда ли? После этих слов напряжение Колпарана немного ослабло, и на лице появилась довольная улыбка. Хитрый старый лис. Именно так подумал Лазлот. — Господин Колпаран, я считаю, что власть должна принадлежать тому, кто её заслужил. — Разумный взгляд. — Достигший результата получает награду. Тот, кто причинил вред, — суровое наказание. Старик продолжал кивать и гладить бороду. Лазлот ожидал увидеть самодовольство, но вместо этого на лбу Колпарана выступил холодный пот. «Хм?» Бирюзовые глаза старика дрогнули, а Джулиан продолжил: — Я слышал, что в день смерти Верховного понтифика вы привели личных солдат. — …Хм. — Это опасный поступок. Если его заметят другие епископы, они начнут тревожиться. Лазлот впервые слышал об этом. — Видимо, рассказала Элеонора, кул-кул. Колпаран неловко засмеялся. Джулиан ответил тихим смешком. «Он привёл личных солдат…?» Лазлот задумался. В тот хаотичный день каждый заботился о собственной безопасности. Но для защиты себя не требовалось стягивать целый отряд. «Такое легко принять за скрытый мятеж». Даже если намерения были чисты, важнее то, как поступок выглядел для окружающих. Проблемой это становилось лишь после огласки. — Я лишь хотел предупредить вас. В дальнейшем учитывайте своё положение и не допускайте подобных действий. Теперь всё стало ясно. Джулиан не просто согласился на требования Колпарана. «На этот раз прощу, но следующего раза не будет». Он предупреждал старика не переходить границу. Будь Колпаран бесполезен, предупреждением Джулиан бы не ограничился. Тот просто исчез бы в столице, как множество дворян до него. — …Я пошутил, Джулиан. Колпаран коснулся пальцем губ, признавая поражение. — Я немедленно начну переговоры в Совете дворян. Как уже говорил, при поддержке бывших епископов сместить Орнна будет нетрудно. — Благодарю. После завершения дела должности председателя и архиепископа станут вашими. — Кул-кул, какой же вы свирепый человек. В итоге старик отступил. — Я ведь сказал, что это была шутка. Считайте, что я просто возвращаю долг. С этими словами Колпаран ушёл вместе с Аль Хашаром. «Так вот зачем господин Джулиан пригласил нас обоих». Лазлот не мог не восхититься. Он понял, что его позвали в качестве свидетеля. Лазлот собственными глазами увидел, как Колпаран подчинился Джулиану, и теперь мог распространить эту истину среди остальных. Так Джулиан укрепит своё положение в Новом Ордене Рассвета. «Вот и прекрасно». Провожая Колпарана взглядом, Джулиан мысленно почти умолял его. «Хочешь быть архиепископом — будь!» В душе он кричал ещё громче. «Забирай Совет дворян!» «Да хоть Верховным понтификом становись!!» ---------- Зловещая воля (4) Разобраться с Джулианом поручили Хеммелю — императорскому магу, достигшему звания одного из Трёх Цветов. Исход казался предрешённым. В высшем обществе Джулиана считали бесполезным отщепенцем, а в роду Крайпарт — злокачественной опухолью. Такой человек не мог противостоять магу уровня Хеммеля. — Вам не о чем тревожиться, господин Орнн. — Верно. Пусть Джулиан и был лучшим учеником Святого Меча, его всё равно изгнали. — К тому же Святой Меч уже умер. Если даже учитель не оказался непобедимым, чего стоит ученик? Услышав пренебрежение в адрес Хейдена, Орнн резко посмотрел на помощника. — Я… я… — Пусть он мёртв, но при жизни был одной из ярчайших звёзд Империи. Не смейте оскорблять его при мне. — Прошу прощения… Орнн принадлежал к рыцарскому роду и сам был мечником. Он не собирался отрицать достижения, которые Хейден Райх накопил как Святой Меч. Изгнание не стирало его заслуг. Орнн искренне уважал Хейдена и потому посетил неофициальные похороны. — В любом случае раз господин Хеммель уже отправился, ничего серьёзного не произойдёт. — Нам следует сосредоточиться на будущем императорской семьи. — …Эта ведьма вертит императором Адратаном как куклой. Помощники из Совета дворян отложили обсуждение Джулиана и заговорили о более тревожной проблеме. Орнн тоже прекрасно её понимал. Прорицательница Абигейл. С момента её появления при дворе разум императора начал меняться. Это беспокоило как дворян, обязанных сдерживать двор, так и членов императорской семьи, сдерживавших самих дворян. Редкий случай общей угрозы для обеих сторон. — Поэтому разумнее думать о следующем шаге Абигейл, а не переживать о Джулиане, которого уже устраняют. — Верно. Полностью доверяться ведьме было бы верхом безрассудства. Несмотря на доводы помощников, мысли Орнна всё равно возвращались к Джулиану. Если его действительно так просто убить, почему он столько раз выживал? Нет. Стоило зародиться сомнению, как предчувствие начало сбываться. — Господин Орнн… К нему подошёл встревоженный дворецкий. Одного выражения его лица хватило, чтобы Орнна охватило дурное предчувствие. — Что случилось? Прежде чем дворецкий успел ответить, за его спиной показался знакомый человек. — Джулиан… Стоило Орнну произнести имя, как в комнате воцарилась тишина. Те, кто уверял, что Джулиан не вернётся живым, не смогли скрыть потрясения при виде совершенно невредимого Джулиана. Он вернулся. А значит, любое сказанное здесь слово могло обернуться наказанием. Орнн, возможно, ещё сумел бы выжить, даже оказавшись перед его мечом. Но обычные дворяне не могли представить, что смогут спастись, если Джулиан решит их прикончить. — Какая насыщенная жизнь. Для человека вашего возраста вы удивительно деятельны, господин Орнн. Джулиан вошёл в гостиную с привычной бесстрастной улыбкой и оглядел присутствующих. В его глазах не читалось ни одной эмоции, но никто не решился встретиться с ним взглядом. — …Как ты здесь оказался? При обычных обстоятельствах появление Джулиана в поместье вызвало бы у Орнна ярость. Однако сейчас голос старика был непривычно спокоен. Дворяне сразу связали это с отсутствующим Хеммелем. — Хм. Разве не вам следует знать ответ лучше меня, господин Орнн? Под десятками взглядов Джулиан неторопливо прошёл к свободному креслу и сел. — Прошу всех ненадолго оставить нас. Мне нужно поговорить с господином Орнном наедине. Произнося вежливую просьбу, Джулиан внимательно осмотрел каждого дворянина. По коже у них побежали мурашки. «Он запоминает наши лица». Все пытались придумать выход, но ни один не сумел возразить. Словно овцы, которых ведут на убой, они молча покинули комнату. — Я спросил, почему ты здесь. — Делаю то, что должен. Вы ведь знаете мой характер, господин Орнн. Джулиан повернулся к нему, и улыбка стала ещё зловещей. До этого Орнн сохранял уверенность, но теперь по спине стекла капля холодного пота. — Пришло время избавить вас от тяжёлой ноши, которой увенчались все ваши достижения, господин Орнн. Спокойное предупреждение. — Ты собираешься убить меня прямо здесь? — Как можно? Я не склонен к варварству. «Не склонен, значит». Орнн знал, почему Святой Меч окончательно порвал с Джулианом. Тот вырезал целую деревню вопреки приказу учителя, а теперь рассуждал о собственной цивилизованности. — Я всего лишь пришёл занять место в первом ряду и посмотреть, как рушится власть, которую вы так долго строили. Сказав это, Джулиан поднялся. По лицу Орнна скользнул странный страх. Это чудовище не стало бы приходить лишь ради пустой угрозы. «Предупреждение?» Возможно, нет. Будь Джулиан в ярости и выхвати меч, его намерения хотя бы можно было понять. — Ах да, господин Орнн. Чуть не забыл. Орнн надеялся, что тот наконец уйдёт, но лишь сильнее стиснул зубы. — Недавно кто-то из дворца тайно получил нечто с Севера. Вы случайно ничего об этом не знаете? В голове Орнна сразу возник один образ, но он лишь фыркнул. — Похоже, всё-таки знаете. Джулиан заметил краткую реакцию. — Скоро я спрошу снова. Тогда вы расскажете всё, даже если не захотите, господин Орнн. Оставив загадочные слова, он наконец покинул поместье. — Проклятый ублюдок… Оставшись один, Орнн сжал кулаки. Губы дрожали от ярости. Сам факт возвращения Джулиана он допускал. Куда сильнее бесило то, как тот ворвался в поместье и унизил его перед остальными дворянами. — Пусть ты вернулся, но даже пальцем меня не коснёшься. Что бы Джулиан ни задумал, положение Орнна оставалось непоколебимым. Сломается не он — сломается Джулиан. Старик не сомневался в накопленной за долгую жизнь власти. Но вершина, на которой он стоял столько лет, уже начала трещать. *** — …Что ты сказал? Орнн не сумел скрыть потрясения и заставил помощника повторить доклад. Суровый взгляд старика заставил того побледнеть. — Язык проглотил? Громовой окрик привёл помощника в чувство. — Н-на последнем заседании Совета дворян внесли новое предложение. Орнн молча слушал. — Упразднить должность единоличного председателя и вернуться к прежней системе, при которой Совет возглавляют пять представителей… Бах! Орнн ударил ладонью по столу. Помощник нервно сглотнул. — Кто внёс предложение? — Господин Колпаран. Старый лис Колпаран. Ругательство уже подступило к горлу, но Орнн удержался, лишь сильнее сжав кулаки. — Его ведь ещё не приняли? Я давно знаю, что этот старый лис держит на меня обиду. Колпаран впервые выступил настолько открыто, но Орнн всегда допускал подобную попытку. — Дело в том… Помощник снова замялся, и дурное предчувствие усилилось. — Предложение уже одобрено. Осталась только ваша формальная подпись как действующего председателя, господин Орнн. — Что?! У Орнна закружилась голова. Пока он ничего не подозревал, власть, которую собирал всю жизнь, разделили на пять частей. И даже одна из них теперь была для него недосягаема. Значит, с ним больше не советовались и не просили его решения. Его просто ставили перед фактом. — Колпаран, ублюдок…! Старый лис наверняка долго плёл заговор за его спиной. — …Неужели? В памяти всплыли отношения Колпарана и Джулиана. На похоронах Святого Меча Колпаран открыто встал на сторону Джулиана. Если подумать, обычным знакомством это не назовёшь. — Скоро я спрошу снова. Тогда вы расскажете всё, даже если не захотите, господин Орнн. Джулиан обещал вернуться и разрушить всё, что построил Орнн. — Так вот что он имел в виду…? Орнн прикусил губу. Кровь потекла по подбородку, но ярость заглушила боль. ---------- Узы (1) Честно говоря, я не знал. После смерти Тенелона мне казалось, что остатки Ордена Рассвета не соберут и половины прежнего влияния. Разве это не естественно? Орден давно отклонился от изначального пути и начал поклоняться злому божеству — Демоническому богу. Главной причиной стали Тенелон и принадлежавшая ему реликвия, Чаша Демонического бога. Люди вступали в организацию, ослеплённые чудесами реликвии. После смерти Тенелона Орден Рассвета должен был потерять для них всякую ценность. — Кому нужна бессмысленная и опасная организация? Никто не станет связываться с тем, что приносит больше риска, чем выгоды. Поэтому я считал, что просьба к Совету дворян займёт много времени, а в худшем случае вообще провалится. — Предложение, которое вы поручили внести, успешно передано Совету дворян. Пинтель сообщил об этом таким ровным тоном, словно иной исход был невозможен. Я с улыбкой провёл рукой по подбородку. «Почему всё получилось?» Доклад я услышал, но понимания не прибавилось. Почему Совет дворян подчиняется Ордену Рассвета? Точнее, почему бывшие члены ордена в Совете выполняют мои распоряжения? «…Вообще-то я рассчитывал не на это». Я посмотрел на Пинтеля. Моя настоящая цель заключалась в другом: я хотел наглядно показать, насколько жалкими стали остатки Ордена Рассвета и насколько ослабло моё положение после недавних событий. Даже если сейчас я занимал среди выживших наиболее прочную позицию, существовали люди, гораздо лучше подходившие на роль Верховного понтифика. Пинтель. Элеонора. Даже Колпаран. Продемонстрировав собственную слабость, я собирался передать должность одному из них. «Это не должно было сработать». Но, судя по докладу Пинтеля, бывшие члены Ордена Рассвета уже успешно захватили Совет дворян. «Всё неправильно!» После смерти Тенелона я хотел окончательно выйти из организации. Оставшиеся люди всё равно не сумели бы вернуть орден к поклонению Демоническому богу. Можно было просто позволить им собраться, а самому спокойно исчезнуть. Что могло быть лучше? — Теперь ваше положение станет ещё прочнее. Совет дворян полностью под вашим контролем, и какие бы козни ни строил Орнн, они вас не коснутся. Не замечая моего настроения, Пинтель продолжал говорить. Он даже не пытался скрыть восторг и постоянно повторял что-то о долгожданных плодах наших усилий. — Как отреагировал Орнн? Раз уж всё обернулось подобным образом, придётся хотя бы направить происходящее в нужную сторону. Я на всякий случай спросил о действиях старика. Пинтель будто ждал вопроса, прочистил горло и ответил: — Думаю, вскоре он сам придёт к вам. Ко мне? — Будет молить о пощаде или попытается сохранить хотя бы крупицу гордости. Чего бояться в человеке, которому нечего терять? Пусть кричит сколько угодно. «Так или иначе…» После всего пережитого нынешняя система власти почти не внушала мне страха — за исключением императорской семьи. Одного движения их руки хватало, чтобы с лица земли исчезла деревня. — И ещё… До этого Пинтель говорил уверенно, но теперь замялся. Я уже собирался спросить, в чём дело, когда он продолжил: — Раненый прежде рыцарь, похоже, возвращается в «Закрытые Глаза». Рыцарь? А, он говорит о Ферне. — Вас это устраивает? Он знает ваши секреты, господин Джулиан. — Разве вопрос с ним уже не решён? — Раз вы так считаете, больше ничего не скажу. Пинтель не стал возражать. Видимо, даже он понимал, что Ферн не перейдёт границу. Иначе моя голова уже валялась бы отдельно от тела, идиот. — Среди бывших членов Ордена Рассвета есть те, кто недоволен нынешним положением? Я был готов ухватиться за любой намёк на путь к отступлению. Пинтель долго думал. — Нельзя сказать, что таких совсем нет. Внутри вспыхнула надежда. К счастью, постоянная улыбка не выдала радости. — Как я уже рассказывал, некоторые поклонялись именно чудесам Чаши Демонического бога. Да, я слышал. После смерти Тенелона и исчезновения реликвии эти люди смотрели на нынешний орден с отвращением. «Наверное, именно они составляли настоящее ядро организации». Оставшиеся сохраняли лишь внешнюю оболочку Ордена Рассвета. В основном это были дворяне, желавшие сохранить положение. То есть люди, которыми относительно легко управлять. «…А». В голову пришла хорошая мысль. В нынешних обстоятельствах самостоятельно выйти из ордена почти невозможно. Связи слишком крепки. «Особенно Пинтель…» Пока он так прочно закрепился рядом со мной, исчезнуть будет почти нереально. «Тогда нужен хороший заместитель». Не просто заместитель, а человек, который займёт должность Верховного понтифика вместо меня. «Элеонора». Колпаран по неизвестной причине отступал, и лишь Элеонора среди архиепископов оставалась очевидной кандидаткой. «К тому же у неё есть законное право». Она происходила из рода Д’Мишель, основавшего Орден Рассвета. Идеальная картина. — Кто из епископов больше всех стремился к чудесам Чаши Демонического бога? Я задал вопрос Пинтелю. — Таких несколько, но наиболее влиятельный — Рондел из рода Гриасон. Род Гриасон. «…Неожиданно». Они были связаны с Магической башней и пользовались заметным уважением среди магов. Представители рода специализировались на водной стихии, которую чаще использовали не для убийства, а для исцеления. Гриасоны заботились о бедных и поэтому были уважаемы как дворянами, так и простолюдинами. Услышать об их участии в ереси было странно. — Не думал, что род Гриасон свяжется с подобным. Вопрос сорвался с языка сам собой. — Насколько я знаю, они вступили в Орден Рассвета ради лечения больного ребёнка. Теперь всё сходилось. — Прискорбно. Кто бы мог подумать, что такое бедствие постигнет род, посвятивший себя народу? И тут меня осенило. Прежде чем Рондел окончательно разочаруется в Новом Ордене Рассвета, рядом должен появиться достойный человек, способный исправить положение и доказать, что подходит на роль Верховного понтифика. Пусть не сразу, но он станет новым ветром и заменит меня. «Элеонора подходит лучше всех». Решение было принято. — Я хочу встретиться с Ронделом Гриасоном. После разговора передам всё Элеоноре. *** — Никогда не думал, что господин Джулиан лично посетит наше поместье. — Не стоит так удивляться. Когда-то нас связывала общая цель. Глава рода Гриасон Рондел не скрывал растерянности из-за внезапно назначенной встречи. Рядом находился Пинтель, который её организовал. «…Какое тяжёлое давление». Даже в присутствии Пинтеля от одного вида Джулиана по спине Рондела стекал холодный пот. Он видел Джулиана и раньше — во времена, когда Верховный понтифик Тенелон ещё был жив. Но лично разговаривать с ним по делу предстояло впервые. — Я слышал, вы не собираетесь присоединяться к создаваемому Новому Ордену Рассвета, господин Рондел. Джулиан сразу перешёл к делу. У Рондела закружилась голова. «Он пришёл заставить меня?» Рондел знал, что после распада прежней организации многие отказались вступать в новую. Знал и то, какие трудности это создаёт. «Мы владеем тайнами старого Ордена Рассвета». Новый орден неизбежно должен был принять решение. Поглотить всех бывших епископов. А тех, кто откажется… «Устранить в ходе кровавой чистки». Рондел прекрасно понимал, что подобное возможно при перестройке организации. Личный визит Джулиана превратил подозрение в уверенность. — Да. Несмотря на ужас, он подтвердил решение. Рондел больше не собирался иметь ничего общего с Орденом Рассвета. «Чаша Демонического бога исчезла. Чудеса Тенелона больше не повторятся». Оставаться в организации, враждебной императорской семье, теперь было безумием. Поэтому он не отступил. — Неприятно. Джулиан поднялся. На лице по-прежнему застыла улыбка, но при опущенном взгляде изгиб губ казался особенно зловещим. — Когда надежда на чудеса Чаши исчезла, вы решили стать достойным отцом ребёнку, которого уже невозможно спасти. — Рондел, звучит так, будто вы обвиняете Новый Орден Рассвета в нарушении императорских законов. — Именно так, Пинтель. Прежний Орден Рассвета полностью заслуживал название ереси. — Господин Рондел, не стоит ставить Новый Орден Рассвета в один ряд с прежним. «Тогда зачем вообще сохранять название?» Вопрос едва не вырвался, но Рондел сдержался. — Этими словами вы меня не переубедите, господин Джулиан. Он отбросил сомнения и твёрдо отказал. — Жаль. Если вы настолько непреклонны, ничего не поделаешь. Похоже, переговоры закончились. Рондел сглотнул. Если Джулиан сейчас вытащит меч, удивляться не придётся. Готовясь сопротивляться до конца, он поднял голову и встретил его взгляд. — Где находится ваш сын, страдающий неизлечимой болезнью? — Вы собираетесь угрожать мне ребёнком, господин Джулиан? Голос Рондела стал громче. Даже под удушающим давлением он не отступил. — Я слышал о его болезни и всего лишь хочу помочь. Джулиан широко улыбнулся. «Я должен защитить сына любой ценой». Пусть болезнь не оставляет ему много времени, ребёнок не должен попасть в руки этого дьявола. ---------- Узы (2) Ради больного ребёнка Ронделу пришлось поступиться принципами и укрыться в тени Ордена Рассвета. Трагическая история. Но я всё равно собирался воспользоваться сложившимися обстоятельствами. Разумеется, в итоге проблему Рондела тоже нужно было решить. «Только не прямо сейчас». Сперва следовало осмотреть его сына. Раз Рондел поверил обещаниям о Чаше Демонического бога, значит, он считал, что Тенелон способен вылечить ребёнка. «А теперь часть этой силы есть у меня». Возможно, болезнь действительно удастся устранить. Нет, я был почти уверен. «После осмотра…» Я вызову Элеонору и позволю ей забрать заслугу себе. Тогда в Новом Ордене Рассвета появятся люди, лично обязанные ей. А значит… «Я передам ей всё». Обязательно. С этой мыслью я спросил, где находится больной сын Рондела. «Почему он так напуган?» Над его головой бушевал густой фиолетовый Цвет Страха. Немного подумав, я понял причину. — Кхм. К подобным недоразумениям я уже привык. Удивление быстро прошло. — Господин Джулиан спросил, где находится ваш сын, Рондел. — Значит, теперь вы угрожаете мне, Пинтель? — Наглец! Пинтель внезапно ударил посохом об пол и широко распахнул глаза. — Вам совершенно ясно, что следует сделать! Немедленно ответьте господину Джулиану, иначе… Хм?! Почему он вдруг так завёлся? Я поспешно остановил его жестом. Пинтель сразу осёкся и почтительно отступил. Тебе бы и правда говорить потише. — Я вам не угрожаю. Хочу лишь лично убедиться, можно ли решить проблему. Поверьте мне. Я постарался вложить во взгляд искренность. Хотя с глазами Джулиана эмоции, вероятно, всё равно не были видны. — Это правда…? — Да. Клянусь императорской семьёй. Лично для меня такая клятва ничего не значила, но окружающих она должна была успокоить. — …Хорошо. К счастью, Рондел согласился. Недовольство никуда не исчезло, но, видимо, он решил, что при свидетелях ничего страшного не произойдёт. Или отчаяние заставило его поверить даже словам прищуренного злодея. Рондел повёл нас через широкие коридоры поместья. Мы остановились у самой большой спальни. — Здесь. Стоило войти, как я почувствовал внутри нечто странное. «Демоническая энергия». Она исходила от маленького мальчика, лежавшего на кровати. — Это мой сын, Гарндел. Я не стал отвечать и направился к постели, но Рондел схватил меня за плечо. — Ч-что вы собираетесь сделать, господин Джулиан? — Отпустите его, Рондел! У господина Джулиана есть план! Я жестом велел снова раскричавшемуся Пинтелю замолчать. Он прочистил горло и кивнул. Успокойся уже. — Тенелон обещал вылечить вашего сына, верно? Рондел неохотно кивнул. Для лечения юного Гарндела действительно требовалась сила Чаши Демонического бога. «В нём поселился демон-паразит». Такой же тип демона прежде поразил сына Захарда. Однако этот был слишком слаб, чтобы полностью захватить тело. Он лишь медленно отравлял Гарндела демонической энергией, пока ребёнок не умрёт. «Хорошо, что я не привёл Захарда». Увидев подобное, тот мог потерять самообладание. — …Господин Джулиан. Пока я размышлял, Рондел осторожно заговорил. Страх по-прежнему окутывал его, но он сделал шаг вперёд и твёрдо спросил: — Вы способны решить эту проблему? Для человека, который дрожал от ужаса, голос звучал удивительно сильно. Ответь я «нет», и он наверняка обвинил бы меня в том, что весь этот спектакль был напрасен. «Способен». Я верил, что справлюсь. — Пока не знаю. Но лечить его сейчас не входило в план. «Это должна сделать Элеонора». Точнее, я собирался вызвать её, устранить демона и позволить ей получить всю славу. — Что значит «не знаете»…? — Именно то и значит. Одного взгляда недостаточно, чтобы поставить точный диагноз. Я пожал плечами. Из-за поднятой суматохи и отсутствия готового решения взгляд Рондела стал острым. — Зачем тогда было устраивать всё это? — Я предупреждал следить за словами, Рондел! — Замолчите! Пинтель, ну вот опять. Чтобы успокоить обоих, я неторопливо поправил одежду. Сейчас наступал важный момент. Рондел погрузился в отчаяние. После исчезновения Чаши Демонического бога он наверняка считал болезнь сына неизлечимой. Именно теперь ему следовало показать выход. «Выход по имени Элеонора». Если болезнь будет излечена благодаря ей, положение Элеоноры в Новом Ордене Рассвета закрепится. А мне станет проще отойти в сторону. — Хм? Ш-ш-ш! В этот момент от моего тела отделилась тонкая тень и потянулась к лежащему Гарнделу. Даже смотреть не требовалось, чтобы понять: это часть Анжелики. «Что ты делаешь?» Я сразу почувствовал, как план летит к чертям. Анжелика с довольным видом прижалась к кровати. — А-а-а-а-а! Из горла Гарндела вырвался чудовищный крик. — Г-Гарндел?! Истощённый долгой болезнью мальчик начал метаться и размахивать тонкими руками. Рондел бросился удерживать его, чтобы тот не поранился. — Успокойся, Гарндел! Что с тобой?! — К-о-о-о-о! Изо рта ребёнка донёсся звериный рёв. «Блять, Анжелика!» Я посмотрел под кровать, где она явно хихикала. Какого чёрта ты натворила?! В ту же секунду изо рта Гарндела вылетел желеобразный комок. — Гарндел! Анжелика, что с тобой происходит в последнее время?! Оставив ошеломлённого Рондела, я выхватил меч и ударил. Шлёп! Липкая масса налипла на Лунный Меч, немного подёргалась, а затем рассеялась серым дымом. — Что это было…? Рондел прижимал к себе потерявшего сознание сына. Я стряхнул с клинка остатки и убрал его в ножны. «Демон-паразит». Именно его я только что разрубил. Причина болезни уничтожена. Когда Гарндел придёт в себя, состояние начнёт улучшаться и со временем полностью нормализуется. «Угх…» Но для меня возникла серьёзная проблема. Вылечить ребёнка должна была Элеонора. Иначе великий план по уходу в сторону не сработает. — Не знаю. Рука сама потянулась к мечу. Я сделал вид, будто ничего не понял. Мальчик пока не очнулся. Если быстро привести Элеонору и устроить небольшое представление, ещё можно всё исправить. Да, так и поступим. — А-а… Да пошло оно всё. Блять, почему ничего не идёт по плану? *** — Гарндел! Рондел обнял сына, который наконец открыл глаза. Пинтель, наблюдавший за ними, неловко прочистил горло. — Ещё не всё закончено, Рондел. Он прекрасно понимал, почему ребёнок внезапно пришёл в себя. «Господин Джулиан вылечил его». Это было очевидно даже дураку. Более того, Пинтель сделал ещё один вывод о силе Джулиана. «Болезнь сына Рондела имела демоническую природу». Именно поэтому Тенелон заманил Рондела в Орден Рассвета обещанием силы Чаши Демонического бога. «А недуг исчез в тот самый миг, когда появился господин Джулиан». Подобное нельзя списать на совпадение. «Значит, господин Джулиан получил силу Чаши Демонического бога». Всё выглядело так, что другого объяснения не оставалось. «Теперь понятно, зачем он привёл меня». Пинтель не стал размышлять, как именно Джулиан овладел силой реликвии. Это не имело значения. Он понял, почему его позвали на встречу с Ронделом, и вышел вперёд. — Теперь вы понимаете, зачем господин Джулиан хотел лично увидеть вашего сына? Если бы требовалось лишь узнать симптомы, хватило бы рассказа. Но Джулиан настоял на осмотре. — Причина, по которой он пришёл сюда сам… Пинтель цокнул языком и продолжил вместо растерянного Рондела: — Господин Джулиан не собирается привязывать людей дешёвыми обещаниями, как прежний Верховный понтифик Тенелон. Пинтель решил, что его пригласили стать свидетелем чуда и помочь завоевать сердце Рондела. — Он пришёл, чтобы дать вам выбор. При Тенелоне Рондела фактически вынудили вступить в Орден Рассвета. — Что вы решите теперь? Даже если уйдёте, господин Джулиан вас не остановит. Не отправит погоню и не станет мстить. Теперь всё иначе. Увидев чудо собственными глазами, Рондел выберет сам, а не под давлением. — Решение полностью принадлежит вам. Выслушав его, Рондел опустился перед Джулианом на одно колено. — Благодарю за спасение моего сына, господин Джулиан. Такой преданности он никогда не показывал Тенелону. — Отныне ваша воля станет моей. Я посвящу себя её исполнению…! Джулиан привлекал людей не угрозами, не сделками и не обещанием безопасности. Как бабочки сами летят к цветам. Пинтель верил, что люди естественным образом собираются вокруг него. «Разве не этого хотел господин Джулиан?» Внутренне довольный, Пинтель посмотрел на лицо Джулиана. На его губах по-прежнему играла улыбка, а сам Джулиан, глядя на Пинтеля, думал лишь одно: «Ты… мелкий… ублюдок…» ---------- Узы (3) Когда возникает проблема, прежде всего нужно определить её причину. Мелкую неприятность иногда можно оставить без внимания, но этот случай так просто спускать было нельзя. — Почему ты вмешалась без разрешения? Ненадолго оставив Рондела и Пинтеля, я забрал Анжелику и решил разобраться с ней напрямую. После поглощения Чаши Демонического бога её самосознание заметно усилилось. Впрочем, изменения начались ещё после того, как я дал ей имя, а затем стали лишь явнее. «Но вмешиваться в самый важный момент…» Закрыть на это глаза я не мог и собирался строго её отругать. Появившаяся передо мной Анжелика виновато сжалась, словно ребёнок, прекрасно понимающий, что натворил, но, несмотря на жалкий вид, я не собирался отступать. — Я спросил, почему ты вмешалась. — Кр-р. В звуке слышались просьба и обида. Это не было полноценной человеческой речью, но смысл я почему-то понял. — Ты помогла, потому что мне стало его жаль? Вот почему Анжелика повела себя настолько странно. Она почувствовала мою жалость к мальчику и решила помочь, надеясь заслужить похвалу. «Тц». Теперь ругать её стало неловко. Если бы она просто решила испортить мне дело, наказание было бы суровым. Но намерения оказались совершенно иными. — Хаа. Я вздохнул. До этого она хихикала, явно ожидая похвалы. И всё же объяснить правила следовало. — Ты молодец. Но в следующий раз, прежде чем действовать, спроси у меня. Анжелика несколько раз энергично кивнула. Что ещё оставалось делать? Пусть всё пошло не по плану, положение ещё не было безнадёжным. «Нужно лишь попросить Рондела и Пинтеля молчать». Я вылечил сына Рондела силой, связанной с Чашей Демонического бога. План передать заслугу Элеоноре провалился. Придётся придумать другой способ укрепить её положение. К тому же, если слух разойдётся среди бывших членов ордена… «Найдутся желающие получить силу Чаши». Справиться с ними несложно. Куда неприятнее будут те, кто превратит её в предмет веры. «Слепые мухи, которые слетятся со всех сторон, принесут лишь головную боль». Решив это, я уже собирался убрать Анжелику и вернуться. «Стоп». Но как я вообще понял, что она только что сказала? «…Похоже, от человечности я отдаляюсь всё сильнее». Поразмыслив, я перешёл к действиям. *** Вернувшись к Пинтелю и Ронделу, я попросил их сохранить произошедшее в тайне. — Почему, господин Джулиан? Как и ожидалось, Пинтель сразу возразил. — Если об этом узнают, весь Орден Рассвета встанет под вашим началом! Он станет прочнее и сплочённее, чем когда-либо! Именно этого я и пытаюсь избежать, идиот. — Причина проста. Подавив раздражение, я спокойно продолжил: — Сегодня я пришёл к господину Ронделу не ради этого. — И всё же… — Новый Орден Рассвета не должен снова превращаться в организацию, где всех принуждают. Людям необходимо оставить выбор. Я посмотрел на Рондела. После пробуждения Гарндела прежняя настороженность и страх исчезли, сменившись куда более положительным отношением. Разумеется, для меня это «положительное» было скорее отрицательным. — Я не считаю, что Орден Рассвета обязан вновь объединяться в прежнем виде. Здесь я добавил немного личного мнения. Я словно раскрывал внутренние мысли, но позицию требовалось обозначить заранее, иначе позднее возникнут лишние проблемы. — Тогда выходит, всё, что мы делали до сих пор, было бессмысленно? Пинтель задумался. Вообще наши отношения с самого начала не поддавались нормальному объяснению. «Если честно…» Я пришёл именно для того, чтобы уничтожить Орден Рассвета. — Я понял, господин Джулиан. Пинтель кивнул, и его лицо просияло. Я знал этот взгляд: каждый раз, когда он так выглядел, всё заканчивалось плохо. Ничего он не понял. Просто придумал очередную безумную трактовку. — После распада Ордена Рассвета доверять можно лишь тем, кто добровольно выберет вас! Ну конечно. — Вы собираетесь ещё раз провести чистку и отсечь всё ненадёжное? Я даже представить не мог! Я тоже. Я и сам никогда бы такого не придумал. *** Среди бывших епископов быстро распространился слух: Рондел Гриасон присоединился к Новому Ордену Рассвета. Однако причина возвращения оставалась неизвестной: то ли её намеренно скрывали, то ли Рондел внезапно изменил решение и подчинился Джулиану — никто не мог сказать наверняка. Но догадки появились. — Возможно, дело связано с Чашей Демонического бога. Рондел изначально вступил в орден, надеясь чудом исцелить сына. За большим круглым столом Колпаран поглаживал бороду и обращался к двум собеседникам. Элеонора Д’Мишель. Уберон Хайникс. Оба были ключевыми фигурами распавшегося Ордена Рассвета. — Чаша исчезла. После смерти прежнего Верховного понтифика Тенелона от этой жуткой реликвии не осталось и следа. — Я знаю. Вероятно, Святой Меч уничтожил её вместе с Тенелоном, как вы и говорили. Когда Колпаран мягко напомнил о событиях охоты на епископов, Элеонора перевела на него взгляд. — Но всегда остаётся «если». Если Джулиан тогда забрал Чашу, нынешняя ситуация получает объяснение… — Если господин Джулиан действительно овладел Чашей и пытается повторить путь Тенелона… Элеонора провела пальцами по отметине в форме слезы под глазом, а затем остро посмотрела на Колпарана. — Наши отношения на этом закончатся. Я скорее умру, чем позволю Ордену Рассвета вернуться к прежнему состоянию. Уголки её губ были слегка подняты, но за улыбкой скрывалась угроза. Орден, основанный родом Д’Мишель, изначально имел мало общего с поздней культистской организацией. Его создавали ради изучения теневой стихии. Именно Тенелон превратил объединение исследователей в культ. После его смерти Элеонора хотела вернуть орден к истокам. «Полностью прежним он уже не станет». Полностью очистить орден было невозможно. Влияние Тенелона оставило слишком глубокий след, и вновь сделать организацию исключительно исследовательской не получится. «Но дальнейшего падения нельзя допустить». Главной проблемой оставалась Чаша Демонического бога. Если Джулиан воспользуется ею для укрепления власти, Элеонора была готова всеми силами воспрепятствовать его возвышению. — Слова суровы, но предположение Колпарана пока остаётся лишь предположением. Я не собираюсь мешать Джулиану стать новым Верховным понтификом. — Хм. Колпаран горько вздохнул. — Моё мнение отличается от мнения госпожи Элеоноры. В разговор вступил Уберон. Член одного из Четырёх великих родов говорил с неестественной для своего возраста серьёзностью. — Если Джулиан действительно владеет Чашей, нам следует помочь ему занять место Верховного понтифика, а не мешать. Единственной целью Уберона было стать главой рода Хайникс. Именно ради этого он вступил в Орден Рассвета. Сильный орден помог бы его амбициям, поэтому Уберон был готов поддержать Джулиана. — Проблема не в предмете, а в человеке, который им пользуется. — Должность меняет взгляд на мир, Уберон. — Правитель, неспособный сохранить убеждения после получения власти, недостоин править. Представитель рода Крайпарт обязан был усвоить хотя бы это. Элеонора вздохнула, услышав рассуждения, далёкие от реальности. — Настоящая власть отличается от уроков для будущих правителей. Вы слишком молоды, чтобы это понимать. — Ч-что? Задетый замечанием о возрасте, Уберон резко поднялся и уставился на неё. — Мы обсуждаем Верховного понтифика! При чём здесь возраст, Элеонора?! — Успокойтесь, Уберон. Прежде чем спор перерос в крик, Колпаран вмешался. В ярко-синих глазах Уберона ещё дрожало возмущение, но он взял себя в руки и прочистил горло. — И всё же вы заблуждаетесь, Уберон. Элеонора ещё не закончила. — А если господин Джулиан привлёк Рондела без помощи Чаши Демонического бога? Все взгляды обратились к ней. — Разве Рондел, жаждавший чуда реликвии, вернулся бы в орден, не получив никакого чуда? — То есть… — Вы считаете, что Джулиан сам способен творить чудеса, сравнимые с силой Чаши? Элеонора молча кивнула. Произошедшее в поместье Гриасон намеренно скрыли. Остался лишь факт: Рондел вернулся в Орден Рассвета после исчезновения реликвии. Именно поэтому, пытаясь утаить собственную заслугу, Джулиан лишь ещё сильнее укрепил своё положение. ---------- Узы (4) Кто-то однажды сказал: отправляясь мстить, вырой две могилы — одну для врага, вторую для себя. Знаменитое изречение напоминает, что месть требует готовности умереть. Но я видел в нём и другой смысл. «Даже когда дело не связано с местью, любое действие может закончиться двумя могилами». Если поступок приведёт к непредвиденным последствиям, расплачиваться придётся самому. Иными словами: «За что бы ни брался, готовь две могилы». «Однако…» Теперь могилы уже начали мерещиться перед глазами. — …Поэтому на ближайшем заседании круглого стола состоится голосование за нового Верховного понтифика. Слушая доклад Лазлота, я не поверил ушам. — Хаа. Пришлось глубоко выдохнуть и немного успокоиться. Затем я снова посмотрел на Лазлота. В его красновато-карих глазах отражался прищуренный злодей, выглядевший удивлённее, чем я хотел показать. — Повтори, пожалуйста. — Да, господин Джулиан. Лазлот кивнул, сверился с принесёнными бумагами и заговорил снова: — На предстоящем заседании круглого стола епископы соберутся и проведут голосование за нового Верховного понтифика… — Нет, повтори то, что сказал перед этим. — Перед этим? Он растерянно посмотрел на меня, но всё же продолжил: — Епископы провели предварительный опрос. Большинство рассматривает вас как следующего Верховного понтифика. Почему? Вопрос едва не вырвался вслух. Большая часть епископов ненавидела Джулиана. Сколько бы времени ни прошло, пока они оставались дворянами, этот факт никуда не исчезал. И всё же теперь большинство поддерживало меня. «Вы там все мазохисты?» Хотите добровольно лечь под топор Улыбающегося палача? Под гильотиной должны стоять преступники, идиоты. «Хотя они и есть преступники». Блять. Мысленно выругавшись, я провёл рукой по волосам. — Странно. Раньше меня поддерживало простое большинство, но я не ожидал заслужить доверие почти всех епископов. — После предательства Тенелона некоторые действительно отвернулись от Ордена Рассвета. Однако, думаю, всё изменил недавний слух. Слух? Неужели обо мне ходило что-то, чего я не знал? — Говорят, вы вернули господина Рондела в Новый Орден Рассвета. Об этом я, разумеется, знал. Трудно назвать слухом событие, в центре которого находишься сам. «Но всё связанное с Чашей Демонического бога мы скрыли». Как тогда возвращение Рондела повлияло на епископов? — По мнению госпожи Элеоноры… Лазлот словно решил заранее ответить на вопрос. — Если господин Рондел, искавший чуда Чаши, вернулся, значит, вы обладаете силой сопоставимого уровня… Голос постепенно стих. Над его головой впервые за долгое время появился Цвет Страха. — Вас что-то разозлило, господин Джулиан? — Почему ты так решил? — Не знаю. Просто… атмосфера вдруг стала тяжёлой. Лицо Джулиана почти невозможно было прочесть. Я сам ещё различал собственные выражения, но посторонние совершенно не видели скрытых эмоций. — Ха-ха. Зачем мне злиться? Ты ведь не принёс дурных вестей. — Это правда, но… Лазлот украдкой посмотрел на мою руку. Я тоже опустил взгляд. «Блять». Стоя и слушая доклад, я опёрся ладонью о железный стол. Когда поднял её, на металле остался глубокий след от пальцев. Я сам не заметил, как сильно сжал край. «Должность Верховного понтифика Ордена Рассвета». Сколько же сил я потратил, пытаясь её избежать? Какая ирония. «После смерти Тенелона я думал, что орден больше не объединится». Но теперь его тень становилась всё заметнее и в Совете дворян, и при императорском дворе. Да, новый орден уже не поклонялся Демоническому богу и не устраивал бедствия по всему континенту. Однако ярлык культа никуда не исчез. «Сбежать?» Тенелон мёртв, Святого Меча тоже нет. В столице будто не осталось причин задерживаться. Мысль об отъезде на мгновение показалась заманчивой. «Нет». Но быстро исчезла. Почему бежать должен я? Культом был Новый Орден Рассвета, а я лишь помог убить Тенелона. «Но если отказаться от должности, всё может закончиться плохо». Большая часть событий произошла не по моей воле, однако положение зашло слишком далеко. Некоторые епископы уже проявляли фанатичную преданность. Даже подозрительные люди признавали мои способности. Если в такой момент внезапно уйти, Новый Орден Рассвета потеряет центр. Сама организация, вероятно, не исчезнет. Остатки снова соберутся и создадут новое объединение. Поэтому ради предотвращения появления второго Тенелона лучше не бросать их сейчас. Кроме того, распад может привести к утечке внутренних тайн: епископов одного за другим потащат к императорскому суду, а вместе с ними поджарят и меня. — За что мне такое испытание? Я тихо пробормотал, глядя на изображение Солнечного бога — символ государственной религии Империи Адратан. «Стоп». Внезапно в голове появилась идея. Священное государство, поклоняющееся Соларуну и называющее себя его законным наследником. Пейзажи тех земель. Я резко поднялся. — Такой способ действительно существует. До заседания круглого стола оставалось совсем немного. Продумывая, что именно сделаю там, я улыбался всё шире. *** Элеонора размышляла. «Это первое собрание после распада Ордена Рассвета». Не просто вероятно, а несомненно — это был решающий момент, который определит будущее Нового Ордена Рассвета. Она боялась, что Джулиан получил Чашу Демонического бога и намерен стать следующим Тенелоном. Поэтому отправилась на собрание, готовая внимательно следить за каждым его шагом. Заседание проводили на большой вилле рода Хайникс, одного из Четырёх великих родов Империи. По размеру здание не уступало поместьям обычных дворян. Места хватало с избытком, а влияние Хайниксов гарантировало, что слухи о встрече не выйдут наружу. — Род Хайникс впечатляет. Особняк такого размера они осмеливаются называть виллой. Колпаран прибыл раньше и уже занял место. Увидев Элеонору, он вместо приветствия оглядел зал, погладил бороду и поделился впечатлением. Она была с ним согласна. — Четыре великих рода — не пустой звук. — Верно. Но Уберон явно старается произвести хорошее впечатление. Пусть это не главное поместье, по одному внешнему виду виллы нетрудно определить владельца. Значит, о связи тайного собрания с Убероном было бы нетрудно догадаться, а это создавало для него реальную опасность. И всё же он предоставил место. Как сказал Колпаран, причина была очевидна: Уберон хотел понравиться «кому-то». «Нетрудно понять кому». Джулиану. На данный момент именно он находился ближе всех к должности Верховного понтифика. — Поступок Уберона понятен. При нынешнем перевесе на стороне старшего брата он может лишиться места в роду Хайникс. Элеонора знала об этом. Изначально Уберон вступил в Орден Рассвета, чтобы с помощью Тенелона стать главой рода. После распада организации и смерти Верховного понтифика ему требовался новый покровитель. — Жаждущий сам ищет колодец. Уберон как раз из таких. — Точно сказано. Пока Элеонора и Колпаран беседовали, зал постепенно заполнялся. Приходили епископы прежнего Ордена Рассвета. Пинтель. Хозяин виллы Уберон. Другие влиятельные люди занимали места и обменивались краткими приветствиями. «Собрание всё ещё не начинается». Свободным оставалось лишь одно кресло. Если бы отсутствовал обычный епископ, его просто уведомили бы позже и начали без него, но это место принадлежало не рядовому участнику. Скрип! Дверь открылась, и появился последний епископ. — Все уже собрались? Надеюсь, я не заставил вас ждать слишком долго. На лице Джулиана сияла улыбка, в которой не было ни капли раскаяния. Стоило ему войти, как все присутствующие одновременно поднялись и почтительно поприветствовали его. ---------- Игра в мафию (1) С появлением Джулиана епископы за круглым столом прекратили разговоры и молча посмотрели на него. На лицах отражались разные чувства. Кто-то смотрел с восхищением. Кто-то — с доверием. Кто-то — с неприязнью. Но внимание всех без исключения сосредоточилось на Джулиане. Как бы они ни отрицали очевидное, именно он находился ближе всех к должности Верховного понтифика и обладал в этом зале наибольшим влиянием. — Тогда обсудим вопросы, которые предстоит решить Новому Ордену Рассвета. Обсуждение естественным образом начал Джулиан. Ни один епископ не осмелился его перебить. — Но прежде я хотел бы выразить благодарность господину Уберону. Он внезапно перевёл взгляд на Уберона. Следом посмотрели и остальные. — За организацию встречи. На лице Уберона расцвела улыбка. Он явно решил, что заслужил расположение Джулиана. «Какой наивный». «Совсем ещё мальчишка». Элеонора и Колпаран мысленно цокнули языками. — П-пустяки. Применять необходимую силу там, где она нужна, — девиз рода Хайникс. Пинтель слегка нахмурился, услышав короткое хвастовство, но Джулиан жестом велел ему молчать. — Нет, это немалая заслуга. После смерти Верховного понтифика мы потеряли единство, а вы предоставили место, где его можно восстановить. — А? Ну… На губах Джулиана появилась мягкая улыбка. Уберон смущённо почесал голову. — Если говорить так, то, пожалуй, да. «Какой же он молодой». Элеонора вновь пришла к тому же выводу. Слова звучали внушительно, но Джулиан ничего Уберону не дал. Он лишь создал ситуацию, в которой одной похвалы хватило, чтобы завоевать его расположение. — Теперь вернёмся к главному вопросу и обсудим будущее Нового Ордена Рассвета. Оставив довольного Уберона, Джулиан посмотрел на Элеонору. После смерти Верховного понтифика именно она формально занимала высшую должность. Похоже, Джулиан предлагал ей вести обсуждение. — Новому Ордену Рассвета нужен столп, который не позволит нам рассыпаться. Нужен лидер. Епископы согласно закивали. Ради выбора этого «лидера» они и собрались. — Поэтому предлагаю выслушать мнения присутствующих и провести избрание следующего Верховного понтифика. Все вновь кивнули. Но в глазах каждого скрывались разные чувства. «Наконец настал этот день! Ещё одна ступень к возвышению господина Джулиана. Я, Пинтель, и весь род Обрадин станем руками и ногами, воплощающими его волю». Кто-то восхвалял заранее выбранного кандидата. «Тц. До должности Верховного понтифика мне далеко, но шанс всё ещё существует. Не все епископы поддерживают Джулиана». Кто-то таил амбиции. «…Победитель практически определён. Но если он действительно завладел Чашей Демонического бога, как предполагает Колпаран…» Кто-то тревожился. «Он похвалил меня перед всеми! Если ещё несколько раз покажу себя с хорошей стороны, получить важную должность будет нетрудно». Кто-то просто мечтал о будущем. Но в центре большинства мыслей находился один человек. Джулиан Крайпарт Фрейсон. Почти назначенный следующий Верховный понтифик. Он видел переполнявшие зал эмоции и беззвучно усмехался. «Ни за что». Предрешённый исход он категорически отвергал. *** — По итогам обсуждения следующим Верховным понтификом назначается Джулиан. Хлоп-хлоп-хлоп! После слов Элеоноры все епископы одновременно зааплодировали. Как и ожидалось, выборы не заняли много времени. Результат заранее был известен всем. Многие вообще считали, что собрание нужно лишь для того, чтобы будущий Верховный понтифик Джулиан осмотрел епископов и проверил их верность. — Следует назначить дату вступительной церемонии. Остальные члены ордена тоже должны узнать новость. — Откладывать незачем. Лучше провести её как можно скорее, тц-тц. Ни один епископ не высказал возражений. Даже если недовольные существовали, открыть рот сейчас было равносильно самоубийству. — Благодарю всех. Пока собравшиеся оживлённо обсуждали дальнейшие шаги, Джулиан поднялся и произнёс короткую фразу. Внимание немедленно вернулось к нему. — Возможно, говорить об этом в подобный момент неуместно, но прежний Верховный понтифик Тенелон не сумел должным образом вести паству. Чтобы все сосредоточились, Джулиан начал с оценки пути Тенелона. — Он пытался заложить прочное основание, но в итоге сам его разрушил. Незадолго до смерти Тенелон сильно отличался от Верховного понтифика, которого мы знали. Это было правдой. В последние дни Тенелон вёл себя так, словно в него вселился злой дух. Он бездумно убивал членов ордена под видом проверки верности и устроил бессмысленную охоту на епископов. Его непостижимые решения окончательно уничтожили доверие к должности Верховного понтифика. — Когда он был архиепископом, ничего подобного не происходило. Возможно, разум Тенелона начал рушиться именно после возвышения. — Тц-тц. Верховный понтифик — всего лишь должность. Тенелон сошёл с ума, потому что изначально был дрянным человеком. Колпаран, всегда относившийся к нему отрицательно, высказался особенно резко. — Верно. Нормальным его нельзя было назвать с самого начала. «А вы будто нормальный». У нескольких епископов одни и те же слова подступили к горлу, но они чудом их удержали. Мало кто в зале мог прямо выдержать взгляд Джулиана. — Обсуждать мертвеца бессмысленно. Ветеран Колпаран. — Полезнее говорить о будущем Ордена Рассвета… точнее, Нового Ордена Рассвета. Архиепископ Элеонора. — Какое бы решение ни принял господин Джулиан, мы последуем за ним. Преданный Пинтель. Именно эти люди поддерживали Джулиана и помогли привести орден к нынешнему состоянию. Теперь, когда он стал следующим Верховным понтификом, все предполагали, что их власть превзойдёт влияние обычных епископов. — Тогда как следующий Верховный понтифик я хочу кое-что сказать. Епископы были уверены: всё происходящее заранее согласовано между ближайшими сторонниками Джулиана. — Тц-тц. Решили произнести благодарственную речь? — Ничего особенного. Я собираюсь отказаться от должности Верховного понтифика. — Хм, заявление об отставке я могу разослать сам. А ещё… Колпаран по привычке кивал, но внезапно застыл и непонимающе посмотрел на Джулиана. Тишина в зале постепенно сменилась растерянным гулом. — Повторите, пожалуйста, господин Джулиан. — Я отказываюсь от должности Верховного понтифика. Колпаран ошеломлённо усмехнулся. Джулиан всегда устраивал представления, чтобы получить желаемое. Но если он собирался совершить настолько неожиданный шаг, близких союзников стоило предупредить заранее. «Тц-тц. Наверняка хотя бы верный Пинтель знал». Колпаран посмотрел на него. Пинтель глядел на Джулиана так, будто мир только что раскололся. «…Значит, и ты не знал?» *** Должность Верховного понтифика Ордена Рассвета. Стоило принять её — и организация превратилась бы в болото, из которого уже не выбраться. Все последствия повесили бы на меня, а после раскрытия общественность заклеймила бы меня еретиком. «Верховный понтифик Ордена Рассвета». Корень всех проблем. Как избавиться от беспокойства? «Уничтожить саму должность!» Побег не решал проблему. Значит, нужно убрать источник. — Э-это невозможно, господин Джулиан! Услышав об отказе, Пинтель вскочил. Вот и началось. Я знал, что именно ты встанешь поперёк дороги. Я посмотрел на него. На лице читался отчаянный вопрос: почему я заявляю подобное именно здесь? Кажется, в глазах даже появились слёзы, но выбора не было. — Сейчас никто, кроме вас, не способен возглавить Новый Орден Рассвета! — Я тоже не могу это отрицать, господин Джулиан. Элеонора поддержала разгорячённого Пинтеля. Обычно невозмутимое лицо выглядело непривычно растерянным. — Кто-то обязан занять место Верховного понтифика. И этим человеком должен быть тот, кому доверяет большинство. — Охота на епископов произошла именно потому, что всё зависело от одного лидера, госпожа Элеонора. Но её довод было легко обратить. Элеонора прежде всего ценила истинную сущность и законность Ордена Рассвета. — Тенелон устроил бойню, потому что вся власть ордена была сосредоточена в одной точке. По крайней мере, я считаю именно так. — Ах… Она тихо выдохнула, будто что-то поняла. Дальше Элеонора сама произнесла нужные слова. — Высшую власть следует разделить. Это вы хотите сказать, господин Джулиан? Именно. ---------- Игра в мафию (2) Причина разделения власти проста: не позволить нескольким людям полностью её присвоить. Система сдержек должна ограничивать злоупотребления и заставлять руководителей осторожнее принимать решения ради будущего Ордена Рассвета. «Хотя, если честно, это лишь красивое оправдание». Я знал правду: делится власть или нет, то, что должно произойти, всё равно произойдёт. Если бы меня действительно волновало будущее Нового Ордена Рассвета, следовало бы глубже продумать устройство и тщательнее подобрать слова. «Но меня оно не волнует». Я хотел выбраться из этой ситуации. Именно это неизменное желание привело меня сюда. Разумеется, нельзя было просто уйти и проигнорировать последствия. Поэтому старался оставить вместо себя как можно больше других целей, способных притянуть внимание. — Мы выберем трёх архиепископов. Они будут сдерживать друг друга, и самоуправство, подобное поступкам Тенелона, больше не повторится. — Хм, троих? Вы даже точное число определили. Значит, уже решили, кого назначить архиепископами, господин Джулиан? Колпаран заговорил, тихо посмеиваясь. Ещё мгновение назад он был серьёзен, а теперь заметно расслабился. Настоящий старый лис — уже учуял запах власти. — Да. — Тогда назовите их. Раз вы отказываетесь от должности Верховного понтифика, наверняка подготовили дальнейшие меры. — Первая, разумеется, госпожа Элеонора — действующий архиепископ. Я указал на неё, словно ответ был очевиден. Элеонора оставалась единственным человеком в Ордене Рассвета, уже носившим этот сан. — Даже после переустройства ордена она сохранит должность. — А двое других? — Один из них — вы, господин Колпаран. Я указал на старика, и тот понимающе кивнул. — Хе-хе. Господин Джулиан, ваша высокая оценка почти довела меня до слёз. — Разве ваши слёзные железы ещё не высохли от старости? — Молодые люди вроде вас, Уберон, не знают: с возрастом плачешь только чаще. Даже отвечая на поддразнивание, Колпаран довольно поглаживал бороду. — Я всё ещё не могу это принять, господин Джулиан! Пинтель снова вскочил, открыто возражая против решения. Я посмотрел на него. — Принимаете вы или нет, я уже всё решил. — Но… — Не пытайтесь спорить. Особенно здесь, архиепископ Пинтель. Пинтель был третьим кандидатом. Услышав слово «архиепископ», он дёрнулся: мой отказ его растерял, но повышение явно обрадовало. «Теперь даже ты не сможешь возражать». Если он продолжит спорить при таком количестве епископов, то публично отвергнет оказанную мной честь и сам повредит своему положению. — Предлагаю упразднить должность верховного жреца и управлять орденом через трёх архиепископов. — Я не возражаю. — …Вы действительно уверены? Элеонора спросила ещё раз. Уверен ли я? — Разумеется. На этот раз слова полностью совпадали с мыслями. *** Освободившись от тревоги, связанной с должностью верховного жреца, я с облегчением ухаживал за бонсай. «Хобби и правда становится приятнее, когда голова свободна». На случай осложнений я подготовил куда более длинную речь, но архиепископы, к счастью, почти не сопротивлялись. Даже Пинтель, которого я считал главной преградой, в итоге согласился. «Хотя это странно». Слишком легко он уступил. Я отказался от высшей должности и остался обычным епископом. Услышав подобное, Пинтель должен был пускать пену изо рта и кувыркаться от ярости. «Но тем лучше». Разделить власть между тремя людьми было действительно разумно. Они будут сдерживать друг друга, а я отступлю и перенаправлю внимание на них. Выиграют все. «Постепенно исчезну из центра Ордена Рассвета». Идеальный исход — окончательно вырваться из тени ордена. — Хе-хе… Мысль о свободе вызвала невольный смех. Отражение в окне выглядело настолько злодейски, что пришлось сдержаться. — Всё-таки приятно избавиться от давнего беспокойства. Даже навязанная вежливая речь сейчас почти радовала. — Гр-р. Почувствовав хорошее настроение, Анжелика выбралась из тени и начала игриво ко мне ластиться. Обычно я велел бы ей вернуться, но сегодня позволил резвиться. «Хорошо». Почему бы не найти новое увлечение? Например, путешествия. Желательно за границу. *** На следующий день после отказа Джулиана три архиепископа вынужденно собрались снова. Никаких планов дальнейшего управления Новым Орденом Рассвета они заранее не обсуждали. — Никогда не думал, что он откажется от должности и отойдёт в сторону! Колпаран, ставший одним из новых архиепископов, не скрывал удивления. — Должно быть, вы особенно потрясены, господин Колпаран. Благодаря уходу господина Джулиана перед вами освободился путь наверх. Пинтель резко обратился к старику. Возможно, Джулиан именно этого и добивался: выбор трёх архиепископов оказался мудрым решением. Элеонора, Колпаран и Пинтель были словно вода и масло: они отвечали за разные области и не могли объединиться в единую силу. — Когда тень Джулиана исчезнет, вы собираетесь действовать как настоящий старый лис? — Хе-хе. Пинтель, вы видите лишь поверхность. — Что? Колпаран погладил бороду. — Тень Джулиана не исчезла. Напротив, после отказа от должности и назначения трёх архиепископов она стала ещё отчётливее. — О чём вы? — Подумайте хоть немного. Верность окончательно ослепила вас? Колпаран стукнул посохом по полу и прищурился, глядя на Пинтеля. — Став архиепископом, я не получил власть. Скорее… Тц. Он цокнул языком. — Я оказался ещё глубже под его тенью. — Что это значит? — Посмотрите, как изменился Новый Орден Рассвета. Прошло лишь несколько дней после упразднения должности Верховного понтифика. За эти дни поведение епископов уже стало иным. — Ради расположения Джулиана они пойдут на всё. Он показал, что в Новом Ордене Рассвета действительно можно получить высокую должность. — Показал возможность? — Речь о нас. На вопрос Пинтеля ответила Элеонора. — Он гарантировал награду тем, кто помогал ему. Она ненадолго замолчала. — Господин Джулиан показал это всем. Каждый знает, что мы трое поддержали его в борьбе с Тенелоном. Пинтель начал понимать скрытый смысл. — Гарантированная награда за помощь… Вот что он продемонстрировал. — Да. Теперь епископы изо всех сил будут добиваться его благосклонности. — В отличие от Тенелона, он не раздаст должности по одной прихоти. — Хе-хе. Забавно слышать это от человека, который стал епископом именно по прихоти Тенелона. Выслушав остальных, Пинтель наконец осознал, почему Джулиан отказался от высшей должности, оставшись простым епископом и возвысив его до архиепископа. — Даже без титула Верховного понтифика господин Джулиан крепко держит Новый Орден Рассвета в руках. Восхищение переполняло его. Как далеко тот всё просчитал. — Более того, оставшись епископом, он отошёл назад и избежал внимания, которое притягивала высшая должность. — Именно. — Серый кардинал. Теперь этот титул подходит ему лучше всего. Архиепископы больше не были вершиной власти. Они превратились в посредников, передающих слова Джулиана. «Пока что епископы могут начать действовать слишком рьяно». Колпаран решил, что в ближайшее время лучше соблюдать осторожность. *** Я листал столичные путеводители, пытаясь разгрузить голову, когда внезапный доклад Лазлота заставил поднять взгляд. — Бывший глава рода Крайпарт и прежний председатель Совета дворян господин Орнн просит о серьёзной встрече. «Орнн?» Зачем этому упрямому старику встречаться со мной? Впрочем, теперь Орнн Крайпарт больше не казался мне ровней. Если ему что-то нужно, пусть назначает встречу или приходит лично. Иного способа связаться со мной он уже не заслуживал. «Как высокомерно». Я усмехнулся собственным мыслям и посмотрел на Лазлота. — По какой причине? Я знал, что после потери поста председателя Орнн скрипит зубами от ненависти ко мне. Но сделать он мог немного. Сила рода Крайпарт находилась у Обена, а личная власть Орнна исходила от Совета дворян. — Звучит нелепо, но нынешнее положение заставило господина Орнна обратиться к вам за помощью. — Хочет вернуть должность председателя? Как восстановить уже упразднённый пост? Даже моего влияния для этого недостаточно. — Нет. Епископы, состоящие в Совете, начали выдвигать против него совершенно нелепые предложения. Безумные решения? — Если так продолжится… господина Орнна, вероятно, отправят на Северный фронт. Что? Орнна — на фронт? Честно говоря, мне было безразлично, куда отправится старик. Какое это имеет отношение ко мне? Проблема заключалась в другом. «Что, блять… вообще происходит?» ---------- И старым полководцам приходит конец (1) Орнн Крайпарт. Даже в преклонном возрасте было видно, что когда-то он был выдающимся мечником. Его дух оставался настолько крепок, что обычного рыцаря он, вероятно, победил бы и сейчас. Значит, даже служба на Севере вряд ли его убьёт. Впрочем, выживет Орнн или нет, меня почти не волновало. «Главное — почему всё дошло до этого». Орнн был тесно связан с Советом дворян. А сейчас в Совет проникло множество членов Нового Ордена Рассвета. Возможно, они уже составляли большинство. «Именно поэтому происходящее пугает ещё сильнее». Что творится внутри Совета дворян, если там всерьёз обсуждают отправку Орнна на передовую? — Ты знаешь, откуда вообще возникло такое предложение? Я посмотрел на Лазлота, который принёс доклад. Он немного поколебался. — Точно не знаю, но, похоже, дело связано со службой господина Орнна на Северном полюсе. С его службой? «Кажется, прежде члены рода Крайпарт были обязаны провести на Северном полюсе полгода». Джулиан тоже служил на Севере. Вероятно, старое правило хотели возродить именно ради избавления от семейной «опухоли». За короткое время Джулиан успел заслужить прозвище Северного Дьявола и вернулся в столицу. — Но это было много лет назад. Мне стало любопытно. Почему Совет внезапно ухватился за древний обычай? — Да, однако… Однако? — Даже старое нарушение остаётся нарушением. Многие сторонники в Совете дворян сейчас требуют проверить служебные записи господина Орнна. — Сторонники?.. — Да. Лазлот кивнул. — Думаю, это связано с тем, что епископы Колпаран и Пинтель стали архиепископами. — Каким образом? Лазлот удивлённо склонил голову. В бирюзовых глазах читался вопрос, и мне пришлось самому продолжить размышление. — Возможно, остальные тоже увидели шанс стать архиепископами?.. Шанс? В этот момент я всё понял. «А…» Даже малейшая возможность легко пробуждает человеческую жадность. На гору, вершины которой точно не достичь, никто не станет карабкаться. Но стоит увидеть хотя бы крошечный шанс — и ноги сами понесут вперёд. «Возвышение Пинтеля и Колпарана показало им возможность». Иными словами, я случайно разжёг их амбиции. «Поэтому культисты в Совете дворян теперь сходят с ума». Безумцы! Они так ослепли от жажды власти, что готовы на всё ради моего расположения. Если ничего не предпринимать, после упразднения должности Верховного понтифика суматоха постепенно утихнет. «Но если Орнна отправят на Север, императорская семья может заинтересоваться Советом дворян». Начнётся расследование, и всех скрывающихся там культистов вытащат наружу. — Господин Орнн действительно просил о встрече? — Да, господин Джулиан. Он сказал, что вы можете посетить его поместье. — А кто позволил ему меня приглашать? Вопрос Орнна требовалось решить быстро, но об иерархии забывать не стоило. — Передай ему следующее. Похоже, старик всё ещё считает себя влиятельным ветераном. — Если хочет поговорить, пусть приходит лично. Без охраны. *** — Господин Джулиан лично вызвал господина Орнна? Закончив разговор с Джулианом, Лазлот сразу отправился на тренировочную площадку. Там находился вернувшийся после недавних событий Ферн. Он как раз закончил упражнения и вытирал пот. — Да. — Ха-ха. Раньше такое было невозможно представить. Скорее господин Орнн позвал бы Джулиана, а не наоборот. Ферн немного подумал, затем покачал головой. — Нет, даже раньше всё было не так просто. Просто сам господин Джулиан сильно изменился. — Вы уже лучше себя чувствуете? Лазлот посмотрел на него. Раны, нанесённые Джулианом, полностью зажили, но назвать состояние Ферна идеальным было нельзя. Демоническая энергия Тенелона всё ещё оставалась внутри и медленно разрушала магические каналы. — Всё хорошо. Сегодня как раз закончил восстановление в Центре маны. — Тогда сможете снова со мной потренироваться? Услышав этот прямой вопрос, Ферн устало высунул язык. — Ты вчера валялся на земле, а сегодня уже просишь повторить? Лазлот взял со стены деревянный меч и бросил второй Ферну. — Поэтому сегодня нужно научиться большему. Чтобы падать реже. — Ха-ха. Говоришь уже как настоящий рыцарь. Ферн поймал меч и направил его на Лазлота. — Хотя лучше тебе попросить уроки у Захарда. При имени Захарда Лазлот слегка помрачнел. — Он обучал солдат на Севере и наверняка объяснит всё лучше меня. — Я уже просил. Он отказал. — Отказал? Почему? — …Я не спрашивал. — Наверное, была причина. Ферн покрутил деревянный меч и снова занял стойку. — Надеюсь, сегодня продержишься лучше, чем вчера. — Я тоже искренне на это надеюсь. Бух! Через некоторое время Лазлот с грохотом рухнул на землю. Пусть он был лишь учеником «Закрытых Глаз», падать его уже научили: перекат смягчил удар, и Лазлот не пострадал. Но от усталости это не спасло. — Ты стал намного лучше! Талант у тебя определённо есть. — Странно слышать это после того, как вы так легко меня бросили. — Я серьёзно. Не сравнивай рыцарей с обычными людьми. Мы целыми днями только едим и машем мечом. Хотя я теперь уже не рыцарь. Лазлот знал, насколько сильны люди, которых называют рыцарями. Даже без маны бесконечные тренировки позволяют им преодолеть человеческий предел и стать сверхлюдьми. Именно таких Империя признаёт рыцарями. — Я не льщу. Потенциал у тебя действительно есть, и выносливость для твоего возраста впечатляет. В собственной выносливости Лазлот был уверен. Не по своей воле, но на работе ему часто приходилось заниматься тяжёлым физическим трудом. — Обычный человек уже лежал бы без сил, а ты всё ещё бодр. — Но я ни разу по вам не попал. — Вот от таких слов мне обидно! Учитывай разницу в уровне. Ферн опустил ладонь до уровня голени. — Здесь находишься ты. Затем поднял её до живота. — А здесь я. Лазлот понимал разрыв, но жест всё равно показался смешным. — Тогда насколько высоко находится господин Джулиан? Ферн цокнул языком и коснулся плеча. — Примерно здесь? — Нет. Он покачал головой и указал на Лазлота. — Тебе придётся забраться мне на плечи и вытянуть руку вверх. Вот там будет господин Джулиан. — Пф-ха-ха! Лазлот не выдержал и рассмеялся. Немного отдохнув за разговором, он поднялся. — Ещё раз? — Нет, сегодня у меня есть поручение. — Поручение… А, связано с господином Орнном? Лазлот кивнул. — Надеюсь, ничего не случится. У господина Орнна тяжёлый характер. — Я тоже надеюсь. Лазлот вернул деревянный меч на стену, поблагодарил Ферна и направился к выходу. — Лазлот. Он обернулся на оклик. — Прости за тот случай. Сначала Лазлот не понял, но быстро догадался. — За то, что душил тебя. — Скорее мне стоит просить прощения. Я вас обманывал. — Да, за это ты действительно должен извиниться. Шутливый ответ заставил Лазлота ещё раз поклониться перед уходом. *** Несмотря на возраст, Орнн сохранял крепкое мускулистое тело, острый взгляд и внушительное присутствие, неожиданное для седого старика. Но сейчас он тяжело вздыхал. — Не думал, что такой день наступит… Почти десять лет Орнн возглавлял Совет дворян. Его уважала вся знать, а даже дворцовым рыцарям было трудно противостоять силе рода Крайпарт. Как глава одного из Великих родов, он обладал бесчисленными связями. — Потерю должности председателя я ещё могу принять. Орнн всегда понимал, что не будет возглавлять Совет вечно. Даже если на нынешнем заседании подняли старые записи о его службе и попытались использовать их против него. — Это не проблема. Пусть клыки выпали, он ещё не стал беззубым. Влияния у него оставалось достаточно, чтобы самостоятельно отклонять ничтожные предложения. — Проблема в том, что всё начало рушиться… Ни один цветок не цветёт вечно. После достижения вершины неизбежно наступает упадок. Орнн знал эту истину, но принять собственное падение не мог. — Пока постараемся убедить остальных не поддерживать решение. — Разумеется, господин Орнн! Многие рыцари в Совете хорошо меня знают! — Это всего лишь краткая буря. Переждём её, и всё вернётся… Помощники подбадривали его, но Орнн молчал. — Господин Орнн, пришло сообщение от Джулиана. Дворецкий тихо обратился к погружённому в мысли хозяину. Орнн без слов разрешил войти. Вскоре в комнату вошёл мальчишка. Ученик «Закрытых Глаз». Орнн видел этого черноволосого юношу в секретариате. Тот представился: — Меня зовут Лазлот. Я прибыл передать слова господина Джулиана господину Орнну. Как и ожидалось. Услышав о принадлежности к «Закрытым Глазам», Орнн сразу понял, от кого послание. — Говори. — Да. Лазлот кивнул. — Сейчас не господин Джулиан должен приходить к вам, а вы — к нему. Если назначите встречу, он согласен поговорить. — Что?! Один из помощников не выдержал и вскочил. В его движениях не было ничего воинского: он подошёл к Лазлоту, грубо схватил за плечо и встряхнул. — Повтори, императорская шавка… А-а-а! Бух! Лазлот вывернул руку, державшую его, и швырнул мужчину на пол. Несмотря на множество устремлённых на него взглядов, бирюзовые глаза даже не дрогнули. В них жила абсолютная уверенность в человеке, который стоял за его спиной. ---------- И старым полководцам приходит конец (2) В воздухе стоял холод, пробиравший до костей. Ощущая этот холод кожей и глядя на дворянина, лежавшего у его ног, Лазлот подумал о Джулиане. «Господин Джулиан…» Благодаря недавним тренировкам он уже мог справиться с обычным человеком, не обученным боевым искусствам. Столь быстрый прогресс объяснялся хорошими условиями и прекрасными наставниками. Джулиан заметил его успехи. — Похоже, в последнее время ты усердно занимаешься боевыми искусствами. — Да… Откуда вы узнали? — Это видно по дыханию и стойке. Признание со стороны человека, которого Лазлот уважал, принесло ему невероятную радость. Однако он не забыл улыбку Джулиана в тот момент. — Хорошая работа. Скоро появится дело, с которым тебе придётся справиться самостоятельно. По улыбке казалось, что Джулиан давно ждал подходящего момента. В прошлом его называли злодеем. И, честно говоря, считать Джулиана добрым человеком тоже было трудно. Его поступки совершенно не соответствовали неизменной улыбке: Джулиан мыслил холодно и по-деловому. Для него было естественно поручать подчинённым опасные задания. — Безрассудный ублюдок… Из какого ты рода?! — Если за тобой никто не стоит, я прямо сейчас отправлю тебя на виселицу! И потому Джулиан заранее предупредил: — Ближним Орнна не понравится, что ты пришёл один. Кто-нибудь может перейти черту и поднять на тебя руку. Лазлот не любил применять насилие, пусть и не показывал колебаний внешне. Дворяне всю жизнь топтали не только его, но и людей из приюта — его друзей и даже директора. Все они склонялись перед знатью и боялись ядовитых слов, вылетавших из её уст. — Угх… Ублюдок!.. Но теперь такой «дворянин» лежал под ногами Лазлота. Неожиданно это оказалось приятно. «Правильно ли это?» Насладившись моментом, он тут же испугался последствий. — Всё в порядке. За то, что произойдёт потом, отвечу я. Лазлот действовал не бездумно: Джулиан заранее обещал взять ответственность на себя. — Только так они по-настоящему поймут своё место. Оставалась одна опасность: Лазлота могли наказать на месте, прежде чем Джулиан успеет вмешаться. — Н-нужно немедленно снести ему голову! — Верно! — Вряд ли там найдётся человек, который решится наказать тебя сразу. Дворяне трусливы и всегда взвешивают чужую власть. Как он и сказал. Они громко требовали кары, но никто не шагнул вперёд. За спиной Лазлота стояла тень Джулиана. Боясь её, дворяне не решались действовать, даже когда их честь открыто унижали. «…Фух». Лазлот мысленно выдохнул. Он положился на доверие, почти похожее на поклонение, но страх всё равно оставался. «И правда». Лазлот оглядел громко возмущавшихся людей. Даже брошенный им на пол дворянин лишь яростно смотрел, не предпринимая ничего. «Какие жалкие». Как он вообще мог бояться их раньше? — Хе-хе-хе… Среди криков прозвучал равнодушный смех. Смеялся Орнн. Он осмотрел лица помощников, затем посмотрел на Лазлота. — Если под конец жизни рядом со мной остались лишь такие люди, значит, я сам это заслужил. — Простите? — Господин Орнн, что вы имеете в виду?.. Помощники растерялись. Орнн оторвался от спинки кресла и поднялся. Острое давление обожгло кожу Лазлота и заставило его невольно сглотнуть. Даже прежний глава рода Крайпарт сохранял характерный для семьи могучий дух. — Все выйдите. Я поговорю с ним наедине. — Но господин Орнн! — Это создание нужно наказать прямо сейчас! — Он запятнал нашу честь!.. — Я сказал: выйдите. Суровый голос заставил помощников вздрогнуть. Они неловко поднялись и быстро покинули приёмную. Наступила пронизывающая тишина. Лазлоту стало не по себе. «Страшно». Орнн даже не нуждался в солдатах. Опытный ветеран, казалось, мог одним движением подавить любое сопротивление Лазлота. — Джулиан сказал, что я должен назначить встречу? — Да. — Передай, что я лично посещу его поместье. Пусть назначит любое время. Губы Орнна дрожали, выдавая бушевавшую внутри бурю. Вскоре, однако, волнение улеглось, сменившись безразличным спокойствием человека, отрешившегося от мирской суеты. — Разрешите спросить? Когда тяжёлое давление ушло, Лазлот невольно заговорил. Орнн остро посмотрел на него. — Что? Лазлот ожидал ругани, но старик просто ждал вопроса. Понимая, что вопрос может оскорбить старика, Лазлот всё же продолжил: — Я видел записи в императорском секретариате. — Что именно ты хочешь спросить? — Во время завоевательных войн императора Адратана вы, господин Орнн, выступали за принятие северных племён. Как и ожидалось, Орнн нахмурился. Однако отрешённость не исчезла. Прежде Лазлот никогда не осмелился бы задать такой вопрос. Видимо, общение с Джулианом притупило его страх. — Почему же теперь вы… — Оставь бессмысленные разговоры и передай сообщение Джулиану. — Прошу прощения за дерзость, господин Орнн. Тон ясно показывал, что дальнейших вопросов старик не потерпит. Лазлот почтительно поклонился. «Фух». Выйдя из поместья, он наконец расслабился. «Ненужное любопытство едва не привело к беде». Замешкайся он ещё немного, и, возможно, уже не покинул бы поместье на своих ногах. Но записи о завоевательных войнах всё равно не давали покоя. «Принятие северных племён могло снизить расходы на содержание рубежей вроде Северного полюса и превратить их в заслон против демонов». Именно такую позицию когда-то занимал Орнн. Она не основывалась на сострадании, но по меркам той эпохи выглядела вполне разумной. «Как он так изменился?» Из-за этого вопроса Лазлот и допустил ошибку. «Глупо». Он мысленно отчитал себя. Прежде Лазлот мгновенно упал бы перед Орнном на колени, не поднял глаз и не сказал ничего лишнего. «Говорить то, что думаешь, полезно. Но нужно понимать, когда стоит молчать». И всё же после общения с Джулианом часть страха перед дворянами будто исчезла. Возможно, он понемногу учился жить свободным человеком. *** Стоило Орнну закрыть глаза, как прошлое ожило с пугающей ясностью. Во время завоевательных войн императора Адратана он служил одним из приближённых командиров. — Командир Орнн! — Мы нашли стоянку племени! — Внутри остались люди. Похоже, дети и старики, которые не успели убежать. Голоса солдат доносились со всех сторон. Они произносили имя Орнна с полным доверием. Командир, господин Орнн, будущий глава рода Крайпарт. Обращения различались, но каждое звучало с уважением. — Что делать с дикарями? — Разумнее сжечь стоянку. Пока солдаты спрашивали о неспособных бежать северянах, Орнн ненадолго задумался. Размышление прервал мальчик из племени, который подошёл и протянул ему цветы. Голубоватые бутоны. Цветы были красивы. Наверняка жители племени тоже считали их прекрасными и потому преподнесли как знак мира. «Мы можем понять друг друга». Так решил Орнн. — Они не дикари, а люди племени. Не сжигайте стоянку. Сопроводите их на Северный полюс. Это решение стало величайшей ошибкой его жизни. Голубой цветок оказался проводником колдовства — катализатором, распространявшим демоническую энергию и проклятие. — П-помогите, командир Орнн! — Моё тело превращается в демона!.. — Ноги не двигаются! Я не чувствую ног! Орнну пришлось собственными руками убить солдат, превращавшихся в демонов, а затем уничтожить оставленную стоянку. Он смотрел на мёртвого мальчика, подарившего цветы, и думал: «Люди племени… Нет, дикари не способны к пониманию». Их нельзя принимать, нельзя обнимать, нельзя даже использовать как заслон против демонов. Обращаться с ними следует так же, как с самими демонами. «Моё мнение не изменилось». Вспомнив прошлое, Орнн медленно открыл глаза. Перед ним сидел улыбающийся мужчина. — Вы хотели поговорить? Незаконнорождённый сын его законного сына Обена, ребёнок ненавистной варварской наложницы. Орнн кивнул. — Позор рода Крайпарт. Даже после внезапного оскорбления улыбка Джулиана не изменилась. — Семейная опухоль. Тот лишь тихо фыркнул. — Сын дикарки. Ни малейшей реакции. — Ты собираешься захватить род после того, как изгонишь меня из столицы? Орнн уже знал о решении Совета дворян отправить его на Север и был уверен, что замысел принадлежит Джулиану. В последнее время отношение рода Крайпарт к Джулиану изменилось. Если самый громкий противник исчезнет из столицы, тот сможет претендовать даже на место главы семьи. — Похоже, вы заблуждаетесь. Я никак не вмешивался в решение о вашей отправке на Север, господин Орнн. Хуху. Джулиан насмешливо улыбнулся. Гнев ударил Орнну в голову, но возраст уже не позволял так легко дать ему волю. — Пока я жив, не позволю дикарю разорить наш род. Единственным оставшимся оружием было тело, закалённое на бесчисленных полях сражений. С этой мыслью Орнн резко поднялся. Рука была готова в любой миг выхватить меч с пояса. ---------- И старым полководцам приходит конец (3) Орнн смотрел на меня с такой жаждой убийства, что в любой момент мог выхватить меч. Поднявшись, он высвободил давление, способное без труда подавить начинающего рыцаря. Похоже, даже в старости он не прекращал тренировок. Неприятно. Наблюдая за ним, я понял: Орнн сильно ошибался. Он считал, что отправка на базу Северного полюса — моих рук дело и часть плана по захвату рода Крайпарт. «Да мне никогда не было нужно место главы». Но скажи я это вслух, старик всё равно не поверит. Достаточно было взглянуть на его налитые кровью глаза. Даже после прямого отрицания он мог выхватить меч и с криком броситься вперёд. «Хуже всего, что переубедить его, похоже, невозможно». В налитых кровью глазах Орнна отражалось улыбающееся лицо психопата, с которым невозможно говорить разумно, — человека, наслаждавшегося унижением и полным растаптыванием других. Я видел это отражение уже не раз, но оно всё равно казалось непривычным. Хаа. — Господин Орнн, должность главы рода меня совершенно не интересует. — Если не интересует, зачем ты решил отправить меня на Север? Я вообще не думал, что делать с Орнном. Виноваты обезумевшие члены Нового Ордена Рассвета, засевшие в Совете дворян! Но сказать это было невозможно, поэтому я попытался защититься иначе. — Подумайте сами. Если бы я действительно хотел возглавить род, разве не выбрал бы путь проще? Я говорил примирительно, однако лицо Орнна исказилось ещё больше. — Хочешь сказать, убить меня было бы проще? Ага. Конечно, именно так ты и поймёшь. Я уже настолько привык к подобному, что почти не удивился. — Может, вы всё-таки успокоитесь? В напряжённую беседу вмешался Захард. Я позвал его именно на случай опасного развития событий. Точнее, опасного не для меня, а для самого Орнна. «Одной из причин смерти Милены был Орнн». Инстинкты заставляли пальцы подрагивать, однако, в отличие от встречи с Обеном, их ещё удавалось контролировать. — Захард, почему ты поддерживаешь этого человека?! В голосе Орнна смешались глубокое доверие к Захарду и столь же сильная горечь предательства. — Захард, которого я видел на Северном полюсе, был гибок, но всегда строго соблюдал правила! Не такой, как Святой Меч, но настоящий рыцарь среди рыцарей! Почему ты стал таким?.. — Потому что потерял слишком многое, пока дорожил этим рыцарством. В отличие от Орнна, Захард говорил спокойно, но каждое его слово имело вес. — Я понимаю, что вы тоже потеряли дорогое и поэтому ненавидите северян. Но Джулиан прожил жизнь не как человек Севера, а как имперец. На самом деле Захард требовался лишь как страховка. Если Орнн нападёт, а я случайно его зарежу, последствия будут серьёзными. «Впечатляет». Но приглашение Захарда неожиданно оказалось правильным решением. Между ними существовало общее прошлое, и Орнн неохотно прислушивался. — Врождённая природа не меняется. Разве во время совместного задания со Святым Мечом он не перешёл черту? — Хм… Захард вздохнул. — Он уничтожил род Аталанта, основываясь лишь на подозрениях. Убил взрослых и детей, чтобы доказать верность. Похоже, такое действительно происходило. Хотя я ничего об этом не знал. — Именно поэтому вы со Святым Мечом разошлись! Из-за происшествия с Аталантой! При упоминании Хейдена губы невольно дёрнулись. Внутри поднялись сложные чувства, но одновременно я понял: Орнн искренне уважал Святого Меча. Иначе не пришёл бы на похороны. — Люди меняются. — Чудовища — нет. — Джулиан человек. И он несомненно уже не тот, каким был раньше. Защита Захарда не вызывала неприятных чувств. Хотя стоило вспомнить, как этот серьёзный мужчина встречался с Фелхором и начинал нести чушь про лысину, как меня разбирал смех. «Пора спрашивать Орнна». Я перевёл на него взгляд. В споре Захард мог доказывать, что я отличаюсь от прежнего Джулиана, но для моего вопроса это не имело значения. «Кто стоит за твоей спиной?» Возможно, сам Орнн даже не задумывался об истинном покровителе. Но меня интересовало, почему он сумел привести в движение Хеммеля. «Есть один вероятный человек». Орнн. Хеммель. Даже ведьма Абигейл — существовал человек, способный заставить действовать всех троих. Но из-за небольшой личной связи я надеялся, что догадка окажется ошибочной. *** Как ни смотрел Орнн, всё казалось странным. Он был готов рискнуть всем, даже жизнью, лишь бы род Крайпарт не достался Джулиану. Но нынешняя реакция собеседника не соответствовала ожиданиям. «Читать эмоции я не умею, но…» В словах и действиях Джулиана не чувствовалось жадности к семье. Орнн прожил долгую жизнь, научился оценивать людей и доверял собственному суждению. Однако желания стать главой рода в Джулиане не было. — Я готов поставить на это всё. Он не бессердечное чудовище. Даже Захард уверял, что Джулиан изменился, и неприступная уверенность Орнна постепенно покрывалась трещинами. Когда Орнн поднялся и потянулся к мечу, Джулиан наверняка почувствовал его намерение убить. Даже понимая, что до боя может не дойти, прирождённый мечник бессознательно готовится к угрозе. Он меняет дыхание, перестраивает стойку, переводит взгляд и направляет ману. Но атмосфера вокруг Джулиана была совсем не похожа на ту, которую Орнн помнил у Улыбающегося Палача. Исчез даже едва уловимый дух северных варваров, который прежде в нём чувствовался. «Хм». Он изменился. Орнн вынужденно согласился с Захардом. Уверенность усилили ножны на поясе Джулиана. «В крепком теле живёт крепкий дух». Такая надпись прежде украшала ножны Святого Меча Хейдена Райха. В память о нём Джулиан выгравировал те же слова на своих. — Блядь! Орнн тихо выругался и снова сел. — Значит, моя отправка на Север действительно не твоих рук дело? Резкий голос заставил Захарда слегка напрячься, но, не почувствовав намерения атаковать, он успокоился. — Я также признаю: должность главы рода тебя не интересует. Разумеется, убить старика, у которого выпали все клыки, тебе было бы нетрудно! Признание собственной слабости причиняло боль, но Орнн его произнёс. — Чего ты хочешь? Изначально он собирался поставить на кон всё и попытаться закончить жизнь Джулиана. Однако при личной встрече он как мечник окончательно понял: до уровня Джулиана ему бесконечно далеко. В молодости он ещё мог бы попробовать сразиться, но теперь это невозможно. Все условия были на стороне противника. Но раз Джулиан всё-таки согласился на встречу, у него имелось какое-то желание. Так рассуждал Орнн. — Я хочу кое-что спросить. Джулиан сразу перешёл к делу. — Что вы пообещали Хеммелю, когда отправили его разобраться со мной? — Смерть Флюгеля. Орнн ответил без колебаний. Прежде Орнн считал эту информацию последним козырем и не собирался раскрывать. Но перед подавляющей реальностью собственной беспомощности утаивать её стало бессмысленно. Джулиан не жаждал должности главы. Не потому, что не нуждался в ней, а потому, что не хотел. Если однажды решит, что род Крайпарт ему необходим, он сможет захватить его в любой момент. «Пока до этого не дошло…» Орнн хотел закончить дело своими руками, даже ценой остатков гордости. — Смерть Флюгеля… Джулиан ненадолго задумался. «Ему нужно не только это. Наверняка он хочет узнать больше». Пусть Орнн уже уступил, у него оставалась дополнительная информация. «Последняя карта». С её помощью он сможет повлиять на Джулиана и выторговать будущее. «Сперва остановить решение Совета об отправке на Север…» — Понятно. Больше нам обсуждать нечего. Услышав единственную фразу о Флюгеле, Джулиан встал. Он не блефовал. Орнн действительно больше не представлял для него никакой ценности. — Что?.. Старик растерялся. Козырь, который Орнн считал важнейшим, оказался совсем не той информацией, которая была нужна Джулиану. — Разве ты не хотел услышать что-то ещё?! — Нет. Я узнал всё необходимое, господин Орнн. — Сядь! Орнн не сумел сдержать чувства и повысил голос. — Если так продолжится, меня отправят на Север! Бывшего главу рода Крайпарт и прежнего председателя Совета дворян! — Северный ветер не так уж плох. Хотя вы и без меня это знаете, господин Орнн. На лице Джулиана мелькнула лёгкая насмешка. — Я прошу прощения за прошлое. Отбросив остатки гордости, Орнн поднялся, опустился на колени и прижал лоб к полу. — Если меня действительно увезут на Север, честь рода будет уничтожена! Ты ведь понимаешь! Он изо всех сил пытался сохранить достоинство семьи. Но ответ Джулиана был холоден. — Господин Орнн. Голос прозвучал отстранённо и холодно. — Какое это имеет отношение ко мне? Орнн не нашёл ни слова в ответ. ---------- В одной постели, но с разными снами — Я… я… Не остаться в столице, а быть изгнанным на Север. Орнн не мог осмыслить положение и лишь бессвязно бормотал, словно оплакивая самого себя. Оставшись один в тишине, он тяжело вздохнул и поднялся. Остановить происходящее было невозможно. Орнн всегда считал Джулиана опухолью рода и исключал его из всего, что касалось семьи Крайпарт. Даже на похоронах Милены он пытался помешать Джулиану присутствовать. Всю жизнь обращался с ним как с чужаком, а теперь хотел остановить словами о «чести семьи». Такое не могло сработать. — Всё кончено. Орнн опустился на диван в собственном поместье. Слуги находились где-то рядом, но одиночество подкрадывалось так, будто во всём мире не осталось никого. Осознание того, что его жизнь теперь зависит от воли Джулиана, приносило горечь и чувство полного бессилия. «Что дальше…» Ничего. Сам Орнн больше не мог ничего изменить. Оставалось беспомощно ждать рассвета. — Видимо, иначе и быть не могло. С горькой улыбкой он смирился. Как бы ни сложилась его судьба, мир продолжит существовать. Даже если Орнн сдастся, род не исчезнет. Пока Джулиану неинтересно место главы, ничего непоправимого не произойдёт. — Господин Орнн. З-з-з-з. Волна маны зашумела, и из артефакта донёсся голос. Орнн достал спрятанный за пазухой магический артефакт связи. — Что тебе, Абигейл? Он говорил спокойно. Голос принадлежал прорицательнице императора. Именно Абигейл помогла ему заручиться силой Хеммеля, одного из Трёх Цветов. Орнн был уверен, что маг разберётся с Джулианом, и теперь невольно испытывал к ведьме раздражение. — Сейчас я не настроен разговаривать. — Я понимаю, что уже поздно. Но есть слова, которые необходимо передать. Абигейл настаивала сильнее обычного. Орнн медленно перевёл взгляд на артефакт. — Он желает вас видеть, господин Орнн. *** Как ни размышляй, Орнн не мог самостоятельно заплатить Хеммелю. Титул Трёх Цветов ставил его на один уровень с Флюгелем. Раньше Орнн знал, чего хотел отстранённый старый маг, поэтому сумел заручиться сотрудничеством. Без подходящей награды получить помощь человека такого уровня почти невозможно. Достигнув вершины, маг мог одним движением пальца получить почти всё желаемое. «Что нужно Хеммелю?» Точно не деньги. Ещё немного подумав, я увидел общую картину. «Устранить Флюгеля?» Пока чудовище, прожившее более ста лет, носит титул Белого, остальные Три Цвета не смогут занять место величайшего мудреца Магической башни. Других магов власть могла не интересовать, но Хеммель к ней несомненно стремился. «Только ради этого он согласился бы работать с Орнном». Но Орнн Крайпарт не мог собственными силами обеспечить смерть Флюгеля. За ним обязательно стоял кто-то ещё. «Участие Абигейл очевидно». К этому выводу было нетрудно прийти. Если существовал человек, способный заговорить с Хеммелем об устранении Флюгеля и одновременно сотрудничать с Орнном, то это Абигейл. Пусть сегодня след почти исчез, Совет дворян изначально создавался знатью для защиты собственных прав от императора. «Но я всё ещё не понимаю мотива». Ведьма не могла напрямую навредить человеку, связанному с Королевой Терний. Поэтому попытка действовать чужими руками была понятна. Но почему Абигейл вообще хотела устранить меня? Причина… В чём же причина? — Вас что-то тревожит? Захард, видимо, заметил моё состояние. — Как вы поняли? Я удивился. Мне казалось, что тело никак не выдаёт моих эмоций. — Лицо стало таким мрачным, что заметил бы любой. — Настолько очевидно? Захард тихо усмехнулся. — Я слепой. Как мне увидеть ваше лицо? Просто атмосфера изменилась. Ах да. — Дело, должно быть, серьёзное. Даже представить не могу, что способно заставить вас так переживать. Не знаю, кем Захард обычно меня считал, но сама мысль о том, что я могу тревожиться, явно его поражала. — Господин Захард. Я решил спросить на всякий случай. — Если однажды я отвернусь от Империи, сможете направить меч на благородную кровь императорского рода? Захард повернулся ко мне и долго молчал. Речь шла о благородной крови императорской семьи. Он не мог не понять, что именно я подразумевал. — Что вы задумали?.. Хотя глаз у него не было, Захард почувствовал серьёзность моих слов и вскоре кивнул. — На шутку не похоже. После короткого колебания он ответил: — Если это не будет стоить мне жизни, возможно, помогу. — То есть даже преследование императорской семьи вас устроит, пока вы не погибнете? — Я привык к жизни странника. Чем новая погоня отличается от тех времён, когда за мной охотились вы? Захард негромко рассмеялся. — К тому же на этот раз преследовать будете не вы. Уже легче. — Благодарен хотя бы за слова. — А я надеюсь, что словами всё и ограничится. Захард искренне не хотел, чтобы подобная ситуация наступила. Я тоже. «Останки Демонического бога в подземной пещере». Сначала я подумал, что их принесла Милена, но внутри был ясно выгравирован императорский герб. Значит, останки перевезли и спрятали там по приказу кого-то из императорской семьи. «Император Адратан». Скорее всего, распоряжение отдал лично он. Тайно переместить останки Демонического бога в окрестности столицы способен лишь правитель Империи. «Наверное, снова погнался за бессмертием». Возможно, Абигейл убедила его. Старый и немощный император наверняка сильно зависел от ведьмы. «К счастью, череп похоронен вместе с обрушившейся пещерой». Но рога исчезли. «Напрямую спрашивать императора невозможно». Это был бы даже не новый способ самоубийства — всё закончилось бы куда хуже. — На сегодня я уйду. Надеюсь, господин Орнн воспользуется возможностью и немного прояснит мысли. — Хорошо. — Хотя сомневаюсь, что мы ещё встретимся. Оставив последние слова, Захард развернулся. Провожая его взглядом, я упорядочил мысли и отправился в самое спокойное место — спальню. Усталость навалилась слишком быстро, и вскоре я уснул. *** — Мой сын. Я услышал ласковый голос матери и сразу понял: это сон. Улыбающаяся женщина обняла меня. Тепло её кожи вызвало невольную улыбку. — Прости, что заставила тебя жить в тесном месте, недостойном твоей крови. Нет… Слово возникло в голове, но губы будто прошили ниткой. Челюсть не двигалась. — Сын мой, будь сильным. Настолько сильным, чтобы маленькая клетка не удержала тебя. Тёплые руки начали отдаляться. Я попытался протянуться к ней, но ноги словно пришили к полу. Я попытался назвать её имя, но голос не прозвучал. — Будь сильным и не позволяй клетке удержать тебя. Женщина, чьё лицо я уже не мог вспомнить, выпила что-то из чаши. Её качнуло, а затем она упала. — Эта клетка — не весь твой мир. Разрушь её и выйди наружу. Глаза лежавшей женщины встретились с моими. В них жила сила, превосходившая власть любого короля, но вскоре свет начал угасать. Это был не обычный сон, а кошмар. Я произнёс это лишь мысленно. Вскоре послышался голос. — Господин Эульсис. Невидимые нити и иглы, стягивавшие тело, начали отпускать. *** Эульсис проснулся. За окном ярко сияла огромная полная луна, освещая столицу. Заворожённый зловещим видом луны, он тихо цокнул языком и поднялся. — Слёзы… Коснувшись глаз, Эульсис почувствовал влагу. Во время кошмара он сам не заметил, как заплакал. — Господин Эульсис. Услышав голос, он повернул голову. Прорицательница и Ведьма Весны Абигейл стояла на коленях, склонившись в приветствии. — Вам приснился кошмар? — Да. Эульсис вытер оставшиеся слёзы и холодно посмотрел на неё. — Что с Орнном? — Он уже прибыл и ждёт вас, господин Эульсис. — Поэтому ты меня разбудила. Когда Эульсис направился к выходу, Абигейл приблизилась и накинула ему на плечи одежду. — Сегодня холодно. Если выйдете в таком виде, можете простудиться. — Абигейл. — Да, господин Эульсис. Шлёп! Эульсис ударил её ладонью по щеке. Абигейл не издала ни звука и лишь снова склонила голову. — Пока меня не было, ты устроила ненужные неприятности? — …Прошу прощения. Мне показалось, что он может стать для вас помехой… — Не тебе решать, Абигейл. — Простите. Она вновь извинилась. Эульсис бросил на ведьму острый взгляд и вышел из комнаты. ---------- Белый и Пятицветный Гений (1) — Приветствую малое солнце Империи. Орнн преклонил колено перед стоявшим перед ним человеком, выказывая всё возможное почтение. За долгую жизнь его гордость успела взметнуться до небес, однако сейчас перед ним находился тот, кто стоял почти на вершине имперской власти. Эульсис де Адратан. Четвёртый принц Империи посмотрел на Орнна и улыбнулся. — Не нужно таких церемоний, Орнн. Здесь только мы с вами! Эульсис взял его за плечи и снова улыбнулся. Его смех звучал по-детски, вполне соответствуя юному возрасту принца, но на лбу Орнна всё равно проступили капли холодного пота. — Однако, господин Орнн… Я признаю, что многим вам обязан, но всё же должен это сказать. Улыбка малого солнца погасла, и в комнате будто похолодало. — Я ведь просил вас не делать ничего лишнего. Хруст. Пальцы Эульсиса сильнее сжали плечи Орнна, и тот невольно задрожал. — Я знаю, что Джулиан для вас словно заноза. Но я неоднократно говорил: не трогайте его. — Прошу прощения. — Он силён. Возможно, если задействовать все доступные средства, вам и удастся его уничтожить. Но вы ведь знаете, что мир редко идёт по нашему плану? Орнн лишь почтительно склонил голову. — Насколько я слышал, после решения Совета дворян вас могут сослать на Север? В глазах Орнна мелькнула надежда. Эульсис обладал властью, способной отменить это решение. — Не надейтесь слишком сильно, господин Орнн. Но невинный голос принца мгновенно растоптал эту надежду. — Вы в последнее время слишком вспыльчивы. Думаю, вам полезно немного остудить голову под холодными северными ветрами. Примите это как мой совет. «Возражений ведь нет?» После этих слов Орнн вновь опустил голову. Тяжело переставляя ноги, он попрощался с тем же почтением, с каким приветствовал Эульсиса, и покинул комнату. — Похоже, Совет дворян больше не сможет вам помочь, господин Эульсис. Когда Орнн исчез, молча наблюдавшая за разговором Абигейл наконец заговорила. — Я это понимал. В любом случае полагаться на стариков больше не было нужды. Эульсис по-детски улыбнулся и пожал плечами. — Отец уже тяжело болен и тонет в собственных заблуждениях. Всё идёт так, как мы и рассчитывали, поэтому Орнн… Ну, ничего страшного, если он немного поживёт на Севере. Абигейл кивнула. Эульсис внимательно посмотрел на неё, и солнечная улыбка исчезла с его лица, уступив место печали. — Прости за то, что произошло раньше, Абигейл. — О чём вы, господин Эульсис? — Я ударил тебя. Маленькая рука принца нежно коснулась распухшей щеки ведьмы. Солнечная улыбка, тёплый голос, невинные глаза. В его жестах было столько весны, что они могли бы растопить замёрзшее сердце. Но ладонь, гладившая щёку Абигейл, оставалась холодной, словно застывший воск. И эта прохлада успокаивала. Жар в горевшей щеке постепенно утихал под пальцами Эульсиса. — Всё произошло из-за того, что я неправильно поняла ваши намерения, господин Эульсис. Вам не о чем тревожиться. — Спасибо, что говоришь так. В его словах не было ни капли чувства. Эульсис походил на бездушную куклу, хотя в глазах жило ясное сознание. *** Приведя мысли в порядок, я решил найти ответ на вопрос, не дававший мне покоя со вчерашнего вечера. Моей целью была Магическая башня. А человеком, с которым я хотел встретиться, — Флюгель, мудрец, носивший титул Белого. «Останки Демонического бога и выгравированная на них императорская печать». Прямых доказательств у меня не было, но я почти не сомневался: останки Демонического бога привёз сюда император Адратан. Без рогов они не представляли опасности. На месте, где лежал череп, не осталось никакой злобной остаточной воли — это тоже подтверждало его безвредность. «Тогда куда делись рога?» Для перевозки таких останков наверняка потребовалась помощь магов. И в центре всего, скорее всего, стоял Флюгель. «Их привезли уже без рогов? Или рога исчезли позднее?» Мне нужно было это узнать. Если рога Демонического бога разошлись по миру, весь континент мог превратиться в подобие северной Передовой базы — место, где люди вечно боятся демонов и не знают, доживут ли до следующего дня. «Хотя разве сейчас всё сильно иначе?» Как бы то ни было, исчезновение нескольких рогов Демонического бога не сулило ничего хорошего. Я не собирался становиться героем и спасать мир, но разобраться в произошедшем было полезно хотя бы ради собственной безопасности. — Господин Джулиан, к кому вы пришли? Едва я вошёл в Магическую башню, ко мне обратился один из служащих. — У меня дело к госпоже Майер. Разумеется, на самом деле мне нужен был Флюгель. Но двигаться стоило постепенно. — К госпоже Майер, ученице господина Флюгеля? Прошу немного подождать. Возможно, сейчас у неё занятие. Я уточню… — Мы договорились заранее, поэтому спрашивать не нужно. Я улыбнулся, давая понять, что беспокоить никого не стоит. Служащий на мгновение замялся, но вскоре кивнул. Получив разрешение, я направился к подъёмнику Магической башни. «Похоже, господин Флюгель действительно серьёзно взялся за роль наставника». Я нажал кнопку, ощутил невесомость и вскоре достиг верхних этажей. — Ух… Несколько магов при виде меня открыто вздохнули. Впрочем, неудивительно. У магов высокого ранга было достаточно причин меня не любить. Многие из них охотно брали взятки, а потому инстинктивно сторонились людей из императорских ведомств. Да и моя слава рыцаря наверняка их пугала. «Возможно, есть и другие причины?» Какие бы чувства они ни испытывали, меня это не волновало. Я направился прямиком к личной лаборатории Флюгеля. — Хм… Оказавшись на месте, я внимательно осмотрелся. Ещё не войдя внутрь, я увидел разбитые окна. Повсюду валялись инструменты, словно здесь только что прошла драка. «Стоит ли вообще входить?» З-з-з-з! Пока я сомневался, внутри взвихрилась мана и потянулась к осколкам стекла. Они напитались энергией, поднялись с пола и снова встали в оконные рамы. Через мгновение окно выглядело как новое. Грохот! И тут сквозь него вылетел магический посох. — Уворачиваешься?! Уворачиваешься, безумная ученица?! — А что мне делать?! Если не увернусь, будет адски больно! Или я вообще сдохну! — Разве ученик не обязан смиренно принимать всё, что даёт наставник, каким бы дерьмом это ни было?! — Избивать ученицу как собаку — это теперь наставничество, психованный старик?! — Это розги любви! Грохот! Бах! Из лаборатории один за другим доносились голоса Флюгеля и Майер. Я посмотрел на окно, которое успели разбить уже второй раз. Они его восстановили только затем, чтобы снова разнести? Как бы шумно ни проходила их ссора, с моим появлением оба мгновенно затихли. Лицо и тело Майер покрывали синяки. Она не сводила с Флюгеля настороженного взгляда, словно в любую секунду ожидала нового удара посохом. Сам Флюгель тоже выглядел не лучшим образом: мантия была порвана во многих местах, а на морщинистом лице виднелось несколько свежих ушибов. Похоже, характер у Майер был достаточно тяжёлым, чтобы не позволить избивать себя без ответа. — Господин Флюгель. — Чего тебе? Старик ответил ворчливо. За долгую жизнь он успел пресытиться чужими прихотями и явно не горел желанием разговаривать. Но, в отличие от большинства, выгонять меня не стал. Какая честь. — А древесина у вас за спиной… Я пришёл с важным вопросом, но сначала хотел удовлетворить любопытство. За спиной Флюгеля лежала целая груда деревянных обломков. — Это всё посохи? Флюгель нахмурился и цокнул языком. — Майер оказалась крепче, чем я думал. Слишком уж у неё твёрдая голова. Несмотря на грубость, в его голосе не слышалось настоящего недовольства ученицей, которую я к нему привёл. С тех пор как Майер стала его ученицей, Флюгель и правда немного подобрел. Даже течение маны вокруг него стало спокойнее, чем при нашей первой встрече. Встреча двух гениев вдохновляла обоих и создавала удивительную синергию. «Но эти посохи…» Неужели они были сделаны из древесины зизифуса, поражённого молнией? Большинство магов душу бы продали за посох из такого материала. «А кто-то использует их как обычные палки для побоев». От такого неравенства я на мгновение потерял дар речи. Флюгель погладил бороду и спросил: — Так зачем ты пришёл? Моему внезапному визиту он явно не обрадовался. — Я хотел кое о чём спросить, господин Флюгель. — О чём? — О том, что было похоронено под озером Тарнан. Стоило прозвучать названию озера, как лицо Флюгеля мгновенно изменилось. Наблюдавшая за нами Майер тоже заметно напряглась. — …Не понимаю, о чём ты. — Прекрасно понимаете. Его реакция не оставляла сомнений: Флюгель был связан с тем, что находилось под озером. — С останками Демонического бога. Я прямо назвал причину своего визита, и глаза Флюгеля сузились. ---------- Белый и Пятицветный Гений (2) — Понятия не имею, о чём ты говоришь. Флюгель делал вид, будто не понимает вопроса, но я уже был уверен. Он участвовал — об этом говорили голос, взгляд, движения и даже течение маны. Всё в нём кричало, что старик имеет прямое отношение к случившемуся. Верить его словам о неведении было невозможно. Звяк. Майер поставила на стол две чашки чая. Если их две, значит, одна предназначалась мне, а вторая — Флюгелю. Себе она ничего не приготовила, а затем тут же забрала чашку старика. — Проклятая девчонка, а мне где? — Я тебе и не собиралась ничего заваривать. — Цок. Почувствовав напряжение, Флюгель ещё раз цокнул языком и снова посмотрел на меня. — Вы ведь знаете об останках Демонического бога? — Знал бы — так и сказал. — Без вашей помощи нечто такого размера невозможно было незаметно перевезти сюда, господин Флюгель. — Какая чушь! Я сидел напротив и пристально смотрел на него, но старик продолжал небрежно поглаживать бороду и изображать невиновность. — Если бы останки того чудовища везли с Севера открыто, об этом заговорил бы весь мир. Разве в столице не слишком тихо? — События прошлого легко похоронить. — Будто бы. Я усмехнулся. — Вы скрыли останки иллюзией и тайно доставили их сюда, не так ли? — О чём ты говоришь? Я взял чашку и вдохнул аромат. Листья были дорогими, но заварили их неумело, поэтому в запахе ощущалась лёгкая затхлость. — Об иллюзорной магии господина Флюгеля. В столице почти никто не знал правды. Люди считали, что Флюгель специализируется на стихии света и испепеляет врагов чудовищным жаром. На самом деле его сильнейшей стороной была магия, преломлявшая свет и создававшая невидимые образы, — иллюзии. — С вашими иллюзиями перевезти такую огромную голову было бы куда проще. — …Похоже, ты знаешь всё. Тук. Тук. Флюгель раздражённо дважды ударил посохом по полу. Майер с совершенно невозмутимым видом всё же принесла ему чашку. — Мысль, будто маг способен владеть лишь одной стихией, — всего лишь закостенелый предрассудок. Обычно маги придерживались главного правила: сосредоточиться на одной стихии. Но со временем появлялись те, кто ломал подобные правила. Флюгель был одним из них. — Не такой уж это предрассудок. Разве не естественно, что человек, достаточно глубоко познавший одну область, начинает понимать и всю магию в целом? — Поэтому я и познакомил вас с Майер. Она от рождения отзывалась на все стихии и полностью заслуживала прозвище Пятицветного Гения. Природный талант, способный раскрыть те же возможности без вековой жизни и многолетних исследований Флюгеля. Если выражаться языком исследователя, Майер была новым материалом. — Джулиан. Впервые Флюгель посмотрел на меня совершенно серьёзно. Ворчливость исчезла, но от него всё равно исходило непривычное давление. — Ты живёшь в столице и служишь в «Закрытых Глазах». Разве не должен понимать? — Что именно? — Есть границы, которые нельзя переступать. Он тоже отпил чай. Почувствовав ту же мутную горечь, которая никак не вязалась с дорогими листьями, Флюгель на мгновение смерил Майер недовольным взглядом и продолжил: — Ты достаточно проницателен. Лучше прочего должен понимать, что в тайны императорской семьи лезть не стоит. — Хех. Я коротко рассмеялся. Блядь, хотел просто отмахнуться смехом, а получилось как всегда — язвительно. — Старость и правда страшная вещь, господин Флюгель. — Это ещё что значит? — Вы только что сами признали, что останки Демонического бога связаны с императорской семьёй. Я и прежде это подозревал, но специально произнёс вслух, чтобы указать ему на промах. Я пришёл не выяснять, имеет ли императорская семья отношение к останкам. Мне нужно было узнать, куда пропали рога Демонического бога. — Хм. Осознав ошибку, Флюгель вздохнул. — …Что с тобой, старик? Даже Майер удивилась его осторожности. — Стареть и правда неприятно. Мелких ошибок становится больше, а мысли всё чаще уходят не туда. Флюгель держал чашку одной рукой, а второй сжал посох. На морщинистой кисти вздулись вены, а мана вокруг него пришла в движение. Моя ладонь тут же легла на рукоять меча — на случай, если придётся отражать заклинание. Ш-ш-ш-ш! Но следующее движение старика заставило меня остановиться. «Чай?» Флюгель вылил напиток на пол. Неужели чай оказался настолько мерзким? Не успел я додумать, как пол под ногами начал стремительно намокать. Всплеск! Вода поднялась вокруг Флюгеля, словно начался прилив. «Это…» Иллюзия. Пока я наблюдал за колебаниями маны у его посоха, заклинание уже было завершено. — Буль… Буль… Вода мгновенно поднялась мне до подбородка. — Ты… что творишь, проклятый старик… буль! Судя по всему, Майер тоже попала под действие магии. Совсем с ума сошёл?! Решил внезапно утопить нас посреди разговора?! Через мгновение вода заполнила всю лабораторию. Разумом я понимал, что это иллюзия, но мастерство Флюгеля заставляло ложь казаться реальностью. Если случайно вдохнуть, сознание могло решить, что лёгкие наполнились водой, поэтому я задержал дыхание. — Императорская семья строжайше запретила говорить о тех событиях. Свободно двигался в затопленной комнате лишь Флюгель. Проклятый старик. Нельзя было просто всё обсудить? — Впрочем, сомневаюсь, что это тебя остановит. Он словно прочитал мои мысли. И правда, отступать я не собирался. — Разве ты не должен быть молчаливым слепым тигром, служащим императорской семье? Давно ли я вообще соответствовал такому описанию? — Считай это предупреждением. Отступи… Слушая его утомительную речь, я двинулся вперёд, преодолевая выталкивающую силу иллюзорной воды. Честно говоря, это впечатляло. Пусть эффект воздействовал лишь на разум, преодолеть иллюзию плавучести грубой физической силой удавалось единицам. И, видимо, я входил в их число. — Ну и чудовище! Тр-р-реск! Я шагнул вперёд с такой силой, что по полу разбежалась широкая трещина. Плавучесть была лишь иллюзией, поэтому удар пришёлся по настоящему камню. «Блядь, как же тяжело!» Я приблизился и потянулся к плечу Флюгеля, но его фигура дрогнула, как мираж, и исчезла. — Ты бы хоть силу рассчитывал! Схватишь своими лапами — кости переломаешь! Слушая ворчание старика, я мысленно цокнул языком. Да он с самого начала не собирался позволять себя поймать! «Где ты?» Флюгель растворился, и теперь его не было видно нигде в лаборатории. — Отступи. — Где спрятаны рога? — Я сказал, отступи, Джулиан. Он скрывался с помощью иллюзии, но у меня тоже имелся способ его найти. «Вдох». Я глубоко вдохнул и рассеял вокруг ману. Как бы хорошо человек ни прятался за иллюзией, у него всё равно оставалось материальное тело. Подобно «Аурной эхолокации» Захарда, рассеянная мана должна была обнаружить любое физическое препятствие. — Думаешь, это сработает? Ну да, стоило ожидать. Флюгель заметил моё сканирование, и в его голосе зазвучала насмешка. Ориентироваться по звуку тоже было бесполезно: иллюзии Флюгеля обманывали не только зрение. — Настоящая иллюзия вводит в заблуждение глаза, слух и обоняние. Ты меня не коснёшься, Джулиан. Флюгеля называли магом высшего уровня, но, честно говоря, он давно вышел за пределы обычной вершины. Его сила казалась бездонной. Святой Меч мог похвастаться более славными подвигами, но если говорить о чистом мастерстве и мощи, я бы поставил на Флюгеля. Белый Мудрец прожил несколько веков и давно превратился в чудовище. «Он способен одновременно поддерживать иллюзию и атакующее заклинание, но не нападает». Либо он высоко меня оценивал, либо сдерживался из-за наблюдавшей Майер. — Сколько бы чудовищной силы у тебя ни было, она бесполезна, если ты не можешь прикоснуться к противнику. — Вы правы. Потеряв зрение, слух и даже обоняние, найти господина Флюгеля невозможно. Положение было тяжёлым, но меня это не пугало. Я пришёл подготовленным именно к такому развитию событий. — Но что насчёт осязания? — Осязания? О чём ты… В голосе Флюгеля послышалось напряжение. — Демон?! Попался. Ещё до начала разговора я оставил на его одежде тончайшую нить Анжелики. «Я ожидал чего-то подобного». Свист. Я ухватил нить левой рукой и потянул. Из пустоты за ней поволоклось что-то невидимое. Иллюзия рассеялась, и фигура Флюгеля постепенно проявилась. — Вот вы где. Флюгель скривился. ---------- Белый и Пятицветный Гений (3) Даже иллюзорная магия не могла скрыть прикосновение. Когда я разрушил обман, лицо Флюгеля исказилось. Я улыбнулся, глядя на его глубокие морщины, и старик помрачнел ещё сильнее. — Весело тебе? Мне? Вообще-то неплохо. Я давно думал, что с помощью подобной хитрости сумею разрушить иллюзию Флюгеля. Но одно дело — размышлять об этом в игре, и совсем другое — воплотить задумку в фантазии, ставшей реальностью. Это было приятно. — Да. Возможно, и вам стоит попытаться получить удовольствие, господин Флюгель. — Глупости. Флюгель раздражённо поднял посох. — Что это за демон? В его взгляде проступила враждебность. — Мы его воспитываем. — Тайно? — Теперь, когда Джулиан всё увидел, это уже не такая уж тайна. Я тихо улыбнулся. — На всякий случай сохраните её, пожалуйста. Мы ведь на одной стороне, не так ли? Тон прозвучал лукаво, но Флюгель этого не оценил. — Конечно. Спрячу так, что никто никогда не найдёт. Закопаю глубоко под землёй. Бум! Он ударил посохом по полу, и по Магической башне прокатилась дрожь. «Началось?» Я бесчисленное количество раз проходил «Let’s Kill the Demon King Now» и прекрасно знал: настоящая сила Флюгеля раскрывалась именно здесь. Тройное плетение. Выдающиеся маги этого мира могли одновременно творить два заклинания. Достигшие вершины управлялись уже не двумя, а сразу тремя. Флюгель принадлежал к таким людям. Разумеется, тройное плетение нельзя было использовать где угодно. Для него требовались особые условия, и без них даже прославленный Флюгель не мог поддерживать три заклинания одновременно. Одним из таких условий служила Магическая башня. Ещё во время её строительства Флюгель собственноручно встроил в здание несколько чар. Башня была огромным хранилищем маны, откликавшимся на его кровь. Благодаря заложенной функции внутри этих стен Флюгель становился почти всемогущим магом. — Ради связи со Святым Мечом я хотел закрыть глаза, но теперь ты перешёл черту! — Какими бы благородными словами вы ни прикрывались, скрывать рог Демонического бога недопустимо, господин Флюгель. Старик перестал отвечать и сосредоточился на посохе. В воздухе проступили контуры барьеров Магической башни. Лаборатория задрожала, а за окном начали собираться чёрные тучи. «Я могу здесь умереть». Такая мысль пришла сама собой. Внутри башни Флюгель был магом, способным управлять стихийными бедствиями. Я отчётливо ощутил угрозу жизни, но всё же не отступил. «Я подготовился». Я признавал его силу. Без подготовки против этого чудовища не было бы ни единого шанса. Именно поэтому я отправил к нему Майер. Белый против Пятицветного Гения. Случайное знакомство, начавшееся в трущобах, теперь превратилось в козырь, способный мне помочь. — …Что это? Мана, собиравшаяся на конце посоха, внезапно развеялась. Флюгель растерянно пробормотал это почти жалобным голосом. — Вы должны были понимать, господин Флюгель: вы взяли Майер в ученицы, чтобы получать от неё вдохновение, но и ученица всё это время училась у вас. На лице великого мага впервые появилось замешательство. Я невольно улыбнулся — характер Джулиана становился всё хуже. — Я заранее попросил Майер разобрать барьер-хранилище, встроенный в Магическую башню. — Майер?.. Флюгель резко повернулся к ней. Девушка спокойно встретила его взгляд, не выказывая ни капли раскаяния. — Проклятая девчонка… Голос старика задрожал от гнева. Он признавал, что взял Майер ради собственного развития, но она всё равно была его ученицей. Неудивительно, что предательство привело его в ярость. — Так вот почему ты пропадала с занятий, дрянная девчонка?! Однако причина его ярости оказалась совсем не той, что я предполагал. Флюгель двинулся к Майер, на ходу размахивая посохом. — А-а-а-а! Увидев приближающуюся палку, Майер в ужасе бросилась бежать. *** Разумеется, разобрать барьер Флюгеля её просил не Джулиан, а Чёрный Рыцарь. Во время одного из визитов в Магическую башню он обратился к ней с небольшой просьбой. — В башне есть барьер, установленный Флюгелем ещё при строительстве. Помоги нам его разрушить. Майер спросила о причине, но ясного ответа не получила. Чёрный Рыцарь лишь холодно напомнил, что ей не обязательно знать подробности — это необходимо. Она ответила резко, и тогда он неожиданно произнёс почти по-человечески: — Я возложил на тебя трудную задачу. Прошу прощения. Чёрный Рыцарь был её благодетелем и помогал ей отомстить. Оказать ему услугу Майер не считала чем-то неприятным. — Ух… проклятая девчонка. Но предать собственного наставника всё равно было тяжело. Майер не любила магов. Она знала о своём таланте, но сам магический мир вызывал у неё отторжение. И всё же Флюгеля она считала достойным человеком. — Ловко научилась ставить и снимать барьеры. Не припомню, чтобы я тебя этому учил. Он обладал отвратительным характером, но умел обучать и, что важнее всего, не отбрасывал нравственные принципы ради личной выгоды. Тук! Флюгель снова стукнул Майер посохом по голове. — Но я всё равно в ярости! Проклятая девчонка! Я ведь говорил не прогуливать занятия! — Как их не прогуливать, если ты каждый день меня избиваешь?! — Всё ради твоего блага! — Ага, конечно. Ради своего! Не обращая внимания на её огрызания, Флюгель погладил бороду и посмотрел на Джулиана. — Ты сказал, что ищешь останки Демонического бога… Точнее, хочешь узнать, где находится рог? — Да. Джулиан кивнул. — Ты и сам понимаешь, почему я до последнего это скрывал. Но раз ты уже выяснил, что дело связано с императорской семьёй, молчать дальше бессмысленно. Он говорил ворчливо, но в целом уже успокоился и, похоже, не собирался продолжать схватку. Флюгель поднялся. — Подождите здесь. Мне нужно кое-что принести. — Собираетесь сбежать? — Мелкий засранец, несёшь что вздумается. Старик направился к выходу, а Джулиан даже не попытался его остановить. Похоже, Джулиан был уверен, что Флюгель не сбежит. — …Блядь. Когда старик исчез, Майер тихо выругалась. Ей всё ещё было не по себе из-за уничтоженного барьера. Пусть всё закончилось благополучно и Флюгель не стал обвинять её в предательстве, легче от этого не становилось. — Я возложил на тебя трудную задачу. Прошу прощения. Заметив её состояние, Джулиан попытался её утешить. Эти слова прозвучали знакомо. Майер уже слышала их раньше. «Не может быть». Подозрение возникло давно. Чтобы наконец получить ответ, она внимательно посмотрела на Джулиана. Его чувства было невозможно прочесть из-за вечной улыбки. Майер не верила, что он способен разделять благородные убеждения Чёрного Рыцаря. Но все поступки Чёрного Рыцаря можно было объяснить, если под маской скрывался Джулиан. — Зачем ты пришёл к моему проклятому наставнику? Из-за рога Демонического бога? Даже если он находится в столице, это ведь не значит, что обязательно случится катастрофа. — Ты удивительно мало знаешь о демонах. Майер резко взглянула на него в ответ на насмешку. — Кто это мало знает?! Демоны рождаются из остаточных мыслей Демонического бога! — Верно. А главным источником этих мыслей служит именно рог. Это она тоже знала. — Рог — бомба, готовая взорваться в любую минуту. Если такую бомбу спрятали под столицей, кто сможет оставаться спокойным? — …То есть, по-твоему, бомба всё ещё где-то в столице, а заложила её императорская семья? Майер перечислила выводы, следовавшие из разговора Флюгеля с Джулианом, и тот кивнул. — Да. — Зачем? — Я тоже не знаю. — На их месте я бы не стала творить подобное безумие. Я бы тоже. Слушая Джулиана, Майер решила воспользоваться моментом и задать вопрос, давно не дававший ей покоя. — Поэтому ты пришёл к моему проклятому наставнику? Хочешь это предотвратить? — Не уверен, что стану что-либо предотвращать. Мне лишь нужно понять ситуацию. — А Чёрный Рыцарь наверняка попытался бы остановить беду. Он бы не оставил такую бомбу под столицей, правда? Хех. Джулиан коротко рассмеялся. — Он тоже не настолько благороден. Если убеждения совпадут, вполне может закрыть глаза. — Хм. Майер чуть приподняла подбородок. — Как ты? Уловив сходство во взглядах Джулиана и Чёрного Рыцаря, она задала вопрос. Джулиан медленно повернул к ней голову. ---------- Признание (1) Даже если выяснится, что Джулиан и есть Чёрный Рыцарь, ничего особенно не изменится. Он помог Майер — это был неоспоримый факт, который не исчезнет вместе с раскрытой личностью. — Пха-ха-ха-ха! На её пробный вопрос Джулиан ответил громким смехом. Из-за вечной улыбки и глаз-щёлочек понять, когда он искренне радуется, было непросто. Но сейчас он смеялся так открыто, что сомнений не оставалось: ему действительно весело. «Хотя кое-что всё же изменится». Чёрный Рыцарь олицетворял мрачное достоинство ночи. Если люди узнают, что под маской скрывается Джулиан — человек, который легко смеётся и постоянно издевается над окружающими, — их представление о герое неизбежно изменится. — Меня часто принимают за него, но, откровенно говоря, сходство не так уж далеко от истины. Джулиан кивнул без всякого раздражения. — Выдающийся мечник, исполненный достоинства. Разве это не точное описание меня? — …Ничего подобного. — Разумеется, в искусстве меча я разбираюсь лучше Чёрного Рыцаря. Он коротко усмехнулся. Обычно Майер от таких слов вспылила бы, но сегодня Джулиан казался особенно подозрительным. «Как ни посмотри, что-то здесь не так». Она примерно понимала, почему он мог скрывать правду. Если Джулиан действительно был Чёрным Рыцарем, все совершённые тем поступки принадлежали ему: расправы над дворянами, открытое нарушение императорских законов и сопротивление власти. Для сотрудника «Закрытых Глаз», нападавшего на знать, простым понижением дело не ограничилось бы. «Он явно что-то прячет». Майер прищурилась, разглядывая его неизменную улыбку. — Ху-хут… Я смеялся, ощущая, как по спине стекает холодный пот. Нельзя позволить ей догадаться. Если раскроется, что я Чёрный Рыцарь, проблем станет слишком много. Общество поднимет шум, а внутри Ордена Рассвета может разразиться настоящий скандал. «Пусть я и собирался покинуть Орден…» После раскрытия меня могут не отпустить, а просто закопать где-нибудь за городом. Майер не была глубоко вовлечена, но всё же имела определённые связи с Орденом Рассвета. Поэтому нужно отрицать до конца. Она не должна узнать, что Чёрный Рыцарь — это я. — Кхм. Прошу прощения. Я перестал смеяться и примирительно поднял ладонь. Майер, впрочем, не выглядела обиженной. — Как бы то ни было, занятия господина Флюгеля, похоже, оказались полезными. Я поспешно сменил тему. Сначала Майер продолжала смотреть подозрительно, но при упоминании наставника всё же кивнула. — Этот проклятый старик… Что ни говори, а мастерства ему не занимать. — Раз ты так говоришь, вы, должно быть, неплохо поладили? — Ага. Если ему суждено умереть, он постоянно требует, чтобы его убила именно я. Вот уж действительно близкие отношения. — Он подарил тебе посох? Я снова попытался увести разговор от Чёрного Рыцаря. — Посох? — Первый посох магу обычно вручает наставник. — Что?! Майер посмотрела на стоявший рядом посох и цокнула языком. — Мне был нужен посох, и я попросила его. А он сказал купить самой, раз уж я получаю жалованье. Точно. Когда Майер соглашалась стать ученицей Флюгеля, она поставила условие: ей будут платить деньги под видом исследовательских расходов и страховки. — И ты купила его сама? — Нет. Я сказала, что не стану покупать, пока он лично мне не подарит. — Тогда барьер господина Флюгеля ты разобрала без посоха? — Ага. Майер невинно кивнула, а я мысленно цокнул языком. Настоящий гений. — Но разве мы говорили не о другом? Она снова попыталась вернуть разговор к Чёрному Рыцарю, однако я уже не отрывал взгляда от посоха Флюгеля. «Он задерживается». Старик отсутствовал дольше, чем следовало. Не задумал ли что-нибудь странное? Но в его недавнем поведении не было ничего подозрительного. — Барьер уничтожен, а посох остался здесь. Без посоха Флюгель превращался из великого мага просто в старика. Точнее, в старика, который был сильнее большинства обычных людей и всё ещё мог пользоваться простой магией, но этого было недостаточно. Майер услышала мои слова и тоже посмотрела на кедровый посох. Через мгновение до неё дошло, и глаза расширились. Не обращая на неё внимания, я направился к комнате, в которую ушёл Флюгель. Бах! Я ударом распахнул закрытую дверь и осмотрел помещение. «…Цок». Как и ожидалось, на Флюгеля кто-то напал. Старик лежал на полу в луже крови. — Проклятый старый хрыч! Майер бросилась к нему. Не обращая внимания на кровь, она опустилась на колени, положила ладонь ему на грудь и призвала духов. Знакомые существа проникли в тело Флюгеля и начали исцеление. — Он выживет? — …Не умер. Раз он ещё жив, Майер сможет его спасти. Убедившись в этом, я осмотрелся. «Здесь рассеяна очищенная демоническая энергия». Её след был настолько слаб, что заметить мог лишь сосуд вроде меня или человек, долгое время выращивавший демона. Но в воздухе определённо оставалась злоба остаточных мыслей. «Почему Флюгель не сопротивлялся?» Даже без посоха и барьера он оставался императорским магом — одним из сильнейших в государстве, мастером первого класса, признанным самим императором. «Хотя контракт не позволял ему причинять вред людям императорской семьи…» Я ещё раз внимательно посмотрел на его лицо. «Он ушёл, чтобы принести мне некий предмет». Скорее всего, связанный с рогом Демонического бога. Напавший хотел забрать его. Я осмотрел разбросанные возле Флюгеля бумаги и инструменты. «Это не следы борьбы». Кто-то торопливо обыскал комнату, пытаясь забрать то, что старик собирался передать мне. Император Адратан. Неужели он приказал заставить Флюгеля замолчать, чтобы сведения о роге не вышли наружу? Но способен ли впавший в безумие старик на столь продуманный шаг? Не знаю. Одно было ясно: нападение должно было закрыть Флюгелю рот. А сопротивляться он не смог, потому что враг обладал императорской печатью. Контракт императорского мага сковал Флюгеля и не позволил ответить. — Нужно найти виновного. Майер повернула голову, не прекращая лечение. — Сможешь? — Да. Я обязан его найти. Пусть рог Демонического бога изначально был для меня лишь второстепенной проблемой, теперь всё изменилось. «Кто-то пытается помешать мне узнать правду». Это раздражало до глубины души. *** Некоторых людей невозможно было полностью отделить от Ордена Рассвета. К ним относились дворяне и маги. Изначально Орден создали именно маги. Демоническая энергия как источник силы, способы пропускать её через заклинания, преобразование стихии Тьмы. Для исследований подобного рода и возник Орден Рассвета. — Кхм. Поэтому маги были неразрывно с ним связаны. Среди членов организации был и хозяин Магической башни — Эйнхард Винн Солверн. — Если раскрыть подобное, неприятности возникнут и у нас. Представитель семьи Солверн, прославленной магией, нахмурился, выслушав мою просьбу. — Хотя у Магической башни есть управляющий, с древних времён она принадлежит императорской семье. Вы ведь знаете это, господин Джулиан? — Поэтому отказываетесь показать записи? — …Кхм. Эйнхард снова прочистил горло. Даже узнав о нападении на Флюгеля, он не хотел открывать внутренние архивы. — Каждый коридор башни находится под наблюдением магических устройств. Показать собранную ими информацию не так сложно. — Господин Джулиан, пусть вы и служите в ведомстве, подчинённом императорской семье, ваши полномочия сюда не распространяются. Эйнхард ответил твёрдо. — Доступ к сведениям о посетителях выдаётся лишь по приказу императорской семьи. Вы это прекрасно понимаете. — Понимаю. Поэтому и прошу о личном одолжении, господин Эйнхард. Я улыбнулся. Обычно мне не хотелось злоупотреблять властью. Но раздражение уже перешло все допустимые границы. Раз так — воспользуюсь положением. Пущу в ход всё, что у меня есть. — Нет, монсеньор Эйнхард. Я найду напавшего на Флюгеля и выясню, где находится рог Демонического бога. ---------- Признание (2) Эйнхард Винн Солверн. Представитель «магического рода Солверн», одной из четырёх великих семей Империи, мысленно цокнул языком, глядя на серьёзную проблему перед собой. Джулиан Крайпарт Фрасон. Печально известный член рода Крайпарт, представитель «Закрытых Глаз», императорский Бешеный Пёс и Улыбающийся Палач явился к нему лично. — Хм… По правде говоря, Эйнхарда мало волновали слухи, называвшие Джулиана опухолью семьи. Он придерживался идеи чистоты крови, распространённой среди магов, но не переносил этот принцип вслепую на людей, не принадлежавших к магическому миру. «Маги велики». Просто его взгляд на мир отличался от взглядов большинства. В прошлом маги Магической башни создавали заклинания, улучшавшие все стороны жизни. Им не приходилось протягивать руку к императорской семье и выпрашивать деньги на исследования. Не нужно было терпеть презрение дворян. Даже рыцари не смели смотреть на магов сверху вниз — скорее сами жили под их пятой. Но времена изменились. Общество обрело устойчивые институты, появились великие рыцари вроде Святого Меча, и влияние магов постепенно сократилось. Эйнхард тосковал по прошлому, когда маги обладали большей свободой. «Вернуть магам величие!» Этой мыслью он жил. «Сделать магов ещё величественнее!» Поэтому вступление в Орден Рассвета казалось естественным. Пусть организация теперь называлась Новым Орденом Рассвета, руководили ею всё равно маги. Членство приносило Эйнхарду немало удовлетворения. Большинство высших чинов были магами. Как хозяин башни, Эйнхард расширял связи и черпал уверенность в поддержке других волшебников. «Но почему?!» Маги велики. Они обязаны вновь обрести прежнее величие. Эйнхард жил этой верой и трудился на благо Ордена Рассвета, пока реальность не ударила его в лицо. Самой влиятельной фигурой Нового Ордена оказался вовсе не один из магов-архиепископов, а рыцарь Джулиан. — Надеюсь на ваше содействие, монсеньор Эйнхард. Появление этого чужака едва не заставило его поморщиться. Разумеется, он не показал недовольства. Эйнхард был всего лишь монсеньором, а стоявший перед ним Джулиан — епископом. Причём не обычным епископом, а фигурой, которую многие уже воспринимали как истинного правителя из тени. — В просьбе господина Джулиана я не могу отказать… Отказ означал бы, что его, так и не поднявшегося до высшего руководства, не просто выгонят из Ордена, а сотрут. — Раз отказ невозможен, прошу сотрудничать. Просмотреть содержимое артефактов наблюдения не особенно сложно. — …Как я уже говорил, сохранённые изображения доступны лишь людям, официально направленным императорской семьёй. Эйнхард украдкой изучил лицо Джулиана. — У вас есть документы или распоряжение? Без них мы не можем помочь. — Монсеньор Эйнхард, разве я не прошу вас об одолжении? Джулиан не отступил. Наоборот, обращением «монсеньор» он ещё сильнее подчеркнул их общую принадлежность к Ордену Рассвета. — Хм… Эйнхард понял намёк. От него требовали изменить позицию, которой он до сих пор упорно придерживался. Он тяжело вздохнул. — Я понимаю, что господин Флюгель подвергся нападению, но… Эйнхард легко догадывался, кто мог устроить засаду. В Магической башне стояло множество чар против незаконного проникновения. Но они не срабатывали на людей, тесно связанных с императорской семьёй. Иными словами, нападавший мог принадлежать не к прямому ведомству вроде «Закрытых Глаз», а к окружению самого императора. «Блядь». Эйнхард мысленно выругался. Сотрудничать с рыцарем Джулианом было унизительно, но в рамках дел Ордена Рассвета это ещё можно было стерпеть. Однако теперь речь шла о человеке императора. Подобную тему нельзя было поднимать бездумно. — …Не могли бы вы дать мне время на размышление? Сначала нужно выиграть время. Эйнхард посмотрел на Джулиана, но тот сразу покачал головой. — У меня тоже мало времени, господин Эйнхард. Если вы не поможете, придётся действовать иначе. — Иначе… как? На губах Джулиана появилась едва заметная улыбка. Она напомнила Эйнхарду об архиепископах Элеоноре и Пинтеле. О епископах и монсеньорах. Если Три Цвета управляли исследованиями Магической башни, то остальные магические семьи служили её фундаментом. А среди епископов Ордена Рассвета было немало тех, кто держал этот фундамент на плечах. — Хм… Настал момент выбора. Эйнхард внезапно ощутил иронию. Чтобы доказать величие магов, нужно было перестать бояться императорской семьи. Нападение на Флюгеля давало достаточно вескую причину открыто занять такую позицию. Его гордость задевало лишь одно: вопрос поднял не маг, а рыцарь Джулиан. — Пусть я и не желаю враждовать с императорской семьёй, обстоятельства всё сильнее подталкивают меня к этому. Ух. Пока Эйнхард тяжело вздыхал, Джулиан произнёс: — Вернём магам величие. Слова, заключавшие в себе его собственную веру. — На мудреца Флюгеля напали. Слова Джулиана опутывали его, словно змея. Эйнхард уже не мог отвести взгляд. — Я стою перед вами не как рыцарь и не как член Ордена Рассвета, а как друг магов, господин Эйнхард. Он улыбался, однако голос звучал весомо и торжественно. — Вернём магам величие. В обычной ситуации понимание, что Джулиан прочитал его сокровенные мысли, вызвало бы холодный страх. Но сейчас Эйнхард словно оказался под чарами и повторил: — Вернём… магам величие. *** Разумный безумец. Так я всегда оценивал Эйнхарда Винна Солверна. Он не пересекал последнюю черту, но ради возрождения славы магов был готов отбросить здравый смысл. В каком-то смысле его можно было назвать более человечной версией Айдена. «Айден, значит». Я вспомнил о нём, потому что артефактами наблюдения управлял род Донасьен. Для просмотра записей требовалось согласие рода, причём дать его мог только нынешний глава семьи или официально назначенный наследник. «Интересно, кто сейчас занимает эту должность». С такими мыслями я направился в архив изображений. Ожидавший там человек оказался одновременно неожиданным и вполне закономерным. — Почему вы пытаетесь просмотреть записи без официального разрешения? Айлин де Донасьен. Как и Джулиан, она происходила из боковой ветви семьи. И теперь ждала меня в качестве представительницы всего рода Донасьен. — Ты? Я не сдержал удивления. Айлин была одной из главных героинь истории, но в игре так и не стала главой семьи. — Что значит «ты»? — Ничего. Поздравляю. Должно быть, ты приложила немало усилий, чтобы занять это место. — Мне не показалось? Вы собирались спросить, почему должность получила женщина из боковой ветви, верно? Я не стал ни отрицать, ни подтверждать. — Просто так сложилось. Покровитель хорошо оценил мои способности и временно доверил мне обязанности главы, а старшие не возражали. Хе-хе. Айлин коротко рассмеялась. — Это признание моих талантов. Ну как? Я доказала, что даже человек из боковой ветви способен подняться наверх. Она явно ждала ответа, но я не собирался поддерживать этот разговор. — Разрешение Эйнхарда у меня есть. Могу посмотреть записи за указанный промежуток времени? На мгновение Айлин посмотрела так, словно хотела спросить: «Вы меня игнорируете?» Но прежде чем вспыхнуть, она прочистила горло и подошла к соседнему столу. — …Что тогда произошло? О нападении на Флюгеля знали лишь единицы, поэтому Айлин, похоже, ничего не слышала. — На господина Флюгеля напали. — На этого стар… то есть на господина Флюгеля?! Она явно собиралась назвать его проклятым стариком. — Пусть он это и заслуживает, но мне казалось, что его слишком трудно застать врасплох. — Флюгель ненадолго оставил посох и отключил барьер. В тот момент он был беззащитен. — Но всё равно… Как его состояние? — Жизни ничего не угрожает. Ученица занимается лечением. При слове «ученица» Айлин что-то вспомнила. — Значит, Майер. — Вы знакомы? — Иногда встречались. Она совсем не похожа на обычного мага, поэтому бросается в глаза. Хотя талант у неё и правда выдающийся… Кхм. Айлин прочистила горло. — Я пытаюсь сосредоточиться. Пожалуйста, не отвлекайте разговорами. Сама же начала, мелкая. — А. Она коснулась металлической стихией зеркальной поверхности и запустила воспроизведение. Увидев изображение, Айлин удивилась. — За интересующее время на верхний этаж, где находился господин Флюгель, поднялся только один человек. — Кто? Айлин указала на отражение. На изображении был мужчина. Судя по мечу у пояса, рыцарь; на ножнах виднелась императорская эмблема. — Этот человек… Он не скрывал лица. Маска привлекла бы ещё больше внимания, поэтому узнать мужчину не составляло труда. — Урухар. Небесная Стража. Один из элитных телохранителей императора. Значит, заставить Флюгеля замолчать приказал сам император. ---------- С кем поведёшься… (1) Небесная Стража напрямую подчинялась императору. По структуре организация напоминала «Закрытые Глаза», но действовала ещё скрытнее и была ещё теснее связана с человеком, стоявшим на вершине власти. Айлин нахмурилась, узнав мужчину в зеркальном изображении. — Этот человек?.. — Вы его знаете? Я и сам знал, кто перед нами, но, если бы Айлин его не узнала, рассказывать не собирался. Поэтому нарочно задал вопрос. Она кивнула. — Урухар, один из Императорских рыцарей. Элитный воин, стоящий во главе Небесной Стражи. Значит, узнала. — Вы ведь помните? Ещё в Академии Байера господин Урухар совершенно не скрывал, что терпеть вас не может. Настолько давняя обида? Я знал, что человек на записи — Императорский рыцарь Урухар, но никаких столкновений между ним и Джулианом не помнил. — Раз я забыл, значит, дело было пустяковым. Я равнодушно отмахнулся. Айлин посмотрела так, будто не верила собственным ушам. — В финальном списке были господин Швальт, господин Урухар и вы. Но учеником Святого Меча выбрали именно вас. Финальный список? Ученик Святого Меча? «А, вот оно что». Когда-то Хейден Райх посетил Академию Байера, чтобы выбрать талантливого ученика. Похоже, последними кандидатами тогда остались Швальт, Урухар и я. — Только не говорите при нём, что забыли. Господин Урухар наверняка обнажит меч и заявит, что вы оскорбили его гордость. — Тогда достаточно снова его победить. Я усмехнулся. — Он уступил мне ещё тогда и выбыл из отбора. Разве нет? — …Я совсем о другом. Просто следите за словами. Айлин устало вздохнула и вернулась к делу. — Но зачем господин Урухар приходил в Магическую башню в такое время? — Именно он напал на Флюгеля. — Господин Урухар? Айлин с недоверием вгляделась в запись. — Сигнальные чары и барьер лаборатории не реагируют на обладателей императорской печати… — Как вы и сказали, другого объяснения нападению на господина Флюгеля нет. На изображении мы видим только господина Урухара. Я кивнул. — Но зачем? — Причины мне неизвестны. Однако существовал способ их выяснить. И я собирался сделать это очень скоро. «Приказ заставить Флюгеля замолчать исходил от императорской семьи, а исполнили его Императорские рыцари». Скорее всего, за действиями Урухара стоял кто-то из императорской семьи. Возможно, даже сам император — воплощение неограниченной власти. Только человек его уровня мог отдать приказ убрать Флюгеля. «Но речь идёт о роге Демонического бога. Нужно выяснить, где находится эта опасная вещь». Изначально этим должен был заниматься не я. Но сейчас больше некому. От этой мысли на языке появилась горечь. «Разве время думать о подобном?» В первую очередь нужно разобраться, что именно Императорские рыцари сделали по приказу сверху. Что заставило их пойти на настолько дерзкий шаг? «Быстрее всего — спросить участника». Кто стоял за ним и действовал ли он по личной воле — пока неважно. Моя цель — как можно скорее раскрыть правду о нападении на Флюгеля. «И оно точно связано с рогом Демонического бога». Я мысленно вздохнул. Даже уход за растениями в кабинете не избавлял от тяжести в груди. «Снова воспользоваться этим?» Я поставил лейку и задумался. Подойти к известному Императорскому рыцарю под собственным именем было невозможно без лишних сложностей. Он охранял только императорскую семью. Если явиться и прямо спросить: «Вы напали на Флюгеля?», ничего хорошего не выйдет. Но и бездействовать глупо. Подозреваемый уже известен. «Маска Чёрного Рыцаря». Значит, придётся вновь сыграть эту роль. После смерти Тенелона оковы Чёрного Рыцаря исчезли, и теперь можно было не бояться случайных свидетелей. «Хотя мне это не нравится». Изначально Чёрный Рыцарь был ролью главного героя — Святого Меча. Хейден не предавал своих идеалов и до конца оставался благородным. Мне было неловко присваивать роль такого человека. «Пусть в этом мире Чёрным Рыцарем и не был Хейден Райх…» Я понимал, что это бессмысленная сентиментальность. Видимо, зря вообще поддался чувствам. — Ки-ки-ки. Настроение упало, и чувствительная к нему Анжелика тут же появилась. Должно быть, она решила, что улыбка приносит удачу, потому что все её глаза и рты растянулись в улыбках. — Сейчас не до смеха, Анжелика. — Ки-ки? Она наклонила голову, не понимая. За время роста Анжелика обрела отчётливое самосознание. Благодаря постоянному общению я уже мог угадывать, что ей нравится, а что нет. Особенно она ненавидела создавать и носить маску. — Чтобы сыграть Чёрного Рыцаря, придётся снова надеть её. Ки-и-и-и! Услышав о маске, Анжелика вздыбилась всем телом. Став умнее, она поняла её назначение. Маска скрывает личность. А значит, прячет данное человеку имя. — Ки-и-и-и! Получив имя и сознание, Анжелика возненавидела маски. Видимо, ей казалось, что вместе с ними исчезает и подаренное мною имя. Так рассуждал пятилетний ребёнок, ещё не до конца понимающий смысл слов. — Нравится тебе или нет, это необходимо. Она капризно отвернулась. «Вот ведь». Совсем как невоспитанный ребёнок. Я начал размышлять, где можно встретить Урухара. «На тренировочной площадке или во дворце разговор не получится». Нужно было перехватить его там, где нет посторонних. — Ки-ик! Пока я обдумывал варианты, Анжелика устроила настоящую истерику. Мне тоже не нравится эта маска, мелкая засранка. «Хм». Неужели она почувствовала, что и я сам не хочу становиться Чёрным Рыцарем? Но выбора не было. Выяснить распорядок Урухара оказалось проще, чем ожидалось. Помогли связи Ордена Рассвета и информационная сеть Траэллы. — Перестань. Оставалась другая проблема: даже встретив его, смогу ли я выведать сведения о нападении на Флюгеля? Если Урухар получил приказ императора хранить абсолютное молчание, он не скажет ни слова. И тем более не выдаст местонахождение рога. — Перестань. Но встретиться всё равно нужно. Первый разговор запустит события и позволит продвинуться дальше. — Я сказал, прекрати. Я провёл ладонью по чёрной маске, закрывавшей лицо. Она была частью Анжелики и всё ещё бурлила, постоянно искажая форму. «Возражения бесполезны. Личность Чёрного Рыцаря необходимо скрывать, иначе последствия будут тяжёлыми». Я попытался убедить её речью Чёрного Рыцаря вместо вежливого голоса Джулиана, но Анжелика не успокоилась. — Оставь капризы и верни маске нормальный вид… В этот момент снизу, из переулка, я почувствовал чьё-то присутствие. «Урухар». По информации Траэллы, именно сейчас он должен был пройти под зданием. Я дождался его приближения и спрыгнул в переулок. — …Хм?! В ответ на моё приземление раздался удивлённый мужской голос. Передо мной стоял тот же человек, которого я видел на записи. — Представляться не нужно. — Чёрный… Гр-р-р. Стоило Урухару попытаться произнести «Чёрный Рыцарь», как Анжелика снова забурлила. «Эй!» Не время капризничать! Я отвернулся и прикрыл рукой ожившую маску. «Блядь…» Урухар был Императорским рыцарем. Я собирался подкрасться, занять выгодную позицию и первым начать бой. Чёрный Рыцарь был преступником, нарушавшим императорские законы, поэтому спокойно беседовать с защитником власти было бы странно. Но… «Анжелика, мелкая…» Из-за истерики пятилетнего ребёнка внезапная атака провалилась. — Чёрный Рыцарь. Услышав низкий голос Урухара, я смирился и решил действовать в открытую. — Догадываешься, зачем я пришёл? — У народного героя может быть немало причин встретиться со мной. Урухар говорил холодно. В его серебряных глазах отражался уродливый Чёрный Рыцарь, и враждебность казалась естественной. Он входил в пятёрку Императорских рыцарей и, разумеется, должен был ненавидеть нарушителя закона. — Прежде чем переходить к серьёзному разговору… Урухар положил ладонь на ножны. Этим он словно открыто заявлял: сначала нужно выяснить, кто сильнее. — Не могли бы вы оставить автограф на моих ножнах? ---------- С кем поведёшься… (2) «В сильном теле живёт сильный дух». Эти слова Святой Меч произнёс во время общей лекции в Академии Байера. Сидевший среди слушателей Урухар смотрел на кафедру сияющими серебряными глазами. Вершина искусства меча, звезда, освещавшая Империю. Святой Меч был человеком, на которого Урухар мечтал быть похожим. Поэтому он отчаянно хотел стать его учеником. Но место досталось Джулиану — человеку, которого Урухар терпеть не мог. Он дрожал от ярости, но в конце концов признал выбор. Джулиан был силён и глубоко понимал меч. В Академии его клеймили за происхождение из боковой ветви и дурной характер, но плохим человеком он не был. Однако затем изменился. Хотя Урухару было трудно судить со стороны, перемена стала очевидна, когда Святой Меч изгнал Джулиана. «Как и сам Святой Меч». Хейден попросил убежища в Святом Королевстве, вернулся в столицу и погиб, расследуя деятельность Ордена Рассвета. Ходили слухи, будто он пожертвовал собой ради убийства главы организации, но правды никто не знал. Остался лишь факт: изгнанный Святой Меч вернулся в столицу и умер. «Видимое не всегда совпадает с реальностью». То же относилось к Императорским рыцарям. Они не были сильнейшими рыцарями страны, но находились ближе всех к императору. Урухар верил, что на этой должности сможет служить правящему роду. Но чем сильнее император попадал под влияние прорицательницы, тем чаще он думал: идеалы остаются лишь идеалами. «Что такое благородство?» Сначала он считал, что оно живёт в мече. Оказалось — нет. Потом думал, что оно скрыто в крови. И снова ошибся. Что же тогда Святой Меч называл «сильным духом»? «…Хм?» Пока Урухар искал ответ, ему попалась статья о человеке по прозвищу Чёрный Рыцарь. «Тот, кто защищает народ и наказывает дворян…» Как газета вообще посмела такое напечатать? Будь Урухар её покровителем, он бы немедленно вырвал издание с корнем. «Чёрный Рыцарь». Отложив суровые мысли, он продолжил чтение. «Он действует невзирая на положение и появляется даже в трущобах». Страннее человека не придумать. Сначала Урухар решил именно так. Но любопытство взяло верх, и он начал посещать места, где появлялся Чёрный Рыцарь. «Никто не станет делать подобное без награды». Причина должна быть. С подозрением и любопытством Урухар продолжил изучать поступки героя. Почему он действует? Чего добивается? Зачем ему всё это? Однажды, опомнившись, Урухар замер. «А». Стены комнаты были увешаны масками Чёрного Рыцаря. «Когда я успел собрать столько?» Он смотрел на коллекцию и вспоминал: «В сильном теле живёт сильный дух». Воплощением этих слов оказался не Святой Меч, а Чёрный Рыцарь. «…Хм». Тот был благороден. Он молча делал необходимое и ничего не требовал взамен — именно таким человеком мечтал стать Урухар. Ощутив на языке горечь, рыцарь посмотрел на стену с масками. «Первый выпуск». Коллекционные маски начали продавать сразу после появления героя. Урухар стал поклонником слишком поздно, поэтому пробел в коллекции мучил его. «Если бы я понял раньше!..» *** Я не мог скрыть потрясения. Урухар, Императорский рыцарь, внезапно протянул мне ножны и попросил автограф. Я пришёл, считая его врагом, и был готов к бою. Императорские рыцари были элитой Небесной Стражи, защищавшей императора. По боевой силе каждый входил в число величайших мастеров страны. «Любой сильный воин понимает ценность своего оружия». Но Урухар собственными руками отдавал мне ножны и просил расписаться. «Как тут не растеряться?» Я мог забрать их под предлогом автографа и не вернуть. Тогда он остался бы без оружия, и разобраться с ним стало бы намного проще. «…Нет, это неправильно». Так поступать нельзя. Пусть я ценю эффективность, но не настолько бесчеловечен, чтобы избивать безоружного. «Хм». Хотя, если подумать, иногда можно позволить себе лёгкий путь. — Вы просите автограф? Урухар кивнул, и я потянулся к ножнам. Если это ловушка, он ударит, когда рука окажется близко. Я успею отреагировать и контратаковать. «Хм». Но ничего не произошло. Ножны действительно оказались у меня. «Он ненормальный?» Передавать меч столь легко — почти самоубийство, как бы сильно ни доверял человеку. Даже если сам Святой Меч попросит оружие, разумный рыцарь сначала задумается, не сошёл ли тот с ума. — Вы в своём уме? Зачем отдаёте мне ножны? Я не удержался от вопроса. На лице Урухара на мгновение мелькнуло понимание: он только сейчас осознал риск. — Я уверен, что Чёрный Рыцарь не станет нападать на безоружного. Сомнение тут же исчезло, и он снова потребовал автограф. — К сожалению, у меня нет пера. Я пришёл с тревогой и некоторым предвкушением боя. В истории Императорские рыцари считались устрашающей силой, способной соперничать даже со Святым Мечом. Меня беспокоило, что жаждущие сильного противника инстинкты Джулиана всё усложнят. — Вот как… Разочарование Урухара лишило меня слов. — Так или иначе, вы догадываетесь, зачем я пришёл? Я поспешно вернулся к серьёзному разговору, пока он окончательно не ушёл в сторону. — Пусть я и исполняю волю императора, причин, по которым народный герой мог бы меня посетить, слишком много… Хм. Он немного подумал. — Причин может быть много, но не понимаю, зачем вам понадобилось приходить лично. Не знает? — Я пришёл из-за нападения на Флюгеля. — На господина Флюгеля напали?! Урухар выглядел искренне потрясённым. «Почему он удивлён?» Я считал, что именно он исполнил приказ императора и заставил Флюгеля замолчать. Однако рыцарь словно впервые слышал о случившемся. «Может, врёт…» Нет. Дрожащие зрачки и Цвет Негатива показывали настоящее удивление. — Кто напал на господина Флюгеля? — Я пришёл, полагая, что это сделали вы. — Я?! Он продолжал смотреть на меня с изумлением. — Нет! Клянусь, я не нападал на господина Флюгеля! Более того, даже не встретился с ним! — Тогда как объясните запись из Магической башни? — Запись? А… Урухар замолчал, перебирая воспоминания. — Вы имеете в виду изображение с артефакта наблюдения? — Да. — Разумеется, я там есть. Я приходил в Магическую башню, чтобы встретиться с господином Флюгелем. Он действительно посетил башню, и запись совпадала с моментом нападения. Но при этом утверждал, что невиновен. Не играет ли он роль? Я пристально посмотрел, и Урухар покачал головой. — Я собирался встретиться с господином Флюгелем по приказу императора Адратана, но не смог. У него уже была назначена встреча, поэтому мне пришлось уйти. — По приказу императора? Я невольно удивился неожиданному признанию. К счастью, маска и её черта не позволили эмоциям проявиться. — По приказу императора Адратана? — …Ой. Поняв, что проговорился, Урухар прикрыл рот ладонью. Но вскоре снова успокоился. — Впрочем, Чёрному Рыцарю это можно сказать. — Какой приказ привёл вас к Флюгелю? — Больше раскрывать не могу. Пусть язык у меня и длинный, я всё-таки Императорский рыцарь. Длинный язык. С этим я был полностью согласен. «Флюгель и приказ императора». Я начал собирать сведения воедино. Что могло быть настолько важным, чтобы император отправил в башню личного рыцаря? «Не обычное поручение». Дело явно было тайным. Император хотел незаметно узнать о последствиях чего-то уже совершённого. «Что ему понадобилось скрытно проверить?» Разум императора Адратана давно помутился. Но даже в таком состоянии он лично отправил Императорского рыцаря, значит, речь шла о сильном желании. «Желание». Бессмертие. Или вечная жизнь. Власть, богатство и слава у императора уже были. Не хватало лишь этого. Я вспомнил останки Демонического бога. «Императорскую печать». Значит, причиной визита Урухара был… «Рог Демонического бога находился…» У Флюгеля. Тогда становилось понятно, почему старик колебался и зачем император отправил рыцаря. Но теперь всё запуталось ещё сильнее. «Если напал не Урухар, то кто?» Мы с Айлин просмотрели записи. В нужное время в лабораторию вошёл только Урухар. «Неужели Флюгеля атаковал кто-то невидимый?» А. Мысль о невидимом существе напомнила мне кое о чём. ---------- С кем поведёшься… (3) В ушах зазвенело, мысли на мгновение опустели, и меня охватило головокружение. Стоило вспомнить о существе, которое не способен обнаружить ни один артефакт наблюдения, как тревога накрыла меня с головой. «Императорская печать на останках была не случайностью». Ещё до начала расследования я допускал, что придётся столкнуться с императорской семьёй. Но когда предположение стало реальностью, страх пробрал до костей. Однако отступать поздно. Нужно раскрыть правду и каким-либо способом вывезти рог Демонического бога из столицы — желательно на Север, туда, где изначально покоились останки. «Хорошо, что я могу связаться с Калдрахом». Но существовала ещё одна проблема. Увидев императорскую печать, легко было понять: императорская семья связана с останками. А что, если Калдрах тоже в этом участвует? «Нет». Этого быть не должно. Калдрах встанет на мою сторону. Как регрессор он заметил странности императорской семьи и собирал силы на Северном полюсе, готовясь к будущей угрозе. «Когда всё закончится…» Возможно, именно он действительно станет императором. — Вы пришли к Флюгелю из-за рога Демонического бога? Чтобы превратить сомнения в уверенность, я задал Урухару прямой вопрос. Тот не изменился в лице. — Даже Чёрному Рыцарю я не могу этого рассказать. Но над его головой поднялась серая дымка — Цвет Негатива, означавший сомнение и любопытство. Будто он спрашивал: «Откуда вы знаете?» «Хотя рано считать догадку доказанной». Существовал человек, способный всё подтвердить. — Ух. Я придержал рукой заёрзавшую маску и отступил на шаг. Анжелика продолжала капризничать. — Чёрный Рыцарь?! — Всё в порядке. Ничего не случилось. Урухар испугался моего внезапного движения. Что за человек. Похоже, он искренне переживал и действительно был поклонником Чёрного Рыцаря. — Если вы не нападали на Флюгеля, мне больше незачем здесь оставаться. Закончив говорить, я вытянул тело Анжелики, закрепил его на стене здания и подтянулся вверх. Опора исчезла из-под ног, и с помощью демона я взлетел на крышу. Снизу донёсся голос: — Подождите! А автограф?! *** После разговора с Урухаром я сразу направился к человеку, способному разрешить сомнения. Вопросов было два. Действительно ли Флюгель хранил рог Демонического бога? И смог ли кто-то другой забрать его после нападения? — …Объясните, почему я должен отвечать. С этими вопросами я пришёл к главе императорского секретариата Седну Орбиану. Он спокойно принял меня, подтвердил, что приказы императора передавались рыцарям через него, но потребовал обосновать просьбу. На обычно холодном лице Седна отражалась непривычная враждебность. Как глава секретариата, он не хотел ссориться с «Закрытыми Глазами». Оба ведомства напрямую подчинялись императорской семье и часто пересекались. «Он очень недоволен». Получить сведения о приказах, отправленных Императорским рыцарям, казалось почти невозможным. Несмотря на отдельные оплошности, Седн много лет занимал должность главы. Он умел отделять личное от служебного и ясно обозначал границу, за которой разговор становился опасным. Отсюда и его раздражение. Все люди, связанные с императорской семьёй, знали: Адратан передаёт приказы Небесной Страже через Седна. Просить его раскрыть содержание приказа — прямое нарушение порядка. — Я действую по поручению принца Калдраха, господин Седн. К счастью, у меня имелся рычаг, способный развязать ему язык. — По поручению принца Калдраха?.. На лице Седна возникло замешательство. Я кивнул. Неофициально он поддерживал Калдраха. Кроме того, Седн управлял рыцарями «Клина», рассеянными по столице, и связь с принцем была очевидна. «Калдрах…» На Севере он говорил, что в случае опасности можно передать весть через Седна или обратиться к нему за помощью. Не думал, что воспользуюсь этим именно так. «Ха-а». Прикрывать свои действия связями с принцем было опасно. Если Калдрах рассердится из-за моего самоуправства, перспектива лишиться головы перестанет казаться невероятной. Но сейчас требовались крайние меры. Опасность, о которой он предупреждал, приближалась. — Раз принц Калдрах приказал… — Разве рыцари «Клина» ничего не передали? Принц велел помогать мне при любых происшествиях в столице. — Хм. Седн сухо кашлянул и вновь обрёл спокойствие. Заметив краткий миг неуверенности, я решил давить сильнее. Седн действительно получал слова Калдраха через бойцов «Клина». «Джулиану можно доверять». Вместе с этим принц передал другое. «Но его намерения трудно понять. Следить за событиями в столице должен ты, Седн. Только ты способен это сделать». Как и говорил Калдрах, Седн не понимал целей Джулиана. Однако одно было очевидно: просьба о раскрытии императорского приказа звучала кощунственно по отношению к правящей семье и оскорбляла саму должность главы секретариата. — А если я откажусь? Седн посмотрел прямо на Джулиана. Глаза обычно выдают эмоции, но в узких глазах Джулиана невозможно было различить зрачки. И это лишь усиливало страх. — У вас нет доказательств, что поручение действительно исходило от принца Калдраха. — Верно. — Тогда подождём. Я свяжусь с принцем напрямую и после дам ответ. Притворяясь спокойным, Седн снова поднёс чашку ко рту. Он подержал чай на языке, но вкуса не почувствовал. — Вы ведь дворянин. Терпение должно быть вам знакомо. — Принц Калдрах предупредил о приближении опасности. Хм? Седн поставил чашку и сосредоточился на Джулиане. — Опасности? — Да. Думаю, принцу следует как можно скорее вернуться в столицу вместе с рыцарями «Клина». — О чём вы говорите? Джулиан так и не притронулся к предложенному чаю. — Разве вы сами не догадываетесь, господин Седн? В душе главы секретариата рос страх перед тем, что он услышит дальше. «Он видит всё насквозь. Иначе, чем я. Поэтому в итоге должен оказаться на нашей стороне». Вспомнив слова Калдраха, Седн услышал: — Не пора ли принцу Калдраху занять трон? Джулиан произнёс это так, словно высмеивал остальных наследников, грызущихся за трон. В обычной ситуации за подобную дерзость следовало немедленно наказать, но страх лишил Седна голоса. *** Получив сведения о приказе императора, я направился в больничную палату Флюгеля. Он ещё не пришёл в сознание и находился в лечебном отделении Магической башни. «Сколько здесь случалось несчастий, раз пришлось оборудовать такое место?» От размеров больницы становилось не по себе. — Господин Флюгель, я пришёл проведать вас. На стук никто не ответил. Я всё равно открыл дверь и увидел старика, лежавшего на кровати. — Ни одного посетителя? До чего же одинокая старость. Я язвительно посмотрел на Флюгеля, но, к счастью, рядом стояла ваза с цветами. Наверное, недавно заходила Майер. — Ха-ха. Джулиан, у тебя и правда острый язык. Сзади раздался неожиданный голос. Я обернулся и увидел человека, которого совсем не ожидал встретить. — Приветствую малое солнце Империи. Эульсис де Адратан. Я почтительно поклонился четвёртому принцу, но тот махнул рукой. — Не нужно церемоний, Джулиан. Мы ведь вместе пережили немало трудностей в Святом Королевстве. — Для меня честь слышать это, принц Эульсис. — Ха-ха, я же просил без формальностей. — Вы тоже пришли навестить господина Флюгеля? Эульсис кивнул, взял вазу, в которую Майер поставила цветы, и с мягкой улыбкой осторожно добавил свой букет. — Удивительно. Вы рыцарь, поэтому я не думал, что вас что-то связывает с Флюгелем. — Небольшое знакомство. Достаточное для визита, не более. — Правда? А я слышал, что совсем недавно вы назначили встречу в Магической башне. — Ху-хут. Я тихо рассмеялся. — Именно так. Вы говорите, словно присутствовали там и слышали то, о чём я никому не рассказывал, принц Эульсис. — Хм. Эульсис коротко вздохнул. — Вы пришли нанести последний удар? Он кивнул. — Собирался. Затем принц посмотрел на меня. — Но раз ты здесь, Джулиан, планы придётся изменить. ---------- Незапятнанный чёрный (1) Сначала я даже не допускал, что на Флюгеля напал Эульсис. Для безопасного прохода через сигнальный барьер требовалась императорская печать, но её наличие ещё не означало принадлежность к императорской крови. Можно было обладать печатью и действовать без прямого приказа правящей семьи. «Но когда Урухар заявил, что невиновен…» Возникла другая возможность. Барьер Магической башни не реагировал на носителей императорской печати. Кроме того, если рядом находился человек императорской крови, чары не фиксировали даже применённую магию. «Следить за благородной кровью считалось святотатством». Звучит нелепо, но барьер башни создавался именно так. В его основе лежали строгие законы Империи, ставившие правящую семью превыше всего. «Если Урухар действительно не нападал…» На записи должен был остаться кто-то другой. Но никого не было. Следовательно, нападавший обладал благородной кровью, которую барьер не мог обнаружить. Значит, пришёл не посланник императорской семьи, а один из её членов. — Я даже не представлял. До сих пор был уверен, что на Флюгеля напал Императорский рыцарь Урухар. Я посмотрел на спокойно принявшего догадку Эульсиса и, помня о его статусе, осторожно спросил: — Зачем вы это сделали? — Зачем? — Чтобы лично напасть на Флюгеля, у принца Эульсиса должна была быть причина. — Ха-ха! «У принца моего положения»? Эульсис рассмеялся. — Четвёртый принц, стоящий далеко от трона. Сын наложницы. Наследник неполноценной крови. Меня называют по-разному, господин Джулиан. В его улыбке смешалось множество чувств. — Вы хотите сказать, что не ожидали от такого человека, как я, способности справиться с Флюгелем? — Я пришёл не выяснять это. Само нападение было неприятно, но важнее было понять причину. — Рог Демонического бога. При упоминании рога Эульсис заметно дёрнулся. — Он у вас, принц Эульсис? Вряд ли именно он привёз останки. Для подобного потребовалось столько сил, что они вполне могли появиться в столице ещё до его рождения. Но я был уверен: рог находится у Эульсиса. — Да. Он без колебаний кивнул. — Он у меня, господин Джулиан. — Вы понимаете, что это за предмет? — Разумеется. Осколок силы, способной уничтожить мир. — С его помощью можно воскресить Демонического бога Барбатоса. Глаза Эульсиса расширились. — Джулиан, вы удивительно осведомлены. Я сам узнал об этом совсем недавно. Значит, он понимал назначение рога. Тело и голова Демонического бога были всего лишь оболочкой катастрофы, некогда носившей имя Барбатоса. Главное заключалось в рогах. Если в определённый день воля, запечатанная в четырёх рогах, войдёт в резонанс, Демонический бог получит новое тело. А устроить это должен был Король демонов. Я бесшумно вдохнул. — Вы сосуд, принц Эульсис. В «Let’s Kill the Demon King Now» человека, знавшего способ воскресить Демонического бога и желавшего это сделать, называли сосудом. Или Королём демонов. — Таинственный голос, называющий себя Демоническим богом, постоянно шепчет мне. Если такого человека вы называете сосудом, значит, я и есть тот сосуд, о котором вы говорите. Похоже, Эульсис перехватил даже голос, прежде обращавшийся к Тенелону. Барбатос оценил его способности Короля демонов выше. «Если он действительно сосуд…» Его нужно уничтожить. Ради Империи и континента. Нет, прежде всего ради моей безопасности. — По этой же причине я напал на Флюгеля. По какой? — Существовало четыре рога Демонического бога. Один хранился у Флюгеля. Разве это не секрет, который нельзя раскрывать? Но Эульсис продолжил, словно заранее знал, что я уже обо всём догадался. — Вам не интересно, почему рог оказался в столице? Он и это собирается рассказать? — Интересно. — Император Адратан лично приказал Небесной Страже доставить останки. Эульсис свободно выдавал даже такие сведения. — Отец поддался сладким словам ведьмы и возжелал бессмертия. Она сказала, что для этого нужен рог Демонического бога, и останки привезли в Империю. — Ведьмой была прорицательница Абигейл. Эульсис кивнул. — Вы действительно хорошо осведомлены. — Один рог император передал Флюгелю для отдельного исследования, верно? — Да. Остальные три находятся у меня. Эульсис коротко и мрачно рассмеялся. — Абигейл перешла на мою сторону. — Какова ваша цель? Король демонов не стал бы бездумно стремиться к воскресению Барбатоса. У Эульсиса должна была быть собственная причина. — Истребление императорской семьи. Ответ потряс даже меня. Правящий род олицетворял благородную кровь, и Эульсис тоже принадлежал к нему. — Разве это не включает и вас, принц Эульсис? — Включает. На его губах появилась слабая улыбка. — Когда придёт время, я хотел бы, чтобы императорский Улыбающийся Палач отсёк мне голову. — Сказанное вами нарушает императорский закон. Я провёл рукой по ножнам. — Заговор с целью причинить вред членам правящего рода — прямое нарушение закона. — Вы намерены арестовать меня от имени «Закрытых Глаз», ведомства императорской семьи? — Закон распространяется и на саму императорскую семью. — Ха-ха-ха-ха! Эульсис расхохотался. — Джулиан! Императорский закон сейчас — это я. Всё в Империи находится под моим контролем. Хлопок. Он один раз хлопнул в ладони, и вокруг палаты возникли зловещие присутствия. «Один, два, три… Четыре, пять». Сразу несколько выдающихся мастеров перестали скрываться. «Небесная Стража?» Личная охрана императора окружила помещение тяжёлой жаждой убийства. Если они подчинялись Эульсису, значит, он не лгал, когда говорил, что контролирует двор. Я мысленно выдохнул. «Вот это я вляпался…» Осознав, насколько плотно палату окружили бойцы Небесной Стражи, я понял, что недавняя угроза принцу была серьёзной ошибкой. «Я всего лишь хотел забрать рог и забыть обо всём». Я просчитался. — Когда я нападал на Флюгеля, пришлось действовать одному, используя магические предметы Абигейл и императорскую кровь, чтобы не оставить следов. Теперь в этом нет необходимости. Призвав Небесную Стражу, Эульсис снова спокойно улыбнулся. — Тогда вы появились слишком рано, Джулиан, поэтому я не закончил дело. На этот раз всё будет иначе. — Собираетесь заставить меня замолчать, как Флюгеля? — Нет. Он покачал головой. — Вы другой, Джулиан. Не такой, как старик на кровати. Эульсис слегка поднял ладонь, и часть окружавшей нас жажды убийства ослабла. — Присоединитесь ко мне. Неожиданное предложение напомнило прошлое. Верховный жрец, безоговорочно доверявший Джулиану. «Злодеям нравится Джулиан». Неужели опять? — Я могу вам доверять. Вы, как и я, всю жизнь терпели презрение семьи, дворян и Империи. Теперь Эульсис говорил почти умоляюще. — Присоединитесь ко мне, Джулиан. Как член императорского рода приказываю вам, служащему «Закрытых Глаз». Ему требовалась сила Джулиана. Или сочувствие? Понимание? Как бы то ни было, становиться его союзником я не собирался. Нужно было уничтожить рога и сохранить собственную жизнь. Выбор был очевиден. — …Если принц Эульсис действительно контролирует двор, я понимаю, кому обязан служить. Притвориться сторонником. Похоже, Эульсис уловил нужный смысл, и его мрачное лицо просияло. — Джулиан!.. Он искренне обрадовался. — Как хорошо. Я всё время боялся, что вы откажетесь. — Хо-хо. Я всего лишь служу императорскому двору. Уничтожить рога было важно, но жизнь важнее. Какой смысл спасать континент и добиваться покоя, если я ошибусь прямо сейчас и умру? — Прошу простить Абигейл. Я узнал, какие глупости она приказала Орнну. — Ничего страшного не произошло, принц Эульсис. — Фух. Он посмотрел на Флюгеля и снова перевёл взгляд на меня. — В отличие от Святого Меча, господин Джулиан умеет быть гибким. — Вы говорили об этом с моим учителем? — Намекал. Но Святой Меч не захотел соглашаться. Разумеется, Хейден не стал бы участвовать в подобном. — Поэтому он и оказался в беде. Узнав, что я собираюсь использовать рога для уничтожения императорской семьи, он непременно попытался бы меня остановить. Хейден был верен не правящему роду, а искренне желал процветания Империи. Как главный герой, он предотвращал хаос даже ценой собственной жизни. — Поэтому я научил его создавать Чертог Гу. Я медленно повернул голову к Эульсису. — Я рассчитывал, что Святой Меч падёт, забрав священную реликвию Демонического бога у Тенелона. До этого я слушал его почти равнодушно. — В Святом Королевстве я хотел лично проверить, как развивается Чертог Гу. Так и знал. — Благодаря тому, что вы решили небольшую проблему, господин Джулиан, я благополучно вернулся сюда. Эульсис смотрел с искренней благодарностью. — Спасибо за помощь, Джулиан. ▶ Ваши эмоции усилились. ▶ Черта «Открытые глаза» активирована. ---------- Незапятнанный чёрный (2) Родство — именно это почувствовал Эульсис, впервые увидев Джулиана. Он тоже был скован проклятием ненавистной семьи и всю жизнь терпел презрительные взгляды, называвшие его сыном простой наложницы. Как и Джулиан, Эульсис потерял единственного понимавшего его человека — мать — и продолжал жить под тяжёлым ярмом. Поэтому верил, что Джулиан поймёт. — Ух… Но вместо понимания он получил ледяную ярость. Драгоценный клинок Джулиана рассёк щёку, и лицо Эульсиса обожгло, словно рядом извергался вулкан. Было больно. Лицо принца исказилось. Но причиной была не рана. Гораздо сильнее болело оттого, что человек, в котором он видел родственную душу, отверг его. — Джулиан?.. — Значит, именно Эульсис загнал моего учителя в ловушку. Джулиан говорил с улыбкой, но выглядел совсем не так, как обычно. Налитые кровью глаза пылали ненавистью. Под этим взглядом Эульсис впервые ощутил незнакомый ужас. Это была неизбежная смерть, которой невозможно сопротивляться. Джулиан был силён. Эульсис сумел напасть на Флюгеля лишь благодаря императорской крови и магическим предметам ведьмы Абигейл. Если Джулиан действительно захочет убить его, сопротивление бессмысленно. — Почему? Но вопросов было больше, чем страха. — Разве вы сами не желали смерти Хейдена Райха? Эульсис выкрикнул это, словно выплёвывал гнев и боль. — Разве не хотели доказать собственное превосходство, увидев падение Святого Меча?! — Учитель всегда говорил, что путь важнее результата. Эульсис прижимал ладонь к ране и изливал чувства, а Джулиан отвечал холодно. — Я хотел превзойти его собственной силой. Непостижимая система ценностей. — Если бы ваше высочество приказало мне убить учителя, я охотно исполнил бы приказ. В покрасневших глазах Джулиана отражалось лицо Эульсиса. — Но вы закончили всё подобным способом, поэтому мне неприятно. — Вот как? Эульсис хотел назвать это бредом, но заставил себя сохранить спокойствие. — Вы желали убить Святого Меча, но при этом следовали его принципам. Я вас не понимаю, Джулиан. — Подобные вещи делают не ради чужого понимания. — И вот результат. Эульсис подавил боль и открыл рот. Вокруг появились бойцы Небесной Стражи, элитная охрана императора, и окружили Джулиана. — Вот он, результат, Джулиан. Из-за ничтожного принципа он бросил вызов принцу, и Небесная Стража была вынуждена вмешаться. Когда от воинов хлынула жажда убийства, Джулиан вернул меч в ножны. — Но разве мой поступок, которым я ослушался принца Эульсиса, не стал частью пройденного пути? — Какая теперь разница? Джулиан поднял руки, изображая сдачу. — Огромная. Однако сомневаюсь, что принц Эульсис способен её понять. Он улыбался среди окруживших его бойцов. Одного приказа Эульсиса хватило бы, чтобы голова Джулиана упала на пол, но тот сохранял полное спокойствие, словно всё предвидел. *** — Джулиана заключили под стражу?! Услышав внезапную дурную весть, архиепископ Нового Ордена Рассвета Пинтель вскочил из-за круглого стола. — Да… Лазлот почтительно склонил голову. — За что?! — Пока неизвестно. — Неизвестно?! Голос Лазлота дрогнул, и Пинтель вскипел. — Разве не ваша задача это выяснить? — Прошу прощения, господин Пинтель. — Мне не нужны извинения! Немедленно отправляйтесь в секретариат и узнайте все обстоятельства!.. — Успокойтесь, господин Пинтель. Спокойный деловой голос Элеоноры прервал его крик. — Архиепископ Элеонора, вам кажется, что сейчас можно сохранять спокойствие? — А если вы его потеряете, что сделаете? Она пожала плечами. — Немедленно ворвётесь в тюрьму, перевернёте её вверх дном и вытащите Джулиана? — Если другого пути не останется! — Страшно именно потому, что вы действительно на это способны. Прошу, не делайте этого. Услышав решимость Пинтеля, Элеонора приложила ладонь ко лбу. — Лазлот, секретариат хоть что-нибудь сообщил? — Да… А! Он кивнул, затем словно что-то вспомнил и тихо ахнул. Пинтель тут же попытался потребовать ответ, но Элеонора остановила его и спросила сама: — Произошло нечто важное? — Я слышал, что Джулиана задержала Небесная Стража. — Небесная Стража? Глаза обоих архиепископов расширились. Небесная Стража была элитной охраной императора. Её участие означало одно из двух: Джулиан разгневал Адратана или поднял руку на кого-то из императорской семьи. — Неужели Джулиан посмел напасть на члена правящего рода?.. — Джулиан не настолько глуп! Пинтель выкрикнул, потом кашлянул и поправился: — Даже если это правда, у него была причина. — Какой бы ни была причина, заключение означает конец его пути. — …Ух. — Бездумные действия этого не изменят. Императорская семья ничего не объявляла, но если Джулиан действительно затронул её кровь, смертный приговор почти неизбежен. — Нет. Он не поступил бы безрассудно. Внезапная уверенность Пинтеля привлекла взгляды Элеоноры и Лазлота. — Само заключение в императорскую тюрьму наверняка часть его плана. — Ради… чего? — Этого я не знаю. Разве такие люди, как мы, способны постичь глубину его намерений? Элеонора хотела возразить, что хотя бы попытаться понять всё же стоит, но промолчала. — Не представляю, зачем он это сделал, но вскоре заключение обязательно приведёт к освобождению. «Обязано привести». Иначе у Элеоноры возникнут серьёзные проблемы. Пусть Новый Орден формально возглавляли три архиепископа, назначил их именно Джулиан. Он носил лишь титул епископа, но именно ему принадлежала настоящая власть в организации. — Что нам делать, пока Джулиан заключён? — Ждать. Пинтель ответил с непоколебимой уверенностью. — Если заключение входит в его замысел, мы должны дождаться следующего шага. Его вера граничила с безумием. Но Элеонора тоже знала, что Джулиан не совершает бессмысленных поступков. Он понимал последствия и всё равно позволил себя арестовать. Значит, за этим скрывалась цель. Она кивнула. — Только не вздумайте призывать «Сумерки». Пинтель управлял этим личным отрядом фанатичных сторонников Джулиана. Услышав запрет, он мучительно застонал. *** Обычно императорскую тюрьму охраняли простые солдаты. Но после появления Джулиана их заменили. На пост заступили Рыцари Розы. Несмотря на название, этот орден не выполнял настоящих рыцарских обязанностей. Его члены были дворянами, умевшими держать меч. Точнее, Рыцари Розы представляли собой светский клуб знати. Охранять Джулиана им поручили потому, что это был один из немногих орденов, подчинявшихся Эульсису. — Глупый ублюдок. Один из дворян в форме Розы выругался, глядя на заключённого. — Что? — Всю жизнь продавал гордость императорской семье, а закончил здесь. Разве не смешно? Он засмеялся, и второй стражник поддержал. — Раз Небесная Стража его арестовала, теперь лишат всех титулов. Место в «Закрытых Глазах», состояние — всё конфискуют. — Заслужил. Столько лет вёл себя надменно и наверняка не думал, что окажется за решёткой. Рыцари с презрением смотрели сквозь прутья. Джулиан сидел в камере в кандалах, как всегда улыбался и спокойно наблюдал за ними. От этого по спинам стражников потёк холодный пот. На его лице не было ни тени растерянности, словно совсем скоро он просто выйдет из камеры. — Члены Рыцарей Розы. Голос Джулиана прозвучал неожиданно мягко для человека, ожидавшего смерти. Хотя между ними стояли железные прутья, стражники почувствовали себя зверями, загнанными в угол. — Не могли бы вы принести мне газету? Просьба оказалась неожиданной. — Даже мне нужно знать, что происходит снаружи. ---------- Незапятнанный чёрный (3) Блядь. Прекрасный вид императорского дворца за решёткой заставил меня выругаться. До свободы оставалось совсем немного: выйди я наружу — и мог бы идти куда угодно. Вместо этого приходилось смотреть на дворец из-за решётки. Просто абсурд. «Ха-а». Я вздохнул. Хотя эта ситуация вполне могла закончиться моей смертью, непосредственной угрозы я пока не ощущал. Если бы Эульсис приказал казнить меня сразу, всё было бы иначе. Но приказа не поступало, и некоторое время я, вероятно, оставался в безопасности. «В безопасности? Какая чушь». На деле вопрос лишь откладывался. Я ранил Эульсиса, а подобное не могли просто забыть. «В состоянии „Открытых глаз“ эмоции вышли из-под контроля». Не остановись я вовремя, голова принца уже лежала бы на полу. Настолько важен был Святой Меч для Джулиана. «Если бы я действительно его убил…» Сейчас сидел бы не в камере. Скорее всего, уже потерял бы собственную голову. В такие моменты инстинкты Джулиана особенно утомляли. Из-за одного их порыва мне приходилось рисковать всем. Я цокнул языком и развернул газету, которую принёс стражник. «Полное солнечное затмение впервые за два года». Заголовок сразу бросился в глаза. «Через три недели?» Я запомнил дату и пробежался взглядом по остальным статьям. Нужного сообщения пока не было, но совсем скоро оно появится на первых полосах всех газет. Это событие могло полностью изменить моё положение. — Эй! Бам! Бам! По прутьям ударил один из Рыцарей Розы, охранявших камеру. — К тебе посетитель. Точно. Я просил вызвать Захарда — нужно было кое-что передать. — Выходи. Дверь открылась, и я покинул камеру. Рыцарь, встретившийся со мной взглядом, вздрогнул. Над его головой возник Цвет Страха. — Не понимаю, чего вы так боитесь. Взгляд рыцаря дрогнул. — О чём вы? — Это всего лишь встреча. Я заключённый со связанными руками. Чего бояться? — …К чему вы ведёте? — Рыцарю не следует проявлять такой страх. Стоило произнести слово «рыцарь», как лицо проводника покраснело. Рыцарями Розы они были лишь по названию — по сути, это был не более чем клуб дворян. Намёк на отсутствие рыцарского достоинства бил по самому больному месту. — Довольно. Он уже готов был наброситься, но другой страж остановил товарища. — Его высочество Эульсис приказал обращаться с Джулианом в соответствии с его положением сотрудника «Закрытых Глаз». «Цок». Рыцари недовольно отвернулись, а я мысленно подтвердил догадку. «Их сюда поставил Эульсис». Значит, среди них почти наверняка не было людей Нового Ордена Рассвета. Сбежать с помощью своих людей не получится. «Хотя попытка побега только усугубит положение». Я пожал плечами и направился в комнату встреч. — Необычная картина. Я вошёл в кандалах и под охраной. Захард с удивлением повернулся в мою сторону. — Можно честно? — Конечно. — Вам это так идёт, что слов нет. Он сказал, что наручники смотрятся на мне естественно, и я усмехнулся. — Разве слепота позволяет вам оценить мой вид? — У каждого есть собственная аура. Раз я не вижу, приходится лучше чувствовать её. Захард слабо улыбнулся. — Тюрьма наполнена мрачной атмосферой. И вы здесь… Хм. Он прочистил горло. — Пожалуй, остановлюсь. Хотя уже всё сказал. — Как бы то ни было… Захард вздохнул и словно оглядел комнату. — Наблюдателей многовато. Кроме стражи, в комнате находилось ещё несколько человек, почти все — Рыцари Розы. Даже обычному человеку было бы ясно, что это не рядовая встреча. — Моя репутация настолько велика, что сверху распорядились оказать особое внимание. — Особое внимание сверху, значит. Захард тихо рассмеялся. — Значит, слухи правдивы и вас задержали из-за императорской семьи. — Да. Отрицать я не собирался. — Всё, что мы скажем, наверняка записывают. Обсуждать важное нельзя. Захард выпрямился так, словно собирался перейти к тайне. Взгляды наблюдателей стали ещё пристальнее. Они явно хотели записать каждое слово. — Я плохо разбираюсь в подобных играх, поэтому вряд ли помогу. — Ничего. Уже достаточно, что вы пришли. — Хм? Захард растерялся. Раз здесь нельзя говорить о важном, он считал встречу бессмысленной. Но это было не так: сама обстановка дала мне подсказку. «Рог Демонического бога…» Его всё ещё не забрали, иначе никто не стал бы так тщательно подслушивать наш разговор. «Воскрешение Демонического бога требует ритуала». Собрать рога недостаточно. Нужна определённая церемония. «В день, когда око Соларуна будет закрыто, великий демон вновь спустится на континент». Закрытое око Соларуна — полное солнечное затмение через три недели. «К тому же у Эульсиса нет всех четырёх рогов». Он пришёл в палату Флюгеля именно за рогом, который старик хранил. «Впрочем, там начался хаос». Прямо в палате Небесная Стража арестовала сотрудника «Закрытых Глаз». В суматохе даже Эульсису было непросто обыскать помещение. «Эульсис…» Стоило вновь вспомнить его причастность к смерти Святого Меча, как ярость хлынула изнутри. Из самой глубины тела поднялся обжигающий жар, а внутри шевельнулось отвращение. Открытые глаза едва не активировались снова, но я сдержался и посмотрел на Захарда. — Что происходит снаружи? — Ничего, что можно назвать крупной проблемой. То есть ничего, о чём разрешено говорить здесь. — Понятно. Я первым поднялся. — В следующий раз принести еды? — Еды? — Когда меня заперли, вы приносили провизию. Разве не так? Точно, было такое. — Теперь моя очередь. Мы ведь достаточно близки хотя бы для этого? — Достаточно того, что вы предложили. Аппетита всё равно не было. Больше всего мне хотелось после завершения этой истории бросить всё и отправиться странствовать. — Я скоро выйду. *** — Они действительно говорили именно это? Императорская прорицательница Абигейл нахмурилась, выслушав доклад Рыцаря Розы. — Да, госпожа Абигейл. — …Он уверен, что скоро выйдет. Откуда такая уверенность? — Возможно, это всего лишь блеф. Абигейл посмотрела на рыцаря. — Почему вы так думаете? — Джулиан наверняка заметил, что охрана записывает каждое слово. Он славился остротой чувств и легко понял бы происходящее. — Возможно, он блефует, чтобы заставить нас напрасно тревожиться и тратить силы. В словах рыцаря был смысл. Если кто-то и способен блефовать перед лицом смерти, то Джулиан. Абигейл вспомнила, как он пожал плечами перед императором. Не сумей Джулиан тогда переубедить Адратана, его убили бы на месте. «Человек, безразлично кладущий собственную жизнь на весы». Так Абигейл его оценивала. — Блядь, Милена. Даже мёртвая ты продолжаешь усложнять мне жизнь. Она с ненавистью цокнула языком. Искажённая судьба, связывавшая её с Королевой Терний, не отпускала. Одно имя Джулиана вызывало раздражение. Но ведьма не могла напрямую навредить потомку Королевы Терний. Древнее проклятие колдовства запрещало причинять вред её крови. «Напрямую». Поэтому у Абигейл были другие планы. Оставлять Джулиана в живых было опасно. Даже в тюрьме он, похоже, знал способ выбраться и потому сохранял уверенность. — Госпожа Абигейл, его высочество Эульсис приказал лишь удерживать Джулиана и не трогать его. Рыцарь заметил направление её мыслей. — Я действую ради блага его высочества Эульсиса. Сделаю всё, что принесёт ему пользу. При упоминании Эульсиса голос ведьмы наполнился восторгом, но тот почти сразу сменился холодностью. — Абсолютно всё. ---------- Главная новость Джулиана арестовала Небесная Стража. Услышав это, Седн Орбиан мысленно вздохнул. «Что он натворил?» Дворянин должен вести себя как дворянин. Седн считал, что человек обязан посвятить жизнь служению императорской семье. Именно эта чистая вера и позволила ему долгие годы занимать должность главы секретариата. «Подробностей я не знаю, но…» Тем более Седн не понимал, что Джулиан мог натворить, чтобы за ним пришла Небесная Стража. «Пусть преданность Империи и не была искренней, я считал его достаточно умным, чтобы не совершать глупостей». Впрочем, пока его лишь заключили. О наказании за неизвестное преступление никто не говорил. Седн верил, что со временем всё уляжется, как и многие прежние происшествия. С этой мыслью он потянулся к чашке. — …Не могли бы вы повторить? Седн, как обычно, пришёл в кабинет императора с докладом, не запрашивая официальной аудиенции. Услышав громовой приказ, он недоверчиво моргнул. Его взгляд скользнул по изящному креслу и рабочему столу. — Ты не слышал? Император Адратан смотрел с явным раздражением. Дрожащие губы. Пустые глаза. От Завоевателя Адратана, начавшего победоносные войны и приведшего Империю к золотому веку, ничего не осталось. — Немедленно приведите приговор Джулиану в исполнение! — Но ваше величество… Седн подавил потрясение и попытался возразить. — Небесная Стража действительно задержала Джулиана, однако обстоятельства ещё неизвестны. Пока Эульсис не даст объяснений, разумнее оставить всё как есть… — Зачем мне обстоятельства?! Самого факта, что его арестовала Небесная Стража, достаточно! — Но!.. Дзынь! Адратан швырнул в него стакан. Осколки задели щёку Седна, и по коже потекла кровь. — Т-ты смеешь мне перечить?! На поле боя за такую дерзость ты лишился бы головы! Император брызгал слюной от ярости и таращил глаза. Заслуги Адратана были огромны. Можно сказать, нынешнюю Империю создал именно он. Но старость победителя оказалась тяжёлой. Юношеские перегрузки разрушили тело. Кости разрушались, мышцы по всему телу отмирали. Запертый в своих покоях, Адратан терял рассудок и болезненно цеплялся за накопленные достижения. — Даже ты скоро… Кхе! Кхе! Гнев заставил его закашляться кровью. Кто-то тут же бросился на помощь. — Вы в порядке, ваше величество? — А-Абигейл!.. Императорская прорицательница. Нет, ведьма Абигейл. Она достала свёрток с порошком и поднесла к носу Адратана. — Глубоко вдохните, ваше величество. Он повиновался, и пустые глаза постепенно прояснились. «Что она подмешивает к обезболивающему?» Седн посмотрел на Абигейл. Словно прочитав мысли, ведьма едва заметно улыбнулась. — Спасибо, Абигейл. Когда боль ушла, Адратан благодарно сжал её руку. — Для меня честь служить вам, ваше величество. Абигейл лучезарно улыбнулась, затем посмотрела на Седна. — Однако в словах главы секретариата есть смысл. Она заговорила с доброжелательным выражением. — Если казнить Джулиана без объяснения причин ареста, дворяне наверняка будут недовольны вашим решением. А принц Эульсис, похоже, не желает говорить… — …Что предлагаешь, Абигейл? — До наступления Дня Небесного Покоя. Так называли солнечное затмение, когда луна закрывала солнце и небеса будто уходили на отдых. — Что, если тайно казнить его до этого дня? — Тайно?.. — Да. Абигейл ослепительно улыбнулась. — Тогда дворяне, способные возразить, ничего не узнают. А даже если узнают, новость утонет в праздновании Дня Небесного Покоя. — Верно… Да. Так решение о казни Джулиана всё же было принято. Итог не изменился. — Поступим так. Седн, передай приказ секретариату. Адратан продолжал гладить руку Абигейл и смотрел на Седна. Тот не нашёл слов и неохотно кивнул. *** — Вот до чего дошло. Седн тайно сообщил о казни и мрачно посмотрел на заключённого. — Понятно. В отличие от него, Джулиан воспринял новость совершенно спокойно. Он скрестил руки и смотрел на Седна, скрывая чувства за узкими глазами. — …Вы не боитесь? Седн не выдержал. Каким бы бесчувственным орудием ни казался императорский Улыбающийся Палач, он оставался человеком. Перед лицом смерти страх неизбежен. — Боюсь. Смерть действительно меня пугает. На мгновение в откровенном ответе Седн услышал нечто человеческое. — Но в одном я уверен. — В чём? — Казнь не состоится. Уверенный тон ошеломил Седна. — Что вы имеете в виду? Это личный приказ его величества. — Верно. — Через два дня вас отправят на гильотину. Этот факт уже не изменить. Джулиан выслушал смертный приговор без заметной реакции и протянул руку. Седн нахмурился, но достал из кармана газету и передал ему. Сегодня он пришёл не только сообщить о казни. Джулиан заранее попросил принести свежий выпуск. — Благодарю, господин Седн. Получив газету, он развернул её и начал читать. — …Не понимаю вашей реакции. — Что именно? — Зачем читать газету в такой ситуации? Через два дня вы всё равно… — А? Седн остановился из-за внезапной перемены в голосе. — Господин Седн, вы знаете, что Орнна, бывшего главу рода Крайпарт, отправили на Север? — Орнна? Да… знаю. Не понимая, к чему вопрос, Седн всё же кивнул. — Поговаривали, что из-за некоего происшествия во время прежней службы он обязан снова выполнить долг рыцаря Крайпарт. Разумеется, Седн понимал: это лишь предлог. После недавнего конфликта в Совете дворян Орнна попросту вытеснили. — Господин Орнн способен, не так ли? — …Да. Пусть его и изгнали, главой рода Крайпарт не становятся без выдающихся способностей. Даже в преклонном возрасте Орнн продолжал тренироваться и придерживался собственного подхода к военной стратегии. — Значит, если он отправился на Север, у принца Калдраха появилась некоторая свобода действий. — Пожалуй. В этом есть смысл. — Орнн сможет закрыть образовавшуюся брешь. — Хм? Седн уловил намёк и посмотрел на газету. — Вы ещё не читали сегодняшний выпуск? И правда. На рассвете его вызвал император, и времени на газеты не осталось. Седн быстро пробежал глазами статью, которую показывал Джулиан. — «Рыцари Клина принца Калдраха, находившиеся в походе, в полном составе возвращаются с Северного полюса…» Его лицо исказилось. — Неужели это означает?.. Джулиан лишь понимающе улыбнулся. — Именно то, о чём вы думаете. *** Убедив Адратана отдать приказ о казни, Абигейл с улыбкой смотрела на календарь. — Наконец-то я положу конец давней вражде с Миленой. Заодно исчезнет человек, способный помешать планам Эульсиса. «Всё ради него». Пусть он ругает её и говорит жестокие слова, эту работу всё равно нужно выполнить. «Джулиан опасен». Абигейл знала: как и Эульсис, он был сосудом, способным принять Демонического бога. Поэтому она торопилась избавиться от него. «Чтобы исполнить желание принца Эульсиса». Станет ли он императором Адратанской Империи, разрушит ли её или обратит в пепел весь континент — Абигейл была готова идти рядом. — Для этого ты слишком мешаешь. Она смотрела на отмеченную дату казни и была уверена в победе. — Г-госпожа Абигейл, возникла проблема! Один из Рыцарей Розы подбежал, тяжело дыша. — Что случилось? — На северной заставе, у Северного полюса, замечено странное движение! — Что? Там находился третий принц Империи Калдрах де Адратан. И одновременно… «Абиша». Ведьма Зимы тоже жила там. «Но Калдрах не может покинуть Север». Даже оставаясь участником борьбы за престол, принц не мог покинуть Северный полюс. Север держался на «клиньях» и стратегии Калдраха. Без него линия неизбежно расколется. — П-принц Калдрах… — Что? — Принц спускается к столице вместе со всеми Рыцарями Клина! — Что?! Абигейл не сдержалась и закричала. ---------- Неожиданное возвращение (1) История о третьем принце Империи Калдрахе де Адратане заняла первые полосы газет. Столицу охватила тревога. Сильнее всего её ощущали служащие императорского двора. — Зачем его высочество Калдрах возвращается в столицу?.. — Неужели наконец подует кровавый ветер борьбы за престол?! — Не может быть. Император Адратан всё ещё здоров. — Говорят же, невозможное иногда хватает людей за горло! Принц был тесно связан с армией и отличался решительностью, напоминавшей Адратана в лучшие годы. Поэтому многие дворяне воспринимали его возвращение как предвестие кровавой смуты во дворце. — …Неужели этот человек всё предвидел и поэтому читал газеты? В императорской тюрьме один из Рыцарей Розы смотрел на заключённого Джулиана и тихо пробормотал. — Правда мог предвидеть? — Иначе слишком странно. Шептавшийся рыцарь снова посмотрел на камеру. — Казнь собирались провести тайно, но из-за шума её отложили. — Хм. — Ты ведь видел? Даже когда заговорили о казни, он глазом не моргнул. Они наблюдали, как Джулиан сидит на прежнем месте и спокойно читает газету. Казалось, беспорядки снаружи его совсем не касались. Хотя мысли Джулиана были далеки от спокойствия, внешне он оставался невозмутимее всех, и Рыцари Розы теряли дар речи. — Если подумать… — Может, он и правда знал? — Хм. Они продолжили перешёптываться. Тем временем Джулиан перелистывал газету, погрузившись в раздумья. «Калдрах возвращается в столицу с Северного полюса». Фух. Я осторожно выдохнул. «Слава богу… Ещё немного — и мне конец!» *** Вернувшись в столицу с половиной личного отряда — Рыцарями Клина, — Калдрах первым делом направился к отцу, верховному правителю Империи. Он миновал третьи ворота и направился прямо в зал аудиенций, где император занимался государственными делами. За ним следило множество глаз. В некоторых читалась тревога перед возможным происшествием, но Калдрах не обращал внимания. — Ваше высочество Калдрах. Путь принцу и его Рыцарям Клина преградил Императорский рыцарь Урухар. — Встреча с императором без предварительного уведомления считается нарушением даже для члена правящего рода. — Разве семье нужна запись, чтобы увидеться с семьёй? — Ваше высочество несёт благородную кровь. Думаю, вы понимаете смысл моих слов без дальнейших объяснений. Хех. Калдрах усмехнулся. — Ты вырос, Урухар. Уже способен говорить со мной подобным тоном. Звяк. Один из командиров «Клина» положил ладонь на рукоять, и Небесная Стража одновременно приготовилась обнажить оружие. Напряжение достигло предела. — Пусть Рыцари Клина ждут здесь. К его величеству войдём только мы с Абишей. Ведьма в плаще посмотрела на Калдраха с явным недовольством. «Мы так не договаривались». — Что за шум? Из дворца донёсся голос. Абиша нахмурилась и плотнее натянула капюшон. — Даже вашему высочеству Калдраху не следует устраивать переполох за третьими воротами. Прорицательница Абигейл вышла с лукавой улыбкой. — Иначе мне не увидеть отца. — Но вы же семья. Стоит пожелать, и аудиенция состоится в любое время. — Ты остановила бы меня любым способом. — Ох, я всего лишь прорицательница, ваше высочество. Она говорила так, будто простая прорицательница не могла обладать такой властью. Калдраху это показалось смешным. — Абиша? — …Ух. — Давно не виделись. Как ты? — …Сейчас подходящий момент для любезностей? Абиша ответила резко, и взгляд Абигейл стал ядовитым. Плечи зимней ведьмы невольно сжались, но Калдрах заслонил её собой. — Отойди, Абигейл. Мне некогда. Она пожала плечами и уступила дорогу. Калдрах прошёл мимо, словно так и должно быть, и вместе с Абишей направился в глубину дворца. В зале аудиенций его встретил человек с глубокими тенями под глазами, в котором почти не осталось следов былой славы. — …Калдрах? Это был его отец — император Адратан, некогда развязавший завоевательные войны. — Давно не виделись, отец. Как ваше здоровье? — Да, да… Кхе! Кхе! Кашель звучал так тяжело, что кровь не удивила бы никого. Калдрах не поморщился. Он прожил множество жизней и видел эту сцену снова и снова. Адратан умирал в каждом цикле. Путь менялся, но итог оставался прежним. — …Зачем ты внезапно вернулся? Жизнь в глазах императора трепетала, словно свеча на ветру. Калдрах поклонился. Абиша отступила на шаг. — Я прибыл доложить о странных событиях на Севере. — Странных… событиях? — Да. Адратан шевельнулся, требуя продолжения. — Поведение демонов изменилось. — Изменилось? — Как вашему величеству известно, обычно демоны не нападают на земли варваров. — Хм… Император слабо кивнул. — Перед общим врагом они избегали вражды с варварами и оставляли возможность сотрудничества. — …А теперь? — Теперь демоны нападают на них без разбора. Варвары поклонялись Демоническому богу, поэтому его создания редко трогали их. Адратан знал это и широко раскрыл глаза. Даже угасающий император понял: происходит нечто необычное. — И что с того? Но ответ оказался пугающе пустым. Калдрах посмотрел в безжизненные глаза и мысленно вздохнул. *** Покинув зал, Калдрах снова присоединился к Рыцарям Клина. «Если демоны начали действовать иначе, неизвестно, что творится на Севере». Такого не происходило ни в одном из прошлых циклов. Но одно он понимал и без предвидения. «Если демоны пожирают варваров…» Тогда вновь начнут множиться твари с красными рогами. Если оставить их без контроля, катастрофа по имени Демонический бог снова придёт на континент. — Что дальше? Абиша, с момента прибытия державшаяся рядом как тень, задала вопрос. Калдрах покачал головой. — Его величество гораздо хуже, чем я ожидал. Просить его о чём-либо бессмысленно. — …Значит, остался один человек. Он кивнул. Вместе с Рыцарями Клина Калдрах дошёл до дворцовой тюрьмы. Скрип! Бах! Он распахнул дверь, и охранявшие вход Рыцари Розы вздрогнули, схватившись за мечи. — Ваше высочество Калдрах?! Узнав вошедшего, они застыли. — Где Джулиан? Рыцари замялись. Один из старших выступил вперёд. — Ваше высочество Калдрах, он… Бам! Принц не стал слушать: схватил стражника за руку и повалил его на пол. — Кх… кх… — Не заставляй повторять. Хочешь умереть? — Внутри! Он внутри! Поняв, что холодные слова не были шуткой, рыцарь выдал ответ. Калдрах спокойно прошёл вглубь. В одной из камер знакомый человек был погружён в чтение газеты. — Возможно, это прозвучит грубо, но у вас настоящий талант попадать в тюрьму. Джулиан сложил газету и медленно поднял голову. — Подобный опыт у меня уже был на Северном полюсе. Воспоминания даже немного освежают, ваше высочество. — Извиняться не стану. Тогда вина лежала на нас обоих. Калдрах усмехнулся и повернулся к охране. — Откройте. — Н-но, ваше высочество! — Его заключила Небесная Стража… — Я не повторяю дважды. Ледяной взгляд пригвоздил их. — Откройте. ---------- Неожиданное возвращение (2) Скрип! Бах! Резкий звук открывшейся решётки прокатился по тюрьме. Я вышел и поднял руки перед рыцарями, показывая на кандалы. Они поняли намёк, но нахмурились. — Снимите. Одного холодного приказа Калдраха хватило: стражники неохотно освободили мои запястья. — Фух. Снова можно дышать. Я размял руки и несколько раз повёл плечами. Затем посмотрел на Рыцарей Розы. — Знай я, что вы так послушны, попросил бы ещё несколько одолжений. — Ублюдок!.. Один вспыхнул от пустяковой насмешки, но действовать не решился. Здесь всё контролировал Калдрах, а вокруг стояли его Рыцари Клина. Попытайся стражники бросить вызов печально известному Джулиану — головы потеряли бы именно они. — Похоже, теперь вы мне должны, Джулиан. Калдрах лукаво улыбнулся. «Если собирались это сказать, стоило прийти раньше, мой принц». Я проглотил рвавшуюся наружу реплику. — Я всегда служу Империи и работаю ради императорской семьи, независимо от долгов. — Ха-ха. Это шутка. Вы, как и прежде, терпеть не можете быть кому-то обязаны. Губы Калдраха смеялись, глаза — нет. — Не тревожьтесь. Я не стану пользоваться подобным долгом. Он похлопал меня по плечу, ясно давая понять, чего хочет. «Хочет поговорить без свидетелей». И нам действительно было что обсудить. Эульсис и причина моего заключения. — Здесь неподходящее место. Слишком много глаз и ушей. Калдрах огляделся. Рыцари Розы под его взглядом невольно съёжились. — Понимаю. Я спокойно вышел из тюрьмы. Колючие взгляды в спину не заслуживали внимания. — Опыт чувствуется. И входите, и выходите из тюрьмы с удивительной естественностью. Вместо одной из дворцовых комнат Калдрах отвёл меня в сад, за которым ухаживали лучшие садовники. Раньше это место пробудило бы жадность к бонсаям, но сейчас разговор был важнее. — Что скажешь, Абиша? Калдрах осмотрел зелень и обратился к ведьме. — Один артефакт на дереве слева, ещё два — в кустах справа. — Уничтожь. — …Цок. Абиша раздражённо направилась к указанному дереву. Она взмахнула рукой. Мана дрогнула, и послышался хруст. — Подслушивающие артефакты? — Да. — До моего заключения их здесь не было. — Слух о моём возвращении заставил её всё установить. В голосе Калдраха звучала ненависть. «Он говорит об Абигейл». Никто другой не смог бы расставить по дворцу столь зловещие устройства. «Она даже использовала Камни Резонанса». Похоже, собирала их по всему дворцу. — Разрушение устройств не предупредит Абигейл? — И что? Масштаб мышления члена императорской семьи действительно отличался от моего. Я бы сначала поискал место без наблюдения. — Вы смелы, принц Калдрах. — На комплимент не похоже. Пока Абиша ломала артефакты, Калдрах сел. — Почему вас заключили? Убедившись, что никто не слышит, он сразу перешёл к делу. Меня это устраивало. Лучше прямо, чем ходить кругами. — Я ранил члена императорской семьи. — Члена семьи… Эульсиса? Калдрах назвал имя без колебаний. Осборна он даже не рассматривал. — Да. — Вот как. На его лице появилась самая искренняя улыбка из всех, что я у него видел. — Это хорошо. — Что именно? — Без такого происшествия я продолжал бы вас подозревать. — Вы всё ещё считали меня ручным псом Эульсиса? — Допускал такую возможность. До сих пор всё выглядело именно так. — Тогда я не отправил бы Орнна на Север. — Орнн… Хех. Калдрах тихо рассмеялся. — Когда он внезапно появился на Северном полюсе, я долго гадал, что произошло. — В столице сложились обстоятельства. — Меня они не касаются. Главное — благодаря ему у меня появились свободные руки. — Господин Орнн справляется? — Более чем. Подтвердил прежнюю славу и уверенно управляет войсками. Именно для этого его и отправили. — В одном отношении я был удивлён. — Чем? — Когда вы впервые прибыли на Северный полюс, вы ведь подстрекали солдат? Подстрекал — слишком громкое слово. Я лишь произнёс несколько слов и позволил им свободнее выразить недовольство. Всего лишь слегка подтолкнул — так же, как недавно помог себе выбраться из тюрьмы. — Теперь солдаты называют себя товарищами героя Джулиана и хорошо слушаются Орнна. Калдрах пожал плечами. — Вы заранее предвидели это и поэтому устроили тот шум? Чтобы у меня появились свободные руки, если что-то случится? Он говорил небрежно, но в голосе скрывался страх. Я точно его распознал и лишь рассмеялся. — Может, предвидел. А может, нет. — …Понятно. Калдрах кивнул. «Правда понял?» — Но кое-что подозрительно. Он немного подумал и снова посмотрел на меня. — Как ни размышляю, вы не из тех, кто безрассудно поднимает руку на императорскую кровь. — О ком вы? Я прекрасно понимал, но сделал вид, что нет. Калдрах указал на меня пальцем. — О вас. — Вы обладаете чудовищным тщеславием и гордостью, но понимаете, что нужно ставить выше, чтобы их сохранить. Неясно, хвалил он или оскорблял, но оценка Джулиана была точной. Теперь, когда моё собственное сознание проявлялось всё отчётливее, такая точность почти рассмешила. — Что произошло? Я задумался, стоит ли раскрывать причину вражды с Эульсисом. Его связь со смертью Святого Меча. Именно она заставила меня направить на принца меч. «Но…» Мне не давала покоя императорская печать возле головы Демонического бога. Что, если с реликвией связан не только Эульсис, а весь правящий род? «Тогда моя жизнь в опасности». Вероятность была небольшой. Именно Калдрах первым предупреждал меня об Эульсисе. — В столице находится рог Демонического бога. Я решил довериться этому и рассказал правду, хотя собеседник принадлежал к императорской семье. — Рог Демонического бога?.. Глаза Калдраха расширились. Он провёл рукой по лицу. Движения, дыхание, взгляд — всё его выдавало. — Вы знали. Калдрах был осведомлён о роге в столице. — Разумеется. Именно тогда магия Флюгеля обожгла всё моё тело. Он спокойно рассказал о почти смертельном ожоге. — Значит, вам известно, кто привёз рог? — Хм. Калдрах посмотрел на дворец. — Человек, заслуживающий смерти. Я быстро понял. Он говорил об отце — императоре Адратане. — Сейчас его разум помутился, но прежде он был известным ублюдком. Я слышал о тяжёлом характере. «Но сын говорит это так спокойно?» Впрочем, самого Калдраха из-за нрава часто называли наследником Короля-Воина. — В нём не было человеческих чувств. Теоретически обработанный рог Демонического бога мог подарить бессмертие. Содержащаяся в нём энергия превосходила всякие разумные пределы. Не зря её владелец назывался богом демонов. — Ради вечной жизни отец не колебался приносить в жертву подданных. — И вы, зная это, позволили ему действовать? Я старался не обвинять его, но интонация всё равно вышла резкой. Святой Меч погиб из-за Эульсиса, а ведь именно Калдрах предупреждал меня об угрозе. Однако, зная правду, он отступил на Север, защищая себя и выжидая. Сходство с моей собственной трусостью вызвало тошноту. Хотя говорить так было неправильно, слова сорвались сами. — На вас не похоже. При свидетелях подобное неуважение могло бы закончиться смертью. Калдрах лишь пожал плечами. — Как вы знаете, я много раз пытался остановить Эульсиса. Но невозможно победить человека, прекрасно знающего устройство Небесной Стражи. Он говорил серьёзно. — Поэтому я отступил на Север, собрал солдат и создал личный отряд. До сих пор это был самый жизнеспособный путь. — Вот как. — Но теперь я увидел более многообещающий способ. Его взгляд остановился на мне. Глаза Короля-Воина смотрели на злодея. — Вы. Я? — Изначально вы должны были хранить верность Эульсису. Но вместо этого захватили Орден Рассвета и подчинили Совет дворян. Благодаря прежним циклам Калдрах знал о моей связи с Орденом. — Из-за вас Эульсис не смог полностью подчинить двор. Члены Ордена тесно связаны с императорской семьёй. Это правда. В секретариате и самом дворце всегда находились люди Ордена Рассвета. — Не стану ходить вокруг. Калдрах остановился и решительно произнёс: — Судьба Империи находится в ваших руках. ---------- Надеясь стать ближе (1) Что чувствует человек, которому говорят, что будущее любимой страны лежит в его руках? Кого-то переполняет патриотизм, кого-то давит ответственность. Большинство, вероятно, испытывает одно из двух. Когда Калдрах заявил, что от меня зависит судьба Империи, первая мысль была простой: «…Это не моя страна, псих». Моё сознание удивительно хорошо смешалось с Джулианом. Я уже мог критиковать странные произведения искусства, а утром даже довольно улыбался розовому пальто. Но Адратанскую Империю я так и не воспринимал как родину. Наверное, потому что… «Сам Джулиан тоже не отличался патриотизмом». И что должен думать человек, которому в такой ситуации навязывают громоздкую «судьбу Империи»? — Ух. Одно дело — держать кощунственные мысли при себе. Произносить их вслух я, конечно, не собирался. Я подавил кашель, привёл мысли в порядок и встретился взглядом с Калдрахом. — Принц Калдрах, я не тот человек, который способен нести подобную миссию. Вы меня переоцениваете. — Ха-ха. Он рассмеялся. — Естественный ответ, когда говорят, что судьба страны лежит на ваших плечах. Словно прочитав мысли, Калдрах добавил: — Человек, заявляющий, что держит будущее государства в руках, либо безумец, либо диктатор. «Если подумать, мой отец сочетал оба качества». Он пробормотал это себе под нос, а я сделал вид, что не услышал. «Вы правы». Скажи я такое вслух, Калдрах мог обидеться и отправить меня на гильотину. Сколько бы циклы ни притупили его эмоции, вспыльчивость никуда не исчезла. — Но именно поэтому вам можно доверять ещё больше. Почему? Я едва удержал вопрос. — Как вы знаете, Орден Рассвета изначально поклонялся Демоническому богу. Калдрах удивительно хорошо понимал сущность организации. Я даже ощутил странную ностальгию. Человек, никогда не состоявший в Ордене, говорил о нём точнее многих участников. — Тенелон получил положение, не соответствовавшее способностям, лишь потому, что его избрала Чаша Демонического бога. Калдрах не знал, что позднее Тенелон стал Верховным понтификом. Видимо, его циклы не доходили до этой части истории. — Орден всегда оставался нестабильным. За ним следила императорская семья, членов постоянно подвергали чисткам. Целью было собирать Камни души и создавать из них Чашу Демонического бога — почти физическое тело для Барбатоса. Такая деятельность неизбежно сталкивала Орден с императорской семьёй, поэтому во дворце всегда держали множество шпионов. — Но официально погиб лишь Тенелон, глава Ордена. Значит, остальные структуры сохранились. Издалека донёсся голос Абиши: «Готово». Калдрах равнодушно кивнул, погладил подбородок и спросил: — Сейчас вы руководите Орденом Рассвета, Джулиан? Губы улыбались, глаза — нет. Он стал сдержаннее, но достоинство третьего принца никуда не исчезло. — Надеюсь на честный ответ. По выражению Калдраха было трудно понять, что он думает. В прошлых циклах Орден чаще поддерживал Эульсиса, а не Калдраха, и служил не людям, а Демоническому богу. Поэтому даже после смерти Тенелона принц сохранял недоверие. — К сожалению, я не управляю Орденом, принц Калдрах. Я ответил честно. Формально я мог направлять действия Ордена, но его главой не был. По крайней мере сейчас. — Вы уверены? Неудивительно, что он сомневался. На словах Калдрах искал сотрудничества со мной. На деле хотел полного подчинения Ордена. После смерти Тенелона организация сохранилась и через людей во дворце мешала Эульсису установить окончательный контроль. «Получив Орден в свои руки…» Калдрах рассчитывал легко сломить соперника. — …Хорошо. В этом я увидел возможность. — При желании могу познакомить вас с руководителями Ордена Рассвета. — …Хм? Разобраться с Эульсисом необходимо. Но важно подумать и о будущем. Когда сосуд и все связанные с рогами люди исчезнут, моей безопасности больше ничто не будет угрожать. Тогда останется одно. «Бросить всё». Уволиться, продать особняк, взять накопленные деньги и отправиться странствовать. Я не хотел проводить в этой гнилой системе ни дня дольше. — Но сначала пообещайте кое-что. — …Пообещать? — Да. Страховка нужна всегда, особенно рядом с теми, кто притворяется безобидным, хотя на деле способен укусить. — Говорите. Если мы собираемся объединить силы, вашу просьбу можно исполнить. Я знал, что при удобном случае он всё равно всё переиграет. Но личная безопасность была важнее. — Давайте умрём вместе. *** — Господина Джулиана освободили? На круглом столе Нового Ордена Рассвета Пинтель резко поднялся, услышав доклад Лазлота. Он сжал посох двумя руками; его лицо сияло настоящей радостью. — Слава богу! Какая удача! Элеонора внешне не отреагировала, но тоже испытала облегчение. Не из-за самого освобождения: Элеонора и не сомневалась, что Джулиан найдёт способ выбраться. «Ещё немного задержки — и произошла бы катастрофа». Пинтель уже привёл в готовность личную охрану Джулиана — «Сумерки» — и тайно собирал сведения для их выступления. Продлись заключение, он наверняка устроил бы грандиозный штурм тюрьмы. Джулиана освободили в последний момент. — Хе-хе. Говорят, лично вмешался третий принц Калдрах. Это правда? Колпаран погладил бороду. Лазлот почтительно поклонился. — Да. — Плохо дело. Калдрах де Адратан. По дурной славе он почти не уступал Адратану-Завоевателю. На Северном полюсе принц всегда шёл в авангарде и без колебаний обнажал меч. Он создал Рыцарей Клина, тесно связался с армией и получил прозвище Железнокровного принца. — У него наверняка есть цель. Элеонора словно прочитала мысли Колпарана. — Возможно… Старик замялся, понимая опасность слов. — Джулиан продал сведения об Ордене Рассвета. — Что?.. Пинтель первым вскинулся. — Повторите, господин Колпаран. В глазах Пинтеля вспыхнул гнев. — Подумайте. Неужели Железнокровный принц освободил бы Джулиана без платы? Несмотря на опасный взгляд, Колпаран продолжал. — Даже если они вместе сражались на Северном полюсе, Калдрах не раздаёт привилегии из доброты. Хе-хе-хе. — Значит, была сделка. Разве это не разумнее? — Господин Колпаран! — Я лишь говорю честно. — Тогда и мне придётся действовать честно. Посох в руках Пинтеля задрожал, и атмосфера за столом стала опасной. — Достаточно. Элеонора немедленно вмешалась. — У вас могут быть причины злиться, но переходить границы нельзя. Она поднялась. — На сегодня заседание окончено. Вернёмся к разговору, когда успокоимся. После завершения встречи Элеонора шла по тёмному коридору и размышляла о словах Колпарана. «Он не сказал ничего нелогичного». Все знали: Калдрах не поддаётся чувствам. Значит, за освобождением скрывалось соглашение. «Если Джулиан действительно продал сведения…» Вероятность была ничтожной. Элеонора понимала, что Джулиан не такой, но архиепископ обязан готовиться даже к маловероятному риску. — Ха-а. Она невольно вздохнула. Мысли спутались, решения не было. Если влиятельный Калдрах пожелает уничтожить Орден, вырвать его с корнем будет несложно. — Госпожа Элеонора. Позади раздался голос. До этого в пустом коридоре никого не было. Но словно по волшебству там стоял человек. — Господин Джулиан. Он возник из темноты с привычной лукавой улыбкой. — Значит, вас действительно освободили? — Да. Помог один благородный господин. Элеонора прекрасно поняла, кого он имеет в виду. — Принц Калдрах? — Да. Слухи уже разошлись. Ху-хут. Джулиан тихо рассмеялся. — Этот смех… Смех прозвучал настолько беспечно, что Элеонора едва не разозлилась. Словно Джулиан насмехался над её тревогой. Но открытое раздражение лишь дало бы ему новый повод. «Нет». Она остановилась. Пусть Колпаран говорил дерзко, если бы Джулиан действительно предал Орден, он не пришёл бы лично. «Тогда сюда уже ворвались бы Рыцари Клина». Элеонора выдохнула, приводя чувства в порядок. — Я рада, что вы в безопасности. Зачем пришли? — Хочу кое с кем познакомить. Познакомить? Кто бы это ни был, всё лучше, чем проданные Калдраху секреты… — С его высочеством Калдрахом. Элеонора крепко зажмурилась. ---------- Надеясь стать ближе (2) Орден Рассвета. Теперь к названию добавилось слово «Новый», а цели изменились, но прошлое никуда не исчезло. Организация всегда враждовала с императорской семьёй. Поэтому Элеонора открыто остерегалась правящего рода, особенно тех, кто носил титул принца. Для них Орден был лишь пятном, которое следовало стереть. «Я ослышалась?» Слова Джулиана прозвучали громом. Он хотел познакомить её с третьим принцем Калдрахом де Адратаном. «Разве такое возможно?» Если бы речь шла об обычной встрече с дворянином, Элеонора списала бы всё на шутку и сохранила спокойствие. Но здесь она выступала как архиепископ. И Джулиан собирался привести Калдраха именно к ней. — …Вы нас продали? Иного вывода почти не оставалось. — О чём вы, госпожа Элеонора? Он улыбался как всегда, но Элеонора, хотя и не имела доказательств, ответила ледяным взглядом. — Вы передали принцу Калдраху сведения об Ордене. — Зачем мне это делать? — Тогда почему он вас освободил? — А вы как думаете? Он ответил вопросом на вопрос. — Спрашиваю я, господин Джулиан. — Похоже, возникло недоразумение. Он раскрыл ладонь. — Во-первых, я не продавал сведения об Ордене. Он поднял один палец, затем второй. — Во-вторых, принц Калдрах не враг Ордена Рассвета. — Не враг? Сомнение было естественным. Для императорской семьи Орден всегда был занозой. — Напротив. Союзник. В это было трудно поверить. — Вы понимаете, насколько нелепо это звучит с учётом наших отношений с правящим родом? Голос Элеоноры стал острым, как нож. — Понимаю. Однако… Джулиан пожал плечами. — Что, если принц Калдрах вступит в Орден Рассвета? — Прошу прощения? Элеонора заметно растерялась. *** Моё условие Калдраху было простым. «Хотите воспользоваться силой Ордена — тоже чем-то пожертвуйте». Пусть станет соучастником. Из-за самого устройства организации утечка сведений могла погубить всех её членов. Именно поэтому личности членов скрывали, а структуру выстроили так, что даже архиепископы не знали рядовых последователей. «Но императорская семья всё равно наблюдает». Если Калдрах вступит, большая часть опасности исчезнет. Он обладал властью внутри правящего рода и при желании мог прикрыть следы Ордена. «Проблема в другом». Кхм. Элеонора прочистила горло. На её лице читалось беспокойство. Перед ней стоял человек, к которому в обычной жизни она не смогла бы приблизиться. — Принц Калдрах. Она осторожно произнесла имя. В полутёмной комнате горела лишь маленькая лампа, и её голос звучал совсем не так, как обычно. — Хм. Калдрах коротко ответил. — Заранее прошу простить мою дерзость, ваше высочество. Элеонора сжала кулаки. — Если сведения об Ордене вы получили не от господина Джулиана, скажите, откуда? — Если отвечу, вы примете меня? — Зависит от ответа. Это было смело. Если бы обычный дворянин так говорил с принцем, Калдрах мог бы немедленно выхватить меч. Но Элеонора не отступила. — Мне нечего сказать. Калдрах поморщился. Знания пришли не от шпиона и не из документов, а из прошлых циклов. Объяснить это было действительно трудно. — Ваши сомнения естественны. Перед встречей я предупреждал: заявление принца о вступлении вызовет подозрения. Значит, нужно было раскрыть его цель. — Но ради неё мне придётся опереться на силу Ордена Рассвета. Тайное намерение, ради которого ему требовалось сотрудничество с запрещённой организацией. — Чего вы желаете? Калдрах ответил без колебаний: — Трона. Элеонора резко втянула воздух. Говорить сейчас о желании занять трон было почти кощунством. Даже если разум Адратана помутился, подобное заявление означало намерение убить императора или заставить отречься. — Разве это не достаточное оправдание, чтобы прибегнуть к Ордену Рассвета? — …Да. Она неохотно кивнула. — Похоже, этого всё ещё недостаточно. Разговор продвигался плохо, и Калдрах разыграл ещё одну карту. — Если я стану императором, могу признать Орден Рассвета государственной религией. Он дал обещание, исполнить которое мог только монарх. Взгляд Элеоноры дрогнул. *** — Удивительно. Когда она ушла, Калдрах погладил подбородок. — Не ожидал, что она не клюнет на такую приманку. — Иногда слишком сладкую приманку лучше не трогать. — Хм. Верно. Третий принц хотел сотрудничества, и я связал его с Орденом. Точнее, практически передал Орден ему в руки. «Раньше я бы так не поступил». В организации всё ещё оставались сильные люди. Если они станут врагами, неприятностей будет немало. Но связь с принцем меняла положение. «Если Орден попытается убрать меня, Калдрах вмешается». Вероятность была невелика, но исключать её полностью нельзя. Конечно, сам Калдрах тоже может решить от меня избавиться. «Однако сейчас ему нужна помощь Ордена против Эульсиса». А после победы само членство в Ордене станет поводком и не позволит ему действовать свободно. «Надёжный мост на ближайшее время построен». — Разумеется. Как я мог отказать вашему высочеству? — Гладко говорите. Калдрах посмотрел прямо на меня. — Особенно для человека, который уже готовится уйти. Так и знал. Опыт прошлых циклов позволил ему понять, зачем я знакомил его с Орденом. — Ничего подобного. Я лишь преподнёс вам подарок, демонстрируя преданность, и познакомил с полезной организацией. — Подарок? Калдрах усмехнулся. — В мире нет подарков. Есть лишь взятки, рассчитанные на будущее. Я поклонился. — Вот как. Запомню. — Раз с Орденом решено, согласно договорённости я сообщу, где находится рог Демонического бога. По жесту Калдраха подошла Абиша. — Прибыв в столицу, я отправился к императору, а Рыцарям Клина одновременно приказал забрать предмет. В руках ведьмы была шкатулка, от которой исходила особая аура. «Это…» Ещё до открытия я почувствовал необычное содержимое. Калдрах не просто выяснил, где находится последний рог, недостающий Эульсису. Он уже завладел им. — Решил, что лучше принести его и показать, чем просто назвать место. ▶ Черта «Полудемоническая природа» откликается на мощную силу. ▶ Анжелика не способна сдержать поднимающуюся демоническую энергию. «Стой спокойно». Я попытался успокоить её. Абиша открыла шкатулку. Внутри лежал тёмно-фиолетовый рог, похожий на оленьий и наполненный подавляющим присутствием. — Я рассказывал, что однажды пытался силой отнять рог у Флюгеля и получил ожоги всего тела? — Не в этом цикле. — …Цикле? Чёрт. Я сказал лишнее, и Калдрах подозрительно посмотрел. — Я хотел сказать, раньше не слышал. — Понятно. Дёрг. Анжелика продолжала жадно тянуться к рогу, несмотря на внутренний приказ. — Поэтому вы сразу пошли к императору. — Если бы я искал рог лично, Эульсис мог бы перехватить. Я привлёк внимание к себе, а бойцам приказал действовать скрытно. — Мудро. Отвечая, я почти не отрывал глаз от рога. «Больно». Его близость пробуждала в Анжелике дикость и неуправляемые инстинкты. — Ух. Я изо всех сил подавлял их. От боли казалось, что глаза наливаются кровью. «Блядь». Виной была сила Чаши Демонического бога. Черта «Полудемоническая природа» и Анжелика отзывались на рог слишком сильно. ---------- Надеясь стать ближе (3) Чтобы эмоции не вырвались наружу, я сделал крайний шаг — прикусил язык и попытался заглушить чувства болью. — Ух… По спине прошла резкая дрожь. Я плотно сжал губы и проглотил выступившую на языке кровь. Металлический вкус усиливал боль. Едва не вырвало прямо перед Калдрахом. — Что с вами? Внутри бушевала буря, но привычное бесстрастное лицо и узкие глаза ничего не выдали. Со стороны это выглядело лёгким вздрагиванием. — Ничего. На мгновение приводил мысли в порядок. И действительно приводил. Если бы я не усмирил эмоции, бившиеся яростными волнами, активировались бы «Открытые глаза», и я попытался бы отнять рог. «Хорошо, что один из четырёх у нас». Без него провести ритуал воскресения в день полного затмения будет трудно. Эульсису нужны все четыре. «Однако…» Этот рог не должен находиться у меня. Сосуд, Анжелика и прочие свойства — всё это складывалось в навязчивую тягу к рогу Демонического бога. — Раз всё в порядке, продолжим. Калдрах ничего не заметил. Кому придёт в голову, что человек растит внутри себя демона? Даже множество циклов не помогло Калдраху догадаться. — Я ещё не видел развязки, но очевидно: до полного солнечного затмения Эульсис стремится собрать четыре рога. Калдрах равнодушно смотрел на шкатулку. Точнее, на лежавший внутри рог. — Что он собирается делать с четырьмя рогами, находящимися в Империи? Он не до конца понимал, что собирается призвать Эульсис. — Может, отправить этот рог далеко за пределы его досягаемости? Тогда во время затмения ритуал не состоится. — Ритуал? Значит, Эульсис готовит церемонию. Калдрах уловил новую часть сведений и провёл ладонью по подбородку. — Вывоз не решит проблему. Пока предмет в Империи, Эульсис видит и слышит почти всё, что мы делаем. Он улыбнулся. — А опасное лучше держать рядом. Будь то предмет или человек. — Разве принц Эульсис не относится к опасным людям? Калдрах цокнул языком. — Отвратительный ублюдок. Притворяется безобидным зверьком и ведёт Империю к гибели. Больше о нём сказать нечего. Оценка была суровой. Как бы то ни было, вывозить рог за пределы страны Калдрах не собирался. — Тогда лучше хранить его у вас. Калдраха окружали верные Рыцари Клина и постоянно сопровождала Абиша. Застать его врасплох почти невозможно. — Не могу. Проклятый рог. Если оставить его у меня и Анжелика его проглотит, начнётся кошмар. — В таком случае, Джулиан, держать его должны вы. «Не могу», — подумал я. — Если рог останется у принца Калдраха, проблема будет решена. — Эульсис следит за мной. Узнав о роге, он разработает способ отнять его. Калдрах, которого я знал из истории, оставил бы реликвию себе. Его характер определяла безусловная уверенность в собственной силе. Но множество повторений научило его оценивать положение. — Поэтому возьмите вы. Он произнёс это почти вежливо. Я открыл рот, чтобы отказаться. — Раз вы настаиваете, другого выбора нет. Из уст вышло совсем не то, что я собирался сказать. Проклятый инстинкт снова перехватил управление. «…Блядь». Я мысленно выругался и вернулся к теме. — Захват рогов полезен, но как вы намерены разобраться с Эульсисом? — Это не проблема. Калдрах говорил уверенно. — Сам по себе отвратительный ублюдок слаб. Опасны люди вокруг него. Я тоже это знал. Обладай Эульсис личной силой, верховный жрец Святого Королевства не смог бы его похитить. — Небесная Стража, Императорские рыцари и ведьма Абигейл. Калдрах точно оценил силы соперника. Вероятно, благодаря циклам. — Изначально на стороне Эульсиса стоял и Флюгель. Но теперь это неважно. «Рог у нас», — добавил он. — Судя по моим наблюдениям, не все Императорские рыцари поддерживают Эульсиса. — Почему? — Урухар исполнял приказ императора Адратана. Калдрах вздохнул. — Откуда знаете? — Когда Эульсис пришёл в башню и напал на Флюгеля, Урухар тоже находился там. — Урухар? — Да. Он выполнял приказ Адратана забрать рог. Калдрах снова погладил подбородок. — Если бы все Императорские рыцари подчинялись Эульсису, тот не стал бы приходить лично. Достаточно отправить Урухара. — Верно. Калдрах поднял голову, окончательно поняв: не все Императорские рыцари служат Эульсису. — Если убрать Небесную Стражу, его силы значительно уменьшатся. — Да. — Тогда… Хлопок! Калдрах громко хлопнул и встал. Наблюдавшая Абиша вздрогнула, а принц усмехнулся. — Джулиан, сможете убить Эульсиса? Он спрашивал серьёзно. — Сможете, как палач, смеющийся даже перед благородной кровью, вонзить меч в его тело? Я улыбнулся. — Обвинять в святотатстве не стану. При нынешнем положении даже меня, принца, назовут предателем. Эти прямые слова раскрыли его намерение. — Вы собираетесь увести Небесную Стражу? Императорские рыцари. Абигейл. Если их исключить, основной силой Эульсиса останется Небесная Стража. Это элитное подразделение обладало чудовищной общей мощью. Туда входили мастера, достигшие вершины рыцарского пути. — Да. Мы выманим Небесную Стражу из столицы. Калдрах говорил без обиняков. — В это время используйте Орден Рассвета и убейте Эульсиса собственными руками. — Непросто. — Почему? Я покачал головой. — Меня немедленно объявят предателем. — Это… тоже верно. Калдрах растерялся и почесал голову. «Вот ведь». Сколько бы циклы ни добавили сдержанности, принц оставался принцем. Он даже не подумал о последствиях убийства представителя правящего рода. — Я не назову вас предателем. Звучит как ложь, понимаю, но всё же… — Принц Калдрах! Дверь распахнулась, разговор прервали. Вбежал один из Рыцарей Клина, поклонился и приблизился к принцу, собираясь прошептать ему сообщение. — Говорите вслух. Калдрах остановил его. — …Император Адратан потерял сознание. — Потерял сознание? Внимание Калдраха мгновенно переключилось. — Да. — Разум у него помутился, но тело не было настолько слабым. Несмотря на постоянные оскорбления в адрес отца, принц сразу поднялся. — Проверю его состояние. — Я пойду с вами. — Нет. Официально ваше освобождение не объявлено. Если Эульсис увидит нас вместе, заподозрит неладное. Логично. — Продолжим завтра, Джулиан. Калдрах покинул комнату с Абишей и Рыцарями Клина. Я остался один рядом со шкатулкой, на которую Анжелика украдкой поглядывала. — Анжелика, если тронешь, я разозлюсь. Её сосредоточенный взгляд тут же стал невинным. *** Получив сообщение, Калдрах поспешил во дворец. Слуга открыл перед ним двери императорской спальни. На кровати лежал Адратан. Даже до болезни он был психически нестабилен, но физически сохранял мощь. Теперь выглядел бледным, почти как труп. — Что произошло? Калдрах спросил слугу, однако тот лишь низко склонил голову. Значит, имелась скрытая причина. — Ваше высочество… Абиша потянула его за рукав. По тревоге ведьмы Калдрах понял, что в спальню вошёл кто-то ещё. Слишком знакомое присутствие, смертельная аура, не раз загонявшая его на край гибели. — Давно не виделись, брат Калдрах. Он повернулся. — Мерзкий ублюдок. Кто позволил называть меня братом своим грязным ртом? Перед ним стоял Эульсис де Адратан — человек, окутывавший Империю тенью. ---------- Опухоль Императорского дворца В покоях императора. Увидев там Эульсиса, Калдрах почувствовал, как внутри поднимается ярость. После множества повторений его эмоции медленно истирались, словно песчаный берег под ударами волн. Но ненависть к Эульсису осталась прежней. — Не называй меня роднёй своим грязным ртом. Голос Калдраха был холоден как лёд, однако во взгляде и каждом слове клокотала ярость. Абиша, никогда не видевшая его таким, растерянно посмотрела на принца. Калдрах невозмутимо заслонил её собой. От таких ядовитых слов вздрогнул бы кто угодно, но Эульсис принял их так спокойно, будто слышал каждый день. — Твой поганый язык ничуть не изменился, старший брат Калдрах. — Как и ты, Эульсис. Всё такой же упрямый ублюдок. — Стоит ли удивляться, что с таким языком твою помолвку с родом Альдебаран расторгли? Ты хоть представляешь, как обрадовался император Адратан известию о ней? Проигнорировав его ворчание, Калдрах посмотрел на лежавшего в постели императора. Казалось, тот едва сохранял дыхание и находился в шаге от смерти. — Корень андуса. Заметив его взгляд, Эульсис заговорил первым. — Он так же ядовит, как красив. Помнишь? Мою мать отравили чаем, который подала королева Алин. В нём был корень андуса. Он тихо усмехнулся, но голос постепенно холодел. Калдрах прекрасно понимал, на кого направлена эта ненависть, и всё же не придал ей значения. — Я тогда находился на Севере и не имел к этому отношения. Моя мать, королева Алин, тоже допустила ошибку. Он продолжал смотреть на Эульсиса ледяным взглядом. — И всё же я хочу извиниться. Неожиданный ответ заметно удивил Эульсиса. — Ты извиняешься за случившееся? — Да. Калдрах кивнул. — Будь я тогда рядом, собственноручно налил бы тебе целую чашку чая с корнем андуса. Брови Эульсиса дёрнулись. — Ублюдок. Злобное ругательство совсем не подходило его мягкой внешности. Услышав его, Калдрах наконец улыбнулся. — Вот теперь лицо тебе подходит. Настоящий сын наложницы. — Следи за языком, Калдрах. Мне ничего не стоит убить тебя прямо здесь. Снаружи послышались шаги. — Я же просила не провоцировать его без причины… Абиша тоже заметила приближение и снова потянула Калдраха за одежду. «Небесная Стража?» Нет. Даже став покорными руками и ногами Эульсиса, они вряд ли посмеют ворваться в покои императора. Значит, приближался кто-то, стоявший выше Небесной Стражи. Скорее всего, Императорский рыцарь. — Мне уже не раз угрожали смертью. Чем сильнее Эульсис выдавал эмоции, тем явственнее Калдрах над ним издевался. — Но твоя угроза — самая пустая из всех. Даже варвары говорили убедительнее. — Эй! Абиша опять дёрнула его за рукав. Калдрах фыркнул и наконец отвернулся, словно больше не желал видеть ни Эульсиса, ни лежавшего в постели императора Адратана. — Сделаешь лишний шаг — и император может умереть. — Такие дешёвые угрозы на меня не действуют. Не оборачиваясь, Калдрах ответил: — Мой отец умер в тот день, когда привёл во дворец наложницу и прорицательницу по имени Абигейл. Он покинул покои, бросив своеобразные прощальные слова завоевателю Адратану, бессильно лежавшему на постели. — Может, вам всё же стоит остаться хотя бы ненадолго, ваше высочество Калдрах? Стоило ему выйти, как рядом раздался голос. Калдрах повернул голову. — Кикубад. Перед ним стоял седой старик с зачёсанными назад волосами. Личный страж императора. Императорский рыцарь, которого когда-то считали самым близким к правителю мечом. Но это осталось в прошлом. За множество повторений Калдрах чаще всего сталкивался не с магией Флюгеля, а с мечом старика Кикубада. «Цок». Страх, въевшийся в тело, заставил его руку едва заметно дрогнуть. Как бы Калдрах ни скрывал это, память сама напомнила о прежних смертях. — Возможно, это ваша последняя встреча. Я не могу гарантировать, что Его Величество снова придёт в себя. Кикубад говорил серьёзно, но Калдрах был уверен: старик тоже приложил руку к отравлению, приковавшему императора к постели. Если Абигейл была левой рукой Эульсиса, то Кикубад — правой. — Отвратительно смотреть, как ведут себя восточные мечники. Грызут горло хозяину, который их приютил. Калдрах язвительно усмехнулся. Старый мечник лишь тихо рассмеялся. — Потому ты до сих пор и гоняешься за тенью покойного Святого Меча. При упоминании Святого Меча улыбка исчезла с лица Кикубада. — Эта страна стала землёй призраков. Все преследуют имена мёртвых. Калдрах внимательно наблюдал за его реакцией. — Один мстит за погибшую мать, другой мечтает взять крепость, которую так и не сумел покорить. Как государство может существовать, если наверху сидят такие люди? Он отвернулся. — Но в одном я уверен: следующий Святой Меч не будет таким идиотом, как ты. — Ваше высочество уже кого-то выбрали? — Ты и сам знаешь кого. Кикубад слегка изменился в лице. — Да. Именно того, о ком ты сейчас подумал. Закончив, Калдрах пошёл прочь. Кикубад проводил его почтительным поклоном. Выйдя из здания, принц оглянулся на Императорский дворец. Острое чувство дежавю тревожило его, но ностальгия по знакомому виду оказалась сильнее. — Ваше высочество? На вопрос Абиши Калдрах покачал головой. — Ничего. Идём. *** После нападения на Флюгеля защитный барьер дворца поддерживали несколько магов Башни и ведьма Абигейл. Однако в нём всё равно оставалось столько дыр, что пробраться внутрь мог почти кто угодно. — Принц Калдрах покинул Императорский дворец. Говорила Талле — хозяйка Павильона Ясной Луны и вампир. Она наблюдала за происходящим через фамильяров, оставленных во дворце, а затем собирала сведения воедино. «И правда хорошо всё продумал». Услышав о болезни императора, я сразу понял: Калдрах лишился одного из своих козырей. Он хотел вывести Небесную Стражу из столицы. Пока она находилась здесь, добраться до Эульсиса было почти невозможно. Если же тот спокойно дождётся полного солнечного затмения за этой крепостной стеной, то в конце концов призовёт Демонического бога. «Но без одного рога ритуал невозможен». Как ни крути, инициатива всё равно оставалась у Эульсиса. Один рог Демонического бога находился у нас. Эульсису требовалось его отнять, а значит, атаковать придётся именно ему. Проблема в том, что столица почти полностью была на его стороне и плохо подходила для обороны. — Фамильяр находится слишком далеко, поэтому я не смогла разобрать разговор в покоях… — Хм. Талле попыталась продолжить, но я ушёл в мысли. Услышав мой вздох, она испуганно дёрнулась и поспешно спросила: — М-мне всё же попытаться выяснить, о чём они говорили? — Не нужно. Я примерно представляю, что произошло. Сложить картину было нетрудно. Я знал, что император ослаб, но не думал, что его состояние настолько тяжёлое. Почему же он слёг именно в такой удобный момент? «Эульсис, вероятно, уже ждал внутри». Скорее всего, нынешнее состояние императора было делом его рук. — П-похоже, во дворце пахнет мятежом, господин Джулиан. Талле тоже чувствовала странное движение внутри дворца. Хозяйка Павильона Ясной Луны прекрасно разбиралась в подводных течениях столицы и не могла этого не заметить. — Даже смутный намёк помог бы подготовиться. Если во дворце прольётся кровь, таких существ, как я, сметут первыми. Она изо всех сил изображала смирение, пытаясь вытянуть сведения. Особенно забавно это звучало от древнего вампира, называвшего себя жалким существом. «Кровь во дворце…» Слова оказались пугающе точными. Император Адратан, вероятно, скоро умрёт. Может, не прямо сейчас, но до похорон оставалось недолго. «Калдрах хотел вывести Небесную Стражу из столицы». Для этого он, скорее всего, собирался использовать беспорядки на Северном полюсе. Влияние одного из рогов Демонического бога ослабло, и сейчас действительно был удобный момент покорить Север и открыть Империи путь к дальнейшему завоеванию. Подобные громкие речи позволили бы Калдраху выманить Небесную Стражу из столицы. «Если объявить поход именем императора-завоевателя, Адратан с радостью передал бы ему Стражу». Принцы могли обладать властью, но законным правителем оставался император. Сила Эульсиса тоже исходила от трона. Да, Эульсис промыл императору мозги и превратил его в марионетку, однако формально власть всё равно принадлежала Адратану. «Поэтому Эульсис и погрузил его в кому». Чтобы собственная марионетка не отдала Небесную Стражу Калдраху. Если же Калдрах попытается провести решение силой, Эульсис действительно убьёт императора и получит законный повод удержать Стражу в столице. — Его высочеству Калдраху сейчас нелегко. Положение стало сложным. Осознав это, я невольно рассмеялся, и Талле удивлённо посмотрела на меня. «Но выход всё же есть». Последний способ остановить пришествие Демонического бога — устранить Эульсиса. Только ради этого Калдраху придётся стать предателем. — Госпожа Талле. Размышляя, сможет ли Калдрах отказаться от самого себя, я назвал её имя. Вампирша подпрыгнула на месте. — Д-да?! — Если император и принц начнут борьбу за власть, кого вы поддержите? Простой вопрос. Род вампиров когда-то наводил ужас на древний континент и по праву называл себя благородной кровью. Как решит поступить такая представительница своего народа? — Ну… наверное, победителя? Как предсказуемо. ---------- Куда указывает меч (1) «Если посмотреть на эту страну, мёртвые влияют на Империю сильнее живых». Пока я раскладывал по полочкам сведения Талле, внезапно вспомнились слова Калдраха. Он говорил, что Империей Адратан правят мертвецы. «И ведь не соврал». Почти вся Империя чтит погибших. Я тоже ничем не лучше. Я настолько остолбенел от нелепой смерти Святого Меча, что удалил игру и в итоге оказался во всём этом замешан. Смогу ли я просто отпустить случившееся? Я задал этот вопрос самому себе и посмотрел на ножны. «В сильном теле обитает сильный дух». Ножны принадлежали Святому Мечу Хейдену Райху. — Возможно, я тоже пленник собственного заблуждения. Почтительная речь, вырывавшаяся сама собой, давно стала привычной частью меня. А вот слушавшая рядом Талле явно поняла слова иначе. — Что?! Она испуганно переспросила, но я лишь покачал головой. — Ничего. Скоро всё станет очень хлопотно. Но прежде мне нужно было кое-что сказать хозяйке Павильона Ясной Луны. — Ранее вы сказали, что поддержите победителя? Когда я спросил, кого она выберет в борьбе за престол, Талле честно ответила: того, кто победит. Вполне разумно. Я бы и сам поступил так же. Сейчас течение всё сильнее несло Эульсиса к победе, но позволить этому ублюдку прибрать к рукам всё нельзя. Его конечная цель — разрушить Империю и призвать на эту землю Демонического бога. — Н-нет! Если подумать ещё раз, разве кто-то вроде меня может… Талле, похоже, заранее поняла, к чему я веду, и замахала руками, отрекаясь от прежних слов. — Как скромно. Особые возможности Павильона Ясной Луны и ваши способности к сбору сведений станут огромной помощью принцу Калдраху. — Ха-ха… Да на что способна такая, как я? — Гражданство. При этом слове её зрачки слегка расширились. — Не пора ли перестать прятаться и начать жить полноправной подданной Империи? Даже влиятельному человеку непросто даровать чужеземцу гражданство. На такое способны лишь высшие чины Имперского секретариата. Но принцу, обладающему достаточной властью, ничего не стоит превратить даже варвара в имперского гражданина. *** — В нынешнем положении ещё один союзник не помешает. Вернувшись после встречи с императором, Калдрах выглядел заметно измождённее, чем утром. Он пытался скрыть это, но угасающая жизнь отца явно задела его. — Хозяйка Павильона Ясной Луны? Похоже, благодаря повторениям он уже кое-что знал и не удивился тому, что павильоном управляет женщина. Он даже спокойно принял новость, что именно она — истинная глава Ордена Кровавого Демона. — А вот о том, что она вампир, слышу впервые. Знал лишь, что Орден уничтожило влияние Демонического бога. — Вы никогда её не встречали? — Хм. Калдрах коротко вздохнул. По выражению лица было ясно: он действительно ничего не знал. — Ни Павильон Ясной Луны, ни Орден Кровавого Демона не казались мне полезными. Поэтому он никогда не искал встречи с Талле. — И я даже не подозревал, что ими управляет один человек. Знай я, что она вампир, хотя бы провёл расследование. — Она прекрасно скрывала личность. Неудивительно, что сведения не дошли до принца Калдраха. — А ты, выходит, близко знаком с хозяйкой павильона, Джулиан. Калдрах негромко рассмеялся и посмотрел на меня. Я только пожал плечами. — В любом случае союзник против Эульсиса пригодится. Очевидно, он объединился с Абигейл и захватил дворец. Говорил Калдрах спокойно, но сжатые кулаки дрожали. Вспоминая произошедшее во дворце, он едва сдерживал ярость. — Как раз вовремя. Наблюдая за его руками, я почувствовал присутствие у входа в поместье. Обычно встретить Талле можно было лишь в Павильоне Ясной Луны, но ради тайного разговора с принцем Калдрахом я пригласил её сюда. «К тому же она пришла не одна». Я поднялся. — Встречу её лично. Калдрах прибыл поздней ночью, и его визит держался в тайне. Слуги разошлись, так что открыть дверь было некому. — Вы прибыли? За дверью стояла Талле. В лунном свете её бледное вампирское лицо выглядело не мёртвым, а почти прозрачным. — Подумать только, госпоже пришлось явиться сюда лично. Рядом находился Артур — её телохранитель и официальный глава Ордена Кровавого Демона. Он явно был недоволен, но понимал необходимость встречи. Вампир без гражданства едва ли мог отказаться от приглашения принца. — Прошу, входите. Получив приглашение, Талле вошла. Её изящная походка удивительно подходила безлюдному и мрачному поместью. «Хухут». Я не удержался от тихого смеха, представляя дальнейшую сцену. — Принц Калдрах, перед вами Талле, хозяйка Павильона Ясной Луны. Проведя её в гостиную, я представил гостей друг другу. — Госпожа Талле, это его высочество третий принц Калдрах. — Что понадобилось от меня малому солнцу Империи? Талле обратилась к представителю высшей власти Империи с высокомерным спокойствием. Атмосфера в комнате мгновенно похолодела. В законах не существовало отдельного запрета на неуважение к императорской крови, но все и без того соблюдали приличия. Почему? Потому что за оскорбление принца здесь могли казнить на месте. — Неплохо. Несмотря на её тон, Калдрах ничуть не рассердился. Картина была весьма забавной. Последняя вампирша боялась государственной власти, однако не могла показать этого перед подчинённым и изо всех сил сохраняла достоинство. «А играет неплохо». Над головой Талле неистово колыхался Цвет Страха. Никогда прежде я не видел её настолько напуганной. При этом на лице не дрогнул ни один мускул. — Она кажется полезной, но ты уверен, что эта женщина перейдёт на нашу сторону, Джулиан? Калдрах без обиняков оценил Талле. Полезна — да. Но можно ли ей доверять? — У неё не останется выбора. Кто станет помогать принцу Эульсису, узнав, что тот намерен воскресить Демонического бога? — Демонического бога?! Талле и Артур, которых заранее не посвятили в подробности, потрясённо посмотрели на меня. Даже теперь вампирша не разомкнула скрещённых рук, продолжая изображать невозмутимость. — Тогда… разве не лучше рассказать об этом всем, а не просить помощи у госпожи Талле? — Будь это возможно, мы давно так и сделали бы. Дворец находился в руках Эульсиса. Неужели он позволит нам свободно распространять подобные сведения? — Поэтому я уверен, что госпожа Талле поможет Империи. Я мельком посмотрел на неё. Она избегала моего взгляда. — А при удачном исходе принц Калдрах, возможно, официально признает членов Ордена Кровавого Демона гражданами. Именно ради этого обещания Талле пришла сюда. Услышав обещание, она отбросила часть притворства и с надеждой посмотрела на Калдраха. — Это не должно стать проблемой. Её лицо просияло. — Кхм. Но уже через мгновение эмоции исчезли. Холодная госпожа вернулась на место. — Итак. Калдрах заговорил серьёзно: — Ты познакомил меня с хозяйкой Павильона Ясной Луны именно сейчас не просто так, Джулиан? После возвращения из дворца — точнее, после потери своих козырей — он стал особенно напряжённым. Калдрах прошёл множество повторений, увидел возможность победить Эульсиса, но до сих пор не находил способа. Это явно разъедало его изнутри. — Да. Способности госпожи Талле сейчас особенно полезны. Я посмотрел на вампиршу. — После исчезновения барьера Флюгеля она может наблюдать и за Императорским дворцом. Калдрах перевёл взгляд на Талле. — При мне ты намекаешь, что она способна следить и за моим домом. — Н-не тревожьтесь, малое солнце. Не стоит так говорить. Над её головой снова задрожал Цвет Страха. — Даже я понимаю правила приличия. У всего есть границы. — Хм. Хорошо. Закончив, Талле украдкой посмотрела на Артура, проверяя его реакцию. Раз ей настолько страшно, могла бы хотя бы перед подчинённым перестать притворяться. — Допустим, такие способности у неё есть. Зачем они нам сейчас, Джулиан? — Принц Эульсис подчинил не только дворец, но и Императорских рыцарей. — Знаю. Ты также говорил, что некоторые из них всё ещё подчиняются приказам Его Величества, а не Эульсиса. — Верно. — Тогда понятно. Калдрах кивнул. — Ты уверен, что сумеешь переманить одного Императорского рыцаря на нашу сторону. Как и ожидалось, соображал Калдрах быстро. — Кого? — Урухара. — Урухара? Калдрах слегка нахмурился. — Насколько я знаю, вы не ладите. — Да. — Тогда каким образом? — Хотя мы не переносим друг друга, у нас есть кое-что общее. Все взгляды обратились ко мне. — Мы оба доверяем загадочному человеку, который скрывает лицо под маской. ---------- Куда указывает меч (2) — Загадочному человеку в маске? Услышав неожиданное определение, Калдрах и Абиша озадаченно переглянулись. Они долго отсутствовали в Империи и, похоже, не знали слухов о Чёрном Рыцаре. «Хотя после множества повторений Калдрах должен был что-то слышать». Возможно, в циклах без влияния игрока Святой Меч не действовал под личиной Чёрного Рыцаря. — Вы даже этого не знаете? Видимо, жили настолько благородно, что не замечали бед своих подданных. Недовольным тоном ответил Артур — формальный глава Ордена Кровавого Демона. Похоже, важные разговоры между ним и Талле всегда строились одинаково: Артур говорил резко, а Талле затем смягчала сказанное. Такая странная система, вероятно, возникла из-за безграничного доверия и восхищения Артура своей госпожой. «Она до сих пор не показала подчинённым истинную себя». Для них Талле была древним вампиром, прожившим более трёхсот лет, благодетельницей, которая их приютила, и существом, стоявшим на вершине мира. «Хотя сама она так не думает». Я посмотрел на Талле. После резких слов Артура над её головой появился Цвет Страха. — Прошу прощения. Меня просто не интересовали подобные слухи. Кому-то тон Артура показался бы дерзким, но Калдрах лишь пожал плечами. После множества повторений он стал удивительно терпимым. Прежний Железнокровный Калдрах такого бы не спустил. «Он связывал варварам руки и ноги, подвешивал к сёдлам и таскал вокруг тренировочного поля, чтобы поднять дух солдат». Люди действительно меняются. — Нет, не нужно извиняться. Знал Артур о прежнем Калдрахе или нет, но продолжил всё тем же тоном: — Госпожа Талле не пожелала бы принимать извинения от человека, который даже не слышал о Чёрном Рыцаре… — Достаточно, Артур. Талле, прожившая сотни лет, как раз прекрасно знала, с кем имеет дело. Она спокойно одёрнула подчинённого, но весь её вид словно умолял: «Пожалуйста, замолчи!» — Вернёмся к сути. Какая связь между Чёрным Рыцарем и императорскими рыцарями? Калдрах задал прямой вопрос, и я объяснил. Императорский рыцарь Урухар был преданным поклонником Чёрного Рыцаря и безоговорочно ему доверял. — Значит, если Чёрный Рыцарь его убедит, мы сможем переманить Урухара, который так и не присягнул Эульсису? — Именно. — Признаться, сначала это прозвучало нелепо. Но раз говоришь ты, Джулиан, за планом наверняка что-то стоит. Калдрах кивнул и добавил: — Только зачем обсуждать это, если сам Чёрный Рыцарь, от которого всё зависит, не на нашей стороне? Вопрос был вполне справедливым. Я уже собирался соврать, будто знаком с Чёрным Рыцарем, когда вмешалась Талле: — Чёрный Рыцарь действительно на нашей стороне. Она слегка прикрыла лицо изящным веером. В таком виде от Талле словно исходила загадочная, почти мистическая аура. — Хм. Не знаю, на чём основана такая уверенность, но если и Джулиан, и прославленный древний вампир говорят одно и то же, придётся поверить. Калдрах принял её объяснение. А вот меня заинтересовало другое. «Что происходит?» Талле когда-нибудь разговаривала с Чёрным Рыцарем? Вроде бы нет. «Тогда откуда такая уверенность?» Пока я наблюдал за ней, Талле повела веером, и наши взгляды встретились. — И-и-и-и!.. В её глазах мгновенно вспыхнул страх. «Неужели ты…» Хотя слухов о Чёрном Рыцаре ходило много, о его связи с Джулианом пока никто не говорил. Но Талле заявила, что он поможет нам, так уверенно, будто знала его настоящую личность. По спине побежал холодный пот. «Фух…» Я мысленно вздохнул и заставил сердце успокоиться. Важно было не то, как Талле узнала, а то, что она собирается делать с этим знанием. — Императорские рыцари действительно одна из уязвимостей Эульсиса. Среди них наверняка остался хотя бы один человек, верный Его Величеству. — Вы правы, принц Калдрах. Кивнув, я снова посмотрел на Талле. План по выманиванию Урухара был прост. Эульсис при помощи прорицательницы и ведьмы Абигейл следил за всей Империей. Сильнее всего его беспокоило, что рог Демонического бога вывезут за границу, и именно этому он уделял основное внимание. — Принц Эульсис наверняка тщательно отслеживает всё, что мы пытаемся переправить за пределы Империи. — И чтобы остановить нас, отправит Императорских рыцарей? — В точку, принц Калдрах! Как всегда, поразительно быстро поняли! Хлоп-хлоп-хлоп! Я выразил восхищение, поаплодировав ему. Со стороны жест выглядел легкомысленно и почти непочтительно по отношению к принцу, но Калдрах не обратил внимания. — Даже Небесная Стража не знает, что рог Демонического бога находится в Империи. Эульсису останется использовать Императорских рыцарей. — Он подчинил себе Стражу, но, если солдаты узнают, что этот идиот мечтает воскресить Демонического бога, они его бросят. Калдрах говорил величественно и серьёзно, но при упоминании Эульсиса не удержался от оскорбления. Все, включая Абишу, на мгновение посмотрели на него. — Я лишь сказал правду. Ощутив взгляды, Калдрах кашлянул и скрестил руки. — Но почему среди отправленных Императорских рыцарей обязательно окажется Урухар? — Господин Урухар не выполняет приказы Эульсиса. Судя по полученным мной сведениям… *** Слушая разговор Джулиана и Калдраха, Талле прикрыла рот веером. «Когда это закончится?..» Она делала вид, что совершенно спокойна, но сама ситуация казалась безумной. Перед ней находился Джулиан из «Закрытых Глаз», а к сотрудничеству её призвал третий принц Калдрах. Для Талле, которая избегала любой официальной власти, одно лишь присутствие здесь было ужасом. «Живот болит…» Ей хотелось только одного — поскорее вернуться домой. — Хорошо, я понял. Наверняка у тебя есть основания. Оставляю дело тебе. — А что будете делать вы, принц Калдрах? — Пока продолжу передвигать Рыцарей Клина. — Это отвлечёт внимание Эульсиса. Буду рассчитывать на вас. Калдрах кивнул и поднялся. Разговор наконец подходил к концу. «Я могу уйти!» Вампиры пили человеческую кровь, обладали выдающимися физическими способностями и управляли фамильярами с помощью чар. Когда-то они властвовали над людьми, но Талле куда больше нравилось тихо жить в стороне от мира, чем вспоминать прежнее величие. — Госпожа Талле. Она уже радовалась скорому освобождению, когда Джулиан назвал её имя. «Ч-что ещё?» Все поручения она уже получила: наблюдать за дворцом через фамильяров и сообщить, если вместе с Урухаром отправят других Императорских рыцарей. Других тем вроде бы не оставалось. — Похоже, вы знаете один из моих секретов. Это может стать проблемой. Тихо рассмеявшись, Джулиан приблизился. Талле испуганно спрятала глаза за веером. — Артур, оставьте нас ненадолго. — Да, госпожа Талле. Калдрах уже ушёл, и Артур без возражений покинул комнату. Оставшись с Джулианом наедине, Талле опустила веер. Она смотрела на Джулиана с явным страхом. — С-секрет? Секрет господина Джулиана?! Она хотела спросить, о чём он говорит, но слова застряли в горле. — Да. Джулиан слегка кивнул. — Вы мудрая женщина, Талле. Я уверен, что вы никому не расскажете. Поэтому оставим всё между нами. Он приложил палец к губам. — В конце концов, у каждого есть свои тайны. — Д-да… — Прекрасно. Хлоп. Джулиан снова хлопнул в ладони и посмотрел на неё. «Почему он не уходит? Я хочу остаться одна!» — Вы не собираетесь вставать? Талле наконец вспомнила, что гостьей здесь была именно она. Подхватив веер, она торопливо поднялась. Глядя ей вслед, Джулиан подумал: «После такого предупреждения Талле унесёт тайну Чёрного Рыцаря в могилу». А сама Талле по дороге размышляла совсем о другом. «Наверное, он говорил о случившемся в монастыре Генмель…» Однажды по просьбе Джулиана она приставила фамильяра к Святому Мечу. В Святом Королевстве следить за ним на большом расстоянии было трудно, но после возвращения в столицу фамильяр видел почти каждый шаг Хейдена Райха. Именно тогда он стал свидетелем того, как Джулиан убил Святого Меча. А затем — как этот бессердечный демон пролил слезу. «Наверное, он не хочет, чтобы кто-то узнал об этих слезах?» События в монастыре Генмель были трагедией. Даже человеку с репутацией Джулиана позволительно было поддаться чувствам. — О чём вы говорили с Джулианом, госпожа Талле? По дороге в Павильон Ясной Луны Артур спросил: Талле прикрыла рот веером и невозмутимо ответила: — Ни о чём важном. Перед подчинённым она сохраняла максимальное достоинство. — Я думала, в его жилах течёт кровь холоднее вампирской, но, похоже, это не совсем так. ---------- Куда указывает меч (3) Император Адратан слёг. Услышав новость, потрясённый Урухар немедленно отправился в секретариат. — Правда, что Его Величество потерял сознание? Глава секретариата Седн Орбиан ответил спокойно. Физическое состояние императора нельзя было назвать нормальным, но прежде оно всё же не было настолько тяжёлым, чтобы он не мог встать с постели. Настоящая проблема заключалась в разуме. — Почему это произошло так внезапно?! Именно поэтому Урухара терзали вопросы. Седн взял приготовленную для гостя чашку, насладился ароматом чая и сделал глоток. — А как вы думаете? И Седн, и Урухар занимали высокие должности при Императорском дворе и знали, что правитель находится под влиянием демона. Этим демоном была ведьма Абигейл, нашёптывавшая ему болезненные мысли. — Неужели эта ведьма?.. Естественно, подозрения Урухара сразу обратились к ней. Седн подтвердил их едва заметным кивком. — Даже не думайте выступать против Абигейл. Она находится под защитой императора. Если с ней что-то случится, даже Императорские рыцари не останутся в безопасности. — Но человек, который её защищал, сейчас без сознания! Несмотря на горячий тон Урухара, Седн лишь отпил чаю. — Вы ожидали, что такой день наступит, секретарь Седн? — Мы дворяне. Когда император отдаёт приказ, при дворе его выполняют. Даже если проблема заключается в самом императоре. — Вы называете это верностью? — Ни в коем случае. Звяк. Седн поставил чашку. — Это работа. Только глупцы вмешивают в неё личные чувства. Лицо Урухара исказилось. — Не обижайтесь. Такова должность в секретариате. Шурх. Седн протянул ему документ с императорской печатью. — Задание? — Именно. — Но это печать императора. — И что? — Вы утверждаете, что лежащий без сознания человек лично поставил её? — Разве Его Величество не назначил представителя? Прорицательницу Абигейл. Об этом знал даже Урухар. Он до крови прикусил губу, но всё же взял приказ с императорской печатью. *** Завершив разговор с Седном, Урухар вышел из секретариата с пылающей в груди яростью. Впрочем, вскоре она начала угасать. Он тоже был всего лишь человеком, выполнявшим работу, о которой говорил Седн, — солдатом, обременённым громким званием Императорского рыцаря. — Блядь. Урухар развернул приказ. Взгляд снова зацепился за императорскую печать, которую наверняка поставила Абигейл, но он заставил себя не думать об этом. — Хм? Содержание оказалось предельно простым. «Вернуть рог Демонического бога». Речь шла не о роге, уже находившемся у императорской семьи, а о том, который прежде хранил Флюгель. — Точнее, теперь он, вероятно, у принца Калдраха. Подробностей Урухар не знал, но как Императорский рыцарь получил секретную сводку. Согласно ей, рог, который предстояло вернуть, забрал Калдрах. — Если он у его высочества, зачем его отнимать? Озадаченный Урухар прочитал дальше. «Готовясь захватить престол, третий принц Калдрах намерен тайно вывезти рог Демонического бога за границу». — Что? В это почти невозможно было поверить. Калдрах де Адратан. Третий принц Империи имел тесные связи с армией. После того как первый принц ушёл в монахи, именно Калдраха долго считали ближайшим претендентом на трон. — Нет. Урухар ясно понимал: написанное не соответствует действительности. — Принц Калдрах так не поступил бы. Но приказ всё равно оставался приказом. «Вскоре поступит новая сводка. До тех пор ожидайте у ворот на дороге, ведущей к Федерации». Дочитав до конца, Урухар тяжело вздохнул. Он не понимал, что происходит. Даже узнай правду, хватило бы ему смелости ослушаться Императорского двора? «А как поступил бы Чёрный Рыцарь?» Что сделал бы этот благородный человек? Ответа Урухар не находил. *** В безлюдный предрассветный час из столицы выехала повозка. Это было опасное время. Благословлённое Соларуном солнце ещё не поднялось, и демоны становились активнее. Без барьера из резонансных камней путникам неизбежно пришлось бы столкнуться с их яростью. Ни один разумный возница не отправился бы в путь до рассвета. Но эта повозка мчалась по мрачной дороге, словно скрывала нечто важное. — Всё как в приказе секретариата. Издалека, различая дорогу лишь по одному факелу, Урухар увидел экипаж. Он стоял на вершине ворот и смотрел вниз. — В приказе сказано, что здесь появится подозрительная повозка. Именно в ней якобы перевозили рог Демонического бога. — Абигейл. Настолько точное предсказание могло быть лишь очередным фокусом ведьмы. — Не думай об этом. Пусть император сбился с пути, долг Императорского рыцаря — исполнять его волю. — Но всё же… Урухар испытал странное дежавю. Слухи о Чёрном Рыцаре начались после того, как тот вернул Камень души, похищенный Орденом Рассвета. Один низший культист рассказывал: — О-он упал с неба… Ч-чёрный демон! П-правда! Клянусь! Тогда дворец никак не отреагировал на появление Чёрного Рыцаря, и свидетельства быстро похоронили. Но Урухар как Императорский рыцарь получил возможность ознакомиться с ними и впервые заинтересовался таинственным человеком. — Чёрный демон? Упал с неба? Звучит как миф. Поначалу Урухар лишь высмеивал мысль о сказочном герое в реальном мире. Но со временем увидел в Чёрном Рыцаре подлинно благородный идеал. «Тень упала с неба… Значит, Чёрный Рыцарь атаковал повозку с вершины ворот». Стоя там же и наблюдая, как экипаж прорезает тьму, Урухар подумал: «Вот так». И прыгнул. Грохот! Он благополучно приземлился на крышу повозки и на всякий случай глубже натянул капюшон. — Э-эй?! Возница явно почувствовал удар. «Что Чёрный Рыцарь делал дальше?» По отчётам, он обезвредил двух культистов. «Будь я на его месте…» Нужно забраться в багажное отделение и разобраться с охраной. Урухар так и сделал. — К-кто ты?! Он сразу почувствовал находившихся внутри людей. «Двое?» На одного больше, чем он ожидал, но это не имело значения. — А-а-а! Один охранник бросился вперёд. Урухар оценил стойку. «Новичок». Хлоп! Он шагнул в сторону от дубины, схватил нападавшего за ворот и выбросил из повозки. — А-а-а-а-а! Крик быстро удалился. Урухар повернулся ко второму. — К-кто ты такой?! Из-за капюшона и темноты охранник его не узнал. И почему-то это наполнило Урухара странным восторгом. Чёрный Рыцарь. На миг Урухару показалось, будто он и правда стал Чёрным Рыцарем. — Чёрный Рыцарь. Имя вырвалось само. — Что ты сказал?! Услышав это имя, охранник в ужасе осмотрел повозку. — Небеса… Если за ней явился Чёрный Рыцарь, то что мы вообще перевозим?! Он выглядел так, будто действительно ничего не знал. — Плохо врёшь. Ты наверняка сел сюда, зная о грузе и месте назначения. — Н-не знал! Клянусь! Мне просто предложили много денег… Вжух! Охранник качал головой, изображая невиновность, а затем внезапно атаковал. Урухар даже не дрогнул. «Возможно, я иду по его следам». Одно лишь притворство Чёрным Рыцарем приносило Урухару удивительное удовлетворение. — Кха-а-а! Урухар быстро подавил противника, и восторг стал ещё сильнее. — Для допроса хватит одного. Он даже произнёс фразу, достойную Чёрного Рыцаря. На губах невольно появилась улыбка. «Стоп». Однако кое-что не сходилось. Третий принц Калдрах происходил из императорской семьи, но добровольно служил на передовой Северного полюса и привык полагаться на себя. За вспыльчивостью скрывался проницательный ум. «Он не стал бы проводить такую операцию настолько бездарно». Охранники, якобы не знавшие о роге Демонического бога. Смешная малочисленность сопровождения для настолько важного груза. Скрип! Повозка начала останавливаться. «Ловушка?» Урухар приготовился к бою. На случай, если возница попытается сбежать, Урухар окутал тело аурой, готовый рвануть следом. — Немного неловко вышло. Голос донёсся спереди, с козел повозки. Урухар удивился: возница, которого он считал перепуганным, всё это время спокойно наблюдал. Он медленно отодвинул занавеску между багажным отделением и местом кучера. — Кто ты? — Мне стоит спросить то же самое. Кто вы? — Ты слышал. Я Чёрный Рыцарь. Раз уж он однажды назвался этим именем, отступать было поздно. Урухар продолжил скрывать личность. — Какое совпадение. Возница повернулся. Чёрное как ночь забрало. Непревзойдённый благородный образ. Лунный свет выхватил эти черты из темноты, и Урухар замер, не веря своим глазам. — А я думал, Чёрный Рыцарь здесь только один. ---------- Куда указывает меч (4) Управлять повозкой было непривычно — обычно я ездил верхом, — но с лошадьми обращался неплохо. Точнее, умел подавлять их страх. Инстинктивно усмирять чужой страх давно стало для меня естественно. — Поэтому и повозка не представляет особой сложности. Ночной путь открывал удивительный вид. Мир тонул во тьме, а фонарь экипажа прорезал её лишь узким клином. В этом было своё очарование, совершенно отличное от дневной поездки. — Прекрасная ночь, чтобы умереть. Но здравый смысл, которому было не до искусства, настойчиво предупреждал: подобные приключения опасны. Ездить ночью — плохая идея. Я знал это прекрасно. Грохот! Пока я предавался мыслям и держал поводья, кто-то приземлился на крышу. — Пришёл. Это наверняка был Урухар. Именно ради него я и правил лошадьми посреди ночи. Стоило чему-то, связанному с Калдрахом, покинуть столицу, как Эульсис должен был отреагировать. — Разумеется, Калдрах не стал бы действовать настолько легкомысленно. Эульсис наверняка заподозрил ловушку. Но проигнорировать известие тоже не мог, поэтому должен был отправить человека, чья преданность была самой сомнительной среди тех, кто мог заняться рогом Демонического бога. То есть Урухара. Из четырёх Императорских рыцарей он больше остальных походил на нормального человека. Не то чтобы его можно было назвать человечным по обычным меркам. Просто на фоне бездумных чудовищ, носивших звание Императорских рыцарей, он выделялся. — Кикубада переманить невозможно. Старик был одержим титулом Святого Меча. Когда-то он действительно носил его, но утратил из-за скандалов вокруг собственного поведения и возвышения Хейдена Райха. — Его интересуют только имя и слава. Судьба Империи ему безразлична. Кикубад прожил достаточно долго. От жизни ему оставалось получить лишь новые достижения, а конечной целью было возвращение титула Святого Меча. — В отличие от него, с Урухаром можно разговаривать. У него были собственные убеждения, и они часто сталкивались с приказами. На мой взгляд, так должен вести себя любой Императорский рыцарь, но у Урухара эта черта проявлялась особенно ярко. В игре он тоже неоднократно показывал себя с лучшей стороны… — Я Чёрный Рыцарь. Мне послышалось? Что этот безумец сейчас сказал? Чёрный Рыцарь? Похоже, Урухар решил, что не может раскрыть настоящее имя, и выбрал именно эту личину. — Хотя мне ли его судить? Я ведь занимался тем же самым. Как только эта мысль промелькнула, я повернул голову. И Урухар увидел настоящую маску Чёрного Рыцаря. — В-вы!.. Сначала он растерялся. Затем встреча с предметом собственного восхищения привела его в восторг. А потом из глубины души поднялся стыд. — Да. Я такой же Чёрный Рыцарь, как и вы. — Н-нет, я не… — Чему удивляетесь? Разве только что вы сами не назвались Чёрным Рыцарем? Я мягко потянул поводья и остановил повозку. Урухара на мгновение качнуло, а когда он выровнялся и посмотрел вперёд, я уже спрыгнул на землю. Он последовал за мной. — Чёрный Рыцарь, почему вы здесь? Несколько секунд Урухар смотрел с благоговением, но всё же вспомнил о деле. — А почему меня здесь быть не должно? Я ответил небрежно. Экипаж выехал из столицы по приказу Калдраха. Значит, якобы вёз рог Демонического бога в Федерацию. — Рог Демонического бога. Урухар с трудом подавил давнее желание. Прежде чем просить автограф, нужно закончить задание. В отличие от прошлой встречи с Чёрным Рыцарем, сейчас следовало сосредоточиться. — Неужели именно вы перевозите рог Демонического бога? — Может быть. А может, и нет. — Я пришёл не играть словами! — Думаю, эти люди тоже. — Что? Разгорячившись, Урухар перестал следить за окружением. После моих слов он наконец почувствовал людей, скрывавшихся в кустах вокруг повозки. — Это?.. Он хотел спросить, не ловушка ли это, но по моей реакции понял, что я тоже их не приглашал. Кроме того, Чёрный Рыцарь, каким его представлял Урухар, на подобное не пошёл бы. — Разбойники? — Никто не станет голодать на большой дороге, если не хочет погибнуть от демонов. — Тогда кто они? — Люди, которых позвали нанятые нами охранники. — Что?! Я вытащил меч, словно ожидал такого развития событий. — Говорят, сопровождающие ночные повозки иногда останавливают их вдали от города, забирают груз и продают. — Это уже не охрана, а обычный грабёж! — Только сейчас поняли? Клинок в моей руке был чёрным, будто поглощал окружающие тени. Урухар мысленно отметил, насколько он подходит образу Чёрного Рыцаря, особенно в сравнении с вычурным драгоценным мечом Джулиана. — Что за?.. Люди в кустах вышли наружу. — Восемь? Их было восемь. Обычный человек испугался бы численного превосходства, но рядом стоял Императорский рыцарь. — Разве кучером не должен был быть старик? Тут двое здоровых мужиков. — Какая разница? Убьём, заберём груз — и всё. — Вы не понимаете, кто перед вами? Урухар уже собирался снять капюшон и раскрыть личность. Даже преступников нельзя казнить на месте без суда. Если они не оскорбили императорскую кровь, их полагалось схватить и передать страже. — Да кто ты вообще… Кх! Но Чёрный Рыцарь не был связан подобными правилами. Я мгновенно ударил ближайшего мужчину ногой в челюсть. Тот рухнул, а я уже рассёк мечом стоявшего рядом. — А-а-а! Крик разнёсся по тихому предрассветному лесу. Разбойники вздрогнули и поспешно подняли оружие. — В-вы что творите?! — Пришли с оружием и не ожидали, что придётся им воспользоваться? Я посмотрел на Урухара. — Вы ничем не лучше. Они явились не беседовать. Даже звание Императорского рыцаря их не остановит. — И-Императорского рыцаря?! Разбойники растерялись, услышав титул. Но, как я и говорил, жажда убийства в глазах никуда не исчезла. — Цок. Урухар раздражённо щёлкнул языком. Ему хотелось расспросить меня о роге Демонического бога и о причине появления здесь. Именно из-за этой спешки он пытался назвать звание и прогнать преступников без боя. — Я тоже хочу задать вам вопросы, когда мы быстро покончим с этими ублюдками. Я словно прочитал его мысли. — Поэтому ваша помощь пригодится. Просьбы о помощи Урухар слышал бесчисленное количество раз и обычно не придавал им значения. Но сейчас просил сам Чёрный Рыцарь. Одного этого хватило, чтобы вся растерянность исчезла. — С радостью. Императорский рыцарь и Чёрный Рыцарь действовали вместе. Что могли противопоставить им шестеро наёмников, промышлявших грабежом? Всё закончилось мгновенно. «Я знал, что Урухар восхищается Чёрным Рыцарем». Просьба о помощи была способом использовать это восхищение. Разве человек не старается оправдать ожидания того, кем любуется? «Вот же хитрый ублюдок». Я не понимал, было ли это влиянием образа Чёрного Рыцаря или моей собственной природой. Я всегда считал себя не настолько коварным. — Сражаться спина к спине с Чёрным Рыцарем… — Парирование Императорского рыцаря достойно похвалы. Не хотел бы видеть вас врагом. — Хм? Урухар неловко почесал голову. — Н-ничего особенного. Но, Чёрный Рыцарь… Я впервые вижу ваш стиль. Он невероятен! — Хм. — И почему-то знаком. Почти как стиль Святого Меча. Что? Он понял это всего по нескольким ударам? — Стиль Святого Меча? Урухар задумался. У Хейдена Райха было немного учеников. После его смерти мастеров этого стиля почти не осталось. Если не считать Линне, оставался лишь Джулиан. То есть я. — Чёрный Рыцарь, неужели вы… Урухар сглотнул. — Были знакомы со Святым Мечом? Даже заподозрив связь, Урухар не дошёл до мысли, что Чёрный Рыцарь и Джулиан — один человек. «Понятно». Если бы игрокам сказали, что Чёрный Рыцарь — Джулиан, они бы решили, что мир сошёл с ума. — Мы были знакомы. Он даже несколько раз меня учил. — Что?! Я так и знал! Урухар просиял. Затем вспомнил о чём-то, кашлянул и собрался. — Но сейчас не время обсуждать это. Вернув самообладание, он снова перешёл к делу. — Чёрный Рыцарь, мне нужно знать, почему вы здесь. — В повозке, которая якобы перевозит рог Демонического бога? Урухар кивнул. — Скажу прямо: рога здесь нет. — Что?! — Проверьте сами. Посмотрите, что лежит внутри. Урухар с сомнением заглянул в багажное отделение. — Здесь действительно ничего нет. Разумеется. Ложные сведения передал человек, внедрённый в остатки Ордена Рассвета. «Эульсис с самого начала не поверил, поэтому и послал стоявшего в стороне Урухара». Я ожидал этого и получил возможность встретиться с ним тайно. — Слух о роге был ложью. Вы и сами знаете, что Калдрах не стал бы так поступать. Урухар медленно кивнул. — Тогда зачем принц всё это устроил? И почему вы помогаете ему, Чёрный Рыцарь? Я заговорил не сразу. — Вы знаете, что сейчас происходит с императорской семьёй. — На что вы намекаете? — Вы знаете, почему рога Демонического бога оказались в столице и зачем Эульсис собирает все четыре? Урухар покачал головой. — Неважно, что стоит за приказом. Долг Императорского рыцаря — выполнить волю двора. — Глупец. Я резко оборвал его. Ожидал возражения, чтобы затем рассказать об истинной цели Эульсиса и о том, что он сделал с императором. — Хм? Но Урухар не ответил. Когда я повернулся, он стоял, опустив голову, словно провинившийся ребёнок. ---------- Ужасный ублюдок, которого я уважаю (1) — Вы хотите сказать, что принц Эульсис собирается с помощью рогов воскресить на этой земле Демонического бога? Я кивнул. Урухар нахмурился. — Какая чушь. Как и ожидалось, он не поверил. Никому не придёт в голову, что четвёртый принц хочет погубить Империю, призвав Демонического бога. «Особенно игрокам». Эульсис был изолированным персонажем, почти не влиявшим на сюжет. Я и представить не мог, что его выживание обернётся таким бумерангом. «Из-за этого убедить Урухара ещё труднее». Я молча смотрел на него. Сам сбор рогов уже мог служить доказательством, но большинство людей не поверили бы, что Эульсис способен на подобное. Точнее, решили бы, что ему не хватит смелости. — Похоже, Абигейл прикрывается императором и от его имени распоряжается делами двора. Убедить Урухара я не смогу. Но это и не требовалось. Достаточно посеять сомнение, а правду он найдёт сам. Я поднял три пальца, обозначая рога, которые хранились у императорской семьи. Тот, что находился у меня, я не учитывал. — Императорская семья хранит три рога. Вы знаете, где именно, Урухар? — Вы хотите, чтобы я раскрыл их местонахождение? — В Хранилище Небесного Почтения, куда допускают только императорскую кровь. Неужели вы думаете, что рога всё ещё там? Урухар дёрнулся. — Какая наивность. Если действительно так думали, то иначе это не назвать. — Изначально они хранились там. Вы утверждаете, что теперь рогов в хранилище нет? — Были. Эульсис их забрал. По лицу Урухара читалось: «Невозможно». Он раздражённо щёлкнул языком. — Спросите смотрителя, если сомневаетесь. Рога лежали в помещении один-три Хранилища Небесного Почтения. — Постойте, откуда вы это знаете?! Ни один игрок не знал всего содержимого хранилища, но об этой детали было известно многим. В помещении один-три находился некий неизвестный предмет. Разработчики оставили эту деталь пасхалкой, однако с учётом обстоятельств легко было догадаться, что там хранили рога Демонического бога. — Если захотеть, способ найти сведения всегда найдётся. Подробности раскрывать я не мог и отделался туманным ответом. — О сотрудничестве поговорим позже. Вдали вспыхнул огонь, разрезая темноту. Похоже, приближался вызванный Урухаром отряд. — Проверьте сами. Если рогов нет там, где они должны быть, выясните, кто их забрал и зачем. И ещё. — Собственными глазами посмотрите, кто нарушает законы Империи. — Подождите! Если всё действительно так, что тогда?..! — Я пришлю человека. — Человека?.. Почему он задаёт столько вопросов?! Факелы приближались. Я ухватился за ствол и быстро забрался на дерево. А затем эффектно исчез в лунном свете. По крайней мере, так хотелось бы. На деле я тихо сидел среди ветвей и смотрел вниз. — Убежать красивее не получится. Я никогда не занимался ночной акробатикой и не был уверен в себе, хотя физические способности позволяли попробовать. «Но выдержат ли ветки?» Чтобы переманить Урухара, мне приходилось использовать его уважение к Чёрному Рыцарю. «Падение с дерева уничтожит весь образ». Поэтому я решил подождать, пока все уйдут. *** Урухар вспоминал невероятные слова Чёрного Рыцаря. Четвёртый принц Эульсис якобы собирался воскресить Демонического бога. Рога должны были храниться в Хранилище Небесного Почтения, но Чёрный Рыцарь утверждал, что Эульсис их забрал. — Ложь. Урухар повторял это снова и снова. Но ноги всё равно несли его к хранилищу. Украшенное золотом и чёрным — цветами императорской семьи — хранилище находилось под надзором особого смотрителя. — Что привело сюда Императорского рыцаря? — Я хочу проверить содержимое помещения один-три. Убедиться, что всё находится на месте. — Хм… Смотритель нахмурился. — Даже Императорскому рыцарю запрещено проверять содержимое Хранилища Небесного Почтения. — У меня есть печать. Урухар достал императорскую печать. Именно её выдали для возвращения рога, прежде хранившегося у Флюгеля. После выполнения приказа печать следовало отдать императору, но правитель потерял сознание, и забрать её оказалось некому. «Можно ли так поступать?» Урухар сомневался, имеет ли право использовать печать столь вольно. Он уважал Чёрного Рыцаря, но доверял и императорской семье. Эульсис не казался человеком, способным на подобное злодеяние. — Хорошо. Урухар принял решение. «Если всё окажется в порядке, я понесу наказание». Он лишь хотел подтвердить собственную веру. — Это действительно печать Его Величества. Понял, господин Урухар. Следуйте за мной. Смотритель провёл его к помещению один-три. Дверь защищала сложная магия. Когда её открыли… — Здесь ничего нет. Хранилище оказалось пустым. — Хм. Разве вы не знали? Смотритель погладил бороду и с любопытством посмотрел на ошеломлённого Урухара. Если сейчас признаться в незнании, подозрения лишь усилятся. Человек, принёсший императорскую печать, должен понимать, что хранилось внутри. «Неверное слово создаст проблемы». Урухар размышлял недолго. — Я знаю, что здесь находились рога Демонического бога. Меня удивляет их отсутствие. Он выбрал прямоту. Подозрение на лице смотрителя ослабло. — Значит, вы осведомлены. Хм… Одной этой реакции хватило для подтверждения. Рога действительно были здесь. Чёрный Рыцарь говорил правду. «Но откуда он знал?» Любопытство пришлось отложить. — Кто забрал рога? — Записи о выдаче нельзя показывать даже Императорскому… — Это приказ императора. Урухар снова предъявил печать. Смотритель тяжело вздохнул. — Согласно журналу, их забрал принц Эульсис. Имя заставило мысли Урухара смешаться. *** В Империи Адратан существовала необычная традиция для рыцарей — ежегодный смотр. Его лично проводил император. Во время Завоевательных войн Адратан глубоко изучил и полюбил боевые искусства, поэтому раз в год собирал всех рыцарей и проверял собственными глазами. — Из-за болезни Его Величества в этот раз смотр проведёт второй принц Осборн. — Тогда будет полегче. — Верно. Его высочество Осборн не настолько увлечён боевыми искусствами… Кхм. Беседовавшие рыцари умолкли, заметив Урухара. Императорские рыцари тоже участвовали в смотре. Они напрямую подчинялись двору, но оставались рыцарями и не могли избежать традиции. Освобождались лишь выполнявшие задание. «Что Эульсис собирается делать с рогами?» Даже во время смотра Урухар продолжал думать о пустом хранилище. «Что может быть настолько желанным, чтобы ради этого воскресить Демонического бога?» Если бедствие прошлого вернётся на континент Розенда, земли снова превратятся в пустошь. А если призыв произойдёт в столице, Империя неизбежно погибнет. Что Эульсис рассчитывает получить такой ценой? «Неужели он хочет именно гибели Империи?» Эульсис был четвёртым принцем и сыном наложницы. Урухар лично не видел, как с ним обращались, но слышал множество слухов. По приказу императрицы в его еду прятали иглы, во время сна намеренно шумели, а в ванну наливали свиную кровь. Подобные низости повторялись постоянно и никак не соответствовали достоинству так называемой благородной крови. Если это стало причиной его ненависти, то направил он её не туда. — Давно не виделись, господин Урухар. Могу я присесть? Рядом раздался голос. Урухар повернулся и едва не скривился. — Джулиан… Со времени их случайной встречи прошло около полугода, но казалось, будто не минуло и дня. Джулиан приблизился с улыбкой, скрывавшей настоящие мысли. — Незачем спрашивать разрешения. «Закрытые Глаза» напрямую подчиняются двору. Эти места предназначены для свиты императорской семьи. — Верно. Полагаю, ваши личные способности тут ни при чём. В ушах Урухара прозвучал тихий смешок. В памяти всплыли соперничество, начавшееся ещё в Академии Байера, и подлости, совершённые Джулианом ради попадания в «Закрытые Глаза». Урухар покачал головой, успокаиваясь. «Кого Чёрный Рыцарь обещал прислать?» Если рассуждать логически, после проверки хранилища он должен был отправить человека. «Я подтвердил, что рога забрал Эульсис». Но как Чёрный Рыцарь узнает об этом и выберет посланника? «Кем будет человек, которому он доверяет?» Урухар невольно ожидал чего-то особенного. Человек, посланный самим Чёрным Рыцарем, должен был быть благородным, как ночное небо, одиноким, как восходящая луна, и скрывать свои идеалы под маской, защищая столицу. Ради сохранения столь великой тайны он наверняка доверит дело самому близкому человеку. — Вы успели привести мысли в порядок? Путь Чёрного Рыцаря был направлен исключительно на благо Империи. Урухар верил, что за каждым его действием скрывался великий замысел. — А что тут обдумывать? Он слегка нахмурился. Джулиан не отвёл взгляда от огромной арены, где проходил смотр. — Например, ваше возвращение из Хранилища Небесного Почтения. ---------- Ужасный ублюдок, которого я уважаю (2) Топ-топ-топ. По площади гулко разносился строевой топот рыцарей, одетых для смотра без единого изъяна. Но Урухар почти ничего не слышал. После слов Джулиана в ушах стоял звон. — Что? «Вы ведь вернулись из Хранилища Небесного Почтения?» Именно это произнёс Джулиан. «Никто не должен знать». Визит Урухара был тайным. Он никому о нём не рассказывал. Да, смотритель видел его лично, но тот не стал бы болтать без приказа человека с императорской печатью или члена правящей семьи. «Смотритель ничего не сказал. Тогда откуда Джулиан знает?» Урухар взглянул на него. Джулиан выглядел совершенно спокойным и, как всегда, искусно скрывал эмоции. Казалось, разговор его вовсе не интересовал. Он лишь смотрел на продолжающийся смотр. — Как удобно служить напрямую императорской семье. Какая нелепость — заставлять людей заниматься этим под палящим солнцем. Он ещё и открыто насмехался над рыцарями. — Эту церемонию лично учредил Его Величество. Не стоит отзываться о ней так легкомысленно. Урухар всё же смягчил тон, вспомнив об их знакомстве со времён Академии. — Ох, я оговорился. Сделайте вид, что не слышали. Я вовсе не недоволен мероприятием Его Величества. Джулиан приложил палец к губам, прося сохранить тайну. Дерзость раздражала, но сначала Урухару хотелось разрешить главный вопрос. — Я хочу обсудить ваши прежние слова. — Видите? Вместо ответа Джулиан указал на площадь. — Там командир Швальт. Действительно, среди участников стоял командир Лазурных Львов. — Вечно недовольное лицо. Хотя солнце он ненавидел ещё в Академии. Швальт сохранял привычное бесстрастие, но всё равно открыто излучал раздражение. Урухару это показалось ироничным. Один человек ничего не выражал лицом, но не скрывал чувств. Другой всегда улыбался и прятал за этой улыбкой всё, что происходило внутри. — Вы с господином Швальтом до сих пор враждуете? Впрочем, то же относилось и к самому Урухару. Тень Святого Меча была настолько огромной, что он тоже смотрел на Джулиана предвзято. — Я лишь односторонне страдаю. Со всеми обращаюсь одинаково, согласно императорскому протоколу. Джулиан снова заговорил о чём-то постороннем. Он всегда так делал, когда попадал в неловкое положение или не хотел отвечать. «Стоп». Сейчас важно другое. — Хватит уходить от темы. Вы связаны с Чёрным Рыцарем? Джулиан лишь лукаво улыбнулся. После короткой паузы он огляделся, словно проверяя, нет ли поблизости устройств для прослушивания. Любопытных рядом не было. Даже если где-то и спрятали магический инструмент, шум строя заглушал разговор. — Пропавшие рога. Убедившись в безопасности, Джулиан наконец заговорил. Улыбка осталась прежней, но атмосфера вокруг него резко посерьёзнела. — Что вы почувствовали, увидев пустое хранилище? — Почувствовал? О чём вы… — Разве вы не беседовали с Чёрным Рыцарем? Он тихо рассмеялся. Урухару хотелось ударить его за этот смех, но он сдержался. — Кто-то собирается устроить бедствие при помощи рогов Демонического бога. Чёрный Рыцарь отправил вас в хранилище, чтобы вы узнали, кто именно. Разве нет? Джулиан знал о разговоре, случившемся на рассвете. Вопрос заключался в том, рассказал ли ему сам Чёрный Рыцарь или сведения получили иным способом. — Я всё проверил. — Тогда вы уже сделали выводы. — Услышит их не Джулиан. Одного знания о встрече было недостаточно, чтобы доказать связь между ними. — Я передам результаты только Чёрному Рыцарю. — Ха-ха. Как упрямо. Что тут скрывать? Джулиан положил правую ладонь на грудь. — Я и есть Чёрный Рыцарь. — Что? Сначала Урухара охватило полное недоумение. Затем из глубины поднялась ярость, смывшая растерянность. — Я могу уверенно сказать: вы не Чёрный Рыцарь. — Это правда. — Повторите такую чушь ещё раз — и я действительно обнажу меч. Урухар не терпел, когда при нём унижали людей, которых он уважал. Раньше священным именем для него был Святой Меч. Теперь — Чёрный Рыцарь. — Если вы настолько его уважаете, почему не согласились помочь сразу после первой встречи? Несмотря на направленный на него гнев, Джулиан лишь смеялся. *** «Безумец». Даже после прямого признания Урухар ни капли не поверил. «Хотя я этого и ожидал». Я решился сказать правду, заранее понимая, какой будет реакция. У Джулиана и Чёрного Рыцаря имелась лишь одна общая черта — техника Святого Меча. Лунный Меч был слишком узнаваемым, но в облике Чёрного Рыцаря Анжелика покрывала клинок чернотой, и определить оружие становилось невозможно. «Да и общественное восприятие совершенно разное». Один — злодей, способный с улыбкой совершать жестокости. Другой — герой, рассудительно защищавший жителей столицы. Разница между образом Джулиана и Чёрного Рыцаря была именно настолько велика. «Но всё же…» Я посмотрел на Урухара. — Знай я раньше о деле с рогами, в нашу прошлую встречу повёл бы себя иначе. Человек с настолько благородной миссией не может поступать неправильно. Когда речь заходила о Чёрном Рыцаре, в глазах Урухара появлялось настоящее почтение. «Обязательно говорить настолько серьёзно?» Это немного ранило. Когда-то я использовал имя Улыбающегося Палача, чтобы внушать страх, но к этому времени дурная слава должна была хотя бы немного ослабнуть. «Не то чтобы это важно». И всё же стало неприятно. «Снова переодеться Чёрным Рыцарем?» Честно говоря, не хотелось. Это хлопотно, а слишком частые появления Чёрного Рыцаря могут привести к раскрытию личности. «Хотя только что я сам всё выболтал». Поразившись собственной глупости, я решил забыть об этом. — В ближайшее время Чёрный Рыцарь перед вами не появится. — Почему? — Он занят. Чёрный Рыцарь действует во тьме, а я представляю его при свете. Подсказка была настолько явной, что проще сказать прямо: «Я и есть Чёрный Рыцарь». Но из-за противоположности двух образов даже открытое признание не воспринималось всерьёз. Пора перейти к главному. — Почему именно вы его представитель? Нет, Урухар снова зацепился за ненужную часть. — Кхм. Я кашлянул, призывая его успокоиться. Он наконец пришёл в себя и почесал голову. — Как уже говорил, у Чёрного Рыцаря мало времени. И это была правда. Совмещать две личности оказалось вечной гонкой. — Он хочет, чтобы вы выяснили, где находятся рога Демонического бога. Урухар ничего не ответил. Его глаза затуманились от растерянности. Смотр подходил к концу. Когда вокруг соберутся люди, продолжить деликатный разговор не получится, поэтому я поспешил. — Как определите местонахождение, свяжитесь со мной. Я передам сведения Чёрному Рыцарю. Закончив, я поднялся. — Командир Швальт уже ушёл, так что наблюдать дальше незачем. Откланяюсь. Я с улыбкой покинул это место. Урухар так и остался сидеть, не двигаясь. Странно. Да, новость была неожиданной, но не настолько же, чтобы полностью потерять дар речи? Я сомневался, понял ли он поручение, однако решил надеяться на лучшее. *** После завершения смотра площадь ожила. Рыцари, служащие дворца и свита принца Осборна заполнили проходы. Урухар всё ещё сидел там, где разговаривал с Джулианом. Потрясённый, он провёл ладонями по щекам. «Как уже говорил, у Чёрного Рыцаря мало времени». Почему? Почему в столице люди с благородными намерениями умирают настолько рано? Глаза Урухара увлажнились. В груди поднялась волна противоречивых чувств. «Теперь я понимаю его жестокие и насильственные методы». Раньше Урухар задавался вопросом, почему защищающий Империю Чёрный Рыцарь действует настолько грубо. Ответ оказался прост. У него не оставалось времени. Он должен был добиться результата, пока отпущенный срок не закончился. «Преданность Империи, о которой я даже говорить недостоин». Урухар поднялся. Неважно, что эти слова передал Улыбающийся Палач. «Чёрный Рыцарь хочет, чтобы вы выяснили, где находятся рога Демонического бога». Он скрывал лицо под маской, и после смерти никто не узнает, кого следует оплакивать. До этого дня ему нужно было помочь Чёрному Рыцарю добиться хотя бы одной цели. Урухар обязан был ему помочь. ---------- Ужасный ублюдок, которого я уважаю (3) Сила Императорского рыцаря обычно соответствовала уровню одного из сильнейших командиров рыцарского ордена. — Наверное, Урухар примерно равен Швальту. А старший среди Императорских рыцарей, Кикубад, был ещё опаснее. — Как минимум двое командиров. А при лучшем раскладе — уровень Святого Меча. Когда-то Кикубад уже носил этот титул. Если бы его не лишили звания за проступки, старик до сих пор считался бы Святым Мечом. — Поэтому я и надеялся переманить Урухара. Точнее, хотел освободить его от влияния Эульсиса и направить на сторону Калдраха. Эульсис подчинил Небесную Стражу, и наши шансы в открытом противостоянии нельзя было назвать высокими. Лишить его поддержки хотя бы одного Императорского рыцаря стало бы большой победой. — С Небесной Стражей разберутся Рыцари Клина Калдраха. Если же дело дойдёт до прямого столкновения с Императорскими рыцарями, преимущество будет у противника. — Хм. Я невольно вздохнул. Смотр закончился. Принц Осборн уехал, толпа на площади начала расходиться. «Надеюсь, потраченное на Урухара время не пропало зря». Уверенности не было. Его последняя реакция оказалась непонятной. Если говорить честно: «Возможно, всё было бессмысленно». Как бы глубоко Урухар ни уважал Чёрного Рыцаря, этого могло не хватить, чтобы вырваться из хватки императорской семьи. Даже если нынешний двор прогнил и происходящее почти не имело отношения к настоящей воле Адратана, Урухару могло не прийти в голову что-то исправлять. «Он такой же, как я». Кто действует ради всеобщего блага? Каждый прежде всего защищает собственные интересы. — Ха-а… Снова вырвался вздох. Лучше бы он дал чёткий ответ, а не оставил меня с этой странной реакцией. — Я слишком торопился. Но сделанного не вернуть. Раз Чёрный Рыцарь уже объявил Урухару, что выступает против Эульсиса, оставалось принять любое развитие событий. — В конце концов… Хорошего исхода, скорее всего, не будет. — Императорские рыцари тоже в каком-то смысле чиновники. Они не бросят удобную работу ради тяжёлого дела. Предположение Джулиана оказалось верным. Урухар действительно не собирался бросать удобную работу ради тяжёлой. Только понятия об удобстве у них различались. *** — Я выберу то, что проще для меня. Для Урухара помочь Чёрному Рыцарю было легко. А вот проигнорировать умирающего героя было невозможно. — Рог Демонического бога. Через Джулиана Чёрный Рыцарь просил выяснить его местонахождение. Урухар не считал это особенно сложным. — У меня осталась императорская печать. Её следовало вернуть после задания, но из-за болезни Адратана она всё ещё находилась у него. — С ней можно узнать почти всё, что происходит при дворе. Пустота в помещении один-три уже показывала: если рогов нет в Хранилище Небесного Почтения, их переместили куда-то ещё. — Рог Демонического бога… Он должен был постоянно источать демоническую энергию, подобно Камню души. Для сохранения Камня души трёхрогого демона, который исследовали в Магической башне, требовалось огромное количество резонансных камней. — Для рогов понадобится не меньше. Мысли Урухара заработали быстрее. — К тому же Чёрный Рыцарь… Нет, принц Калдрах хочет отнять рога у Эульсиса. Вероятно, Калдрах намеревался не только вернуть, но и уничтожить их. — Если Эульсис действительно ими владеет… Чтобы не потерять всё сразу, он должен был распределить рога по разным охраняемым местам. — Значит, нужно проследить, куда направляют резонансные камни. Урухар крепко сжал императорскую печать. — Император Адратан, простите за столь вольное использование. Но он обязан был выполнить долг — даже нарушив правила, помочь Чёрному Рыцарю добиться последней цели. Урухар немедленно отправился в Магическую башню, где учитывали резонансные камни, и потребовал документы. Маги и рыцари славились взаимной неприязнью, поэтому сначала его встретили с подозрением. Но у Урухара имелась фраза, мгновенно развеивавшая сомнения. — Это приказ императора. Императорская печать. Увидев её, маги быстро собрали бумаги. — Здесь записи о выдаче резонансных камней, господин Урухар. Он принял документы и начал читать. — Много. Список был огромным, но можно было действовать методом исключения. — Убрать дворян, управляющих другими городами. Их цель понятна: поддерживать защитные барьеры. — Убрать магов, взявших камни для исследований. Свойства резонансных камней всё ещё изучались. — Абигейл. В списке появилось имя прорицательницы, но Урухар исключил и его. — Слишком очевидно. Все при дворе знали, что именно она расшатала разум Адратана. Калдрах наверняка был осведомлён о её связи со странностями в столице. — Если принц Калдрах проверит записи, Абигейл станет первой подозреваемой. Значит, рога спрятали не через неё. — Что остаётся? Имен было несколько, но одно сразу привлекло внимание. — Фулкурн. Член дворянского клуба «Рыцари Розы». Как ни размышляй, у него не было нормальной причины получать резонансные камни. К тому же Рыцари Розы поддерживали дружеские отношения с Эульсисом. — Чтобы рога не вывезли, их должны хранить под надзором в столице. Урухар указал на запись. — Зачем господину Фулкурну выдали резонансные камни? — Простите? Маг растерялся и торопливо перелистал бумаги. Прочитав примечание, он покрылся холодным потом. — Это… — Я задал вопрос. — Он заявил, что дело личное и не подлежит разглашению. — Что? Резонансные камни добывали в куда меньших количествах, чем обычные драгоценные металлы, поэтому их личное использование строго запрещалось. — Для личного дела? Даже сам маг теперь выглядел ошеломлённым. — Д-да. — Правила запрещают подобное. Кто разрешил выдачу? Маг нервно сглотнул. — Принц Эульсис лично прислал разрешение. Урухар щёлкнул языком. Ответ нашёлся почти сразу. *** Урухар назначил мне ещё одну встречу — не во дворце, а в парке в центре столицы. Когда подошло назначенное время, я посмотрел на сидевшего рядом Захарда. Тот тихо хмыкнул. — Похоже, с Урухаром ничего не вышло. — Не уверен. Он отреагировал, но как-то непонятно. — Вот как? Жаль. Захард упёрся тростью в землю и поднялся. — Вам не было скучно ждать, пока я говорил с ним? Во время первой встречи я оставил Захарда неподалёку. Он больше не был ни рыцарем, ни военным и не обязан был присутствовать на смотре, но, услышав о нём, усмехнулся и попросил взять его с собой. — Вовсе нет. Наблюдать, как младшие суетятся, оказалось забавно. Иногда мне казалось, что у этого старика тоже не всё в порядке с головой. Хотя нормальный человек вряд ли стал бы болтаться по Северному фронту. — Но отсутствие поддержки Урухара действительно неприятно. Сражаться с императорскими рыцарями будет тяжело. Захард обычно не сомневался в своей силе, но признавал их способности. И Захард, и Джулиан считались непревзойдёнными мечниками, однако Императорские рыцари могли сражаться с ними на равных. — Поэтому вы и позвали меня. Не знали, как он отреагирует. — Да. Если Урухар выбрал Эульсиса, он мог попытаться схватить меня прямо здесь. Захард служил страховкой. — Уже пора. Оставите нас ненадолго? — Хорошо. Он растворился среди людей. Центральный парк был полон прохожих, поэтому спрятаться здесь было легко. — Джулиан. Вскоре появился Урухар. По решительному лицу сразу было видно: он сделал важный выбор. «Будет бой?» Разговор явно не обещал пройти мирно. Я положил руку на рукоять меча, готовый в любой момент обнажить клинок. — Похоже, вы приняли решение. Урухар тоже коснулся пояса. — Да. После ваших слов я всё решил. — Вот записи о выдаче резонансных камней. Что? Я ожидал меча, но он снял с пояса свёрнутый документ и протянул его мне. — Для хранения рогов требуется много резонансных камней. — Вот как? Что происходит? Он действительно сотрудничает? Я продолжал настороженно смотреть, а Урухар достал следующую бумагу. — На основании записей я определил вероятное местонахождение рога. — Хорошо… Затем он достал карту. — Вот место. Следом — чертёж. — А это план дома подозреваемого. Что с ним такое? — Здание возводили несколько архитекторов, поэтому чертежи запутаны. Но в них есть общая деталь: тайная дверь. Императорские рыцари, как государственные служащие, должны избегать лишней работы. — Почему вы настолько… Он и правда решил помогать? Что вообще могло так его мотивировать? ---------- Работа из-за кулис (1) Помогать Джулиану Урухару совершенно не хотелось, но выбора не было. «Сейчас только он может связать меня с Чёрным Рыцарем». Именно Джулиан сообщил, что тому осталось мало времени. Это раздражало ещё сильнее, но ради помощи Чёрному Рыцарю приходилось иметь дело с Джулианом. Словно почувствовав его мысли, тот заговорил: — Подозрительно. Он провёл пальцами по губам. — Во время смотра вы смотрели на меня с явным недоверием, господин Урухар. Джулиан насмешливо посмотрел на него. «Этот ублюдок…» Он всё понял. Урухар был ослеплён благородством Чёрного Рыцаря, восхищался его поступками и готов был на всё ради человека, у которого почти не осталось времени. Джулиан увидел это и теперь издевательски спрашивал: «Разве ты действуешь ради великих идеалов, императорского кодекса или правящей семьи? Нет. Просто удовлетворяешь собственное желание». «Хитрый ублюдок». Джулиан требовал «служить Империи», но одновременно предлагал отбросить громкие слова и признать, что им движет обычное человеческое желание. Урухар понимал, что к делу это не относится. Ответить — значит поддаться на очередную провокацию. — Несмотря на грубые методы, Чёрный Рыцарь действует ради Империи. И всё же он заговорил. — Если подумать, помощь ему не противоречит великой цели. — Чёрный Рыцарь — преступник. И всё же вы считаете, что помощь ему не противоречит этой цели? Джулиан снова усмехнулся. — Даже нарушая закон, он защищает Империю. Урухар твёрдо посмотрел на него. — Понятно. Вы решили помогать, потому что узнали в нём родственную душу? Как он смеет сравнивать их? Урухар до боли прикусил губу, подавляя гнев. — В отличие от вас, который лишь произносит слова «императорский кодекс». — Забавно. Вы утверждаете, что отличаетесь от преступника? — Разумеется. Уловив его эмоции, Джулиан подумал: «Как он отреагирует, если узнает, что восхищается предателем, стоящим прямо перед ним?» Очень хотелось снова раскрыть правду, но Джулиан удержался. *** В Центральном парке столицы Захард грелся под тёплым солнцем и ощущал присутствие двух людей, совершенно не вписывавшихся в окружающую обстановку. После потери зрения остальные чувства Захарда обострились до предела, как и восприятие через ауру. Он отчётливо чувствовал напряжение между Джулианом и Урухаром. Захард сдержал смешок. «Какая необычная атмосфера». Вокруг гуляли семьи с детьми, а эти двое сидели так, словно готовы были в любой момент начать поединок. — Папа! За спиной прозвучал детский голос. Захард рефлекторно повернул голову, хотя обращались не к нему, и на мгновение застыл. «Вот как». Его охватило чувство пустоты, а на языке появилась горечь. — Эй, слепец, что ты тут делаешь? Кто-то узнал Захарда и окликнул. Погружённый в мысли, он не использовал ауру и заметил человека лишь сейчас. К счастью, голос был знакомым. — Не успел спросить первым. А ты что здесь делаешь? — Как слепой так быстро меня узнал? Захард развернул Аурная эхолокация и провёл им по телу собеседника. Особенно тщательно — по голове. — Ах ты ублюдок. Поняв, что его намеренно сканируют сверху, Фелхор выругался. — Среди знакомых мне людей только один обладает настолько яркой головой. Как тут не узнать тебя, Фелхор? Тот щёлкнул языком. — Я всё ещё не услышал ответа. Зачем ты здесь? — Работаю. Фелхор указал на табличку на груди. «Временный охранник Центрального парка Императорской столицы». Захард, разумеется, прочитать её не мог. — Ах да, ты же слепой и не видишь. Прости. — Хм. Захард вздохнул. — Но тебе и правда приходится работать? Ты ведь состоишь в… ну… Ордене Рассвета? Он понизил голос, прежде чем упомянуть организацию. — Разве ты не один из руководителей? Неужели там тебя не содержат? Фелхор осторожно прошептал: — Сейчас все заняты внутренней перестройкой. До такого монсеньора, как я, никому дела нет. — Понятно. Захард кивнул. — Даже с твоими ограниченными способностями можно было бы вступить в рыцарский орден. — Ты вообще что-нибудь знаешь или специально меня провоцируешь? Похоже, Захард не знал, что Фелхора изгнали из Лазурных Львов за проступок. — После изгнания из императорской структуры выбор невелик. Остаются подобные подработки. — Понятно. Значит, тебе недостаёт не только волос, но и профессиональных навыков. — Ха, этот ублюдок… Фелхор провёл ладонью по лысине и выругался. Затем его тон стал серьёзным. — Сколько их? — Двое. Фелхор огляделся. Вокруг чувствовались подозрительные присутствия. Точное количество он определить не мог, но Аурная эхолокация Захарда не ошибалась. — Они следят за господином Джулианом или за Императорским рыцарем? Умом Фелхор не блистал, зато обладал хорошим чутьём, выработанным опытом. Он посмотрел на разговаривавших вдали Джулиана и Урухара и быстро понял ситуацию. — Скорее всего, люди Урухара. Джулиан не звал никого, кроме меня. — Тогда лучше убрать их тихо. Фелхор размял плечи. — Ты тоже собираешься вмешаться? — Когда Орден восстановят, господин Джулиан наверняка займёт ключевое место. Нужно произвести хорошее впечатление. Мне надоели случайные заработки. — Почему? По-моему, тебе подходит. — Что слепой понимает? К тому же я не говорил, что ненавижу эту работу. Фелхор снова указал на табличку. — Просто я временный и получаю плату за день. Аргумент звучал убедительно. — И как ты собираешься ловить хвост посреди такой толпы? Захард по-прежнему ощущал присутствие наблюдателей. Они следили за Джулианом и Урухаром. Но шум в людном парке неминуемо вызовет проблемы. — У меня есть способ. — Хм. Какая-то хитрость? — Да. Фелхор улыбнулся как выдающийся стратег. *** Рыцари Розы начали действовать, получив сообщение от подкупленного мага, который помогал с выдачей резонансных камней. Первым делом они установили слежку за Урухаром и увидели, как тот беседует с Джулианом. — Предатель. Члены клуба раздражённо щёлкнули языками. Да, Эульсис был четвёртым принцем, но его кровь оставалась императорской. Выступить против него означало нарушить императорский кодекс. — Что делать, господин Фулкурн? — Немедленно сообщить принцу Эульсису. — Даже если он Императорский рыцарь? Фулкурн лишь фыркнул. — Это ничего не меняет. Сейчас никто не может выступить против принца. Он посмотрел на Джулиана и Урухара. «Ты перешёл черту». Фулкурн уже собирался уйти, когда… — Ай! Бегущий по парку мальчик врезался ему в ногу и упал. Фулкурн цокнул языком: по одежде сразу было видно, что ребёнок не дворянин. К нему подбежал мужчина — очевидно, отец, тоже простолюдин. — Простите! Простите! — Именно поэтому нельзя открывать парк для всех. Сопливые дети портят достоинство места. Фулкурн поднял руку, собираясь ударить извинявшегося мужчину. Но руку внезапно перехватили. — Ч-что такое?! Рядом стоял огромный мужчина и крепко держал его за руку. — Господин, это общественный парк. Вы ведь знаете, что здесь нельзя устраивать беспорядки? — Ты хоть понимаешь, с кем разговариваешь? — А вы понимаете, кто я? Гигант указал на табличку. «Временный охранник Центрального парка Императорской столицы». «Фелхор». — И что? Хлоп! Всё произошло мгновенно: будто эти слова задели старую травму, Фелхор молниеносно ударил Фулкурна по щеке. Удар тяжёлой ладони прозвучал как удар дубиной. — Господин! Вы в порядке?! Фелхор тут же тревожно закричал. — Он потерял сознание! Немедленно отнесём его в комнату отдыха и окажем помощь! — Ч-что ты творишь?! Фелхор уже взвалил Фулкурна на спину, когда второй Рыцарь Розы попытался вмешаться. В этот момент незаметно подошедший Захард упёр трость ему в спину. — Кх… — Вы сопровождающий этого господина? Тогда немедленно следуйте за нами! — Ха-ха. Вот какой способ ты придумал. Захард произнёс это с явным недоверием, а затем тихо прошептал рыцарю: — Не хотите умереть — идите. Если прожить подольше, можно увидеть много интересного. Тот осторожно кивнул. +=+=+=+=+= Перевод выполнен командой Дом Некроманта. ---------- Работа из-за кулис (2) — Фелхор! Разве ты не должен охранять третий участок? Что ты здесь делаешь? — У меня перерыв, госпожа! — Тогда ладно! Фелхор знает, что делает! Почему вы так переживаете? — Потому что он мне как сын! При таких габаритах двигается слишком медленно! Фелхор каким-то образом отговорил служащих Центрального парка заходить в комнату отдыха и с облегчением выдохнул. Захард тихо рассмеялся. — Для человека с такой внешностью ты удивительно вежлив. — Умереть захотел? Фелхор закрыл дверь и посмотрел на Захарда. — Мы работаем вместе, поэтому надо проявлять уважение. Она ведь старше меня. — Думаю, я тоже старше тебя. — Не знаю насчёт возраста, но тебя хочется ударить палкой. Захард громко рассмеялся. — И что теперь? Фелхор посмотрел на связанного пленника и помрачнел. — М-м-м! Рядом с Фулкурном лежал второй Рыцарь Розы. Обоим связали руки, ноги и закрыли рты. — Ты поймал их без всякого плана? — Начало — половина дела. В такой работе сначала надо действовать, а думать потом. — В данном случае, возможно, ты прав. Захард усмехнулся. — М-м-м… Пока они разговаривали, мутный взгляд Фулкурна постепенно прояснился. — Кх! Удар тяжёлой руки Фелхора явно запомнился: придя в себя, дворянин сразу посмотрел на него с ужасом. — Не смотри так. Мне больно. По лицу Фелхора этого не скажешь. Захард решил промолчать. — А? Фелхор неожиданно вгляделся в пленника и наконец узнал его. — Да он из Рыцарей Розы. — Рыцарей Розы? — Да. Фелхор кивнул. — Рыцарский орден, созданный дворянами. — Слышал, они только называют себя рыцарями, а на деле это светский клуб ради красивого образа. — Именно. Обычный клуб. Фелхор с неприязнью посмотрел вниз. — Даже когда я служил в Лазурных Львах, эти типы вели себя высокомерно только из-за дворянского происхождения. Вспомнив прошлое, он сжал кулак, будто собирался снова ударить Фулкурна, но остановился. — Ладно. Нужно отпускать старые обиды. Особенно теперь, когда я служу человеку, оставившему шрам на моём глазу. — У тебя была такая история с Джулианом? — Прошлое, которого я уже не помню. Я отказался от мести. Фелхор смущённо почесал нос. — Хотя «отказался» — не совсем верное слово. Просто сейчас, когда вижу господина Джулиана, злость уже не кипит, как раньше. — Почему? — Не мне говорить, но по сравнению с тем временем, когда он был полным отбросом, теперь в нём стало больше человеческого. Захард согласно кивнул. — С этим не поспоришь. — Кто бы мог подумать, что мы однажды согласимся. Фелхор усмехнулся. — Пожалуй, пора позвать Джулиана. *** Что здесь вообще происходит? Когда Захард привёл меня в комнату отдыха Центрального парка, я увидел странную картину. — М-м-м! Двое связанных Рыцарей Розы. Одним из них оказался Фулкурн, занимавший высокое положение в клубе. «Ах». Меня охватило дежавю: что-то подобное уже происходило… Точно. Пинтель однажды устроил почти то же самое. — Господин Захард. Я вопросительно посмотрел на него. Захард покачал головой. — Разве не очевидно? Их подготовил Урухар. — Это правда, господин Урухар? Я повернулся к пришедшему вместе со мной Императорскому рыцарю. Он выглядел не менее растерянным. — Я ничего об этом не знаю. — Вот как? Смешная отговорка. Думает, я не пойму, что он собирается ударить в спину, притворяясь союзником? — Правда! Я понятия не имею, откуда они взялись! Урухар закричал с искренним возмущением. Черта «Цвет Негатива» показывала лишь отрицательные эмоции. Пока он не испытывал страх, проверить правдивость слов было трудно. — Разумеется. Что ещё вы могли бы сказать? И всё же он выглядел искренним. Верить или нет — другой вопрос. Императорские рыцари часто выполняют тайные задания. Обманывать наблюдателя и скрывать эмоции для них должно быть просто. «Неприятный противник». — Здесь замешан Чёрный Рыцарь. Я действительно ничего не знаю. Урухар говорил с отчаянием человека, которого несправедливо обвиняют. — Хм. Я ещё раз посмотрел на него, затем перевёл взгляд на Фелхора. «Почему ты вообще здесь?» Вопрос почти вырвался, но раз уж он оказался рядом, стоило использовать ситуацию. — Развяжите им рты. — Да! Фелхор сорвал повязку с Фулкурна. — Пха-а! Тот шумно втянул воздух и яростно уставился на меня и Урухара. — Урухар, предатель! Что за реакция? После этих слов стало ясно: Урухар не расставлял Рыцарей Розы. — Как ты смеешь тайно расследовать мои дела вместо того, чтобы отплатить за милость принца Эульсиса?! — Тайно расследовать? Фулкурн встретился со мной взглядом. Сначала в нём горела уверенность, но вскоре над головой заколыхался Цвет Страха. — Хм. Теперь сомнений не осталось. Переданные Урухаром документы — план поместья и предполагаемое местонахождение рога — действительно указывали на Фулкурна, иначе он не заговорил бы о расследовании. «Рог хранится в его доме». Однако самому идти туда я не собирался. «А если это ловушка?» Эульсис мог намеренно заманить меня, чтобы Абигейл применила колдовство. «Осторожность ещё никому не вредила». К тому же существовал человек, способный принести рог вместо меня. — Как бы вы ни оказались здесь, теперь, когда я узнал об угрозе, придётся действовать осмотрительнее. Я не понимал истинной причины, по которой Урухар решил сотрудничать. Наверное, его уважение к Чёрному Рыцарю почему-то стало ещё сильнее. — Я не стану принимать сведения господина Урухара. — Что? Я огляделся и тихо заговорил, чтобы слышал только он: — Если я их приму, Чёрному Рыцарю придётся лично взяться за дело. Разве можно передавать ему настолько опасную, непроверенную информацию? Если бы Чёрный Рыцарь был другим человеком, мне было бы всё равно. «Но это я». Кому хочется добровольно лезть в опасность? Особенно в место, где тайно хранят рог Демонического бога и наверняка подготовили защиту. — Это… правда. Урухар задумчиво кивнул. — Тогда пока разойдёмся. Господин Фелхор, заберите Фулкурна и второго рыцаря. Нам ещё нужно с ними поговорить. — Что?! Отпустите меня, вы… М-м-м! Фулкурна снова заткнули. Забрав хозяина поместья с собой, мы расчистили Урухару путь внутрь. Теперь ему предстояло самому сделать выбор. «Покажи свою верность». Чёрному Рыцарю или императорской семье — мне безразлично. «Хотя сомневаюсь, что он действительно пойдёт». *** «Если я приму сведения, Чёрному Рыцарю придётся действовать лично. Разве можно передавать ему настолько опасную, непроверенную информацию?» Урухар и сам понимал: если передать документы, именно Чёрный Рыцарь возьмётся за задание. Его местонахождение никому не известно, а личность скрыта; когда в деле замешаны двор и знать, более подходящего исполнителя не найти. «И я, зная это, попытался вручить ему непроверенные сведения…» Оставшись один на скамье, Урухар сжал бумаги так сильно, что они смялись. «Для смертельно больного Чёрного Рыцаря любая неизвестная опасность может оказаться последней». Раньше такие риски казались естественными — герой постоянно совершал невозможное. Но теперь мысль о близкой смерти прочно засела в голове Урухара. «Значит, это должен сделать я?» На одной чаше весов лежали правила двора, на другой — дело, которое должен был завершить Чёрный Рыцарь. Размышления длились недолго. «Рог Демонического бога». Само его присутствие в столице было кощунством. Урухар уже запятнал себя, невольно помогая скрывать рог, и теперь был обязан исправить ошибку. «Поместье Фулкурна». Там находилось столько демонической энергии, что для сокрытия пришлось незаконно изымать резонансные камни. Рог почти наверняка был внутри, а если Эульсис собирался воскресить Демонического бога или устроить нечто ещё хуже, он становился угрозой Империи. «Чёрный Рыцарь понял это раньше всех и уже начал действовать». Прежде Урухар тоже замечал несправедливость, но ни разу не сделал шага. Он был подобен людям, которые молча снимают с себя ответственность, говоря, что тёмные дела двора тянутся из прошлого. Но Чёрный Рыцарь пробудил в нём решимость. «До сих пор я всегда оставлял всё ему». Пока Урухар приводил мысли в порядок, город накрыла ночь. Фонари мерцали, вокруг света кружились насекомые, а шум улиц постепенно стихал. Урухар натянул капюшон и поднялся. «Раз уж решил помогать — помогай по-настоящему». С этой мыслью он направился к поместью Фулкурна. +=+=+=+=+= Перевод выполнен командой Дом Некроманта. ---------- Работа из-за кулис (3) Прибыв к дому Фулкурна, Урухар осмотрел окрестности. Он ещё не видел рог Демонического бога своими глазами, но само поместье источало мрачную, зловещую атмосферу. Урухар глубже натянул капюшон. «Хм…» Он решил помочь Чёрному Рыцарю и прославить его, однако напряжение никуда не исчезло. Прежнее нападение на повозку никак не затрагивало императорскую семью. Сейчас же Урухар собирался тайно проникнуть в дом дворянина, причём человека, тесно связанного с четвёртым принцем Эульсисом. «Если меня узнают или о случившемся станет известно…» Последствия окажутся огромными. Императорский рыцарь выступил против принца и нарушил приказ Эульсиса, который сейчас находился ближе всех к потерявшему сознание императору. В худшем случае Урухар мог лишиться жизни. «И всё же я пойду». Ради имени Чёрного Рыцаря. Чтобы до его смерти в мире остался хотя бы небольшой след того, что такой человек существовал. Укрепив решимость, Урухар перелез через стену. Капюшон скрывал лицо во тьме, а сам Урухар двигался настолько осторожно, что даже одежда не шелестела: он прекрасно понимал, что нарушает все правила. «Судя по чертежам, где-то здесь должно быть пустое помещение». Точнее, не пустое помещение, а участок, неверно обозначенный на плане. Вероятно, Фулкурн привлёк нескольких архитекторов, чтобы никто из них не знал всей тайны, но Урухар всё равно нашёл несоответствие. «Фух». Он глубоко выдохнул, и в холодном воздухе появилось белое облачко. «Раз решился…» Нужно закончить быстро. Выяснить тайну поместья, определить местонахождение рога и передать результат Чёрному Рыцарю. «Вот и всё». Урухар проник внутрь. *** Наблюдая, как он топчется возле поместья, я подумал: «Не войдёт». Почти не сомневался. Императорский рыцарь не станет без разрешения вламываться в дом дворянина. «Без прямого приказа императорской семьи они и пальцем не пошевелят». Такова их природа. Существовали свободолюбивые безумцы вроде Кикубада, но большинство строго следовало правилам. Я пришёл сюда лишь на всякий случай. «Не стоит поднимать шум и навлекать неприятности на себя». Во всей столице найдётся немного людей, желающих заполучить рог Демонического бога. А тех, кто осмелится выкрасть его у Эульсиса, ещё меньше. «Я предпочитаю действовать как можно осторожнее. Бой — лишь крайняя мера». Урухар всё колебался и явно не собирался пересекать черту. Но затем… «Этот безумец». Он натянул капюшон, закрывая лицо. «Опять собирается изображать Чёрного Рыцаря?» По движениям было видно: решение принято. Урухар собирался подтвердить присутствие рога, забрать его и доставить Чёрному Рыцарю. «Не думал, что он действительно пойдёт». К счастью, сердце не заколотилось так сильно, как могло бы. В конце концов, я явился именно потому, что предвидел подобное развитие событий. «Теперь главное — не попасться». *** Найти тайное помещение, отсутствующее на чертеже, оказалось несложно. Осмотрев внешнюю стену, Урухар осторожно открыл окно и забрался внутрь. Присутствия людей не чувствовалось: Фулкурн находился у Джулиана, и, возможно, слугам незачем было оставаться здесь. «Или…» Само поместье служило декорацией и существовало лишь ради сокрытия рога. Обстановка действительно выглядела пустой: не дом, в котором живут, а место, нарочно обставленное под дом. «Зловеще». Плохое предчувствие усилилось, но Урухар двинулся вглубь. По чертежам скрытая комната находилась под землёй. «Я не раз сталкивался с подобными сооружениями». Тайные задания имперских рыцарей почти всегда касались тёмной стороны дворца. Искать скрытые проходы Урухар умел превосходно. Скрип. Он отодвинул висевшую на стене картину. Внутри сработал механизм, часть стены сдвинулась и открыла лестницу вниз. Урухар без колебаний начал спускаться. — Хм? Внизу находилось мрачное помещение, похожее на тюрьму. По периметру громоздились резонансные камни, образуя настоящий барьер. «Так и есть». В центре лежал огромный рог, явно принадлежавший Демоническому богу. Один из четырёх. В отличие от экземпляра, исследованного Флюгелем, демоническая энергия этого рога была активирована. По поверхности стекала густая фиолетовая жижа, которую сдерживал барьер из резонансных камней. «Вот зачем потребовалось столько». Энергия была настолько чудовищной, что даже Абигейл не могла подавить её в одиночку и вынужденно забирала камни из Магической башни. «Что они собираются делать с рогом?» Как ни рассуждай, для нормальной цели активированная реликвия не годилась. Чёрный Рыцарь говорил правду: рог собирались использовать либо для воскрешения Демонического бога, либо для ещё более зловещего дела. — Проклятые ублюдки. Урухар выругался. Для человека, которому даже дурные мысли давались тяжело, выругаться вслух было непривычно. «Ради чего я вообще…» Служил императорской семье? Если оглянуться, никто при дворе не действовал ради подданных. Они прикрывали жадность словами о патриотизме — такие же отбросы, как Фулкурн, хозяин этого дома. И сам Урухар до сих пор ничем от них не отличался. «Но теперь понял». После падения императора и захвата власти Эульсисом этот двор перестал быть местом, которому он мог служить. Отныне его меч будет направлен… — Цок. Нехорошее место ты нашёл. Урухар вздрогнул. Он отвлёкся всего на миг, а человек за спиной успел приблизиться совершенно бесшумно. Урухар выхватил меч и развернулся. Вонз! — Кх…! Однако клинок противника уже пробил правое плечо. Боль взорвалась, словно вулкан: враг вогнал клинок глубже и вывернул его, лишая Урухара возможности замахнуться. «Он не обычный человек». Стиснув зубы, Урухар подбросил свой меч, поймал обратным хватом, рывком освободил плечо от чужого клинка и атаковал. Но рассёк лишь воздух. Противник заранее отступил. — Вытащить меч из собственного плеча ради контратаки… Для человека, скрывающего лицо, приём довольно жёсткий. Урухар узнал голос и лицо. Они состояли в одном подразделении, забыть этого человека было невозможно. — Кикубад. Старейший Императорский рыцарь. И Святой Меч предыдущего поколения. Седые волосы упали ему на лицо. Старик медленно зачёс их назад. — О, ты меня узнал? Неожиданно. В наши дни мало кто помнит моё лицо. Урухар ещё сильнее натянул капюшон. Само присутствие Кикубада доказывало: рог действительно хранился по воле Эульсиса, которому старик больше не собирался присягать. «Это конец?» Плечо горело. Даже без ранения Урухар не был уверен, что победит Кикубада. После смерти Хейдена Райха… Нет, возможно, даже при его жизни старик оставался величайшим мечником, которого породила Империя. «Нужно сдаться». Кикубад перекрыл единственный выход, и шанса выбраться не было. Как бы Урухар ни ненавидел мысль о капитуляции перед нынешним двором, жизнь оставалась важнее. Он уже собирался снять капюшон, когда старик произнёс: — Так ты и есть тот самый Чёрный Рыцарь? Урухар замер. Если сейчас открыть лицо, все решат, что Чёрный Рыцарь — Императорский рыцарь Урухар. «И это ещё не всё». По столице разойдётся история, как герой, выступавший против преступлений двора, сдался при первой угрозе собственной жизни. «Даже если я стану отрицать…» Никто не поверит. «Блять». Урухар снова оценил положение. Всё началось с простого восхищения: он увидел благородный идеал и потянулся к нему. Но следовать идеалу ещё не означало самому ему соответствовать. Готов ли он поставить жизнь на кон, чтобы не запятнать имя Чёрного Рыцаря? Уберечь образ своего кумира от позора? Урухар подумал ещё раз. «Более чем готов». Внутри поднялся необычный восторг — радость, которую невозможно описать словами. Он крепче сжал рукоять и посмотрел на Кикубада. Ради чего Урухар жил до сих пор? Ответ на этот вопрос должен был прозвучать здесь. +=+=+=+=+= Перевод выполнен командой Дом Некроманта. ---------- За колонной ещё есть место (1) — Хм… Что он там делает? Я ждал возле поместья Фулкурна, но Урухар всё не появлялся. «Что-то случилось?» Внутри не чувствовалось присутствия людей. Конечно, я находился за стеной и не мог точно понять, что происходило в доме. «Для простой проверки рога он задержался слишком надолго». Я и не ожидал, что Урухар принесёт рог Демонического бога. Хотел лишь, чтобы он собственными глазами подтвердил местонахождение, а затем обратился к Чёрному Рыцарю. «После этого можно отправить Рыцарей Клина». Таков был план. «Почему он не выходит?» Топ-топ-топ. Беспокойство росло, и я начал ходить из стороны в сторону. «Цок». В конце концов я разбудил Анжелику. — Гр-р. В голосе демона звучало недовольство, словно её вырвали из сна. «Хозяин трудится, а ты спишь?» Я мысленно пошутил и раскрыл ладонь. Анжелика послушно растеклась по лицу, образуя маску Чёрного Рыцаря. Надев её, я перепрыгнул стену и вошёл в поместье. «Хм…» Внутри царила странная атмосфера — холодная и совершенно нежилая. Казалось, здесь никто никогда не жил, хотя мебель расставили так, чтобы создать обратное впечатление. «Ловушка?» Вряд ли. Скорее место подготовили специально для сокрытия рога Демонического бога. «Под землёй?» На чертежах Урухара значился подвал. Его не обозначили напрямую, но несущие колонны выдавали скрытое помещение. «Для начала всё проверю». Прежде чем искать путь вниз, я выпустил Анжелику осмотреть дом и собрать всё полезное. Поиск при помощи маны мог выдать моё присутствие Урухару или кому-то ещё. «Хорошо». Пока Анжелика ползала по комнатам, я начал осмотр. Вскоре нашлась лестница вниз — вероятно, Урухар прошёл здесь. «Это единственный вход?» Если противник перекроет лестницу, выбраться из подвала не получится. «Страшновато». Перед неизвестной опасностью любой становится осторожным. «А если Урухар вовсе не собирался сотрудничать?» Стоит спуститься — и всё закончится. «Может…» Лучше развернуться и уйти? *** Урухар сильнее натянул капюшон и посмотрел на стоявшего впереди мужчину. Несмотря на густые белые волосы, телосложением старик мог соперничать с молодыми рыцарями. Сильный противник. Нет, мечник, несомненно превосходивший Урухара. Каждый нерв кричал, что положение безнадёжно, однако он лишь крепче сжал рукоять. — Рана на плече глубокая. Нет ничего позорного в отступлении из невыгодной ситуации. Кикубад мельком посмотрел на единственный выход из комнаты, где хранился рог. — Правда, уйти я тебе всё равно не позволю. Он взмахнул мечом, стряхивая кровь с клинка. — Не зря вас считают человеком немногословным. Кикубад приготовился атаковать. Урухар успокоил бешено колотившееся сердце. «Идёт». Старик рванул вперёд. Он двигался не ослепительно быстро, как молния, а плавно, словно текущая вода, и именно это застало Урухара врасплох. Мгновение — и Кикубад уже оказался рядом. Лязг! Подавив боль в плече, Урухар едва успел защититься. От столкновения клинков посыпались искры, на миг осветив подземелье и улыбающееся лицо старика. — Ты среагировал. А я был уверен в этом ударе. Хотя оба состояли в имперских рыцарях, совместных заданий у них почти не было. Но даже нескольких встреч хватило, чтобы запомнить необычную работу ног Кикубада. — Похоже, ты меня знаешь. Тогда… Каждый его шаг — вперёд или назад — казался частью таинственного искусства. Старик прилипал к противнику, как блуждающий ветер. Вонз! «Кх…!» Острая боль пронзила колено. Короткий одноручный меч Кикубада уже сидел в нём. — Кажется, знаешь очень хорошо. Старик зловеще рассмеялся. Урухар, стиснув зубы, взмахнул мечом снизу слева вверх направо, пытаясь отогнать его. Кикубад предвидел движение и легко остановил удар перекрёстной гардой двуручного меча. Шурх! С бока Урухара брызнула кровь. «Что это?!» Клинок не касался тела, но на коже появлялись порезы. Ошеломлённый Урухар всмотрелся в противника и заметил ману, текущую по его телу. «Аура?» По движению энергии сомнений не оставалось. «Блять». Урухар ничего не знал об ауре Кикубада. Даже членам одного подразделения запрещалось раскрывать друг другу способности: императорская семья установила это правило, чтобы при необходимости одного Императорского рыцаря могли устранить другие. «Но Кикубад знает мои возможности». Именно он проводил вступительное испытание Урухара. Одно было ясно. «Он режет, не касаясь?» Расстояние превышало длину клинка, значит, аура каким-то образом расширяла область удара. Урухар попытался уловить подсказку в остаточном потоке маны, но старик не дал времени. — Кх! — Первые слова немного меня разочаровали. Кикубад шагнул вперёд и снова сократил дистанцию. Положение было хуже некуда: помимо ран, Урухар не мог использовать собственную ауру. Кикубад наверняка помнил её свойства по испытанию и мгновенно раскрыл бы личность «Чёрного Рыцаря». «Блять!» Жизнь. Имя Чёрного Рыцаря. Пока Урухар решал, что важнее, меч снова приблизился. Он едва отступил. Шурх! Одежда на груди разорвалась, в воздух полетела кровь. Кикубад не прекращал преследование, и ещё один невидимый удар рассёк ноги. «Что вообще происходит?!» Вонз! Запаниковав из-за неизвестной ауры, Урухар попытался увеличить расстояние, но Кикубад воспользовался движением и снова всадил короткий меч в правое плечо. На этот раз тело почти не дёрнулось от боли — плохой знак. Конечности тяжелели, ноги подкашивались, правая рука с мечом неконтролируемо дрожала. Кикубад вытащил клинок, ударом ноги повалил его, и, лёжа на полу, Урухар неожиданно ощутил облегчение. — Ты понял, что я использую ауру, но сам свою так и не показал. Зачем он вообще пришёл сюда? Чтобы подтвердить местонахождение рога и узнать, действительно ли императорская семья готовит с его помощью чудовищный заговор. «Бессмысленная смерть». Оглянувшись на собственный путь, Урухар усмехнулся. В итоге он не оставит ни одного доказательства и ничего не добьётся. От собственного бессилия вырвался пустой смех. — Я надеялся хоть развлечься, а Чёрный Рыцарь оказался бесполезным мусором. Сквозь стыд до Урухара донеслось оскорбление. — О, даже с такими ранами сумел подняться? Он пришёл в себя уже стоя. Когда успел? Сознание провалилось, и тело двигалось само; в голове оставалась одна мысль. «Не позволяй пачкать имя Чёрного Рыцаря». Урухар начал вытягивать ману из даньтяня. Даже аура не перевернёт настолько безнадёжный бой. Значит… — Собираешься взорвать мановую жилу в даньтяне? Кикубад прочитал намерение. — В замкнутом помещении это вызовет огромный взрыв. Улыбка исчезла с его лица. — А если разрушатся резонансные камни вокруг рога, высвободившаяся демоническая энергия усилит взрыв. Ты точно умрёшь. Урухар продолжал наполнять жилу маной. Он знал: стоит разогнать ману аурой и отпустить контроль — подвал будет уничтожен. — Надеешься на настолько бесполезную смерть? Бесполезную? Напротив, у его смерти появится причина. «Взорвать тело и скрыть личность Чёрного Рыцаря». Одновременно уничтожить рог Демонического бога. Другого пути нет. Грохот! В этот момент потолок начал рушиться. Обломки посыпались вниз, и Кикубад был вынужден отступить. Что происходит? Урухар поднял голову: сверху падала чёрная фигура. Она врезалась в него и отбросила в сторону. — Кх! Урухар рухнул на задницу. Среди дождя из камня и дерева он поднял взгляд. Мана распирала жилу, из ран текла кровь, но он не замечал ничего, кроме человека, спустившегося с потолка. — Чёрный Рыцарь… Имя вырвалось как во сне. Чёрный Рыцарь молчал и смотрел вперёд. — О-хо. Его взгляд был направлен на Кикубада. Он инстинктивно понял: перед ним мечник уровня Святого Меча. — Два Чёрных Рыцаря? Для мифических существ многовато. Кикубад усмехнулся и снова принял стойку. — Зато если оба умрут, никто не заметит разницы. +=+=+=+=+= Перевод выполнен командой Дом Некроманта. ---------- За колонной ещё есть место (2) Чёрный Рыцарь стремительно спустился через небольшую дыру в потолке и сразу привлёк внимание обоих: Императорского рыцаря Кикубада и Урухара, который, будучи таким же Императорским рыцарем, тоже изображал Чёрного Рыцаря. «Чёрный Рыцарь…» Глядя на настоящего героя, Урухар испытывал смешанные чувства. Он ощущал странную близость, но стыд перевешивал всё: он вспомнил, как запрыгнул в повозку и самозванно назвался Чёрным Рыцарем. Теперь это случилось уже во второй раз, и на фоне нынешнего унижения раны казались мелочью. «Второй Чёрный Рыцарь». Кикубад перестал улыбаться. «Я уже встречал подражателей». Жители столицы любили Чёрного Рыцаря почти как объект поклонения, и за последние месяцы Кикубад видел немало глупцов, которые пытались присвоить себе его имя. Но первый человек в капюшоне отличался от обычных самозванцев, поэтому старик на миг решил, что тот настоящий. «А теперь появился второй». Возможно, оба были подделками. Однако от нового Чёрного Рыцаря исходило настолько сильное присутствие, что сомневаться становилось трудно. «Хех». На лице Кикубада появилась улыбка. «Какая разница, кто настоящий?» Он поправил стойку и погладил рукоять. «Просто убью обоих». Ситуация даже радовала его. За долгую жизнь на пути меча редко встречались противники, способные разжечь настоящий азарт, а приказы императорской семьи и повседневные дела почти не оставляли возможностей для смертельных поединков. «Надеюсь, будет хоть немного интересно». Кикубад сосредоточился на новом противнике. По сравнению с Урухаром, которого он легко подавил, осанка этого человека и жуткая маска заставляли даже старого мечника отнестись к бою серьёзно. *** Приземление выглядело образцово. Кто-то мог бы назвать моё появление идеальным вступлением, но, если честно, я вообще не собирался сюда падать. «Блять!» Ругательство вырвалось само. Изначально я отправил Анжелику обследовать дом, и она выяснила, что здесь никто не жил: поместье построили с единственной целью — спрятать предмет. Кроме того, ради пустого помещения убрали несколько колонн, и пол с трудом выдерживал вес верхних этажей. «Я всё это узнал. Проблема в том, как именно». Я приказал Анжелике тщательно всё проверить и не уточнил, что разрушать здание не нужно. Она начала ломать стены, мебель и колонны; пол не выдержал, поэтому я и оказался внизу. «Кикубад». Сейчас важнее было собраться. Я глубоко вдохнул и посмотрел на старика. Белые волосы сразу выдавали возраст, но он всё ещё возглавлял Императорских рыцарей. Это напомнило известную мысль: «Если видишь старика среди воинов, помни — он выжил там, где другие умерли». Убийственное намерение Кикубада кололо кожу — не дикое и бесконтрольное, как у многих врагов. Опытные мастера управляли им так же свободно, как мечом. Нечто похожее я ощущал при встрече со Святым Мечом в Святом Королевстве. «Цок». Воспоминание оставило горечь. — Чёрный Рыцарь… Как вы сюда попали? Урухар в капюшоне заговорил за спиной. Он был весь в крови, но ещё держался и осторожно поднялся. — Сначала займитесь ранами. После выхода отсюда я помогать не намерен. — Я могу идти. Нет, могу сражаться. Он с трудом встал и крепче сжал меч. — Почему я здесь, объясню потом. Сначала разберёмся с Кикубадом. — Хорошо. — Что вы там шепчете? Старик чувствует себя одиноко. Может, примете меня в разговор? Кикубад вмешался без приглашения. — Простите, но между нами слишком большая разница поколений. Будь у вас чувство такта, отошли бы в сторону. — Хех. Вот как? Провокацию он пропустил мимо ушей. Я вытащил меч, и тело само напряглось, готовое в любую секунду сорваться в бой. Не зря: Кикубад оттолкнулся от пола и бросился прямо на меня. «Та самая работа ног?» Я слышал о ней только из описаний. Увиденное вживую казалось нереальным, но паниковать было поздно. Меч старика скользнул к шее, словно змея. Клинок пришёл справа; я отпрыгнул, а Кикубад мгновенно выхватил из одежды короткий меч. Я парировал ещё до приземления, но основной клинок уже целился в бок. Лязг! Едва отбив удар, я увидел, как Кикубад использовал отдачу, развернулся и снова атаковал. Последовал обмен ударами: клинки сталкивались снова и снова, искры разлетались по комнате, но ни один из нас не получал преимущества. В конце концов удар ногой отбросил меня назад. — Чёрный Рыцарь, вы ранены? Урухар тревожно спросил. — Нет. Увидев, что на теле нет порезов, он удивился. — Ты… Кикубад тоже заметил неладное. Его короткий меч повредился во время обмена, и старик отбросил его. — Похоже, ты знаешь мою ауру. Клинок со звоном упал на камень. Кикубад смотрел недовольно, а на лице Урухара появилось недоумение. «Как мне не знать?» Обманчивый клинок. Аура Кикубада удлиняла меч при помощи маны, но продолжение лезвия оставалось невидимым. Даже знающие о способности часто не могли правильно оценить дистанцию и погибали. «Способ противодействия прост». Не позволять клинку диктовать ход боя. «Легче сказать, чем сделать». Даже зная принцип, сражаться было крайне трудно. Избегать невидимого кончика означало постоянно ограничивать собственные движения. «Цок. И ауру использовать нельзя». Анжелика скрывала Лунный Меч под чёрной оболочкой. Если активировать Лунный Меч, личность может раскрыться, но без него против ауры Кикубада оставалось мало возможностей. — Я помогу. Переведя дыхание, Урухар шагнул вперёд. — Двое на одного. Кикубад заметил движение. — Я начинаю по-настоящему волноваться. Он снова рванул. Я принял основной удар, а Урухар атаковал сбоку. — Хм! Кикубад отступил. Урухар попытался преследовать, но старик легко увеличил дистанцию. «Блять». Работа ног, усиленная Обманчивым клинком, позволяла ему двигаться на шаг дальше обычного мечника. — Ха-а-а! Урухар снова бросился следом. — Кх! До того как удар достиг цели, из одежды Кикубада вылетел скрытый кинжал и пронзил бок Урухара. Но теперь появилась брешь. Я сократил расстояние: Урухар выиграл достаточно времени, чтобы я догнал старика. — А?! Кикубад взмахнул правой рукой. Я пригнулся, скользнул под ней и ударил снизу вверх. Вертикальный удар заставил его поспешно вытащить кинжал, которым он только что ранил Урухара. Лязг! Кинжал задержал клинок и дал Кикубаду время уклониться. Но от столкновения оружие разлетелось, и осколки впились ему в лицо. — Хм… По лбу и носу потекла кровь. — Интересно. В Кикубаде всё сильнее разгорался боевой азарт. — Давно не встречал достойного противника для смертельного поединка. Он отбросил обломок рукояти и распахнул одежду. Внутри висело бесчисленное множество коротких клинков. «Безумец». Ему не тяжело всё это носить? — После смерти Святого Меча ты первый, кто разжёг во мне боевой азарт. Развлеки старика ещё немного. — Безумец. — Что? На этот раз оскорбление, которое я хотел оставить при себе, прозвучало вслух. — Забавно смотреть, как старый дурак теряет голову от редкого возбуждения. — Хм. Кикубад слегка опустил меч. — Странно. Я думал, ты похож на меня. Не на этого парня. Он мельком посмотрел на Урухара и снова сосредоточился на мне. — Простите, но я ещё не одряхлел настолько, как вы. Очередная мелкая провокация на этот раз попала в цель. Кикубад резко вдохнул. — Как бы то ни было, хочешь получить рог — сначала победи меня. Он указал на рог и улыбнулся. Действительно, чтобы забрать его, пришлось бы устранить Кикубада: реликвию окружали резонансные камни, и извлечь её быстро было невозможно. Старик не стал бы спокойно ждать. — А забирать его и не нужно. Главное — не дать четырём рогам соединиться во время ритуала полного солнечного затмения. — Что? Грохот! Сверху донёсся оглушительный треск. Похоже, Анжелика закончила работу. — Что ты устроил наверху? Я схватил раненого Урухара и начал оттаскивать. — Создавая тайник, строители слишком торопились. Речь шла о самом поместье. — Знаете выражение: «За колонной ещё есть место»? Кикубад покачал головой. — Оно означает… Я остановился под дырой, через которую упал. — Что здание скоро рухнет. Грохот! В этот момент комната начала обваливаться. +=+=+=+=+= Перевод выполнен командой Дом Некроманта. ---------- За колонной ещё есть место (3) Гр-р-р-р-р! Над головой непрерывно гремело, словно разразилась гроза. Сквозь боль в сознании Урухара промелькнула мрачная догадка. «Здание рушится». Из-за ран и кровопотери ноги почти не слушались. Сил для побега ещё хватило бы, если бы ничто не мешало. — Хм. Кикубад тихо вздохнул. Он явно не собирался уходить. Скорее рассматривал возможность умереть вместе с ними. — Кхе… Урухар выплюнул тёплую кровь. Металлический вкус вызвал тошноту. — Не умирайте. От боли и нахлынувших чувств он почти терял сознание, но внезапный голос вернул его в реальность. — Если умрёте, мне будет хлопотно. Услышав слова Чёрного Рыцаря, Урухар ответил не раздумывая: — Н-не переживайте. Умереть сейчас было бы совсем некрасиво. Он едва соображал, но всё же выдавил ответ. Чёрный Рыцарь тихо рассмеялся. — Самокритичности вам не занимать. — П-потолок. — Хм? — Поместье… Оно рушится из-за вас? Чёрный Рыцарь покачал головой. — Не моих рук дело. Хотя отрицал, говорил он так, будто прекрасно знал о будущем обвале. — Но приказ действительно отдал я. «Значит, всё-таки ваших рук дело». Урухар едва не сказал это вслух, но сдержался. — Держитесь. Чёрный Рыцарь протянул руку. Они стояли прямо под разорванным потолком. Он специально притащил Урухара сюда и теперь внезапно просил схватиться. — Кх… Снова поддавшись необъяснимому доверию к нему, Урухар взял протянутую руку. — Осторожнее. Можете прикусить язык. — Что? О чём вы… Хлюп. По ладони разлилось странное ощущение. И в тот же миг… Вжух! — А-а-а-а-а! Мир перед глазами изменился. Тесное подземелье из кирпича и дерева исчезло, сменившись чёрными облаками и луной. — У-у-о-о-о-у?! От удивления Урухар издал почти звериный звук. В полубессознательном состоянии ему даже показалось, что изо рта потекла слюна. «Что это вообще такое?!» Ниже осталась пробитая крыша. Подняв взгляд, Урухар увидел нечто угольно-чёрное, подбросившее его в небо: существо из сгустившихся теней, покрытое бесчисленными глазами. Демон? Вопрос промелькнул и исчез. Сейчас важнее было понять другое. «Как приземляться?!» Тело было изранено, мановая жила повреждена. Падение с такой высоты в лучшем случае оставит его калекой. Представив худшее, Урухар пришёл к единственному выводу. «Чёрный Рыцарь не стал бы бросать меня без плана». Ветер бил в лицо с невероятной силой. Урухар закрыл глаза: короткая потеря сознания хотя бы позволит успокоить мысли. *** — Сильный удар. Кикубад невозмутимо оглядел рушившееся помещение. — Из-за рога я не мог почувствовать происходящее снаружи. Подумать только… Он усмехнулся и посмотрел в дыру, через которую Анжелика унесла Урухара. Сверху непрерывно доносился треск дерева и камня, и я прекрасно знал, кто устраивал разрушение. «Помещение и без того с трудом держало вес. Стоило Анжелике снести колонны — обвал стал неизбежен». Именно это пришло в голову ещё до падения сюда: если спускаться опасно, можно просто похоронить поместье вместе с рогом. Хотя в итоге я всё-таки спустился. — Безумец, который выращивает демона. Кикубад с первого взгляда понял, чем является Анжелика. С такой внешностью трудно было бы не узнать. — Ещё безумнее те, кто собирается воскресить Демонического бога и уничтожить Империю. Я с презрением упомянул Эульсиса. Кикубад помрачнел, но не из-за оскорбления императорской крови. — Хм. Верно. К моему удивлению, он согласился. Значит, старик сотрудничал с Эульсисом, прекрасно зная его цель. — Маменькин сынок. Сколько ему лет, а всё не может выбраться из материнских объятий. Он не просто соглашался, а открыто поносил собственного господина. Что за чёрт? Я знал, что Кикубад служит не из верности императорской семье, но не ожидал такой неприязни. — Мстить за мёртвую мать? Мужчине следует стремиться к чему-то большему, а не тонуть в настолько жалкой мечте. Чем больше он говорил об Эульсисе, тем сильнее проявлялись эмоции. — А вот стремление Хейдена Райха было иным. Неожиданное имя заставило меня насторожиться. — Лезть во всякую грязь ради сокращения разрыва между сословиями. Мягкосердечная глупость. Оценка Святого Меча звучала почти так же презрительно, как слова об Эульсисе, но в голосе Кикубада присутствовала ностальгия. — Мечта безумная, однако решимость воплотить её заслуживала уважения. — Вы только что назвали цель Эульсиса узкой и безумной. — Это другое. Кикубад рассмеялся. — Эульсис живёт мечтой мёртвой матери. Хейден следовал собственной. Вот различие. Удивительно тонкий критерий. — Тогда зачем служите Эульсису? Я хотел получить прямой ответ, но сверху донёсся ещё более громкий треск. — Времени мало. В любом случае история человека, которого сейчас похоронит поместье, меня не особенно интересовала. — Вы не собираетесь бежать? Кикубад пожал плечами. — Мне неприятно, но приказано охранять это место. Поэтому я не уйду. Похоже, он намеревался защищать тайник до конца, а затем как-то выбраться вместе с рогом. После всех ругательств в адрес Эульсиса такая преданность оставалась непонятной. Щёлк! Я протянул руку к потолку. Анжелика спустилась и прикрепилась к ладони так же, как прежде при спасении Урухара. — В следующий раз поговорим наверху, а не в этой мерзкой яме. Цок-цок. Пока Анжелика вытаскивала меня из рушащегося дома, снизу донёсся голос Кикубада. В следующий раз? Обычный человек отсюда бы не выбрался. «Цок». Но этот ублюдок и правда выглядел так, будто способен выбраться. *** — Ха! Урухар очнулся. Перед потерей сознания он летел в небо, а теперь сидел на траве, прислонившись спиной к дереву. — Кх… Стоило прийти в себя, как тело захлестнула боль. Голова кружилась, рот наполнил резкий металлический вкус. — Он спас меня…? Урухар остался жив благодаря Чёрному Рыцарю. Значит, странный бросок в воздух действительно имел смысл. «Но как?» Как он так быстро разрушил поместье и полностью проломил крышу, создав удобный путь для побега? Императорский рыцарь тоже мог снести здание, но каким образом Чёрный Рыцарь устроил это, находясь глубоко под землёй? — Кх. Пока Урухар пытался разобраться, его накрыло унижение. То, что он изображал Чёрного Рыцаря перед настоящим героем, ещё можно было пережить — стыдно, но терпимо. Куда хуже было другое. «Чёрный Рыцарь спас меня». Смертельно больной человек потратил на него драгоценное время, хотя у Чёрного Рыцаря наверняка оставалось множество дел: найти рога, остановить воскресение Демонического бога, защитить Империю и весь континент. А Урухар вынудил его отвлечься. — Простите… Грудь заболела сильнее, чем раны. — Простите меня, Чёрный Рыцарь! — Что за глупости вы несёте? — А-а-а! Урухар вздрогнул от внезапного голоса и тут же застонал от усилившейся боли. — А-ай… Чёрный Рыцарь?! Я думал, вы ушли. — Нужно было закончить одно дело. Чёрный Рыцарь посмотрел на руины поместья. Рог Демонического бога оказался погребён под обломками, Кикубада, вероятно, тоже раздавило. Хотя мимолётная мысль о том, что старик выживет, всё же оставалась. — И извиняться не за что. Чёрный Рыцарь продолжил, будто слышал прежние слова: — Я тоже не ожидал встретить там Кикубада. Он говорил настолько спокойно, что Урухар невольно засомневался: неужели этот человек действительно смертельно болен? Может, он всё неправильно понял? Не замечая его мыслей, Джулиан отвернулся от развалин и осмотрел дорогу назад. «Остаётся два рога». Один находился у него, ещё один был погребён под домом. Значит, у Эульсиса осталось два. Но тревога не уходила: полное солнечное затмение приближалось, и Эульсис не станет сидеть сложа руки. «Нужно остановить его силы и забрать как можно больше рогов». Ошибаться нельзя. До затмения оставалось слишком мало времени, а подготовка ещё не закончена. — Времени почти нет. Джулиан задумался и невольно произнёс это вслух. — Даже идеальный план может дать сбой. Я хочу закончить всё до того, как срок истечёт. Он считал, что Урухар понимает: решающим моментом станет затмение, а до ритуала осталось недолго. — Шмыг… Джулиан удивлённо повернулся. Урухар вдруг начал подавлять рыдания. «Почему он плачет?» Неужели раны настолько болят? Похоже, даже Императорские рыцари иногда ведут себя как дети. +=+=+=+=+= Перевод выполнен командой Дом Некроманта. ---------- Где остальные? (1) Эмоции захлестнули Урухара. Он хотел увидеть финал, пока у Чёрного Рыцаря ещё оставалось время. Недавний ответ героя фактически прозвучал как признание в смертельной болезни, и внутри поднялась настоящая буря. — Чёрный Рыцарь… С трудом справляясь с болью и нахлынувшими чувствами, Урухар заговорил. Он так проникся несгибаемой решимостью стоявшего перед ним человека, что даже не подумал вытереть слёзы. — Можно задать вам один вопрос? — Если смогу ответить — отвечу. — Сколько вам лет? Прежде Урухар никогда не интересовался возрастом Чёрного Рыцаря. Молод он или старше, чем кажется, — какая разница? Этот человек всё равно сумел всколыхнуть его сердце. Благородные идеалы не нуждались в подробностях биографии. Пытаться взвешивать их ценность по возрасту или происхождению казалось ему неправильным. Но мысль о том, что внезапно появившийся столичный герой смертельно болен, всё изменила. Поэтому он и спросил, даже если ответ мог повлиять на его восприятие героя. — Зачем вам это? — недовольно спросил Чёрный Рыцарь. — Пытаетесь выяснить мою личность? Урухар вздрогнул. Сам он ничего подобного не замышлял, но после этих слов понял, что вопрос и правда мог прозвучать подозрительно. — Нет, я… Ай! Он хотел махнуть рукой, однако рана, нанесённая Кикубадом, резко отозвалась болью. Пока Урухар прижимал ладонь к боку и тихо стонал, Чёрный Рыцарь холодно произнёс: — Если смогу ответить — отвечу. Если нет — не стану. Его позиция была предельно ясна. Он не собирался произносить ничего, что могло бы поставить его под угрозу. «Кто он на самом деле». Урухар и не хотел этого выяснять. Его интересовал только возраст человека, которого он считал смертельно больным. Но отказ отвечать тронул его ещё сильнее. Словно Чёрный Рыцарь говорил: пусть время сметёт меня, как бурный поток, — неважно, останусь ли я в чьей-то памяти. — На этом закончим. Чёрный Рыцарь приготовился уходить. Бросив короткий взгляд на развалины поместья Фулкурна, он сделал первый шаг прочь. — Урухар фон Эйнер. Урухар, опираясь на дерево, с трудом поднялся. Чёрный Рыцарь вопросительно наклонил голову. — Моё имя и род. В ответ тот лишь молча смотрел на него. — Мы так и не представились друг другу, вот я и решил сказать. Не придавайте этому особого значения. — Возможно, это прозвучит невежливо, но своего имени я называть не намерен. — Не нужно. Урухар вытер кровь с губ. — Я просто захотел представиться. Вот и всё. Странный человек. Наверняка именно так подумал Чёрный Рыцарь, но Урухара это не волновало. — В следующий раз меня не одолеют так позорно. Из-за противника я не мог воспользоваться аурой. — Ваше оправдание делает поражение ещё жалче. — Я не оправдываюсь. Примени я ауру, всё не закончилось бы настолько унизительно. Поэтому… используйте меня ещё раз. — Даже не смешно. В голосе Чёрного Рыцаря прозвучало искреннее недоумение, словно он никак не мог понять стоявшего перед ним Урухара. Однако герой лишь равнодушно пожал плечами. — Хотите быть полезным — найдите Джулиана. Он скажет, что делать. После этих холодных, отсекающих дальнейший разговор слов Чёрный Рыцарь исчез. Джулиан. Урухар решил последовать указанию, хотя ему по-прежнему было неприятно слышать от Чёрного Рыцаря имя ненавистного бывшего однокурсника. *** Лазлот не мог узнать обо всём, что происходило в Империи, но ему удавалось собирать разрозненные сведения о Новом Ордене Рассвета и императорской семье. Поэтому тревожную атмосферу, сгущавшуюся над столицей, он ощущал особенно остро. «Неужели начнётся война?» Из-за борьбы за престол активность дворян заметно снизилась. Стоило сделать неверный шаг — и тебя могли превратить в показательный пример для остальных. Поэтому знать затаилась. Все старались как можно меньше появляться на публике и сидели тише мышей, ожидая, пока кто-нибудь из принцев не вырвется вперёд. «Если бы Эульсис не сорвался с цепи…» Поначалу ситуация явно складывалась в пользу четвёртого принца. На его сторону встала большая часть придворных сил, начиная с Небесной Стражи. По сведениям секретариата, его поддерживала и прорицательница Абигейл, находившаяся под покровительством императора Адратана. Общественное мнение уже начало склоняться к тому, что даже при сомнительном положении четвёртого принца Эульсис сможет занять трон, опираясь на Абигейл и волю императора. А затем он неожиданно пошёл вразнос. Лазлот надеялся, что буря быстро уляжется, но Эульсис зачем-то совершил явно лишний шаг. Разумеется, действовать без цели он бы не стал. «Неужели для него есть нечто важнее престола?» Это не укладывалось в голове. Императорский трон был вершиной власти, перед которой преклонялись все. Какое желание могло оказаться сильнее стремления обладать подобным могуществом? «Фух…» По крайней мере, Джулиана пока не затянуло в бушующий шторм. Он управлял Новым Орденом Рассвета, державшим в руках тёмную сторону Империи Адратан, и одновременно был фактическим хозяином «Закрытых Глаз» — светлой стороны императорской власти. Если он рассорится с кем-нибудь из членов правящей семьи, вместе с ним с корнем выдернут весь Новый Орден Рассвета. «И меня заодно». Сейчас Лазлот словно танцевал на лезвии: умереть можно было в любой момент. Даже утром он проснулся от дурного предчувствия и холодной дрожи. Да, он тренировался с мечом, чтобы хоть немного уметь защищаться. Но разве муравей способен противостоять горе? — Хм? Ожидая начала рабочего дня в здании «Закрытых Глаз», Лазлот вздрогнул: внутрь неожиданно вошёл знакомый человек. — Господин Пинтель. Архиепископ Нового Ордена Рассвета Пинтель Обрадин зачем-то явился в штаб «Закрытых Глаз». Впрочем, увидев выражение его лица, Лазлот быстро понял причину. — Господин Джулиан здесь? «Так и знал». — Сейчас он ненадолго вышел. Думаю, скоро вернётся, если вы немного подождёте… — Понятно. Тогда подожду. Пинтель скрестил руки и с серьёзным видом уселся на ближайший стул. Он мог бы расположиться в личном кабинете Джулиана, но, видимо, считал подобное невежливым и даже не рассматривал такой вариант. «Как же неловко». Лазлот чувствовал себя рядом с ним крайне неуютно. С Пинтелем он почти не пересекался с тех времён, когда изображал двойного агента между Элеонорой и Айденом. До сближения архиепископа с Джулианом Лазлот знал его лишь как вспыльчивого епископа. — Лазлот. — Д-да! Он дёрнулся, испугавшись, что Пинтель каким-то образом услышал его мысленную ругань. — Среди этих людей есть достойные монсеньоры? Пинтель достал список. В нём значились исключительно монсеньоры, каждый из которых при Тенелоне обладал влиянием, позволявшим претендовать даже на сан епископа. — Как вы знаете, я создаю личную стражу господина Джулиана. Хотелось бы набрать туда только способных людей, однако я не уверен, что хорошо разбираюсь в подобных талантах. «Вот оно что». Под личной стражей он наверняка подразумевал «Сумерки». Похоже, Пинтель пришёл просить Джулиана выбрать из списка подходящих бойцов. Лазлот быстро пробежался глазами по именам, осторожно подбирая слова, а затем всё же решился: — Господин Пинтель, простите за дерзость, но для такого подразделения, как «Сумерки», верность, по-моему, важнее силы. — Хм. — Люди в списке настолько сильны, что мне с ними не сравниться. Но большинство наверняка попытается использовать господина Джулиана ради собственной выгоды. — И что вы предлагаете? — Может, стоит поискать среди рядовых? Среди них наверняка найдутся скрытые таланты. — Хм. Пинтель вновь задумался. Решив, что архиепископ недоволен, Лазлот торопливо замахал руками. — Я позволил себе лишнее. Если вы хотите придерживаться прежнего решения… — Нет. Вы достаточно помогли. Пинтель убрал список. — Действительно, направление следует изменить. После короткого размышления он вновь посмотрел на Лазлота. — Что сейчас происходит в императорской семье? Тему он сменил мгновенно. Лазлот понимал, что Пинтеля интересовали борьба за престол и действия четвёртого принца. — Подробностей я тоже не знаю. Не все поступки членов императорской семьи проходят через секретариат. — Это даже успокаивает, — тихо заметил Пинтель. — Как говорится, отсутствие новостей — хорошая новость. Эульсис не предпринимает ничего заметного, значит, возможно, его не слишком тревожит даже освобождение господина Джулиана. Пинтель кивнул собственным словам. Джулиана, заключённого по приказу четвёртого принца, действительно освободили при помощи Калдраха. «Оскорбление члена императорской семьи и удар по лицу». Лазлот читал отчёт о проступках Джулиана и потому находил бездействие Эульсиса особенно странным. — Прошу прощения. В почти пустое здание «Закрытых Глаз» вошёл ещё один посетитель. Лазлот поднял голову, ожидая увидеть агента или члена Нового Ордена Рассвета, но заметил знак имперских рыцарей. И знакомое лицо. Урухар фон Эйнер. Командир Небесной Стражи, телохранителей императорской семьи, ныне служивших Эульсису. «Вот и началось». Увидев Урухара, Лазлот нервно сглотнул. +=+=+=+=+= Перевод выполнен командой Дом Некроманта. ---------- Где остальные? (2) — Угх… Наутро после того, как поместье Фулкурна похоронило под собой рог Демонического бога вместе с Кикубадом, первое, что я почувствовал после пробуждения, была боль. — Гр-р-р… Причиной оказались не раны, полученные в бою с Кикубадом, а последствия буйства Анжелики. Когда она разносила поместье, мои магические каналы не выдержали нагрузки. — Блять. Насколько же сильно ты там металась? Обычно магические каналы считают чем-то вроде хранилища маны, но на деле они скорее похожи на мышцы. Если перегрузить их, потом всё тело ломит, словно после тяжёлой тренировки. «Может, проблема в том, что однажды я уже отдал Анжелике целый канал». Тогда другого выхода не было, и жалеть вроде бы не о чем. — Угх… Нет. Когда тебя так скручивает, не жалеть невозможно. Услышав мой стон и понимая, что отчасти сама виновата, Анжелика осторожно приблизилась. — Раз уж переживаешь, могла бы и не бесноваться настолько. Я раздражённо отозвался на её робкие попытки подлизаться и убрал демона в тень. — Дворецкого! За дверью тут же раздались быстрые шаги. — Вы звали, господин? — Передайте командиру Одвину, что сегодня я могу опоздать из-за особого поручения. — Особого поручения? Обычно дворецкий выполнял приказы без вопросов, но эти слова на мгновение пробудили его любопытство. Впрочем, почти сразу он решил, что подробности его не касаются, и кивнул. — Будет исполнено. Когда он ушёл, я снова рухнул на кровать. — Такое чувство, будто я сейчас сдохну… Я глубже утопил голову в подушке и цокнул языком. Ощущение было непривычным — не та острая боль, с которой мне уже доводилось сталкиваться. «А ведь вчера я действительно чуть не умер». Из-за ломоты события минувшего дня казались далёкими, но, если подумать, там я вполне мог остаться навсегда. Больше не хотелось снова испытать такой страх. Жалел я лишь об одном. «Надо было лично убедиться, что рог окончательно похоронен». Судя по месту обвала и полностью разрушенному барьеру из резонансных камней, рог с высокой вероятностью остался под завалами. Но в худшем случае… «Кикубад мог выжить и забрать его». Поэтому проверить всё требовалось немедленно. — Блять. Ругаясь, я заставил себя встать. Магические каналы ныли так, что хотелось лежать до вечера, однако бездействие сейчас могло обернуться непредсказуемыми последствиями. «Разумеется, сам я туда не пойду». Я не настолько глуп, чтобы снова показываться на месте происшествия. Лучше воспользоваться одной из доступных фигур. *** — Место, где погребён рог… Третий принц Калдрах задумчиво погладил подбородок, выслушав мои сведения. — Если не считать рог, находящийся у тебя, это один из тех, которыми владел Эульсис, верно? Я кивнул. — Верно. — Не стану спрашивать, откуда ты узнал точное место. Уничтожение рога выгодно нам обоим. При обычных обстоятельствах информация, появившаяся настолько своевременно, вызвала бы подозрения. Но Калдрах доверял мне поразительно сильно. — Однако причина, по которой ты обратился именно ко мне, довольно наглая. — Вот как? — Разумеется. Калдрах кивнул. — Ты хочешь, чтобы мои Рыцари Клина разобрали завалы вместо тебя. Быстро сообразил. — А раз ты отправляешь их, а не идёшь сам, значит, твоё участие нельзя предавать огласке. Он схватывал всё на лету. Не зря всё-таки принц. — Я подыграю. Слова звучали так, будто он собирался отказать, но просьбу Калдрах принял без колебаний. Прежний третий принц наверняка пришёл бы в ярость из-за попытки заставить его выполнить чужую работу. Недаром его звали Железнокровным принцем: он вполне мог перевернуть стол и приказать Клиньям схватить меня. «Повзрослел». Или как раз теперь стал по-настоящему Железнокровным? — Моя цель проста: убить Эульсиса. Больше ничего. Услышав настолько прямое признание, я слегка удивлённо произнёс: — Разве прежде вы не говорили, что действуете ради Империи? — Тогда вокруг было слишком много ушей. Калдрах криво усмехнулся, показав настоящие чувства. — Этот ублюдок убивал меня столько раз, что я уже сбился со счёта. Вспомнив пережитые циклы регрессии, он задрожал от ярости. — И главное — пока он жив, Абиша не выживет. При имени ведьмы выражение его лица стало куда серьёзнее. Вот она, истинная причина. — Тогда действовать лучше немедленно. Чем раньше мы избавимся от рога, тем сильнее ослабим Эульсиса. Калдрах поднялся и велел ближайшему рыцарю собирать Клинья. Он явно собирался приступить к делу без промедления. — Кстати, чуть не забыл. — Что ещё? — Под завалами может находиться Кикубад. Услышав это имя, Калдрах едва заметно вздрогнул. В изначальной истории у него не было причин бояться Кикубада, но за бесчисленные повторения между ними наверняка произошло немало неприятного. — Он мёртв? — Было бы неплохо. — Значит, скорее всего, жив. С этим мрачным выводом Калдрах ушёл собирать Рыцарей Клина. *** «Найди Джулиана». Проснувшись и вспомнив приказ Чёрного Рыцаря, Урухар направился прямиком в штаб «Закрытых Глаз». «А». В спешке он забыл прикрепить к груди знак Императорского рыцаря. Взглянув на машинально прихваченную эмблему, Урухар почувствовал, как внутри снова поднимаются противоречивые чувства. «Неприятно». Когда-то, впервые получив этот знак от императорской семьи, он всю ночь не мог уснуть от волнения. Но со временем всё чаще начал задумываться, действительно ли эмблема Императорского рыцаря обладает той ценностью, которую он ей приписывал. «Надо уйти». Кто-нибудь непременно назовёт его трусом, сбежавшим от тяжести обязанностей. Но сейчас это не имело значения: Урухар хотел лишь помочь Чёрному Рыцарю пройти его последний путь. Войдя с этими мыслями в здание «Закрытых Глаз», он столкнулся с дворянином. — Что здесь делает Императорский рыцарь? Дворянин явно был раздражён. Перебрав в памяти лица с собраний Ордена, Урухар вспомнил его имя: Пинтель Обрадин. — Рад новой встрече, господин Пинтель. Я пришёл по делу, связанному с «Закрытыми Глазами»… — И что именно за дело? Неприкрытая враждебность поставила Урухара в тупик. Императорские рыцари не были особенно дружны с дворянами, но настолько сильной ненависти обычно не вызывали. — Я пришёл к Джулиану. Не успев спросить, зачем здесь сам Пинтель, он сразу назвал цель визита. Урухар надеялся, что прямой ответ снизит напряжение. — К Джулиану? Вы хотите встретиться с ним? Вышло наоборот: неприязнь Пинтеля только усилилась. — Зачем Императорскому рыцарю понадобился господин Джулиан? — Личное дело. — Личное, значит. Пинтель с недовольством покосился на Лазлота. — Простите, господин Урухар, но господина Джулиана сейчас нет, — вмешался тот. — Когда он вернётся? — Думаю, сегодня его уже не будет. Стажёр «Закрытых Глаз» тоже смотрел подозрительно. Урухар нахмурился. «Что происходит?» Он чем-то провинился? Нет, скорее дело в должности Императорского рыцаря. Их личный визит к кому-либо нередко означал вызов на допрос или наказание. К тому же недавно Джулиана заключили под стражу по приказу Эульсиса. «Неужели…» Урухар переводил взгляд с Лазлота на Пинтеля. «Они служат Джулиану?» Служить этому чудаку? Абсурд. Человеку, который без колебаний убивает и ставит личную выгоду выше Империи. Да, большинство дворян были такими же, но у Джулиана жажда самоутверждения выходила за всякие рамки. — Служить такому чудаку… Мысль невольно вырвалась вслух. — Что?! Пинтель отреагировал мгновенно. Стиснув посох, он медленно приблизился. — Что вы сказали? Назвали господина Джулиана чудаком? Его лицо покраснело от ярости. — Да. Обычно Урухар немедленно извинился бы за оговорку. Но одно имя Джулиана раздражало его настолько, что сдержаться не получилось. Единственный человек, которому доверяет Чёрный Рыцарь, герой, живущий во тьме, — и именно этот чудак оказался рядом с ним. Подобная мысль всё ещё бесила Урухара. — Он находится на высоте, которой вам никогда не постичь. — Рад, что не способен понять мысли подобного чудака. Урухар не уступал. Наблюдавший за ними Лазлот страдальчески поморщился. — П-простите… «Может, вы подерётесь снаружи?» Слова уже вертелись на языке, но как простой человек мог указывать архиепископу и Императорскому рыцарю? — Судя по вашей близорукости, тот, кому вы служите, ничем не лучше! — выплюнул Пинтель, дрожа от гнева. Лазлот потрясённо уставился на него. Все знали, кому служит командир Небесной Стражи. Подобные слова могли расценить как оскорбление императорской крови. — Тот, кому я служу, совсем не похож на Джулиана. Он думает об Империи глубже, чем даже императорская семья. И кто вы такой, чтобы судить его? Лазлот облегчённо выдохнул. Прямого упоминания правящей семьи не прозвучало, значит, Пинтеля хотя бы не потащат на казнь за измену. Но вопрос остался: кому служит Урухар, если не члену императорской семьи? В этот момент в помещение вошёл единственный человек, способный остановить спор. Господин Джулиан! Он только что вернулся после короткой отлучки. Два титана едва не бросались друг на друга, но мужчина с прищуренными глазами лишь едва заметно улыбнулся. Одного его спокойного вида хватило, чтобы Лазлот наконец перевёл дух. Теперь всё наверняка уладится. — Это вы первым начали судить других! Как смеете говорить о господине Джулиане, ничего о нём не понимая?! — Вы первым полезли ко мне, господин Пинтель! Пока оба продолжали сыпать обвинениями, Джулиан подумал: «Я и без вас еле живой». Какого хрена эти ублюдки тут устроили? +=+=+=+=+= Перевод выполнен командой Дом Некроманта. ---------- Где остальные? (3) Закончив разговор с принцем Калдрахом, я вернулся в штаб «Закрытых Глаз» и сразу увидел, как Пинтель с Урухаром яростно спорят. Это было странно. У них не было ни причин пересекаться, ни тем более причин ссориться. — Что здесь происходит? Несмотря на мой вопрос, оба продолжали рычать друг на друга, словно вот-вот вцепятся в воротники. Пока я в недоумении наблюдал за этой картиной, Лазлот тихо подошёл ближе. — Вы вернулись, господин Джулиан? — Что эти двое здесь устроили? Лазлот неодобрительно покачал головой. Судя по виду, вмешиваться он совершенно не желал. — Знаю лишь, что оба пришли к вам. Ко мне? Пинтель удивления не вызывал: мы часто обсуждали дела Нового Ордена Рассвета. А вот присутствие Урухара, Императорского рыцаря, было любопытным. «Вчера я действительно велел ему найти Джулиана». Честно говоря, не ожидал, что он послушается. Урухар обязан поддерживать достоинство Небесной Стражи и потому должен был избегать визитов в такое место, как штаб «Закрытых Глаз». Большинство наших агентов были простолюдинами, а не дворянами. Одно посещение могло вызвать недовольство знати. «Наверняка дело в Чёрном Рыцаре». Урухар оставался полезен. Более надёжного источника сведений о движениях Небесной Стражи не найти. — Господин Урухар. Я назвал его имя и приблизился. Оба тут же замолчали. Пинтель быстро выпрямился и поприветствовал меня, а Урухар продолжал смотреть с явным недовольством. Заметив, что Пинтель вот-вот снова вспыхнет, я поспешил заговорить. — Слышал, вы хотели поговорить. Пройдёмте в кабинет? — Хорошо. Урухар кивнул. — Господин Пинтель, подождите немного. Нам нужно срочно кое-что обсудить. — Понимаю, господин Джулиан. Раз дело наверняка касалось Нового Ордена Рассвета, говорить при Императорском рыцаре было нельзя. Пинтель это понимал и согласился без возражений. Хотя совсем уж довольным не выглядел. — Блять. Я ведь первым пришёл… «Вот как? Прошу прощения». В кабинете Урухар замялся. Возможно, не хотел первым заводить разговор о Чёрном Рыцаре. Или причина была в чём-то ещё. «Из-за меня?» Похоже, обсуждать Чёрного Рыцаря перед Джулианом ему было неуютно. И этот туда же. Узнай они настоящую личность Чёрного Рыцаря, от удивления наверняка лишились бы дара речи. — Как ваши раны? Я решил начать с нейтрального вопроса. При упоминании ран Урухар вздрогнул. — Что? — Раны. Слышал, господин Кикубад неплохо вас отделал. — Кто вам рассказал? — А кто ещё там находился, кроме вас? Я небрежно пожал плечами. Урухар крепко зажмурился. — Если бы я мог использовать ауру, меня бы так не избили. — Почему не использовали? — Мог выдать себя. Я не знаю ауру господина Кикубада, а он мою знает. Я тихо рассмеялся. — Умри вы там, подобное оправдание ничего бы не значило, господин Урухар. — Цок. Он до боли прикусил губу. — Причина была. Раскрой я себя аурой, Чёрного Рыцаря могли бы связать со мной. — Зачем вам об этом переживать? Пусть переживает сам Чёрный Рыцарь. Слова естественно прозвучали в манере Джулиана. Я уже привык к его повадкам, но лёгкий дискомфорт всё равно остался. Впрочем, на этот раз я и сам хотел поддеть Урухара. Умирать бессмысленно, а он несёт какую-то чушь. — Почему вы разговариваете со мной таким тоном? После очередной насмешки Урухар наконец выразил недовольство. — Потому что знаю, с кем говорю. Я улыбнулся. Раз он пришёл помогать Чёрному Рыцарю, от пары колких слов не сбежит. К тому же отношения имперских рыцарей и «Закрытых Глаз» никогда не были хорошими. Хотя, если честно, дело скорее в личном отношении Джулиана. Стоило увидеть Императорского рыцаря, и меня начинало раздражать. Не настолько, чтобы не выдержать. «Может, потому что мы учились вместе?» Неважно. — Сейчас Чёрный Рыцарь следит за действиями Эульсиса. Пока тот не сделает ход, для вас нет конкретного задания. — То есть? — То есть сегодня вы пришли напрасно. Лицо Урухара исказилось от недовольства. — Успокойтесь. Отсутствие задания означает, что Чёрному Рыцарю пока ничего не угрожает. — Это верно. — Кикубад погребён под поместьем. Если Эульсис захочет действовать, ему придётся разыграть новую карту. Хлоп-хлоп-хлоп. Я поаплодировал, пытаясь подбодрить Урухара. По его выражению было ясно: не помогло. «Он всё ещё сомневается». Я внимательно присмотрелся. Урухар определённо мог пригодиться, но его решимость оставалась шаткой. Я не знал, что именно заставляло его так цепляться за помощь Чёрному Рыцарю, но подобная одержимость выглядела опасной. Стоит ему хоть немного разочароваться в Чёрном Рыцаре — и он снова встанет на сторону Эульсиса как Императорский рыцарь. «По возможности хотелось бы переманить его к Калдраху». Задача непростая. Пока всё зашло в тупик, следовало как следует понять мысли Урухара. «Пусть остановится, разберётся в себе и убедится в собственной решимости». При стрессе время на размышления необходимо. — Пока ждите. Когда Эульсис сделает ход, появится и работа для вас. — Понял. — И тогда прошу одолжить нам ваши способности, Императорский рыцарь Урухар. Я улыбнулся. Урухар скрыл эмоции, поднялся и вышел. — Фух. Когда дверь закрылась, я облегчённо выдохнул. Этот день и без того утомил меня, заставив метаться между Чёрным Рыцарем и Новым Орденом Рассвета. Тук-тук. — Господин Джулиан, можно войти? Голос Пинтеля. А, день ещё не закончился. *** Следуя указаниям Джулиана, Калдрах прибыл к поместью Фулкурна, отослал патрульных и приказал Рыцарям Клина разбирать завалы. — Угх. Чем глубже они раскапывали руины, тем отчётливее ощущалась демоническая энергия. Ведьма Абиша поморщилась и отступила. Калдрах натянул её капюшон пониже и приблизился к месту, где усердно работали рыцари. — Что там? — Барьер из резонансных камней. Услышав ответ, Калдрах окончательно убедился: рог Демонического бога действительно погребён здесь. «Сведения Джулиана точны». Ему стало любопытно, откуда Джулиан узнал место. Даже во время многочисленных циклов Калдрах никогда не сталкивался с подобной информацией. Но, пожалуй, лучше было не копать слишком глубоко. — Работайте усерднее. Рыцари ускорились. Вскоре из-под обломков показалась колонна, а вместе с ней — целая система резонансных камней. Следов прежних раскопок не было. Если рог действительно находился здесь, Эульсис должен был поспешить за ним. «Подозрительно». И всё же Калдрах приказал продолжать. Наконец сквозь завалы проступило зловещее тёмно-синее сияние. — Всем отойти. По приказу офицера рабочие и Рыцари Клина расступились. Калдрах сам убрал остатки обломков, открыв рог Демонического бога, источавший густую демоническую энергию. — Он действительно здесь?! — потрясённо воскликнула Абиша. Калдрах повернулся к людям. — Несите резонансные камни! Обычный демонический рог можно было перевезти в простой коробке. Но заключённая здесь сила не шла ни в какое сравнение. Без временного барьера демоническая энергия заразит всё вокруг. — Вы с ума сошли? — резко спросила Абиша, оставаясь на расстоянии. — Разве ваш брат не собирает четыре рога? Как он мог просто оставить этот здесь? Вопрос был справедливым. Для призыва Демонического бога, способного погубить Империю, Эульсису требовались все четыре рога. Хотя ритуал можно провести лишь во время полного солнечного затмения, бросить один из рогов было немыслимо. «Что он задумал?» Из четырёх рогов два теперь находились вне досягаемости Эульсиса: один у Джулиана, второй — здесь. «Он уверен, что вернёт их в любой момент?» Вполне возможная версия. Но сам факт захвата рога оставался несомненной победой. Пока он у них, Эульсис не сможет провести ритуал в день затмения. А значит, его план сорван. Как бы он ни контролировал дворец, рано или поздно возникнут вопросы. Члены императорской семьи и Небесная Стража непременно заинтересуются молчанием императора. — Хм? Уже собираясь покинуть руины, Калдрах заметил странные следы: расчищенные обломки и остаточную ауру, будто здесь кто-то побывал раньше. После такого обвала выжить казалось невозможным. «Значит, жив». Если бы Кикубад погиб вместе с поместьем, это стало бы приятной новостью. С этой мыслью Калдрах направился к Рыцарям Клина. +=+=+=+=+= Перевод выполнен командой Дом Некроманта. ---------- Где остальные? (4) — Он жив. Калдрах без предупреждения вошёл в мой кабинет и с порога сообщил, что кто-то выжил. Я и без пояснений понял, о ком речь, но раздражение всё равно начало подниматься. «Магические каналы ноют, я хотел поскорее вернуться домой…» Почему сегодня посетители идут один за другим? Хуже того, я только закончил разговор с Пинтелем. Тот задавал пустяковые вопросы: можно ли добрать в «Сумерки» обычных членов Ордена, чтобы увеличить численность. «Сумерки» мне вообще не нужны. Дворянам позволено содержать личные отряды, но сотрудникам «Закрытых Глаз» это строго запрещено. Едва удалось выпроводить Пинтеля, как появился Калдрах. — Вот как? — Как равнодушно. Будто сведения предоставил не ты. Я напомнил себе, что если окончательно разозлить Калдраха, голова может слететь с плеч в тот же день. Пока я нужен для остановки Эульсиса, всё в порядке, но жизнь ведь не закончится после его смерти. — Честно говоря, я и ожидал, что Кикубад не погибнет на месте. Из игровых сведений я знал о чудовищной силе Кикубада. Но одно дело — описание персонажа, и совсем другое — столкнуться с ним лично. «Он действительно силён». Смогу ли победить при новой встрече? Уверенности не было. Но если мы снова сойдёмся… «Я не проиграю». Нельзя выходить против врага, заранее представляя собственное поражение. Это была привычка Джулиана — и, пожалуй, полезная. — Я тоже допускал такой исход после твоего рассказа. Калдрах пожал плечами и сел на диван. Абиша, следовавшая за ним тенью, осталась стоять и настороженно наблюдала за мной. Вероятно, всё ещё помнила события в Лесу Метелей. — На этот раз ты узнал всё от Урухара? Принц спросил с явным сомнением. — Нет. От Чёрного Рыцаря. — Обязательно продолжать этот окольный спектакль между нами? Подперев подбородок рукой, Калдрах пристально посмотрел на меня. — Циклов было немало. В некоторых циклах я слышал столичные слухи о Чёрном Рыцаре. Взгляд словно пронзал насквозь. Он ничего не произнёс прямо, но явно хотел заставить меня самому признать, что Чёрный Рыцарь — это я. — Однако в цикле, где погиб Хейден Райх, слухи о Чёрном Рыцаре полностью исчезли. Поэтому я решил, что за маской скрывался сам Хейден. — Удивительно. Значит, Чёрным Рыцарем был Хейден Райх. По спине потёк холодный пот. В нынешнем мире никто не знал, что в исходной истории роль Чёрного Рыцаря принадлежала Святому Мечу. Калдрах знал. Возможно, теперь это уже не имело практического значения, но давило всё равно. — Я думал, после смерти Хейдена слухи снова исчезнут. Однако странно, не правда ли? Почему Чёрный Рыцарь продолжает появляться? Абиша вопросительно взглянула на принца, не понимая, о чём он. Калдрах не обращал на неё внимания и будто пытался заглянуть мне внутрь. — Не понимаю, к чему вы ведёте, ваше высочество. — Вот как? Ты умён. — Мне часто так говорят. — Впрочем, неважно. Он снова пожал плечами. — Раньше я был одержим убийством Эульсиса. Теперь передумал. Калдрах посмотрел на меня серьёзно. — Я стану императором, Джулиан. Прятаться на Севере ради безопасности мне не подходит. После настолько откровенного заявления я покосился на Абишу. Капюшон скрывал её лицо. — Тогда вам придётся получить преимущество в борьбе за наследование. — Это несложно. Стоит мне схватить Эульсиса — и даже старший брат Осборн… Циклы сделали Калдраха более отстранённым, однако стоило вернуться в столицу, как прежние желания снова начали поднимать голову. Он опьянел от власти? Или стремление к трону въелось в кровь? «Он всегда был таким». Железнокровный принц никуда не исчез. Я надеялся, что бесчисленные повторения немного его изменили, но… — Я знал многих, кто погиб в погоне за властью. — Со мной так не будет. — Они говорили то же самое, а потом умирали. Я усмехнулся. За подобный тон с принцем можно было серьёзно поплатиться, но сейчас мне хотелось ответить именно так. — Я отличаюсь от них. Это они тоже говорили. Передо мной вновь стоял не Калдрах-регрессор, а Железнокровный принц. — Если я просто займу трон, сопротивление не прекратится. Нужна сокрушительная победа. — Разумеется. Помимо вопроса законности остаётся старший брат Осборн. — Мне понадобится эшафот, который заставит остальных замолчать. Я мысленно вздохнул. Джулиан был бесспорным злодеем. Калдраха же отнести к этой категории было сложнее. — Я обещаю тебе статус Императорского рыцаря. Захочешь выше — получишь выше. — Ваше высочество, в этом мире я желаю лишь одного. — Чего же? — Чтобы обе мои ноги оставались на твёрдой земле. Калдрах посмотрел с недоумением. — Ты хочешь стоять на земле, хотя способен летать? Я тихо рассмеялся. — Падать больно. После этого мы ещё некоторое время разговаривали. Калдрах наконец сообщил, что рог Демонического бога из поместья Фулкурна успешно извлечён, причём всё прошло подозрительно легко. — С этого следовало начинать. Сейчас рог был важнее всего прочего. И всё же слова принца заставили задуматься. «Мы забрали его слишком легко». Если Эульсис использовал рога в своём плане, а рядом находилась ведьма Абигейл, они должны были прекрасно понимать их ценность. Даже при тайной операции я ожидал серьёзного сопротивления во время раскопок. «Неужели…» Слишком гладкий ход событий вызывал подозрение. Я считал, что Эульсис как сосуд Короля демонов стремится воскресить Демонического бога. Для игрока это естественный путь: в игре все Короли демонов любыми способами пытались вернуть Барбатоса. «А если цель Эульсиса вовсе не воскрешение?» Я полагал, что он хочет уничтожить Империю при помощи Демонического бога. Но рог позволяет добиться похожего результата и без полноценного ритуала. «Заразить землю». Рог можно расплавить и выпустить содержащуюся в нём демоническую энергию. Тогда вся область пропитается остаточными мыслями Барбатоса и превратится во второй Северный фронт. «Хм». Последствия всё равно окажутся непредсказуемыми, однако мир хотя бы не столкнётся с настоящим воскрешением Демонического бога. Баланс сил на континенте наверняка рухнет. Треугольник Империи, Святого королевства и Федерации распадётся, после чего начнётся хаос. «Но мир не погибнет». Эта мысль немного успокаивала. «На всякий случай стоит заранее найти путь для бегства». Подойдёт любая страна, лишь бы не Империя. Разумеется, я не собирался спокойно оформлять убежище, пока Эульсис воплощает свои планы. В конце концов, всё моё накопленное богатство находилось именно здесь. *** Урухар и прежде сомневался в своём месте среди имперских рыцарей, но после разговора с Джулианом окончательно пришёл к выводу. «Нужно уходить». Продолжать службу лишь из-за некогда данных убеждений становилось невозможно. Лучше отказаться от должности, связанной жёсткими правилами императорской семьи, и выбрать другой путь. Тогда и помогать Чёрному Рыцарю будет легче, без ощущения предательства. С заявлением об отставке Урухар прибыл во дворец — и встретил там человека, которого никак не ожидал увидеть. — А вот и ты. Кикубад, считавшийся погребённым под поместьем Фулкурна, невозмутимо сидел на своём месте, словно ничего не произошло. Урухар почувствовал звон в ушах. — Хм? Почему застыл, будто увидел призрака? С трудом сохраняя спокойствие, Урухар протянул ему бумагу. — Что это? — Заявление об отставке. — Хм. Кикубад коротко вздохнул. — Зачем уходить? Имперским рыцарям хорошо платят и дают привилегии, которых почти нигде больше не найти. Вместо верности императорской семье он заговорил о вполне земной выгоде. — Я понял, что больше не разделяю волю имперских рыцарей. — Вот как? Кикубад бегло просмотрел заявление и усмехнулся. — На твоём месте я бы держался за должность до конца. Он вернул документ Урухару. — Разве, оставаясь здесь, тебе не будет проще помогать Чёрному Рыцарю? От одного имени всё тело Урухара напряглось. Раны, оставленные Кикубадом, снова заныли. «Он понял?» Урухар носил капюшон и не использовал ауру, но всё равно тяжело сглотнул. — Передавать Чёрному Рыцарю сведения прямо отсюда будет удобнее, не так ли? — Как вы узнали? Из-за боли и напряжения вопрос прозвучал слишком резко, однако Кикубад не обратил внимания. — Сначала не знал. Решил, что ты просто умелый мечник. — Тогда как? — Заподозрил неладное, когда мечник твоего уровня отказался применять ауру. Кикубад ненадолго замолчал, будто вспомнив ещё кое-что. — Есть вопрос, на который я хочу получить ответ. Он медленно поднялся. От него потянуло холодной, змеиной аурой. Урухар на мгновение оцепенел, а затем разогнал ману по каналам, возвращая подвижность. — Ты действительно Чёрный Рыцарь? Или настоящий — тот второй? +=+=+=+=+= Перевод выполнен командой Дом Некроманта. ---------- Предчувствие беды (1) Холодная капля скатилась по подбородку Урухара. Кикубад выжил под завалами. Одного этого хватало, чтобы горло сжалось, а слова вернувшегося старика звучали как лезвие, приставленное к шее. — Мне нечего сказать, кем бы я ни был — первым Чёрным Рыцарем, вторым или кем-то ещё. Урухар превозмог напряжение и заставил себя ответить. Настоящий ли он Чёрный Рыцарь или лишь человек под его маской — уже само присутствие в поместье означало неповиновение Эульсису. Кикубад мог казнить его на месте или доложить принцу, и тогда путь Урухара закончился бы на эшафоте. — Этот секрет важнее вашей жизни? — спросил Кикубад. Урухар не собирался раскрывать, кто из двоих настоящий, и тем более не хотел произносить ничего, что стало бы предательством Чёрного Рыцаря. — Я сам выбрал такую жизнь. Раны пульсировали, но Урухар верил: если применит ауру, то ещё сможет вырваться. — Вот как? Кикубад вопросительно наклонил голову. Наступила тишина. Воздух словно наполнился порохом, готовым вспыхнуть от одной искры. Урухар напрягся, готовый в любой момент выхватить меч. — Тогда закончим этот разговор. Вопреки ожиданиям, Кикубад решил не продолжать тему Чёрного Рыцаря. Пока Урухар пытался понять причину, старик вернул ему заявление об отставке. — И это заберите. Такой человек, как вы, Урухар, должен оставаться на службе. Иначе эта умирающая страна совсем перестанет работать. Кикубад усмехался, словно какой-нибудь прохвост, но говорил на удивление здраво. Этот контраст заставил Урухара недоверчиво уставиться на него. — В подземелье вы говорили, что вам всё равно, даже если мир погибнет. — Хм? Вы действительно считали меня настолько безумным? Упоминание разговора под поместьем Фулкурна фактически подтверждало, кем был Кикубад. Раз скрываться больше не имело смысла, Урухар решил добиться ответа. — Да. — Значит, именно такое впечатление я произвёл… Хм. Кикубад погладил подбородок. — Не переживать о гибели собственной страны способен лишь законченный псих или маменькин сынок вроде четвёртого принца. — Ч-что вы…! — Успокойтесь. Здесь только мы, лишних ушей нет. Урухар кашлянул, пытаясь скрыть замешательство и сменить тему. — Тогда почему такой человек, как вы, помогает Эульсису? В тот же миг воздух словно потяжелел, а комната провалилась во тьму. Урухар быстро понял: источником этого давления был Кикубад. — Чтобы доказать. Доказать? Вопрос вертелся на языке, но произнести его оказалось трудно. — Любой, кто идёт путём меча, хочет доказать свою силу. Это отклонение от привычного пути — лишь часть процесса. — Кому вы хотите доказать… — Миру! От разговора у Урухара закружилась голова. — Если весь мир станет моим врагом, а я одолею его одним мечом, значит, я победил сам мир. Разве не так? Обычно Кикубад не делился личными мыслями — и, пожалуй, правильно делал. Урухар не ожидал, что в его голове скрывается настолько безумная идея. — Изначально мне хватило бы победы над лучшим мечом Империи. Но что поделать? Этот человек умер. Лучший меч Империи. Речь шла о Святом Мече. — Однако недавно… Глубокие морщины под глазами Кикубада напоминали о бесчисленных годах приговоров и казней на службе Императорским рыцарем. Его тёмный взгляд скрывала густая тень, но за ней полыхало безумие. — Я встретил человека, похожего на прежний лучший меч Империи. Ради доказательства собственного мастерства миру Кикубад без колебаний убивал подданных Империи. Холодная аура стекала от пальцев к ножнам. — Поэтому я оставляю вас в живых, Урухар. Голос стал низким и угрожающим. — Вы должны выжить и передать сведения Чёрному Рыцарю, чтобы он добрался до меня. Слабая улыбка словно говорила: ничто в этом мире не способно сломить его волю. — Живите и станьте свидетелем рождения нового Святого Меча. Нового лучшего меча Империи. *** Для поиска места, где могли провести ритуал заражения земли, требовалось не особое оборудование, а огромное количество людей. В одиночку прочесать всю столицу невозможно. Поэтому я снова вызвал Пинтеля. Было немного неловко возвращать его сразу после того, как выпроводил, но он явился с радостью. — В таком случае у меня, Пинтеля, верного слуги господина Джулиана, есть предложение! Стоило рассказать о поисках и необходимости направить людей, как Пинтель вскочил и громогласно объявил о своей идее. Верный слуга? Когда мне понадобился настолько пафосный титул? — Слушаю вас, господин Пинтель. — Господину Джулиану нужны люди, способные тщательно обыскать столицу, верно?! — Верно. — Тогда следует задействовать «Сумерки», личную армию, недавно созданную вокруг господина Джулиана…! — Нельзя. И всё-таки обращаться к нему было ошибкой. Я мысленно цокнул языком, глядя на разошедшегося Пинтеля. — П-почему?! — Я уже объяснял: сотрудникам «Закрытых Глаз» запрещено создавать частные военные формирования. Я отказался от должности Верховного понтифика отчасти потому, что не хотел выделяться. Но здесь дело было ещё и в прямом нарушении правил организации. — Тогда я лично… — Разве у вас нет собственных обязанностей, архиепископ Пинтель? — Есть… — Сначала нужно выполнять необходимую работу. Новый Орден Рассвета только сформирован и нуждается в вашем руководстве. — Вы правы… Плечи Пинтеля, ещё недавно расправленные от энтузиазма, опустились. — Сейчас Новый Орден Рассвета нуждается именно в вас. Если Пинтель, которому я доверяю, не удержит центр, кто станет опорой организации? Мне не нравилось видеть, как он сникает, хотя слова были справедливы. — Правда? — Да. Есть дела, которые способен выполнить только господин Пинтель. Остальные архиепископы далеко не так деятельны. Он и правда был полезен. Бесчисленное количество раз Пинтель доставлял головную боль своим буйством, но в конечном счёте всегда действовал ради меня. К тому же именно он сыграл огромную роль в захвате контроля над Новым Орденом Рассвета. Как после этого относиться к нему пренебрежительно? — О-о…! Пинтель задрожал и посмотрел на меня с восхищением. Он что, биполярный? Почему у него настроение скачет так быстро? — Тогда можно обратиться к господину Ферну или другим людям из церковных кругов, — предложил стоявший рядом Лазлот. В подобных вопросах лишняя голова не помешает, поэтому я вызвал и его. — Неплохая мысль. Пинтель согласно кивнул. Пожалуй, сейчас это был самый простой путь. «Так и поступить?» Я снова посмотрел на Пинтеля. На лице ясно читалось желание всё-таки задействовать «Сумерки». *** Третий сын рода Крайпарт, Геранд, прибыл в родовое поместье по вызову отца. Деревья в саду, где он играл ребёнком, всё ещё стояли крепкими и высокими. Проходя через массивные каменные ворота, Геранд ощущал и тёплую горечь воспоминаний, и тяжесть ответственности. «Угх…» Бывший глава семьи Орнн Крайпарт недавно был сослан на Север. Его отсутствие уже било по положению рода, прежде считавшегося одним из четырёх величайших в Империи. Поэтому Геранд примерно понимал, зачем Обен его вызвал. — Вы звали меня, отец? Он немного неловко вошёл в гостиную. Обен встретил сына, а стоявший рядом старый рыцарь Эхар слегка поклонился. — Да. Есть причина. Голос Обена звучал весомо. — Думая о будущем рода, я решил, что тебе пора занять моё место. Геранд ожидал именно этого. Отец хотел передать ему должность главы семьи, а сам, вероятно, собирался занять освободившееся кресло председателя Совета дворян и хотя бы частично устранить хаос после Орнна. «Вообще-то наследовать должны двое старших братьев». В народе ходила насмешка: род Крайпарт рос вместе с историей Империи и не падёт ни от внешнего врага, ни от внутренних интриг — его погубит неспособность воспитать собственных детей. Старшие сыновья Обена и правда были безнадёжны: горбун и пьяница. Ни одному нельзя было доверить семью. — Для меня это слишком тяжёлая ноша, отец. Геранд хорошо знал собственные пределы. Трусливый, слабый мечник, лишённый лидерских качеств — он не подходил на роль человека, ведущего других. Дворянином он оставался лишь благодаря счастливому рождению. Это не было самоуничижением: Геранд просто ясно понимал своё положение. — Лучше поручить это Джошуа. — Джошуа слишком молод. Ты и сам знаешь. Разумный ответ заставил его замолчать. — Ради рода Крайпарт ты не можешь стать главой хотя бы на год? Обен мог приказать, но вместо этого просил. Геранд вздрогнул и вспомнил одного человека. — А как насчёт Джулиана? На семейных собраниях он слышал мнения родственников. Удивительно, но сопротивление кандидатуре Джулиана было не настолько сильным. К тому же недавно он получил медаль, которую могла вручить только императорская семья, а тесно связанный с ним Калдрах вернулся в столицу. — Сейчас именно Джулиан принёс бы семье наибольшую пользу. В голосе Геранда слышалась тревога, но вместе с ней — твёрдая решимость. Обен на мгновение замер и удивлённо посмотрел на сына. Он не ожидал отказа. Постепенно взгляд смягчился, на лице появилась понимающая улыбка. — Значит, ты искренне хочешь, чтобы Джулиан стал частью семьи. Если Джулиан займёт место главы, унизительное прозвище Фрейсон утратит значение. Семье придётся признать его своим. Именно на это рассчитывал Геранд. — Потому что он и так наша семья. Обен кивнул. — Тогда поручаю это тебе. Геранд согласился. Сам Обен не мог свободно разговаривать с Джулианом и прекрасно это понимал. — Геранд. Когда сын уже собирался подняться, отец остановил его. — Я никогда не разделял мнение твоего деда Орнна. — О чём вы? — Из всех моих сыновей именно ты лучше всего справился бы с ролью главы семьи. — Ха-ха… Геранд невольно рассмеялся над неожиданно сентиментальными словами. Будущее рода оставалось неясным, но в этот момент между двумя поколениями возникло редкое взаимопонимание. +=+=+=+=+= Перевод выполнен командой Дом Некроманта. ---------- Предчувствие беды (2) Тяжёлая дверь кабинета Обена закрылась, и шаги третьего сына, Геранда, постепенно стихли в коридоре. Обен откинулся в глубоком кресле и посмотрел в окно. До сумерек оставалось ещё немало времени, но столица казалась тусклой, словно вечер уже наступил. Старый рыцарь Эхар немного помедлил, затем вошёл и остановился рядом с господином. Лицо было серьёзнее обычного: он явно хотел что-то сказать. — Решение занять место председателя Совета дворян было разумным. — Ситуация слишком туманна. Даже на шаг вперёд ничего не видно. — Согласен. Обен тяжело вздохнул. — По всей Империи разливается зловещее напряжение. Принц Калдрах вместе со своими людьми оценивает обстановку и готов в любой момент рвануться к трону. Император Адратан тем временем лишился рассудка и, похоже, уже не придёт в себя. — А каковы намерения принца Осборна? — Откуда мне знать? Он слишком любит семью. Кто бы ни занял трон, Осборн, вероятно, не станет возражать. Обен цокнул языком. — Настоящая проблема — четвёртый принц Эульсис. При его имени и без того мрачное лицо Эхара стало ещё тяжелее. — Не знаю, каким заклятием он привязал к себе императора, но сейчас именно у Эульсиса лучшие шансы унаследовать престол. — Но император ещё жив. — Он словно свеча на ветру, Эхар. Может погаснуть в любой момент. Несмотря на непочтительные слова, старого рыцаря они не удивили. — Если в завещании император Адратан передаст трон Эульсису, столица утонет в огне. — Армия, подчиняющаяся Калдраху и Рыцарям Клина, непременно поднимется. — Но… Обен замолчал. В голосе слышались тревога и глубокое сомнение. — Почему Эульсис тянет время? — Вы уже говорили об этом. Сказали, что боитесь его намерений. — Я боюсь неизвестности. Невозможно предугадать, куда упадёт искра. Эхар молча кивнул, и Обен продолжил: — В такие времена семье нужен сильный глава, а не такой человек, как я. Тот, кто не сломается ни под какой бурей. Во взгляде Обена появилось нечто странное. Эхар не до конца понимал, что именно, но после короткого размышления догадался, зачем господин вызвал Геранда. — Неужели вы с самого начала позвали молодого господина, надеясь сделать главой Джулиана? — Меня он никогда не слушает. Но слова Геранда хотя бы обдумает: когда-то они были близки. Это было решение человека, думающего не о собственном положении или чести, а только о семье. — Какая разница, что его имя покрыто дурной славой? Если выживешь, даже дурная слава со временем превращается в почёт. — Вы снова хотите использовать Джулиана? Слова Эхара болезненно отозвались в груди Обена. — В том, что Джулиан вырос таким чудовищем, есть и ваша вина. Обен горько улыбнулся. После смерти Милены он оставил сына без внимания вовсе не потому, что горе мешало смотреть на ребёнка. Обен хотел убедить родню, будто ненавидевший северян Орнн преследует сына наложницы. Так он рассчитывал пошатнуть репутацию отца и быстрее занять место главы семьи. — Мне требовалось стать главой, чтобы Джулиан выжил. — Очередное оправдание? Будь Милена жива, она отвесила бы вам пощёчину за то, что использовали собственного сына. — Она знала, за какого человека выходит замуж. Обен печально улыбнулся. *** Мысль передать место главы семьи сводному брату тяжёлым грузом легла на плечи Геранда. Дело было не только в дурной славе Джулиана или неприязни родственников. Его сдерживало более простое, почти животное чувство. «Он меня пугает». Джулиан мог без труда отбросить любую вещь или человека, к которым прежде был привязан, и без колебаний отрубить им голову. Люди называли его чудовищем, лишённым человеческих чувств. Геранд мысленно спорил с подобными словами, но одновременно признавал: описание подходило слишком хорошо. «Надеюсь, став главой, он не проявит эти… неприятные стороны». С такой тревогой Геранд сел в экипаж. Колёса тронулись, прохладный ветер коснулся щеки, а на лбу почему-то выступил пот. «Что, если его ненависть к семье стала ещё сильнее?» Возможность была вполне реальной. Перед отцом Геранд говорил уверенно, но теперь сомнения росли. «А если другие роды отвернутся из-за характера Джулиана?» Главной проблемой были связи. Дворяне обладали властью, несравнимой с возможностями простолюдинов, именно благодаря человеческим отношениям. Семьи веками создавали сеть взаимных услуг и помогали друг другу под видом мирного сосуществования. Ради сохранения положения знать не брезговала ничем. «Но у Джулиана нет связей». Если он возглавит Крайпартов, отношения с другими домами могут оборваться. Кто станет взаимодействовать с Улыбающимся Палачом и пытаться извлечь пользу из его дурной славы? — А? Однако, прибыв в штаб «Закрытых Глаз», Геранд увидел, как из кабинета Джулиана один за другим выходят дворяне: члены Совета дворян, глава рода Обрадин. По словам слуг, сегодня здесь побывал даже третий принц. «Брат Джулиан…» Геранд вспомнил его лицо. Сводный брат с ничего не выражающими прищуренными глазами казался человеком, бесконечно далёким от понятия «общительность». «Похоже, он ладит с людьми лучше, чем я думал». *** После того как я поручил Пинтелю искать возможные места заражения, в кабинете наконец воцарился покой. Все ушли, и я остался один. «Наконец-то можно отдохнуть». Я уже собирался откинуться на спинку кресла, когда снаружи снова раздался шум. Тук-тук. После стука вошёл Лазлот. — К вам посетитель, господин Джулиан. — К сожалению, передайте, что меня нет. Хотелось хоть немного отдохнуть. Позже всё равно предстояло выйти. — Понял. Тогда сообщу старшему брату Геранду, что вас нет. Лазлот вежливо поклонился и развернулся. — Геранд здесь? Он тут же вернулся. — Да. — Хм. Зачем он пришёл? «Поговорить об Орнне?» Официально считалось, что Орнна сослал Совет дворян. Не зная правды, Геранд не мог связать изгнание со мной. — Проведите его. Любопытство победило. К тому же разговаривать с Герандом мне было не неприятно. Сам Джулиан относился к нему сравнительно хорошо, потому что видел: тот искренне заботится о семье. — Джулиан… стань главой рода Крайпарт. Блять. Надо было всё-таки сказать, что меня нет. — Хаа… Геранд после короткого приветствия сразу перешёл к делу. Я глубоко вдохнул. «Глава рода Крайпарт». Обладай я жаждой власти, предложение могло бы заинтересовать. Но сейчас подобное совершенно не волновало. — Господин Обен уже говорил мне то же самое. — Отец говорил? — Да. — И что ты ответил? — Разве не очевидно, старший брат Геранд? Если бы я согласился, зачем вам просить меня снова? По его лицу было видно, что он понял. — Может, передумаешь? — Разве господин Обен не остаётся главой? Зачем вообще менять его? — Место председателя Совета дворян свободно. Нужен новый человек, и отец… господин Обен собирается занять его. Хм. Получается, всё из-за меня. Точнее, из-за того, что Орнн сам довёл себя до падения. — Поэтому, Джулиан, стань главой… — Не собираюсь, старший брат Геранд. Я поднялся. Изначально хотел немного отдохнуть и выйти позже, но после его появления решил уйти прямо сейчас. — К-куда ты? — Есть дело. Место довольно грязное, поэтому лучше не идти за мной. — Грязное? — Да. Геранд выглядел растерянным. *** — Э-это же канализация! Его потрясённый голос эхом разнёсся под землёй. Я покосился на него и мысленно усмехнулся. «Он всё-таки пошёл следом». Геранд был дворянином из одного из четырёх великих родов и потому болезненно относился к чистоте. Правда, Джулиан был не лучше, но сейчас не об этом. — Не хотите вернуться? — Нет. — Не говори так холодно, Джули… ан? Джулиан?! Зачем ты идёшь в канализацию?! У входа Геранд ещё колебался, но, увидев, что я продолжаю путь, нехотя вошёл следом. Тёмный влажный проход. Где-то монотонно капала вода, в тенях что-то шевелилось. — Что это?! Крыса. Я не ответил и пошёл дальше. Я уходил всё глубже. — Д-Джулиан? Может, обсудим всё снаружи? Тревожный голос звучал за спиной. Не обращая внимания, я быстро осмотрелся. «Хм…» Именно здесь погиб Айден. Правда, до самой лаборатории требовалось пройти ещё дальше. Я пришёл не для того, чтобы возложить цветы на могилу мерзавца. «Если Эульсис собирается заразить землю, это самое вероятное место». Айден проводил здесь опыты над демонами. Оставленные ими следы глубоко пропитали почву, а трущобы почти никого не интересовали. Если сила рога Демонического бога воздействует на эту область, она может превратиться в гнездо, бесконечно порождающее демонов. — Так и знал. Источник внизу. Тук-тук. Я постучал каблуком по полу. После поглощения одного из рогов способность ощущать демоническую энергию заметно усилилась. Сейчас она наконец пригодилась в полной мере. ⇒ Обнаружена демоническая энергия. И не один слабый след. Почувствовав пульсирующую под землёй силу, я улыбнулся. +=+=+=+=+= Перевод выполнен командой Дом Некроманта. ---------- Как старший брат (1) Место для ритуала заражения земли. Когда системное окно подтвердило, что здесь находится ещё один рог Демонического бога, внутри поднялось предвкушение. — Айден… Я вспомнил человека, которого когда-то устранил в подземной канализации. Именно Айден своими бесконечными исследованиями рогов привлёк к Ордену Рассвета слишком много внимания. Из-за него мне пришлось скрыть личность Чёрного Рыцаря и вместе с Айлин пробраться сюда, чтобы убить мерзавца. «Кровавый вторник». Так называлось событие, к которому привели исследования Айдена и его учеников. Когда удалось его предотвратить, я думал, что больше никогда не вернусь в это место. «Эульсис умудряется доставать всех подряд». И всё же обнаружить готовящихся внизу демонов оказалось неожиданно легко. В этом отношении мне повезло. «Они предназначены для жертвоприношения. Наружу сами не выйдут». Я снова вздохнул и посмотрел вниз. «Разрушить всё?» После короткого раздумья я покачал головой. «Нет. Оставлю Пинтелю». Если это действительно место ритуала, Эульсис наверняка выставил охрану. Здесь мог находиться даже Кикубад. «Калдрах ведь сказал, что он выжил». Я и сам ожидал подобного. Столкновения с Кикубадом хотелось избежать. Если уж оно неизбежно, то хотя бы не один на один. — Джулиан! Ха-а… ха-а… Джулиан! Геранд с огромным трудом пробирался по запутанной канализации и тяжело дышал. Глядя на его жалкий вид, я даже немного ему посочувствовал. «Всё-таки догнал?» Подземные каналы расширяли без единого плана, лишь бы увеличить масштаб, а затем забросили из-за невозможности нормально обслуживать. Получился настоящий лабиринт. Я был уверен, что Геранд потеряется, испугается и вернётся, но он каким-то образом не отстал. — Пожалуйста, стань главой семьи! Только ты сможешь! И каждый раз, сокращая расстояние, он повторял одну и ту же просьбу. «Цок». И я, и Джулиан считали Геранда единственным человеком в семье Крайпарт, с которым можно нормально разговаривать. Джошуа тоже был рядом, но его Джулиан воспринимал скорее как полезную карту. Только Геранд действительно казался родным. Тем сильнее начинало раздражать его упорство. — Может, прекратите, старший брат Геранд? Если с человеком можно договориться, значит, он хотя бы способен понять чужую позицию. И всё же Геранд продолжал звать меня обратно в ненавистный род Крайпарт. — Помните, старший брат: я сдерживаюсь только из-за вас. Вы ведь знаете, что не хочу иметь ничего общего с семьёй? — Н-но, Джулиан… А? Я уже собирался оставить ритуальную площадку Пинтелю и повернуть назад, когда Геранд внезапно заглянул в проход, будто заметил что-то необычное. — К-кто вы такие? Он крикнул в темноту, и я тоже обернулся. Там стояли мужчина и женщина. Оба были вооружены, а исходящая от них аура ясно показывала: обычными людьми они не были. «Блять». По позвоночнику пробежал холод. Не потому, что их давление было подавляющим: с такой силой я вполне мог справиться. Проблема заключалась в другом. «Почему я их не почувствовал?» Тренированное тело Джулиана, обострённое сознание и высокоэффективное управление маной делали его крайне чувствительным к убийственному намерению и враждебности. Возможно, так сказалась жизнь, которую он прожил. Но сейчас врождённое чувство опасности не заметило этих двоих. «Почему?» Они настолько сильнее меня? Нет. Значит, что-то не так с моим состоянием. — Рад встрече, господин Геранд. Я Айхан Метроном, Императорский рыцарь. Первым заговорил мужчина с мечом на поясе. Он вежливо поприветствовал Геранда и показал эмблему Императорских рыцарей. «Взгляд совсем не дружелюбный». Айхан Метроном. Имя было знакомо по справочнику. Он смотрел на меня откровенно враждебно; не окажись рядом Геранд, Айхан наверняка уже атаковал бы. «Этот тоже охраняет рог». Похоже, Эульсис направил его сюда. — Значит, женщина тоже Императорский рыцарь? — спросил Геранд. — Нет. Это моя сестра Ариам Метроном. — Зачем вы здесь? Род Крайпарт оставался одним из четырёх великих. Благодаря этому Айхан не решался нападать бездумно. Но сильное убийственное намерение показывало: отпускать меня он тоже не собирался. После потери одного из рогов подобная осторожность была понятна. — По приказу Эульсиса мы охраняем это место. — Что находится дальше? — Тайный объект императорской семьи. — Тайный? В голосе Геранда прозвучала злость. — Эта территория находится под управлением Крайпартов! Императорская семья могла начать проект, но все полномочия переданы нашему роду! Он заговорил громче. «Так канализация принадлежит Крайпартам?» Может, поэтому Геранд так уверенно прошёл по лабиринту? — Вы хотите сказать, что даже не получили разрешения семьи? При всём уважении к Эульсису, это прямое нарушение установленных правил! Я снова посмотрел на Геранда. Люди нередко ругали императорскую семью за спиной, но никто не пытался ограничивать её какими-то «правилами». Правящая кровь стояла над законами Империи. И всё же Геранд открыто заявлял: даже императорская семья обязана соблюдать установленный порядок. — Хм… Айхан вздохнул и бросил взгляд назад. Из-за его плеча вышла сестра, подняла лук и прищурилась, целясь прямо в меня. Тетива натянулась до уха. Свист! Стрела рассекла воздух. Лязг! Я заранее приготовился, выхватил Лунный Меч и отбил наконечник. В канализации вспыхнули искры, а перед глазами одновременно мелькнула эмблема Императорского рыцаря. «Угх!» Айхан, ещё секунду назад разговаривавший с Герандом, сорвался вперёд вместе со стрелой. Свист! Лязг! Клинки столкнулись, и грохот прокатился по сводам. Словно это был условный сигнал, Айхан начал давить серией ударов. Он искусно искал прорехи в защите, но цель читалась без слов. «Хочет вытеснить меня назад?» За спиной находился слив, ведущий на самый нижний уровень. Именно с такой высоты когда-то упал Айден. — Думаете, получится? Поняв замысел, я спросил Айхана. Тот едва заметно нахмурился. Он и сам понимал: несмотря на яростный напор, в фехтовании он мне не ровня. Святой Меч обучил Джулиана искусству, превосходящему всё остальное, и эти движения давно стали частью тела. Большинство попыток вытеснить меня не достигали цели. — Я здесь потому, что способен это сделать! Айхан выкрикнул слова, наполненные силой, и его меч начал краснеть. Он использовал ауру — вершину управления маной. Я тоже направил силу в Лунный Меч. Ш-ш-ш. В грязной канализации разлился мягкий лунный свет. — Угх…! В тот же миг грудь пронзила чудовищная боль. Свет быстро потускнел. Дышать стало трудно. Мана в теле пошла неровными, сбивающимися волнами. «Угх…» Блять, меня сейчас вырвет. — Значит, ведьма говорила правду! Пока я пытался отступить, сдерживая тошноту, Айхан снова бросился в атаку. Отразить удар Лунным Мечом оказалось намного сложнее, чем раньше: аура против её отсутствия. Разница в силе начала проявляться мгновенно. — В-ведьма? С трудом подавив рвотный позыв, я поднял взгляд. В руках сестры, выпустившей стрелу, находился знакомый предмет. «Зеркало Исаака!» Драгоценное зеркало, созданное из первого наследника, принесённого в жертву избранником Бога Солнца Соларуна в доказательство веры. — Проклятая женщина. Ругательство вырвалось само собой. Зеркало Исаака проявляло величие Бога Солнца, когда отражало нечистое существо. Под «нечистым» подразумевались демоны, а это величие причиняло боль, подобную ожогу живым огнём. Проблема заключалась в том, что эта реликвия должна была храниться в Святом королевстве. — Какого хрена она здесь? — Ведьма Абигейл одолжила её специально для вас. Айхан самодовольно усмехнулся. — Значит, и здесь она не ошиблась. Вы действительно выращиваете демона внутри. Больно? Он усилил ауру и начал теснить меня к сливу. Слова соответствовали реальности: стоило отражению появиться в зеркале, как тошнота усилилась, а пользоваться аурой стало невозможно. Наверняка причина в Анжелике, живущей в отдельном магическом канале. Из-за неё на меня распространялось воздействие святой реликвии. — Прибегать к такой трусости… Честь Рыцарей Розы наверняка сейчас рыдает. За спиной становился всё ближе обрыв. Холодный воздух уже касался спины. «Меня беспокоит Геранд». Зеркало Исаака лишило меня ауры и почти выворачивало желудок, а Императорские рыцари открыто пытались убить. И всё же тревога почему-то сосредоточилась на Геранде. «С ним ничего не сделают». Он представитель Крайпартов. После истории с Орнном и при необходимости заручиться поддержкой дворян Эульсис не станет без причины враждовать с великим родом. Значит, Геранда не тронут. — Императорские рыцари существуют, чтобы исполнять волю правящей семьи, какой бы грязной она ни была, — заявил Айхан. — Вот как? Я едва удерживал тошноту. — Тогда вы поймёте, если всё станет по-настоящему грязно. — Что вы… Угх?! Я отбросил Лунный Меч назад и одной рукой схватил Айхана за ворот. Тот почувствовал рывок и попытался контратаковать, но второй рукой я вывернул его запястье. «С Зеркалом Исаака здесь не победить». Прижав Айхана к себе, я прыгнул вместе с ним в слив. Внизу зияла бездонная высота, с которой обычный человек разбился бы мгновенно. «Блять». Когда-то это пережил Айден. Теперь настала моя очередь. +=+=+=+=+= Перевод выполнен командой Дом Некроманта. ---------- Как старший брат (2) — Д-Джулиан! Увидев, как он падает в глубину водостока, Геранд закричал. Ариам, сестра Императорского рыцаря Айхана, спрятала зеркало за пазуху и подбежала к краю. Остановившись, она натянула лук и направила стрелу вниз. Потрясённый Геранд схватил её за плечо. — Ч-что вы делаете?! Свист! Из-за толчка стрела ушла в сторону. Ариам проследила за траекторией, и её лицо побагровело. Она резко развернулась к Геранду; в её глазах полыхала ярость. — Что вы… Бах! — Угх! Нога врезалась ему в живот. Удар был чудовищной силы, однако Геранд каким-то образом не потерял сознание. Это лишь ухудшило положение: охваченная гневом Ариам принялась бить его ногами по груди. От ударов перехватило дыхание. — Хватит вмешиваться. Она посмотрела на корчившегося на полу Геранда. — Не будь третий принц близок с родом Крайпарт, вы бы уже умерли. Геранд стонал от боли. Ариам схватила его за шею и угрожающе прошептала: — Я и без того в бешенстве, потому что пришлось тащиться в столицу из-за проклятого брата. Не лезьте куда не просят. В её словах звучала неприкрытая угроза. Четыре великих рода, близость к третьему принцу, просьба родного брата — всё это перестанет иметь значение, если Геранд вмешается ещё раз. — Жалкий слабак. Ариам презрительно бросила оскорбление, ещё раз посмотрела в слив и ушла в противоположную сторону. — Кхе… кхе! Наконец сумев вдохнуть, Геранд закашлялся. Изо рта выплеснулась кровь, а во рту появился металлический привкус. — Джулиан…! Даже сейчас мысли были только о нём. Почему Айхан напал? И почему Джулиан словно заранее ожидал атаку? Наверняка существовала причина. «Но сейчас не до этого!» Дно подземного канала находилось настолько глубоко, что обычный человек не имел ни малейшего шанса пережить падение. — Кхе, кхе! И всё же Геранд не мог избавиться от ощущения, что Джулиан жив. Проблемой оставалось зеркало Ариам. Стоило отражению Джулиана появиться на поверхности, как тот мгновенно ослаб и почти перестал сопротивляться. «Это магический артефакт». Даже если падение не убило его, с зеркалом Ариам легко добьёт беспомощного человека. «А я…» Мысль о собственной бесполезности пронзила сердце. Геранд понимал: человек, который никогда всерьёз не тренировался, не сможет противостоять ни Айхану, ни Ариам. «Но разве это оправдание?» Он заставил себя подняться. «Ты ведь до сих пор жалеешь, что не подошёл к Джулиану на похоронах госпожи Милены». Неважно, какие отношения связывали брата с третьим принцем. Сейчас нужно защитить семью и исполнить долг старшего брата. «Даже если придётся умереть». Защитить родного человека. Ради этого Геранд двинулся вперёд. *** Ветер ревел в ушах, словно огромная волна. Шум оборвался, когда всё тело сдавило от сокрушительного удара о землю. «Аргх!» Каждый нерв посылал в мозг боль, и мир окрасился багровым. В ушах бесконечно звенело. Пытаясь удержать сознание, я видел, как серые кирпичные стены и мутный поток под ногами вращаются перед глазами. «Надо… встать». Вспомнив, где нахожусь и как сюда попал, я попытался поднять тело. «Угх, а-а-аргх!» Но сколько ни старался, в скрипящих конечностях не появлялось сил. «Посмотри на себя». Упираясь руками в землю, я увидел в луже собственное отражение и стиснул зубы. «Ты испачкал один из немногих нарядов, которые любил, малолетний ублюдок!» Кобальтово-синее пальто относилось к редким вещам, выбранным не мной, а Джулианом. Вид ткани, пропитывающейся грязью, внезапно придал сил. — Ха…! Я кое-как поднялся и сразу посмотрел вверх. Мы упали на самое дно подземной канализации. Объект строили силами императорской семьи, поэтому глубина была огромной. Неясно, смог бы пережить падение даже сильнейший человек. «Но я жив». Колени дрожали, словно у новорождённого оленёнка, сознание могло погаснуть в любую секунду, но жизнь всё ещё держалась. Причина проста. Во время падения я приземлился на Айхана, превратив его в подушку, и успел обернуть тело Анжеликой. «Из-за этого она почти обессилела». Зеркало Исаака уже подавило демона, а затем ей пришлось принять удар. В этой битве рассчитывать на Анжелику больше нельзя. — Кхе, кхе… Разобравшись в обстановке, Айхан тоже начал подниматься. — Фух… Он был весь в крови и тяжело дышал. Грудь двигалась неровно — возможно, падение сломало рёбра. «Успел использовать ауру?» Иначе выжить было невозможно. — Ха. Мы встретились взглядами. Оба находились на грани обморока, но продолжали цепляться за сознание. Первый, кто отключится, умрёт — сейчас существовало лишь это правило. «Где Лунный Меч?» Рука метнулась к поясу, но ножны оказались пусты. «Выбросил во время падения». Где именно лежит меч, понять не удалось. Зато другой клинок был хорошо виден. Меч Айхана торчал из земли между нами. Свист! Я рванул к нему. Айхан с запозданием бросился следом. «Я успею первым…» Тук! Нога зацепилась за что-то твёрдое. «Что ещё?!» Внизу лежал череп с проломленным затылком. На остатках одежды виднелась эмблема рода Донасьен. «Айден?!» Проклятый ублюдок! Даже после смерти хватаешь меня за ноги?! Свист! Короткой задержки хватило. Айхан выдернул меч и бросился прямо на меня. «Блять!» Клинок поднялся для вертикального удара. Медленно и неуклюже — недостойно Императорского рыцаря. Проблема заключалась в том, что моё тело двигалось ещё хуже. Вес ушёл вперёд, колени скрипели и отказывались слушаться. Шлёп! Я всё-таки сумел броситься в сторону. Холодное лезвие скользнуло рядом с боком. — Блять! От абсурдности происходящего снова подкатила тошнота. — Вы испортили моё любимое пальто! Собираетесь отвечать, господин Айхан? — Безумный… ублюдок! Ругаясь, Айхан описал мечом круг и снова принял стойку. Перед его рывком я бросил испачканное пальто прямо в лицо. — Думаете, это поможет?! Тр-р-ресь! Клинок разрезал ткань и, несмотря на перекрытый обзор, устремился к груди. Айхан не стал целиться в голову: ему хватало вызвать кровотечение. Разумное решение. В нашем состоянии даже небольшая потеря крови могла привести к обмороку. «Я тоже это понимаю». Заранее прочитав траекторию, я едва повернул корпус и избежал удара. Затем обеими руками ухватил пальто и обмотал им руку Айхана. — Что?! Пока он растерянно дёрнулся, я схватился за лезвие, проткнувшее ткань. Кромка разрезала ладонь, кровь потекла по металлу. «Магические каналы…» После воздействия Зеркала Исаака они только сейчас восстановились достаточно, чтобы ненадолго использовать Лунный Меч. — Ч-что вы задумали, Джулиан? — Сначала святая реликвия, теперь чужое оружие. Как низко, господин Айхан. — Хотите отнять меч? Он крепче сжал рукоять, не позволяя забрать клинок. Я лишь улыбнулся. — Но он ведь всё равно не ваш. Я влил ауру прямо в оружие, которое Айхан продолжал удерживать. Покрытое кровью лезвие озарилось лунным светом. — Лунный Меч?! Айхан ещё сильнее изумился. А следующее удивило его окончательно. «Обычная сталь не выдержит вибрации и режущей силы Лунного Меча». По клинку мгновенно побежали трещины. Айхан попытался отпустить оружие и отступить, но пальто связывало руку. Хруст! Меч разлетелся на куски. Спокойный лунный свет на миг озарил тёмный сток. Среди сияющих осколков я выхватил самый крупный. — Джулиан, хитрый у… Зазубренный кусок вошёл прямо в шею Айхана. Кровь ударила фонтаном. — Кх… кхе… В угасающих глазах смешались разные чувства: ненависть ко мне, страх смерти. А в конце, когда зрачки начали тускнеть, — сожаление и любовь. Разумеется, последние эмоции предназначались не мне. — Я ведь говорила, что приезжать в столицу было ошибкой. Неизвестно, когда она спустилась, но за спиной Айхана стояла Ариам. — Вы настолько близки? — Хаа… Я с трудом перевёл дыхание. Ариам кивнула. Движение было сухим, почти деловым, но затем глаза наполнились обжигающей яростью. — У вас крепкая родственная связь. Возможно, даже слишком, но не мне судить. Я едва дышал. К мозгу уже не хватало кислорода. Болезненное тщеславие, не позволявшее показывать слабость перед другими, снова вгрызалось в сознание. — Скоро встретитесь. Я позабочусь. Даже произнося эти слова, я остро ощущал: черта, окончательно ставшая моей, была по-настоящему мерзкой. +=+=+=+=+= Перевод выполнен командой Дом Некроманта. ---------- Как старший брат (3) Зрение начало меркнуть. Тело кричало, что продолжать бой в таком состоянии невозможно, но подчиниться его требованиям я не мог. — Опять? Внутри поднимались сложные чувства. Опять я оказался на грани смерти? Подобное происходило уже слишком часто. Я давно не был новичком, которого легко сломить опасностью, но столкновения с врагом без подготовки и защиты повторялись слишком уж регулярно. — Хаа… Что поделать? Видимо, судьба решила снова вывернуться именно так. — Последние слова будут? Ариам смотрела на труп Айхана, а затем переводила пылающий гневом взгляд на меня. В левой руке она держала лук, в правой — стрелу, готовую сорваться в любой момент. — Передайте господину Айхану одно сообщение. На этот ненужный вопрос я ответил горькой улыбкой. Боль, истощение маны, скрученный живот, плывущий перед глазами мир — и всё равно хотелось издеваться. — Его фехтование было настолько скучным, что я едва не уснул. Болезненная черта характера. Я прекрасно понимал, к чему приведут подобные слова. Свист! Ариам немедленно выпустила стрелу. В обычном состоянии было бы проще отбить её мечом, но оружия у меня не осталось. Знай я, что так выйдет, не стал бы ломать клинок Айхана. И уж точно не выбросил бы Лунный Меч. На подкашивающихся ногах я кое-как пригнулся, и стрела прошла в считаных сантиметрах от головы. — Угх. Теперь боль отзывалась даже при сгибании коленей. Но этот выстрел был лишь началом. — Хватит бессмысленно сопротивляться. Умри! Как бы ни замедлилось тело, следить взглядом за Ариам я ещё мог. Она снова натянула лук, и на пальцах проступила слабая мана. Она что-то задумала. Почувствовав опасность, я поднял труп Айхана. — Трусливый ублюдок! Какая ещё трусость? «Вы напали вдвоём и притащили святую реликвию». Я бросил мёртвого брата в Ариам. Стрела ушла в сторону — она в последний момент изменила траекторию, чтобы не попасть в тело. «Сейчас!» Затягивать бой было нельзя. В моём состоянии это означало неизбежное поражение. «Нужно закончить всё одним рывком!» Пока Айхан прикрыл меня от выстрела, расстояние заметно сократилось. Если подобраться близко, даже без оружия можно что-нибудь сделать. Главное — добраться. — А-а-аргх! Едва появилась надежда, тело пронзила обжигающая боль, будто меня прижгли раскалённым железом. — Думаешь, я не поняла твой замысел? Решил, что вблизи автоматически победишь? С трудом подняв голову, я увидел в руке Ариам Зеркало Исаака. — Я именно этого и ждала! Когда ты сам подойдёшь! Она приближалась, не скрывая ярости. Моё отражение в зеркале становилось крупнее, а Анжелика внутри всё сильнее металась. — Чудовище, которое выращивает в себе демона! Заткнись. — Верни моего брата! Почему ты орёшь на меня? «Угх». Тошнота подступила к горлу. Казалось, магический канал и всё тело сейчас выгорят дотла. Я не хотел умирать. Ненавидел саму мысль об этом. Попытался двинуть ногами для контратаки, но свинцовые ступни почти не слушались. Постепенно я опустился на колени. — У-у-угх! С жалким криком на Ариам спереди бросился чей-то силуэт. «Кто?» Реликвия почти лишила меня сознания. Но незнакомец заслонил Ариам, и зеркало больше не было направлено прямо на меня. Мир перестал мерцать. Перед глазами появился Геранд: он вцепился в зеркало и боролся с Ариам. — Отпустите! Вы с ума сошли?! — Джулиан… беги! Быстрее! Голос Геранда срывался от отчаяния. Он пытался вырвать реликвию, хотя явно уступал ей в силе. — Отпусти, ублюдок! — На этот раз… не отпущу! Нога Ариам ударила его, но Геранд в унизительной позе продолжал цепляться за зеркало. — Лучше умру, чем снова отпущу…! — Вот как?! Купленных им секунд хватило, чтобы я кое-как поднялся. — Тогда умри. Ариам равнодушно выдернула стрелу из колчана. Тело не слушалось, сознание плыло, но её движение вызвало чудовищное предчувствие. Я отчаянно оттолкнулся от земли — и в тот же миг наконечник вошёл в шею Геранда. ⇒ Эмоции достигли предела. ⇒ Проявилась черта «Открытые глаза». Мир перед глазами мигнул. Это была не потеря сознания, а раскрытие подсознательных инстинктов. В следующее мгновение я уже стоял перед Ариам. — Т-ты…! Она попыталась ответить, но я сбил её с ног и впечатал в землю. Застоявшаяся вода взметнулась волной, и в ней отразилось испуганное лицо Ариам. Над головой проступил Цвет Страха. Она полностью утратила волю к борьбе, однако я без колебаний потянулся к колчану, выхватил последнюю стрелу и вонзил ей в грудь. — Угх… Изо рта потекла кровь. Губы дрожали, а страх в глазах сменился ненавистью. Но на этом всё закончилось. Губы замерли. Пылавший взгляд погас. — Старший брат Геранд. Убедившись, что Ариам мертва, я бросился к нему. Из шеи торчала стрела. — Старший брат Геранд! Ответа не последовало. Он даже не шевельнулся. Я опустился на колени и посмотрел на его лицо. Из пробитой артерии непрерывно текла кровь, а кожа стремительно бледнела, словно Геранд уже пересекал черту, за которой не возвращаются. — Прошу, встаньте. Чувство вины накрыло приливом. Если бы я не позволил ему пойти следом и, как обычно, прогнал, этого бы не произошло. Если исчезнет даже он, в мире не останется никого, кто был бы связан со мной семейными узами. — Прошу. Возможно, полностью превратившись в Джулиана и привыкнув к бесчувствию, я не испытывал бы такой вины. — Угх. Хм? Я снова посмотрел вниз. На бледное лицо постепенно возвращался цвет. «Что?» В ране на шее шевелилось что-то чёрное. Анжелика. Она сшивала повреждение и частично заменяла разорванную артерию. «Ты…» Разве Зеркало Исаака не лишило её сил? — Гр-р-р… Анжелика издала стонущий вой. Она тоже действовала на последнем пределе. «И это демон». Спасибо. *** — Ум-м… Геранд со стоном приподнялся. Машинально опёрся рукой и почувствовал под пальцами мягкую постель. — Где я… Ах. Тело не слушалось, но боль ясно проходила по нервам. «Почему я здесь?» Сознание возвращалось, а вместе с ним — и воспоминания. Сначала он пришёл к Джулиану с просьбой стать главой семьи, затем пошёл следом в канализацию. «А». В памяти вспыхнула страшная сцена: он бросился остановить Ариам, и стрела пробила шею. Геранд поспешно коснулся раны. Острая боль подтвердила: это не сон. Скрип. Пока он растерянно пытался разобраться в происходящем, дверь открылась, и в комнату вошёл слуга. — Господин Геранд?! Увидев его сидящим, слуга широко раскрыл глаза. — О-о… Геранд уже хотел спросить, что случилось, но тот мгновенно выбежал наружу. Оставшись в неловкой тишине, он тихо рассмеялся. — Старший брат Геранд. Следом вошёл Джулиан. — Джулиан… Угх. Стоило открыть рот, как не зажившая рана отозвалась болью. — Пока лучше не разговаривайте. Сосредоточьтесь на восстановлении. Джулиан подошёл с привычной непроницаемой улыбкой, придвинул стул и сел перед кроватью. — Благодарю, что спасли меня, старший брат. Без вас меня бы сейчас здесь не было. Атмосфера оставалась обычной, но в голосе звучало настоящее уважение. Не притворная вежливость. Впервые Геранд почувствовал, что Джулиан разговаривает с ним как человек с человеком. — Н-не за что. Я всего лишь… Он закашлялся. Рана была ещё далека от исцеления. — Похоже, кроме вас и правда никого не осталось, старший брат. Неожиданная фраза заставила Геранда подавить кашель и поднять взгляд. О чём он? Немой вопрос прочитался на лице. Улыбка Джулиана стала глубже. — Что касается главы семьи… Сколько ни думаю, человек вроде меня для этого не подходит. А вы подходите. — Нет, я считаю… — Решение не изменится. Геранд попытался возразить сквозь боль, но Джулиан сразу перебил. — Даже под угрозой смерти я не стану играть роль главы Крайпартов. Если после господина Обена место займёт кто-то другой, род больше никогда меня не заинтересует. Сердце Геранда сжалось. Он не находил доводов против такого решения. В словах звучала глубокая ненависть к семье — и она была оправданна. Именно Крайпарты сделали Джулиана таким. Пропасть между ним и родом казалась бездонной. Продолжать уговаривать значило лишь мучить его. — Прости. — Но если главой станете вы, старший брат, я исполню обязанности члена семьи. Геранд снова поднял глаза и встретился с его взглядом. +=+=+=+=+= Перевод выполнен командой Дом Некроманта. ---------- Кольцо сжимается (1) Геранд ошеломлённо смотрел на Джулиана. Смысл произнесённых слов никак не укладывался в голове. Слишком долго всё двигалось по инерции. Отношения, лишённые тепла и развития, казались обречёнными на медленную смерть. — П-повтори, пожалуйста… Из-за боли в горле Геранд не договорил и поморщился. Увидев это, Джулиан поднялся. — Вы всё услышали. Он говорил так, будто повторять очевидное не имело смысла. — Вы ведь сами сказали, старший брат: место председателя Совета дворян освободилось, и его займёт господин Обен. Геранд кивнул. — Если я откажусь, единственным человеком, способным возглавить семью, останетесь вы. «Я — глава?» Геранд считал своим редким достоинством способность понимать собственные пределы. Поэтому лучше всех знал: ему недоставало масштаба, необходимого главе великого рода Крайпарт. — Вы единственный, кто подходит для этой роли, старший брат. Джулиан произнёс это без тени сомнения. — Разве не вы попытались принять даже Улыбающегося Палача? Он намеренно назвал себя унизительным прозвищем. Геранд хотел возразить: он сделал это лишь потому, что Джулиан — семья. — Тогда я пойду, будущий глава рода. Ваше состояние не позволяет провожать меня. С привычной наглостью потребовав, чтобы больной человек его проводил, Джулиан направился к двери. — Похороны Милены. Он ненадолго остановился. — Не вините себя за тот день слишком сильно. «Как я могу не винить?» Слова поднялись к горлу, но Джулиан уже вышел, не желая слушать ответ. Комната погрузилась в тишину. Эмоции захлестнули Геранда. На одеяло упали слёзы. Он не понимал, вызваны они виной или чем-то иным, и не мог их остановить. — С-старший брат? Внезапно вошедший Джошуа испуганно уставился на него. Подойдя ближе, он растерянно спросил: — После пробуждения так больно, что вы плачете? Геранд кивнул. — Да… *** Узнав о ранении сына, нынешний глава Крайпартов приехал в поместье навестить его и разобраться в случившемся. — Похоже, произошло нечто серьёзное, — заметил Эхар, пока они шли по широкому коридору к комнате Геранда. — Что вы сделаете, если его ранил другой дворянин? — А ты как думаешь? Обен ответил равнодушно. — Покажем, почему Крайпарты входят в число четырёх великих родов. — Раньше вы говорили, что в смутные времена лучше не привлекать внимание. — Иногда необходимо поставить пример. Если не раздавить тех, кто нападает на нас, имя Крайпартов втопчут в землю. Эхар кивнул. Он и без того понимал, что господин не отступит перед междоусобной войной родов. Обен мог быть мягким и странноватым, но в роли главы справлялся достойно. В отличие от роли отца. — Хм? Обен внезапно остановился. Эхар тоже замер. Навстречу шёл знакомый мужчина. — Джулиан! Первым его узнал Обен и почти побежал вперёд. От серьёзного главы семьи, который минуту назад рассуждал о возмездии, не осталось и следа. — Ты встретился с Герандом? Он ведь хотел кое-что сказать? Обен подошёл с искренней улыбкой. Джулиан на мгновение замешкался. «На этот раз ничего не случится». Трудно плюнуть в улыбающееся лицо. Эхар уже успокоился, увидев нерешительность Джулиана. Бах! Но вместо плевка Джулиан схватил руку Обена, вывернул её и впечатал хозяина поместья в пол. — Угх. Обен застонал. Потрясённый Эхар хотел вмешаться, однако Джулиан поднял свободную ладонь, останавливая его. Он будто обещал не переходить черту и одновременно бросал вызов. «Сможешь победить меня?» Именно это читалось в исходящей от него ауре. — Рад, что вы остаётесь неизменны, господин Обен. Хруст. Джулиан надавил сильнее, и лицо Обена скользнуло по деревянному полу. Тот попытался вырваться, но не смог пошевелиться под чудовищной силой. — З-зачем ты это делаешь, Джулиан? — Вы действительно не понимаете? Улыбаясь, он усилил давление. Крепкие доски жалобно скрипнули. — Разве вы не пришли навестить моего раненого брата? — Да, конечно. — Для заботливого посетителя вы удивительно быстро заговорили о другом. Джулиан всё понял. Догадался, что Геранд явился по приказу Обена, чтобы как-нибудь заставить его стать главой и унять тревогу, охватившую род. — На вашем месте я сначала спросил бы о здоровье старшего брата. После этого Джулиан отпустил Обена. Поправил одежду, улыбнулся и прошёл мимо. «Хм». Эхар не мог отвести от него взгляд. В словах звучали сильные чувства, но выражение лица не изменилось ни на мгновение. Казалось, Джулиан сумел оставить позади прежнюю обиду на семью. — Он достиг просветления, — пробормотал Обен, всё ещё лежавший на полу. — Похоже на то, — согласился Эхар. — Можно считать, что отрицательные чувства к семье исчезли. — К вам лично презрение осталось прежним. — Поэтому и страшно. Обен поднялся и отряхнул одежду. — Когда он только что бросил меня на пол, Джулиан не был охвачен эмоциями. Скорее… давал совет. — И что это меняет? — Ха-ха. Обен неловко рассмеялся. — Он пришёл к выводу, что способен уничтожить весь род Крайпарт. И искренне в это верит. Эхар понял, к чему тот ведёт. Джулиан не был глупцом. Несмотря на дурные слухи, в отношениях с дворянами он всегда тщательно соблюдал границы. Однако сейчас он без колебаний унизил, предупредил и швырнул на пол главу одного из четырёх великих родов. Словно Крайпарты больше не представляли для него угрозы. — Даже если это заблуждение, у Джулиана достаточно силы, чтобы позволить себе подобную уверенность. Обен вздохнул и удовлетворённо улыбнулся. — Сделать его главой не вышло, но Геранд, похоже, справился хорошо. Глядя на эту довольную улыбку, Эхар в очередной раз решил: как отец Обен совершенно безнадёжен. *** После устроенного в поместье переполоха я вернулся домой. Тело оставалось далеко не в лучшем состоянии, но чудовищная способность к восстановлению уже давала о себе знать. Боль уходила намного быстрее, чем позволяли тяжёлые раны. «Неужели победы на грани смерти и правда делают сильнее?» Раньше я считал это шуткой, но теперь всё выглядело правдоподобно. Каждый раз, едва избежав смерти, я замечал, что чувства понемногу притупляются. — Господин Джулиан. Во дворе меня ждал Пинтель. Он поклонился и протянул меч. «В сильном теле живёт сильный дух». Ножны, которыми пользовался Хейден Райх. Внутри лежал Лунный Меч — оружие, брошенное во время боя с Айханом. — Благодарю, господин Пинтель. Думал, поиски займут хотя бы день, а вы нашли его сразу. — Я лишь исполнил необходимое. Говоря, что это пустяк, Пинтель слегка дрожал. Что с ним происходит? Я отбросил мысль и спросил: — Как обстановка внутри? — Всё так, как вы предполагали. Похоже, проводится некий ритуал. Разведчики несколько раз видели императорскую печать. Значит, не показалось. Эульсис действительно готовил ритуальную площадку в канализации. И вдобавок… «Чертог Гу». Хейден Райх создал подобное после бегства в Святое королевство. Правда, цели различались. Святой Меч хотел подготовить тело, способное вместить Чашу Демонического бога. Эульсис стремился уничтожить Империю. «Методы похожи, намерения противоположны». Мысленно цокнув языком, я посмотрел на Пинтеля. — Пора Эульсису понять пределы своих возможностей. Что скажете? Вместо ответа он уставился на меня глазами, полными восхищения. «Сейчас расплачется». Вдруг Пинтель сделал знак рукой. Вокруг начали проявляться скрытые присутствия. — Я отправлю «Сумерки». Значит, это они. Со времён беспорядков при Тенелоне я больше не видел подразделение. «Их стало больше?» Присутствий было значительно больше, чем раньше. Среди них встречались бойцы уровня монсеньора. «Вот ведь…» Сотрудникам «Закрытых Глаз» строго запрещено использовать частные армии. «Хм». С другой стороны, если не попадёшься, всё в порядке. А даже если поймают, поддержка Нового Ордена Рассвета и Калдраха позволит выкрутиться. «Я начал слишком спокойно к этому относиться». Нужно следить за собой. — Мы проверим, насколько эти люди преданы господину Джулиану! Проверят преданность… Само слово мне не нравилось. Достаточно вспомнить, чем закончился Тенелон, постоянно требовавший преданности. — Верность — лишь иллюзия. Принесите результат. Больше мне ничего не нужно. — Да! Пинтель начал отдавать «Сумеркам» приказы: найти подземную площадку и уничтожить Чертог Гу. — Господин Джулиан, что делать с участниками ритуала? Перед отправлением он уточнил распоряжения. Участники… — При желании мы можем взять всех живыми. — В этом нет необходимости. Собственное равнодушие на мгновение удивило даже меня. Но время окончательно подавить Эульсиса уже пришло. — Достаточно одного человека, с которым можно поговорить. +=+=+=+=+= Перевод выполнен командой Дом Некроманта. ---------- Кольцо сжимается (2) Настал момент решительных действий — по крайней мере, так я решил. Один из четырёх Императорских рыцарей погиб. Как только весть дойдёт до Эульсиса, тот наверняка запустит церемонию в полную силу, поэтому требовалось ударить первым. «Не нужно бояться чужой власти». У меня тоже была сила, способная ей противостоять, а Калдрах служил неплохой страховкой. С этими мыслями я начал операцию. Всё оказалось проще, чем ожидалось: нужно было уничтожить строящийся Чертог Гу и разобраться с участниками. *** В подземной канализации стоял холод, со стен непрерывно стекала влага. Несмотря на неприятную обстановку, «Сумерки» двигались почти бесшумно. Даже проходя по воде, они едва создавали рябь. — Они настолько хороши? Наблюдая за отрядом через магический инструмент, Лазлот недоверчиво покачал головой. Он нехотя согласился на просьбу Пинтеля координировать действия «Сумерек». Кто-то должен был хотя бы указывать направление. Но, глядя на их слаженную работу, Лазлот задумался: «А я вообще нужен?» Они действовали так, словно уже не раз выполняли операции вместе. — Куда двигаться дальше? — раздался голос из устройства. Лазлот отвлёкся лишь на мгновение. — Направо. — Понял, старший. Услышав такое обращение, Лазлот невольно улыбнулся. Пытаясь сохранить как можно более отстранённый вид, Лазлот посмотрел на разложенный перед ним план. «Чертежи канализации, которые принёс господин Джулиан». Кто бы мог подумать? Система, считавшаяся владением императорской семьи, на деле находилась под управлением рода Крайпарт. И Джулиан, порвавший с роднёй, всё равно сумел добыть чертежи. — Мы прибыли в место, похожее на цель. Благодаря планам вести «Сумерки» было несложно. — Тогда начинаем. Азим уль азим. — Азим уль азим. После странных слов из магического инструмента донеслись жуткие звуки. — Азим уль азим… Лазлот ошеломлённо покачал головой. — Господин Пинтель случайно не натворил чего-то серьёзного? За годы грязной работы Лазлот немного познакомился с редкими языками чужих земель. Знания были поверхностными и достались от поручений Дантеса, но фразу он узнал. Это язык племени Рахман из пустыни Суран на юге континента. «Азим» означало «великий». «Уль» — «снова», однако рахманцы почти никогда не повторяли одинаковые слова. Исключение делалось лишь при упоминании Великого — трансцендентного существа, которое некогда освободило их. — Я ведь разрешил набирать рядовых членов Ордена… Среди низших рангов едва ли нашлось бы много людей, одновременно сильных и преданных Джулиану. Кроме рахманцев, сумевших пересечь пустыню Суран и добраться до Империи Адратан. «Погодите». В голове вспыхнуло пугающее предположение. Возможно, вера племени в Джулиана возникла не случайно и не только из-за Пинтеля. Пустыню Суран формально считали территорией Империи, завоёванной во время войны. Однако император Адратан не стал поднимать там флаг. «Слишком невыгодно». Пустыня была огромна и почти лишена ресурсов. Но просто отказаться от неё значило оставить открытым путь для нападения на Империю. Поэтому император принял решение: все резонансные камни и шахты Суранской пустыни вывезли или уничтожили. Местные народы оказались изолированы. Лишь рахманцы каким-то образом находили дорогу из адской пустоши к Империи. «Но затем перекрыли и этот путь к спасению». Единственный выход вёл через восточные земли Адратана, которыми управлял род Оклин. Его глава был лишён человеческого сочувствия настолько, что получил прозвище Демон Востока. Герард. И убил его именно Джулиан. Но как рахманцы узнали? Сведения о внутренних делах Ордена Рассвета почти не выходили наружу. — А… Наконец Лазлот понял, почему Джулиан терпел архиепископа Колпарана Демьюса, несмотря на постоянные попытки старика расширить влияние. Колпаран был полезен как старейшина организации. Но рядом с ним находился ещё и рахманец. — Альхасар… Мечник племени Рахман. Учитывая крепкие связи внутри народа, он наверняка рассказал соплеменникам, кто уничтожил Демона Востока, годами перекрывавшего им воздух. Лазлота пробрала дрожь. — Всё ради войска, преданного только ему. Когда Джулиан выступил против Герарда, Лазлот не понимал его решения. Только заняв место епископа, логичнее было налаживать отношения с остальными. Но он выбрал вражду, разрушил репутацию Герарда и в итоге убил его. «Значит, вот зачем…» Личная армия, преданная новому Ордену Рассвета — и Джулиану. Лазлот начал подозревать, что угодил в схему совсем иного масштаба. *** Получив сообщение о выполнении приказа, он спустился в канализацию для проверки. Там его ждал кошмар. Повсюду разбрызгало вязкую субстанцию, которой, видимо, кормили или обрабатывали демонов. От вони подступала тошнота. На полу валялись тела чудовищ, а в железных клетках всё ещё метались живые особи. — Похоже, их демоническую энергию контролировали резонансными камнями, старший. От вида и запаха Лазлота едва не вывернуло, но обращение «старший» помогло удержаться. — Резонансными камнями? — Да. — Тогда должны быть маги, которые ими управляли… Он оглянулся. Среди трупов демонов лежали человеческие тела — вероятно, те самые маги. — Уп. Лазлот не привык видеть мертвецов так близко и вновь ощутил приступ тошноты. Он изо всех сил удержал невозмутимое выражение. «Пугающе эффективно». Оставить одного человека, способного говорить, остальных устранить — таков был приказ Джулиана, и «Сумерки» поняли его буквально. Однако возникло новое беспокойство. «Он расчистил рахманцам дорогу и пробудил в них веру, уничтожив Герарда, но…» Сможет ли полностью контролировать подобных людей? Точность операции доказывала их огромную силу. Если в вере такого военного отряда появится трещина, последствия станут тяжёлыми. «Нужно закрепить в их сознании достаточно сильный образ». Так устроена вера. И человеческий разум тоже. — Вы хоть понимаете, чья это территория?! Как смеете творить подобное?! Громкий крик вырвал Лазлота из размышлений. «Сумерки» тащили связанного мужчину. — Это место находится под прямым управлением императорской семьи! Самой правящей крови! За такое преступление… Бах! Боец, державший пленника за ворот, ударил его и посмотрел на Лазлота. — Что делать? Ошеломлённый пленник поднял голову, а затем тоже перевёл взгляд на Лазлота, ожидая решения. — Нам приказано оставить лишь одного, способного говорить, поэтому… Лазлот спокойно повторил приказ Джулиана — и вздрогнул. Боец мгновенно выхватил клинок и прицелился в руку мужчины. — Н-нет… А-а-а-а! Лязг! Лязг! Лязг! Кр-р-р-р. От крика демоны в клетках забились сильнее. Они чувствовали страх, и их нервы обострялись. — Подождите! Лазлот испуганно замахал руками. — Что вы собираетесь делать?! — Разве не приказано оставить одного, способного общаться? — Да, но… — Для общения достаточно рта. После этого ответа Лазлот окончательно понял: восприятие рахманцев слишком отличается от его собственного. Сдерживая головную боль, он попытался говорить спокойно. — Пока оставьте его целым. Господин Джулиан придёт лично. Если пленник заранее потеряет сознание, мы лишь потратим время. — Я знаю способы не дать ему отключиться… — Просто сделайте, как сказано! Если демоны сорвутся, станет ещё хуже! — Хм. Боец с клинком задумался, затем кивнул. — Понял, старший Лазлот. — Лазлот? Услышав имя, связанный мужчина резко поднял голову. Их взгляды встретились. — Хьюго. — Лазлот… Почему ты?! Это лицо было знакомо. Хьюго был одним из учеников Айдена и монсеньором прежнего Ордена Рассвета. После создания Нового Ордена он отказался возвращаться, а затем бесследно исчез. Теперь стало ясно куда. — Разве ты не служил господину Айдену? Как ты мог… — Так сложились обстоятельства, господин Хьюго. — Ты предал милость господина Айдена?! Милость? Какая бесстыдная чушь. Лазлот недоверчиво смотрел на него. В памяти всплыли братья из приюта Генмель, которых Айден держал в заложниках, чтобы управлять им. В нём поднялась злость, но он её подавил. «Хм?» Внезапно вокруг стало тихо. Словно сцена замерла в ожидании выхода главного героя. Хлоп-хлоп-хлоп. Под аплодисменты он появился. Все присутствующие — люди и демоны — задержали дыхание и смотрели, как мужчина выходит на сцену. — Ваша работа оказалась быстрее, чем я ожидал, господин Пинтель. Похоже, поручить дело вам было правильным решением. Игривый смех прорезал тишину. +=+=+=+=+= Перевод выполнен командой Дом Некроманта. ---------- Кольцо сжимается (3) Шаг. Шаг. Наблюдая, как Джулиан идёт вперёд, а Пинтель следует за ним, Лазлот невольно задержал дыхание. Даже не оглядываясь, можно было почувствовать, как застыл воздух и напряжение сдавило всё вокруг. Даже бойцы «Сумерек», только что жестоко продемонстрировавшие силу, смотрели на приближающегося Джулиана с заметным страхом. — Джу… Джулиан. Связанный Хьюго чувствовал то же самое. Он дрожал, будто увидел саму смерть, и едва выговорил имя мужчины. Скрип. В полной тишине отчётливо прозвучал лишь звук стула, который Джулиан тащил по полу. Скрежет. Хьюго стиснул зубы. Лицо то краснело от ярости, то бледнело от ужаса, словно разум не выдерживал столкновения двух противоположных чувств. — Похоже, школа Донасьен любит мрачные декорации. По манере Джулиана было ясно: лично Хьюго он почти не знал, а лишь помнил его имя. Но упоминание школы Донасьен означало, что связь пленника с Айденом он уже понял. — А теперь к присутствующим бойцам «Сумерек». Поставив стул перед Хьюго, Джулиан оглядел помещение. — Хорошая работа. В очередной раз вижу, насколько верно господин Пинтель выбирает людей. — Благодарим, господин Джулиан. Рахманцы ответили с почти религиозным благоговением. Скрип. Джулиан подвинул стул ещё ближе, сел и закинул ногу на ногу. — Господин Айден был таким же. Кстати, недавно я нашёл его ниже по стоку. Не встречали? Он говорил с лёгкой улыбкой. Большинство присутствующих знали, что Айден мёртв, поэтому смысл понять было нетрудно. — Т-ты… ты! Хьюго поднял налитые кровью глаза. — Не смотрите так. Разве мне не должно стать неловко? — Мой наставник пожертвовал всем ради развития магии! Он не мог умереть от рук такого, как ты! Охваченный яростью, Хьюго почти выплюнул эти слова. Джулиан лишь пожал плечами. — Какая чушь. — Что? — Он совершил достаточно, чтобы заслужить смерть, поэтому и умер. Нужна другая причина? Фраза была жестокой, но Лазлот не мог с ней не согласиться. Айден творил такие зверства, что формулировка «заслужил смерть» подходила идеально. — Надеюсь, господин Хьюго не повторит его ошибку. Джулиан продолжил: — Где находятся оставшиеся рога Демонического бога? Именно ради этого одного человека оставили в живых. Даже если самих рогов в Чертоге Гу не было, кто-нибудь из участников мог знать, где они находятся. — Я не собираюсь клясться в верности Эульсису, но думаешь, что расскажу это тебе? — Я ведь только что попросил не повторять ошибку Айдена. Шаг. Джулиан снял с пояса ножны и показал пленнику. Знак был очевиден: не понравится ответ — меч выйдет наружу. — Угх… Губы Хьюго задрожали. Лицо побледнело, взгляд опустился. — П-пощади. От прежней решимости не осталось ничего. — Хаа. Но чем сильнее ломалась его воля, тем мрачнее становилось выражение Джулиана. — Вы не знаете. По одной реакции он понял, что Хьюго понятия не имеет, где спрятаны остальные рога. На лице сохранялась улыбка, однако в голосе звучало явное разочарование. В глазах Хьюго вспыхнул опасный свет — так смотрят загнанные в угол люди, готовые на безрассудный поступок. Лазлот видел подобное много раз и понял всё мгновенно. — Ты, проклятый…! Тело Хьюго дёрнулось, внутри начала собираться мана. Свист! Один из «Сумерек» рванул вперёд и вонзил клинок ему в левую часть груди. Хьюго вздрогнул и почти сразу умер. — Хм? Но процесс уже запустился. Резонансные камни, подавлявшие демонов за решётками, один за другим начали гаснуть. — Значит, загнанная крыса действительно кусает кошку, — неловко усмехнулся Джулиан. Камни рассыпались. Демоны хлынули из клеток. — Угх. Среди костей и обрывков одежды Лазлот увидел останки прежних жертв. — Все, кто связан с Айденом, одинаковы. Словно подобные ужасы давно стали привычными, Джулиан выхватил меч. Это послужило сигналом: «Сумерки» и Пинтель приготовились сдерживать вырвавшихся чудовищ. Но произошло нечто странное. — Что это…? Боец «Сумерек», уже занёсший ятаган, растерянно замер. Лазлот тоже не понимал происходящего. — Гр-р-р… Демоны, секунду назад яростно бросавшиеся вперёд, внезапно остановились и лишь низко рычали. — Безрогие демоны замерли? — удивился Пинтель. Безрогими называли самых слабых чудовищ. Разума в них почти не оставалось — лишь остаточная воля Демонического бога и голый инстинкт. Они убивали и пожирали всё, что видели, кроме других демонов. — Возможно, ими управляет однорогий или более сильный демон? — Поблизости нет ни одного однорогого… — Господин Джулиан?! Лазлот потрясённо увидел, как тот медленно идёт прямо к стае. Каким бы сильным ни был Джулиан, нападение множества демонов оставалось смертельно опасным. Однако случилось невозможное. Чудовища расступались, освобождая ему дорогу. — Хм. Джулиан тихо вздохнул и махнул рукой. — Что происходит?! Демоны опустили головы к земле и глухо зарычали, будто отвечая на жест. «Что это?» Лазлот никогда не видел, чтобы демон преклонялся перед человеком и сдавался без боя. Да, сильный воин мог насильно подавить чудовище. Подобные слухи существовали. Но здесь было другое. «Они полностью утратили желание сопротивляться». Демоны напоминали подданных, склонившихся перед императором. — Азим уль азим…! Один рахманец прошептал слова и опустился на колени. — Азим уль азим. Остальные последовали за ним. *** ⇒ Проявилась сила черты «Полудемоническая природа». ⇒ Безрогие демоны подчинены. «Так вот что это за способность». Увидев системное окно, я посмотрел на склонившихся чудовищ. Эта сила появилась после того, как Анжелика поглотила осколок Чаши Демонического бога, и позволяла подчинять слабых безрогих демонов. — Хм. Чудовища издавали странные звуки, прижав головы к полу. Даже когда я приблизился, никто не поднялся. «Проверить?» Я выхватил меч и рассёк голову ближайшего демона. Брызнула кровь, но остальные продолжили лежать. «Подавление очень сильное». Убрав оружие, я повернулся к «Сумеркам», собираясь приказать им закончить работу. «Что ещё?» Они кланялись мне точно так же, как демоны. «Вы тоже чудовища?» Нет. Демонической энергии в них не чувствовалось. Они преклонились по собственной воле. — Су… Голос на мгновение сорвался. — Бойцы «Сумерек», разберитесь с демонами. — Азим уль азим. Вместо обычного ответа они повторили странную фразу и обнажили ятаганы. «Это ведь язык Рахман?» Он был мне знаком, но недостаточно, чтобы понять точное значение. С озадаченным видом я подошёл к Пинтелю и Лазлоту. — Демоны оказались разумнее, чем я думал. Сумели распознать харизму господина Джулиана, — радостно рассмеялся Пинтель. «Можно ли вообще подавлять демонов харизмой?» Я не стал спорить и лишь слегка улыбнулся. — Лазлот. Из всех присутствующих он один сохранял способность рассуждать нормально. Лазлот тут же приблизился. — Вы разговаривали с ними? Я покосился на рахманцев. — Почему они так себя ведут? — Простите? Лазлот удивился. Он был уверен, что вся сцена задумана мной: будто я намеренно использовал смерть Демона Востока Герарда, чтобы произвести впечатление на племя Рахман и втянуть его в Новый Орден Рассвета. — Объяснение довольно сложное… — Хм. Я погладил подбородок. На лице на мгновение проступило раздражение. — Вы не знали? — осторожно спросил Лазлот. Разве устранение Герарда не было входной точкой для полного подчинения рахманцев? Разве Пинтеля не подталкивали именно к этому? — Возможно, это прозвучит неожиданно, но не переоценивайте меня, Лазлот. Он ошеломлённо смотрел, не понимая, зачем я умаляю собственные способности. — Мои возможности не настолько велики. В сущности, я мало отличаюсь от обычного человека. Зачем он говорит об этом сейчас? Лазлот задумался. — Я лишь хочу, чтобы вы не падали духом, когда ваши мысли не совпадают с моими. Тогда он решил, что понял смысл. Даже человек, равнодушный к чужому мнению, способен попасть в ловушку чужих ожиданий. Вероятно, Джулиан опасался именно этого и потому просил относиться к нему как к обычному человеку. — Понимаю. Лазлот кивнул. — Но что вы будете делать, если Эульсис отреагирует на случившееся? — Я довольно робок. Даже робче среднего человека. Видимо, продолжение предыдущих слов. — Поэтому мы должны пожрать Эульсиса раньше, чем он успеет сделать ход. Иного пути нет. Я произнёс это с улыбкой. Лазлот мысленно покачал головой. «Говорит, что робче обычных людей…» И одновременно объявляет, что пожрёт принца до его первого движения. Похоже, представление Джулиана о нормальности заметно отличалось от общепринятого. +=+=+=+=+= Перевод выполнен командой Дом Некроманта. ---------- Конкурс на самого непочтительного сына Империи (1) Закрытие ритуальной площадки, где собирались заразить землю силой рога Демонического бога, стало хорошей новостью. Однако мы всё ещё не вернули все рога, которыми владел Эульсис. И всё же особой тревоги я не испытывал: до момента, когда он сможет воспользоваться рогами, ещё оставалось время, а при необходимости я мог вызвать самого Эульсиса. — Позвать или не позвать… Честно говоря, мысль о прямом вызове тяжёлым грузом давила на сознание. Мешали жалкие остатки здравого смысла: всё-таки он принц. «И что? На нашей стороне Калдрах». Эульсис мог бы без труда отправить меня на плаху. «Сумей он это сделать, давно бы уже сделал». Ты собираешься бросить вызов высшей власти? Как долго Калдрах будет защищать тебя, если его ведёт лишь жажда престола? — Хм. Я тихо вздохнул. Стоило попытаться привести мысли в порядок, как в голове заговорили новые голоса. — Я становлюсь сильнее. Мне казалось, что сознание Джулиана усиливается. Нет, точнее, наши мысли сливались и становились почти неразличимыми. Времена, когда это тело хотелось называть «Джулианом» отдельно от себя, остались в прошлом. И самое страшное… — Почему меня это совершенно не тревожит? Я не чувствовал потребности отрицать происходящее и даже не искал способ его остановить. — Господин Джулиан. Отогнав лишние мысли, я повернулся к медленно приближавшемуся Пинтелю. — «Сумерки» закончили с демонами. Я огляделся. Убить чудовищ, полностью подавленных силой реликвии, было несложно и заняло мало времени. — И ещё… Пинтель достал зеркало. — Зеркало Исаака. Среди трупов людей и демонов оно по-прежнему сияло безупречной красотой. Один его вид раздражал меня. Эта реликвия причинила мне слишком много неприятностей. — Как святыня Святого королевства оказалась здесь? — Её привёз Эульсис. Он единственный из принцев поддерживает хорошие отношения со Святым королевством. — Верно. Я приказал Пинтелю надёжно спрятать зеркало. — Похоже, вы не собираетесь возвращать его Эульсису. Это реликвия Святого королевства, наверняка выданная во временное пользование. Если не вернуть, принц окажется в затруднительном положении. — Наоборот. — Простите? Я улыбнулся его непониманию. *** У заброшенного здания на окраине столицы скользила одинокая тень. «Здесь?» Императорский рыцарь Урухар. Даже после того, как Кикубад раскрыл его, он остался на службе, хотя приказы императорской семьи больше не выполнял. Наблюдая за строением снаружи, Урухар почувствовал слабую демоническую энергию. Это был не рог, но внутри явно формировали алтарь. Он развернул карту и поставил отметку. «Кто-то идёт». Из здания донеслось присутствие. Урухар глубже натянул капюшон и быстро растворился в тени. *** — Я отметил все места, где могут находиться алтари. Придя в кабинет Джулиана, Урухар разложил карту на столе. Тот быстро осмотрел её, кивнул и убрал. — Отличная работа, господин Урухар. Джулиан улыбнулся, выражая благодарность. Урухар ответил бесстрастно: — Я сделал это только ради Чёрного Рыцаря. — Разумеется. Но мы ведь достаточно знакомы, чтобы хотя бы благодарить друг друга? — Допустим. Он безразлично кивнул. «Стоит рассказать?» Урухар размышлял о Кикубаде. Не о том, что старик выжил: Джулиан это уже знал, и сведения наверняка дошли до Чёрного Рыцаря. Проблема была в раскрытой личности самого Урухара. «Два Чёрных Рыцаря, проникших в поместье Фулкурна». Кикубад понял, что одним из них был он. Именно об этом Урухар думал рассказать. «Может возникнуть ненужное подозрение». Следовало рассуждать хладнокровно. Если Эульсису требовалось устранить врага, Кикубад несомненно входил бы в список исполнителей. Но тот узнал секрет и ничего не сделал. Что подумает Джулиан? «Решит, что я шпион». На деле Кикубад просто переменил мнение, однако со стороны вывод выглядел закономерным. Поэтому Урухар решил молчать. — Вы что-то скрываете? Слова Джулиана пронзили, как кинжал. Урухар нервно сглотнул. Скрывать было что, но вреда эта тайна не приносила: если рассказать — могут возникнуть проблемы, если оставить при себе — нет. — Если есть что сказать, говорите. Чёрный Рыцарь тоже этого хотел бы. Услышав это имя, Урухар будто попал под заклятие. — Кикубад… раскрыл мою личность. Джулиан сразу сел ровнее и сосредоточенно посмотрел на него. — Во время происшествия в поместье Фулкурна? Урухар кивнул. — Но вы здесь. Значит, Кикубад вас не схватил. Ещё один кивок. — Хм. Джулиан тихо вздохнул. Урухар прекрасно понимал, какой вывод напрашивается. Даже без прямых обвинений выбора почти не оставалось. Его могли отстранить как слишком опасного помощника Чёрного Рыцаря. — В таком случае… Оставалось лишь доказать невиновность. — Хорошо. Неожиданно Джулиан отнёсся к признанию совершенно спокойно. — Вы не станете выяснять подробности? — Какие именно? — Кикубад узнал, кто я, но я всё ещё свободно хожу по столице. — Вопросы не изменят положение. Джулиан пожал плечами, словно речь шла о пустяке. — К тому же Чёрный Рыцарь наверняка не станет делать ничего разочаровывающего. Спокойствие Джулиана поразило Урухара. — Вас ведь не изгнали из имперских рыцарей? — Нет. — Отлично. Джулиан улыбнулся. — Потеряй вы должность, пользы от вас для меня не осталось бы. Урухар слегка нахмурился. При всей якобы великодушной натуре этот человек оставался невыносимым. *** На самом деле от нынешней ситуации у меня едва не взрывалась голова. Эульсис, главный виновник происходящего, использовал жизнь императора и рога Демонического бога, чтобы вести страну к гибели. Калдрах тем временем собирался свергнуть четвёртого принца и сам занять трон. — Одного Эульсиса уже слишком много. А Калдрах ещё и готовил план, способный в любой момент перевернуть столицу. Пришлось вызвать его для разговора. — Скоро я начну любить это поместье, — заметил принц. Он охотно прибыл по приглашению и выполнил просьбу не приводить охрану. Рядом ощущалось лишь присутствие Абиши под капюшоном. — Хм. Калдрах развалился в кресле гостиной и вздохнул. — Что ты внезапно захотел обсудить? — Можно сразу к делу? — Прошу. Я отбросил лишние украшения. — Вернётесь на крайнюю северную линию — в Северный Полюс? Калдрах улыбнулся. — Полагаю, столичные дела я сумею решить сам. Поэтому прошу вас забрать Рыцарей Клина и вернуться на Север… — Ты считаешь эту просьбу разумной?! Первой вспыхнула Абиша. Она яростно уставилась на меня и ткнула пальцем. — Безумец! Ты заключил соглашение с Эульсисом?! — Успокойся, Абиша. Калдрах жестом остановил её. — Значит, ты понял. Он посмотрел на меня остро. — Догадался, что я сделаю после смерти Эульсиса. — Вы рассредоточили слишком много Рыцарей Клина. Как можно было не заметить? Сеть осведомителей Нового Ордена Рассвета позволяла без труда узнать, что готовит Калдрах, даже внутри императорской семьи. — Хм. Он снова вздохнул. — Думаю, смерть отца, императора Адратана, пойдёт на пользу. Даже самой Империи. План был прост: открыто или тайно убить императора, объявить об этом и затем силой захватить правящую семью, получив видимость законности. — Даже если целью станет смерть Эульсиса, столица утонет в крови. — Неизбежная жертва. — Как далеко простирается это «неизбежное»? — Насколько потребуется. Ради поддержки народа, ради оправдания власти Калдрах пожертвует чем угодно. Новый Орден Рассвета тоже может стать разменной картой. «Низкорождённый всегда остаётся низкорождённым». Циклы немного остудили его огненный характер, но сущность не изменилась. — Звучит так, будто после Эульсиса вы потребуете и мою голову. — Ты неправильно понял, Джулиан. Официально ты не состоишь в Ордене Рассвета. Калдрах ухмыльнулся. — Но если борьба с Эульсисом затянется, могут возникнуть непредвиденные обстоятельства. Советую помнить об этом. Настолько открытая угроза означала, что его приготовления уже далеко продвинулись. Поэтому я решил перевернуть доску. — Именно поэтому надеюсь закончить всё как можно скорее. Вы согласны, ваше высочество Эульсис? Я повернул голову. Калдрах медленно проследил за моим взглядом. +=+=+=+=+= Перевод выполнен командой Дом Некроманта. ---------- Конкурс на самого непочтительного сына Империи (2) Эульсис медленно вышел из темноты. Увидев его, Калдрах исказил лицо от гнева. — Почему ты здесь?.. На лице Калдраха промелькнула целая гамма чувств. Это был не просто гнев — в его взгляде полыхала ненависть к смертельному врагу. Однако вскоре он взял себя в руки, кашлянул и перевёл яростный взгляд на меня. «Что ты задумал?» Его взгляд настойчиво требовал ответа. «Сам хотел бы тебя спросить». Чего добивался ты? Разве не мести Эульсису и исправления Империи? Ты говорил так, будто власть тебя совершенно не интересует. «А теперь, похоже, тебя тоже поглотила жажда власти». Впрочем, ничего удивительного. Когда достаточно протянуть руку — и огромная столица может стать твоей, трудно не возжелать власть. — Ты настолько ослеплён властью, что готов поступиться справедливостью? Почему он произносит то, что должен был сказать я? Не обращая внимания на повысившего голос Калдраха, Эульсис вошёл в гостиную. При его приближении чувства Калдраха проявились ещё отчётливее. От прежней отстранённости, с которой он разговаривал со мной, не осталось и следа. — По чьему разрешению ты сюда вошёл? — По разрешению господина Джулиана. С этими словами Эульсис взглянул на меня. Калдрах смерил меня острым взглядом, но я лишь пожал плечами. Следом за Эульсисом вошла Абигейл. — Значит, няньку тоже привёл. Калдрах впился в неё ледяным взглядом, однако Абигейл лишь приподняла край платья и почтительно поклонилась по придворному обычаю. — Настолько тосковал по материнской ласке? Пусть она и замена, но выбрал ты жалкую. — Старший брат Калдрах. Теперь взгляд Эульсиса тоже стал острым. — Я уже говорил: следите за языком. — А я, кажется, уже говорил не называть меня братом. — Довольно. Чтобы пресечь нарастающую враждебность, я поднял руку. Вмешательство в разговор членов императорской семьи могло считаться преступлением, заслуживающим казни, но на этот раз мне почему-то не было страшно. Оба принца послушались слов простого сотрудника «Закрытых Глаз» и посмотрели на меня. «Хм». Ситуация была до смешного нелепой. Один цеплялся за жизнь отца и мечтал разрушить столицу. Другой хотел обрести законность своей власти благодаря смерти того же отца. «Если подумать…» Я ничем не лучше. Едва не разнёс собственную семью, а недавно ещё и уложил отца, Обена, на пол одним ударом. «Место, где определят самого непочтительного сына Империи». Похоже, именно здесь и должен был пройти конкурс на звание самого непочтительного сына Империи. Когда все приглашённые собрались, гостиную заполнила тяжёлая тишина. Дело было не просто в неловкости из-за плохих отношений: в воздухе витало убийственное намерение, готовое в любой миг вырваться наружу. — Итак, здесь собрались двое, способные перевернуть всю Империю. Я попытался разрядить обстановку шуткой, однако Калдрах лишь презрительно фыркнул. — Кукловод, который стравил всех между собой, теперь говорит, что не хочет пожрать Империю? — У меня никогда не было столь нечистых намерений, Ваше Высочество Калдрах. — Тогда ничего этого вообще не произошло бы. Калдрах по-прежнему смотрел на Эульсиса без малейшей доброжелательности. — Трус всё-таки осмелился сюда явиться. — Я тоже не хотел приходить. Эульсис перевёл взгляд на меня, и я коротко кивнул. — Не беспокойтесь. Я верну вам Зеркало Исаака. — Зеркало Исаака? Священную реликвию Святого Королевства? Калдрах сначала посмотрел на меня, затем вновь на Эульсиса. — Ты одолжил священную реликвию у Святого Королевства? Эульсис лишь скрестил руки, не отвечая. Бам! Калдрах яростно ударил по столу и вскочил. Атмосфера стала настолько напряжённой, что казалось, он вот-вот обнажит меч. Абигейл тут же шагнула вперёд, закрывая Эульсиса собой. — Если ты одолжил реликвию, то наверняка пообещал Святому Королевству нечто равноценное. Что именно? — Обязана ли я отвечать? Абигейл ответила вместо принца, и Калдрах до крови закусил губу. — Это обсудим позже. Напряжение не спадало, поэтому я решил перейти к главному. — Позже? — Возврат Зеркала Исаака и решение нынешней ситуации — разные вопросы. К причине, по которой я собрал вас здесь, реликвия прямого отношения не имеет. Меня это не касалось, хотя после Зеркала Исаака остался весьма неприятный осадок. — Я предпочитаю мир. Я честно высказал своё желание. Под миром я подразумевал вовсе не высокую идею предотвращения войны, а лишь собственную безопасность. И только. — Мне всё равно, кто окажется наверху, пока сохраняется мир. Прежний Джулиан, наверное, не сказал бы ничего подобного, но теперь я понимал, как он высказался бы на самом деле. — Если победит Его Высочество Эульсис, столица будет разрушена. Если победит Его Высочество Калдрах, под угрозой окажется уже моя безопасность. Один открыто намеревался уничтожить столицу. Другой был готов продать соратников ради трона. А поскольку надо мной всё ещё висела тень Ордена Рассвета, оба представляли собой опасных правителей. — Поэтому я подумал… Я улыбнулся. — Может, нам лучше сохранить нынешнее равновесие? На несколько мгновений воцарилось молчание. — Ха-ха… Невозможно. Первым тишину нарушил почти насмешливый голос Калдраха. — Невозможно. Он полностью отверг моё предложение. — Возможно, для тебя это и звучит осуществимо. Если бы такое вообще могло сработать. В его взгляде, направленном на Эульсиса, по-прежнему горела вражда. — С ним нельзя договориться. Я знаю это наверняка по бесчисленным повторениям. — В этих повторениях случалось нечто подобное? Не обращая внимания на присутствие Эульсиса, я намеренно упомянул «повторения». Калдрах на миг удивился, но всё же ответил: — В такой ситуации я оказался впервые. — Тогда приготовьтесь. Мне вдруг стало приятно. Я попытался скрыть улыбку, но уголки губ сами поползли вверх. — Отныне всё, что вы испытаете, будет для вас новым, Ваше Высочество Калдрах. Говорить с принцем в таком тоне — похоже, я и правда окончательно спятил. Однако, вспоминая всё, чего добился, я понимал, что имею право на подобную уверенность. — Чтобы произносить такие слова, требуется немалая сила. — Я и сам не знал. Внутри я был куда менее спокоен, чем звучал, но сказать это следовало. — Я не представлял, насколько велико моё влияние. — Я всё гадал, зачем ты меня позвал… Только настроение испортил. Калдрах фыркнул и поднялся с места. Пришедшая с ним ведьма Абиша последовала за ним. — Что бы ты ни говорил и ни делал, остановить грядущее не сможешь, Джулиан. Когда пронзительный взгляд Калдраха упал на него, Эульсис едва заметно вздрогнул. — Столкновение Рыцарей Клина и Небесной Стражи неизбежно. В столице обязательно прольётся кровь. — Не хотите вернуться на север? — Нет. Калдрах раздражённо цокнул языком. — С проницательными людьми вроде тебя всегда столько хлопот. Когда всё закончится, я собирался тебя умиротворить. С этими словами он стремительно покинул гостиную. Зная его характер, я бы не удивился, попытайся он убить Эульсиса прямо здесь. Однако пока между ними стоял Джулиан, достаточно сильный, чтобы остановить столкновение. — Господин Джулиан, вы ведь думали о будущем? После ухода Калдраха заговорил Эульсис. — Понимали, что после моей смерти следующим станете вы. У Джулиана была сила, способная бросить вызов трону. Речь шла не только о личной боевой мощи: его разрозненные прежде сторонники давно превратились в серьёзную политическую силу. Если Калдрах убьёт Эульсиса и захватит власть, Джулиан неизбежно станет его следующей целью. Точно так же, как когда-то Святой Меч. — Но на этот раз Калдрах прав. То, что уже началось, невозможно остановить. Я молча слушал. — Теперь я понимаю, что уничтожить всю Империю почти невозможно. Я не смог сохранить рога Демонического бога. Эульсис сделал короткую паузу. — Но столицу я сокрушу. Несмотря на твёрдую решимость в его голосе, я лишь усмехнулся. — Попробуйте, Ваше Высочество Эульсис. Я протянул ему выставленную на стол шкатулку. Внутри лежало Зеркало Исаака. Эульсис задумался. Это была священная реликвия, одолженная у Святого Королевства, и он наверняка ожидал, что я воспользуюсь ею как рычагом и потребую что-нибудь взамен. — Вы так просто… возвращаете её? — Разумеется. Её ведь следует вернуть Святому Королевству. А тот, кто одолжил реликвию, должен отнести её лично. Озадаченный Эульсис осторожно убрал возвращённую реликвию. Слишком легко он получил обратно такой ценный козырь. — Насчёт Святого Меча… прошу прощения. Слова, которые он явно не собирался произносить, сами сорвались с губ. — Не нужно извиняться. Я улыбнулся и поднял ножны, показывая их Эульсису. «В сильном теле обитает сильная душа». Это были ножны Святого Меча. — Так или иначе, справедливость восторжествует. Моя улыбка и холодный тон заставили Эульсиса вздрогнуть. Внезапно Абигейл побледнела и схватилась за ухо. — Что?! Широко раскрыв глаза, она посмотрела на Эульсиса. Он вопросительно взглянул на неё, но ведьма замялась, не желая говорить при мне. — Мне выйти, чтобы вы могли поговорить наедине? Я понял намёк, однако Эульсис лишь подозвал Абигейл ближе. Она наклонилась и тревожно прошептала ему на ухо: — Все ритуальные площадки, способные вместить рог Демонического бога, перестали отвечать. Все площадки? Зрачки Эульсиса расширились. Обычно он немедленно потребовал бы объяснений, но теперь первым делом посмотрел на стоявшего перед ним человека. — Джулиан… Я не ответил. Лишь одарил его многозначительной улыбкой. +=+=+=+=+= Перевод выполнен командой Дом Некроманта. ---------- Не сомневайся (1) Ещё до встречи двух принцев Джулиан размышлял о силе бойцов «Сумерек». «Убийцы племени рахман». Их боевые навыки действительно были выдающимися — вполне ожидаемо для людей, выживших в суровой пустыне Суранун. Каждый из них не уступал обычному рыцарю, а благодаря опыту сражений в пустыне они умели расправляться с демонами даже лучше многих орденских рыцарей. «К тому же они превосходно скрываются». Само существование личного отряда по-прежнему вызывало беспокойство, но они уже зашли слишком далеко, чтобы теперь бояться подобных мелочей. — Все они преданы господину Джулиану, — тихо произнёс подошедший Пинтель, словно озвучивая его мысли о «Сумерках». — Они станут вашими руками и ногами и даже бросятся в огонь, если вы прикажете. — Было бы неприятно, если бы они действительно туда бросились. — Кхм. Пинтель кашлянул. — Это лишь выражение, показывающее, насколько они верны вашему слову. Верность, значит. Обдумывая его слова, Джулиан осмотрел преклонивших колени бойцов «Сумерек». «И правда». Это были солдаты, готовые действовать по его воле. Отдельные исполнители у него появлялись и раньше, но целое подразделение впервые подчинялось именно ему. Члены «Закрытых Глаз», монсеньоры и епископы всё-таки принадлежали своим организациям, а потому пользоваться ими можно было лишь в определённых рамках. «Теперь я смогу действовать свободнее». Подумав об этом, Джулиан взглянул на Пинтеля. Тот, встретившись с ним глазами, почтительно отступил на шаг, будто понял приказ без слов. — Его Высочество Эульсис наверняка подготовил в разных местах столицы несколько подобных ритуальных площадок для использования рогов Демонического бога. — Я тоже так думаю. — Отследить применение резонансных камней возможно, но это займёт слишком много времени. Пинтель кивнул. — Тщательно обыщите столицу. При необходимости проверьте даже трущобы. — Нам следует найти эти ритуальные площадки? — Да. В помощь поискам я также приставлю одного Императорского рыцаря. — Императорского рыцаря?! Пинтель удивлённо распахнул глаза. — Именно. — Вы сумели переманить на свою сторону даже Императорского рыцаря… Он смотрел на Джулиана с нескрываемым восхищением. Хотя на деле Джулиан никого не переманивал — этот человек с самого начала был союзником. Правда, союзником Чёрного Рыцаря, а не его самого. — Хм. Джулиан коротко вздохнул и посмотрел на Пинтеля. «Он наверняка тоже не знает, кто скрывается под маской Чёрного Рыцаря». Сохранил бы Пинтель свою преданность, узнав, что именно Джулиан когда-то преградил ему дорогу? Если да, этот человек и правда был единственным в своём роде. — Что-то не так, господин Джулиан? Заметив его взгляд, Пинтель вопросительно склонил голову. — Ничего. Раскрыться нельзя. Ни при каких обстоятельствах. *** «Что-то пошло не так». Так думал Аль Хашар, рыцарь-телохранитель Колпарана. Именно он порекомендовал Джулиану убийц племени рахман. Сам происходивший из пустыни Суранун, Аль Хашар всегда хотел помочь соплеменникам. Ему повезло попасть в Империю и поступить на службу к Колпарану; без этого везения он страдал бы вместе со своими братьями в пустыне. «Мне просто повезло. Значит, я должен воспользоваться удачей, чтобы помочь остальным». После смерти Герарда, Демона Востока, Аль Хашар привёл племя рахман в Империю, воспользовавшись связями Ордена Рассвета, чтобы облегчить им въезд. Он делал это ради соплеменников и, помимо прочего, ради помощи господину Колпарану. По крайней мере, так он считал. — Освободитель ниспослал нам божественное повеление. Наблюдая за оживлённо переговаривавшимися бойцами «Сумерек», Аль Хашар мрачно подумал: «Всё пошло совсем не туда». По какой-то причине привезённые им рахманцы без памяти увлеклись Джулианом. Они считали его Освободителем — трансцендентным существом из легенд пустыни Суранун — и были готовы без колебаний отдать за него жизнь. — Азим уль азим. — Азим! Уль азим! Почему?! Слушая, как соплеменники благоговейно повторяют слова на рахманском наречии, Аль Хашар всё сильнее недоумевал. — Рим Хашар. Наконец не выдержав, он позвал единственного кровного родственника среди них. Из толпы вышел мужчина с чёрными волосами и янтарными глазами. — Что случилось, Аль Хашар? — Господин Джулиан отдал вам приказ? Пытаясь успокоить сжимавшего кулак брата-близнеца, Аль Хашар осторожно задал вопрос. — Он велел расправиться с предателями. — С предателями? Рим горячо кивнул. Аль Хашар протянул руку, желая взглянуть на официальный приказ. — Это предназначено только для глаз «Сумерек». Однако Рим отказался передать документ. «Я так и знал. Здесь что-то не так». Хотя долгие годы братья жили порознь, между ними никогда не было секретов. И то, что Рим отказался делиться сведениями лишь потому, что Аль Хашар не входил в «Сумерки», тревожило. — Да. Мы обязаны хранить это в тайне, Аль Хашар. — Азим уль азим. Другие рахманцы отреагировали так же. Они плотно сомкнули губы, словно каждое слово Джулиана было частью священного откровения. — Вы всё неправильно понимаете! — закричал Аль Хашар, глядя на ослеплённых странной верой братьев. — Господин Джулиан — не наш Освободитель! Их лица исказились, но он заговорил ещё громче: — Почему вы вообще так решили? Что стало причиной? — Он убил Демона Востока, чтобы мы могли выжить. — Это совпадение! А совпадение ли? Вопрос возник и в душе Аль Хашара, однако он упрямо отверг его. — Будучи истинным хозяином Ордена Рассвета, он дал нам место в Империи, избавив от пустыни Суранун. — Он просто использует вас! Рахманцы проникли в столицу без проверок и надзора благодаря влиянию Ордена Рассвета, но Джулиану они были нужны лишь как полезная сила. — Как и сказано в писаниях провидца Махам-уда, он без единого удара заставил шахатанов преклонить колени! Братья заговорили разом, и измученный их криками Аль Хашар схватился за голову. «Шахатанами» на их языке называли демонов. — Как сказано в писаниях?.. — Именно! — Провидец Махам-уд говорил, что шахатаны преклонятся перед ним, словно перед своим богом! — Это несомненное доказательство того, что он Освободитель, брат мой Аль Хашар. Первым делом Аль Хашар подумал, какую магию мог применить Джулиан. «Словами их уже не переубедить». Он покинул пустыню Суранун ещё молодым и потому не обладал столь глубокой верой, как остальные соплеменники. Теперь стало ясно: доводами разума изменить их убеждения почти невозможно. — Не доверяйте ему слишком сильно. Ему оставалось лишь предупредить их. «Он вовсе не столь возвышен и чист, как Освободитель из легенд Сурануна». Больше Аль Хашар ничего сделать не мог. *** Рим Хашар знал, что его брат не бросает слов на ветер. Они долго жили в разлуке, и он многого не знал о его жизни, однако характер Аль Хашара понимал прекрасно. «Чего он боится?» По правде говоря, Рим не до конца верил, что Джулиан является воплощением легендарного Освободителя. Скорее, верил лишь наполовину. Но не видел причин отказываться ему помогать: племя рахман действительно получило от Джулиана немалую поддержку. «Я запутался». Закрыв глаза, Рим попытался привести мысли в порядок. «Освободитель не навязывает веру. Он не связывает людей именем веры, а лишь даёт выбор тем, кто пожелает следовать за ним». — Какая мерзость. Вскоре настал момент выбора. Выполняя приказ Джулиана по уничтожению одной из ритуальных площадок, Рим Хашар увидел ужасающую картину. — Неужели столичные маги полностью лишены человечности? — Не все маги таковы. — И всё же… «Сумерки» разделились на группы по трое и искали четыре скрытые площадки столицы. Обнаруженное место называлось Чертогом Гу: здесь людей скармливали демонам, выращивая чудовищ. Не щадили даже детей. — Ради личной выгоды или великой цели они совершают подобное? — Не знаю, Рим Хашар. Один из соплеменников подошёл к задумчивому Риму и положил руку ему на плечо. — Похоже, жители Империи не понимают всей опасности шахатанов… демонов. Рим поднял изогнутый клинок. — Нет, понимают. Просто погоня за собственной выгодой ослепила их. «Брат Аль Хашар, ты не лжёшь. Но требовать, чтобы я терпел поступки этих невежд, — всё равно что просить меня отречься от племени рахман». — Верно. — Освободитель поставил нас перед выбором. Рим Хашар поднял саблю, и убийцы племени рахман, бойцы «Сумерек», приготовились к бою вместе с ним. — Кто вы такие? — Постойте, что случилось со стражей у входа… Кх! Пока маги Чертога Гу в недоумении смотрели на неожиданно появившихся бойцов, Рим вонзил клинок в ближайшего из них. Тот даже не успел вскрикнуть и бесшумно обмяк. Оттолкнув труп, Рим заметил в углу потрёпанную мягкую игрушку, вероятно, принадлежавшую одному из пленённых детей. Его янтарные глаза похолодели. «Он просто использует нас ради своих целей!» В памяти всплыли слова Аль Хашара. Тогда Рим не сумел ответить брату, но теперь, увидев это место, обрёл твёрдый ответ. — Мы лишь орудия великого дела, которое ему предстоит свершить. И для племени рахман нет чести выше. Он произнёс это тихо, но братья, ринувшиеся на магов, словно услышали. Кровь взвилась в воздух. Маги сопротивлялись, однако против убийц пустыни Суранун у них не было шансов. — Азим уль азим! +=+=+=+=+= Перевод выполнен командой Дом Некроманта. ---------- Не сомневайся (2) — Что это вообще такое?.. Элеонора пробормотала так тихо, что никто не услышал, однако её растерянность была очевидна. — Два принца?.. Она цокнула языком, глядя на двух людей, вошедших в особняк Джулиана. Третий принц Калдрах де Адратан. Четвёртый принц Эульсис де Адратан. Двое, которые мечтали убить друг друга, оказались в одном месте. «Зачем?» Мысли Элеоноры окончательно спутались. Она находилась здесь по просьбе Джулиана. — Вы превосходно разбираетесь в магии. Сможете отключить магические устройства в определённой области? Он обратился к ней со своей неизменной хитрой улыбкой, и Элеонора согласилась. Отключить магические устройства было трудно, но, будучи знатоком магии тьмы, она знала нужный способ. Вначале сама просьба казалась странной, ведь барьер требовалось установить вокруг особняка Джулиана. «Я думала, он хочет защититься от нападения других магов». Но нет. — Сильный барьер не нужен. Достаточно, чтобы он подавлял коммуникационные устройства. Он попросил ограничить лишь «связь», одну из основ магии тьмы, а значит, речь шла не о защите дома. Как бы то ни было, Элеонора выполнила просьбу. Барьер окутал особняк и полностью заглушил магические устройства связи. В подобных вещах она была уверена: род Д'Мисель издавна специализировался на таком искусстве и получил признание самой императорской семьи. «Но эти принцы…» Зачем они здесь? Да ещё оба сразу! С трудом скрывая беспокойство, Элеонора продолжала поддерживать барьер. «Что будет, если они узнают?» Ответ пришёл почти сразу. «Казнь». Говорили, что за непочтительность к императорской семье казнят редко. Все и без того понимали, что оскорблять её честь способны лишь полные идиоты, да и сами принцы нечасто отправляли подданных на плаху за клевету. Если человек не выступал против них всерьёз, обычно проявлялась снисходительность. «Но сейчас…» Её действия легко истолковать как злой умысел. А поскольку принцев было двое, опасность словно удваивалась. «Джулиан». И надо было ему попросить о такой неприятной услуге. «Меня не должны обнаружить. Ни за что!» Возможно, искреннее желание Элеоноры исполнилось: оба принца не заметили барьера. Калдрах наконец ушёл, и она уже облегчённо выдохнула, когда Джулиан подал ей знак. «Он хочет, чтобы я сняла барьер?» Он что, просит меня умереть? Рядом с четвёртым принцем находилась прорицательница Абигейл. Элеонора прекрасно знала, что та не просто гадалка, а настоящая ведьма. «Стоит снять барьер — и ведьма сразу поймёт, кому он принадлежал». И всё же Джулиан велел его убрать? «Он точно хочет моей смерти». Но даже когда на кону стояла жизнь, Элеонора не могла ослушаться. Глубоко вдохнув, она взмахнула рукой. В тот же миг Абигейл заметно вздрогнула, и их глаза встретились. «Джулиан. Если со мной что-нибудь случится, я буду проклинать тебя даже после смерти». Элеонора молча подавила гнев. *** — Все бойцы «Сумерек» завершили поручение. Как только Элеонора по моему сигналу сняла барьер, из устройства связи раздался голос Пинтеля. Именно ради этого я и собрал здесь обоих принцев. «Предупредить Калдраха». И загнать Эульсиса в положение, где ему не останется ничего, кроме сотрудничества со мной. Впрочем, называть такое сотрудничество спасением Эульсиса было бы нелепо. Он всё равно умрёт — от моей руки или от руки Калдраха. Я лишь оттягивал этот момент. — Так вот зачем вы позвали меня, хотя знали, что здесь будет Калдрах? Эульсис задал вопрос, и я кивнул. Мне казалось, что на лице не дрогнул ни один мускул, но в его глазах отражалась моя улыбка. — Вы использовали Зеркало Исаака как приманку, заманили меня в место, отрезанное от связи, и тем временем тихо уничтожили ритуальные площадки. Прищурившись, Эульсис посмотрел на меня. Я не ответил и лишь пожал плечами. Он был прав. С помощью Зеркала Исаака я заманил Эульсиса внутрь защищённого барьером особняка, а затем разрушил все найденные нами площадки. Узнав об этом лишь сейчас, он уже ничего не мог предпринять. — К сожалению, я не обладаю подобными возможностями, Ваше Высочество Эульсис. — Тогда как вы объясните происходящее? Абигейл передала ему устройство связи, и Эульсис протянул его мне. — Как только я вошёл сюда, все магические устройства замолчали, а площадки для рогов Демонического бога были одновременно уничтожены. — Удивительное совпадение. — Совпадение? И всё совпало одновременно? — Ха! Эульсис рассмеялся. — Ваше Высочество Эульсис, вам незачем разговаривать с этим человеком. Услышав его насмешку, Абигейл встала рядом и намеренно достаточно громко прошептала: — Призовите Небесную Стражу. — Небесную Стражу? Вызывайте, если желаете. Я спокойно поднял руки. Вовсе не потому, что мог справиться со всей Небесной Стражей. «Здесь был Калдрах». Эульсис не мог их вызвать. Только поэтому я и позволял себе такую расслабленность. — Если Небесная Стража двинется против Джулиана, он, естественно, ответит. — Никто в этом мире не стремится умереть. — А если всё перерастёт в крупное столкновение, неужели Калдрах останется в стороне? — Э-это… Холодный взгляд Эульсиса заставил Абигейл опустить голову. — Вот ведь затруднительное положение. Осознав собственную ситуацию, принц тяжело вздохнул. — До солнечного затмения осталось четыре дня. Ритуальные площадки уничтожены, и теперь осквернить землю невозможно. Он посмотрел на меня. — Все рога собрать не удастся. Если попытаться отнять оставшиеся силой, выгоду получит Калдрах. — Тогда почему бы вам не бежать? — Бежать? Эульсис слегка склонил голову, словно само слово показалось ему странным. — Собрать все рога и воскресить Демонического бога теперь невозможно. Раз других вариантов не осталось, я предлагаю побег. — Если я сбегу, придётся оставить Небесную Стражу здесь. Тогда Калдрах погонится за мной, разве нет? — Зато проживёте немного дольше. По сути, я прямо заявил ему в лицо, что его замыслы превратились в пустые мечты. И сделал это совершенно бесстыдно. Но Эульсис даже не попытался спорить. — Да… да, Ваше Высочество Эульсис, — поспешно заговорила Абигейл. — Бегство тоже выход. Пока вы живы, рано или поздно найдётся новая возможность. — Нет. Это последний шанс. В его глазах горела решимость любой ценой оставить на Империи глубокий шрам. — Упущу эту возможность — Калдрах непременно меня убьёт. Тот, кто добровольно отправился на север усмирять варваров, не оставит эту рану без ответа. С каждым словом лицо Абигейл становилось всё мрачнее. — У вас есть способ? Сам вопрос звучал смешно. Конечно, он не собирался рассказывать способ мне. Эульсис был врагом, и наверняка считал меня таким же. — У сосуда Короля демонов есть свои способы. Вы ведь знаете? Он отвернулся и направился к выходу. Я мог остановить его здесь, но тогда возникли бы проблемы с использованием Калдраха. Моя цель заключалась в том, чтобы стравить их и дождаться, пока оба падут. — Милена… проклятая женщина. Абигейл остановилась, не последовав за принцем, и впилась в меня взглядом. В её глазах горела ненависть не столько ко мне, сколько к Милене. — Нынешняя ситуация… Неужели её создала та ведьма? Бросив эти непонятные слова, Абигейл резко развернулась и поспешила за Эульсисом. «Ситуация, созданная Миленой?» Я не понимал, о чём она. Милена умерла много лет назад. *** — Оба принца ушли? Когда Эульсис покинул особняк, Элеонора, управлявшая барьером, наконец показалась. Выглядела она мрачно. Она пыталась скрыть это, но мысль о том, что ей пришлось обманывать двух принцев, явно заставила её покрыться холодным потом. — Ну как? Полезный опыт, не правда ли? — Да, восхитительный. Если не считать того, что я едва не умерла и всё ещё могу умереть в ближайшем будущем, опыт был великолепен. Она говорила максимально равнодушно, но в голосе всё равно звучала обида. Похоже, отсутствие объяснений действительно её напугало. «Пора заканчивать и с Калдрахом, и с Эульсисом». Времени у обоих оставалось немного. Калдрах покинул север, а для Эульсиса приближалось солнечное затмение. Если кто-то сдастся и сбежит, всё может закончиться без серьёзных происшествий, но к этому не шло. Следовало ещё раз оценить силу «Сумерек». *** Завершив уничтожение ритуальных площадок, «Сумерки» собрались в назначенном месте и ждали разрешения разойтись. Вскоре к ним подошёл Пинтель. — Сегодня вы хорошо поработали. Благодаря этому господин Джулиан взглянет на вас по-новому. С удовлетворением осмотрев бойцов, он продолжил: — Без преувеличения можно сказать, что до сих пор вы берегли силы именно ради этого дня — ради того, чтобы распространить его имя по всей… Хм? Посреди речи загорелось устройство связи. Пинтель жестом приказал «Сумеркам» оставаться на месте и отошёл, чтобы принять сообщение. — А, понял. Он ответил с заметным замешательством, а затем вернулся. Рим Хашар уже гадал, что произошло, но сомнения быстро рассеялись. — Господин Джулиан желает увидеть каждого из вас. Освободитель хочет встретиться с нами? Среди бойцов «Сумерек» поднялся взволнованный шёпот. +=+=+=+=+= Перевод выполнен командой Дом Некроманта. ---------- Не сомневайся (3) — Тишина. Когда среди «Сумерек» поднялся шёпот, Пинтель поднял руку. Голоса быстро стихли. — Я понимаю ваше волнение, однако вы должны кое-что знать. Он поднял раскрытую ладонь и понизил голос, словно собирался сообщить нечто крайне важное. Бойцы «Сумерек», особенно Рим Хашар, внимательно слушали. — Скорее всего, господин Джулиан вызвал вас не ради нового задания, а чтобы лично поговорить с каждым. Поговорить? Рим Хашар удивился. Для Джулиана «Сумерки» были всего лишь полезными орудиями. Они и сами не желали быть кем-то большим или меньшим. — Мы допустили ошибку? Пинтель покачал головой, хотя выражение лица осталось серьёзным. — Не похоже, что встреча назначена из-за проступка. Господин Джулиан впервые использовал вас, и вы прекрасно выполнили приказ. — Тогда зачем?.. Пинтель задумался, вздохнул, приводя мысли в порядок, а затем словно нашёл ответ. — Возможно, он хочет узнать каждого из вас лично. — Каждого? — Да. Пинтель кивнул. — «Сумерки» — особое подразделение даже внутри скрытного Ордена Рассвета. Оно существует не ради архиепископов, обладающих высшей властью, а исключительно ради Джулиана. Рим Хашар это понимал. Орден Рассвета сам по себе был необычной организацией, а «Сумерки» выделялись даже среди его членов. — Вероятно, господин Джулиан желает поговорить с вами, чтобы подготовиться к любой неожиданности. — Но зачем ему лично тратить на это время? — Потому что господин Джулиан желает держать всё под своим контролем. Пинтель коротко рассмеялся. — Даже если случится нечто непредвиденное, он заранее создаёт условия, в которых сумеет управлять происходящим. Рим поразился. Непредвиденное — это то, что выходит за границы любых расчётов. Уверенность человека, считающего, что способен контролировать даже подобные события, была поистине огромна. — Хотя вряд ли вы позволите себе лишнее, всё же следите за словами и поведением в его присутствии. Пинтель строго предупредил бойцов. *** Причина, по которой я решил поговорить со «Сумерками», была простой: мне хотелось понять, что у них в головах. «Безусловной преданности не существует». Если честно подумать, заслуживаю ли я почтения? Разумеется, нет. «Пинтель — довольно странное исключение». Именно поэтому «Сумерки» следовало оценить заново. «Их боевая сила настоящая». Потому я и решил их проверить. Их стоило держать рядом, поскольку они были полезны. Но если хочешь, чтобы люди оставались рядом, необходимо достойно вознаграждать их. Иначе я бы не уделял им столько внимания. — Хм. Для личных разговоров я выбрал ботанический сад на окраине столицы. Когда-то я встречался здесь с Тенелоном, и уже тогда это место привлекло моё внимание. «Всё-таки растения лучше всего». Войдя в сад, я увидел множество самых разных растений, в том числе бонсай. В последнее время моя любовь к зелени, начавшаяся с бонсай, только росла. «Их можно выращивать без лишних эмоциональных затрат». В отличие от отношений между людьми, здесь не требуется обмениваться сложными чувствами. Просто поливаешь, питаешь растение, а оно отвечает цветами. Какая простая и понятная история. — И голова от них не болит. Подойдя к ближайшему дереву, я протянул руку к низко свисавшей ветви. На ней гроздьями висели красные плоды, похожие на финики. Тёмно-зелёные стебли напоминали цвет выращиваемого мной бонсай. — Как же оно называется? У этого сада наверняка имелся смотритель. Если Тенелон не был полным идиотом, он не мог убить человека, ухаживавшего за растениями. Впрочем, мне и без названия нравился его вид. — Хе-хе-хе… — Азим уль азим. Вот же! От неожиданного голоса за спиной я вздрогнул и медленно обернулся. Впрочем, прийти сюда могли лишь вызванные мной бойцы «Сумерек». — Вы звали меня, господин Джулиан? Это был первый человек, с которым я решил поговорить. Я внимательно рассмотрел его. Чёрные волосы, янтарные глаза. Что-то знакомое. «Аль Хашар?» Он напоминал телохранителя Колпарана. Тот тоже происходил из племени рахман, а, по словам Пинтеля, большинство бойцов «Сумерек» были рахманцами. Наверняка между ними имелась связь. Держа в руке плод, похожий на финик, я посмотрел на оружие незнакомца. «Скимитар». Изогнутый клинок, которым пользовались племена пустыни Суранун. Мне сразу стало любопытно, какое фехтование можно показать таким оружием. *** Войдя в ботанический сад, Рим Хашар ощутил смешанные ароматы цветов и спокойствие летнего дня. В одной части сада находился пруд. Лёгкий ветер гнал по воде рябь, а под поверхностью плавали золотистые рыбки. «Водяная лилия?» Глядя на цветы, Рим невольно подумал: «Неужели в Империи существует такое место?» Ещё вчера он увидел отвратительную картину, вызвавшую в нём неприязнь к Империи. Да и трудно было найти уроженца пустыни Суранун, который относился бы к ней хорошо. Бедствия тамошних народов объяснялись не только географией — влияние Империи тоже сыграло немалую роль. «И всё же…» Здесь было неплохо. «Где господин Джулиан?» Рим осмотрелся и заметил огромную пальму. Она изящно тянулась вверх, словно колонна, соединяющая землю с небом. «Не ожидал увидеть её здесь». Пальмы укоренялись даже в суровой земле, редко погибали и приносили плоды. Поэтому их можно было встретить и в беспощадной пустыне Суранун. Для племени рахман это дерево обладало ещё и религиозным значением. «Когда Освободитель одолел шахатанов, он посадил деревья на их останках ради умирающих кочевников». Таково было происхождение священной пальмы. Словно зачарованный, Рим приблизился. В пустыне Суранун при встрече с таким деревом полагалось почтительно поклониться. — Господин Джулиан?.. Там стоял Джулиан. Он легко касался плодов и улыбался так светло, что этому трудно было подобрать слова. — Азим уль азим. Фраза сама сорвалась с губ Рима. — Хм. Джулиан повернулся и посмотрел на него. Вечно улыбающееся лицо оставалось непроницаемым и казалось скорее неземным, чем человеческим. — Как тебя зовут? — Рим Хашар. — Ты знаешь Аль Хашара? — Да. Рим кивнул. — Он мой брат-близнец. — Понятно. От вас исходит похожее ощущение, поэтому я и предположил связь. Речь Джулиана звучала легко и отстранённо. — Наверное, тяжело покинуть родные земли и жить в Адратанской Империи. Впрочем, расставание с родиной трудно для любого человека. В его словах прозвучала печаль. Джулиан родился в Империи, однако говорил так, будто и сам был изгнанником, для которого эта земля не была настоящим домом. — Вы родились в столице, господин Джулиан? Он ненадолго отвёл взгляд. — Можно сказать и да, и нет. — Что это значит? — В последнее время я и сам уже не уверен, откуда пришёл и чем занимался прежде. Сохраняя слабую улыбку, Джулиан покачал головой. «Похоже, он не способен полностью вспомнить прошлую жизнь». Только так Рим мог истолковать его слова. — Я сказал лишнее. Джулиан провёл пальцами по листу пальмы и указал на висящие плоды. — Красиво, не правда ли? В его глазах светилась священная улыбка. В тот же миг Рим вспомнил строку из писания. «Одолев шахатанов, Освободитель заставил пальмы вырасти из их тел и протянул плоды голодающим людям со словами: „Это моя плоть, дар моей крови вам“». — Азим… уль азим. Сам не заметив, Рим опустился на колени, прижал лоб к земле и переплёл пальцы. *** Что он вообще делает? Я с недоумением смотрел на внезапно распростёршегося передо мной Рима Хашара. «Надо переходить к делу». Почему он вступил в Орден Рассвета? Чего хотел, став «земляным пауком»? Ради этих ответов я и позвал бойцов на личные беседы. «Нужно знать, с каким человеком собираешься работать». Была и ещё одна причина. Мой взгляд упал на висевший у него скимитар. Мне очень хотелось собственными глазами увидеть фехтование племён пустыни Суранун. «Дел слишком много». Раздражает. Уже голова начинает болеть. Вот почему растения лучше: выращиваешь их и ни о чём не думаешь. — Рим Хашар. Даже услышав имя, он продолжал лежать ниц и что-то бормотать. Я слегка растерялся и огляделся. Взгляд снова остановился на плодах пальмы. Это дерево явно не росло в материковой части Империи, однако прижилось здесь и принесло плоды. «Я мало знаю об обычаях рахманцев». Такое поведение Рима наверняка было связано с родиной. Значит, этот плод подходил лучше всего. — Посмотри. Я сорвал один из фиников и показал ему. Вероятно, он молился, прижавшись лбом к земле, потому что боялся жизни в чужой стране. — Как плоды этого дерева, твои усилия непременно принесут результат. Рим ответил именно так, как я ожидал. — Воистину. Каким бы безжалостным убийцей ни был рахманец, жить на чужбине тяжело. Он принял протянутый мной плод. Теперь можно было перейти к главному… Хрусть! Рим раздавил финик в ладони, и между пальцами потёк красный сок. Ч-что?.. Почему ты мажешь этим лицо, сумасшедший?! +=+=+=+=+= Перевод выполнен командой Дом Некроманта. ---------- Король демонов (1) Резиденция третьего принца Калдраха де Адратана совсем не напоминала роскошные дворцы императорской семьи. Повсюду аккуратно хранились тактические карты, стойки с оружием и боевое снаряжение, словно хозяин в любой миг был готов выступить в поход. В центре находился огромный стол для оперативных совещаний, заваленный документами и учебными макетами. Любопытно, что один из макетов изображал Императорский дворец. — После прорыва через Врата Небесного Почтения на нас обрушится Небесная Стража, но оставьте её нам, Ваше Высочество Калдрах. Принц, сосредоточенно рассматривавший макет дворца, кивнул. — Именно ради этого мы и существуем. — Естественно, трон должен занять Ваше Высочество Калдрах. — Кто, кроме вас, способен вернуть порядок в этот хаос? Советники один за другим выразили согласие. Калдрах лишь прикрыл глаза и выслушал их. — Теперь колеблешься? Испугался? Наблюдавшая за ним Абиша заговорила резко. Однако советники не проявили недовольства — к её манере они уже привыкли. — Я лишь хочу избежать ненужного риска. — В опасности уже весь режим. Не хочешь рисковать — возвращайся на север. Калдрах посмотрел ей в глаза и усмехнулся. — Хочешь домой? — Разве это не очевидно? — Я тоже хочу вернуться домой. — О чём ты? Разве твой дом не здесь? — Само по себе место ещё не становится домом. В глазах Калдраха вспыхнула жажда власти. — Отец сейчас без сознания, но и прежде он уже не мог принимать разумных решений, попавшись на сладкие речи прорицательницы. Все взгляды сосредоточились на нём. — Некогда великая Империя постепенно приходит в упадок. Это не та Империя, которую я знал. Не мой дом. Советники смотрели на него с почтением. — Поэтому я изменю её. Верну ей облик родины, которую помню. Спокойный, но властный голос заставил их сжать кулаки. *** — Кажется, всё по-настоящему начинается только сейчас. Когда советники ушли, Абиша снова заговорила. — Всё всегда должно было прийти к этому. Просто немного позже. — Для человека, верящего в судьбу, ты слишком долго сомневался. Калдрах коротко вздохнул. — Пока оставались Флюгель и Кикубад, я считал, что унаследовать трон невозможно. — Поэтому на мгновение дрогнул? Он молча кивнул. — Но Флюгель не приходит в сознание. Теперь нас способны остановить лишь Небесная Стража и Кикубад. — И всё же уверенности в тебе не видно. Калдрах перевёл взгляд за окно. — Тебя тревожит сын Королевы Терний? Абиша знала источник его беспокойства. — Сейчас в борьбе за наследование замечают только третьего и четвёртого принцев. Но внутри Империи спит дракон. Спящий дракон. Абише такое определение Джулиана казалось преувеличением, но Калдрах думал иначе. — Даже если не учитывать его личную силу, люди, идущие за ним, уже способны проглотить Империю. — Тогда почему такой человек остаётся без титула и держится внизу? — Возможно, его сторонники слишком разрозненны. Или он сам ничего не желает. — Разумеется. Абиша недоверчиво фыркнула. — Человек, запертый на севере, добрался до столицы, ослеплённый властью, а тот, кто жил здесь всю жизнь, спокойно сидит без всяких амбиций? Колючие слова были направлены в Калдраха, но он лишь улыбнулся. — Именно поэтому он страшен. Невозможно предугадать, куда будет направлена такая сила. — И, несмотря на страх, ты всё равно решил убить императора? — То, что я делаю сейчас, — похороны. Похороны моего отца. — Что ты имеешь в виду? — А как ты думаешь? Жажда власти в его глазах постепенно угасла. — Его Величество император Адратан не просто потерял сознание. Он уже мёртв. *** — Цок-цок, маменькин сынок, похоже, совсем растерялся. Освещённый падавшим сзади солнцем, Кикубад тихо рассмеялся. Он находился в просторном кабинете, доступном лишь командиру Императорских рыцарей. Урухар тоже был здесь. — Все площадки для использования рогов Демонического бога разрушены. Похоже, принцу Эульсису пора наконец прийти в чувство. Несмотря на крах планов Эульсиса, Кикубад выглядел довольным. В его глазах блестел интерес, а губы растягивались в улыбке. — Вероятно, это произошло благодаря тебе. Он посмотрел на Урухара без малейшей враждебности, и именно это пугало ещё сильнее. — Не понимаю, о чём вы. — Чтобы найти площадки, требовалось собрать множество сведений. Для Императорского рыцаря такая задача не слишком трудна. Урухар действительно передал информацию Джулиану. Кикубад говорил так уверенно, будто считал это доказанным фактом. — У вас есть подтверждение, что это сделал я? Он продолжал притворяться. Урухар чувствовал, что Кикубад не станет действовать немедленно даже после раскрытия, но между признанием и отрицанием всё равно лежала огромная разница. — Понятно. Тогда предположим, что сведения передал недавно погибший Айхан. Кикубад легко отмахнулся. Личность предателя его в действительности не занимала. Ему хотелось вернуть имя сильнейшего мечника Империи. Забрать титул Святого Меча уже невозможно, но достаточно было уничтожить его ученика. И ещё… — Всякий раз, вспоминая ночь в особняке, я чувствую дрожь в руках и ногах. — В особняке? — Когда я встретил Чёрного Рыцаря. Убить Чёрного Рыцаря. Урухар не сомневался: Кикубад охотился и за его головой. — Продлись бой дольше, я бы победил. Но… Он провёл пальцами по подбородку. — Я ощутил в нём нечто непонятное. Сумей я разгадать это ощущение, наверняка смог бы победить. — Не знаю. — Именно поэтому и хочу узнать. В одном Урухар до сих пор ошибался. — Всё идёт прекрасно. Чем дальше, тем лучше. Теперь Эульсис непременно допустит ошибку, и, чтобы её исправить, Чёрному Рыцарю придётся показаться. Нельзя сказать, что Кикубад совершенно не заботился об Империи. Просто сторону он выбрал потому, что хотел сражаться с сильными. «То есть всё-таки не заботился». Урухар покачал головой, отгоняя мысль. — Нужно вознаградить господина Урухара из Императорских рыцарей за искренние старания. Кикубад неожиданно поднялся, приготовился покинуть кабинет и резко обернулся. — Почему стоишь? Не идёшь за мной? Он говорил так, словно подчинение было само собой разумеющимся. Урухар нахмурился, но выбора не имел. Кикубад шёл всё глубже во дворец. Когда за Вратами Меридиана показалась резиденция императора, лицо Урухара омрачилось. — Что вы задумали? — Хочу показать Императорскому рыцарю сведения, которые ему следует знать. Не оборачиваясь, Кикубад продолжил путь. От прежнего смеха не осталось следа. Они подошли к покоям императора. Увидев огромную дверь, Урухар почувствовал неладное. «Нет стражи?» Обычно это место охраняла Небесная Стража. По меньшей мере здесь должен был находиться один Императорский рыцарь. Кикубад без колебаний распахнул дверь. Скрип. Внутри царила жуткая тишина. — Заходи. Повинуясь его словам, Урухар словно зачарованный шагнул внутрь. В обычной ситуации подобное нарушало императорский порядок, но странная атмосфера заставила его забыть обо всём. Тяжёлые бархатные занавеси погружали комнату в полумрак, пропуская лишь слабый свет. — Гхм. В голове Урухара вспыхнули страшные предположения. За занавесью виднелся силуэт. Он знал, что там лежит император, но фигура оставалась пугающе неподвижной. — Что за… Шурх! Пока Урухар боялся протянуть руку, Кикубад подошёл и резко отдёрнул занавесь. На кровати лежал император. Казалось, он спал, но грудь не поднималась. — Коснись его. Урухар снова сглотнул. Дотронуться до тела императора было вопиющей непочтительностью, однако без проверки положение могло стать ещё опаснее. Он подошёл и положил пальцы на шею монарха. От холодной кожи мороз прошёл по руке. Дыхание давно остановилось. Император был мёртв. — Кикубад… Что это значит? — А как ты думаешь? Тот тихо рассмеялся. — Борьба за трон наконец подходит к завершению. Это могло означать лишь одно. — На столицу обрушится кровавый вихрь? — Вихрь уже поднялся. Осталось узнать, кто будет стоять, когда буря утихнет. Кикубад направился к выходу. — Советники скоро могут ворваться сюда. Калдрах, узнавший о случившемся, немедленно начнёт действовать. — Его Высочество Калдрах? — Он стратег и связан с армией. Разумеется, ему известно о смерти императора. Тук-тук. Кикубад постучал по рукояти меча и повернулся к Урухару. — Разве у тебя нет поручения? — Поручения? — Немедленно приведи Чёрного Рыцаря. Если не остановить буйство принцев, Империя действительно падёт. Кикубад растянул губы в кривой насмешливой улыбке. +=+=+=+=+= Перевод выполнен командой Дом Некроманта. ---------- Король демонов (2) — Фух. После долгих разговоров с бойцами «Сумерек» я тяжело вздохнул. «По крайней мере, стало ясно: предавать меня они не собираются». Правда, их слова и поступки были странными. «Зачем они внезапно падали на колени и начинали молиться?» Один размазал по лицу сок плода. Другой вытащил изогнутый меч и заявил, что докажет верность собственной кровью. Нашёлся даже человек, который полностью разделся. — Хааа. Голова болела. Они действительно были сильны и по мастерству не уступали рыцарям. За их мастерство Пинтеля хотелось похвалить. Но… «Я просил людей, которые страшнее демонов». А он привёл тех, кто пугает даже сильнее. Как-то успокоившись, я снова оглядел оранжерею. После убийства Тенелона это был мой второй визит, но здесь уже ощущалось почти домашнее спокойствие. «Растения всё-таки лучше всего». Тут между листьями показалась маленькая сова. От обычной птицы её отличало голубоватое сияние. Нетрудно было понять: это фамильяр Таалле. «Они наконец начали двигаться?» Я окутал руку маной и показал сове. Та почесала крылом голову и полетела в сторону выхода. — Ха. Раз Таалле прислала фамильяра, значит, в столице поднималась буря. С надвигающейся бурей я мог справиться. Но сама необходимость прилагать столько усилий к тому, что можно было решить проще, ужасно утомляла. «Мне тоже пора двигаться». Я поднялся и пошёл к выходу, постепенно оставляя за спиной запах растений. У дверей ожидал Пинтель. — Я хочу познакомить вас с одним человеком. Благодарю, что подождали. — Познакомить?.. Пинтель непонимающе склонил голову. — А вот и она. Я указал на приближавшуюся Таалле. Слуги сопровождали её, а сама она как можно тщательнее скрывалась под зонтом. — Я понял, что вы придёте, когда увидел фамильяра. — Кто эта женщина? — Хозяйка Павильона Ясной Луны, Таалле. Войдя в тень, она посмотрела на нас. Над её головой отчётливо виднелся Цвет Страха, хотя лицо оставалось невозмутимым. — Как видите, она вампир. — Вампир? Пинтель растерялся. — Разве вампиры не вымерли? Таалле поправила одежду и высунула руку из-под зонта. Ш-ш-ш! Кожа под солнцем тут же начала гореть. Пинтель распахнул глаза. — Настоящий вампир… Она быстро укутала обожжённую руку. — Теперь верите? Голос звучал надменно, но Цвет Страха над головой то вспыхивал, то тускнел. «Наверняка ей ужасно больно». Зачем было демонстрировать это, если можно объяснить словами? Таалле резко повернулась и встретилась со мной взглядом. «Дело срочное». Теперь я понял, почему она выбрала столь прямой способ доказать свою природу. Ей хотелось как можно скорее перейти к сообщению. *** — Что? Элеонора непроизвольно переспросила, услышав совершенно невероятные слова. — Кхм. Кашлянув, она любопытно посмотрела на Джулиана. — Это неожиданно. Точно так же на него смотрели остальные. Совещание проходило в монастыре, который архиепископы Ордена Рассвета использовали после смерти Тенелона. Теперь это место полностью принадлежало им. Джулиан созвал сюда всех архиепископов, поэтому, кроме Элеоноры, присутствовали Колпаран и Пинтель. Сильнее всего отреагировал Колпаран. — Джулиан, не ожидал услышать от тебя такое. Он погладил бороду и прищурился. — Доберись эти слова до императорской семьи, и ты мгновенно окажешься на эшафоте. — Чего беспокоиться, Колпаран? Они не должны никуда добраться. — Осторожность никогда не бывает лишней. Здесь могут стоять устройства прослушивания. — Здесь присутствую я, Пинтель! — гордо заявил архиепископ и посмотрел на Элеонору. — А пока рядом архиепископ Элеонора, ничего подобного не случится. — Тогда повторим ещё раз, господин Джулиан. Не скрывая недовольства, Колпаран продолжил: — Вы утверждаете, что император Адратан уже скончался? Все взгляды устремились к Джулиану. Сидевший со скрещёнными руками и ногами мужчина медленно поднял голову. — Да. Сотрудник организации, напрямую подчинённой императорской семье, произнёс слова, почти равносильные святотатству. — На чём основан ваш вывод? — У меня есть лично расставленные информаторы. — Лично расставленные… Колпаран смотрел настороженно. — Смерть императора — событие огромного масштаба. Она неизбежно вызвала бы шум. — Вы спрашиваете, почему сейчас так тихо? Колпаран кивнул. — Очевидно, кто-то скрывает сведения. — Принц Эульсис? Джулиан пожал плечами. — И, несмотря на его попытки скрыть смерть, вы узнали правду? — Именно. Как и ожидалось, господин Колпаран весьма проницателен. — Страшный человек. Старик цокнул языком. — Что вы имеете в виду? — Пугает и то, что ваши слова правдивы, и то, что вы владеете такими сведениями. Ещё страшнее то, что неизвестно, к чему вы перейдёте после объявления смерти императора. — Господин Колпаран, вы настоящий трус. — Хм. Он погладил бороду. — Разумеется, страшно. Вы раскрыли то, что пытались скрыть люди, обладающие реальной императорской властью. В его рассуждении имелся смысл. Какой информационной сетью должен обладать Джулиан, чтобы узнать секрет самой императорской семьи? Элеонора взглянула на Колпарана. Джулиан действительно располагал огромной силой и сведениями. К тому же за беспощадность его прозвали Улыбающимся Палачом. Но она не боялась. Они были союзниками и состояли в одном Ордене Рассвета. Элеонора знала: Джулиан не совершает бессмысленных глупостей. — Значит, вы боитесь того, что он потребует, используя это знание? — Нет, господин Колпаран боится не этого. Джулиан распрямил руки, вытянул указательный палец и усмехнулся. — Вы боитесь, что мой информатор когда-нибудь придёт уже за вами. Колпаран вздрогнул. — Вы хорошо придумали провести племя рахман в Империю через Аль Хашара. Однако, похоже, намеревались сделать их своими личными солдатами, а не частью Ордена Рассвета? — Хм… Не понимаю, о чём вы. — Если бы Пинтель не создал «Сумерки», убийцы племени рахман оказались бы под вашим командованием. Джулиан говорил с разочарованной улыбкой, но на этот раз эмоции ощущались. Лицо не изменилось, зато воздух вокруг задрожал. — Я человек боязливый, господин Колпаран. Если вы продолжите поступать подобным образом… что, по-вашему, сделает такой трус, как я? Даже без обнажённого меча убийственное намерение было очевидно. Колпарану наверняка почудилось, что Лунный Меч уже проходит по его шее. — К-кхм… — Конечно, я понимаю: дурных намерений у вас не было. Вы такой же трус, как я, и просто готовились на всякий случай, верно? «Ничего страшного. Я понимаю». — Поскольку вы хорошо управляетесь со своими сторонниками, на этот раз я закрою глаза на проступок. После этого Джулиан мягко улыбнулся. Причина, по которой он упомянул смерть императора, была проста. — Скоро принц Калдрах начнёт действовать. Если он легко взойдёт на трон, следующим шагом, вероятно, станет уничтожение Ордена Рассвета. Лица Элеоноры и Колпарана омрачились. — То есть ради нашей безопасности вы предлагаете не допустить наследования трона принцем Калдрахом? — Вы не совсем ошибаетесь. После этих слов повисла тишина. «Не допустить восшествия» звучало просто, но в действительности могло потребовать смерти члена императорской семьи. — Господин Джулиан, — заговорила Элеонора. — Слова о смерти императора правдивы? Он кивнул. — И доказательства? Элеонора не возражала против использования Ордена Рассвета, но желала понять источник сведений. — Я не знаю всех подробностей происходящего внутри дворца. — Не знаете? — Да. Она удивлённо посмотрела на его хитрую улыбку. — Но действия принца Калдраха мне известны полностью. — Каким образом? Ответить не успел: в комнату вошла Таалле. Вместе с ней разлился соблазнительный аромат. Колпаран нахмурился, раздражённый присутствием посторонней. Элеонора же осталась невозмутимой. — Это вы? — Именно, презренные существа. Таалле с высокомерным видом оскорбила архиепископов. Пинтель, похоже, ожидал подобного и лишь прикрыл глаза, но Колпаран был явно недоволен. На деле вампирша думала совсем о другом. «Почему я оказалась в таком положении?» Она всего лишь зашла к Джулиану, чтобы через оставленного при Калдрахе фамильяра сообщить о странности. «Эти дворяне…» Перед ней находились не обычные господа, а влиятельнейшие люди. Формально у них не было власти учреждений, напрямую подчинённых императорской семье, но влияние оставалось огромным. «Хочу домой!» +=+=+=+=+= Перевод выполнен командой Дом Некроманта. ---------- Король демонов (3) Таалле надменно осмотрела архиепископов сверху вниз. Чем дольше она это делала, тем гуще становился Цвет Страха над её головой. «Уже почти дымится». Она прекрасно понимала: если присутствующие архиепископы затаят обиду, её спокойной жизни в столице придёт конец. И всё же продолжала вести себя вызывающе — значит, решила не позволять им смотреть на себя свысока. «Но с властью ей всё равно не тягаться». — Кхм. Таалле кашлянула, нарушая неловкое молчание. — Император скончался. Вы ведь хотели доказательств? Она небрежно взмахнула рукой, и на ладонь опустилась маленькая сова. — Я способна управлять мелкими животными. Через них наблюдаю за происходящим в столице. — Всего одной птицей? — Вам кажется, что она одна? На резкое замечание Колпарана Таалле распахнула окно. Сова вылетела наружу и уселась на ветку, где уже находилось несколько птиц со светящимися глазами. — Кхм. Колпаран кашлянул и скрестил руки. Несмотря на огромное число расставленных фамильяров, никто не почувствовал их присутствия. Способности Таалле действительно впечатляли. «Не будь над ней Цвета Страха, выглядело бы ещё убедительнее». Цвет Негатива над её головой бушевал настоящей бурей. — Фамильяры выяснили, что император не просто потерял сознание. Он уже мёртв. Комнату заполнила тяжёлая атмосфера. Не все присутствующие были преданы императору, но каждый понимал, какие последствия вызовет оглашение его смерти. — Пользуясь этим, принц Калдрах собирает императорские войска для захвата дворца. Вот и грядущая буря. — Какая неприятность. — Мы предполагали подобное, но всё началось быстрее, чем ожидалось. Колпаран и Элеонора выглядели обеспокоенными. Кто бы ни победил в столкновении двух принцев, новый правитель создаст проблемы. Победа Эульсиса станет худшим исходом, но и триумф Калдраха не обещал ничего хорошего. — Если принц Калдрах захватит трон, а народ начнёт волноваться, кто знает, кого он решит наказать для устрашения остальных. Элеонора ясно выразила мысль: любой из них опасен. Я думал так же. — Лучше всего, если падут оба, но… хм? Внутри меня внезапно зашевелилась Анжелика. Это не было привычным игривым движением или упрямством — ощущение казалось тревожным. «Что случилось?» Пока все смотрели на Таалле, я осторожно выпустил Анжелику. Высунув голову, она яростно затряслась. «О». Перед глазами появилось маленькое системное окно. *** На рассвете, когда первые лучи позолотили стены дворца, третий принц Калдрах во главе войска двинулся к воротам. Шаги были твёрдыми, а следующая за ним колонна солдат даже в молчании демонстрировала суровую выучку. — Ч-что это?! — Ваше Высочество Калдрах, что вы… А-а-а! На пути к Главным воротам, за которыми находились спальня императора и зал аудиенций, дорогу ему преградила Небесная Стража. Однако Рыцари Клина немедленно обрушились на них. Брызнула кровь. Один из стражей в панике потянулся к оружию. — Кх… Абиша лишь пошевелила пальцами, и мужчина потерял сознание, рухнув лицом вниз. Пока он дёргался и стонал, подошедший Рыцарь Клина вонзил меч ему в сердце. Судороги прекратились. — Кого вы пытаетесь остановить? Преданность Эульсису настолько ослепила вас, что вы не видите истины? Калдрах холодно взглянул на павших и заметил приближающееся подкрепление. — Ваше Высочество, оставьте их нам. Часть Рыцарей Клина бросилась навстречу Небесной Страже. Калдрах лишь бегло посмотрел на бой и продолжил двигаться вперёд. Вскоре он достиг самого сердца дворца. Перед огромными Главными воротами его встретил воин. — Командир стражи Третьих ворот Ирваниль приветствует малое солнце Империи. — Ты знаешь, зачем я пришёл? — Да. — Открой ворота. Командир почтительно склонился. — После того как Его Величество потерял сознание, регент Абигейл приказала никому не открывать эти ворота. — Следи за словами, командир. Ирваниль посмотрел на Рыцарей Клина. — Почему мне запрещено проходить там, где Кикубад ходит свободно? Разве тебе самому не хочется узнать, что происходит внутри? Он тяжело вздохнул. — Открывай. Ответственность за всё происходящее я возьму на себя. Командир кивнул и ушёл внутрь. Вскоре раздался грохот механизмов, и укреплённые ворота начали открываться. Калдрах вместе с Рыцарями Клина вошёл во дворец. Их целью были покои императора. За дверью царила ненормальная тишина. В императорских покоях всегда находились слуги; даже без шума должны были ощущаться признаки жизни. — Почему… здесь так тихо? Абиша встревоженно осмотрелась. Калдрах сохранил спокойствие и подошёл к кровати. Свист! Обнажив меч, он разрубил закрывавшую ложе занавесь. За ней лежал бледный, неподвижный император. — Его Величество Адратан?! — Как я и думал. Увидев мёртвого отца, Калдрах даже бровью не повёл. Он выглядел так, словно переживал это уже много раз. — По состоянию столицы я понял, к чему всё пришло. Он повернул голову. В дальней части комнаты стояли Абигейл и Эульсис. — Я тоже знал, что ты ворвёшься сюда. — Для человека, который знал, защита у тебя слабовата. Хотел умереть от моей руки — мог не устраивать столько хлопот. Калдрах усмехнулся. Рыцари Клина готовы были броситься вперёд, и он не собирался их удерживать. — Где Небесная Стража? Хотя неважно. Похоже, они поняли, кто ты на самом деле, и разбежались. — Ты… Эульсис дрогнул, а Калдрах тихо рассмеялся. — Сдашься сейчас — сохраню тебе жизнь. Немного подумав, он покачал головой. — Нет. Всё-таки убью. Иначе не почувствую удовлетворения. — Я всегда тебя ненавидел. Неожиданные слова заставили Калдраха остановиться. Обычно он тут же оборвал бы Эульсиса, но услышал настоящую эмоцию и невольно позволил продолжить. — Твоя грязная речь недостойна благородной крови. Твоя мать говорила так же. Калдрах молча слушал. — Бессердечный мусор императорской семьи. Вы заточили мою мать и не проявили никакой жалости… — Прости, Эульсис. Никого из присутствующих не волнуют твои семейные драмы. Он направил на брата меч, которым только что рассёк занавесь. — У всего в этом мире есть своя история, даже у валяющегося на дороге камня. — Что? — Но наличие истории не даёт тебе права разрушать страну. Только ты достаточно безумен, чтобы считать иначе. Калдрах рассмеялся. — Для меня ты всего лишь камень, способный только на жалкие истерики. И, к твоему несчастью, здесь никто тебе не сочувствует. Лицо Эульсиса темнело. — Не затягивай. Умри от моей руки побыстрее. После похорон и восшествия на трон меня ждёт гора дел. — Фух… Эульсис глубоко вздохнул. Калдрах медленно приблизился, готовясь убить его. Абигейл, стоявшая рядом, не пыталась вмешаться и лишь печально смотрела на принца. — Сосуд Короля демонов. Эульсис заговорил вновь. — Калдрах, ты знаешь, что такое сосуд Короля демонов? — Нет. Мне незачем знать, и мне всё равно. — Вот как? Эульсис презрительно усмехнулся. — Именно поэтому ты ворвался сюда, ничего не понимая. Он достал из одежды знакомый предмет. — Рог Демонического бога? — Чтобы использовать его, необходима ритуальная площадка вроде Чертога Гу, верно? Даже увидев рог, Калдрах не встревожился. Он знал, что без подходящего ритуала тот бесполезен. — Чертоги Гу создавались ради получения сосуда, способного принять рог Демонического бога. — Хочешь сказать, такой сосуд находится здесь? Эульсис указал на себя. — Я. И, словно это было самым естественным действием, поднёс рог к голове. Яростный свет окутал его. По комнате закружилась демоническая энергия. ▶ На континенте родился «Король демонов». ▶ Черта «Новый Святой Меч» усиливает вас. Увидев системное окно, я мысленно вздохнул. Похоже, Эульсис окончательно всё решил. «У него был шанс, если бы он бежал». Я отодвинул окно и поднялся. — Похоже, на пустые разговоры времени больше нет. — О чём ты, Джулиан? Колпаран задал вопрос. Я легко постучал пальцем по ножнам. — Во дворце началась война. Настало время Ордену Рассвета заявить о себе и выступить. +=+=+=+=+= Перевод выполнен командой Дом Некроманта. ---------- Заблудший (1) Даже появление Короля демонов не означало конец света. В «Let’s Kill the Demon King Now» он был лишь существом, предназначенным для воскрешения Демонического бога. Если воскреснет Барбатос, тогда действительно наступит конец игры. Его сила разделена между рогами, а собранная воедино без труда уничтожит континент. Поэтому рождение Короля демонов означало, что настал последний шанс предотвратить конец. Я взглянул на выглядывавшую Анжелику. «Пока один рог находится у меня, ситуация ещё остаётся под контролем». ▶ Черта «Новый Святой Меч» усиливает вас. Увидев окно, я сжал и разжал ладонь. «Способность главного героя». Точнее — черта Хейдена Райха. Похоже, разработчики оставили её последним предохранителем для героя, загнанного Королём демонов в совершенно несправедливую ситуацию. С появлением Короля демонов земля автоматически осквернялась, остаточные мысли разрастались, и вместе с самим владыкой приходилось отражать целую волну чудовищ. «Но здесь волноваться незачем». Раз Эульсис стал Королём демонов, значит, Калдрах прижал его к стене вместе с личной армией — Рыцарями Клина. Небесная Стража также могла сдержать часть появляющихся демонов. Именно ради этого я и загнал Эульсиса в угол, одновременно подтолкнув Калдраха вперёд. «Я не Святой Меч». У меня нет его благородных намерений и привычки в одиночку взваливать на себя всё. Удобство важнее. Если врагов двое, пусть лучше уничтожат друг друга. — Господин Джулиан. Подошёл Пинтель. За его спиной едва виднелись тени «Сумерек». — По вашему приказу остальные архиепископы приготовились взять под контроль подступы к дворцу. Я и «Сумерки» готовы действовать внутри. — Хм… Я осмотрел Пинтеля. «Не думал, что остальные архиепископы пойдут дальше третьих ворот». А этот точно собирался следовать за мной до конца. Я был благодарен, хотя всё ещё не понимал, почему он так мне доверяет. — Господин Джулиан, с вашего позволения могу высказать одну дерзкую мысль? Я кивнул, и Пинтель наклонился ближе. — На случай чрезвычайной ситуации я разместил «Сумерки» возле второго принца Осборна. Что?! Лицо, к счастью, не изменилось, но от потрясения мои «Открытые глаза» едва не распахнулись по-настоящему. Зачем? — Если вы собираетесь устранить третьего и четвёртого принцев, а затем взять Осборна в заложники и захватить Империю, это естественная мера. Сумасшедший. Я ничего подобного не замышляю. «Хааа…» Но отрицать оказалось непросто. Если его преданность держалась на вере в мои имперские амбиции, прямой отказ мог заставить его и «Сумерки» отступить. И всё же поставить убийц возле принца — нужно быть совершенно безумным. — Кхм. Господин Пинтель, ваша предусмотрительность поистине глубока. Для начала следовало похвалить. Сейчас его сила была необходима. — Однако будет разумно отозвать «Сумерки» от принца Осборна. — Тогда при ухудшении ситуации мы не сможем его захватить. К тому же хороший заложник даст оправдание для входа во дворец. В этом была своя логика. Даже во время мятежа несанкционированной армии будет трудно пройти через первые ворота. «Ты правда готовишь революцию?» — Оправдание не нужно. — Простите? — У нас есть жители столицы. — Жители? — Те, кто без столкновения с дворцовой армией способен открыть первые ворота. *** Направляясь со «Сумерками» к дворцу, Пинтель всё размышлял над словами Джулиана. «Открыть первые ворота силой граждан?» Он не понимал, но не сомневался: у Джулиана есть замысел. Пинтель уже собирался спросить, однако Джулиан неожиданно отправил его вперёд, сказав, что ненадолго отлучится. «Наверняка у него есть план». Его вера оставалась непоколебимой. — Первые ворота впереди, господин Пинтель, — прошептал Рим Хашар. Изнутри дворца доносился сильный шум. Ворота были наглухо закрыты, а за ними колыхалась леденящая демоническая энергия. «Это столица. Сам дворец в сердце Империи». Ощущать здесь демоническую энергию было немыслимо. Пинтель осмотрел резонансные камни, питавшие защитный барьер. Самих камней за устройствами не было видно, но их сила явно угасала. Он подошёл к стражникам. — Что происходит внутри? Узнав знатного человека, привратник почтительно поклонился. — Из-за внутренних беспорядков все ворота закрыты. — Разве это допустимо? При беспорядках ворота следует открыть! — Таков приказ Его Высочества Эульсиса. Услышав имя, Пинтель понял: изоляция дворца — часть зловещего замысла принца. «Может, всё-таки стоило захватить Осборна?» В этот миг толпа у ворот зашумела. Люди расступались перед мужчиной в чёрной уродливой маске и потрёпанном плаще. К первым воротам приближался Чёрный Рыцарь. — Это Чёрный Рыцарь! — Почему он здесь?! Он прошёл к самой страже. — Кто вы?.. — Откройте. — Ворота закрыты по приказу принца Эульсиса. — Первые ворота обязаны оставаться открытыми при любых обстоятельствах. Разве не это позволило императору Адратану обрести власть? Старший стражник растерялся. — Империя принадлежит её гражданам, а император лишь действует от их имени. Всегда открытые первые ворота — доказательство этого. — Но… — Или внутри дворца происходит то, чего гражданам знать не положено? Чёрный Рыцарь повернулся к толпе. — Верно! Даже во время войны первые ворота не закрывали! — Что там происходит? — Мой сын внутри! — Открывайте! Крики становились всё громче. Из-за ворот послышались ответные голоса: — Мама? — Дорогая, ты там? — Вы служите истории Империи или лишь пеплу, оставшемуся после пожара? Тихий голос Чёрного Рыцаря отчётливо прозвучал сквозь шум. Старший стражник сжал губы, посмотрел на солдат и наконец приказал: — Открыть ворота! Стражники заколебались, но подчинились. Они понимали: ещё немного — и ненависть толпы обернётся против них. — Выходите быстрее! — Мама! Когда створки раскрылись, люди хлынули наружу. Чёрный Рыцарь спокойно двинулся навстречу потоку. — За ним, — приказал Пинтель. — Что? — Следуйте за Чёрным Рыцарем! «Неужели именно этого и добивался господин Джулиан?» Смешавшись с толпой, личный отряд «Сумерек» незаметно прошёл внутрь. Брать в заложники Осборна действительно не потребовалось. Пинтель догнал Чёрного Рыцаря. — Стойте! Тот остановился и посмотрел на него. — Вы хотите мести? — Что? — Пришли за мной ради мести? Поняв вопрос, Пинтель глубоко вздохнул. — Сейчас не время. Разве вы не чувствуете демоническую энергию во дворце? Скоро оттуда хлынут чудовища. Здесь может стать кровавее, чем на Северном фронте. — Понятно. — Поэтому предлагаю пока отложить вражду. Пинтель задумчиво посмотрел на Чёрного Рыцаря. +=+=+=+=+= Перевод выполнен командой Дом Некроманта. ---------- Заблудший (2) «Он ведь не догадался?» Увидев, как Пинтель внезапно пристроился за мной, я покрылся холодным потом. Маску Чёрного Рыцаря я надел не только на случай опасности. Хотелось укрепить поддержку простолюдинов. «Они любят таких героев». Таинственный человек, прорвавшийся наверх и ударивший по ненавистной знати, — как его не обожать? Поэтому я решил воспользоваться случаем и ещё сильнее прославить Чёрного Рыцаря. «Полезная карта». Я знал, что Пинтель относится к нему болезненно. Именно Чёрный Рыцарь когда-то погубил его положение в прежнем Ордене Рассвета. — Не лучше ли на время забыть о мести? Сейчас важнее было разобраться с Эульсисом, ставшим Королём демонов. *** Пинтель смотрел в спину Чёрного Рыцаря и думал: «Господин Джулиан». Он понял его личность ещё до смерти Герарда, а возможно, гораздо раньше. Чем глубже Пинтель постигал магию, тем лучше читал память, оставшуюся в потоках маны. «Господин Джулиан наверняка знает, что я его раскрыл». Это было очевидно. Джулиан исчезал — появлялся Чёрный Рыцарь. Оба были искусными мечниками, а намеренное сокрытие ауры лишь усиливало подозрения. «Значит, всё это спектакль». Так Джулиан эффективнее использовал образ любимого народом героя. «Я не должен показывать, что знаю». К тому же дворянину нельзя было выглядеть союзником простонародного героя перед множеством свидетелей. Поэтому Пинтель нахмурился и изобразил ненависть. — Я желал бы разорвать вас прямо сейчас, но долг заставляет сдержаться. Произнеся это, он сильно прикусил язык. «Как я мог сказать подобное господину Джулиану! Непростительно!» Но сейчас иначе нельзя. — Завидное терпение. Впрочем, выбора у вас всё равно немного. Чёрный Рыцарь посмотрел в сторону вторых ворот. — Господин Пинтель, — тихо позвал Рим Хашар. — Там демон. — Где? — За вторыми воротами. Точнее сказать не могу. Пинтель посмотрел на Чёрного Рыцаря. «Даже рахманцы заметили лишь сейчас. Как и ожидалось от господина Джулиана». — Сколько бы демонов ни появилось, остаточные мысли нейтрализует барьер резонансных камней… — Камни больше ничего не значат. — Хм? — Прорицательница Абигейл вмешалась в их работу, поэтому демоны способны свободно перемещаться. Чёрный Рыцарь произнёс это так уверенно, словно знал заранее. «Он уже выяснил даже это. Поразительно!» — Всё верно, — подтвердил Рим. — Все камни, поддерживающие барьер, утратили силу. Пинтель осмотрел устройства и увидел, что их свет действительно погас. — Они идут, — тихо сказал Чёрный Рыцарь. В небе сгущались тёмные облака. — Демон! — За воротами демоны! Остаточные мысли собрались в глубине дворца, и из-за вторых ворот поползли чудовища. — Кр-р-р! — Кья-а-а! Толпа запаниковала. — Демоны появились во дворце! — Всё нормально! Нас защитит барьер! Люди не торопились бежать, даже увидев приближающихся тварей. Они верили в защиту резонансных камней. Но демоны продолжали приближаться. — А-а-а-а! Один из них добрался до человека и вцепился зубами. Увидев, как мужчина рухнул в луже крови, остальные наконец поняли: барьер не работает. Без защиты они были лишь пищей. — Бегите! — С дороги! Толпа рванула прочь. Молодая девушка, ожидавшая родителей у первых ворот, споткнулась и упала. Демон бросился на неё. Я мгновенно сократил расстояние, обнажил Лунный Меч и рассёк чудовище. Для маскировки клинок был покрыт Анжеликой; усиленная режущая способность разделила огромную тушу надвое одним движением. «Она стала сильнее». За спиной послышалось движение — вероятно, родители девушки. «Всё равно придётся расчищать путь». Заодно можно поднять славу Чёрного Рыцаря. — Я задержу их. Уходите. — Спасибо! Спасибо вам! Шаги удалились. В глазах поверженного демона отражалась маска. «Великолепно». Хотя теперь её вид уже не казался мне непривычным. Продвигаясь ко вторым воротам и уничтожая чудовищ, я почувствовал странность. «Их слишком мало». После рождения Короля демонов чудовищ должно было быть достаточно, чтобы перевернуть весь дворец. Но их появлялось немного. Разрубив очередного, я помчался вперёд. Пинтель и «Сумерки» ловко расправлялись с демонами, следовавшими за мной. — Благодарю. — Для меня это честь… Пинтель вдруг ударил себя по щеке. — Сейчас мы должны объединить силы. Я кивнул и продолжил путь. За вторыми воротами демоническая энергия стала гуще. Остаточные мысли уже виднелись невооружённым глазом, а тела демонов становились крупнее и уродливее. Тогда я понял причину их малого числа. — Держать строй! Докажите, почему Лазурные Львы — лучшие рыцари Империи! За третьими воротами орден сдерживал поток. Повсюду громоздились горы демонических трупов, вперемешку с телами погибших рыцарей. В глазах выживших застыла усталость. — Это… Чёрный Рыцарь? Первым на шёпот отреагировал командир Швальт. Не нарушая строя, он подошёл ко мне. — Появиться именно в такую минуту… Не зря вас называют героем простолюдинов. Даже среди сотен демонов его голос оставался деловым, но с Чёрным Рыцарем он разговаривал гораздо вежливее, чем с Джулианом. «Он тоже поклонник Чёрного Рыцаря?» По крайней мере, неприязни не было. Для рыцаря, ценившего порядок, это удивляло. — Вы знаете причину беспорядков? — Хм. — Прошу поделиться, если знаете. — Источник находится в центре дворца. Я не стал упоминать принца, чтобы избежать лишних споров. — Значит, кто-то должен пройти туда и проверить. — Откроете нам путь? — Разумеется. Швальт сразу согласился. Скажи я это лицом Джулиана, он наверняка вытащил бы меч. — Здесь находится командир Императорских рыцарей Кикубад. Вместе с ним расчистить путь будет несложно. Что? Я огляделся и встретился взглядом с Кикубадом, который вдали разрубал демона. +=+=+=+=+= Перевод выполнен командой Дом Некроманта. ---------- Заблудший (3) Разрубив демона, Кикубад стряхнул с клинка кровь. — О-хо-хо. — Выходи. Когда наши глаза встретились, в его мутных зрачках вспыхнул огонь. Огонь человека, для которого, кроме боя, ничего не осталось. «Цок». Я был не лучше. В прошлую встречу сумел уйти благодаря хитрости, но по факту потерпел почти поражение. Желание отыграться начало заполнять сознание. «Спокойно». Сначала нужно убить Короля демонов. Если затянуть со смертью Эульсиса, континент Розенда окажется настолько осквернён, что люди не смогут на нём жить. Времени пока оставалось немного. Рядом с Эульсисом находились Калдрах, Рыцари Клина и Абиша. Но на случай неожиданности я хотел как можно скорее попасть в центр дворца. — Я ждал здесь, полагаясь на предчувствие. И не ошибся. Сжав меч, Кикубад медленно пошёл ко мне. Он искал именно меня. Будь я Джулианом или Чёрным Рыцарем, старик всё равно преградил бы путь. Ему требовалось лишь доказательство силы. — Господин Кикубад? Несколько Лазурных Львов, сражавшихся с демонами, обернулись. В следующее мгновение Кикубад рассёк одного из них. — А-а-а! Кровь взвилась в воздух, рыцарь рухнул без сопротивления. — Ха-ха! Разминка окончена. Знаешь, сколько я ждал? Он даже не взглянул на павшего. Убийство человека не вызвало в нём больше чувств, чем раздавленное насекомое. Кикубад уже замахнулся на следующего рыцаря, когда перед ним возник Швальт. Лязг! — Эльфе, отступи. Спокойно приказав едва живому подчинённому, Швальт шагнул вперёд. — Вы лишились рассудка, господин Кикубад? Его тело окутала белая энергия. «Учение Абсолютного Холода» проявило себя инеем. Кикубад улыбнулся. — Каждый мечник мечтает сразиться с сильным. — Это оправдывает убийство моего рыцаря? — Ха-ха! Почему бы и нет? — Значит, слухи, что после смерти Святого Меча вы изменились, правдивы. — Изменился? Нет. Это моя истинная сущность. Швальт цокнул языком и посмотрел на меня. — Идите. Его цель — вы. С трудом удерживая клинок Кикубада, он продолжил: — Я не знаю, что происходит в глубине дворца. Лучше пусть туда направится тот, кто знает хотя бы немного. Почему он вдруг стал таким сговорчивым? Знал бы — раньше поговорил бы с ним нормально. «Справишься?» Будь я в облике Джулиана, Швальт, возможно, попытался бы убить меня даже вдвоём с Кикубадом. — Тогда не упускайте старика. Он ужасно хлопотный. — Угу. — Ха-ха! Молодёжь совсем не уважает старших. — Будь вы достойны уважения, мы бы его проявили. Оставив их, я двинулся по пути, открытому Лазурными Львами. *** Скрестив меч с Кикубадом, Швальт мысленно цокнул языком. «Бывший Святой Меч. Командование Императорскими рыцарями досталось ему не случайно». Даже одно столкновение показывало: расслабленная поза старика не оставляла ни единой уязвимости. — Неприятно. Твоя аура всё так же сильна, Швальт. Моё старое тело плохо переносит мороз. — Почему вы преследуете Чёрного Рыцаря? — Почему? Ну… хм. Кикубад неожиданно задумался. — Если дело только в силе, я мог бы заинтересоваться и тобой… А. Он словно что-то понял и улыбнулся так жутко, что Швальт невольно напрягся. На морщинистом лице проступила алчность. — Его техника казалась знакомой. Тело узнало раньше разума, поэтому меня так тянуло. — О чём вы? — Это любопытство и переросло в настоящий интерес. Кикубад просунул ногу между ног Швальта, резко оттолкнул его и рассёк рыцаря, пытавшегося помочь. Из тела старика хлынула аура. — Цок. — Ты всегда был таким. Притворяешься хладнокровным, хотя эмоциональнее всех. — Не вам исправлять этот недостаток. — Правда? Кикубад весело рассмеялся. *** За вторыми воротами на меня нахлынуло странное чувство. Некогда дворец был символом силы и процветания, а теперь превратился в мрачные руины. Коридоры и залы обгорели, мраморные стены покрылись копотью, прекрасные росписи были уничтожены. Сады тоже пострадали: цветы вырваны, деревья сломаны, пруды заполнены кровью и обломками. «Блять». Мне нравилось это место. Вид растоптанных растений злил даже сильнее горы трупов. Я оттолкнулся от земли и побежал дальше. Демоническая энергия становилась плотнее. Под ногами лежали слизистые остаточные мысли и тела Рыцарей Клина вперемешку с Небесной Стражей. «Империи конец». Она не рухнет немедленно, но вернуть прежнее могущество уже почти невозможно. Впереди были третьи ворота. За ними можно будет положить конец этому хаосу. До этого места я добрался неожиданно легко. Кикубада задержал Швальт, и некоторое время он не помешает. «Чем проще, тем лучше». Бум! Из-за третьих ворот раздался грохот. Земля задрожала под тяжёлыми шагами. Вскоре показалось чудовище высотой не меньше десяти метров. — Цок. Три рога. Трёхрогий демон, причём гораздо сильнее обычного: он поглотил качественную демоническую энергию и множество остаточных мыслей. «Это он добил Рыцарей Клина и Небесную Стражу?» После их столкновения должны были выжить представители обеих сторон. Раз никого не осталось, значит, демон уничтожил остальных. «Бой займёт слишком много времени». Силы ещё оставались, но после такого сражения их могло не хватить. Демон заметил меня, взревел и ринулся вперёд, излучая убийственное давление. Перед движущейся горой любой почувствовал бы страх, но я спокойно приготовился наполнить меч аурой. — Гра-а-а-а! Внезапно в тело демона полетели клинки. Один, два, три. Десять, двадцать. Сто, двести, триста. Сотни кинжалов расцвели на туше. Чудовище взвыло, пошатнулось и рухнуло, открывая путь. — «Сумерки», расчистите дорогу для Джу… для Чёрного Рыцаря. Это сделал Пинтель. По его приказу бойцы устремились за третьи ворота. Демон снова начал подниматься, словно получил приказ никого не пропускать. — Что ты себе позволяешь? Свист-свист-свист! Пинтель взмахнул посохом, и магические клинки один за другим вонзились в горло чудовища. — Не поднимай голову. Ты недостоин смотреть на него сверху. — Ты стал сильнее. Слова вырвались сами. — Что?.. О чём вы? — Ты стал гораздо сильнее. С прежним тобой не сравнить. Я направился к расчищенному проходу. — Владей ты такой силой во время «Сумеречного пламени», я, возможно, тогда проиграл бы. С этими словами я ушёл вглубь дворца, где скоро должен был увидеть Короля демонов. Пинтель смотрел вслед и слабо улыбался. «Если бы у тебя была такая сила, я мог проиграть». — Как я мог бы превзойти господина Джулиана? Трёхрогий демон вновь поднялся. Пинтель крепче сжал посох. Сознание стало необычайно ясным, магия текла легче. — Я велел не вставать. Бум! В тело демона снова полетели клинки, но теперь к ним добавились огромные магические колья. Они пробили руки и ноги чудовища. — А-а-а-а! Рёв наполнился демонической энергией, и вокруг начали появляться новые твари. — Призываешь демонов? Возомнил, что можешь ими командовать лишь потому, что у тебя три рога? Пинтель медленно отступил внутрь ворот. — Если позволить тебе бродить свободно, ты можешь помешать Джулиану. Он рассмеялся. — Я, Пинтель Обрадин, прослежу, чтобы ни один из вас не прошёл дальше этих ворот. Во имя Джулиана. Смех звучал легко и беззаботно, словно перед ним вовсе не стояла толпа чудовищ. +=+=+=+=+= Перевод выполнен командой Дом Некроманта. ---------- Принц, Король демонов и сосуд (1) Сможет ли Пинтель остановить трёхрогого демона? Я на миг забеспокоился, но воспоминание о его Магии Клинков быстро рассеяло тревогу. Пинтель определённо вырос, хотя я не давал ему ни особых инструментов, ни наставлений. — Кра-а-а! Чем ближе мы подходили к центру дворца, где находился Король демонов, тем больше встречалось рогатых тварей. Они были куда сильнее низших демонов, а зачатки разума доставляли ещё больше хлопот. — Рисек, слева! Лехадран, справа! К счастью, я был не один. Прорываться через эту толпу самостоятельно пришлось бы долго, но убийцы племени рахман избавляли от значительной части работы. — Кх… Правда, сопротивление демонов оставалось жестоким. Даже опытные воины пустыни получали ранения, когда на них наваливалось сразу несколько одно- и двурогих чудовищ. «И всего один стон?» Больше всего пугала их реакция. Получив рану, они лишь коротко кряхтели и продолжали рубить врагов, будто ничего не произошло. «Жуткие люди». Я поправил маску. *** Уничтожая демонов, Рим Хашар вдруг задумался: «Зачем мы здесь?» Почему Пинтель приказал сопровождать Чёрного Рыцаря? В отсутствие Джулиана «Сумерки» должны были прежде всего защищать самого Пинтеля. Но приказ оставался приказом. Именно верность приказам позволила им покинуть пустыню Суранун. «Должны ли мы смотреть, как рахманцы страдают ради постороннего?» В этот миг двурогий демон обрушился на одного из бойцов. — Рисек! Рим хотел помочь, но дорогу преградила другая тварь. — Блять. Ситуация была слишком невыгодной. Тут Чёрный Рыцарь оттолкнулся от пола и одним движением отсёк двурогому демону рога. Тот завыл. Рыцарь развернулся в воздухе и ударом ноги отбросил чудовище. — Осторожнее. Он протянул руку упавшему бойцу и помог подняться. — Один из вас пусть поддержит раненого. Можете возвращаться. Пинтель поймёт. Голос звучал холодно, но в словах чувствовалась забота. Когда товарищ подхватил пострадавшего, Чёрный Рыцарь сразу двинулся дальше. Рима охватило чувство дежавю. «Знакомо». Что-то в походке и фехтовании напоминало человека, которого он хорошо знал, хотя образ всё никак не складывался. — Убийцы племени рахман действительно опытны, — пробормотал Чёрный Рыцарь. И тогда смутное чувство обрело форму. «Нет». Рим сперва отверг догадку. Но Пинтель, известный гордостью, добровольно помогал Чёрному Рыцарю. Всё сходилось. — Джу… Он едва не произнёс имя, но вовремя замолчал. Почему Джулиан скрывал личность, Рим не понимал. Однако если такова воля Освободителя, значит, у него была причина. «Мы лишь его орудия». Сжав скимитар, Рим бросился вперёд и мощным ударом рассёк демона, преграждавшего путь. Чёрный Рыцарь на миг остановился. Он не выглядел удивлённым, однако Риму показалось, что под маской возникла улыбка. — Наконец-то от тебя есть польза. Тон был грубее, чем у Джулиана, но странным образом звучал человечнее. «Теперь понятно, зачем ему маска». Освободитель превзошёл человеческую природу и потому не понимал сердца людей. Он скрывал божественный лик, чтобы учиться человечности. «Воистину». Все знаки указывали: перед ним духовное воплощение Освободителя. — Азим уль азим. Остальные рахманцы услышали его и тоже подняли оружие. — Азим уль азим! На них обрушилась новая волна демонов, но теперь остановить убийц, обретших веру, было невозможно. *** «Что с ними внезапно случилось?» Я уже решил, что «Сумерки» начали сдавать позиции: умные одно- и двурогие демоны окружали нас. Но после слов Рима Хашара воины словно вновь наполнились силами. Почему — понятия не имею. Может, их молитва и правда была каким-то заклинанием. «Разбирайтесь сами». Впереди показался зал аудиенций. Из самого сердца дворца исходила жуткая демоническая энергия. — Оставьте это нам и идите, — неожиданно почтительно сказал Рим. Он всё-таки узнал меня? Размышлять было некогда. Я уже бросился к дверям. Бум! Створки с императорской печатью разлетелись от удара. Демоническая энергия внутри оказалась ещё плотнее. «Это уже не один и не два рога». Статуя императора была разбита, вокруг виднелись следы жестокой битвы. — Кхе… кхе… Кашель раздался со стороны трона. Там сидел Калдрах. Его тело покрывали раны и кровь, но рукоять меча он не отпускал. Железнокровного принца такие повреждения не убили, хотя положение выглядело опасным. — Наконец пришёл. Будь ты быстрее, мог бы помочь. Он без труда узнал меня даже под маской. Впрочем, Калдрах и раньше говорил так, будто знает личность Чёрного Рыцаря. — Какая жалость. Я бы с удовольствием оказался полезен. — Ку-ку. Как трогательно. Калдрах рассмеялся и закашлялся кровью, пачкая золотой трон. — Но желаемого ты добился. Ведь ради этого места всё и начал? — Сидеть здесь не так уж плохо. С горькой улыбкой он указал на правую ногу. — Вытащи это. В бедро вошёл шип из сгущённой демонической энергии. — Значит, Эульсис жив. — Будь его так легко убить, я бы не мучился. — Где он? Я снял маску и рванул шип. Подброшенная маска превратилась в Анжелику и втянулась обратно в тело. — Кх… Мог бы аккуратнее. — Где он? — Не знаю. Но поблизости. Клинок Калдраха был залит кровью. Он явно сумел ранить Эульсиса. — Что с Абишей? — Сражается с Абигейл. Не проиграет. У неё гораздо больше настоящего боевого опыта в Лесу Метелей. Поединок ведьм его совершенно не тревожил. — Для начала я должен извиниться. — Не поздновато? Он действительно поставил меня и Орден Рассвета на весы ради трона. — Нет. Сейчас как раз подходящий момент. В этот миг над нами всколыхнулась демоническая энергия. — К сожалению, мой рог отняли. +=+=+=+=+= Перевод выполнен командой Дом Некроманта. ---------- Принц, Король демонов и сосуд (2) — У тебя забрали рог? Демоническая энергия, исходившая сверху, всё усиливалась. По дороге сюда мне попадались демоны, которых не могли породить всего один-два рога. «Неужели этот ублюдок…» Я посмотрел на Калдраха. Он улыбнулся так, словно прочёл мои мысли. — Кья-а-а… В проломе потолка блеснул глаз. — Эульсис. В мечущихся зрачках почти не осталось ничего человеческого. Эульсис висел во тьме над нами. — Спускайся. Я отозвал Анжелику, покрывавшую клинок, и указал на Эульсиса Лунным Мечом. От мягкого сияния в глазах Короля демонов мелькнул страх. — Я ведь обещал убить тебя лично. Он воспринял это как провокацию и низко зарычал. В тот же миг на потолке открылись десятки других глаз. Подавляющая демоническая энергия Короля скрывала притаившуюся там целую стаю тварей. — Кра-а-а! Твари бросились вниз. — Блядь. Я хотел, чтобы Эульсис напал один. *** Клинок задел плечо Швальта, и тот поморщился. Кикубад лишь улыбнулся. — Может, прекратим? Лазурным Львам следует очищать дворец, а не мешать мне. Он легко стряхнул кровь с меча. «Его аура грубая, но глубокая». Швальт распознал природу «Клинка Лицемерия»: Кикубад формировал из ауры невидимое лезвие. Особенно опасной была его переменная длина. Лезвие могло вытянуться или стать совсем коротким, поэтому определить дистанцию было почти невозможно. Короткий меч идеально подходил для такого стиля. — Не убей вы моего рыцаря, я бы вас отпустил. — Ты слишком привязан к подчинённым. Разве они не расходный материал? — Расходный? Швальт сильнее сжал рукоять. — Как Императорский рыцарь может говорить подобное? — Я всего лишь мечник, который доказывает свою силу клинком. Должность — лишь отметка на пройденном пути. Цепляться за неё неприлично. На обычно бесстрастном лице Швальта появилась улыбка. — Забавно. — Что именно? — Человек, который уверяет, будто не дорожит должностями, устроил весь этот хаос ради звания Святого Меча. Лицо Кикубада дрогнуло. — Говорят, тот, кто громче всех твердит, будто не ценит деньги, чаще всего одержим ими. Со славой то же самое. Лязг! С мечей полетели искры. — Вы не доказываете свою силу. Вы отчаянно гонитесь за званием Святого Меча. — Хе-хе-хе. Напряжение достигло предела. Швальт первым поднял покрытый инеем клинок и обрушил его сверху. Вслед за взмахом в воздухе рассыпались снежинки морозной ауры. Кикубад уклонился и одновременно направил невидимое лезвие Швальту в бок. Тот проследил траекторию по инею и увернулся. — О-хо, отслеживаешь клинок морозом? Швальт ответил горизонтальным ударом, но тут его бок пронзила резкая боль. Невидимое лезвие всё-таки достало его. — Что?.. — Одной теории недостаточно, Швальт. Кикубад шагнул ближе и нанёс смертельный удар. Швальт уже решил, что всё кончено, когда откуда-то налетел ледяной ветер. Сгустившийся вихрь пронзил плечо Кикубада. Старик отступил, а на его прежнем месте поднялся смерч. — Наконец пришёл, Урухар. Когда ветер рассеялся, внутри стоял Императорский рыцарь. *** Я продолжал смотреть на Короля демонов, разрубая падающих тварей. — Последний рог. У Эульсиса теперь было три: два его собственных и отнятый у Калдраха. Оставался лишь мой. Инстинкты требовали отнять у него последний рог. Но Эульсис, похоже, понимал, что я жду его приближения. Черта «Новый Святой Меч» усиливала меня против демонов. Однорогих я убивал мгновенно, хотя многочисленные двурогие всё же задерживали меня. Король демонов наконец спрыгнул со свода. Разрубив очередную тварь, я наполнил Лунный Меч аурой. Лязг! Когти столкнулись с клинком. Между ними показалось лицо Эульсиса. — Лицо почти не изменилось. Тело тоже не выросло, как при обычной демонизации. — Значит, бывают и такие Короли демонов. За множество прохождений я впервые видел настолько человеческую форму. «Не физический тип. Он специализируется на управлении демонами». С тех пор как Эульсис стал Королём демонов, моя способность подчинять безрогих тварей почти перестала работать. Зато теперь я мог сделать кое-что другое. Я быстро коснулся Эульсиса свободной рукой. Его зрачки заметались. — Ки-и-и! Король демонов дёрнулся, словно потерял ориентацию. Я уже собирался рубить, но между нами вклинилась другая тварь. — Ц. По крайней мере теперь он испугается приближаться. — Моя рана всё же помогла? — пробормотал развалившийся на троне Калдрах. — Этого недостаточно. Король демонов потрясённо смотрел на меня, не понимая причины боли. — Ты кое-чего не знаешь о сосудах. Я провернул Лунный Меч и шагнул вперёд. Эульсис напрягся. — Титул Короля демонов лишь означает, что ты способен воскресить Демонического бога. Именно поэтому игроки убивали Королей демонов: воскресший бог уничтожил бы мир. — Но это всего лишь титул. Он не делает тебя сосудом, который рог Демонического бога выберет прежде остальных. — О чём ты? — простонал Калдрах. «Не лезь, я не с тобой разговариваю». — Рог Демонического бога подчиняется не Королю демонов, а более глубокому сосуду. Чем глубже сосуд, тем больше силы он способен вместить. И чем чаще персонаж становился Королём демонов в прохождениях, тем глубже оказывался его сосуд. «Джулиан становился Королём демонов бесчисленное количество раз и каждый раз ломал игру». Неудивительно, что в опросах он одновременно занимал верхние места среди самых любимых и самых ненавистных персонажей. — Иными словами, Ваше Высочество Эульсис, в тот миг, когда вы поглотили рог, у вас не осталось шансов на победу. Я протянул руку. Тело Короля демонов забилось в судорогах. +=+=+=+=+= Перевод выполнен командой Дом Некроманта. ---------- Убить Короля демонов (1) Кап-кап. Кикубад посмотрел на кровь, текущую из пробитого плеча. Боль заставила его нахмуриться, но вскоре он улыбнулся, словно она его взбодрила. — Один Императорский рыцарь и один командир ордена. Даже против двух сильнейших воинов Империи старик выглядел расслабленным. — Идеально для разминки… Хм? Внезапно он повернулся к дворцу. Оттуда хлынуло ещё больше демонов, и рыцари помрачнели. — Похоже, всё близится к концу. Кикубад спокойно убрал меч в ножны. — Что вы делаете? — нахмурившись, спросил Швальт. — Разминка окончена. Пора возвращаться. — Бежите? — Не советую преследовать. Разве вам мало демонов? Кикубад оттолкнулся от земли и исчез. Швальт осмотрелся: чудовищ действительно становилось всё больше. Если ещё один командир покинет свой пост, последствия могут оказаться катастрофическими. — Сначала очистим это место, господин Швальт, — сказал Урухар. — Ты. Швальт впился в него взглядом. — Ты знал, что это произойдёт? Ты появился слишком вовремя. Где находился Императорский рыцарь, пока дворец превращался в руины? Урухар молча опустил голову. — Позже разберёмся. Сейчас следовало думать только о демонах. *** Король демонов пронзительно завизжал. Он не понимал, что происходит с телом, но догадался, что причина во мне. На его крик к нам снова рванули чудовища. «Справа ближе всего двое». Мне не требовалось искать их взглядом. Вероятно, так действовала черта «Новый Святой Меч». Свист! Первому я одним движением снёс голову. Двух- и трёхрогие твари попытались вцепиться мне в шею, но разделили его судьбу. Лунный Меч залило кровью, однако его сияние не померкло. — Хуп! Я собрал силу, и клинок вспыхнул ослепительным светом. Ослепив демонов, я рванул к Королю. Наши глаза встретились. Он явно боялся моей руки, считая касание причиной странных изменений. И потому упустил из виду меч. Свист! Я рассёк ему бок, сблизился и направил клинок в живот, но когти Эульсиса раньше вонзились мне в плечо. — Кх! Боль прокатилась по руке. Вблизи лицо Эульсиса вызывало отвращение, но отвлекаться было нельзя. Я с рычанием протолкнул клинок глубже и разрезал живот. Кровь хлынула наружу, но Король демонов не показал боли. Сзади приближались ослеплённые твари. «Блядь. Разве живот не слабое место?» Во всех прохождениях было именно так. — Дай помогу. Калдрах поднялся с трона и встал за моей спиной с окровавленным мечом. — Напоминает старые времена. Северный фронт, демоны, и ты снова прикрываешь мне спину. Прости, но я этого не помню. И вообще, зачем принц лично лез на передовую? Бедные солдаты Севера. — Тогда оставляю тыл тебе. Я усилил давление на меч, а Калдрах вступил в бой с демонами. Полезный человек. Знай я это заранее, возможно, сотрудничал бы с ним до самого конца. Король демонов завизжал и напрягся. Не сумев пересилить меня, он хлестнул хвостом. Остриё рассекло щёку, и потекла кровь. «Почему „Открытые глаза“ не включаются именно сейчас?» Когти стиснули клинок, высекая искры. «Он становится сильнее». Ухмылка демона подтвердила: сила действительно росла. «Рога ещё усваиваются?» Он поглотил сразу три, на полное слияние требовалось время. Чем дольше длился бой, тем хуже становились мои шансы. «Придётся рискнуть». Я протянул руку, намереваясь призвать рога к себе. Если «Истинный сосуд» Джулиана подходил им лучше, они должны были откликнуться. — Кья-а-а! Рог отреагировал. Хвост метнулся ко мне, но Анжелика вырвалась наружу и заблокировала удар. «Молодец!» Если извлечь рога, победить станет легко. «Идите сюда!» Я прижал свободную ладонь к телу Короля. [Черта «Истинный сосуд» реагирует на остаточные мысли Демонического бога.] [Начато поглощение рога Демонического бога.] Это напоминало то, как прежде я поглотил Анжелику. «Ещё немного…» Рог приближался. Свист! Хвост насквозь пробил Анжелику. — Анжелика! Я невольно закричал, но отвлечься сейчас означало потерять единственный шанс. Второй хвост уже летел прямо в меня. «Сейчас проткнёт!» [Черта «Истинный сосуд» вступает в резонанс с рогом Демонического бога.] [Воспроизводятся связанные с рогом воспоминания.] Перед глазами замерцало. Открыв глаза, я оказался не в разрушенном зале, а в совершенно белом пространстве. «Что происходит?» Только что я сражался с Эульсисом, но это место казалось знакомым. «Воспоминание Милены». Именно здесь я видел отпечаток в Камне души благодаря оставленному ею ожерелью. — М-м-м, м-м-м~ Незнакомая мелодия, которой хотелось подпевать. Повернувшись на голос, я увидел Милену с младенцем на руках. Ребёнком был Джулиан — то есть я. «Опять это место?» Не понимая причины, я пытался найти выход. Если дать Королю демонов время, он окончательно усвоит рога. Но я снова и снова смотрел на напевающую Милену. От этой нежности на глаза едва не навернулись слёзы. — Нужно скорее выбраться. — Столько времени не виделись, а ты говоришь так бессердечно? Пение оборвалось. Милена заговорила со мной. Это было невозможно. Она умерла, а всё вокруг должно было быть лишь отпечатком прошлого. Рог мог хранить воспоминания, подобно Камню души, но не имел никакого отношения к её вещам. Я осторожно повернулся. — Давно не виделись, Джулиан. Как же ты вырос. Милена улыбалась. Самое тёплое воспоминание моей жизни теперь обращалось прямо ко мне. +=+=+=+=+= Перевод выполнен командой Дом Некроманта. ---------- Убить Короля демонов (2) Я оглянулся. Джулиан, которого Милена только что держала на руках, бесследно исчез. Теперь она смотрела на меня с материнской нежностью и жестом предложила сесть напротив. — Почему бы тебе не присесть? Окутывавшее меня тепло успокаивало. В её мягком голосе слышалась незнакомая, но приятная забота — и именно поэтому я насторожился ещё сильнее. — Это иллюзия? Бушевавшие во мне чувства быстро улеглись, уступив место предельной осторожности. — С чего бы? — ласково спросила Милена. От её тона подозрения лишь усилились. Милена умерла. Я сам похоронил её и никак не мог этого забыть. — Садись. Нам ведь о многом нужно поговорить. Она улыбнулась, а я взглянул на системное окно, давно висевшее перед глазами. [Черта «Истинный сосуд» вступила в резонанс с рогом Демонического бога.] [Воспроизводятся воспоминания, связанные с рогом Демонического бога.] «Это тоже способность сосуда?» Если так, происходящее начинало обретать смысл. Именно Милена оставила мне черту «Сосуд». — Значит, всё дело в том, что ты оставила во мне. Когда-то для лечения моего тела она использовала Камень души, и у этого оказалось немало побочных последствий. — Быстро догадался, — кивнула Милена. — Но не только в этом. Ты ведь нашёл руины у озера Тарнан? Я кивнул. — Там я тоже оставила колдовство. На случай, если ты, Джулиан, встретишься с Королём демонов. Оно должно было позволить тебе увидеть мои воспоминания и услышать мою историю. — Воспоминания? — Да. Ведь я умерла. Милена слегка смущённо улыбнулась. Я не представлял её настолько непринуждённой и прямой, но почему-то именно такую манеру речи мне отчаянно хотелось услышать. — Поэтому я сохранила здесь часть себя. — Тогда чем это отличается от иллюзии? — Иллюзия — ложь. А я настоящая. Скрипнув ножками, Милена выдвинула стул. — Пора уже увидеть разницу, разве нет? Она продолжала улыбаться. У меня не было времени. Нужно было как можно скорее выбраться отсюда и прикончить Короля демонов. Но взгляд всё равно прилип к стулу — слишком много вопросов накопилось. — Не тревожься. Времени достаточно. — Ты знаешь, что происходит снаружи? — Знаю. Именно поэтому и говорю. Много ли она понимала? Я хотел спросить, но сдержался и, сам не заметив как, уже сидел напротив неё. Увидев это, Милена засияла от радости. — Как же приятно видеть, каким ты вырос. Глаза совсем как у Обена. При имени Обена я едва не скривился. К счастью, привычная улыбка скрыла реакцию, но неприязнь никуда не делась. Милена всё заметила и тихо рассмеялась. — Похоже, вы не ладите. Кажется, я даже понимаю почему. — И почему же? — Обен чудак. Хотя точнее сказать — совсем ненормальный человек. Он думает лишь о том, что ему нравится, и всегда уверен, что прав. Иногда я сама удивляюсь, зачем вообще связалась с таким мужчиной. Её резкая оценка едва не заставила меня улыбнуться. Милена ненадолго задумалась, глядя в пустоту, а затем снова повернулась ко мне. — Хотя, наверное, стоит поблагодарить его хотя бы за то, что благодаря ему появился ты. — Не думаю, что это обязательно. — Правда? Ха-ха. Я тихо вздохнул и всмотрелся в её лицо. Все чувства подсказывали: передо мной моя мать, Милена. Но одновременно она была Королевой Терний — той, кто создала сосуд. В глубине её изумрудных глаз читалась неподдельная материнская любовь, однако казалось, будто ей известно абсолютно всё. Возможно, люди испытывали нечто похожее, глядя на Джулиана. — У меня есть вопросы. — Спрашивай. Времени осталось немного. «Только что его было достаточно». — Я хочу узнать, как вернуться. — Вернуться? Милена чуть склонила голову. — Это пространство сознания… наверное, так будет понятнее. Внешнее время здесь не движется, поэтому тебе не о чем беспокоиться… — Нет. Ты понимаешь, о чём я. Я перебил её. — Я не Джулиан. Я сказал правду. Хотя теперь даже слово «правда» казалось неоднозначным. Рядом с Миленой я ощущал слишком знакомое тепло и не сомневался: она всё заметила. «Дело не в чувстве вины». Я спрашивал не потому, что стоял перед ней в чужом теле. Желание найти способ вернуться было всего лишь попыткой оставить себе запасной выход. Я настолько привык к этому телу, что возвращение уже почти не привлекало. Но при серьёзной угрозе лишний козырь мог спасти жизнь. Да, дело исключительно в самосохранении, а не в вине — так я убеждал себя. И всё же она знала, что внутри Джулиана находится кто-то другой. — Нет. Ты и есть Джулиан. — Что? — Иначе ты не отреагировал бы так на просьбу сесть, на слова о том, как вырос, и на упоминание Обена. Её слова будто ударили молотом по голове, и мысли на миг исчезли. Она была права. Если бы я лишь управлял телом Джулиана и унаследовал его инстинкты, мои реакции не были бы настолько сильными. Всё, что до сих пор отзывалось во мне болью, основывалось не только на инстинктах, но и на памяти. Тело, инстинкты, воспоминания. Если всё это принадлежало мне, разве нельзя было назвать меня Джулианом? «Нет». Я упрямо покачал головой. — Неважно. Просто скажи, как вернуться в моё прежнее тело. — К сожалению… Теперь уже Милена покачала головой. В её глазах появилась жалость. — Я не знаю, как вернуть тебя. И не советую пытаться. — Почему? Она ненадолго замолчала, решая, стоит ли говорить, а затем убрала улыбку. — Сначала я объясню, почему всё произошло. Ты знаешь, что я была Королевой Терний? Судьёй ведьм, королевой колдовства и всё такое. — Знаю. — Тогда тебе должно быть известно, что Королева Терний способна видеть судьбу. Милена провела рукой по воздуху, и на белом фоне зажглись созвездия. — У каждого есть своя судьба. Королева Терний может увидеть хотя бы её часть. Она взяла в ладонь одну из звёзд. Та вспыхнула и, словно зеркало, отразила изображение. Я увидел Джулиана — более знакомого мне, чем нынешний. Во множестве разных вариантов он становился Королём демонов и погибал. По спине пробежал холод. Я знал, что именно такая судьба ждала настоящего Джулиана, но увидеть её собственными глазами оказалось жутко. — Стать Королём демонов, а затем погибнуть или убить всех остальных. Вот какая судьба была уготована тебе, Джулиан. Я знал. — Изменить предначертанное человеку невозможно. Максимум, что мы можем, — притянуть другую судьбу и смешать их. — Поэтому я оказался в таком состоянии? — Да. Немного подумав, я спросил: — А почему ты не советуешь возвращаться? Милена глубоко вздохнула. — «Смешение судеб» звучит величественно, но на деле это всего лишь наложение одной души на другую. И использовать для этого можно только душу умершего. — Душу… умершего? — Да. Она осторожно кивнула, опасаясь моей реакции. Умершая душа. Иными словами, Милена утверждала, что я уже погиб. — Ха. Из груди вырвался пустой смешок, но потрясение быстро прошло. Как ни странно, я оставался спокоен: видимо, где-то внутри давно допускал, что вернуться будет невозможно. — Ты не слишком удивлён, — заметила Милена. Её будничный тон казался почти нелепым. Совсем не такую женщину я представлял, когда думал о Королеве Терний. «Говорят, ведьмы — настоящие чудовища». Она совсем на них не походила. Хотя нет. — Наложить чужую душу на собственного сына… Ты была довольно решительной женщиной. Обычному человеку подобная мысль даже в голову не пришла бы. Милена встала, подошла и обняла меня. — Прости. Иного способа не было. Эти слова я уже слышал. — Я не Джулиан. Пытаясь оттолкнуть исходившее от неё тепло, я произнёс это почти невольно. — Нет. Ты мой сын. Странная женщина, способная пойти наперекор здравому смыслу. Но её любовь была искренней. — Пора. — Что? Милена огляделась. Звёзды начали падать, а безупречно белый мир покрылся трещинами. — Сохранённые мной воспоминания заканчиваются здесь. Король демонов лишился силы, и теперь на континенте больше не появится новый Король демонов. — Ты тоже им не станешь, — добавила она с улыбкой. Это было прощание — последнее, после которого мы уже никогда не встретимся. В носу защипало. — Можно я обниму тебя ещё раз? — От меня не убудет. — У тебя запоздалый подростковый бунт? Она рассмеялась над моим сухим ответом и снова крепко прижала меня к себе. — Джулиан. — Да. На этот раз я не стал спорить. — Живи так, как сам захочешь. Не позволяй судьбе решать за тебя. Её голос становился всё тише, а белый мир рассыпался осколками света. Последнее тепло исчезло вместе с объятиями Милены. И я открыл глаза. +=+=+=+=+= Перевод выполнен командой Дом Некроманта. ---------- Заблуждение (1) Сознание вернулось в разрушенный тронный зал. Эульсис, ещё недавно бывший Королём демонов, корчился у стены. Рога на его голове потускнели, а исходившая от него прежде чудовищная сила исчезла. «Получилось». Встреча с Миленой заняла неизвестно сколько времени, но снаружи не прошло и мгновения. Эульсис с трудом поднялся. В его взгляде больше не было прежнего безумного пыла. Я на всякий случай протянул руку, пытаясь, как раньше, забрать рог Демонического бога. [Черта «Истинный сосуд» достигла предела.] [Черта «Истинный сосуд» больше недоступна.] Ничего не произошло. [Король демонов лишился всей силы.] [Черта «Новый Святой Меч» больше недоступна.] Сила начала уходить и из моего тела. Если Короля демонов больше не существовало, миру не требовался и Святой Меч. Исчезновение черты было вполне закономерным. «Но странно». Я посмотрел на зажатый в израненной ладони Лунный Меч. Хотя черта «Новый Святой Меч» исчезла и я должен был ослабнуть, клинок слушался меня лучше, чем когда-либо. Причина, вероятно, была проста. «Стена исчезла». Всё это время я изо всех сил подавлял инстинкты Джулиана разумом. Сдерживать безумное желание убивать направо и налево действительно было необходимо, но разве следовало отвергать абсолютно всё? Я — это я. И Джулиан — тоже я. Я крепче сжал рукоять. Лезвие окутало мягкое сияние, больше всего похожее на настоящий лунный свет. — Кья-а-а! Увидев его, Эульсис приготовился броситься на меня, но атаки не последовало. Над его головой слишком ярко сиял Цвет Негатива. — Пора заканчивать. Со вздохом я сделал шаг вперёд. Демоны, созданные рогами Демонического бога, всё ещё оставались во дворце, но без повелителя лишились управления. — Не знаю, что именно случилось, но похоже, появился шанс, — произнёс Калдрах, зажимая рану. Я продолжил приближаться к Эульсису. Тот отступал, пока не упёрся спиной в стену тронного зала. — Кр-р-р… Король демонов… нет, теперь уже не Король. Он был слаб. Стоило убить его, и хаос во дворце закончился бы. — Сдохни уже… Звон! Высоко расположенный витраж тронного зала разлетелся вдребезги. Через окно, сделанное так, чтобы затруднить покушение на императора, в помещение влетела женщина. — Ты безумная сука… На Севере все так дерутся?! Это была Абигейл. Её одежда превратилась в лохмотья, тело покрывали раны и грязь. Всегда безупречно наряженная благодаря благосклонности императора, сейчас она выглядела ужасно. — Проклятая… назойливая ведьма… Ругаясь, Абигейл с трудом поднялась и оглядела зал. Увидев происходящее, она побледнела. — Принц Эульсис? Несмотря на глубокую рану на ноге, она вскочила и бросилась к загнанному к стене принцу. — Ты куда? — Калдрах схватил её за шиворот. — Отпусти, ублюдок! Удерживая Абигейл, он посмотрел на меня, без слов спрашивая, почему я медлю. — Абигейл нужно оставить в живых как сообщницу и свидетеля переворота. Но Эульсис должен умереть. «Должен умереть». В этих словах смешалось многое, но главной оставалась цель — остановить демонов, продолжавших бесчинствовать во дворце. — Принц Эульсис! Бегите! Скорее, бегите! — Не затягивай, — холодно поторопил меня Калдрах, приставив окровавленный клинок к её горлу. — Кра-а-а! Эульсис завизжал. Цвет Негатива не исчез, однако он напряг ноги, явно собираясь напасть. — Какая душераздирающая сцена. Третий голос раздался прямо за спиной Калдраха. Тот попытался обернуться, но чужой клинок уже вошёл ему в грудь. — Кх… Калдрах выплюнул кровь, опустил взгляд на торчащее из груди лезвие и медленно повернул голову. Позади стоял улыбающийся Кикубад. — Ки… Кикубад… — Ц-ц. Лучше не двигайтесь. Вы и без того потеряли слишком много крови. — Заткнись… — Хотя надежды выжить у вас всё равно почти нет. Бух! Кикубад пнул его в спину. Клинок вышел из раны, кровь хлынула ещё сильнее, и Калдрах рухнул. — Ого, не умер на месте? Железнокровный принц и правда упрям. Старик насмешливо посмотрел на Абигейл. — Чего застыла? Займись Эульсисом. Дрожа от страха, она рванула к принцу. Пробегая мимо, испуганно покосилась на меня, но я уступил дорогу. — Разумно ли позволять ей лечить его? — спросил Кикубад. — Король демонов уже не вернётся. Новые демоны тоже больше не появятся. — Какая уверенность. Хм. Он погладил подбородок. — Впрочем, я чувствую то же самое. Но если оставить принца живым, оставшиеся демоны задержат дворцовую стражу. — Ради чего? — Чтобы мы смогли сразиться один на один, разумеется. — Нелепость. Кикубад оттолкнулся от пола и мгновенно сократил расстояние. Его клинок столкнулся с Лунным Мечом, выбив искры. Старик шагнул вперёд, уверенный в собственном мастерстве. Он собирался нарушить моё равновесие лёгким поворотом оружия и оттеснить назад — приём, с которым прекрасно справлялся. Но я не сдвинулся. — А? Наоборот, я перехватил равновесие и потянул его к себе. Кикубад пошатнулся, отступил, и Лунный Меч тут же скользнул у самых бровей. Замешкайся он хоть на миг — лишился бы глаз. — Ты… Он восстановил стойку и впился в меня взглядом. На моём лице по-прежнему была привычная улыбка, но Кикубаду она казалась совершенно пустой. «Что могло измениться за одно мгновение?» Ему хватило двух столкновений, чтобы понять: нынешний Джулиан стал стеной, которую он не способен преодолеть. Но старик хотел узнать причину. И ради этого решил вывести меня из равновесия. — Твои приёмы почему-то напоминают меч Чёрного Рыцаря. Когда-то в поместье он уже замечал сходство между техникой Чёрного Рыцаря и школой Святого Меча. Поскольку я тоже был учеником Хейдена, вывод напрашивался сам собой. Кикубад счёл, что нащупал мою слабость. Я тут же рванул вперёд. — Кх?! Звон! Он едва успел поднять клинок. От столкновения мышцы старика болезненно свело. — Думаете, знание этой тайны что-то изменит? Прижав его меч, я медленно поднял голову. Лицо уже скрывала маска Чёрного Рыцаря. — Напротив. Никто из раскрывших её ещё не прожил достаточно долго, чтобы успеть кому-нибудь рассказать. +=+=+=+=+= Перевод выполнен командой Дом Некроманта. ---------- Заблуждение (2) Три сантиметра по диагонали влево. Глядя, как Кикубад изо всех сил взмахивает мечом, я точно знал, где проходит граница безопасной дистанции. Его аура образовывала невидимое продолжение клинка. Так он одновременно увеличивал дальность и скрывал настоящую траекторию удара — в этом заключалась главная особенность Клинка Лицемерия. Но теперь я её чувствовал. Я не видел саму ауру. Инстинкт просто подсказывал: здесь она меня не достанет. — Кх… Кикубад снова рубанул, и я легко уклонился. Увидев, как исказилось его лицо, я шагнул ближе и рассёк ему плечо. — Силён! Несмотря на боль, старик восхищённо улыбнулся. — До чего же силён! Как и ожидалось от лучшего ученика Хейдена Райха! Ты стал совсем как он! Было непонятно, хвалил он меня или оскорблял. Разгорячившись, Кикубад продолжал осыпать меня ударами. На этот раз он сделал вид, будто покрывает клинок аурой. Наверняка рассчитывал, что я увеличу дистанцию, после чего ударил бы чистой маной. Не сработает. Я, наоборот, приблизился и нанёс колющий удар Лунным Мечом. Кикубад вытянул ауру и сумел его заблокировать. — Убив тебя, я действительно превзойду Святого Меча! Треск сталкивающихся клинков раз за разом разносился по залу. — Даже если вы меня убьёте, никто об этом не вспомнит. Вы — никто. Слова задели его. Кикубад резко развернулся, отвёл мой меч и нанёс прямой выпад. На губах появилась торжествующая улыбка: он уже решил, что попал. Звон! Однако клинок не достиг тела. Удар приняла маска Чёрного Рыцаря — Анжелика. — Тот самый демон?! — Позвольте представить. Это Анжелика. Словно отвечая на представление, многочисленные глаза зашевелились, а Анжелика пронзительно завизжала: — Кья-а-а! Кикубад на миг замешкался. Этого хватило: я восстановил стойку и вонзил меч ему в живот. Тук! По рукояти прошла отдача от разрываемой плоти, но клинок вошёл неглубоко. Старик сжал Лунный Меч ладонями, пытаясь остановить его. — Кха-ха-ха! Безумно смеясь, он поднял взгляд. Меч уже торчал в животе, но Кикубад не смотрел на рану. Его заинтересовало моё лицо. На лице Джулиана оставалась мягкая улыбка, но теперь она казалась почти пустой. Прежде, несмотря на обучение у Святого Меча, он выглядел легкомысленным человеком без особых убеждений, и Кикубада интересовало лишь его мастерство. Теперь же старик впервые захотел узнать иное. Кто стоит перед ним? — Кто ты?! Я не ответил. Лунный Меч медленно, сантиметр за сантиметром, продолжал входить в живот. — Кх… Холод. Не от лезвия в теле. Холодом веяло от моей ауры, манеры держаться и даже дыхания. И всё же именно сейчас я казался ему куда больше похожим на настоящего Джулиана. Неужели это и была моя подлинная природа? — Странный вопрос, — наконец произнёс я. — Я Джулиан. — Тогда спрошу иначе. Что за трюк ты использовал? — Трюк… Я тихо рассмеялся. Не насмешливо — смех вырвался сам, без всяких чувств. — Я просто заглянул в себя. Может, и вам стоило заняться тем же, господин Кикубад? Ах… Я сделал шаг вперёд. — Похоже, уже поздно. — Этого мы ещё не знаем! Кикубад обеими руками вцепился в Лунный Меч. Вытащить его силой было невозможно, но старик считал, что сумеет противостоять мне техникой. Однако нынешний Джулиан превосходил его и в ней. Значит, требовался другой способ. Кикубад начал направлять свою ауру прямо в Лунный Меч. Из-за свойств самоцветного клинка и моей собственной ауры проникнуть внутрь не удавалось, поэтому он окутал поверхность лезвия. Тс-с-с! Мана вокруг лезвия зашевелилась. Я сразу отпустил рукоять. «Ц». Он хотел окутать Лунный Меч невидимым лезвием и ранить меня, но я слишком быстро разгадал замысел. «Зато оружие теперь у меня…» Бух! Мир перед глазами Кикубада внезапно перевернулся. Он увидел стену тронного зала, а шею пронзила острая боль. Старик не понял, что произошло, но догадался: отступая, я пнул его в голову. «Если бы я инстинктивно не защитил шею аурой, она бы сломалась». Даже случайный удар ногой во время отступления едва не убил его. Каждое моё движение стало настолько опасным. «Как интересно». Размяв шею, Кикубад медленно повернулся ко мне и улыбнулся. «Так вот что я искал?» Люди говорили, что он одержим титулом Святого Меча, слепо гонится за славой и пытается доказать собственное превосходство. Сам Кикубад тоже так думал. Но на самом деле он искал не доказательство, а того, кто встанет на пути. Сильного противника — сильнее Хейдена Райха, с которым так и не удалось сразиться всерьёз. Теперь старик был уверен: стоящий перед ним человек превзошёл Хейдена. Сколько лет прошло с тех пор, как он в последний раз чувствовал себя претендентом? Кикубад упёрся правой ногой в пол, сжал захваченный Лунный Меч и бросился вперёд. Самоцветным клинком было трудно пользоваться, но он сформировал режущую кромку собственной аурой. До моей шеи оставалось одно движение. И тут перед глазами возникли два Джулиана. — Кх… К горлу подступила тошнота. Прежде чем Кикубад успел понять причину, два образа слились в один — не потому, что зрение восстановилось, а потому что я оказался совсем рядом. — Мечник может бросить оружие только после того, как обеспечит победу, господин Кикубад. Когда смысл слов дошёл до него, Лунный Меч уже снова был в моей руке. — Всё закончилось в тот миг, когда я ударил вас по голове. Кикубад спокойно оценил состояние. Он считал, что избежал мгновенной смерти лишь благодаря защите шеи, но ошибся. — В ударе была аура. Этого хватило, чтобы встряхнуть мозг. Повреждённый мозг пытался отключить сознание и перейти в состояние покоя. Кикубад понимал: стоит закрыть глаза — и он умрёт. Однако тело уже затапливала непреодолимая слабость. — Ц… кха… Перед смертью старик рассмеялся. — Я совсем не вижу пути к победе. Веки опускались, голова клонилась, но он заставил себя посмотреть на меня. — Я сказал, что твой меч достиг уровня Хейдена Райха. Ошибся. Ты уже превзошёл его. Я медленно поднял Лунный Меч. — Мечник обязан постоянно бросать вызов новым вершинам. В этом наши с Хейденом Райхом взгляды, несмотря на все различия, совпадали. Клинок поднимался всё выше. — Я сломлен, но хотя бы увидел новую высоту. А потому мне жаль твою будущую жизнь, Джулиан. Лунный свет мягко блеснул на лезвии. — На такой вершине уже не найдётся того, кто бросит тебе вызов. Всю оставшуюся жизнь ты будешь… Свист. Лунный Меч молнией рассёк воздух. Голова Кикубада упала на пол. *** — Ик… х-хук… Эульсис лежал и судорожно хватал воздух. Абигейл смотрела на него, не понимая, что делать. Часть его тела всё ещё напоминала демона, но глаза оставались глазами Эульсиса. В них отражалось её заплаканное лицо, и ведьма уже смутно представляла, чем всё закончится. Она надеялась, что Кикубад победит и выиграет время. Абигейл повернула голову туда, где шёл бой. Звон! Перед ней опустился меч. На ногах остался я — значит, Кикубад был мёртв. Наши взгляды встретились. На моём лице сохранялась улыбка, однако в ней не было тепла. Сжимая сияющий клинок, я медленно пошёл к ней. +=+=+=+=+= Перевод выполнен командой Дом Некроманта. ---------- Джулиан (1) Абигейл с ужасом смотрела на приближающегося Джулиана. Трупы людей и демонов лежали вперемешку. Тронный зал и пространство вокруг него превратились в руины, и это место без преувеличения напоминало земной ад. Ни один из оставшихся в живых не вышел из боя невредимым. И всё же Джулиан среди этого кошмара выглядел почти нетронутым. «Он… улыбается?» Он шёл к ней и Эульсису с привычной улыбкой — подобно луне, взошедшей над ночным небом. Кажется, стоит протянуть руку — и коснёшься её, однако она навсегда остаётся недостижимой. Теперь эта луна спустилась на землю. «Смогу ли я… достать её?» Глядя на Джулиана, Абигейл задумалась, способно ли её колдовство погасить этот свет. Но луна оставалась одной из величайших загадок мира. Никто не знал, почему она висит в небе и откуда берётся сияние. Пытаться уничтожить то, чьей природы не понимаешь, — безумие. — Ик… Тем не менее Абигейл, невзирая на раны, начала собирать остатки маны. Ей не требовалось победить бедствие — достаточно было любым способом унести отсюда умирающего Эульсиса. — Остановись. Она резко опустила взгляд. Голос раздался снизу — от лежавшего у неё на руках Эульсиса. — В-ваше высочество Эульсис! — Довольно. Король демонов заговорил человеческим языком. — Ты свободна, Абигейл. Дрожащий голос Эульсиса постепенно становился яснее. — Наш договор — оставаться вместе, пока Империя не будет уничтожена. Теперь тебе не нужно его соблюдать. Уходи. — Но…! Чем отчётливее возвращалось человеческое сознание, тем слабее становилась сила Короля демонов. Однако тело, принявшее демоническую энергию Демонического бога, уже было разрушено. Абигейл осмотрела его грудь и живот. Там, где должны были находиться кости и внутренние органы, всё провалилось и сгнило. — Я остаюсь рядом не из-за договора, ваше высочество. Я просто… из-за вас… — Абигейл. Эульсис оборвал её. Браслет на его запястье засветился, и он поднял руку. — Мой последний приказ. Исчезни отсюда. Тело Абигейл подчинилось чужой воле, словно кукла. Не переставая плакать, она произнесла заклинание и исчезла из тронного зала во вспышке белого света. Одновременно браслет Эульсиса рассыпался. — Неожиданно, — произнёс я. — Думал, вы прикажете ей остаться до самого конца. Эульсис закашлялся. Изо рта потекла уже не кровь, а тёмная слизь. — Если я стану сопротивляться, ты всё равно меня убьёшь. В подобных обстоятельствах милосердие тебе не свойственно, разве нет? — Странно слышать это от того, кто всё равно дошёл до конца. — Именно поэтому я так старался переманить тебя на свою сторону. Он снова закашлялся. — Не все замыслы удались, но я ни о чём не жалею. — Оно и видно по состоянию дворца. — Сожалений нет. Лишь досада… Пусть израненная, Империя всё-таки выстоит. Мутный взгляд Эульсиса устремился к гербу в центре тронного зала. — Что ты будешь делать, Джулиан? Теперь он посмотрел на меня. — Император мёртв. Два принца погибли здесь. Единственный выживший, которого все ненавидят, — ты. Он был уверен, что я понимаю смысл. — Доказать невиновность будет трудно. — Верно. Не удивлюсь, если императорская армия или народ сами потащат меня на плаху. — Тогда беги. От неожиданного предложения я чуть склонил голову. — Покинь это место, откажись от Империи — и сможешь выжить. В глубине души Эульсис надеялся, что я соглашусь. Как и его, меня презирали за смешанную кровь чужеземца и считали опухолью рода. Мы прошли похожими дорогами, и потому он полагал, что понимает меня лучше остальных. Если я сбегу из Империи, значит, даже его поражение принесёт хоть какой-то результат. — К сожалению, таких планов у меня нет. — Правда? Жаль. В его глазах промелькнуло разочарование. Жизнь всё быстрее покидала изуродованное тело. Оставленное Миленой посмертное колдовство лишило его силы Короля демонов, и теперь демоническая энергия сама убивала носителя. — Пока мы разговаривали, ты упустил возможность собственноручно убить и Короля демонов, и принца, Джулиан. В голосе не было сожаления. — Постарайся, — добавил он, переведя взгляд на разбитую статую императора Адратана. — Жалкое зрелище. Свет в прежде ясных глазах погас. — Всё закончилось. Убедившись в смерти Эульсиса, я тихо выдохнул. Слабая демоническая энергия вокруг него исчезла. Вместе со смертью Короля демонов начали разрушаться и созданные им чудовища. Бесформенные твари рассыпались пеплом, а рогатые демоны с трудом удерживали оболочку и слабели с каждой секундой. «Идут». Но вместо облегчения я повернулся к шуму за дверями тронного зала. Не успел обдумать дальнейшее, как створки распахнулись. Первой ворвалась Абиша. — Калдрах! Она бросилась к лежащему на полу принцу. Следом начали входить императорские солдаты, дворяне и втянутые в беспорядки горожане. Увидев повсюду человеческие и демонические трупы, люди побледнели. — Какой кошмар в тронном зале Его Величества… — Кто мог устроить подобное? Постепенно все взгляды сошлись на мне, стоявшем среди разрушений. Моя одежда сохранилась лучше прочих. Несмотря на пятна крови, из всех присутствующих я выглядел наименее пострадавшим. И вывод оказался предсказуемым. Виновник — Джулиан. Доказательств не было, но дурная слава имени уже вынесла приговор. Пусть он противоречил истине, ловушка захлопнулась. — Этот ублюдок! — Он виноват! Страх передо мной прочно укоренился в них, однако поддержка толпы начала его подавлять. — Джулиан выпустил демонов во дворце и убил принцев! — Верно! Не зная, что произошло внутри, и не имея никаких свидетельств, дворяне выбрали самое простое объяснение хаоса, в котором погибли принцы, а судьба императора оставалась неизвестной. — Убить его! — На виселицу! — Стойте! Среди кричащих дворян появился человек, покрытый кровью и слизью. Пинтель. У третьих ворот он сражался с трёхрогим демоном и потратил почти всю магию, чтобы одержать победу. Теперь Пинтель едва держался на ногах, опираясь на посох. — Как вы смеете говорить такое господину Джулиану, который сделал для нашего спасения больше всех?! Он шагнул вперёд и почти закричал от отчаяния: — Демонов во дворце выпустил четвёртый принц Эульсис! Господин Джулиан пришёл, чтобы остановить его! — Что за чушь?! Толпа не желала слушать. Пинтель осмотрел лица. Сначала он решил, что пережитый ужас заставил людей принять простое, но ошибочное решение. Однако дело было не в этом. Дворяне хотели моей смерти. Истина их не интересовала — беспорядкам требовался удобный виновник. — Мерзавцы, — тихо процедил Пинтель, сильнее сжав посох. Почти вся мана ушла на трёхрогого демона, но одного-двух заклинаний ещё хватило бы. — Довольно, господин Пинтель. Я сам остановил его. Крики о моей смерти наверняка оглушали его, но я оставался спокоен. Даже слишком спокоен — будто наконец поднялся над происходящим. — Разъярённую толпу не остановить. Попытка защитить меня лишь сметёт вас вместе со мной. — Господин Джулиан… Пинтель заговорил осторожно: — Я открою путь. Вы должны немедленно уйти… — Тогда вы не выживете. Он действительно уже не мог бежать. Несколько заклинаний оставались, но дрожащие ноги не выдержали бы натиска рыцарей. «Я не предусмотрел этого». Пинтель винил себя. Ситуацию почти невозможно было предсказать, но сторонник Джулиана обязан был учитывать даже невозможное. — Но если вы сдадитесь им, без чуда вам не спастись… — В этом мире я усвоил одну вещь. — Что? — Чудеса не случаются сами. Их создают. В этот момент толпа у входа расступилась. По образовавшейся дороге к нам шёл Чёрный Рыцарь. +=+=+=+=+= Перевод выполнен командой Дом Некроманта. ---------- Джулиан (2) С появлением Чёрного Рыцаря шум у тронного зала стих, словно на кладбище. Прежние подвиги и события у первых ворот превратили его в живую легенду. Некоторые подданные даже опустились на колени, потрясённые появлением героя, прежде существовавшего лишь в сказаниях. — Чёрный Рыцарь?! Пинтель не сумел скрыть удивления. Усталость и боль, сковывавшие тело, будто растаяли при виде рыцаря. И это было вполне естественно. «Но Чёрным Рыцарем должен быть господин Джулиан!» Он покосился на меня. Я спокойно стоял рядом и не проявлял ни малейшего удивления. — Ч-Чёрный Рыцарь пришёл! — Он сам накажет Джулиана! — Чёрный Рыцарь! Под восторженные возгласы тот медленно приблизился. Неужели он действительно явился покарать Джулиана? Пусть сама мысль казалась Пинтелю нелепой, он стиснул кулаки. — Скорее, убей его, Чёрный… — Нелепость. Чёрный Рыцарь оборвал крик дворянина. — Ч-что? — Чего вы на самом деле желаете? — Он повернулся к толпе. — Найти виновника случившегося или просто назначить того, на кого удобно свалить весь хаос? — О чём ты… — Джулиан не виновен. Он прочистил горло и продолжил: — Виновник произошедшего — четвёртый принц. Чёрный Рыцарь указал на труп бывшего Короля демонов. Из-за превращения человеческие черты было трудно различить, но в очертаниях лица всё ещё узнавался Эульсис. — Всё совершил Эульсис. Толпа заволновалась. Обвинение четвёртого принца потрясло всех. — Не говори ерунды! Его высочество не мог сделать такое! — Ты заодно с Джулианом! Дворяне принялись тыкать в него пальцами и кричать, а затем потребовали от окружающих: — Чего стоите?! Схватите его! Но императорские солдаты, рыцари и простые подданные не двинулись. — Это правда? — спросил кто-то. Люди уже начинали верить Чёрному Рыцарю. — Мне неизвестно, какие чувства вы испытываете к Джулиану, — спокойно произнёс он. — Но без него Империя сегодня могла погибнуть. Шёпот стал громче. — Ложь! — Вы сговорились и разыгрываете спектакль… Разгневанные дворяне ощутили на себе ледяные взгляды и отступили. — Если так сказал Чёрный Рыцарь, значит, это правда. — Остальным я не верю, но ему можно доверять. Напряжение постепенно спадало. Дворяне, не получившие моей головы, дрожали от ярости, однако понимали: для народа Чёрный Рыцарь неприкосновенен. Открыто отвергнуть его слова означало обратить гнев толпы против себя. — Похоже, всё немного успокоилось, господин Джулиан, — прошептал Пинтель. — Похоже на то. Я лишь безмятежно улыбнулся. *** Хотя история с Королём демонов закончилась, императорскому дворцу предстояло справиться с последствиями. Нужно было объявить о смерти императора и принцев, а затем смягчить удар по государству. Секретариат работал без сна. — Значит, всё произошло именно так. Глава секретариата Седн тоже выглядел измотанным. Перебирая документы и сверяя показания, он поправил очки. — Я понял события в тронном зале. Всё было организовано его высочеством Эульсисом. Под глазами залегли тени: всю ночь он вызывал и допрашивал свидетелей. — А вы совсем не выглядите усталым, — заметил я. — На самом деле я совершенно изнурён, господин Джулиан. — Правда? Седн снял очки и надавил пальцами на глаза. — Можете идти. Вы всё равно почти ничего нового не рассказали. — Уверены? — Не знаю, стоит ли мне это говорить, но я понимаю. Вопреки дурной славе, вы не действуете против Империи. Он произнёс это с такой убеждённостью, что мне стало немного неловко. — Вот как? Впрочем, раз человек хорошо обо мне думал, спорить не было смысла. — Благодарю за доверие. Я покинул секретариат и вышел в ночной дворец. Знакомое место теперь воспринималось совершенно иначе: никогда прежде я не видел его настолько разрушенным. «Хотя в игре такое случалось не раз». Но теперь всё стало реальностью. — Господин Джулиан! У выхода меня ждали Пинтель, Рим Хашар и бойцы «Сумерек». — Вы целы? В секретариате не позволили себе ничего неподобающего… — Как ваши раны, господин Пинтель? — А? Да, всё… хорошо. — А у вас, господин Рим Хашар? Я осмотрел стоявших позади бойцов. Ранения были, но двигаться они могли. — Сегодня вы все хорошо поработали. Возвращайтесь и отдохните. — Мы проводим вас до поместья! Пинтель выглядел хуже остальных и заметно пошатывался. — «Сумерки», сопроводите господина Пинтеля. Я доберусь сам. Людям, которые ждали меня, это могло показаться холодностью, но мне хотелось побыть одному и привести мысли в порядок. Идя по ночным улицам и чувствуя прохладный ветер, я задумался: «Что теперь?» Король демонов побеждён, а оставленное Миленой колдовство уничтожило рога Демонического бога. Остатки Барбатоса никуда не исчезли, поэтому отдельные демоны продолжат появляться, но прежнего нашествия уже не будет. Континент Розенда обрёл относительный покой. А значит… — Святой Меч больше не нужен. Как я и ожидал, после исчезновения Короля демонов пропала и соответствующая черта. Этот мир больше не нуждался в Святом Мече. Внутри осталась едва заметная горечь, будто причина моего появления здесь — да и само моё существование — тоже утратила смысл. — Нет, это не так. Разговор с Миленой заставил меня наконец посмотреть на мир прямо. Возможно, именно поэтому я слишком глубоко погрузился в роль Святого Меча. — И что плохого в погружении? Я сам возразил собственным мыслям и уже собирался раздражённо цокнуть языком, когда ощутил приближение сверху. — Чёрный Рыцарь вернулся. Он приземлился и медленно выпрямился, после чего снял маску. Под ней оказалось лицо Урухара. — Вы знаете, кто я, и всё равно обращаетесь так? — Почему столь холодно? Перед тронным залом вы были Чёрным Рыцарем лучше кого бы то ни было. — Кхм. Урухар неловко прочистил горло. Разумеется, появившимся перед толпой Чёрным Рыцарем был не я. Я заранее попросил Урухара сыграть эту роль — на случай непредвиденных обстоятельств. Мы всё-таки шли во дворец, чтобы убить Эульсиса. Даже став Королём демонов и совершив непростительные преступления, он оставался членом императорской семьи и был защищён множеством законов. Поэтому требовалась страховка. Подданные должны были собственными глазами увидеть, как Чёрный Рыцарь оправдывает меня. После этого даже императорской семье стало бы трудно казнить Джулиана. — Не думал, что вы предвидели даже такое, — сказал Урухар. Я усмехнулся. — Когда собираешься отрубить голову принцу, лучше готовиться к худшему. — Верно… На его лице промелькнуло множество чувств. — Ради чего я вообще стал Императорским рыцарем? — Раз так часто задаётесь вопросом, смените профессию. — Я размышлял об отставке, но уходить из Императорских рыцарей невыгодно. — Почему? Урухар смущённо улыбнулся. — Платят неплохо. — Весьма меркантильная причина. Он тихо рассмеялся и почесал затылок. — Возможно, это лишь моя догадка, но после вашей просьбы я кое-что понял. Урухар посерьёзнел. — Чёрный Рыцарь… Неужели он наконец раскрыл мою личность? Отрицать я не собирался: Урухару можно было доверять. — …слишком тяжело ранен, чтобы действовать лично, верно? Что за бред? *** Полная картина беспорядков ещё не была известна, но главным виновником всё очевиднее становился четвёртый принц Эульсис. Императорский двор был потрясён: никто не ожидал подобного замысла от человека, которого считали слабым. Беспрецедентное со дня основания Империи событие заставило все ведомства работать круглые сутки. Не стали исключением и «Закрытые Глаза». Окружённая кипами документов Одвин Валадир подняла на меня взгляд. Под глазами темнели глубокие круги. — Что это ещё такое в самый разгар бедствия? Я улыбнулся как обычно. — Разве не видно? Заявление об отставке. +=+=+=+=+= Перевод выполнен командой Дом Некроманта. ---------- Джулиан (3) Одвин опустила взгляд на протянутый документ. Это действительно было заявление об отставке. Но сам поступок озадачивал её. Пусть мы общались не слишком близко, она знала о ненасытной тяге Джулиана к власти. Почему человек, желающий подняться выше всех, добровольно отказывался от такой опоры? — Не хотите ли вы сказать, что сами убили императора? Она спросила на всякий случай. — Эта шутка зашла слишком далеко, госпожа Одвин. Я тихо рассмеялся. От звука по её спине пробежал холодок, но на ложь это не походило. — Верно, я пошутила. Одвин кашлянула, взяла заявление и убрала в ящик. — Я не принимаю вашу отставку. — Почему? — Потому что это раздражает. Я даже немного растерялся. — Подавать заявление посреди такого хаоса — всё равно что просто сбежать. — Но разве документы, которыми вы занимаетесь, имеют ко мне отношение? — Именно поэтому это бесит ещё сильнее. Так что не приму. Что это вообще значит? Увидев мою реакцию, Одвин неловко пожала плечами. — Это тоже была шутка. Просто без вас «Закрытые Глаза» перестанут нормально работать как ведомство, подчинённое императорской семье. Она захлопнула ящик. — Возвращайтесь, когда захотите. — Вы ведь не знаете, когда это случится. — Думаю, мы встретимся довольно скоро. — Не настолько скоро. — Счесть это обещанием вернуться? Одвин снова проверила закрытый ящик и с редкой для неё улыбкой добавила: — После вашего ухода «Закрытые Глаза» всё равно скоро распустят. Поэтому оставим всё как есть. От подобной наглости мне оставалось лишь недоверчиво улыбнуться и кивнуть. *** Покинув здание «Закрытых Глаз», я купил бутылку дорогого алкоголя. Тот, кому она предназначалась, предпочитал напитки средней цены, но когда ещё тратиться, если не сейчас? — Для могилы героя Империи место слишком скромное. Добравшись до захоронения Святого Меча, я невольно произнёс это вслух. Подвиги Хейдена Райха заслуживали целого мемориала и места на национальном кладбище, однако его могила выглядела почти смешно. Наверняка причиной стало изгнание. Без просьбы влиятельного человека вроде Орнна Крайпарта даже такой могилы могло не быть. — Хм? У плиты лежал букет. Сегодня не было памятной даты, значит, кто-то навещал его регулярно. «Наверное, Линне». — Повезло вам, учитель. Хотя бы одна ученица приходит постоянно. Пробка вышла из бутылки с приятным хлопком. Я начал лить напиток на камень с именем Хейдена Райха. — Редко навещаю, да ещё и принёс медовуху, которую вы так не любили. Плохой из меня ученик. Наблюдая, как медовуха стекает по надгробию, я улыбнулся. Упрямый старик всегда говорил, что выпивка не должна быть сладкой. В этом его можно было понять: слишком сильный вкус мешает закуске. — Хотя какая теперь разница? После смерти вы вряд ли собираетесь закусывать. Струя истончилась и вскоре закончилась. — Говорят, отдохнуть удаётся лишь после смерти. Похоже, не врали. Голос раздался сзади. Я не удивился — присутствие заметил заранее. К могиле подъехали Калдрах и Абиша. Раны принца ещё не зажили; ведьма помогала ему управлять устройством, похожим на кресло-каталку. — Предположил, что ты будешь здесь, и решил прийти. — Едва выжили. — В этих словах слишком много злорадства. Но что поделать? Я всего лишь невежественный человек, вынужденный цепляться за жизнь всеми силами. Странно слышать от принца, что он невежда. — Это была шутка, — пояснил Калдрах. Я не понял, в каком месте следовало смеяться. — Меня спас Флюгель. Всё-таки не зря его называют лучшим магом и лекарем Империи. — Значит, господин Флюгель очнулся? — Уже довольно давно. Просто по-прежнему лежит в лечебном крыле и ничего не делает. — Удивительно. Человек, который несколько раз меня убивал, теперь спас мне жизнь. Упоминание прежних повторений снова озадачило Абишу — она всё ещё не до конца понимала природу Калдраха. — Вы больше не сможете ходить? Он коротко вздохнул. — Врачи не дают точного ответа, но советуют не надеяться. — Понятно. — Слишком вялая реакция. Вы всё ещё недовольны, что я вместе со своей свитой перехватил инициативу? Калдрах слегка улыбнулся. — Я выступил первым только потому, что человек с наибольшей силой почему-то не собирался действовать. Я и так подозревал, что он не собирался всерьёз шантажировать меня сведениями об Ордене Рассвета. Калдрах хотел как можно быстрее убить Эульсиса, а мои долгие приготовления ему не нравились. Поэтому он начал действовать сам. Для меня Калдрах и Рыцари Клина были полезными фигурами, которыми нельзя жертвовать без причины. — Значит, желание занять трон тоже было ложью? — Не совсем. Но что мне теперь делать с такими ногами? Он коротко рассмеялся. — Придётся доверить всё старшему брату Осборну. В итоге победителем борьбы за наследование оказался Осборн. Ничего не делать действительно стало лучшей стратегией. — Ты собираешься покинуть Империю? — внезапно спросил Калдрах. Я удивлённо посмотрел на него. — Лишь догадка. Просто возникло такое чувство. — Вдруг захотелось попутешествовать. — Попутешествовать? Я кивнул. Прежде мне никогда не хотелось объехать континент Розенда. Но разговор с Миленой заставил понять: когда-то этот мир действительно меня очаровал, хотя до сих пор я видел его лишь в воспоминаниях об игре. Теперь хотелось увидеть его собственными глазами. — Всем иногда требуется отдых. На самом деле я отправлялся не отдыхать, но пусть думает так. — Свяжись со мной после возвращения. Должность командующего Императорскими рыцарями как раз свободна, а подходящего человека я не вижу. Предложение было куда выше места в «Закрытых Глазах», но сейчас подобное меня не привлекало. — Подумаю, если к тому времени она всё ещё будет свободна. — Неужели Империя настолько тебя измотала, что отказываешься даже от положения сильнейшего мечника? Я люблю деньги. И власть тоже люблю. Лучше всего иметь и то и другое. Империя была лучшим местом, чтобы получить и то и другое, и единственным, где я сейчас чувствовал себя дома. — С чего вы взяли? Я нежно люблю Империю. — А в словах одни колючки. — Как можно не любить Империю, которая бережно хранит даже такие колючки? Я в последний раз посмотрел на надгробие и поднял пустую бутылку. — Что станет с Орденом Рассвета? — спросил Калдрах. Я остановился. — Хаос времён верховного жреца больше не повторится. — Даже без поводка в твоих руках? В его голосе звучало беспокойство. Орден Рассвета незаметно вырос до огромных размеров, а ослабленной императорской семье было бы трудно справиться с новым мятежом. — Да. Я уверен. — Трудно поверить, но пока приму твои слова. Рыцари Клина, Небесная Стража и императорская армия понесли чудовищные потери. Открыто выступать против Ордена Рассвета сейчас было бессмысленно; оставалось лишь признать его существование. — Тогда я пойду. Нужно многое подготовить. Я оставил могилу Святого Меча и вскоре покинул столицу, начав путешествие. *** — Господин Джулиан внезапно исчез из столицы? Пинтель не сумел скрыть потрясения, услышав доклад. Раньше Джулиан всегда предупреждал его об отъезде. — Да, — кивнул Рим Хашар. Пинтель погладил подбородок и вздохнул. Неужели господин Джулиан ушёл под давлением накопившихся событий? «Нет». Такой человек не поддался бы обычному стрессу. Значит, существовала иная причина. — Простите, — произнёс Рим Хашар. — Если бы мы внимательнее следили за состоянием господина Джулиана… — Как нам постичь глубину его мыслей? Считай случившееся проявлением божественной воли. Успокоив его, Пинтель продолжил рассуждать. Вскоре он улыбнулся. — Неужели… — Что? — У отъезда господина Джулиана обязательно есть цель. Рим Хашар внимательно слушал. — После недавнего происшествия императорская семья вынуждена следить за ним. Он один из двух выживших свидетелей событий в тронном зале и единственный, кто видел всю картину. — Значит, семья силой вытеснила господина Джулиана из столицы? Пинтель не стал отрицать. — А это говорит о её крайней слабости. Им пришлось изгнать даже его. Он поднялся. — Господин Джулиан покинул столицу, чтобы сообщить нам: у Ордена Рассвета появился шанс поглотить императорскую семью. — Тогда он требует поднять в столице новую бурю? — Нет. Пинтель резко отверг предположение и опёрся на посох. — Думаю, он передал иной приказ. — Какой же? Осборн де Адратан считался главным кандидатом на трон, но уступал Калдраху и Эульсису в народной любви. Третий принц выжил, однако из-за тяжёлого состояния почти потерял влияние. — Мы должны подготовить почву, чтобы в день возвращения господина Джулиана провозгласили императором. При таком развитии событий имя следующего правителя вполне могло оказаться «Джулиан». — Он намеренно разыграл собственное изгнание и дал Ордену Рассвета причину объединиться в эпоху потрясений. — О-о… — Мы не знаем, когда он вернётся. Поэтому подготовка должна начаться сейчас. Пинтель указал посохом на Рима Хашара. — Созови архиепископов на совет. — Да! Провожая его взглядом, Пинтель тихо рассмеялся. «Наконец я постиг глубину замыслов господина Джулиана!» Он искренне в это верил. *** Палящее солнце и бесконечное пространство без единого зелёного пятна. Одни называли это место Пустыней Смерти, другие — Концом Странников. Но настоящее имя было простым: пустыня Суранун. По ней шёл одинокий человек. Солнце обжигало кожу за считаные секунды, поэтому путник полностью укрыл голову и тело тканью. Спустя долгое время он заметил несколько деревьев и остановился в их тени. — Странник без верблюда в такой пустыне явно мечтает умереть. Из тени заговорил уже отдыхавший там старик. Оценив состояние незнакомца, он неодобрительно цокнул языком. Даже местные не отправлялись в Суранун без подготовки. Требовались вода, припасы и верблюд для перевозки груза. — Хотя раз добрался так далеко, совсем слабаком тебя не назовёшь. — Благодарю за похвалу, господин. — Я ещё не настолько стар, чтобы ты звал меня господином. Путник тихо рассмеялся. — Вы хорошо владеете общим языком континента. Пришли извне? — Думаешь, Суранун — захолустная деревня? Мы давно освоили общий язык. Иначе как бы я читал газеты? Старик лениво встряхнул листы. — Ты гражданин Империи? — Да. — По коже видно. Он снова цокнул языком. — Слышал, около года назад у вас случилось нечто серьёзное. Как же это называли… Событие, потрясшее столицу до основания? — Вы хорошо осведомлены о внешнем мире, господин. — А чем ещё заниматься в пустыне? Только и остаётся внимательно читать редкие газеты. Старик помахал посохом и проверил пасущихся неподалёку верблюдов. — Честно говоря, Империю я не люблю. Если она рухнет, только обрадуюсь! Но не пойми неправильно — ненавижу государство, а не отдельных… Он осёкся, встретившись с путником взглядом. На плечо незнакомца бесшумно опустилась невидимая для старика птица и что-то прошептала. — Проникновение в императорскую семью?.. Пинтель, какого хрена ты опять задумал? Путник пробормотал это и поднялся. — Уже отдохнул? — Внезапно появилось срочное дело. — Тогда пойдём вместе. Ты ведь собирался в деревню рахманцев? — Собирался. Но, похоже, придётся возвращаться. Он улыбнулся и вышел из тени. Старик проводил его взглядом и услышал слова, разлетевшиеся над песками: — Блядь. Блядь, ну почему опять… [Конец основной истории] +=+=+=+=+= Перевод выполнен командой Дом Некроманта. ---------- Дополнительная история 1 — Империя в кризисе Почти сто лет три великие державы континента Розенда сохраняли хрупкое равновесие: Святое королевство Фернанд, сделавшее государственной верой крупнейшую религию континента — Церковь Солнечного бога; Империя Адратан, силой присоединившая разорённые соседние страны после заточения Демонического бога Барбатоса; и Бриманская Федерация — союз королевств, объединившихся ради сопротивления двум гигантам. Каждая сторона обладала собственными преимуществами, но ни одна не могла получить решающее превосходство. Однако многолетний мир начал рушиться из-за бедствия, родившегося в самой Империи. Мятеж четвёртого принца. Демоны, заполонившие столицу. Смерть императора, приведшего страну к золотому веку. События сцепились подобно шестерёнкам, и некогда блистательная держава незаметно вступила в эпоху упадка. Чем гуще сгущались сумерки над прежде непобедимой Империей, тем ярче сверкали глаза хищников в тени. Внешние враги и внутренние предатели двигались скрытно, подобно змеям, желавшим присвоить последние остатки былой славы. *** Первым воспоминанием сироты Лирика были руины погибшего государства к востоку от Святого королевства Фернанд. Он не знал, как оказался там, кто его родители и как его звали при рождении. Имя «Лирик» он взял с обломка лютни, найденного на свалке возле развалин. Завоевания Адратана уничтожили множество соседних стран. На их месте остались толпы беженцев и города, превратившиеся в огромные мусорные кучи. Лирик, вероятно, был одним из потерянных или брошенных в том хаосе детей. Он рано повзрослел, добывая пропитание среди обломков вместе с другими сиротами. Лирик обладал редким даром находить полезные вещи в грудах хлама, благодаря чему дети начали ему доверять. Постепенно он стал защищать их и учить выживанию: двигаться быстро, спасаться хитростью и, когда необходимо, проявлять жестокость. Собрав вокруг себя множество названых братьев и сестёр, к десяти годам Лирик получил прозвище Короля сирот. До завоевания богатая страна называлась Лайтмерией. Даже после превращения в «свалку» найденных среди руин вещей хватало, чтобы сироты не умерли с голоду. Именно это привлекло банды. — Младшего, Лерудана, ранили! — Проклятые ублюдки! — Что делать, Лирик? Пойдём за ними? Лирик остановил разгневанных братьев. Они выживали лишь потому, что знали свалку лучше взрослых. На чужой территории дети мгновенно превратились бы в добычу. — Тогда что нам делать? — Нельзя просто сидеть! — В следующий раз нужно показать им пример! Лирик задумался. За годы поисков среди руин он не раз избегал смерти и хорошо научился сражаться хитростью. Бандиты уже боялись заходить глубоко в развалины Лайтмерии. Значит, нужно было не убегать, а выманить их внутрь. — Как? — Спрячем резонансные камни. — Р-резонансные камни?! — Тогда сюда могут прийти демоны! Но иначе обмануть банду не удастся. Если те решат, что сироты забрали всё ценное и сбежали, непременно заявятся подобрать остатки — именно так они всегда и жили. Дети согласились. Они собрали оставшиеся в руинах резонансные камни и спрятали в трактире «Слоновьи усы», подготовили ловушки и оружие, а с наступлением ночи укрылись в засаде. «Сегодня всё закончится». — Лирик, мне страшно. Восьмилетний Лерудан вцепился в его рукав. Маленький раненый ребёнок с кинжалом не был необычным зрелищем для свалки, но Лирику всё равно было больно смотреть, как тот борется за жизнь. — Потерпи ещё немного. Он погладил дрожащего мальчика по спине. — Идут. — Кто-то появился. Из темноты вышел силуэт. В такую ночь на свалку могли явиться только бандиты — так думал Лирик. Но пришёл демон. Человеческое тело было чудовищно искривлено: конечности неестественно вытянулись и согнулись в суставах, пальцы превратились в костяные шипы, а кожа оплыла, словно растопленный воск. Одного взгляда хватило, чтобы понять: встреча с ним означает смерть. — А-а… Дети отшатнулись. «Тихо». Лирик хотел предупредить их, но кто-то закричал, и сироты бросились врассыпную. Они были быстры. Демон — быстрее. Если ничего не сделать, он убьёт всех. — Эй, ублюдок! Я здесь! Попробуй поймать! Лирик ругался и швырял камни, пока тварь не посмотрела на него. Затем побежал к глубокому колодцу, собираясь подманить демона и в последний миг увернуться. План был хорош. Ошибка заключалась лишь в скорости чудовища. Демон ударил его всем телом. Лирик взлетел в воздух и рухнул прямо в колодец. — Кх… кха! Сознание погасло и вернулось, когда холодная вода залилась в лёгкие. К счастью, засуха почти осушила колодец. Лирик сел и посмотрел вверх. Снаружи царила страшная тишина. Сколько прошло времени? Спаслись ли остальные? Он начал карабкаться. В первую попытку пальцы разодрало об острый камень, мокрая одежда тянула вниз, а на середине пути соскользнула нога. Во вторую он снял одежду и выбрал другую сторону стены, но опора вывалилась из кладки. В третий раз Лирик двигался медленнее, тщательно проверяя каждый выступ. Он почти дотянулся до края — и мокрые пальцы снова сорвались. После падения болело всё тело. — Ха… ха… Он смотрел на круглое отверстие высоко над головой. В нём сияла синяя луна. «Если бы я не убрал резонансные камни, ничего бы не случилось». Вина душила, но Лирик не сдался. Четвёртая попытка. Пятая. Шестая. Тело покрыли раны, пальцы стали скользкими от крови. На седьмой раз он выполз наружу. Его встретили трупы братьев. Рядом с колодцем лежал Лерудан. Из горла Лирика вырвался хрип, похожий на скрежет металла. Он снова остался один во всём мире. Демон подошёл и поднял руку, собираясь прикончить последнего выжившего. Вспышка. Клинок снёс чудовищу голову. — Почувствовал демоническую энергию и решил проверить. Теперь понятно, откуда она. Лирик повернулся. Тварь, казавшаяся непобедимой, погибла от одного движения обычного человека. У мужчины были тяжёлые глаза и суровое лицо. Даже ребёнок чувствовал исходивший от него дух человека, пережившего бесчисленные бойни. В груди Лирика что-то закипело. Страх? Ярость? Он не знал, как это назвать. — Сироты со свалки? Похоже, один всё-таки выжил. — Научите меня. В одном Лирик был уверен: он хотел стать таким же — человеком, способным без усилий убить непобедимого демона. — Я хочу силы. — Демон уже мёртв. Мстить за друзей некому. — Моя семья, братья и друзья погибли. Я хорошо понимаю самого себя. Несмотря на холодный голос мужчины, Лирик продолжил: — Я больше не хочу жить. Но и умирать не хочу. Поэтому научите меня. «Дайте мне причину не умирать». Мужчина всё так же холодно смотрел сверху. — Сирот вроде тебя много. Почему я должен выбрать именно тебя? Он вынул меч и протянул рукоятью вперёд. — До рассвета принеси голову главаря банды, скрывающейся в лесу. Это не было шуткой. — Я выращиваю только перспективные ростки. Ты просил учить тебя? — Да. — Если таланта нет — умри на месте. Лирик взял меч и ушёл. После колодца всё тело болело, кровь стекала по клинку, но он не обращал внимания. На рассвете мальчик вернулся и бросил к ногам мужчины отрубленную голову. — Я Рейнор из Святого королевства Фернанд, член Палаты Семи Престолов. Как тебя зовут? — Лирик. — Следуй за мной, Лирик. Я выкую из тебя меч Святого королевства. *** Глубоко под высокой башней «Око Солнечного бога» в столице Фернанда находился Зал Тайн, куда допускались лишь верховные жрецы и высшее духовенство. Внутри располагалась огромная круглая арена. Обычно священное место открывали раз в год, в день летнего солнцестояния. Но сегодня проводился особый обряд — выбор охранника делегации, отправлявшейся в Империю. — Называют охранником, а на деле выбирают убийцу, — цокнул языком седой старик у входа. Это был Ленор Прошут Сантинида, один из двенадцати верховных жрецов Фернанда. — Заставить сотню воинов сражаться насмерть, пока не останется один… Ха! Кто бы подумал, что наследие Хейдена Райха используют именно так. Обряд Яда Гу — способ выращивания демонов, созданный Святым Мечом во время его пребывания в Святом королевстве. Фернанд приспособил метод для людей и теперь таким образом выбирал убийцу, которого собирался отправить в Адратан. Ленор подошёл к мужчине, охранявшему вход. — Господин Рейнор, разве ваш ученик не находится внутри? — Находится, господин Ленор. — Суровый вы учитель, раз отправили его туда. — Если погибнет, значит, с самого начала был недостоин. — Бессердечный человек. — Обряд завершён! Стражники распахнули двери. — Учитель, я вернулся. Прошло десять лет с тех пор, как Рейнор забрал Лирика со свалки. Закалённый тренировками молодой мужчина стал крепким и сильным, но сейчас снова стоял перед учителем весь в крови и ранах — как в то утро, когда принёс голову главаря банды. *** Империя находилась в опасности. Элеонора понимала это особенно ясно: мятеж четвёртого принца, демоны в столице, отказ третьего принца от притязаний, распад военного руководства и смерть императора. Второй принц пытался собрать власть в руках, но ему не хватало харизмы, чтобы объединить разрозненные силы. Кроме благородной крови, позволявшей называться членом императорской семьи, у него почти ничего не было. Адратан переживал беспрецедентный хаос и стоял перед испытанием, которое могло решить само существование страны. — По вашему приказу я проверил действия Пинтеля и «Сумерек», — доложил Лазлот. Пинтель Обрадин, архиепископ Нового Ордена Рассвета, и созданное им личное подразделение постепенно добивались того, чего не смог лишённый харизмы принц: объединяли людей. Перед отъездом Пинтель сказал, что Империи нужен новый спаситель. Речь шла о человеке, неоднократно спасавшем Империю, в том числе во время мятежа четвёртого принца; об ученике Святого Меча, который, несмотря на предательство учителя, сражался с ним ради страны. Элеонора тяжело вздохнула. Она прекрасно понимала, о ком речь. Новый Орден Рассвета выжил благодаря ему, и столица действительно была спасена его руками. Но слово «спаситель» звучало странно. Так называли тех, кто завоевал любовь народа, а его имя было ближе к дурной славе. Элеонора не считала себя патриоткой, но не могла спокойно смотреть, как родина гниёт изнутри. Особенно когда её собственный Орден Рассвета участвовал в происходящем. — Где же вы… С губ сорвался тихий стон. Если бы он вернулся, этот хаос, возможно, удалось бы прекратить. — Джулиан. +=+=+=+=+= Перевод выполнен командой Дом Некроманта. ---------- Дополнительная история 2 — Невольный спаситель Прошло десять лет. Сирота со свалки стал воином, которому доверили самое опасное задание Святого королевства. Лирик оказался единственным выжившим после Обряда Яда Гу в Зале Тайн. Теперь он должен был сопровождать дипломатическую делегацию в Империю — официально как телохранитель, в действительности как убийца. На рассвете столица Фернанда ещё спала, но на Золотой улице уже кипела работа. Десятки людей запрягали лошадей, нагружали повозки и проводили последнюю проверку. Дон! Дон! Дон! С восходом солнца колокол Церкви прозвонил семь раз. После последнего удара распахнулись огромные двери, и наружу вышла делегация жрецов. Лирик держался позади, охраняя тыл. — Лирик. Перед отправлением Рейнор остановил ученика. Десять лет он обучал, закалял и порой доводил юношу почти до смерти. Заставлял его зимовать в комнате без крыши и неделю выживать на необитаемом острове без еды — всё ради сегодняшнего дня. — Готов? Голос Рейнора, как всегда, оставался бесстрастным. — Да, учитель. Лирик кивнул, но в глазах впервые за долгое время мелькнула тревога. — Чего боишься? Учитель снова увидел его насквозь. — Провала. Смерти… Рейнор молниеносно ударил ученика ладонью по щеке. Голова Лирика дёрнулась в сторону, из уголка губ потекла кровь. — Боишься смерти? Голос звучал ледяно. — В десять лет, столкнувшись с демоном, ты не боялся. Убивая бандитов, охотившихся на сирот, не боялся. Даже когда зарезал девяносто девять воинов в Обряде Яда Гу, страха не было. И теперь, в самый спокойный миг своей жизни, ты испугался? Лирик молча вытер кровь. Ни злости, ни обиды — лишь понимание. — Ты уже однажды умер, — продолжил Рейнор. — Умер на свалке вместе с братьями. Когда я нашёл тебя, смерть уже стояла в глазах. Я лишь дал твоему трупу цель. Он сжал плечо ученика, словно заковал цепью. — Как мёртвый может бояться смерти? Ты меч Святого королевства. Меч не знает страха — он лишь рубит. Лирик глубоко вдохнул, и тревога начала отступать. — Империя в хаосе. Мятеж четвёртого принца, нашествие демонов, смерть императора. Она ослабла. — Да. — Милосердие к слабому врагу — жестокость к самому себе. Не забывай. — Никогда не забуду. Рейнор вынул из одежды коробку. — Что это? — Открой. Внутри лежал старый кулон в форме солнца. — В нём заклинание самоубийства. Используй, если попадёшь в плен и возникнет угроза раскрытия личности. На лице учителя не дрогнул ни один мускул. Лирик принял кулон так же спокойно. Он считал, что жив только благодаря Рейнору и вся его жизнь принадлежит учителю. — Повтори задание. — Убить определённых людей, чтобы усилить смуту в Империи. — Список получишь после пересечения границы. — Да, учитель. — Когда ты был бесполезным сиротой со свалки, я дал тебе цель. Это всё равно что подарить новую жизнь. Лирик едва заметно кивнул. — Во славу Солнечного бога и Святого королевства вонзи клинок в сердце Империи. Запомнив эти слова, он покинул Фернанд, чтобы ускорить падение Адратана. *** Дионис Кареда, председатель Финансового совета Бриманской Федерации, смотрел через украшенное золотом окно на отправляющиеся караваны. Огромные повозки, вооружённые охранники и купцы направлялись в Империю. Пятидесятитрёхлетний Дионис покачивал в хрустальном бокале вино. Серебряные волосы, аккуратная борода и острые глаза придавали ему достоинство. — Сколько займёт путь до границы? — Около десяти дней, председатель. Через Восточные равнины медленнее, чем через горы, но безопаснее, и по пути много городов. — Скорость не важна для падающего клинка. Имеет значение лишь то, поразит ли он цель. Караваны символизировали силу торговли, которую Федерация копила столетиями. Бриман верил только в деньги. Политически слабое государство поглощало другие страны, покупая чиновников, права на рудники и в конце концов целые королевства. Так Федерация и стала великой державой. — Гильдия «Бериллиан» готова? Секретарь раскрыл папку. — Да. Основные цели — рудник Балрога и завод «Ледяная река». Гильдия Великих первопроходцев заинтересована в путях резонансного поезда на окраине Империи, а торговый дом «Лазурит» — в правах на добычу резонансных камней. Дионис улыбнулся и указал на карту с отмеченными красным ключевыми предприятиями Адратана. — Имперские дворяне слишком заняты гражданской войной. Сейчас им нужны деньги на содержание армий, а деньги есть у нас. — Переговорные группы получили достаточно средств. Передан и приказ предлагать на двадцать процентов выше реальной цены. Долгосрочная выгода важнее кратких расходов. — Можно переплачивать и тридцать. Разницу покроем. Покупка дороги в сердце великой Империи — это инвестиция. Последние повозки покидали город, увозя золото, договоры и амбиции Бримана. — А конкуренция со Святым королевством? Дионис поднёс бокал к губам. Разведчики сообщили, что Фернанд тоже нацелился на ослабевшую Империю. Точные намерения оставались неизвестны, но грубые и кровавые методы Святого королевства плохо сочетались с его названием. — Они сражаются мечом и верой. Мы — монетой. Пока они обещают дворянам благословение бога, мы предлагаем наличные. Чьё предложение привлекательнее, очевидно. Он ещё раз посмотрел на исчезающие за горизонтом караваны. — Удалось привлечь гильдию «Золотой компас»? Секретарь помрачнел. — Пока нет. Её глава Конрад невероятно упрям. — Ц. Вечная проблема деревенщин с островов. Но он способный деревенщина. Сделайте всё, чтобы предложение его заинтересовало. *** — Думаете, я этого не понимаю? Даже такой деревенщина, как я, всё прекрасно знает! Мужчина повысил голос в передающее устройство, и кучер с охранником покосились на повозку, но возражать не стали. — Если государство раздаёт деньги, кто откажется заработать?! Его звали Конрад Азра — глава гильдии «Золотой компас». Сейчас он выехал из Федерации в Империю ради торговли. Конрад пригладил связанные чёрные волосы. Усталость всё равно проступала на лице. — Но мои дела не настолько велики, чтобы просить государственную поддержку. Сохраню возможность на потом… Устройство вспыхнуло и ответило потоком неразборчивых слов. — Вот же… Наверное, в горах связь плохая. Ш-ш-ш, тр-р-р! Изобразив помехи, Конрад выбросил артефакт. Тот покатился по лесной дороге и исчез за склоном. — Решили обмануть меня! Блядь, ещё и правительство полезло, когда дела не идут! Подъехали другие купцы. — Доплачивать они собрались. Просто хотят задушить Империю займами под огромный процент. — Точно. — Государство торгует даже с собственными гражданами. Куда нам с ним конкурировать? Конрад на всякий случай посмотрел туда, куда бросил устройство. Оно действительно исчезло, значит, слова не дойдут до Финансового совета. — Резонансные камни важны для страны, но зачем нам посредник? — Мы и без того едва зарабатываем. — Правильно говоришь. Заметив, что одежда сбилась, Конрад подозвал слугу и позволил привести себя в порядок. — Пока Империя окончательно не рухнула, нужно вытянуть из неё всё возможное. Ради этого и едем. — Но это всё-таки Адратан. Может, они снова выстоят? — Парень, теперь им конец. Император мёртв, демоны в столице, гражданская война и беспорядки повсюду. Если они переживут даже это, я выброшу гражданство Федерации и куплю имперское. — А вдруг? Конрад невесело рассмеялся. — «Вдруг» только у тебя в голове. Чтобы спасти разделённую Империю, нужен великий человек, способный объединить всех. — Такой ведь может появиться? — Если бы существовал, уже бы появился… В этот момент открылась дверь повозки. Изнутри вышел мужчина. Серебристо-белые волосы переливались в лунном свете, а прищуренные глаза придавали лицу сходство с маской. — Снаружи довольно шумно. Вы встретили разбойников? Поправив воротник, Джулиан бесстрастно улыбнулся Конраду. +=+=+=+=+= Перевод выполнен командой Дом Некроманта. ---------- Дополнительная история 3 — Растущая тревога Делегация Святого королевства изначально собиралась идти в Империю через узкий перевал в горах Яндес. Это был кратчайший и традиционный путь для посольств Фернанда. Но перед отправлением Рейнор предложил изменить маршрут. — За Яндесом имперская пограничная проверка особенно строга. Отношения со Святым королевством плохие, поэтому там могут обнаружить ваши магические устройства. Передатчики голоса и артефакты для подслушивания вызвали бы немало проблем. — Пересеките Восточные равнины и войдите через границу с Федерацией. Там проверяют слабее. Лирик счёл совет разумным, но возглавлявший делегацию жрец Орлан был недоволен. — Член Палаты Семи Престолов совсем забыл своё место… Медленно куря трубку, Орлан выдохнул дым и подошёл к Лирику. — Ты всего лишь сирота, от которого едва есть польза. Знаешь, какая иерархия действует в Святом королевстве? — Наверху верховные жрецы, затем жрецы и духовенство. — Верно. Палата Семи Престолов — наш меч, а не орган, принимающий решения. — Именно так, господин Орлан. Жрец поднёс горячую трубку к его шее. Жар обжёг кожу, но Лирик не дрогнул. — Тогда почему твой учитель считает, что может отдавать мне приказы? Он не знает своего места? Лирик промолчал. — Единственный, кто принимает решения в этой делегации, — я. Не забывай. Орлан убрал трубку и вернулся к креслу. — Мы пойдём через Восточные равнины. Не потому, что совет Рейнора хорош, а потому, что так решил я. Лирик кивнул. *** Повозка Конрада качалась по неровной дороге. На второй день пути в Империю он сидел в роскошном салоне и смотрел в окно. Стены украшал шёлк из пустыни Суранун, рядом стоял наполовину пустой бокал вина. Напротив молча смотрел наружу сереброволосый мужчина с прищуренными глазами — Джулиан. «События полугодовой давности до сих пор живы в памяти». Суранун производила серебряный шёлк, желанный дворянами Федерации и Империи. Конрад мог поручить закупки подчинённым, но мечтал наладить производство за пределами пустыни, а для этого требовалось раскрыть секрет материала. Поэтому он часто ездил туда сам. В одну из поездок караван накрыла песчаная буря, а когда им удалось из неё выбраться, появились демоны — чёрные твари со змеиными телами и острыми когтями. Охрану растерзали за несколько секунд. Купцы разбежались с криками, и при одном воспоминании колени Конрада слабели. Тогда он впервые ощутил настоящее отчаяние. И именно тогда появился Джулиан. Он вышел из песчаной бури и взмахнул мечом, сиявшим слабым лунным светом. Каждый удар убивал демона. Покончив с чудовищами, Джулиан стёр с клинка кровь и посмотрел на Конрада. Вокруг лежали трупы, разорванная плоть и внутренности, но его лицо не изменилось. Конрад хотел поблагодарить спасителя, однако не сумел выдавить ничего, кроме хрипа. А Джулиан исчез в песках так же внезапно, как появился. Неделю назад они снова встретились в столице Федерации. Джулиан искал повозку до Империи, и Конрад сразу предложил место. — Кхм. Он прочистил горло, пытаясь оживить молчаливую поездку. — Господин Джулиан, зачем вы направляетесь в Империю? Вопрос был естественным. Страна пребывала в хаосе, и обычный путник сейчас туда не поехал бы. — Личные причины. Ответ прозвучал спокойно. Серебряные волосы колыхались в лучах солнца, а непроницаемое лицо казалось загадочным. Торговое чутьё предупреждало Конрада: перед ним не обычный путешественник. Меч этого человека был почти совершенен, будто давно сроднился со смертью. Дух принадлежал прирождённому воину, но осанка больше подходила дворянину или даже кому-то выше. — Наверное, спрашивать бессмысленно, но ваша цель случайно не связана с нынешним положением Империи? Джулиан помолчал. В узких глазах мелькнул расчёт. — Вы купец, господин Конрад. Хороший купец много слушает и мало говорит. Вы ведь хороший купец? Конрад вздрогнул. Это было мягкое предупреждение не лезть дальше. — Ха-ха! Простое любопытство. Все знают, что положение Адратана… не лучшее. — Там хаос. Идеальное время, чтобы воспользоваться возможностями. Говорят же: возможность рождается из смуты. Звучало разумно. Конрад решил, что Джулиан тоже хочет заработать. — Тогда, может, объединимся? Разве встреча с таким хорошим купцом не судьба? Вместе урвём прибыль. — Долю? — Именно! Фоноситовый рудник, контракт на который мы собираемся получить, находится в районе, где почти не действует закон… — Господин Конрад! Снаружи раздался торопливый крик. Конрад раздражённо нахмурился — он только добрался до выгодного предложения. — Что ещё?! — Демоны! На другой стороне равнины появились демоны! — Что?! На Восточных равнинах чудовища почти не встречались. Федерация и Империя разделили территорию и установили фоноситовые камни, не позволявшие демонам появляться. «Неужели Адратан развалился настолько, что перестал их обслуживать?» — Что делать? — Что значит «что»?! С грузовыми повозками от звероподобных демонов не уйти! Караван не мог быстро разогнаться, а бросать товар Конрад не собирался. Оставалось принять бой. Охранники обнажили оружие. — Блядь… выглядят мерзко. К повозкам приближались огромные волкоподобные демоны с чёрной шерстью. Они были вдвое крупнее обычных волков, по спинам торчали шипы, красные глаза горели, а из пастей выступали длинные клыки. Твари окружили караван. Неопытная охрана оцепенела. — Не бойтесь! — крикнул Конрад. — С нами господин Джулиан! Тот самый, кто перебил демонов в Сурануне! Он с полной верой посмотрел на спасителя, и пережившие ту бурю купцы облегчённо вздохнули. Джулиан внутренне помрачнел. Он прекрасно знал, что умеет убивать демонов. Это почти стало профессией. «Но если я в чём-то хорош, это ещё не значит, что мне нравится этим заниматься». Сколько бы раз подобное ни повторялось, удовольствие оно не приносило. *** Делегация Святого королевства второй день пересекала Восточные равнины и не ослабляла бдительности. Путь был спокойным, но Орлан постоянно приказывал Лирику усиливать наблюдение. — Впереди демоны, — доложил разведчик. Лирик остановил колонну. Вдали действительно виднелись чудовища. — Они что-то окружили. Разведчик пригляделся. — Караван Бриманской Федерации. Похоже, подвергся нападению. — Федерация… — улыбнулся Орлан. — Купцы могут знать об Империи то, чего не знаем мы. Сердца у них тёмные, зато уши острые. — Что прикажете? — Спасти. Но при угрозе потерь немедленно отступайте. Лирик оставил минимальную охрану при делегации и с тремя воинами поскакал к каравану. Он молча вынул меч. Синеватое лезвие блеснуло на солнце. — Кии-и! Демоны заметили приближение слишком поздно. Совершенная дуга клинка перерезала шею первой твари, и из раны повалил чёрный дым. Соседний демон уже готовился прыгнуть. «Пять шагов». У Лирика было много талантов, но один удивлял даже Рейнора: способность измерять расстояние до противника. Он оценивал не только физическую дистанцию, но и дальность атаки, скорость прыжка и даже степень опасности — всё выражал в шагах. Пять шагов угрозы не представляли. Этому не учил Рейнор. Инстинкт родился из бесчисленных встреч со смертью. Лирик и воины быстро уничтожили демонов. «Ближе четырёх шагов никто не подошёл». Бой оказался безопасным. — Слава Солнечному богу! К ним выбежал смуглый купец, представившийся Конрадом. — Без вас нас бы сожрали! Слава Солнечному богу! Орлан спустился с холма, за ним подошла остальная делегация. — Воля Солнечного бога привела нас сюда. Значит, встреча была предначертана. Пока жрец разговаривал, Лирик оценивал окружающих. Если возникнет необходимость убрать свидетелей, придётся убить весь караван. «Четыре шага. Пять». Охранники были слабы. Самый сильный едва достигал четырёх шагов, на уровне недавних демонов. Уничтожить их будет легко. Но затем Лирик заметил странность. Он умел чувствовать не только дальность чужой атаки, но и вероятность успеха собственной. Все вокруг находились в пределах одного-двух шагов. Кроме одного человека. У входа в самую большую повозку стоял сереброволосый мужчина с прищуренными глазами. «Пять шагов». За пределами досягаемости. Заинтересовавшись, Лирик пошёл к нему. Один шаг. Ещё один. Чем ближе он подходил, тем напряжённее становился. «Расстояние не сокращается». Физически между ними оставалось всё меньше, но число шагов не менялось. Инстинкт предупреждал: этот человек опасен. +=+=+=+=+= Перевод выполнен командой Дом Некроманта. ---------- Дополнительная история 4 — Судьбоносная встреча на границе Конрад снова и снова кланялся жрецу Орлану. Роскошная одежда была испачкана пылью, но на лице сияло облегчение. — Меня зовут Конрад Азра. Я глава гильдии «Золотой компас» Бриманской Федерации. — Я жрец Орлан и возглавляю посольство Святого королевства Фернанд. Отвечая, Орлан оценил охрану каравана. Сильных бойцов почти не было; при необходимости свидетелей можно убрать. Проверка имела простую причину. Если купцы поймут истинное назначение перевозимых магических устройств, их придётся заставить замолчать. Проблем не предвиделось. Но затем Орлан заметил медленно вышедшего из повозки сереброволосого мужчину. Эти прищуренные глаза он уже видел в Святом королевстве. Джулиан Крайпарт Фрейсон. Ученик Хейдена Райха и человек, запятнавший репутацию Фернанда. «Почему он здесь?» Ответа не было. Но в совпадение жрец не верил. Святое королевство отправило делегацию, чтобы ускорить падение Империи, и прямо перед ней появился имперский палач. Поговорив с Конрадом и узнав, что караван тоже идёт в Адратан, Орлан вернулся в свою повозку и вызвал Лирика. — Вы звали, господин жрец? Орлан глубоко затянулся трубкой. — В каком состоянии находился караван, когда ты убивал демонов? — Что вы имеете в виду? — Сереброволосый мужчина. Он сражался? Лирик покачал головой, и Орлан помрачнел ещё сильнее. Улыбающийся Палач ничего не делал? Слабый демон не мог затруднить бойца уровня Джулиана. Значит, он сознательно стоял в стороне. «Хотел втянуть нас?» Может быть, он хотел заставить делегацию идти вместе с ним до самой Империи. Возможно, Орлан лишь проявлял излишнюю подозрительность, но риск был слишком велик. Нужно было понять, что скрывается за непроницаемыми глазами Джулиана. *** «Посольство Святого королевства». Я смотрел на повозки посольства, чьи люди спасли караван, и невольно нахмурился. «Сильные». Даже охрана делегации выглядела внушительно. Особенно молодой мужчина во главе атаки — он свободно владел аурой. «Вот же морока». Связываться с Фернандом не хотелось. Обычные люди ещё ладно, но посланники высокого ранга почти наверняка узнают меня. А прежняя поездка в Святое королевство закончилась не слишком приятно. Несмотря на мои желания, Орлан и Лирик подошли сами. — Так это вы. Улыбающийся Палач Империи Адратан. «Зачем обязательно называть именно так?» Внутренне я усмехнулся, но виду не подал. — Когда-то меня называли этим прозвищем. Теперь я простой путешественник. Я спокойно улыбнулся. Купцы сразу насторожились. — Тот самый Джулиан, Клинок Адратана? — Который подавил мятеж четвёртого принца… Орлан вышел вперёд, не скрывая подозрительности. — Любопытно. Герой Империи охраняет каких-то купцов. — Мир меняется, господин жрец. Как изменился я, так изменилась и Империя. — Изменилась? Орлан холодно улыбнулся. — Некоторые вещи неизменны. Например, змея сбрасывает кожу, но не меняет природу. Он окинул меня взглядом. — Кто знает, возможно, хаос в Империи породили именно такие люди, как вы. Те, кто не хранит верность одному месту и поворачивается вслед за ветром. Чем острее становились слова, тем спокойнее я улыбался, и это раздражало его ещё сильнее. — Соларун учит остерегаться сбрасывающих кожу змей и благословлять лишь людей с непоколебимой верой. Конрад нервно переводил взгляд между нами. — Похоже, вы привыкли судить людей, ничего о них не зная, господин жрец. Плохая привычка. Орлан покраснел. Я слегка наклонил голову, будто выражая уважение. — Но не переживайте. В отличие от вас, я больше не сужу окружающих так легко. Это одно из моих изменений. Разъярённый Орлан ушёл к повозке. Лирик остался. — Прошу прощения, господин Джулиан. Меня зовут Лирик. Я отвечаю за безопасность жреца Орлана. Он приближался, отсчитывая шаги, однако воображаемое расстояние между нами не менялось. — Рад знакомству, Лирик. Я улыбнулся. «Скрывай улыбку. Легкомысленных людей недооценивают». Так учил его Рейнор. Сильный человек обязан быть серьёзным, иначе общество примет его за слабого. Но моя улыбка не казалась Лирику легкомысленной. В ней читалось спокойствие, доступное лишь по-настоящему сильным. — Я слышал о вас. Говорят, вы гордость Империи и великий мечник. Расстояние всё ещё оставалось равным пяти шагам. — Говорят даже, что ваше мастерство не уступает Хейдену Райху или превосходит его. При имени Святого Меча мой взгляд едва заметно изменился. — Я видел его во время изгнания в Фернанде. Он был выдающимся человеком. Даже не разговаривая с ним, я ощущал огромную силу. Лирик заметил: упоминание учителя будто сократило расстояние на шаг. Теперь между нами было четыре. Если продолжить давить на эту тему, клинок сможет достать цель. Но он не хотел побеждать подобным способом и перестал считать шаги. Вместо этого просто начал задавать вопросы из любопытства к Джулиану. — Мудрое решение, — сказал я, словно прочитал намерение. — Нет нужды искать повод скрестить мечи. Я давно заметил и измерение дистанции, и его интерес к моему оружию. *** Посольство и купцы решили продолжить путь вместе. Общая цель и увеличившаяся численность делали дорогу безопаснее. Лишь Конрад мрачнел всё сильнее. «Так он Улыбающийся Палач?» Между Бриманом и Адратаном лежали горы и огромные равнины, поэтому сведения доходили медленно. Но слухи о человеке, убивавшем даже детей ради Империи, Конрад слышал. И именно перед этим чудовищем он недавно заявил, что Империи конец. «Что теперь делать?» Его могут зарубить в любой момент. Почему Джулиан до сих пор не устроил кровавую пляску? Конрад дрожал и украдкой наблюдал, но лицо спасителя оставалось неизменным. Испытывает ли Джулиан его или просто скрывает мысли — понять было невозможно. — Скоро граница, — первым заговорил Джулиан. — Д-да, уже близко. — Не напрягайтесь. Я не собираюсь припоминать вам оскорбления в адрес Империи. Казалось, он хотел успокоить. Но купец прекрасно понимал: тот, кто принимает слова «не напрягайтесь» буквально, долго не живёт. Конрад лишь предельно вежливо кивнул. — Глава Конрад! — снова крикнули снаружи. Внутри повозки стало так душно от неловкости, что он почти обрадовался возможности высунуться. — Что ещё?! — У входа на имперскую границу стоят люди! — На границе всегда есть люди! Ты зачем сообщаешь очевидное? — Они выглядят крайне подозрительно. Конрад выглянул. Три фигуры в чёрных капюшонах смотрели прямо на караван. На поясах висели изогнутые клинки, похожие на оружие рахманцев Сурануна. — Это мои знакомые, — произнёс Джулиан. «Вот эти?» Но Конрад не стал вмешиваться. Фигуры приблизились, узнали Джулиана и глубоко поклонились. — Азим уль азим. +=+=+=+=+= Перевод выполнен командой Дом Некроманта. ---------- Дополнительная история 5 — Не хотел я этого видеть — Азим уль азим. Из-под капюшона показалось знакомое лицо. Это был Рим Хашар из подразделения «Сумерки». Я вспомнил его: один из самых верных людей Ордена Рассвета. Судя по взгляду, преданность Рима Хашара нисколько не ослабла. «Блядь». Я хотел вернуться в Империю и успокоить хаос, но совершенно не собирался устраивать громкое возвращение. План был прост: тихо встретиться с главным виновником, Пинтелем, и сказать всего одну фразу. «Хватит творить херню». Передавать через посредника бессмысленно — Пинтель почти наверняка не послушал бы. Поэтому я и решил поговорить лично. «Раз Рим Хашар здесь, Пинтель уже знает?» — Рим Хашар. Тот шагнул вперёд, глаза засияли. — Ваш меч Рим Хашар прибыл. Под чужими взглядами я подошёл ближе и заговорил тихо: — Вас прислал господин Пинтель? — Мы действовали по собственной инициативе. Как они тогда узнали о моём возвращении? — В Сурануне живёт много наших соплеменников, — пояснил он. Верно, «Сумерки» происходили из пустыни. Теоретически сведения могли дойти до них, не затронув Пинтеля и Орден. Но считать это полностью самостоятельной встречей было наивно. Я огляделся и один за другим ощутил людей в лесу. Кроме троих на дороге, там скрывалось ещё более десяти бойцов. «И это они называют самостоятельной инициативой?» Новость неизбежно доберётся до Ордена Рассвета, а возможно, и до императорской семьи. Тихое возвращение провалилось. «Я даже список желаний не успел закончить». *** Делегация Святого королевства пересекала границу вместе с караваном «Золотого компаса» и не скрывала смятения. — Господин Орлан, это засада! — Что за… Обычное посольство лишь удивилось бы, но эта делегация тайно везла убийц. «Информация просочилась?» Орлан грыз ногти и смотрел наружу. Кроме троих появившихся людей, в деревьях скрывались многочисленные бойцы. Могло ли всё быть совпадением? Имперский герой встретил делегацию, маскировавшую отряд убийц. А на границе его уже ждали подчинённые. «Нет. Определённо не совпадение». — Возможно, следует ударить первыми, — спокойно предложил Лирик. В его глазах не было страха, только желание испытать себя против Джулиана. Орлан не собирался поддаваться подобной браваде. — Сначала уничтожьте передающие артефакты. — Что?! — Тогда мы не сможем получать приказы Фернанда! — Вы понимаете, зачем едете в Адратан? Настоящей целью были убийства по распоряжениям Святого королевства. Без связи миссия теряла смысл. — Всё возможно лишь до тех пор, пока нас не раскрыли. Уничтожьте устройства, чтобы никто не смог отследить их использование. Если нас обвинят, мы всё отвергнем. Охрана начала бесшумно ломать артефакты. Орлан наблюдал с решимостью и тревогой: в случае провала дороги назад больше не будет. Его взгляд остановился на Джулиане. Тот выглядел дружелюбно, но наверняка всё понимал и бездействовал лишь потому, что перед ним официальное посольство. — Значит… пока мы спасены. Орлан скрипнул зубами. Чувство, будто он пляшет на чужих нитях, сводило с ума. — Джулиан подходит к повозке. Жрец глубоко вдохнул и вернул лицу спокойствие. Нужно было узнать следующий ход противника. Джулиан с лукавой улыбкой постучал в окно. — Прошу прощения. Я задержал ваше отправление. Орлан ожидал, что солдаты начнут обыск. Но тот лишь извинился. — Разговор закончен? — Да. Всего лишь несколько слов со старыми знакомыми. Ещё раз прошу прощения. Орлан фыркнул. «Артефакты уже уничтожены». Пусть Джулиан покажет истинное лицо и прикажет обыскать повозки. Тогда ничего не найдут, а Фернанд получит повод оказать давление и время восстановить связь. — Попрошу Конрада продолжить путь. Но Джулиан просто развернулся и вернулся к своей повозке. — Они… не будут обыскивать? Почему? Артефакты уже сломаны, значит, проверка была бы безопасна и даже выгодна Орлану. Однако Джулиан не дал ему шанса, словно прочитал мысли. — Проклятый шут. Жрец смотрел вслед, покраснев от ярости. Тем временем я, вернувшись к Конраду, лишь тяжело вздохнул. «Империя Адратан». Я помрачнел ещё сильнее. «Как же я не хочу возвращаться». *** В одном из дальних кабинетов императорского сада второй принц Осборн изучал документы. Лучи заката золотили волосы, подчёркивая жёсткие черты лица. Он провёл пальцем по названию плана. «Ночь Новой Империи». Операция готовилась давно и должна была одним ударом уничтожить Новый Орден Рассвета Пинтеля Обрадина, который выходил из-под императорского контроля. — Никто не смеет посягать на власть императора. После смерти отца страна медленно раскалывалась. Калдрах отказался от наследования, поэтому трон почти наверняка достанется Осборну, но Пинтель и Новый Орден Рассвета уже бросали вызов власти. Они держались так, словно стояли выше императора, используя своего «спасителя» для захвата страны. Но правильно ли начинать новую резню сразу после великого потрясения? Осборн не хотел ещё одной братоубийственной трагедии, однако понимал: чем дольше медлить, тем глубже станут раны. Раздался стук. — Войдите. В кабинет поспешно вошёл доверенный помощник Роберт. — Ваше высочество, срочное известие. — Говори. — О-он вернулся. Осборн помрачнел. В такой ситуации Роберт мог говорить столь встревоженно лишь об одном человеке. Джулиан Крайпарт Фрейсон. — Сведения точны? — Их передал наш человек внутри «Сумерек». Отслеживая подозрительные перемещения, мы вышли на Рима Хашара, доверенного человека Пинтеля. Он встретил Джулиана. Осборн встал и подошёл к окну. — Что ещё? — Джулиан путешествует с караваном Бриманской Федерации. И ещё… вместе с ними идёт делегация Святого королевства. — Что ты сказал? Голос стал опасно тихим. — Фернанд и Бриман? Вместе? — Информацию ещё следует подтвердить, но… Осборн ударил по столу. Чернильница опрокинулась, залив документы. — Джулиан… Целый год ты собирал иностранные силы, чтобы разом поглотить Империю! Он стиснул кулаки, глядя на залитую закатом страну. +=+=+=+=+= Перевод выполнен командой Дом Некроманта. ---------- Дополнительная история 6 — Привычная грубость В глубине дворца располагался личный кабинет Осборна де Адратана. Слабый свет из маленького окна освещал разбросанные по столу документы. Принц снова и снова складывал и вновь разворачивал один и тот же приказ. Перед ним стоял Роберт Краузе, главный чиновник императорского секретариата. — Я услышал доклад, Роберт. Но всё равно не могу подозревать господина Джулиана. — Понимаю вашу волю, ваше высочество. Осборн посмотрел в окно. — Я лично наградил этого человека. Во время мятежа четвёртого принца он рисковал жизнью ради Империи. Не верю, что он вступил в сговор с чужими державами. В словах звучала уверенность, выходившая за пределы обычного доверия. Роберт мыслил как государственный чиновник — только вероятностями и последствиями. — Однако сейчас Джулиан возвращается вместе с иностранными силами. Кроме того, с ним связались «Сумерки». Есть два варианта: либо Пинтель отправлял его за границу, либо послал людей переманить после возвращения. При упоминании Ордена Рассвета Осборн нахмурился. — Если Джулиан объединится с ними… — Произойдёт нечто необратимое? — закончил принц. Роберт не стал отрицать. — Я уже говорил: Джулиан — человек, которого я счёл достойным награды. — Это было раньше, ваше высочество. Теперь… — Роберт. Я сам решу после личной встречи. Больше не обсуждаем. Чиновник поклонился и покинул кабинет. Он шёл по дворцовым коридорам с непроницаемым лицом, но мысленно непрерывно просчитывал ситуацию. «Его высочество по-прежнему доверяет Джулиану. Вера, прежние заслуги, честь… Но способны ли они защитить страну в нынешней смуте?» Роберт много лет находился у самой вершины власти и знал: предательству всегда предшествует сомнение. Если оставить его без ответа, Империя рухнет. Он остановился у тайного прохода в дворцовые подземелья. В сером каменном коридоре ожидали «Вороны» — агенты секретариата. Они молча опустились на колено. — Аллен. Вперёд вышел молодой человек в чёрном. Стойка была безупречна, но в голубых глазах таилась тревога. — Поручаю задание. Роберт показал портрет сереброволосого мужчины. — Джулиан Крайпарт Фрейсон. Следуй за ним и не упускай ни на миг. — Приказ будет исполнен. — Докладывай о любых контактах с посольством Святого королевства и купцами Федерации. Особенно тщательно изучи его связи с Орденом Рассвета. Аллен сглотнул, но снова кивнул. Насколько далеко простирается его верность? Сумеет ли он увидеть истину? — Сообщай мне о каждом действии. — Понял. Агент исчез во тьме. Роберту было безразлично, доверяет ли Осборн Джулиану и есть ли у самого Джулиана амбиции. Он хотел лишь устранить всех, кто встанет на пути будущего второго принца. Если понадобится, он отбросит доверие, прошлое и всё остальное. *** В мягко покачивающейся повозке Конрад смотрел наружу и украдкой косился на сереброволосого пассажира. Одного присутствия Джулиана хватало, чтобы воздух в повозке словно покрылся тонким льдом. «Не обращай внимания. Нервозность только выдаст тебя». Конрад выпрямился, притворяясь спокойным, хотя ладони уже намокли от холодного пота. — Не нужно так нервничать. — А? Ха-ха! Я не нервничаю. Совсем! Он неловко рассмеялся и зачем-то похлопал себя по колену. Джулиан лишь кивнул. — Просто я впервые в Империи. Всё непривычно. — Понимаю. Повозка поднялась на пологий холм. Вдали появились внешние стены столицы и шпили. Золотые гербы и флаги всё ещё развевались, укрепления не потеряли величия. С первого взгляда страна казалась целой. «Нормальнее, чем ожидал». Но после въезда в город впечатление изменилось. Улицы оставались упорядоченными, однако шаги людей были тяжёлыми. Торговцы раскладывали товар, но в глазах вместо оживления стояла настороженность. Повсюду солдаты, в каждом переулке посты. Стены заклеены агитационными листовками, а дети даже не просили милостыню — только молча смотрели. «Ещё не рухнула, но времени мало». Снаружи порядок. Внутри медленное разложение. На городской площади шумела толпа. — Империи нужен новый спаситель! — Мы должны открыть новую эпоху! — Старая императорская семья должна пасть! «Старая семья должна пасть? И никого не арестовывают? Какого хрена здесь происходит?» Горожане молча слушали речи. «Всё, стране конец». Когда караван выехал на главную дорогу, повозка посольства остановилась. — Здесь наши пути расходятся, — сказал Орлан. — Хотелось бы отплатить за спасение, но сейчас обстоятельства не позволяют, — ответил Конрад. — Ничего страшного. Всё произошло по воле Соларуна. Да пребудет с вами благодать Солнечного бога. Орлан произнёс эти вежливые слова с холодной улыбкой. До этого их объединял общий путь, а теперь жрец ясно провёл границу. — Благодарю за недолгое путешествие. Я открыл дверь и вышел. — Господин Джулиан, — окликнул Конрад. — Вы спасли мне жизнь. Жаль так быстро расставаться. За формальной фразой скрывалось многое. Долг перед спасителем был огромен, но купец уже наговорил при нём о гибели Империи и боялся снова ляпнуть лишнее. — Вы отплатили. Благодаря вам я безопасно добрался до страны. Тон оставался спокойным, но слова звучали искренне. — Надеюсь, однажды встретимся снова. — Уверен, встретимся. Конрад смотрел вслед сереброволосой фигуре и чувствовал: дороги ещё пересекутся. Это было одновременно купеческое чутьё и человеческое предчувствие. *** Я медленно шёл по знакомой улице. По ней я бесчисленное количество раз ходил на работу в «Закрытые Глаза». Те же торговые переулки, где купцы зазывали клиентов. Та же площадь с фонтаном, где раньше смеялись горожане. Тот же проспект, на котором дворяне и офицеры устраивали роскошные приёмы. Вывески горели, магазины работали, но в воздухе ощущалось неуловимое запустение. «Хм?» По спине пополз едва заметный холод. Я остановился. Внешне ничего не изменилось: улица была спокойна, люди занимались делами. Но инстинкт предупреждал. «За мной наблюдают». Была ли это угроза или простая слежка — непонятно. Ясно лишь одно: идти прямо во дворец не стоит. «Вот поэтому и не хотел возвращаться». Но раз уже приехал, отступать поздно. Я как ни в чём не бывало свернул в узкий тёмный переулок. Даже днём солнечный свет почти не проникал в это тихое подбрюшье столицы. Посреди прохода я остановился. В тени у ног начали открываться глаза Анжелики. — Ц. Я цокнул языком, будто одёрнул питомца, и глаза скрылись. Затем медленно, но решительно распространил ману по телу и взял окрестности под контроль. — Если пришли поговорить, покажитесь сейчас. Рука легла на рукоять: не выйдете — обнажу меч. Скрытая тень едва заметно шевельнулась. Из темноты вышел мужчина средних лет, постукивая тростью. Лицо казалось знакомым. — Господин Захард. — Кто ещё за кем наблюдает? Слепой воин тихо рассмеялся. — И зачем весь этот спектакль? +=+=+=+=+= Перевод выполнен командой Дом Некроманта. ---------- Дополнительная история 7 — Возвращение блудного сына Прошёл год. Захард опёрся на трость и посмотрел на Джулиана. То же лицо, те же глаза и волосы, та же речь. Но что-то неуловимо изменилось — возможно, само присутствие или ритм дыхания. Прежняя резкая аура стала спокойнее и глубже. — Раз вы так явно показываете присутствие, скрываться не собирались. Захард громко рассмеялся. — Зачем скрываться от тебя? Его благодарность Джулиану давно превосходила обычный долг за спасённую жизнь. Когда в глазах сына мелькнуло чужое безумие, а под ним — остаток человечности, именно Джулиан дал отцу последний шанс. — Даже если весь мир отвернётся от тебя, хотя бы один раз я встану на твою сторону. — Только один? Захард погладил подбородок. — Если отвернётся весь мир, значит, ты натворил что-то действительно ужасное. Одного раза хватит. — Как всегда суровы. И всё же зачем пришли? — Пожаловаться старому другу, которого давно не видел. Империя, прямо скажем, в полном дерьме. — Поэтому я и вернулся. — Значит, изначально возвращаться не собирался? — Разумеется, нет. В этих словах Захард уловил что-то неоднозначное, хотя лицо Джулиана оставалось непроницаемым. — Основное ты слышал. «Сумерки» наверняка продолжали докладывать. Захард не был полноценным членом Ордена Рассвета, но был достаточно тесно с ним связан и знал, что убийцы-рахманцы регулярно передают Джулиану сведения. — О конфликте принца Осборна и Ордена? — Точнее, о самодеятельности Пинтеля. Хотя теперь почти вся реальная власть в Ордене у него. Захард недоверчиво цокнул языком. — Кто бы подумал, что благородный господин обладает таким талантом. — Каким? — К агитации. Я снова склонил голову. — Похоже, подробностей ты не знаешь. — Не знаю. Захард кашлянул и вдруг заговорил театральным голосом: — Эта Империя всегда оценивала кровь по цвету волос! Чёрный — знак императорского рода — присвоил всю власть, а остальных вытеснили за стены! Но посмотрите, какой мир создали черноволосые! Демоны заполнили столицу, а люди с другими волосами направили клинки друг на друга! Настала эпоха, когда нас объединяет не кровь, а страдание! Речь закончилась. — Эта фраза Пинтеля глубоко тронула народ. Теперь даже я не могу спокойно ходить днём. Он указал на собственную голову. Волосы были не такими чёрными, как у императорской семьи, но всё же достаточно тёмными. — Думал, от стресса они поседели, а они по-прежнему угольные. — Может, нужно ещё немного пострадать? — Не говори такого. Ты знаешь, насколько насыщенна моя нынешняя жизнь? — Чем занимаетесь? — Рыбалкой. «То есть просто бездельничаете?» Я едва удержался от вопроса. — Господин Джулиан. Сзади подошли люди. Мы давно почувствовали их, но эмблемы Императорских рыцарей всё же удивили. Защитники императора, клинки у самого сердца страны. Некоторых прежних членов я знал, но эти лица были незнакомы. — Императорские рыцари? — спросил слепой Захард. — Да. — Я помню присутствие каждого прежнего рыцаря, но эти — новые. Ах да, после случая в Нане почти все погибли, кроме одного. Он громко рассмеялся, а лица воинов исказились. — Кажется, лишнее сказал. — Определённо лишнее. — Тогда зачем столь прославленные рыцари пришли сюда? — Его высочество Осборн желает поговорить с господином Джулианом. Результат был ожидаем. Захард понимающе кивнул. — Сейчас ты единственная соломинка, за которую может схватиться Осборн. Рыцари снова поморщились. — Опять лишнее? Я благоразумно кивнул. — В наше время вообще ничего сказать нельзя. Я присоединился к рыцарям, но перед уходом Захард тихо шепнул мне: — Раз Осборн знает о возвращении, то и Пинтель наверняка уже знает. Я внутренне вздохнул. Именно этого и ожидал. — Сегодня будет шумно. А я увидел старого друга и теперь сбегу на рыбалку. Хотелось спросить, как слепой человек рыбачит, но я промолчал. *** В затемнённой комнате резиденции иностранных послов шёл тихий разговор. — Пока действуем по протоколу. Снаружи мы обычная делегация. Орлан поправлял ритуальное одеяние и надевал головной убор. — Я отправлюсь во дворец и официально поприветствую Империю. Пусть остальные ищут устройство для связи с Фернандом. — Поняли. — Лирик. Ты пойдёшь со мной. Если случится беда, ценой жизни обеспечишь мой побег. Для Орлана охранники были расходными пешками. Каким бы сильным ни был Лирик, только сам жрец мог поддерживать связь и управлять миссией. — Да. Лирик не возражал, и они отправились во дворец. На ровной столичной дороге Орлан спросил: — Каково было увидеть это своими глазами? — Империю? — Нет. Джулиана Крайпарта Фрейсона. Лирик коротко вздохнул. Встреча не выходила из головы. Физические способности Джулиана были выдающимися, но теоретически достижимыми. Запас маны огромен, однако при умелом применении собственной силы его, возможно, удастся превзойти. Мастерство меча находилось на ином уровне, но воля способна творить невозможное. И всё же расстояние между ними не сокращалось. — Он силён. — Если бы не был силён, давно бы умер. Насколько силён? — В прямом бою я точно погибну. Неспособность измерить дистанцию означала, что Джулиан находился за пределами понимания. Орлан помрачнел, услышав похвалу потенциальному врагу. *** В подземной церкви монастыря Генмель мерцали свечи и пахло благовониями. На скамье сидел Пинтель Обрадин — один из правителей разросшегося Ордена Рассвета, уже способного соперничать со дворцом. Епископы говорили, что Пинтель столь дерзко выходит на первый план ради власти над Орденом. Но знавшие его путь понимали: причина давления на дворец была другой. — Я всё ещё не понимаю, — произнесла вошедшая Элеонора. — После мятежа четвёртого принца захватить власть проще всего. Но как можно утверждать, что ты действуешь не ради себя? Пинтель посмотрел в глубину часовни. — Никогда прежде моя жизнь не была настолько полной. Лицо человека, которого считали ослеплённым амбициями узурпатором, оставалось каменным. — Если это не эгоизм, то что? — Думаете, в подобных обстоятельствах господин Джулиан… Элеонора не закончила: сзади появился боец «Сумерек», почтительно поприветствовал её и что-то прошептал Пинтелю. Каменное лицо впервые ожило. — Наконец-то. Он вскочил и направился к выходу. — Мы не договорили. Куда ты? — Встречать нового императора. +=+=+=+=+= Перевод выполнен командой Дом Некроманта. ---------- Дополнительная история 8 — Давайте без этого Глава «Золотого компаса» Конрад вышел из торговой резиденции и увидел на улице множество людей в одинаковых одеждах. — Кто они? — Новый Орден Рассвета, — ответил охранник. — В последнее время они сильно влияют на столицу. Конрад проследил за движением колонны. Она уверенно шла к императорскому дворцу, словно армия победителей. Позади двигалась украшенная золотом повозка с символом солнца — делегация Святого королевства, сопровождавшая их в дороге. «Орден Рассвета и Фернанд идут в одно место». Любопытство купца проснулось, но инстинкт предупредил об опасности. В то же время он буквально почуял огромные деньги. — Глава, не стоит лезть в политику. Мы приехали торговать. — Знаю, идиот. Конрад усмехнулся. Информацию нельзя купить одними монетами; иногда приходится платить ценой выше золота. Поэтому пока он решил убить любопытство. *** Я вошёл в императорский дворец. Раньше доступ обеспечивала должность в «Закрытых Глазах», теперь же я отказался от всех постов. Но приглашение Осборна и сопровождение рыцарей открыли любые двери. Меня привели в небольшую переговорную комнату. Принц стоял у окна. — Приветствую солнце Империи. Чёрные волосы в свете казались золотыми. — Прошёл год, Джулиан. Голос был спокоен, но внутри бушевали противоречивые чувства. — Честь видеть ваше величество. — Я ещё не император. Хотя скоро, вероятно, стану. Осборн пытался понять, что скрывается за неизменной улыбкой. — Где ты был весь год? В вопросе слышался укор. — Путешествовал. Хотел увидеть мир за пределами меча. — Путешествовал? Любопытно, что вернулся вместе с людьми Бримана и Святого королевства. Подозрение росло, несмотря на попытки убедить себя в обратном. Не пойдёт ли герой по пути учителя? Измена Хейдена Райха когда-то сильно разочаровала Осборна, ведь он всегда верил, что клинок Святого Меча принадлежит Империи. — Значит, это была не простая поездка? Ты вошёл в столицу с Фернандом и Федерацией. Я коротко рассмеялся. Перед членом императорской семьи подобная непринуждённость могла закончиться наказанием, но Осборн не воспринял смех как издевательство. — Я понимаю причину ваших слов. Но я, Джулиан, никогда не пойду против воли Империи… Тук-тук. Получив разрешение, вошёл Роберт, глава секретариата. Он пронзил меня взглядом и поклонился принцу. — Ваше высочество, прибыли посетители. — Кто? — Делегация Святого королевства и Орден Рассвета. — Что? Осборн резко повернулся ко мне. Взгляд Роберта стал ещё острее. Я прибыл во дворец по приглашению, а сразу следом появились представители Фернанда и Ордена. Разве это выглядело совпадением? «Что за безумие? Почему именно сейчас?» Я мысленно выругался. Осборн промокнул платком пот со лба. Его намерение было понятно: императорская семья находилась в опасности и внутри, и снаружи. Даже если принц не мог сделать меня союзником, он хотел хотя бы не получить врага. Наверняка собирался снова предложить награду или должность. — Неловко говорить это сразу после возвращения, но я хотел поручить тебе командование Императорскими рыцарями. «Так и знал». Опасного человека лучше держать на поводке. — Но прибыли срочные гости. Обсудим позже. Слова звучали доброжелательно, но взгляд выражал совсем иное. — Ты случайно не звал сюда Фернанд и Орден Рассвета? — Клянусь, никому не говорил, что направляюсь во дворец. Захард слышал, но он бы никому не сообщил. — Понятно… Осборн не поверил. На его месте я тоже не поверил бы. «Блядь». Я спешил во дворец именно для разговора о том, как усмирить Орден Рассвета без прямого столкновения. Если начнётся конфликт, может раскрыться и моё прежнее руководство Орденом. А главное… «Разве я по стажу не заслужил спокойно отдохнуть?» Зачем меня снова тащат в подобное? Что вообще устроил Орден? Нет, что устроил Пинтель, этот ублюдок? «Спокойно». Пинтель не дурак. Хотя… ладно, возможно, дурак. Но даже у него должен быть замысел. Окончательно границу он ещё не пересёк, значит, ситуацию можно исправить. Нужно мыслить позитивно. По крайней мере, мечи пока не обнажены. По сравнению со старыми епископами это почти джентльменский разговор. — Жаль. Хотел поговорить ещё, — сказал Осборн и поспешил встречать гостей. Я пошёл рядом. — Не сожалейте, ваше высочество. Я скромный подданный и всегда готов служить Империи, в любое время и в любом месте, стоит лишь позвать. — Приятно слышать. Откровенная лесть его всё же обрадовала. Роберт позади продолжал сверлить меня взглядом. — Знаешь, в последнее время народ говорит, что пора сменить императорскую кровь Адратана. Я мягко рассмеялся. — Но кто способен дотянуться до солнца, сияющего высоко в небе? — Новое солнце! Мы вышли во двор, и перед нами склонились многочисленные люди. — Приветствуем новое солнце Империи! — Приветствуем новое солнце! Лица незнакомые. Неужели охрана Осборна? Нет, даже для встречи делегации слишком много. Погодите. Человек впереди выглядит до боли знакомым. Это… Пинтель Обрадин? +=+=+=+=+= Перевод выполнен командой Дом Некроманта. ---------- Дополнительная история 9 — Признаки жизни «Приветствуем новое солнце Империи». Рядом со мной стоял второй принц, поэтому по всем правилам обращение должно было предназначаться Осборну. «Почему они смотрят на меня?» Пинтель и остальные члены Ордена явно смотрели прямо на меня. Неужели приветствуют меня? Похоже, именно так. «Пинтель, ты совсем спятил и решил меня угробить?» Лицо Осборна исказилось, и Роберт выглядел не лучше. Нельзя было молча принимать приветствие: это означало бы признать связь с Орденом. А поведение Пинтеля, одного из его фактических руководителей, заставило бы всех считать главой уже меня. Я кашлянул, взял себя в руки и обратился к принцу: — Похоже, даже они знают, кто настоящий хозяин этой смятенной Империи. Осборн удивлённо посмотрел то на меня, то на Пинтеля. Я постучал пальцами по ножнам. — Однако слышал, что ваша организация сеет беспорядки. Господин Пинтель, считаете такое поведение допустимым? Теперь уже Пинтель выглядел растерянным. «Чего смотришь? Это всё из-за тебя». — Джулиан, — тихо произнёс Осборн. — Откуда ты знаешь, что этот человек — Пинтель, руководитель Ордена Рассвета? «Ах». Я допустил ошибку, слишком увлёкшись спасением ситуации. — Я не глупец, ваше высочество. Кое-что понимаю в том, что происходит в мире. Я постарался изобразить улыбку одними глазами, но подозрение с лица принца не исчезло. «Лучше бы вообще не открывал рот». — Принц Осборн! — вмешался Пинтель. Только бы не сказал ничего лишнего. — После мятежа четвёртого принца Империя расколота. Граждане растеряны и жаждут истинного лидера! «Так и знал». Пинтель говорил спокойно, но с непоколебимой убеждённостью. — Такой лидер не должен цепляться за славу прошлого. Он обязан открыть новую эпоху. — Пинтель, у тебя нет права говорить подобное… — Роберт свирепо посмотрел на него. — Именно принц Осборн и есть тот лидер, которого ты описал. — Нет, Роберт. — Тогда существует кто-то более достойный? — Это… Пинтель поднялся и посмотрел на меня. «Не смей. Эй, не надо!» — В чьём присутствии вы позволяете себе столь грубые слова? Прежде чем он заговорил, я выпустил ману во все стороны. Напряглись Осборн, Пинтель и вся охрана. Над головами некоторых появился Цвет Страха. — Если цените жизнь, лучше помолчите. Воздух застыл. Пинтель закрыл рот, но продолжал смотреть с немым вопросом: «Почему?» Почему? Потому что ты идиот. *** В комнате ожидания бойцы «Сумерек» не скрывали недоумения. — Господин Пинтель, почему Джулиан так отреагировал? — Всё ведь было подготовлено ради него. Пинтель скрестил руки и закрыл глаза. — Время ещё не пришло. Он говорил тихо, но слышали все. — Что значит «не пришло»? — Сейчас выходить вперёд слишком опасно. — Для господина Джулиана? — Для нас. Никто не понял. — Империя нестабильна. И нельзя отрицать, что часть вины лежит на нас. — Но мы действуем, чтобы исправить её! — Если продолжим своими методами, столкновение с императорской семьёй неизбежно. Все это знали. После мятежа четвёртого принца Орден привлёк на свою сторону дворян и горожан, значительно расширив поддержку. Не прояви он такой жадности, страна сейчас была бы спокойнее. Но все их усилия были ради одного человека — Джулиана Крайпарта Фрейсона. Они верили, что он принесёт Империи новую весну и больше не допустит подобных катастроф. — Мы готовились даже к полномасштабной войне. — Потому и берегли силы. — К нам перешла часть армии, поддерживавшей Калдраха. Отказ третьего принца от престола стал для Ордена огромной удачей. Если бы он продолжил борьбу, Пинтель никогда не получил бы нынешнего влияния. — Но война прольёт кровь, — сказал он. Ответить было нечего. Раз начав движение, они обязаны были дойти до конца. — Другого пути нет. — Осборн ведь не отдаст трон добровольно. Пинтель тихо рассмеялся, и его кривая улыбка озадачила подчинённых. — Согласен. И господин Джулиан наверняка понимает наши мысли. Более того, если мы истощим силы гражданской войной, Фернанд и Бриман воспользуются слабостью. — Тогда чего он хочет добиться таким поведением? — Вы всё ещё не поняли? Почему господин Джулиан покинул Империю и целый год странствовал без цели? Речь Пинтеля становилась всё пламеннее, и все взгляды приковались к нему. — Разве не для того, чтобы получить Империю, никому не причинив вреда?! Пинтель продолжил: — Он вернулся в сопровождении делегации Святого королевства и купцов Федерации. Почему? — Один из наших сказал, что они просто случайно встретились… — Глупец! Господин Джулиан водил вокруг пальца всех епископов Ордена, предвидел мятеж принца и даже бегство Святого Меча! Здесь нет случайностей! Он сжал кулак. — Это часть плана: напугать принцев связями с иностранными державами и одновременно показать Фернанду и Бриману, что Империя стабилизируется. Предупредить их не вмешиваться! Сомнения бойцов начали рассеиваться. — Верно… — Как и ожидалось от господина Джулиана! — Он предусмотрел то, чего мы даже представить не могли! Бойцы заметно оживились. — Но… допустим, он ничего такого не хотел? — осторожно спросил один человек. Восторг мгновенно остыл. — Вдруг встреча с Фернандом и Федерацией действительно случайна, а создавать новую Империю он не собирался? — Тогда почему отказался от власти, положения и покинул страну? — Пинтель пристально посмотрел на него. — Может… просто хотел развеяться… — Ква-ха-ха-ха! Пинтель расхохотался. Остальные присоединились, открыто высмеивая нелепое предположение. *** После заката Орлан сидел с Лириком в резиденции послов, медленно куря трубку. Единственная свеча бросала дрожащие тени на морщинистое лицо. — Что думаешь об увиденном сегодня? Перед глазами всё ещё стояли Джулиан, члены Ордена Рассвета, напряжённый разговор с Осборном и гнетущее давление маны. — Между Орденом и Джулианом существует связь. Пинтель смотрел на него не как на равного, а с почтительной осторожностью — словно на вышестоящего. Орлан глубоко затянулся. — И всё же Джулиан поддержал Осборна. Он подошёл к стене, сдвинул кирпич и открыл тайник. Внутри лежал вырезанный в форме солнца камень. — Но все магические предметы конфисковали… — У нас есть союзники и в Империи. Учение Соларуна не знает границ. Здесь тоже живут истинно верующие. — Значит, пришло сообщение? — Совсем недавно. Орлан влил ману. На поверхности появились руны древнего письма Фернанда. — «Несмотря на осложнения, действуйте по плану. Устраните одного из ключевых деятелей нынешней Империи». Он прочитал имя: — Пинтель Обрадин. +=+=+=+=+= Перевод выполнен командой Дом Некроманта. ---------- Дополнительная история 10 — Нависшая угроза Покинув императорский дворец, я тихо выругался. Я ожидал, что Пинтель выкинет что-нибудь подобное, но даже представить не мог, что он настолько открыто заговорит о «новом солнце». Теперь и Осборн, и Роберт наверняка меня подозревают. Я собирался тихо вернуться, тихо разобраться с делами и так же тихо уйти. Я поднял голову. Небо над Империей оставалось прекрасным, однако под ним всё сильнее кипели политические интриги. «Пинтель, сумасшедший ублюдок». Из-за него голова разболелась ещё сильнее. Во взгляде Осборна становилось всё больше настороженности и подозрения. «Должность командующего Императорскими рыцарями, значит». Наверняка именно поэтому мне предложили такие условия. Снаружи это выглядело знаком доверия, но на деле ничем не отличалось от поводка: императорская семья хотела держать меня рядом, чтобы было удобнее следить. Отказаться тоже было неловко. Тогда они лишь окончательно убедились бы: «Он и правда что-то задумал». Почему я вообще должен переживать о подобном? Я остановился и глубоко вздохнул. Не прошло и недели после возвращения, а я уже скучал по дням странствий. «Блядь». Но что поделать? Я вернулся, чтобы привести дела в порядок, и теперь должен был как-то довести всё до конца. С головой, переполненной мыслями, я впервые за долгое время направился домой. Вдали показался мой особняк. От всего остального я избавился, но дом сохранил. Всё-таки я не забыл мечту о собственном месте, куда всегда можно вернуться. Когда я вошёл, немногочисленные слуги удивлённо расширили глаза. Перед путешествием почти всех распустили, поэтому остались лишь управляющий, садовник и три служанки. — Вы хорошо заботились о моих сокровищах? Наверное, от неловкости я первым делом спросил: — За орхидеями следили? Управляющий кивнул и проводил меня в гостиную. — Ого. Теперь гостиная почти превратилась в оранжерею. Я сам распорядился всё устроить, но всё равно считал это гениальной идеей. Гостей я здесь не принимал — да и кто ко мне вообще приходит? — Мои милые детки. От вида разросшихся орхидей у меня потеплело на душе. Какие же они хорошенькие — за столь короткое время так сильно выросли. У этой даже начали появляться пушистые листочки. «Таково чувство родителя, встретившего детей после долгой разлуки?» Пока я об этом размышлял, управляющий подошёл ближе. — Как прошло путешествие, господин? Как прошло? Честно говоря, возвращаться не хотелось. Точнее, даже вернувшись, я не желал снова погружаться во все эти проблемы. — Неплохо. Всё же я ответил так, будто всё было прекрасно. Жаловаться не имело смысла. — Рад это слышать. С этими словами пожилой управляющий протянул мне конверт. На нём красовалась изящная печать рода Крайпарт — давно её не видел. Не в моём вкусе, но выглядела она достойно. — Что это? — Письмо из главного поместья рода Крайпарт. Это и так было понятно. Что внутри? — Думаю, вам лучше прочесть самому. Раз так, прочитаю. Управляющий привычным движением протянул тонкий нож. Я вскрыл запечатанный воском конверт и просмотрел содержимое. — Хех. Смех вырвался сам собой. В письме сообщалось о помолвке младшего представителя рода Крайпарт — Джошуа Крайпарта. «Что, чёрт возьми, произошло за этот год?» Его избранницей оказалась девушка из рода Годрихт — великой семьи, которая, как и Крайпарты, служила одной из опор Империи. Любопытно было другое: после её имени и фамилии стояло ещё одно родовое имя — как в случае с Джулианом Крайпартом Фрейсоном. — Она из боковой ветви? Управляющий кивнул. — Да. Говорят, она незаконнорождённая дочь рабыни. Покойный глава семьи поздно признал её и принял в род, но внутри семьи… Наверняка к ней относились отвратительно. Впрочем, это не моё дело. Забавная ситуация: я вспомнил, как Джошуа называл боковые ветви «низкой кровью, запятнавшей благородный род Крайпарт» и «мусором». Он ни разу не признавал их семьёй. И теперь тот самый человек обручился с незаконнорождённой дворянкой. — Хех. Младший брат, жизнь непредсказуема. Поэтому не стоит разбрасываться словами. — Многие выступили против помолвки из-за её происхождения. Поэтому они даже рассылают письма с официальным объявлением. Я так и думал. — Хорошо, что вы вернулись, господин. Я не знал, что отвечать. Не знал? Можно было просто написать, что меня нет в столице. — Нынешний глава рода Крайпарт с трудом справляется с давлением остальных родственников. Глава рода испытывает трудности? Обен Крайпарт никогда не казался человеком, которого можно поставить в затруднительное положение. Немного подумав, я быстро нашёл объяснение. — Неужели Геранд теперь глава рода Крайпарт? — Да. Управляющий кивнул, и я снова не удержался от смеха. Что вообще творилось в Империи, пока меня не было? Впрочем, разве это такая проблема? Хотя среди родственников наверняка нашлось немало недовольных назначением Геранда. При мне они просто помалкивали, а после моего отъезда, вероятно, начали говорить всё, что вздумается. — Мягкосердечный Геранд наверняка не решается жёстко подавить сопротивление родственников. Управляющий кивнул, словно ожидал, что я пойму. Так и есть. Я ненадолго задумался. Должность главы рода легко могла достаться мне. Не уверен, но, останься я в столице, борьба за неё была бы вполне возможна. Однако должность главы рода меня не привлекала. Когда выживание больше не требовало власти, она превратилась лишь в обременение. «Следовательно…» Немного помочь было бы неплохо. Если род снова погрузится в хаос, неудобства возникнут и у меня. — Когда состоится помолвка? Я решил присутствовать на церемонии. Геранд вряд ли выступал против брака Джошуа. Скорее всего, он хотел поддержать младшего. Противостояли ему остальные родственники, поэтому я мог явиться лично и оказать старшему брату настоящую поддержку. Кроме того… Я же Улыбающийся Палач. Дурная слава всё ещё тянется за мной, и когда её использовать, если не сейчас? «Но главное…» Надеюсь, Пинтель за это время больше ничего не натворит. Очень надеюсь. *** Осборн откинулся на спинку кресла и медленно закрыл глаза. В памяти снова прозвучал недавний разговор. — Ваше высочество, почему бы хотя бы временно не назначить регента? Стоявший на коленях мужчина опирался на трость. Осборн знал его: Пинтель Обрадин, один из руководителей Ордена Рассвета. При слове «регент» глаза принца сузились. — Сейчас у вашего высочества мало сил, готовых поддержать вас. Если вы немедленно взойдёте на престол, обязательно вспыхнет сопротивление. Пинтель говорил, не отводя взгляда. — Поэтому назначьте меня регентом и примите титул императора. Это была угроза. Что бы ни утверждал сам Пинтель, Осборн слышал именно её. — Всё ради мира. Империя обязана выстоять, разве нет? Осборн скрипнул зубами от ярости. Само предложение назначить регента оскорбляло его, но ещё сильнее бесило понимание: нынешнее положение позволяло Пинтелю произносить такое прямо ему в лицо. В этот момент Осборн в полной мере осознал, насколько низко пала некогда могущественная императорская семья Адратан. — Если назначить Пинтеля регентом, волнения в Империи действительно утихнут. Однако пути назад уже не останется. Канцлер Роберт явно хотел сказать именно это. Что же делать? — Пора… обнажить меч. Он был прав. Лицо погружённого в тревожные мысли Осборна постепенно потемнело. *** Пинтель Обрадин в одиночестве сидел в кабинете собственного особняка. Между заставленными книгами полками колыхались тени свечей, а широкий стол был завален документами о нынешнем положении Империи. Однако Пинтель не смотрел ни на один из них. «Именно этого желает господин Джулиан, верно?» Не открытая война, а обходной путь. Возможность получить высшую власть в Империи без кровопролития. Пинтель собирался стать регентом. Так он легко получил бы доступ к императорской власти, а династия при этом сохранила бы хотя бы часть влияния. Идеальное бескровное решение. «Конечно, принц Осборн останется недоволен». Но жребий уже брошен. Нынешнему Ордену Рассвета не составило бы труда погасить едва тлеющий огонь сопротивления. Принц наверняка это понимал. Если императорская семья действительно захочет крови и обнажит мечи, её лишь заставят окончательно преклонить колени. Пинтель улыбнулся. Он поступит так, как желает Джулиан: мудростью, а не клинками; переговорами, а не кровью. Именно такой Империи хотел Джулиан. «Прошу, подождите ещё немного, господин Джулиан. Я проложу вам путь». Пока колеблющееся пламя свечей освещало кабинет, в глазах Пинтеля сияла новая решимость. И в этот момент свеча едва заметно дрогнула, хотя ветра не было. Почувствовав неладное, Пинтель поднялся и крепко сжал стоявшую рядом трость. «Незваный гость?» В особняке была установлена защитная магия, но сигнал тревоги не сработал. Значит, кто-то каким-то образом обошёл чары. И всё же Пинтель инстинктивно ощутил чужое присутствие. Человек, долгие годы управлявший Орденом Рассвета с помощью интриг и заговоров, не мог не заметить столь тонкой перемены. «Посетитель в такое время?» Ночь была глубокой. Законный гость постучал бы в главную дверь. «Судя по мастерству, это не обычный вор». Пинтель закрыл глаза и сосредоточил все чувства. Вскоре он различил едва слышные шаги. Сомнений не осталось: целью был он. Незнакомец миновал второй этаж и поднимался к кабинету на третьем. Пинтель открыл дверь и вышел в коридор, не забыв наполнить трость маной, чтобы немедленно покарать дерзкого нарушителя. Вскоре в конце длинного коридора возник силуэт. — Кто вы? Пинтель направил на него трость, но ответа не последовало. — Дважды спрашивать не стану. Не ответите — получите то, чего заслуживаете. Силуэт по-прежнему молчал и лишь медленно двинулся вперёд. Когда он оказался в полосе лунного света, падавшего из окна, стало видно лицо незваного гостя. Серебряные волосы, отражающие лунный свет, и узкие, будто закрытые глаза. До боли знакомый облик. — Г-господин Джулиан?.. Пинтель сам не заметил, как произнёс его имя. +=+=+=+=+= Перевод выполнен командой Дом Некроманта. ---------- Дополнительная история 11 — Больной палец — всё равно палец — Г-господин Джулиан!.. Пинтель произнёс имя стоявшего перед ним человека и уже собирался преклонить колено, выражая почтение. Но прежде чем он успел это сделать, его на миг кольнуло странное чувство. Перед ним определённо был Джулиан: серебряные волосы, узкие глаза и присущее лишь ему невозмутимое спокойствие. И всё же что-то было не так. Иными казались шаг и стойка, а главное — от него исходила готовность убить. «Неужели…» Он настолько разгневался из-за сегодняшнего происшествия во дворце? Пинтель тяжело вздохнул, вспомнив собственный поступок. Подумать только, он сумел вывести из себя всегда спокойного Джулиана. За такую глупость хотелось самого себя обругать. — Прошу простить мою сегодняшнюю ошибку! Терзаемый виной Пинтель не осмелился поднять голову. Поставив перед собой трость, он опустился на колено. — Если я оскорбил вас, можете забрать мою жизнь. Но в память о прошлом прошу дать мне одну неделю! Неделя. Срок был назван неслучайно. Если недовольство Джулиана действительно достигло предела и тот потребует его голову, Пинтелю понадобится время, чтобы всё подготовить: обеспечить преемственность Ордена Рассвета, подготовить нового императора и устроить всё так, чтобы Джулиан смог без препятствий пройти необходимые этапы. — Прошу, хотя бы на это время… отложите свой гнев! — Я не сержусь, господин Пинтель. Услышав его голос, Пинтель почувствовал, как глаза наполняются слезами. Единственный господин, когда-либо признавший его. Если бы Джулиан отвернулся от него, весь мир Пинтеля рухнул бы. К счастью, подобных слов не прозвучало. — Напротив, господин Пинтель. Вы меня тронули. — Простите?.. Джулиан медленно приблизился. — Чёрные волосы императорской семьи запачканы, но на чёрном не видно грязи. И всё же вы с «Сумерками» сумели оставить царапину на их власти. Его серебряные волосы слабо засияли под лунным светом. — На самом деле и ваше предложение о регентстве, и народные волнения были частью моего замысла. — Тогда… все мои усилия… Голос Пинтеля задрожал. Сквозь неверие на его лице проступила радость. — Они не были напрасными. Джулиан улыбнулся. — Теперь не время наблюдать из тени. — Что вы имеете в виду? Пинтель сразу понял, к чему он ведёт. — Я сам выйду вперёд. Наконец-то. Услышав долгожданные слова, Пинтель растроганно прошептал: — Наконец-то господин Джулиан взойдёт на престол… — Да. На заложенном вами основании я построю новую Империю. Как долго он мечтал услышать эти слова? Осознав, что все усилия не пропали зря, Пинтель едва сдержал слёзы. Джулиан подошёл ещё ближе, и Пинтель поднял к нему голову. — Кхек… В ту же секунду в животе вспыхнула обжигающая боль. Что произошло? На осознание ушло лишь мгновение: Джулиан незаметно для него обнажил меч и вонзил клинок ему в живот. Едва сдержав стон, Пинтель машинально взглянул ему в лицо. Но перед ним стоял уже незнакомец, а не Джулиан. Поражённый Пинтель мгновенно схватил трость и применил магию клинков. Дзынь-дзынь-дзынь! Острые голубые лезвия прорезали пространство, однако ни одно не задело противника. Пинтель нахмурился. — Кто ты такой? Прижимая ладонь к ране, он попытался ощутить окружение. Враг стоял прямо перед ним. Маска скрывала лицо, но это определённо был мужчина. На мгновение Пинтель подумал об одном знакомом человеке в маске, но тут же отбросил догадку. «Это не Чёрный Рыцарь». Он был уверен: Чёрный Рыцарь никогда не пришёл бы за ним. «Двое бойцов „Сумерек“, охранявших особняк…» Почувствовав, что он применил магию клинков, они должны были немедленно явиться. Но присутствия охраны не ощущалось. Значит, этот человек уже с ними разобрался. «Он силён». Положение было отчаянным. Рана в животе почти наверняка была смертельной. Пинтель с трудом сдерживал кровотечение маной, но понимал, что долго не продержится. — Как ты сумел скопировать лицо и голос господина Джулиана?.. Он пытался выиграть время и хоть немного залечить рану, однако убийца в маске безжалостно сокращал расстояние. Быстро и яростно. — Кх! Пинтель всеми силами старался сдержать его магией клинков, но кровь подступила к горлу и хлынула изо рта. Несмотря на это, он завершил заклинание, однако убийца уже оказался рядом. Синий клинок холодно блеснул. Поняв, что магией защититься поздно, Пинтель вскинул руку, пытаясь изменить траекторию удара. Но меч противника пронзил ему шею раньше, чем он успел отвести удар. — Кхр… кх… Когда холодная сталь вошла в плоть, по всему телу разлился жар, подобный извержению вулкана. А вскоре Пинтель вообще перестал что-либо чувствовать. *** На небольшом холме за пределами столицы жрец Орлан в сопровождении охраны наблюдал за пылающим вдалеке особняком Пинтеля. Красное пламя окрашивало ночное небо и вздымалось над зданием. Зажав трубку губами, Орлан пробормотал: — Всемогущий Соларун, пусть и здесь пребудет твоё славное имя. Он перевёл взгляд к подножию холма. Оттуда медленно поднимался Лирик, возвращавшийся к группе с маской в одной руке. — Задание выполнено. Лирик опустился перед жрецом на колено. Его меч всё ещё был покрыт кровью. — Пинтель Обрадин был одной из ключевых фигур Ордена Рассвета, ввергавшего Империю в смуту. Глубоко затянувшись, Орлан медленно выпустил дым. — После его смерти Орден Рассвета, лишившийся одного из главных руководителей, принесёт Империи ещё больший хаос. В нынешних обстоятельствах смерть Пинтеля неизбежно сочтут политическим убийством. А столь показательный пожар лишь укрепит это мнение. Кто мог заказать его устранение? Нетрудно было представить, к каким выводам придут в Ордене Рассвета. — Теперь война между императорской семьёй и Орденом Рассвета неизбежна. Орлан неприятно рассмеялся, стряхнул пепел с трубки и посмотрел на Лирика. — Ты искусен, однако не думай, будто добился успеха лишь собственной силой. Он медленно приблизился. — Священная реликвия Святого королевства — «Парадокс истины». Лирик почтительно протянул ему маску. — Эта реликвия принимает облик и голос человека, которого цель сильнее всего уважает и желает увидеть. Получив артефакт, Орлан подозвал охрану. Один из воинов подбежал и аккуратно уложил маску в искусно изготовленную шкатулку. — Ты победил благодаря этой реликвии. Не вздумай возгордиться. — Да, господин. Лирик ответил бесстрастно. В памяти Орлана внезапно всплыло лицо оставшегося в Святом королевстве Рейнора, и его вновь охватил гнев. — И запомни: твою жалкую жизнь я могу оборвать в любое мгновение. Когда Орлан поднял левую руку, кольцо на указательном пальце испустило мягкий свет. Сияние зависло и закружилось возле сердца Лирика. — Понял? — Я лишь орудие господина Соларуна и ваше орудие, жрец. Никогда не возгоржусь, а когда перестану быть нужен, прошу избавиться от меня по своему усмотрению. Орлан остался доволен ответом и наконец перестал хмуриться. — Возвращаемся. С нетерпением жду завтрашних событий. *** На следующее утро я готовился посетить главное поместье Крайпартов. После долгой разлуки я был не против снова увидеть старшего брата Геранда, однако сама мысль о визите в родовой дом тяжело давила на сердце. Сколько бы времени ни прошло, люди почти не меняются. Я уже собирался покинуть особняк, когда заметил снаружи двух мужчин в капюшонах. — Хм? Кто они? Впрочем, долго гадать не пришлось: члены «Сумерек». Одного я узнал наверняка — Рим Хашара. — Азим уль азим. Подойдя ближе, он поприветствовал меня. Да, это действительно был Рим Хашар. Я едва не поморщился: появление этого человека никогда не сулило ничего хорошего. В Ордене Рассвета было несколько важных фигур, и Рим Хашар относился к их числу. — Что привело вас сюда среди бела дня? Мне искренне хотелось объявить, что больше не имею отношения к Ордену Рассвета. Однако они наведывались так часто, что слухи наверняка уже распространились. Возможно, все мои попытки отдалиться были бесполезны. От этой мысли на душе стало ещё тяжелее. — Господин Джулиан, на господина Пинтеля напали. Что? Новость оглушила меня, словно удар молнии. На Пинтеля напали? Кто и зачем? Но важнее другое. — Что с господином Пинтелем? Рим Хашар замялся. Я продолжал смотреть на него, и в конце концов он ответил: — Мы не смогли достоверно подтвердить, жив он или мёртв. Не смогли подтвердить? — Двое бойцов «Сумерек», охранявших особняк, выжили. Но господин Пинтель находился внутри… Значит… Пинтель полностью сгорел вместе с особняком. «Тот самый Пинтель?» В это было трудно поверить. Пинтель был далеко не слаб. Его магия клинков отличалась скоростью и филигранной точностью. Даже при нашей первой встрече, когда я выступал в образе Чёрного Рыцаря, его умение произвело на меня впечатление. Он не просто так стал одним из руководителей Ордена Рассвета. И такой человек погиб от чьей-то руки… Слова Рима Хашара всё ещё казались нереальными. — Я направляюсь к особняку Пинтеля. Сопровождайте меня. Я собирался посетить родовой дом и немного отдохнуть, однако теперь было явно не до этого. +=+=+=+=+= Перевод выполнен командой Дом Некроманта. ----------